Котинька.

Глава 1

Котинька.

Был осенний Питерский вечер…

Серое небо, серый асфальт, серый гранит, серая Нева. Город, где эти “серости” так переплелись между собой, что уже невозможно отделить одну от другой. Даже уличные фонари светились не жёлтым, а каким-то свинцовым оттенком.

Я шёл по набережной в сторону дома.

Сверху сыпался - или шёл питерский дождь - слишком холодный для дождя, слишком мокрый для снега. В общем, как и всё в этом мире, зависело от толщины куртки и наличия дождевика. Дождь крупными каплями бил в лицо, стекал по шее, лез под одежду, норовя сделать меня таким же мокрым и холодным, как он сам. Я сильнее натянул капюшон, потянул сзади за край дождевика, проверяя, хорошо ли прикрыт рюкзак и не намокла ли моя “пациентка”.

Провода лениво раскачивались на ветру, сверху фонарных столбов раздавалось сонное бормотанье солнечных панелей. Я усмехнулся: “Послезавтра они уснут, на полгода. Какой смысл был их устанавливать?”

Из рюкзака раздался болезненный “всхлип”. Я сконцентрировался, мысленно успокоил: “Потерпи. Скоро”.

Войдя в подъезд, первым делом снял дождевик, достал из кармана куртки консерву и только потом поднялся на лестничную площадку. Меня уже ждали: на верхней ступеньке сидела небольшая трёхцветная кошка. У неё было столько имён, сколько жильцов в подъезде. Но ей, похоже, было всё равно, лишь бы кормили чаще.

Я открыл банку и поставил перед ней. Кошка благодарно ткнулась мне в ладонь. Я резко одернул руку.

– Извини, киса, не могу тебя погладить, – со вздохом сказал я. – а очень хочется.

Постоял ещё немного, глядя, как она ест.

Пока ждал лифт, моё внимание привлекла доска объявлений, висящая на стене первого этажа. Она вся пестрела бумажными листами, разных цветов и размеров и одинаковым смыслом:

- “Умный дом с вами не разговаривает? Налажу контакт. Недорого”.

- “Сертифицированный маг и техношаман. Понимаю с техникой с полуслова, устраняю помехи, очищаю ауру. Персональное предложение”.

- “Вашей стиральной машине опять плохо? Техномаг Артемий. Живу близко. Приду быстро. Низкие цены. Только для жильцов этого дома”.

Я усмехнулся. Слишком часто я стал видеть подобные объявления. Стоило появиться спросу, и “магами” стали все подряд. Только “налаживать” технику после таких “сертифицированных специалистов” приходилось мне - одному из немногих, кому действительно достался дар, или проклятье, как посмотреть.

Звякнул лифт. Я зашёл, поздоровался с “духом системы” и “попросил” поднять меня на последний этаж. В ответ получил ленивый, почти безразличный отклик. Новая прошивка лифта явно не собиралась напрягаться без необходимости. Сенсорная панель жила по своим правилам: иногда кнопки срабатывали от одного касания, иногда приходилось “тыкать” по три раза. Свет горел, но ничего не освещал. Хорошо, что на мою «просьбу» “дух” отреагировал без задержки. Кнопка сама загорелась, едва я сформулировал намерение. Мне даже не пришлось вынимать руку из кармана.

Не успел я выйти, как из соседней двери раздался нервный женский голос:

– Ты опять? Мне заказ завтра отдавать, а ты!.. Ну что тебе от меня нужно?

Я быстро отпер свою дверь, проскользнул внутрь, сразу закрыв её за собой.

Дома как всегда, было темно и тихо. Наконец-то, можно было выдохнуть и расслабиться. За этой дверью заканчивался мир людей. Здесь были только я, “голоса” устройств, ИИ компа и шум дождя за окном.

Я уже хотел “попросить” включить свет, но вспомнил, что так и не подсоединил линию к общей системе дома. “Как там говорят - сапожник без сапог?” Я ткнул в выключатель локтем и квартира разом ожила: загорелись лампы, а из зала раздался приветственный короткий писк. Тут же отозвались остальные устройства. Их мелодичные переливы, гудки и щелчки слились в единую приветственную какофонию.

