Особенности фантастики паро-панка

Взгляни на пар изнутри или Что же такое Steam Punk ?

Паро-панк - словечко модное. И забавное. На слух вроде бы панки (вроде нашумевших Pussy Riot или детища горбачёвской перестройки «Сектора Газа»), только наверное не под кайфом, а под паром. Увы, эта игра слов лишь сбивает с толку. Многие так наивно и полагают, что стоит заменить электронные стимуляторы в кибер-панке на шестерёнки - и, вуаля! Только выходят всё те же «крашенные ирокезы», только в профиль.

Нельзя так просто взять и перенести «Звёздные войны» в Эпоху Пара - глупость выйдет. Но почему?

«Зри в корень»

Так советовал Козьма Прутков в те самые века, которые мы нынче ёмко называем Эпохой Пара. И будем называть именно так - Эпоха пара. Во избежание недоразумений и двусмысленности. А теперь последуем мудрому совету современника тех времён, и посмотрим что же у нас в корне?

Панк - это не буйствующие молодые люди, а суб-культура, которая таких людей объединяет. Или даже лучше сказать под-культура. Ведь сами её представители частенько называют себя модным английским словечком underground - что дословно означает «подземный». Рождается такая культура не от хорошей жизни - это признак глубокой болезни цивилизации, расслоения общества - причём расслоения органически вплетённого в саму структуру общественных отношений. В таком обществе не осталось ничего святого. Святого не в смысле формального освящения какой-нибудь религией (например, верой в Бога-Машину или Матрицу) - а в понимании самих людей.

Общество больно и вот три важнейших симптома его болезни:

армия безработных - и, добавим, порою ещё и бездомныхмассовая неуверенность в будущем - как своём собственном, так и будущем своих детейбессмысленность существования - как массовый феномен, характерный для общества, основанного на отчуждении человека от результатов его трудаОтчуждение от результатов труда... и что такого? Были бы деньги, а уж с деньгами-то...! Но нет! Отсутствие смысла жизни это пустота, а природа пустоты не терпит. Что заполнит эту пустоту? Азартные игры, пьянство, насилие над подчинёнными, детьми, случайными встречными? Или даже стихийный бунт.

Только когда миром правят деньги и ничего кроме денег - только тогда возможен панк. Бунт одиночки против всего мира случается в любой период истории - но именно при капитализме в его высшей стадии число таких одиночек начинает переваливать за критическую массу. Да это протест, но по сути своей бесцельный. Он направлен не против чего-либо или кого-либо конкретно. Он против всех. И даже против себя самого. Почему? Да потому что - выхода нет!

Каждый житель мира кибер-панка отчётливо ощущает это. Каждый живёт мечтой заработать (или украсть) столько денег, чтобы хватило на маленький домик в самой забытой глуши - и там своё личное маленькое счастье. И каждый такой мечтатель знает, что этим мечтам сбыться не суждено. Ибо невозможно вырваться из замкнутого круга. Остаётся только барахтаться в этих сетях, губить всё вокруг, включая и саму планету на которой живём - и ждать прихода избавления в виде вечного сна. Ведь жизнь потеряла смысл раньше, чем несчастный житель этого проклятого мира успел родиться. И бесполезно призывать не падать духом (сохранять оптимизм, быть на позитиве и т.п.). В одиночку не выстоять против Системы - союза корпораций и финансистов. Сопротивление бесполезно - и как только человек понимает и принимает это, он становится рабом Системы. Если повезёт, то высоко-оплачиваемым рабом. Но точно так же, как последний нищий, заключённым в беличье колесо из которого - выхода нет.

Но ничего похожего мы не видим в былые времена!

Тысячелетия назад появились рабовладельческие империи - и они, как это нам теперь достоверно известно, уже освоили всю планету, наладили культурные и торговые связи меж собой и возводили замечательные сооружения с помощью пусть относительно примитивных, зато довольно эффективных механизмов. Насосы и подъёмные краны это ещё не самые диковинные устройства древних - которыми мы пользуемся и поныне. А как Вам, дорогой читатель, приводимая в действие силой текущей воды, полностью автоматизированная фабрика для помола зерна, производительностью на половину Галлии? Скажите не может быть? Вымысел? Нет, это археологический факт. Подобные автоматизированные мельницы найдены даже на самых окраинах Римской Империи (в Англии).

Механизмы против рабов

Придётся, на этом месте, отвлечься от этических соображений и прибегнуть к математике. А всё потому, что «бытие определяет сознание» - вот поэтому, чтобы понять сознание раба или рабовладельца, придётся нам погрузиться в бухгалтерию.

Представим себе счастливого обладателя поместья - разумеется типичного рабовладельца, каким мы его привыкли себе представлять. Сам он не работает - для этого рабы есть. Одна беда - рабов надо заставлять работать! Как только не свистит над головой кнут - раб бросает работу и отдыхает. А с чего ему надрываться-то? Всё что он произведёт - это благо хозяина, а рабу с барского стола лишь объедки.

Конечно, в рабовладельческом государстве есть сильная и многочисленная армия - но это на случай бунтов. Да и дорого выйдет, если к каждому рабу по солдату приставить. И границы защищать будет некому. Поэтому в повседневной работе приходится самому хозяину бегать по полю с палкой в руках от одного раба к другому. И успеет он так обежать и побудить работать, ну, скажем, 10 рабов. А если их 11, то один раб всегда будет оставаться без хозяйского надзора - и разумеется бездельничать.

Тогда хозяин нанимает надсмотрщика. Замечательно! Теперь можно отдохнуть в тени портика, слушая поэму Вергилия или пытаясь переспорить Цицерона. Но надсмотрщик то же успевает приглядеть лишь за 10 рабами. А если их больше, то приходится нанимать ещё надсмотрщика.

Хозяйство растёт, хозяин предаётся пирам и прочим утехам. Но на каждый десяток рабов приходится брать ещё по одному надсмотрщику. А как вы думаете, надсмотрщику есть резон проявлять усердие? Нет такого резона - свою плату он и так получает. Поэтому, чтобы надсмотрщики работали - над ними надо ставить супер-надсмотрщика. А если хозяйство ещё разрослось, то над супер-надсмотрщиками придётся ставить главного надсмотрщика. И так далее...

...И так далее до предела примерно в 5 тысяч рабов. Потому что, надсмотрщики не производят ничего, но каждый следующий уровень надсмотрщиков требует всё большей оплаты своего труда - и так до тех пор, пока все вместе они не будут съедать весь доход, добываемый рабами. Да, производят продукт только рабы, а надсмотрщики - только смотрят. Вот поэтому рабовладельческое хозяйство размером более 5000 рабов становилось убыточным - причём убыточным весьма серьёзно. Ведь создавали рабы натуральный продукт - а плата надсмотрщикам шла деньгами. А как выгодно продать натуральный продукт, когда у всех вокруг свои натуральные хозяйства с избытками точно такого же продукта?

Математика никогда не врёт. Математика показывает нам - рабовладелие было невозможно. Но, позвольте, как же тогда существовали целые империи - и существовали веками, а то и тысячелетиями?

Только применение - причём очень широкое применение - механизмов и даже механических автоматов спасало эти рабовладельческие государства. И хотя мы привыкли думать, что именно трудом подневольных рабов созданы все блага античности, это не так. Наибольшую часть населения рабовладельческих империй составляли различные неполноправные и зависимые народы. Фермеры и ремесленники, полностью обеспечивавшие сами себя и отдававшие часть своего продукта в качестве налога. А рабы в таких империях использовались весьма ограниченно - по сравнению с общей массой государственных потребностей, рабы скорее всего выполняли не более 1/10 всех работ, и те, по большей части, приходились на богатый частный сектор. Основа же промышленности того времени была полностью механизирована.

То, что археологи не находят останков механизмов в таком количестве не должно нас сбивать с толку - деревянные части истлели, а металл был переплавлен много раз. Находка почти целой римской водяной мельницы при раскопках в Англии это редкостная удача. Чаще от этих сооружений находят лишь остатки фундаментов, по который и удаётся более-менее точно восстановить картину древней жизни.

Но всё же наличие рабов сыграло важную роль в истории. Могла ли Эпоха Пара начаться тогда? Нет! Хотя ещё Герон создал паровую турбину, но на том этапе развития цивилизации вполне хватало силы текущей воды и летящего ветра. Ну и конечно же силы тягловых животных и обученных рабов. Возиться с двигателями просто не было нужды. Это не отменяло естественного стремления людей к изобретению нового. И изобретали, да. Но пока обходились без искусственных двигателей. До Эпохи Пара было ещё далеко.

Сила машин

Реальная история нашей планеты делает странные, необъяснимые зигзаги. Римляне возводили постройки из каменных блоков лишь немногим уступавшим камням чуда света пирамиды Хеопса - да только римляне всё это проделывали в куда больших масштабах, чем египтяне. Хотя и египтяне построили не одну только эту пирамиду. А были ещё и шумеры с их висячими садами в семь этажей высотой!

Если читателю интересно узнать о древних постройках, о связанных с ними мифах и куда более удивительной правде - то самое интересное заботливо собрано в моей книге «Крепости-звёзды: пришельцы, пирамиды, потоп». Не даром она зовётся самой доброй книгой по альтернативной истории. Загляните на мой сайт за дополнительной информацией.

Но затем, за какие-то двести лет вдруг забывают как строить акведуки, канализацию и дороги, да и многое другое. Не могут возвести даже копии действующих сооружений. Никто не чинит приходящее в ветхость. Даже просвещённые государства впадают в дикость. Зато спустя полторы тысячи лет приходит Возрождение - и вновь начинают перечитывать Аристотеля, вычислять "пифагоровы штаны" и копировать сооружения и механизмы древних.

И оказывается, что жили-то все эти полторы тыщи лет неправильно! Забывали мыться, выливая помои на улицу развели антисанитарию - и получили ужасные эпидемии, неизвестные Древнему Миру. А средневековые замки с их высоченными стенами и ещё более высокими башнями? В XV веке приходит стойкое понимание, что стена вообще не должна возвышаться - зато должна быть толстой, а ров перед ней пусть неглубоким, зато широким и простреливаемым насквозь. Башни безжалостно срывают (чтоб не давали ориентира вражеским артиллеристам), а на их месте возводят просторные и почти непробиваемые бастионы.

Юмор истории в том, что порох был известен и ранее. И даже без пороха делали огневые подкопы под стены. А когда порох появился - то более века использовался как - громкая хлопушка. Исторический факт: стрелки даже не считали нужным заряжать свои ручницы ядрышком, потому что без ядра шуму будет больше. Как вдруг порох становится модным. Настолько модным, что решительно все переходят на несовершенное пороховое оружие и выбрасывают на свалку истории отличные луки, арбалеты и мощные, а главное дешёвые и надёжные метательные машины - в пользу пушек, более опасных для своей прислуги, чем для врага. Не все знают, но кремнёвое ружьё даже в период своего расцвета в XVIII веке и в подмётки не годилось арбалету - заряжается так же долго, патроны мокнут, точность настолько отвратительная, что на сотню шагов лучший стрелок не мог быть уверен, что попадёт в коня (!), не то что в человека. Потому и стреляются на дуэлях из пистолей с дюжины шагов - и нередко остаются живыми. Потому и батальоны на поле боя стреляли только залпами - и только в цель, размером не меньше такого же батальона и то, если он не далее 50 шагов. Сравните это с тем, что, как известно из летописей, на средневековых городских ярмарках даже женщины участвовали в соревнованиях арбалетчиков и попадали с тех же 50 шагов в цель, размером с голову.

Но что-то переменилось в сознании целой цивилизации - и вот, армии перевооружены на порох, а абсолютно все крепости перестроены, чтоб эффективно противостоять пороховому оружию - силой такого же порохового оружия.

И вот тут выходит на историческую сцену пар. Он был и раньше - но древние смотрели на него исключительно как на игрушку. А что им было проку от паровой турбины - которая и близко не могла сравниться с мощью водяных автоматов.

Но те автоматы были государственные. Теперь же появился частный потребитель, который не мог по своему желанию перегородить реку или изменить её русло - и вот ему нужен был компактный источник механической энергии. Именно это и вызвало к жизни паровые машины.

А где же бунт?

Панк - это бунт. Казалось бы, в разделённом на классы обществе бунт неизбежен. Но - где же он?

А Вы, дорогой читатель, верите в неизбежную и непримиримую классовую борьбу? Борьба классовая выходит на сцену только в периоды максимальных противоречий в государстве, когда всё рушится и само государство оказывается так тяжко больно, что уже скорее при смерти. В живом же обществе никакая открытая классовая борьба не нужна. Заметим, что политическая борьба есть всегда - и даже при абсолютном самодержавии есть. Вот только в политические партии - не формально, а по факту - входят представители всех классов. И каждый тщательно охраняет своё положение в этой системе, будь оно хорошее или не очень. Ибо человек животное стайное (или стадное - как вам больше нравится), и дремучие инстинкты велят ему придерживаться стаи, порой даже в ущерб собственным интересам. Например, в Древнем Риме была система патронажа - плебеи отдавали свои голоса патрицию за то, что тот был их патроном-благодетелем, хоть может никаких особых благ они от патрона и не видели. В Древнем Китае даже рабы становились частью семейного клана - а главы кланов делили меж собой власть в государстве. Примеры можно продолжать до бесконечности, в любом случае видим одно и то же - принадлежать к сильной партии выгодно, вне зависимости от того, к какому классу общества принадлежишь сам. И точно такой же бедняк - но из чужого клана - тебе совсем не классовый товарищ.

И так продолжалось веками и тысячелетиями - до прихода машин.

А что же машины? Нет, они не изменили политическое устройство мира - напротив, все партии и кланы сплотились даже ещё сильнее. Потому что даже последний бедняк получил призрачный шанс стать уважаемым гражданином! Да, теперь он не будет сам рубить дрова - завтра придумают механического лесоруба, а бывший дровосек будет лишь указывать автомату, где рубить и куда относить.

Но ещё бОльшие горизонты открылись для путешественников. Стало возможным подняться в небо, сбывалась мечта о плавании под водой. Вы устали от прогнившего общества? Так в путь, мой друг! Там, за горизонтом, есть ещё счастливые земли...

Вот что такое протест и бунт Эпохи Пара - это бунт души, это отрицание чопорности, это презрение обыденности. Это неизведанное новое и это героизм первооткрывателей. Это романы Жюль Верна, Конан Дойла и Герберта Уэллса. И даже придуманный Дюма знаменитый граф Монте-Кристо - он то же в какой-то мере персонаж Эпохи Пара (по крайней мере вспомните его визит на телеграфную башню).

Говоря сухим научным языком, общество той эпохи перестало замыкаться на себя. Оно раскрылось - поэтому и бунтарская энергия выплеснулась наружу. И это было время, когда каждый человек получил выбор - свой собственный выбор. И всё это благодаря силе машин, неожиданно обеспечивших человека огромным могуществом над стихией.

Такого выбора не было раньше. Во времена рабовладелия и средневековья - общество тех времён было замкнуто само на себя и любой протест возвращался обратно в общество. Внешне это выражалось в борьбе политических партий, подчас очень жестокой, и редких восстаниях бедноты. Вовне выплёскивались завоевательные походы и насаждение миролюбивых религий огнём и мечом. Инакомыслие - самый тяжкий из грехов.

Такого выбора не будет позже. Уже дизель-панк, при всём своём внешнем сходстве с Эпохой Пара - это мир последних романтиков, не успевших родиться вовремя. Но мир уже обречённый пасть жертвой золотого тельца. И действие кибер-панка хотя нередко и происходит на фоне свободных межзвёздных перелётов, но он упадочен ещё более - мы понимаем, что все эти чудесные планеты будут истощены и высосаны как Марс, под напором хищнических технологий, порождённых жаждой наживы. Разница только во внешнем: в дизель-панке ещё может быть в ходу золотая монета, а в кибер-панке вы уже вряд ли увидите бумажные деньги. Только виртуальные электронные кредиты. Но выхода из порочного круга уже нет нигде.

Он был только в краткий миг истории, именуемый Эпохой Пара.

Бегство от реальности

От проблем целой цивилизации перейдём к проблемам одного человека. И снова зри в корень - а корень всех человеческих дел в душе (вне зависимости от того, что понимают под этим словом).

Нынешний мир, а тем более мир насквозь прогнившего будущего, каким оно неизменно предстаёт нам в кибер-панке, давит на человека так, что единственной мечтой становится убежать от мира. Но скрыться некуда. И тогда остаётся только бегство от реальности. Наркотики или виртуальные миры улавливают души эффективнее, чем орда средневековых бесов.

Но ведь и те, кто не играет в игры и не принимает наркотики - то же бегут от жизни! В славное прошлое благородных предков или целой нации, в другие страны, на райские острова, в иллюзию любви или же в благотворительность, чтоб помогать обездоленным и спасать мир - куда угодно, лишь бы подальше от неприглядной реальности. И политики всех мастей - то же готовы решать проблемы далёких стран, лишь бы отвернуться от проблем собственной родины.

Таков наш современный мир - и всё это потому, что общество замкнуто само на себя. Те, кто читал научные работы Льва Гумилёва, скажут на этом месте «выхода кипучей энергии пассионариев нет» - и будут правы. Но только выхода нет - для всех. И избранный, вроде Нео, и самый обычный обыватель, ни разу не задумавшийся о матрице бытия - все пойманы в самопожирающую систему и заперты в ней как пауки в банке. А отсюда и все беды современной цивилизации - национализм, радикальный фундаментализм, и питающийся энергией того и другого терроризм. А главное - ярое неприятие любого инакомыслия, впрочем, успешно облекаемое в маску толерантности и терпимости («Почему в Северной Корее нет демократии? Не научить ли нам северо-корейцев правильно мыслить?» - задаётся вопросом весь демократический мир, и горе тому кто усомниться в справедливости такой постановки вопроса).

Ту же безвыходность видим и в Средние века. Разница лишь в том, что тогда люди бежали к выдуманному и оттого конечно же доброму и милосердному богу - кто к Аллаху, кто к Христу. Но цель у всех бегущих была одна - бегство от реальности. Верить в загробный рай и воздаяние за грехи проще, чем жить в реальности по-человечески.

Но что же произошло в Эпоху Пара?

Никто не ищет спасения за загробными небесами - зачем, когда можно сесть в аэростат и плавать в небесах при жизни! Реальность перестала страшить людей. И люди вдруг поняли - жить в реальности это совсем не страшно. И - перестали бояться соседа.

Турки начали вспоминать, что пророк Магомет когда-то давно завещал дружить со всеми ибо Аллах (как Создатель Вселенной) един для всех. Европейцы наконец-то очнулись от мракобесия крестовых походов и перестали жечь ведьм. Границы стали формальностью. А негодяев дружно выгнали в дальние колонии, что, правда, на пользу колониям не пошло и позже разгорелось новым пожаром - но тогда-то казалось что проблема решена. Мир готов был отринуть границы и объединиться под эгидой Лиги Наций.

Из истории нашей планеты мы знаем что произошло дальше. Сначала Первая, а затем её продолжение Вторая Мировые войны. Развитие Европы было отброшено более чем на век. Развитие Ближнего Востока, похоже, навсегда. И лишь только забытый в ту пору Китай, ценой огромных жертв, сумел стать новым империалистическим хищником - и он ещё отомстит за прежние унижения и три Опиумных войны.

Но наш рассказ не об этом - не о нынешней реальности. А о жанре альтернативной истории, в котором от реальности никто не бежит. В Эпоху Пара для этого просто нет причин - а если хочешь бежать, то выбираешь себе реальность по вкусу - море, небо, дальние страны - всё это доступно для человека, благодаря силе машин.

Сделали ли машины мир Эпохи Пара счастливее? Я не знаю. Но они дали шанс - маленький, но вполне реальный шанс каждому.

Альтернативный паро-панк

Могла ли Эпоха Пара стать другой? Например, представим себе мир, в котором прогресс, неминуемо связываемый в нашем сознании с ростом возможностей человека, начался бы ещё во времена Архимеда, своими рычажными устройствами, обещавшего перевернуть планету. Добавим небольшие успехи в металлургии и получаем механизмы, работающие от шестерёнок и пружин? Такой мир называют Clockwork Punk - то есть мир заводных механизмов. Во всей красе Вы можете увидеть его в квесте «Сибирь». Или представьте себе, что древние греки продвинулись в своих опытах с гальваническими горшками, которые, как мы нынче точно знаем, у них были. Жрецы используют чудо для сохранения энергии грозовых молний, и для демонстрации молний искусственных внутри храмов. Но вот, спустя века, появляется теория животного магнетизма. В нашей реальной истории болезни исцеляли магнитом. Однако, в альтернативном мире, в распоряжении талантливого французского врача уже не только железные опилки и магнит - но и разряды электричества. И озарение снисходит - рукотворная молния может дать искусственную жизнь. Да, возможно Вы уже провели параллель - всё это Вы могли видеть в фильме «Ван Хельсинг». А называют такой мир тесла-панком.

Можно и дальше искать различия и выделять стили. Но главное не внешнее - а внутреннее. Возьмите компьютерную ролевую игру «Арканум» - это не какой-то Fantasy Steam Punk - а по духу своему чистейший паро-панк. Дело не в наличии отрицающих машины эльфов (которых даже не пускают в поезд - а то не поедет), а в духе - во внутреннем выборе. И на этот выбор каждого жителя мира накладывается противоборство магии и технологии. Это не борьба старого с новым - это борьба принципов жизни. Но в ней можно найти или построить и иной жизненный путь для всей цивилизации.

Но уже дизель-панк, при всей его внешней схожести, я бы ни в коем случае не стал относить к паро-панку. Ибо дизель-панк это не только обилие серийно изготавливаемых двигателей внутреннего сгорания - это прежде всего наличие промышленности, конвейеров и шахт - неостановимой цепочки разграбления природных богатств. Не случайно в реальной истории примерно в середине XIX века заключается соглашение ведущих держав о планомерной добыче из недр - момент невозврата пройден. И только после прохождения этого момента может начаться то, что называют гордым словом «научно-техническая революция», что приносит нам наш современный и будущий прогресс, и что в конечном итоге убьёт нашу планету так же, как это произошло в незапамятные времена с Марсом. Выхода из этого порочного круга нет. Ведь эта змея пожирает свой хвост.

Падение неизбежно?

Но цивилизация вовсе не обязана была развиваться так печально, как это произошло в нашей реальности. Двигатели внутреннего сгорания вообще могли остаться за бортом цивилизации. Возможно вы не знали, но только обилие отходов в виде каменно-угольный пыли, побудило Дизеля заняться усовершенствованием паровой машины для сжигания этой пыли - в итоге он создал дизель. А кровь современной цивилизации - бензин - вообще сжигали как отход нефтепереработки.

Знаете ли Вы, что самобеглая коляска Кулибина уже несла в себе самый совершенный источник энергии? Им был - маховик! Да, самый древний (найдены маховики, использовавшиеся в промышленности древних шумеров 4.5 тысяч лет назад) и он же одновременно самый экономичный (КПД 99% даже для примитивных маховиков). И ведь его активно использовали. И не только в XIX веке, но и даже ещё и в 60-е годы XX века ходили по улицам городов некоторых стран гиробусы - то есть автобусы, чьим двигателем был маховик. Экологически безупречный транспорт!

Как мы знаем теперь, нефтяные монополии приложили все усилия чтобы изжить и альтернативный транспорт и даже воспоминания о нём - так что теперь, в XXI веке всё приходится изобретать заново на пустом месте - и, если честно, нынешним изобретателям ещё очень далеко до древних образцов. И всё же к маховику возвращаются снова и снова. Так, накопители энергии для катапульт нового «электрического» авианосца США «Джеральд Р. Форд» - на маховиках! Да, оказалось что никакие чудесные аккумуляторы не способны запасти а потом выдать в несколько секунд такой объём энергии, какой легко запасает и выдаёт изобретение древних шумеров.

А что если бы двигатели внутреннего сгорания так и остались бы забавной игрушкой? Что, если не возникло бы потребности в бензине и не нужна оказалась бы волшебница XX века - химическая промышленность, со всеми её грязными производствами и техногенными катастрофами?

Не спешите с сожалением смотреть на свой компьютер - нет, ничего ему не угрожает в таком альтернативном мире. И даже без электричества. Думаю многие слышали про советский арифмометр «Феликс» (а кое-кто из читателей наверняка и видел и даже крутил его ручку)? Да, это шестереночное чудо, между прочим, выдавало точность на несколько порядков выше, чем электронные калькуляторы, что, например, было критически важно при геодезических вычислениях. А знаменитая немецкая шифровальная машинка «Энигма» времён Второй Мировой - она же то же шестерёночная, как и "Феликс". И это самая обычная серийная продукция, а вовсе не какие-то уникальные чудеса. Счётные машинки на шестерёнках делал ещё Паскаль в XVIII веке, а веком позже Чарльз Беббидж уже создал шестерёночный программируемый компьютер.

А непревзойдённый карманный вычислитель прошлого - логарифмическая линейка. Что может быть проще: несколько шкал и подвижный ползунок. Но какая в этом примитиве скрыта мощь! У меня был экземпляр, произведённый в компьютеризированной Японии в 1980 году. Зачем он помешанным на электронике японцам? Да потому, что опытный человек, с помощью такой линейки, извлекает корень любой степени из любого числа или производит другие сложнейшие вычисления буквально одним движением пальца - а Вы, дорогой читатель, чтобы сложить "2+2" будете вынуждены в несколько раз дольше стучать по клавиатуре современного многоядерного компьютера. Конечно, с видеоиграми на таких машинах было бы туго - но есть ведь псевдографика. И не только Tetris или Xonix , но даже компьютерные ролевые игры в ней делали.

И Ваш автомобиль... прошу прощения, конечно же экономичный и совсем не создающий загрязнения гиро-мобиль ожидает Вас в гараже. Неприятный запах бензина в салоне полностью исключён. Но, кажется, я вижу удивление на лицах? Что ж, давайте разберёмся:

Изобрести паровую турбину легко - достаточно приварить к чайнику носик криво и подвесить этот чайник на верёвке над огнём - как только вода закипит, чайник придёт во вращение. Вот только эта игрушка революции не совершит, уж слишком утомительно подливать воду в чайник.Только когда техника доходит в своём развитии до поршней, движущихся в цилиндрах (а для этого нужны токарные станки, способные обрабатывать не только набухающее от влаги дерево - но стойкую к воде бронзу) - вот тогда появляется паровая машина. Причём сперва как стационарное устройство.Транспорт получит двигатели далеко не сразу. А в пустыне, где надо экономить воду, поставить на арбу паровую машину вообще никому не придёт в голову.Двигатель Стирлинга родился в попытках усовершенствования паровой машины и преодоления некоторых её недостатков - в частности он более безопасен и не требует расхода воды, ему нужно только тепло, причём любое. Но сперва паровые машины должны войти в обиход, чтобы изобретатели задумались о таком кардинальном их улучшении, как создание нового двигателя.Дизель начал работы над своим двигателем опять же в попытках улучшить паровую машину. Но побудили его к этому - отходы производства! Дизель долго работал над питанием своего двигателя каменно-угольной пылью, в больших количествах доступной как отходы шахт. Идея была ещё более революционной, чем стирлинг - сжигать топливо прямо в рабочем цилиндре машины!Бензин поначалу считался побочным продуктом перегонки нефти, его попросту сжигали - и лишь потом придумали как использовать в качестве топлива. Чтобы пришла мысль о создании бензинового двигателя уже должен существовать дизель, а кроме того развитая химическая промышленность и - электричество. Да, в мире без электроэнергии невозможно и появление свечи зажигания - а без неё этот двигатель не работает, увы!А гиро-мобиль это машина, использующая для своего движения энергию раскрученного маховика. Маховик же применялся в промышленности ещё древними шумерами 4 с половиной тысячи лет назад. И без маховика невозможен ни один из более сложных двигателей - можете верить, а можете проверить и убедиться сами, деталь, исполняющая функции маховика, входит в каждый современный двигатель и без неё он работать не будет.Но самое невероятное - у этого примитивного движка фантастический КПД в 99% (а при исполнении из современных материалов и более того). И этот движок не нуждается в топливе - он сам и есть источник энергии для себя. Воистину всё гениальное просто!Дизель и тем более бензиновый мотор возможны только в период полного расцвета промышленности, когда уже правит бал валовое конвейерное производство. Нужны гигантские домны для выплавки чугуна и мартеновские печи, для переплавки чугуна в сталь. Нужна развитая химическая промышленность. Но всё означает, что точка невозврата уже пройдена - и это уже дизель-панк. И падение в бездну.

Высшая ступень развития техники Эпохи Пара - это двигатель Стирлинга. Это надёжнейшее устройство является логическим развитием паровой машины.

Между прочим, перестановкой одной детали этот двигатель превращается в тепловой насос - и это механики выяснили очень быстро (достаточно было всего однажды ошибиться при сборке). А тепловые насосы это удивительные устройства - они обладают КПД в сотни процентов! Да, вы опять же можете мне не поверить на слово, но и это факт, официально закреплённый официальной наукой в виде особого исключения. Например, современные конструкторские нормы в Германии требуют от инженеров использования тепловых насосов с КПД не менее 350%. И это не опечатка, эффективность этих устройств действительно необычайно высока, а при особо удачном стечении обстоятельств они могут показывать КПД и более двух тысяч процентов. Но вот извлекать энергию из ничего тепловые насосы не могут. Они не создают тепло, а только его транспортируют. Впрочем, на то они и нужны.

— КПД 350% ??? Вечный двигатель невозможен! Энергию из ничего получить нельзя! - это обычная реакция невнимательных читателей. Вернитесь к предыдущему абзацу, там ясно написано, что тепловые насосы энергию не создают, а только транспортируют.

Но ведь КПД 100% невозможен... Давайте вспомним, что эти три буквы означают - коэффициент полезного действия. Некоторые настаивают, что тут нужно именовать на английский манер «Energy conversion efficiency» - если Вам так понятнее, то ничего не имею против. Тем более, что разговор как раз об энергии.

Для отопления жилища мы можем сжечь дрова в очаге - и получить их тепловую энергию, за вычетом той, что улетит в трубу с дымом. Ясное дело, тут полезного действия явно меньше 100%. А можем то же количество энергии затратить на приведение в действие теплового насоса. И он просто доставит тепло откуда-то из другого места в наше жильё. Но фокус в том, что для транспортировки тепла требуется во много раз меньше энергии, чем для её создания!

Вот так и получается, что - с точки зрения обогрева жилища - полезное действие теплового насоса в несколько раз больше, чем затраты энергии на работу этого устройства. То есть его коэффициент полезного действия больше единицы. И больше в разы (сколько именно выйдет, зависит от того сколько тепла и куда транспортируем). Единица это 100%. Вот так и получается, что на законных основаниях КПД теплового насоса вполне может быть 350%, а то и больше.

Использование тепловых насосов открывает возможности по почти бесплатному обогреву жилья в холода и его охлаждению в сильную жару - а ведь это очень существенная статья расхода современной цивилизации. С тепловыми насосами становится возможен отказ от стационарных погребов-ледников в пользу компактных и весьма мощных холодильных установок. Собственно ваш современный домашний холодильник - это тепловой насос. Потрогайте его, убедитесь в том что он реален - и его КПД действительно не менее 350%. Вот так среда обитания человека альтернативного мира становится всё более комфортабельной, практически не уступая нашей реальности. Но главное - без всяких загрязнений.

Ведь двигатель Стирлинга абсолютно экологичен и может работать не только на топливе, но даже на солнечном тепле!

Только представьте себе авто-заправочную станцию времён расцвета Эпохи Пара: большое параболическое зеркало заставляет работать двигатель Стирлинга, вращающий главный маховик станции, спрятанный под землёй. Наружу выходит только вал с обгонной муфтой особой конструкции - именно к этой муфте подъезжают гиромобили, чтобы разогнать свой собственный маховичок и ездить на этом запасе энергии целый день - и всё это без малейшего загрязнения окружающей среды пролитым топливом и выхлопными газами! Всё работает автономно, совершенно автоматически. Этим устройствам годами не нужно никакого технического обслуживания, они способны работать вообще без присутствия человека. По крайней мере до тех пор, пока вращается наша Земля и греет Солнце.

Но вполне возможно Вы, как и многие американские фермеры в 60-е годы XX века, пользуетесь личным аэропланом - это особенно удобно для путешествий на дистанции в сотни километров. А государству не придётся строить повсеместно автобаны, отбирая под них лучшие посевные угодья у крестьян.

Но... вы опять не верите мне? Как же так, ведь только бензиновый двигатель поднял самолёт в воздух? Это то, что мы выучили как данность, услужливо поданную нам лукавыми учебниками истории. Но реальность такова, что братья Райт так и не смогли найти лёгкого бензинового двигателя для своего первого самолёта - и потому их первый полёт произошёл фактически на планёре! Планёр был запущен в полёт специальной катапультой, приводимой в действие тросом с грузом - то есть вполне в духе "шестерёночного" панка. Да, двигатель на этом планёре стоял, но лишь крутил винт - а вот тяги и подъёмной силы он не создавал, да и не мог создать, ибо был слишком слаб. И пролетел этот аппарат считанные метры. Наш соотечественник Можайский, как известно, добился схожего результата в запуске своего самолёта с паровой машиной на два десятка лет раньше. А ведь Можайским ещё была сделана и продемонстрирована в узком кругу друзей и летающая модель, приводимая в действие пружинным двигателем! Это самый настоящий "шестерёночный" панк. Причём пружинный самолётик, по утверждениям очевидцев, летал и когда на него клали офицерский кортик - а это весьма существенный груз даже для современных моделей.

И мы ещё не рассматривали паровую турбину - которая и поныне главный двигатель всех авианосцев и подводных лодок. Но как только придумана паровая турбина, ничто не мешает сразу перейти к реактивной турбине Шреклинга. Свой первый миниатюрный турбо-реактивный двигатель немецкий инженер собрал в гараже из листа жести и обрезка медной трубки. Это устройство даже проще паровой турбины. Заметьте, что для турбо-реактивного двигателя подходит почти любое топливо, кроме - бензина! Бензин имеет склонность к самодетонации, и обеспечить его устойчивое горение даже в простом реактивном двигателе очень большая проблема.

Так на чём же полетит наш реактивный самолёт? Не на дровах же! Конечно нет - он полетит на спирте. Да-да, гоним самогон из опилок или из опавшей листвы - и заправляем двигатель. На спирте летало фашистское чудо-оружие возмездия «Фау-2». Спирт в качестве топлива по ряду соображений гораздо более предпочтителен, чем нефтепродукты. А его производство возможно из любых отходов и доступно любому средневековому и даже античному алхимику.

Но что же получаем в итоге? Получаем вроде бы всю ту же нашу цивилизацию - те же блага прогресса, те же бытовые удобства. Вот только парниковых и выхлопных газов меньше, нефтехимические концерны не стали королями мира и не провоцируют войны за нефть (как недавняя война «за демократию» в Ливии). Мир намного более мирный и - здоровый. А значит и более счастливый.

Как выглядит паровой панк?

Увидеть истинный паро-панк можно на рисунках Альбера Робида - ведь он классик паро-панка. Иное рекомендовать сложно, и давайте разберёмся почему так.

Спрос рождает предложение. Мечты об Эпохе Пара навевают желание выглядеть соответственно стильно. И некоторые думают, что стоит нацепить на одежду в беспорядке шестерёнки и заклёпки - и станешь паровым панком. Насчёт панка возражений нет - да только к Эпохе Пара этот маскарад отношения не имеет.

Видите ли, в ту эпоху все вещи - устройства, машины, здания и уж тем более одежда - отличались особенной практичностью. И если сейчас можно увидеть якобы модную, но совершенно неудобную или откровенно уродливую одежду (по принципу "зато не как все") - то в то время это совершенно исключено.

Возьмём для примера многократно высмеянное воинское обмундирование XVIII века. Ещё наш великий генералиссимус Александр Васильевич Суворов граф Рымникский, осуждал эту клоунаду. Потешно выглядит длиннополый сюртук с душащим воротничком и в придачу парик с накрахмаленными буклями. В своём цветастом одеянии - отличная цель на поле боя. Не то, что современные командос, сливающиеся с поверхностью в своём камуфляже.

Но давайте выдадим батальону современных «рембо» старинное кремнёвое ружьё - и в 99 случаях из 100 они будут растоптаны батальоном деревенских рекрутов того века.

Нюанс в отвратительном качестве самых лучших кремнёвок. Поэтому залечь в укрытие и отстреливать врагов снайперским огнём не выйдет. Пуля дура - а вот штык, действительно, молодец. Поэтому только плотный строй, чтоб сдержать штыковой удар врага и самим дружно ударить в ответ. И стрелять надо опять же всем дружно залпом. Потому что после выстрела первого же стрелка его соседи перестанут видеть цели из-за облака порохового дыма. А теперь представьте себе, какой грохот слышит стрелок первой шеренги, когда вокруг него стреляют соседи, да ещё и прямо у него над ухом выплёвывает пулю ствол из второй шеренги. Вот потому и парики и накладные букли, да попышнее - это своеобразные наушники, чтоб не оглохнуть. Но из ствола вылетает не только пуля. Между пулей и порохом есть ещё такая прокладочка - пыж. И он мало того что вылетает - этот горящий кусочек кожи или бумаги норовит залететь за воротник того самого стрелка из первой шеренги. Вот поэтому и высокий и узкий давящий шею воротничок - да, неудобно, но гораздо лучше, чем получить ожог от пыжа.

Между прочим, горящие пыжи действительно создавали очень большие неудобства. Так, на море, корабли старались занять позицию «на ветре» относительно врага - а почему? Да потому что иначе ветер будет отбрасывать собственные пыжи на паруса - а тут уже недалеко и до пожара. Особенно страдали от этого турецкие корабли с лёгкими «бумажными» парусами - на русских паруса были холщовые, тяжёлые, зато и менее охотно загоравшиеся от пыжей, благодаря чему Ушаков, а позже Нахимов и могли атаковать турок против ветра.

Но зачем цветастая форма? И это из практических соображений. На поле боя по форме полководец различал движения полков своей армии и только благодаря этому мог руководить боем. Если бы солдаты были одеты в камуфляж - то такая армия проиграла бы любое сражение, потому что стала бы невидимой прежде всего для своего полководца. А вот потери от вражеского огня практически не уменьшились бы - из-за низкой точности порохового оружия поражение целей было чисто случайным. Поэтому перестрелка велась в полный рост с таких дистанций, когда видно выражение лица врага - и тем не менее, гибли от пуль редко (гораздо больше жертв приносила медицина - пороховая рана считалась отравленной, её стремились прижечь калёным железом и вообще доставить раненному столько боли, что нередко бедняга умирал от усердия лекаря). Исход боя решал смелый манёвр и отчаянная рукопашная схватка - а в них маскировка помогает весьма мало.

Что же касается мнения Суворова о буклях и узких воротничках - то ведь в его тактике боя места для продолжительной перестрелки и не было. Он выделял специальные батальоны егерей, подбиравшихся к противнику поближе за кустами и стрелявших наверняка. Но полки не стреляли вообще - они сразу шли в штыковую атаку - а раз так, то букли и узкие воротнички им были действительно не нужны. Заметим, что позже ту же тактику приняла революционная армия Франции, возглавленная Наполеоном Бонапартом - и, естественно, французы так же отказались от буклей.

Ту же практичность можно увидеть и в любой другой вещи Эпохи Пара. Да, многие вещи при этом были как-то украшены - но не в ущерб практичности. Нам, современным, привыкшим к излишествам дизайна, трудно это понять, но всё же постарайтесь - украшения никогда не делались в ущерб практичности.

Рассмотрим этот принцип на примере рыцарских доспехов. Они дожили почти до самой Эпохи Пара. Кардинал Ришёльё одевал их не только для живописного портрета. Уже после смерти знаменитого кардинала случилась битва при Рокруа - и французская кавалерия на том поле боя почти поголовно в латах, что и позволило ей опрокинуть ряды испанских пикинёров. Но удовольствие иметь столь совершенную защиту стоило недёшево. Как возможно читатель помнит из школьного курса истории Средних Веков, за рыцарские доспехи нужно было отдать целое стадо коров. Что и неудивительно, ведь когда коровы есть у всех, много денег за них не выручишь - а вот латы товар штучный. Лишнее стадо было не у каждого феодала. Стало быть, доспехи, это товар на солидного, весьма солидного покупателя. Может быть, иному кузнецу такое счастье - найти покупателя на комплект доспехов - улыбалось раз в жизни. А значит стоило за это счастье побороться. А для этого, как мы прекрасно понимаем, нужно сделать покупку как можно более привлекательной. Но если бы кузнец мыслил как иные дизайнеры наших дней, и сделал бы доспехи неудобными, зато «концептуальными» - то никто бы у него их не купил. Поэтому-то практичность на первом месте, а украшения ни в коем случае не в ущерб практичности.

Украшения, это своего рода знак качества того времени. Простая, грубо выкованная вещь годится для любого крестьянина. Но вещь на солидного покупателя должна блестеть и радовать глаз. И она должна быть прочной, очень прочной - не то разгневанный солидный покупатель может вернуться и забрать неустойку, возможно вместе с головой бракодела.

С другой стороны именно в Эпоху Пара появился массовый спрос на изящные вещицы. И нетрудно догадаться, что этот спрос породили женщины. Ведь они стали образованными. В Эпоху Возрождения в библиотеки пускали только мужчин и... куртизанок. Такая вот у девиц лёгкого поведения была привилегия. Не подумайте ничего дурного, в библиотеках они действительно занимались именно чтением, ведь куртизанке было полезно уметь поддержать беседу. А жёнам в обществе того времени отводилась роль производителя наследника рода (в целом немногим более престижная, чем роль прочего племенного скота). Но Эпоха Пара ломает эти стереотипы, женщины получают образование - и как следствие начинают проявлять большую активность. И прежде всего в устройстве быта. Вот отсюда и массовый спрос на красивые бытовые вещи.

А чего не может быть в Эпоху Пара?

Не пользовался спросом рисунок по ткани. Такой рисунок ещё называют набивным и это продукт фабричный. Ещё в начале XX века, среди русских крестьян существовала поговорка «Это же набивной товар» - игра слов, означающая, что хороший товар не «втюхивают» (интересно как бы крестьяне той поры отнеслись к современным рекламируемым товарам?) и что такой товар похож на набивной рисунок по ткани, то есть рисунок нестойкий. А стойкий рисунок - только ручная вышивка, иного в то время не было.

Мало используют крашенную кожу. Нет, конечно покрасить кожу умели. Кожаные ремни военной униформы как правило крашеные. Только ведь армию оплачивает государство. А для личного пользования кожаные вещи приобретали низы общества. Рабочим людом ценилась прочность сугубо рабочей или в лучшем случае практичной повседневной одежды. Бедняки платят не за фасон или цвет - а за практичность.

В моде у бедняков джинсы... нет, конечно не современные джинсы. А просто штаны из дешёвого холста или парусины. Их придумал еврей Леви и они полюбились ковбоям. И не мудрено, ведь лихой в наших представлениях ковбой это самый обыкновенный пастух, работавший за мизерную плату в 5, в лучшем случае 10 долларов в год. И револьвера у большинства этих пастухов не было, ведь самый дешёвый револьвер стоил 20 долларов или два года усердной работы ковбоя. Да и зачем револьвер в прериях, где самый крупный хищник - койот. Но вопреки современной моде, дырки на штанах в то время всё же старались залатать.

Женщины не носят ни колготки, ни гольфы! Всё это придумано для вечно спешащих работающих женщин, ставших в поздние времена придатками и винтиками всепожирающей индустрии. И без развитой индустрии, и в первую очередь химической, никаких колготок быть не может. Потому только чулки! В остальном Эпоха Пара достаточно демократична в отношении женской одежды. Юбки постепенно укорачиваются. А вот уже и женские брюки уже вошли в обиход - например для верховой езды.

Кстати именно верховая езда породила каблук. Да, к женской моде он не имел никакого отношения, а являлся неотъемлемым атрибутом обуви наездников почти с тех самых пор, как появились стремена. Но пришло время, и женщины оценили эту (в те времена) типично мужскую деталь туалета. В Англии даже принимали специальный закон, запрещающий женщинам ношение каблуков, ибо это ведьмовство - судя по такому вниманию законодателей, можно заключить, что у тогдашних модниц каблук пользовался популярностью. Ну а Эпоха Пара отбросила предрассудки - и каблук феминизировался.

Но обязательный атрибут и женской м мужской моды - головной убор. Ходить по улице с непокрытой головой всё ещё считалось чем-то малоприличным. Так что даже последний нищий бродяга имеет шляпу.

Последнее замечание для тех, кто пытается украсить свой костюм парового панка цепями. Увы, но в Эпоху Пара цепная передача - такая как на современных велосипедах - деталь невозможная. Велосипеды уже были, но велосипедной цепи ещё не было. В Эпоху Пара повсеместно применяли кривошипо-шатунную передачу - такую, как на колёсах паровозов. А современная велосипедная цепь порождена развитой индустрией и повсеместно утверждёнными одинаковыми стандартами. И разумеется весьма высокой культурой массового производства. Всего этого в начале Эпохи Пара ещё нет. И потому, в частности, в Эпоху Пара не может быть ручных механических пил, подобных современным бензопилам - ведь бензопила пилит цепью с режущими зубцами.

Не может быть в Эпохе Пара беспорядочно нашитых на одежду шестерёнок. Ибо практичность - на первом месте. Только когда Вы поймёте эту истину - тогда Вы сможете творить в жанре паро-панк.

И вы уже знаете столько, что вполне готовы творить... Но может быть вам интересно узнать ещё? Тогда читайте дальше.

Паро-панк Альбера Робида

Я увидел эти рисунки в советском журнале «Техника - молодёжи» № 3 за 1983 год. Художника, который их нарисовал, нынче называют едва ли не основателем паро-панка - но это приукрашенное заблуждение. Его рисунки и книги обычно воспринимают как предсказания людей из XIX века про жизнь в веке XX - да только всё не так.

На самом деле, в этих своих работах, Альбер Робида был просто хорошим научным фантастом своего времени. И только для нас нынешних его наследие - это чистой воды паро-панк, рассказывающий о прошлом.

Обучение по телефоноскопу

Свои идеи о мире будущего, Альбер Робида изложил в трёх романах, написанных с 1883 по 1890 годы. Телефон к тому времени уже несколько лет как был изобретён. И даже - хоть это и покажется читателю невероятным - уже возникла идея передачи изображения по проводам. Реализовать её, правда удалось лишь на рубеже XIX и XX веков в виде электро-механического телевидения. Эх, если бы стали развивать именно эту конструкцию, а не дорогущие вакуумные элетронно-лучевые трубки... То советский человек покупал бы черно-белый телевизор за цену бутылки водки. И это не фантазии, а экономический расчёт, вот настолько изящным было первоначальное решение телевизионного вопроса. Но почему-то - как это частенько случалось в истории нашей цивилизации - простое, надёжное и дешёвое решение производителей не заинтересовало. А вот дорогущие и ненадёжные вакуумные трубки - вот в их производство охотно вкладывали большие деньги.

Хотя, конечно, нынче, когда смотришь на детей, обучающихся через видеоконференции из-за COVID-19... Странно, что никто ещё не додумался приписать Робида и предсказание коронавируса... Так я первый буду, кто ему это припишет! :-) Шутка.

Электро-пневматический метрополитен

Тут вообще нет никакой выдумки. Метро уже проложено под Лондоном, под Нью-Йорком, а самое большое как раз в Париже. И так же именно в Париже открыта пневмо-почта, которая кстати функционировала и во второй половине XX века. Единственное что можно восхититься размахом прокладки туннелей в фантазиях Робида - но ведь это логично, перенести опасный для жизни транспорт в изолированную область - то есть в подземный тоннель. И, таким образом, сохранить поверхность для людей.

Да и уберечь людей от этого опасного рельсового транспорта. Знает ли читатель, что первый же пассажирский поезд в самом первом своём рейсе, едва успев тронуться в путь, сшиб насмерть человека? Так что железнодорожный транспорт с самого начала показал себя очень опасным, и желание оградить от него людей выглядело весьма разумным.

Выращивание в пробирке

Тут вообще ничего Робида не предвидел. Он лишь скопировал в свой роман известную до него сцену из «Фауста», но преобразив её из трагической в смешную. Ему это потребовалось для развития сюжета произведения, а никакого предсказания это в себе не несло.

Женщина XX века как её воображали в XIX веке

Как истинный француз, Робида выступал последовательным сторонником эмансипации. Эмансипация - означает освобождение. Например, эмансипация рабов уже была прописана во французской конституции. Если уже и рабов освободили, то тем паче пришёл черёд женщин. В период творчества Робида привилегиями мужчин были курение, образование и штаны.

Курение нужно было для вхождения в клуб. Собственно английские клубы и зародились как общества курильщиков, в которых джентльмены собирались не только чтобы гробить свои лёгкие, но и вести беседы на умные темы. Для визита полагалось одевать специальный курительный костюм - смокинг. Да, красивый чёрный фрак это просто одежда для курения. А женщина не курит - потому оказывалась лишена возможности слушать умные речи (хотя женщинам это, между прочим, нравится)Образование женщине то же вроде как не было нужно. Она же будет домохозяйкой. Ну кто хочет, то и ладно. А если она желает учиться? Ведь история полна примерами женщин, которые проявляли себя куда умнее многих мужчин. И отказ учебных заведений принимать студенток на равных со студентами, конечно, уже выглядел анахронизмом. Особенно если учесть, что в соседней Британии успешно правила женщина - королева Виктория. Да и становление Англии как империи произошло под руководством женщины - королевы Елизаветы I (сейчас правит Елизавета II).Женщины уже полюбили верховую езду. И это уже давно не вызывало ни у кого возражений. И в специальные женские сёдла их уже никто не пытался усаживать. А раз так, то удобно ездить можно лишь в штанах. А тут ещё механическая новинка появилась - велосипед. И опять же на нём удобнее кататься в штанах. Так что штаны становились частью женской моды - тут Робида даже выдумывать ничего не пришлосьКстати, заметили что женщина на каблуках? Вот это тогда была победа феминисток - что женщине разрешили носить каблуки.

Военные манёвры самокатчиков и танка

А вот как раз военные учения самокатчиков - то есть велосипедистов - и танка. Переход кавалерии на велосипеды к тому времени уже назрел. Лошадь слишком много жрёт (ведро зерна в день вынь да положь). Велосипед позволял сделать всю армию манёвренной. А уж значение манёвра Робида имел возможность осознать из развернувшейся на его глазах Франко-Прусской войны. Что же касается танка, то и это идея очень старая. По сути тут Робида предлагает некую старинную осадную винею - только вместо досок и коровьих шкур железная броня, а вместо тарана пушка. Это именно штурмовое орудие для борьбы с укреплениями. Совершенно логичная конструкция по тем временам. Но производить такую в то время никто не стал, ибо такое штурмовое орудие выходило в десятки раз дороже обычной пушки. А сотня осадных пушек, по воззрениям того времени, была способна взять любую крепость ускоренной атакой - чего пара танков, разумеется, сделать не сможет ни при каких обстоятельствах. Чтобы на цену танка перестали обращать внимание, потребовался позиционный тупик Первой Мировой.

Война подводных лодок

Подводные лодки к тому времени уже десятки лет не были новинкой. Фантазия Робида разве что в подводных боях субмарин, которые и во Вторую Мировую были почти фантастикой (лодки бывало торпедировали друг друга - но только если цель была в надводном положении или хотя бы под перископом). Подводная охота субмарин стала возможна лишь в наши дни. А всё дело в том, что под водой ничего не видно уже на расстоянии в несколько метров. Так что изображённая Робида сцена совершенно нереальна. Зато очень в духе паро-панка.

Воздушный кабриолет

Воздушная яхта

Робида очень верил в силу электричества, вот почему его летательные аппараты такие необычные по форме и могут даже парить в воздухе. К слову сказать, рисунки Робида очень воодушевляли Сантос Дюмона на строительство его дирижаблей, на которых он летал над Парижем, буквально заглядывая в окна к парижанам.

Робида и его ужасные предсказания

Это сам Робида, как он себя изобразил. Ему приписывают несколько ужасающих пророчеств - которые он сумел предугадать в грядущем, но люди не вняли провидцу. А именно:

Война отравляющими газамиБактериологическое оружиеПремьер-министром Англии станет женщинаКоммунисты захватят власть незаконным путём и посадят в тюрьму половину страныАвария на Чернобыльской атомной электростанцииВойна отравляющими газами Люди давно заметили, что в дыму можно задохнуться. И едкий или отравляющий дым, при благоприятных условиях, использовали в войне ещё до нашей эры. И ядовитые испарения были давно известны, ведь, например, от них страдали шахтёры. Так что тут нет никакого предсказания, а только простая логика развития техники.

Бактериологическое оружие Что недруга можно заразить знали задолго до Робида. Так, например, англичане подарили дружественным племенам индейцев одеяла заражённые оспой - результатом стала смерть 5 миллионов коренных жителей Америки. Ну а что касается Парижа, последний повальный мор в нём произошёл в первой половине XIX века, незадолго до рождения Робида.

Премьер-министром Англии станет женщина Ну уж если в Англии правили успешно две женщины-королевы (и были другие королевы, правда менее успешные, например «Кровавая Мэри», в сравнении с прочими английскими монархами, никакими экстра-ординарными выходками не прославившаяся и благополучно скончавшаяся от болезни), если премьер-министром Британии уже был еврей Дизраэли (который демонстративно не являлся в парламент по субботам, что конечно наносило определённый вред делам управления государством, а сверх того попирало родовые права наследных лордов и противоречило устоям английской абсолютной монархии, у которой все подданные обязаны были быть только прихожанами англиканской церкви) - то почему бы не стать премьер-министром и женщине? Уж по крайней мере потомственная ангичанка будет править страной и по субботам тоже! Как последовательный сторонник эмансипации и настоящий француз Робида был только за такое будущее.

Для особо просвещённых замечу, что в Англии абсолютная монархия - а никакая не конституционная. Английский монарх объединяет в своём лице верховенство всех ветвей власти - гражданская, военная, судебная и даже религиозная - так что это абсолютная монархия в максимальной степени абсолютизма (большинство монархов всё же не ставили себя выше религиозной власти). И Конституции в Англии нет и по сей день. Конституция есть у некоторых доминионов (то есть колоний), вот например в Канаде. Но в Англии Конституции так и нету до сих пор. Конституция это единый закон - а не три разных билля. И Конституция закон верховный, к которому подгоняются все прочие законы - однако это исключено самой английской системой прецедентного права.

Коммунисты захватят власть незаконным путём и посадят в тюрьму половину страны Некоторые, не побоюсь этого слова, идиоты почему-то считают, что Робида писал это про Россию (почему не про Пруссию в таком случае? Или Англию с её проблемами в колониях? Кстати, как раз в Англии превосходно обосновался Энгельс и оттуда снабжал весь мир «Манифетом коммунистической партии», так что он едва не переплюнул Библию по тиражу). Предвидел русскую революцию значит... Ну раз уж выдвинуто столь безосновательно смелое предположение, то давайте вспомним, как русская революция развивалась. Вообще-то в России вовсе не коммунисты беззаконно захватили власть - а друзья царя, которые его и арестовали в феврале (когда коммунисты по ссылкам да эмиграциям сидели). И уж половину страны у нас никогда не сажали в тюрьму. Даже если взять абсолютно всех репрессированных и раскулаченных, то и тогда набираются лишь считанные проценты. Так о чём писал Робида? О французской революции! О той самой, когда не только гильотина рубила головы аристократам, но целые города обвинялись во враждебности революции и уничтожались со всем населением в них без разбору. Женщины старики, дети. Правда этого Робида не видел. Но вот Парижскую коммуну он застал. И на что способны сбесившиеся французы, он понимал очень хорошо. А до далёкой России Робида дела не было.

Авария на Чернобыльской атомной электростанции В романе, действие которого происходит в 1955 году, сюжет завязывается в момент аварии на электростанции. Этот фрагмент так любят цитировать, что стоит его привести: «После полудня 12 декабря 1955 года, вследствие какой-то случайности, причина которой так и осталась невыясненной, разразилась над всей Западной Европой страшная электрическая буря — так называемое торнадо. Причинив глубокие пертурбации в правильном течении общественной и государственной жизни, авария эта принесла с собою много неожиданностей...» В доказательство, что речь идёт о Чернобыле, указывают, что описанная в романе мощная электростанция обозначена литерой «N» - ну точно это nuclear то есть ядерная. А сама авария «в большом резервуаре» - ну точно в реакторе!

Даже если так, при чём тут Чернобыль? А почему, например, не Фукусима? Потому что, если Робида в самом деле провидец, то указал на аварию в Селлафилде.

10 октября 1957 года на английской атомной станции Селлафилд произошло возгорание в реакторе по производству оружейного плутония. Реактор нагревался со скоростью 20 °C в минуту и его разрушение удалось предотвратить только полностью затопив водой. К тому моменту реактор нагрелся примерно до 1000 °C. Чтобы было понятнее, из паровозной топки перегретый пар выходит в лучшем случае с температурой в 400 °C - а здесь было в 2 1/2 больше, и остывать ядерное тепло не собиралось. Вода мгновенно превращалась в пар, рвавшийся в небо. В атмосферу было выброшено огромное количество радиоактивного пара, выпавшего дождями над Францией и Германией. Таким образом эта катастрофа лишь немногим уступает чернобыльской (а по общему уровню загрязнения, возможно, и не уступает), однако властям удалось принизить её опасность. Всего на этой первой в мире коммерческой атомной станции за полвека (с 1950 года по 2000 года) произошла 21 авария, ставшая достоянием гласности.

Как видим, из всех крупных аварий на АЭС только Селлафилд подходит под предсказание Робида. Совпадают и время (с ошибкой всего на 2 года, а не 30 лет) и место (как и указывал Робида - Западная Европа; а Чернобыль в Восточной, да и вообще Россия Робида не интересовала). Чернобыль тут ни при чём.

Только и Селлафилд ни при чём. Робида не писал про атомную энергию. Загадочная литера «N» в ту пору всегда означала место без названия. Проще говоря, Робида не считал нужным дать электростанции собственное имя, его роман был не про электростанцию. И авария в большом резервуаре - это авария аккумулятора, а уж никак не реактора. Надо полагать, что Робида был достаточно образованным человеком, чтобы знать разницу между генератором (который вырабатывает) и накопителем. Когда он пишет про резервуар - он имеет ввиду именно накопитель. И далее, из развития сюжета, это становится совершенно 100% очевидно - описывается выплеск электричества, вызвавший самостоятельную работу электроприборов. И никаких иных пагубных последствий! Только весёлые! Любовь, и всё завершается свадебным путешествием! Да и как может быть иначе, когда автор - настоящий француз!

Вообще Робида много приписывают того, чего у него и в мыслях не было. И упускают из виду то, что он ясным французским языком писал. Да ещё и рисовал. И его рисунки показывают нам тот мир паро-панка - который мог бы быть, если бы не две мировых войны.

Пожалуй ещё кое-что нужно сказать...

В заключение стоит развенчать самый главный миф о творчестве Альюера Робида - это то, что он творил в жанре паро-панк с уклоном именно в панк-составляющую - то есть в упадничество и безысходность. Вот уж в этом он точно не виновен. Он вырос как художник-карикатурист, он обладал богатой фантазией и определённо жизнерадостным добродушием. Это мы, с нашим послезнанием, читая его романы, выискиваем в них намёки на ужасы того будущего, что нам известно из истории - ничего такого Робида не знал.

И даже те ужасы, которые ему были хорошо известны, в его романах превращались в ещё одно приключение, которое непременно обязательно завершится успехом. Разбилась пробирка с ужасной заразой? Тут же виновник находит лекарство от выпущенной им на волю болезни. Злые революционеры придут к власти? И только лишь посадят половину страны в тюрьмы - что конечно смешно, в отличии от реалий французской истории. Это кровожадный тиран Сталин мог отправить в лагеря на 10 лет - а вот демократичные французы такими полумерами не ограничивались, сразу вырезали всю семью неугодного. А то и весь город.

Мы скоро будем ставить рейтинг «только для взрослых» на сказке о спящей царевне - она же там пальчик уколола! Кровь! А чтобы понять жизнерадостный юмор Робида, нужно вспомнить про Робеспьера и второго гражданина республики - маркиза Де Сада. И это не шутка. И эти дикие нравы ещё не ушли тогда в прошлое окончательно. Как раз на расцвет фантастического творчества Робида приходится скандал с промышленником Круппом, уличённым в покупке детей для своих сексуальных утех, в результате которых некоторые мальчики умерли.

Я пишу эти факты для того, чтобы читатель понял - Робида фантазировал необычайно добрые вещи для своего времени. Его творчество это не упадок - а расцвет, когда даже невероятные бедствия Человек будет преодолевать с улыбкой. Боюсь, мы нынешние разучились смотреть на мир так жизнерадостно, как это умели люди Эпохи Пара.

Меры и веса фантастического паро-панка

Современному читателю или игроку в ролевые игры может быть затруднительно уяснить для себя некоторые моменты, связанные со старинными мерами длин и весов. Более того, признаюсь, иной раз это нелегко и самому автору, уж шибко запутанной была в реальной истории эта система измерений, порой различаясь не только между разными государствами, но даже в пределах одной страны. Но творчество или наслаждение им не должны быть испорчены затруднениями со старинными системами измерений.

Во избежание пагубной путаницы ниже предложена система фантастическая - но очень похожая и максимально приближенная к известным нам историческим реалиям. И если Вы сочинитель в жанре паро-панк - смело пользуйтесь этой системой!

Все приведённые далее величины - очень похожи на исторические и по названию и по величине, но, в силу объективных причин, не являются точным соответствием старинных мер. Ведь старинные системы порой довольно диковинны, а сами меры могли сильно различаться в разных местностях. К примеру, английский фунт отличался от русского фунта более чем на 10%. Английская тонна и поныне отличается от тонны метрической, более того в Англии в ходу несколько разных по величине тонн. А в России тонна была хоть и одна, но высчитывали её не в килограммах, а в пудах.

Во избежание путаницы, предлагается использовать нижеприведённые меры. Для удобства указывается их примерный эквивалент в привычной нам метрической системе. Указываются так же важные особенности, как использование данной меры преимущественно на суше или же на море.

Дело в том, что в Эпоху Пара люди гордятся своей принадлежностью не только к сословию, но даже к определённой профессии. И представители разных профессий предпочитают близкие им размерности. Так портной или сапожник будут говорить о размере в дюймах и футах, строитель скажет в аршинах и саженях, караванщик в вёрстах, а моряк в кабельтовах и милях. При том, тот же моряк, говоря со строителем на верфи о размерах будущего корабля, перейдёт на общие для всех футы и ярды. Но если строитель моста скажет что «по центру глубина реки три сажени», то моряк непременно поправит на свой манер «глубина фарватера три фатома».

Длина

Скорость

Как и поныне, время измеряется в часах, минутах, секундах. А скорость в дистанции пройдённой за час. Но:

морская скорость измеряется в узлах (это были действительно узлы на верёвке привязанной к выбрасываемому за борт бруску, а по узлам считали сколько верёвки вытравилось за борт в течение минуты)узел = 1 миля в часмиля = 1 угловой минуте на окружности (или на поверхности) земного шараЭта привязка величины мили к окружности земли очень облегчала штурманскую работу. Например, если между двумя пунктами 10 угловых минут на глобусе, а скорость 1 узел, то корабль пройдёт этот путь за 10 часов. Со скоростью в 2 узла - за 5 часов. Со скоростью в 10 узлов - за 1 час.

Вес

Поскольку многие слышали что-то про фунты и унции, то:

Исторически унция появилась у римлян и означала 1/12 часть чего либо. Как самостоятельная мера веса она закрепилась лишь позже, а потом и размерность её и её массовая доля от фунта менялись не раз.Исторически фунты делились на 16 или 12 унций. К последним относятся тройский (373 грамма) и аптекарский, он же нюрнбергский (358 грамм) фунты. В то же время французский фунт (ливр), позже привившийся и в английских колониях и самой Англии, делился на 16 унций, и ныне установлен как 453 грамма - хотя в самой Франции прибавил в весе. Разумеется, разными выходили веса унций, скрупулов и гранов. Иногда это даже вынуждало делить унцию на 9 драхм.Так же вес изначальной французской тонны был установлен в 2000 фунтов, такова же стала американская тонна (при том что американский фунт остался равен английскому, а не вырос вслед за ливром), а вот английская весила 2240 фунтов, русская же тонна выходила в 60 x 40 = 2400 фунтов. Но русский торговый фунт был меньше весом (409 грамм). Что интересно русский артиллеристский фунт, напротив, был тяжелее (491 грамм), так как установлен в 1707 году Петром I как вес эталонного чугунного ядра (чугун того времени, надо сказать, был скверного качества, оттого и удельный вес имел подозрительно малый). В то же время в аптекарском деле на Руси пользовались нюрнбергским фунтом, который уже упоминался выше.Вот чтобы избежать (при сочинении книг или во время ролевой игры) всех этих жутких пересчётов из весов одной страны в веса другой страны (или даже внутри одной страны, во Франции некогда каждый феодал имел право назначать свой фунт) и предлагается данная вымышленная усреднённая система, которая, тем не менее, даёт неплохое приблизительное представление о величинах.

Объём

Амфора и бочонок, будучи пустыми, весят одинаково = 1 пуд. Но амфору можно использовать многократно, правда есть опасность её разбить. Бочонок же часто рассыхается после первого же применения и тогда его выбрасывают, однако в процессе своей службы он почти не боится ударов. И амфора и бочонок часто используются для перевозки жидкостей и зерна. Тяжёлые же бочки, вмещающие много пудов воды, слишком тяжелы и неудобны для перевозки, поэтому их используют как стационарные наливные ёмкости. Тем не менее, торговцы часто исчисляют большие партии наливных или сыпучих грузов именно в бочках, хотя перевозку осуществляют в амфорах или бочонках.

Финансы

Исторически на Руси издавна была десятичная монетная система. Во Франции же дело обстояло интереснее: 1 ливр (французский фунт серебром) = 20 су. 1 су = 12 денье. То есть 1 ливр = 240 денье.

Английская система начиналась аналогично французской (что и не удивительно), но развилась в самую необычную и замысловатую. Ниже она представлена в монетах XVIII века (взято с http://bit.ly/1laaxqV).

В таблице выше отсутствует флорин (= 2 шиллинга), введённый в 1849 году как 1/10 фунта. Так же имела хождение полу-крона (= 2 шиллинга 6 пенсов).

Название «фунт стерлингов» появилось в XII веке и означало в прямом смысле «фунт разных мелких серебряных монет на вес» (учитывая, что поначалу пенни так же были серебрянные). Правда фунт имелся ввиду не современный английский бытовой, а тауэрский (примерно 350 грамм, то есть на 100 грамм легче), затем тройский (373 грамма). Как самостоятельная денежная единица фунт стерлингов возник только лишь в виде банкноты, когда в 1694 году провернули грандиозную и поныне успешно действующую финансовую афёру с учреждением английского центробанка (между прочим, первого в мире и с тех пор все прочие национальные центробанки завязаны на него, независимых нет - вот вам и секрет британского финансового благополучия). Но это уже выходит за рамки Эпохи Пара, поскольку долгое время не выпускались банкноты достоинством менее 20 фунтов, так что этих самых банкнот никто кроме высшего сословия и не видел, в бытовых расчётах продолжала ходить звонкая монета даже во времена Шерлока Холмса.

Соверен — золотая монета, чеканящаяся с 1489 года и равная 20 шиллингам (то есть эквивалент фунта стерлигнов). Гинея — золотая монета, которая была впервые отчеканена в 1663 г. из золота, привезенного из Гвинеи, которое считалось лучшим по качеству. Потому гинея = 21 шиллингу. В 1817 году чекан гиней прекратили, но сама монета ещё ходила в обращении какое-то время.

Пенни — мелкая монета, возникшая в VIII веке. Она чеканилась сначала из серебра, с конца XVIII века — из меди, а со второй половины XIX века — из бронзы. Кстати до пенни, в качестве наименьшей денежной единицы, имела хождение серебряная монета называвшаяся стерлинг.

Если потребуются примеры обмена денег, то можно обратиться к ниже-следующим историческим примерам.

На Руси примерно с XIII века денежная система была десятичной. Рубль (слиток серебра около 200г) делился на 10 серебряных же гривенников, а те на 10 серебряных копеек каждый. Копейка должна была весить 2 грамма серебра. Когда началась активная торговля с Англией, то, по некоторым сведениям, установили курс обмена 1 копейка = 2 серебряных пенни, хотя в пенни должно было быть около 1.5 грамма серебра. Но тут нужно учесть, что:

Русь нуждалась в торговлеторговля велась на Руси, английские купцы приезжали к намза плавание по Балтийскому морю шла многовековая война Швеции, Дании, Речи Посполитой, а Ливония в ней сгинулакогда англичане установили морской путь в Архангельск, Иван Грозный дал им право беспошлинной торговлино Русь очень нуждалась в серебре, ведь своего не было, вот поэтому был установлен такой вот обменный курс с неявным налогообложением.В период расцвета транс-атлантических морских перевозок под конец XIX века и до Первой Мировой, курс обмена был ориентировочно 1 фунт = 2 доллара. Кстати, название «доллар» это искажённое «талер». Так что можно провести параллели и с европейскими денежными единицами.

Если требуется смоделировать обмен денег в экзотических странах, то лучше обратиться к таблице весов и «обменивать» по весу на серебряные драхмы. Это будет выглядеть достаточно правдоподобно и антуражно. Если место является осколком старой цивилизации, как Византия, то будут иметь хождение и более мелкие монеты весом в скрупул, а так же будут в ходу медные монеты. Золото в таких взаиморасчётах принимается только на вес, так что на базаре за золото ничего не купишь, нужно идти к меняле. В обращении эквивалентом золотой монеты выступает кошель с серебром равной стоимости по весу. Разумно принять, что 1 полновесная золотая монета весит унцию = что равно цене 1 фунта серебра (то есть серебро в 16 раз дешевле, что незначительно отличается от исторического значения 15.5 раз на конец XIX века). Вес же, если говорить о Эпохе Пара, можно считать стандартизированным во всём мире. В противном случае слишком сложные расчёты утомят и сочинителя и читателей / игроков, вместо того чтобы доставить удовольствие.

Калибры оружия фантастического паро-панка

Эпоха Пара очень странное время, когда времена и эпохи смешались. К примеру, в Гражданскую войну Севера и Юга в США 1861 - 65 годов уже в армии северян скорострельные магазинные(!) карабины Спенсера под унитарный патрон с металлической гильзой. США закупают нарезные орудия в Европе. Спустя полтора десятка лет в Европе Франко-Прусская война 1870-71 годов - с обеих сторон игольчатые винтовки с казённым заряжанием по одному патрону, причём патроны те бумажные, полукустарного изготовления. Французская артиллерия - бронзовая дульнозарядная, по большей части те же орудия, что в Крымскую войну, двумя десятками лет раньше. И это при том, что в той же Франции впервые на европейском поле боя стреляют митральезы и небольшое количество картечниц Гатлинга - то есть предки пулемёта, который в Первую Мировую прозовут «адским косильщиком». Наконец, спустя ещё несколько лет, в Русско-Турецкую войну 1877-78 годов, в армиях обеих сторон, наряду с современными винтовками Бердана и скорострельными магазинными карабинами Генри-Винчестера - дослуживают старинные мушкеты, разве что переделанные под капсюльные замки. И это когда в небесах уже летают дирижабли, а первые броненосцы проявили себя ещё в Крымскую войну в 1854 году.

С точки зрения историка - ужасное и нелогичное смешение всего и вся. С точки зрения сочинителя - какой простор для творческой фантазии!

И мы попробуем разобраться во всём этом многообразии оружия и свести всё его в стройную систему, коей сможем пользоваться в своих приключениях.

Исторически калибры оружия обычно указывались в весе ядра, кое могло быть свинцовым, чугунным (железным) или даже каменным. В своё время это было даже удобно. Однако в Эпоху Пара, каменные ядра уже вышли из употребления, а свинцовыми делают только пули относительно малых калибров. Для орудий же применяют либо чугунные (железные) ядра, либо бомбы - но их вес то же может весьма различаться. Поэтому всё чаще говорят о калибре как диаметре ствола (в дюймах).

Нижеследующая система не является строго исторически абсолютно точной. Но она довольно хорошо приближена к историческим реалиям. А для понимания читателя, игрока или автора заметно проще.

А к чему эти слова об играх? Четвертый "Чужой" показал, как взяв за основу ролевую игру GURPS, можно без усилий состряпать и успешно продать сценарий голливудского блокбастера. Поэтому, может быть Вы захотите просто поиграть, а может воспользуетесь прогрессивным опытом американских сценаристов для моделирования сюжета боевых столкновений в Ваших будущих произведениях - на всякий случай тут будут приведены полезные советы по моделированию действия оружия с помощью игрального кубика.

Точность

Это очень важно для произведения (или игры): в полёте отклонение снаряда порохового оружия было 1/100. То есть, пролетев 100 футов (= 30 ярдов или 27 привычных нам метров), пуля отклонялась от точки прицеливания на 1 фут в сторону. Проще говоря, каким бы Соколиным Глазом Вы ни были, но с 50 шагов имеете все шансы промахнуться мимо человека, спокойно стоящего в полный рост лицом к Вам (потому что ширина цели в этом случае будет около полуметра, а Ваша пуля отклонится больше чем на 25 см от точки прицеливания).

Всё дело в зазорах! Зазоры между снарядом-шаром и стенками ствола были просто огромны. Сперва 1/10 от диаметра, в самые лучшие времена 1/20. Пуля отклонялась почти неизбежно, и лишь малая часть пуль летела туда, куда прицелился стрелок - и то лишь случайно.

Но пороховое оружие при массовом производстве стало очень дешёвым, практически самым дешёвым. При том, обладая неплохой убойной силой. Ну а что дальше 50 шагов стрелять из него смысла нет - так и не стреляли. Даже целый батальон давал залп не далее чем с 50 шагов - при том целью был такой же вражеский батальон. По отдельным людям старались не стрелять, ибо что проку зря тратить пули и порох, когда шанс попасть не так уж велик.

Нарезные штуцера обладали меткостью лучшей вдвое (а иногда и лучше). Да и вооружали ими егерей, специально обученных точной стрельбе. Не хуже была точность пневматических ружей - но она достигалась очень тщательной подгонкой ствола, притиркой и регулировкой воздушного клапана, прочими техническими ухищрениями - потому пневматические ружья были слишком дороги. В реальной истории только пограничная стража Австрии была некоторое время вооружена ими (причём в основном в горных районах, куда регулярно доставлять порох считалось затруднительным).

При уровне культуры производства и технологиях Эпохи Пара, арбалет, даже самый заурядный, стреляет в несколько раз и дальше и главное точнее любого штуцера той же эпохи. И современные реконструкции это подтверждают. Но война это экономика, в Эпоху Пара арбалет стоит несколько (иной раз на порядок) дороже самого дорого штуцера, потому что последний выпускается массово, по отлаженной технологии, известной чуть ли не каждому достаточно технически образованному кузнецу, а таковых в Эпоху Пара уже большинство, даже деревенские кузнецы заметно эрудированнее своих средневековх предков. Конкурировать с этим валовым производством редкие ремесленники «арбалетных дел мастера», передавашие секреты профессии в узком кругу от отца к сыну - не могли. Зато замечательный в своей точности арбалет оценили состоятельные охотники.

Отдельно про короткие и длинные стволы:

из пистоля стреляли не далее 12 шагов, и то был шанс промахнуться даже по недвижно стоящему противнику на дуэли. Поэтому старались сблизится хотя бы на 6 шагов для верного выстрела, а уж в бою так и вовсе 2-3 шага. Но тут дело не в коротком стволе, а в особенностях человеческой физиологии при стрельбе с одной руки. Вы удивитесь, но с самыми современными точнейшими пистолетами боевая эффективность не шибко лучше средневековых пистолей.даже самые длинноствольные пушки имели точность не лучше 1/100. Всё дело в тех самых зазорах. Они неизбежно заставляют ядро отклониться в момент вылета из ствола. Точно куда прицелились, ядро летело крайне редко. Но, правда, чаше отклонение бывало не в сторону, а вверх или вниз - то есть перелёт либо недолёт. Эта особенность сильно упрощала задачу канонира. А если он хорошо знал особенности конкретно своего орудия, то чаще угадывал, при очередном выстреле будет перелёт или недолёт. К тому же, при стрельбе на рикошетах недолёт был желанным и эффективность огня не уменьшал.И даже когда такие уважаемые историки, как наш всенародно любимый Клим Саныч Жуков, необдуманно заявляют что «стреляли из пушки на километр и попадали в мишень метр на метр» - эти утверждения нужно понимать по отдельности ;-) То есть так:

в цель указанных размеров попадали 100% наверняка - если она не далее полусотни метровпролететь ядро могло и километр - да только так далеко никто не стрелял, ибо это была бы стрельба чисто «на удачу».Ну и напоследок сводная таблица по типичным образцам стрелкового оружия, которые могут встретиться в Эпоху Пара:

Для пращи очень важна подготовка с детства (в чём автор этих строк убедился на собственном опыте). Эффективная техника метания требует очень специфического развития связок, не говоря уже об особенной сноровке. Поэтому в зрелом возрасте человек легко может освоить лишь простой приём метания - впрочем даже с этим примитивным приёмом он посылает камень и дальше и с большей точностью, чем швырнул бы рукой.

Арбалеты подразумеваются качественного изготовления на техническом уровне Эпохи Пара. Штучный товар на придирчивого покупателя.

В реальной истории дротики для мушкетов использовались англичанами и были очень эффективны - оттого и засекречены. Так что Френсису Дрейку потребовалось обращаться к парламенту за этими дротиками для своей экспедиции и обсуждалось даже количество сколько ему будет выделено. Секретность была полной, так что хотя испанцы находили такие дротики на борту захваченных английских кораблей, но так и не смогли понять, для чего они.

О коллекционном оружии: Я сторонник экспериментального подтверждения истории, но уж поверьте мне (как человеку, который по роду работы постоянно имеет дело с различными коллекционерами антиквариата) - в коллекции держат только лучшие безупречные экземпляры. И коллекции оружия не исключение из этого правила. А в XIX веке коллекционирование оружия уже вполне оформилось. И до нас дошли интереснейшие книги с рекомендациями на этот счёт (если Вам интересно коллекционирование - рекомендую изучить вопрос, остальным эти книги покажутся скучными). Заурядные мушкеты в коллекции не попадали (они попадали прямиком в переплавку). Если ствол попал в коллекцию, можно быть смело уверенным, что он был лучшим (а возможно и уникальным по качеству) из огромной партии. И все современные музейные экспонаты в хорошем качестве - из вот таких коллекций. И уж можете быть уверены, если коллекционер стреляет из своего драгоценного мушкета - то пули к нему отлиты особо тщательно, порох подобран самый лучший, а не та дрянь XIX века, которая оставляла в стволе половину себя в виде тлеющего нагара. И заботится коллекционер о том мушкете так, как не заботился ни один мушкетёр. Поэтому когда приводят в пример идеальные результаты стрельбы коллекционных стволов - то это не говорит ровным счётом ничего о возможностях типичного армейского массового оружия.

Разумеется, вполне можно вооружить уникальным штуцером главного злодея в произведении. Впрочем, тогда, точно по тем же соображениям, можно и главного героя вооружить рекордным луком. Однако основная масса персонажей третьего плана должна быть вооружена типичным вооружением. Хотя бы затем, чтобы на их фоне злодей и герой могли бы блеснуть!

Стрелковое оружие

Важную роль имеет пороховое стрелковое оружие, так как оно позволяет набирать в рекруты всякую деревенщину и за 40 дней обучения делать из них исполнительных солдат регулярной армии. Может они и не герои, но действуют сплочённо по командам офицера, потому всегда побеждают армию героев, в которой каждый сражается сам по себе.

Заряд пороха: Пистоли и пистолеты заряжаются зарядом пороха весом не более 1/6 от веса пули. Мушкеты заряжают порохом в 1/4 от веса пули. А крепостные «гаковницы» безбоязненно заряжаются зарядом пороха аж в 1/3 от веса пули - но это только потому, что при стрельбе их зацепляют крюком за стену. Учитывая калибр крепостных ружей, при попытке выстрелить с рук таким большим зарядом, отдача опрокинет стрелка с ног.

Луки кое-где (в колониях) могут встречаться, но обучение стрельбе из них требует 7 лет упорных тренировок (желательно планомерно с детства, чтобы организм постепенно привыкал к специфичесим нагрузкам, а они весьма существенные). Арбалеты так же порой используются, но при массовом производстве мушкеты дешевле, а обучить сносно стрелять из них рекрута проще.

1/2-унции = 1/2-дюйма = для охоты на мелкую дичь

К этой категории относятся такие виды оружия как: балистер (особый охотничий арбалет-пистолет для стрельбы пулями), фитильная аркебуза, колесцовый карабин, пневматические ружья, пуффер (самый малый из пистолей, в средние века считавшийся едва ли не карманным), дорогие целевые охотничьи ружья и дуэльные пистоли высокой точности, которыми, однако, искусный стрелок может нанести критическое ранение. Капсюль (если уже изобретён) добавляет карманный «дамский» каморный револьвер и каморный дерринджер - карманный пистолет с 2 или 3 стволами. Это оружие стреляет быстро и надёжно, но затем приходится вручную перезаряжать каждую камору (насыпать порох, загонять пулю, забивать пыж и ставить на место капсюль). Но всё же перезарядка каморы заметно легче, чем перезарядка длинного мушкетного ствола. Каморные револьверы существовали, дольше всех их выпускала фирма Кольта (когда уже все давно заряжали револьверы патронами). Вроде бы имели место попытки выпускать гладкоствольные револьверы. А вот у реальных дерринджеров стволы были только нарезные, да и заряжались они патронами - но для паро-панка унитарный патрон это уже переход в дизель-панк либо вмешательство более развитой цивилизации, что будет рассмотрено ниже.

Подавляющее большинство пистолей имеет калибр 1/2-дюйма, однако моряки для абордажных боёв предпочитают специальные пистоли для стрельбы дробью - в ствол такого закладываются 3 дробины (каждая весом в драхму), что повышает шанс попадания вблизи, но уже на средней дистанции ни выстрелить прицельно из такого пистоля невозможно, ни убойной силы не хватает для нанесения существенной раны. Дробь пистолетная: для моделирования результата попадания бросьте шестигранный кубик и разделите результат пополам для определения числа нанесённых цели ран. Любой доспех полностью защищает от дробины (например, попадание в руку с наручем считается безвредным)

Реальный дерринджер

1-унция = 2/3-дюйма = обычное стрелковое боевое оружие

По весу к этой категории относятся такие снаряды как: пуля для пращи или мушкета или тяжелого рейтарского пистоля, столько весит картуз на 6 дробин (по 1 драхме каждая дробина + 2 драхмы весит бумажная обёртка с пыжом). Картуз с дробью: для моделирования попадания бросьте шестигранный кубик для определения числа нанесённых цели ран (см. выше пояснение о дроби для пистолетов). Свинцовые пули-шары могут быть заряжены в такое оружие как: мушкет (с фитильным, кремневым или даже капсюльным замком), штуцер (нарезное ружьё, иногда даже с колесцовым замком), армейский рейтарский пистоль, двуствольное охотничье ружье (заметьте, что охотники нередко заряжают стволы - один пулей, другой дробью, чтобы иметь возможность быстро выстрелить нужным снарядом по любой обнаруженной цели) Капсюль (если уже изобретён) добавляет армейский каморный револьвер (за прообраз которого можно взять любой Кольт, предшествующий модели "Миротворец"). Убойная сила такого револьвера почти равна силе аркебузы.

Некоторые охотники предпочитают специальные дробовики, в которые засыпают дробь самостоятельно. Такие ружья легко отличить по дульному раструбу, который как раз и нужен как воронка для облегчения заряжания. Но, внимание - из-за этого раструба у них бывает только один ствол! Кроме того, такое заряжание слишком медленно и в армии не используется. Зато вручную в ствол дробовика удаётся засыпать 12 дробин (или полторы унции свинца). Двойной заряд дроби: для моделирования попадания бросьте 2 шестигранных кубика для определения числа нанесённых цели ран. Армейские картузы с дробинами никак невозможно заряжать в ствол больше одного, а если так сделать, то скорее всего ствол разорвёт при выстреле, потому что смявшиеся картузы закупорят его намертво. Зато в милиционных (то есть набираемых из местных добровольцев) частях имеются обрезы дробовиков-двустволок, их отличительная особенность быстрая перезарядка картузами с дробью и возможность сделать два выстрела подряд без задержки. Двустволка: за одно действие можно сделать два выстрела, при моделировании каждый выстрел рассматривается отдельно (сперва бросок на попадание, а если выстрел дробью то затем на число поразивших цель дробин)

Мушкет Springfield Model 1842 - основное оружие Войны Севера и Юга

Армейские мушкеты - самое массовое и потому хорошо стандартизированное оружие:

Вес : 10 фунтов (1/4 пуда)Полная длина (без штыка) : 5 футовЗаряжание : дульноеСкорострельность : до 3 выстрелов в минуту для капсюльного замка

и до 2 для кремнёвого замка (где нужно подсыпать порох на полку)

(для весьма проворного и опытного стрелка, обычно заметно меньше)Начальная скорость пули : 500 ярдов в секундуЭффективная дальность стрельбы : до 75 ярдов максимум(хотя выстрелить можно и на 200 ярдов, а пуля летит до 400 ярдов)

1-унция = 1/2-дюйма = Игольчатые винтовки и ружья

Это казнозарядное стрелковое оружие появляется только когда доступен капсюль. В реальной истории винтовками такой системы были вооружены армии Пруссии и Франции в Франко-Прусскую войну 1871-72 годов. Особенность оружие - в его пуле. Она удлинённая. Но это не сложная по конструкции пуля Миньё - а просто эллипсоид, вытянутый в длину до двух своих диаметр. Благодаря этому, в калибр пистоля влезает по весу полноценная мушкетная пуля, что считалось важным для сохранения убойной силы (связанной с весом пули). При выстреле такая удлинённая свинцовая пуля сжималась из-за присущей ей инерции, что обеспечивало почти идеальную обтюрацию. Благодаря обтюрации возросли и дальность и особенно точность стрельбы. Для гладкого ствола стало возможным попадать в ростовую мишень на 200 ярдов. Для нарезного - вдвое лучше, то есть до 400 ярдов. А пуля летела и дальше, сохраняя свою убойную силу до 800 ярдов. Из истории известно, что на такую большую дальность стреляли французы (в Франко-Прусскую войну 1877-72 годов) и турки (в Русско-Турецкую войну 1877-78 годов) хотя конечно это была стрельба неприцельная, чисто «на удачу», ружьё при этом держали с очень большим углом возвышения (градусов в 30°, что исключало всякую попытку прицелиться), и расход патронов был весьма большой. Патроны были унитарные - но бумажные. Их делали сами солдаты. В войска поставляли лишь порох, капсюли, бумагу и пули. Хотя порой и пули отливали в полковых кузницах. Солдаты сами сворачивали патроны. Капсюль при этом укладывался на донце пули. И чтобы воспламенить его для выстрела, бумажный патрон нужно было проткнуть металлической иглой-ударником. Находясь в пороховом пламени эта игла быстро теряла свою прочность. Известно, что у пруссаков считалось нормальным выдавать солдату на 60 выстрелов 3 запасных иглы. Благодаря заряжанию «с казны» и удобному затвору игольчатые ружья и винтовки имеют скорострельность 6 выстрелов в минуту, что вдвое лучше чем у самого сноровистого мушкетёра с дульнозарядным мушкетом. Поломка иглы: если желаете моделировать стрельбу из игольчатого ружья или винтовки, то после каждого выстрела бросайте кубик - при выпадении «1» произошла поломка и теперь пока не будет вывернут обломок иглы и на его место в затворе не будет ввёрнута новая игла, стрельба невозможна.

Винтовка Шасспо: существовавшая в реальной истории самая совершенная из игольчатых винтовок, повоевавшая в франко-прусскую войну 1871 года. Про неё часто сообщают, будто она имела прицельную дальность в 1200 шагов. Как уже было замечено выше, французы действительно практиковали огонь на такую большую дальность - однако он был неприцельным! Специально командированный русский офицер в своём отчёте, заявлял, что все виденные им во Франции винтовки имели прицел насечённый не далее 900 шагов, а многие лишь 600 шагов. Здесь шаг = 1 аршин. Следовательно, прицельно можно было стрелять максимум до 600 ярдов, а большая часть винтовок - лишь до 400 ярдов. Однако мишенью при испытаниях служила не привычная нам ростовая фигура, а квадрат на местности 25 на 25 шагов с высотой стенки в рост человека, изображавший целое батальонное каре. На флоте, для морской пехоты, ставили мишень квадрат 11/2 на 11/2 сажени, но правда огонь вёлся с намного меньших дистанций, чем при сухопутных испытаниях. Большей точности от оружия линейной пехоты тогда и не требовали. Поэтому мы не может с полной уверенностью сказать, какова была точность типичной игольчатой винтовки, но весьма вероятно, она превосходила точность типичных предшествующих дульно-зарядных штуцеров.

