
Сцена без занавеса
В хосписе, где тишина звучит громче слов, умирающий актёр Александр Валентинович встречает своего последнего зрителя — шестнадцатилетнего мальчика, смертельно испуганного не болью, а забвением. Не в силах изменить судьбу, актёр делает единственное, что умеет по-настоящему: играет.
Серёжа фыркнул, но в его взгляде мелькнул слабый интерес.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Тишина в хосписе особого свойства. Она не абсолютна. Её прошивают насквозь тихий гул аппаратуры, приглушённые шаги сиделок, чьё-то прерывистое дыхание за стеной. Это тишина ожидания. Но не того яркого, трепетного ожидания перед выходом на сцену, когда за кулисами пахнет краской, пылью и потом. Нет. Это ожидание тихое, горизонтальное. Как будто жизнь превратилась в длинный, плоский коридор, в конце которого — не свет софитов, а просто… тихий выход.Александр Валентинович лежал на своей койке и считал роли. Это был его способ не считать дни. Он начинал с самого начала — с эпизодика в «Слуге двух господ» в провинциальном театре, где путал текст и краснел до корней волос. Потом — первые телеспектакли, чёрно-белые, где каждый жест был величиной с материк. Островский, Шекспир, затем — модный в девяностых театр абсурда. Он переиграл всех: и благородных королей, и жалких клерков, и сумасш…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0