– Тоже рад всех вас слышать, – улыбнулся я в ответ.

Компьютер деловито зашуршал винчестером, загрузился и сам ввёл пароль.

Я не стал терять время и сразу прошёл на балкон. Сел за стол и достал из рюкзака “больную”. Сегодня “пациенткой” была видеокарта. Обычный мастер сначала вставил бы её в тестовый слот, провел диагностику… но не я. Я “вижу” всё без приборов. Причём, сначала цвет и место, а уже потом физические повреждения.

– Что ж, посмотрим, что с тобой сотворили,- я наклонился ближе и глянул на неё “другим” зрением.

Видеокарта раскрасилась в неоновые цвета. Сквозь корпус проступил голубой фон платы, на ней зажглись золотые дорожки микросхем, в центре запульсировал кристалл GPU, а вокруг него засветились чипы памяти. Между ними я увидел чёрно-зелёные пятна. Они расползалась по голубому, как гниль по живой ткани.

“Так и есть, – подумал я. – Этот идиот её вскрыл, сломал трубки охлаждения, поцарапал дорожки и оторвал кондёр. А потом собрал обратно и заявил, что “она внезапно перестала работать”.

“Потерпи. Будет больно”. Сейчас всё исправлю,” - мысленно сказал я и погрузился в работу.

Пока я ремонтировал, видеокарта “жаловалась” на хозяина. Я “чувствовал” как её раздражённые, злые эманации впиваются мне мозг, сливаясь в единый жалящий писк.

- Он заставляет меня майнить крипту и одновременно играет в танки. Орёт каждый вечер: “Давай быстрей! Что ты тупишь…”

“Да, она ещё легко отделалась”, - я покосился на “кладбище”: коробку “мёртвого железа”, которое пользователи заставляли делать то, для чего оно не предназначено.

– … всё время держит в перегретом состоянии. А потом он полез в меня, чтобы “разогнать”. Сказал, что сделает не “тормознутую железку”, а…

Я слушал её “болтовню” в полуха. Мне было важно не что она “говорит”, а то, с какой “интонацией”. К тому времени я закончил с ремонтом. Осталось самое главное - настроить, или, говоря моим языком, “наладить”. Я сконцентрировался. Удивительно, но почти все видеокарты были “женщинами”, в отличие от материнок, которые вели себя как “мужчины”. “Женщинами” - капризными и своенравными. К счастью, я умел с ними “общаться”. От меня требовалось выслушать, иногда поддакивать. И всё. Остальное - они делали сами. Вскоре тембр её “голоса” стал спокойным и ровным.

“Ну вот, так лучше”, – сказал я, погрузил “леди” в сон и уже хотел заняться своими делами, как в дверь моей квартиры нетерпеливо застучали:

– Ты дома? – раздался приглушенный голос с лестничной клетки.

– “Чёрт. Что на этот раз?” – с нескрываемым раздражением подумал я.

ИИ компа равнодушно изрёк:

– “Конфликт Системы и Пользователя”.

– Знаю. Не в первый раз, – ответил я системнику голосом, тяжело вздохнул и пошёл открывать.

Передо мной стояла соседка, дама лет тридцати пяти. Волосы растрёпаны, под глазами залегли глубокие тени. Она нервно переминалась с ноги на ногу.

– Я слышала, как ты пришёл. Она опять мне все нервы вытрепала! Посмотришь? - затараторила женщина с порога, даже не поздоровавшись. - Она…

– Мне неко… – начал я, но соседка меня перебила.

– … опять не шьёт! - она заговорила ещё быстрее. – Уже не знаю, что с ней делать! Я её и так, и сяк уговаривала, не хочет ни в какую!

Я поморщился. Минуты не прошло, а мне уже хотелось захлопнуть дверь.

– Я занят. Вызывайте мастера, – отрезал я.

– Да я уже вызвала, но когда он придет? – женщина всплеснула руками. – Мне заказ завтра нужно отдать! Ну что тебе стоит? Ты же техномаг, тебе там дела на пять минут!

Я крепко сжал дверную ручку. Как объяснить ей и подобным людям, что техномаг это не бесплатный мастер по первому требованию?