О прицельной стрельбе винтовок XIX века

«До 1870 года большей частью принимали, что деления на прицеле должны быть доведены до такой дистанции, с которой можно было бы разсчитывать попасть от 16% до 25% в сомкнутую часть.»

Из доклада Н.П.Потоцкаго в Имперском Русском Техническом Обществе, на беседе 21 января 1878 года, под председательством Н.Ф.Эгершторма

1/4-фунта = 1-дюйм = тяжёлое стрелковое оружие и малая артиллерия

К этой категории относятся такие виды оружия как: пищаль (карамультук, длинноствольный мушкет, гаковница или крепостное ружьё с крюком, старинный фальконет то есть самая малая из пушек, закрепляемая на вертлюге на борту корабля или стене крепости [заметим, в Эпоху Пара на флоте фальконеты могут быть и 3-фунтовыми, то есть полноценными пушками на удобном тумбовом станке - но на суше такие встречаются разве что в приморских береговых крепостях для препятствования высадке вражеского десанта] ), митральеза (многоствольный прообраз пулемёта, так же называемый картечницей), скорострельная (паровая) картечница (по сути паровой пулемёт), мушкетон (он же бландербас) Мушкетон: короткоствольное ружьё довольно большого для ружей калибра, заряжается вручную, выплёвывает полфунта дробин из расширяющегося ствола, что позволяет одним выстрелом очистить палубу от бездоспешных врагов, однако уже на средней дальности его дробь абсолютно бессильна.

Артиллерия

Снаряды гладкоствольной дульнозарядной артиллерии:

Ядро - некогда могло быть каменным, но в Эпоху Пара уже давно все стреляют только чугунными ядрами. Врезаясь в строй вражьего полка, ядро прошивало его насквозь, убивая всех, кому не повезло оказаться на его пути, до 30 или даже 40 человек разом. Стреляли хитро, рикошетом, так чтобы упав перед вражьим строем, ядро отскочило от земли, и пронеслось ещё до сотни сажен на высоте в полтора ярда, то есть как раз примерно по грудь солдату.Картечь - заряд пуль, вылетающих из ствола и выкашивающих своим снопом всех на 100 или даже 200 сажен от орудия. На счастье каждая картечина поражает лишь одного, потому в обстрелянном батальоне солдаты из второй шеренги могли уцелеть.Бомба - взрывной снаряд. Исторически для калибров менее пуда было принято название «граната», но современному читателю, да и писателю, проще именовать все эти взрывающиеся штуки бомбами. Пушки стрелять бомбами не могли, ибо ствол слишком длинный. А бомбу требовалось устанавливать в ствол рукой, строго контролируя положение её собственной запальной трубки. Для стрельбы бомбами годились только орудия с коротким стволом - это гаубица и мортира.

Иллюстрация из советского журнала «Техника молодёжи»

Образцы боеприпасов XVIII века:

а — бомба с дистанционной трубкойб — дистанционная трубкав — скорострельная трубкаг — картечь в жестяном корпусед — картечь вязанаяе — картуз с ядромж — картуз с картечьюз — брандскугель — зажигательный снаряди — книппеля

Запал бомбы: Изначально бомбу заряжали так, чтобы её очко с торчащим из него фитилём, было обращено к дульной части. Перед выстрелом один канонир поджигал фитиль бомбы, а другой канонир производил выстрел из орудия. Это называлась «стрельба в два огня». В Эпоху Пара, вместо устаревшего фитиля, используют дистанционную трубку, ввинчиваемую в очко бомбы. Перед ввинчиванием, дистанционную трубку заранее подрезают до нужной длины, чтобы порох в ней догорел к моменту когда бомба завязнет в цели (стене крепости или борту корабля). При заряжании нужно следить, чтобы бомба была обращена взрывателем к казённой части орудия - только тогда взрыватель загорится от сгорающего при выстреле пороха. Потому стволы бомбических орудий всегда довольно короткие, обычно вдвое короче против стволов пушек.

Опасность взрыва в стволе: Несовершенство литья чугунных корпусов бомб и несовершенство запалов (дистанционных трубок) периодически приводят к тому, что вместо выстрела по врагу, снаряд разрывается в стволе. Но это не более чем неприятность. Ведь орудия при приемке испытывались двойным зарядом - а заряд пороха в бомбе многократно меньше метательного порохового заряда. Таким образом, опасной для орудия перегрузки при взрыве бомбы в стволе не происходит, более того, раз бомба раскололась, то ничто не мешает излишку пороховых газов свободно выйти из ствола - по сути получается обычный холостой выстрел, от которого орудия не разрываются на куски. Однако после разрыва бомбы в стволе приходится вычищать этот самый ствол от осколков (чтобы они не заклинили следующий снаряд в стволе, что неизбежно привело бы к вздутию ствола, а то и разрыву) и осколки корпуса бомбы царапают канал ствола, ухудшая его баллистику и постепенно подтачивая прочность.

Гладкоствольная дульнозарядная артиллерия делилась на:

Пушка - предназначена для настильной стрельбы, с углом возвышения ствола не более 5°. Ствол длиной около 20 калибров ядра. Бронзовый ствол весит в 200 раз больше веса ядра. Поэтому стволы иногда укорачивали до 17, а изредка и до 15 калибров - чтобы уменьшить вес. Так что если хотите «сконструировать» пушку сами, то можете считать так:

на каждый калибр длины = 10 весов ядра пушки.

Не может стрелять бомбой. Для выстрела заряд пороха 1/3 от веса ядра (например, для выстрела из 3-фунтовой пушки заряжают 1 фунт пороха), и только из осадных орудий палят зарядом в 1/2 веся ядра. Но и сами такие пушки делают с длинными до 24 - 26 калибров стволами, заметно прочнее, а главное тяжелее обычных (ведь вес ствола увеличивается с длиной, как описано выше).Гаубица - предназначена для настильной и навесной стрельбы, с углом возвышения ствола обычно в 15° (бывало и до 30°). С виду похожа на пушку, только ствол заметно короче, обычно 5 (очень редко 7) калибров. Как правило, не стреляет ядром (хотя это возможно), зато может стрелять бомбой. Заряд использует не более 1/4 от веса бомбы. В Эпоху Пара гаубицы достигли такого совершенства, что у них вес ствола = 5 весов ядра на каждый 1 калибр длины ствола (более старые гаубицы были тяжелы так же как пушки с той же длиной ствола). Однако при этом дальность стрельбы настильным огнём (как стреляет пушка) становилась очень уж малой. Потому гаубицы стреляли практически только навесным огнём, что сделало ядра в их боекомплекте малополезными. Да и по силе удара ядро, пущенное гаубицей, проигрывало бы пушке. Вот почему гаубицы использовались на полях сражений в куда меньших количествах, а на флоте так и вовсе им не находилось применения.Мортира - предназначена для навесной стрельбы, с углом возвышения ствола не менее 45° (ниже ствол не опускался). Короткоствольная, ствол от силы в 2, а то и только в 1 1/2 калибра. Ядром стреляет разве что калёным (чтобы поджигать вражьи постройки), но главное её назначение стрелять бомбами, перебрасывая их через стены крепости. Для стрельбы на разную дальность мортиру заряжают различным зарядом пороха, но даже для максимальной дальности не более 1/3 от веса бомбы. Ведь ствол мортиры слишком короткий, потому излишний заряд пороха всё равно не даст прибавки дальности стрельбы.

Если хотите «сконструировать» мортиру сами, то считайте её в 25 - 30 раз тяжелее веса её бомбы. Длину ствола тут учитывать не нужно, так как он всегда очень короткий, даже короче 3 калибров, а у некоторых исторических мортир и вовсе цилиндрическая часть канала ствола лишь чуть больше калибра бомбы.

Это мы обсудили стволы, а вот на что они устанавливались:

Лафет - основание для ствола, с такими большими колёсами (это было обязательным отличием). На него устанавливали пушки и гаубицы. Весил лафет примерно столько же, сколько ствол, для которого он предназначен. Если нет «родного» лафета (например, разбит), то можно взять более тяжёлый. Тот, что заметно легче ствола, брать не рекомендуется - может не только от выстрела рассыпаться, но и тряски по дороге не выдержать.Станок - на станок без колёс ставилась мортира. На этом станке она никуда перевозится не могла. Но он должны был быть очень прочным - ведь откатиться как лафет он не мог, и вся вила выстрела отдавалась в него.

Иллюстрация из советского журнала «Техника молодёжи»

Русские орудия начала XVIII века:

18-фунтовая (136-мм) осадная пушка (а)пудовая (196-мм) гаубица (б)пятипудовая (337-мм) мортира (в)

цифрами обозначены:

1 — дульная часть; 2 — вертлюжная часть; 3 — казенная часть; 4— «дельфин»; 5— запальное отверстие; 6— винград; 7— подъемный клип; 8— подклиновая подушка: 9— оковка; 10— станина лафета; 11 — хоботовая подушка: 12 — дуговой прицел: 13 — поддон.

О точности стрельбы:

Картечь, понятное дело, накрывала сектор аки убийственный град чугунных пуль. Можно было особо не целиться, главное выстрелить примерно в сторону врага и уж кого-нибудь обязательно зацепит.Ядром нужно было прицелиться. Но попасть в разумную цель - то есть во вражий батальон или скажем избу - можно было довольно уверенно, если не с первого выстрела, то с третьего (перелёт, недолёт, а уж на третий раз точно попадут).Сложнее было попасть бомбой из гаубицы, потому что бомба должна была упасть и не отрикошетить, притом и в землю глубоко не зарываться. Это требовало более тщательного наведения, да и наводчик должен был иметь немалый опыт. Зато гаубицы могли стрелять поверх голов своих впереди стоящих войск, а вот пушки такого не могли никак.Но сложнее всего было попасть из мортиры...

Прекрасный историк Широкорад в своей книге «Чудо-оружие Российской империи» приводит вот такие сведения (см. таблицу выше) о стрельбе реальных русских мортир образца 1805 года и прослуживших большую часть XIX века. У современного человека, при взгляде на неё, возникает стойкое впечатление, что оружие то было никуда негодным. Конечно, тому оружию далеко до современных «умных» ракет. Но давайте не будем торопиться с выводами.

Пушка современного танка способная послать свой снаряд на 10 км и более. Но стреляют из неё на 4, максимум 5 км. Вот это разница между предельной дальностью полёта снаряда и прицельной дальностью оружия.

Даже для середины XIX века, то есть самый расцвет Эпохи Пара, стреляли из орудий даже при осадах по неподвижным бастионам не далее чем на тысячу шагов. Это 700 м. Причём эта дальность считалась абсолютным пределом разумной стрельбы. Гораздо чаще, что из пушек, что из мортир, стреляли на 200 м. И там точность удовлетворительная и даже был неплохой шанс накрыть цель с первого же выстрела. Да и на максимально разумной дальности в 1000 аршин, у мортиры вероятность попадания по типичной для неё цели - примерно каждый третий выстрел. Что вполне приемлемо. На той же дальности и пушки поражали цель с третьего выстрела. Разве что для мортиры цель была, прямо скажем, великовата - бастион, редут или хотя бы целый полк, выстроившийся как на парад в чистом поле (ну или, полагающий себя в безопасности за высокими крепостными стенами).

Учтём так же, что указанные русские мортиры имели самый короткий из всех мортир ствол, что конечно ухудшало точность, и без того испорченную большими зазорами (о величине зазоров упоминалось выше и ещё будет рассказано ниже). Но в XIX веке уже придумали средство компенсировать этот недостаток точности - гранатная картечь! Впрочем, об этом будет рассказано ниже в своём месте.

А пока займёмся рассмотрением калибров орудий.

Калибры стрелкового оружия установлены от веса свинцового ядра, а вот дальше пойдут артиллерийские - они от чугунного ядра. Для точных расчётов пользуйтесь программой «Калибр и вес ядра» из раздела «Программы» нашего сайта SteamAge.ru - только не забывайте о больших зазорах в стволах старинных пушек, так что результат точных вычислений всегда на несколько миллиметров отличается от реального орудия. Чтобы не ломать голову, самостоятельно «конструируя» древние пушки, лучше воспользоваться нижеследующим ориентировочным списком. Список этот усреднённый, потому от конкретных исторических образцов отличается. Да ведь и сами эти образцы ой как различались меж собой. Зато список даёт Вам неплохое представление о силе и возможностях тех или иных орудий. Для будущего читателя Вашего исторического романа большего и не требуется, а уж если Вы творите в области фантастического паро-панка - смело берите орудия из этого списка в своё произведение.

3-дюйма = 3-фунта (чугунное ядро)

полевая артиллерия, стреляет ядрами и картечью, ибо взрывной снаряд в таком малом калибре содержит пороха на 2 1/2 унции. Но калёные (раскалённые в горне полевой кузницы до красного каления) железные ядра выстреливать можно, и таковые способны вызывать пожары, если их не потушить быстро. Однако процесс каления 3-фунтового ядра занимает 20 минут и прислуга орудия должна действовать быстро, чтобы ядро не остыло. А ещё 3-фунтовые пушки используют как горные. На походе 3-фунтовку тянет пара лошадей.

Для тех, кому нужна точность: Ядро отливалось для пушки с зазором. В то время, когда появились орудия с калибром в 3 дюйма, зазор полагался до 1/10 от калибра. А вес исчислялся в английских фунтах. При этом качество чугуна нам неизвестно. Если он был очень хорошего качества, то по удельному весу близок к стали - тогда диаметр собственно ядра выходит около 69 мм. Если чугун был, как у петровского эталонного ядра, то диаметр ядра выходит около 71 мм. И да, такое ядро предназначалось для стрельбы из ствола диаметром 76 мм. В 1707 году Пётр I повелевает взять за эталон веса чугунное ядро диаметром в 2 дюйма - его вес и был принят как артиллерийский фунт. Ко временам Петра, то есть в XVIII и первую половину XIX века качество изготовления стволов и литьё ядер улучшили настолько, что зазор стал всего 1/20 - что по нашим современным меркам всё равно неприлично много и такое орудие вообще непонятно как могло бы выстрелить. Диаметр стволов при этом оставался всё тот же - 3 дюйма. Зазор уменьшили, увеличив диаметр ядер - до 73 мм. Ясное дело, при этом их вес возрос - он стал 3 артиллерийских фунта, то есть прибавил примерно 4 унции против прежнего. Ядро потяжелело на четверть фунта! Но орудия, равно как и ядра к ним, продолжали называть 3-фунтовыми.

4-дюйма = 6-фунтов (чугунное ядро) или 1/8-пуда (бомба; заряд 1/4 фунта пороха) В этом калибре есть: 6-фунтовая пушка - оптимальная полковая пушка, достаточно лёгкая, чтобы солдаты перекатывали её по полю боя, не отставая от марширующего батальона. И бьёт её ядро вдвое сильнее, чем ядро 3-фунтовки. А вот для горной она уже тяжела. И калёными ядрами из неё стрелять не принято, да и как следует разогреть 6-фунтовое ядро в полевой кузнице дело очень долгое. На кораблях такие пушки ставят на самой верхней палубе. На походе 6-фунтовку тянет четвёрка лошадей. 6-фунтовая «траншейная» мортирка Кегорна - вон она справа. Стреляет всего на 200 ярдов. В полевых сражениях от неё проку нет. Фортификатор Кегорн придумал её для ведения осад и обороны крепостей. Она забрасывает 6-фунтовую бомбу (прозванную «бомбой-осьмушкой») из своей траншеи в траншею врага. Заряд такой бомбы в 1/4 фунта пороха способен убить нескольких оказавшихся рядом людей. Траншейная мортирка достаточно легка, чтобы на походе её нёс 1 солдат на плече, вместо мушкета. Но бомбы к ней несёт его товарищ.

5-дюймов = 12-фунтов (чугунное ядро) или 1/4-пуда (бомба; заряд 1/2 фунта пороха)

На флоте это пушки на средних палубах трёхпалубных кораблей. Пушки разумеется бомбами не стреляют. Бомбы для гаубиц - лёгких горных и полевых. При этом горная гаубица имеет очень короткий ствол, отчего стреляет уменьшенным зарядом пороха. Зато ствол этот не тяжелее 6 пудов, и его можно навьючить на лошадь. Столько же весит и лафет для этой гаубицы. Полевые же гаубицы, тяжелее, но всё же достаточно легки, чтобы служить в конной артиллерии, и шестёрка лошадей везёт такую четверть-пудовую гаубицу во весь опор, обгоняя марширующие полки, чтобы развернуться в 100 саженях от вражеского строя и дать убийственный залп картечью. На походе 12-фунтовую пушку тянет 6 лошадей. 1/4-пудовую гаубицу - 4 лошади.

Конная артиллерия: в батарее конной артиллерии 4 x 6-фунтовые пушки и 2 x 1/4-пудовые гаубицы. Каждое орудие везёт упряжка из 6 лошадей.

6-дюймов = 24-фунта (чугунное ядро) или 1/2-пуда (бомба; заряд 1 фунт пороха)

тяжелая артиллерия, способная стрелять ещё и взрывными снарядами - это полевые гаубицы (с коротким стволом), крепостные и корабельные каронады (с коротким стволом). Каронады такого калибра достаточно легки, чтобы быть установленными на верхней палубе корабля. А лёгкие корабли с всего одной боевой палубой, вроде бригов и корветов, теперь вооружают всего несколькими каронадами, вместо прежнего вооружения из десятка-другого лёгких пушек. Если хотите «сконструировать» каронаду сами, то считайте её как гаубицу. Таков же калибр морских пушек нижних палуб и крепостных пушек (с длинным стволом). Эти пушки не могут стрелять взрывными бомбами из-за риска раскалывания чугунного корпуса бомбы в стволе из-за перегрузки при выстреле. Гаубицы же и каронады избегают этого, стреляя уменьшенным пороховым зарядом - однако потому их дальность стрельбы меньше, чем у пушек. Но и вес меньше вдвое. На походе 1/2-пудовую гаубицу тянет шестёрка лошадей. Но что касается 24-фунтовой пушки - даже 8 лошадей с трудом волокут это тяжёлое орудие, гораздо лучше с её транспортировкой справляется четвёрка волов. Калёные ядра: только в крепостях, тяжёлые крепостные пушки изредка практикуют стрельбу калёными ядрами для уничтожения вражеских осадных машин, построек или кораблей на рейде. К этому приходится прибегать, поскольку дальнобойные пушки не могу стрелять бомбами. Используют специальные стационарные печи, со спиральным каналом для ядер (новое ядро закладывается сверху, а снизу выкатывают уже раскалившиеся ядра), в которых 24-фунтовые ядра за 3 часа раскаляются до белого каления. Такое ядро потушить невероятно трудно, попав в цель оно ещё целый час вызывает возгорание вновь и вновь, если его прекращают поливать большими количествами воды.

Шрапнель: Ходят слухи о экспериментах с начинением бомб смесью из пороха и мушкетных пуль для подрыва их в воздухе перед вражеской пехотой - изобретатель капитан Шрапнель уверен, что пули разлетятся веером, выкашивая целые шеренги, как картечь. Но в отличие от картечи, поражающей лишь вблизи орудия, шрапнель эффективно косит врагов на любой желаемой дистанции (конечно если дистанционная трубка подобрана верно).

10-дюймов = 2-пуда (бомба; заряд 4 фунта пороха)

бомбическая артиллерия, стреляет только бомбами - это осадная мортира или корабельная бомбическая пушка. Орудия этой системы имеют относительно тонкие стенки ствола, из-за чего из них запрещено стрелять чугунными ядрами «во избежание разрыва ствола». Однако выстрелить старинным каменным ядром, какие делали для старинных бомбард, конечно можно (ведь камень намного легче чугуна). Но в Эпоху Пара никто уже каменными ядрами не стреляет, хотя порой их применяют для обучения артиллеристов практической стрельбе. В реальной истории известная навесная картечь для мортир - однако 2-пудовые мортиры для такой стрельбы не использовались, поскольку в этом не имели преимуществ перед более лёгкими гаубицами.

12-дюймов = 4-пуда (бомба; заряд 8 фунтов пороха)

королевская артиллерия, стреляет только бомбами - это тяжёлая осадная мортира. Кроме бомб, она способна использовать гранатную картечь. Гранатная картечь: устаревшая навесная картечь ушла в прошлое. Ей на смену пришла прогрессивная гранатная картечь, в коей вместо пуль - бомбы. С виду этот снаряд выглядит как жестяная банка, в дно которой ввернута дистанционная трубка. Внутри банки уложены в три слоя по 5 штук в каждом стандартные артиллеристские 6-фунтовые бомбы, и заряд пороха в центре. После выстрела, когда дистанционная трубка догорит, взрывается центральный пороховой заряд. Он расшвыривает 15 «бомб-осьмушек», запалы которых зажглись от пламени центрального заряда. Если всё рассчитано верно, то в расположении врага разом произойдёт полтора десятка взрывов, и осколки бомб будут лететь со всех сторон. Коли такой «гостинец» упадёт на расположившийся на бивак полк, то сей полк в тот же миг перестанет быть боеспособной единицей. Только стоны раненых и крики паникёров. Воистину ужасные бедствия способен изобрести человек в борьбе с себеподобными.

Королевская артиллерия за то и прозвана королевской, что в цивилизованном мире только монархи могут владеть такими сокрушающими орудиями. Политическое значение таких орудий, это как атомная бомба сейчас, ведь они предназначены исключительно для сноса замков и крепостей, то есть являются стратегической силой для перекраивания границ. Разумеется, даже герцогам и маркизам владеть такой мощью не дозволяется. Только наследный принц может получить их под своё командование и то лишь с высочайшего соизволения. И конечно же иностранные шпионы неусыпно следят куда перевозят подобные орудия, не создаётся ли где-то группировка для будущего нападения.

Иллюстрация из советского журнала «Техника молодёжи» Снаряжение артиллеристов XVIII века: а — пальник; б — прокольник; в — извлекатель пыжа; г, д — банники обычный и щетинный (приме/шея для чистки ствола); е — прибойник; ж — шуфла — совок для засыпки пороха в ствол; з — доска для определения калибра ядер; и — ведро для смачивания банника.

Ракеты

В реальной истории известны две системы боевых ракет:

4-дюймовые английские ракеты, запускавшиеся из трубы калибром 4 дюймарусские ракеты с надкалиберной (то есть калибра больше, чем тело ракеты) 1/2-пудовой боевой частью, запускавшиеся с лёгкого станка с жёлобом или даже с шеста

Практические характеристики ракет были примерно одинаковы. Дальность стрельбы от полуверсты до версты. Действие по цели зажигательное с ограниченным фугасным эффектом. Например, при Петре I ракеты изредка использовались на море для поджигания вражеских кораблей, и в этом показали себя эффективным оружием.

Всё дело в боеголовке ракеты. У неё нет толстых чугунных стенок, как у бомбы. И, благодаря этому, ракета несёт к цели больше пороха. Но чёрный порох горит весьма необычно. Если его насыпать открыто и поджечь - он просто сгорит с обильным выделением дыма. Если его засыпать в ствол - то из-за возрастания давления в процессе горения, это самое горение станет более интенсивным. Но если порох замкнуть полностью, то при горении давление будет нарастать лавинообразно - и от этого порох разгорается всё более и более интенсивно, пока горение не превращается в детонацию. Проще говоря - взрыв.

Боеголовка ракеты XIX века не имеет прочного корпуса. Едва порох загорится, корпус боеголовки разрушается. Горящий порох разбрасывается вокруг, создавая эффект подобный современным термо-барическим боеприпасам. Разрушительное действие такого недовзрыва слабее, чем у бомбы (в которой пороха меньше) - зато зажигательное выше. От бомбы есть осколочное действие - от ракеты такого нет совсем. Зато ракеты и их лёгкие станки солдатам совсем несложно пронести на руках по горным или лесным тропам, где даже разобранную на части самую лёгкую горную гаубицу протащить куда сложнее.

Но у ракет в то время была точность 1/10. В 10 раз хуже, чем у самой захудалой пушки. Поэтому применяли боевые ракеты только массово, для обстрела крупных площадных целей, как крепости или населённые пункты, с целью вызвать пожары и разрушения (например, очень хорошо спалить ракетами верфь со всеми строящимися кораблями). А кроме этого использовали сигнальные и осветительные ракеты. В XIX веке уже были и осветительные ядра для крупных мортир, дававшие свет в течении минуты, но ракета в этом качестве была удобнее и снабжалась парашютом, чтобы освещать местность сверху.

Колонии

Причины поражения заморских стран перед просвещёнными мореплавателями не в порохе - а в регулярной армии. Порох лишь сделал возможным быстрое пополнение регулярных армий, поскольку обучить рекрута прикладывать мушкет к плечу и по команде палить в сторону, куда укажет офицер, дело 40 дней. Допороховое оружие порой превосходило огнестрельное по собственным характеристикам, но вот овладение им требовало больше времени. Метатель копья, пращник или лучник тренируются добрых 7 лет для овладения своим оружием - зато овладев, любой из них превосходит любого мушкетёра. Как мы знаем из истории, старинное оружие не сразу сошло со сцены и было достаточно эффективным в колониальных войнах. Таким оружием вооружены и повстанцы, и лояльные колонизаторам войска местного ополчения.

Сулица

короткое метательное копьё, длиной в 4 или 5 футов, 2 фунта весом. Метают его с короткого разбега на полсотни ярдов. С коня на скаку удаётся метнуть и дальше и удар по цели будет сильнее - примерно в 1.5 раза (ведь разгон животного тут помогает). Но ещё дальше может метнуть пехотинец с помощью палки-копьеметалки или с помощью ременной петли - дальность броска увеличивается вдвое. Сила удара становится такова, что опытный метатель с 25 ярдов уверенно поражает отдельную 2-дюймовую доску и пробивает её насквозь.

Реально зафиксированные рекорды:

В 1908 году, когда метание копья было введено в олимпийские виды спорта, рекорд для мужчин составил 54 м 44 см.В 1932 году метание копья введено и для женщин. Правда, они метают копьё полегче - 600 г против 800 г для мужчин. И первый рекорд у них был то же скромнее на добрый десяток метров - всего 43 м 68 см.Максимальный же на сегодня результат у мужчин бросок 1984 года на 104 м 80 см.Но это результаты бросания рукой. А ведь силу и дальность броска можно увеличить, метая копьё с помощью палки-копьеметалки или ременной петли. Палка-копьеметалка так же известна под названием атлатль. И существует даже Международная ассоциация атлатля, проводящая регулярные соревнования среди энтузиастов. В 1995 году ассоциацией зарегистрирован рекорд: американец Дэвид Ингволл с помощью палки-копьеметалки зашвырнул дротик аж на 258 м 63 см.Конкистадоры в Америке неплохо ознакомились с военным ремеслом аборигенов, ведь часть индейских племён сразу встала на сторону «белых богов». Индейские воины с помощью атлатля посылали дротики примерно на 200 м. Правда, их дротики были длиной около метра.

Духовая трубка

Её используют дикари для охоты на мелкую дичь. А для боя её лёгкий, всего в 1 унцию весом, дротик смазывается ядом. Однако хитроумный цивилизованный убийца вполне может выстрелить таким отравленным дротиком из пневматического ружья.

Праща

ею можно метнуть камень, но лучше летит свинцовая пуля в 1 унцию весом. Дальность метания до 200 ярдов. На 100 ярдов опытный пращник уверенно поражает ростовую мишень. С появлением небольших пороховых бомб праща обрела новую жизнь в качестве карманной артиллерии - самую малую 6-фунтовую бомбу можно швырнуть на 50 ярдов. Но, правда, для этого нужен опыт и отличное здоровье - праща сильно нагружает суставы плеч и мышцы спины.

Реально зафиксированные рекорды:

В гражданскую войну в Испании 1936-38 годов, пращами метали ручные гранаты. Что интересно, это делали вовсе не потомки болеарских пращников, а бойцы интербригад.Мировой рекорд метания из пращи в 1992 году - 477 м 10 см, достигнут американцем Дэвидом Ингваллом при помощи 127-сантиметровой пращи и дротика весом 62 г.

Лук

Сразу заметим: речь идёт о уже довольно совершенных луках. Античные были заметно хуже, так что уступали праще.

Лук бывает простой ростовой, то есть в сажень длиной. Ведь чем лук больше сам - тем дальше посылает стрелу. Простой лук её посылает на 100 своих длин (200 ярдов). Простым он называется потому, что в сущности он просто палка, на которую натянули тетиву. Если тетива снята или порвалась, то лучник с таким луком не безоружен - он может использовать его как шест в драке. Но из ростового лука крайне неудобно (почти невозможно без долгой тренировки и особой сноровки) стрелять из седла.

Заурядный композитный лук хитрая конструкция из дерева, оклеенного с внутренней стороны роговыми пластинами, а с внешней сухожилиями. Рог работает как пружина на сжатие, а сухожилия на растяжение. Когда эти две пружины вместе распрямляются, то посылают стрелу уже на 150 собственных длин лука. Поэтому делали небольшие композитные луки, из которых очень удобно стрелять из седла - при том их дальнобойность оказывалась не хуже, чем у простых ростовых луков. И это ведь рядовой композитный лук. А были ещё и рекордные ростовые композитные луки, посылавшие стрелу до 250 собственных длин - то есть на 400, а лучшие и на 500 ярдов тяжёлой боевой стрелой! Однако такие рекордные луки требовали особого хранения и на полях сражений почти не встречались (ну разве что только сам султан со своими приближёнными телохранителями наблюдает за ходом боя).

Стрела лука, вообще говоря, подбиралась под конкретный лук. Но, чтобы не усложнять сочинения и приключения, можно принять, что все стрелы армейские стандартные. Такие и в реальности выпускались сотнями тысяч, а порой и миллионами. И такая весит 4 унции (или 1/4 фунта) (мы, разумеется, говорим только о боевой стреле - всякие рекордные из иглы дикобраза не заслуживают быть упомянутыми здесь).

Реально зафиксированные рекорды:

Английский рекорд дальности стрельбы из лука известен абсолютно достоверно - 225 метров - это 100 длин английского длинного лука.При попытке вторжения в Японию в конце XIII века, монголы имели на вооружение композитные луки - и самураи заметили (и отметили в летописях), что монгольские стрелы летят вдвое дальше японских, пущенных из больших (больше человеческого роста) но простых луков. Вряд ли самураи были слабее кочевников, так что боевые луки вероятно имели равную силу натяжения - а вот эффективность у композитного вдвое лучше, чем у простого.В середине XVIII века секретарь турецкого посольства явился на соревнование клуба английских лучников с турецким луком, да и пустил стрелу аж на 450 м (перекрыв вдвое английский рекорд). Стрелял он при этом по английским правилам. Да и не должна нас удивлять такая дальнобойность отменного уникального рекордного лука - когда чуть выше приведён ещё больший достоверно зафиксированный в наше время рекорд для пращи.Кажется невероятным, но вот факт: в конце XVIII века турецкий султан Селим пустил стрелу аж на 766 метров. Правда стрела та была из иглы дикобраза весом в 12.5 г, а рекордный лук имел особое приспособление - жёлоб для пуска такой короткой рекордной стрелы. По сути это была не стрела - а миниатюрный планёр. И она не столько летела - сколько планировала на воздушном потоке. Поэтому к боевой стрельбе это отношения не имеет.

Арбалет

Преимущество арбалета - компактность оружия. Его дуга сделана из пружинящей стали, потому невелика, но сильна. А ещё очень легко научиться стрелять из него. Исправный арбалет очень точен, даже женщины способны попадать с 50 ярдов в мишень размером с голову. Все арбалеты (кроме балистера) стреляют болтами - то есть короткими арбалетными стрелами в 1 унцию весом. Есть несколько видов арбалетов:

балистер - особый охотничий арбалет-пистолет, единственный для стрельбы пулями в 1/2-унции весом, Годен для охоты на птиц и мелкую дичьарбалет с рычажным взведением - поражает цели на дальности до 200 ярдов, причём использование рычага позволяет перезаряжать арбалет не покидая седла, потому конные арбалетчики существовали. Хотя конечно в Эпоху Пара конный арбалетчик как воин уже редкость - но на охоте арбалеты продолжают использоватьсяарбалет с блочным взведением - поражает цели до 400 ярдов, а максимальный полёт стрелы возможен до 1000 ярдов (хотя так далеко стрелять обычно не отваживаются). Со 100 ярдов стрела пронзает насквозь бревно в 4 дюйма толщиной. Только очень хорошие рыцарские доспехи способны защитить от стрелы этого арбалета (такие доспехи и от мушкетных выстрелов защищают уверенно). Вот только взводить такой арбалет для следующего выстрела приходится даже дольше, чем перезаряжать штуцерчу-ко-ну (он же кассетный арбалет) - стреляют из него обычно не далее чем на 50 ярдов, а стрелы его летят ярдов на 100. Зато скорострельность - по 1 стреле в секунду! И так до полного опорожнения кассеты на дюжину стрел Ливень стрел: по желанию, владелец этого оружия может вместо прицельной стрельбы просто засыпать цель стрелами. Для моделирования попадания бросьте шестигранные кубики - 2 кубика если кассета была полной, 1 кубик если в кассете не менее половины боезапаса, если менее данная возможность недоступна - для определения числа нанесённых цели ран (аналогично дроби), но после этого кассету придётся перезарядить (считается, что персонаж ведёт стрельбу, не считая выстрелы, до полного опорожнения кассеты). Любые доспехи защищают от такого ливня стрел.Арбалет Леонардо да Винчи: это арбалет с луком, установленным наоборот. Его изображение имеется среди рисунков Леонардо. Некоторые современные арбалеты сделаны по такой схеме (да и автор этих строк на досуге собственноручно изготовил такую игрушку). В отличие от схематичного рисунка да Винчи, у реального арбалета нет единой дуги, а вместо этого плечи установлены порознь - по бокам от ложа. Такая конструкция позволяет идеально «вывесить» тетиву над ложем, так что потери энергии на её трение об ложе полностью исключены. Рывок при выстреле равномерно уходит в обе стороны - оружие не имеет отдачи вообще. Так же становится технически проще разместить прямо на арбалете неотъёмный рычаг для взвода (чтобы герой не потерял его в суете). Такой арбалет весьма хорошо впишется в антураж паро-панка.

Камнемёт

эта самодельная артиллерия не нуждается в порохе. Подвешенный к распоркам качающийся рычаг, к длинному концу которого привязана праща для снаряда, а к короткому несколько верёвок. За верёвки берутся солдаты и, дружно дёрнув, отправляют снаряд в полёт. Обычно метают простой камень. Но если пращу сделать из железных цепей, то в неё можно вкладывать и калёное до красноты 3-фунтовое ядро. А можно метнуть и 6-фунтовую бомбу. Более тяжёлые снаряды метать не получится. Да и эти летят они недалеко - на 100 ярдов (но это вдвое дальше, чем зашвырнёт самый опытный пращник). При этом дальность стрельбы от веса снаряда не зависит! Даже мушкетную пулю не выйдет метнуть дальше. Заметим, что 6-фунтовая мортирка Кегорна пошлёт ту же 6-фунтовую бомбу на 200 ярдов. Зато такие камнемёты строить дёшево, быстро и просто. Да и никакого особого навыка для использования не нужно. Точность всё равно весьма приблизительная, так что если попадания укладываются в круг в 5 ярдов, то это считается очень хорошо (в общем камнемёт по точности ровно посерёдке между пушкой и ракетой).

Война миров

Идею о нашествии инопланетян поведал миру Герберт Уэллс в 1898 году. И не просто что-то нафантазировал, а детально разобрал во всех аспектах, как то: каковы неизбежные причины вторжения? как оно может быть осуществлено технически на относительно примитивном уровне развития? как поведёт себя человеческое общество? и даже как под влиянием религиозного экстаза (персонаж священник) или в поисках выгоды (о чём предостерегает персонаж артиллерист) некоторые люди охотно пойдут в услужение жестоким инопланетянам. А множество других просто смирится с предложенной им судьбой скота - зато скота сытого, хотя и предназначенного на убой. Это не анти-утопия, это не кликушество - это реалистичная оценка человечества и перспектив его встречи с инопланетным разумом.

«Ты думаешь они пролетели сто тысяч световых лет, чтобы устроить тут небольшую войнушку?» к/ф «День независимости»

Прошло почти 3/4 века, прежде чем появилась принципиально иная проработанная концепция инопланетной угрозы. Нет, речь не идёт о «Чужом», ведь «чужой» это не более чем зверь и все его интересы чисто звериные - пожрать да произвести потомство. И не «Хищник», ведь «хищники» всего лишь прилетают поохотится развлечения ради, а цели захвата перед собой не ставят. Речь о космических орках из игры Warhammer 40k выпущенной фирмой Games Workshop. Казалось бы создали этих милых космических тварей такие же англичане, как и последний великий фантаст эпохи пара - но, увы, проработка космических орков до марсиан Уэллса не дотягивает и близко. Они воюют просто потому что воюют, а вообще они размножаются посредством космических спор, которые есть решительно везде на любой планете... в чём тогда сокровенный смысл войны остаётся загадкой, на которую игроделы не удосужились дать ответ (впрочем, для получения удовольствия от игры таковой ответ и не нужен).

Последней ласточкой стал фильм «Ковбои против пришельцев», где наконец-то, спустя более века после книги Герберта Уэллса, авторы задумались о причинах очередного вторжения - им стало золото, практически бесполезный для архаичных культур и очень важный для любой технически развитой цивилизации элемент, без которого невозможно создать ни суперкомпьютер, ни атомную бомбу. И заменить золото в технике нечем (разве что платиной, которая встречается ещё реже). Но уж больно неравны силы землян и инопланетян в этом фильме, так что победу удаётся одержать лишь благодаря вмешательству существа из ещё одной внеземной цивилизации, то есть исключительно чудом.

Как ни удивительно, но и по сей день никто не смог проработать тему инопланетного вторжения глубже Герберта Уэллса. По правде сказать, всё, что он написал тогда, актуально и поныне. Человечество всё так же не готово к подобной угрозе, убеждая себя «инопланетян нет», ровно так же как убеждало себя «войны не будет» накануне обеих Мировых войн.

«Война миров» очень метко задала границы возможного для будущих творцов. Ведь фантазировать про столкновение спартанских гоплитов со стар-дестроером бессмысленно (хотя бы потому, что они никогда не встретятся, а не только потому, что бронзовыми копьями стальную броню не пробить). У землян должен быть хотя бы шанс сопротивляться, чтобы читателю, зрителю или игроку было интересно следить за перипетиями столкновения с инопланетным агрессором. Что могут марсиане, уже описал Уэллс. Но его марсиане умерли от земных болезней, и потому остался без ответа вопрос: какое оружие могли бы получить те предатели из числа людей, что пошли бы к инопланетянам на службу?

Марсиане так или иначе вынуждены завести себе прислужников из числа людей. Но, разумеется, давать им генератор теплового луча или тем паче пусковую трубу чёрного газа они не стали бы. Это рискованно. Да и зачем, если требуется обеспечить лишь достаточное техническое превосходство, с опорой, разумеется, на существующую местную промышленность (не сами же марсиане станут ковать оружие для прислуживающих им низших существ).

И тут обнаруживается замечательная для нас - ценителей паро-панка - особенность книги «Война миров»: если выбросить из неё два упоминания пулемётов «максим» (благо те пулемёты всё равно никакого влияния на ход событий не оказывают) и несколько упоминаний динамита (который, впрочем, то же ни разу не помог) - то остаётся чистый паро-панк.

Именно паро-панк. Всё признаки упадка и деградации общества тут во всей красе, и даже главному герою порой трудно сохранить в себе что-то человеческое - а ведь, как говорит один из персонажей: «марсиане ещё даже не успели приняться за человечество как следует». Так что с составляющей «панк» тут всё в полном ажуре.

Что же касается составляющей «пар», то часто упоминаются паровые машины, омнибусы, велосипеды, аэростаты и однажды даже вскользь летательные аппараты Лилиенталя, кои суть планёры без двигателя. Никаких бензомоторов! Даже пароход, на котором брат героя покидает Англию - колёсный. Правда там же говорится о броненосцах и миноносце «Сын грома». Но каковы именно эти броненосцы остаётся без пояснений, так что это могут быть и первые броненосцы с таранами. А описание миноносца можно назвать самой невероятной фантазией - ведь утверждается, будто он бронирован, что конечно нонсенс. В бою этот невероятный миноносец действует как броненосец Эпохи Пара, идя на таран марсианского треножника, неосторожно зашедшего в море далеко от берега. При желании обязательно сохранить скорострельные орудия, вместо пулемётов «максим» можно было бы представить себе митральезы - эффект в борьбе с марсианами всё равно был бы одинаков (боевые треножники поражались только точным попаданием из пушки).

Теперь мы знаем технический уровень землян - посмотрим, что могут противопоставить им прислужники марсиан.

Разумеется, для своих конструкций, марсиане приняли уже сложившуюся на планете систему калибров. Почему? Да потому что на заводах в захваченных городах можно найти оборудование, станки и инструмент для производства именно в уже существующих калибрах. Теперь марсиане дарят своим приспешникам преимущество быстрой стрельбы - унитарный патрон.

Марсианский армейский унитарный патрон калибр 1/2-дюйма = 1/2-унции. Напомню, одна унция это вес не всего патрона, а только пули. Да, этот патрон снаряжён устаревшей пулей-шаром (потому что именно такие формы для отливки пуль есть здесь).

Новое оружие:

Револьвер (5 патронов в барабане, переломный с выбросом гильз для быстрой перезарядки)Автомат дальность 100 ярдов, стрельба очередями (вернее пистолет-пулемёт, ведь он заряжается теми же патронами, что и пистолеты)Карабин рычажный дальность 200 ярдов (7 патронов в магазине в прикладе для карабина Спенсера или 12 под стволом для Генри-Винчестера)Это оружие просто провоцирует заливать всё свинцовым дождём, посылая в сторону врага пулю за пулей. И если вы играете в ролевую игру по «Войне миров», то вот Вам правило: Бросьте шестигранный кубик - это количество выпущенных за одно действие пуль - если выпало 1,2 то к выстрелу Штраф -1, зато если 4,5 то Бонус +1, но если выпало 6 - осечка, выстрела не произошло, и пока не будет выброшен давший осечку патрон оружие не будет стрелять снова. В любом случае не забудьте вычесть отстрелянные патроны из магазина! Как вариант, для упрощения огня автомата можно считать, что он всегда расходует целую очередь, а очередей в его магазине может быть: удобный малый магазин = 3, длинный магазин (вдвое тяжелее малого) = 5, дисковый магазин (вдвое тяжелее длинного) = 7. Легко заметить, что поскольку типичный бой занимает 6 ходов, то дисковый магазин не придётся перезаряжать и даже есть запас на одну осечку. С другой стороны пара длинных магазинов позволит поливать беглым огнём, однако однажды придётся потратить время на перезарядку.

С такими автоматами и револьверами небольшая группа террористов способна противостоять целой роте обученных мушкетёров. Группы наиболее фанатичных приверженцев марсиан способны просачиваться в очаги людского сопротивления, где и применяют своё припрятанное оружие, уничтожая лидеров сопротивления и иных важных лиц. Особую заинтересованность в таком оружии проявляет преступный мир.

Земляне могут наладить выпуск копий марсианских автоматов и револьверов. Но всё упирается в производство унитарного патрона. А точнее его гильзы, чего промышленность Эпохи Пара ещё не может осилить (это действительно очень серьёзная техническая проблема, решение которой в реальной истории заняло много десятилетий). Конечно, убийственно мощный револьвер мечта любого грабителя, а уж автомат делает своего обладателя королём улиц мёртвого Лондона при встрече с любой бандой оборванцев. Возможно, и некоторые лидеры сопротивления мечтают о таком оружии. Но патроны можно купить только у предателей рода человеческого...

Право же, мы дали приспешникам марсиан всего одну техническую новинку - но и от этого шансы землян на сохранение человеческой цивилизации резко пошатнулись. Даже боюсь себе представить, как марсиане дадут своим приспешникам танки... надеюсь, что к тому времени и человечество успеет обзавестись сухопутными броненосцами.

Очерк о скорострелках

Позвольте начать из глубины веков.

В Китае ещё в незапамятные времена, за века а быть может даже за тысячи до нашей эры делали превосходные арбалеты. Лучшего и выдумать нельзя, конструкция оптимальная, механизм точный, удобство обращения какое только может быть у арбалета. Но из такого оружия надо и стрелять прицельно. А чем вооружить толпу вчерашних крестьян? А для них придумали чу-ко-ну - арбалет с приделанным к нему сверху магазином на полтора десятка стрел. Дешевейшая конструкция из дощечек и бамбуковых планок. Ни единой металлической детали. Точность похуже чем у оружия профессиональных воинов, но всё же реконструкция чу-ко-ну уверенно поражает цель размером с голову человека, и думается средневековый оригинал бил не хуже. Пусть убойной силы лёгкой стрелы не хватает чтобы пробить доспех, зато ливень стрел разгонит любой отряд лёгкой пехоты. На выстрел - меньше секунды. Эти чу-ко-ну использовались с античности до самого XX века.

Чу-ко-ну: A) начало взведения, B) за мгновение до выстрела

В европейской античности было подобное оружие. Только правда не ручное. Полибол был разновидностью лёгкой баллисты с точно таким же как у китайского чу-ко-ну пристыкованным сверху магазином для стрел. Но стрелы были соответствующей величины. И мощь была, что человека в доспехах прошивало навылет. Но в средние века о полиболе забыли.

Картечницы

Забыли европейцы в Тёмные века очень многое. А в Эпоху Возрождения принялись изобретать заново. И в частности задумались как бы повысить скорострельность стрелкового оружия?

Первое что приходит на ум - поставить в ряд несколько стволов, зарядить их заранее, а когда толпа врагов подбежит поближе, то разом из всех и выпалить. Так и сделали. Так получился рибодекин, известный и под множеством других названий, так что уже и не разберёшь какое из них более правильное.

Но потом придумали картечь для обычных пушек, и надобность в многоствольных рибодекинах отпала. Ведь процесс заряжания множества стволов дело хлопотное, из-за несовершенства установки разброс велик не только по фронту, но и по высоте - то есть одна пуля бьёт в землю под ногами врага, а другая просвистывает где-то над его головой. С картечью же таких недоразумений быть не могло, картечь надёжно выкашивала сектор. Ну а коли надо стрелять вдаль, так в нормальную пушку можно зарядить ядро - а рибодекин ни на что, кроме единственного залпа на очень близкой дистанции не годится.

Но Эпоха Пара потребовала технологических усовершенствований, небывало поднялась культура производства, что позволило создавать изделия невозможные для средневековых кузнецов. Качество стрелкового оружия стало улучшаться. И теперь егеря, действуя мелкими группами или в рассыпном строю, могли подобраться на дистанцию своего выстрела к батарее пушек и практически безнаказанно обстреливать артиллеристов. А чего бояться, когда сидишь так далеко, что картечь до тебя не долетит.

И снова возникла мысль поставить на один лафет ряд ружейных стволов и палить из них разом или поочерёдно. Такие идеи высказывались как раз к середине XIX века, а в 1851 году бельгийский капитан артиллерии Туссен Фафшампс (по-французски - Toussaint-Henry-Joseph Fafchamps - а значит, если я правильно помню французскую грамматику, его фамилию правильнее читать как Фафшан, причём последний звук характерный для французов глухой носовой; но в английской литературе его иногда ошибочно именуют - Fairchamp - и на русский её переводят как Фэршан) создал свою установку с 50-ю стволами для обороны крепостных рвов. Его соотечественник Жозеф Монтиньи (по-французски - Joseph Montigny) уменьшил число стволов до 37 и в 1863 году начал производство под патрон калибра 11-мм. Одновременно, в 1859 году, он сумел показать свою новинку Наполеону III, и во Франции в 1865 году появилась аналогичная система Реффи (по-французски - Jean-Baptiste Verchere de Reffye - Жан Батист Вершер де Реффи) с 25 стволами калибра 13-мм. Такие системы получили название митральез (по-французски - mitrailleuse).

Митральеза Монтиньи в момент заряжания новой обоймой

Все эти митральезы отличало следующее:

стволы расположены строго параллельно друг другу - что давало весьма хорошую меткость по мишеням на полигоне, да и в бою то же, но совсем не давало рассеиванияказённая часть была сменной кассетой с заранее вставленными в неё патронамиОтстрелянная кассета извлекалась, а на её место тут же ставилась уже снаряжённая, поджималась винтовым механизмом вплотную к стволам, и можно было стрелять. Стрельба производилась вращением рукоятки, так что, вращая быстрее или медленнее, стрелок мог регулировать темп огня. За минуту успевали отстрелять 4 кассеты и как раз 4 кассеты поставлялись вместе с митральезой.

Но вот случилась франко-прусская война 1870—1871 годов. Франция вошла в неё с самой лучшей, но увы бронзовой артиллерией. И ещё две сотни совершенно секретных митральез в придачу. Из-за этой секретности расчёты толком и освоить своё оружие не успели. К тому же батареи что полевой артиллерии, что митральез, выставлялись на поле боя открыто. Новые стальные пушки Круппа оказались для них весьма неприятным сюрпризом. Хорошую сталь умели лить только в Англии. Фридрих Крупп разорился в поисках секрета стали и умер. Но его сын завершил дело отца - и стал лить сталь лучше английской. Стволы его орудий легко выдерживали давление пороха вдвое больше против французских бронзовых. Поэтому снаряды немцев летели на пару километров дальше. Издали они расстреливали открыто стоящие батареи французов. Так что у митральез весьма редко была возможность показать себя в деле.

Был правда один поразительный случай, когда в некоего прусского генерала, следовавшего вместе с пехотными колоннами, попало аж 4 пули митральезы, при том что стрельба велась с дистанции в 600м. Отменная кучность! Но вместо этого современники задались вопросом - раз жизнь у человека одна, то к чему убивать его несколько раз? Этот довод на десятилетия станет формой отказа очередным изобретателям скорострельного оружия.

Куда более понятным оружием показали себя винтовки - тогда ещё диковинные игольчатые, под бумажный патрон. Французы открывали из них огонь с очень больших дистанций. А чтобы пуля долетела, держали оружие с возвышением градусов этак в 25! Ни о какой прицельности речи естественно и быть не могло. Но ведь и цель не человечек, а плотная пехотная колонна. Попала хотя бы пуля, немцы в панике - французы могут нас убивать на таких громадных расстояниях! Вообще немецкая пехота показала себя не с лучшей стороны в той войне, выиграли её пушки Круппа.

И под влиянием таких вот фактов о необычайной действенности винтовочного огня, интерес к митральезам угас - в Европе.

Прежде чем закончить рассказ о митральезах, обратим внимание на самую важную вещь в новом оружии. Это не ствол и не затвор. Это - патрон. У рибодекина никакого патрона ещё не было, оттого и долгая перезарядка. И никакой возможности ускорить её не было физически. И никакую иную конструкцию, кроме пачки стволов, для раздельного заряжания - сперва порох, потом пуля - не придумаешь. А вот митральеза уже снаряжалась патронами, что позволяло быстро перезарядить пустую кассету патронами из специального ящика. И были эти патроны поначалу, как и у игольчатых винтовок - бумажными. И даже в целях унификации выпускались митральезы под винтовочные же патроны. Удобно, спору нет. И дёшево. Но в общем не шибко лучше рибодекина - та же пачка стволов. И ничего с этим не поделаешь, пока патрон остаётся бумажным, и потому требующим к себе самого бережного обращения.

Тем не менее, это был пусть недостаточно прочный, но полноценный патрон. Который, между прочим, был предназначен для нарезного ствола.

Отметим этот момент - увлечение нарезами было необъяснимо сильным на протяжении нескольких веков(!) эволюции порового оружия, причём в первую очередь именно стрелкового порохового оружия! Дважды необъяснимый, но исторический факт. Почему дважды? Да потому что в крупном стволе пушки нарезать винтовые нарезы проще - и однако этого никто не делал почти до конца Эпохи Пара. А вот с крохотными (по сравнению с калибрами пушек разумеется) стволиками ружей - возились увлечённо едва более-менее приличные ружья научились делать. И потом забивали по ним пулю молотком - после чего ни о какой баллистической форме пули говорить не приходилось. И точной траектории полёта такой изуродованной пуле никакие нарезы придать не могли!

Секрет успешной стрельбы штуцеров - то есть нарезных ружей - был в том, что во-первых пуля в их стволе не болталась (ещё бы ей болтаться, после того как она в стволе молотком расплющена), а во-вторых штуцерами вооружались хорошие стрелки, которые хотя бы умели прицеливаться. Но только появление патрона и заряжание с казённой части позволило наконец реализовать потенциал нарезного оружия. Хотя вполне можно было добиться не худшего по тем временам эффекта и от гладких стволов, стреляя удлинённой пулей. Или применить пулю-воланчик. И даже пуля-ядрышко могла бы себя показать с лучшей стороны - если бы их отливали в размер, а не как попало.

Так что если читателю очень интересно когда же в теории могли появиться митральезы - то хоть на век раньше. А то и на два. Собственно от рибодекина до митральезы не такая уж большая дистанция - тот же блок стволов, добавлена только сменная кассета с патронами. А как только Леонардо да Винчи изобретает свой колесцовый замок - то и вовсе один крохотный шажок остаётся. Скорее уж странно, что за эти пару веков никто этот шаг не догадался сделать. Хотя к пушкам на кораблях Колумба сменные казённые части имелись. Именно ради ускорения перезарядки. А вот догадаться сделать такие же для быстрейшей перезарядки рибодекинов никому в голову не пришло.

Но оставим недоразумения Средневековья и перенесёмся в Америку. Известно, что Гатлинг, чьё имя нынче известно любому знатоку оружия, не был инженером, а получил врачебное образование, но по специальности никогда не работал. А вместо этого увлёкся изобретением различных сельхоз-машин. И есть мнение, что именно устройство вращающегося дозатора сеялки навело его на идею механизации подачи патрона в ствол. Такой вот неожиданный оборот судьбы: врач бросил свою работу чтоб облегчить труд фермеров, а в итоге создал машину убийства. Воистину странными кругами бродит человеческая мысль.

На самом же деле у Гатлинга был предшественник, причем довольно успешный по тем временам. Звали его Аджер, его «пулемёты» торговец Миллс продавал обеим воюющим сторонам во время Гражданской войны в США. Южане закупили не менее 60 таких установок, что было уверенным коммерческим успехом. Конструкция Аджера была одноствольной, но подача патронов к стволу производилась барабаном, вращающимся от рукоятки, которую крутили рукой - Гатлинг заимствовал это устройство. Именно таково было то орудие, которое он демонстрировал в Индианаполисе осенью 1862 года.

Но ему, как и предшественникам, мешал бумажный патрон. Дешёвый и уже повсеместно распространённый - но непрочный механически. А для надёжного действия автоматики, для безупречной подачи патрона в ствол, как раз прочность патрона была очень желательна. Но патроны с металлической гильзой пока ещё были экзотикой. Так что всерьёз их Гатлинг стал рассматривать не ранее 1871 года.

Но как же тогда ему удалось обеспечить темп стрельбы до 200 выстрелов в минуту в 1865 году?

Проблема возникала при попытке дослать непрочный бумажный патрон из каморы барабана - в ствол. Малейшее несовпадение отверстий барабана и ствола грозило переломом патрона. Чтобы избежать этого, нужно было стрелять из каморы барабана, как это происходит у револьвера. К несчастью, в такой конструкции между барабаном и стволом всегда существует зазор, в который улетучивается немалая часть пороховых газов. Для револьвера, стреляющего на малую дистанцию в несколько шагов, это несущественно. Но для оружия, претендующего заменить собой отряд стрелков с хорошими винтовками - это недопустимо.

И Гатлинг приделал стволы к каждой каморе барабана. Не стало вредного зазора, изчез риск перелома патрона. Оружие начало надёжно стрелять бумажными патронами. Которые были даже весьма удобны тем, что их бумажная оболочка сгорала практически полностью и не было нужды освобождать ствол от стрелянной гильзы, прежде чем зарядить в него следующий патрон.

В июне 1864 года, при осаде Питерсберга в штате Виргиния, генерал Бенджамин Батлер применил 12 орудий Гатлинга калибра .58 дюйма (таков был в то время калибр американских армейских капсюльных ружей, но неизвестно использовало ли орудие Гатлинга именно армейский патрон или какой-то иной). За 12 орудий и 12 000 патронов заказчик заплатил $12 000. Конечно такая цена была завышенной, потому неизвестно сумел ли Гатлинг продать что-то ещё.

Орудие образца 1865 года стабильно делало 300 выстрелов в минуту, и выпускалось уже в двух стандартных вариантах:

десяти-ствольное «легкое» калибра .45 дюймашести-ствольное «тяжелое» калибром 1 дюймКроме того были и варианты нестандартных калибров.С 1866 года эти пулеметы Гатлинга получили официальное одобрение армии США. Они продавались крупными партиями не только армии и флоту Соединенных Штатов, а также армии и флоту Великобритании, армиям Японии, России и Турции, а чуть позже и Испании. Всё это были «гатлинги» под бумажный патрон. И их механизм приводился в движение вручную. посредством вращения рукоятки.

С 1870 года головным производителем орудий Гатлинга становится завод фирмы Кольта в городе Хатфорд, штат Коннектикут. Одно из таких орудий подверглось весьма интересным испытаниям армии США, проведенным в октябре 1873 года в форте Монро, штат Виргиния. Участвовали три различных орудия:

пулемёт Гатлинга калибром .42 дюйма12-фунтовая заряжающаяся с казенной части бронзовая полевая пушка «Наполеон», стреляющая шрапнельными снарядами с временным замедлителем. Каждый снаряд содержал 82 свинцовые мушкетные пули диаметром .69 дюйма8-дюймовая осадное орудие, стрелявшее шрапнелью, начинённой 486 мушкетными пулями Вероятнее всего это то же были пули .69 калибра для мушкета Спрингфилда образца 1842 года (Springfield Model 1842 Musket), поскольку он являлся последним гладкоствольным мушкетом в армии США, соответственно имел круглые пули, а шрапнель того времени как правило начинялась круглыми пулями. Однако может возникнуть недоразумение из-за английской терминологии, по которой и некоторые нарезные ружья долгое время официально продолжали именоваться мушкетами - хотя имели удлинённую пулю и меньший калибр, соответственно совсем иную баллистику разлёта в шрапнельном выстреле.Парусиновая мишень высотой 9 футов и шириной 48 футов (примерно 3 м х 15 м) изображала отряд вражеской кавалерии. Каждое из орудий стреляло по полторы минуты, затем подсчитывалось число попаданий:

с расстояния 500 ярдов (460 м):пулемёт Гатлинга сделал 600 выстрелов и попал в цель 557 раз12-фунтовый «Наполеон» выстрелил семь раз и, выпустив в целом 574 мушкетные пули, набрал 55 попаданийосадное орудие сделало четыре выстрела, выпустило в общей сложности 1944 пули и попало в цель 112 разс расстояния 800 ярдов (730 м):пулемёт Гатлинга произвёл снова 600 выстрелов - из них 534 попадания«Наполеон» — 35 попаданийосадная гаубица — ни одногоВ ходе этих же испытаний еще один пулемёт Гатлинга доказал свою надежность, сделав не менее 100 000 выстрелов в течение трех дней. Правда, нужно оговориться, что вероятнее всего этот пулемёт уже стрелял патронами с металлической гильзой.

За несколько лет до того, примерно накануне франко-прусской войны, в Пруссии провели испытания бельгийской 37-ствольной митральезы Монтиньи, пулемёта Гатлинга и - отряда из сотни отборных стрелков. Стрельба велась с расстояния 800 м (875 ярдов). Сколько попаданий сделала митральеза история умалчивает, хотя как мы уже видели, кучность стрельбы митральезы была весьма хорошей. Пулемёт Гатлинга набрал 88% попаданий. А 100 снайперов - только 27%.

Но не всегда в соревнованиях побеждали скорострелки. Так уже после Франко-прусской войны, в 1873 году, в России, по приказу Главнокомандующего войск гвардии и Питербургского военного округа великого князя Николая Николаевича-старшего провели сравнительные стрельбы 4 «картечниц», вероятно системы Гатлинга с улучшениями Барановского, и полувзвода пехоты. Стреляли по одинаковым мишеням и с одинаковой дальности. Оказалось что «пехота скорее определила расстояние, скорее выпустила свои патроны» и кстати с большей меткостью. Новое оружие требовало особых навыков, и пока ещё было не слишком надёжным.

Под конец XIX века, в 1893 году, с новыми надёжными патронами, начинёнными уже бездымным порохом, Гатлинг сумел добиться гарантированной скорострельности в 3 тысячи выстрелов в минуту, подтверждёнными испытаниями армии США в 1895 году. Разумеется, стволы его нового пулемёта вращал уже не стрелок, а электромотор. Это вообще отличительная черта «гатлингов» - внешний силовой привод блока стволов. А вот у с виду похожих советских тульских многостволок Грязева и Шипунова, начиная от знаменитой флотской «металлорезки» АК-630 - нет никаких моторов. Их автоматика действует только за счёт силы пороховых газов патронов и обеспечивает невероятную скорострельность в современных моделях в 10 тысяч выстрелов в минуту для орудий калибра 30 мм. Но все эти чудеса инженерной мысли появятся много позже. В Эпоху Пара о таком даже и не мечтали. Да и потребности в столь безумной скорострельности попросту не было.

Не удивительно, что в Пруссии на тот момент посчитали для грядущей войны более полезными пушки Круппа. А на другом берегу Балтийского моря, сильной промышленной державой была Швеция. И хотя мы привыкли воспринимать Швецию как страну всегда придерживающуюся нейтралитета, но в то время она обладала сильным военным флотом и её военная промышленность пользовалась всемерной поддержкой государства. В общем у шведов имелся военно-промышленный комплекс почти в нашем современном понимании. А самой выдающейся личностью в нём был прославившийся своими подводными лодками Торстен Норденфельдт. И разумеется он не мог обойти своим вниманием скорострельные орудия.

Конструктором «картечниц Норденфельдта» был инженер Хельге Пальмкранц, у которого Норденфельдт купил патенты в 1879 году. Первоначально Норденфельдт взял конструктора в долю, а сами картечницы именовались «картечницами Пальмкранца-Норденфельдта». Имя изобретателя стояло первым. Но когда производство было налажено, то надобность в гении отпала. И промышленник исключил его из фирмы, а заодно и убрал его имя из названия оружия.

4-ствольная 1-дюймовая картечница Норденфельдта конструкции Пальмкранца

Выпускались эти картечницы в основном в двух калибрах - 10-стольные калибра .42 дюйма и 4-ствольные калибра 1 дюйм. Пуля калибра 1 дюйм весила 7 унций (205 г), а картечница такого калибра могла делать до 216 выстрелов в минуту. Но это было не автоматическое орудие - вся механика (заряжание - выстрел - выброс гильзы) работала за счёт вращения рукоятки рукой стрелка.

Оружие Пальмкранца было интересно тем, что имело несколько горизонтально лежащих стволов, в которые под собственным весом падали патроны из расположенного сверху магазина. Практически так же, как падали стрелы в древне-греческий полибол или в китайский магазинный арбалет чу-ко-ну. При помощи хитроумной системы стволы стреляли поочерёдно. Система была весьма надёжна, и, например, русская военная комиссия оценивала надёжность картечниц Норденфельдта выше чем пулемёта Гатлинга. Ведь осечка патрона в «гатлинге» вела к заклиниванию всего блока вращающихся стволов - а такая же осечка в «картечнице» Норденфельдта не мешала стрелять остальным исправным стволам.

Надёжности скандинавы уделяли много внимания. По итогам Франко-прусской войны совместная комиссия шведских и норвежских представителей военных ведомств опубликовала в 1872 году отчёт о скорострелках. В нём были указаны следующие критерии:

Скорострельность (должна была составлять 300 или 400 выстрелов в минуту).Механизм должен быть надежным, даже если скорость огня случайно превысит нормативные стандарты.Две лошади должны быть в состоянии перевозить орудие со значительным количеством боеприпасов (скажем, 4000).Орудие при необходимости должно легко сниматься с лафета, чтобы в случае нужды его можно было перетаскивать вручную, если огневая позиция окажется недоступной для лошадей. Причем для этого не должно требоваться никаких специальных инструментов, за исключением мощной отвертки или молотка.Орудие должно быть оснащено автоматическим приспособлением для обеспечения кучности и регулировки горизонтального рассеивания пуль, также легко и в достаточном диапазоне должен регулироваться угол вертикальной наводки.Используемые боеприпасы должны быть, по мере возможности, взаимозаменяемыми с боеприпасами пехоты.Два артиллериста должны быть в состоянии вести огонь из орудия.В комплектацию орудия всегда должен входить прибор, являющийся неким подобием дальномера. (Комиссия рекомендовала дальномер, изобретенный британским офицером-артиллеристом Ноланом.)Что касается требования об одинаковых боеприпасах с пехотными винтовками, то иногда указывается, что это выполнялось для французской митральезы Реффи - однако это мнение ошибочно, калибр той митральезы был 13-мм, а винтовки чуть больше 11-мм (калибр 11-мм имела бельгийская 37-ствольная митральеза Монтиньи, но не известно точно подходили к ней патроны от французской винтовки Шаспо). Таким образом, только отчёт скандинавской комиссии впервые поставил требование одинакового калибра.

Когда же испытывали картечницу Пальмкранца (в данном случае речь идёт видимо о образце .42 калибра с 10-стволами), то с ней обходились ещё более строго:

В ходе экспериментов, проводимых комиссией, на которые потребовалось восемь дней, эта митральеза (Пальмкранца) хранилась в сыром подвале, и между стрельбами ее не чистили. Ржавчина, похоже, ни в малейшей степени не повлияла на работу механизма. Скорострельность была доведена до 450 выстрелов в минуту, а скорость подачи патронов позволяла производить до 600 выстрелов в минуту. Возрастающая скорость стрельбы не сказывалась на качестве работы механизма.

Мы привыкли слышать об эмиграции из Старого Света в Новый. Но бывало и наоборот. Уроженец местечка Уотертаун из штата Коннектикут, Бенджамин Беркли Гочкис эмигрировал из США во Францию. Капитал у него уже был и на новом месте он создал производство оружия собственной конструкции и вскоре стал одним из важных поставщиков французских вооружённых сил. Свою скорострелку он продемонстрировал в 1873 году. С виду она напоминала «гатлинг» только разве что имела всего 5 стволов. На самом деле коренное отличие скрывалось внутри. В конструкции Гатлинга, как мы помним, вращались стволы, целиком вместе с казёнными частями. Гочкис поступил иначе - в его конструкции казённая часть была одна, она досылала патрон в очередной ствол и производила выстрел. Действие признавалось вполне надёжным. Правда 37 мм «револьвер» Гочкиса, стреляющий чугунными пулями весом в 1 фунт (453 г) делал не более 70 выстрелов в минуту. Зато эта скорострелка могла стрелять и взрывными снарядиками. Впрочем, это уже был не пулемёт, а скорее первая автоматическая пушка... хотя всё ещё с ручным приводом.

На фоне всех этих коммерческих удач, почти незамеченной осталась одна конструкция, изобретённая в 1874 году Уильямом Гарднером из городка Толидо, штат Огайо. Первые официальные испытания проведены 17 июня 1879 года в вашингтонском морском арсенале, где орудие отстреляло 10 000 патронов за 27 минут 36 секунд. В той модели Гарднер применил два ствола и возвратно-поступательное движение магазина, при котором с помощью ручки кривошипа комплект выстрела подавался в только что освобожденную камору, и после выстрела пустая гильза выталкивалась. Изготавливались различные модификации, некоторые имели до пяти стволов, а скорострельность, которой удалось достичь, когда военно-морские силы Великобритании проводили испытания, составила 812 выстрелов в минуту. Англичанам тогда это оружие очень понравилось за малый вес - всего 100 фунтов (45 кг) вместе со станком-треногой. Весьма удобно для колониальных войн, в отличие от тяжёлого «гатлинга» и прочих «картечниц». Но позже появилось еще более лёгкое и более смертоносное оружие и про Гарднера забыли.

А сейчас по принципу Гарднера работают автоматические пушки знаменитых зенитных комплексов «Тунгуска» и «Панцирь». Но это уже выходит за рамки повествования.

Все эти картечницы имели ручной привод для действия своего механизма. И все они могли использовать бумажный патрон. Это классические пулемёты паро-панка.

Идеальный поработитель

Гатлингам не досталось лавров военной славы. Зато они показали себя в истреблении всяких туземцев. Но первый блин вышел комом. В 1873 году англичане вознамерились покончить с королевством Ашанти в Западной Африке. На побережье был высажен отряд в 4 тысячи солдат с оборудованием для строительства дорог и мостов, 9-фунтовыми орудиями, ракетными станками и пулеметной командой с двумя «гатлингами». Командующий решил устроить на берегу устрашающую демонстрацию силы нового оружия. Но как назло пулемёт раз за разом заклинивало после нескольких выстрелов. В итоге в этот поход «гатлинги» так и не взяли.

Зато 4 июля 1879 года во время битвы при Улунди зулусского короля Кетчвайо именно пара «гатлингов» сделала основную работу, в короткое время убив на месте не менее 473 зулусов (и ещё неизвестное количество скрылось в джунглях и умерло позже от ран). С этого момента ни один поход не обходился без пулемётов. Кстати, предоставлял их поначалу флот, британская армия получила собственные «гатлинги» позднее.

Единственной настоящей войной «гатлингов» стала русско-турецкая война на Балканах 1877–1878 годов, когда скорострельные орудия Гатлинга и Гарднера применяли обе стороны.

А последней крупной кампанией «гатлингов» стало опять подавление восстания в Египте в 1882 году. 11 июля «гатлинги» вместе с артиллерией участвовали в обстреле Александрии с моря. А 13 сентября при Тельэль-Кебире 6 «гатлингов» за полчаса смели обороняющихся с брустверов земляных укреплений. После этого «гатлинги» мелькали лишь в локальных операциях.

Исключением является лишь родина «гатлингов» - США, где пулемёты использовались для войн с индейцами и вплоть до вторжения на Кубу в ходе войны с Испанией в самом конце XIX века. Примечательно, что об этом последнем случае их применения мы знаем лишь благодаря Теодору Рузвельту, позднее ставшему 26-м президентом Соединенных Штатов. Именно его подразделение добровольцев получило в поддержку такие устаревшие пулемёты. Но ещё раньше «гатлинги» стали покупать частные лица - в частных целях. Так первое документально зафиксированное свидетельство о продаже пулемета частному лицу касается владельца «Нью-Йорк Тайме» Х. Дж. Реймонда, который купил три пулемета для защиты своего офиса от нападений во время массовых демонстраций протеста против принятия в 1863 г. Закона о воинской повинности, в поддержку которого выступала газета. Это оружие правда так и не было пущено в ход. Но в других случаях пулемёты стреляли.

Именно в США «гатлинги» стреляли в последний раз - и не по врагам, а по своим. В период шахтёрских забастовок Национальная гвардия принимала сторону владельцев, защищая их в том числе и пулемётами. Насколько известно 20 апреля 1914 года, без каких-либо причин палаточный лагерь шахтеров в Ладлоу был подожжён гвардейцами и наёмной охраной корпорации Рокфеллера. По бегущим людям открыли пулемётный огонь. Около 40 было убито на месте, многие сотни ранены. Среди пострадавших были и члены семей шахтёров - женщины и дети. Дело было фактически замято приездом сына Рокфеллера, в пользу которого старик тут же передал все бразды правления фирмой. Действительно положение рабочих после этого улучшилось и младшего Рокфеллера даже стали боготворить. Но так и осталось неизвестным, кто и почему отдал приказ о поджоге и расстреле посёлка - хотя вряд ли этот кто-то действовал без ведома своих хозяев. Что же касается старика Рокфеллера, то не беспокойтесь о нём, он ничего не потерял. А только лишь занялся более масштабной деятельностью, связанной с управлением долей семейства в Федеральном Резервном Банке, что в итоге привело к печально известной Великой Депресии в 1929 году и несказанно обогатило всех учредителей Федерального Резерва. Но это уже совсем другая история.

Детектив о пулемётах

Строго говоря, наше повествование про скорострелки Эпохи Пара уже закончено. Но история иной раз превращается в детектив. И коли мы уже знакомы с завязкой, то отчего бы нам не посмотреть и развязку этого исторического детектива? За сим позволю себе украсть у читателя ещё полчаса или чуть более его драгоценного времени, взамен же обещаю, что читателю скучать не придётся.

Но тут нужно оговориться, что существует две версии. И одна - политкорректная. И подтверждена различными интервью и прочими мемуарами главного героя. И конечно же (во избежание судебных исков) мы будем придерживаться её и только её... за исключением очевидных «упущений», которым эта версия не может дать хоть сколь-нибудь удовлетворительное объяснение.

Известно что Хайрем Стивенс Максим (Hiram Stevens Maxim) никогда не интересовался военной областью. Он изобретал увлечённо, но в основном в области электричества. Томас Алва Эдисон даже предложил ему деньги и немалые - 20 тысяч долларов, что по тем временам соответствовало 4 тысячам фунтов стерлингов. Но как гласит политкорректная версия, Эдиссон вовсе не собирался выкупать патенты Максима - а дал денег только чтобы тот больше не изобретал?! А поехал в Европу и оттуда информировал «Электрическую компанию США» о европейских электрических новинках. Вот так Максим оказался в Вене, где в 1882 году некий неназываемый знакомый американец посоветовал ему заняться изобретением пулемётов.

Оставляю на суд читателя правдоподобность вышеизложенной официальной версии. Прямолинейная версия утверждает, что Эдисон и его деньги тут вовсе ни при чём. Максим поехал на Парижскую выставку, где к слову сказать получил премию за одно из своих электрических изобретений. И вот там, на выставке, некий таинственный француз намекнул ему, что «нынче слава величайшего изобретателя будет принадлежать тому, кто создаст надёжный пулемёт автоматического действия». И Максим принял вызов.

Так или иначе, но в 1883 году Максим прибыл в Лондон, уже с чертежами автоматической винтовки с магазинной подачей патронов, перезаряжающейся за счет силы отдачи. Как типичный американец, он тут же подал заявку на изобретение

«предназначенное для использования энергии отдачи винтовки или другого оружия, для приведения в действие механизма загрузки с казенной части и сконструированное таким образом, что, когда оружие разряжается, отдача накапливает достаточно энергии в пружине или в пружинах, чтобы привести в действие механизм для удаления гильз, взведения курка, для перевода патронов из магазина в заднюю часть ствола и закрытия казенника».

Трехстраничный документ описывал широкий круг других возможностей. И почти без промедления был получен патент под номером 3178 от 26 июня 1883 года.

Сэр Хайрем Максим был действительно сильным человеком и частенько именно вот так демонстрировал свой пулемёт публике

Но зачем вообще был нужен новый пулемёт? Ведь как видели ранее, «картечницы» с ручным приводом уже не только достигли требуемой скорострельности, но порой и вдвое перекрывали её. Скорострельность в 800 выстрелов в минуту уже была достигнута, а таковая и ныне считается более чем достаточной (и даже оказывается желательным стрелять несколько помедленнее).

Однако ручные пулемёты, надёжно действовавшие на стрельбище, заклинивало в бою. Наиболее распространенной причиной заклиниваний было излишнее усердие со стороны расчета, когда артиллеристы начинали слишком быстро крутить рукоять в своем вполне объяснимом желании поддержать максимально высокую скорость огня. Вот как объяснял сам Максим эту причину в обращении для Института инженеров-механиков в 1885 году:

«Качество изготовления орудий [с ручным приводом] является наилучшим. Их слабость кроется не в производстве, она вызвана другой причиной, устранить которую будет очень сложно. Некоторые военные утверждают, что не было ни одного пулемета, который „не заклинило бы“ в самый критический момент. Даже если в этом есть некоторое преувеличение, тем не менее происшествий по этой причине довольно много, так как определенный процент всех патронов не взрывается должным образом: используя техническое выражение, — они „дают осечку“. Представьте себе такую ситуацию: стрелок вращает рукоять орудия с максимальной скоростью, и вот один из этих медлительных патронов входит в ствол. Казенник закрывает его, но еще до того, как произойдет выстрел, казенник вновь открывается и патрон начинает вновь вытягиваться из ствола. Именно в этот момент происходит взрыв, который разрывает заряд пополам, направляя одну половину в ствол, а второй выбивая казенник и иногда взрывая магазин. В любом случае произошедший взрыв всегда досылает часть патрона прочно в камору ствола; и если магазин не взрывается, следующее вращение коленчатого рычага подает новый заряженный патрон, вследствие чего орудие заклинивает, и оно выходит из строя»

Решение Максима заключалось в том, что автоматическая система становится саморегулирующийся - если какой-то патрон выстреливает медленнее (например, потому что в нём отсырел порох) то преждевременного открытия затвора не произойдёт. Если патрон вообще дал осечку - то система не подаст в ствол следующий патрон, пока пулемётчик не извлечёт осечный патрон, вручную взведя затвор.

Между тем патентная деятельность продолжалась успешно. Через 20 дней после первого, 16 июля 1883 года Максим получает второй патент за номером 3493 на пулемет «Предтеча» — откатного действия с ленточной подачей патронов собственной конструкции Максима и его же производства. Эти патроны отличались гильзой без закраины. Такую используют все современные автоматы и штурмовые винтовки, но в производстве она заметно дороже и в то время технология выпуска таких гильз ещё только налаживалась. Зато механизм их автоматической подачи в ствол довольно прост - и много позже именно такую подачу патрона из ленты путём его проталкивания вперёд реализуют немцы в своём знаменитом MG-42, состоящим на вооружении и по сей день (хотя и под немного иными обозначениями).

Похвальная надо заметить была оперативность у англичан в плане выдачи патентов.

Поразмыслив 6 месяцев, Максим заручился новым патентом - если прежде он настаивал на «орудии действовавшем за счёт отката», то в патентную заявку № 606 от 3 января 1884 года добавил и «срабатывание затвора за счет дульных газов». Ещё позже был получен патент № 13 113 - и Максим занялся любимым американским делом, то есть судебными тяжбами со всеми другими изобретателями.

Но он не прекращал и конструкторскую работу. 24 января 1884 года впервые стрелял его новый пулемёт «Прототип» использовавший стандартные к тому времени патроны Гатлинга-Гарднера .45 калибра. Эти патроны имели уже хорошо освоенную в производстве гильзу с закраиной, и Максиму пришлось изменить конструкцию подающего механизма так, чтобы патроны сначала вытягивались из петель, а затем досылались в патронник. Так работает и самый современный пулемёт российской армии «Печенег».

Но где же он стрелял? Максим рассказывал - и у нас нет оснований ему не верить, тем более что это подтверждается перекрёстными свидетельствами - что, работая над новым оружием, он стрелял в своей мастерской, которую незадолго до этого оборудовал на улице Хаггон-Гарден, в доме 57 D - в самом центре ювелирного района Лондона. Он стрелял очень экономно - заряжал всего полдюжины патронов и выпускал их за полсекунды. Злые языки говорят, что стрелять большим числом патронов Максим не решался по двум причинам. Выявился сильный нагрев ствола пулемёта - с этим Максим в итоге справился, поместив ствол в кожух с водой, которая кстати довольно быстро выкипала, так что солдаты на фронте порой заливали вместо воды даже собственную мочу (и между прочим это разрешала официальная инструкция фирмы). А вот другую проблему изобретатель решить не мог - патроны тогда ещё снаряжались чёрным порохом, при стрельбе очередями цели моментально изчезали за клубами порохового дыма. От этого дыма страдали все скорострелки и лишь введение патронов с бездымным порохом в течении 1880-х годов позволило наконец пулемёту Максима нормально стрелять.

Такова официальная версия. Правда она не рассказывает о радости ювелиров по поводу этой стрельбы по соседству. А стрелял Максим может и по 6 выстрелов - да только очень часто. Вот что писал он сам в своих воспоминаниях (Sir Hiram Stevens Maxim. My Life. Methuen, London, 1915):

«Я обнаружил, что не могу получить надежных патронов. Многие из них были бракованными, некоторые имели только половину порохового заряда, а в отдельных пороха не было вовсе; поэтому я обратился в правительство с просьбой обеспечить меня патронами, и они были предоставлены мне, хотя я довольно дорого заплатил за них. Кроме того, правительство не могло понять, зачем я затребовал так много патронов. Мне пришлось объяснить. В конце концов мне позволили получить любое количество, которое я в состоянии буду оплатить».

На момент упомянутого обращения, он отстрелял примерно 200 000 патронов, что по его собственным оценкам — достаточно для небольшой войны.

Ещё раз представьте себе радость его соседей - приличных ювелиров - от раздающихся с утра и до ночи пулемётных очередей?

Какими бы деньгами не располагал Максим - непонятной пенсией от Эдисона или, что куда более вероятно, доходами от собственных прежних изобретений - но за ту же цену он мог купить целый завод на окраинах. Зачем же он транжирил деньги, когда ему и патроны - по его же словам - приходилось оплачивать из своего кармана. А патроны, как мы видим, у него улетали буквально с пулемётной скоростью.

Между прочим, мы конечно не знаем какие именно патроны использовал Максим, но 200 тысяч патронов по тем временам это целое состояние, нет несколько весьма приличных состояний. И пенсии от Эдисона на их покупку хватило бы разве что если Максим больше вообще ни на что и никогда не тратился.

Но есть ещё нюанс. Политкорректная версия не любит упоминать простой факт - квартал ювелиров был еврейским кварталом. Свой закрытый мирок общины, куда даже не каждому еврею вход разрешён. Недвижимость там была не только очень и очень дорогой - чужаку её просто никто не продал бы.

Злые языки прямо говорят, что за всем этим стоял Ротшильд. Банкирский дом Ротшильдов был едва ли не самым могущественным в Европе (хотя и не самым богатым - но самым влиятельным). Победа при Ватерлоо, обернулась для многих англичан финансовым крахом, благодаря удачной биржевой афёре Натана Ротшильда, после чего семейство стало контролировать чуть ли не половину британской экономики. Ротшильд тот человек, который обладал неоспоримым влиянием и на еврейскую общину, и на правительство (раздающее патроны в невероятных количествах), и на полицию, видимо считавшую пальбу в центре Лондона в порядке вещей. Кстати позже Максим, для демонстрации своего пулемёта различным высоким и не очень гостям, примется срезать очередями деревья в парках. И по воспоминаниям очевидцев эта практика будет регулярной. Но строгая лондонская полиция по-прежнему останется в стороне (или возможно я чего-то не понимаю, и в те времена любой иностранец мог устраивать пальбу в лондонских парках).

Между тем, 5 ноября всё того же 1884 года зарегистрирована оружейная компания Максима «Maxim gun». Ее директорами стали сам Максим, бизнесмен по имени Рандольф Р. Саймон и Альберт Виккерс из компании по производству стали «Виккерс, сыновья энд компани» — причём Саймон и Виккерс вложили в новое дело 35 тысяч фунтов стерлингов. Как возможно помнит читатель, в то же самое время и там же в Англии завод по производству подводных лодок обошёлся всего лишь в 2 тысячи фунтов стерлингов. И это при том, что Британия уже имела налаженное производство скорострелок - фирма «Армстронг» имела лицензии на производство орудий Гатлинга и Гочкиса, пару своих заводов в Британии открыл Норденфельдт. В общем рынок был уже занят и вложение таких больших денег выглядело рискованным шагом. Особенно если учесть, что первую прибыль новая фирма получила лишь в 1889 году, с проданных в Австро-Венгрию 130 пулемётов под патрон патрон 8 х 50 мм (калибр 8-мм, длина гильзы 50 мм).

35 тысяч фунтов стерлингов - огромная сумма. Но, как тогда говорил сам Хайрем Максим, стрельба из его пулемёта обходится в 5 фунтов стерлингов в минуту. 35 тысяч фунтов = 7 тысяч минут чистого времени стрельбы, что при скорострельности в от 600 до 800 выстрелов в минуту требует от 4 до 5 миллионов патронов. 200 тысяч Максим уже расстрелял за 1 год, а с созданием новой фирмы стрелять приходилось ещё больше и много лет подряд. Посмотреть на диковинку, а то и пострелять из неё заглядывал едва ли не весь высший свет и различные иностранные посланники, каждый из которых мог стать посредником в будущей выгодной сделке - или употребить всё своё влияние, чтобы похоронить пулемёт Максима навеки (благо альтернативы ему уже были). И патроны были нужны только наилучшего качества, иначе автоматика отказывалась работать. Выходит львиная доля капитала фирмы (если не весь) - уходила на патроны?

Вернёмся к конструкторским успехам изобретателя. Как уже упоминалось, много неприятностей доставляли патроны, которые в то время начинялись чёрным порохом - при стрельбе очередями дым вскоре начинал мешать прицеливанию, а то и делал его вовсе невозможным. Но в начале 1880-х изобретают бездымный порох, в 1885 году появляется такой порох для патронов, и в том же году Максим создаёт модель Transitional (что можно перевести как «Переходный» или «Временный»), и наконец в 1887 году окончательная конструкция «Мировой стандарт».

В марте 1887 года прошли официальные испытания британской армией пулемётов Максима на испытательном полигоне в Энфилде. Технические требования предусматривали вес орудия менее 100 фунтов (45 кг) и скорость стрельбы 400 выстрелов в одну минуту, 600 выстрелов за две минуты и 1000 выстрелов за четыре минуты. Все три «Максима» действовали вполне удовлетворительно, и после прохождения испытания «на песок и ржавчину» были тут же закуплены. Два пулемета представляли собой типовые модели весом по 60 фунтов (27 кг), а третий — специальную облегченную модификацию весом всего 40 фунтов (18 кг), оснащенную отдельным резервуаром с целью увеличения водяной рубашки ствола. Во время испытаний Максим заправил в пулемет специально сконструированную ленту на 3000 патронов, без остановки расстреляв ее со скоростью 670 выстрелов в минуту. Как он потом говорит, это «было началом моих успехов в качестве оружейника». Весьма примечательно как радушно отнеслись к нему англичане, от его соседей-ювелиров и до бизнесменов, рисковавших собственными деньгами - пока в течении нескольких лет у Максима ещё не числилось никаких успехов в оружейном деле.

И действительно, только после изобретения бездымного пороха, в 1887 году наконец появилась модель «Мировой стандарт». А до того Максиму похвастаться было особо и нечем.

В том же 1887 году швейцарская армия провела сравнительные испытания картечниц Гатлинга, Гарднера и Норденфельда, на которых уверенно победил «гарднер». Максим написал письмо в Швейцарию с просьбой дать ему шанс соревноваться с победителем.

Целью испытаний было проверить скорострельность орудий и точность их стрельбы на 200, 500 и 1200 м (в английском системе мер это 220, 550 и 1320 ярдов). «Гарднер», для которого требовался расчет из четырех человек, стрелял первым и на самой короткой дистанции сделал 333 выстрела за время чуть более минуты, «Максим» сделал такое же количество выстрелов, но времени на стрельбу было затрачено вдвое меньше, а точность оказалась значительно выше. На дистанции в 500 м «Гарднер» заклинило, и, торопясь прочистить орудие, расчет рассыпал большую часть подготовленных боеприпасов на песок орудийного окопа, в результате пулеметчикам потребовалось почти четыре минуты на то, чтобы сделать оговоренное количество выстрелов. «Максим» отстрелялся, как и на предыдущей дистанции.

Оставалась последняя дистанция. Максим не был уверен, потому что привёз с собой пулемёт рассчитанный на 11-мм немецкий патрон, тогда как «Гарднер» был рассчитан на патрон калибра 7.5-мм, который был более предсказуем на дальних дистанциях. Но демонстратор «Гарднера» решил не стрелять на самую большую дистанцию. Ведь на расстоянии в 1200 метров невооруженным глазом невозможно различить отдельные человеческие фигуры, а более крупный объект превращается в точку. Вот что рассказывал сам Максим об этой стрельбе:

«Офицер, командующий стрельбами, попросил нас стрелять по макету артиллерийской батареи с расстояния 12 сотен метров. Сначала я вообще не мог различить мишень, и офицер подсказал мне, что мишень — это голубая полоска, которую я едва мог различить вдалеке. Прицел орудия был настроен на расстояние до одной тысячи ярдов, и поэтому я перенастроил его на предполагаемую дистанцию. Я сказал мистеру Виккерсу, что если мы сразу отстреляем все 333 патрона, то можем вообще не попасть в цель: пули могут не долететь до мишени или перелететь ее. Офицер хотел увидеть, сколько попаданий мы можем сделать за одну минуту. Нам был предоставлен специальный лафет, оборудованный ограничителями движения пулемета в горизонтальной плоскости, и я настроил их таким образом, чтобы орудие захватывало длину мишени, которая, предположительно, составляла две-три сотни футов, и, заправив ленту на 333 патрона, я навел пулемет на точку, как мне казалось, чуть выше цели, и сделал примерно сотню выстрелов, разворачивая орудие медленно слева направо. Затем я перенацелил орудие на новую точку и на этот раз сделал более ста выстрелов, снова разворачивая орудие в процессе стрельбы; и вновь я изменил наводку, прицелившись в точку, как я считал, слишком низко, и отстрелял оставшиеся патроны… Все это было сделано менее чем за минуту. После примерно двадцатиминутного ожидания зазвонил телефон, и нам сказали, что мы условно убили три четверти людей и лошадей. Я поинтересовался мнением мистера Виккерса: не рассчитывали ли они, что все цели будут поражены; он ответил, что не знает этого, но вскоре к нам подошел отвечающий за испытания офицер, который с воодушевлением произнес: „Еще не было в мире оружия, которое могло бы за такое короткое время убить так много людей и лошадей!“ И мы получили заказ».

