Связанный с домом

Глава 1

На Ривертаун снова опустился туман. Густой, тягучий, холодный, как и всегда. Криспину он нравился, хотя большинство людей часто жаловалось на неблагоприятность такой погоды. С его же точки зрения в сыром тумане лучше всего можно было упорядочить собственные мысли: собрать их, проанализировать, отбросить лишнее, а после вернуться в дом и там на свежий рассудок и чистую голову вернуться к своим делам.

Вернуться в дом….Пожалуй, только Криспин может называть «домом» во всех смыслах это строение на вершине холма. Большое, мрачное и древнее, внутри гораздо большее, чем снаружи. Сколько в нем комнат? Никому не известно, а почему некоторые комнаты постоянно остаются на своем месте, а другие меняют положение, - еще более запутанная загадка. Проклятое место, которое до его появления в городе держало людей в ужасе. Никто не решался даже подойти к подножию холма, не то, что взобраться наверх к тяжелым дверям из дерева, более всего похожего на дуб. Криспин знал, что это не дуб, но не знал, как назвать эту породу, ведь деревьев с пульсирующими черными прожилками на Вите не росло. А что творилось за этими дверьми…. Хантеры, обычно преследующие исключительно вампиров, пропадали в этом доме в попытках очистить его, и оставалось только догадываться, каким способом дом получил свою жертву в этот раз. Комнаты и коридоры могли впустить в этот мир самых разномастных тварей, неизвестных ни одному некроманту, ни одной ведьме или колдуну, а значит, что бы ни вылезло из тьмы в углах, его было не устранить теми методами, что знали люди.

Подул легкий, но холодный ветер, способный пробрать до костей. На Криспине был надет довольно тонкий плащ, но его совершенно не заботили капризы погоды. Его фиолетовые глаза вглядывались в завихрения тумана, который взволновало движение воздуха. Хм, именно такой след оставляли после себя те странные создания, что на прошлой седьмовке решили спрыгнуть на обеденный стол с люстры. Одно из белесых существ угодило лапой прямо в его завтрак, а от вида их лиц, или того, что должно быть на их месте, Максвелл вскрикнул так, что с потолка вслед за созданиями вполне могла обрушиться и сама люстра. Удивительно, Максвелл живет вместе с ним уже так долго, но все еще крайне остро реагирует на то, что может наслать на них обоих дом. Хотя, возможно, это потому, что вампиру и правда достается гораздо сильнее. В доме именно Максвелл является самым слабым и уязвимым существом, и древние стены это чувствуют, Криспин не сомневался. Потому даже Потусторонний таракан был для его друга серьезной проблемой, ведь эти ничтожные твари очень притягиваются к падали, и живые мертвецы для них не исключение. А ведь самого Криспина дом почти не трогает, если можно так выразиться. Возможно, строение признает в нем кого-то, с кем можно сосуществовать. Как очень давно он узнал, такие существа зовутся симбионтами. Что ж, возможно, это правда. А возможно, дом признает силу Криспина и просто не желает лишних проблем.

Умеет ли сам дом мыслить? Как он появился? Почему он такой, какой есть? Эти вопросы крутятся в голове каждый раз, когда он начинает размышлять о меняющихся прямо на глазах коридорах. Судя по многим признакам, можно в очередной раз сделать вывод, что ничего не существует просто так. Этот дом откуда-то взялся, почему-то стал таким. У него есть какое-то предназначение в этом мире? Или, быть может, он важен не только здесь? А может, сама богиня сотворила его? Но зачем? Она бережет этот мир, а дом потенциально может его разрушить. Нет, вряд ли этот дом – дар Мехи. Возможно, она, наоборот, обеспокоена наличием этого здания в своем мире. Одно ясно – дом является крайне сложной аномалией, вопросом без ответа. Однако, можно попробовать подискутировать с Совосущностями на этот счет, как только появиться возможность пройти к ним в мир через портал на третьем этаже на часок-другой. Нужно вписать в свой распорядок дня беседу. С Совосущностями, несмотря на их высокомерие и гордость, общаться приятно.

Кстати, он снова задумался о богине. Неудивительно. Меха – та, по чьей милости он остался жив. И та, благодаря кому у него есть миссия. Перед мысленным взором Криспина встала картина из далекого прошлого: страшная катастрофа, мелькающие тени, замешательство и страх. Такого страха он не испытывал никогда в жизни, но, пожалуй, это было потому, что он на тот момент был живым всего несколько часов. Великая Война Теней – вот тот период мировой истории, когда он был рожден. Его собратья, Твари из Тьмы, огромные, состоящие словно из переливающейся жидкой черноты, терроризировали людей, пожирая их, уничтожая жизнь и сам мир. Однако на тот момент чудовищ уже оттесняли от людских поселений, уничтожали. Гении тех времен придумали поистине смертоносные биомашины, которые были призваны истреблять Тварей. Смерть грозила и ему, маленькому и слабому в сравнении со своими собратьями. Он мог только бежать и прятаться. Однако, вечно этого делать бы он не смог, и его бы постигла участь остальных Тварей. Он этого не хотел. Он не хотел умирать. Он умел говорить, когда другие ему подобные - нет, он размышлял в отличие от них, да он ведь даже не имел уродств в своей форме, в темноте его можно было принять за ребенка, только что покрытого черной пульсирующей массой с ног до головы. И с огромными глазами, в которых плескалась темнота. А так – совершенно обычный и нормальный ребенок. Но его бы непременно уничтожили машины, которых теперь называют Древнесобранными, ведь у них был нюх на таких, как он. Этого не случилось только потому, что Меха пришла к нему. Она возникла во вспышке света, такого чистого и яркого, что Криспину тогда показалось, будто он тает. Прекрасная женщина в роскошном платье, с механическими частями тела и глазами, похожими на осколки невероятной далекой звезды, сошла к нему и предложила спасение за верность. Она дала ему возможность скрывать свою истинную природу, подарила способность менять облик так, чтобы походить на человека. К прочему он больше не мог быть унюхан Древнесобранными. И за это она просила только одного: быть верным ей.