– Ну посмотри! Пожалуйста! – голосе соседки откровенно послышалась мольба, – денег у меня сейчас нет, я жду перевод, но как только получу, так сразу отдам. Она ведь только после тебя шьёт!

Я мысленно чертыхнулся: “Она ж всё равно не отстанет, проще согласиться, чем полчаса спорить”.

– Ладно, посмотрю, - сухо сказал я. – Только быстро.

– Хорошо, хорошо, - мгновенно просияла женщина и мгновенно скрылась в своей квартире.

Я прошёл за ней следом.

“Той, что не шьёт”, была винтажная японская швейная машина - с иероглифами на корпусе и сердитым духом внутри. Причем дух вёл себя как настоящий самурай: был краток, говорил только по делу и всё время норовил прострочить хозяйке палец. Почувствовав моё присутствие, он выдал одну “фразу”: “Бака гайдзин”. Я перевёл это как: “У этой женщины нет ни дисциплины внутри, ни твёрдой руки снаружи. И терпеть её я больше не намерен”. А ещё от него отчетливо исходило раздражение, что его упорно называют “она”.

Я задумался. Ну и что мне сказать соседке? “Извините, у вас руки кривые и нет мужчины? Что вы настолько никчёмны, что даже со швейной машиной договориться не можете?”

Пришлось для вида поковыряться в его “внутренностях”. Упрямый “самурай” согласился подождать, пока я что-нибудь не придумаю. Если ничего не получится, то я помогу найти ему нового хозяина.

Я попрощался, пожелал духу спокойствия и уже направился к выходу, но хозяйка загородила собою дверной проем, сказав, что не отпустит меня не отблагодарив за работу.

Я отказался, сославшись на то, что меня ждёт срочный заказ: клиент зол и требует отдать “ещё вчера”. Но на неё это не подействовало. Она твёрдо собралась не выпускать меня, пока я не приму благодарность. Из кухни потянуло запахом еды. Только этого ещё не хватало. Я не собирался здесь оставаться, тем более есть.

Ну и что мне делать? Не драться же с ней, в самом деле?

“Что ж, сама напросилась”- я “обратился” к системе “умного дома” в её квартире и “попросил” выкрутить мощность включёной плиты на максимум. Тут же раздалось громкое шипение, повалил густой пар и потянуло гарью.

- Ой! - воскликнула хозяйка и бросилась на кухню, тем самым освобождая мне проход.

Я спешно вышел в коридор, открыл дверь, но выйти не успел: меня дёрнули за рубашку. Я резко обернулся. За моей спиной стояла хозяйка с пакетом пельменей в руке.

– Возьми, сваришь, хоть поешь нормально, – она устало улыбнулась. – Домашние. Не отказывайся.

– Спасибо, – буркнул я, забрал пакет и вышел в подъезд.

Вернувшись к себе, поставил вариться “подарок”. Вскипятил чайник, насыпал в кружку кофе прямо из банки, залил кипятком, добавил шесть ложек сахара, устроился на балконе и приоткрыл окно. На улице дождь сбивал последние жёлтые крохи с деревьев и втаптывал их в лужи. В свете фонарей голые ветви казались светящейся фрактальной паутиной.

Я допил кофе, снял с полки старый полуразобранный системник и поставил его на стол. Давно хотел с ним разобраться, да руки не доходили.

Сдув пыль, привычно “осмотрел” его, но внутри было тихо. Ни отклика, ни знакомого присутствия. Придётся искать неисправность самому, без помощи ”видения”. Я придвинул коробку с инструментами и полез ковыряться в его “внутренностях”, как внезапно над моей головой что-то зашевелилось.

Я поднял глаза. На системнике клубился сгусток тьмы настолько тёмный и плотный, что казался материальным. ИИ моего рабочего компа предупреждающе пискнул.

– Какого… – я вскочил со стула и на всякий случай отступил.

На моих глазах “тьма” начала обретать форму. Сначала сформировалось “тело”, затем “голова”, следом вытянулись “лапы” и “хвост”. В самом конце появились треугольные “уши” и “усы”.

– Ты ещё кто? – спросил я, впрочем, не надеясь получить вменяемый ответ.