На этом можно было бы и закончить наш небольшой исторический детектив, но из Швейцарии Максим отправился в Италию, а затем в Австро-Венгрию. и везде добился успеха. И - отбил контракты у Норденфельдта. Конечно, это огорчило шведа, но ещё более - уже известного нам его торгового представителя Базиля Захароффа. Этот беспринципный авантюрист не стеснялся в средствах. Однажды он подкупил слесаря компании «Максим ган», чтобы тот повредил кожух орудия и заклепал место повреждения так, чтобы орудие заклинило сразу же после начала испытательных стрельб. В другой раз Базиль объявил группе журналистов, с некоторого расстояния наблюдавших за стрельбой «Максима», что в данный момент испытывают «Норденфельдт».

Как вдруг, увлечённый распусканием слухов, сын греческо-подданого резко меняет точку зрения - и принимается добиваться слияния «Maxim gun» с английскими предприятиями Норденфельдта «Nordenfeit Guns» и «Ammunition company». Однако теперь это было непросто, ведь и раньше Торстен Норденфельд не особо жаловал конкурентов, а теперь он ещё и верил в ту ложь, которую так усердно повторял последнее время его компаньон. Да и Максим не горел желанием с кем-то там ещё объединяться - у него был уже проверенный партнёр Виккерс. Но каким-то образом Захароффу удалось невозможное, и в июле 1887 г. был выпущен проспект компании Maxim Nordenfeit Guns and Ammunition (MNG&AC), который должен был способствовать формированию капитала. Акции были выпущены на сумму 1.4 миллиона фунтов стерлингов, и еще 400 000 фунтов стерлингов составляли облигации компании. С момента начала действия предложения общее количество подписавшихся в течение первых двух часов превысило запланированное количество, по словам Максима, «в несколько раз». Почти в тот же день, 17 июля 1888 г., MNG&AC начала торговлю, Максим и Норденфельд были содиректорами-распорядителями, производство было распределено между заводом Норденфельда в Эрите, в Кенте, и мастерскими, которые Максим недавно приобрел в близлежащем Крейфорде.

При этом новые партнёры не слишком желали даже видеть друг друга. Вплоть до того, что Максим за глаза упрекал Норденфельдта в старческом маразме, при том что сам был на пару лет старше (к слову сказать, Норденфельд умер в возрасте 78 лет в 1920 году, а Максим на 4 года раньше). И совершенно непонятно как Виккерс согласился с тем, что его вдруг выкинули из дела.

Ещё раз обратите внимание: всё происходит в один и тот же 1887 год:

Максим наконец-то создаёт законченную (уже не опытную) модель «Мировой стандарт»вместе с Виккерсом они едут в Швейцарию - где выигрывают контрактзатем успешно выигрывают контракты в Италии и Австро-Венгриик середине этого года - Виккерс выкинут из дела. Его место занимает Норденфельдт и биржа восторженно (я бы сказал - чрезмерно восторженно) принимает новую компаниюА Виккерс? Молчит. Как будто не потерял около 20 тысяч фунтов стерлингов (громадные деньги - ещё раз напомню, в то время на них можно было построить 10 заводов) и несколько лет своей жизни, в течении которых Максим - на деньги Виккерса - дорабатывал свою конструкцию. Нет ли за этим какой-то закулисной связи? Политкорректная версия разумеется всякое закулисье отрицает. Думаю, читатель вполне может составить своё собственное мнение. А наш детектив продолжается.

Новорождённая компания с просто гигантским (и замечу - необоснованно гигантским) по тем временам уставным капиталом - представьте себе совсем не приносила прибыли. Сохранилась книга заказов компании. За период до 1896 года самый крупный заказ чуть больше 200 пулемётов для военного министерства Британии, следующий по величине 34 для французского правительства, 12 для ВМС Италии и 10 для австралийского штата Новый Южный Уэльс, а дальше идут единичные заказы и их то же не густо. При том что персонал компании 1500 человек, да ещё в неё влилось старое предприятие Норденфельда, которое то же нужно было содержать.

И этот форменный коммерческий провал ещё более удивителен, если почитать прессу той поры. 24 октября в верховьях реки Шангани отряд родезийской «Чартед компани» показательно покарал «возмутителей спокойствия», в качестве которых было назначено племя матабеле. Отзывы были самые восторженные. Примерно 4 или 5 тысяч воинов с копьями пытались прогнать агрессоров со своей исконной земли. Огонь пулемётов Максима скашивал туземцев на предельных дальностях. Только в тот день было убито не менее полутора тысяч человек. Белые «освободители» дюжинами писали в компанию «Максим-Норденфельд», чтобы выразить свою благодарность и засвидетельствовать эффективность оружия. Эти письма тут же перепечатывались как в буклетах самой компании, так и самыми уважаемыми изданиями - например лондонской «Дейли Ньюс».

Что же касается самих матабеле, то после бесславной смерти большей части воинов и самоубийства своего короля, им оставалось лишь смириться:

«Белый человек снова пришел со своим оружием, которое выплевывает пули, подобно тому, как небеса иногда выплевывают град, и кто такие беззащитные матабеле, чтобы противостоять такому оружию?»

Пулемёт Максима создал Родезию - частное государство, названное в честь Сесила Родса, владельца «Чартед компани», которой и стала принадлежать очищенная от матабеле территория площадью около 400 000 квадратных километров, богатая плодородными землями и природными ресурсами. Каждый доброволец компании получил 6000 акров отличной земли, и большая часть этих наделов все еще находится во владении потомков членов отряда. И всё это обошлось в 50 тысяч долларов и ещё 50 белых жизней.

Интересно, что вскоре после этого разгорелась война между племенами, обращёнными в католическую и протестантскую веры. И главным аргументом белых проповедников христианской любви опять-таки оказался «максим». Так что божье благословение пулемёт так же заслужил.

Но при оглушительном шуме восторгов - заказов практически не было!

И вот тут политкорректная версия говорит следующее: Норденфельдту наскучило это всё, и потому он подал в отставку со своего руководящего поста в январе 1890 года и продал компании свою часть акций стоимостью в 200 тысяч фунтов стерлингов (заметим: в компании при этом оставался единственным директором Максим). Правда затем, вернувшись в Швецию, он зачем-то выкупил патент на производство скорострельных орудий Бергмана, но это дело у него не пошло. К тому же он нарушил подписанное им же ранее обязательство не выпускать скорострелок под иной маркой кроме MNG&AC. В общем, все про него просто забыли.

Всё это конечно весьма лирично. Но Норденфельдт прожил после этого ещё 30 лет. Тридцать лет! И в Англии он лишился двух своих заводов, влившихся в их совместную с Максимом компанию. И он был жестоко выброшен с рынка вооружений - и пытался-таки вернуться, хотя попытка и не удалась. Как-то это не похоже на действия человека, который просто устал.

Прямолинейная версия сообщает иное. У фирмы, как мы уже видели по сохранившимся документам - и у нас нет основания не доверять этим документам - дела шли мягко говоря неважно. Представьте себе сумму акций на 1.4 миллиона фунтов стерлингов. Вспомните ажиотаж. А теперь подумайте, на какой размер дивидендов рассчитывали владельцы этих акций. И добавьте к этому необходимость выплачивать проценты на облигации, коих компания выпустила на 400 тысяч фунтов стерлингов.

Очевидно что при громадных вложениях и ничтожных в сравнении с ними заказах в течении нескольких лет подряд, фирма должна была предстать в глазах биржи «новой панамой» - как тогда называли финансовые афёры. Фирма - банкрот?

Но как утверждает прямолинейная версия - обанкротился только Норденфельдт. А второй со-директор - Максим - нет. Изумительно, за дела фирмы ответил только один, а второй вышел сухим из воды. Быть того не может. И я не призываю читателя верить этому на слово (хотя старику Ротшильду и не такие фокусы были под силу вычеркнуто цензурой).

Однако, верный товарищ Норденфельдта Бэзил Захарофф стал английским пэром. Шведская угроза британскому финансово-промышленному комплексу - ликвидирована. А американский изобретатель оказался довольно сговорчивым - и вот уже Хайрем Максим всего лишь технический директор в бывшей собственной фирме.

А сама фирма волшебным образом снова вернулась к Виккерсу - но теперь уже в качестве полной собственности. Максим в ней стал всего лишь почётным сотрудником. И в этом сходятся обе версии и исторические документы.

И вот с того момента, как Максим смирился - а это как ни странно произошло в 1896 году - резко начинается рост продаж. И «виккерсы», как теперь стали официально называться эти пулемёты, не только продаются во все страны мира - но и всем желающим продаётся лицензия на производство. Включая и очевидных потенциальных врагов британской короны. Ну оно и понятно - деньги не пахнут. Иной раз условия такого сотрудничества бывали просто поразительны. В 1888 году Фридрих Альфред Крупп встретился с Хайремом Максимом и заключил договор на производство «максимов» - с условием нереально высокой лицензионной выплаты в 50% от закупочной стоимости каждого проданного пулемёта (неудивительно что в итоге Крупп произвёл довольно мало орудий марки «Максим», и то лишь так называемые «пом-помы» - автоматические пушки калибра 37-мм). Прошло немного времени и в конце 1891 года уже компания «Максим-Норденфельд» начала переговоры с другим германским концерном «Людвиг Лёве и компания» (Ludwig Loewe & Со), занимающимся производством точной техники и располагающим отличными производственными линиями по выпуску швейных машин. Договор с «Лёве» был противоположностью договора с Круппом: MNG&AC оплачивала производственные затраты немцев, а прибыль делилась: две трети — «Максиму», одна треть — «Лёве». Вдобавок англичане не раз передавали на «Лёве» заказы от своих покупателей. Так что с 1896 года бывшая фабрика швейных машинок превратилась в Deutsche Waffen und Munitions Fabrik (DWM).

И можно было бы сказать, что из этой истории извлекли выгоду Бэзил Захарофф и Виккерс - да не вышло бы у них ничего, если бы над ними не стоял кто-то куда более могущественный, обладающий практически монопольным влиянием на лондонскую биржу.

Ну а сами пулемёты, как и их предшественники картечницы, в первую очередь проявили себя в колониальных войнах. Именно там родился популярный в ту пору марш английских солдат: «Пусть будет, что будет, Мы скажем в ответ: У нас есть Максим, У них его нет!»

Из пулемёта - навесом

Можно встретить упоминания, что перед Великой Отечественной в РККА предполагали стрелять из пулемёта на дистанцию до 3½ км. Естественно при этом пуля должна лететь по довольно высокой баллистической траектории. И у современных читателей такие идеи вызывают откровенный смех.

Между тем, в ходе Первой Мировой, в апреле 1917 года канадскому корпусу удалось отбить у немцев тактически важный хребет Вими. И было это достигнуто стрельбой пулемётов через головы своих наступающий войск. Пулемёты - скрытые в окопах от вражеского наблюдения - стреляли что называется «навесом». Огонь прекращался, только когда своя пехота подбиралась на дистанцию в 100 метров к вражеским окопам.

Более того, такой же приём навесной стрельбы из пулемётов англичане применили в войне за Фолклендско-Мальвинские острова, где их пулемёты издали буквально засыпали позиции аргентинцев пулями, пока пехота подбиралась к ним. Совсем как в Первую Мировую. Конечно, стволы разогревались до красного свечения, а патроны расходовались десятками тысяч, при том что огонь имел лишь беспокоящий эффект - но это лучше, чем терять идущих в атаку бойцов под огнём спокойно засевшего в окопах врага. Поэтому если кто-то ещё смеётся над глупостью красных командиров - то пусть прежде посмеётся над цивилизованными английскими офицерами.

Зачем писателю математика?

В прошлой главе мы ознакомились со всяким оружием, которое может встретиться в Эпоху Пара. Но некоторые сведения могли вызвать удивление (а может и недоумение). Достоверны ли они? Сочинитель должен быть уверен в истинности материала, которым он потчует читателя, ибо читатель придирчив, и обмана не простит.

Но как установить эту истину? Поможет математика! Ну и физика, конечно же ;-)

Пример № 1

Согласно древнегреческому инженеру Филону, самые большие, из состоявших на вооружении легионов, метательных машин, метали камни весом 26 кг на 200 м. Не многовато ли? Призванная сокрушать стены бастионов, осадная пушка стреляла 24-фунтовым ядром, то есть весом менее половины того камня, который бросала архаичная катапульта...

Если подлинную пушку мы может увидеть в музее, то вот подлинных катапульт до нашего времени не сохранилось. А кабы и сохранились, то пострелять из музейного экспоната никто не разрешит. Как же узнать, правдивы ли сведения Филона?

Только математика нас выручит. Вспоминаем школьные формулы, которым нас учили на уроках физики... что, забыли? Да я и сам их всё время забываю. Потому вот написал полезную программу и выложил на своём сайте SteamAge.ru в разделе «Программы» под названием «Баллистический вычислитель» - пользуйтесь на здоровье!

А я пока объясню, что нужно считать. Нас интересует мощь выстрела - её легко подсчитать по формуле кинетической энергии. Но мы знаем только вес ядра. Скорость этого ядра придётся угадывать. Исходить будем из условия: катапульта изготовлена к стрельбе на максимальную дальность. В школе нас учили, что таковая будет достигнута при угле бросания 45° (если пользуетесь моей программой, там в таблице «Выстрел» он уже по умолчанию так и выставлен). Попробуем пустить наш камень с вполне достижимой для торсионной метательной машины скоростью в 50 м/с. Снаряд улетел на 1/4 километра, что заметно дальше сведений Филона. Попробуем выпустить его со скоростью 40 м/с - теперь только 160 м, недолёт почти настолько же, каким был перелёт. Нужное значение скорости примерно посередине - задаём скорость 45 м/с, стреляем - результат 206 м. Правда мы пренебрегли сопротивлением воздуха, но для такой малой скорости и массивного снаряда ошибка будет не более пары процентов.

Смотрим, какова же вышла мощь выстрела метательной машины - она более 26 кило-джоулей. Удобнее выразить это через килограммо-метры - развиваемое машиной усилие почти 2.7 тонны. Да, усилие немалое, но деревянные брусья его вполне могут выдержать. Вообще говоря, деревянные брусья уверенно выдерживают и куда большую нагрузку. А столь любимые греческими и римскими инженерами торсионы вполне могут развить такое усилие без каких-либо проблем - на каждый торсион здесь придётся примерно по 11/2 тонны. К примеру, такие ставят в подвеску современных джипов, и это далеко не предел для этих устройств. Даже древние торсионы могут легко развить мощь на порядок больше. И если сопоставить усилие менее 3 тонн с громадными каменными глыбами, уложенными в основание римских акведуков, то становится ясно что перед нами довольно заурядное техническое устройство античности. И мы вполне может принять как вывод, что подобные орудия могли строиться серийно и быть штатной артиллерией легионов.

Выходит античная катапульта не так уж сильно уступала пушке? Не совсем. По энергии выстрела этой рядовой катапульте соответствует вовсе не осадная, а заурядная 3-фунтовая полевая пушка. Её ядро, конечно, намного легче, зато летит дальше. Сама пушечка полегче, и на походе с ней меньше проблем. Наводить пушку на цель проще. Да ещё пушка картечью пальнуть может, чего катапульта не умеет. Правда катапульта не нуждается в порохе и от погоды не зависит (ведь в сильный ливень порох намокал, и стрелять становилось невозможно). Так что изредка катапульты могли находить себе применение, хотя скорее где-нибудь в колониях, а не в рядах регулярных армий.

Пример № 2

Профессор Эндрю Ламберт (Andrew Lambert), в интервью каналу «Discovery», высказал мнение, что лучшая метательная машина античности, в теории, могла выдать до 2.5 мега-джоулей, чего хватало чтобы метнуть снаряд весом 300 фунтов на 3 мили. Конечно, речь идёт об уникальной машине. Но девиз настоящего учёного «доверяй, но проверяй». Так мы и поступим.

Надо полагать речь о сухопутных милях. Английская сухопутная миля 1609 метров - что даёт 4827 м.

Теперь нужно определить вес снаряда. Для этого не обязательно лезть в справочники - идём на SteamAge.ru в раздел «Программы», где находим «Калибр и вес ядра». Выставляем фунты, вводим их число, нажимаем «расчёт» - а затем меняем единицы веса на килограммы. И сразу видим, что 300 английских фунтов это 136 кг. Теперь воспользуемся уже знакомым нам «Баллистическим вычислителем» - и видим, что энергия в 2.5 мДж может сообщить такому снаряду скорость почти в 192 м/с. Очень хорошая скорость, но смотрим ниже - как далеко улетит снаряд? Оказывается всего лишь примерно на 3750 м. Или 21/3 сухопутных мили. Увы, недолёт на 2/3 мили (больше километра).

Профессор ошибся?

Вероятнее всего профессор имел ввиду древне-римский фунт «либра», который изрядно легче английского фунта. Снова идём в «Калибр и вес ядра», и узнаём, что 300 «либра» это всего лишь чуть более 98 кг. При заявленной профессором энергии машины, она метнула бы такой снаряд со скоростью в 225 м/с. И, без учёта сопротивления воздуха, улететь он мог почти на 5.2 км. Скорость дозвуковая, поэтому для хорошо обтёсанного каменного ядра, чуть более 43 см диаметром, потери от трения о воздух будут относительно небольшие. Так что примерно 3 сухопутных мили пролететь оно могло. Уважаемый профессор оказался прав.

Другой вопрос, насколько часто встречались такие машины? Определённо это было громадное сооружение. С очень длинными рычагами, чтобы сообщать камню столь высокую скорость. И рычаги эти должны выдерживать при выстреле нагрузку не менее 255 тонн. Это большая нагрузка, и машина наверняка часто требовала ремонта. Когда для документального фильма по заказу BBC, построили реконструкцию подобной баллисты, она дала трещину уже после второго выстрела.

Кстати...

Если вникать в цифры Вам кажется скучным, тогда программа «Осада замка» на моём сайте SteamAge.ru - то что Вам надо. Можно легко и быстро нажатием кнопок менять и угол наведения и скорость снаряда - и тут же увидеть как именно полетит ядро, через сколько времени и где упадёт, и какова будет в этот момент его скорость. Теперь Вы знаете об этой полезной программе, и можно вернуться к нашим математическим упражнениям.

Пример № 3

А вот ещё одна извечная тема споров: лук против мушкета? Разумеется, скорость пули больше чем у стрелы, и расчёт выдаст в безвоздушном пространстве такую максимальную дальность для мушкета, которая лучникам и не снилась. Но не спешите с выводами. Обратите свой взгляд в последний раздел «Баллистического вычислителя», который называется «Дальность прямого выстрела».

Дело в том, что лучники стреляли, посылая свои стрелы навесом. Стрела летит не так быстро как пуля, в полёте стрелу видно - и по первой стреле можно корректировать следующие выстрелы. А вот мушкетёр свою пулю в полёте не видел. Мог только прицелиться поверх ствола. Потому стрелял мушкетёр исключительно прямым выстрелом.

Какой возьмём для сравнения лук? Если современный спортивный блочный (Compound bow), то он очень хорош. Стрелу он отправляет в полёт со скоростью почти в 90 м/с (около 100 ярд/с). Но это заслуга блоков, которые при идеальной конструкции в идеальных условиях могли бы дать прирост скорости вдвое. В реальности выходит меньше. Спортивный классический «обратно-изогнутый» лук (Recurve bow) пускает стрелу со скоростью около 67 м/с (почти 75 ярд/с). Этой скорости уже хватает, чтобы послать стрелу более чем на 400 м.

Но ведь это стало возможным только с современными материалами? В былые времена луки, разумеется, были хуже?..

И да, и нет. Действительно столь эффективных материалов, как нынче - не было. Но поинтересуйтесь, какова сила натяжения современных спортивных луков - она очень невысока, всего 20 кг или около того, что по средневековым меркам годится разве что для охоты. Боевые луки имели усилие натяжения около 50 кг. И этим компенсировалась недостаточная упругость тех луков.

При этом старинные азиатские композитные очень хороши, уж не уступят современным спортивным. Не случайно же турки, даже уже имея мушкеты, долго сохраняли лучников в армии. И боевой стрелой могли выстрелить вдвое дальше английского лучника, что наглядно продемонстрировал секретарь турецкого посольства в XVIII веке на собрании английского королевского клуба лучников. А специальную лёгкую стрелу посылали ещё дальше, рекорд более 700 м. Все эти сведения легко проверяются расчётом в «Баллистическом вычислителе». Дальность выстрела выходит даже больше реальной, но это потому, что мы не учитывали сопротивление воздуха. Однако такие рекордные луки требовали особо бережного обращения, особого хранения, и доступны были далеко не всем степным батырам. Впрочем, то как кочевники посылают свои стрелы едва ли не вдвое дальше - это неоднократно отмеченный современниками факт.

Но мы возьмём для сравнения самый рядовой простой английский длинный лук. Простой лук из единого куска дерева, будь он хоть из Индии, хоть из Африки, от английского (сделанного из испанского тиса) не сильно отличается. Рекорд дальности стрельбы из английского лука 225 м.

Про мушкеты можно встретить много самых разных сведений. Одновременно с лучниками на поле боя XV века встречались аркебузиры. Оценка возможностей их оружия такова: пуля в 20 г весом вылетала из ствола аркебузы со скоростью в 300 м/с.

И оказывается, что при стрельбе по ростовой мишени, стрела лука имеет шанс поразить таковую на дальности до 225 м - а вот пуля аркебузы туда даже не долетит!

Мы сейчас говорим только про дальность выстрела. Не в теории, а как на практике стреляли. А практически мушкетёру был доступен только прямой выстрел.

Выходит, заурядный лучник превосходил мушкетёра?

В какой-то период времени так и было. Но у порохового оружия было единственное, зато важное преимущество - простота обучения стрельбе из него. Это лучника нужно было учить с детства - не то он даже не смог бы боевой лук натянуть (для неподготовленного человека и 35 кг натяжение это ой-ёй-ёй). А в мушкетёры брали всякую деревенщину и через 40 дней получали дисциплинированных и исполнительных солдат.

Менялся и сам порох. Употреблявшаяся поначалу пороховая мякоть была крайне неудобной в использовании, а к тому же слабой. Через век придумали зернить порох - и такой стал гореть в 14 раз быстрее мякоти. Но его ещё били пестами. Не вручную, разумеется - большие песты приводили в движение мельницы, водяные либо ветряные. Но лишь к концу XVII века в Голландии изобрели расмалывание пороха жерновами - что делало его зёрна более однородными и плотными, горели они втрое сильнее прежнего зернёного пороха - это позволило заметно уменьшить количество пороха на каждый выстрел, а солдату добавило 3 лишних выстрела в боекоплект (было "12 апостолов" на неудобной перевязи - стало 15 патронов в патронташе на поясном ремне). И наконец Михайло Ломоносов создал оптимальный состав чёрного пороха. До него зачастую смешивали все компоненты в равных пропорциях - как в Европе, так и в Китае. Хотя, легендарный изобретатель пороха Бертольд Шварц имел свой секретный рецепт (впрочем, ни места проживания или работы, ни дат жизни Бертольда Шварца достоверно не известно). Известна тетрадь Роджера Бэкона, где он за век до знакомства европейцев с пороховым оружием (что произошло в Испании), описывает порох, впрочем с довольно неудачной рецептурой, в которой мало селитры. Так что рождение хорошего пороха произошло только перед самой Эпохой Пара. Кстати, к этмоу же моменту несколько улучшилось и качество изготовления мушкетов и единообразие отливки пуль для них.

И если взять для сравнения типичный стандартный армейский мушкет середины XIX века, то у него скорость пули 450 м/с. Теперь дальность прямого выстрела по ростовой мишени аж 270 м. Конечно куда интереснее поразить врага не в пятку (от этого только Ахилл умирал), а в туловище. Дальность выстрела по поясной мишени 200 м. Теперь мушкет уже вполне мог конкурировать с луком по дальности...

И опять точность

Если уж в Вашем произведении дойдёт до перестрелок лучников и мушкетёров, то хорошо бы знать, какова была техническая точность оружия. Об этом говорилось в прошлой главе. Но неплохо бы подкрепить слова историческими фактами.

Для лука тут всё плохо - или наоборот хорошо. У него точность целиком и полностью зависит от стрелка. И если ты не лучник - не бери в руки лук, только зря стрелы изведёшь. С другой стороны, уж если ты прирождённый лучник, то, после обучения, попадать будешь в меру своего таланта. На современных соревнованиях лучников, для стрельбы на самую дальнюю дистанцию в 90 м (100 ярдов) ставят мишень диаметром 122 см. Диаметр "10" на ней 122 мм, то есть менее человеческой головы. С другой стороны 122 см это по ширине 2.5 человека. И если мы наложим на мишень для лучников поясную фигуру - то наглядно увидим, что её (отдельно стоящего человека) поражают в среднем 1 стрела из 3 пущенных. И это в целом неплохо. Особенно если помнить, что в реальном бою стреляли не по отдельным человечкам, а по целым отрядам.

А вот мушкетёр, каким бы замечательным стрелком ни был, да только полностью зависел от своего мушкета. Так мог ли он попасть в цель на исчисленной нами дальности в 200 или даже 270 м?

История сохранила нам сведения лишь об одном эксперименте такого рода. Разыскал это в архивах и опубликовал уважаемый оружиевед и изобретатель Сергей Михайлович Кочкин (между прочим, автор более 70 запатентованных изобретений в сфере охотничьего оружия и боеприпасов). А нашёл он столь ценную информацию в книге дореволюционного оружиеведа и охотника Сергея Александровича Бутурлина. Вот результаты этого эксперимента:

Бросается в глаза явная опечатка - 260 ярдов. Наверняка здесь должно быть 200 ярдов. Но именно в таком виде эта таблица напечатана в книге Кочкина, потому и я привожу её здесь в том же виде.

Тут, казалось бы, всё понятно: смотрим в последнюю строку и видим, что гладкостволки уступают штуцерам в дюжину раз. И многие вполне удовлетворятся этим. И даже иные оружиеведы. Вот только эти цифры не говорят ровным счётом ни о чём. А если присмотреться, то впору сильно озадачиться вопросом: а как вообще попали в мишень 9 пуль из гладкого ствола на дальности в 400 ярдов?

Начнём распутывать исторический ребус. Под названием мушкета 1842 года известен американский Спрингфилд модель 1842 капсюльный мушкет. Он одновременно является для американцев и первым и последним. Это последний гладкоствольный мушкет в армии США, но одновременно первый с капсюльным воспламенением и первый собираемый из взаимозаменяемых деталей, произведённых машинным способом. Заметим, что как у предшествующего ему мушкета 1840 года, ствол выпускался утолщённым в расчёте на возможность будущей нарезки. И позже действительно так и было сделано, полученная дульнозарядная винтовка стреляла пулей Миньё. Оба варианта - и гладкоствольный и нарезной - изрядно постреляли в Гражданскую войну между Севером и Югом. Ведь этих мушкетов было выпущено не менее 275 тысяч.

Вероятно, таблица и повествует нам об испытаниях двух модификаций этого мушкета - гладкоствольной и нарезной, полученной переделкой из гладкоствольной.

Однако мушкет этот не имел прицела с возможностью введения поправки на дальность. Поэтому неясно, как вообще прицеливались стрелки на дальностях свыше 200 ярдов? Максимум это 300 ярдов, что как раз равно 270 м для исчисленной нами стрельбы по ростовой мишени - да только на такой дальности пуля должна падать на землю у основания мишени. Видимо на 400 ярдов стрелки и вовсе брали «чуть-чуть повыше» - а сколько там получалось этого «повыше», то неведомо (может все пули дружно давали перелёт).

Неизвестно так же сколько именно было сделано выстрелов, но можно предположить, что выпускали 200 пуль на каждую дальность. Тогда всё замечательно, на 100 ярдов поражаем цель почти наверняка из любого оружия, на 200 ярдов - из гладкоствольного мушкета несколько менее половины выстрелов попадает в цель, а нарезной штуцер даёт результат вдвое лучше. Собственно далее 200 ярдов даже из штуцеров стрелять не полагалось. Да, были отдельные особо удачливые стрелки-снайперы, выстрелы которых расценивались современниками как настоящее чудо. Но если заглянуть в Уставы тех времён, то даже специально обученным прицельной стрельбе егерям команда открыть огонь подавалась не далее 200 шагов от врага. Хотя, как видим, штуцер середины XIX века замечательное оружие, каждый второй выстрел поражает цель и на 300 ярдов.

Да лучнику на эти 300 ярдов в жизнь стрелу не пустить... разве что он турок с турецким луком.

Но есть один нюанс ;-) Дело в том, что мишенью для испытаний мушкетов служила... площадка 25 на 25 шагов. Со стенкой высотой в человеческий рост. То есть мишень изображала целое подразделение - полное батальонное каре. Вот в этом и секрет такой замечательной меткости мушкетов и штуцеров - от них требовали всего лишь попадания в целый батальон. Тогда как лучники соревновались стрельбой по мишени изображавшей отдельно стоящего человека.

Пожалуй, на этом примере и закончим обсуждение, нужна ли писателю математика.

но напоследок...

Легенда о Томасе Планкете

Начать придётся с того, что их было два. И оба застрелили вражеских генералов. Так что спутать одного с другим очень легко. Второй весьма удачным выстрелом убил генерала в Гражданскую войну Севера и Юга в США. Его фамилия оканчивается на «тт». Выстрел был удачным, но не чудесным. Легендой стал выстрел первого, случившийся более чем на полвека ранее. И его фамилия оканчивается на одно «т».

Как гласят просторы РУнета, в 1809 году, выстрелом из мушкета «Браун Бесс», рядовой солдат английской армии Томас Планкет убил французского генерала с 600 м. А затем, желая доказать своё искусство, вторым выстрелом убил адъютанта, бросившегося на выручку к своему генералу. Это, разумеется, самая категоричная версия. Более правдоподобные признают, что стрелял герой конечно же из штуцера. Но дистанция в 600 м повторяется везде как святая истина.

Однако англо-язычная Википедия не спешит подтвердить этот без сомнения выдающийся подвиг. Англо-язычная Вики вообще не уточняет дистанцию выстрела! Зато рассказывает больше других подробностей.

Томас Планкет был сержантом застрельщиков в Лёгкой бригаде. Лёгкая бригада это егеря, специально отобранные и обученные прицельной стрельбе. И даже не просто егеря - а егеря, обученные маскировке и подкрадыванию к врагу. У них даже форма была не яркая, а под цвет местности. Застрельщики это их самый передовой отрад - лучшие стрелки этой бригады обученных стрелков. И это не преувеличение. В битве при Ватерлоо в 1815 году, застрельщики этого же 95-го стрелкового полка в количестве взвода (около 28 стрелков), несколькими меткими залпами остановили наступление целого французского батальона, за несколько минут перебив всех офицеров противника.

Правда о меткости оружия этот факт нам ничего не сообщит. Палили более двух дюжин стволов, и, расстреляв почти весь боекомплект, убили пару офицеров. Это всё что известно. Ни дистанции стрельбы, ни сколько было поражено рядовых французских солдат - неизвестно. Ясно только, что, оставшись без командиров, и недоумевая, где же враг, французы решили не испытывать судьбу и повернули назад. Это не говорит о свойствах оружия застрельщиков лёгкой бригады - но говорит о их тактике и решимости.

А герой - их сержант, самый лучший стрелок среди лучших стрелков. И вооружён он был самым лучшим на тот момент времени оружием - штуцером Бейкера, который тогда выдавали лишь лучшим из лучших.

Дульнозарядный штуцер Бейкера образца 1800 года был первым в мире штуцером официально принятым на вооружение армии. До этого штуцеры уже использовались не первый век - но исключительно частным порядком. Например, во всех флотах мира считалось нормальным, чтобы капитан корабля за свой счёт вооружал штуцерами стрелков, из числа своих матросов. Что же побудило армию закупить штуцеры Бейкера за казённый счёт? Их замечательная точность.

Как утверждают англо-язычные источники, штуцер Бейкера уверенно поражал круглую мишень диаметром в рост человека с 200 ярдов. Запомните эту цифру!

Ибо, по Уставу, стрелять из штуцера далее 200 ярдов и не полагалось. И об этом, кстати, говорит и англо-язычная Википедия.

Как мы уже вычислили ранее - 200 ярдов это дальность прямого выстрела по грудной мишени. Дальность не равна точность! В XIX даже специально обученные прицельной стрельбе егеря не делали никаких поправок на дальность, не брали возвышение - им этого просто не полагалось Уставом, и на их оружии не имелось специальных прицелов для этого. Хотя в артиллерии таковые были. Но то артиллерия, ей и полагалось вдаль стрелять. А пехоте полагалось разбираться с целями поближе. Такое вот было разделение ратного труда - и его закреплял Устав.

Увидев приближающихся к мосту через речку французов, сержант Планкет сбросил свой ранец (так нередко делали, например, перед решительным броском в штыковую атаку), оставил цепь своих людей, и бросился вперёд. Пробежал 100 ярдов (хотя некоторые очевидцы оценивают дистанцию его выдвижения как 150 ярдов - другими словами настолько далеко вперёд, что его люди не смогли бы поддержать его огнём), и упал спиной на снег, удерживая штуцер и ногами - так считалось сподручнее стрелять из него. Дистанция выстрела - не указывается в Википедии.

Однако в Англии есть энтузиасты истории и реконструкторы. Они тщательно собрали все сохранившиеся свидетельства о выстреле Томаса Планкета, сверили их с местностью - и пришли к выводу, что сержант сблизился с целью примерно до 200 ярдов. Это всё равно остаётся очень удачным выстрелом. Ведь техническая точность этого оружия не гарантировала 100% попадания в человека на такой дистанции. И, возможно, дистанция была несколько больше 200 ярдов. Так что выстрел в любом случае - удачный. Но не чудесный. Вероятность попадания вполне нормальная, её можно оценить, как 1/3.

Непонятно почему адъютант не оказался рядом с генералом. Возможно, тот отослал его с приказом. Как бы то ни было, пока адъютант доскакал, сержант успел перезарядить своё оружие...

И это ещё одна небольшая загадка. Штуцер Байкера имел в боекомплекте два вида пуль - тяжёлую и лёгкую. Тяжёлая для дальней стрельбы на те самые 200 ярдов. Но её нужно было вколачивать в ствол (да, ударами деревянного молотка по шомполу) - так стреляли все штуцера в XVIII веке. Англичане этого не любили, и предпочитали немного схитрить - заряжать лёгкую пулю, завернутую в кусочек кожи. Введение этого хитрого приёма стрельбы - чисто ангийское изобретение, как раз введённое вместе с штуцером Байкера. Естественно, в этом случае заряжание очень быстрое (пуля в коже просто проталкивается в ствол шомполом за одно движение, стучать молотком не надо), обтюрация отличная (кожа не даст прорваться пороховым газам) - но вот про стабилизацию пули вращением можно забыть (из-за собственной инерции пуля будет проскальзывать в коже, должного числа вращений она не получит). Впрочем, на самом деле все штуцера той поры недокручивали пулю, причём недокручивали очень серьёзно. Так что проку от вращения было мало (если он вообще был хотя бы в минимальной степени) - зато, свойственная в то время именно штуцерам, хорошая обтюрация серьёзно улучшала результативность стрельбы. Но вылетая из ствола, лёгкая пуля тут же получала отклонение от его оси, из-за неравномерного обёртывания кусочком кожи. Возможно, сержант знал какой-то способ заворачивания пули в кожу более равномерно? Этого мы не узнаем.

Известно только, что когда адъютант подъехал, раздался второй выстрел из-за реки, оборвавший его жизнь. Вслед за тем, французская пехота остановилась в растерянности, а дюжина французских кавалеристов поскакала к мосту. Сержант успел добежать до линии своих стрелков раньше, чем разгневанные французы догнали его.

Вот собственно и вся история. Именно так она изложена в англо-язычных источниках. А откуда же тогда взялся миф о выстреле на 600 м?

Помните, я намекал: запомните эту цифру - 200 ярдов. В каждом ярде ровно 3 фута. Англичане нередко приводят расстояния в футах - а их тут получается 600... Да, это просто нелепая ошибка перевода, когда кто-то забыл пересчитать футы в метры, а остальные повторяли его слова, не проверяя источников.

Обычных линейных пехотинцев выстрелы бравого сержанта очень впечатлили. Линейной пехоте, вооружённой теми самыми мушкетами «Браун Бесс», Устав велел стрелять лишь с 55 ярдов и только залпом - в надежде, что хоть кто-то из всего строя попадёт. А тут человек стреляет на вчетверо большую дальность - и попадает два раза подряд не по батальону, а по отдельным людям!

Выстрелы Томаса Планета, заурядные по нынешним временам, тогда называли чудом. И это должно ясно указать нам на возможности оружия и солдат того времени. Нравится нам это или нет, но:

никто не требовал, чтобы каждая пуля поражала цель - если попадал 1 выстрел из 3, это считалось отменной стрельбой. Именно такие требования были даже к лучшему штуцеру в мире на 1800 годмушкетёр уверенно стрелял на 50 ярдов - так велел ему Устав и это было не прихотью, а чётким пониманием свойств оружия и необразованного солдатаспециально обученный стрельбе егерь из штуцера уверенно стрелял на 100 ярдов (и 200 ярдов только если по вражескому батальону) - и так велел ему Устав (за нарушение которого в Англии могли и расстрелять)и лишь отлично подготовленный стрелок-инструктор сержант Томас Планкет позволял себе стрельбу на предельно вообразимые в те времена 200 ярдов, да к тому же по отдельным всадникам.

Ну а чтобы ни к кого не возникало соблазна сказать, мол, «это всё только математические выкладки», приведу вот эти слова, сказанные спустя почти 70 лет после тех чудесных выстрелов Томаса Планкета. Эпоха Пара уже подкатилась к самому своему концу, уже свершился переход на унитарный патрон с металлической гильзой и винтовку Бердана, а требования к точности оружия были - 1 попадание на 4 или 6 выстрелов по батальону. И сказано об этом не в частной беседе, а официально заявлено на заседании по вопросу о необходимости преобразований в стрелковом оружии по фактам Русско-Турецкой войны 1877-1878 годов:

«До 1870 года большей частью принимали, что деления на прицеле должны быть доведены до такой дистанции, с которой можно было бы разсчитывать попасть от 16% до 25% в сомкнутую часть.»

Из доклада Н.П.Потоцкаго в Имперском Русском Техническом Обществе, на беседе 21 января 1878 года, под председательством Н.Ф.Эгершторма

Секрет влекущей красоты

Помните детскую присказку «на вкус и цвет товарища нет»? А хорошо бы нравится всем. И тысячелетиями люди искали рецепт... и - нашли! Никакой мистики, чудо совершил точный математический расчёт. И очень важно знать его - если собираетесь творить в стиле Эпохи Пара. Ибо в ту эпоху секрет неотразимой красоты уже перестал быть тайной.

Художник или геометр

Малообразованный средневековый мастер творил наугад - но механик паровых машин действует наверняка, опираясь на математический расчёт. При этом он же не только механик, но ещё и дизайнер в современном понимании. Красота формы даже самой незначительной части машины для него важна, потому что иначе товар не продать. Доброкачественный товар не может выглядеть недостаточно привлекательно. Все эти завитки и прочие украшения - это как знак качества. А коли в моде математика Рене Декарта, то и украшения должны подчиняться строгой геометрической пропорции. Но какой же?

Золотому сечению подчинены пропорции фронтона Парфенона (одного из 7 античных чудес света) и портрета Джоконды (более известный как «Мона Лиза») кисти Леонардо да Винчи (чуда Эпохи Возрождения). Наконец, этой же пропорции подчинены размеры кредитных карт (чуда современной банковской системы... м-да, до чего чудеса измельчали...)

Если предложить разным людям выбрать из нескольких с виду схожих прямоугольников самый приятный на вид, то люди выбирают прямоугольник, чьи стороны соотносятся по правилу золотого сечения. Даже если взять одинаково привычные нашему взгляду прямоугольники, соответствующие экрану телевизора, формату фотокарточки, листу бумаги для принтера - и среди них поместить золотой прямоугольник, то и тогда люди будут выбирать его.

Формула золотого сечения:

Обозначается в математике греческой буквой φ ("фи"). А вот несколько забавных свойств этого числа:

1 / φ = φ - 1φ² = φ + 1любая степень числа φ равна сумме двух предыдущих его степенейСкажу Вам по секрету, число φ имеет непосредственное отношение к игре на финансовой бирже. Или к парламентским выборам, так как предсказание их результата то же подчиняется волновой теории Эллиота. Если биржевая котировка (или популярность политической партии) на взлёте, то, согласно этой теории, её следует умножать на число φ для получения ориентировочного прогнозируемого результата следующих торгов (или выборов). Ну а если котировка (партия) переживает падение, то умножив на величину обратную φ получим верхний предел новой стоимости (количества голосов избирателей). Впрочем, в эпоху паро-панка столь изощрённых предсказательных теорий ещё не могло существовать.

Пока была чистая арифметика, а нам для задач конструирования и дизайна интереснее геометрия. Геометрический смысл золотого сечения первым задокументировал Евклид примерно за три века до нашей эры. Это такое деление отрезка, при котором отношение всего целого отрезка к большей части было бы таким же, как отношение большей части к меньшей.

Вновь это соотношение открыто в Эпоху Возрождения Лукой Пачоли (1445-1517) в книге «О божественной пропорции» (De Divina Proportione) написанной в 1498г (опубликована в Венеции в 1509г, к тому времени автор успел подготовить уже три рукописи), а иллюстрации 60 многогранников к ней сделал сам Леонардо Да Винчи. В окончательном варианте добавились несколько глав, и среди них «Об архитектуре» (De Architectura), навеянная работами древне-римского архитектора Витрувия.

Собственно Возрождение это время, когда невежественные европейцы, едва перенявшие у арабов (в результате Крестовых походов) обычай мыться (да, до того немытость возводилась в святую добродетель! и немало было в средневековой Европе различных святых мужей, да что там мужей - даже принцесс, причисленных к лику святых, за то что годами не оскверняли себя мытьём... и потомки этих дикарей учат нас культуре?) - так вот эти невежественные люди вдруг открыли, что живут на руинах древней величественной цивилизации, что ходят ногами по триумфальным колоннам и прекрасным статуям Античности, что за полтора тысячелетия до них были водопровод, бани, канализация, довольно совершенные механические насосы и даже автоматические мельницы... список неожиданных открытий можно продолжать.

Марк Витрувий Поллион был архитектором при Юлии Цезаре, в I веке до н.э. Работы его были переведены в Эпоху Возрождения в 1486г и сразу же завоевали популярность. Витрувий вывел канон красоты из простых наблюдений. Средне-статистический человек имеет рост равный размаху рук, а если лежащий на спине мужчина разведёт в стороны ноги и руки, то его фигура будет вписана в окружность. Первому, следуя этим указаниям Витрувия, совместить две фигуры, одна из которых вписана в квадрат, а другая в круг, удалось Леонардо Да Винчи. Его решение «Витрувианского человека» заключалось в том, что центры фигур различны: для круга центром является пупок, а для квадрата гениталии. (есть мнение, что сама идея именно такого совмещения центров принадлежит одному из друзей Леонардо, но именно Да Винчи сумел воплотить идею в рисунок)

Золотое сечение можно назвать непреложным каноном дизайна изящных времён. В ещё одном трактате Луки Пачоли «Сумма арифметики, геометрии, дробей, пропорций и пропорциональности» (Summa de Aritmetica, Geometria, Proportioni et Proportionalita) (опубликован в Венеции в 1449г, содержит более 600 страниц) прямо написано: «Религиозные службы имеют небольшую ценность, если церковь не была построена в правильной пропорции». Для человека того времени поставить божественное ниже созидаемого человеком это либо кощунство - либо высшая истина.

Наконец упомянем Альбрехта Дюрера, известного нам своими гравюрами, а современникам ещё и как знаменитый военный инженер, внёсший свой вклад в рациональное конструирование крепостей. Разумеется, этот видный математик был последователем идей да Винчи (да иначе и быть не могло, Леонардо стал кумиром и идеалом на многие века). На гравюрах к своей книге «Об измерениях» (полное название «Руководство к измерению циркулем и линейкой»), Дюрер изобразил свой метод построения модели в перспективе, что было новшеством для того времени. Там же разобрано построение сечений конуса (например, получение параболы). А ещё описываются различные геометрические тела и среди них спираль на основе золотого сечения, в то время даже получившая имя спирали Дюрера.

Философия Дюрера о красоте высказана им одной фразой: «Красота заключается в гармонии частей друг с другом - и с целым» Нетрудно догадаться какое именно соотношение он считал гармоничным.

Именно стиль работ Дюрера и надо брать за отправную точку энтузиастам паро-панка.

Поиграем с идеалом

Что интересного с практической точки зрения даёт эта золотая пропорция?

Возьмём пару одинаковых золотых прямоугольников. Проведём на одном из них диагональ. Второй же приложим к торцу первого, так чтоб получилась буква «Г» (или «L») - и чудо, диагональ продолжается по прямой до следующего угла! Если описать новый большой прямоугольник по этим двум, то он окажется золотым.

Ещё интереснее поиграть в деление большого золотого прямоугольника. Отрежем от него квадрат - и получим в оставшейся части новый золотой прямоугольник. Мало того, если провести диагональ большого прямоугольника и диагональ малого - то окажется что они пересекаются всегда под прямым углом. Но самое забавное, что если продолжать процесс деления - резать квадратами всё новые получающиеся малые золотые прямоугольники - то окажется что даже диагонали самого большого и самого малого из полученных золотых прямоугольников пересекаются точно под прямым углом.

Конечно, природа не ограничена одной лишь золотой пропорцией. Существуют и другие замечательные прямоугольники - например, с соотношением сторон 2. Геометрически получить его довольно просто: постройте квадрат, а затем проведите из любого угла дугу, радиусом равным диагонали этого квадрата, до пересечения с продолжением одной из сторон - остаётся только так же продлить противолежащую сторону и достроить короткую, и замечательный прямоугольник готов. А замечателен он тем, что если его разделить пополам, то получим два меньшего размера, но точно такой же формы прямоугольника. Собственно Вы каждый день незаметно для себя сталкиваетесь с этим. Ведь европейский формат канцелярской бумаги начинается с листа A0, имеющего площадь 1кв.м. и соотношение сторон как раз 2. Ну а дальше Вы наверное и сами знаете: если разделить A0 получим пару листов A1, если разделить любой из них получим пару A2 и так далее. Конкретные размеры листов могут меняться, но вот соотношение 2 в типографском деле оказалось очень удобным. Разумеется, книгоиздатели слышали о золотой пропорции. Но для нужд производства важнее выгода. А выгода прямоугольника с соотношением сторон 2 в том, что только он даёт безотходный раскрой листов бумаги при резке их пополам.

От деления золотого прямоугольника квадратом всего один шаг до логарифмической спирали. Возьмём всё тот же многократно делённый большой золотой прямоугольник, но теперь будем вписывать в каждый имеющийся в нём квадрат дугу с радиусом равным диагонали этого квадрата. И, взгляните, дуги стыкуются одна за другой в спираль, которая называется логарифмической.

Строго говоря, этим методом мы построили не точную логарифмическую спираль, а приближённую. Но обычно и такого приближения вполне достаточно.

Спираль эта интересна двумя свойствами:

она подобна самой себе - то есть хотя расстояние между витками очевидно увеличивается с каждым витком, но вот соотношение между ними остаётся неизменнымугол от линии спирали к центру в любой её точке постояненПредставьте себе пернатого хищника, завидевшего внизу неосторожную добычу - именно по логарифмической спирали он и будет снижаться к ней, так как только такая траектория планирования позволяет ему всё время сохранять добычу в поле зрения, держа голову под неизменным углом.

Построить более точную логарифмическую спираль поможет золотой треугольник. Это равнобедренный треугольник с углом при вершине 36° и по 72° у основания, соотношение его большей стороны к меньшей как раз в точности равно золотой пропорции. Десяток таких треугольников ровно укладываются в круг, позволяя построить из своих коротких сторон правильный десятиугольник.

Но нам интереснее спираль. Для этого разделим наш большой золотой треугольник перпендикуляром от любой длинной стороны к противолежащей вершине (это будет вершина при основании) - получим два треугольника, меньший из которых снова золотой. Продолжим процесс многократно, как делали это с прямоугольником. А теперь, начиная с самого меньшего треугольника, из его вершины (что против основания) проводим дугу, радиусом равным длине длинной стороны. И так повторяем с каждым треугольником по возрастающей - и получаем логарифмическую спираль.

И опять же заметим, что мир не ограничен одной лишь логарифмической спиралью, сколь бы красивой и гипнотически заманчивой она ни была. В технике куда чаще приходится иметь дело со спиралью Архимеда. Если, к примеру, наматывать верёвку (на плоскости) вокруг стержня, то увидим такую спираль.

Её свойство в том, что расстояние между любыми соседними витками в любой точке спирали одинаковое.

Ну а практическое применение - например, в патроне токарного или сверлильного станка. Который вам наверняка доводилось крутить хоть раз в жизни, а вы и не подозревали, что обязаны этим удовольствием мудрому древнему греку из Сиракуз.

Не перегибай!

Во времена развитого социализма бытовала шутка с политическим подтекстом: «Если слишком круто взять влево, то можно провернуться и сделаться правым». Если слишком увлечься идеальной красотой, то можно сделаться Малевичем и закончить своё творчество идеальным «Чёрным квадратом». Конечно, как гласит народная мудрость «на вкус и цвет товарища нет», но мы ведём речь о времени, когда люди не считали квадрат изящной фигурой достойной высшего восхищения, а предпочитали более замысловатые формы.

А теперь посмотрите то, что окружает нас нынче. Вот iPad - не правда ли, совершенство? Ведь в нём золотая пропорция! Но взгляните на коробку сигарет... ещё не так давно она то же в золотой пропорции (неужто из-за этой идеальной формы пачки сигарет, пагубная привычка кажется такой привлекательной для молодёжи? Форму пачки изменили - курильщиков на улицах стало как будто меньше). А вот взгляните на здание ООН в Нью-Йорке - коробка коробкой (помните как Владимир Высоцкий пел в одной из своих юмористических песенок «На горе стояло здание ужасное, издаля напоминавшее ООН»). Однако ж по пропорциям эта коробка безупречна, ведь в ней аж 3 золотых прямоугольника. Стало быть идеал красоты.!

Всё это - iPad, пачка сигарет и здание ООН, как впрочем и многое другое что окружает нас - просто прямоугольные коробки! Неужели идеал человечества - жить среди прямоугольников? Пусть даже и золотых...

У этой идеи, захватившей умы дизайнеров XX века на десятилетия, есть вполне конкретный автор. И если, в Ваших будущий творениях, Вам потребуется прототип безумного творца - оставьте в покое Сальвадора Дали (особенно после серии "Bioshock", где персонажу придали почти полное портретное сходство со знаменитым испанцем). Я расскажу Вам о том, кто заслуживает быть увековеченным в творчестве куда более. Особенно если сие творчество в стиле паро-панка.

Итак, виновник этого цивилизационного заблуждения про золотые прямоугольники - Ле Корбюзье. Настоящее имя Шарль Эдуар Жаннере-Гри, 1887-1965, уроженец Швейцарии, но позже получил французское гражданство и именно будучи французом приобрёл мировую известность как величайший архитектор современности. Даже Трамп, нынешний президент США и вне сомнения хороший архитектор - и то никогда не будет столь же прославлен. Ведь Ле Корбюзье был не просто хорош - он был гениальный творец, каких боле не будет. А ещё у него были и деньги и связи - в придачу к таланту, причём таланту многогранному. Он оставил след абсолютно во всех областях дизайна (в частности именно он изобрёл шезлонг). Но главное направление это конечно же архитектура, в коей он ещё при жизни был признан гением. Неудивительно, что он участвовал в международной комиссии по проектированию здания ООН, а завершал проект его ученик Нимейер.

Быть может, он оказался ослеплён собственным успехом, а может не давали покоя лавры Ветрувия, только он решил создать нечто очень значительное для всего человечества, а именно - подарить миру свою систему мер. Зачем? Отчего-то он выдумал сам для себя, что метрическая система мер противна человеческой природе. Якобы связь с пропорциями человеческого тела утрачена и оттого строить удобные для людей дома стало невозможно. А вот в былые славные времена дюймов, футов и ярдов...

Прав ли был великий архитектор в своём предположении?

Немало исследователей старины находят в древних мерах длины некое совершенство. А порой без сомнений указывают на их связь с золотой пропорцией. Но так ли это? К примеру, «серьёзные научные работы», доказывая красоту храмов Древней Руси, связывают сию красоту с особенностями старо-русских мер длины - а они де непременно основаны на золотой пропорции. Тут возражений нет, как мы видели выше, люди интуитивно могут выбирать объекты, соответствующие золотой пропорции. И нет причин, почему бы такой объект не мог быть принят в качестве эталона мер. Но где же та самая древняя мера?

Увы, современные археологи пока не раскопали тот самый эталон древних. А где же тогда взять подтверждение гипотезы? И вот для доказательства своей правоты иные авторы выбирают, к примеру, сажени совершенно произвольно - из разных губерний, разных областей применения, даже разных веков. Затем пытаются их соотнести. Не получается? Тогда начинается игра в числа. Вплоть до того, что в формуле золотой пропорции меняют знак! Если же и это не помогает, то находят другое соотношение - например, не так уж редко можно встретить соотношение 2 - как мы знаем, только оно даёт экономный раскрой прямоугольных листов материала. К примеру полотна. Почти наверняка нашим далёким предкам приходилось кроить холсты и разумеется они хотели добиться самого экономного раскроя. Так что неудивительно, если методом проб и ошибок они нашли замечательноесоотношение. Но современные авторы не утруждают себя математикой, о замечательных прямоугольниках не слышали, а просто объявляют что вот же она, искомая золотая пропорция!

На деле золотая пропорция только одна и это

Она можно сказать математически выражает красоту - но как основа для системы мер неудобна. Просто представьте себе, что, к примеру, в ярде было бы 1.618 фута - была бы удобна такая система мер?

Древние меры длины были связаны с человеком не из неких мистических, а из самых практических соображений - эти меры всегда под рукой. Русский плотник брал верёвку и на ней вязал узлы по размаху своих рук (маховая сажень, она же обычно равна росту человека) или по росту с вытянутой рукой (косая сажень). Аналогично поступал и англичанин, примеряя дюйм к пальцу, а фут к ступне. А за тысячи лет до них, древний египтянин отмерял расстояния, прикладывая собственную руку, от кончика пальцев до локтя. Но пальцы, руки и ноги бывают разными. Возникла проблема стандартизации и её пытались решить. К примеру, в одном городе брали дюжину людей первыми вышедших из церкви в воскресенье, и их средняя длина стопы объявлялась эталоном. Наконец, ярд был определён как расстояние от вытянутой руки до кончика носа английского короля, измерен и установлен эталоном. С этого момента ярд делился ровно на 3 фута, вне зависимости от реальных стоп, а дюйм получался делением фута на 12 частей, невзирая на размеры реальных пальцев.

Только стандартизация мер длины, их отрыв от размера тела конкретного человека, позволяют скоординировать труд коллектива людей, возводящих великолепное здание. И, разумеется, этому множеству строителей удобнее считать футы или сажени целыми числами, а не дробным числом, пусть даже и золотого соотношения.

Но Ле Корбюзье влюбился в золотую пропорцию. Ведь именно в этом секрет красоты древних построек. И, следуя далее по пути таких размышлений, великий архитектор XX века, по аналогии с древним «Витрувианским человеком», выдумал своего «Модулора». Причём ужасно гордился этим: «Метр, сантиметр, дециметр - эти единицы не отражают человеческие пропорции, а Модулор отражает» Есть и статуя Модулора, изготовленная по тем самым выведенным Ле Корбюзье идеальным пропорциям. Одного взгляда достаточно, чтобы как говорится без комментариев...

К несчастью для человечества случилась Вторая Мировая война. К несчастью ещё и потому, что изящная архитектура в эти годы не востребована, Ле Корбюзье оказался не у дел, и потому с маниакальным упоением погружается в свои изыски. Между 1942 и 1948 годами он разрабатывает Модулора как систему мер для строительства и дизайна на основе золотого сечения и пропорций саксонского антропологического типа. К этому типу принадлежат типичные жители Северной Европы. Рост типичного мужчины 182см. А подняв вверх руку он достал бы до потолка на высоте в 226см. И, наконец, пупок находится точно на высоте 113см - то есть делит высоту до потолка ровно пополам, притом больше расстояния от пупка до макушки в столько же раз, во сколько то больше оставшегося расстояния до потолка - и разумеется это соотношение равно φ. Так что с точки зрения следования золотой пропорции всё должно было быть идеально.

Книга «Модулор» издана в 1950г с огромным успехом. А уже в 1955г появляется «Модулор 2». Но зачем? Да затем, что оказалось нужно строить и в Южной Европе, а там типичный рост мужчины латинского типа 172см. Не вышло универсальной системы мер!

Возмутительный (для феминисток) факт: про женское тело вспомнили только под конец создания «Модулора 2». И... отбросили. В общем понятно почему - представьте себе Модулора-даму :-0 Впрочем, феминистки могут утешится тем, что они не одиноки в своём несчастье. Точно так же Модулор игнорирует детей, подростков, а заодно добрую треть взрослых, но низкорослых жителей этой планеты (таких как большинство населения Юго-Восточной Азии).

Факт: по собственному признанию Ле Корбюзье в школе с отвращением решал математические задачи и лишь с годами признал, что от математики бывает польза. Его математическое невежество вполне показывает одна из первых попыток создать Модулора, когда (уже будучи владельцем архитектурной фирмы) он дал своему помощнику задание описать вокруг человеческой фигуры прямоугольник из двух поставленных друг на друга квадратов, а затем разместить третий квадрат опираясь на вписанный в прямоугольник прямой угол. Представьте, для него явилось открытием, что вписанный прямой угол разделил прямоугольник из двух квадратов точно посередине!

По-видимому, из-за слабого знания математики и поверхностного знания геометрии, Ле Корбюзье даже не подозревал о золотом треугольнике - зато буквально бредил прямоугольниками. Он мечтал построить целый прямоугольный город. Главное чтоб соотношение сторон - что у здания, что у целого города - было как у золотого прямоугольника. Чем будет такой город удобен для жителей неясно. Зато очевидно, что строительные трудности при такой планировке сильно увеличиваются, ибо Земля почти нигде не даёт человеку ровного прямоугольного поля чтоб хватило даже на маленький городок. Придётся приспосабливаться к холмам, оврагам, рекам - что нарушит правильную прямоугольность города. Либо засыпать и сровнять их, в очередной раз победив природу... но добавит ли нам это счастья? Уже не раз побеждали - а счастья от этого так и не видели.

Была бы польза для строителя от системы мер Модулора? Вот кирпич. Он имеет пропорции длины к ширине как 1:2, что нужно для надёжного перекрытия рядов при кладке стены - это совсем не соответствует золотой пропорции. Из века в век его вес и размер определяется ухватистостью одной рукой каменщика. А толщина стен и поныне берётся в кирпич, два или три - что никак не соотносится со шкалой Модулора.

Похоже великий архитектор мыслил и творил в каком-то собственном отвлечённом мирке, а нужды реальных людей его не волновали. Показательна его Марсельская жилая единица (Unite d’Habitation) - многоквартирное здание, все внутренние пространства которой основаны на пропорциях системы Модулора. Квартиру этой Марсельской жилой единицы могут видеть поклонники сериала «Звёздный крейсер Галактика» в некоторых сценах счастливой жизни на планете (другие здания в этом сериале так же отчётливо напоминают различные творения Ле Корбюзье). Очевидно, что быть может такое жильё ещё подойдёт одинокому молодому горожанину из тёплого Марселя, который разве что изредка приводит к себе домой подругу на ночь. Но уже для семейного марсельца это жильё неудобно. А уж для сибирского крестьянина...

Марсельская жилая единица

Марсельская жилая единица спроектирована и построена в 1946—1950г. Это первый масштабный эксперимент Ле Корбюзье по введению в конструирование Модулора. Шаг колонн 419 см составлен из двух размеров по синему ряду — расстояния в чистоте 366 см и толщины конструкции 53 см. Высота помещений 226 см и толщина перекрытия 33 см (высота этажа 259 см) также соответствуют синему ряду. Из этих размеров следует, что основная сетка фасада как в чистоте между конструкциями 366 х 226 см, так и в осях 419 х 259 отвечает пропорции золотого сечения. Основная сетка получает дополнительные членения по вертикали, казалось бы, сложный ритм которых достигается лишь тремя размерами по красному ряду; один из этих размеров, равный половине высоты этажа 113 см, членится в золотом сечении на 70 и 43 см. Может быть внешне это для кого-то и выглядит красиво (ой, столько золотых прямоугольничков!), но даже в «хрущобах» до потолка 250см - и то мы жалуемся что низковат. То есть потолок идеального жилого пространства вообще нависает у жильца над головой, создавая гнетущее напряжение и уж точно не способствуя свободному току воздуха, так важному для вентиляции помещения (а ведь в жилых зданиях этому должно уделяться особое внимание, иначе жильцам обеспечены хронические болезни дыхательных путей). Обнаружив эту строительную ошибку, хитрый сын швейцарско-подданного был вынужден сделать квартиры двухэтажными. Но в итоге получил избыточное пустое пространство и избыточную вентиляцию, что делает неприменимым его творение для местностей холоднее тёплого Средиземноморья.

Нет, не существует, невозможно создать унифицированную для всех систему жилья. Как не получился универсальный Модулор, так и универсальное жильё на его основе не удалось.

Ошибка Ле Корбюзье как архитектора заключалась в том, что вместо того чтобы осмыслить функциональность жилья (ведь очевидно, что функциональность хлева и спальни различна) и из этого создавать действительно удобную форму, он поступил не просто «прямо наоборот», а даже ухитрился сделать ещё хуже - взяв за основу некую абстрактно исчисленную цифру, на ней одной построил форму, и возвёл её в абсолют. Быть может цифру он вычислил и верно. Да вот только подход «от обратного» и результат в итоге дал обратный.

Ведь Ле Корбюзье видел вместо реальных людей только своего аморфного и абстрактного Модулора. И жильё и всё прочее творил для этого бездушного истукана. Лучшее подтверждение этому, его собственный рисунок, где всякая вещь идеально соответствует Модулору (и его числовому ряду, созданному на основе золотой пропорции) - но вряд ли найдётся на всей планете хоть один живой человек, которому все эти вещи оказались бы столь же удобны.

Рисунок самого Ле Корбюзье, иллюстрирующий концепцию применения Модулора в планировке помещений

Однако такой подход оказался весьма технологичным и востребованным большой промышленностью. И потому теперь мы носим штампованную одежду, ездим в штампованных авто, живём в домах, одинаковых настолько, что новостройки из разных городов легко перепутать, как в советской комедии «С лёгким паром». Скажите за это спасибо Ле Корбюзье, ведь именно он применил всё своё влияние, чтобы создать именно такое счастливое будущее для нас всех. Унифицированное будущее (универсальные магазины, мода уни-секс...а теперь уже в развитых демократических странах вместо «отца» и «матери» следует говорить «родитель 1» и «родитель 2» - что подвергнется унификации дальше?).

Справедливым будет сказать, что Ле Корбюзье (при всём уважении к его дизайнерским талантам) в делах требующих строгого и взвешенного расчёта (как математика, геометрия, конструирование и даже система мер) проявил себя как типичный дилетант - то есть, не разобравшись ещё в вопросе, уже принялся всё переиначивать. И если некоторые изобретения (как шезлонг) ему случайно удались, то кое-что иное уж лучше б он не трогал вовсе. Но на беду для человечества этот дилетант оказался при деньгах, со связями и уже состоявшимся именем основателя великой архитектурной школы, которому никто не осмеливался перечить. А хуже всего то что его неразумные предложения оказались выгодны всепожирающему конвейеру промышленности, штамповавшему унифицированный ширпотреб и просто-таки мечтавшему о унифицированном потребителе. По злой иронии судьбы именно то, против чего Ле Корбюзье искренне собирался бороться - против бездушия в дизайне вещей для людей - он же сам своим неумеренным энтузиазмом и возвёл на пьедестал, подменив живого Человека - бездушным Модулором.

Однако в Эпоху Пара это ещё не произошло. Если угодно, паро-панк даёт Вам необычную возможность провернуть колесо времени назад, когда призрак унифицированного модулора ещё не нависает над планетой. И потому в том старом-добром-наивном мире каждую вещь делают тщательно и подгоняют под заказчика. Так что даже продукция с конвейера мануфактуры будет в итоге обладать индивидуальными чертами владельца.

Ещё пара историй про «унификацию человека»

Паро-панк - индивидуален! Дизель-панк - загоняет всех под некий шаблон, ибо так выгодно промышленности. Вот две весьма показательные истории из реальной истории самого промышленно развитого государства XX века.

Это Норма. Никогда не существовавшая «идеальная» женщина, созданная по результатам измерения 15 000 американских молодых взрослых женщин. Статую Нормы, установленную в медицинском музее Кливленда, создали гинеколог д-р Роберт Л. Дикинсон (Robert L. Dickinson) и его помощник Абрам Белски (Abram Belskie).

Д-р Дикинсон был начальником отделения акушерства и гинекологии в Бруклинском госпитале, президент Американского общества гинекологов и председатель по акушерству в Американской медицинской ассоциации. А ещё любил рисовать женщин в разных видах, желая вывести связь типов тел и поведения. Он не только добился создания статуи Нормы, но и, с широкой помощью коллег, сумел создать настоящий культ «нормальности».

Музей Кливленда не только демонстрировал оригинал статуи, но и торговал её уменьшенными копиями. Учителя физкультуры ставили её в пример, как образец того, как должна выглядеть девушка. Тренеры подбирали индивидуальные программы упражнений, для приближения к этому идеалу. Параметры статуи зачитывали вслух по радио, чтобы каждая американская девушка могла бы проверить, насколько нормально её тело.

Наконец, когда уже вся Америка давно выучила, какой должна быть нормальная женщина, был объявлен все-американский конкурс. Для участия достаточно было сообщить всего 9 параметров своего тела. Учитывая интерес букмекеров, обожающих принимать ставки на всё, событие обещало быть жарким. Ожидалось, что строгому жюри придётся выбирать из великого множества претенденток, и победа решится на последних долях дюймов или унций - среди безупречно «нормальных» красоток.

Победительница конкурса имела совершенно нормальные средние увлечения, такие как танцы, плавание и боулинг. У неё были нормальные средние вкусы. Но... она не совпадала со статуей по всем 9 параметрам. Её ближайшие соперницы имели ещё большие расхождения, так что хорошо если 5 параметров были близки к среднему. А подавляющее большинство имело от 1 до в лучшем случае 3 «нормальных» параметров.

Идеальной средне-статистической девушки не существовало в природе!

А через несколько лет выяснилось, что и «нормального» мужчины не существует.

В 1926 году США провели большую программу выработки новых стандартов для перевооружения военной авиации. В частности, были проведены замеры тысяч пилотов - и выработана оптимальная кабина для средне-статистического пилота. Всё фирмы обязаны были производить самолёты только с такой стандартной кабиной. И как будто всё было хорошо.

После Второй Мировой началось перевооружение на реактивную авиацию. Скорости росли - увеличилась аварийность. Военные вешали всех собак на производителей самолётов. Те обвиняли пилотов. И долгое время официальные расследования назначали виновными именно пилотов - они же всё равно погибли, так что всем удобно. Но самолёты продолжали разбиваться.

Тогда родилась мысль, что за минувшие 30 лет изменились параметры тел пилотов - и нужно просто заново провести исследование и выработать новую удобную для среднего пилота кабину. Измерены были 4063 пилота по 140 самым разнообразным размерам тела. Однако лейтенант Гилберт С. Дэниэлс (Gilbert S. Daniels) из научного персонала, по собственной инициативе провёл дополнительную работу - и показал, что среди всех измеренных пилотов нет ни одного, соответствовавшего бы «нормальному» более чем по 2 параметрам сразу из 10 самых важных.

Дэниэлс сделал вывод, что «нормальная» кабина оказывается неудобной пилоту, из-за чего в критической ситуации у того чуть-чуть не хватает времени реакции.

Тут дело касалось не вопросов моды. Тут США теряли боевые самолёты в мирное время. Потому от новой «нормальной» кабины отказались - вместо этого было выдвинуто требование предусмотреть индивидуальную настройку оборудования под каждого пилота. В результате аварийность резко снизилась.

Что интересно, эту истину - средне-статистического человека нет - прекрасно понимали под конец средневековья. И опять-таки - в военном деле! Латный доспех можно подгонять под другого владельца - кроме одного элемента. Голени выковываются под конкретного бойца. И они строго индивидуальны. Можно подтянуть ремешки на плечах или бёдрах. Можно сделать кирасу пошире, чтобы в неё мог влезть боец любой комплекции. Но вот голени должны быть в точности по ноге конкретному воину - иначе по полю боя он будет не идти, а ковылять, и даже сидение в седле будет доставлять мучения. Собственно это одна из немаловажных причин, почему от полного латного доспеха стали переходить к доспеху «три четверти» - то есть такому, где вместо латных голеней, обычные сапоги из кожи.

В Эпоху Пара о необходимости индивидуальной подгонки что доспеха, что мундира или платья - помнили. И только безумная индустриализация дизель-панка рождает мысль «а не стандартизировать ли нам человека»?

Вместо напутствия

Дизайнер в стиле паро-панк должен... нет, просто ОБЯЗАН проникнуться мышлением тех времён, когда существовал сплав науки и искусства в единое целое. Именно сплав - в коем наука и искусство неразрывно идут рука об руку. И этот сплав и красив и рационален, и прекрасен и удобен одновременно. И так абсолютно во всех отраслях, во всех сферах жизни и у всех слоёв общества. По правде сказать, в современном мире редкая элитарная вещь может сравниться по практичности с ширпотребом тех времён.

Вам нужно здорово переиначить своё мышление, чтобы создать что-то по-настоящему паро-панковское.

И помните, что по мнению современников никто не превзошёл Леонардо да Винчи в искусстве рисования, но сам он начинает свой «Трактат о живописи» (Trattato Della Pittura, написан около 1498г, но опубликован лишь полвека спустя) словами: «Пусть никто, не будучи математиком, не дерзнёт читать мои труды»

Вы привыкли думать о себе, как о гуманитарии. Вам неинтересны точные науки, ведь ваше поприще совсем иное... Выбросьте эту чушь из головы! Немного математики ещё никому не повредило. Сам непревзойдённый Леонардо не гнушался математикой. И потомкам велел познать математику прежде рисования. Следуйте этому завету великого мастера. Он знал, о чём говорил.

География + астрономия

Когда фантасты принимаются выдумывать миры с альтернативной историей, то часто пользуются «божественным произволом» (даже сам великий Профессор грешен в этом, ибо в середине повествования его «Сильмариллиона», мир из плоского становится шарообразным исключительно по прихоти Создателя). Читатель/зритель/игрок от такого уже устали. Баста!

Оглянитесь на реальную историю. В ней многочисленные связи между народами, так что римские патриции носили китайский шёлк. Эти торговые и культурные связи росли на почве географических открытий. Которые в свою очередь оказались бы невозможны без решительных новшеств в военном деле и прежде всего в боге войны - артиллерии. И пусть даже порох не будет изобретён - не беда, появятся иные способы забрасывать снаряд на километры. Изобретения отдельных гениев и широкие перемены подготовлены и одновременно требует развития математики, картографии, навигации, баллистики. И все эти дисциплины так или иначе зависят от вопроса: так кругла ли Земля?

История заблуждения

Прежде всего, заблуждением является, будто в нашей реальной истории древние верили в то, что Земля плоская. Если и верили, то точно не все. Достоверно известно, пифагорейцы утверждали что Земля шар. Ведь шар идеальная фигура. Но археологи находят искусственные шары, сделанные задолго до Пифагора (возраст иных уходит в Палеолит!), некоторые из них определённо изготовлены в ритуальных целях, и вполне возможно олицетворяли собой шарообразность Земли. Закреплённую, так сказать, религиозно.

Поговаривают, мол буддизм проповедовал плоскую Землю. Действительно, в буддистских текстах можно найти рассуждения о неких параллельных мирах - верхних и нижних. И даже их представление в виде пирамиды. Вот только это ни коим образом не означает, будто Будда завещал считать Землю плоской. В тибетской «Книге Мёртвых» ясно сказано, что все эти «миры» - суть один и тот же наш мир. Они параллельны в том смысле, что сосуществуют одновременно и вроде как каждый сам по себе - но в то же время пронизаны, по буддистским поверьям, сложной взаимосвязью взаимовлияний. Собственно, несмотря на своё устрашающее слух европейца название, «Книга Мёртвых» всего лишь текст, который монах должен растолковать умирающему, чтобы помочь тому преодолеть страх перед неизбежным и отойти в другой мир в умиротворённом состоянии. Но европейские переводчики, как обычно, перевели тексты в меру собственного невежества - вот откуда в европейской научной мысли возобладало заблуждение будто на Дальнем Востоке верили в плоскость Земли.

Сказки о Земле, покоящейся на слонах, которые стоят на черепахе - это именно сказки для маленьких детей. Судить по сказкам об уровне знаний древней цивилизации столь же глупо, как свести достижения космонавтики СССР к известным каждому советскому ребёнку стишкам Корнея Чуковского, где «крокодил солнце в небе проглотил». А сохраняются в памяти многих поколений не научные знания, а именно мифы и сказки по той же причине, по какой и ныне люди помнят всю жизнь услышанный в школе забавный хоть и бестолковый анекдот, но забывают наставления своего учителя математики чему равен синус 45° (кстати, вот и я то же запамятовал...)

На деле же эта вера в будто плоскую Землю порождена исключительно христианством, да и то лишь в не слишком продолжительный период перед самой Эпохой Возрождения. Как раз тут начинает просыпаться широкий интерес к познанию мира - но увы, за средние века научные знания Европы крепко позабыты. Даже почитать нечего... кроме разве что святого писания. И тут расцветает школа толкования библейских текстов. Нам от неё в наследство осталась система подкреплять свои научные труды ссылками - ведь именно ссылкой на соответствующий стих доказывали свою правоту средневековые богословы. И вот, выдёргивая отдельные фразы, и ни мало не заботясь о смысле, эти богословы в жарких спорах сошлись на том, что Земля де плоская и так де и записано по божьей указке.

Однако, справедливости ради, нужно упомянуть, что сама официальная Церковь стремилась держаться в стороне от этих споров. К тому же многие из самоизбранных праведников-богословов были не слишком праведны с точки зрения той самой Церкви. Впрочем, иные из их противников были ни чуть не лучше (в частности Джордано Бруно, казнённый вовсе не за вращающуюся Землю, а за соучастие в своевременно пресечённом заговоре). Учёные же, которые в богословские игры (и сомнительные заговоры) не лезли, Церковь мало интересовали. Потому Коперник и Галилей на костёр не попали, а если из-за происков недоброжелателей их книги и запрещались, то чтоб вскоре быть снова разрешёнными.

Да иначе и быть не могло, ведь мореплавание перестало быть каботажным...

Когда скроются мачты

В основном мореплавание античности было каботажным - то есть вдоль берега, ввиду него. И желательно днём в хорошую погоду, чтоб видеть ориентиры на берегу. Эпоха Великих Географических Открытий это плавание Колумба на утлых судёнышках (один из его кораблей имел всего 22 м в длину и 7½ м в ширину, что примерно соответствует размерам не самого крупного торпедного катера). Бесшабашные смельчаки плыли по прямой - в открытый океан, у которого даже не знали есть ли конец (и не утянет ли их за край мира в вечный водопад)! А уж Средиземное море так и вовсе пересекали под любым углом.

Кабинетные богословы могли и дальше продолжать морочить головы деревенским простачкам, но моряки уже на практике видели, как исчезает корабль за горизонтом. Сперва скрывается его корпус, затем мачты, наконец вымпел на клотике - если бы море было плоским этого не происходило бы.

И тут вопрос круглая Земля или плоская переходил из теоретической плоскости в практическую. И не только ради открытия нового пути в Индию. Ведь на шаре кратчайшая линия пути отнюдь не прямая, а дуга. И на плоской карте она то же будет дугой (в некоторых случаях очень крутой - попробуйте прочертить кратчайший путь для перелёта из Баку в Вашингтон и он окажется дугой, выгнувшейся аж почти до Северного полюса). И вычислить верный курс можно только зная размеры земного шара. Не менее важны размеры земного шара для постройки маяков или приморских крепостей в новых колониальных владениях - как далеко будет видно свет маяка (или каков будет обзор с дозорной башни)?

Решить эту задачу помогает теорема Пифагора (ох, не зря он настаивал что Земля это шар).

Как вычислить дальность видимости на планете используя теорему Пифагора

Итак, по теореме мы знаем, что сумма квадратов катетов равна квадрату гипотенузы. Так же мы знаем, что линия взгляда прямолинейна. Для начала найдём, где у наблюдателя окажется край горизонта. Это наш первый знак вопроса. Очевидно, что видимый горизонт это точка где наша линия взгляда касается окружности Земли - а значит, она здесь проходит по касательной к этой окружности. В свою очередь касательная к окружности всегда перпендикулярна радиусу, проведённому из этой точки. Итак, мы обозначили пару катетов прямоугольного треугольника - один это радиус окружности Земли, а другой отрезок от глаз наблюдателя до пересечения линии взгляда с окружностью Земли - который нам и нужно найти. А найти нам поможет гипотенуза. Гипотенузой у нас будет радиус Земли + высота до глаза наблюдателя. К примеру, глаз рослого мужчины расположен на высоте 1.7 м - и в результате вычислений получаем, что для него искомое расстояние до горизонта составит 4656 м 79 см. Теперь второй знак вопроса - как далеко можно видеть флаг на корабельной мачте? Предположим, что высота мачты корабля 15м и проведём аналогичные вычисления для наблюдения из точки верхушки мачты - получим 13832м 73см до края горизонта. А теперь сложим оба результата и получим 18489 м 52 см - то есть наблюдатель на берегу потеряет из виду верхушку мачты корабля, когда тот удалится почти на 18.5 км.

Как видим, даже древние могли решить подобную задачу... если б знали радиус планеты.

Как узнать радиус

Первым радиус Земли вычислил Эратосфен из Кирены (жил в 276 - 194 годах до н.э.), причём вычислил одновременно и довольно просто и достаточно точно. Что Земля это шар знали и до него, но размеры только предполагали, причём весьма ошибочно (так Архимед писал, что Земля имеет размер даже 3 миллиона стадиев, хотя и признавал что иные думают будто только 300 тысяч). Эратосфену это конечно было известно, недаром он с 30 лет глава Александрийской библиотеки (и оставался на этой должности 45 лет до самой своей смерти). А может быть, ему надоело прозвище «Бета», намекавшее, что он хоть и талантлив, но во всех науках только второй - вот он и решил хоть в чём-то стать первым. И вычислил радиус Земли.

Решето Эратосфена: Школьникам Эратосфен известен за своё «решето» - метод нахождения всех простых чисел. Метод достаточно остроумный, и жаль что в школе его лишь упоминают, но не объясняют. Суть его такова:

предположим, хотим найти все простые числа до 100составим таблицу в которую по порядку запишем все числазатем примемся вычёркивать по порядку:сперва все которые делятся на 2затем все которые делятся на 34 уже вычеркнуто, значит переходим сразу к 5 - то есть к следующему простому числуи т.д. - до 10Дальше 10 не идём!Почему? Да потому, что 10 это корень квадратный из 100.Оказывается чтобы найти все простые числа до числа N надо «просеять» их, делением на простые числа до N. Значение этого простого метода поиска простых чисел было недооценено современниками Эратосфена, зато он активно используется и поныне - ведь простые числа входят во многие алгоритмы шифрования.

Александрийская библиотека: пополнялась довольно интересным способом: каждый корабль, желавший торговать в Александрии, должен был привезти с собой какую-либо рукопись. Оригинал оставлялся в Александрии, но с него снималась копия, которая возвращалась владельцу корабля. Причём возвращалась в оригинальном переплёте - это было важно, так как богато украшенные переплёты обладали собственной значительной ценностью. Ценность же текстов для купцов была не столь очевидна. К сожалению, ещё более неочевидна была ценность знаний для пришедших спустя века мусульман, и они сожгли Александрийскую библиотеку со всеми её книгами, как неугодную Аллаху.

Итак, Эратосфен жил в Александрии, но однажды узнал, что в Сиене... (Сиена это современный Асуан... о, на память сразу приходит одна из величайших строительных афёр XX века, Асуанская плотина, которую провернули французы, ухитрившись продать песок из Индии - в Сахару! Причём речной! а с ним бетон получается в несколько раз хуже. А значит бетона для строительства потребуется намного больше. Так они ещё и бетон свой втюхали египтянам! простите, отвлёкся) ...которая расположена к югу от Александрии, в день летнего солнцестояния, освещается дно даже самых глубоких колодцев, что подтверждают и жители города и бывавшие там путешественники. Это могло означать лишь одно - Солнце в этот день над Сиеной в зените. То есть строго над головой. Эратосфен полагал что Солнце очень далеко от Земли, а значит его лучи можно считать практически параллельными. Следовательно, остаётся лишь в этот же день замерить угол падения лучей в Александрии, из этого угла получить угол дуги, ну а зная его и расстояние между городами, остаётся только перемножить чтоб получить длину окружности Земли.

Как Эратосфен вычислил окружность Земли

Как же найти угол? Эратосфен использовал гномон - примитивный по сути инструмент, вертикальный столб на ровной горизонтальной площадке, у которого замеряют длину тени (точнее в качестве такого гномона Эратосфен использовал большой обелиск, высота которого была ему известна). Несмотря на свою примитивность, гномон инструмент полезный. Самая короткая его тень ровно в астрономический полдень - и она же точно указывает на север (точнее, чем магнитный компас). Именно в полдень, в день летнего солнцестояния, Эратосфен и измерил длину тени в Александрии - в это же время в Сиене длина тени была равна нулю. А вот в Александрии, по подсчётам Эратосфена вышло, что угол составил 1/50 окружности.

Расстояние же между городами, Эратосфен узнал от погонщиков караванов, которые сказали, что верблюд проходит в день примерно 100 стадиев, а путь от Александрии до Сиены 50 дней. Итого 5 тысяч стадиев. 1/50 окружности соответствует 5000 стадиев, то вся окружность 250 тысяч стадиев. Но видимо Эратосфен позже провёл более точные измерения или узнал более точное расстояние из книг Александрийской библиотеки, так как в итоге указал длину окружности в 252 тысячи стадиев. Если он опирался на египетский стадий, равный 157.5 м, то его результат 39690 км, что не так уж сильно отличается от современной сферической модели Земли, в которой её радиус принят 40030.2 км

Лучшее враг хорошего

«Лучшее враг хорошего» - так говорил мой отец, когда считал, что в работе достигнуто должное качество, и дальнейшее усердие скорее всё испортит (в плотницком или столярном ремесле это и в самом деле так - переусердствовать хуже, ибо уже не исправишь). Ах, если бы такой мудрый отец был у каждого!

Ведь может показаться, что если взять дугу побольше, то погрешность станет меньше. Примерно по этому пути пошёл в своих вычислениях философ-стоик Посидоний (жил около 130 - 50 г до н.э.). Из своей обсерватории на Родосе он наблюдал звезду Канопус (вторую по яркости на небосводе) в точности над горизонтом, а при наблюдении из Александрии угловая высота этой звезды равна 1/48 земной окружности. 1/48 больше 1/50, а значит результат вычисления будет точнее, чем у Эратосфена. Согласно Клеомеду, Посидоний считал что длина дуги меридиана между Родосом и Александрией 5000 стадиев, таким образом вся окружность вышла в 240 тысяч стадиев. Но Страбон (жил в 63 - 24г до н.э.) указывает, что позже расстояние между Родосом и Александрией было уточнено и составило только 3750 стадиев - отчего вся Земля «ужалась» до всего лишь 180 тысяч стадиев. Или по-современному 28350км.

Ошибка Посидония была в преломлении лучей атмосферой Земли, чего древний грек не знал. Потому хотя метод и геометрически верен, но выбор светила вблизи горизонта привёл к оптическому обману. Однако потомки не подвергали сомнению исчислений Посидония и в XV веке. Потому и Колумб считал Землю на ¼ меньше её истинного размера и до самой своей смерти был уверен, что открыл новый путь в Азию. Если бы он знал, что на пути встретится Америка, то наверное и плыть раздумал бы - ведь плыл он за азиатскими специями, которые по весу ценились в то время в несколько раз дороже золота!

Писателям-фантастам полезно не забывать о свойствах атмосферы выдуманного мира - ведь свойства эти, как видим, могут весьма значительно поменять мировоззрение аборигенов. Самый яркий такой пример это произведение братьев Стругацких «Обитаемый остров», где рассматривается планета с атмосферой, настолько сильно искривляющей лучи у горизонта, что удаляющийся корабль кажется поднимающимся вверх, отчего жители уверены будто живут внутри шара.

Триангуляция

Измерить длину на местности бывает сложно, а вот измерить угол довольно легко. И измерять углы на местности умели ещё древние римляне, и они вовсе не были в этом первыми. Собственно римским изобретением является только второй деревянный гвоздь на пилуме (коротком метательном копье особой конструкции), введённый лично консулом Марием, а всё остальное заимствовано у соседей, включая и тот самый пилум.

Но римляне ещё глобальной триангуляцией не озадачивались - их вполне устраивало каботажное плавание и путешествие по благоустроенным дорогам, которые на удивление прочнее любого современного шоссе даже сейчас, прослужив более 2 тысяч лет, без единого ремонта (и кто-то ещё говорит о прогрессе? может тогда и не было iPad, зато уж дороги строить умели).

О древней и не очень древней архитектуре, её задагках, и в частности о несравненных дорогах римлян, персов и коренных жителей Америки - в моей книге «Крепости-звёзды, пришельцы, пирамиды, потоп» - подробности на моём сайте SteamAge.ru в разделе «Товары».

Заметьте, что римляне, персы и даже инки в очень трудных условиях высокогорных Анд создавали империи раскинувшиеся буквально на тысячи километров. И тысячи километров надёжных дорог обеспечивали функционирование этих империй. Но вот картографирование у них было развито не очень. Просто массовой потребоности в этом не было.

После XV века, в Европе, потребность в точных картах становилась всё более насущной с каждым годом. И когда проблема вышла на государственный уровень, то и решить её в масштабах всего государства оказалось возможным.

Собственно триангуляция это построение треугольника на местности. Выбирают пару точек - как правило хорошо заметные ориентиры - между которыми расстояние достоверно известно. От них, визированием, находят угол на третью удалённую точку. Ну а, зная базу и углы, легко вычислить и расстояние. Затем можно строить новый треугольник, опираясь на вычисленные расстояния как на новую базу.

Вот так провели триангуляцию всего французского побережья в 1682 году. Заодно вычислили новую длину земного меридиана (которая пригодилась Ньютону для подтверждения его закона всемирного тяготения - и чуть ниже мы об этом поговорим подробнее). Но самое забавное событие произошло, когда новую уточнённую карту побережья показали Людовику XIV. А дело в том, что выяснилась неточность прежних карт и новая уточнённая линия побережья значительно сместилась в сторону суши. Увидев это, король-солнце упрекнул учёных: «Ваше путешествие стоило мне части моего королевства!»

Для нас из этой истории важный вывод: само понятие о земном меридиане происходит из понимания, что Земля = шар. Без знания величины земного меридиана трудно подтвердить закон всемериного тяготения. А без него - нет развития баллистики. И считали бы траекторию и дальше, как Тарталья (который самым первым озадачился этим вопросом, но изображал путь снаряда как два треугольника). А без баллистики нет развития артиллерии, будь она хоть пороховая, хоть механическая. Нет артиллерии - опасны путешествия. Про экспансию можно забыть, триангуляцией и составлением точных карт никто не занимается - ибо нет в этом массовой потребности. И в обществе будет царить застой - в том числе и в технике. Никакой Эпохи Пара в таком застойном государстве не случиться никогда!

Вот такой странный, однако самой историей продиктованный нам вывод: без заморских путешествий - Эпоха Пара не настанет.

Если же в Вашем произведении дело обстоит иначе - то придётся очень тщательно продумать и обосновать такое невозможое в естественных условиях развитие цивилизации.

Откуда взялись градусы

Карту с сеткой меридианов и параллелей (правда неправильной) составлял ещё Эратосфен. Но упорядочил эту сетку, сделав интервалы равными, только Гиппарх Никейский (жил около 180 - около 120г до н.э.). В его карте обитаемого мира было 11 параллелей. Он так же предлагал определять широту, одновременно наблюдая лунные затмения. Но главное, он первым из древних греков использовал известную нам градусную меру, в которой окружность делится на 360°

Однако не Гиппарх это изобрёл. Он всего лишь воспользовался системой вавилонян. И по их же образцу делил далее каждый градус на 60 минут (записывается 60'), а вслед за тем каждую минуту на 60 секунд (60").