Он мог выбрать себе любую внешность, да и сейчас может, но с некоторых времен люди привыкли видеть его короткостриженым кудрявым блондином по имени Криспин Некрос, поэтому внешность свою он не менял уже несколько сотен кругов, и не собирался, его лицо ему нравилось.

Люди ходят к нему давно. Когда требуется помощь, находятся храбрецы, поднимающиеся на холм и стучащие в пульсирующую деревянную дверь. Нежить и прочие потусторонние напасти водятся не только в его доме, такое явление может возникнуть где угодно, и самым правильным решением бывает как можно быстрее обратиться к самому могущественному некроманту Виты – к нему. Тот, кто обуздал ужасные темные силы дома на холме, внушает уверенность. И страх. По этой причине его жизнь до появления Максвелла была довольно одинокой, существа в доме, даже относительно мирные, не горели особым желанием общаться с ним. Наверное, хорошо, что Максвелл крайне болтлив. Это утомляет, но зато недостатка в общении у него теперь нет.

Он должен защищать людей. Не только от своего дома, от любой опасности. Он должен бросать все силы на это. Ведь именно этого от него требовала богиня, так?

Или нет? Может, он должен жить в этом доме, под холмом которого его и спасли, потому что….так надо? Дом притягивает к себе самых ужасных тварей отовсюду, и он – один из них. Дом – его тюрьма? Тюрьма, в которой он заперся добровольно ради возможности жить. Ради возможности притворяться человеком….

Под сапогом хлюпнуло. В этом месте соседнего с холмом леса еще не высохли огромные лужи, здесь низина и тень от деревьев. Невольно Криспин опустил взгляд на свое отражение в рябящей воде. Человек, светлые волосы, ярко-фиолетовые глаза, чистая, но немного странная на вид, одежда, разве что кожа немного неестественного сероватого оттенка, но это ерунда. Криспин задумался. Его отражение поплыло, но теперь уже не потому, что водная гладь грязной лужи была потревожена чьим-то сапогом. Он менял внешность. Сбрасывал маску. Голова увеличилась, волосы втянулись, зрачки словно расплылись по глазницам и заняли их полностью, тонкие губы растаяли, обнажая ряды острейших клыков….

Дальше меняться он не стал, испортится костюм. Да, он претерпел изменения со времен своего рождения. Наверное, из-за того, что стал старше и сильнее. Сейчас он совершенно точно был выше, чем два человеческих роста, вернее, мог бы быть, если бы превратился до конца. Таких ужасающих зубов у него не было. У него вообще не было видимого рта, если на то пошло. Носа тоже. Но сейчас на отдаленно похожей на череп роже были видны две безобразные дырки.

И ведь так ужасен он не только снаружи. Внутри него за все прожитое время накопилась, и теперь плескалась во всем теле, черная магия. У него оказались просто удивительные способности к некромантии. А благодаря тому, что в доме можно было отыскать порталы в другие миры, он имел доступ к таким запретным знаниям, о каких другие некроманты Виты могли только мечтать. Если подумать, той силы, что есть у него, хватит, чтобы поставить на колени целый мир. Повести за собой орду нежити и прочих тварей, да даже вновь освободить из недр планеты и подчинить своих собратьев, и отправиться покорять город за городом, превратить всех в своих мертвых рабов! И ни одна душа не сможет ему ничего противопоставить, ведь его силы и могущество превосходят любого.

Страшная морда в отражении снова превратилась в человеческое лицо. Исчезли клыки, нос перестал отталкивать зияющими дырами, вновь золотистые кудри спали на лоб.

Он не станет делать мир своим. Ему это незачем. Он никогда не принадлежал миру зла и никогда не желал кому-то гибели. Да, он не принадлежит к нормальному миру, но он не принадлежит и миру Тварей. Наверное, поэтому он защищает мир. Потому что хочет мира. Меха наверняка видела это, потому и спасла его. И ей не нужны были клятвы и контроль над ним, ведь верность подразумевает исполнение приказов. До сих пор ему не давали ни одного. Он справлялся сам, потому что хотел сохранять жизни. А это и есть самое важное.

Может, дом тоже хочет этого? Может, поэтому ему так хорошо в его стенах? Неправильное строение признало его неправильность и позволило жить с собой на равных. И наверняка почувствовало заботу о своих стенах с его стороны. Да, этот ответ казался ему правильным. Что ж, он уже разложил свои мысли довольно неплохо.

Однако, заняться дальнейшей расстановкой мыслей по полочкам больше не получится. Со стороны холма долетело эхо крика знакомого голоса. Видимо, Максвелл наткнулся на очередного внезапного обитателя темных коридоров. И теперь Криспин пойдет спасать друга, а потом и другие жизни, если понадобится. И не по чьему-то приказу или из-за какой-то обязанности.

А потому что так правильно.