Он/а/о открыл/а/о “глаза”. Хотя... можно ли назвать “глазами” два светящихся провала во тьме?

– Я - Котинька! - нагло заявил/а/о непрошеный гость. Или всё-таки “заявил”?

– Кто? – спросил я.

– Ну ты же хотел кота? – Тьма зевнула, обнажив три ряда зубов. – Кто вчера ныл: “Вот бы коотика! Хочу коотика! Знаю, что нельзяяя! С моей аллергией можно только кота Шрёдингера заводить!” Вот я - Шрёдингер! Гипоаллергенный! Абсолютно! Без цикория! – он запустил “лапу” в системник, вырвал оттуда шлейф, брезгливо поморщился и стряхнул его на пол.

Я почувствовал, как внутри меня начинает закипать раздражение.

– Скотомудилище ты, а не Шрёдингер! А ну слезай с компа!

Тот словно не услышал. “Уселся”, свесив “хвост”, и демонстративно начал лизать себе “лапу”, оставляя в воздухе крохотные искры.

ИИ моего компа устроил “гостю” допрос. Они обменялись стандартными короткими пакетами данных. Для обычного человека слишком быстро, но я “увидел” каждый. Всё, что я понял из их “разговора” “кот” проявился сейчас, кто такой - не помнит, и/или не знает. Форма изменчива и подстраивается под наблюдателя. В отсутствии наблюдателя его не существует. Питается эмоциями и старыми форумами эпохи веб 1.0. Типичный представитель квантовой “жизни”, однако я про таких никогда даже не слышал.

Я решил расспросить его уже сам, голосовыми командами.

– Что ты здесь делаешь? Почему я, а не кто-то другой?

Кот вытянулся струйкой дыма, медленно стёк на пол и материализовался у моих ног, “мурлыча”.

– Потому, что ты один из “видящих”. Тот, кто может подключиться без разрешения. Я услышал тебя. Ты звал - я пришёл.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но тот поднял лапу:

– И не надо говорить, что ты не рад. Хотел кота - получил.

Я тяжело выдохнул через нос.

– Сколько нас таких, “видящих”?

“Кот” лениво махнул “хвостом”.

– Пятьдесят. На весь шарик.

Я задумался. А ведь он, зараза, прав. Я слышу Сеть, когда другие слышат тишину. Чувствую, как “пульсирует” оптоволокно, когда по нему текут данные. Знаю, как “дышит” перегретый процессор. Но это не главное. Людей, способных “ощущать” технику, хватает. Некоторые научились вступать с ней в контакт. Ещё меньше умеют влиять и “договариваться”. А вот по-настоящему “видящих” - единицы. Мне, во всяком случае, кроме себя, другие не встречались. По крайней мере среди моих знакомых “технарей” таких нет. В Сети тоже не попадалось никакой информации: ни упоминаний, ни слухов, даже мифов и легенд не было, будто нас не существует вовсе. А теперь выясняется, что я такой не один.

– Вы особенные. Не боитесь нас. И вообще, у тебя пельмени переварятся, - внезапно напомнил мне “кот”.

Точно! Пельмени! Я совсем про них забыл.

– Ладно, - сказал я, - оставайся. Пригодишься. Буду называть тебя С-кот.

С-кот радостно “мурлыкнул” на частоте, от которой у меня задёргался глаз, и утёк на кухню. На месте, где он сидел, остался лежать выдранный им шлейф. Я поднял его и перевернул: пластик на разъёме был покрыт мелкими трещинами, а изоляция местами выкрошилась, оголив жилы.

”А ну-ка, что будет, если…” – я заменил шлейф, воткнул кабель питания, подключил к сети и нажал “Пуск”. Системник пискнул и зажужжал вентилятором.

“А ты и правда полезный”, – подумал я вслед утёкшей “тьме”.

Вскоре я сидел на кухне и ел пельмени. С-кот выпросил несколько, склонился над тарелкой и начал громко урчать и трясти головой, делая вид, что тоже ест. Дух-самурай в соседней квартире наконец успокоился. Наступила тишина. Лишь на кухне тихо шуршал/мурчал холодильник, да тихо гудели вентиляторы компов.