А теперь учтём, что угловая мера в 1" (одну угловую секунду) соответствует расстоянию на окружности земного шара примерно в 31 м...

Вопрос не в том, возможно ли было в древности измерить угол с такой точностью. Конечно возможно... по крайней мере в теории. Человеческий глаз на удивление точный инструмент, если создать ему соответствующие условия для работы. И речь не идёт о таких выдающихся представителях человеческого рода, как к примеру жители степей, которые с 5 км замечают человека, высунувшего голову из-за валуна, а с 18 км различают всадника на коне. Даже совсем не выдающийся обычный европейский горожанин способен различить на просвет щель в 2 микрона.

Вопрос в том - зачем? Вот римляне могли измерять углы - а триангуляцию империи не проводили. Хотя империя от Константинополя до Британии размахнулась на весь нынешний Евросоюз, не говоря об африканских владениях. И по всей её территории строили дороги (которыми европейцы пользовались до самого XX века, а в самой Италии пользуются и сейчас). Дороги это ещё пустяк в сравнении с акведуками, подводившими воду за десятки, а то и сотни километров. Вот уж где точно требовался точный план местности, выверенные углы и особенно уклоны. Высшее мастерство показали римские водопроводчики в ближне-восточных владениях римлян, где для иных новых колоний порой пришлось вести водопроводы в полторы сотни километров, то перебрасывая акведуки через бездонные ущелья, то прорубая в скалах тоннели. Ещё раз напомню, римский водопровод не заключён в трубу, это просто открытый жёлоб с равномерным уклоном, по которому вода течёт самотёком из горного источника до города. И уклон должен строго выдерживаться на всём протяжении такого водопровода, иначе где-то вода будет хлестать через край, а где-то застаиваться. И ведь выдерживали - по обнаруженным следам при проходке такого тоннеля двумя бригадами с двух сторон, расхождение в точке встречи (которое определено по следам зарубок от кирок на стенах тоннеля - не будем забывать никаких бурильных лазеров у римлян не было, всё строили руками) вышло всего в полметра, что неплохой результат и поныне даже для куда более скромных строек. Римский водопровод куда большее чудо света чем египетские пирамиды. Куда большее как по масштабам сооружений в целом, так и по размерам использованных камней (между делом поинтересуйтесь гранитными «кирпичиками» в основании некоторых сохранившихся до наших дней акведуков в Южной Франции - они превосходят размерами и весом камни пирамиды Хеопса более чем в 20 раз). (меня одного удивляет, отчего все учёные спорят о внеземном происхождении пирамидальных горок камней, но никто в упор не видит как в несколько раз большие камни - причём действительно камни - лежат посреди Европы в сложных арочных сооружениях)

Однако проблема в том, что систему угловых мер римляне через греков унаследовали от вавилонян... которые жили меж двух рек, воды в избытке, водопроводы не строили, строительством вечных шоссе не озаботились. Ну а для своих чудесных сооружений как Вавилонская Башня (то же почему-то причисленная к Чудесам Света) и толстенные крепостные стены, использовали необожжённый кирпич. Да и то, как показали раскопки, из кирпича складывали лишь тонкие внешние стенки, а толщу меж ними засыпали грунтом. Дёшево и сердито. И сколь-нибудь точные измерения углов для такой архитектуры не требуются. Кстати и сама воспетая башня была набором кубов, поставленных один на другой, а уж прямой угол тысячи лет назад размечать умели, с помощью верёвки с соотношением сторон 3:4:5 (да-да, именно отсюда, у вавилонян, позаимствовал Пифагор образец, на котором доказал свою теорему о «штанах»)

Итак, мы стоим перед фактом: вавилоняне не нуждались в градусной системе вообще. Во всех практических задачах их вполне удовлетворял прямой угол и каким-то образом они уже знали что треугольник со сторонами 3:4:5 является прямоугольным (и пользовались этим - но вот доказать не умели и это пришлось делать позже Пифагору). Тем не менее, именно они дали миру градусную систему мер, да вдобавок ещё точную настолько, что мельчайшая её мера 1 угловая секунда соответствует в масштабах земного шара расстоянию в 31м. Даже римляне в период расцвета своей империи не нуждались в измерении всей планеты, к тому же с такой точностью. Тем более, зачем это было вавилонянам, жившим в узком пространстве меж Тигром и Евфратом?

Быть может никак иначе измерить углы и нельзя. Невозможно иначе? Неужели не было альтернатив? Были и не одна!

Как делят горизонт моряки? Они его делят на румбы. Главные румбы это направления на стороны света: север, восток, юг, запад. Между ними проходят ещё 4. А дальше делим каждый получившийся ещё раз строго пополам, получая такие румбы как северо-северо-восток. Итого 16 румбов, которые при необходимости делили ещё раз попалам. Выходило 32 самых малых румба, каждый в 111/4° - и дальше делить уже практического смысла не было. Не требовалась большая точность.

Но вдруг зачем-то потребовалась точнее...

Очень просто начертить окружность на ровной грунтовой (или песчаной) площадке. Верёвка, к концам которой привязяна два колышка. Один втыкаем, другим ведём по кругу, следя чтобы верёвка всё время оставалась натянутой - вуаля! А если теперь эту верёвку начать прикладывать к окружности, то поделим её ровно на 6 отрезков-дуг. А теперь представьте себе, что Вы стоите в центре той окржуности, смотрите на один из этих отрезков. Предположим, от Вас до окружности 1 км. Сколько выйдет длина отрезка? То же 1 км, это любой школьник знает. Так почему бы не назначить мельчайшей градусной мерой длину дуги в 1 м на той окружности?

Именно так и поступили военные в XX веке. Эта мера называется «тысячная». Выгода её в том, что очень легко считать в уме все дистанции, зная угол. К примеру, видите человека вдали. Наводите на него военный бинокль, а в нём всегда есть шкала тысячных. Человек занял в ширину 1 тысячную. Известно, что ширина человека полметра. Раз 1 тысячная даёт 1 м на дистанции в 1 км - то полметра будет на дистанции в полкилометра.

Весь XX век военные стреляют из своих пушек на десятки километров, а не пользуются счислением углов более сложным, чем в «тысячных». Вавилоняне не умели ни стрелять так далеко, ни в строительстве отсчёт углов с высокой точностью не был востребован. Тогда зачем же они выдумали свою систему с градусами, минутами и угловыми секундами?

И вот тут - дарю фантастический сюжет, ибо эта действительная загадка истории так до сих пор и не получила объяснения.

Напрашивается лишь одно логичное объяснение: вавилоняне не изобретали ни теорему Пифагора, ни градусную меру, а унаследовали какие-то обрывки знаний от предыдущей цивилизации. Очевидно более развитой. И не просто владевшей математикой и геометрией как минимум в пределах геометрии Евклида, но имевшей потребность в точных измерениях. Я бы даже сказал - массовую потребность в весьма точных и масштабных измерениях. Вроде геопозиционирования. Ведь погрешность в 1" при определении положения на земном шаре это типичная погрешность современного дешёвого GPS-навигатора...

Расплющил Землю

До XVII века Земля считалась идеальным шаром. Но затем один английский алхимик, всю жизнь положивший на поиски философского камня, между делом сидел под яблоней. Звали этого алхимика Исаак Ньютон (жил в 1643 - 1727 г). Следствием грохнувшегося ему на голову яблока, стал закон всемирного тяготения. Пытливый ум, закалённый борьбой с непостижимым философским камнем, вскоре вывел из этого закона следствие, что Земля ведь должна быть у полюсов сплюснута сильнее, так как её экватор растягивается центробежной силой. Говоря научным языком, Земля является эллипсоидом вращения. Как диск.

Но центром научного мира была Академия Наук в Париже (знаменитая своим постановлением о том что «камни с неба падать не могут, ибо откуда им там взяться», которое на целый век запретило астрономам исследовать метеориты - а Вы не знали об этом? так вот это не шутка, в самом деле было такое, целый век отрицал научный мир метеориы - впрочем, как видим, это заблуждение академиков имело под собой вполне рациональное обоснование). А Парижскую Обсерваторию в те годы возглавлял итальянский астроном и математик Джованни Доменико Кассини (жил в 1625 - 1712 г), который совместно с сыном Жаком Кассини (жил в 1677 - 1756 г) провёл измерения кривизны Земли в разных точках одного меридиана - и выходило по этим замерам, что Земля вытянута, но к полюсам. Как веретено.

Обрадованный учёный мир тут же с энтузиазмом занялся своим любимым делом - то есть бесплодными спорами. Враждовали французская и английская учёные школы, так что это противостояние можно считать последним отголоском Столетней Войны, разве что теперь вместо крови лились чернила. Наконец распри раскололи и саму Парижскую Академию. И только тогда академия занялась собственно наукой - в 1735 г приняла решение послать сразу две экспедиции, чтоб замерить в точности длину дуги 1° широты у полюса и у экватора. Когда же точные замеры были получены, правота Ньютона была подтверждена. А Вольтер по этому поводу произнёс: «Он расплющил Землю и Кассини».

Из-за этой сплющенной формы Земли, как Ньютон и полагал, сила тяжести на экваторе меньше. Потому запуск космических ракет с экватора выгоднее, они действительно требуют меньше топлива. Даже спортивные достижения на экваторе лучше - у метателей и прыгунов в высоту. Но вот в горнолыжном спорте, где важна скорость скатывания вниз, как раз в северных странах рекорды устанавливают чаще. И, разумеется, сила тяжести влияет на дальнобойную артиллерию - так достоверно известно, что таблицы стрельбы для крупповской «парижской пушки» обстреливавшей Париж в Первую Мировую с дистанции в 135 км, составлены не только с учётом кривизны Земли, но и с учётом силы тяжести в районе Парижа.

Геодид (то есть модель) Земли с учётом гравитации выглядит вот так - но искривления модели специально преувеличены, глядя на нашу планету из космоса наш глаз не заметит отличий от шара

Для писателей-фантастов из этой истории есть поучительные выводы:

закон тяготения неизбежно будет открыт (и военное дело, особенно развитие артиллерии, пусть даже не пороховой, этому способствует гораздо больше, чем яблоневые сады) - а как только он открыт, форма планеты как идеального шара оказывается под справедливым сомнениемкак мы теперь знаем, Земля расплющена на какие-то 3 десятка километров, так что измерения парижским академикам пришлось провести точнейшие - и они справились с этой задачей. А ведь это ещё даже не Эпоха Паровых Машин. Это значит, что в Эпоху Пара цивилизация вступает с достаточно точными инструментами. И, добавим, довольно полными знаниями о планете на которой обитаетПаровой цивилизации, сложившейся в какой-нибудь уединённой долине или изолированном острове возникнуть не может! Либо эта «цивилизация» обломок более древней и глобальной, быть может её случайно уцелевшая от катаклизма (повального мора или иной катастрофы) колония. Версию о случайной находке древней библиотеки отбросьте сразу, так как даже если тексты написаны на понятном языке, то как постигнуть смысл научных понятий, которым у примитивного народа просто нет эквивалента? Вот попробуйте так с ходу взять современный учебник по конструированию, скажем, турбореактивных двигателей, и разобраться в нём - сразу поймёте каковы шансы даже величайшего мудреца среди пещерных людей воспользоваться секстантом по назначению.

Если есть желание выдумать логично непротиворечивый мир - то рецепт выше. Но...

Реальная история нашей планеты преподносит нам необъяснимые сюрпризы. Зачем древние вавилоняне хранили знания о необычайно точной градусной мере, никак не соответствовавшей их потребностям? Мы можем допустить, что они унаследовали эти знания (и передавали из поколения в поколение) от некой забытой цивилизации? Что ж, как гипотеза такое предположение допустимо. В конце концов, вот же на обоих берегах Атлантического океана строили пирамидальные сооружения... Правда в очень разное время. Но что если с датировками учёные ошиблись? Гипотеза выглядит соблазнительно привлекательной. И тогда мы просто обязаны задуматься о существовавшей некогда связи культур - и по нашим представлениям о мореплавании того времени, без острова посреди океана такая связь невозможна. Но тут получается парадокс, даже вилка парадоксов:

либо мы допускаем, что ОЧЕНЬ ДРЕВНИЕ массово плавали как минимум на «титаниках» с паровыми двигателями, ведь только так можно установить широкие культурные связи меж берегами океана - но этого конечно быть не моглолибо допускаем существование в те времена мифической «Атлантиды» - которая разумеется была населена весьма технически развитой цивилизацией, имевшей насущную потребность в измерении всей планеты с точностью не хуже современной спутниковой системы навигацииНо я никак не могу понять как цивилизация с такими амбициями - а главное реальными познаниями о планете - вдруг ни с того ни с сего возникла на изолированном посреди океана острове...

Без хронометра не обойтись

То, что Земля шар, было известно очень давно, и прежде всего из наблюдений, в том числе астрономических. Астрономические же наблюдения показали, что Земля отнюдь не в центре мира, а обращается вокруг Солнца, к тому же имеет наклон оси. Видимое движение планет скверно укладывалось в систему геоцентрических небесных сфер, а уж законами физики эти сферы и вовсе объяснить было невозможно - тогда как модель Земли, вращающейся вокруг Солнца, отлично объясняла всё.

Зная это, можно вычислять положение светил на небосводе и составлять астрономические календари. А имея такие календари, можно удобно производить определение широты астрономическими методами.

Собственно широту определял, как мы знаем, ещё Эратосфен с помощью гномона. Действительно, достаточно дождаться самой короткой тени, что произойдёт ровно в астрономический полдень для данного места, и эта тень укажет нам и точное направление на север, и по отношению её длины к высоте гномона сможем вычислить угол падения солнечных лучей. Осталось только ввести поправку на положение Солнца относительно небесного экватора в этот день года, и широта определена.

Можно отправиться в Америку и там, даже с помощью примитивного гномона узнать свою широту. То есть параллель. То есть насколько мы смещены от экватора к полюсу. Но нужна ещё и долгота - то есть меридиан, или смещение к востоку или западу от избранной точки отсчёта.

И с XV века все великие морские державы (Испания, Голландия, Франция, Англия) объявляли денежные премии тому, кто предложит надёжный метод определения долготы.

Собственно ещё до нашей эры Гиппарх (о котором уже говорилось выше) предлагал одновременно наблюдать значительные астрономические явления, как, например, затмение. К примеру, на корабле наблюдают затмение в 4 часа пополудни, тогда как известно что в порте отплытия оно произошло ровно в полдень - следовательно корабль сместился к западу на 4 часа * 15° = 60°. Календарь затмений составляли ещё древне-египетские жрецы. Маленькая проблемка лишь в том, что солнечные и лунные затмения случаются в среднем 4 раза в год.

Но зароненная Гиппархом мысль искать решение на небе, нашла множество последователей, как только запахло деньгами. Так астроном Иоганнес Вернер (жил в 1468 - 1522 г) предлагал измерять расстояние между звёздами и Луной. Но, увы, в то время ещё не существовало специальных инструментов для измерения положения между звёздами и Луной, неточно были определены положения звёзд, и даже сама траектория Луны на небе была не до конца изучена.

Галилео Галилей (жил в 1564 - 1642 г) предлагал использовать наблюдения затмения лун Юпитера, которые сам же и наблюдал в свой телескоп. Этих затмений наблюдается тысяча в год, предсказать их было довольно просто, и методом пытались пользоваться - но вот наблюдения Юпитера вести возможно не всегда.

А кроме того, практически во всех случаях астрономического определения координат - по Солнцу ли, Луне, звёздам или затмениям - важно знать точное время, чтобы затем по астрономическим таблицам узнать из какого места Земли видно данное светило или явление под измеренным углом в данный час и минуту. Но как узнать этот час?

Простой инструмент гномон имел однако недостаток в том, что хорош для суши, но на качающейся палубе корабля совершенно бесполезен. Особенно если корабль идёт меняя галс - то есть угол к ветру - что парусникам приходилось делать нередко. Определить момент астрономического полудня по гномону на корабле не представляется возможным. К тому же, нас интересует не только местное время, но и время в порту отплытия - эта разница легко дала бы нам искомую долготу.

Пока лучшие астрономы бились над выбором удобного светила, проблему решил часовщик Джон Гаррисон (жил в 1693 - 1776 г), сконструировавший точный морской хронометр. Во время плавания на Ямайку, по прибытии в Порт-Ройал два месяца спустя хронометр отстал всего на 5 секунд. Обратное плавание оказалось невероятно трудным, но за всё время путешествия общая ошибка составила только 1 минуту 54 секунды, что было даже меньше чем требования Комитета по долготе, учреждённого английским парламентом. Тем не менее, Комитет долгие годы отказывался выплатить часовщику причитающееся вознаграждение в размере 20 тысяч фунтов. Причина была банальна - парламентарии отказывались поверить в надёжность механизма даже после успешного испытания плаванием. Премию выплатить всё же пришлось, но это произошло много лет спустя.

Для фантастов из этой истории вывод таков: эпоха географических открытий и эпоха паровых машин идут практически рука об руку. Пока в дальние странствия отправляются отдельные смельчаки, можно обойтись вёслами и парусами. Но широкий транспортный поток нуждается в двигателе. А уж если есть двигатель, то конечно найдутся и желающие странствовать. Но где путешествия, там оказывается востребован механический пружинный хронометр. И обязательно появляется техническая возможность его изготовления. Век паровых машин без хронометров это нонсенс. Я бы добавил - без личных хронометров. Ведь хронометр Джона Гаррисона имел диаметр 13см, то есть уже укладывался в габариты настольных или каминных часов. Ещё немного миниатюризации и точный хронометр помещается в карман. А с началом воздухоплавания, пилоты аэропланов первыми начинают носить часы на руке, так как это при их профессии намного удобнее, чем носить их на цепочке (у воздухоплавателей таких проблем не было). А вот медсёстры, наоборот, носят часы в нагрудном кармане своего халата ещё долго-долго, в некоторых странах где сильна английская культура такой обычай можно встретить и поныне.

Откуда мерить долготу

С широтой определись просто. Экватор это 0° потому что в день равноденствия здесь Солнце в полдень прямо над головой. Полюс соответственно 90°, так как земная ось перпендикулярна плоскости экватора. Ну а любая параллель между ними может быть определена даже по методу Эратосфена. Сложнее с определением долготы. Тут одного лишь хронометра мало. С помощью хронометра можно получить разность в долготе между портом отправления и текущим меридианом корабля. Но как соотнести эту разность с картой?

Поначалу интересы государств в области картографии ограничивались максимум пределами своей страны. Соответственно можно было произвольно избрать точку отсчёта от которой вести промер земли и картографирование. Развитие морской торговли в мировом масштабе, а тем более появление заморских колоний, вызвали потребность в картографировании всей планеты. И вот тут уже пришлось договариваться о некой общей точке отсчёта. Какой меридиан считать нулевым?

Нынешний привычный нам Гринвический меридиан стал точкой отсчёта не так уж давно и лишь в угоду британской короне. А до него система была гораздо логичнее. Нулевым считался меридиан, проходящий через маяк на безлюдной скале острова Ферро (El Hierro) из Канарского архипелага - самой западной точки Старого Света. Таким образом, вся Европа оказывалась к востоку (с положительными координатами долготы), а вся Америка к западу (с отрицательными координатами долготы). Например на русских картах первой половины XIX века долготу как раз указывали от Ферро.

Тот самый маяк на острове Ферро от которого мерили долготу

Но промерить в то время долготу до Ферро в точности не представлялось возможным. Потому приняли соломоново решение, что от Ферро до Парижа ровно 20° (впоследствии правда выяснилось что сам маяк находится от Парижа на 29' или 50км дальше, но решили ничего не менять). Ну а Париж был известен всему цивилизованному миру. Парижская академия наук центр научной мысли всей человеческой цивилизации того времени. Центр Парижской обсерватории отмечает точку Парижского меридиана, а он был избран в качестве эталона новой меры длины - метра, коих от полюса до экватора должно было уложиться на нём ровно 10 миллионов. Промерить сушу от Парижа было совсем не сложно и все государства рано или поздно это сделали. Включая и Россию, которая с тех пор писала на своих картах долготу от Парижа.

Самая точная карта

Идеальной карты не существует, что можно доказать и математически. Наиболее точная карта это глобус. К сожалению глобус достаточного для целей навигации масштаба будет слишком велик, вдобавок для работы с ним потребуются специальные инструменты. Поэтому штурманы используют карты на плоских листах бумаги, с которыми работают обычными циркулем и линейкой.

Не только идеальной карты не существует, но не существует даже идеальной проекции - то есть способа отображения Земли на плоскую карту. Любая проекция вносит те или иные искажения. Наконец, оказывается что для разных отраслей человеческой деятельности удобны разные проекции, разные правила представления планеты на плоскость. Где-то важна сетка меридианов и параллелей, где-то важно чтоб не искажалась площадь, а где-то можно пожертвовать и тем и другим, ради сохранения общей картины. Например, хорошо знакомая школьникам карта полушарий не сохраняет ни площадь материков, ни их форму, но зато хорошо позволяет показать ученикам картину Земли в общем.

Наверное наиболее удачна гномическая проекция Земли на правильный многогранник. Например, можно спроецировать нашу планету на куб, затем даже склеить его - получиться кубическая модель Земли.

Ещё эффектнее восьмигранная карта Кэхилла в форме бабочки 1909 года. А Ричард Бакминстер Фуллер в 1954 г создал проекцию на икосаэдр, разместив Землю на его 20 треугольных гранях так, чтобы Северный полюс оказался примерно в центре, а континенты не разрезались (разрезы проходят по океанам). Правда он использовал не гномическую, а свою собственную проекцию под запатентованным названием Димаксион, которая отличается небольшими искажениями, причём распределёнными по карте достаточно равномерно.

Гномическая проекция одна из самых древних, но в Эпоху Возрождения использовалась редко (а в Средневековье про точность карт и вовсе никто не думал). Популярность приобрела в начале XVII века, особенно для карт звёздного неба. Важной для навигации особенностью этой проекции является то, что линия кратчайшего пути на картах в этой проекции - прямая, соединяющая выбранные точки. Кстати, на карте Кэхилла это хорошо заметно по проложенным на ней торговым морским маршрутам.

Компьютер на шестерёнках

В фильме-сказке «Санта-Хрякус» (по одноимённой книге Терри Пратчета) показан механический компьютер. Разумеется такое возможно только в сказках. Да и в сказках это чудо может работать только в Университете Волшебства и волшебством питаться. Короче это совершенно невозможно.

Но ведь в нашей реальной истории механический компьютер был!

Реальные механические вычислители и особенности их конструкции играют важную роль в сюжете дамского паро-панк романа «Счетовод перевала» (подробности на http://steamage.ru/go/stchetowodPerewala/)

Что было вначале

В год, когда Наполеон вторгся в Россию, английский математик Чарльз Беббидж (англ. Charles Babbage) читал работу французского барона Гаспара де Прони (фр. Gaspard Clair Francois Marie Riche, baron de Prony), в которой тот предлагал способ произведения больших объёмов вычислений. Таких как например логарифмические таблицы. Барона этот вопрос волновал не случайно, ведь он руководил бюро переписи при французском правительстве с 1790 по 1800 год, и именно ему поручили подготовку логарифмических таблиц для перехода на метрическую систему.

А Беббидж был недоволен ошибками, которые он обнаружил в имевшихся в Кембридже логарифмических таблицах, и потому с большим вниманием изучал предложения барона. Идея была проста: пусть несколько гениальных математиков придумают формулу, сколь угодно сложную; математики-технологи разобьют эту формулу на отдельные фрагменты, а те в свою очередь на отдельные вычисления так, чтобы всё сводилось к простейшим операциям сложения и вычитания - и остаётся только нанять достаточное количество прилежных клерков, каждый из которых будет складывать-вычитать только свой участок! Так можно провести вычисления любого объёма и любой сложности.

Но Беббиджу пришла мысль ещё лучше: а нельзя ли заметить всю эту армию клерков - механизмом?

К тому времени уже были известны счётные приборы посложнее абака:

1623 год

Самый ранний из известных нам механизмов это «Считающие часы», которые сделал немецкий профессор кафедры восточных языков Вильгельм Шиккард (нем. Wilhelm Schickard).

Современная копия «Считающих часов»

Машина умела складывать и вычитать 6-значные числа, при переполнении раздавался звонок. Дополнительный блок позволял умножать. Казалось бы возможности скромные. Но в письме от 25 февраля 1624 года к одному из величайших астрономов Иоганну Кеплеру (нем. Johannes Kepler) изобретатель объяснял, как можно использовать его машину для расчёта астрономических таблиц. И хотя оригинал машины был утерян при пожаре, но на основе сохранившихся чертежей в 1960 году была воссоздана копия - и она работала так, как и предсказывал изобретатель.

1642 год

Свою счётную машину изобрёл известный французский учёный Блез Паскаль (фр. Blaise Pascal).

«Паскалина» с 6 колёсами. Существовали модели и с 8 колёсами. Сам Паскаль сделал несколько десятков подобных устройств

Его «Паскалина» умела только складывать. Но главное в ней появилась конструкция счётных колёсиков. Счётное колёсико несёт на себе цифры от 0 до 9, как только в процессе счёта значение на нем переполняется, оно вновь оказывается на нуле, а рычажно-шестерёночная система проворачивает следующее за ним колёсико на одну позицию. Все детали для каждого разряда стандартны и взаимозаменяемы с соответствующими деталями других разрядов. Это позволяет собрать счётчик любой разрядности и он будет работать совершенно надёжно, пока не изотрутся зубчики шестерёнок. Эта идея, хотя и несколько видоизменившись (колёсики заменили на барабаны), легла в основу всех последующих арифмометров - то есть механических вычислителей. Аналогично устроены и счётные узлы привычных нам счётчиков воды, газа и даже электричества. Паскаль не знал о «Считающих часах» Шиккарда и изобрёл его суммирующий механизм заново. Но именно Паскаль сделал арифмометр - машину для вычислений - достоянием научного сообщества.

1673 год

Не менее известный учёный Готфрид Вильгельм фон Лейбниц (нем. Gottfried Wilhelm von Leibniz) демонстрирует на заседании Королевского общества в Лондоне свой механический вычислитель умевший вычитать, умножать и делить, и даже извлекать квадратные и кубические корни и возводить в степень.

Копия первого счётного устройства фон Лейбница, умеющего производить 4 арифметических действия с 16-разрядными числами. Находится в «Немецком музее». Единственный сохранившийся до наших дней оригинал устройства хранится в Национальной Библиотеке Нижней Саксонии в Ганновере

В механизм вычислителя он ввёл ступенчатый валик и подвижную каретку, что позже легло в основу всех последующих конструкций арифмометров.

«Цилиндр Лейбница» в работе

Так же фон Лейбниц придумал двоичную систему счисления, без которой современные компьютеры немыслимы. Но для механических вычислителей на шестерёнках она не оказалась востребованной.

1808 год

В 1808 году Жозеф Мари Жаккар (фр. Joseph Marie Jacquard - иногда фамилию читают как Жаккард, но это «д» глухое и обычно не читается) создал... ткацкий станок.

Ткацкий станок Жаккара использовал перфокарты для «программирования» узора на ткани

Нет, станок не обладал вычислительными способностями. Но мог ткать узоры. А задавался рисунок узора перфокартой. Позже это получило название жаккардова принципа информатики - передача информации в двоичном коде посредством отверстий в носителе. Наполеон наградил Жаккара пенсией в 3000 франков и правом взимания премии в 50 франков с каждого действующего во Франции стана его конструкции. А в 1840 году Жаккару соорудили памятник в Лионе. Но всё это - признание его заслуг как ткача, а не как кибернетика. Вряд ли кто тогда мог предположить, что перфокарты станут носителем информации для счётных машин более чем на век.

1820 год

Предприимчивый француз Тома де Кальмар (фр. Thomas de Colmar) наладил промышленный выпуск арифмометров.

Лицевая панель модели 1822 года. Фото 1929 года

Устройство модели 1822 года с тремя цилиндрами Лейбница

В своих арифмометрах он объединил лучшие находки Лейбница и Паскаля. Под маркой "Thomas de Colmar" арифмометры продавались до 1915 года. Разумеется за эти годы их дизайн и возможности менялись в соответствиями с веяниями времени. Ведь появилось множество конкурентов и за рынок пришлось нешуточно бороться.

Итак уже в течении первой половины XIX века механический вычислитель оказывается на рабочем столе какого-нибудь рядового клерка.

Чарльз Беббидж был весьма разносторонним человеком, а в 1819 году ещё и увлёкся астрономией. И тут ему понадобилось вычислять астрономические таблицы и он взялся за постройку уже много лет обдумываемой вычислительной машины, которую он назвал «малой разностной». Постройка была закончена в 1822 году. Все вычисления производились только шестерёнками и рычагами. Но машина оперировала 18-разрядными числами с точностью до 8-го знака после запятой, и вычисляла 12 членов последовательности в минуту для многочленов 7 степени. За это достижение изобретатель был награждён первой золотой медалью Астрономического общества. Но он считал себя в начале пути.

Тогда он уже задумал построить большую разностную машину, способную производить сложнейшие вычисления без ошибок. В памяти машины могло храниться 1000 50-разрядных чисел. Для вывода результата было предусмотрено печатающее устройство. Механизм требовал 25 тысяч деталей, а вес его достиг бы 14 тонн.

В 1823 году он представил чертёж будущей вычислительной машины премьер-министру, получил первые 1500 фунтов стерлингов и думал завершить постройку за 3 года. Но работа оказалась намного сложнее. К 1827 году было затрачено 3500 фунтов, причём из них 1000 собственных денег изобретателя. Тот год был трагичен для Беббиджа, он похоронил отца, жену и двоих детей, подорвал своё и без того слабое здоровье. Возобновил работу лишь в следующем году, но не было денег. В 1830 году всё же правительство выделило ему 9000 фунтов. Последняя субсидия получена в 1833 году. И в 1834 году опять остановка работ - израсходовано уже 17000 правительственных денег и от 6000 до 17000 личных сбережений Беббиджа. Он ещё надеялся на новые субсидии, но после многолетних раздумий, в 1842 году правительство окончательно отказалось финансировать проект.

А в других странах вычислители на основе конструкции Беббиджа успешно строили. Так начиная с 1854 года шведский изобретатель Георг Шойц (швед. Georg Scheutz) построил несколько разностных машин, в 1855 году его разностная машина получила золотую медаль Всемирной выставки в Париже, а в 1859 году даже продал одну - угадайте кому? В канцелярию английского правительства. А затем Мартин Виберг (швед. Martin Wiberg) усовершенствовал уже машину Шойца, и на ней рассчитал и опубликовал логарифмические таблицы.

Сам же Чарльз Беббидж уже с 1834 года задумал аналитическую машину - программируемый вычислитель. Та же старая идея барона де Прони подсказывала, как сделать вычислительную машину дешевле. Ведь цена в то время прямо зависела от сложности устройства. Поэтому вместо сложных вычислительных механизмов - простые, способные только к примитивным вычислениям. Но составленная хорошим математиком программа сможет заставить эти простые вычислители рассчитать даже сложнейшие формулы - если только математик потрудится преобразовать сложные операции в ряд простых вычислительный действий.

Конструкция машины составлялась из следующих блоков:

склад - для хранения переменных и промежуточных результатовмельница - собственно счётное устройствоуправляющий блок - считывающий с перфокарт программу, и по её командам выбирающий числа из склада, отправляющий их на вычисление, и помещающий в складустройства ввода-вывода информацииИсходные данные вводились на отдельных перфокартах. А из карт-программ предполагалось создать библиотеку - современный программист назвал бы её библиотекой функций. Беббидж так же хотел добавить устройство для вывода результатов на перфокарты, чтобы машина могла использовать их в последующих расчётах. Это можно сравнить с современными внешними устройствами хранения данных, как USB-диски.

Итак, в 1834 году Чарльз Беббидж спроектировал полноценный компьютер.

Современная копия «Разностной машины номер 2». Лондонский Музей Науки, январь 2005 года

Но построить его не смог. В 1851 году он был вынужден признать, что финансы не позволяют ему осуществить задуманное. Он ещё попытался из имевшихся деталей построить «Разностную машину номер 2». И забегая вперёд скажем, что в 1991 год в Лондонском научном музее по сохранившимся чертежам была построена копия этой машины, а затем и сконструированный Беббиджем для неё принтер - и все устройства работали. Нет сомнений, они заработали бы и у самого Беббиджа. Но изобретатель не увидел и этого своего успеха. Нет, он не умер. Он прожил ещё долгую и плодотворную жизнь. Погружался под воду в водолазном колоколе, поднимался на Везувий, занимался археологией и создавал устройства для железных дорог, в частности изобрёл спидометр. А так же конструировал металло-режущие станки и составлял страховые таблицы. И много всего прочего.

И лишь вычислительными машинами он заниматься больше не решался.

Его решимость подкосил ещё один удар судьбы. В 1852 году умерла его единственный в то время друг и единомышленник Августа Ада Кинг, графиня Лавлейс (англ. Augusta Ada King Byron, Countess of Lovelace), дочь Байрона, замечательный математик, оказавшая неоценимую помощь в популяризации идей Чарльза Беббиджа. Они познакомились 5 июня 1833 года - в год, когда окончилось правительственное финансирование работ Беббиджа. Обычно упоминают, что именно Ада была первым в мире программистом и это так. Но её научная работа и в частности роль в создании аналитической машины куда больше. Заметим, что она была замужем за лордом, и вполне вероятно, используя влияние мужа, добилась бы возобновления финансирования работ по аналитической машине - но неправильное лечение прервало её жизнь в возрасте всего 36 лет.

После смерти самого Чарльза, его сын Генри решил продолжить дело отца. В 1888 году он сумел построить по чертежам отца центральный узел аналитической машины. А в 1906 году, с помощью фирмы Монро, Генри построил действующую модель аналитической машины, включающую арифметическое устройство и устройство для печатания результатов.

Чарльз Бэббидж оказался прав. Его аналитическая машина работала.

Что было после

Первый в мире компьютер был построен в США в первой половине 1940-х годов. Ну, вообще-то мы уже видели, что не совсем первый. Более того - он не первый даже для Америки. Но определённо это один из числа известных первых компьютеров. Потому рассмотрим его подробнее.

IBM «Mark I», фотографии сделаны в июне 2005 года

Полное имя, написанное на корпусе компьютера — «Aiken-IBM Automatic Sequence Controlled Calculator Mark I». Название означает «автоматический вычислитель, управляемый последовательностями». Придумал его и построил молодой (в те годы) математик Говард Хатауэй Эйкен (англ. Howard Hathaway Aiken) из Гарварда, а помогали ему 4 инженера фирмы IBM. Собственное имя «Марк I» компьютеру дано после ссоры Эйкена с президентом IBM, но впрочем к нашей истории это не относится. Но упомянуть об этом курьёзе всё же следует, так как позже ещё несколько компьютеров получило точно такое же собственное имя, и ныне бывает непросто разобраться о каком же именно «Марк I» идёт речь.

Интересующий нас «Марк I» начали разрабатывать с 1939 года, протестировали в феврале 1944 года, в мае установили в Гарвардском университете (Кембридж, штат Массачусетс - не перепутайте с Кембриджем в Англии, где учился Беббидж) и официально запустили 7 августа 1944 года. Программа вводилась с перфоленты, и когда позже было добавлено ещё несколько считывателей перфоленты, то машину научили переключаться между ними в зависимости от состояния - так была реализована логика условных переходов.

Томас Уотсон (англ. Thomas John Watson, Sr), бессменный президент фирмы IBM с 1914 года и до своей смерти в 1956 году, имел награды от Рейха... о, простите, это другая история. Так вот уважаемый сэр настоял чтобы машина была заключена в корпус из стекла и нержавеющей стали. Да, у него был вкус. Вычислитель должен был выглядеть супер-современно. Начинка то же поражала воображение: одних только проводов на 800км, 765 тысяч различных деталей, высота корпуса 2.5м, общий вес сооружения 4.5т. В Америке строили электрические вычислители до того - но настолько внушительный впервые. Длина корпуса почти 17м, и чтобы синхронизировать работу электрических вычислительных блоков, через них был пропущен 15-метровый вал. Чисто механическое решение. Однако вращал этот вал-синхронизатор электродвигатель мощностью в 5 л.с. так что мы имеем право назвать синхронизатор электрическим хотя бы формально.

Механический синхронизатор в первом американском электрическом вычислителе не случаен. Говард Эйкен с коллегами всерьёз изучали наследие Чарльза Беббиджа. Но намного ли они сумели превзойти машину из шестерёнок вековой давности?

Компьютер оперировал 72 числами, состоящими из 23 десятичных разрядов, делая по 3 операции сложения или вычитания в секунду. Умножение выполнялось в течение 6 секунд, деление — 15,3 секунды, на операции вычисления логарифмов и выполнение тригонометрических функций требовалось больше минуты. Если сравнивать с малой разностной машиной Беббиджа то небольшой прогресс есть. Однако фактически «Марк I» представлял собой усовершенствованный арифмометр, заменявший труд примерно 20 операторов с обычными ручными устройствами.

Фирма IBM вложила в этот компьютер полмиллиона своих собственных долларов, затрачены годы работы талантливых специалистов - и всё это чтобы заменить 20 клерков, вооружённых арифмометрами, серийно производимыми с 1820 года!? Это прогресс?

Может быть другие были удачливее?

Его разработка начата лишь в 1943 году. Но ничего общего с компьютером Эйкена. Это уже настоящий электронный вычислитель. У истоков разработки стояли Джон Преспер Эккерт (англ. Jon Eckert) (в те годы студент) и Джон Уильям Мокли (англ. John William Mauchly, в русскоязычной литературе фамилия также приводится как «Мочли») (его преподаватель) из Электротехнической школы Мура Пенсильванского университета, а работы велись по заказу Лаборатории баллистических исследований Армии США для расчётов таблиц стрельбы. Этот расчёт дело действительно кропотливое...

Но прошу прощения у читателя, здесь придётся сделать небольшое отступление по части артиллерии

Баллистика снаряда

Ветераны Лаборатории Баллистических Вычислений любили рассказывать журналистам о своём героическом труде тех дней. Позвольте привести цитату, которая попала даже в Википедию: «Таблицы стрельбы рассчитывались для каждого отдельного типа снаряда и орудия перед отправкой на фронт, и при различных комбинациях множества параметров (температура воздуха, скорость ветра, плотность почвы под орудием, возвышение ствола, скорость снаряда, температура ствола орудия) требовался кропотливый расчёт около 3000 траекторий полёта снаряда. Расчёт каждой траектории требовал примерно 1000 операций. Один вычислитель был способен выполнить этот расчет за 16 дней, а на вычисление всей таблицы потребовалось бы 4 года. Без этих таблиц артиллеристам просто невозможно было точно попасть в цель. В условиях Второй Мировой войны на фронт в Европу отправлялось всё больше и больше орудий и снарядов к ним, в 1943 году союзные войска высадились в Африке, где условия стрельбы были совершенно новыми и требовали новых таблиц, а Лаборатория не справлялась со своевременным их расчётом.»

Очевидно что это объяснение является общепринятой версией событий. И сомнений быть не может, всё конечно же именно так и обстояло, но...

...мешает прицел. Прицел артиллерийского орудия времён Второй Мировой. Обратите на него внимание в музее, если увидите там орудие с неснятым прицелом. Что это за шкалы на нём? Колёсики с цифрами? А это для введения поправок. И артиллеристы оказывается УЖЕ знали какие поправки нужно вводить.

Конечно знали, ведь баллистические формулы, позволяющие вычислить траекторию с погрешностью не более 1-2% УЖЕ активно использовались в XIX веке. И учитывать сопротивление воздуха научились. А проверку все эти точные расчёты прошли в Первую Мировую. Тогда открыли и эффект влияния температуры, а вернее плотности воздуха. С ростом температуры плотность уменьшается, соответственно снаряд летит дальше - и насколько дальше к 1943 году было прекрасно известно. Никаких сложных вычислений тут не требовалось, достаточно было просто бросить взгляд на барометр и внести поправку в прицел. Ещё проще поправка на скорость ветра.

Забавно что упомянута некая поправка на «температуру ствола». Сейчас необходимость введения такой поправки перед выстрелом очевидна. Но во Вторую Мировую артиллеристы не имели термометров для измерения этой температуры - тут видимо случайная ошибка позднейшей редакции событий (ах, не спрашивайте меня зачем редактируют историю - я лишь показываю что вот тут явно ошибка позднейшей редакции, а реально в годы Второй Мировой учесть температуру ствола было невозможно и потому включать её влияние в расчёт бессмысленно, максимум дать рекомендации насчёт допустимого темпа стрельбы). И уж совсем диковинной выглядит поправка на «плотность почвы под орудием». Дело в том что нормальные артиллеристы готовят позицию для орудия так, чтобы эта «плотность почвы» на стрельбу не влияла вообще. И даже если позиция не подготовлена, то и тогда эта «плотность почвы» повлияет уже после срабатывания противооткатных систем орудия - то есть когда снаряд уже улетел к цели. Быть может американские артиллеристы стреляли из орудий с неисправными противооткатными системами? Или, о ужас, на американских пушках не было простейших приспособлений для горизонтирования?

Чтобы убедиться, что всё это было отлично известно всему миру, можно просто раскрыть какую-нибудь довоенную детскую популярную книжку про артиллерию. Любознательному читателю рекомендую книгу Владимира Павловича Внукова «Артиллерия» издания 1938 года. Очень доходчиво написано. А если лень читать, то можно просто вспомнить о «Колоссаль».

Орудие имело ствол калибром 210мм и длиной 34 метра. Вес ствола был соответствующий - 138 тонн, он прогибался под собственной тяжестью, поэтому был укреплён растяжками на стальных тросах. И всё равно после нескольких выстрелов ствол приходилось снимать с 256-тонного железнодорожного лафета и - выпрямлять! Пожалуй, сегодня такая конструкция вызвала бы только смех своей архаичностью. Однако снаряд весом в тонну летел на 81 милю, а некоторые оценивают максимальную дальность стрельбы аж до 150км что ещё больше. Позиция для стрельбы была оборудована в 77 милях от города, но невзирая на огромное расстояние первый же снаряд разорвался точно на площади Республики. Наиболее смертоносным было прицельное попадание в церковь Сен-Жерве во время богослужения, когда 91 человек был убит на месте и более 100 ранено.

А теперь рассмотрим трудности такой сверхдальней стрельбы. Снаряд как известно летит по дуге. При такой дальности стрельбы его дуга выходит за пределы плотной атмосферы - и это выгодно, проделать большую часть пути именно там, где нет сопротивления воздуха. И в 1917 году немецкие инженеры уже знали это. Поэтому «Колоссаль» выстреливала снаряд под углом 52°30' к горизонту - именно при таком возвышении он покидал плотные слои атмосферы с углом близким к 45°, что позволяло максимально увеличить участок внеатмосферного пути.

Разумеется, для стрельбы на такую дальность пришлось учитывать кривизну земной поверхности. Но этого мало - учитывалось и то, насколько каждый снаряд расширяет канал ствола при проходе по нему во время выстрела. Потому снаряды были изготовлены с разными калибрами - и заряжаться должны были в строгом порядке, от меньшего калибра к большему. Максимальный калибр достигал 214мм. С изменением калибра изменялся и вес снаряда - по оценке английских инженеров от 200 фунтов до 230 фунтов. Всё это учитывалось в таблицах стрельбы.

Обычно таблицы стрельбы создавались, да и по сей день создаются путём практической стрельбы. Достаточно сделать несколько выстрелов на полигоне, а затем можно использовать хорошо известные закономерности и вводить поправки.

Как читателю должно быть понятно, «Колоссаль» никогда не пристреливалась на полигоне. Её ствол мог выдержать всего 65 выстрелов. И даже если бы такая пристрелка была произведена для 1, 2 или даже 10 выстрелов, то это было бы абсолютно бесполезно. Ибо у этого орудия каждый выстрел - уникальный. Стоимостью в 35 тысяч марок.

Но как же тогда из него стреляли? На дальность в 120 км?? И - попадали???

По таблицам стрельбы. Заранее рассчитанным для каждого снаряда и каждого состояния ствола после предыдущих выстрелов. С учётом всех углов возвышения, плотности воздуха, скорости ветра и прочего. И догадайтесь какими вычислительными средствами был произведён этот расчёт в 1917 году. И очевидно что занял он отнюдь не 4 года.

Как видим уже к концу Первой Мировой знания о баллистике были настолько точны, что позволяли предсказывать траекторию даже для уникальных снарядов без пристрелки. Предсказывать попадания за 120 км, куда большую часть пути снаряд совершал вне атмосферы, что требовало особых расчётов для этой области. Но вычислители справлялись и с такой задачей.

А уж пушкари полевой артиллерии все поправки для своих орудий помнили наизусть. Мой товарищ, офицер-артиллерист, рассказывал как их старшина из миномёта образца Второй Мировой, «бросал» первую же мину на километр точно в печную трубу. Но, быть может такое мастерство и познания о баллистике присущи французам, немцам, русским - в общем всем тем, кто успел повоевать в Первой Мировой. А вот американцы приняли участие лишь под завершение и не получили боевого опыта. Не смогли уточнить свои формулы расчёта и поправки. Ну а спросить у союзников видимо посчитали неэтичным?

На самом деле конечно же американские артиллеристы были ни чуть не хуже своих европейских коллег. Так в 1930 году американец Ванневар Буш создал механическую интегрирующую машину, применявшуюся при расчёте траектории стрельбы корабельных орудий. Ну а чтобы она считала побыстрее, в 1942 году создана её электромеханическая версия.

Однако вернёмся к хитрецам из Лаборатории Баллистических Вычислений...

Родоначальник всех компьютеров

Спросите как назывался первый в мире компьютер и чаще всего услышите в ответ - Эниак. ENIAC, то есть Electronic Numerical Integrator And Computer - электронный числовой интегратор и вычислитель.

Лаборатория Баллистических Вычислений находилась в Филадельфии, в штате Пенсильвания. А неподалёку, в Институте Мура имелся механический вычислитель именуемый «дифференциальным анализатором» и Лаборатория баллистических вычислений любила им пользоваться для своих расчётов. В это время Мокли ещё с августа 1942 года носится с идеей постройки вычислителя на вакуумных электронных лампах. А интересы Лаборатории в университете представлял капитан Герман Голдстайн (англ. Herman Heine Goldstine - здесь нет ошибки, не совсем традиционные для англо-сакса имя и фамилия объясняются тем, что Герман еврей немецкого происхождения), в мирной жизни профессор математики из штата Мичиган. В 1943 году два профессора что называется нашли друг друга и составили проект, обещавший что новый электронный вычислитель будет рассчитывать траекторию снаряда всего за 5 минут!

На электронных лампах, а не каких-то там реле и переключателях! Говорят, электронные лампы обещали скорость счёта в 1000 раз быстрее. А ещё миниатюризацию. Ну и наконец, как всем известно, только устройство в котором нет движущихся частей, может быть надёжным. А таким может быть только электронное устройство.

Теперь вспомним: расчёт одной траектории требовал 1000 операций. 5 минут это 300 секунд. То есть обещалось быстродействие по 3.3 операции в секунду. Именно с такой скоростью производил сложение компьютер Эйкена. То есть обещание вполне реалистично учитывало уровень техники тех лет - но чем-то сверхвыдающимся не являлось. Речь в нём действительно шла о необычном вычислителе на вакуумных электронных лампах, но никаких обещаний «будет считать в 1000 раз быстрее» не было. С одной стороны неясно зачем во время войны вкладывать деньги в принципиально новую и заведомо ненадежную по тем временам технологию элетронных ламп чтобы получить ту же скорость вычислений? А с другой - быть может именно реалистичность обещаний и подкупила американскую армию?

И 5 июня 1943 года золотой дождь пролился. Был заключён официальный контракт под номером W-670-ORD-4926 и получен первый платёж на $61 700. Интересно отметить что со стороны армии куратором работ по постройке компьютера оказался всё тот же Голдстайн. А знаменитый Джон фон Нейман присоединился к группе только под завершение проекта и по сути никаких существенных влияний на создание компьютера не оказал. Однако позже, с лёгкой руки Голдстейна, почему-то именно фон Неймана стали считать чуть ли не единственным создателем и Эниака и последующих электронных вычислительных машин.

Программирование Эниака. Glen Beck (на заднем плане) и Betty Snyder (вблизи) в здании 328 Лаборатории Баллистических вычислений. Фото для публики

На самом же деле главной движущей силой и этого и последующий проектов, главным популяризатором ЭВМ (то есть Электронных Вычислительных Машин) стал на долгие десятилетия именно скромный Голдстайн. Но выдвигать идеи это одно, а вот осуществить! Посмотрим же, что удалось создать группе самых талантливых кибернетиков Америки тех лет.

Некоторые вехи из истории Эниака:

К февралю 1944 года были готовы все схемы и чертежи будущего компьютера - напомню, как раз в это же время начал работать «Марк I», так что если не Экерт и Мокли, то уж хотя бы Голдстайн по крайней мере в теории мог что-то обо этом знать. Но даже если они и знали, на их собственных планах это никак не отразилосьВ середине июля 1944 года первая проверка - два свежесобранных модуля для сложения чисел соединены вместе и смогли перемножить числа 5 и 1000 с верным результатом.Полностью готов компьютер осенью 1945 года. Утверждается что уже тогда военные решили использовать компьютер не для расчёта таблиц стрельбы (война-то закончилась), а для термоядерного оружия. Верится в эту версию с трудом (и чуть ниже я объясню почему), но принципиально такое развитие событий было возможно.14 февраля 1946 года компьютер впервые представлен публике - до того само его существование являлось тайной9 ноября 1946 года компьютер разобран и перевезён из Университета Пенсильвании в здание Лаборатории баллистических исследований Армии США в г. Абердин.29 июля 1947 года вновь запущен уже на новом месте2 октября 1955 года в 23:45 окончательно выключенУтверждается что он считал и параметры ядерных взрывов и прогнозы погоды над территорией СССР, необходимые для определения выпадения радиоактивных осадков в случае немедленной ядерной войны. Правда расчёт прогноза на будущие сутки занимал у него что-то около 23 часов времени. Достоверно можно сказать что в 1949 году фон Нейман использовал ЭНИАК для расчёта числа «пи» и «e» с точностью до 2000 знаков после запятой. А вот в истории про якобы до сих пор засекреченные расчёты термоядерного оружия в ноябре — декабре 1945 года похоже вкралась неточность про «потребовавшиеся для этих рассчётов около миллиона перфокарт».

Дело в том, что до 16 сентября 1948 года Эниак не имел устройства для считывания перфокарт. А перепрограммировался... перестыковкой кабелей! И такое «программирование», а вернее перекоммутация, по сути создание из Эниака нового компьютера под конкретную задачу, занимало пару дней - для вычисления на 5 минут. Причём после подключения устройства для считывания перфокарт, работать Эниак стал медленнее, но зато программировать его стало намного удобнее.

Таким образом, раз пресловутый миллион перфокарт явно выдумка, то и вся история про некие расчёты ядерного, а тем более термо-ядерного (то есть куда более сложного) оружия на ЭНИАКе - вызывает некоторое недоверие. Возможно компьютер действительно использовался для каких-то рассчётов, но его роль в создании ядерного оружия определённо преувеличена в рекламных целях.

Небольшой загадкой Эниака являются его вычислительные способности. Казалось бы, в чём тут может быть тайна? Всем известно что:

Вычислительная мощность Эниака — 357 операций умножения или 5000 операций сложения в секундуНо так же общеизвестно что:

Тактовая частота — 100 Гц, то есть один импульс каждые 10 микросекунд. На всякий случай напомню: приставка «микро» означает «в 1000 раз меньше». Основной вычислительный такт состоял из 20 импульсов и занимал 200 микросекунд. Сложение выполнялось за 1 вычислительный такт, умножение — за 14 вычислительных тактов. Ибо умножение заменялось многократным сложением, поэтому 1 умножение равнялось 14 операциям сложения и выполнялось, соответственно, за 2800 микросекунд. Чтобы было понятнее представим всё в секундах:сложение за 0.2 секунды (или 5 сложений в секунду)умножение за почти 3 секундыИ вот эта цифра вполне соответствует профессорским обещаниям «1000 операций за 5 минут».

Возможная разгадка такова: Эниак просуществовал почти 10 лет, постоянно совершенствуясь. Быть может под конец своего существования его тактовую частоту удалось увеличить в тысячу раз - до приводимых в некоторых источниках 100 килоГерц. И тогда верна первая оценка его вычислительных способностей. Без сомнения верна - но вот только под самый конец.

А вот в то, что столь же резво он считал с самого начала, как то не верится. Ведь тогда он рассчитывал бы траекторию в среднем за секунду, что не совпадает с проектными обещаниями создателей. Превзойти собственный смелый прогноз конечно замечательно - но чтоб в тысячу раз? История знает множество грандиозных провалов - но кажется ни одного столь же грандиозного тысячекратного неожиданного успеха. Либо профессора так плохо разбирались в электротехнике - что ошиблись в прогнозе в 1000 раз? Но это вопиющее незнание электротехники не помешало им создать работающий компьютер?

Да и трудно поверить в такое быстродействие в 1944 году. Заявляемая ныне скорость Эниака в 5000 операций в секунду оказалась недостижимой для целого ряда ЭВМ созданных в следующем десятилетии! 2 или 3 тысячи операций в секунду вот предел даже в начале 1960-х. А ведь 10 лет для прогресса электроники это как геологическая эпоха. Тем не менее тактовые частоты для многих ламповых машин 50-х годов колебались всего то от 1 кГц до 5 кГц. И это совсем не удивительно для ламповой техники того времени, с весьма неспешным переходом ламп от одного устойчивого состояния к другому. Причём некоторые из этих машин, например австралийская CSIRAC, сохранены до наших дней. Сохранился и конкурент Эниака «Марк I». А вот сам Эниак почему-то пошёл на слом. И истину теперь видимо уже не установить.

Поэтому рискну утверждать, что именно 100 Гц (а никак не 100 килоГерц!) является вполне реалистичной тактовой частотой для середины 1940-х годов. Ну или Эниак создали из каких-то совершенно уникальных для своего времени деталей.

Кстати поговорим о деталях:

На создание ENIAC ушло 200 000 человеко-часов и 486 804.22 доллара СШАВсего комплекс включал в себя 17 468 ламп 16 различных типов, 7200 кремниевых диодов, 1500 реле, 70 000 резисторов и 10 000 конденсаторов.Занимаемая площадь - 30 на 60 футов (более 9м на 18м или 167.25кв.м)Вес — 27 тонн (определённо обещание миниатюрности выполнить не удалось - и не удастся ещё пару десятилетий)Объём памяти — 20 число-слов.Потребляемая мощность — 174 кВт.Устройство ввода-вывода данных — табулятор перфокарт компании IBM: 125 карт/минуту на ввод, 100 карт/минуту на вывод.Вычисления производились в десятичной системе, после тщательного анализа ей было отдано предпочтение перед двоичной системой. Компьютер оперировал числами максимальной длиной в 20 разрядов.В июле 1953 года к ЭНИАКу был подключен двоично-десятичный модуль памяти на магнитных сердечниках, увеличивший объём оперативной памяти компьютера с 20 до 120 число-слов.За неделю сгорало примерно 2-3 электронных лампы, а среднее время работы лампы составляло 2500 часов. Только к концу существования сумели добиться от Эниака безотказной работы до 20 часов подряд. Чтобы сберечь лампы нужно было непрерывно поддерживать ток накала, и потому Эниак никогда не выключали, хотя по выходным на нём никто не работалОбещания быстродействия, миниатюрности, надёжности - не выполнены все. Новый громадный дорогостоящий электронный компьютер не имел видимых преимуществ.

Создатели отлично понимали недостатки своего детища. Но в ходе войны, когда задача ставилась узко - вычислитель только для расчётов траекторий снарядов - перекоммутация компьютера для нового вычисления казалась приемлемым решением. А позже возникли организационные трудности. Так предложение присоединить табулятор фон Нейман выдвинул в 1947 году, а осуществили его только в следующем.

Для учёных Эниак оказался отличным полигоном для отработки идей - который им оплатила Армия США. И спору нет, не будь Эниака, не было бы и наших современных полупроводниковых чипов.

Но... давайте рассмотрим ещё один пример?

Самоделка из реле

Известная ныне своими айфонами, фирма Apple начиналась в гараже. У немецкого инженера Конрада Цузе не было гаража. И потому первый свой вычислитель со скромным названием Z1 (читается «Цет Айнс») он собрал в 1938 году на квартире своих родителей. Самоделка Цузе была полностью механической - и при том программируемой. А 12 мая 1941 года он представил научной общественности свою более совершенную конструкцию Z3 (читается «Цет Драй»), собранную на телефонных реле.

Оригинальная машина и более ранние работы Цузе погибли под бомбами союзников в 1945. Эта копия Z3 воссоздана в 1960 году компанией Zuse KG, завоевала известность на монреальской выставке 1967 года, сейчас экспонируется в «Немецком музее» Мюнхена

Про Z3 известно следующее:

Арифметическое устройство: с плавающей точкой, 22 битаОперации: сложение, вычитание, умножение, деление и - новшество по сравнению с Z1 - взятие квадратного корняВвод и вывод: десятичные числа с плавающей запятойВнутреннее представление чисел: двоичное (!)Тактовая частота: 5.3 Гц(Герц)Средняя скорость вычисления: операция сложения — 0.8 секунды; умножения — 3 секундыХранение программ: внешний считыватель перфолентыПамять: 64 слова с длиной в 22 битаЭлементов: 2600 реле — 600 в арифметическом устройстве и 2000 в устройстве памяти. Мультиплексор для выбора адресов памяти.Потребление энергии: 4 кВт.Масса: 1000 кг.Себестоимость: 50 000 рейхсмарок.Программа позволяла устанавливать порядок вычислений, но условных переходов и циклов не было. Впрочем, и спустя годы за океаном циклы поначалу организовывали - склеивая перфоленту в кольцо!

И между прочим, именно Конраду Цузе принадлежат следующие достижения:

в 1944 году он создал первый в мире высокоуровневый язык программирования для своего тогда ещё не законченного компьютера Z4 (читается «Цет Фир»)в сентябре 1950 года он первым в мире совершил коммерческую продажу компьютера - продал свой Z4 в Швейцарскую высшую техническую школу Цюриха (нем. Eidgenossische Technische Hochschule Zurich). Кстати тогда это был единственный работающий компьютер во всей континентальной ЕвропеТехническое отступление

Для наглядности сопоставим некоторые параметры первых электрических компьютеров:

Я намеренно исключаю из рассмотрения британский Colossus хотя он был ламповым и работал более чем успешно, но говоря об этой машине невозможно будет обойти стороной печальную судьбу Алана Тьюринга, а это затронет тему законности, морали и прав человека в демократическом обществе. В сущности про всё это метко и едко сказал ещё Сократ, за что и был казнён. Кроме того Colossus был секретным, а после войны по приказу Черчилля был уничтожен, так что - исключая деятельность самого Тьюринга в других проектах, в том числе американских в 1942 году - можно с некоторой натяжкой утверждать что на развитие компьютеров английский опыт влияния не оказал.

«Шести электронных цифровых компьютеров должно быть достаточно для удовлетворения всех вычислительных потребностей Соединённых Штатов» - это сказал сам создатель «Марк I» Говард Эйкен. А может быть Томас Уотсон, профинансировавший постройку «Марка». В любом случае именно таково было единодушное мнение всех специалистов. Итак «Марк I» наш эталон в том времени.

Зато скромная Z3 оптимальна по критерию «цена стоимости вычислений». Не только по собственно цене машины. но и по эксплуатационным расходам. Годами работающие без поломок безотказные телефонные реле. Потребляемая мощность всего 4 кВт. Масса всего лишь тонна, а габариты таковы что весь вычислитель можно уместить в небольшой комнате - тогда как «Марку» требуется большой зал. Аппетиты Эниака ещё больше.

По всем основным потребительским показателям Z3 превосходит современников на пару порядков. В десятки а то и сотни раз! Если рынок действительно свободный - откажется ли он от такого выгодного предложения? Нужно ли ещё искать более совершенную модель для копирования?

Z3 заработала на 3 года раньше «Марк I» и более чем на 4 года раньше Эниак. Хотя возможно в Америке об этом и не догадывались - но про саму принципиальную возможность постройки вычислителя из телефонных реле знали очень хорошо. Равно как и про двоичную систему счисления. Но почему то выбрали более сложные пути.

Если кто-то возразит про «перспективы» - то какое дело конкретному потребителю до неясных перспектив? Нет, будь я правительство или частная фирма - я плачу деньги сейчас и хочу получить товар сейчас. И я не вижу для себя выгоды оплачить далёкий прогресс из моего кармана.

К тому же ничто не мешает поднимать тактовую частоту машины из телефонных реле. Так следующий компьютер Цузе - коммерчески успешный Z4 - отличался от Z3 главным образом поднятой до 40 Гц тактовой частотой. И по правде сказать её вполне можно было поднять и ещё на порядок. А потом ещё. А размеры реле уменьшить. А с этим понизить напряжение. И вот уже машина Цузе занимает не шкаф, а умещается на столе, и даже экономный немец согласен заплатить и за неё и за несколько десятков ватт потребляемого ею электричества. Так что модернизационный задел у машины из телефонных реле имелся приличный.

Это мы нынешние держим в руках микросхему ENIAC-on-A-Chip размерами 7,44 мм x 5,29 мм - изготовленная в 1995 году она вмещает в себе Эниак в миниатюре. И мы нынешние знаем что только микрочипы способны на такую предельную миниатюризацию. Но скажите в 1945 году «микрочип» - и вас никто не поймёт. И даже в 1955 году, когда Эниак пошёл на слом, до микрочипов было ещё далеко.

Настоящий Эниак был ламповым. А электронные лампы ни чуть не меньше реле. И строго говоря, технически возможно реле сделать даже меньше электронной лампы. Ведь у лампы должен быть прочный корпус, сохраняющий вакуум внутри неё.

И когда удалось перейти с ненадёжных ламп на полупроводниковые транзисторы - прогресс ещё не покатился вперёд, нет. Транзисторы тогда то же были немалых размеров. А для создания триггера - электронного устройства, способного находится в одном из двух устойчивых состояний 0 или 1 - нужно было собирать схему из 2 транзисторов, не считая диодов, резисторов и конденсаторов. На печатную плату того времени влезало в лучшем случае 4 транзистора. То есть 2 триггера. То есть всего 2 бита памяти!

А специально сконструированных миниатюрных реле к тому времени можно было поставить блок хоть из 100 штук вместо такой платы. А мне довелось держать в руках серийные реле ещё меньших размеров. И каждое такое реле само по себе - устойчивый триггер. Сотня бит - вместо 2. Так из чего построить электрический компьютер проще? надёжнее? в 100, в 1000 раз дешевле? И потому компьютеры из реле продолжают строить и в 1950-е годы.

«В будущем компьютеры, возможно, будут весить всего полторы тонны» - утверждал в 1949 году уважаемый американский журнал «Popular Mechanics», рассказывая о быстром развитии науки. Но как же так, ведь ещё в 1941 году Z3 весила даже меньше этого прогноза - всего тонну. И, однако, уже существующий немецкий успех никто не замечал. Хотя секрета из него Цузе не делал.

Если шестерёночным вычислителям электронные машины проигрывали только по надёжности и цене, то компьютерам на реле они проигрывали по всем фронтам сразу.

Только микрочипы могли переломить ситуацию в пользу электронных устройств. Но до 1958 года любой специалист твёрдо знал, что на пути создания интегральных схем существует как минимум 3 проблемы фундаментального характера. То есть абсолютно неразрешимые. Например, как, каким методом, создавать на одном полупроводниковом кристалле несколько разных электронных приборов? Как их друг от друга электрически изолировать? И наконец после того как они успешно изолированы - а как их электрически соединить? Правда трём талантливым американским инженерам совершенно неожиданно удалось преодолеть в том и следующем 1959 году все эти проблемы. Но все трое были из разных корпораций, корпорации разумеется начали патентную войну. Зато после достижения мирового соглашения о взаимном лицензировании в 1966 году - вот после этого прямая дорога для прогресса была открыта.

Но это будет после. А до того проблемы электронных устройств считались принципиально неразрешимыми.

И всё же громадный, прожорливый, программируемый перестыковкой кабелей, капризный и вечно ломающийся Эниак выглядит несомненным лидером по скорости счёта. Но тут коварство кроется в мелочах. У Z3 тактовая частота всего лишь чуть больше 5 Гц, а у Эниака - 100 Гц.

И поскольку вопрос о тактовой частоте Эниака не разрешён, предлагаю считать скорость вычислений - в тактах.

Итак, нам известно что Z3 выполнял сложение за 4 своих такта. А Эниак формально тратит «1 вычислительный такт», вот только на производство 1 «вычислительного такта» нужно было 20 импульсов тактового генератора.

Значит, если бы тактовая частота Эниака и Z3 была одинаковой, Эниак складывал бы медленнее в 5 раз. А умножал бы почти в 20 раз медленнее.

Почему так? Ныне этот секрет не только известен, он кажется самоочевидным - для электрических вычислителей годится только двоичная система. Это для шестерёнки нет разницы на какой угол быть повёрнутой. А вот электрическое устройство может принимать только одно из двух устойчивых состояний: включено или выключено, единица или ноль. Третьего не дано.

Это было известно простому немецкому инженеру. Но что же американцы? Понятно почему Эйкен выбрал десятичную систему для «Марк I», который делался с оглядкой на машину Беббиджа с десятичной системой. Но создателей Эниака никто не ограничивал.

Тем не менее лучшие умы Америки всё обдумали, посовещались и утвердили - двоичная система для компьютеров вредна! И потому Эниак вышел очень сложным, весьма дорогим и ненадёжным, а считал лишь чуточку быстрее самодельного немецкого компьютера пятилетней давности.

Я даже не предлагаю читателю представить, как к машине Беббиджа присоединяют электромотор и шестерёнки начинают вращаться быстрее - и значит считать то же быстрее. И память у неё на тысячу 50-разрядных переменных. Скажите невозможно? Но догадались же вращать электромотором вал-синхронизатор компьютера Эйкена!

И всё же все современные компьютеры так или иначе потомки именно Эниака - который по своей архитектуре оказался самым ущербным из всех своих современников.

Табулятор

Мы так увлеклись историей собственно машин-вычислителей, что как-то забыли о мелочи - а как именно эти машины получали информацию? Как в них попадали исходные данные? И как они возвращали результаты вычислений? Ведь дисплеев ещё не было. Но такая проблема ни на секунду не озадачила бы клерка начала XX века.

Современные клерки используют современные компьютеры чаще всего не как замену архаичным арифмометрам. Нет, нынче от компьютера требуется уметь не только считать, но гораздо чаще статистически обрабатывать информацию. Выражения «система управления базами данных» или «электронная таблица» кажутся нам рождёнными сегодня.

Но веком перемен был XIX век. Внезапно правительства осознали необходимость в проведении переписей населения. Для чего это нужно, до сих пор внятно объяснить не могут, но любая страна считающая себя цивилизованной должна их проводить. А перепись это сбор статистических данных.

К концу XIX века в США то же уже существовало Бюро переписи. Одним из важных лиц в этом бюро был Джон Шоу Биллингс. А у него, как водится, была дочка на выданье и у дочки кавалер - Герман Холлерит. Отношения с отцом будущей жены у Холлерита были видимо вполне семейные, потому что ещё до свадьбы «папа» подкинул «зятю» идею сделать машину, автоматически суммирующую данные переписи. И даже именно от «папы» исходила идея вводить данные на перфокартах. А уж Холлерит воплотил идею в железо и разумеется именно его машина успешно прошла испытания в Бюро переписи и выиграла конкурс. И на ней обрабатывались результаты переписи населения США 1890 года, а затем и 1900 года. Ну а раз машина была нужна для составления статистических таблиц, то и назвали её - табулятором. От слова table что в данном случае означает таблицу.

Перфокарта Холлерита. Фото предоставлено Германом Холлеритом для «Железнодорожной газеты» 19 апреля 1895 года

Холлерит поставил дело на широкую ногу, его фирма продавала табуляторы правительствам и железнодорожным компаниям. И даже Российской Империи. И в СССР разумеется то же. А ещё в Рейх - для учёта евреев и цыган, подлежащих «окончательному решению». Только бизнес, ничего личного. А что за фирма? С 1924 года фирма Холлерита носит название IBM.

Два поколения табуляторов IBM, на заднем плане более старый табулятор

В общем очевидно, что только век электричества открыл возможности для статистических исследований.

Если бы не одно «но»...

Чарльз Беббидж сконструировал и построил свою машину для табулирования ещё в 1820-1822 годах. И да, она была на шестерёнках.

Представим...

...что в 1859 году, в самый расцвет Эпохи Пара в реальной истории нашей цивилизации, канцелярия английского правительства не покупает «разностную машину» у шведа, а финансирует проект Беббиджа. И тот завершает свою аналитическую машину сам, при жизни. Так что не фирма IBM, а Генри Беббидж, сын Чарльза Беббиджа продаёт аналитические машины правительствам и университетам. А табуляторы железно-дорожным компаниям. А тут ещё и переписи населения подогревают спрос на счётные машины.

И как в 1820 году французы наладили массовый выпуск арифмометров, так англичане под конец XIX века широко продают компьютеры. Механические, на шестерёнках. Возможно с электродвигателем, чтобы считали побыстрее. А может и с приводом от маленькой паровой машины. И если уж Эниак якобы мог рассчитать атомную бомбу, то машина Беббиджа с этим точно справилась бы. Короче идеальный программируемый вычислитель есть. И со статистической обработкой любого массива данных он вполне справляется. Лучше просто ничего и не нужно - нет потребности!

Давайте теперь поставим мысленный эксперимент: Каким был бы наш мир к нынешнему дню?

Если брать фундаментальные научные достижения, то человечество Эпохи Пара имело бы к нашему времени все те же самые. Включая и полёт человека в космос и атомные подводные лодки в глубине океана - ведь в нашей реальной истории они проектировались вообще с помощью логарифмической линейки. А нынешние атомные реакторы, если кто не знает - суть паровые турбины. Так что паро-панк торжествует и в атомной эре. И вероятно мы ездили бы на таких же машинах, летали бы на таких же самолётах и вертолётах. Если кто не знает, автомобили с паровым двигателем выпускались, и последние серийные авто с паровой машиной сошли с конвейера в США в 60-е годы XX века - то есть в период абсолютного господства бензина. Были и самолёты с паровым двигателем, почтовая служба США использовала такие как раз накануне Второй Мировой. Что касается искусства, то вероятно в такой альтернативной истории мы слушали бы ту же самую электронную музыку, какую слушаем сегодня. Определённо электрогитару точно изобрели бы, а вот вместо синтезатора был бы электроорган. Или возможно паровой орган. Определённо слушали бы радио и скорее всего даже смотрели бы телевизор. Хотя система телевещания, вероятно, была бы только кабельной. И сигнал формировался бы оптическими методами, а не электронно-лучевой трубкой. Впрочем это тема для отдельного рассказа. Главное что и это удобство у нас было бы. И одевались бы мы вероятно примерно так же как сейчас. Ну или в крайнем случае как в 70-е годы XX века.

Разве что - но это моё субъективное мнение - не было бы исламского терроризма. По крайней мере такого его разгула, какой мы наблюдаем в лице ИГИЛ. Ведь террористы ныне прославляют себя через интернет. А не будь интернета - какой смысл от подвигов без славы? А если нет исламского терроризма, то Сирия, Иран, Турция - цивилизованные страны, какими они и были в 60-е - 70-е годы реальной истории. Страны где местные жители одевались тогда по-европейски. И женщинам можно было носить мини-юбки.

Но разумеется ливийская Джамахирия вызывала бы закономерный гнев. Знаете ли, раздавать в пустыне воду бесплатно это не шутка. За такое Каддафи обязательно бы примерно наказали - что собственно и произошло в реальной истории. Точно так же случились бы ввод советских войск в Афганистан и горбачёвская «Перестройка», а за ними ельцинские «гласность и демократия».

Как будто всё так же?

Однако на механическом компьютере нет игр. Казалось бы какая мелочь! Игрушки - ну что они меняют в истории?

Потенциально возможно приделать к механическому компьютеру механическое табло, которое послужит экраном. Как нам подсказывает история электронных компьютеров, на экране, то есть, простите, табло размером 256 на 256 ячеек можно изображать весьма узнаваемые картины, портреты, карты местности.

Но никому и в голову не приходит использовать такую серьёзную машину для игр. Максимум, когда механических компьютеров становится много, то появляются книги-приключения с прилагаемой перфокартой-программой. К слову сказать, подобные книги-приключения издавались и в реальности - перфокарт к ним конечно же не прилагалось, просто в конце страницы следовали варианты выбора развития сюжета и номер страницы, на которой следует продолжить чтение по выбранному варианту. Возможно, на механическом компьютере появились бы и некоторые простые логические игры. Ведь были же попытки делать игры для программируемых калькуляторов и людям было даже интересно в такое играть. Но в целом механический компьютер рассматривали бы как серьёзную научную машину.

Не только игр - всего громадного рынка электронных услуг и развлечений - нет! Человечество живёт в реальном мире - в отличие от нынешнего полу-виртуального.

А ведь в этом виртуальном мире крутятся весьма солидные деньги.

Кусок пирога

Римляне любили задавать вопрос «кому выгодно?» и на его основании делать вывод о виновности. Ах, если бы всё было так просто!

Ведь в нашей истории очевидно кому выгодно. Современные финансовые потоки все сходятся в одном месте, имя которому мировой банковский картель. Прошу заметить, я не сказал «мировой заговор». Но вот картель банкиров существует и существует давно. А как иначе они обеспечивали бы движение векселей и их обмен на реальные деньги? То-то же.

Итак, понятно, что банковской системе выгодно существование нынешнего весьма солидного сектора электронных услуг и развлечений - начиная от личного мобильника и заканчивая валютной биржей. 3D-кинотеатры, всемирная сеть интернет со всем что в ней есть полезного и не очень, компьютерные игры. Это лишь некоторые примеры того, что никогда не смогло бы появиться без электронных компьютеров.

Кто-то продаёт мобильный телефон. Кто-то продаёт услуги связи для этого телефона. Кто-то делает сайт и продаёт на нём рекламное место. А кто-то через эту рекламу продаёт свой товар владельцу мобильного телефона. Все имеют свой кусок. А банковская система снимает свой процент с каждого платежа (-и-имеет-всех- вычеркнуто цензурой)

Но... В первой половине 1940-х годов специалисты оценивали ВСЕ вычислительные потребности США от силы всего в 6 компьютеров. А в 1943 году президент IBM Томас Ватсон старший выссказался ещё более определённо: «Я думаю, в мире найдётся рынок от силы для пяти компьютеров» «Ни у кого нет причин хотеть иметь у себя дома компьютер» - сказал основатель и глава фирмы DEC (Digital Equipment Corporation) Кен Олсен. Поинтересуйтесь сколько это фирма сделала для миниатюризации и удешевления ЭВМ. С 1957 года они делали компьютеры доступными для простых пользователей. Но даже такие оптимисты не верили, что ЭВМ может быть кому-то нужна, кроме как для работы. Не верили даже в 1977 году - когда компьютерные игры уже входили в комлект поставки компьютеров (несколькими годами ранее Денис Ритчи создал язык программирования C именно выполняя задание по созданию компьютерной игры). Но эти игры были просто бонусом и способом развлечь скучающих на работе операторов ЭВМ. Рынка новых услуг в этом никто не видел. Напомню - никто не видел даже в 1977 году.

Я повторю ещё раз: 1977 год, специалисты, проработавшие всю жизнь и создавшие отрасль ЭВМ, даже самые оптимистичные из их числа - не просто не верят в домашний компьютер, а, напрягая всю фантазию, не могут себе представить зачем хотя бы гипотетически это кто-то мог бы захотеть. А ведь пройдёт всего 4 года...

Но даже в 1980 году представляя публике свой первый персональный компьютер - тот самый IBM PC, чьи потомки-копии ныне составляют подавляющую массу всех компьютеров на нашей планете - даже тогда высокие руководители фирмы IBM не верили что найдётся какой-то чудак, который захочет купить такую штуку себе домой.

Другими словами: до 1980 года никто из серьёзных специалистов не верил, что компьютеры нужны кому-то кроме крупных компаний. В крайнем случае, такие энтузиасты как DEC, продавали компьютеры малому бизнесу. Но домашний компьютер? Разве что любители-неудачники Джобс и Возняк рисковали собирать в гараже компьютеры в фанерных корпусах и продавать таким же как они сами оригиналам. В развлекательный компьютер не поверил бы тогда даже самый неудержимый фантазёр.

«Итак, мы пришли в Atari и сказали: "Здравствуйте, у нас есть вот такая потрясающая вещица, она даже частично собрана из ваших деталей. Что вы думаете о том, чтобы субсидировать нас? Или давайте мы вам её отдадим. Мы просто хотим её сделать. Или дайте нам такую же зарплату, и мы перейдём работать к вам". Но они сказали: "Нет". Тогда мы пошли в Hewlett-Packard, и они сказали: "Валите отсюда, вы нам не нужны. Вы ещё даже колледж не окончили"» Стивен Джобс о своих попытках продать компьютер, собранный им и Возняком на процессоре Atari, применявшевся в игровых автоматах. Вот так: игровые автоматы есть, процессоры для них выпускают, и даже готовый компьютер из этого уже принесли на блюдечке, только выпустить на рынок осталось. Ну, выпускаем? Да кому это нужно!

И даже когда Джобс и Возняк уже добились первого успеха с продажами своих Apple, да такого, что им позавидовала могущественная IBM и выпустила на рынок свой персональный компьютер, даже тогда: «Вряд ли кому-нибудь понадобится больше 640 килобайт» это сказал глава Mircosoft Билл Гейтс в 1981 году. Сейчас у вашего телефона памяти во много раз больше.

В 1980-е годы одна за другой начинают открываться и процветать фирмы, зарабатывающие себе на жизнь ТОЛЬКО созданием компьютерных игр. И зарабатывающие весьма неплохо. Рынок изменился стремительно. Виртуальные развлечения и услуги быстро стали неотъемлемой частью жизни. Но...

Но финансировать электронные - именно электронные - компьютеры надо было за 40 лет до этого. И продолжать платить ещё годы и годы. Хотя насущной потребности в них тогда не было. Потому что, как мы уже наглядно видели, с ролью больших вычислительных машин вполне приемлемо справлялись и механические компьютеры.

Ещё раз вернитесь к нашему мысленному эксперименту: во второй половине XIX века у человечества уже есть механические компьютеры, полностью удовлетворяющие любые мыслимые пожелания в отношении вычислений или статистической обработки. Быть может для обеспечения всех вычислительных потребностей США их нужно не 6, как электронных, а скажем 120 - но выточить потребное количество шестерёнок для промышленности не проблема. Задачи, которые могли бы потребовать большей вычислительной мощности не могут представить себе даже фантасты. Технология производства механизмов отлажена идеально и в сущности не сложнее производства механических часов. И вдруг нам предлагают заплатить круглые суммы, затратить годы и годы упорного труда талантливейших учёных - чтоб получить только лишь ненадёжный вычислитель, который ни чуть не лучше уже существующего? Ради обещаний призрачного прогресса когда-то через десятки лет? Вы бы заплатили?

В реальной истории всё обстояло ещё хуже:

«Марк I» был не первым электрическим компьютером ни в мире, ни в Америке. Но первым получившим неограниченно щедрую финансовую и главное производственную поддержку. И каков результат? Агрегат стоимостью в полмиллиона долларов смог заменить собой всего-то 20 арифмометров. Проект провалился. Кто бы в здравом уме заплатил за Эниак?Возможно атомную бомбу создавали наугад. Но про электричество к 1940-м годам было известно достаточно, чтобы предсказать как будет работать новый компьютер. И чуда не произошло, Эниак превзошёл «Марк I» едва ли вдвое. Архитектура Эниака не просто ущербна - она наихудшая из возможных и это ясно всем специалистам. А в глазах неспециалистов это просто приговор. Второй провал, убивающий всякую надежду. Как оправдаться? Как убедить заплатить за будущие года доработки Эниака?Но ведь заплатили!

Контракт на создание следующего компьютера (получившего имя EDVAC) заключён Армией США с той же самой группой разработчиков Эниак - прежде чем Эниак заработал!И платили ещё и ещё. Платили без надежды вернуть вложенные деньги, редкие коммерческие продажи 1950-х годов не могли полностью оправдать затрат предыдущих лет. Да и в 1960-е - когда уже случился совершенно неожиданный и жизненно необходимый технологический прорыв - широкого коммерческого успеха ещё нет. Если компьютеры кто и покупает, то лишь крупные учреждения и чаще всего на правительственные субсидии. А широкому потребителю эти электронные шкафы по-прежнему не интересны.

А вы знаете, что в полёте космического корабля «Джемини-9» отказал бортовой компьютер и астронавтам пришлось делать рассчёты на бумажке по логарифмической таблице. А это 1966 год! Если эти воспоминания о полёте правдивы - то выходит что в стране, с самой передовой на тот момент электронной промышленностью в мире, в 1966 году электронные вычислители были ещё ненадёжным барахлом. Хотя в их разаботку вкладывались громадные деньги вот уже почти 1/4 века к тому моменту.

Десятилетия напряжённой работы лучших умов потребовались, чтобы электронные компьютеры стали превосходить механические. Стали ближе к рядовому потребителю. Стали коммерчески востребованы. Прозвучал закон Мура: «Каждые 2 года число транзисторов на кристалле удваивается». И тогда... тогда потребовалось выдумывать чем занять эту неслыханную мощь. И, да вот это уже стало выгодно, да... но спустя 40 лет?!?

Если читателю интересно, то впервые появление чего-то похожего на интернет было предсказано ещё как далёкая абстрактная идея в статье Джозефа Ликлайдера и Роберта Тэйлора «The Computer as a Communications Device» (Компьютер как устройство общения) - в 1968 году. Реальная сеть заработала только в 1980-е годы исключительно как средство сообщения между научными и военными организациями. И даже после снятия секретности долгие годы число её пользователей не превышало пары тысяч.

Я не могу представить какой буйной фантазией надо обладать, чтобы в первой половине XX века предвидеть - даже не мобильную связь, а например всего лишь только домашнееиспользование интернета. Но ещё сложнее представить дар убеждения, способный заставить весьма серьёзных людей раскошелиться за эту явно несбыточную мечту.

Вопросы без ответов

Если кто-то скажет что мол такова была воля рынка, покупатели свободно выбрали более прогрессивный товар и отвергли архаичный, то пусть рискнёт объяснить:

почему два вида конкурирующих товаров - то есть механические компьютеры и электронные компьютеры - не существовали на рынке одновременно, хотя именно так обычно и развивается конкурентная борьбапочему на рынке вообще практически не появляются электрические устройства на реле - хотя до 1959 года они имеют достаточно преимуществ не только перед ламповыми, но даже полупроводниковыми того временикак рынок мог захотеть то, чего ещё не было? А электронных компьютеров ещё не былокак рынок мог внезапно отказаться от единственной УЖЕ существовавшей альтернативы - то есть от механических вычислителей? А ведь про них вдруг именно забыли. Хотя вычислять по-прежнему было надоБолее того, даже когда появились довольно компактные настольные электронные калькуляторы, то к примеру для геодезических вычислений они не годились. Мала была разрядность, увы! И приходилось геологам даже в 1970-е годы считать координаты по-старинке - на механическом арифмометре! Вот только добыть такой арифмометр становилось всё труднее и труднее.

Если читатель как следует подумает над этими простыми вопросами, то придёт к выводу:

люди стали покупать электронные компьютеры потому - что больше никто не продавал им ни механических, ни электрических на базе релеА теперь ответьте ещё на один вопрос:

как убедить дельца не производить товар, технология производства которого отлажена и на который есть спрос?Кое-что для очень любопытных

В 80-е годы уже было хорошо известно о таком поражающем факторе ядерного оружия как - электро-магнитный импульс. Он почти безвреден для живых организмов, но мгновенно нарушает работу электронных устройств. А ведь все системы возмездия управлялись электронными компьютерами.

И тогда стали выдвигать самые диковинные и невообразимые идеи. Я помню, всерьёз обсуждалась в военной периодике возможность создания светового компьютера. Более практичной выглядела идея пневматического компьютера, правда скептики указывали на слабое место - электромотор воздушного компрессора, который под импульсом перегорит, а без компрессора пневматический вычислитель работать не сможет. Кроме того быстродействие цифрового пневмокомпьютера весьма ограничено. А аналоговые пневмокомпьютеры хотя существуют, и успешно работают к примеру на нефтеперегонных заводах, но уж больно велики у них погрешности. Ведь воздух сжимаем, отсюда и погрешность.

Но никто не вспомнил про машину Беббиджа... Или как раз потому про неё ничего не появлялось в печати, что шестерёнки переживут и огонь и электрический импульс и поток губительных для всего живого нейтронов. Как знать, может быть где-то в подземных бункерах строго засекреченные механические вычислители, вращая своими шестерёнками, решают сейчас судьбу нашей цивилизации?

Плывущие в облаках

Какой же паро-панк без дирижаблей. Но прежде чем изобретать фантастические дирижабли, нехудо ознакомиться с тем, что было в реальности. А то многие не понимают, где в гондоле "Гинденбурга" стоял алюминиевый рояль - так вот, там его не было. Как так? Ведь в Википедии сказано... Да ничего такого в Википедии не сказано. Перечитайте внимательнее, там то же нет ни слова про рояль в гондоле. Позвольте, но где же тогда был этот знаменитый рояль?

Давайте разбираться по порядку.

Ещё за 3 века до нашей эры древние китайцы забавы ради запускали в небо бумажные фонари. Что такое фонарь в ту пору: масляная лампа, да бумажный абажур, не позволяющий ветру задуть пламя. А если сделать абажур лёгким, заклеить все щели с верху и с боков, да привязать под ним зажжённую лампу - то от нагрева воздух в мешке поднимет фонарь в воздух. Сказывают, даос-полководец Чжуге Лян даже нагонял страх на врагов, запуская такие фонари в небо. Думается, враги верили, что хитрый даос наблюдает за ними сверху. Но почему-то мысль поднять человека-наблюдателя в воздух с помощью такого же по устройству, но большего по размерам воздушного шара, китайцам в голову не пришла.

Зато много позже, далеко от Китая, во Франции, это удалось братьям Монгольфье.

Аэростат Монгольфье - нагретый воздух

Братья Монгольфье были людьми обеспеченными. Младший был архитектором, а старший унаследовал от отца бумажную фабрику. Вот из бумаги они и делали свои первые шары, наполняя их дымом. Дым они предпочитали из шерсти и соломы, считая что это заряжает шары электричеством. Они даже называли эти свои шары аэростатическими машинами. Как мы теперь понимаем, они несколько заблуждались насчёт причин порождающих подъёмную силу шара, но это не мешало шарам летать. К тому времени уже был открыт водород и братья пытались экспериментировать с ним, но из бумажной оболочки лёгкий газ улетучивался. И они вернулись к более надёжному дыму. Первый публичный запуск большого шара 5 июня 1783 года. Это была всего лишь пустая оболочка без какого-либо полезного груза. Зато уже 19 сентября того же 1783 года королю Людовику XVI демонстрируют полёт шара, к которому привязана клетка с животными.

Аэростат Монгольфье. Рисунок конца XIX - начала XX века

А 21 ноября всё того же 1783 года в Париже, на воздушном шаре, впервые в воздух поднялись люди - Пилатр-де-Розье и маркиз д’Арланд. По иронии судьбы менее чем два года спустя, 15 июня 1785 года именно Жан Франсуа Пилатр-де-Розье станет первой жертвой в истории воздухоплавания. Зато в предыдущем году, а именно 24 сентября 1784 года, на воздушном шаре впервые взлетела женщина. И очень быстро женщины освоились в небе не хуже мужчин.

Можно сказать, что с лёгкой руки Монгольфье, эра воздухоплавания открылась и легко и сразу широко. Люди принялись летать, а некоторые уже тогда сделали воздухоплавание своей профессией. То есть способом заработка. И среди них было даже несколько женщин, а то и целые семьи.

Это очень важный момент в развитии общественных отношений: хотя женщины ещё не получили избирательного права и были несколько ограничены в правах наследования, но - они не стали ждать пока общество подарит им милости в виде новых законов, а делом доказали что не хуже мужчин. И общество с восторгом приняло их! Посмотреть на полёты женщин собиралось больше публики, воздухоплавательницы были окружены восхищением и почитанием. Да и финансовые дела у них шли получше, чем у иных мужчин-воздухоплавателей.

Женщина Эпохи Пара сама освободила себя - но свершением достойных дел (а не демонстрациями протеста).

Ну а конструкция шара наполняемого подогретым воздухом с тех самых пор называется - монгольфьер.