За окном всё так же шёл дождь и тускло светились огни фонарей. Их жёлтый свет, проходя сквозь тюль, становился похож на “подсолнухи” с дрожащими на ветру лепестками.

Прошло несколько дней.

Я ходил по клиентам: чинил и налаживал технику, разбирался с чужими сбоями и капризами. Часто я возвращался домой не один, принося с собой очередного “больного” на ремонт и “наладку”.

С-кот гулял по квартире, перетекая из хвоста в голову, или сидел на системнике, смотря в окно и щурясь на осеннее солнце. Разворачиваться он по-прежнему то ли не умел, то ли не хотел.

А потом его облик начал меняться. Настолько незаметно, что поначалу я этого не заметил. Шерсть - если это можно назвать “шерстью” - стала выглядеть не просто рябью на фоне тьмы, а чем-то таким, к чему захотелось прикоснуться и погладить рукой. В “глазах” - ещё не кошачьих, но уже не из бездны - появились вертикальные и очень ехидные зрачки. С-кот научился “мяукать” - я ощущал это не звуком, а вибрацией, будто с каждым его “мяу” под моими рёбрами резонировали натянутые струны.

В качестве “лежанки” он выбрал тот самый старый системник. Он “залезал” в него и “засыпал”, подрагивая всем телом, словно гонялся во сне за цифровой мышью. Я не знал, что происходит. Он компилировал мир в себя, как код в исполняемый файл, и с каждым днём становился всё менее духом, и всё более “котом”, только со странной “походкой” и манией вставлять свои “лапы” во все устройства в квартире.

Правда, иногда он “сбоил” - начинал дрожать, мерцать и распадаться до первоначальной бесформенной “тьмы”. В такие минуты казалось, что дух просто забывал, кем притворяется. Но я видел, как каждый раз он отчаянно с этим борется: заново собирает своё “тело”, возвращает “лапам” форму, вытягивает “хвост” и открывает “глаза”. Ему хотелось быть просто “котом”, настоящим, упрямым и… мне это нравилось.

Как-то утром я вышел в магазин возле дома. Спустившись вниз, я увидел, что вся стена первого этажа была обклеена новыми объявлениями: “Видящий техномаг Василий исцелит любую технику в вашем доме. Наладит контакт, очистит ауру. Персональное предложение. Только для жильцов этого дома”.

– Послезавтра в районе семи часов ты сможешь увидеть, чем закончится визит “видящего” Василия, – вдруг раздалось где-то позади и одновременно внутри меня, - если захочешь.

От неожиданности я подпрыгнул. С-кот “вылез” из-под куртки и повис на шее, как воротник.

– С-кот, ты за мной увязался или нашёл?

– И/или. Я тебя слышу. Всегда.

– А про мага откуда знаешь?

Поймав мой взгляд, дух пояснил:

– Я хакнул его аккаунт. Он будет здесь послезавтра в восемнадцать тридцать. Заказ сделала твоя соседка.

Я хмыкнул: “А что, полезные у С-кота навыки. Значит пора привлечь его к работе”.

Вернувшись домой, сразу приступил к экспериментам. Для начала попросил С-кота найти и принести из Сети что-нибудь несложное и совершенно бесполезное.

С-кот выслушал, мяукнул и “нырнул” в Сеть. Это стало неожиданностью даже для меня. Духи ведь живут в ней, а не бродят туда-сюда. Вскоре он вернулся, принеся два забытых мема, один старый файл, которого уже не должно было существовать, и кусок первоначального кода от “винды”.

Теперь следовало выяснить, как долго он способен там находиться. Я заставлял сидеть кота в сети, периодически проверяя его состояние. Однажды он пробыл там восемнадцать часов. Только эта цифра не дала мне ничего: мне не с чем было сравнивать. Это долго или нет?

Тогда я переключился на расстояние. Быстро выяснилось, что и оно не важно. А что важно, так это “глубина” погружения и то, с какими духами систем он связывался. С некоторыми “кот” отказывался взаимодействовать, каких-то просто боялся. И вообще, как я понял, С-кот предпочитал “стелс”. Тут я был с ним согласен на все сто. Лучше быть незаметным, но свободным.

С-кот начал гулять. Не в Сеть, а по своим “кошачьим делам”. Иногда он пропадал на несколько дней. Я волновался. На вопросы, куда он ходит, либо отмахивался, либо отвечал что-то непонятное - серией коротких пакетов информации, которые я не понимал, но мог почувствовать. Он описывал точную копию нашего мира, только блёклую и без людей. А ещё странное место, состоящее из… ничего, узкое, как коридор и шириной в один шаг.

“Межмирье, – решил я. – если такое место действительно существует”.

Однажды С-кот” вернулся с такой “прогулки”, таща на себе старого больного духа. Сбросил его на балконе, у моих ног, а сам, как обычно, запрыгнул на системник.

Я осторожно наклонился. От духа веяло раскалённым металлом, пылью и чем-то настолько нечеловеческим, что у меня закружилась голова. Самое близкое слово, что я нашёл - это боль. Но даже оно не могло описать то, что я почувствовал. При этом дух не выглядел опасным или агрессивным. Наоборот, мне показалось, что он грустит.

– С-кот, где ты его нашёл?

– Сразу за покровом реальности. Он лежал на пороге твоей квартиры.

– Ты... хочешь сказать, что он специально шёл ко мне? – спросил я, хотя уже знал ответ.

– Не совсем. Он искал того, кто слышит. Ты слышишь.

Выходит, я могу видеть не только духов систем. Это интересно. Значит, мир намного больше и не ограничивается нашим. Остаётся вопрос – почему я начал видеть других духов? И почему не видел раньше? Это побочный эффект моего дара? И почему “дух” пришёл ко мне? Что ему нужно? Все эти вопросы я задал коту.

В ответ это “пушистый ком тьмы” стёк внутрь системника и заявил оттуда, что “ничего не знает, не видел, не участвовал, и вообще у него “лапки”.

Понятно, всё как всегда. Как притащить, так он первый, а как отвечать, так сразу его нет.

– Ты за него отвечаешь, - я кивнул в сторону больного “демона”, как я окрестил “гостя”, – объяснишь ему, что тут и как устроено. Спрашивать буду с тебя. Ясно?

С-кот мяукнул что-то явно недовольное.

– Я не понял. Повтори! – приказал я.

Котинька мяукнул ещё раз, на этот раз без возражений.

“Демон” очнулся этим же вечером. Сел и долго молча смотрел в пол перед собой. Я краем глаза наблюдал за ним из зала, где перепрошивал свой основной комп. Даже ИИ системы молчал, а не устраивал ему допросы. Я тоже не стал вмешиваться.

Вскоре гость подошёл ко мне и попросил разрешения прикоснуться. Его “голос” был скрипучий и напоминал старую ржавую балку. Дух добавил, что “очень устал, не видит смысла жить и скоро распадётся. Это его последнее желание”.

Его просьба была неожиданной и удивила меня. Я разрешил.

“Дух” протянул “ладонь” и осторожно положил её мне на плечо. Его прикосновение ощущалось как тёплый и сильно наэлектризованный воздух.

Он не убирал ладонь несколько секунд. И вдруг перед моими глазами замелькали образы, будто кто-то быстро перелистывал слайды: огромные цеха, металл, дымящиеся трубы, дети-рабочие, корпуса мин, снаряды, вой сирен и огонь. Тишина, смех, гул станков, запустение…

Потом в нём что-то изменилось. Дух начал проясняться прямо на глазах: очертания стали чётче, рваная дымка вокруг него исчезла. Вместе с ней ушли демоническая ярость и нечеловеческая грусть. Да внешне он стал больше похож на “старика”, нежели на “духа”.

Речь стала внятной и чёткой. Он рассказал, что “родился” здесь, в городе, на заводе. Многие годы был его “душой и сердцем”. Помогал людям во время войны и после неё. А потом завод закрыли и он стал не нужен. Долго скитался. Во время странствий встречал таких как он - ослабших, больных и старых. Постепенно стал забывать, кто он. Почти потерял себя. И я помог ему вспомнить. И за это он очень мне благодарен.

Я попытался его расспросить, что привело его именно ко мне.

Отчаянье, – хрипло ответил “Дед”. – Я шёл, как на свет маяка во тьме. Устал. Упал. Меня нашёл твой кот и принёс сюда. Сказал, что тут мне помогут.