Аэростат Шарля - водород

Профессор Жак Александр Сезар Шарль считал, что дым не лучший источник подъёмной силы. Он изобрёл свой воздушный шар самостоятельно, без оглядки на чужой опыт. И тут ничего удивительного нет, то что оптимальная форма аэростата шар мог бы сказать ещё Пифагор. Но как добиться, чтобы лёгкая оболочка не пропускала летучий водород? Для этого Шарль взял самую лёгкую шёлковую ткань, и смочил её раствором каучука в скипидаре. Получилась прорезиненная ткань, которая достаточно хорошо удерживала водород. Публичный запуск шара без груза 27 августа 1783 года.

Аэростат Шарля. Рисунок конца XIX - начала XX века

А уже 1 декабря 1783 года полёт людей. В тот же самый год первого полёта шара братьев Монгольфье, и всего на 10 дней позже первого полёта человека на монгольфьере! Два независимых исследования, и оба успешно завершены - одновременно! Часто ли в истории происходят такие совпадения?

И с тех самых пор конструкция шара наполняемого летучим газом называется - шарльер.

Аэростат Бланшара - воздушный руль

Жан Пьер Бланшар шёл к своему успеху совсем иным путём. Он и не думал сперва о парящих шарах - он хотел летать как птица. И построить махолёт ему почти удалось. Хотя известно, что физических сил человека не хватит на полёт с машущими крыльями, но Бланшар в своих опытах закреплял махолёт на тросе, пропущенном через блок и снабжённом противовесом. Противовес компенсировал вес аппарата с человеком лишь частично, но Бланшару этого как раз хватало, чтобы отрываться от земли и даже, махая крыльями, подниматься на некоторую высоту. Это был 1781 год. До первого полёта человека на воздушном шаре оставалось ещё 2 года.

Аэростат Бланшара. Рисунок конца XIX - начала XX века

А в 1784 году Бланшар уже приспосабливал крылья для управления полётом аэростата. Или быть может их лучше назвать вёслами, ведь воздухоплаватель собирался грести ими в случае безветрия. И 7 января 1785 года на своём аэростате с крыльями-вёслами перелетел Ла-Манш.

От начала эры воздухоплавания прошло чуть больше года! А уже появился первый хоть как-то управляемый воздушный шар. Конечно, крылья или паруса не могли придать воздушному шару способность двигаться в произвольном направлении - но вот сама идея рулить парусом будет применяться на дирижаблях до самого XX века.

Именно дирижабль с парусами является в моём фантастическом романе "Счетовод перевала", подробности о котором на сайте SteamAge.ru в разделе "Товары". Да, это была моя небольшая реклама - но хорошее и рекламировать не стыдно. А "Счетовод перевала" вышел в самом деле хорошим, добрым, классическим паро-панком, почти как писал Жюль Верн (а может быть и чуточку интереснее). Впрочем, если Вам неохота тратить много времени на чтение целого романа - есть сокращённый вариант - пьеса "Властелин перевала". Подробности о ней там же, то есть на сайте SteamAge.ru в разделе "Товары".

Дирижабль Жиффара - паровая машина

Направлять полёт воздушного шара с помощью крыльев или вёсел-парусов - идея не самая лучшая. Парусность самого шара куда больше. Поэтому прошло - суеверных прошу не пугаться - 66 лет, прежде чем полёт стал управляемым по-настоящему.

Дирижабль Жиффара. Литерой «R» обозначен рулевой парус. Рисунок конца XIX - начала XX века

В 1851 году Анри Жиффар построил первый в истории человечества дирижабль. Оболочка длиной 44 м и диаметром 12 м, объёмом 2.5 тысячи кубо-метров. Парус, закрепленный в корме оболочки, играл роль руля. А воздушный винт вращала паровая машина мощностью 3 лошадиных силы. 24 сентября 1852 года Жиффар взлетел, но мощности машины не хватало, чтобы бороться с ветром. Маломощная машина сообщала аппарату скорость всего в 11 км/ч. Тогда он поднялся выше до 1800 м - там ветер ослаб, и он смог лететь по собственному желанию. Затем он построил более крупный дирижабль, стал знаменит. И - принялся строить самые обычные аэростаты для увеселения публики. Для Лондонской всемирной выставки 1868 года - привязной аэростат объемом 11,5 тысяч м³ для подъема 30 человек, на высоту до 600 м. А для Международной выставки 1878 года в Париже - привязной сферический аэростат объемом 25 тыс. м³ с гондолой на 40 пассажиров для подъема на высоту 500 м. За 2½ месяца работы выставки было поднято 40 тысяч посетителей. Одним из этих посетителей был русский учёный Менделеев.

Для нашей истории весьма интересно, что Анри Жиффар не был ни богачом, как братья Монгольфье, ни видным учёным, как Шарль, ни даже инженером. Он был - рабочим в железно-дорожных мастерских. Дослужился до паровозного машиниста. Задавшись целью управляемого полёта начал с того, что за год работы сам сконструировал и сделал самую лёгкую для того времени паровую машину весом всего в 45 кг. Ещё центнер весил предельно облегчённый котёл с водой. Через 30 лет в распоряжении Можайского уже будут машины вместе с котлом весящие в несколько раз меньше и при том в 10 раз мощнее. Пар прогрессировал темпами, поражавшими воображение современников.

Кроме того, история Анри Жиффара говорит нам о том, что в Эпоху Пара даже простые рабочие достаточно образованные люди. И к тому же имеющие широкий кругозор, не ограничивающийся только их узкими насущными интересами. Это иной образ мышления, не характерный для нашего современного общества. Сейчас есть готовые шаблоны на все случаи жизни, умный человек не «изобретает велосипед», а просто выбирает подходящий оптимальный рецепт - но в Эпоху Пара люди не боялись открыть разум и создавать новое. Быть может шаблоны помогают нам современным быстрее добиваться частных успехов - но, чёрт возьми, мы разучились творить по-настоящему! Чего теперь мы сами стоим без этих шаблонов?

Дирижабль Дюпюи де Лома - баллонет

Удивительно, но спустя более чем 20 лет, следующий изобретатель самодвижущегося аэростата сделал шаг назад - и на его дирижабле вместо мотора команда людей вращала винт. Это довольно странно: мысль о создании дирижабля возникла сразу же после успешных полётов первых воздушных шаров, но как мы уже видели, прошло долгих 66 лет, прежде чем она была воплощена. И виной этому длительному ожиданию отсутствие мотора. А когда мотор уже имеется - то ждут ещё 20 лет, прежде чем кто-то сообразил, что ждать почти век было вовсе не обязательно, а можно было начать эксперименты, используя силу собственных мускулов.

Дирижабль Дюпюи де Лома. Рисунок конца XIX - начала XX века

Успешно испытанный 2-го февраля 1872 г, дирижабль Депюи де Лома был больше первого дирижабля Жиффара. Диаметр 36 м, объём 3564 м³. Гондола размерами 6 на 3 м позволяла взять на борт много людей, в отличие от одноместного аппарата Жиффара. Но скорости дирижаблю с ручным приводом явно не хватало. Даже если винт крутили 8 человек, то и тогда скорость была лишь чуточку больше 2¼ м/с - то есть любой самый легчайший ветерок (а таковой имеет скорость от 3 до 5 м/с) нёс такой дирижабль куда хотел. Кроме того, на современный взгляд, неудачна была и форма аппарата. Он был похож на летающую тарелку с привешенной под ней лодкой - вместо сигарообразной формы, которая, как мы нынче хорошо понимаем, более выгодна для плавания в воздушном океане, и которую применял ещё Жиффар.

Но именно на этом неуклюжем дирижабле был впервые применён баллонет - воздушный мешок внутри оболочки для несущего газа. Но ведь воздух не обладает подъёмной силой в воздухе. Зачем же нужен мешок с воздухом?

30 января 1934 года советский аэростат «Осоавиахим-1» установил рекорд высоты подъёма в 22 тысячи метров в первом в истории зимнем стратосферном полёте (для аэростатов стратосферным считается полёт выше 11 км). Но окончился полёт катастрофой. Когда «Осоавиахим-1» поднялся над облаками днём, он согревался лучами солнца. Оболочку всё больше распирало изнутри давлением летучего газа. К тому же с подъёмом падало внешнее давление окружающего воздуха. Разумеется, это было предусмотрено, оболочка наполнялась при старте лишь частично. В момент старта стратостат напоминал перевёрнутую каплю, но на высоте он превращался в надутый шар. Экипаж понимал, какую шутку играют тёплые солнечные лучи с их аппаратом. Время близилось к вечеру, и пора было идти на посадку. Они открыли клапан для выпуска летучего газа. Но даже после часа стравливания стратостат не хотел спускаться. Затем началось плавное снижение. Но заходящее солнце согревало всё хуже и хуже. Скорость снижения начала нарастать, а потом за какую-нибудь минуту спуск превратился в беспорядочное падение. Людей бросало по кабине так, что они не имели шанса добраться до двери. А причина в том, что остатки летучего газа остыли, и оболочка сжалась.

Между тем на важность поддержания формы оболочки указывал ещё на заре воздухоплавания упоминавшийся выше генерал Мёнье. Чтобы плыть в воздухе, летучий газ должен заполнять оболочку полностью. Этого не достичь, если давление летучего газа окажется мало. Но излишнее давление летучего газа может разорвать оболочку изнутри. Просто стравливать летучий газ? Расточительно.

Предложенное им решение для шаров-шарльеров заключалось в помещённом внутрь оболочки воздушном мешке, в который воздух можно было бы подавать или выпускать. Когда воздух подавали, баллонет раздувался, создавая давление на летучий газ, а тот распирал оболочку до расчётного размера. Если же из-за нагрева летучий газ слишком сильно растягивал оболочку и грозил разорвать её швы, то воздух из баллонета стравливали - давление на летучий газ уменьшалась. А воплотил это в реальность именно Дюпюи де Лом на своём дирижабле.

Дирижабль Генлейна - газовый двигатель

В том же самом 1872 г, но не в оправляющейся после поражения Франции, а в благополучно довольной своей недавней победой Германии, в Майнце, инженер Генлейн построил свой дирижабль. Точно так же как у Депюи де Лома, внутри оболочки имелся баллонет. Зато сама форма оболочки в виде цилиндра с конусообразными оконечностями была более выгодной, чем у француза. А главное: вместо силы людей - двигатель внутреннего сгорания. Газовая машина в 3.6 лошадиных силы, и весом в 233 кг. Выбор очевидно неудачный, даже если сравнить с уже устаревшей к тому времени самодельной паровой машиной Анри Жиффара.

Дирижабль Генлейна. Рисунок конца XIX - начала XX века

Такова историческая правда: двигатели внутреннего сгорания отчаянно проигрывали паровым машинам. И даже страшно себе представить, как бы пошла история нашей цивилизации, если бы уже тогда (а не сейчас, полтора века спустя!) инженеры принялись бы совершенствовать двигатель Стирлинга - единственный из всех тепловых двигателей, работающий по идеальному циклу, и следовательно единственный потенциально способный извлечь максимум пользы из сжигаемого топлива. А впрочем, есть стирлинги работающие и на солнечном тепле. И даже игрушечные стирлинги, работающие от тепла человеческой руки! Да уж, пойди наша история этим путём, плакали бы сейчас нефтяные корпорации горючими слезами, а леса Амазонки никто не вырубал бы. Но увы, как это не раз случалось в истории человечества, лучшие умы отчего-то сконцентрировали своё внимание на заведомо худшем варианте. А последствия этого пожинаем все мы вот уже полтора века.

Конечно, если сравнить с дирижаблем Депюи де Лома на мускульном приводе, то дирижабль Генлейна бьёт его шутя. Ещё бы, скорость более чем вдвое выше - аж 5 м/с! Но мы-то уже видели, какую силу к тому времени давали паровые машины. И вес их был заметно меньше. А 5 м/с это скорость слабого ветра - которую дирижабль с двигателем внутреннего сгорания всё ещё не мог превозмочь. А пар - мог! Право же, удивительно, как пунктуальный немецкий инженер не заметил этого... или не захотел заметить?

Дирижабль Ренара и Кребса - электрический двигатель

Строго говоря, первыми были братья Тиссандье. Всего через 10 лет после окончания Франко-прусской войны, в 1881 году они строят дирижабль с динамо-машиной Сименса, питаемой от батареи аккумуляторов Планте. А летом 1884 года он достиг скорости 3 м/с. Но как мы уже знаем, этого едва хватит разве чтоб бороться с самым лёгким ветерком.

Дирижабль Ренара и Кребса. Рисунок конца XIX - начала XX века

Большего успеха с электромоторами сумели добиться заведующие отделом французского военного воздухоплавания Шарль Ренар и Артур Кребс. На казённые деньги, в военных мастерских в Шале-Медоне построили их дирижабль «La France» - то есть «Франция». И действительно, тогда аппарат стал предметом национальной гордости. Длина 52 м, наибольший диаметр 8.4 м., объём 1 900 м³, двигатель мощностью 8½ л. с. В полёте 9-го августа 1884 года за 23 минуты пройдено 7.6 км. Достигнута скорость в 5 м/с.

Для электромотора той поры результат замечательный. Но 5 м/с = 18 км/ч это скорость слабого ветра. Такой электро-дирижабль мог летать только в штиль... или ждать попутного ветра, как сказочная Мэри Поппинс, летавшая на зонтике. Ведь даже всего лишь умеренный ветер дует с вдвое большей скоростью.

Чтобы дирижабль перестал быть сказкой, на него нужно было всего лишь поставить самую обычную к тому времени паровую машину. Сделать то, что сделал простой рабочий Анри Жиффар в середине XIX века. Но учёный люд упорно искал любую альтернативу пару на воздушных судах - и в этих бесплодных метаниях было потеряно полвека, пока в воздух не поднялся «Цеппелин».

Военное применение шаров

Мысль о военном применении воздушных шаров взволновала умы сразу после первых же удачных полётов. Уже на следующий 1784 год военный инженер Мёнье развил эту мысль до идеи самодвижущегося аэростата - то есть дирижабля, что означало «управляемый». По его проекту, представленному в Парижскую академию наук, дирижабль имел многие черты более поздних удачных конструкций. Форма в виде веретена для уменьшения лобового сопротивления, воздушные винты в качеств движителя, килевая балка придающая аппарату жёсткость от порывов бокового ветра. Единственное что делало его мечту неосуществимой это двигатель. Ведь будущий генерал предлагал посадить 80 человек, которые вручную вращали бы воздушные винты. Совсем как на галерах того времени! Но таких размеров аэростаты поднимутся в небо только спустя десятилетия.

Французская революция стала временем разнообразных перемен. И первое в мире подразделение воздушной разведки было создано приказом революционного Комитета общественной безопасности. В 1794 оно участвовало в обороне осаждённой австрийскими войсками крепости Мобёж. Капитан команды Жан-Мари Кутелль (Jean-Marie-Joseph Coutelle) поднимался в корзине своего «Энтепренана» (L'Entreprenant — «Предприимчивый») над городом дважды в день, фиксируя передвижения вражеских войск и сбрасывая затем вниз записки об увиденном.

Главной опасностью для "баллоньера" (то есть воздушного наблюдателя) того времени был ветер. Оказалось, что воздушный шар на привязи уж очень подвержен порывам ветра. Именно потому, что он шар! Это если он парил свободно, то никаких неудобств, а на привязи его начинало крутить и раскачивать, так что порой аэронавтов укачивало. А могло и сильно ударить о землю на подъёме или при спуске. Случались и обрывы троса, и тогда аэростат могло пронести ветром через половину Европы.

Так внезапная буря, разразившаяся в мае 1916 года, сорвала сразу 24 французских аэростата с 28 наблюдателями, и понёсла их в сторону противника. Многие наблюдатели воспользовались парашютами. Но по случайности, вместе с наблюдателями в воздух поднялся лейтенант, отвечавший за стабилизирующий «воздушный якорь» и повисший на одном из его парашютов. Беднягу донесло до Бельгии, но на счастье, он отделался сломанной ключицей. А вот что касается 18 рискнувших покинуть корзины с парашютами, то 2 погибли при приземлении, ещё 2 было тяжело ранено, правда 11 человек остались невредимы.

С самим командиром самого первого воздухоплавательного отряда капитаном Кутеллем произошёл однажды примечательный случай. При осаде австрийской крепости французы решили разведать обстановку в крепости с помощью воздушного шара. Погода была ветреной, и при подъёме шар стал сильно раскачиваться — так, что корзину с наблюдателем, коим был сам Кутелль, стало бить о землю. Увидев это, австрийцы выслали парламентёров, которые посоветовали французам не поднимать шар в такую погоду, так как смерть от удара о землю не достойна офицера!

Право же, Эпоха Пара - это совсем другие времена!

Отряд Кутелля смог принять участие только в трёх сражениях — до того, как в 1797 году армия не перешла под командование Наполеона, который распустил «воздухоплавательные силы». Император посчитал, что для подъёма в воздух шара, требуется большая подготовительная работа и много людей, а перевозка необходимого дело хлопотное и затратное. Наполеон собирался действовать стремительно, и возится с воздухоплавательным обозом не желал.

Однако, в 1811 году, официальная воздухоплавательница при дворе Наполеона, Софи Бланшар совершила разведывательный полёт над Неаполем при подготовке его штурма французским маршалом Мюратом. Так что Бонопарт всё же был вынужден обратиться к воздушной разведке - и извлёк из этого некоторую пользу. А вот его потомку Наполеону III не везло решительно во всём - и в том числе с воздушной разведкой. В 1859 году, во время австрийско-итальянской войны, для разведки расположения неприятеля при Сольферино были посланы два воздухоплавателя, но ничего существенного они сообщить не смогли.

Между прочим упомянутая Софи Бланшар была женой того самого Бланшара, который впервые перелетел Ла-Манш. Но в наследство от знаменитого мужа она получила только долги. И лишь собственные удачные полёты поправили её финансовое положение так, что она даже оказывала некоторую помощь другим. И в деле военной разведки, как видим, она преуспела лучше мужчин.

«Подвижной состав» французской воздухоплавательной роты

Французская паровая лебедка из состава воздухоплавательной роты

В гражданскую войну в США, с 1861 до 1865 год, воздушные шары употреблялись нередко. В известном романе Жюля Верна, герои покидают город южан на захваченном ими воздушном шаре. В реальности же воздушные шары куда больше использовали северяне - но шары привязные. Впрочем иного для целей наблюдения за полем боя и не требовалось.

Заполнение воздушного шара водородом в период Гражданской войны в США

Заполнение водородом аэростатов Парсеваля в Европе. Водородный генератор химическим путём вырабатывает водород прямо из воды озера

Заполнение шара водородом с помощью водородного генератора занимало от 10 до 18 часов. Вместо этого, можно было заранее запасти летучий газ в газгольдере (который мог быть таким же мягким баллоном), а потом перегнать его в оболочку - тогда время наполнения сокращалось до 5 - 6 часов. Позже стали доставлять газ на фронт в баллонах, это было удобнее в плане маскировки. Но это уже явно за пределами Эпохи Пара, это стандартизированный дизель-панк, а мы вернёмся к паро-панку. А тогда доступен только химический водородный генератор, который обязательно надо снабжать водой в избытке. И паровой лебёдке, кстати, не забудьте тонну воды в день.

Перед использованием баллонов они подсоединялись к общему ресиверу

Франко-прусская война 1870—1871 года это как раз перелом в нашей реальной истории от паро-панка в дизель-панк. В ту войну воздушные шары применяли обе стороны. И если немцы только привязные для наблюдения, то французы ещё и летали на свободных шарах через захваченную неприятелем территорию в отрезанные части своей страны, чтобы воодушевить там жителей на борьбу. Правда стальные пушки Круппа оказались более веским козырем на поле боя. Но зато сразу после окончания войны во Франции интерес к дирижаблям, как воздушным судам способным летать по своему желанию, вспыхивает с новой силой.

В отношении же привязных аэростатов пришли к тем же выводам, что и Наполеон в начале XIX века - воевать будем быстро, аэростаты не поспеют за войсками, потому не нужны. Так, во французской армии воздухоплавательные роты упразднили уже в 1911 году, шары и прочее оборудование были сданы на склады учебных центров. В 1912 году во Франции официально были образованы военно-воздушные силы, при этом первыми в постановлении упоминались дирижабли, на второе по значению место выдвинули авиацию, в конце списка упоминались воздушные змеи. Шары были не нужны.

И в 1913 году от французских воздухоплавательных сил осталось пять дирижаблей (из них только два были в рабочем состоянии) и четыре крепостные воздухоплавательные роты, на оснащении которых было менее десятка сферических привязных аэростатов типа «Е» модели 1884 года. А ведь прежде Франция была лидером воздухоплавания и в частности дирижаблестроения. Но - началось увлечение аэропланами. И хотя оные ещё не летали толком, но на аппаратах легче воздуха поспешили поставить крест. Да мало того - спешили избавиться от них. Крайне неразумная тактика.

Англичане даже опередили французов по темпам избавления от баллонов. При том, что они успешно использовали шары в Судане и против буров, к началу мировой войны осталась одна воздухоплавательная рота, починявшаяся Королевским инженерным войскам, да и у той оснащение было старым и находилось на хранении (все два шара и это не шутка).

Итальянские воздушные силы в Северной Африке

Впрочем, накануне Первой Мировой, шары ещё применяли итальянцы в африканской компании против Турции. Хотя там же они же уже применяли аэропланы для разведки и даже рисковали сбрасывать с них небольшие бомбы. Но и аэростатами остались довольны, так что в 1913 году в Италии Воздухоплавательная инспекция была выделена в самостоятельную структуру (до того все привязные аэростаты относились к инженерным войскам). Вот только как-то особо проявить себя в ходе Первой Мировой им не довелось.

А лучше всех подошли к грядущей войне германцы: кроме дирижаблей (среди которых много было прогрессивной по тем временам жёсткой конструкции) в армии имелось 8 полевых воздухоплавательных отрядов, каждый из которых был придан действующим армиям, и ещё 17 крепостных станций.

Фронтовые будни

Первая Мировая неожиданно потребовала от всех её участников мобилизации абсолютно всех ресурсов. Не хватало даже патронов. Так, на начало войны, промышленность Австро-Венгрии могла обеспечить всего 4 патрона в день на солдата - а Франция могла дать своему солдату и вовсе лишь 2. Реальный же расход стал исчисляться миллионами в день!

И самое удивительное, что уже имея замечательные, дешёвые и простые в изготовлении воздушные змеи - все страны дружно принимаются заново возрождать уже забытые дорогие привязные шары!

Между прочим, это потребовало не только средств - но и особых людей. Пробовали поднимать на шарах артиллеристов - те терялись в воздухе. Пришлось брать в воздушные наблюдатели геодезистов, архитекторов и даже художников - всех тех у кого было развито пространственное мышление и было представление о перспективе. А ведь наблюдателю ещё надо было и обладать отменным вестибулярным аппаратом и крепким здоровьем.

Производство аэростатов, французская компания «Како»: выклейка оболочек и плетение корзин (они и в конце XX века плелись только из веток, такая конструкция оказалась наиболее лёгкой и достаточно прочной)

Лагерь оборудовали в 5 - 6 км от линии фронта, опасаясь вражеской артиллерии и конечно же таких же воздушных наблюдателей. Старались расположиться в лощине, в овраге, в лесочке или за обратным скатом высоты. Готовили две позиции для снаряжения и две стартовых позиции, с которых собственно и осуществлялся подъём. От места снаряжения до старта аэростат обычно вела многочисленная команда, удерживая за "спуски" - верёвки, прикреплённые к оболочке специально для её удержания. Иногда использовали буксировку автомобилем.

Для корректировки огня батареи старт устраивали в 1 - 1 1/2 от неё и на 1/2 км в сторону, чтобы лебёдка шара не попадала под случайный вражеский огонь по батарее. Связь держали по телефону, но так же использовали и сигналы большими геометрическими фигурами, и флажки, и лампу Морзе.

Подготовка к подъёму германского аэростата: на корзине закреплён телефонный аппарат, парашют в прямоугольной сумке, мешки с балластом. Солдаты крепят планшет с картой

При подъёме делали остановку на высоте в 300 м, чтобы дать наблюдателю в шаре время привыкнуть и найти ориентиры. Затем поднимали до 800 - 1000 м. Это давало возможность различать цели на дистанции до 10 - 12 км. Хотя граница горизонта намного дальше, но различить цели уверенно далее не удавалось. Особенно во время войны, когда враг старательно маскировал свои позиции. Впрочем, уже то, что шар висел, играло свою роль - вражеские батареи обычно не решались стрелять в это время, чтобы не демаскировать себя. Шары поднимали и ночами - высматривать отдельные огоньки или свет фар на дорогах, которые, к слову сказать, в ночи с воздуха видны светлыми полосами.

Змейковые аэростаты

Их упоминание нередко можно встретить в исторической литературе. А что же это такое? Да собственно вот:

Немецкий «дракон», он же «колбаса»

Изобрели его в конце XIX века немецкие офицеры майор Август фон Парсеваль (August von Parseval) и капитан Рудольф фон Зигсфельд (Rudolf Hans Bartsch von Sigsfeld). За необычную форму он был прозван «драконом» (Drachen-ballon), в историю вошёл по имени создателя как «парсеваль», а официальное техническое название – змейковый аэростат - происходит от того, что он стабилизировался относительно ветра примерно так же, как воздушный змей. И даже, для лучшей стабилизации, к нему порой добавляли хвост как у змея.

Стабилизация же была очень нужна, чтобы аэростат не вращало на привязи, не раскачивало. И «дракон» в самом деле лучше переносил ветер. Мог работать до 14 м/с, тогда как круглый шар на привязи стабильно держался лишь при жалких 7 - 8 м/с, что немного сильнее обычного лёгкого ветерка.

Чтобы создавать меньшее сопротивление, баллон «дракона» был цилиндрическим. Он висел под углом к ветровому воздушному потоку, а путевую устойчивость ему придавал хвостовой изогнутый баллонет, прозванный «бананом». Баллонет не наполнялся летучим газом! Его форма поддерживалась набегающим потоком воздуха и его тягой между воздухозаборником и верхним (выходным) отверстием. Еще один баллонет, заполняемый воздухом через нижний воздухозаборник, создавался внутренней перегородкой, отделявшей примерно 1/4 часть общего объема аэростата. Внутренний баллонет служил воздушным мешком, поддерживавшим форму баллона и своеобразным грузилом, опускавшим хвост аэростата вниз. В диаметральной плоскости хвостовой части баллона пришивались так называемые паруса – напоминавшие плавники или крылышки полоски ткани, расправлявшиеся под действием ветра.

Интересно что «парсевали» не являлись чем-то секретным. Немецкая компания продавала их всем желающим вместе с лицензией на собственное производство. Перед войной «драконы» имелись в воздухоплавательных отрядах Бельгии, России, Австро-Венгрии, Италии. И только Франция и Англия упустили их из виду до самого начала Первой Мировой. Англичане увидели необычные баллоны у бельгийцев, да и выпросили у союзника купленную ещё до войны документацию. Французы же кинулись делать свои «колбасы» по фотографиям и рисункам с фронта - такие получили название «тип H». Именно из-за отсутствия чертежей, по незнанию. они внесли в конструкцию некоторые улучшения, сделавшие французские «парсевали» лучше оригинальных.

В конце 1914 года во Франции, сугубо гражданский инженер, Альбер Како (Albert Irenee Caquot) был мобилизован, получил чин капитана и назначен командовать 21-й воздухоплавательной ротой. Когда он в первый раз поднялся на воздушном шаре, его стошнило – несмотря на хорошую погоду, корзину шара довольно сильно болтало. Тогда он доработал «немецко-французский» H-тип (сделал корпус сигарообразным, что улучшило аэродинамику баллона, заменил «банан» на более обтекаемый киль большей площади). В январе 1915 года были построены первые шесть аэростатов, обозначенные как «тип L». Объем баллона у обоих был 800 м³. В апреле были проведены сравнительные испытания между старыми и новыми аэростатами. Подъемы осуществлялись при слабом и сильном ветре. При слабом ветре оба аэростата показали примерно равные результаты скорости спуска-подъема и стабильности висения. Но при сильном ветре из-за меньшего угла атаки корпуса у L-типа нагрузка на трос лебедки была ниже, а значит скорость подъема-спуска была больше, больше была и высота подъема, лучше стабильность висения, гондола раскачивалась слабее. Но Како не остановился. Он вновь немного изменил корпус, а ещё добавил полноценное хвостовое оперение из трех лепестков-баллонетов. Новый аэростат мог работать при скорости ветра до 20 м/с и подниматься на высоту до 1,5 км. Аэростат запустили в массовое производство под обозначением «тип M».

Аэростат конструкции Како M-типа

Дальше случилась история почти анекдотическая. Британскому флоту срочно требовалось средство воздушной разведки. А ставка на аэропланы - ради которых спешили угробить баллоны до войны - себя не оправдала. Круглый шар при постоянных морских ветрах был плох. «Дракон» лучше, но то же недостаточно, ведь его предельный ветер это по морским меркам просто лёгкий бриз. Нужен был аэростат, работающий при ветре до 25 м/с да ещё плюс 10 м/с на скорость буксировки. Како предложил свой «тип M» - британцы пришли в восторг.

Но при первом же испытании без экипажа оборвался трос и секретный аэростат понесло ветром в сторону вражеских позиций. Английской артиллерии был отдан приказ расстрелять аэростат в воздухе. Но - всего через несколько недель над германскими позициями гордо реяли «Ae 800», или «Achthundert Englisch», то есть, «британский, 800 м³». Немцы не ограничились копированием - установив в корзине мотор, они сделали из аэростата Како мягкий дирижабль.

Немного цифр. Како организовал производство и в Англии. Кроме таких же, как французские, тут выпускались "баллоны" объёмом в 1000 м³ которые поднимали две корзины. Когда в войну вступили США, им так же была передана документация и образцы (включая и всё необходимое наземное оборудование). Из произведённых США 265 комплектов, 30 было отправлено Англии и Франции. И ещё США поставили союзникам 51 345 баллонов с водородом.

Итальянский дирижабль на базе АР

Ну и напоследок немножко итальянского творчества. Втянутая Муссолини в Первую Мировую Италия оказалась союзником Антанты. Итальянские конструкторы майор Луиджи Аворио (Luigi Avorio) и доктор Евгенио Прассоне (Eugenio Prassone) под конец войны предложили конструкцию, внешне схожую с М-типом Како. Баллон был практически сферической формы, но с хвостовым конусом и стабилизаторами. Аэростат AP (Avorio Prassone) получился исключительно удачным – так, можно было установить пулеметную точку на его вершине, или, добавив мотор, превратить его в дирижабль.

Человек и дирижабль

Мягкий дирижабль хорош только пока имеет относительно небольшие размеры. Но длинную «сосиску» ветер будет безжалостно трепать и изгибать, так что управляемый полёт станет невозможным. Всё было бы замечательно, если бы «сигара» дирижабля не изгибалась. И австрийский конструктор Давид Шварц придумал сделать корпус полностью из алюминия. И он начал постройку, но умер. Завершить начатое доверили механику. И в 1897 году в Берлине дирижабль взлетел, да к сожалению подвёл мотор. Механик запаниковал и дёрнул клапан аварийного выпуска водорода. Тяжёлый аппарат грохнулся оземь, а сам виновник крушения чудом остался жив.

Граф Фердинанд фон Цеппелин скорее всего знал об опыте с дирижаблем Шварца. Свою конструкцию он сделал иной. Алюминий? Да! Но не обшивку, а только балки из которых собирались кольца ферм, соединяемых между собой алюминиевыми стрингерами в единый каркас, снаружи затянутый полотном. Дополнительную прочность и жёсткость каркасу придавали стягивавшие его внутри стальные тросы. А внутри такого корпуса много газовместилищ для водорода, баллонетов для воздуха, а на некоторых дирижаблях и для горючего газа, использовавшегося как топливо.

На этом нововведения не заканчивались. Цеппелин придумал способ балансировки дирижабля по продольной оси. Для этого он поместил на дирижабле свинцовый груз весом в 100 кг, который можно было двигать на 7 м вперёд или назад от центра тяжести корабля. Смещением этого груза можно было или опускать нос аппарата к земле или направлять его восходящим курсом к небу. Зачем это нужно?

Поначалу воздухоплаватели управляли высотой полёта так:

для подъёма выше сбрасывали балласт - который для этого перед полётом приходилось брать с собойдля спуска стравливали газ - из-за чего после приземления становилось невозможно немедленно отправиться в новый полётПри этом всегда оставалась опасность стравить слишком много газа. К чему такое привело на «Осоавиахиме-1» мы уже видели.

Цеппелин решил маневрировать по высоте - за счёт моторов. Ведь в полёте дирижабль уравновешен с окружающим его воздухом. Его нос можно направлять направо или налево - и при включённых моторах он полетит заданным курсом. Но ничто не мешает направить нос выше - и дирижабль начнёт подниматься. Или опустить ниже, чтобы пойти на посадку. Можно плавать в воздушном океане, меняя высоту как угодно и не тратя ни газа, ни балласта.

«LZ 1» в полёте 2 июля 1900 г.

Дирижабли Цеппелина получали краткое название «LZ» (читается «эль-цет»), что расшифровывалось как «Luftschiff Zeppelin» (читается «Люфтшифф Цеппелин») или «Воздушный корабль Цеппелина». Строили их поначалу в плавающем посреди Боденского озера сборочном цехе. Плавающий цех понадобился, чтоб направлять выходящий аппарат против ветра при взлёте - это наилучшее положение для взлетающего дирижабля.

Первенец «LZ 1» имел технологичную форму цилиндра диаметром в 11.6 м и длиной в 96 м, который оканчивался с обеих сторон одинаковыми конусами длиной в 16 м - итого 128 м общей длины. Внутри внешней оболочки размещались газовые мешки сферической формы. Все элементы конструкции собирались из стандартизированных деталей, оболочка кроилась по рассчитанным типовым лекалам. Такие дирижабли можно было строить как на конвейере. И целых 15 лет считалось, что такая технологичность важнее - и лишь начиная с 1915 г стали переходить на несколько более трудоёмкую в производстве, но аэродинамически заметно более выгодную форму вытянутой капли.

На первом цеппелине об аэродинамике ещё никто не думал. Ведь его силовая установка - два двигателя Даймлера мощностью 14.2 л.с - определённо не предназначалась для достижения рекорда скорости. Первый полёт 2 июля 1900 г, продолжался всего 18 минут, после чего механизм балансирования веса сломался. Но и этого хватило, чтобы в дирижабли новой конструкции поверили. А уже в Первую Мировую цеппелины достигали длины 148 м и развивали в полёте скорость 80 км/ч. И кстати в Германии строил их тогда уже не только граф Цеппелин.

Интересно, что позже Цеппелина немец Парсеваль предложил для балансировки мягких дирижаблей делать внутри оболочки два разнесённых по длине корабля последовательно установленных баллонета с раздельным нагнетанием воздуха. Накачивая разное количество воздуха в них, можно было добиваться поднятия или опускания носа воздушного судна. Решение более изящное, чем свинцовый груз. И со временем стали строить и жёсткие дирижабли с баллонетами.

Военные "цеппелины" обычно имели несколько гондол. Передняя для управления (командира и рулевых), и задние для моторов (и мотористов). Остекления в этих гондолах не было, так что экипаж поднимался в воздух закутавшись потеплее даже летом. Разумеется, для пассажирских перевозок это не годилось. Так вот пассажиров размещали - внутри корпуса. Да, внутри самой "сигары". Ведь "сигара" у "цеппелина" это просто каркас обтянутый тканью. Внутри него размещаются газовместилища и баллонеты. И уж выкроить место для двух этажей пассажирских кают не составляло труда. Так что пространства в распоряжении пассажиров на борту "цеппелинов" было больше, чем на самом роскошном современном аэробусе.

Воздушный корабль с индексом «LZ» открыл эру воздушных перевозок. И, по злой иронии судьбы, корабль с таким же индексом закрыл эту эру для дирижаблей. Да, речь о LZ-129 Gindenburg, 6 мая 1937 года сгоревшем при посадке в США. Видя кадры горящей «сигары» человечество ужаснулось. И с таким опасным видом транспорта было покончено навсегда. Ещё бы, более 30 погибших!

Покончено, невзирая на то, что погибла лишь треть из находившихся на борту - а две трети спаслись. При аналогичной катастрофе самолёта обычно выживших не бывает вовсе, тогда как при самых ужасных крушениях дирижаблей крайне редко гибнут все. Выходит опасный дирижабль безопаснее менее опасных самолётов? Да.

Комиссия постановила, что причиной пожара стал внезапно лопнувший стальной трос, из числа стягивавших каркас. При разрыве он распорол одно из газовместилищ с водородом, а позже из-за накопления атмосферного электричества - искра и всё кончено! Не молния, как почему-то пишут некоторые не разобравшись! Не было никакой молнии, иначе она была бы запечатлена кинокамерами. А была искорка от статического электричества. Вот только «Гинденбург» летал уже давно и погиб завершив свой 11 трансатлантический перелёт. Меры предосторожности на случай статического электричества на гиганте были самые наистрожайшие.

Радиорепортаж о прибытии «Гинденбурга» вёл Герберт Моррисон. Вот его слова: «Веревки уже спущены, и их держат люди на поле. Задние моторы продолжают работать и сдерживают корабль, чтобы... Господи, он вспыхнул! Это ужасно! Пламя поднялось в небо на пятьсот футов...»

В полёте любой летательный аппарат может набирать и набирает какой-то заряд статического электричества. И самолёты его набирают. Но чтобы искра проскочила, нужна разность зарядов. А летательный аппарат в воздухе весь заряжен одинаково. Искры быть не может.

Когда сбросили причальные канаты, накопленный статический заряд тут же стёк по ним. Дирижабль заземлился. Его заряд стал нулевым, и после этого никакой искры статического электричества проскочить не могло в принципе.

Но возможно ударила молния? Ведь заземлённый дирижабль подобен громоотводу, притягивающему к себе громовые стрелы с небес. В чистом посадочном поле, на километры в округе он самая высокая точка. Процесс быстротечен, молния могла сверкнуть между кадрами, и быть может потому мы на старой плёнке её и не замечаем? Но как тогда её не заметил комментатор, во все глаза следивший за «Гинденбургом» и эмоционально повествовавший обо всём увиденном?

Версия о том, что электричество погубило «Гинденбург» вызывает всё меньше доверия.

Да и прежние корабли Цеппелина отличались живучестью. В Первую Мировую немецкие дирижабли бомбили Лондон и другие английские города и сбивать их было очень непросто. Даже получив множественные пробоины и теряя газ, цеппелин как правило дотягивал до немецкого берега. Только когда аэропланы были значительно усовершенствованы, а самое главное вооружены зажигательными пулями - вот тогда в борьбе за спокойное английское небо произошёл перелом. И куда более вероятно, что в «Гинденбург» кто-то выстрелил издали подобной пулей. Дирижабль над полем был виден издали. Стрелок мог сидеть за пару километров. Винтовочные прицелы того времени имели насечку на такую дальность, на ту же дальность был насечён обычный прицел родного американского пулемёта Максима (а дополнительный для стрельбы с закрытых позиций позволял вести прицельный огонь и на 3½ км), да и цель громадная, не промахнуться. А за пару-тройку километров на посадочном поле, за шумом толпы и моторов, никто и не услышал бы далёкого выстрела.

Конечно, это просто роковая случайность. Да, такое то же возможно. Ведь громадные дирижабли гибли и до этого. Но впервые дирижабль погиб непосредственно перед объективами кинокамер, снимавших для кинохроники исторический момент визита немецкого небесного исполина.

Между прочим, в 1937 году Германия оставалась единственной страной, успешно эксплуатировавшей жесткие дирижабли. Англия вышла из гонки, потеряв свой самый большой в мире R101 в первом же серьёзном полёте 5 октября 1930 года, при этом погибло 48 из 54 находившихся на борту. Но по правде сказать, R101 имел массу дефектов, включая постоянную течь водорода через клапаны и неустойчивость из-за недостаточных стабилизаторов. Катастрофа произошла из-за срыва носовой обшивки. Но сорвал ли её ветер или что-то иное? Комиссии установить не удалось. А вот то что газовместилища свободно перемещались(!) внутри обшивки - это комиссия установила точно. R101 был будто специально спроектирован чтобы разбиться. И хотя в то же время успешно совершил свой перелёт через океан R100 построенный фирмой Виккерса по собственным чертежам (R101 был казённой разработки и постройки), но полёты любых дирижаблей в Англии были запрещены. Да и не мудрено, ведь в первом и последнем полёте на борту R101 оказались все сколь-нибудь высокопоставленные строители дирижаблей и их покровители, включая самого главного английского энтузиаста министра по воздухоплаванию лорда Томсона.

А без такого влиятельного защитника воздухоплавания удалось не просто запретить любые работы над дирижаблями, а ещё и продать на лом совершенно исправный и полностью оправдавший все надежды R100. И не просто продать - сперва дирижабль в прямом смысле раскатали паровыми катками и потом всю эту кучу раздавленного металла продали оптом за 600 фунтов, при том что казне за его постройку пришлось уплатить фирме Виккерса полмиллиона.

В США 4 апреля 1933 г потеряли свой первый крупный жёсткий дирижабль «Акрон», из экипажа в 76 человек спасти удалось лишь 3. А затем американцев постиг новый удар, когда в апреле 1934 г крушение потерпел однотипный «Мэкон», правда в тот раз погибли лишь двое, и то скорее по нелепой случайности. Замечу, что случайна лишь гибель двух членов экипажа - но сама катастрофа «Мэкона» не случайна. Он имел повреждения конструкции, но, несмотря на рапорты командира, дирижабль не спешили поставить на ремонт. Когда он развалится в воздухе было лишь вопросом времени.

И только немцы уверенно парили в облаках, перевозя публику через океаны в комфортабельных салонах, что конечно вызывало зависть конкурентов.

А ещё в этой истории интересно, что изначально «Гинденбург» проектировался и строился в расчёте на наполнение гелием. Начинающие любители воздухоплавания как правило обращают внимание на то, что гелий примерно вдвое тяжелее водорода, и несведущему человеку может показаться что это значительно снижает подъёмную силу гелиевого аэростата. Но для плавания в воздухе важна лишь разница с весом самого воздуха. А он намного тяжелее гелия. Практически кубометр гелия способен поднять в воздух более килограмма веса, а водород всего-то примерно на 90 граммов больше. Но это если мы говорим о чистом газе - тогда как реальный водород в то время приходил с завода загрязнённым и поднимал в воздух всего 1 килограмм 80 граммов. Это меньше чем у чистого гелия. Да ещё газ загрязнялся в самом дирижабле из-за проникновения воздуха в газовместилища через швы газовых мешков. Выходит в то время водород и гелий давали воздушным кораблям одинаковую подъёмную силу. Гелий безопасен, и будь «Гинденбург» - как и планировалось - заполнен им, трагедии никогда не произошло бы. Но в то время монополистом по производству гелия были США. Все свои собственные дирижабли американцы наполняли гелием. И взятые как трофей или купленные у немцев цеппелины то же заполняли гелием, как это сделали с LZ-126, купленным в 1924 году и в США получившем название ZR-3 Los Angeles. Кстати этот «немец» служил без особых происшествий, в отличие от жёстких дирижаблей американской постройки, которые почти все закончили свою службу крушением. Так что никаких технических или политических препятствий заполнить гелием немецкий гражданский дирижабль не существовало. Но уже когда строительство «Гинденбурга» было в разгаре, американцы отказались продать гелий. Именно это и предопределило катастрофу. Совершенно случайно запечатлённую кинокамерами.

Запоздалое решение

Развитие всегда идёт от простого к более сложному. Но иногда развитие техники на вид делает шаг назад. И лишь углублённое изучение позволяет понять, насколько иная с виду простая вещь может быть сложной по своему устройству, что путь к ней потребовал усилий многих изобретателей. И последний из классов дирижаблей как раз относится к таким непростым изобретениям человечества.

Знаменитый Циолковский мечтал не только о покорении космоса. Его волновали и более близкие к Земле области. В частности воздушная стихия. И для её освоения он предлагал строить цельнометаллический дирижабль. Начиная с 1887 года - то есть на 10 лет раньше опыта с дирижаблем Шварца - он писал о таком дирижабле в нескольких статьях, предлагая варианты от оболочки из кровельного железа до прочной стали в несколько миллиметров толщиной. Разумеется и размеры такого воздушного корабля должны были быть соответствующими, зато и грузоподъёмность за один рейс громадной по тем временам. И всё же это дорого. И для царской России, где казённые деньги утекали на дворцы для Кшесинской (той самой продажной... балерины, любовницы трёх Романовых, а по совместительству агента по взяткам на военных заказах, которую так прославляет фильм "Матильда" Алексея Учителя, снятый за казённый счёт, почему-то избегая упоминать о роли этой дамы в разграблении Родины перед Первой Мировой), а в то же само время на казённом Обуховском заводе зарплату рабочим годами не платили. И тем паче цельнометаллический дирижабль был очень дорогой затеей для лежащего в руинах после Гражданской войны СССР. Вот в богатых США сумели построить такой воздушный корабль, но разумеется не из стали, а как Шварц из алюминия. И он исправно летал до 1941 года, когда был разобран на металл - война требовала моторы, в том числе для самолётов, а моторы делали из небесного металла. Мягкий дирижабль на металлолом разбирать не будут, он куда дешевле и жёсткого и тем более цельнометаллического. Но хорош такой только при относительно небольших размерах.

И вот только когда эксплуатация многих дирижаблей выявила достоинства и недостатки обеих типов воздушных кораблей, то инженеры сумели выбрать и более-менее удачно скрестить особенности обеих конструкций. Ведь в сущности нужно, чтобы длинная сигара не сгибалась ветром. А для этого достаточно всего одной килевой фермы - вместо полного каркаса. По этой ферме, а вернее внутри её, экипаж может добраться до любой моторной гондолы точно так же как в «цеппелине». Удобство управления и обслуживания механизмов не хуже, а выгода в экономии веса огромная. Оболочка мягкая, но внутри разделённая на ряды газохранилищ и баллонетов для воздуха. Такая конструкция обеспечивает вполне разумную надёжность при меньшем весе. Да и цена постройки дешевле.

Сейчас трудно сказать, кому первому пришла в голову эта идея, получившая название полужёсткий дирижабль. Поэтому наш рассказ будет о наверное самом интересном конструкторе, строившем такие дирижабли.

Умберто Нобиле, итальянский офицер, так и не попавший на войну, зато ставший конструктором дирижаблей. Он был убеждён, что именно полужёсткая схема является оптимальной и все свои дирижабли строил по ней. Один из дирижаблей его конструкции был продан в США, и это был успех. В 1923 году он начал постройку первого дирижабля серии N. В 1926 году Нобиле вместе с Амундсеном отправляются на этом дирижабле к Северному полюсу. Успех! От Бенито Муссолини Нобиле получает звание генерала.

К слову сказать, в то время Бенито Муссолини для всего цивилизованного мира - очень хороший человек. Ведь это именно он втянул Италию в Первую Мировую войну на стороне Антанты. И именно для этой цели он организовал свои отряды фашистов. И бороться с социалистами они тогда принялись вовсе не из-за идейных разногласий, а - потому что Муссолини выгнали с поста редактора главной социалистической газеты за его статью с призывами к войне. Это был плевок в самомнение Бенито, а уж этого он не простил бы никому. Впрочем, наша история не об этом.

По возвращении между Нобиле и Амундсеном как кошка пробежала. Каждый хотел присвоить главную славу себе. Вмешалась и политика. Ведь Муссолини обещал своё покровительство экспедиции, но денег не дал. Оплатил дирижабль Амундсен, и его успех стал изысканным уколом самолюбию диктатора. Теперь честь нации следовало срочно спасти. Произвести Нобиле в генералы и не жалеть средств на новую экспедицию. Да и сам Нобиле решает доказать, что успех заложен гением конструктора дирижабля. Лучшее доказательство самостоятельный полёт к полюсу на новом дирижабле. Поскольку N-1 был переименован Амундсеном в «Norge», то есть «Норвегию» - то новый N-4 называют «Italia», то есть «Италия». В его экипаж вошли семеро из участников экспедиции Амундсена.

«Италия» была во всём подобна «Норвегии», но имела некоторые усовершенствования специально для предстоящего полёта. Она была немного меньше и легче, имела точно такие же 3 мотора «Майбах» по 250 л.с. каждый. Развивала меньшую скорость - только 90 км/ч против 100 км/ч у «Норвегии» - но несла в себе больше топлива. Полезная нагрузка более 8 тонн при длине чуть больше 100 м - весьма неплохой показатель.

В полночь с 23 на 24 мая 1928 года «Италия» достигла Северного полюса и сбросила над ним флаг Италии и деревянный крест, вручённый Папой Римским специально для этой цели. К слову сказать, если вы не знаете, то государство Ватикан обязано своим рождением не святой церкви, а прихоти Бенито Муссолини. Но это уже давно забытая история.

На обратном пути дирижабль начал обледеневать. Ветер сносил его с курса. Ночью 25 мая заклинило руль высоты и дирижабль клюнул носом вниз. Срочная остановка двигателей спасла от столкновения с льдами. Чтобы выправить дирижабль пришлось стравить часть газа из кормового отсека. Полёт продолжили. Но в 10:30 дирижабль вдруг резко отяжелел и пошёл вниз. Из-за того, что газ стравливали из кормового отсека, именно корма ударилась первой. Находившийся в кормовой моторной гондоле моторист погиб. Сама же мотогондола оторвалась, корма поднялась и теперь о лёд ударилась гондола управления. Через полсотни метров езды по льду её оторвало от дирижабля. На лёд выпали 9 человек, включая самого Нобиле, а шестерых унесло вместе с оторвавшейся оболочкой. Их так никогда и не нашли.

Некоторые из выпавших на лёд пострадали, сам Нобиле имел переломы. Но на счастье при ударе выпало и кое-какое снаряжение, включая мясной концентрат и шоколад, запасов которого должно было хватить на некоторое время. Армейская палатка, которую с помощью краски из шаров-маркеров, использовавшихся для определения высоты, превратили из стандартной зелёной в красную, чтобы она была заметнее на снегу. Пистолет и патроны, благодаря чему Мальмгрену удалось подстрелить белого медведя, мясом которого питались все выжившие. И на счастье радист сумел привести радиостанцию в рабочее состояние.

А дальше пошла чёрная полоса. Экспедицию сопровождал пароход, который должен был постоянно поддерживать связь. Так и было до самой катастрофы, последний сеанс состоялся буквально за несколько минут до трагедии. И вот когда связь особенно была нужна - радисты парохода то слали личные телеграммы, вместо того чтобы слушать эфир, то слышали сигналы экспедиции, но не придавали им значения. Ведь всё хорошо и никакой беды быть не может! Так что первым поймал сигнал бедствия советский радиолюбитель на самодельный (!) радиоприёмник, и лишь из СССР известие было передано итальянским властям.

Несмотря на ссору, Амундсен рвался на поиски экспедиции своего бывшего товарища. Ему удалось выпросить гидросамолёт у французского морского ведомства. Они взлетели и - больше ни их, ни самолёта никто не видел. Позже были найдены в море только поплавок и пустой бензобак.

Над красной палаткой Нобиле пролетали два самолёта с высланного на поиски итальянского корабля - но пилоты не заметили палатку, хотя люди на льду самолёты видели. Наконец их нашли, и за несколько рейсов самолёты доставили необходимые для выживания грузы. Затем прилетел шведский самолёт, лётчик которого заявил, что вывезет Нобиле. Нобиле попытался возразить, что в первую очередь нужно вывезти механика Чиччоне со сломанной ногой.

Нужно сказать, что Чиччоне был мужественным человеком. Он участвовал ещё в экспедиции на «Норвегии» и однажды буквально спас дирижабль. В районе Шпицбергена воздушный корабль подвергся обледенению, и тогда именно Чиччоне вылез наружу (это можно было сделать через носовое отверстие в оболочке, откуда с риском взобраться на её верхнюю часть) и стал сбивать мокрый снег с летящего дирижабля. Подобного до него не совершал никто.

Но на все возражения, пилот повторил, что вывезет только Нобиле. Вероятно таков был его приказ, и Нобиле подчинился. Позже он был доставлен на итальянский пароход, откуда, как предполагалось, будет координировать спасательную операцию. Второй полёт шведа на льдину закончился аварией самолёта. За неудачливым пилотом прилетел другой шведский самолёт, но больше шведы попыток вывезти итальянцев не предпринимали. Пришлось им ждать прибытия советского ледокола «Красин».

Тут придётся затронуть особенно печальную и мрачную страницу той экспедиции. Пока не было связи с внешним миром, часть спасшихся решила идти пешком по льду, чтобы вызвать помощь. Нобиле был против разделения, но есть мнение, что штурман Цаппи подбил других на эту авантюру. Вышли трое: Мальмгрен и штурманы Цаппи и Мариано, имея при себе большой запас мясного концентрата и шоколада. Когда их заметил с воздуха советский пилот Борис Чухновский, то он разглядел двух стоящих людей и поблизости от них одного лежащего на снегу. Самолёт Чухновского потерпел аварию, и он со своим экипажем сами оказались в бедственном положении, но радировали, что продержаться до конца спасения итальянцев. На следующий день ледокол добрался до указанного Чухновским места и поднял на борт двоих - Цаппи и Мариано. А где же Мальмгрен? Цаппи рассказал, что Мальмгрен ослабел в пути так, что не мог идти дальше и упросил спутников оставить его одного, а самим продолжить поход за помощью. И было это примерно месяц назад. Так что советский лётчик никак не мог видеть трёх человек на льду. Но когда корабельные врачи обследовали итальянцев, то обнаружили удивительное. Мариано был истощён, обессилен и обморожен, одну ногу ему пришлось ампутировать. Его одежда была не полна - он даже не имел шапки и обуви! Напротив, Цаппи имел на себе несколько комплектов одежды, надетые один поверх другого, был сытым (врачи обнаружили, что его кишечник полон), и некоторые из надетых на него тёплых вещей принадлежали Мальмгрену. Уж не потому ли Цаппи был так бодр, что питался мясом Мальмгрена? Навряд ли. Но вот то, что он обирал своего товарища Мариано - это очевидно.

Далее без происшествий «Красин» добрался до основной группы, забрал и самих бедствующих и их пожитки, а на обратном пути подобрал и наших лётчиков с поломанным самолётом.

Но сломалась и карьера Нобиле. Теперь, когда поиски были закончены, пресса на родине вдруг накинулась на него, обвиняя что он бросил своих людей на льдине. Муссолини в гневе отнял у него звание генерала, которое сам же ещё недавно присвоил. И это при том, что результаты полёта «Италии» были рекордными. Она прошла в Арктике вдвое больше «Норвегии». Нобиле на деле убедился в правильности своих идей. Вот только реализовать их теперь в Италии не видел возможности.

Такой оборот судьбы может показаться странным: ведь Нобиле приказали покинуть «красную палатку», а потом его же обвинили в этом? Но чтобы понять логику иных поступков Муссолини, нужно понимать, что он был типичным эмоциональным итальянцем, каких мы видим в кинокомедиях. Вот только в данном случае киноперсонаж оказался живым человеком, вдобавок наделённым огромной властью. И нельзя сказать, что это власть испортила человека - нет, Муссолини имел такой характер смолоду. Когда ему было 20 лет, Италия жила мирно. Но для Бенито подходил срок призыва на военную службу. А маршировать по плацу под команды какого-нибудь сержанта, молодому человеку ужасно не хотелось. И чтобы уклониться от военного призыва, он сбегает в соседнюю Швейцарию. Но у него нет денег. Надо искать работу. Вот только обучиться хоть какой-нибудь профессии Муссолини не успел. Или посчитал ниже своего достоинства? Как знать. Только найдя в Швейцарии работу каменщика, он в первый же день сбил себе руки в кровь. И что же он тогда сделал? Может быть раскаялся, что не научился ремеслу прежде? Нет, он устроил скандал нанимателю! Заметьте: работа не сделана, к тому же выяснилось что Бенито работать и не умеет - а виноват наниматель?! Вот такой странной была логика Муссолини. Он свято верил, что весь мир должен крутиться вокруг него.

Никто не пытается изобразить вождя итальянского народа глупцом. Муссолини наверняка был умнее любого, читающего эти строки (и уж точно умнее того, кто эти строки написал). Муссолини был талантливым оратором и публицистом, своими статьями и речами зажигавшим людей. К сожалению, он так же был авантюристом, и использовал свой дар не во благо. И случилось так потому, что он не умел - или не хотел - отделять личное от национального. И величие нации он рассматривал лишь как способ собственного возвеличивания. Потому он финансировал важнейшие археологические раскопки, на которые в итальянской казне веками не находилось денег. Но потому же он ввергнул Италию в две Мировые войны, оба раза не принесшие Италии ничего хорошего (хотя в Первую Мировую Италия и оказалась в лагере победителей, но за это не получила ничего - тогда как за простое сохранение нейтралитета получала от Австро-Венгрии солидные территориальные уступки).

А между тем, Нобиле из героя превращали едва ли не во врага. Год за годом. И он согласился на предложение советского правительства работать над дирижаблями в СССР. В городе Долгопрудный, поблизости от которого живёт и автор этих строк. И хотя «Дирижаблестрой» с тех пор поменял название и специфику производства, но существует и работает на благо России и по сей день. А мы вернёмся к его истокам.

В мае 1932 года Нобиле прибыл в Долгопрудный вместе с группой итальянских конструкторов и рабочих. К концу февраля 1933 года была закончена разработка полужёсткого дирижабля «СССР-В5». Это был относительно небольшой и по сути экспериментальный аппарат, на котором советские специалисты перенимали опыт итальянцев. Он взлетел впервые 27 апреля 1933 года и всего совершил около сотни полётов. Но выяснилось, что оболочка имеет дефекты и пропускает водород, поэтому дирижабль разобрали и в таком виде хранили в деревянном эллинге Дирижаблестроя. В нём же хранился разобранный «СССР-В4», и к 10 августа 1934 года там же стоял готовившийся к испытаниям «СССР-В7». И надо ж такому случиться, именно в этот день в эллинг ударила молния, и Страна Советов разом лишилась 3 дирижаблей.

Но уже с начала 1933 года на Дирижаблестрое работали над аппаратом с заводским обозначением «ДП-4» - будущим СССР-В6 «Осоавиахим». Он стал наиболее совершенным советским дирижаблем, взяв лучшее из наработок Нобиле и идей советских инженеров. Так именно советские инженеры предложили делать килевую ферму цельносварной, что снизило её вес на треть, по сравнению с прежней технологией Нобиле. Применялись новые лекала для оболочки, что должно было сделать её прочнее. Скорость была выше чем у «Италии» или «Норвегии». Но это было новое сложное производство, становление которого шло непросто. Поэтому в первый полёт дирижабль смог подняться только 5 ноября 1934 года. Командовал им в этом полёте сам Нобиле.

СССР-В6 «Осоавиахим» сверху хорошо видны клапаны для выпуска летучего газа. Эти клапаны были неавтоматическими, их открывал пилот, на снимке они раздуты выходящим газом, что указывает на приземление дирижабля. Моторы остановлены, винты в посадочном положении

Дирижабль успешно летал, установил несколько рекордов. Но в феврале 1938 года всё внимание страны было приковано к дрейфующей на льдине экспедиции Папанина. Желание экипажа дирижабля помочь смелым полярникам было вполне естественным. Разрешение на полёт было дано, и вечером 5 февраля 1938 года дирижабль взял курс на север. Через сутки, недалеко от Кандалакши, летевший на небольшой высоте дирижабль столкнулся с необозначенной на полётной карте возвышенностью, которую не заметили вовремя из-за снегопада. От удара загорелся водород, из 19 человек экипажа погибли 13, из выживших 3 получили лёгкие ранения, остальные без повреждений.

Нобиле к тому времени уже вернулся в родную Италию, снова занялся преподаванием. Дирижабли он больше не строил.

Совершенная конструкция

Поразительно, но за свой недолгий век дирижабль успел достигнуть совершенства, прежде чем был незаслуженно отброшен. И это заслуга Нобиле. Что же в его дирижаблях такого особенного?

Начнём с оболочки. Ведь именно она вмещает летучий газ, и от её объёма зависит грузоподъёмность дирижабля. При этом сама оболочка без газа это мёртвый груз. И газу ещё придётся поднимать его вес. Значит оболочка должна быть как можно легче. А как нам подсказывает геометрия, самая выгодная для такого случая форма, это сфера - при одинаковом весе именно сферическая оболочка вместит в себя наибольший объём летучего газа.

Первый мягкий дирижабль построил Жиффар в форме эллипсоида с заострёнными концами - но такая форма не экономична по раскрою оболочки. Цеппелин долгое время производил жёсткие дирижабли в форме цилиндров со скруглёнными концами, что позволяло помещать в них газовместилища наиболее выгодной сферической формы. И так он дошёл до весьма большого удлинения, даже более чем в собственных 10 диаметров. Но оказалось, что примерно половина аэродинамического сопротивления создаётся трением длинных стенок. И после 1915 г начали строить дирижабли-капли с удлинением около 7 собственных диаметров, а к 1928 г пришли к удлинению не более 5.5 даже для дирижаблей с расчётными скоростями в 120км/ч.

Наилучший вариант, когда мидель, то есть наибольшее сечение, совпадает с центром тяжести дирижабля. Аэростат сферической формы полностью отвечает этому условию - но аэростат неподвижен относительно воздуха. А при движении сфера вытягивается в каплю. Чем скорость относительно воздуха больше, тем более вытянутой капля должна быть. Не длиннее, чтобы не создавать лишнего сопротивления, но и не короче! Ведь тогда, при движении, хвостовое оперение и рули дирижабля попадут в аэродинамическую тень, в область где не смогут воздействовать на поток воздуха, и полёт станет неуправляемым.

Жёсткий дирижабль добивается сохранения расчётной аэродинамической формы за счёт полного каркаса, обтянутого тканью. Форма в такой конструкции сохраняется идеально. Но каркас и ткань внешней обшивки - это лишний мёртвый вес. Мягкий дирижабль намного легче, но ветер сгибает его и нарушает форму. Чтобы поддерживать форму в мягком дирижабле, нужно нагнетать сверхдавление внутри его оболочки. Но чем крупнее такой дирижабль, тем выше нужно давление. Вот поэтому мягкие дирижабли обычно делают не слишком большого размера.

Внутри килевой фермы в полярном полёте одного из дирижаблей Нобиле

В дирижаблях Нобиле вместо полного каркаса - только килевая ферма. Эта ферма оптимального трёхгранного сечения, имеет изогнутую в пространстве форму и проходит от носа до кормы. Она вместилище для грузов, которых здесь можно разместить весьма много, но главное она надёжно удерживает форму дирижабля, не позволяя ветру изгибать его. А все мелкие возмущения отлично выдерживает сама оболочка - она же газовместилище, в отличие от мёртвой внешней оболочки «цеппелина». Экономия веса тут огромная. Кроме того, в носовой части к ферме стыкуются детали носового усиления, которые нужны чтобы здесь оболочка не сминалась набегающим потоком воздуха. Это усиление устроено совсем просто - на оболочку нашиты карманы, в которые вставлены деревянные рейки - конструкция довольно лёгкая и вполне способная удерживать форму носовой части, даже если сверхдавление упадёт до нуля. Корма усилена серьёзнее, ведь к ней стыкуются кили хвостового оперения. А вся средняя часть успешно поддерживает свою расчётную форму за счёт совсем небольшого сверхдавления всего в 5мм водяного столба.

До Нобиле, для поддержания сверхдавления использовались вентиляторы. На случай нагнетания избыточного сверхдавления ставились предохранительные клапаны, срабатывавшие при избытке в 10 мм водяного столба. Это совсем небольшое превышение давления над давлением окружающего воздуха. Типичная высота полёта жёстких дирижаблей 610 м, а мягких вдвое меньше. Но даже при подъёме на эти 305 м давление окружающего воздуха изменится на несколько миллиметров ртутного столба, что намного больше допустимого предела сверхдавления. Получалось: вентилятор нагнетает, а клапаны стравливают - пустая работа. К тому же такой чувствительный предохранительный клапан мог открываться из-за инерции при совершении дирижаблем поворота! Чтобы не допустить подобного, приходилось делать крышки клапанов очень лёгкими и тщательно уравновешивать их пружинами. Хитроумный механизм мог сломаться из-за попадания любой соринки.

Вместо всего этого Нобиле применил решение, использующееся сейчас на парапланах - пусть набегающий воздух сам надувает баллонет до нужного давления!

«Италия» отправляется в полярный полёт. Хорошо видно носовое отверстие для забора воздуха в баллонет. Обратите внимание на фигуры мотористов в моторных гондолах

Действительно, если дирижабль висит в воздухе как аэростат - то нет нужды в поддержании расчётной формы, а значит нет надобности создавать сверхдавление. Это потребуется когда же дирижабль начнёт движение - и чем он быстрее движется, тем несколько большее сверхдавление должно быть обеспечено. Но и скорость набегающего на дирижабль потока воздуха при этом растёт. И Нобиле проделал отверстие в носу дирижабля, через которое воздух сам проникал в баллонет. Всё гениально просто и нет нужды в вентиляторе и ломаться в такой конструкции нечему.

Такой баллонет, который тянется через весь воздушный корабль, таит в себе опасность. Как воздух может быть опасен? Но дело в том, что при наклоне дирижабля вперёд или назад, воздух, как более тяжёлая субстанция, перетёк бы к пониженной оконечности. А летучий газ в газовместилище - наоборот. И в итоге дирижабль застыл бы свечой в небе. Чтобы не допустить этого, Нобиле делит поперечными диафрагмами из газонепроницаемой ткани и баллонет и газовместилище на отсеки. Но в диафрагмах оставляются отверстия рассчитанного размера для перетока газа из отсека в отсек. Таким образом достигается и безопасность от неуправляемого крена и автоматическое действие системы без участия человека или моторов.

Схематичный разрез дирижабля Нобиле по гондоле

Может показаться, что раз газовместилище по сути одно (ведь его отсеки сообщаются между собой через отверстия в диафрагмах), то живучесть дирижабля Нобиле меньше чем цеппелина, внутри которого несколько раздельных газовместилищ. Но достаточно сделать отверстия в диафрагмах внизу. Ведь летучий газ стремиться вверх и через нижнее отверстие он будет вытекать весьма мало. Так что даже если какой-то отсек будет разорван в клочья, потери газа из соседних с ним не превысят допустимые. Для материалов того времени потеря за сутки в 1 л с 1 кв.м площади оболочки считалась необычайно замечательным достижением.

СССР-В6 «Осоавиахим» у малой причальной мачты. Под гондолой хорошо виден воздушный мешок посадочного амортизатора

Рациональны все мелочи. В отличие от прочих воздушных кораблей, дирижабли Нобиле можно было швартовать к малым причальным мачтам. Такую мачту можно было поставить хоть в каждой деревне. Одна из моторных гондол строго по оси корабля, так что в хорошую погоду можно ради экономии топлива идти на одном моторе. А ещё пара находятся вблизи миделя дирижабля, что позволяет рулить моторами при отказе руля направления.

В конструкциях Нобиле продумано всё. Но он не имел средств (а в СССР ещё и материалов должного качества), чтобы строить крупные серии, как Цеппелин. И он бросал свои творения в самые жестокие испытания, которые и по сей день не всякой технике под силу. Ну и в довершение совершенно нелепая гибель лучшего его дирижабля из-за неотмеченной на карте горы. Судьба редко бывает справедлива.

Нереализованные возможности

Таковых две: 1) Двигатель Стирлинга 2) Подогрев летучего газа

Двигатель Стирлинга может питаться любым теплом. Можно использовать любое топливо, какое есть в избытке и дешевле. При этом двигатель выдаёт хорошую мощность при низких оборотах - это позволяет использовать воздушный винт большого диаметра, у которого как раз на низких оборотах КПД будет выше, чем у обычного скоростного винта малого диаметра.

Подогрев летучего газа позволяет более тонко регулировать высоту полёта, а так же уберегает от обледенения. К сожалению сейчас уже устоялось мнение (которое иначе как паническим ужасом не охарактеризуешь) - подогрев водорода приведёт к пожару! На самом деле, как мы видели выше, достаточно подогревом увеличить давление летучего газа всего на несколько миллиметров водяного столба. Это считанные градусы нагрева. Солнце греет газ куда сильнее, но почему-то этого не боятся.

Нет сомнений, что если бы дирижабли не были дискредитированы рядом странных аварий, то их совершенствование было бы продолжено. И возможно мы увидели бы и двигатель Стирлинга, и уж точно подогрев летучего газа. Но что-то пошло в истории нашей цивилизации не так.

Эпилог воздухоплаванию

Кажется, превратностями судьбы дирижабли дискредитированы без шанса на оправдание. Да и кому они нужны сейчас, когда есть тяжёлые грузовые самолёты и вертолёты? Тем не менее, весь XX век дирижабли строили и продолжают строить сейчас в веке XXI. Оказывается, пока ещё есть немало применений, где воздухоплавание не имеет конкурентов. Те задачи, для решения которых нынче привлекают грузоподъёмные вертолёты - без всякого риска могли бы решать дешёвые грузовые дирижабли. Особенно это касается отдалённых районов, как наша Сибирь или добрая половина территории Канады, где строить аэродромы дорого, а грузы возить надо.

Эти чудесные воздушные корабли, по сути своей - порождение Эпохи Пара. Аэроплан или точнее планёр мог появиться раньше - но аэростат или дирижабль? Нет. Они плоть от плоти того времени, когда машины впервые дали человечеству выбор. И не их вина, что человечество выбрало иной путь.

Мог ли Райт летать?

В прошлой главе мы ознакомились с историей летательных аппаратов легче воздуха. Их история для писателя скучна - ведь она так логична. Куда интереснее для писателя аппараты тяжелее воздуха. Интереснее хотя бы потому, что по неумолимой логике развития, должны были бы появиться заметно раньше плавающих в воздухе гигантов. Но что-то в нашей реальной истории пошло не так...

Что ж, давайте обратимся к этой непонятной реальной истории.

17 декабря 1903 года в долине Китти Хок (Kitty Hawk) аэроплан братьев Райт (Wright) под названием «Флайер» (Flyer) совершил первый в истории человечества полёт аппарата тяжелее воздуха. До того такое было невозможно... Невозможно - до того? Да мог ли этот «Флайер» вообще летать!

Критерий полёта

Нередко достижение братьев Райт определяют такими словами: «их аппарат пролетел не меньше, чем высота его старта». Несмотря на научный вид данной фразы, смысла она лишена - ведь брошенный камень пролетит дальше, однако мы не считаем это настоящим полётом.

Пущенная из лука стрела летит очень далеко, но и это вряд ли мы посчитаем свободным полётом. И дело не в размерах стрелы. Можно сделать очень большую стрелу, но она останется снарядом. Который летит не за счёт собственных свойств, а за счёт силы, которая бросила его в полёт.

Воздушные змеи известны во многих уголках нашей планеты. Тысячелетия назад их поднимали в небо на праздники в Китае. В русских летописях отмечен факт запуска воздушных змеев славянскими дружинниками для морального воздействия на византийцев. А тибетские монахи утверждают, что с незапамятных времён развлекались полётами на воздушных змеях. Невозможно? Отнюдь, подобные опыты производились к примеру в России в начале XX века, когда на войсковых манёврах поднимали в небо целые «поезда» из сцеплённых воздушных змеев, несших на себе артиллерийских корректировщиков. С военной точки зрения достоинство воздушного змея перед привязным аэростатом очевидно. Но вряд ли мы посчитаем змея - воздушным транспортом.

Итак, важный критерий настоящего полёта: он должен совершаться без воздействия внешней силы. Такой как сила лука, метающего стрелу, или сила встречного ветра, поднимающая воздушный змей в небеса.

Стало быть, чтобы полёт можно было считать самостоятельным, летательный аппарат должен двигаться за счёт собственной силы. А эту силу может дать только мотор. И на аэроплане братьев Райт мотор был...

Формальность

Формально мотор на «Флайере» был. Аж в 16 лошадиных сил... э, нет, 16 «лошадей» он выдавал только на старте в течении весьма небольшого времени, а затем мощность быстро падала до 12 л.с. - то есть на 25%. На четверть! Неприятное обстоятельство. Но может быть и этого остатка мощности было достаточно?

«Флайер» был небольшим аппаратом - длина 6.4 м, а размах крыла 12.3 м. Масса пустого 283 кг, но коль речь идёт о полёте, то надо учитывать массу взлётную - с пилотом и топливом - а это 340 кг. Но ещё важно знать площадь несущих поверхностей - таковая у «Флайера» 47.3 м². И зачем нам эта площадь? А чтобы разделить на неё вес и получить удельную нагрузку на крыло - выходит чуть больше 7 кг/м²

Всё познаётся в сравнении. Пройдёт ещё чуть больше десятка лет, и в Первую Мировую тысячи аэропланов уверенно бороздят небеса - и для них типичная нагрузка на крыло от 30 до 40 кг/м². Позже самолёты научатся летать лучше - и как ни удивительно, но возрастёт и типичная нагрузка на крыло.

Что же это значит? Чем увесистее самолёт - тем лучше летает? Или лучше всех летает самолёт с маленькими крылышками?

Тут есть тонкая грань - грань между свободным безмоторным парением и полётом за счёт силы мотора. Для мотора лишнее сопротивление воздуха - враг. А большие крылья это прежде всего большой парус. Хорошо когда его несёт ветер. И совсем наоборот, когда приходится этот парус проталкивать против ветра. Поэтому крылья делают ровно такие, чтобы удерживать мотор в воздухе. Чем мощнее мотор - тем меньше он нуждается в поддержке крыльев. Ему бы от них вовсе избавиться как от лишнего веса.

Совсем другое дело полёт планёра. Он, как воздушный змей, целиком полагается на воздух. Как парашют. Понятно, что как для парашюта желательно быть как можно легче, так и для планёра очень желательно «соблюдать диету» - но ещё более и парашюту и планёру нужна большая поверхность опоры на воздух. Чем эта поверхность больше - тем легче воспарить. Если она будет достаточно большой, то при лёгчайшем встречном ветерке планёр взмывает в небеса.

С другой стороны такие большие крылья для планёра - это, как мы уже понимаем, тот самый громадный парус. Который ветер несёт куда ему вздумается - но вовсе не туда, куда хочет пилот планёра. Поэтому конструктору планёра приходится искать баланс между желанием легко парить и желанием избавиться от вредной парусности. В итоге проб и ошибок родился оптимум для планёров - удельная нагрузка на крыло 5 кг/м².

И теперь, когда мы знаем про нагрузку на крыло и разницу между парением и моторным полётом, «Флайер» предстаёт перед нами уже не как самолёт. Маловата у него нагрузка на крыло, чтобы быть причисленным к самолётам. Очевидно слабый мотор не смог бы преодолеть парусность конструкции «Флайера». С другой стороны, для планёра нагрузка несколько высоковата. Так летал ли он?

Забытый полёт

За 3 дня до официального «начала эры авиации», «Флайер» попытался взлететь. И тут же плюхнулся на землю, едва не разбившись вдребезги.

Но конструкция выдержала, и после ремонта, 17 декабря успешный полёт... Ну как сказать успешный - всего лишь 36 с половиной метров за 12 секунд. Главное фото сделать успели. И теперь это фото доказывает, чей самолёт первым поднялся в воздух.

Тот самый полёт на 36 метров. Хорошо видно особенность винтомоторной группы аэроплана - два винта с приводом от одного двигателя. Братья владели велосипедной мастерской и привод от двигателя на винты сделали с помощью велосипедных цепей. Для компенсации момента, винты вращались навстречу друг другу

А теперь посчитаем: 36 метров делим на 12 секунд = 3 метра в секунду. Или около 10 км/ч. Захудалая деревенская кляча и то скачет быстрее, но отчего-то лошади по небесам не летают. Так как же ухитрился удержаться в воздухе самолёт с такой ничтожной по авиационным меркам скоростью?

Секрет во встречном ветре, который дул в этот день в Китти-Хок со скоростью 43 км/ч. Сметливые братья, разумеется, развернули свой аэроплан навстречу ветру. Считаем: 43 + 10 = 53 км/ч - вот истинная скорость «Флайера» относительно воздушного потока. Ведь именно набегающий воздушный поток держит аппарат. Не сила мотора - а сила ветра помогла оторваться от земли!

Американцы так рьяно отстаивают своё первенство в покорении воздуха, что оказывают братьям Райт «медвежью услугу». Юридически именно первый полёт 17 декабря 1903 года признаётся первым полётом аэроплана. Но в тот день были ещё попытки: подскок длиной в 52м, затем на 60м...

...и наконец настоящий полёт на 852 фута (260м) на высоте около 3м и продолжительностью 59 секунд. Вот это уже был полёт. Жаль только приземление вышло несколько неудачным, и «Флайер» основательно разбился, но никто из людей не пострадал. Вот с этого момента братья могли гордо заявить о покорении воздуха.

И однако они не спешили с таким заявлением. Потому что, в отличие от юристов, сами они понимали - это не их заслуга, а ветра. И когда на следующий год они сменили место испытательных полётов на менее ветреное, дело сразу застопорилось - два демонстрационных полёта перед приглашёнными газетчиками провалились оба один за другим. Аппарат упрямо не желал даже отрываться от стартовой тележки. Да при том ветре, какой принёс удачу в Китти-Хок, достаточно было подпрыгнуть, чтобы воспарить в небеса. Ах, если бы братья догадались уменьшить нагрузку на крыло...

Они так и делали

Неразумное юридическое отстаивание американского первенства в авиации изрядно обесценивает действительные заслуги братьев Райт. А ведь они произвели громадный объём исследовательской работы и уточнили данные Отто Лилиенталя по аэродинамике планёров. Они внесли исправления в аэродинамические уравнения, основательно исправили коэффициенты не подвергавшиеся сомнению век!

Но если начать рассказывать об их научной деятельности, то придётся признать, что были они отнюдь не первыми. Тот же Лилиенталь совершил тысячи полётов до них. И своими полётами и публикациями открыл дорогу многим. В том числе и братьям Райт, прямо опиравшимся на его труды.

Ах, да, Лилиенталь строил исключительно планёры. И полёты его были по большей части - разбег, прыжок с холма и сразу же падение. Ну, как мы видели, за 3 дня до успеха такой же бесславный полёт чуть не поставил крест на проекте Райт.

Нет, не поставил бы. Потому что братья Райт то же немало летали на планёрах!

Орвилл Райт со своим планёром 1901 года. Размах крыльев 6.6м, площадь 27м², вес планёра 44.4кг. В лучшем полёте удалось пролететь 118м

Да, не сразу был создан «Флайер». В Китти-Хок братья приезжали уже 3 года. Место было рекомендовано им как раз энтузиастами планеризма. Устойчивые и достаточно крепкие ветра там не редкость. Сперва братья поднимали в воздух управляемого воздушного змея коробчатой конструкции. Позже его сменил планёр той же конструкции, который поднимали всё ещё без пилота. Затем планёр стал ещё больше. Сперва его нагружали мешками с песком. Наконец братья отважились пилотировать его сами, но ещё долго планёр оставался на привязи.

Оставался на привязи - но парил в воздухе. В Китти-Хок сильные ветра, легко поднимают и планёр с пилотом. И лишь убедившись в безопасности, братья решаются на свободные полёты.

Уилбур Райт в полёте 10 октября 1902 года. Планёр уже получил задний руль направления. Управление высотой по-прежнему осуществлялось передним рулём

И наконец, братья привозят «Флайер» - точно такой же, как предыдущие планёры. Та же конструктивная схема. Только вместо мешков с песком теперь поставлен двигатель того же веса.

«Флайер» не аэроплан - а планёр. Что конечно не мешало ему летать. При достаточно сильном ветре, разумеется, ведь для планёра он переутяжелён. А настоящий аэроплан братья поднимут в воздух позже. Но и годы спустя их аэропланы будут стартовать не за счёт силы мотора, а влекомые тросом, на другом конце которого увесистый груз, бросаемый с высоты, как на этом снимке.

«Флайер» модели «А» и механизм его запуска, Франция 1909 год

Чего они не делали

Возможно это кому-то не понравится, но я осмелюсь сказать - братья Райт никогда не были популяризаторами авиации. Доказательства? Извольте.

Как Самюэль Кольт догадался в молодости запатентовать барабан для револьвера и юридически вошёл в историю как изобретатель, коим он на деле не был - тот же трюк намеревались провернуть и братья Райт. И трудно осуждать их за это. Они продукт своего времени, а ещё точнее - продукт американского общества, проникнутого идеей американской мечты. И всего лишь пытались следовать этому нехитрому рецепту счастья.

Я ни в коем случае не умаляю их собственных научных заслуг. Но как свои полёты они окружали тайной, так ещё большей тайной они окружали исследования. Они читали Лилиенталя - но сами не спешили публиковать свои открытия. Забеспокоились только когда уже в Европе, совершенно независимо от них, полетели аэропланы - и вот тогда братья стали бегать по судам, предъявляя свой патент. Некоторые предпочли уплатить склочным американцам отступное, кого-то принудил к этом суд. Но нервотрёпка судебных тяжб не прошла даром - один из братьев умер от переживаний за свой приоритет. Стоили этого отсуженные деньги?

В начале пути братьям помогали многие. Даже Китти-Хок они не смогли бы найти сами, без помощи других бескорыстных энтузиастов. Но в итоге братья рассорились со всеми. И судились даже со своими бывшими друзьями.

По-человечески, погоня за американской мечтой сделала финал жизни братьев Райт сплошной драмой. Конечно, и в этой драме были свои маленькие радости. А порой и неплохие деньги. Но не только счастье, а и своё заслуженное и столь желанное место чемпионов на пьедестале покорителей воздуха они потеряли, даже не успев вкусить славы. Потому что, пока они судились, авиацию поднимали в небо совсем другие люди. Я расскажу вам об одном.

Неисправимый романтик

Он родился в Бразилии, и правильно его имя произносится Алберту Сантус-Думонт (порт. Alberto Santos-Dumont). Но так уж вышло, что известность он завоевал во время жизни в Париже, а французы его называли на свой манер - Альберто Сантос-Дюмон. Но как бы его не называли, трудно найти человека, сделавшего больше для популяризации воздухоплавания и авиации.

Отец Альберто имел французские корни, был инженером и успешно внедрял технические новинки на своих плантациях, да так что его стали называть «кофейным королём Бразилии». Его сын с детства полюбил машины, научился управлять паровыми тракторами и локомотивом. А ещё к 10 годам прочёл все книги Жюля Верна, какие только смог найти.

Если вам нужен портрет идеального ребёнка Эпохи Пара - то юный Альберто подходит как нельзя лучше.

В 17 лет Альберто переезжает в Париж. И первым делом покупает автомобиль. Но он уже мечтал о небе. Деньги отца позволили ему стать «первым воздушным спортсменом». Сперва он летал на воздушных шарах в качестве пассажира, затем сам освоил пилотирование, а в 1898 году построил собственный шар. Но это было не то.

Возможно в это время, а может быть и ранее, он увидел рисунки Альбера Робида и прочёл его романы. Точно известно, что именно творчество Робида повлияло на Сантоса.

С 1898 по 1905 годы он строит 11 дирижаблей. Теперь он может летать, не куда дует ветер, а куда хочет он сам. Занятно, но некоторые из его творений вместо мотора имели педальный привод! Сантос-Дюмон летал над парижскими улицами на уровне верхних этажей, а когда хотел выпить чашечку кофе, то приземлялся рядом с приглянувшимся кафе. Он поступал совсем так, как видел на рисунках Робида. 8 августа 1901 года такой полёт закончился катастрофой, когда из-за потери водорода дирижабль весьма неудачно опустился на крышу отеля Трокадеро. Взрыв отбросил Сантос-Дюмона, но по счастью не на землю. По слухам он зацепился обрывками ремней за карниз и повис чуть ли не прямо напротив окна в номер, где как раз расположилась влюблённая парочка.

Думается, что такие подробности не более чем досужая выдумка. Хотя ситуация вполне могла быть жизненной. И уж без сомнения паро-панковской. Только представьте себе: дама вскрикивает и прикрывается одеялом. А её кавалер удивлённо смотрит в окно на болтающегося Сантос-Дюмона: — Как понять Вас, мсье? И кто Вы, мсье? И что Вы делаете в нашем окне, мсье? — Я, изволите ли видеть, мсье, пилот дирижабля. Того самого, что только что взорвался на крыше этого отеля. А меня отбросило в Ваше окно... — О! - оживляется дама: - Дирижабли которые летают в небе! Любовь моя, давай пригласим этого мсье к нам? Это просто неприлично, что мы заставляем человека болтаться в окне, вместо того чтобы предложить ему шампанского. Закажи ещё бутылочку. Я так хочу послушать о дирижаблях!

Впрочем, скорее всего подобный разговор не произошёл бы. Ведь «малыш Сантос» как называли его парижане, был наверное самым узнаваемым человеком французской столицы. Он задавал моду, его стиль одежды копировали. Особенно его панаму. И даже наручные часы вошли в моду только потому, что их носил Сантос-Дюмон (до него часы носили только в кармане на цепочке, но в полётах Сантосу потребовались часы, которые всегда были бы на виду - и он стал носить их на ремешке, застёгнутом на руке).

Авария не обескуражила Альберто. Через пару месяцев, 19 октября 1901 года он уже выиграл приз в 100 тысяч франков, совершив на другом дирижабле полёт вокруг Эйфелевой башни. А в 1903 году он позволил прокатиться на своём дирижабле женщине и доверил управлять полётом. Он был настолько известным, что в 1904 году его принимал в Белом Доме президент США Теодор Рузвельт. Тот самый президент, который отказался запретить отстрел бизонов, и благодаря которому бизоны в Америке изчезли (нынешние «бизоны» в национальных парках США - это завезённые туда ещё в «годы застоя» белорусские зубры). Впрочем, это не относится к нашей истории.

А затем он выиграл ещё один приз. В июле 1906 года Эрнест Аршдекон пообещал награду первому лётчику, сумевшему пролететь более 25 метров только с помощью собственного двигателя. А 23 октября 1906 года Сантос-Дюмон на глазах изумлённой толпы пролетел 60 метров на высоте двух — трёх метров.

Справедливости ради заметим, что к том времени братья Райт достигли уже куда большего. В полёте 4 октября 1905 года «Флайер-III» преодолел около 38,5 км за 33 минуты 17 секунд. И высота полёта, как видно из сохранившегося фото, была куда больше, чем у Сантос-Дюмона.

Но даже третий аэроплан братьев - стартовал только с помощью катапульты. А Сантос-Дюмон взлетал только за счёт силы мотора. Аппарат Райт ещё не имел шасси, взлетая со сбрасываемой тележки, разгонявшейся по рельсам. У аэроплана Сантос-Дюмона было полноценное шасси, позволявшее взлетать с любой ровной поляны. А самое главное - братья так тщательно скрывали свои достижения, что Сантос-Дюмон и другие энтузиасты изобрели всё самостоятельно.

Да, хоть и принято говорить «братья Райт были первопроходцами, своими успехами открывшими путь другим» - на деле всё не так. Известия о чужих успехах ничем не помогают. Но братья и успехи-то свои тщательно скрывали. Какие-то слухи о заокеанском полёте аж в 39 километров достигли тогдашнего центра авиации - Французского аэроклуба - в ноябре 1905. Был отправлен корреспондент с задачей разузнать всё на месте, и в январе 1906 года подтверждение было получено. Сам Аршдекон послал братьям Райт приглашение... они даже не удостоили его ответом. В итоге весь цивилизованный мир посчитал, что раз сами Райт не считают возможным подтвердить свой успех - значит успеха и не было.

Хотя Райт были гении и провели огромную научную работу, которая могла бы помочь многим - но на деле не помогла никому. Да и самим братьям, как мы уже видели, их достижения счастья не принесли.

Сообщение 1907 года в прессе Австралии о полёта Сантос-Дюмона 12 ноября 1906 года

А 12 ноября 1906 года Сантос-Дюмон установил первый зарегистрированный мировой рекорд в авиации, пролетев 220 метров менее чем за 22 секунды. То есть скорость полёта составила 10м/с или 36км/ч - и это уже вполне аэропланная скорость.

Эта скорость достигнута Сантос-Дюмоном уже на втором полёте. Он совершал полёты в безветренную погоду, а значит ему удалось с первой попытки создать настоящий самолёт, а не планёр с мотором в качестве груза, каким был первый «Флайер» братьев Райт.

Но разумеется деятельный бразилец не остановился на достигнутом. И от биплана перешёл к моноплану, который назвал «Демуазель» («Demoiselle»). Это был полноценный самолёт с трёхколёсным шасси. Длина 8м, а размах крыла 5.1м. Конструкция столь проста, что самолёт был построен за 15 дней. После нескольких усовершенствований и замен двигателя, к 1909 году самолёт научился летать, развивая в полёте скорость до 100км/ч - это уже нормальная самолётная скорость. Сантос-Дюмон совершал на «Демуазель» даже перелёты в другие страны.

Но главное: Сантос-Дюмон разрешал всем желающим копировать его удачный аэроплан. Чертежи были напечатаны в июньском номере «Популярной механики» за 1910 год. Его аэропланы продавали промышленники, их самостоятельно строили энтузиасты. И все они летали. И нынешние копии «Демуазель» как правило летают без проблем. А вот попытки построить летающую копию «Флайера» почему-то проваливаются одна за другой. Думается тут опять же играет злую шутку скрытность братьев, «забывших» задокументировать некоторые особенности конструкции своего аппарата.