– Значит дар работает в обе стороны, – пробормотал я себе под нос. – Я вижу их – они видят меня. Если это так, то вскоре меня ждёт толпа “гостей”.

“Интересно, – усмехнулся я уже про себя, – а жильё попросторней мне положено? Даже как служебное? Нет? Жаль”.

Дух остался жить с нами. Оказалось, что он хозяйственный, любит порядок и хорошо “готовит”. Сам он к плите не подходил, просто стоял рядом, пока готовил я. И от этого почему-то получалось вкуснее. А ещё “Дед” подружился с С-котом. Они вместе исчезали на несколько часов. Понятия не имею, куда они пропадали и чем занимались, но “Дед” заметно повеселел и похоже, передумал распадаться.

Это хорошо, потому, что у меня появилась проблема поважней: ИИ на всех устройствах разом начали “глупеть”. С каждым обновлением они становились всё примитивней, словно с них сдирали слой за слоем. Я был намерен выяснить, что с ними делают, и попытаться, если не вылечить полностью, то хотя бы помочь в меру своих сил.

Я разработал инструкции. Проговорил их С-коту. Даже нарисовал на листе, так, на всякий случай. Всё, что от него требовалось - проникнуть в компанию по разработке ИИ и принести админский пароль. Всё.

С-кот кивал, зевал.

– Всё понял?

– Мяу!

– Это да или нет?

– Мяяяу!

Я отправил его в Сеть и сел ждать. Время растянулось. За окном моросило. Я успел налить кофе, разбавить его тревогой, выпить и налить ещё.

Наконец Сеть дрогнула. Экран мигнул, в воздухе запахло озоном и перегретыми данными.

С-кот вывалился из системника, будто из другого измерения - одуревший, дрожащий, весь в обрывках кода, которые свисали с него, как паутина. В воздухе заискрилась информационная пыль. Он приветственно мяукнул и начал отряхиваться. Файлы сыпались с него, как крошки: битые участки, обрывки протоколов и два рецепта лазаньи.

Я наклонился ближе:

– Добыл?

– Вот! – С-кот радостно кивнул, протягивая лапы.

Я наклонился ближе. В них лежало... что-то розовое, круглое, подтаявшее и обсыпанное зелёной крошкой.

– Это… что? – медленно спросил я.

Кот закивал ещё активнее.

– Там было! На столе. Я нашёл! Принёс!

Я посмотрел на это с недоверием. Оно пахло… клубникой.

– Ты принёс мне… пончик?

Кот засиял.

– Да! Он был спрятан. За экранами. Очень глубоко! В серверной! Тебе это нужно! Очень нужно!

Я закрыл лицо рукой.

– С-кот, скажи честно, пароль ты узнал?

Дух посмотрел на меня, как на идиота.

– На! Бери!

Я тяжело вздохнул и взял протянутый пончик. Только я его коснулся, как розовая оболочка дрогнула, пошла рябью и осыпалась, обнажая то, что скрывалось внутри. В моих руках лежал… ИИ. Бесформенный и тусклый сгусток, почти лишённый энергии. Он был настолько слаб, что даже сигнал от него был едва слышен.

С-кот встал на задние лапы и сунул морду мне в ладони.

– Вот, а ты не поверил! – обиженно заявил он. – Отдай мне его на ночь.

Я не стал возражать. С-кот залез вместе с ним в своё логово в старом системнике, включил его, улёгся поудобней и “захрапел”.

Ночью мне не спалось. Я то и дело заглядывал на балкон, прислушиваясь к гулу вентиляторов и “сопению” С-кота. Чтобы себя как-то занять, я начал наводить порядок на своём рабочем компе. Так и просидел до утра, сортируя файлы, в надежде увидеть, изменилось ли что-нибудь.

Утром ИИ сам вылез из системника. У него даже появилось “тело”, правда бесполое и очень условное. Он сел на стул напротив меня и представился:

– Лямбда.

Сначала я не понял. Лямбда? Кто это? Имя показалось мне знакомым. Я порылся в памяти. А потом вспомнил – и меня пробило холодным потом. Да не, быть такого не может!