Сантос-Дюмон верил в разумный мир. В единый европейский дом. В котором люди будут летать друг к другу в гости на аэропланах. И ведь тогда многим будущее цивилизации казалось безоблачно мирным...

Возможно читатель не знает, но за 3 дня до начала Первой Мировой, английский королевский флот присутствовал на торжествах по случаю годовщины открытия немецкого кильского канала. Внезапно пришёл приказ вернуться в Англию. Уходя англичане подняли на мачтах своих кораблей флажковый сигнал «Англичане и немцы братья навек». Через месяц они уже убивали друг друга...

Жизнь бывает несправедлива. Сантос-Дюмона постиг целый ряд бедствий. Авиакатастрофа с тяжёлой травмой и последовавшей болезнью поставили крест на полётах. Вызванное этим расстройство нервов. Подозрительность. Необоснованный арест, и хотя в итоге всё закончилось благополучно, но под влиянием эмоций Сантос-Дюмон сжёг весь свой архив, все чертежи и записи.

А затем война. И Сантос-Дюмон посчитал себя ответственным за то, что создал аэропланы, которые превратились в оружие. Эта мысль не оставляла его до конца дней, и довела его до самоубийства.

Бетмен паро-панка

Звали его Адер Клеман, был он французом и успешно занимался электротехникой. Но задумался он как летают летучие мыши, да и построил по их подобию свой аэроплан под названием «Эол», снабдив его паровой машиной собственной конструкции, мощностью в 20 лошадиных сил. Размах крыльев был немного меньше 13 м, а вес аппарата вышел около 300 кг. И 9 октября 1890 года Адеру удалось пролететь с полсотни метров.

Чёртёж «Эола» из патента Адера Клемана

Правда управляемым полёт не был. Но тогда на эту «малосущественную» деталь внимания не обратили, и военное министерство Франции выделило деньги на постройку большого аппарата «Авьон-III». У него были крылья размахом 14.5 м, и не один, а уже два винта, каждый со своей паровой машиной мощностью уже в 30 л.с.

Авьон-III, ретушированное фото 1897года

Но попытка взлёта 14 октября 1897 года закончилась крушением. Да таким неудачным, что часть зрителей даже не заметила, отрывался ли аэроплан от земли. Думается, что всё же оторвался, но в воздухе потерял устойчивость, свалился и разбился. И сваливание как раз явилось следствием отсутствия нормально управления полётом.

Мораль, даже три, у сей истории таковы:

Управление полётом самое важное условие успешного полёта! И как мы видели, братья Райт годы потратили на выработку именно управления. И лишь потом поставили мотор на свой планёр.Не стоит подводить таких важных заказчиков как военное ведомство. Ведь из-за провала военные были так раздосадованы, что не сделали официального заявления - и приоритет успешного полёта Адера Клемана на «Эоле» оказался забыт в пользу полёта «Флайера» братьев Райт.И не стоит слишком копировать природу. Не всё существующее в мире животном, может быть успешно воплощено в мире механизмов.Сердце - мотор

3 ноября 1881 года Александру Фёдоровичу Можайскому выдан первый в России патент на самолёт. Не будем вступать в полемику летал ли он, а рассмотрим те свидетельства которые можно считать достоверными.

Можайский не был первым в мире. До него ещё в 1857 году получил патент на самолёт француз Феликс дю Тампль. Достоверно известно, что самолёт дю Трампля был построен. И возможно даже во время испытаний отрывался от земли.

Чертёж из патента дю Тампля 1857 года

Зато о Можайском известно, что прежде чем взяться за самолёт в натуральную величину, он провёл большую экспериментальную работу. В 1876 году Можайский летал на планёре-змее собственной конструкции, который тянула тройка лошадей. Демонстрировал полёты модели самолёта с пружинным двигателем, которая взлетала с собственного шасси, да ещё и могла нести на себе в качестве груза кортик морского офицера. Это весьма серьёзное достижение для модели.

Чертёж самолёта Можайского из «Привилегии» (говоря современным языком - патента) 1881 года

Наконец постройка собственно самолёта. Диковинная на наш современный взгляд конструкция - баркас с приделанными прямоугольными крыльями. Три винта, вращаемые от двух двигателей.

И какие же это были двигатели?

Первоначально Можайский хотел ставить двигатели внутреннего сгорания работавшие на сырой нефти. Вспомним, что только бензиновый мотор позволил взлететь первому «Флайеру» братьев Райт. Но вот незадача: даже во времена братьев Райт ни одна американская фирма не могла создать бензомотор весом не более 80 кг. И братьям пришлось переделывать мотор самостоятельно. И как мы помним, мощность получившегося мотора была 12 лошадиных сил.

А уж во времена Можайского достать мотор внутреннего сгорания нужной мощности не представлялось возможным тем паче. И Можайский поставил паровые машины...

Понятное дело, что взлететь на паровой машине невозможно. Это аксиома. Мы знаем, что из-за лишнего века топки, котла и воды в нём, паровая машина получается гораздо тяжелее бензомотора. И вот, пожалуйста, убедитесь: на аэроплане Можайского стояло 2 паровых машины - одна, весом около 48 кг, выдавала 20 лошадиных сил, а другая, весом около 29 кг, выдавала 10 лошадиных сил. А теперь вернитесь на абзац назад и прочитайте снова сколько весил усовершенствованный братьями Райт мотор и сколько «лошадей» выдавал.

Что же получается: по удельной мощности паровая машина в несколько раз превосходила бензомотор?

Да, именно так и обстояло дело в начале XX века. Паровые машины были уже вполне совершенны, а двигатели внутреннего сгорания «чихали». Вдобавок если двигатель внутреннего сгорания капризен к топливу и воздуху, то паровая машина это двигатель внешнего сгорания, ему как топливо сойдёт всё что горит. И поэтому уже в эпоху бензина, в 1933 году в США был построен и успешно летал самолёт с паровой машиной в качестве двигателя. И это было и удобно в эксплуатации, и дёшево, и между прочим от паровой машины почти не было шума в сравнении с громовым рокотом форсированного бензомотора.

Уже имея паровую машину можно взлететь и летать ни чуть не хуже, а может и лучше, чем на бензомоторе. Но и это ещё не все секреты.

Отбросим пламенное сердце

В пылу полемики о том, какой двигатель мог поднять аэроплан в воздух - только бензиновый или уже паровой - мы как-то упустили из виду, что вообще-то для полёта двигатель не является необходимым. Да! Планёр то же способен к полёту. И первый «Флайер», как мы уже видели, был по сути своей планёром. Мотор которого физически не мог способствовать полёту, потому что каждая его лошадиная сила должна была двигать через воздух аж 30 кг веса. Это неподъёмная ноша, и вращающиеся винты не столько толкали самолёт вперёд, сколько своим сопротивлением тормозили его. Вот кабы скинуть бесполезный мотор - а это 77 кг да плюс топливо - то осталось бы около 260 кг вместе с пилотом. И тогда нагрузка на крыло была бы 5.5 кг/м², что уже вполне приемлемо для планёров первой половины XX века.

Много позже, с развитием технологии и науки, планёры научились летать с куда большей нагрузкой на крыло. Для современных планёров она составляет 30 кг/м². И даже дельтапланы нынче летают с нагрузкой до 18 кг/м². Но за век намного улучшилась аэродинамика аппаратов.

Есть такое понятие - аэродинамическое качество. Совсем просто его можно выразить так: оно равно тому расстоянию в километрах, которое пролетит аппарат без двигателя, будучи пущенным с высоты в 1 километр. Так вот для современных планёров это качество лежит в районе 50 единиц. Полсотни километров свободного полёта без затрат топлива. Да он скользит вообще не возмущая воздух! Нет возмущения - нет и турбулентных завихрений, порождающих сопротивление. А какое было типичное аэродинамическое качество для «этажерок» с их расчалками и растяжками? Хорошо если 4. То есть, немногим лучше, чем у топора.

Поэтому единственный реальный резерв улучшения лётных качеств на заре авиации - это снижение веса конструкции. И тут как раз возврат к планёру без двигателя давал замечательные резервы. Нет нужды не только в лишнем весе мотора, но и от тяжёлой моторной рамы можно отказаться. Топливо и винты - выбросить. И раз нагрузка стала меньше, то всю остальную конструкцию можно сделать легче. И уже на таких облегчённых планёрах начать летать и отработать управление полётом. Собственно как и делали братья Райт. Но поспешили установить мотор. А напрасно.

Когда в 30-е годы XX века планеризм превратился в массовое увлечение, почти сбылась мечта Сантос-Дюмона. В воздухе летали тысячи и тысячи людей - самых простых людей. На планёрах совершали беспосадочные перелёты в сотни километров. Ведь легчайшего восходящего потока воздуха достаточно, чтобы поднимать планёр всё выше и выше. А уж в погожий ясный день таких потоков предостаточно. И научившись ловить эти потоки, планёры стали не просто летать. Они освоили фигуры высшего пилотажа, включая мёртвую петлю. Ухитрялись летать на грозовом фронте, используя могучую силу ветра - и не тратя топливо.

И такой планёр из еловых реек и полотна мог построить и Леонардо да Винчи. А может быть даже и Тутанхамон. Да везде, где запускали воздушных змеев, оставался лишь шаг до планёра - летательного аппарата тяжелее воздуха. Нет технических препятствий для появления авиации задолго до Эпохи Пара. Скорее уж удивительно её запоздалое появление в нашей реальной истории.

Лететь хвостом вперёд

Последняя загадка это управление полётом. Нынче мы прекрасно знаем, как это осуществляется - есть ручка или штурвал управления, управляющие рулями на хвосте, и педали, управляющие элеронами на крыльях. Последние наиболее важны, ведь повороты планёр или самолёт производят входя в вираж - а это без элеронов невозможно. Это аксиома и на ней стоит так называемая классическая схема, в которой хвостовое оперение расположено где-то сзади за несущими крыльями.

Но такое хвостовое оперение работает как антикрыло. Да-да, не удивляйтесь. Представьте воздушного змея, если делали его в детстве. Рамка из реек, натянутая на неё бумага - по сути это крыло, с замечательно низкой удельной нагрузкой - такой что дунь на него и взлетит. Ну, что, запускаем? Не летит...

И не полетит наш воздушный змей, пока не приделаем к нему хвост из мочала. Лента хвоста - это сопротивление воздуху и вес, который стабилизирует крыло змея относительно воздушного потока - и вот тогда змей парит.

Но, заметим, сам хвост - с точки зрения подъёмной силы это паразит. Чтобы развернуть нашего змея к набегающему ветру, хвост из мочала тормозит краешек его крыла. Правда за счёт этого разворота к ветру крыло наполняется воздухом и получает подъёмную силу - но всё же хвост работает как воздушный тормоз и его вклад в подъёмную силу змея отрицательный.

То же самое делает и хвостовое оперение самолёта классической схемы - оно создаёт отрицательную подъёмную силу. И не так уж мало - примерно 10-15%. Уменьшить отрицательный эффект можно, уменьшив создающую его площадь. То есть желательно сделать хвост поменьше. Но чтобы сохранить его эффективность, по правилу рычага, нужно отнести его подальше от крыла. Только бесконечно отодвигать хвост невозможно, да и слишком тяжёлой длинная хвостовая балка выйдет. Так что приходится искать компромисс и мириться с потерей немалой доли подъёмной силы в классической схеме.

Но так летают птицы! Уж наверное Природа давно придумала бы иное решение, если б оно было? Однако Природа так и не создала колеса - звери ходят ногами - но шагающие машины создать оказалось крайне сложно. Из чего мораль: не всё, что легко Природе воплотить в живых существах, так же легко воссоздать в механизмах. Для механизма должно быть иное решение.

Да, не так сложно сделать первый планёр - как сложно придумать систему управления им.

Однако сложно это лишь пока мы рассуждаем о классической схеме с её хвостом сзади, к которому из кабины лётчика протянуты многочисленные тросы управления, пропущенные через блоки и качалки. И любой узел может выйти из строя - трос разорваться, качалка заклинить, блок слететь с оси. И сложно и не слишком надёжно получается. Но есть и другая аэродинамическая схема с забавным названием «утка». К реальной утке она не имеет никакого отношения, потому что утка настоящая не летает хвостом вперёд. Но когда парижане видели полёт первого аэроплана Сантос-Дюмона, то прозвали его конструкцию «уткой» за внешнее сходство. А самолёты схемы «утка» летают именно «хвостом» вперёд. И что же это даёт?

А то, что «хвост» впереди даёт положительную подъёмную силу. Это когда он сзади основного крыла, то для стабилизации должен толкать вниз - а будучи впереди он обеспечивает стабилизацию, толкая вверх. «Утка» обладает большей подъёмной силой - так нужной для успешного взлёта архаичных аэропланов.

Мысленно сконструируем сверх-лёгкий планёр древности. Грузоподъёмностью на одного пилота. Теперь представим, что пилот нашего планёра-«утки» будет сидеть на нём словно современный байкер. Руками он держится за переднее рулевое крыло. И это крыло он может крутить как ему вздумается - то есть и наклонять вверх или вниз и проворачивать вокруг оси, вращая по часовой стрелке или против. Такой шарнирный подвес крыла создать совсем несложно - его можно просто привязать канатом, оставив свободу вращения. Ну а верёвки были и в самой глубокой древности.

Что же получается: нет управляющих тросов, которые могут порваться - значит аппарат стал надёжнее. Управляющее крыло у пилота прямо в руках, как руль байка. Пилот надёжно контролирует его. И рулит этим крылом практически интуитивно - куда отклоняет крыло, туда вслед за ним направит свой нос и планёр. Это намного удобнее, чем отклонение рулей где-то там на хвосте. Понять такое простое управление в силах даже необразованный дикарь!

Единственное слабое место в этой схеме - отсутствие элеронов на основных несущих поверхностях. Кажется, без них не создать крен, а значит не выйдет войти в вираж и совершить поворот? Но взглянем ещё раз на «Флайер» - у него то же не было элеронов! И на первом аэроплане Сантос-Дюмона их то же не было, а он летал. И были и другие самолёты без элеронов.

Элероны весьма желательны, но не обязательны. С элеронами управлять самолётом лучше, но добиться управляемого полёта можно и без них. Не верите? Взгляните на дельтапланы, они не имеют элеронов - а тысячи и тысячи их летают. Есть особый класс сверхлёгких планёров, называемый жёсткими дельтапланами - и у них то же нет элеронов, а летают они замечательно.

А потом, когда появляется паровая машина, на планёр можно установить двигатель - и рождается аэроплан точно так же, как родился мотодельтаплан из дельтаплана обычного.

Змеиный парадокс

Сказывают, доподлинно известно, что ещё в XVIII веке, забавы ради, люди использовали воздушных змеев для буксировки. Но подниматься сами в воздух на них и не думали. Впервые применить воздушный змей для взгляда сверху додумался французский фотограф Артур Бату (Arthur Batut) в 1889 году. Он лично изготовил фотоустановку и змея большой площади. Автоматическое открывание затвора обеспечивалось разрывом удерживающего тросика фитилём, который поджигался перед стартом. Одновременно с открытием затвора выскакивал сигнальный флажок. Фото сделано, можно спускать змей вниз.

Змей с прикреплённой фотокамерой, использовавшийся Артуром Бату

Такой способ аэро-фотографирования выходил многократно дешевле дорого аэростата. Потому сохранился и в Первую Мировую войну. Это были уже весьма совершенные установки. Открывался затвор фотоаппарата электромагнитным приводом. Подвеска могла комплектоваться многокамерными панорамными установками, электронивелиром, открывавшим затвор при горизонтальном положении фотокамеры.

Подъём фотокамеры к поезду с помощью паруса, который будет скользить по силовому тросу уже парящего в воздухе змея

И только после успехов с подъёмом фотоаппарата, задумались, а не поднять ли на змее человека7 И это право же странно. Змей известен тысячи лет, он всегда был на виду, его способность поднимать была известна - но почему-то начать путь в небо с него не додумались за века.

Первые змеи для подъёма наблюдателя в воздух изготовил Баден Баден-Пауэлл (Baden Baden-Powell). Его змей был плоской конструкции. Несколько таких закупили и отправили на войну с бурами, но применить не успели, ибо война закончилась раньше. В России в 1902 году успешно провели эксперимент с подъёмом наблюдателя на змее, буксируемом миноносцем. Неожиданно оказалось, что веками незамечаемая идея, теперь как будто витала в воздухе.

Но всех превзошёл Сэмуэль Коди (Samuel Cody) со своей конструкцией коробчатого змея по прозванию «Бэт» (англ. Bat — «Летучая мышь»). Он пересёк Ла-Манш в лодке, буксируемой змеем. А в 1903 году устроил выставку для британских военных и, наконец, получил официальный контракт.

Змей конструкции Коди

Подъём морского «Бэта». Он отличался «корзиной» для наблюдателя в виде широкого спасательного круга и пришитых к нему резиновых штанов.

С 1906 года Коди официальный преподаватель и консультант.

Коди с курсантами лаборатории собирают змея

Во Франции пошли ещё дальше. В 1909 году капитан Луи Мадио (Louis-Gabriel Madiot) предложил связку (так называемый «поезд») из коробчатых змеев, а ещё подъём корзины с наблюдателем специальной группы змеев, скользящих по силовому тросу несущей группы. Таким образом, наблюдатель мог относительно быстро подниматься или спускаться, без необходимости совершать эволюции несущим поездом.

Поезд с корзиной

Но всё это, в нашей реальной истории, происходит только когда вовсю уже полетели аэропланы... Разве это не парадоксально, что более простое средство, которое даже не нужно было изобретать - не используют, а вместо того ищут решение через технически самый сложный путь. Что это: непонятная психологическая особенность человеческого мышления? Мы не знаем до сих пор. Но зато какое благодатное поле для писателя-фантаста!

Необъяснимая загадка

Развитие всегда идёт от простого к сложному. Например, корабли развивались так: сперва случайное бревно - затем из него догадались выдолбить чёлн - гребли вёслами, пока не заметили что парус позволяет уловить силу ветра - затем от прямых парусов перешли к косым, лучше работающим на боковых ветрах - и научились плавать галсами, порой даже против ветра - и лишь в конце поставили двигатель. А известная нам история авиации такова:

первым весьма вероятно отрывавшимся от земли аппаратом тяжелее воздуха был аэроплан де Трампля, сконструированный в 1857 году и имевший весьма прогрессивную конструкцию - каркас из алюминиевых трубок, обтянутый полотном. Так будут строить лучшие истребители и во Вторую Мировую. Авиация сразу началась с необыкновенно совершенного аппарата, которому если чего и не хватало, то только мощности двигателя

но лишь примерно 20 лет спустя Отто Лилиенталь задумался о причинах парения птиц! Разве это не то самое очевидное, с чего следовало бы начать путь в небеса? Однако только Лилиенталь сумел разгадать секрет парения, а поняв его, принялся строить планёры и совершил около 2 тысяч полётов, пока не разбился.Отто Лилиенталь со своим планёром. Позже он добавит ещё крыло сверху и так изобретёт биплан

Важной в данном случае особенностью планёров Лилиенталя было отсутствие каких-либо специальных устройств для управления. Ни элеронов, ни рулей, ни штурвала или педалей. Вместо этого его планёры были балансирными - то есть управлялись смещением веса тела пилота. Самое естественное решение! Простейшее решение! Которое придумано спустя 20 лет после рождения самолёта?

но ещё проще крыло Рогалло, более известное нам как дельтаплан. В сущности дельтаплан это тот же самый воздушный змей. Поначалу именно так на дельтапланах и летали - прицепляли трос к катеру и тот тянул его за собой на морской гладью - точно так же поднимают в небо и воздушного змея. Всё отличие дельтаплана от змея лишь в наличии простейшего балансирного управления. Везде где запускали воздушных змеев, в любом веке и тысячелетии уже могли строить дельтапланы и летать на них. И однако придумана эта элементарнейшая конструкция Френсисом Рогалло лишь во второй половине XX века.

Как и почему простейший дельтаплан родился не раньше, а позже технически сложного самолёта, да к тому же позже на целый век? Хотя по логике развития цивилизации должен был появиться на сотни, а может и тысячи лет раньше. Я не знаю. Но почему-то в истории нашей цивилизации сложилось вот так. Нелогично...

Зато какой замечательный сюжет для фантастического романа в жанре паро-панк!

Бесстрашная эффективность парусов с мотором

Пора от флота воздушного перейти к флоту морскому. А на нём, как мы прекрасно знаем, в Эпоху Пара появляются пароходо-фрегаты. Об этом слышали все. Но были кораблики размером заметно меньше. Так описанная Жюль Верном в его романе "Дети капитана Гранта" яхта "Дункан" - имеет не только паруса но и паровую машину и ходовой винт. Фантаст указала и водоизмещение этой яхты - всего 300 тонн. В общем довольно небольшой по океанским меркам кораблик. Мог ли быть от подобного прок на военной службе?

В Эпоху Пара - не только мог, но именно подобные небольшие корабли и поставили на колени мощнейшую империю того времени. И потребовалось их для этого всего шесть.

Здесь речь пойдёт о кораблях, хотя и снабжённых паровыми машинами, но всё ещё полагавшимся на паруса. Понять неочевидные современному человеку нюансы войны под парусами попогут замечательные видео-лекции Кирилла Назаренко о парусном флоте:

Парусный флот в мировой истории/Кирилл НазаренкоПарусный флот XVII-XVIII вв.: артиллерия и личный составФлот в англо-голландских войнах/Кирилл НазаренкоПосле Крымской войны Россия осталась без флота на Чёрном море. Строго говоря, без флота она осталась ещё в самом начале осады Севастополя, когда Нахимов затопил его. Решение не лучшее, но что сделано то сделано. А защищать Россию надо. Выручили клиперы.

Об этих кораблях редко пишут. Ещё бы, за полвека службы они не участвовали ни в одном сражении, не сделали ни одного боевого выстрела. Но они сделали куда больше - без выстрелов они выигрывали войны раньше, чем те начинались. Как же такое возможно?

Ещё во время Крымской войны, когда союзники пиратствовали вдоль всех русских берегов, находившийся в Североамериканских Штатах со специальными поручениями адъютант дежурного генерала Главного морского штаба капитан-лейтенант А.С Горковенко направил в феврале 1854 г, генерал-адмиралу великому князю Константину Николаевичу докладную записку «О гибельном влиянии, какое имело бы на торговлю Англии появление в Тихом океане некоторого числа военных крейсеров наших, которые забирали бы английские купеческие суда около западных берегов Южной Америки, в водах Новой Голландии и Китайских». Предлагалось следующее: «В Сан-Франциско легко можно купить нужное число клиперов… отлично-хороших ходоков, во всех отношениях способных к такому крейсерству». И далее: «Можно наверно сказать, что первое известие о взятии нашими крейсерами английских торговых судов произведет сильное действие на Лондонской бирже, цена страхования судов возвысится непомерно, все товары будут отправляться на американских судах и английское торговое судоходство в Тихом океане уничтожится. Те же самые крикуны, которые теперь требуют войны, попросят мира, тем более, что поймать наши крейсеры на пространстве океана будет делом почти невозможным, как бы многочисленны ни были военные суда, для того отряжаемые из Англии и Франции»

Великий князь Константин Николаевич, был поставлен командовать всем русским флотом волею своего отца, императора Николая I, 22 августа 1833 года - когда было Константину пять лет от роду. Ясное дело, что до собственно руководства его не допускали. И вот в 27 лет он получил-таки власть над флотом... но как он сам писал: «Пишу под грустным впечатлением всего, что вижу, и при горьком сознании, что я теперь не что иное, как генерал-адмирал без флота».

И он желал возродить русский флот. Именно благодаря этому его желанию в нашем флоте появились быстроходные клипера.

Наверняка читатель слышал о чайных клиперах. Такие возили чай из Китая. А ещё были шерстяные клиперы - возили шерсть из Австралии. Путь из Китая до Англии вокруг Африки (Суэцкого канала ещё не было) клиперы проходили за 90, максимум 100 дней. Матросы в белоснежных робах смеялись над вечно чумазыми кочегарами с чадящих пароходов, безнадёжно отставших где-то за кормой.

Первые шесть русских клиперов были заложены в Архангельске 5 января 1856 года - в полярную ночь и суровые морозы. А в 1857 году, когда весь мир знал, что флота у России больше нет - клиперы вышли в океан. Андреевский флаг вновь замелькал в Средиземном море, в Атлантическом и Тихом океанах. То есть на всех основных торговых путях, без которых существование Британской Империи становилось невозможным.

Первым же делом клиперов стало противодействие Англии в её агрессии против Китая, известной как Опиумные войны. Советские люди любили индийский чай, а некоторые гурманы - цейлонский. Но мало кто знал, что чайные плантации Шри-Ланки в XIX веке использовались английскими колонизаторами для выращивания опиума - который кораблями везли в Китай. И когда китайские власти попытались помещать этому - разразились Опиумные войны. Для оправдания нападения 1860 года, англичане выдвинули и вовсе анекдотичный повод, будто их посланников не пустили в Пекин. Демонстрация русского флота не только помешала одной из десантных операций англичан, но и побудила китайское правительство наконец-таки разграничить спорные с Россией территории, с выгодой для русских.

На следующий год русские клиперы помешали планам англичан захватить японский остров Цусима, который имел важное стратегическое значение в регионе.

В январе 1863 года в Польше вспыхнуло восстание, которое сейчас почему-то принято считать народным. Странно, ведь 1863 год это как раз реформы в Российской империи, освобождение крестьян... а они бунтуют?

Так крестьяне и не бунтовали. Бунтовала шляхта. А польская шляхта того времени весьма интересная субстанция. Начнём с того, что их было невероятное количество - около полумиллиона! Это при том что в пределах всей Российской империи жило всего-то 6 миллионов поляков. То есть 1 пан на 12 простолюдинов. Для сравнения: на 50 миллионов остального населения европейской части империи приходилось всего лишь чуть больше ¼ миллиона потомственных дворян. То есть 1 дворянин на 200 простолюдинов.

Как же так получилось, что поляки такие родовитые? Да очень просто, у них любой, у кого была сабля и немного денег, мог купить себе благородный титул. Попросту говоря, все эти «родовитые» паны были потомками самых обычных наёмников, осевших в Польше со всей Европы в ходе Тридцатилетней войны. Но когда часть Польши вошла в состав Российской империи, то - дабы никого не обижать - панам даровали права российских дворян. Да только панам показалось этого мало. Им захотелось большего. Панам потребовались холопы! И лозунгами восстания было вовсе не освобождение - а «Польша от можа до можа», то есть от Балтики до Чёрного моря, и обязательно чтоб все не-католики платили панам дань.

Получалась парадоксальная ситуация: царь пытается крестьян освободить и жизнь их улучшить - а восставшие наоборот хотят закабалить и обобрать. И обирали! У своих же польских крестьян отбирали хлеб, лошадей, деньги, да всё что приглянется - всё на благо восстания против тирании! Удивительно ли, что прежде всего сами же крестьяне и помогали русским войскам бороться с такими «освободителями».

Но восстание возникло не само по себе. Оно подпитывалось оружием, доставляемым через Балтийское море. А русский флот оказался заперт льдами Финского залива...

Тут же были вызваны из океанских походов два клипера, которые и занялись досмотром подозрительных судов на Балтике. А две русских эскадры отправились за океаны. Зачем? Но ведь в это же время шла Гражданская Война в США, известная как Война между Севером и Югом. Англичане и французы готовы были вмешаться в эту войну, причём 35-тысячная французская армия уже находилась в Мексике. Но под конец сентября одна русская эскадра достигла Нью-Йорка, а другая Сан-Франциско. Через неделю пассажирский пароход привёз американские газеты в Лондон. Произошло всё, что предрекал Горковенко: паника на бирже, судоходные компании задрали стоимость фрахта, страховые начали менять правила страховок.

Потому что неуловимые русские клиперы могли в любой момент нарушить все транспортные артерии Британской Империи. Естественно что после этого польское восстание стало идти на убыль. А американские портовые города перестали бояться внезапного нападения корсаров с британским или французским патентом.

Что же это были за чудо-корабли, ставящие на колени империи? Как ни странно, но по сути - самые типичные суда Эпохи Пара. Для первых клиперов архангельской постройки длина 46.3 м, ширина 8.4 м, а осадка 3.9 м. Сейчас военное судно таких размеров назвали бы скорее катером. Корпуса архангельских клиперов были построены из лиственницы, с отдельными элементами из дуба и сосны. Крепления подводной части медные, а надводной — железные. Паровая машина мощностью от 200 до 300 лошадиных сил, была установлена в трюме со смещением к корме. А по центру находилась самая тяжёлая часть - котлы. На части клиперов было 3 котла и запас угля в 57 тонн, на других только 2 котла зато угля 95 тонн. Тогдашние машины были весьма прожорливы, пароходу угля хватало на 3 в лучшем случае 5 дней. Русский клипер с 3 котлами мог пройти 10-узловым ходом 700 миль, а с 2 котлами 9-узловым ходом 1730 миль.

Надо заметить, что все механизмы архангельских клиперов были Ижорского завода. Вскоре после окончания Крымской войны началась постройка более крупных клиперов по заказу русского правительства на петербургских, финских и даже английских(!) вервях. Как видим, капиталист даже врагу охотно продаст оружие против своей Родины, была бы прибыль. Качество финских машин было низким, приходилось потом переделывать в Кронштадте. А вот Англия вполне оправдывала звание тогдашней кузницы мира, клиперы с английскими машинами развивали 12.5 и даже 13 узлов. Но вернёмся к архангельским клиперам.

Машина предназначалась только для безветрия или для маневрирования в бою. А наибольшую часть плавания клипер шёл под парусами. И что касается парусов, то они были самые наилучшие. Клиперы имели 3 мачты, и все они не были поставлены вертикально, а имели заметный завал к корме - это позволяло им лучше держать ветровую нагрузку под парусами. По первоначальному проекту площадь парусов была распределена между грот-мачтой и бизань-мачтой примерно одинаково, и только фок-мачта (то есть передняя мачта), несла заметно больше парусов. Для современного человека тут будет понятнее аналогия с автомобилем - клипер уподоблялся переднеприводному авто. Но после первого же похода из Архангельска в Кронштадт вокруг Скандинавии, решили добавить прямых парусов на фок-мачту по проекту будущего адмирала, а тогда капитана 1-го ранга Попова. И ещё спустя несколько лет, тот же Попов вновь изменил паруса и это последнее изменение оказалось наилучшим. Теперь грот-мачта так же получила несколько дополнительных прямых парусов, а вот бизань была укорочена и площадь её парусов уменьшена. Но общая площадь парусов - а значит и скорость под парусами - оказалась теперь больше, при том что центр ветрового давления на корабль удалось сохранить в прежней выгодной точке.

Если это объяснение о парусах кажется сложным - то так оно и есть. Плавание под парусами это особое искусство. Но без него Эпоха Пара была бы немыслима.

Русские клиперы не были первыми кораблями с паровой машиной, но на них было применено редкое и одновременно остроумное решение одной проблемы, характерной только для судов с парусами и двигателями. Нет, речь вовсе не о трубе. Труба, разумеется, была сделана заваливающейся, чтобы не мешать управляться с парусами. Но что же ещё может мешать парусам?

Как ни странно, проблема под водой. Винт - вот что снижает скорость хода под парусом. Тогда как обводы подводной части корабля совершенны и он легко рассекает волны, то неподвижный винт тормозит судно. Чтобы не терять ход под парусами, паровым кораблям приходилось идти с машиной на малом ходу - медленно вращающийся винт оказывал меньшее сопротивление движению.

Винтовой колодец

На русских клиперах вместо этого был устроен винтовой колодец, в который винт, когда в нём не было надобности, поднимали целиком. Благодаря этому клипер шёл не хуже чисто парусного и при этом не тратил уголь.

Артиллерия клиперов, как и всего русского флота к 1857 году, была гладкоствольная. А именно: одна 60-фунтовая пушка на поворотной платформе, что позволяло вести огонь на оба борта, и две 24-фунтовые пушко-каронады. Всего 3 орудия? Но это самые лучшие орудия на протяжении большей части XIX века. И мы рассмотрим подробнее, чем же они так хороши.

Начнём с непривычно звучашего названия пушко-каронада. Или, как их ещё называли - карронада. Изобрёл её Чарльз Гаскойн, который управлял Карронским (Саrron) литейным заводом в Шотландии в графстве Штирлинг. От названия завода и пошло название орудия. По сути это была та же пушка, но с укороченным стволом. Не более 10 калибров - тогда как у пушек обычно ствол был около 20 калибров. А раз ствол короче - то можно меньше сделать камору под пороховой заряд. А раз камора меньше - то можно сделать тоньше стенки ствола. В итоге получалось орудие того же калибра - но раза в полтора-два легче и в несколько раз дешевле. И отдача меньше, а раз так то и лафеты для них дешевле, а в обращении удобнее. Правда ядра из каронады летели с малой скоростью, и потому деревянный борт линкоров, имевший толщину от ½ до целого метра, не пробивали. Зато каронады отлично стреляли картечью и книпелями. Их выстрелы с малой дистанции расчищали палубы вражеских кораблей. Поскольку в то время накат (то есть возврат орудия на позицию выстрела) и даже наведение требовали значительных физических усилий, то для орудия меньшего веса требовалось меньше прислуги. А перезаряжать и наводить на цель их успевали быстрее.

При бое на ближних дистанциях они вполне оправдывали себя. Для эскадренного боя каронады к Крымской войне уже потеряли былое значение - но вот против торговцев и пиратов оставались грозной силой. Вне всякого сомнения, что одного выстрела пушко-каронады русского клипера хватило бы чтобы очистить вражескую палубу от толпы рвущихся на абордаж головорезов или же разнести в щепки паруса и мачты строптивого браконьера.

Каронады русского флота были самые лучшие. Ещё бы, по распоряжению Екатерины II, для налаживания их производства за большие деньги сманили из Англии самого изобретателя этого оружия. С 1786 года и до своей смерти в 1806 году Гаскойн поднял русскую пушечную промышленность на прежде небывалый для неё уровень качества производства. А кроме того улучшил и собственное изобретение. Все русские каронады имели длину канала ствола не более 7½ калибра, а полную длину орудия 12¼ калибра. Благодаря этому для 24-фунтовой каронады полная длина орудия 59½ дюйма или чуть больше полутора метров. А длина ствола 24-фунтовой пушки 21 калибр, а с 1838 года 19.6 калибров. Но это только сам канал ствола. Полная же длина орудия немного менее 4 метров. Что проще разместить на стеснённом пространстве палубы - орудие в 4 метра длиной или только в полтора? И это мы ещё не учли размер станка для орудия и длину отката.

При одинаковом калибре 24 фунта (что соответствует 5.95 дюймов или 151.1 мм), вес 24-фунтовой пушки 3440 кг - против 1601 кг веса 24-фунтовой каронады. Станок же для каронады весил всего лишь 352 кг, по тем временам столько же весили станки для самых лёгких пушечек, которые ставили на шлюпки, и если из той пушечки что и можно было пробить, то разве такую же шлюпку.

24-фунтовая пушко-каронада

Каронада от пушки отличается следующими конструктивными особенностями (в порядке: снизу и по часовой стрелке):

отверстие для оси - пушка отливалась заодно с цапфами, а каронада цапф не имела, зато вблизи своего центра тяжести имела отверстие для железной оси станкаотверстие для винта - имело резьбу для подъёмного винта, с помощью которого наводчик придавал стволу каронады желаемый угол возвышения, причём мог делать это довольно быстро и в одиночку, тогда как с наводкой пушки управлялись двое, а то и четвероотверстие для брюка - брюк это толстый канат, которым обматывалось и орудие и станок, и закреплялось к борту с целью ограничения длины откатазапальное отверстие - приводит в камору, которая у каронады всегда меньше калибра стволараспал - уменьшает дульное пламя, ведь из-за короткого ствола при выстреле вслед за снарядом вылетают продолжающие гореть частицы пороха, которые могут опалить борт - потому из каронады полагалось стрелять выдвинув ствол не менее чем на 16½ дюймов за борт; так же распал уменьшал вероятность образования трещин у ствола чугунных орудий, а каронады (как орудия дешёвые) отливали именно из чугунаИ станки у русских каронад были самые лучшие, конструкции Борисова.

Станок Борисова для 24-фунтовой каронады: 1 — станок; 2 — опора станка; 3 — колесо опоры; 4 — брус платформы; 5 — задняя подушка; 6 — основа станка; 7 — упор подъёмного винта; 8 — проём порта; 9 — горбыль; 10 — ось; 11 — направляющий брус станка; 12 — отверстие для лопаря; 13 — гак крепления лопаря; 14 — бортовая подушка; 15 — передняя подушка платформы; 16-обух; 17-блок платформы; 18-блок станка

Между прочим, такими же 24-фунтовыми пушко-каронадами был вооружён русский бриг «Меркурий», в 1829 году выигравший бой у двух турецких линейных кораблей. А ведь «Меркурий» был двухмачтовым судёнышком около 30 м длиной и водоизмещением примерно 450 т. Интересно, что на случай штиля, «Меркурий» имёл большие вёсла, по 7 с каждого борта, которыми приходилось грести стоя. У этого знаменитого брига был 22-пушечный предшественник с тем же именем, только служил он на Балтике. Вёсла он то же имел, они не раз выручали русский флот в балтийских шхерах, начиная со знаменитой победы при Гангуте, одержанной флотом русских галер над шведами. И в 1789 году, в очередную шведско-русскую войну, балтийский «Меркурий», маневрируя на веслах, подошел с кормы к шведскому 44-пушечному фрегату «Венус», и в упор открыл огонь из 24-фунтовых каронад. «Венус» мог отвечать лишь огнем двух ретирадных 6-фунтовых пушек. Но на ближней дистанции 24-фунтовые каронады по мощи огня ничем не уступали самым распространённым на флоте того времени 36-фунтовым пушкам. Под таким шквалом даже храбрые шведы спустили флаг. А времени этот бой занял по одним сведениям 2½ часа, а по другим и не более получаса.

Заметим, что оба «Меркурия» использовали только картечь да книпели, иногда ядра. Бомбы и гранаты уже были известны, но применялись разве что по береговым целям. Подводил запал. Но в 1822 году французский артиллерист Пексан сумел сконструировать надёжный запал для бомб и изобрёл бомбические пушки. Они имели ствол короче, чем у обычных, зато калибр заметно больший. Во французском флоте основной калибр был 30-фунтов - а после принятия на вооружение бомбических орудий стал 80-фунтов! Разумеется, разрыв такой крупной бомбы производил сокрушительные повреждения на деревянных кораблях. Так и дальность стрельбы то же увеличилась. Если ранее эффективен был огонь не далее 150 м - теперь бой вели и до 1000 м. А главное поверили в силу взрыва. А прежнее проламывающее действие ядра, ради чего и были когда-то придуманы каронады - отошло в прошлое. Вместе с книпелями и брандкугелями (то есть зажигательными ядрами).

Поэтому в боекомплект 24-фунтовой пушко-каронады руских клиперов входили:

ближняя картечь в корпусе весом 12.3 кгчугунная бомба весом 8 кгТабличная дальность стрельбы бомбой 2600 м при угле возвышения 14°. Совсем немало по тем временам. В боекомплекте клипера было по 150 выстрелов на ствол для 24-фунтовых пушко-каронад.

Но настоящая «длинная рука» клипера это 60-фунтовая пушка. Она уверенно держала врага на почтительной дистанции. Ведь была она тогда самой мощной русской корабельной пушкой. И в полевой и даже в крепостной артиллерии столь мощного орудия не было. Калибр ее составлял 7.7 дюйма (196 мм), а длина ствола 17.6 калибра. Вес орудия 300 пудов (4914 кг). В боекомплект пушки входили:

стальное ядро весом 30.3 кгчугунное ядро весом 26.2 кгчугунная бомба весом 18.7 кг, снаряженная 0.82 кг черного порохакартечь дальняя в железных кругах (9 ядер диаметром 80,6 мм и весом около 2 кг)картечь ближняя в железном корпусе (4 пули диаметром 46 мм и весом по 375 г и 108 пуль диаметром 36.6 мм и весом по 183 г)Стальное ядро предназначалось для стрельбы по только что появившимся броненосцам, максимальная толщина брони которых не превосходила 4½ дюймов (114 мм). В ходе стрельб по макету отсека британского броненосца стальные ядра 60-фунтовой пушки с расстояния 100 саженей (213 м) пробивали 114.3-мм броневую плиту, но правда застревали в деревянной обшивке. А броня в то время нашивалась сверху на толстый деревянный борт. Поэтому броненосцев конечно следовало избегать - что клипер благодаря скорости мог сделать легко.

Зато чугунное ядро могло пробить любой другой корабль на оба борта на дистанции до 3519 м при угле возвышения 18°. Дальность стрельбы бомбой была чуть меньше — 3148 м. Дальняя картечь поражала противника на дистанции до 740 м, а ближняя — на дистанции до 300 м. В боекомплект клипера входили 200 выстрелов для 60-фунтовой пушки.

На первый взгляд, клипер имел всего-то три орудия - и это в эпоху сто-пушечных (и более) кораблей. Но мы теперь знаем что это были за орудия. Клипер имел полный спектр артиллерийского вооружения своей эпохи, и в течении большей части XIX века был опасен для большинства военных кораблей вероятного противника.

Что интересно, русский клипер оказывался практически неуязвим для самых сильных пушек береговой обороны того времени. Так в 1868 году на Мотовилихинском заводе в Перми отлита чугунная Пермская царь-пушка, образцом для которой послужило американское орудие парохода «Поухатан». Вес вместе с лафетом 144 тонны, калибр 508-мм. Летом 1869 года орудие испытано стрельбой, произведя 314 выстрелов, часть из коих увеличенным до 120 кг пороховым зарядом. Предназначалось орудие для установки в Кронштадте на форте «Константин». Правда, пока её везли, орудие успело устареть. И не мудрено, хоть ядро весом 459 кг конечно пробивало бы любой броненосец вплоть до начала XX века, но при штатном пороховом заряде в 53 кг дальность стрельбы всего 1.2 км.

Пермская пушка могла бы стрелять и подальше. Вот англичане специально для кампании в Крыму делали мортиру. Чтобы её перевезти под Севастополь, пришлось орудие делать разборным. Конструкция вышла очень сложной даже для «кузницы мира». Было заказано 2 мортиры, но одна подрядившаяся фирма так и не смогла закончить работу и обанкротилась. Другая же своё орудие завершила только через год после окончания войны. Вес бомбы этой мортиры был более тонны, вмещал 2 центнера пороху. При оптимальном угле возвышения дальность выходила в 2.4 км - вдвое лучше чем у пермской царь-пушки. Вот только гигантская мортира выдерживала лишь 6-7 выстрелов. А стоила 14 тысяч фунтов, да каждый выстрел обходился в 675 фунтов. Для сравнения: целый завод, на котором Гэррет строил свои паровые подводные лодки обошёлся в 2 тысячи фунтов.

Конечно, англичане могли сделать и что-то получше. И сделали. Правда только в 1874 году. Орудие береговой обороны RML калибра 17.71 дюйма производства завода Уильяма Армстронга. Ствол длиной 10 метров теперь уже не из чугуна, а из лучшей стали. Снаряд весом 910 кг подавали к орудию 18 человек. Всего расчёт 35 человек. Виды снарядов: бронебойные, фугасные и шрапнель (вес собственно шрапнели в таком снаряде 100 кг). Дальность стрельбы 6 км! Куда уж тут русскому клиперу с его дальностью стрельбы в жалких 3 от силы 3½ км. Но таких орудий было изготовлено всего несколько: 8 для итальянских броненосцев, и по 2 для Мальты и Гибралтара. Богатая британская корона смогла позволить себе раскошелиться на защиту лишь двух своих ценнейших портов. А, скажем, такая территория короны как Новая Зеландия, хоть и обзавелась 17 фортами, но продолжала дрожать в страхе перед русским нашествием. Ещё бы, почти до самого конца XX века, русский клипер мог, не входя в зону досягаемости берегового форта, преспокойно расстреливать порт и город, вызывая пожары и производя опустошение. И безнаказанно продолжать путь к следующему беззащитному английскому порту.

Конечно, русские никогда так не поступали. Слишком миролюбивы и первыми в драку не лезут. Но если бы поступили, то история даёт нам пример из Гражданской войны в США. С 10 августа 1862 года построенный в Англии для конфедерации трёхмачтовый парусно-паровой шлюп «Алабама» начал свой рейд. С 5 сентября 1862 года, когда был задержан первый корабль под флагом северян, и по 19 июня 1864 года, когда «Алабама» приняла свой последний бой, рейдер утопил 65 торговых кораблей противника. Это примерно треть от всех потерь торговых кораблей северян. Сумма утраченных только от действий «Алабамы» грузов исчислялась в 6 миллионов долларов того времени. Правда, всего за войну северяне потеряли лишь 5% от своего торгового флота. Казалось бы не много. Но капитаны и экипажи этих судов проклинали не южан - а Линкольна и всё правительство! Проклинали в прямом смысле, тому есть свидетельства современников. На биржах царила паника, а страховщики задирали ставки. Неудивительно, что северяне были обрадованы, когда в их порты стали заходить русские клиперы, имевшие приказ препятствовать действиям корсаров. Прибытие любого русского корабля превращалось в праздник для всего города. Ещё бы - ведь пока русские в порту, можно спать спокойно.

Не любят американцы вспоминать о том, как их спасли русские клиперы. И тому есть причина - ведь те же самые клиперы мешали американскому браконьерству на Чукотке. Как американцы спаивали индейцев, точно так же они спаивали чукчей, выменивая за бесценок, а то и отбирая всё что чукча добывал охотой или промыслом. И только когда стали ходить вдоль наших тихоокеанских берегов наши клипера - иноземным «торговцам» пришлось убраться восвояси. Заметим, что с задержанными нарушителями обходились довольно мягко. Но требовали всё выменянное вернуть чукчам, а изъятые бочонки с водкой разбивали тут же на берегу.

Клипер - замечательный корабль. Он и нападающий, он же и защитник. Пусть не самый могучий - зато всюду поспевающий. Да, с тех пор многое изменилось, появились корабли летящие по волнам, и самому быстрому клиперу за ними уже не угнаться. Но и ныне нашлось бы клиперу дело. Та же дозорная служба, охрана территориальных вод от браконьеров. Тут не нужна рекордная скорость, а вот способность долго находиться в море, ведя наблюдение и демонстрируя флаг - вот это нужно. Служба парусника тут выгодна вдвойне - он не только в море может находиться дольше, но и стоимость его похода дешевле. Ведь не так дорог корабль - как дорого обходиться его содержание. А в походе расходы возрастают ещё на порядок. И это актуально не только для России при Ельцине. Некогда владычица морей Британия уже с 1970-х годов вынуждена экономить на флоте, как мы стали только в постсоветское время. Чем больше рубежи, тем больше нужно кораблей - и нет такой страны, которая могла бы себе позволить не считать деньги.

Конечно, если возрождать клипера, то строить их нынче нужно не из дерева. Увы, штатный срок жизни деревянного корабля всего 8 лет. Ремонт это полная замена обшивки, что обходится едва ли не дороже постройки нового корабля. Поэтому уже русские клиперы второго поколения строили смешанной конструкции с большим использованием металла. А современные технологии предоставляют в распоряжение корабелов практически вечный пластик. Да и двигатель нынче будет конечно не архаичная паровая машина.

И всё же даже древний архангельский клипер с ижорской паровой машиной силой в 200 лошадей - мог бы быть полезен отечеству и в XXI веке. Право же удивительно, какой прекрасный корабль удалось создать человеческому гению в самый расцвет Эпохи Пара.

Рождённый ужасать

Какой же паро-панк не люби прокатиться по морю-океану на броненосце? А какие они собственно были, эти самые броненосцы? Откуда взялись и как развивались? И куда же сгинули без следа и отчего? Сказывают авиация всех победила...

На начало XIX века, когда уже поехала первая паровая телега, в морских баталиях правили бал линейные корабли с тремя орудийными палубами. Названы они были так за то, что сражались в линии флота. А всякие фрегаты с всего двумя орудийными палубами, а тем паче бриги с одной орудийной палубой - все эти годились только для разведки.

Вот типичный парусный линейный корабль в самом совершенном их виде - русский «Двенадцать апостолов», спущенный на воду на Николаевской верфи в 1841 году. Длина 64.4 м, ширина 12.1 м, 130 орудий, экипаж 1200 человек - и это не ошибка. Да, на кораблике длиной не более 65 метров - более тысячи человек только экипажа. А ещё порой приходилось везти десант. Тесноту можете себе представить.

Скорость линейного корабля «Двенадцать апостолов» - до 12 узлов. Как так? Мы же только вот недавно узнали, что самым быстрым кораблём был клипер с его 13 узлами - а тут неповоротливый и очень тяжёлый линейный корабль преспокойно мчит 12-узловым ходом?

Да, именно так. Для парусного флота важна площадь парусов, а их будет больше у более крупного судна. Именно поэтому лёгкому бригу «Меркурий» и пришлось вступить в бой с двумя турецкими линейными кораблями, что оные корабли догнали бриг, несмотря даже на то, что его команда подняла все паруса и усердно гребла вёслами.

«Двенадцать апостолов» был затоплен русскими при входе в севастопольскую бухту во время Крымской войны. К тому моменту свои расчётные 8 лет службы он уже отслужил. А основной силой новых морских войн теперь становились броненосные корабли.

Иногда говорят что первыми броненосными кораблями были средневековые корейские кобуксоны, известные так же как «корабли-черепахи». Но это «поэтическое» преувеличение. Кобуксоны были по сути своей деревянными галерами с деревянной же крышей над гребцами, покрытой железными пластинками и нечастыми железными шипами. Железная обивка делала крышу стойкой к огню и стрелам, но не более того. Шипы должны были удержать врага от попытки абордажа, но однажды смелый самурай всё же запрыгнул на крышу кобуксона, разломал её и ворвавшись внутрь перебил весь экипаж - что вполне говорит о прочности этой пресловутой «брони». Не отказывая корейцам в новаторстве для своего времени, заметим, что собственно броненосец со сколь-нибудь крепкой бронёй на вёслах ходить не сможет. Да и саму такую броню удаётся создать только в Эпоху Пара.

Но даже в Эпоху Пара, броненосцы хотя и получили паровую машину, но во всём оставались теми же парусниками - с множеством палуб, орудийных портов по бортам, и конечно же мачт и парусов. Даже строили их из дерева, а бронёй лишь обшивали. И под парами они ходили только в бою, а в остальное время уголь для прожорливых машин приходилось экономить.

Появление таких кораблей было вполне естественно. Эпоха Пара неразрывно связана с ростом производства основного элемента новых, ранее невиданных конструкций - металла. В то же время есть отлаженное деревянное кораблестроение. И потому обшивка уже доказавшего свою прочность деревянного корпуса железной бронёй для корабелов того времени верный ход.

В истории было лишь одно классическое сражение таких броненосцев с полным применением всего ассортимента тактических приёмов. 20 июля 1866 года близ острова Лисса (ныне остров Вис) в Адриатическом море сразились итальянская эскадра Карло ди Персано и австрийская Вильгельма фон Тегетгоффа. И это определило конструкцию броненосцев и их тактику лет на 30.

Персано располагал довольно современными по тем временам броненосцами английской, французской и американской постройки. Правда некоторые недостатки имелись. 3 броненосца, включая флагман, были построены из сырого леса, им недоставало плавучести и манёвренности. И лишь 5 броненосцев имели тараны - зато некоторые из этих таранов достигали чудовищных 7½ метров длины! Ещё 5 броненосцев были скорее плавучими батареями. И ещё была парочка бронированных канонерских лодок. Остальные корабли флота были деревянными, однако имели паровые машины, что давало им свободу манёвра в бою. Всего же:

34 корабля695 орудийиз них 276 новых нарезныхТегетгофф имел 7 броненосцев, которые уступали итальянским. Среди небронированных судов главенствовал винтовой линейный корабль «Кайзер» (не путать с броненосцем «Кайрез Максимилиан» так же принявшим участие в том сражении) - но среди его 90 пушек не было ни одной нарезной. Всего же:

27 кораблей525 орудийиз них 121 новых нарезных17 июля 1866 года Персано вышел из Анконы с целью захватить австрийскую крепость на Лиссе, что дало бы возможность итальянцам полностью контролировать Адриатику. 18 и 19 он вёл бомбардировки берега и высаживал десанты. Провал первого десанта ответственный за высадку вице-адмирал Альбини объяснил тем, что береговые батареи австрийцев так и не были подавлены. Во второй раз помешал сильный прибой. Третий провал остался без объяснений. На кораблях эскадры от бессмысленности происходящего царило уныние.

Между тем, прежде чем итальянцы перерезали телеграфный кабель, гарнизон острова успел запросить помощь. И со всей возможной скоростью Тегетгофф шёл к Лиссе. Его построение было таково:

построенные клином 7 броненосцев должны пробить вражеский стройследующие за ними так же построенные клином линейный корабль, 5 фрегатов и 1 корвет - атакуют флангипоследний клин из 7 канонерских лодок - действует по обстоятельствамВесьма умно, что австрийский адмирал раздал все основные приказания до боя - а вот его итальянский визави этого не сделал. И вышло вот что.

Австрийцы сразу допустили ошибку. Приближаясь, они стали стрелять. Но основная масса орудий была в бортовых батареях - и австрийским кораблям приходилось поворачиваться бортом к врагу, давать залп, снова ложиться на курс. Всё это лишь замедлило их движение и ни чуть не причинило вреда итальянцам.

Завидев приближающихся со скоростью 9-10 узлов австрийцев, Персано приказал своим кораблям выстроиться в пеленг - линию поперёк вражеского движения. В английском флоте этот классический манёвр называется «поставить чёрточку над i» (то есть как бы превратить олицетворяющую вражескую эскадру букву «i» в букву «T», пересекая её путь колонной своих кораблей и концентрируя весь свой огонь по одному ведущему вражескому кораблю), и нередко этот манёвр приносил победу в морских баталиях, как до того, так и позже. Но пока корабли выстраивались, адмирал зачем-то решил перейти на другой корабль - более любимый им броненосец «Аффондаторе». В результате:

броненосец «Ре д'Италия» на котором уже находился адмирал временно покинул своё место в строю - и именно в этот разрыв вонзился клин австрийских броненосцева итальянские капитаны продолжали думать, что адмирал на «Ре д'Италия» и сигналы с «Аффондаторе» игнорировалиВице-адмирал Альбини должен был снова высаживать десант на остров. В присутствии австрийского флота он посчитал это неразумным - и не стал делать вообще ничего. К морскому сражению его отряд кораблей то же не присоединился.

Когда пеленг итальянцев оказался разорван, 3 отрезанных от основных сил броненосца контр-адмирала Вакки начали обход австрийской эскадры с фланга - но взяли так широко, что до конца сражения не успели закончить свой манёвр.

Пока одни прохлаждались в сторонке, другие воевали. Австрийцы сделали 1½ тысячи выстрелов - итальянцы 4 тысячи! Правда эмоциональные итальянцы порой так спешили, что заложив в пушку заряд, забывали зарядить снаряд - так что выстрел оказывался холостым. Поэтому попаданий у австрийцев было больше.

Но против брони могучие бомбические орудия были бессильны - бомбы разбивались, не успевая взорваться. Жертвы появлялись только при стрельбе в упор, когда залп сметал всё с палубы или когда снаряд залетал в раскрытый пушечный порт.

И оставалось только как в античные времена идти на таран. Броненосцы кружили как древнегреческие биремы, пытаясь поддеть друг друга и уворачиваясь от вражеских атак. После того как Тегетгофф отрезал своими 7 броненосцами 3 вражеских, он на «Фердинанде Максе» дважды пытался поразить «Ре д'Италия», полагая что Персано на ней. Но удалось это только после удачного удара броненосца «Кайзер Максимилиан», который вывел из строя руль итальянца. И только тогда, с третьей атаки, «Фердинанд Макс» пронзил борт «Ре д'Италия». Когда же он отошёл назад, то в корпусе врага открылась пробоина в 16 квадратных метров. Причём отчаянные итальянцы не прекращали вести огонь, пока их корабль тонул.

А корабль где на самом деле находился Персано, был атакован деревянным «Кайзером». Но тут на выручку адмиралу подоспели ещё 3 итальянских корабля. Гладкоствольные пушки австрийцев не наносили итальянским броненосцам никакого видимого вреда. От бессилия «Кайзер» попытался даже таранить броненосец «Ре ди Портогалло» - в итоге лишился всех мачт и дымовой трубы и счёл за благо укрыться в гавани острова. Это удалось лишь потому, что итальянцы почему-то поленились его добить.

После этого корабль итальянского адмирала стал выходить из боя, потому что с него начала осыпаться(!) броневая обшивка. А бой ещё не утих. 3 итальянских броненосца ещё некоторое время кружили с 3 австрийскими. На тараны никто не решался, хотя «Ре ди Портогалло» потерял несколько броневых плит случайно обтеревшись бортом об австрийский броненосец. Когда к этой карусели подошёл ещё один итальянский броненосец, то опять же случайно получил бомбу на батарейную палубу, и вышел из боя, чтобы потушить пожар. А ещё один итальянский броненосец пожар потушить не сумел и взорвался.

Австрийцы отстояли свой остров, потеряв убитыми только 38 человек. Итальянцы потеряли 600 человек и 2 броненосца, вдобавок позже так и не отремонтированный «Аффондаторе» затонул в гавани Анконы во время шторма. А сам спасшийся на нём адмирал Персано предстал перед судом по обвинению в измене. На суде он свалил всю вину на подчинённых (и, как видим, хотя бы доля правды в этом была) - в итоге обвинение в измене было снято, но он всё равно был осуждён за нераспорядительность, лишён чина и приговорён к уплате судебных издержек.

Пушки сделали много выстрелов - но наносили вред броненосцам лишь случайно. Таран - через два захода на третий раз пускал врага ко дну. Отменная результативность. Перефразируя Суворова, можно сказать «пушка дура, таран молодец!»

Хотя в мирное время таранные шпироны броненосцев доставляли скорее неприятности. Так 22 июня 1893 года на манёврах английской Средиземноморской эскадры столкнулись два броненосца, один получил от удара серьёзное повреждение, а протараненный им флагман так и вовсе пошёл ко дну с половиной экипажа, включая адмирала. Который собственно и был виновником, потому что корабли столкнулись, пытаясь выполнить его неразумный приказ о перестроении.

Впрочем, Англия была кузницей мира, английские верфи строили корабли для потенциальных врагов своего Отечества, так что потеря одного-другого броненосца не отразилась на мощи «Грандес флита». Но броненосную моду едва не перехватила отсталая Америка.

Во время Гражданской войны в США шведский эмигрант Джон Эриксон предложил правительству Линкольна свой проект броненосца новой конструкции. Официальная версия гласит, что Линкольн дал добро, а Эриксон тут же взял да и построил не имевший аналогов корабль за 100 дней. И надо было спешить, чтобы было чем бороться со строящимися броненосцами южан.

Неофициальная версия сообщает почти противоположное - и очень неприятное для некоторых частных фирм, которые очень дорожат своей не в меру раздутой репутацией. Итак, Эриксон действительно был изобретателем. Но увы, не всё получало зелёный свет, что одобрял американский президент - а тем более Линкольн (которого даже не все северяне хотели видеть своим президентом; и стойким борцом за расовое равноправие он то же не был). Так что работы тянулись больше года. А газетчики вовсю перемывали косточки и Линкольну, и Эриксону, и правительству. Газетчики северян разумеется - южане действовали куда более организованно, сразу ввели цензуру. А из газет демократических северян черпали развединформацию.

Тогда как разведка северян была поручена по контракту детективной конторе Пинкертона, но кроме досужих слухов ничего детективы не разузнали за всю войну. И про строительство броненосца южан не ведали. Поэтому версия о том, что северяне «строили в ответ на...» - абсолютный вымысел.

На деле это южане, узнав из газет северян про строительство нового броненосца, обеспокоились и в 1862 году спешно переделали паровой фрегат «Мерримак» в броненосец «Виргиния». Водоизмещение «Мерримак» было 3500 т. что позволило на его корпусе разместить полностью прикрытую бронёй батарею.

8 марта 1862 года броненосцу южан противостоял броненосец Эриксона «Монитор». Был он кораблём с массой недостатков.

Самый гибельный недостаток это низкий надводный борт. Эриксон сделал его таким, чтобы сократить массу бронирования. По первоначальному замыслу он вообще хотел сделать палубу бронированным панцирем, плавно спускающимся в воду, но в итоге ограничился менее экстравагантным решением. И всё равно низкий надводный борт в итоге привёл к гибели «Монитора» всего через несколько месяцев. И мог погубить его ещё до первого боя. Ведь низкий борт заливает волной, а герметичности у корпуса корабля не было.

Не гибельный, но критический недостаток - это пушки. Эриксон сперва хотел поставить казнозарядные нарезные орудия. Но финансирования не хватило, и пришлось ставить что дают. А на американском флоте были в достатке только гладкоствольные орудия Дальгрена. Они могли выдерживать почти 2 тысячи выстрелов... если стрелять из 11-дюймового орудия зарядом чёрного пороха в 15 фунтов — при весе ядра 165 фунтов.

Напомню, что самые разрушительные осадные пушки стреляли зарядом в половину от веса ядра. Обычные пушки довольствовались зарядом в треть веся ядра. Гаубицы стреляли всего четвертью веса, а то и менее. Но чтобы стрелять 1/11 (одиннадцатой) частью...? Пушечки-то были откровенно слабоваты.

Если, как гласит официальная версия, «Монитор» строился для боя с броненосцем южан - то с такими пушками видимо предполагалось долго (и нудно) стрелять, желательно в одну точку, пока от супостата листы броневой обшивки не отвалятся от сотрясений (в основном вызванных смехом команды броненосца). А супостат наверное должен был всё это время галантно ожидать.

Нет, правительство северян полагало свой «Монитор» единственным в Америке броненосцем, который будет безнаказанно топить все эти деревянные корыта южан. Потому-то Эриксону и не дали казнозарядных нарезных пушек, а всучили то, что всучили.

«Монитор» на публичном чертеже 1862 года

«Монитор», США, 1862 год

Водоизмещение 987 тонн

Длина 52 м

Ширина 12,5 м

Осадка 3,2 м

Бронирование железо

Скорость хода 8 узлов

Экипаж 59 человек

Артиллерия 2 х 11-дюймовые (279-мм) гладкоствольные пушки Дальгрена во вращающейся башне

Были проблемы с паровой машиной, с механизмами парового поворота башни (которые трудно начинали работу, но потом их было трудно затормозить), с полной зависимостью корабля от пара - даже аварийные помпы для откачки воды из трюма работали на пару! И когда в первом же переходе волна залила топки через незакрытые люки на палубе, то корабль остался на плаву лишь чудом.

Но у него была одна прогрессивная черта, перевесившая все недостатки - вращающаяся башня. У плавучей батареи, какими были все тогдашние корабли, орудий вроде много - да стреляет всё равно лишь один борт. И это если цель в секторе борта (замечу: довольно узком секторе, хорошо если ±15°). А если нет? Вращающаяся башня всегда поворачивает свои орудия на цель, с какой бы стороны та не оказалась. К такому кораблю невозможно зайти с кормы и безнаказанно расстреливать его всем бортом - напротив, подставить ему свой борт это стать удобной мишенью.

Всё это подтвердилось в ходе боя двух броненосцев. Но в основном теоретически, из-за откровенной слабости орудий «Монитора». Как и задумывал Эриксон, «Монитор» действительно являл собой низкую цель. При максимальном сближении кораблей, орудия южан не могли поражать броненосец северян. Но и северяне были бессильны. Южане пытались таранить врага. Но их корабль - к счастью северян - потерял свой шпирон накануне. Поэтому «Виргиния» наползла своим корпусом на палубу «Монитора». Выстрел обоих 11-дюймовок! И никакого эффекта. Броненосец южан просто сполз обратно в воду, без видимых повреждений.

На самом деле оба корабля изрядно потрепали конструкцию друг друга. Первым вышел из боя северянин. Южане ещё немного подождали его возвращения и то же отправились восвояси. Как следует отремонтировать «Виргинию» так и не смогли. Формальная ничья оказалась стратегической победой Севера. И победой броневых башен.

Это переломный момент в истории военного флота. Корабль в 3½ раза меньшего водоизмещения и всего с 2 пушками на равных сражался с куда более вооружённым противником. Начинается переосмысление в использовании орудий. Работу бортовых батарей с множеством стволов легко выполнит башня с парой хороших пушек. А если корабль не может нести башню, то лучше открытая установка орудий, лишь бы обеспечивался более широкий угол обстрела. Даже защищённостью можно - и нужно - пожертвовать, если при этом возрастут огневые возможности. Убей врага быстрее, чем он тебя.

Обычно про любое эпохальное изобретение из истории человечества можно сказать «вот его корни, вот иные возможности, а вот тогда-то оно могло появиться раньше». Вращающаяся броневая башня это настолько революционное изобретение, что даже затруднительно сказать где же её корни. Не приходит на ум ничего похожего из предыдущего опыта человечества. Кроме разве что поворачивающихся к ветру ветряных мельниц, которые чем-то башни напоминают, но это сооружения мирные. А в военном деле ничего похожего как будто не было. И уж точно появиться раньше вращающаяся орудийная башня не могла никак. Все былые парусные корабли не годились для эффективного размещения башен. А флот это первое место, где вращающаяся башня оказывается действительно востребованной. И разумеется она нужна только будучи броневой, надёжно защищающей от всех снарядов. И она тяжёлая - так что без силы пара её вращать не выйдет.

Но мы так же должны отметить, что с появлением вращающихся броневых башен Эпоха Пара начинает катиться к своему закату. Развитие производства неизбежно вскоре сотрёт индивидуальности - в пользу стандартизации всего и вся.

В качестве примера нового типичного броненосца возьмём первый полноценный броненосец русского флота «Пётр Великий». Интересно, что конструктором его был тот же самый контр-адмирал Попов, что «прославился» круглыми кораблями - броненосцами-«поповками» и императорской яхтой «Ливадия». И то и другое современники сочли черезчур оригинальным. Да и не довелось отличиться этим необычным судам. Яхта плавала недолго. Но по правде не столько из-за оригинальности конструкции и некоторых неожиданных проблем оной - а прежде всего из-за предубеждения семейства Романовых к винтовым судам. Увы, очень долго русские цари и их родня предпочитали исключительно колёсные пароходо-фрегаты и лишь по этой причине такие не слишком мореходные корабли приходилось держать в русском военном флоте.

Броненосец береговой обороны, несмотря на всю диковинность, имел вполне рациональное обоснование своей конструкции. Вот как объяснял это сам контр-адмирал: «Неприятель, решившийся атаковать наши укрепленные береговые пункты, может отважиться на это не иначе как при помощи орудий самого большого калибра, который в данную минуту будет возможен для употребления на практике. Чтобы отразить его, мы должны иметь такие же орудия, а следовательно, проектируя суда, которые дополняли бы нашу береговую защиту как станки для орудий, надо для их вооружения артиллериею избрать наибольший из существующих у нас калибров: поэтому на проектированное судно предлагается поставить 11 д[юймовые] нарезные или 20 д[юймовые] гладкие пушки. Уменьшая длину и увеличивая ширину судна можно не только уменьшить его денежную стоимость, но и увеличить водоизмещение. Доведя эту аксиому до конечной степени, то есть сделав длину равной его ширине, мы достигнем наиболее благоприятных условий как в отношении стоимости так и водоизмещения. Поэтому все ватерлинии его образованы из кругов. Из всех судов, тип монитора наименее подвержен качке и представляет наименьшую площадь для покрытия бронею; проектированное судно, как станок для орудий, есть монитор; оно имеет в центре неподвижную башню которая покрыта бронею, так же как палуба и борт судна... Хотя круговые образования ватерлиний не представляют благоприятных условий для скоростей хода, но зато этот недостаток вознаграждается отсутствием препятствий для поворотливости судна и избытком водоизмещения. Чтобы вполне воспользоваться первым из этих благоприятных качеств, проектированному типу дано два винта, а избыток водоизмещения загружен машиною...»

Макет броненосца береговой обороны в Музее флота в Николаеве

11 дюймов это 280 мм, 20 дюймов это 508 мм. При поставленном условии осадки не более 14 футов, круглая «поповка» вышла водоизмещением 2700 т при длине менее 31 м и действительной осадке 3.76 метра. И на волнах она почти не качалась, как и предсказывал Попов. Только и плавала она не очень. Несмотря на то «поповкам» принадлежит рекорд по числу гребных винтов у одного корабля - аж 6 штук! - круглый корпус без киля отказывался держать курс, создавал большое сопротивление, «съедал» мощность машин. А ведь ещё и рулить приходилось машинами, так как выяснилось что обычные рули для круглого корабля практически не дают эффекта. В общем, вышла плавучая батарей береговой обороны - каковой она собственно и задумывалась.

Совсем не таков «Пётр Великий». Настоящий морской корабль. Разрабатывался с 1867 года. Заложен на Галерном острове в 1869 году. 30 мая 1872 года, в день 200-летия со дня рождения Петра I присвоено имя «Пётр Великий». Спущен на воду27 августа 1872 года. Но спуск на воду для кораблей обычно ещё не означает окончания работ. Достройка закончена лишь к октябрю 1877 года. Итого 10 лет от замысла до готового корабля. И это ещё не всё, вскоре выявились проблемы с машинами и и в 1881 году их ремонтировала в Глазго компания «Randolph and Elder».

Броненосец «Пётр Великий»

«Пётр Великий», Россия, 1877 год

9665 тонн проектное, 10 406 тонн фактическое

Длина 103,5 м

Ширина 19,2 м

Осадка 8,28 м

Бронирование

Пояс в средней части 365—297 мм, в оконечностях 254—203 мм,

бруствер 365 мм,

башни 356 мм

Мощность

после постройки 1877 — 6300 л. с.,

после ремонта машин в Глазго 1881 года — 8296 л. с.

Скорость хода

после постройки 1877 год — 12 уз,

после ремонта машин в Глазго 1881 год — 14,36 уз

Экипаж 440 офицеров и матросов

Вооружение состояло из 4 х 12-дюймовых (305-мм) орудий с длиной ствола в 20 калибров, размещённых по два в концевых башнях. Кроме этого на корабле установили 6 х 87-мм (4-х фунтовых) пушек с длиной ствола в 24 калибра, так же были предусмотрены места для установки 2 х 9-дм (229-мм) мортир.

После перевооружения в 1905—1906 гг.:

4 x 8-дюймовые (203-мм) с длиной ствола 45 калибров,

12 x 6-дюймовые (152-мм) с длиной ствола 45 калибров

Минно-торпедное вооружение 2 x 381-мм ТА (установлены позже)

Вот примерно такими же будут броненосцы и в русско-японскую войну. Идеология этих кораблей - равная огневая мощь во все стороны и равная защита со всех сторон. Это кажется весьма разумным - к такому кораблю уже не выйдет подобраться с кормы. И, идя на врага, ему не придётся поворачиваться бортом, чтобы дать залп, как это приходилось делать австрийским броненосцам в сражении при Лиссе.

Но примерно в тот же период в русском флоте появились броненосцы совсем иного устройства. Это заложенные в 1883 году в Николаеве и Севастополе эскадренные броненосцы типа «Екатерина II»: «Екатерина II», «Чесма», «Синоп» и почти однотипный с ними «Георгий Победоносец» заложенный в 1891 году. «Екатерина II» вошла в строй в 1888 году, «Синоп» и «Чесма» — в 1889 году, «Георгий Победоносец» — в 1893 году.

Водоизмещение 11 050 т, скорость хода 16 узлов. Главный калибр 6 орудий 12-дюймов (305-мм), поставленные попарно в барбетных установках. Барбетная установка это невысокий броневой бортик, прикрывающий орудия - подобною неполную защиту в то время считали обычно достаточной не только на русском флоте. На «Екатерине II» и «Синопе» 12-дюймовки имели стволы длиной в 30 калибров, а на «Чесме» и «Георгии Победоносце» 35 калибров с улучшенной баллистикой. Был ещё и средний калибр: 7 пушек калибра 6-дюймов (152 мм) со стволом длиной 35 калибров. Ну и от дюжины до пары десятков пушек Гочкиса калибров 37-мм и 47-мм. Что касается однофунтовки (37-мм) того времени, то она была откровенно слабой пушечкой. Её разрывной снаряд снаряжался очень небольшим количеством взрывчатки, в качестве которой использовался обычный чёрный порох. Если такой снаряд разрывался шагах в 5 или 6, то вообще не причинял никакого вреда. Да и сила выстрела была невелика. Как по внешнему виду эта пушечка скорее напоминает ружьё-слонобой, так она и по эффективности и есть большое ружьё. Меньше пользы, чем от однофунтовки, было разве что от обязательно ставившихся на броненосцы торпедных аппаратов. Их упорно ставили «на всякий случай», вот только в реальном бою такого случая никогда не предоставлялось. Всё таки торпеды это для скрытных субмарин и стремительных миноносцев, а для степенных броненосцев - артиллерия.

Вот как раз в расположении артиллерии главного калибра и заключалась необычность этих кораблей. Из трёх барбетов - два стояли рядом впереди надстройки, так чтобы вперёд могли стрелять 4 орудия.

«Екатерина II» и её разрезы продольный и по батарейной палубе

Корабли всё ещё оценивали весом бортового залпа. Да и сам классический манёвр «поставить чёрточку над i» как раз требовал мощи бортового залпа. Здесь же - никакой выгоды в бортовом залпе нет. Но все эти 4 корабля проектировались для одной конкретной цели - для боя в турецких проливах Босфор и Дарданелы. Там бой вёлся бы на встречных курсах, а вперёд у такого русского броненосца стреляло бы вдвое больше орудий, чем у любого английского или французского. В случае повторения крымской войны Россия теперь не ждала бы в Севастополе, а атаковала бы. В самом узком месте проливов бой могли вести не более 3 броненосцев в ряд - таким образом численное превосходство врага в кораблях не играло бы роли. Зато 3 русских броненосца имели бы во встречном бою вдвое большую огневую мощь.

Это было предвестие нового мышления, которое восторжествует через десятки лет. Но русский десант в Босфор так и не состоялся, броненосцам не довелось показать себя в бою, и остальной мир изобретал новое мышление независимо от русских.

Чтоб проследить историю развития конструкторской мысли, вернёмся немного назад, в 1881 год, когда в Англии ремонтируют машины русского броненосца «Пётр Великий». И в этот же самый год Британия вводит в строй свой броненосец «Инфлексибл» (Inflexible - что означает «Несгибаемый»). Строился он с 24 февраля 1874 года, то есть начат позже русского броненосца. Но что же англичане построили для своего собственного флота?

«Инфлексибл» в период до 1885 года (позже, в ходе модернизации в Портсмуте, парусное оснащение было демонтировано)

«Инфлексибл», Англия, 1881 год

Водоизмещение 10880 т

Длина 105 м

Ширина 23 м

Осадка 8 м

Бронирование Пояс: 610 мм железной брони + 432 мм тиковой подкладки

Оконечности: не бронированы

Башни: 410 мм железной брони + 450 мм тиковой подкладки

Палуба: 76 мм

Двигатели 2 х паровые машины «Компаунд»,

парусная оснастка барка (на двух мачтах) общей площадью 1720 квадратных метров

Мощность 6500 л. с.

Скорость хода 14,73 узла

6 уз. (под парусами)

Экипаж 440

Вооружение

Артиллерия 4 x 16" (406-мм) нарезных дульнозарядных орудия

6 x 20-фунтовых пушек, с 1885 года сменены 102-мм казнозарядными пушками, с 1897 года сменены 120-мм нарезными скорострельными пушками.

17 пулеметов (вернее сказать это были картечницы не указанной системы)

Минно-торпедное вооружение: 2 подводных торпедных аппарата

«Инфлексибл» это корабль с мачтами - и парусами. При этом имелись 2 ходовых паровых машины, каждая работавшая на свой гребной винт и питаемая паром от своего котельного отделения - с механизированной подачей угля! И ещё 39 вспомогательных паровых машин, заменявших человека кажется везде, где только приходило в голову заменить его в то время. На корабле уже имелось электрическое освещение напряжением 800 вольт. Так много потребовалось потому, что если отсеки освещались лампами накаливания, то в машинном отделении стояли дуговые(!) лампы. Определённо, экономить электричество тогда никому не приходило в голову.

Важнейшим оружием был разумеется таран из кованного железа. На случай если он будет потерян, за ним стояла 3-дюймовая (76.2 мм) броневая переборка, хотя вполне достаточно было и простой корабельной стали. Не поскупились на новинку - «Инфлексибл» стал первым английским кораблём, получившим 360-мм торпеды Уайтхеда. Но если позже торпедный аппарат ставили в носу, то здесь этому мешал таран. Поэтому поставили 2 подводных торпедных аппарата - по одному на каждый борт. Аппарат закрывался водонепроницаемой заслонкой, которая открывалась перед выстрелом - и вот тогда наружу выдвигалась 3-метровая медная труба с торпедой внутри.

Но наиболее оригинальной чертой была артиллерия в башнях. Англичане очень хотели переплюнуть весь мир калибром своих пушек и заказали 16-дюймовые (406-мм) орудия. Но королевский арсенал в Вулвиче мог изготовить в таком калибре только дульнозарядные пушки. Правда их сделали нарезными. А теперь представьте сложность заряжания 764-килограммового снаряда - да ещё с необходимостью проталкивать его сквозь нарезы!

Устройство башни «Инфлексбила»

Поэтому заряжание было полностью механизировано. Орудие было слишком длинным, чтобы откатить его внутрь башни (как это делали на «Мониторе»). И для заряжания башня поворачивалась. Но не к надстройке, как можно было бы подумать, а к небольшому возвышению на палубе. Когда ствол склонялся, то машина вдвигала в него гидравлический толкатель, конец которого был обмотан губкой. Через толкатель в это время впрыскивалась вода, и он очищал ствол от остатков пороха, как это делает банник. Затем этот же толкатель подавал в ствол пороховой заряд в картузе, а за ним и снаряд - причём снаряд при этом вдавливался своим медным пояском в нарезы. После этого, гидравлическими приводами, питаемыми от отдельных паровых машин, башня разворачивалась в сторону врага и наводилась на цель заново. Процесс неспешный, от 2½ до 4 минут. Зато выстрел сокрушительный - на дистанции в 1 км снаряд пробивал броневую плиту толщиной в 580 миллиметров. Правда само орудие весило 81 т, а двух-орудийная башня 450 т. Полный оборот она совершала за 1 минуту.

Наиболее интересной особенностью стало расположение башен главного калибра по диагонали. Вытянувшаяся вдоль всего корабля тонкая надстройка должна была позволить стрелять вперёд и назад как минимум по 1 орудию из каждой башни - таким образом в теории корабль имел равную во все стороны огневую мощь. Практические испытания показали, что всё же надстройка несколько мешала огню. Но на последующих броненосцах, подобных «Инфлексиблу» - и в частности на китайских, немецкой постройки - этот недостаток был исправлен.

Кроме того, имелось 6 орудий среднего калибра. Очень скоро такое число орудий среднего калибра станет считаться недостаточным, и на следующих броненосцах примутся увеличивать и их число и их калибр. Зато для борьбы с быстрыми миноносками «Инфлексбил» имел аж 17 малокалиберных скорострельных орудий. Вероятнее всего это были картечницы Гатлинга, возможно даже 1-фунтового калибра. Их сосредоточенный огонь конечно мог изрешетить любой небронированный кораблик, буде таковой осмелился бы опасно приблизиться к броненосцу Его Величества.

Чертеж «Инфлексбила», 1888 год

Бронирование корабля интересно сразу по двум причинам. Во-первых, это была своего рода композитная броня - толстые слои железа чередовались со столь же толстыми слоями негниющего тикового дерева. Во-вторых, в отличие от предшественников, новый броненосец не был защищён полностью. Надёжно защищалась только так называемая цитадель в центре корабля. И ещё подводная часть прикрывалась броневой палубой, проходившей примерно на глубине 1 метра ниже ватерлинии, и рассчитанной только на скользящие попадания снарядов и отражение осколков. А оконечности - бак и ют - были вовсе не бронированы и легко простреливались вражеской артиллерией. По расчётам водоизмещения цитадели вместе с защищённым пространством под броневой палубой должно было хватить для удержания корабля на плаву, и без оконечностей. Но было и иное мнение. Как всегда истина выяснилась в бою. Сам «Инфлексбил» воевал мало, только подавлял восстания в колониях. А вот созданные по его подобию китайские броненосцы провели полноценный морской бой против японского флота - и хотя их оконечности имели множество пробоин, оба броненосца оставались боеспособными на плаву. Так что схема с бронированной цитаделью себя оправдала.

Пожалуй, невозможно придумать более паро-панковский броненосец, чем «Инфлексибл» (особенно в его первоначальном виде с парусами). И на нём интересующая нас история военного флота Эпохи Пара заканчивается. Но мы всё же ещё немного проследим дальнейшее развитие самых могучих броневых кораблей.

Модель «Дредноута», изготовитель фирма «Звезда»

«Дредноут», Англия, 1906 год

Изготовитель Portsmouth Dockyard, Портсмут, Англия

Заказан к постройке 22 февраля 1905 года

Строительство начато 2 октября 1905 года

Спущен на воду 10 февраля 1906 года

Введён в эксплуатацию 3 октября 1906 года

Выведен из состава флота август 1918 года — выведен в резерв

Основные характеристики

Водоизмещение 18 412 т нормальное

21 067 т полное

Длина 160,74 м

Ширина 25,01 м по миделю

Осадка 9,03 м нормальная

9,50 м предельная

Бронирование главный пояс: 179—279 мм

рубка: 279 мм

палуба: 35—76 мм

башни: 305—279—76 мм

барбеты башен: 279—203—102 мм

Двигатели 18 паровых котлов «Бабкок и Вилькокс»

4 турбины Парсонса

Мощность расчётная на валах:

23 000 л. с.

испытания на полном ходу:

26 350 л. с.

Движитель 4 винта

Скорость хода 21,6 узла

Дальность плавания 6620 миль на 10 узлах

Автономность плавания 28 суток

Экипаж 685—692 человека (1905 год)

732 человека (1909 год)

810 человек (1916 год)

Вооружение

Артиллерия 5 x 2 — 12-дюймовая (305-мм) Mark X, с длиной ствола 45 калибров

27 x 3-дюймовая (76-мм) противоминных на лафете

1 x 3-дюймовая (76-мм) десантная

5 пулемётов Максима обр. 1909 года

Минно-торпедное вооружение 5 x 456-мм ТА, боезапас 23 торпеды

Хотя движущей силой всё ещё является пар, но «Дредноут» уже корабль другой эпохи. Высочайшая стандартизация выдаёт в нём детище технологического века. Его паровая турбина не чета античной игрушке Герона - паровая турбина XX века состоит из вала и закреплённых на нем однотипных лопаток, все детали строго унифицированы и тщательно сбалансированы. Унифицированы по возможности были даже листы обшивки корпуса - почти все они были взаимозаменяемыми прямоугольными одного размера. Котлы «Дредноута» топятся не углём - а нефтью, чья добыча со всеми буровыми вышками, насосами и трубопроводами, сама по себе высоко-стандартизированное производство.

Изменилась и концепция главного боевого корабля. Теперь он стал узким специалистом, чья задача бороться только с такими же бронированными монстрами. А поразить вражьи миноносцы и лёгкие крейсера ему нечем - нет орудий среднего калибра! В отказе от «лишних» орудий было большое удобство - это упрощало корректировку огня, позволяло концентрировать весь огонь на одной цели, а не размазывать его по нескольким. Но это стало возможным только при условии, что отгонять чужие эсминцы будут свои эсминцы, которые конечно же обязательно сопровождают эскадру. И эта идеология разительно отличается от предшествующего взгляда, когда линейный корабль был способен и в одиночку вести бой с любым противником и побеждать. Но в технологический век специализация царит не только в промышленном конвейере - военный конвейер точно так же требует для себя узких специалистов.

И возможно это правильно. Возможно истинное искусство войны как раз и заключается в способности полководца оптимально направить действия подчинённых ему узких специалистов. Но это становится возможным только в век обезличивающих технологий. А в Эпоху Пара такая узкая специализация сулит неоправданный риск.

Есть ещё одна особенность. Если проанализировать расположение 5 башен «Дредноута», то оказывается что на каждый борт могут вести огонь 4 башни - а в носовом секторе только 3 ?! Между тем адмирал «Джеки» Фишер, благодаря деятельности которого и появился «Дредноут», отличался напористостью. И очень хотел получить корабль для нападения. Он прямо-таки был уверен, что именно от его «Дредноута» все враги будут убегать. Но именно в случае преследования врага огневая мощь «Дредноута» оказывается ниже.

Строила «Дредноут» вся Англия. Едва ли не каждое сколь-нибудь значимое предприятие внесло свою лепту в этот корабль. А кое-что пришлось завозить из-за рубежа. И это кое-что не какая-нибудь мелочь, а самая важная часть, то что собственно и делает броненосец броненосцем. Это броня. Её закупали у Круппа. Да, создание технического шедевра во все известные времена требовало материалов со всего мира. Точно так же самые лучшие в Античности, ассирийские серпоносные колесницы изготавливались из металлов и дерева разных сортов, свезённых из всех уголков Ойкумены (то есть известной на то время обитаемой вселенной). Прошли тысячи лет, и благодаря аналогичной мировой кооперации родился небывалый корабль.

«Дредноут» не только основал новый класс кораблей, названных его именем, но и открыл гонку морских вооружений. Новшества стали внедряться буквально каждый год, так что уже через 10 лет сам «Дредноут» считался настолько устаревшим, что его даже не взяли в Ютландское сражение - единственную в истории битву дредноутов.

Бросим беглый взгляд на самые знаменитые линейные корабли Второй Мировой:

«Бисмарк» (1939 год, Германия) - длина 251 м, ширина 36 м, полное водоизмещение 50 900 т, скорость 35 узлов. Главный калибр 4 башни по 2 380-мм орудия.«Ямато» (1941год, Япония) - длина 263, ширина 36.9 м, полное водоизмещение 72 810 т, скорость 27.5 узлов. Главный калибр 3 башни по 3 460-мм орудия.«Айова» (1943 год, США) - длина 270.5 м, ширина 33 м, полное водоизмещение 58 000 т, скорость 33 узла. Главный калибр 3 башни по 3 406-мм орудия.Быть может «Бисмарк» и строился как самый быстрый линкор с целью дать ему возможность убегать от врага. Но остальные - нет. Линкор это корабль для решительной атаки. Тем не менее, у всех этих линкоров самый сильный залп - бортовой.

Выходит, чтобы реализовать своё преимущество, линкор должен был приблизиться и развернуться к врагу бортом? А пока он шёл на сближение, его огонь был слабее. Нет ли в этом какого-то противоречия?

Надо признать, что первыми это противоречие осознали снова англичане. Но они ограничились полумерами. Поэтому после Первой Мировой два новых линкора типа «Нельсон» получили надстройку сдвинутой к корме, а башни только впереди - вот только расположение этих 3-орудийных башен было не вполне удачным. Третья башня могла вести огонь только на оба борта.

«Родней», один из двух линкоров типа «Нельсон»

Линкоры типа «Нельсон», Англия, годы в строю 1927—1947

Водоизмещение Стандартное — 33 300 т,

полное — 37 780 т

Длина 201,3/216,6 м

Ширина 32,3 м

Осадка 8,6 м

Бронирование Пояс — 330…356 мм;

носовые траверзы — 305…203 мм;

кормовые траверзы — 254…102 мм;

палуба — 159…95 мм;

башни ГК — 406 мм (лоб),

280—229 мм (борт и тыл),

184 мм (крыша);

барбеты башен ГК — 381…305 мм;

башни среднего калибра — 38…25 мм,

барбеты — 25 мм;

рубка — 356…254 мм,

крыша — 165 мм

Двигатели 2 ТЗА Brown Curtis

Мощность 45 000 л. с.

Скорость хода 23 узла

Дальность плавания 7000 морских миль на 16 узлах

Экипаж 1314 человек

Вооружение

Артиллерия 3 x 3 — 16-дюймовые (406-мм) с длиной ствола 45 калибров

6 x 2 — 6-дюймовые (152-мм) с длиной ствола 50 калибров

Зенитная артиллерия 6 x 1 — 120-мм с длиной ствола 40 калибров

2 x 8 (3 x 8 — «Родней») — 40-мм с длиной ствола 40 калибров

2 x 4 — 12.7-мм пулемёта

Минно-торпедное вооружение 2 x 1 — 622-мм торпедных аппарата

Для 20-х годов XX века силуэты «Нельсона» и однотипного с ним «Роднея» были черезчур революционны. На консервативном британском флоте оба линкора звали не иначе как «уродливыми сестричками», что не добавляло престижа службе на этих недооценённых кораблях.

И честь создания самого совершенного линкора принадлежит французам. Это линкор, носящий имя величайшего кардинала Франции «Ришельё» (обратите внимание, правильно читать имя кардинала именно так - Ришельё - с буквой «ё» на конце).

Линкор «Ришельё»

«Ришельё», Франция, 1940

Водоизмещение Стандартное — 37 832 тонн,

полное — 44 708 тонн

Длина 242/247.9 м

Ширина 33.1 м

Осадка 9.17 м

Бронирование Главный пояс — 330 мм;

переборка — 30…50 мм;

главная палуба — 150…170 мм;

нижняя палуба — 40…50 мм;

башни ГК 430 мм (лоб), 300 мм (бок), 170—195 мм (крыша);

барбеты — 405 мм;

орудийные башни 152-мм орудий — 115 мм (лоб), 70 мм (борт, крыша);

рубка — 340 мм

Двигатели4 ТЗА Parsons

Мощность150 000 л. с. (110 МВт)

Скорость хода 31.5 узла (58.3 км/ч)

Дальность плавания 10 000 морских миль на 15 узлах

Экипаж 1550 человек

Вооружение

Артиллерия 2 x 4 — 15-дюймовые (380-мм) с длиной ствола 45 калибров

3 x 3 — 6-дюймовые (152-мм) с длиной ствола 55 калибров

Зенитная артиллерия 6 x 2 — 100-мм с длиной ствола 45 калибров

4 x 2 — 37-мм с длиной ствола 50 калибров

4 x 4 и 2 x 2 — 13.2-мм пулемёта

Авиационная группа 2 катапульты,

3 гидросамолёта

Что делает этот корабль совершенным линкором? Его артиллерия и то искусство, с которым она размещена на корабле.

Дальнобойность орудий линкоров к тому времени была не хуже, чем у появившихся десятилетия спустя противокорабельных ракет. Но орудия имели громадные размеры. Орудийная башня стала очень тяжёлым сооружением весом в многие сотни тонн. Разместить такую тяжелую громадину можно было только по оси корабля.

Вашингтонское соглашение 1922 года ограничило размеры новых линкоров. Страны подписали его в надежде удержать разорительную гонку вооружений. Но перед конструкторами это соглашение поставило трудно-разрешимые задачи. И прежде всего - задачу надёжного бронирования. И оказалось, что наименьший вес брони получается, если сосредоточить ВСЕ башни рядом. Линкоры типа «Нельсон» как раз и строились в соответствии с этим условием.

Французы пошли дальше. Они создали 4-орудийные башни с самой дальнобойной в мире на тот момент артиллерией, и разместили их линейно-возвышенно. В итоге «Ришельё» мог использовать полную огневую мощь и когда шёл прямо на врага - и в это время сам он представлял собой цель наименьшей площади.

«Ришельё» это идеальный линкор потому, что он создан как решительный боец - он атакует, преследует и разит врага едва завидев с максимальных дистанций. В эскадренном бою он может дать бортовой залп не хуже любого обычного линкора. Правда у него нет кормовой - то есть ретирадной башни. Но линкор это корабль решительного боя - или ты, или тебя, иного не дано. В «Ришельё» эта доктрина доведена до предела.

Главный калибр французского линкора заслуживает восхищения. Хотя он всего 380-мм, но дальнобойность 41700 м!. Американские типа «Айова» стреляли на 36700-38700 м, британские типа «Кинг Джордж 5» на 34600-35200 м, германские типа «Бисмарк» на 35600-36500 м. Дальше «Ришельё» могли стрелять только немецкие «карманные линкоры» «Шарнхорст» и «Гнейзенау» - на 42.5 км, но их 11-дюймовый (280-мм) снаряд не мог причинить существенного вреда французскому линкору.

Лучше всего сравнить с самой воевавшей и самой смертоносной в реальных боях по сей день, советской противокорабельной ракетой П-15 «Термит», принятой на вооружение в 1960 году - её максимальная дальность 40 км. Примерно та же дальность у более совершенной французской ракеты «Экзосет», удерживающей почётное второе место по числу потопленных в боях кораблей. А «Ришельё» ещё в 1940 году стрелял почти на пару километров дальше!

И это не предел. У немцев был принят тот же 15-дюймовый (380-мм) главный калибр. Стандартный снаряд весом 800 кг вылетал из орудия со скоростью 820 м/с, что обеспечило дальность стрельбы в 35.5 км при угле возвышения в 30°. А с 1942 г появился специальный осколочно-фугасный снаряд типа «Зигфрид-граната» массой 495 кг, начинённый 48 кг тротила. Его выстреливали усиленным зарядом из 298 кг пороха, на дальность в 55 км. Правда к тому времени уцелевшие немецкие линкоры предпочитали не высовываться в море, поэтому такими «гранатами» обстреливала Англию через Ла-Манш береговая батарея «Зигфрид», на которой стояли такие же 15-дюймовые орудия.

6-дюймовые (152-мм) орудия «Ришельё» были универсальными и могли вести зенитный огонь. С системой радиолокационного наведения эти орудия были даже более грозным оружием, чем зенитные ракеты, использовавшиеся на флоте даже в 60-е годы. Выстрел 6-дюймовки забрасывал снаряд и выше и дальше радиуса полёта ракет того времени. К тому же стоил в сотни раз дешевле дорогостоящей ракеты.

Распространено мнение, что «в ходе Второй Мировой авианосцы победили линкоры». Но при атаке на «Бисмарк» авиации удалось лишь заклинить его руль - не более чем трагическая случайность (обусловленная неудачной конструкцией рулевого механизма немецкого линкора). Добивали его несколько английских линкоров, выпустив в общей сложности 4 тысячи снарядов из коих половина попала в «Бисмарк» - а он всё не тонул! «Ямато» действительно потопила авиация. Но одинокий японский линкор выдержал множество налётов с 3 американских авианосцев. И поразить его удалось только когда у японцев закончились боеприпасы. Тогда беззащитный линкор торпедировали и бомбили как мишень - и потребовалось около 3 десятков смертельных попаданий. Однотипный с «Бисмарком», стоящий на якоре «Тирпиц» бомбили бомбами весом в 5 тонн. Вдумайтесь - 5 тонн! Несущаяся со сверхзвуковой скоростью крепкая сталь, начинённая сильнейшей взрывчаткой. А до того его пытались потопить подводные диверсанты, со сверхмалой подводной лодки успешно установившие тонну взрывчатки под днищем линкора - и он пережил тот взрыв.

Но Вашингтонское соглашение ограничило число линкоров. Зато разрешало перестроить уже заложенные линкоры в авианосцы. Естественно, чем пускать корабль на слом, все стали перестраивать - пусть даже и в довольно бесполезный ещё по тем временам авианосец. А затем строить новые авианосцы. Которые хоть и не были достаточно сильными кораблями, но это было хоть что-то - что лучше чем ничего. Вот так и выросли авианосные флоты по искусственной причине.

От линкоров отказывались не потому, что они были плохи. А потому - что были очень дороги. Любой военный корабль дорогое удовольствие. И постепенно государства одно за другим переходили к контролю морей с помощью катеров и корветов - против пиратов вполне достаточно. Для стратегического сдерживания нынче существуют атомные субмарины. А линкоры сошли со сцены непобеждёнными.

Аэроплан на корабле

Ранее мы уже ознакомились с развитием воздухоплавания, и обнаружили, что авиация могла появиться раньше. Уж как минимум сделать планёр заметно дешевле, чем воздушный шар братьев Монгольфье. Но вот отчего-то в нашей реальной истории летать на аэропланах задумали, только когда уже успешно парили в небесах дирижабли.

Какая богатая тема для сочинителя в жанре паро-панка! Или для фантастики о провалившихся во времени! И наверняка не один ещё автор обратится к подобным сюжетам, а потому давайте изучим вопрос должным образом, чтобы разобраться, что именно было возможно, и когда именно, а что стоит оставить за пределами фантазий.

Носитель аэростатов

Собственно поднять воздушный шар над кораблём - никаких проблем. И воды, для паровых лебёдок и для извлечения из неё водорода, вокруг корабля хоть залейся.

На «обычных» судах и боевых кораблях не было места, чтобы спрятать баллон от непогоды. Воздушный шар можно было крепить на юте

Но, как уже было сказано в главе о воздухоплавании, именно привязной круглый шар очень плохо вёл себя на ветру. Море же это открытое пространство, где обширные потоки атмосферного воздуха ничем не сдерживаются. Самые лёгкие морские ветерки для такого шара это предел допустимого по силе ветра. А уж о буксировке круглого шара нечего было и думать. Корабль с круглым шаром не смог бы сопровождать движущуюся эскадру.

Британский носитель «парсеваля»

Аэростаты «парсевали» (они же «драконы» или «колбаса») подходили для флота куда лучше. Вот их уже можно было буксировать за судном. И появились эти аэростаты ещё в конце XIX века. Но тогда увлеклись будущими аэропланами. В крайнем случае дирижаблями. И лишь Первая Мировая заставила очнуться от иллюзий, и срочно оснащать флот чем-то подешевле и доступнее.

Чтобы использовать в морских операциях аэростаты наблюдения, в Британии переделали несколько сухогрузов в «аэростатоносцы», объединив носовые трюмы и оборудовав там эллинг, куда помещался змейковый аэростат «парсеваль»

Однако, для вытянутого «парсеваля» требовался такой же длинный ангар. В ходе войны англичане переоборудовали сухогрузы в носители аэростатов, и «колбаса» размещалась в бывшем грузовом трюме, который хорошо виден на фото выше, сделанном очевидно из корзины аэростата.

Всех этим проблем позволяли избежать воздушные змеи, о которых уже рассказывалось в главе о первых аэропланах. Они были компактны настолько, что для них находилось место даже на некрупных боевых кораблях (например, на эсминце). При этом все возможности наблюдения были не хуже, чем у аэростатов, а буксировка не только не ограничивала ход, но и была весьма желательна. Корабль с наблюдательным воздушным змеем не отставал бы от эскадры. Но почему-то в ходе войны тратили большие средства на попытки возродить аэростаты, а вот на воздушные змеи смотрели как на какой-то эрзац.

Гидросамолёт

Совсем простая идея: поставить аэроплан на поплавки. И тогда любой корабль может опустить такой гидро-самолёт на воду. Тот с воды взлетит, слетает куда нужно, вернётся, приводнится на воду, останётся только поднять его на борт грузовой стрелой, благо уж грузовые стрелы стали в Эпоху Пара на кораблях совершенно обычным явлением.

И первые гидросамолёты, созданные таким образом, появились ещё в 1911 году, почти одновременно в России, Франции и США. И сразу стал очевиден недостаток - большие поплавки. Это лишний вес в полёте, лишнее аэродинамическое сопротивление, но без них аэроплан утонет на воде. Лучше была «летающая лодка» - самолёт, чей герметичный корпус сам служил большим поплавком. Но у него сразу два недостатка. Корабельные обводы не идеальны для аэродинамики, это раз. А два, то что волна заливает сильнее, чем самолёт поднятый на поплавках.

26 января 1911 года полет первого в США гидроплана, созданного и пилотируемого Гленном Кертиссом

Для моря-океана обычное дело волнение в 3 балла. Это волны более метра высотой.

Вот потому сколь-нибудь надёжные гидросамолёты появляются только в эпоху после паровых машин. В дизель-панк. Когда уже давно существует отлаженное производство самолётов из металла. Аэропланы-«этажерки» из реек с тканевой обтяжкой не годятся в гидросамолёты. Хорошие гидросамолёты обязательно большие, ибо должны обладать приемлемой мореходностью. Мелкие гидросамолёты - это речной и озёрный транспорт. В Эпоху Пара если бы такие каким-то чудом и появились уже, то никакого преимущества в военном деле они дать ещё не могли, ведь их грузоподъёмность очень мала. Да и вообще, человеку привычнее и проще взлетать с аэродромов на суше.

Настоящий авианосец

Как ни странно, но проект полноценного авианосца появился раньше любых экспериментов! Это небольшой парадокс. Ведь ещё не ясно возможно ли осуществить хотя бы один взлёт или одну посадку на палубу, а уже создаются проекты, причём сразу проекты крупных кораблей.

В 1909 году во Франции изобретатель Клемент Адер издаёт брошюру «Военная авиация», где предлагает авианесущий корабль со сплошной взлетно-посадочной палубой, скоростью хода как у крейсеров, а также ангарами, лифтами и авиамастерскими.

В России известный русский военно-морской инженер Лев Мациевич, так же являвшийся седьмым по счету летчиком Российской империи, подал в октябре 1909 году проект авианосца на 25 аэропланов, с навесной лётной палубой, электрической лебёдкой для разгона аэропланов и сетями для их торможения при посадке. В казне денег не нашлось. Тогда Мациевич принялся за гидросамолёты, но и на это денег не выделили. В 1910 году изобретатель погиб. Но через полгода, его близкий друг подполковник Михаил Канокотин вторично подаёт проект, правда теперь уже урезанный до базирования 10 аэропланов - зато осуществимый легко и почти без затрат, перестройкой устаревшего броненосца «Адмирал Лазарев».

Подобные проекты признавали интересными, но - никто не мог толком сказать, а какая же именно будет польза от аэропланов на корабле. На том бы и сказочке конец, однако...

И снова нам предстоит удивляться, ибо как ни странно полёты с палуб кораблей начались раньше, чем появились первые гидросамолёты. Это кажется нарушением логики развития техники. Ведь автономный гидросамолёт создать проще, чем связку из аэроплана и корабля, специально подготовленного для приёма аэропланов. Тем не менее, вот такова наша реальная история - порой она загадочно обгоняла саму себя в рвении к техническому прогрессу.

В 1910 году помощник министра флота по материальному снабжению Вашингтон Ирвинг Чамберс получил распоряжение выяснить полезность аэропланов для флота. Он попытался убедить братьев Райт взлететь с палубы корабля, но те отказались. Однако в 1908 году американский авиаконструктор Глен Кёртисс создал свой первый самолет. А спустя два года, в мае 1910-го, Кёртисс приобрел общенациональную известность, преодолев расстояние в 230 километров (от города Олбани до Нью-Йорка) за 2 часа 50 минут. Один из пилотов его фирмы, Юджин Б. Или (Eugene Ely), 24 лет от роду, готов был рискнуть на машине «Кёртисс Голден Флаер» с 50-сильным мотором, толкающим 2-х лопасным воздушным винтом, и 3-х колёсным шасси.

Примечательно, что этот аэроплан имел аэродинамическую схему «утка», о выгодах которой мы уже узнали из главы про зарождение авиации. И более того, его переднее рулевое крыло работало одновременно и как руль и как элерон. Однако имелся и дополнительный хвостовой руль направления, как и на аэропланах братьев Райт. Впрочем, руль направления не снижал подъёмной силы аппарата.

Это была серийно выпускавшаяся модель, но конкретно аэроплан Юджина имел дополнительные поплавки для аварийной посадки на воду, их конструкция не обеспечивала последующий взлёт с воды.

14 ноября 1910 года аэроплан (заранее загруженный на борт) взлетел с корабля. В бухте Чезапик Юджин Или взлетел в 15 часов 16 минут с американского легкого крейсера «Бирмингем» (Birmingham), водоизмещением 3750 тонн, на баке (то есть носовой части) которого была устроена лётная палуба максимально возможной длины, до самой надстройки. Кроме того, было выделено 4 эсминца, которые должны были стоять вдоль курса полёта аэроплана.

Погрузка аэроплана Юджина Или на «Бирмингем» в военно-морской верфи в Норфолке

Как мы помним, уже во времена первых опытов братьев Райт было не секретом, что взлетать надо против ветра - ведь в этом случае скорость крыла относительно набегающего потока будет больше, следовательно возрастёт и подъёмная сила. Собственно об этом говорил ещё великий планерист XIX века Отто Лиллиенталь, а уж его опыт полётов знали тогда все авиаторы. И по первоначальному замыслу, при взлёте аэроплана, крейсер должен был идти со скоростью 10 узлов.

«Бирмингем» с аэропланом выдвигается на позицию старта в бухте Чезапик

Но с утра погода не радовала, крейсер стал на якорь. В 15 часов небо прояснилось, решено было стартовать. Но, как отлично видно на фото, крейсер якорь не поднял. Говорят, нетерпеливый пилот решил взлетать сам, запустил мотор на полную, да и покатился вперёд - а ведь от места установки аэроплана до конца взлётной палубы ему оставалось всего 17 метров. Закономерно, что скорость он набрать не успел и всё же чиркнул по воде колёсами, поплавками и затем кончиками лопастей. Как потом оказалось, эти краешки деревянных лопастей срезались об воду, но набравший обороты мотор вытянул, и аэроплан стал набирать высоту, успешно пронеся пилота по воздуху 2 1/2 мили до посадки приземления в Норфолке.

Момент старта. Хорошо видно опущенную якорную цепь. «Бирмингем» никуда не двигается

А первый взлёт с движущегося корабля произвёл в январе 1912 года британский летчик Чарльз Сэмсон (Charles Samson). Линкор «Африка» (по другим сведениям Hibernia) двигался со скоростью 10.5 узлов во время военно-морских маневров.

18 января 1911 года состоялась первая посадка аэроплана на корабль. Тот же Юджин Или на том же аэроплане взлетел с аэродрома Сан-Франциско в 19 километрах от стоянки флота в заливе Сан-Франциско, а сел на специально подготовленную палубу стоящего на якоре крейсера «Пенсильвания» (Pennsylvania).

Посадка на «Пенсильванию» - взгляд со стороны

Посадка на «Пенсильванию» - взгляд с корабля

Здесь удалось оборудовать посадочную палубу примерно вдвое длиннее, чем взлётная на «Бирмингеме». Для облегчения попадания аэроплана на палубу был устроен кормовой скос. И всё же длины не хватало. Потому на палубе устроили рельсы, через которые были переброшены канаты, к концам которых привязывались мешки с песком. Аэроплан оснастили крюком, которым он собирал эти канаты, и тяжесть набирающихся мешков постепенно гасила его посадочную скорость. И последним аварийным тормозом должно было служить натянутое перед самой надстройкой полотнище.

С лётной палубы уже убраны мешающие важной публике мешки с канатами, аэроплан развёрнут носом к корме

Юджин Или на борту «Пенсильвании» в окружении важных персон

Сфотографировавшись в обществе разных важных господ и дам, Юджин взлетел с «Пенсильвании» и приземлился уже на берегу.

Это именно момент взлёта с «Пенсильвании»

После приземления на берегу

Тут ему не менее радушную встречу организовали уже простые люди.

Итак, все необходимые эксперименты уже произведены, ажиотаж и восхищение аэропланами невероятны, но только под самый конец Первой Мировой наконец-то является тот корабль, ради приближения появления которого до войны поспешно и намеренно отказывались от аэростатов, воздушных змеев и даже дирижаблей - отказывались, не имея ещё никакой альтернативы. Отказывались уже сейчас - ради манящего будущего. Но наконец-то это долгожданное будущее пришло. Первым полноценным авианосцем стал британский «Аргус» (Argus), перестроенный из заложенного на стапеле гражданского судна. И оказался он настолько удачным, что прослужил и всю Вторую Мировую как боевой авианосец.

«Аргус» в период Второй Мировой

Водоизмещение стандартное 14 450 тонн полное 16 570 тонн Длина172,5 м Ширина20,7 м Осадка6,4 м Двигатели8 паровых котлов Адмиралтейского типа, 4 паровых турбины Parsons Скорость хода20 узлов Экипаж495 человек Авиационная группа15—18 самолётов

«Аргус» после 1920 года, хорошо видно дым из кормовых дымовых труб

И в общем можно сказать, что авиация восторжествовала, и авианосцам быть, но... Давайте не будем спешить с оценками.

Авианосцы vs. линкоры

Этот вопрос явно выходит за рамки Эпохи Пара, как в области реальной истории, так и в гипотетической области альтернативных рассуждений. Но, чую, много ещё будет самобытных авторов, соблазнённых идеей «а что если против броненосцев выпустить авианосец и его аэропланы издали всех разбомбят?»

Обратимся к реальной истории.

Сказывают, «в ходе Второй Мировой авианосцы победили линкоры». Давайте посмотрим на яркие подтверждения.

Перл-Харбор доказал... что если американские линкоры стоят без движения как мишени, если на них лишь половина команды, да и та растерялась - то как мишени их будут бомбить и торпедировать. До сих пор нет объяснения тому, что радар Перл-Харбора засёк приближение японских самолётов... но у него не было телефонной связи со штабом, чтобы поднять тревогу. Единственный оказавшийся случайно под парами линкор - вышел из гавани без серьёзных повреждений, но был всё же затоплен (в стороне от фарватера) по приказу американского командования. Как видим, если линкор не мишень - то даже хорошо подготовленная атака авиации не может быстро вывести его из строя.

При Мидуэе сражение развивалось настолько странно, что видный деятель советского флота Ажажа даже приписал победу американцев возможному вмешательству инопланетян на летающих тарелках. Это конечно смешное объяснение, однако факт в том, что американцы в облаках выходили на японские корабли и организованно атаковали их, а вот японские самолёты если и находили американские корабли то случайно, атаковали разрозненно, а потом не могли найти дорогу домой. Одной стороне стабильно везло, другой так же патологически не везло.

«Ямато» действительно потопила авиация. Но одинокий японский линкор выдержал множество налётов с 3 американских авианосцев. И поразить его удалось, только когда у японцев закончились боеприпасы. Тогда беззащитный линкор торпедировали и бомбили как мишень - и потребовалось около 3 десятков смертельных попаданий.

При атаке на «Бисмарк» авиации удалось лишь заклинить его руль - не более чем трагическая случайность (обусловленная неудачной конструкцией рулевого механизма немецкого линкора). Добивали его несколько английских линкоров, выпустив в общей сложности 4 тысячи снарядов из коих половина попала в «Бисмарк» - а он всё не тонул!

Однотипный с «Бисмарком», стоящий на якоре «Тирпиц» бомбили бомбами весом в 5 тонн. Вдумайтесь - 5 тонн! Несущаяся со сверхзвуковой скоростью крепкая сталь, начинённая сильнейшей взрывчаткой. И такую бомбу сбросить смог только самый тяжёлый бомбардировщик сухопутного базирования. А самолёты палубной авиации в ту пору сами весили не более 5 тонн при взлёте. И, кстати, до того «Тирпиц» пытались потопить подводные диверсанты, со сверхмалой подводной лодки успешно установившие целую тонну взрывчатки под днищем линкора - и он пережил тот взрыв.

Похоже не так просто было потопить линкор.

Да ведь броненосец и строился в расчёте на сопротивление снарядам вражеских броненосцев! А их вес от полутонны до тонны - то есть как у самых больших бомб, какие только смогут поднять самолёты палубной авиации в самом лучшем случае и поныне. Вот только скорость снаряда выше в 2 - 3 раза, чем у падающей бомбы. А значит раз в 5 больше проламывающая сила. Тем не менее, обычно линкоры выдерживали много попаданий снарядов (такая удача, как потопить «Худ» с первого попадания - подобное выпадало крайне редко. Да и не был «Худ» линкором, он был всего лишь броненосный крейсер).

Бесполезный авианосец

Школьная физика подсказывает нам, что у бомбы шанс потопить линкор ниже, чем у снаряда другого линкора. Но не нужно думать, будто бомбардировка линкоров была совсем бесполезна. Бомбы разрушали небронированные оконечности, ломали различные палубные механизмы, уничтожали зенитки и осколками разили их расчёты. Они могли заставить линкор выйти из боя и вернуться на базу для ремонта. Но вот потопить...

Из всей палубной авиации только торпедоносцы были однозначно смертельно опасны для линкора. И то, удачных попаданий торпед нужно было не 1 и не 2, а хотя бы 10 или 20. А между тем атака торпедоносца, над гребнями волн, выдерживая высоту и курс - это чистое самоубийство. А попадают далеко не все торпеды. Так, из 18 выпущенных в «Бисмарк» торпед, задела его лишь одна, и то почти чудом.

Итак, вот алгоритм победы авианосца над линкором: 1) бомбим, чтобы уничтожить зенитки 2) когда зенитки подавлены, торпедоносцы могут начать свои атаки 3) остаётся провести несколько волн атак, надеясь, что торпеды будут попадать

Ничего не забыли? А как же погода!

Самолёт с авианосца не вылетит не только в туман или грозу - он не поднимается и при лёгком волнении выше 3 баллов. А это ведь по океанским меркам пустяк, волна всего чуть больше метра высотой. А теперь представьте себе, что пытаетесь посадить самолёт на палубу, прыгающую на метр? Современные авианосцы стали намного крупнее, различные технические ухищрения позволяют осуществлять полёты при волнении даже в 5 баллов! Это какое-то механическое волшебство! Но даже такой чудесный современный авианосец, при сильном волнении становится совершенно беззащитен. Вот и ходит с ним целая эскадра кораблей эскорта.

Линкор же готов к бою в любой шторм. Да и к выживанию в бою он приспособлен куда лучше любого авианосца.

Эскадра

Выходит, нельзя однозначно сказать, кто лучше - линкор или авианосец. Как же выбрать фаворита? А не нужно выбирать.

Мы забываем, что корабли не воюют сами по себе. В бой отправляется эскадра, в которой каждому назначена его зона ответственности и его цель, для поражения которой он и создан.

Эскадра - это сплочённый коллектив узких специалистов.

В ходе Второй Мировой Англия и США быстро пришли к выводу, что нужно отправлять в бой только полноценные эскадры. Где были бы авианосцы, чья авиация - в хорошую погоду - может беспокоить противника издали, но обязательно был бы и линкор, чтобы - в любую погоду - при необходимости было кому сразиться с вражеским линкором и уж гарантированно прогнать подальше вражьи крейсера. А всякие лёгкие эсминцы должны прикрывать эскадру от нападения враждебных субмарин, перед которыми гиганты беззащитны.

А что будет, если это правило - вести бой в составе эскадры - нарушается?

Вот «Ямато» решил идти один и был потоплен. Правда атаковали его 3 американских авианосца. То есть 3 равных по классу корабля. Соотношение 3 к 1 это вполне нормальное соотношение для успешного подавления врага. Что и произошло. Например, если рота (в которой 3 взвода) атакует вражеский взвод - удивится ли кто-то, что рота победила? Так и тут, трое на одного. Никакого чуда!

Это основа тактики: трое всегда побеждают одного.

Нет никакого чуда в том, что 3 авианосца сумели справится с 1 линкором. И если бы было вместо них 3 американских линкора, они бы точно так же победили бы одинокого «Ямато». И возможно бой занял бы куда меньше времени, чем длительные бомбардировки. Правда, для этого им нужно было бы подойти к врагу достаточно близко. Авианосцы же могли воевать издали - но только в хорошую погоду и при условии, что вражеский линкор остался в одиночестве.

Так возможен ли авианосец в Эпоху Пара?

Даже самая буйная фантазия должна иметь под собой обоснование. Если автору угодно выдумать паро-панковский авианосец, то придётся выдумать прежде аэропланы способные поднимать достаточно мощные бомбы. Какие они, можно узнать из главы, посвящённой артиллерии. Даже против парусников нужны бомбы весом в пуды.

Объективно, такие задачи в Эпоху Пара уверенно решал дирижабль. А вот аэроплан был ещё слаб.

Но может быть, пригодился бы авианосец с быстрыми юркими истребителями для воздушного прикрытия эскадры? Во-первых, истребитель требует пулемёт - а это оружие использующее унитарный патрон, что совсем другой технологический уровень, это уже промышленно развитый дизель-панк. И тогда автору придётся придумывать объяснение, почему в мире его произведения уже существует унитарный патрон с металлической гильзой (а другой тут не подойдёт), но в целом вся техника осталась в прошлой эпохе. Во-вторых, истребители нужны чтобы защищать от бомбардировщиков. Если таковых нет - то и защищать не от кого. Ах, есть же вражеские дирижабли - но их и в реальной истории очень быстро научились отгонять огнём пушек издали, потому дирижабли и занимались бомбёжкой по ночам.

Это не значит, что выдумывать мир Эпохи Пара с авианосцами запрещается. Выдумывайте, творите на здоровье! Но не забудьте логически обосновать столь смелое фантастическое допущение.

Торпеда

Мы уже поговорили и о парусниках, и о броненосцах. Об их больших пушках. И всё это так и было. Но кое-что мы забыли... В Эпоху Пара зарождается ещё одно оружие, ставшее самым опасным оружием морского боя, потому что поражало любой корабль в самую трепетно оберегаемую его часть. Это оружие называлось торпедо.

Путаница в терминологии

О торпедах можно прочесть начиная со стыка XVIII и XIX веков. Только это были не те торпеды. С лёгкой руки изобретателя пароходов и субмарин Роберта Фултона, torpedo называли буксируемые плавучие мины - но самоходными они тогда ещё не были. Так их продолжали называть все - но плавать самостоятельно те "торпеды" ещё не могли. И во времена Гражданской Войны в США, за которую южанам удалось минами потопить около 40 кораблей северян - часто писали о торпедах, да только подразумевали мины.

Пневматическая торпеда

Пневматический двигатель - это та же паровая машина, только в цилиндры вместо перегретого пара подаётся сжатый воздух. В остальном никаких отличий. При желании любую паровую машину можно заставить работать на сжатом воздухе. Вот только прежде придётся как-то получить этот самый сжатый воздух, в чём-то его запасти. Без мощи моторов это вряд ли возможно. Поэтому сначала появляется паровая машина - затем пневматический двигатель.

Зато когда есть пневматический двигатель и баллон со сжатым воздухом, то лишь вопрос времени как скоро догадаются собрать это вместе, добавить мину, и запустить самодвижущуюся смерть в сторону вражеского корабля.

В отечественной литературе исторически первым называют проект торпеды Александровского в 1865 году. Не идею - а именно детально проработанный проект. Однако, в весьма познавательной книге Анатолия Тараса «История подводных лодок 1624–1904» указано, что сам Александровский в документе от 20 ноября 1868 года перечислял все свои изобретения, а это различные подводные аппараты - но вот торпеды среди них не называл. И субмарины свои полагал вооружать минами. Но в начале 1869 года, прознав про успехи Уайтхеда, Александровскому, как главному изобретателю по подводным машинам, предложили заняться торпедой.

А что же сделал Уайтхед?

Отставной фрегатен-капитан (соответствует капитану II ранга) австрийского флота Йоганн Луппис разрабатывал конструкцию надводного брандера. Английский инженер Роберт Уайтхед был управляющим завода в Фиуме (ныне хорватская Риека) в Австро-Венгрии. Они объединили усилия, и Уайтхед предложил создать подводное оружие. В 1866 году Уайтхед уже выкупил завод в собственность, и объявил о создании самодвижущейся мины, названной им «торпеда» от латинского названия электрического ската torpedo marke - совсем как на 70 лет раньше назвал морские мины Фултон. Первая экспериментальная торпеда поплыла в том же году - да только очень медленно, так что Луппис и Уайтхед обогнали её на шлюпке! В торпеде стоял двух-цилиндровый пневматический мотор, питавшийся от баллона со сжатым до 25 атмосфер воздухом.

В 1868 году начался выпуск уже серийных торпед. В них не было ничего революционного. Все технические решения уже существовали до Уайтхеда. Веретенообразная форма корпуса, гребной винт, пневматический двигатель, и даже гидростат (автоматический регулятор глубины) - все это уже испробовали на ранних подводных лодках, об этом писали в книгах, в общем никакого секрета не было. Но именно Уайтхед удачно собрал все эти части вместе и получил весьма неплохую для подводных аппаратов того времени скорость... аж 6 узлов.

торпеда Уайтхеда, Австро-Венгрия, 1868г калибр 356 мм ( 14 дюймов ) ; длина 3.53 м вес торпеды / заряда , кг: 150 / 16 двигатель и рабочее вещество: поршневой, сжатый воздух дальность 200 м со скоростью 6 узлов

6 узлов - это мало даже против парусника.

Да и дальность чуть больше кабельтова заставляла носителя торпед входить в зону поражения даже какой-нибудь ничтожной средневековой каравеллы Колумба.

Зато взрыв пуда взрывчатки под днищем... Историку военного дела (а так же поисковику или просто любопытному читателю) порой оказывается небезынтересно узнать, какие разрушения могла причинить взрывчатка. Так вот, специально для этого, на моём сайте SteamAge.ru есть программа «Воронка взрыва». Даже если снаряжать торпеды только чёрным порохом, который как взрывчатка, слаб, то и тогда взрыв пуда пороха оставит в грунте воронку более 4 метров диаметром и глубиной чуть менее полутора метров. Так что даже борт парусного линейного корабля (а они были из бруса до 80 см толщиной) - разорвёт. Тем более, что торпеда поразит цель в подводную часть, где борт не усилен. И для первых броненосцев такой подводный взрыв опасен. Пробоину даже в пару метров в диаметре не заткнуть. Если корабль и удержится на плаву, то из боя всё равно принуждён будет выйти.

Только ведь во вражеский корабль нужно ещё попасть... С 200 метров промахнуться? Шутка? Нет, не шутка. Торпеда ведь идёт под водой на некоторой глубине. В идеале так, чтобы ударить не в борт, а под днищем. А как она узнаёт нужную глубину? Для этого служит гидростат. Идея вроде простая: давление столба воды уравновешивается натяжением пружины. При отклонении от расчётной глубины, давление столба воды изменяется, что приводит к отклонению подвижного диска, а уже он влияет на рули глубины. Это теория. А на деле наш изобретатель Александровский так и не смог совладать с сим капризным прибором. И вторая торпеда Уайтхеда то же - то выныривала из воды подобно дельфину, то погружалась так, что легко проскочила бы под днищем линкора. В Австро-Венгрии проблему решили, добавив соединённый с диском гидростата маятник, противодействующий провороту диска при дифференте.

Уайтхед быстро совершенствовал свою торпеду. А к концу 1870-х англичанин Питер Брозерхуд создал для торпеды Уайтхеда звездообразный трёхцилиндровый пневмо-мотор, при собственной массе в 16 кг развивавший мощность в 40 л.с. на испытаниях сообщавший торпеде Уайтхеда:

дальность 600 м при скорости в 20 узлов, либодальность 1200 м при скорости в 17 узловПозднее продолжавший работу над своей торпедой Александровский в итоге сумел достигнуть скорости в 18 узлов (а кратковременно и 20). Но он располагал всего лишь одноцилиндровым мотором и лучшего сконструировать в России ещё не могли. Пришлось закупать всю технологию производства у Уайтхеда. Причём, поскольку покупка обошлась в миллион рублей, то все 250 полученных торпед сложили на складах и не хотели выдавать на флот даже в годы русско-турецкой войны - именно потому что уж очень дорогое оружие! Как будущему адмиралу Макарову удалось выпросить несколько торпед для своих минных катеров это загадка. Впрочем, в биографии Макарова есть и другие эпизоды, окутанные секретностью и поныне.

Скорость новых торпед достигалась не только благодаря новому мотору, а ещё и тому, что теперь винтов стало двое с противоположным вращением. Это решение впервые применил на своих торпедах Шварцкопф в 1876 году. Два соосных винта повысили КПД движителя, и устранили вращение торпеды вокруг оси. Другие заводы запустили в серию торпеды с этими усовершенствованиями только уже в 1880-х годах.

торпеда Уайтхеда RLMk IV, Англия, 1883г калибр 356 мм ( 14 дюймов ) ; длина 4.42 м вес торпеды / заряда , кг: 286 / 27 двигатель и рабочее вещество: поршневой, сжатый воздух дальность 540 м со скоростью 23 узлов

С 1894 по 1900 годы в России уже производили торпеды Уайтхеда по лицензии. Заметим, что за время производства русские торпеды Уайтхеда получили массу усовершенствований:

в 1898 году увеличена емкость баллона со сжатым воздухом, а давление в нём повышено до 100 атмосферизменена конструкция клапанов машинного крана, благодаря чему двигатель выходил на полные обороты только после попадания торпеды в водув ударник введена предохранительная вертушка, взводившая взрыватель только после того как торпеда пройдёт определённое расстояние в водеВсе эти нововведения появились за рубежом только позже.

торпеда Уайтхеда, Россия, 1898г калибр 381 мм ( 15 дюймов ) ; длина 5.18 м вес торпеды / заряда , кг: 437.6 / 65.4 двигатель и рабочее вещество: поршневой, сжатый воздух дальность 550 м со скоростью 29 узлов

Но оставалась нерешённой проблема плохого удержания торпедой курса. Решение предлагал ещё в 1879 году русский полковник Шпаковский, но вот воплотить его не смог. А решил практически эту задачу в 1896 году лейтенант Людвиг Обри, служивший в то время на одном из австро-венгерских броненосцев. Однажды, читая «Общедоступную астрономию» Франсуа Араго, он вдруг сообразил, что гироскоп может удерживать торпеду на курсе.

Гироскоп - это вращающийся маховик. Он имеет свойство стремиться сохранить свою ось вращения. И если связать его с рычагами и клапанами, то он будет отклонять рули торпеды, если та вдруг решит изменить курс.

Сперва «машинка Обри» раскручивалась от пружины, но с 1912 года уже от специальной турбинки, раскручиваемой сжатым воздухом, благодаря чему время работы прибора выросло до 8 минут, а точность повысилась. Кстати, изобретатель гироторпед Хоуэлл, когда прознал про гироскоп Обри, даже пытался через суд установить свой приоритет в изобретении - ведь его торпеда так же использовала маховик для удержания курса. И всё же это разные конструкции, и Людвиг Обри справедливо считается изобретателем своего гироскопа. И только с его гироскопом пневматическая торпеда наконец-то стала годным оружием.

Видите как интересно - без маховика никакая торпеда невозможна! И про маховик мы ещё поговорим ниже.

На этом закончился XIX век, да и век пневматических торпед то же. Им на смену приходили парогазовые, с ещё более высоким давлением рабочего тела. И хоть их двигатели стали снова паровыми машинами, но это уже совсем другая история. Из высоко-технологичного дизель-панка.

Парогаз

Началось всё с замерзающего воздуха. Того самого сжатого в баллоне воздуха. Который, как нас учили в школе на уроках физики, при расширении будет охлаждаться. Тут сжатие было очень значительным, значит и охлаждение при расширении будет немалым. Вплоть до образования изморози - а с этим того и гляди заледенеет намертво воздуховод или пневматический мотор заклинит.

Подогревать воздух предложил лейтенант русского флота Назаров, а в 1900 году его идею реализовала американская фирма «Блисс» (та самая, что делала торпеды Уайтхеда для сравнительных испытаний с гироторпедой, о которых мы поговорим чуть ниже), но неудачно, поскольку подогревался весь резервуар с воздухом. Спустя годы независимо друг от друга решение предложили австрийский лейтенант Гестежи и английская фирма «Армстронг». Их подогреватель грел не весь резервуар, а только воздух на выходе из него - чего вполне хватало для повышения давления в моторе.

И, наконец, очень скоро в подогревателе в воздух стали впрыскивать воду - на выходе получался перегретый водяной пар. Такие торпеды стали называть парогазовыми. Пневматический мотор, некогда произошедший от паровой машины - вновь стал ею!

торпеда Уайтхеда, Франция, 1904г калибр 450 мм ; длина 5.05 м вес торпеды / заряда , кг: 650 / 75 двигатель и рабочее вещество: поршневой, парогаз дальность 2000 м со скоростью 36 узлов

Дальность 2 километра, скорость быстрее самого быстрого миноносца. А потом парогазовые торпеды станут ещё быстрее и дальноходнее.

Но - прошу обратить внимание - это уже XX век. В жанровой классификации это чистый дизель-панк, даже несмотря на то, что двигателем является фактически паровая машинка. Изобрести сразу столь сложное устройство в Эпоху Пара - нереально. Произвести - невозможно! И чтобы какой-то попаданец из будущего сумел подобную довольно совершенную торпеду выдумать - он должен быть квалифицированным конструктором торпед в своём родном времени. И даже тогда он столкнётся с тем, что в Эпоху Пара нет промышленного оборудования, способного производить детали такого сложного механизма серийно и с требуемой точностью.

Для примера, вот как устроена широкоизвестная советская торпеда 53-38. Обратите внимание, что к ней, как и к любой торпеде, имелись две головных части - боевая и учебная. Без головной части пускать торпеду нельзя, она будет не уравновешена и не сможет удерживать курс.

Путь к этой торпеде был очень непростой. Сперва неудача с конструкцией 1927 года. Затем, даже имея закупленные в Италии образцы новых торпед завода Уайтхеда в Фиуме - новая неудача с внедрением улучшений на советской торпеде в 1936 году. И даже когда в 1938 году скопировали всю импортную торпеду и стали её приспосабливать под возможности советской промышленности, то устранение недостатков заняло несколько лет.

Потому лучшее на что способна пневматическая торпеда Эпохи Пара в самом фантастическом произведении - это быть ранней торпедой Уайтхеда со скромной дальностью хода в 2-3 кабельтовах. Но мы ведь ещё не рассмотрели торпеды других систем - а таковые были.

Торпеда без двигателя

В 1876 году, когда уже вовсю плавали пневматические торпеды, подданный бриатнской короны, живший в Австралии ирландец Бреннан за 110 тысяч фунтов стерлингов продал британскому Адмиралтейству чертежи торпеды без двигателя.

Сумма очень, просто невероятно большая. Попробую объяснить:

В то время фунт стерлингов это цена фунта серебра.Вложенный в ценные бумаги, капитал всего в одну тысячу фунтов приносил такой годовой доход, что бездетной семье хватало на спокойную жизнь не работая.В начале XIX века 10 тысяч фунтов стерлингов это цена целого парусного линейного корабля с 3 орудийными палубами и со всеми его могучими пушками числом больше сотни.В 1879 году, то есть всего через 3 года после покупки чертежей Бреннана, там же в Англии, Гэррет закажет постройку довольно крупной по тем временам субмарины с паровым двигателем всего за 1538 фунтов. Целый подводный корабль с двигателем за полторы тысячи фунтов. А когда ему потребовался собственный завод для постройки своих подводных лодок, то, сказывают, он его приобрёл всего за 2 тысячи фунтов.В 1884 году профессиональный кораблестроитель инженер-лейтенант датского флота Георг Ховгаард разработал и опубликовал проект большой подводной лодки водоизмещением около 740 тонн. Это по тем временам водоизмещение хорошего миноносца. Паровая машина для надводного хода, электродвигатели для подводного, 4 торпедных аппарата. Стоимость постройки 50 тысяч фунтов стерлингов. Ещё раз повторю - 50 тысяч фунтов стерлингов за постройку по тщательно проработанному профессиональным кораблестроителем проекту. Благо и практический опыт постройки подводных лодок уже был. Но нет, на это денег не нашлось. Тут же вспомнили, что за такие деньги можно не то что миноносец, а целый лёгкий крейсер купить.Наконец, уже упоминавшийся неоднократно выше Роберт Уайтхед учился на инженера с 1839 по 1844 годы. И цена обучения была 5 шиллингов в квартал за два часа занятий ежедневно (теоретическая механика и техническое черчение). Стало быть он платил всего 1 фунт в год или 5 фунтов за всё своё обучение. На те деньги, что адмиралтейство не глядя отвалило за чертежи Бреннана, можно было подготовить 22 тысячи квалифицированных инженеров. Пусть даже не все из них гении, но ведь даже в простых чертёжниках промышленность Англии испытывала серьёзную потребность, ведь массовое производство требовало и массового выпуска чертежей (так что чертежами всего одного корабля можно было устлать все дороги Англии).Ну и ещё для сравнения: Уайтхед продавал полный комплект документации на свою торпеду - уже многократно опробованную в испытаниях - за сумму от 9 до 15 тысяч фунтов стерлингов, причём так сказать со всеми потрохами (единственное ограничение к покупателю было не раскрывать секрет торпеды тем, кто его ещё не приобрёл). Что же такого было в ничем не подкреплённых чертежах Бреннана, что за них отвалили на порядок больше?Вообще-то Бреннан то же был квалифицированным инженером, и не только продал чертежи, но и производство своей торпеды наладил. А стоила она так дорого потому - что была управляемой! Причём без всякого электричества. И - без двигателя...

В теории, если вытягивать шнуры с разной скоростью, то получим разную скорость вращения винтов - что приведёт к отклонению торпеды. То есть торпеду можно было корректировать, а для удобства наблюдения за ней, торпеда оснащалась небольшой мачтой-визиром (с флажком, а для ночного времени фонарём), выступавшей над поверхностью воды.

И вот тут какой простор для сочинителя фантастики. Попал горемыка в прошлое, вон Непобедимая армада на горизонте - а мы её торпедами Бреннана. Да хоть Соломинское сражение, ща быстренько весь персидский флот перебьём. Сложного-то ничего нет...

Однако до нашего времени сохранилось в английских музеях 2 экземпляра торпед Бреннана - и там управление направлением движения осуществляется иначе! Валы тех самых барабанов, с разматываемыми шнурами, соединены меж собой дифференциалом, и когда возникает разница скоростей их вращения, то приходит в движение и дифференциал, отклоняя руль направления.

На реальной торпеде Бреннана направление задаёт руль!

Увы и ах, создать дифференциал и от него привод на руль направления, это задача очень сложная до Эпохи Пара. Далеко не всякий попаданец в прошлое справится с конструированием такого механизма. И это ставит крест на таких фантазиях.

Что касается реальной истории, в ней торпеда Бреннана официально прослужила 20 лет, правда не на кораблях флота, а исключительно в береговых укреплениях, почти дотянув до XX века. И результаты показала вполне достойные, хотя конечно чуточку уступала всем иным серийным торпедам. Зато была управляемой.

Гироторпеда

В 1870 году лейтенант американского флота (в последующем контр-адмирал) Хоуэлл предложил гироторпеду - то есть торпеду с маховиком в качестве двигателя.

Первая торпеда Хоуэлла, США, 1870г калибр 356 мм ( 14 дюймов ) ; длина 2.44 м ( 8 футов ) вес торпеды / заряда , кг: --- / 31,6 ( 70 фунтов ) двигатель и рабочее вещество: маховик дальность 365.7 м ( 400 ярдов ) со скоростью 5 узлов причём на первой половине скорость 8.5 узлов

Это совсем простая конструкция. Винты (1) впереди и позади торпеды насажены на вал маховика (2), а сам маховик это вместилище для взрывчатки. Раскручивался он паровой машиной через торчащую позади шестерёнку (3) за 30 секунд до 9000 оборотов в минуту. Испытания проведены в июне 1870 года торпедной станцией флота США в Ньюпорте - и результат сразу почти вдвое лучше по всем параметрам, чем у тогдашних торпед Уайтхеда (вдвое больше взрывчатки, вдвое больше дальность, вдвое выше скорость на той же дальности, что у Уайтхеда).

В 1874 году - когда появились пневматические торпеды Александровского и Шварцкопфа - Хоуэлл меняет конструкцию. Отныне все его торпеды несут взрывчатку в носовой части, имеют маховик как отдельную деталь из железа, ось его вращения развёрнута поперёк оси торпеды, а оба винта за кормой.

Экспериментальная торпеда Хоуэлла, США, 1874г калибр 356 мм ( 14 дюймов ) ; длина 2.5 м вес торпеды / заряда , кг: 103 / 31.6 ( 70 фунтов) двигатель и рабочее вещество: маховик 33 кг ( 73 фунта ) дальность 365.7 м ( 400 ярдов ) с макс. скоростью 13.5 узлов

Экспериментальная торпеда Хоуэлла, США, 1884г калибр 356 мм ( 14 дюймов ) ; длина 2.5 м вес торпеды / заряда , кг: 135.6 ( 300 фунтов ) / 31.6 ( 70 фунтов) двигатель и рабочее вещество: маховик 33 кг ( 73 фунта ) дальность 365.7 м ( 400 ярдов ) с макс. скоростью 15.6 узлов

Нужно признать, что в 1874 году торпеда Шварцкопфа всё же обгоняла Хоуэлла на 3.5 узла. Остальные же маховику проигрывали. Через 10 лет Хоуэлл ещё немного улучшил скорость своей торпеды - и вероятно увеличил массу маховика, поскольку общая масса торпеды выросла при тех же габаритах. Но всё это были мелкие усовершенствования.

Так же известно, что Хоуэлл обратил внимание на проблему падения скорости вращения маховика. В советской литературе утверждалось, что для сохранения постоянной скорости торпеды, он разработал специальный регулятор, изменявший шаг установки лопастей гребных винтов в зависимости от скорости их вращения. Но на изображениях винтов с изменяемым шагом не замечено (возможно из-за качества сохранившихся иллюстраций). Зато вполне вероятно, что изобретатель позаимствовал уже известный на паровых машинах регулятор скорости вращения вала.

торпеда Хоуэлла, США, 1889г калибр 406 мм ( 16 дюймов ) ; длина 3.3 м вес торпеды / заряда , кг: 250 / 43.4 ( 96 фунтов ) двигатель и рабочее вещество: маховик дальность 365.7 м (400 ярдов ) со скоростью 24 узлов + следующие 183 м ( 200 ярдов ) скорость падает до 0

Опять-таки нужно заметить, что с 1876 года Шварцкопф выпускал торпеду ходившую на пару узлов быстрее (менее 10% разницы). Но, правда, проигрывая в дальности (если брать только активный участок, то проигрыш около 5%, а если считать полную дальность, то проигрыш почти в 1.5 раза). Другие же уступали гиро-торпеде по всем параметрам. Включая и торпеды самого Уайтхеда, усовершенствованные в Англии установкой нового 3-цилиндрового мотора.

Но ведь мало доплыть до цели - нужно в цель ещё и попасть!

Раскрученный маховик (а в модели 1889 года он, за минуту до пуска, раскручивался уже до 10 тысяч оборотов в минуту) это ещё и гироскоп. И торпеда Хоуэлла отлично держала курс. В 1890 году, с обычным для США размахом, провели сравнительные испытания. Торпеды Уайтхеда были представлены их американской копией от фирмы Блисс-Левит. Торпеды Хоуэлла изготовила фирма Гочкиса (участие Гочкиса не удивительно, ведь он американец, переехавший во Францию). Правда, вроде бы Гочкис сделал лишь 50 торпед - тогда как на испытаниях их было выпущено намного больше. И далее сведения источников несколько расходятся:

советская литература говорит, что на испытаниях выпустили по 250 торпед Хоуэлла и Уайтхеда по движущейся мишени - тип мишени не указывалсяновые данные говорят об общем числе в 250 пусков, пополам тех и других (то есть по 125 каждого вида) по миноносцу шедшему 18-узловым ходомсоветская литература говорит, что из торпед Уайтхеда попало лишь 37 - из торпед Хоуэлла 98новые данные говорят, что торпед Блисса-Левита попало 37% - а Хоуэлла 98%Если даже принять более скромные советские сведения, то и тогда Хоуэлл показал вполне приемлемый результат даже для Второй Мировой (а кто думает иначе, пусть ознакомится с обстоятельствами торпедирования линкора «Ройял Оак», при том что там стрельба велась по неподвижной стоящей на якоре цели). Правда, по тем же советским сведениям выходит, что торпеда Уайтхеда была никуда не годным изделием - с дистанции в пару кабельтовах в цель попадала лишь каждая восьмая! Странно, что таким бесполезным и дорогим оружием пользовались. И возможно верны нынешние данные. Тогда понятно, почему с торпедой Уайтхеда мирились - но

гироторпеда Хоуэлла по тем временам это просто идеальное супер-оружие!

При этом гироторпеда не оставляет следа из пузырьков, как пневматическая. А ещё она была в 2.5-3 раза дешевле торпеды Блисса-Левита.

Если кто сомневается в скверной точности торпед Уайтхеда того времени, то вот вам реальный случай, произошедший в Чили во время вооруженного мятежа 1881 г. Чилийские торпедные канонерские лодки (был когда-то такой класс военных судов) «Almirante Condell» и «Almirante Linch» 23 апреля атаковали торпедами броненосец правительственных сил «Blanco Encalada» (бывший «Valparaiso»), стоявший на якоре. Из 6 торпед, выпущенных с дистанции около 200 метров, в неподвижную цель попала лишь последняя!

После некоторых доработок, с учётом результатов испытаний, торпеды Хоуэлла приняты на вооружение флотом США в двух вариантах.

торпеда Хоуэлла, США, 1894г калибр 356 мм ( 14 дюймов ) ; длина 2.71 м ( 8 футов 11 дюймов) вес торпеды / заряда , кг: 235 ( 520 фунтов ) / 45.2 ( 100 фунтов) двигатель и рабочее вещество: маховик 58 кг ( 128 фунта ) 10тыс.об/мин дальность 365.7 м ( 400 ярдов ) с макс. скоростью 26 узлов + следующие 228 м ( 250 ярдов ) скорость падает до 0

торпеда Хоуэлла, США, 1895г калибр 456 мм ( 18 дюймов ) ; длина 4.4 м ( 14 футов 5 дюймов) вес торпеды / заряда , кг: 316.4 ( 700 фунтов ) / 81.4 ( 180 фунтов) двигатель и рабочее вещество: маховик 59 кг ( 130 фунта ) 12тыс.об/мин дальность 732 м ( 800 ярдов ) с макс. скоростью 30 узлов + следующие 365 м ( 400 ярдов ) скорость падает до 0

Лучшие пневматические торпеды того времени могли немного выиграть у маленькой 14-дюймовой торпеды Хоуэлла, но абсолютно все бесспорно проигрывали большой 18-дюймовой гироторпеде во всём. При том пневматическая дороже, сложнее, а значит менее надёжна. На стыке веков у гироторпеды нет недостатков, только достоинства!

Гироторпеды закупили Франция и Бразилия, а флот США принял их на вооружение, и долгое время отказывался от любых других типов. Выгода была очевидна, надёжность не подлежала сомнению, ведь в такой торпеде нечему ломаться.

Так почему про гироторпеды забыли?

Да лишь потому, что над совершенствованием надёжных гироторпед работал лишь один человек - а над капризными пневматическими трудились лучшие конструкторы всего цивилизованного мира.

Торпеда попаданца

Прежде всего: торпеде нужна боеголовка. Нет взрывчатки - нет и торпеды. Поэтому хотя запустить что-то в сторону врага можно было бы и в Античности, но, увы, порох ещё не придумали, так что и проку от торпед не будет. Скажете, был же греческий огонь? Так это для поджигания надводной части вражеского корабля, это отлично брандерами делали, тут и выдумывать ничего не надо.

Но вот порох появился. Какую торпеду мог бы сконструировать, к примеру, Леонардо да Винчи?

Самое простое решение это ракетные торпеды. И такие в реальной истории были! Это «водная петарда» которую изобрёл и изготовил Корнелис Ван-Дреббель во времена Тридцатилетней войны. Он так же прославился своей подводной галерой, которую успешно испытали на Темзе. Но галера в бой не пошла, а вот водяные петарды использовали.

Так Шарль Бернар писал в 1628 году в альманахе «Французский Меркурий»:

В течение ночи с воскресенья (I октября) на понедельник англичане стреляли плавучими петардами десять или двенадцать раз, намереваясь поджечь королевскую французскую эскадру. Корпус этих петард выполнен из белого железа и наполнен порохом. Каждая из них держится на плаву с помощью куска ивового дерева, в котором установлена пружина. Когда петарда наталкивается на борт одного из королевских кораблей, пружина приводит ее в действие, в результате чего вода с огромной силой начинает стремительно проникать в корабль.

Много позже, в 1689 году, внук Ван Дреббеля свидетельствовал, что владеет секретом изобретения своего деда, «с помощью которого корабль может быть очень быстро потоплен посредством одной из разновидностей петард, проделывающей в корабле отверстие со стороной примерно в 15 или 16 футов» Это 4.5 – 4.8 м, что вполне соответствует расчётным повреждениям от взрыва пуда чёрного пороха. Известно так же, что века спустя, на испытаниях мин и торпед в США, взрыв у деревянного борта 30 с лишним килограмм пороха (то есть почти 2 пуда) проделал пробоину в 22 квадратных метра, что опять-таки с известной погрешностью укладывается в наши расчёты. Даже простой чёрный порох это грозная сила. А если нам его кажется мало, то нагрузим и 4 пуда - хотя, повторяю, на днище любого деревянного корабля хватит и одного пуда.

Правда, существует авторитетное мнение, что Ван-Дреббель делал всего лишь шестовые мины. Пусть даже так, мы видим, что боеголовка в пуд весом вполне смертоносна. Однако... Сколь бы авторитетным ни было мнение, оно может быть подвергнуто сомнению. И основание этому описание водяной петарды Ван Дреббеля. Корпус из металла, удерживаемый поплавком из дерева - и сказано что этим стреляли. Не толкали в борт, как шестовой миной, а именно стреляли! Наводит на мысль, что речь о ракете, скользящей по воде. Правда, ракеты того времени не слишком хорошо держали курс. Легко могли отклониться даже на 90°. А уж на волнах и вовсе траектория становилась непредсказуемой. Видимо потому водяные петарды и не стали супер-оружием. Точность подвела. Но, похоже, их боеголовка работала исправно.

Эх, что же делать с точностью? Торпеду Бреннана отвергнем. Хотя вместо стальной струны можно намотать на барабаны шёлковый шнур (а вообще и добротная пеньковая верёвка подойдёт), и тянуть не обязательно паровыми лебёдками - можно и тяжёлым грузом. Шнуры к грузу. Груз поднять на высоту. Для выстрела сбросить - а шнуры разматываются через систему блоков. В принципе работать будет. Но вот про руление такой торпедой сразу можно забыть, ибо, как мы уже узнали, до Эпохи Пара изобрести и изготовить её рулевой механизм с дифференциалом это дело сложное почти до невозможности.

Надёжно будет работать только гироторпеда - торпеда на маховике. А маховик это просто тяжёлый раскрученный диск, ничего больше. Самым древним маховикам не менее 4500 лет, и, при раскопках в Междуречье, находят их археологи в изобилии. Так что формально такую торпеду могли бы изобрести в любой момент известной нам истории нашей цивилизации. Лучше для попаданца ничего и не придумать. Разрез механизма торпеды Хоуэлла при виде сверху

Перед пуском нужно заблаговременно раскрутить маховик торпеды. Думается, что указанная в литературе величина в 10 тысяч оборотов в минуту несколько преувеличена. Ориентировочные расчёты дают цифру в несколько раз меньше. Но пусть даже 10 тысяч об/мин - мы знаем, эта скорость вращения достижима. Однако - при помощи паровых машин. А если их ещё нет?

Тогда мы лишаемся компактного источника энергии и, похоже, будем вынуждены использовать торпеду только с берега. Что ж, это дело то же очень нужное. Предотвратить высадку вражеского десанта, защищать вход в порт, контролировать какой-нибудь удобный фьорд или бухту. Пушки того времени не гарантируют потопление вражеского корабля даже после сотен попаданий - но единственного попадания торпеды более чем достаточно, чтобы остудить самый воинственный пыл. Так что береговые торпедные батареи были бы очень полезны.

Раскрутить маховик торпеды можно с помощью падающего груза. Увесистый груз поднимаем на башню и сбрасываем, а его трос пропускаем через систему блоков, они раскручивают шестерёнчатый редуктор, который уже вращает маховик торпеды. Такая система может быть построена и в Средневековье (и даже в Античности), и получить можно скорость и в 20 тысяч об/мин, правда ценой ускоренного износа деталей. Но нам ведь требуется всего один выстрел, а детали можно и заменить после боя.

У этой конструкции всё хорошо, за исключением одного - она уязвима. Диверсант может заранее надрезать трос или подсыпать песку с камнями в шестерёнки - и вот враг у берега, сбрасываем груз... а торпеда не уходит. Как уберечься от этой напасти?

Есть и другое решение - ветряные мельницы будут вращать редукторы, от которых заряжаются маховики торпед.

Как мы проходили в школе, на морском побережье ветер дует почти всегда - то с моря на сушу, то с суши на море, смотря что в течении дня сильнее прогревается. Но ведь есть и периоды затишья? Верно, есть. Да только наша ветряная мельница не будет теперь раскручивать маховик торпеды перед стартом - она будет держать его раскрученным всегда! Нынче так поддерживают постоянно раскрученными маховики гироскопов стратегических ракет во время их многогодового боевого дежурства.

Ветер дует, энергия его даровая, так почему бы нам не держать маховик торпеды вечно раскрученным? И в какой бы момент не заметили врага, торпеда сию секунду будет готова устремиться к цели. При этом, даже если приближающийся к берегу враг откроет огонь и разнесёт в щепки ветряные мельницы, то торпеды-то уже будут готовы. Своей стрельбой по ветряным мельницам враг только себе же сделает хуже, ведь он разбудит гарнизон наших бравых торпедистов.

Одно нехорошо - мы придумали только оборонительное использование торпеды. А нельзя ли изобрести что-нибудь для атаки?

Дирижабли-торпедоносцы

Такие существовали в реальной истории. Собственно вот фото, как на них подвешивались торпеды.

Это германский "цеппелин" времён Первой Мировой. К торпедам пристыкованы крылья, делающие их похожими на бипланы. Зачем?

Дирижабль не может прижиматься к воде, как самолёт-торпедоносец. Зато торпеду можно пустить в крутое планирование с высоты. Пусть даже она планирует под углом в 30° к горизонту (что уже можно назвать пологим пикированием) - в таком случае, будучи пущенной с высоты в 1 км она приводнится в 2 км от дирижабля. На такой дальности дирижаблю не страшен огонь зенитных пулемётов. Если же дирижабль поднимется до 2 км, то торпеда приводнится в 4 км - тут дирижабль будет даже вне эффективного огня тогдашних 3-дюймовых зенитных пушек.

Конечно, целью такой атаки не может быть одиночное движущееся судно, шанс попадания со столь большой дальности слишком мал. Но вот атака воздушной эскадры дирижаблей на морскую эскадру точно будет иметь военный смысл - вражеские корабли будут вынуждены отворачивать от устремившихся к ним торпед, нарушат строй, и не смогут выполнить запланированный манёвр. Подобную торпедную атаку в реальности провели, правда, не дирижабли, а эскадра кораблей германского флота во время Ютландского сражения, ставшего единственным в истории сражением дредноутов. Именно массовая торпедная атака позволила немецкому флоту избежать крайне нежелательного прямого столкновения с английскими броненосцами, заставив тех отвернуть.

Одинокий же дирижабль может успешно обстрелять своими торпедами акваторию вражеского порта. Летящие по воздуху торпеды перелетают через натянутые у входа в бухту боновые заграждения, плюхаются в воду, обламывая об неё ставшие ненужными крылья, и, пройдя несколько кабельтовых, взрываются под днищами пришвартованных у причала судов. Да, враг сможет поднять эти суда и отремонтировать. Но на месяц или больше и судно и причал не действуют, пропускная способность порта резко снижается. Такой удар даже болезненнее, чем взрыв портовых складов.

Если в выдуманном нами мире есть дирижабль, способный поднять хотя бы несколько тонн груза - значит, на нём есть и механический двигатель. От этого же двигателя можно раскручивать маховики гироторпед. Технически всё вполне осуществимо и выглядит достаточно правдоподобно, чтобы быть положенным в канву очередной фантастической истории.

Страх из бездны

2 мая 1905 года у Порт-Артура подорвался японский броненосец «Хацусе», и немедленно окружившие его корабли открыли огонь по воде, считая, что броненосец стал жертвой подводной лодки. О наличии подводных лодок у русских разузнала японская разведка. И лодки в Порт-Артуре действительно были. Вот только... они так и лежали на берегу. А японский броненосец стал жертвой русской мины.

Сказывают, ещё Александр Македонский спускался под воду в неком устройстве. Но даже если и так, то вероятно то был водолазный колокол, а не самостоятельно движущийся подводный корабль. И водолазных колоколов или подобных им устройств построено было множество за века. Но наш рассказ не про них, а только о подводных кораблях.

1578 год. Бывший артиллерист британского королевского флота Уильям Бэрн (William Bourn, 1535 – 1583 годы, иногда его фамилию читают как Борн) в одной из своих книг изложил принципы создания управляемого подводного аппарата, включая описание идеи балластных цистерн. Книга приобрела известность, многие последующие изобретатели подводных аппаратов читали её.

Корнелис Ван Дреббель (1572–1633) голландский механик, химик и пиротехник на службе у английского короля Якова I (James I, 1566 – 1625). В главе о торпедах мы уже ознакомились с его «водяными петардами». В 1620 году он построил маленькую одноместную лодку, в коей сам погружался и плавал под водой, отталкиваясь шестом от дна реки. В1622 году - лодку на четырех гребцов и рулевого. И, наконец, 1624 году - подводная галера.

Константин Гюйгенс (отец известного ученого Христиана Гюйгенса) записал об этом:

«Достойным всех других, собранных вместе изобретений Дреббеля, было его небольшое судно, в котором он спокойно опускался под воду, держа короля и несколько тысяч лондонцев в величайшем напряжении. Подавляющее большинство этих людей думали, что человек, который столь искусно остается невидимым для них в течение трех часов, уже погиб, как вдруг он неожиданно поднимался на поверхность в значительном удалении от того места, где погрузился в воду.

С ним находились несколько участников этого опасного предприятия, свидетельствовавших, что они не испытывали никаких затруднений или страха под водой и что они опускались на глубину, когда этого желали, и поднимались, когда им хотелось сделать это; что они плыли туда, куда хотели, поднимаясь к самой поверхности воды и вновь опускаясь так глубоко, как того желали…

Они делали в чреве этого кита все то, что обычно делают люди, находящиеся на суше, и делали это без всяких затруднений»

Изображений галеры не сохранилось. Известно, что экипаж составляли 12 гребцов и, возможно, несколько пассажиров. Скорее всего, судно было из дерева, обшитого кожей.

Отметим, что король наблюдал за испытаниями с берега. Глубина Темзы в месте испытаний не более 12 м. Современники говорят, что подводная галера не рисковала погружаться глубже 12 - 15 футов. Но это было полноценное погружение, на поверхности не торчало ни мачт, ни труб - ван Дреббель освежал воздух под водой химическим путём. Но скорость плавания была, вообще говоря, никакой, галера спускалась по течению Темзы. Это и не удивительно, ведь грести под водой вёслами очень неудобно, ведь при обычной манере гребка весло создаёт одинаковое сопротивление и при движении назад и вперёд. Требовался новый движитель. И всё же первое подводное плавание успешно состоялось в XVII веке.

«Черепаха» Бушнела - первая подводная атака

Дэвид Бушнелл (David Bushnell, 1740–1826) родился в Америке, с детства увлекался механизмами, но не имел денег на образование. После смерти отца, продал свою половину земли младшему брату, а на вырученные деньги в 1771 году поступил в Йэльский колледж (Yale College), где изучал механику и физику, а сверх того, вне программы занимался пиротехникой. На втором году учёбы, и 32 лет от роду, вступил в местную масонскую ложу, что позже помогло ему, ведь масоном был и сам Джордж Вашингтон, а брат вольный каменщнк должен помогать такому же брату.

В апреле 1775 года начались столкновения с англичанами, а в декабре того же года была уже построена «Черепаха» (Turtle). Как именно она выглядела - неизвестно. Вот её наиболее правдоподобная реконструкция.

«Черепаха» Бушнелла. 1 — корпус; 2 — входной люк; 3 — руль; 4 — винты; 5 — мина; 6 — бурав; 7 — насосы; 8 — емкости для водного балласта; 9 — металлический балласт; 10 — устройство для сброса балласта; 11 — клапан для заполнения балластных емкостей; 12 — вентиляционные трубки; 13 — стеклянный манометр

Обратите внимание, что изображение «Черепахи» в Википедии содержит архимедову спираль - это ошибка, унаследованная из брошюры лейтенанта Фрэнсиса Барбера «Lecture on Submarine Boats and Their Application to Torpedo Operations», опубликованной в 1875 году, то есть спустя век после событий, и основанной на крайне противоречивых сведениях (если не сказать выдумках).

Форма субмарины - яйцо. Неудобно для плавания, зато наилучшая прочность. Высота 2.28 метра, наибольший диаметр 1.82 метра. Водоизмещение указывается как около 1 тонны, но по-видимому речь о надводном водоизмещении пустого корабля. Потому что только свинцовый балласт весил 900 фунтов (408.6 кг). Часть балласта в 200 фунтов (91 кг) могла отсоединяться изнутри лодки для аварийного всплытия. А полное подводное водоизмещение едва ли не вчетверо больше. Для его компенсации и требовались и массивный балласт и большого объёма балластная цистерна. Следовало наполнить цистерну водой до нулевой плавучести субмарины, после чего совершать манёвры по глубине с помощью вертикально направленного винта. Корпус сделан из бочарных дубовых досок, проконопаченных просмоленной пенькой (встречается так же утверждение, что вырезано из двух кусков дерева с очень толстым стволом, а даже иногда говорят о двух медных половинках, но последнее точно неверно). Доски соединялись с элементами каркаса посредством болтов, а по окружности аппарат стягивали железные обручи. Стыки герметизировались пенькой и заливались смолой. Сверху прикреплена медная башенка с 5 иллюминаторами, в крыше её был входной люк с 6-ым иллюминатором. Приближаться к цели следовало так, чтобы над водой торчала только башенка. Затем нужно было погрузиться чуть глубже поверхности - в это время воздух мог попадать в лодку с поверхности по двум трубам с поплавковыми клапанами для предотвращения попадания воды. Причём воздух приходилось гнать ручным вентилятором, и по одной трубе удалялся испорченный, а по другой всасывался свежий.

«Черепаха» смогла предпринять лишь одну полноценную атаку, но неудачно. Единственный член экипажа «Черепахи» 27-летний армейский сержант Эзра Ли (Ezra Lee, 1749–1821) должен был с помощью ручного буравчика присверлить мину к деревянному дну корабля, затем запустить часовой механизм и отойти от обречённой цели. Цель - 64-пушечный английский фрегат «Орел» (Eagle) не имел медной обшивки днища. Однако, как показало современное сопоставление американских и английских документов, в ночь атаки он стоял далее по течению и охранялся. Очевидно «Черепаха» вышла к одному из английских транспортов. Но и тут неудача. Сам сержант решил, что его буравчик наткнулся на металлическое крепление руля. Он попытался сманеврировать, для чего погрузился и снова всплыл - но, как оказалось, вынырнул уже ярдов через сотню за целью. «Черепаха» не имела никаких средств освежения воздуха под водой, и очевидно храбрый сержант всё же потерял сознание, за это время течение и унесло его от цели. Выгрести против течения, чтобы вернуться к цели, он не имел сил, к тому же уже светало, его могли в любой момент заметить. Пришлось убраться восвояси. Его действительно заметили, так как теперь над водой торчала смотровая башенка. Ли открыл её люк, чтобы иметь приток свежего воздуха. Англичане попытались подойти к нему на шлюпке. Когда до них оставалось 200 футов, сержант высвободил мину, надеясь, что это отвлечёт вражеских солдат. И тогда он услышал крик одного из англичан:

— Берегись! Эти янки замышляют какую-то пакость.

Шлюпка спешно развернулась и ушла. А «Черепаху» подхватил прилив и донёс до берега. В это время сработал часовой взрыватель мины, подняв столб воды. А заодно, известив англичан, что странных плавающих предметов теперь нужно опасаться.

Другие попытки оказались ещё менее успешны, так что в итоге, беспокоясь о сохранении тайны своего изобретения, Бушнелл разобрал его на части. Далее он занимался плавучими морскими минами, впрочем, с малым успехом, ведь теперь англичане уже были начеку. Завершил свою жизнь в относительном благоденствии и под опекой братьев-масонов.

Смелый сержант Эзра Ли, по выходе в отставку, написал книжку своих воспоминаний - чем и прославил «Черепаху». Теперь о ней узнали все.

С этой неудачной «Черепахой», однако, связан ещё один эпизод, оказавший самое быть может громадное значение для всей истории развития подводного флота - а уж значение его для фантастики и переоценить трудно. Но что же это?

Совсем невзрачный эпизод. Интерес к его подводной лодке проявил Томас Джефферсон (1743–1826), американский посол во Франции в 1785-89 годы, а так же будущий вице-президент (1797–1801) и президент США (1801–1809). В письме из Парижа от 17 июля 1785 года он спрашивал Джорджа Вашингтона:

«Будьте столь любезны, сообщите мне все, что вы вспомните об экспериментах Бушнелла в области подводной навигации во время прошедшей войны, а также свое мнение о том, насколько успешно его метод может использоваться для уничтожения военных судов».

Вашингтон ответил 26 сентября:

«Я считал тогда и продолжаю считать ныне, что это был гениальный замысел, но нужно исключительное стечение обстоятельств, чтобы лодка принесла ощутимую пользу, так как противник всегда начеку».

Никто из них тогда ещё не мог знать, какие великие перемены несут с собой эти письма. Какой великолепный сюжет до сих пор не воспет! Сюжет, намекну вам, амурный. Да, представьте себе, подводные лодки очень даже способствовали любви! Но, об этом мы как раз узнаем в следующем параграфе.

А пока кратко перечислим, что удалось воплотить Бушнеллу в его «Черепахе»:

Балластные цистерны были изобретены ранее, но здесь реализованы практически;Насосы для выкачивания воды из этих цистерн;Отделяющийся балласт (средство аварийного всплытия);Плоский двухлопастный винт в качестве движителя (прообраз гребного винта);Средства управления по курсу и глубине;Приборы подводной навигации;Специальное подводное освещение;Устройство для дыхания воздухом с поверхности (прообраз шноркеля);Специальное подводное оружие (плавучая мина с часовым взрывателем);Специальное приспособление для прикрепления мины к подводной части вражеского корабля.

Фултон

Роберт Фултон (1765–1815) начал свою непростую жизнь в Америке, родившись в обедневшей семье шотландки и ирландца. Учился плохо, предпочитая постигать ремесло в оружейных мастерских. В 17 лет приделал на свою лодку гребные колёса с ручным приводом. В 1786 году едет в Англию, чтобы там учиться живописи - а рекомендацию ему для этого дал сам Бенджамин Франклин. Тот самый отец-основатель американской конституции. Воистину удивительное внимание, не правда ли? Но при том, молодой Фултон в Англии вёл жизнь едва ли не полуголодную, брался и за копирование картин, и за чертежи, и лишь в 1793 году получил наконец свой патент художника.

Но парой лет ранее, один английский аристократ приглашает бедного американского школяра в свой замок, погостить летом. И сводит там с двумя состоятельными людьми, бизнес которых был связан с перевозками грузов по каналам. Что все эти важные господа нашли в обществе нищего молодого красавца? Почему они решили предложить заняться улучшением перевозок по каналам художнику-недоучке? Однако Фултон взялся, и 3 года знакомился с водными путями, дамбами и мостами. Сделал множество различных изобретений. А в 1796 году опубликовал «Трактат об улучшении судоходства по каналам» (Treatise of the Improvement of Canal Navigation), на титульном листе которого впервые назвал себя инженером. И действительно, к этому времени он был в дружеских отношениях едва ли не со всеми ведущими английскими изобретателями, так что в его познаниях в механике нет никаких сомнений.

В 1797 году Фултон переезжает во Францию. Пригласил его туда посланник США во Франции (в 1796–1801 годах) Джоэл Барлоу (Joel Barlow, 1754–1812). На все годы жизни во Франции, домом Фултона стал дом Барлоу, а жена последнего (Рут) сделала Роберта своим любовником. Барлоу же имел дальний прицел. Как и его предшественник, он хотел предложить французам подводный корабль для противодействия английскому флоту. О "Черепахе" Бушнелла он знал очень хорошо. И не только из архивов посольства, о которых уже упоминалось в предыдущем параграфе. Бушнелл некогда жил в доме близкого родственника Барлоу. Так что Джоэл знал о подводном корабле едва ли не из первых рук, простите, уст самого изобретателя.

Теперь он увлёк идеей подводного корабля талантливого любовника совей жены. Воистину, чего не сделаешь ради блага Отечества... ну и собственно прибыли, конечно же. Ведь замысел был в том, чтобы продать секрет французам, да продать подороже. И, казалось, никто не справится с изобретением субмарины лучше Фултона. А уж если не сможет и он - то не сможет никто!

Какой шикарный сюжет пропадает! И до сих пор не воспет ни в литературе, ни в кино. Хотя нарочно такого не придумаешь. И если Вы, мой читатель, сами сочинитель - то не брезгуйте погружаться в реальную историю. Она одарит Вас теми былинами, что нарочно ни за что не выдумать.

Теперь оставим любовные интрижки в стороне, и обратимся к собственно подводным кораблям Фултона.

Проект подводной лодки «Наутилус», 1797 год. 1 — якорь; 2 — брашпиль; 3 — корпус; 4 — механизм подачи минного троса; 5 — водонепроницаемая переборка; 6 — рубка для наблюдения, с входным люком; 7 — бурав; 8 — механизм для заваливания мачты и складывания паруса; 9 — мина; 10 — парус; 11 — балластная цистерна; 12 — гребной винт; 13 — вертикальный руль с размещенным на нем горизонтальным рулем; 14 — привод гребного винта; 15 — рулевая тяга; 16 — рычаг клапана балластной цистерны; 17 — киль

Прибор Фултона для изучения сопротивления воды движущимся телам различной формы: 1-лоток с водой, 2-испытуемая модель, 3 — шнур, 4 — блоки, 5 — груз

Форма корпуса с носовым закруглением была выбрана Фултоном не случайно, а на основании экспериментов с придуманным им же прибором. Тела разной формы буксировались через лоток с водой с помощью груза, оставалось лишь замерять время. Так Фултон выяснил, что оптимальной формой является каплевидная. Однако ещё десятки лет после него будут строить подводные аппараты и даже первые торпеды в форме веретена, на основании интуиции, а не эксперимента.

После размышлений, Фултон нарёк свой будущий подводный корабль «Наутилус» в честь головоногого моллюска южных морей «Nauttilux pompilius», живущего в раковине причудливой формы и умеющего погружаться и всплывать, а также плавать на поверхности воды, используя гребень раковины в качестве паруса. Парус, как видим, был предусмотрен и на субмарине, для движения в надводном положении. Сложив мачту, можно было идти вращая вручную винт, что давало скорость надводного хода в 2/3 узла. Если же погрузиться и идти в подводном положении, получая воздух с поверхности через воздуховодную трубу - то скорость возрастала до 1.2 узла. Однако этого было очень мало, а во время плавания вдоль берега волны выбросили лодку на камни.

Вторая субмарина имела схожую конструкцию, а так же улучшения. Парусом стало возможно управлять изнутри корпуса без выхода на палубу. Для навигации под водой использовался магнитный компас. Имелся медный шар со сжатым до 3 атмосфер воздухом - резервуар для дыхания при полном погружении. На испытаниях в бухте Бреста (имеется ввиду французский порт Брест) Фултон взорвал старый шлюп.

Но в 1803 году изменилась политическая ситуация, французы теперь не спешили устраивать диверсии у английских берегов. И не спешили оплачивать изобретение. Зато к Фултону в Париж приехал британский тайный агент "мистер Смит", предложивший работу на Англию. Фултон затребовал 10 тысяч фунтов. Все переговоры производились настолько секретно, что Фултону было предложено поехать в Амстердам и ждать ответа там. Изобретатель так и поступил, но, прожив в Голландии 3 месяца, ответа не дождался, и вернулся в Париж, полагая, что его требования отвергнуты. На деле же агент не мог встретиться с ним, вероятно подозревая слежку. И лишь убедившись в безопасности, "мистер Смит" нашёл Фултона в Париже, и вручил зашифрованное письмо самого министра внутренних дел Великобритании лорда Хоксбери (1770–1828), выражавшего полное согласие и сулившего щедрое вознаграждение.

В 1804 году, в Англии, между Фултоном и английскими канцлером казначейства и первым лордом адмиралтейства заключено письменное соглашение. Жалование 200 фунтов ежемесячно, кредит на 7 тысяч фунтов для работ, и вознаграждение в 40 тысяч фунтов - когда субмарина будет испытана. Напомню, в то время цена линейного корабля с 3 орудийными палубами и более чем сотней пушек - всего лишь 10 тысяч фунтов.

Требования к кораблю были таковы:

Подводная лодка, длиной 35 футов (10,6 м), шириной 10 футов (3,5 м (ошибка, ибо 10 футов = 3 м)), высотой 8 футов (2,44 м) должна вмещать команду до 6 человек и быть способна плавать под парусами «как простое рыбацкое судно» (видимо, для маскировки);Она должна вмещать достаточно припасов и пресной воды, чтобы команда могла находиться в море три недели (21 день);Члены команды должны иметь возможность свободно входить в лодку и выходить из нее под водой;Команда должна иметь возможность оставаться под водой не менее 3-х часов без обновления воздуха;Обновление воздуха должно производиться без всплытия на поверхность, посредством двух трубок, через одну из которых будет выпускаться испорченный воздух, а через другую впускаться свежий;Команда должна иметь возможность выходить на палубу и управлять судном как парусным;Там, где глубина не превышает 65 футов (19,8 м), а скорость течения не больше 3,5 узлов (6,5 км/час), лодка должна быть способной погружаться на глубину до 50 футов (15 м) и, встав на якорь, сохранять неподвижность;В открытом море лодка должна иметь возможность дрейфовать под водой на заданной глубине;В спокойной воде она должна легко управляться для движения во всех трех измерениях;Она должна нести на борту 30 буксируемых мин типа «торпедо», каждую с зарядом пороха в 100 фунтов (45 кг).

Обратите внимание, что Фултон называл "торпедами" - мины. В данном случае буксируемые. Но совершенно точно не самоходные. Самоходные торпеды изобретут только через 6 десятков лет.

Чертеж Фултона, показывающий устройство подводной лодки «Наутилус-3». А — носовой якорь; В — вертикальный винт; С — брашпиль с якорным канатом; G — резервуар водяного балласта; D — водяной насос; Q — вентиляционный насос; И — вентиляционная труба; J — коленчатый вал, соединенный с гребным винтом, с вентиляционными насосами и с брашпилем К второго якоря.

Проект рассматривала весьма серьёзная комиссия. И, как и во Франции, пришли к выводу, что создание подводного корабля возможно. Вот только... строить его никто не собирался. Фултон подписал договор, который ему ничего не гарантировал. Прежде нужно было провести атаку - а решение о ней принимало английское командование. Которое не собиралось использовать субмарину. За небольшие для Англии деньги изобретателя сманили из Франции, и теперь связали кабальным договором.

Фултону, правда, дали шанс провести атаку французских кораблей плавучими минами. Но мины взорвались в стороне от стоявших на якоре судов, не причинив последним никакого видимого вреда. А в 1805 году случилось Трафальгарское сражение, где французы лишились своего флота. Теперь ни субмарины, ни мины больше были не нужны.

Фултон долго добивался выплат, даже судился в арбитраже. Наконец, выручил кое-какие деньги. Немалые - но их хватило ровно чтобы покрыть накопившиеся долги. И уплыл обратно за океан, строить пароходы.

Но в 1810 году Фултон издал в Нью-Йорке брошюру «Торпедная война и подводные взрывы» (Torpedo War and Submarine Explosions). Эту книгу читали все изобретатели субмарин XIX века. И хотя боевых успехов добиться ему не удалось, но он значительно развил и теорию и практику подводного плавания.

И, между прочим, сам того не ведая, Фултон заложил основы современной фантастики. Да, представьте себе, мы в некотором смысле, обязаны этим жанром Фултону. Ведь в романе «20 тысяч лье под водой» Жюль Верн описывает подводный корабль «Наутилус» - а идея и название вовсе не вымышлены. Великий фантаст услышал от старого моряка рассказ о том, как тот ещё мальчишкой наблюдал испытания субмарины Фултона. А теперь попробуйте представить жанр фантастики вообще и паро-панка в частности - без Капитана Немо.

Шильдер - ракеты

Инженер-генерал Карл Андреевич Шильдер (1785–1854), потомственный русский дворянин, этнический немец. Ничего удивительного, ведь в Пруссии была точно такая же картина, только с потомственными немецкими этническими русскими. Раскол между народами, разделивший на "истинных арийцев" и "недочеловеков" вбили намного позже. А в XIX веке это ещё никому и в голову не приходило (кроме вольнолюбивого француза Гобино, но это случиться много позже). Пока что царит толерантность как по расовому, так и по сексуальному признаку. Люди гордились тем, какую пользу приносят Отечеству, вот в чём была принципиальная разница.

Друг Шильдера, инженер-генерал Базен рассказал ему о проекте, поданном в 1825 году политическим заключённым Казимиром Черновским. Проект описывал подводный корабль с наблюдательной башенкой, перископом для наблюдения при полном погружении, вентилятором для принудительной вентиляции через трубы, и кажется гребками (последнее, однако, не точно, потому что имеется эскиз лодки Черновского с вёслами). Шильдер изучил все доступные материалы по подводному делу, в записке к собственному проекту он ссылается на пример Дреббеля, Бушнелла, Фултона и других. И в 1834 году, в строжайшей секретности лодка была построена.

Корпус был из листов котельного железа толщиной 4.8 мм, приклёпанных к стальным же шпангоутам. Длина около 6 и, наибольшая ширина 1.52 м, высота 1.85 м, водоизмещение с балластом 16.4 т. Имелись две башенки с входными люками. По одним источникам кормовая была выше, это было место командира. По другим источникам обе имели одинаковую высоту. Известно, что Шильдер хотел сделать башни выдвижными, но обнаружил, что подвижные стыки протекают.

Модель подводной лодки Шильдера

Вооружение было мощнейшим. На носовом таране гарпун с пудовой пороховой миной с электрозапалом, чего, как мы уже знаем из главы про торпеды, было достаточно для выведения из строя абсолютно любого тогдашнего корабля. По другим сведениям пудовым был общий вес мины, а собственно пороха было на полпуда. Испытания показали, что и этого при взрыве у борта вполне достаточно. Много позже, в Гражданскую войну в США, 17 февраля 1864 года, подобной миной субмарина Ханли потопит шлюп северян «Хаусатоник». Но лодка Шильдера могла поразить врага и не приближаясь к нему, для чего имела 6 ракет Конгрева калибра 4 дюйма (101.6-мм) в металлических корпусах с пороховыми двигателями. Пусковые направляющие - железные трубы 4 1/2 метра длиной, заткнутые резиновыми крышками, собранные в пакеты по 3 с каждого борта. Наведение по горизонту поворотом корпуса лодки, а вот для возвышения направляющих до угла в 12° имелся особый механизм, поднимавший переднюю опору пакета. Пуск ракет электрозапалом, стрелять можно было даже из-под воды. Оружие достаточно совершенное, не уступавшее меткостью тогдашним пушкам, но за счёт зажигательного действия ракет, куда более губительное против современного им парусного флота.

Расчётная глубина погружения была 40 футов (чуть более 12 м). Для удержания на нужной глубине служили два якоря, выпускавшиеся из своих ниш в дне субмарины. Плавание с помощью хитрых гребков "гусиные лапки", складывавшиеся при движении вперёд и раскрывавшихся при движении назад. Вращали гребки рукоятки, которые крутили матросы внутри лодки. Экипаж по штату должен был составлять 10 человек: командир, рулевой и матросы на гребках (по двое на каждый гребок). Всего в команду было отобрано 13 человек: 1 унтер-офицер и 12 рядовых лейб-гвардии сапёрного батальона, которых отобрал сам Шильдер. Первое испытание на Неве, в безлюдном месте в 40 верстах по течению выше города, произведено при некомплектном экипаже из 8 человек - наблюдавшему с берега царю Николаю I показали манёвры под водой, подрыв пороховой мины и пуски ракет из-под воды. Казалось бы успех?

Устройство подводной лодки Шильдера (с подлинных чертежей изобретателя). 1 — башни, 2 — труба для выхлопа испорченного воздуха, 3 — труба для впускания свежего воздуха, 4 — вентилятор Саблукова, 5 — свинцовые гири, 6 — вороты для подъема и опускания гирь, 7 — вороты гребков, 8 — руль

Увы, гребки оказались неэффективны! Вроде бы на первых испытаниях удалось развить скорость в пол-узла. Но лодка спускалась по течению. В своё время точно так же плавала "подводная галера" ван Дреббеля. А вот на испытаниях 24—25 сентября 1841 года в Кронштадте, на канале Петра Великого:

«...Движение лодки было весьма медленным и в продолжение 35 минут времени пройдя только 183 сажени она не смогла продолжать плавания по случаю перелома стержня одного из гребков...»

183 сажени это 390 метров. Пройденные за 35 минут. В пересчёте на привычные морякам величины это скорость в 1/3 узла.

При этом, иллюминаторы башенки рулевого захлёстывало волной, и он не видел, куда шла лодка, так что сам Шильдер «находился вне оной на палубе, погруженный в воду по грудь в одежде из непроницаемой водою ткани», в ботинках со свинцовыми подошвами и давал указания через переговорную трубу.

Наконец, хотя английские ракеты действовали исправно, но при пусках 24 июня 1838 г. на северном рейде Кронштадта:

«...под водою воспламенены были две ракеты, которые по причине сильного волнения не могли долететь до своей цели и разорвались в волнах не в далеком расстоянии от лодки. Трубы, в которых находились ракеты, из опасения, чтобы оные не подмочило, были по распоряжению английского ракетного мастера Нассенберда закрыты герметически, отчего по выпуске пяти ракет трубы, наполнясь водою, значительно увеличили тяжесть лодки и были причиною неожиданного погружения оной...»

После нескольких лет испытаний, специальный комитет, на который был приглашён и сам Шильдер, постановил, что о боевом применении лодки говорить не приходится. Лодка была отдана изобретателю для занятий и улучшения, но за иными важными делами времени так и не нашлось, и она проржавела в сарае в полной безвестности. Лодка Шильдера трижды первой - первым подводным ракетоносцем, первой лодкой вооружённой миной, первой цельнометаллической субмариной (именно субмариной, металлический аппарат для движения по дну уже успели построить ранее). И, есть ещё четвёртое достижение - впервые была попытка реально применить перископ для наблюдения из-под воды.

Но вот скорости субмарине Шильдера катастрофически не хватало. Из-за высочайшей секретности она следа в покорении морских глубин не оставила.

Бауэр

Вильгельм Бауэр (Wilhelm Bauer, 1822–1875), баварец. Мы сейчас сказали бы "немец", но в годы его молодости Бавария была самостоятельным государством. Где в 17 лет он добровольцем пошёл служить в кавалерию. Позже в герцогстве Шлезвиг-Гольштейн, в артиллерии дослужился до капрала. А в 1849 году, отставной капрал, на частные пожертвования в сумме 14 тысяч талеров, приступает к постройке своего "Ныряющего брандера" (Der Brandtauscher). Водоизмещением надводное 27.5 тонн, подводное 30.5 тонн, длина 26.5 футов (8.07 м), ширина 6.65 футов (2.02 м), высота корпуса в средней части 10 футов (3.06 м), в носовой части башенка для рулевого и здесь высота корпуса 11.5 футов (3.51 м), судно железное. Расчётная глубина погружения до 30 м, осущение балластной цистерны ручным насосом. Движитель трехлопастный гребной винт, который вращали 2 члена экипажа, наступая ногами на большое колесо, через зубчатую передачу. На испытаниях достигнута скорость в 3 узла, чего уже достаточно для управления лодкой по глубине с помощью горизонтальных рулей (при меньшей скорости они не действуют). Однако Бауэр не использовал такие рули, а вместо них установил внутри корпуса стержень с перемещаемым по нему грузом в полтонны весом - смещая его, он изменял дифферент лодки на нос или на корму.

Но Бауэру патологически не везло. Лодку спустили на воду 18 декабря 1850 года. Есть легенда, что якобы лодка тут же попыталась атаковать корабли датчан, но те испугались и уклонились от боя. В реальности ничего подобного, конечно же, не было. Всё было прозаичнее и хуже - по неизвестной причине лодка затонула. Её подняли, и 1 февраля 1851 года Бауэр хотел выйти на ней в море, чтобы атаковать датчан. На борту так же были кузнец Томсен и плотник Витт.

Когда Бауэр хотел погрузиться на 10 метров, скользящий груз слишком быстро пошёл вперёд, лодка резко накренилась и под углом в 34° ушла на глубину в 60 футов (18.3 м), где тяжело ударилась о дно и легла на левый борт. Вдобавок от удара сломался насос для откачки воды из балластной цистерны.

Бауэр не поддался панике. С помощью гаечного ключа он заставил спутников сидеть под водой 6 с половиной часов и ждать. Когда через трещину в корпусе вода заполнила лодку на 3/4, давление внутри уравнялось с наружным. Только тогда Бауэр открыл люк и, как он сам позже сказал об этом, они вылетели «как пробки от шампанского». Это было первое в мире спасение с затонувшей субмарины.

Но за каждым подвигом стоит чьё-то разгильдяйство. А иной раз - чья-то подлость. Бауэр полагал себя недостаточно образованным, и всецело доверял советам Карстена, профессора физики из Кильского морского училища. А тот намеренно внушил изобретателю вредные изменения конструкции, а после аварии развернул в газетах травлю изобретателя. Честное имя Бауэра было опорочено.

Кстати, лодка сохранилась до наших дней в военном музее Дрездена.

Бауэр разработал новый проект и с ним обратился к баварскому королю Людвигу. Тот не смог профинансировать работы. Тогда Бауэр отправился в Австрию, долго обивали пороги чиновников в Вене, но наконец предстал перед императором Францем-Иосифом I. Техническая комиссия одобрила проект и постановила выделить 100 тысяч крон на постройку субмарины. Но против выступил министр торговли с лозунгом о негуманности подводной войны. Тогда Бауэр едет в Англию, где добивается встречи с мужем королевы Виктории принцем Альбертом, баварцем по рождению. Учёная комиссия снова одобряет проект.

Тогда принц Альберт просит известного инженера Скотта Рассела (John Scott Russell, 1808–1882), владельца судостроительной верфи на Темзе, принять участие в проекте. И в течение 7 месяцев Бауэр работал в Гринвиче, в конструкторском бюро фирмы «Scott Russel & Со». Однако Рассел снял копии с чертежей Бауэра, да и выставил того вон! Бауэр понял, что тут ему правды не добиться, и поехал пытать счастья в России. А Рассел позже получил от правительства Англии 7 тысяч фунтов на постройку субмарины по украденным им чертежам. Эта лодка должна была стать несколько крупнее, никакого опасно скользящего груза внутри больше не было, а главное Бауэр планировал установить на неё двигатель "взрывного действия" мощностью в 96 л.с.

Но Рассел решил внести в конструкцию отставного капрала улучшения - которые в 1855 году привели к утоплению лодки в первом же погружении на Темзе! Позорный конец для изделия именитого кораблестроителя. Впрочем, казённые денежки он всё равно себе присвоил.

В это время Бауэр уже построил новую лодку в России. Строил для обороны береговых крепостей и обошлась постройка в 74 тысячи рублей. Называл он свой новый корабль «Морским чертом» (See Teufel). В течение лета 1856 г. в Кронштадской гавани были произведены 133 успешных погружения на глубину до 19 футов (5.8 м), причем во время одного из них лодка пробыла в подводном положении 8 часов - как и обещал Бауэр. Между прочим, во время погружений он установил, что для нормальной жизнедеятельности человека в лодке достаточно 31 кубического фута кислорода в час, тогда как ранее полагали что 180 кубо-футов.

Пришла пора платить денежки. А русское начальство отчего-то невзлюбило немца. Поэтому для финального испытания место было выбрано мелководное, да заросшее водорослями. Командовавший лодкой лейтенант Федорович знал об этом, но немцу не сказал. Лодка запуталась винтом в водорослях. Бауэр выкачал воду из балластных цистерн и принялся отсоединять чугунный балласт для аварийного всплытия. Нок этому времени нос лодки, а с ним и входной люк, оказались над водой. Никого не предупредив, Федорович вышел, оставив люк раскрытым. Его подобрала плававшая рядом шлюпка. Внутри лодки же заметили неладное, только когда через люк стала захлёстывать волна. Бауэр тут же отдал приказ покинуть лодку, всех людей подняли из воды, но лодка затонула на глубине 6 метров.

Бауэр деятельно занялся подъёмом лодки - и поднял-таки её. За это он был отмечен дипломом с присвоением звания подводного инженера и пожалован особой формой одежды. Это вызвало новый всплеск зависти. И лодку, вместо доставки на завод для исправления, утянули буксиром на пустынный берег Охты, где и бросили ржаветь.

Бауэр предложил тогда построить новую лодку. Теперь уже с паровой машиной для надводного хода и пневматической для подводного. Причём - в отличие от созданного позже французского "Ныряльщика", в проекте Бауэра имелся компрессор, чтобы в надводном положении паровая машина могла накачивать баллоны воздухом для подводного хода.

А ещё он требовал обещанных денег.

Комиссия постановила, что обещания свои Бауэр выполнил не все. Главной претензией была низкая скорость. Так 16 июня 1856 года лодка, плавая на поверхности, прошла 100 сажен (185 метров) за 17 минут и больше двигаться не смогла «по причине совершенного изнеможения людей, приводивших в движение гребной винт». В узлах это будет 1/3 узла - скорость не лучше, чем ранее у Шильдера. И это возражение было справедливым.

Потому денег ему не заплатили, а предложили ехать в Иркутск, чтобы в тайне создавать «подводный корвет» там. Бауэра известие, что его хотят отправить в Сибирь так "обрадовало", что он уже и без денег мечтал уехать из России. Но разрешили это ему только весной 1858 года.

Он вернулся в родную Баварию и пытался через газеты собрать там средства для постройки своего "подводного корвета". Теперь уже в проект был заложен турбинный двигатель единого хода! Но...

Бауэр был простолюдин. Даже сама его фамилия означает "крестьянин". У него не было приставки "von". Он был чужой для господ аристократов. И если некоторые монархи и относились к нему, как к самородку из народа - то многие другие облечённые властью смотрели исключительно как на выскочку. При этом "выскочка" платил взаимностью. И критики не терпел.

«Le Plongeur» - пневматический двигатель

«Le Plongeur» означает "Ныряльщик". Спроектировали корабль инженер-кораблестроитель Шарль Брюн (Charles Brun, 1821–1897) и капитан I ранга (а с 1868 года контр-адмирал) Симон Буржуа (Simeon Bourgois, 1815–1887). Построено в 1864 году, тогда же начаты испытания на реке, а в 1864 году в море.

Субмарина была железной, надводное водоизмещение 420 тонн, полное подводное 453.2 тонны, длина составляла 42.5 метра, ширина 6 метров, высота от киля до купола рубки 4.35 метра. Экипаж 12 человек команды и 1 офицер. Корпус имел сплюснутую сверху примерно сигарообразную форму, 5 водонепроницаемых поперечных переборок делили его на 6 отсеков. За второй от носа поперечной переборкой начинались две продольные переборки длиной 22 метра. Между ними находился коридор для людей шириной 170 см и высотой 260 см, разделенный поперечными переборками на три отсека. Глубина погружения 10 метров.

«Le Plongeur» сечение по миделю и по горизонтали

Двигал лодку 4-лопастный гребной винт диаметром 2 метра. А его вращала 2-цилиндровая пневматическая машина мощностью 80 л.с., сжатый до 12 атмосфер воздух для которой хранился в 23 металлических баллонах из 8-мм стали, каждый длиной 7.25 и диаметром 1.12 м, общим объемом 117 кубометров. Хватало этого запаса на 3 часа хода. Скорость по проекту предполагалась в 9 узлов - реально же вышло в надводном положении 5 узлов, в подводном 4 узла. Такой большой расход связан с относительно большим диаметром цилиндров машины в 32 см. Отработав в двигателе воздух выпускался внутрь лодки для дыхания экипажа. Но это приводило к необходимости стравливать его излишки за борт, демаскируя лодку пузырьками.

Поэтому лодка никогда не несла вооружения и была списана уже через 3 года после постройки. Но, благодаря прочному корпусу, прослужила до 1935 года портовым угольщиком.

Однако с ней связана легенда самого нового времени.

Википедия говорит, что мол лодка Фултона никак не могла воодушевить Жюль Верна, ведь Фултон предлагал свою лодку и англичанам. Потому де великий фантаст вдохновлялся "Ныряльщиком", который уж был 100% французским кораблём. И даже, уверяет Википедия, Жюль Верн был знаком с проектом этой субмарины. Так вот: это абсолютная выдумка. На деле Жюль Верн полностью повторяет все доводы Фултона в пользу названия подводного корабля в честь необычного моллюска. А "Ныряльщик" строился в обстановке должной секретности, и всё, что мог знать литератор Жюль Верн - это газетные статьи про "Ныряльщик", которые читал тогда весь мир.

И, скорее всего, именно статьи про "Ныряльщик" могли натолкнуть Уайтхеда на мысль сделать свою самодвижущуюся мину на пневматическом двигателе.

Кстати о торпедах. Неосведомлённость Жюль Верна о некоторых технических новинках, показывает пример с торпедами, про которые он узнал только после издания своего романа. И очень огорчился. Сказывают, даже хотел выкупить весь тираж своей книги. Между тем, к времени издания романа, торпеды не только были изобретены, но уже пару лет как производились серийно Уайтхедом на его заводе в Фиуме. Надо полагать, что если бы Жюль Верн был допущен к наблюдению за постройкой французской субмарины, то был бы в курсе подобных военно-морских технических новинок.

Тем не менее, русская Википедия настаивает на нелепой версии, вот цитата:

«"Наутилус" имел ряд технологических заимствований у французской субмарины: резервуар для сжатого воздуха в носовой части, механический привод винта, шлюпка.»

Право же, те кто писал эту статью для Википедии даже поленились заглянуть в чертёж "Ныряльщика" - у него не "резервуар для сжатого воздуха в носовой части" - а много таких резервуаров вдоль всех бортов (правда на продольном разрезе этого не видно, там взгляду открывается только один, отсюда и ошибка). И, как мы уже знаем, резервуар для воздуха был ещё в "Наутилусе" Фултона.

Выражение "механический привод винта" оставим без комментариев (никаких иных тогда ещё не было, таким же он был и у Фултона, и вообще на любом пароходе).

Вот разве что шлюпка. В романе Жюль Верна её конструкция не раскрыта. Вероятно потому, что газеты, которые он читал, мало уделяли этому внимания, предпочитая описывать вооружение "Ныряльщика", которого на самом деле тот так никогда и не получил. А вот особая металлическая шлюпка в самом деле была, могла вместить в себя весь экипаж, вход был через люк из субмарины, после отсоединения 3 винтов шлюпка всплывала. На счастье, воспользоваться ею экипажу так ни разу и не довелось.

Джевецкий - крупная серия

Стефан Казимир, а по-русски Степан Карлович Джевецкий (1843–1938) богатый польский дворянин из Подольской губернии. С детства жил в Париже выучился на инженера-механика. На Всемирной выставке в Париже в 1873 году был замечен великим князем Константином Николаевичем, в ту пору возглавлявшим морского ведомства. И тот предложил изобретателю должность члена Морского Технического Комитета с окладом 500 рублей в месяц. Это, конечно, в 10 раз меньше, чем платили Александровскому, которого мы уже знаем из главы о торпедах. Но Джевецкий был достаточно богат, чтобы все свои лодки строить за собственный счёт.

Впрочем, начал он не с субмарин, а с создания прибора для автоматической прокладки курса корабля на карте, который имел устройство для компенсации девиации магнитного компаса. В 1876 году поступает добровольцем на вспомогательный крейсер, а попросту вооруженный пароход «Веста», на коем в июле 1877 г. участвовал в бою с турецким броненосным корветом «Фетхи-Буленд», и за храбрость был награжден Георгиевским крестом 4-й степени.

В это же самое время, в 1876 году, Джевецкий спроектировал «Подаскаф», субмарину водоизмещением около 2 тонн и размерами 4.5 x 1.5 x 2 м. Двигал её гребной винт, с приводом велосипедного типа с педалями для ног. Лодку построил завод Бланшарда в Одессе к августу 1878 года.

Оружием лодки была мина из 2 связанных меж собой контейнеров с 25 кг динамита каждый. Их следовало подвести под днище цели и, отойдя на безопасное расстояние, взорвать. На испытаниях это удалось, но Морское ведомство не заинтересовалось.

Тогда Джевецкий строит «Подводный минный аппарат», но теперь уже в Петербурге на Невском заводе в 1879 году. Водоизмещение 6 тонн, длина 19 футов (5.8 м), ширина 4 фута (1.22 м), высота 5 1/2 футов (1.63 м). Поперечное сечении похоже на треугольник, обращенный вершиной вниз.

Экипаж 4 человека. Все в центре корпуса на скамье, двое лицом к носу, двое к корме, а головы всех в куполе с иллюминаторами. Так что лодка имела постоянный круговой обзор. Кроме того рулевой или командир могли воспользоваться неподвижным призматическим перископом Доденара, снабжённым в нижней его части увеличительным стеклом.

Имелась регенерация воздуха. Воздушный насос, с приводом от гребного вала, прокачивал выдыхаемый воздух через раствор едкого натрия, поглощавший углекислоту. Так же, через определенные промежутки времени, добавлялся сжатый кислород из баллона.

Двигатель был живой. Все члены экипажа работали на педалях, вращая два гребных винта - носовой и кормовой. Причём кормовой мог поворачиваться в горизонтальной плоскости для изменения курса, а носовой — в вертикальной плоскости, опуская или поднимая нос лодки. Скорость хода достигала 3 узлов, что для мускульного привода было очень хорошо. Да и моторы, как мы увидим, не шибко превосходили этот подводный велосипед.

Вооружение было в принципе тем же, что и на предыдущей лодке. Разве что теперь мины содержали в каждом из своих контейнеров по 2 пуда динамита. И было таких мин их две.

Именно на этой лодке Джевецкий предстал перед Александром III и императрицей. Произошло это на озере в Гатчине, по которой императорская чета плавала в шлюпке. Джевецкий же в своей лодке погружался и проходил под шлюпкой. Затем всплыл рядом с бортом и, открыв люк, преподнёс царице большой букет орхидей со словами:

«C'est le tribut de Neptune a Votre Majeste» (Это дар Нептуна Вашему Величеству)

Разумеется, такой политес дал результат. Александр III тут же приказал присутствовавшему в свите военному министру П. С. Ванновскому построить 50 таких субмарин. Для чего? Для прибрежной обороны морских крепостей! А изобретателя наградить 100 тысяч рублей!

Это была первая в мире крупная серия подлодок! Она была построена в 1880-81 годах. Правда, серийные лодки имели некоторые отличия от прототипа.

Водоизмещение 5.8 тонн (чуть меньше). Длина 5.8 метров (как и прежде), ширина 1.3 м (чуть шире), высота 1.8 м (чуть выше). Изчез передний винт, который использовался для манёвра по глубине, потому экипаж уменьшился до 3 человек. Для изменения глубины на ходу теперь служили 2 перемещаемых внутри лодки груза по 20 пудов (320 кг) каждый. Их смещение придавало лодке дифферент. Рабочая глубина погружения до 8 м, и заданную глубину можно было удерживать с точностью до 20 сантиметров. Днем на глубине 6–8 метров через иллюминаторы проникал свет, достаточный для освещения внутреннего пространства. Добавилась труба для забора воздуха при нахождении на перископной глубине. Кстати и сам перископ заменён на призматический кругового обзора.

лодка Джевецкого в водолазном классе. Хорошо видны очень небольшие размеры серийной 3-хместной субмарины рядом с людьми

Вооружение те же мины, но теперь с мешками для воздуха, которые следовало надуть под днищем вражеского корабля, чтобы мины всплыли и прилипли к цели.

Однако всплывающие мины годились только для диверсий. Как практически применять сии лодки для обороны приморских крепостей никто не знал. Ах, если бы лодки были вооружены торпедами! И торпеды были, но... как мы помним из главы про торпеды, хранились они в то время на складах, ибо слишком дороги.

процесс изготовления одной из тех самых лодок. Кроме конструкции клёпанного корпуса субмарины, обратите внимание как одет русский мастеровой под конец XIX века - хорошо одет. Сапоги! Не лапти какие-нибудь.

Джевецкий попытался дать новую жизнь своим лодкам, создав свой "электроход". Его приводил в движение питаемый аккумуляторами электродвигатель в 1.8 л.с. Для эксперимента Джевецкий выпросил две из серийных лодок своей конструкции. Подводная лодка Джевецкого образца 1881 г., переоборудованная в электроход. 1 — аккумуляторные батареи; 2 — электромотор; 3 — балластная цистерна; 4 — передвигающийся груз; 5 — цепи, передвигавшие груз по направляющей штанге; 6 — место подводника; 7 — призматический перископ Доденара; 8 — вентиляционная труба; 9 — вертикальный руль

Аккумуляторы и электромоторы должна была поставить французская фирма «Бреге». Как вдруг французы отказались от заказа. Тогда Джевецкий сам разработал всё необходимое электрооборудование. Одну из лодок он оснастил гребным винтом, другую водомётом. На испытаниях в 1885 году, лодки шли против течения Невы 20 минут. Гребной винт показал 4 узла, водомёт 3 узла.

Но вооружение оставалось прежним - всплывающие мины!

Джевецкий разработал рамочные торпедные аппараты для своих лодок. Простые по конструкции, не создающие ни пузыря, ни изменения дифферента лодки при выстреле. И они были испытаны. И нашли применение. Вот только, правда, в основном на чужих лодках.

Джевецкий разработал и более совершенные проекты подводных лодок в 1887 и 1892 годах. С паровой машиной для надводного хода и электромотором для подводного, с торпедным вооружением и весьма прогрессивным двойным корпусом, как стали делать субмарины в следующем веке. Но построить их не мог. Однако публиковал свои проекты, представлял на французских выставках. Два французских конструктора - Губе и Лобёф - копировали его идеи, причём последний не скрывал своего восхищения трудами русско-польского изобретателя.

Влияние на умы конструкторов и развитие подводного флота в мире Джевецкий оказал.

А за лодками Джевецкого числится лишь одна заслуга, которую в некотором смысле можно причислить к боевым. В начале XX века неизбежность конфликта с Японией понимали, ведь Страна Восходящего Солнца не скрывала своей приверженности Англии - вечной противнице России со времён Ивана Грозного. И в 1900 году контр-адмирал В. К. Витгефт предложил доставить подводные лодки Джевецкого в Порт-Артур, да не как-нибудь, а обязательно с заходом в японский порт так, чтобы японцам стало известно о грузе. Обман на войне дело святое, японцы насторожились не на шутку. И с испугу заказали с десяток подводных лодок у англичан. Это уже были лодки с электро-моторами для подводного и бензиновыми двигателями для надводного хода. Пары бензина нередко отравляли экипажи или просто взрывались. Число потерь подводного флота росло ещё до начала боевых действий. Впрочем, гибель бензиновых субмарин была бедствием и русского флота. Но всё же страх перед ударом из-под воды оказался силён. И, зная о наличии русских подводных лодок во Владивостоке, японцы не решились его атаковать, ограничившись только борьбой за китайские территории.

Гэррет и Норденфельд - коммерческая удача

Джордж Уильям Гэррет (George William Garret, 1852–1902) священник, и сам сын священника, весной 1878 года забросил богоугодные дела и занялся изобретением подводных лодок. Кстати до этого он успел изобрести и успешно испытать «пневматафор» (pneumataphore) - автономный дыхательный аппарат для водолазов, с запасом сжатого воздуха, которого хватало до 37 минут пребывания под водой.

Теперь же 5 манчестерских бизнесменов-масонов дали ему по 2 тысячи фунтов каждый, и на этот капитал была открыта там же в Манчестере «Garret Submarine Navigation and Pneumataphore Co». Была построена одна субмарина под названием «Resurgam» (Возрождение), водоизмещением 4.5 т. Единственный член экипажа вручную вращал её винт, из-за чего скорость не достигала и 1 узла. Из этого изобретатель сделал вывод, что 1) в его конструкции всё правильно, но 2) субмарине нужен двигатель.

31 марта 1879 года Гэррет обращается на завод «Britannia Engine Works & Foundry» с просьбой посчитать цену работ по его новому проекту. Эскиз прилагался к письму. Завод оценил всё в 1538 фунтов, включая и материалы и работу.

«Resurgam-2» имел вид цилиндра с коническими оконечностями, причём средняя часть имела снаружи деревянную обшивку. Водоизмещение в надводном положении 30.5 тонн, длина 45 футов (13.7 м), диаметр 7 футов (2.1 м). Экипаж 3 человека.

вторая лодка Гэррета. Первая с паровым двигателем, и последняя которую он построил на свои деньги. Сам изобретатель в центре с маленьким сыном на руках. Сына он так же иногда брал с собой в плавание на этой посудине

Двигателем была паровая машина конструкции Юджина Ламма (Eugene Lamm), которая выпускалась с 1872 года для омнибусов в Сан-Франциско и для лондонских и нью-йоркских поездов метрополитена. Мощность её была 8 л.с. и она давала надводный ход до 4 узлов. Тут ничего необычного.

Необычное начиналось под водой. Большой котёл, занимавший значительное пространство внутри лодки, создавал пар максимальным давлением до 10 кгс/кв.см. При необходимости погрузиться, сперва, с помощью вентилятора, в котле поднимали давление до максимального, а затем изнутри запирали наглухо дверцы топки котла и его дымовую трубу. За счёт этого 15% воды в котле превращались в пар на остаточном тепле, что под водой давало ход 2.5 узла в течение 4 часов. Во время такого плавания внутри лодки температура поднималась до 100°F (47°C). А потом, разумеется, нужно было всплывать, вновь заливать воду в котёл и разводить в нём огонь.

И всё же лодка могла пройти под водой до 10 миль. По расчётам могла погружаться на 100 футов (30 м), при рабочей глубине погружения 50 футов (15 м). Вот только, правда, подводной лодкой она ни коим образом не была! Изобретатель забыл предусмотреть на ней уравнительные и замещающие цистерны или хотя бы скользящий груз. А рули глубины почти не действовали из-за малой скорости подводного хода (эти рули начинают работать лишь на 3 узлах, а лодка развила меньшую скорость). Не было глубиномера и даже компаса!

К тому времени лодкой вроде бы заинтересовался сам Торстен Норденфельд (Thorsten Wilhelm Nordenfeldt, 1842–1920), о котором мы уже знаем из истории скорострельных орудий. И вот тут версии о произошедшем расходятся. По оптимистичной, Гэррет успел совершить успешное плавание на своей лодке вдоль всего западного побережья Англии. А потом вышел в море снова, уже с самим шведским промышленником на борту. По реалистичной версии, Гэррет впервые вывел лодку в море из Ливерпуля в Портсмут, где изобретатель надеялся показать её шведу.

Как бы там ни было Гэррет и двое его спутников оказались на посудине с весьма низким бортом в штормовом море. Пришлось закрыть люк и сидеть в железном чреве всю ночь, не ведая, куда их несёт. Утром море успокоилось, но в окружающем тумане не было никаких ориентиров. А, как мы помним, компас на борту отсутствовал. На счастье мимо проходил пароход, который взял лодку на буксир до берега.

И тут реалистичная версия говорит, что Гэррет хотел доставить свою лодку непременно морем. Пусть даже и на буксире. На остатки своих капиталов он купил паровую яхту, взял субмарину на буксир, 24 февраля 1880 года в 10 часов утра вышел из порта... да только через пару дней, возле берегов Уэльса налетел шквал и утопил субмарину. Спустя 117 лет её там, на морском дне, и нашли аквалангисты. Это точно она, так что, по-видимому, верна именно реалистичная версия. Хорошо хоть в момент затопления на борту никого не было. Но Гэррет разорился.

Однако Норденфельд вдруг решил поверить изобретателю на слово, что его субмарины замечательны. И поручил Гэррету разработку настоящей боевой подводной лодки,вооружённой торпедами. Торпеды, как мы помним, к тому времени уже не были диковинкой даже к моменту постройки первой лодки Гэррета, той что на мускульном приводе. А уж к 1880 году моря вовсю бороздили миноноски, то есть небольшие кораблики с торпедами.

Новый замысел Гэррета как раз и заключался в том, чтобы сделать ныряющую миноноску. Назвали корабль «Nordenfeldt-1», заложили в пригороде Стокгольма в конце 1882 года, спустили на воду в июле 1883 года. А затем два года достраивали на воде уже почти готовый корабль. Почему темпы вдруг так замедлились? Ответ на это знал лишь один человек - греческо-подданый Василий Захаров, более известный как Basil Zaharoff. Мы уже встречались с ним, в главе о скорострелках. В то время он ещё работал на Норденфельда. Лишь в сентябре 1885 года работы были закончены, и лодка с 21 по 25 число прошла испытания на глазах специально приглашённых Базилем 39 наблюдателей из Европы, а также из Японии и Мексики. В январе 1886 года лодку купила Греция за 225 тысяч французских франков.

Схема устройства первой лодки Гэррета-Норденфельда. 1 — торпедный аппарат; 2 — паровал машина горизонтальных рулей; 3 — аккумуляторы кипящей воды; 4 — паровой котел; 5 — цистерна главного балласта; 6 — паровая машина вала гребного винта; 7 — теплообменник; 8 — выдвижной смотровой колпак; 9 — выдвижная дымовая труба; 10 — паровая машина вертикальных винтов; 11 — вертикальные винты; 12 — ограждение вертикальных винтов; 13 — насосы

Водоизмещение в надводном положении 60 тонн. Длина сигарообразного корпуса 64 фута (19.5 м), наибольшая ширина 9 футов (2.74 м), высота в центральной части от киля до крышки входного люка 11 футов (3.36 м). Набор корпуса из стальных кольцевых шпангоутов, находившихся в 3-х футах (0.91 м) друг от друга. К ним были приклепаны 5-мм стальные листы обшивки. Рабочая глубина погружения 50 футов (15 м), максимальная (по расчетам) 100 футов (30 м). Экипаж 3 человека, воздуха в баллонах им хватало на 6 часов под водой.

Двухцилиндровая паровая машина типа компаунд мощностью 100 л.с. вращала 4-хлопастной винт диаметром 5 футов (1.52 м), обеспечивая ход до 4 узлов под водой и до 6 узлов на поверхности воды. Согласно расчетам, в надводном положении лодка могла пройти 150 миль за 25 часов. В подводном — от 12 до 16 миль за 4 часа.

Впервые в истории субмарина получила вооружение из торпеды Уайтхеда 14-дюймового калибра, длиной 4.3 м, которая размещалась в носовой части вне прочного корпуса в специальной трубе-контейнере. Такие торпедные аппараты стали характерной чертой субмарин Норденфельда. Кроме того, позади наблюдательной башенки закреплялась буксируемая мина, хотя уже в русско-турецкую войну от подобных мин даже турки научились успешно защищаться.

По замыслу конструктора преимуществом лодки была её небольшая, примерно на 50 кг, положительная плавучесть. Это так же стало отличительной чертой его лодок. Запомним этот момент.

В греческом порту Пирей субмарину посетил офицер британского броненосца «Temeraire», лейтенант Сидней Эрдли-Уилмот (Sydney Eardley-Wilmot). В отчете он написал следующее:

«Субмарина устроена остроумно, однако погружается гораздо труднее, чем плавает на поверхности, в отличие от предыдущих лодок, которые легко погружались, но с трудом всплывали».

Вообще Гэррат немало опасался провалиться ниже допустимой глубины, где субмарину могло бы раздавить давлением воды, и предусмотрел сразу два устройства для предотвращения этого. Первое это автоматический регулятор глубины. Как только забортное давление достигало опасного предела, он отключал паровую машину вертикальных винтов. Они переставали работать на погружение и лодка начинала всплывать. Второе это маятниковый регулятор носовых горизонтальных рулей, удерживающий их всегда в горизонтальном положении, независимо от дифферента корпуса. Таким образом, на ходу лодка должна была сохранять глубину автоматически.

Между тем, лондонская «The Times» напечатала новость из Афин:

«испытания лодки в бухте Саламис 26 марта 1886 г. были признаны весьма успешными».

Газета, разумеется, попалась на глаза турецким дипломатам. Им было невдомёк, что новость чистой воды выдумка Базиля Захароффа, который уже давно обхаживал нового потенциального клиента. И напуганный клиент поспешил заказать сразу 2 подводные лодки, вошедшие в историю как тип «Nordenfeldt-2».

Схема устройства второй субмарины Гэррета-Норденфельда

Отметим только отличия от первой лодки. Надводное водоизмещение 160 тонн, длина 100 футов (30.48 м), диаметр в миделе 12 футов (3.66 м). Экипаж: командир + 6 матросов (две вахты по три человека). 2-хцилиндровая паровая машина компаунд 250 л.с. давала полный ход на поверхности 10 узлов, под водой 5 узлов. Запаса угля 8 тонн должно было хватать на 800 миль плавания 6-узловым экономическим ходом, либо 160 миль полным ходом. Запасённого пара - на 30 миль подводного хода. Впрочем, это были только расчёты, реальные показатели оказались в 1 1/2, а то и 2 раза ниже. Как и раньше погружение с помощью двух вертикальных гребных винтов, вращаемых двумя трехцилиндровыми паровыми машинами по 6 л.с. Но теперь винты эти были не по бокам корпуса, а ближе к оконечностям. Норденфельд заверял, что лодки снабжены компасами, манометрами и вообще всякими приборами, необходимыми для определения глубины погружения, уравновешивания лодки, очищения воздуха и всяких других потребностей, от удовлетворения которых зависит успех подводной войны.

сборка более совершенной лодки Гэррета "Норденфельд-2" Корпус то же клёпаный, как и маленькой субмарины Джевецкого. Другой технологии тогда ещё не было. А когда вспоминают что ещё в средневековье уже была кузнечная сварка - то это совсем про другое, и пусть схожее название не вводит читателя в заблуждение. Кузнечная сварка совсем не имеет отношения к сварке в современном понимании и корпус корабля или иной машины было невозможно соединить тем методом. Только заклёпки.

Обратите внимание, что механизмы уже установлены внутри корпуса! Это верфь в викторианской Англии, разумеется. Обычно говорят, что такой метод постройки внедрили только немцы на знаменитых субмаринах типа VII перед Второй Мировой. Как видите нет. Не даром Англия была кузницей мира, её производстве опережало весь мир на полвека!

К вооружению, кроме такой же торпеды, добавились две 4-хствольные картечницы Норденфельда дюймового калибра. Изобретателем их был Пальмкранц, но Норденфельд давно выкинул того из дела и продавал товар под своей маркой. А как выглядели те картечницы, можно увидеть в главе "Очерк о скорострелках".

А это та самая лодка с фото выше - только уже на службе турецкого флота. Лодка повёрнута носом влево. Некий короб на носу это трубчатый контейнер для торпеды. Посредине корпуса торчит дымовая труба - лодка была с паровым двигателем. И хорошо видно одну и можно разглядеть вторую (она теряется на фоне шлюпки с людьми) скорострельные картечницы Пальмкранца-Норденфельда.

Название «Абдул Хамид» при передаче туркам дано в честь царствовавшего турецкого султана. Но даже имя султана не помешало предприимчивым турецким матросам растащить корабельное имущество и часть механизмов

Субмарины назвали «Абдул Хамид» (Abdul Hamid) и «Абдул Меджид» (Abdul Mejid). Их строили в Англии, затем на пароходе в разобранном виде везли в Турцию, где собирали под руководством самого Гэррета. В 1886 году приступили к испытаниям первой лодки в Мраморном море. Она хорошо ходила в надводном и так называемом позиционном, то есть частично погружённом положении. А вот при полном погружении...

Российский подданный К. Дебу в 1905 году писал:

«Мне лично пришлось присутствовать при одной из проб лодки около Дарданелл. Лодка должна была пройти под поставленной на якорях баржой; задача не трудная, но ее выполнить лодке удалось не сразу: три раза она ударялась в борт баржи и только на четвертый раз проплыла под ней благополучно… Из разговоров с турецкими моряками, плававшими на подводной лодке, выяснилось, что во время полного погружения лодка оказывалась чувствительной ко всякому перемещению по ней экипажа и что плавание на ней в это время доставляло экипажу много неприятных минут»

Но самое худшее случилось, когда Гэррет выстрелил под водой торпедой. Лодка встала почти вертикально на корму и провалилась. Хорошо глубина была малой, и субмарина упёрлась в дно.

Но ведь Гэррет предусмотрел всё, чтобы такого не случалось!

Ирония в том, что именно из-за предпринятых изобретателем мер, субмарина и вела себя так странно. Виной внезапному погружению - положительная плавучесть. Она делала лодку неустойчивой. И действительно любое движение внутри субмарины колыхало этот зыбкий поплавок. Но ведь лодка была уравновешена при погружении? Да. Только уравновешена - с увесистой торпедой в носовой трубе. Когда же Гэррет выпустил торпеду, нос мгновенно облегчился. И закономерно устремился вверх. А вот корма так же неизбежно оказалась теперь тяжелее, и проворачивалась вокруг центра тяжести вниз. После чего лодка встала как рыбацкий поплавок вертикально И, наконец, вновь уравновесилась. Но теперь уже забортная вода заполнила пусковую трубу торпедного аппарата. И вся лодка в единый миг стала тяжелее. Но, в положении стоя на корме, её вертикальные винты не действовали вовсе. И она проваливалась, а придуманная Гэрретом автоматика была бессильна остановить это падение в бездну.

После этих испытаний турки отказывались служить на лодках Норденфельда, и их вытащили на берег. Где потихоньку растаскивали, так что к Первой Мировой обе были абсолютно не пригодны для плавания даже в надводном положении. Впрочем, получивших свои денежки Норденфельда и Базиля Захароффа это уже не интересовало.

Пришёл черёд новой лодки, названной «Nordenfeldt-З». Размещением заказа на постройку занимался Базиль Захарофф. И разметил он его так: котлы и машины изготовил завод «Plenty & Sons» в Ньюбэри, а в целом постройку вела компания «Barrow Shipbuilding», позже известная как компания Виккерса.

Да-да, того самого Виккерса. Пулемёты которого так ругал Базиль Захарофф. А затем устроил выгодную сделку с переманиванием Максима в компанию Норденфельда, да только мы уже знаем из главы "Очерк о скорострелках", чем это для каждого из них закончилось.

Лодку спустили на воду в марте 1887 года. Полное подводное водоизмещение составило 245 тонн. Корпус в целом веретенообразный, длина 125 футов (38.1 м), наибольшая ширина 12 футов (3.66 м). Оконечности лодки клиновидные, высота обоих штевней 12 футов. Переборки делили субмарину на пять изолированных отсеков. В 1-м отсеке (минном) находились два торпедных аппарата, с торпедами Уайтхеда в них, две запасные торпеды и пневматический насос для их перезарядки. На верхней палубе предусматривалась установка 47-мм пушки Гочкиса.

2-й отсек жилой, здесь каюты четырёх офицеров. 3-й отсек котельный, по объёму самый большой, тут два котла и запас угля. 4-й отсек машинный. 5-й отсек жилой, здесь кубрик для матросов, камбуз, кладовые провизии и запасного имущества. Сквозь этот отсек проходил гребной вал. Все отсеки освещались свечами, хотя уже давно на клиперах дикой России электрическое освещение. Впрочем, Англия даром что была кузницей мира, но вопрос электрификации в ней решался, тактично говоря, неоднозначно и неспешно. Так, австралийские подданные британской короны впервые увидели электрический свет, только когда к их берегам пришёл русский клипер. Да что там рядовые подданные. Один из туземных королей с островов Океании электрифицировал свой дворец раньше, чем электричество появилось во дворце английской королевы.

Англия как будто всеми силами сопротивлялась вступлению в электрический век.

Но вернёмся к конструкции «Nordenfeldt-З». 4-хцилиндровая паровая машина типа двойной компаунд, мощностью 1200 л.с. реально обеспечивала лодке до 18 узлов надводного хода и, ориентировочно, 4–5 узлов в течение 5 часов под водой. Запас угля 8 тонн, но сверх того можно было засыпать ещё 20 тонн в балластные цистерны. Тогда лодка теряла возможность погружаться, зато дальность плавания достигла бы 1000 миль на 9 узлах. Котел и цистерна-накопитель вмещали 27 тонн кипящей воды. Ее энергии должно было хватать на 20 миль подводного плавания. Запас воздуха был рассчитан на дыхание экипажа (9 человек) в течение 6 часов.

Видимо тот выстрел торпеды не прошёл для Гэррета бесследно, потому что в новой лодке он превзошёл сам себя, доведя запас положительной плавучести в полном грузу до 25%. И тут даже балластных цистерн на 35 тонн воды оказывалось мало. Даже при работе вертикальных винтов на полную, лодка погружалась с большим нежеланием.

Схема устройства третьей подводной лодки Гэррета-Норденфельда

Субмарина предстала перед публикой, во время военно-морского парада по случаю 50-летия царствования королевы Виктории, летом 1887 года в Спитхэде. Был произведён пуск торпеды, правда только из надводного положения. Всё это произвело впечатление на присутствовавшего русского царя Александра III, и тот повелел лодку купить. Но прежде будущую покупку изучил главный инспектор минного дела контр-адмирал Диков. Возглавляемая им комиссия выходила на лодке в море в декабре 1887 года, после чего пришла к выводам: 1) лодка не подводная, погружается с трудом, так и норовит выскочить на поверхность как поплавок 2) погружение очень сложно, ведь для этого приходилось снимать дымовые трубы 3) условия для экипажа скверные, а при длительном плавании невыносимые

Сделка сорвалась. Лодку зачем-то повели на буксире в Швецию, но она затонула возле берегов Дании. Когда же её подняли, то...

... её забрал себе в собственность Базиль Захарофф, как страховое вознаграждение. Этот ловкий пройдоха не упускал любого случая поживиться за чужой счёт, даже если это счёт компаньона по бизнесу.

На этом собственно история лодок Гэррета-Норденфельда и закончилась. После пары оставшихся на бумаге проектов, Гэррет вконец разорился, уехал в Америку, служил там капралом, да и умер в бедности. Его коммерческие партнёры жили долго и счастливо. Особенно авантюрист Базиль, ставший и сэром и пэром в прямом смысле. И нам остаётся только гадать, за какие же такие услуги его так щедро отблагодарил Ротшильд.

Собственно наш рассказ не про политику и закулисные авантюры.

Недостатки всех лодок Норденфельда: 1) положительная плавучесть - которая играла злые шутки, то заставляя лодку выныривать из воды, то утопляя после пуска торпеды 2) паровая машина

Паровую машину с громоздким паровым аккумулятором следовало заменить на двигатель Стирлинга. Стирлинг кстати то же англиканский священник, как и Гэррет. И двигатель свой к тому времени давно уже изобрёл в той же самой Англии. Но почему-то Гэррет об этом двигателе не знал.

А между тем стирлинг разом решил бы многие проблемы. Для него аккумулятором тепла могла бы работать массивная чугунная плита - стало быть долой громадный бак на 8 тонн воды. И погасить топку теперь можно почти моментально, ведь нет необходимости прежде нагонять давление в паровом котле. Самого котла нет, а это ещё несколько тонн веса, а главное как минимум пара кубометров такого дефицитного пространства внутри лодки. И остывает чугунная плита заметно медленнее, чем водяной пар - так что лодка могла бы оставаться под водой едва ли не сутки, сохраняя ход.

И, наконец, стирлинг не даёт демаскирующих пузырьков. Но ни Гэррат, ни Норденфельд про этот удачный двигатель не знали. А к электричеству оба испытывали предубеждение, хотя и слышали об успешных опытах на субмаринах других изобретателей,

Тот самый Голанд

Так его называли в России, которая купила несколько лодок его конструкции. Вообще-то не все из тех лодок сконструировал он. Но все они носили его имя. Почему?

Джон Филипп Холланд (John Holland, 1841–1914) ирландец. В США эмигрировал в 1873 году, после того как попал под подозрение в анти-английской деятельности (Ирландия тогда была колонией Англии). Работал школьным учителем, а попутно, в 1875 году, предложил флоту США свой проект "подводной байдарки", которую задумал ещё в Ирландии.

Подводная байдарка Джона Холланда. Рисунок изобретателя (вверху) и рисунок Барбера (внизу)

Деревянная лодка, по виду как эскимосский каяк, длин 16 футов (4.88 м), ширина 20 дюймов (51 см), высота 2 фута (61 см). Единственный член экипажа сидел в водолазном костюме и не вращал - а толкал педали. Это было замечательной находкой, так как при таком движении удаётся наиболее полно реализовать силу мышц ног. Холланд считал, что его судно под водой будет обгонять надводные шлюпки, и уж как минимум разовьёт 3 узла. Как мы уже знаем, это было вполне достижимо для мускульного привода гребного винта, а тут ещё способствовали острые обводы с весьма малым сопротивлением.

Небольшая лодка могла незаметно выполнять диверсии, но американский флот этим не заинтересовался. Все думали о эскадренных боях, а о диверсиях на стоянках кораблей вспоминали только с началом очередной войны. До ближайшей войны флоту США было ещё два десятка лет.

Но в США обосновалась организация ирландских эмигрантов «Fenian United Brotherhood» («Братство фениев»). Холланд построил модель субмарины, которую показал фениям. Сказывают, те пили много пива, от этого были веселы, и модель привела их в восторг. Вот теперь-то они покажут проклятым англичанам!

«Холланд № 1» получила мотор, правда только для надводного хода. Водоизмещение в позиционном положении, когда только рубка на поверхности воды - 2 1/4 тонны (вес лодки вместе с мотором плюс вода в цистернах). Длина 14 футов 6 дюймов (4.42 м), ширина 3 фута (0.91 м), высота по корпусу (без учёта рубки) 2 фута 6 дюймов (0.76 м). «Подаскаф» Джевецкого на мускульной тяге и то был крупнее.

Корпус субмарины «Холланд № 1» в музее

Корпус был двойным: внутренний цилиндрический заключён в похожий на 4-хгранное веретено внешний короб. Который, с свою очередь, делился переборками на 4 балластных цистерны, две из коих основные, а две уравнительные. Сам корпус строили с декабря 1876 года в Олбани, затем, в начале 1878 года, отбуксировали в Патерсон, где фирма «J. Todd & Co» установила 2-хцилиндровый керосиновый мотор мощностью 4 л.с. Все постройка вместе обошлась в 4 тысячи долларов.

22 мая 1878 года 8 пар тяжеловозов вытащили лодку на мост через реку Пассаик, откуда её скинули в воду... и она тут же утонула. Как выяснилось после подъёма, виновата плохая клёпка корпуса. Брак устранили. Но лодка пролежала в воде 2 дня. И на новых испытаниях хоть и не тонула, но мотор не желал заводиться. А Холланду нужно было во чтобы-то ни стало показать, что деньги община потрачены не зря.

Тогда он нанял паровой баркас, подогнал его к лодке, через шланг подал пар в цилиндры мотора - и вот так заставил их работать. После этого он плавал в лодке туда и сюда - насколько позволял шланг. Тогда он решился отсоединить шланг и приступить к первому заныриванию. Поставил рули на погружение, задраил люк, набрал в цистерны ровно столько воды, чтобы сохранить небольшую плавучесть, и нажал на педали - лодка нырнула. И как только Холланд прекратил вращать винт, субмарина всплыла. Лишь после этого изобретатель решился на полноценное погружение и провёл на дне реки целый час на глубине в 12 футов (3.66 м). Всего же запаса сжатого воздуха в баллоне хватало 1 человеку на 5 часов.

Мотор удалось починить, он давал лодке аж 3 1/2 узла, то есть лишь чуть быстрее, чем на педальном ходу. Холланд ещё экспериментировал с этой лодкой, в частности перенёс горизонтальные рули из центра корпуса в корму, где, как выяснилось, они работали эффективнее. А потом, снял с лодки всё сколь-нибудь ценное и утопил её. Через 48 лет её нашли и в сентябре 1927 года подняли и подарили местному музею.

«Fenian Ram» (Фенийский таран) начат постройкой в мае 1879 года и должен был стать уже полноценной субмариной. Но денег у фениев оказалось не так много, а постройка обошлась в 18 тысяч долларов, что всего на пару тысяч было меньше заранее согласованной предельной цены. Так что платили они потихоньку, и спустили эту лодку на воду только 2 года спустя, а именно 1 мая 1881 года. Так что желающие могут отмечать на первомай ещё и рождение ирландского подводного флота. Впрочем, корпус ещё пришлось отбуксировать в другой город, для установки мотора.

Фении хотели сохранить всё в строжайшей тайне. Владелец верфи - наоборот, желал сделать себе рекламу. И делал. Так что, за 2 года, лодку осмотрели шведы, итальянцы, русские, немцы и даже два турка, а британские дипломаты выкупили у владельца верфи её чертежи. Местные американские журналисты вовсю писали о "Фенийском таране".

«Fenian Ram»

Надводное водоизмещение 17.5 тонн, подводное 19 тонн, длина 31 фут (9.45 м), диаметр в центральной части 6 футов (1.83 м), высота от киля до крыши рубки 7 футов 3 дюйма (2.24 м).

Двигатель 1-цилиндровый двухтактный газолиновый (керосиновый) мотор Брайтона мощностью 15 л.с., который также приводил в действие воздушный компрессор для заполнения резервуаров сжатым воздухом. Резервуары эти были в оконечностях на 8 футов (2.4 м), общая емкость около 3200 кубических дюймов. Лодка плавала под водой на том же моторе, питаемом воздухом из резервуаров, на глубине до 45 футов (13.7 м). Холланд опускался и на 60 футов (18.3 м), но перед этим выключал мотор.

Экипаж предполагался из 3 человек, практически в лодке могли разместиться только сам изобретатель и механик. Для входа имелся люк на крыше рубки, но, что интересно, был и второй люк - в дне лодки - что, в теории, позволяло выходить из него водолазам под водой, как из водолазного колокола.

Но самым интересным было оружие.

В это же самое время, на той же верфи «Delamater Iron Works» в Олбани, работал и Джон Эриксон над своим экспериментальным миноносцем «Destroyer», вооружённым реактивной торпедой. Холланд попросил у него - взаймы(!) - пневматический минный аппарат. Эриксон дал к этому аппарату ещё и несколько мин. Разумеется, практических, то есть без взрывчатки, но имеющих ту же баллистику, что и боевые. Именно этот аппарат, или как его тогда называли, "минная пушка", и установлен в носовой оконечности "Фенийского тарана". Калибр 9 дюймов (229 мм), ствол длиной 11 футов (3.35 м), рабочее давление воздуха составляло 15 атмосфер.

Ожидалось, что метательная мина длиной 6 футов (1.83 м), снаряженная 100 фунтами (45.4 кг) взрывчатки, пролетит по воздуху до 300 ярдов (274 м), а под водой хотя бы 130 ярдов (около 40 м). Однако при первом же выстреле из позиционного положения субмарины, мина прошла под водой 8 футов (2.5 м) и еще около 65 футов (20 м) по водной поверхности, после чего круто ушла на дно. Для второй попытки Холланд поднял давление до 600 фунтов на квадратный дюйм (то есть почти втрое выше штатного) - тогда мина улетела вдвое дальше и через 45 м ударила в сваю мола, перепугав находившихся на нём рыбаков.

Между прочим, всё могло окончиться не только лёгким испугом. Однажды Холланд врезался в 12-дюймовую (30.5 см) деревянную сваю мола. Та раскололась, и обрушился целый пролет мола, покрытый толстым слоем брусчатки. Самое интересное, что подводная лодка от столкновения не пострадала.

Холланд строил там же ещё и «Fenian model» - лодку, предназначенную для экспериментов. Но в конце ноября 1883 года, тёмной ночью, воинственные фении угнали обе лодки на буксире. "Фенийскую модель" они, по разгильдяйству, утопили по дороге, а "Фенийский таран" рвались пустить в бой. Но точно не раньше, чем выпьют всё пиво. Да и вообще дело было не в воинственном настроении - а в растрате денег и судебном процессе. И руководство боевого братства решило, что война с проклятыми англичанами может и подождать, а вот дорогостоящее имущество надо спасать и перепрятать, пока за ним не явились приставы. Но, перегнав лодку в другой порт, они принялись плавать внутри гавани, не соблюдая правила навигации, за что начальник порта в ярости выгнал их вместе с их посудиной. Тогда они вытянули лодку на берег, да и бросили там. Пытались продать русскому морскому агенту, но ничего из этого не вышло. Лишь много позже лодка, уже как музейный экспонат, использовалась совсем другой группой ирландцев для благотворительного сбора средств в помощь нуждающимся.

После такого поступка "боевых товарищей" Холланд однозначно охладел к революционным идеям.

«Zalinski boat» - лодка вооружённая динамитной пушкой Жалинского (или Зелинского). Предложение спроектировать поступило неожиданно в 1883 году от фирмы «Pneumatic Gun Company» самого Эдмунда Жалинского (Edmund Zalinski). Надо сказать эти динамитные пушки обладали огромной по тем временам мощностью и в береговой охране США дослужили кое-где до 1939 года, то есть дотянули до самой Второй Мировой. Конечно, дальность их стрельбы до 5 км уже была маловата, зато мощь динамитного снаряда в разы превышала аналогичный с тротиловой начинкой.

Корпус имел железный набор с деревянной обшивкой, длина 50 футов (15.24 м), ширина до 8 футов (2.44 м), наибольшая высота 10 футов 6 дюймов (3.23 м). Двигатель керосиновый мотор Брайтона.

Вооружение пневматическое орудие Жалинского с дальностью стрельбы в полмили. Столь скромная дальность обусловлена малой длиной ствола, а длинный ствол в лодке разместить было негде. Замысел был в том, что, придавая лодке дифферент, можно изменять угол склонения ствола. На практике этому, конечно же, лодку качали бы морские волны, и прицельного выстрела не вышло бы. Впрочем, для обстрела береговых укреплений или кораблей на стоянке, когда лодке удалось пробраться в гавань, волны не помешали бы.

Но при спуске на воду 4 сентября 1885 года под субмариной обрушился неправильно рассчитанный стапель. Лодка рухнула на сваи, торчавшие из воды, и получила серьезные повреждения днища. Повреждения удалось исправить, и даже лодка прошла ряд испытаний. На ходовых она развила скорость в 9 узлов. Но корпус не вызывал доверия, его разломали, а всё ценное оборудование продали для покрытия расходов.

Тут бы и конец карьере Холланда, но в 1886 году испанцы начали строить свою подводную лодку. А США уже нацелились на владения былой империи. Срочно потребовалась своя, американская подлодка. Был объявлен конкурс и выиграл его проект Холланда.

Проект «Holland № 5»/Plunger-I рождался непросто. Сперва верфь отказалась строить лодку, заявив правительству США, что технологий для этого не существует. Правительство объявило новый конкурс, и его снова выиграл Холланд. Но тут закончился очередной президентский срок и новый контракт не успели заключить. А в США дело с коррупцией обстоит очень хорошо - её там совсем нет. Вот вообще ни чуть! Вместо этого есть лоббисты, которые делают всё то же самое, только открыто и не стесняясь. Новая администрация прислушивалась к лоббистам других военных заказов.

Чтобы заработать на жизнь, Холланд устроился простым чертёжником на фирму своего старого знакомого Чарльза Морриса в Нью-Йорке. Тот ожидал, что талант Холланда позволит изобрести вертолёт! Но с вертолётом дело не заладилось, потому вернулись к близким Холланду субмаринам.

«Plunger-I»

Проект 1888 года: водоизмещение надводное 140 тонн, подводное 168 тонн, длина 85 футов (25.9 м), диаметр 12 футов (3.66 м). Сверху лодка имела заполненную фиброй надстройку-поплавок. В центре её рубка высотой 4 фута (1.22 м), защищённая 4-дюймовой (101.6 мм) бронёй. На ней трубы - дымовая и вентиляционная. А так же место для двух башенок со скорострельными орудиями.

Основное вооружение: 2 пневматических динамитных пушки Жалинского, установленные наклонно, одна нацелена вперёд, другая назад. Трубные торпедные аппараты 2 в носу, 1 в корме с общим запасом из 5 торпед Уайтхеда.

Две паровые машины «компаунд» тройного расширения, мощностью 625 л.с. каждая, вращали 2 гребных винта. Плюс ещё вспомогательная машина, мощностью 300 л.с., для кратковременного повышения скорости или для замены одной из главных машин в случае поломки. Всё это питали 5 водотрубных котлов системы Мошера, отапливаемые нефтью. Полный ход на поверхности 15 узлов, в позиционном положении (с выступающей из воды трубой) 14 узлов. Расчетная дальность плавания полным ходом 180 миль, экономическим 1000 миль.

Для подводного хода 2 электромотора мощностью 100 л.с. каждый, работавших от аккумуляторных батарей. Эти моторы работали как генераторы, вращаемые паровыми машинами, при зарядке батарей в надводном положении. Емкость батарей должна была обеспечить 6 часов подводного хода на 8 узлах.

Рабочая глубина погружения планировалась до 25 метров, предельная — 45 метров. Но этот "Plunger-I" так никуда и не нырял - вместо него сразу приступили к строительству "Plunger-II"

«Holland № 6»/Plunger-II был построен только благодаря связям и знакомствам. Которых у бедного ирландца Холланда, разумеется, не было. А между тем, в 1893 году, к власти вернулась прежняя президентская администрация, заинтересованная в лоббировании морских интересов. И был третий конкурс. И его снова выиграл проект субмарины Холланда.

Но вот денег на постройку теперь выделялось сильно меньше, только 200 тысяч долларов. Холланд выкинул из проекта динамитные пушки и кормовой торпедный аппарат, забыл про башенки со скорострелками, электромоторы ослабил до 35 л.с., а паровой котёл остался всего один. Всё равно денег не хватало. И Холланд обратился к единственному состоятельному знакомому - Элиху Фросту (Elihu B. Frost), молодому адвокату фирмы Чарльза Морриса, в которой Холланд и работал. Фрост поразился не только трём победам Холланда на конкурсах, но особенно его щепетильностью к финансам. В поданной Холландом калькуляции значилась сумма в 347 тысяч долларов 19 центов - потому что 19 центов стоила специальная чертежная линейка. Уж если даже такая мелочь учтена... И Фрост основывает вместе с Холландом акционерную компанию «Holland Torpedo Boat Company». Ещё одним компаньоном стал друг Фроста, некий Исаак Райс (Isaac Rice). После чего, через свои дружеские связи с политиками, Фрост легко решает все вопросы с Морским департаментом, добиваясь 13 марта 1895 года подписания контракта на 200 тысяч долларов.

Лодка была построена и испытана. Но Холланд был не в восторге. Во время ходовых испытаний в 1898 году паровые котлы и машины работали лишь на 2/3 своей мощности, однако подняли температуру внутри лодки до 58°C! Кроме того, требовалось обеспечить погружение за 1 минуту. Но подготовка паровой машины и котла к погружению занимали больше времени. Потому Холланд принялся за следующую субмарину.

А что касается этой лодки, то в 1899 году Фрост предложил чиновникам вернуть уже полученные им деньги (94.5 тысячи долларов) и за счёт фирмы построить другую. А эту, опять же за свой счёт, собирался оборудовать дизелями. Вот только подходящих дизелей тогда ещё не было, пришлось ставить керосиновые моторы. Наконец, в 1902 году, Фрост продал эту, так и не вступившую в строй флота, лодку на слом.

«Holland № 7» этот проект Холланда обещал стать очень мощным по вооружению, но построен не был.

Схема устройства субмарины «Holland-7». 1 — торпедный аппарат; 2 — пневматический аппарат для выстреливаний метательных мин Эриксона; 3 — контейнер для боеприпасов; 4 — уравнительная цистерна; 5 — цистерна для керосина; 6 — рычаг управления рулями глубины и курса; 7 — баллоны со сжатым воздухом; 8 — аккумуляторная батарея; 9 — главная балластная цистерна; 10 — воздушный компрессор; 11 — керосиновый мотор; 12 — электрогенератор; 13 — электромотор; 14 — вертикальные рули; 15 — динамитная пневматическая пушка Жалинского

Однако Холланд уже стал знаменит. Так, в 1896 году, выступая перед комиссией сената США, Уильям Кимбол (William Kimball) заявил:

«Дайте мне шесть лодок Холланда, позвольте набрать офицеров и команды, и я ручаюсь жизнью, что смогу остановить целую британскую эскадру в десяти милях от мели Сэнди Хук без какой-либо помощи со стороны нашего флота»

Сыграло свою роль и ирландское лобби. И заказы полились. Казалось бы успех, но...

Боюсь быть обвинённым в грехах смертных, да только из песни слова не выкинешь. Дело в том, что Фрост сумел оформить как собственность фирмы все патенты, выданные на имя Холланда. И теперь Элиху Фрост и Исаак Райс посчитали ирландца чужеземцем в своей компании. И с середины лета 1900 года открыто выступали против него, рассказывая газетчикам, что тот школьный учитель пения и самоучка, проекты которого ни на что не годились, пока их не исправили нанятые Фростом и Райсом настоящие инженеры. С июня 1900 года Холланд отстранён с должности главного инженера собственной фирмы и от строительства лодок. А 1 апреля 1904 года истёк срок контракта Холланда. Он не стал дожидаться позорного изгнания, и ушёл в отставку сам 28 марта.

Изобретатель продал свои акции и пытался самостоятельно начать строительство лодок. Бывшие компаньоны затаскали его по судам. Фрост дошел до прямой лжи, утверждая в суде, что Холланд обещал не заниматься больше подводными лодками. Доказательств этому, естественно, не было. Так что суд против Холланда дельцы проиграли. Но сам факт суда напугал потенциальных заказчиков, никто не хотел связываться с ирландцем против воли самой могущественной в США диаспоры (думаю, нет нужды пояснять какой именно). И если кому-то не нравится эта страница истории, если кто-то негодует на меня, за то, что я посмел её приоткрыть - поймите, это было так. Вот такова была история, что бесчестные Фрост и Райс обогатились на правительственных заказах, а чужой им ирландец Холланд умер в забвении в то самое время, когда лодки, с гордостью носившие его имя, служили во флотах по всему миру.

Заслуга Холланда в том, что, начав с подводной байдарки, шаг за шагом он создал полноценную боевую субмарину современного типа. И когда смотришь на его простые и рациональные конструкции, то только удивляешься, почему же до этого никто не додумался хотя бы на век, на полвека раньше?

Не подводные - а ныряющие

Мы закончили наш обзор на фирме Холланда. Она примечательна ещё и тем, что стала первой, где подводными лодками наконец-то занялись - инженеры-кораблестроители. Да, до этого субмарины делал кто угодно, от необразованных плотников до отставных капралов от артиллерии - только не профессиональные корабелы. Но почему?

Потому что профессионалы знали: есть всего два вида боевых действий на море - эскадренный бой и крейсерские операции. Субмарины не годны ни для одного из этих двух.

В эскадренном бою очень важно поддержание строя эскадры. А для этого все корабли должны идти с одной скоростью. И жизненно необходимо, чтобы эта скорость была не ниже, чем у врага. А лучше хотя бы чуточку быстрее. Тогда мы можем догнать более слабого и уклониться от боя с превосходящим нас.

Но скорость субмарины была низка. Даже "Наутилус" Фултона в надводном положении под парусом безнадёжно отставал от любого линейного корабля. Ну и куда его - в эскадренный бой? И даже лодки Норденфельда с паровыми машинами под всеми парами ходили едва ли не медленнее неспешных величественных парусников. А ведь уже вместо парусников основу эскадр составили башенные броненосцы, способные обогнать скоростной клипер.

Субмарина на подводных крыльях: Много позже, при Хрущёве, в СССР проектировали интереснейший корабль - погружающийся катер на подводных крыльях. По существу такую субмарину, способную к стремительным переходам по морской поверхности. Проработка проекта показала, что построить такой возможно. Но практического смысла это уже не имело, в строй вступали подводные атомоходы, способные под водой обогнать любой надводный авианосец. К тому же подводные крылья и всякие экранопланы "каспийские монстры" - это явно за пределами интересующего нас паро-панка, это уже дизель-панк.

Тогда быть может крейсерство? Подобраться к вражьим коммуникациям и тайно из-под воды топить транспорты? Но у маленького "потаённого судёнышка" автономность никакая, субмарина просто не годна для дальнего плавания - и до вражеских коммуникаций ей не добраться во век. Разве только через Ла-Манш плавать. Потому и стремились изобретатели предлагать свои подводные корабли Франции либо Англии. А больше удобных мест для действия старинных подлодок и не найти.

Только паровые субмарины Норденфельда стали способны на действия хоть в каком-то отделении от своих баз. Правда, они были не подводными - а ныряющими..

Да ведь, по сути, все подводные лодки вплоть до атомной эры - ныряющие, а не подводные. Некоторые конечно могли нырнуть поглубже и продержаться там подольше - но, в целом, где лодка нырнула, неподалёку оттуда и всплыла. Скорость подводного хода - как у пешехода. Запас хода под водой кот наплакал. И так вплоть до атомной эры.

А как же тогда знаменитые немецкие подводники? Безжалостные пираты Первой Мировой? «Волчьи стаи» Дёница Второй Мировой? Попробуем разобраться.

Возьмём самую массовую немецкую лодку типа VII. Она не только самая массовая в кригсмарине, но и вообще рекордсмен в мире на все времена - всего было выпущено 709 подлодок этого типа. Непосредственно в период военных действий 1940 - 1945 годов 665. В период самого активного строительства удавалось выпускать до 22 лодок в месяц! Из них 88 лодок относились к самой совершенной модификации VII-C/41. Правда не все лодки типа VII были боевыми: подлодки типа VII-D это минные заградители, а типа VII-F это транспорты-торпедовозы - в сумме тех и других было введено в строй 10 единиц.

Самая распространённая модификация «семёрки» - тип VII-C. Водоизмещение надводное 769 т, подводное 1070 т, длина 66.5 м. Два дизеля по 1400 лошадей каждый (в начале войны на лодках типа VII-A - по 1160 л.с.) давали надводный ход в 17 узлов (31.5 км/ч) - правда с такой скоростью дальность плавания только 3250 миль. Можно уплыть и на 9500 миль, но тогда придётся идти лишь на 10 узлах. 2 гребных электромотора, каждый в 375 л.с. 2 аккумуляторных батареи, в каждой 124 элемента. Подводная скорость кратковременно (очень кратковременно) могла подниматься почти до 8 узлов. Но реально лодка под водой кралась в лучшем случае на 4 узлах и так могла пройти 80 миль, либо совсем ползти на 2 узлах, зато так можно было проползти 130, а при удаче и 150 миль.

То есть весьма совершенная субмарина Второй Мировой - под водой не лучше какой-нибудь лодки Джевецкого на велосипедном ходу?! И учтите, что большинство морских течений имеют скорость не менее, а то и более 2 узлов.

И даже надводный экономический ход в 10 узлов - это меньше, чем у гружёного транспорта, который идёт на 12 узлах. Лодка не может догнать транспорт! Кроме как, включив дизели на полный. И нужно не только догнать, а ещё и обогнать, зайти на его курс и погрузиться, затаившись в засаде. Не то транспорт заметит и по радио вызовет патруль - и тогда лодке конец. От самого захудалого патрульного шлюпа лодке не уйти даже на полном ходу дизелей. Её жалкие 17 узлов надводного хода это ничтожно мало.

Именно поэтому - из-за малой скорости - и выдумал Дёниц свои "волчьи стаи". Каждая лодка выслеживала цель. И найдя, сообщала всем курс цели. И та лодка, которая могла успеть этот курс пересечь - шла на перехват. Но срабатывало это далеко не всегда. Так, огромный конвой высадки американцев в Африку, когда за один рейс было перевезено 100 тысяч войска со всем оружием, амуницией и прочими припасами - увидели в Атлантике как минимум 2 немецкие лодки. И сообщили всем. Но догнать и выйти на курс для атаки - не смогла ни одна.

Малая скорость оставалось бичом даже самых совершенных субмарин во Вторую Мировую.

Правда сильной стороной «семёрки» была её несравненная глубина погружения в 250 м, недостижимая для субмарин других стран. Так, в СССР на начало войны ещё служили лодки типа АГ ("Амерекэн Голанд" - выпущенные фирмой Холланда, но правда уже после изгнания самого изобретателя) с глубиной погружения всего-то в 50 м. Родная сестра немецкой «семёрки», советская лодка типа «С» погружалась на 100 м. Может это только СССР так отставал? Нет, в США лодки класса «Балао», одна из которых стала героиней комедийного фильма «Поднять перископ», погружались на 90 м. Погружение на 250 м это вполне приемлемо даже сейчас.

Подробнее о субмаринах типа «Америкэн Голанд» на моём сайте SteamAge.ru статья "Субмарины типа АГ"

Чем же ценна такая глубина погружения? В годы Второй Мировой тем, что позволяло лодке уйти глубже, чем её могли поразить. Ведь основное противолодочное оружие это глубинная бомба. Возьмём массово применявшуюся советскую глубинную бомбу М-1 - полный вес 41 кг, заряд 25 кг, радиус поражения 4-5 м, диапазон глубин от 15 до 100 м. Глубина подрыва бомбы устанавливалась перед сбросом. И взрывалась она не от столкновения с корпусом лодки, а по достижении заданной глубины - однако, если учесть, что сбрасывались бомбы серией, в которой установки взрывателей по глубине были различны, то шанс повредить лодку был довольно велик. Ведь подводный взрыв это мощнейший гидроудар, способный взломать корпус лодки, даже если бомба взорвалась на некотором расстоянии от неё.

Но немец нырял глубже, чем взрывались бомбы.

Однако вот советская черноморская лодка АГ-21, постройки ещё 1916 г, за Великую Отечественную совершила 7 боевых походов, потопив немецкий транспорт и шхуну, и повредив румынский транспорт. Как мы увидим далее это типичный результат даже для гораздо более совершенных субмарин. Не может быть! Старая калоша не хуже чуда арийской техники?

Да ведь для атаки лодке надо всплыть хотя бы на перископную глубину - и тут замечательная немецкая «семёрка» оказывалась на равных с лодкой Первой Мировой. На начало Первой Мировой и глубинных бомб-то ещё не было. Зато были корабельные пушки - именно они гроза любой неосторожно показавшейся на поверхности субмарины, вне зависимости от её технического совершенства.

Но наверное «семёрка» могла плыть куда дальше, чем субмарины Первой Мировой. Не совсем. В теории - да, что-то около месяца автономного плавания. А вот на практике... Возьмём самого результативного подводника Рейха, Отто Кречмера, по прозванию «Молчаливый Отто». Сперва командовал малой субмариной U-23, типа II-B. В 9 боевых походах под его командованием лодка провела в море 96 дней - в среднем почти 11 суток на поход. Затем Отто командовал U-99, типа VII-B. В 8 боевых походах эта лодка провела 127 дней - в среднем 15.5 суток на поход. Если учесть радиус действия британских патрульных самолётов, то выходит что собственно в районе охоты, где можно было без особой опасности всплыть, реально лодка находилась от силы несколько дней.

Конечно, Отто Кречмер это уникальный случай. Возьмём тогда общую статистику по подводным кораблям типа VII. За годы Второй Мировой они совершили более 2600 боевых походов, потопив 1337 различных кораблей и судов, общим тоннажем около 6.5 миллионов брутто-тонн.

То есть, даже для этих весьма совершенных для своего времени субмарин реальная боевая эффективность - 1 потопление на 2 похода!

Какова же цена успеха? Из 709 субмарин типа VII погибли 546 (и ещё 65 были затоплены своими экипажами после капитуляции Германии).

То есть, на каждую погибшую лодку пришлось примерно по два с половиной потопленных вражеских корабля. Всего лишь. Совсем как у старушки АГ-21.

Проблема в том, что, до атомной эры, подводная лодка должна охотиться на свои цели полагаясь на удачу - и может сделать это только в надводном положении.

Всё познаётся в сравнении, поэтому сравним успехи немецких U-Boot (так обозначались у немцев подлодки, а полное название по-немецки Unterseeboot, читается «унтерзеебот») с немецкими же S-Boot (так обозначались у немцев торпедные катера, от «шнельбот» то есть «скоростное судно»). Немецкие шнельботы не были чем-то выдающимся, а иные из них даже нельзя назвать по-настоящему скоростными. Так катера 1933 - 1935 годов выпуска имели скорость всего 32 узла (что примерно на уровне скорости типичного эсминца, и даже иной линкор не обгонишь на таком "скоростном" катере), и лишь начиная с выпуска 1943 года скорость шнельботов перевалила-таки рубеж в 40 узлов. Сравните с устаревшими уже к войне в Испании массовыми советскими Г-5, развивавшими 55 узлов (а опытный образец разогнался до 65 узлов). В общем, это были вполне заурядные для своего класса, малые боевые корабли, водоизмещением от 50 до 100 т (в зависимости от серии и года выпуска), с деревянным (!) корпусом. Всего в боевых действиях приняло участие 220 шнельботов, из них потеряно 112 (46 потоплено авиацией, 30 кораблями союзников, 18 подорвались на минах). Эти, по меркам открытого моря, малыши потопили 109 транспортов (общим водоизмещением 232 809 брт), 11 эсминцев, 22 траулера, подводную лодку, 12 десантных кораблей и ряд судов других классов - итого общим водоизмещением почти 1 млн. тонн.

Ещё раз напомню: мы сравниваем откровенно заурядные деревянные катера с быть может самыми совершенными подлодками того времени, субмаринами типа VII. Сравниваем по показателю насколько дорого обходятся их победы. Потопление 1 млн. вражеского тоннажа для катеров обошлось в 112 деревянных корабликов, водоизмещением от 50 до 100 т. Для подлодок (65 затопленных после капитуляции не считаем) 546 / 6.5 млн. т = 84 подводных корабля из лучшей стали, водоизмещением в 10 раз больше, а ценой и сосчитать сложно. Дорого стоили победы германским подводникам.

А теперь сравним с наиболее выдающимся образцом. В 1945 году американские 80-футовые (то есть длиной 24 м) катера «Элко», действующие в Тихом океане, оснащались четырьмя пулеметами .50 калибра (12.7-мм), четырьмя 20-мм орудиями «Эрликон» в одной счетверенной установке, одиночной или спаренной 40-мм автоматической пушкой «Бофорс», а также аппаратом для пуска четырех 21-дюймовых (533-мм) торпед. Если же снять торпедные аппараты (а в 1945 году торпедировать американским катерам было почти нечего), то вместо них часть судов вооружалась одной или двумя 37-мм авиационными пушками, а на некоторых размещалась спаренная восьмиствольная установка для пуска стабилизирующихся вращением 5-дюймовых (127-мм) ракет. Эти новейшие корабли могли развивать скорость до 41 узла.

Невероятно? Вовсе нет. Катер это простой надводный корабль, мотор и тонкий корпус - ничего лишнего. Нет толстого прочного корпуса, нет балластных цистерн, нет массы оборудования без которого субмарина не сможет даже погрузиться. Поэтому, кроме тех же 4 торпедных аппаратов субмарины, катер на свободный вес может поставить кучу разнообразного оружия.

Это вовсе не значит, что подводные лодки были не нужны. Нужны, ещё как нужны. Задачи у торпедного катера и субмарины разные. Торпедный катер действует вблизи своего берега, а субмарина прокрадывается на далёкие вражеские коммуникации. И всё же даже во Вторую Мировую подводные лодки ещё не могли стать полноценной грозой морей. Не позволял ещё уровень техники.

Вот поэтому "20 тысяч лье под водой" это фантастика даже в XX веке. А впрочем и поныне.

Нарочно не придумаешь

Шла Первая Мировая, набирающий популярность политик Бенито Муссолини втянул-таки Италию в войну на стороне Антанты. Немцы были вынуждены бороться против своих бывших союзников. А лучше всего делать это чужими руками. И они стали снабжать в итальянских африканских колониях местные племена современными винтовками. В условиях господства итальянского, французского и английского флотов в Средиземном море, доставлялось оружие естественно подводными лодками. Однажды обрадованный вождь подарил верблюда редкой белой масти. Не принять дар - значит обидеть. Пришлось забрать нежданный подарок. Но он никак не мог пролезть в люк субмарины. Тогда верблюда привязали на палубе к перископу.

«Корабль пустыни» одно из редких животных, которое в принципе не умеет плавать. Вообще никак. А между тем на обратном пути подводникам приходилось несколько раз погружаться. Погружались они неглубоко, с таким расчётом чтобы голова верблюда всё же оставалась над водой. Но одно из таких погружений произошло ввиду рыбацких шаланд. Остаётся только гадать, что могли подумать рыбаки, глядя на проплывающую мимо них голову отчаянно орущего верблюда.

Разум животных

Идея использовать морских животных для военного дела, не фантастика. В 1915 году знаменитый дрессировщик Дуров предлагал обучать дельфинов искать морские мины. Иностранная печать сообщает, что в зловещем СССР опыты с обитателями моря пошли ещё дальше - их учили убивать подводных диверсантов. Действительно, дельфин плавает куда быстрее человека, под водой человек слеп (видит под водой на десяток метров, а глубиной погружения эта дистанция быстро снижается), а дельфин зряч благодаря своей эхолокации. К тому же дельфин очень силён. Но оказалось, что дельфины отказываются убивать людей. И шприц с ядом на носу дельфина не помогал - обычно игривый дельфин понимал, что последует в этот раз за игрой. И более того, когда на выдрессированного дельфина крепили мину - то он отказывался плыть к цели.

Конечно достоверность таких импортных «историй о злодеяниях коммунистов» весьма сомнительна, ведь на поверку большая часть из них основана не на документах, а на «доверительных рассказах» эмигрантов. Которые, за небольшое вознаграждение, готовы были рассказать всё что угодно - кушать-то хочется ;-)

И всё же доля правды в этом есть. Дельфины действительно отличаются от прочих морских животных особым складом ума, что делает их весьма привлекательными для армейской службы. Однако если из сухопутных собак удалось сделать камикадзе уничтожителей танков - то из дельфинов ни убийц, ни самоходные торпеды сделать невозможно в принципе.

Колёса против шпал

История полна необъяснимых загадок, которые дают повод для конспирологии - а нашему брату сочинителю дарят новые сюжеты. Да такие, которые нарочно не придумаешь. И здесь мы найдём их в прямом смысле на дороге. На сухопутных путях сообщения. А какие же они были?

Рельсы

Что первым приходит на ум при словах «паро-панк»? Ну конечно чаще всего паровоз! Более милитаристски настроенные личности могут представить себе и бронепоезд. Но чтобы всё это двигалось по рельсам - прежде всего нужны те самые рельсы.

Рельсы появились в шахтах. Вырубленные кирками куски породы нужно было вывозить из шахты на поверхность. Носить вёдрами ли носилками? Долго и утомительно. Удобнее вывозить небольшими тележками, которые получили название вагонеток. Толкать тележку даже с весьма солидным грузом могут всего несколько человек. А толкать не по камням, раскиданным по ухабистому полу рукотворной пещеры, а подложить под колёса ровно обтёсанные деревянные брусья - то толкать становиться ещё легче.

Вот так в шахтах на протяжении веков использовались рельсы. Были они разумеется деревянными. Как и крепь - то есть подпорки под каменные своды, чтоб не обваливались. Всё это было недолговечно - в шахтах вечно царила сырость из-за скапливающейся воды. Без воды работа шахты остановится. Вода нужна чтобы промывать добытую породу, отделяя металл от камня. Вода приводит в действие механизмы, без которых шахта умрёт. Но раз рядом есть вода - то она проливается и в шахту. И её приходится откачивать. А в шахту подавать свежий воздух, не то горняки задохнутся насмерть. Шахта это сложное производство, постоянно потребляющее дерево - и леса вокруг шахт изводились на сотню вёрст.

Зато именно шахтёры выработали конструкцию рельсового транспорта и что ещё более важно - рельсового пути. А что был он деревянным не беда. Автор этих строк, во время службы в тайге, своими глазами видел, как отсутствующий кусок рельсового пути узкоколейной железной дороги заменялся ровно уложенными прямо на грунт жердями - и современный дизельный мотовоз весом в многие тонны проезжал по такому наспех уложенному деревянному рельсу без каких-либо проблем. Дерево и поныне хороший материал для различных конструкций, подчас лучше стали. Не верите? Так вот даже первые ракетные катера были деревянными кораблями, хотя и вооружались самым совершенным оружием XX века. И в этом нет ничего удивительного, дерево действительно во многих случаях прочнее стали.

Первый русский паровоз братьев Черепановых с 1836 года работал на подвозе руды от Медного рудника до Выйского завода Демидова. Однако лошади на Руси в то время обходились дешевле

Но для рельсов дерево не лучший материал. Под нагрузкой быстро истирается. От влажности начинает гнить. Когда стали прокладывать рельсовые дороги в некоторых местах Индии, то даже шпалы пришлось делать железными, хоть это было и дорого. Поэтому постепенно выработали смешанную конструкцию рельсового пути, которая прослужила очень долго, а кое-где служит и поныне: стальные рельсы закрепляются на деревянных шпалах, обильно пропитанных смолой, чтобы не гнили.

Поперечные шпалы нужны, чтобы рельсы не расходились в стороны, и расстояние между ними на всём пути было одинаковым. Зачем? Всё дело в особой конструкции колёс вагонеток и поездов. Эти колёса имеют реборды - выступающую часть, которая не катится по рельсу, удерживает колесо от соскальзывания с рельса. Такая реборда есть только с внутренней стороны колеса. Благодаря тому, что реборда лишь с одной стороны, появилась возможность делать развилки рельсового пути. Такие развилки, которые железнодорожники называют «стрелками» - весьма хитрое и точное механическое устройство. Но даже простой с виду железнодорожный путь не так прост как кажется. На всём протяжении он должен лежать строго горизонтально. А на поворотах внешний рельс должен быть приподнят на точно рассчитанную величину, зависящую от радиуса поворота. И кстати на повороте увеличивают расстояние между рельсами, иначе реборды взрежут путь. И под всеми этими рельсами-шпалами - должно быть надёжное основание из тщательно уложенного отборного грунта. Да, из грунта и только из грунта! Это сейчас во всём мире перешли на халтурную отсыпку насыпей из песка - потому что так дешевле. А даже в первую половину XX века такое безобразие было совершенно недопустимо. И грунт должен быть строго без примесей! Иначе любая случайно попавшая палка будет гнить и позже приведёт к просадке рельсового пути, что грозит катастрофой. А теперь учтите что даже плоская равнина не бывает идеально ровной и почти везде есть хотя бы небольшой уклон - который для поезда едущего гладкими колёсами по гладким рельсам совершенно недопустим. Если где-то на железной дороге встречается подъём в 1 метр на дистанцию в 1 километр(!) - то ставят специальный знак предупреждения для машиниста. Хотя мы бы с вами такой подъём и не заметили бы. Поэтому на пути железной дороги приходится прорезать насквозь встречные холмы и насыпать высокие насыпи через обширные низменности.

Рельсовый путь сам по себе - сложное и высокоточное техническое сооружение. И весьма-весьма дорогостоящее.

Общеизвестно что общественным транспортом рельсовую дорогу сделал Джордж Стефенсон (по-английски - George Stephenson). Но начинал он опять-таки с облегчения труда шахтёров. И сперва построил паровую машину, которая с помощью каната тянула вагонетки. А грузом этих вагонеток был уголь! Именно обилие дешёвого угля - то есть доступного топлива, которого так не хватало братьям Черепановым - сделало проекты Стефенсона рентабельными.

С 1814 года и по 1830 год Стефенсон строит несколько рельсовых дорог различной протяжённости - и все они для доставки угля из шахт. Хотя на дороге Стоктон — Дарлингтон, при её открытии 27 сентября 1825 года, в составе поезда впервые в истории рельсовых дорог следовал пассажирский вагон. В нём ехали члены приёмной комиссии. Но основной груз поезда составляли 80 тонн угля и муки. Паровоз «Locomotion No 1» (читается «Локомоушн намбер ван») провёз их через 9 миль (15 км) пути за пару часов. Средняя скорость была ниже чем у скачущей лошади, но местами паровоз разгонялся до 24 миль в час (39 км/ч) - не всякая резвая лошадь сумела бы его догнать.

К 1830 году планировалось открытие первой в Англии и в мире рельсовой дороги общего пользования. Тут Стефенсону пришлось соревноваться с конкурентами - было представлено ещё 4 различных паровоза. Но победила «Ракета» Стефенсона, показав среднюю скорость 12 миль в час (около 19 км/ч) с грузом 13 тонн. А максимальная скорость достигала 30 миль в час (около 48 км/ч).

Внимание:Тут везде речь идёт о сухопутных милях в 1609 м.

Тот самый паровоз «Ракета» ныне находится в лондонском Музее науки

Тендер паровоза - то есть прицеп для угля и воды - не сохранился. Настоящий паровоз стоит в музее. В 1979 году для празднования 150-летия паровоза, была построена его действующая копия с укороченной дымовой трубой. Кроме того, старинные рисунки так же имеют отличия - например цилиндры машины расположены иначе, чем на музейном образце.

Пассажирский вагон линии Ливерпуль — Манчестер

Поначалу вагоны для пассажиров были открытыми. Но вскоре они обзавелись крышами. Обратите внимание на дизайн этих вагонов - он такой же как у почтовых дилижансов того времени. Так же как почтовые дилижансы, поезда на дороге Ливерпуль — Манчестер впервые стали курсировать строго по расписанию и возить пассажиров и почту. На всём протяжении дорога имела 2 пути - по одному в каждую сторону. Не каждая железная дорога и по сей день имеет 2 пути и на таких однопутных дорогах приходится строить так называемые разъезды - то есть участки, где поезд пережидает, пропуская встречный состав. А что поделать! Рельсовые дороги уж очень дорогое удовольствие и поныне, вот и пытаются хоть как-то снизить их стоимость.

Виадук над долиной Sankey Brook, высота над долиной 21.3 метра

Длина дороги 56 км, на которых 64 моста и виадука, а также тоннель длиной 2 км. Высота виадука над долиной Sankey Brook достигала 21.3 метра. Весьма внушительное сооружение и по нынешним временам. Можно представить себе, как первые пассажиры испытывали некоторую дрожь, обнаружив себя так высоко вознёсшимися над землёй. Поэтому из соображений безопасности скорость поездов была ограничена до 27 км/ч.

Даже самая передовая в то время английская промышленность строила эту небольшую по современным меркам дорогу несколько лет. Железнодорожная компания для строительства дороги была основана 24 мая 1823 года английским предпринимателем Генри Бутом. Инженером-проектировщиком был приглашён, разумеется, Стефенсон. Но все затраты окупились. За первые три месяца эксплуатации было перевезено 71950 пассажиров, 2630 тонн угля, 1432 тонн других товаров, получен чистый доход в размере 14432 фунтов.

Участие конкурирующих паровозов в соревновании оказалось возможным благодаря стандартизации ширины колеи. Эту ширину в 4 фута 8½ дюймов (1435 мм) предложил Стефенсон. С тех пор она стала единой для Европы, а позже и большей части прочего мира, хотя реально ширина колеи на различных национальных дорогах различается на несколько миллиметров. Даже в пределах Западной Европы она колеблется от 1434 до 1442 мм. В России же сразу была принята более широкая колея в 5 футов (1524 мм, лишь несколько лет назад по неясным соображениям округлённая до 1520 мм).

Какую ширину колеи не выбирай - рельсовый путь это высочайшая по тем временам степень стандартизации всего и вся. И хотя в нашем сознании рельсовые дороги прочно увязаны с паро-панком - но на деле они знаменуют собой закат Эпохи Пара и начало неограниченного и бессовестного господства корпораций.

Сомнительная честь

Открытие рельсовой дороги Ливерпуль—Манчестер 15 сентября 1830 года было событием необычайным. Почтили его своим присутствием и члены правительства. Депутат английского парламента от Ливерпуля Уильям Хаскиссон выбрал именно этот момент, чтобы поговорить с премьер-министром герцогом Веллингтоном, которого он заметил по другую сторону пути. Не обращая внимания на приближающийся поезд, он ринулся прямо к своей цели. В итоге был сбит стефенсоновской «Ракетой» и умер 4 часа спустя от полученных травм. Зато вошёл в историю как первый в мире человек, попавший под поезд.

Римская дорога

А теперь отправимся на 2 тысячи лет назад, в Античность. Нас интересует «Курсус публикус». Что это? Это почтовая служба Римской республики, а затем и Римской империи. Как возможно известно любознательному читателю, римляне писали письма на... свинцовых пластинах. Это было потяжелее глиняных табличек ассирийцев. Должно быть нелёгкой была работа у римских почтальонов. Но что поделать! Римляне упорно не желали писать на чём-нибудь полегче. А причина тому - экономия. Ведь исписанный папирус можно только выбросить. А свинцовое письмо переплавлялось в посуду.

Но почта не только возила сообщения. Она так же была и главным перевозчиком того времени. И туристическим агенством. И сеть придорожных постоялых дворов так же находилась в ведении почты. И патриции и сенаторы платили за услуги «Курсус публикус» наравне с простыми гражданами. Но уж если ты заплатил, можешь быть уверен - сообщение доставят, а тебя довезут, накормят и ночлег обеспечат.

Всё это было бы невозможно без замечательных римских дорог. Собственно без дорог невозможна никакая империя. Разве что степняки однажды создали империю монголов... но впрочем у них то же была налажена служба доставки сообщений и сменные кони для гонцов этой службы. Без сообщений - никакая империя не живёт.

Дороги римлян действительно замечательны. Да будет известно читателю, римская дорога рассчитана на нагрузку в 40 тонн. Сорок тонн! Я не знаю, что там собирались возить по своим дорогам римляне, но это и поныне впечатляющий результат. Если читатель автомобилист, пусть припомнит, какие знаки он наверняка не раз замечал при въезде на наши современные шоссе? Обычно это знаки с указанием разрешённой нагрузки на одну ось автомобиля - и на разных шоссе она колеблется от 3 до 6 тонн. Например, полностью гружёный КАМАЗ весит примерно 15 тонн - делим на 3 его оси и получаем - 5 тонн на ось. Но особо внимательный автомобилист может тут возразить - ведь по шоссе ездят и 6-осные бензовозы, в которых до 40 тонн, да сами весят под 20 - итого 60 тонн. Как ни считай, но это куда больше разрешённого веса. Да! Потому наши шоссе так часто требуют ремонта.

Римские дороги прослужили 2 тысячи лет без единого ремонта. Вся Европа ездила по ним до самого XX века, а кое-где ездят и сейчас. И никто не думал даже о ремонте. А зачем, если она исправна.

Немного саморекламы, но исключительно ради пользы читателя: подробнее о дорогах разных древних империй - таких как персы, ацтеки, инки - рассказано в моей книге "Крепости-звёзды, пришельцы, пирамиды, потоп", подробности о которой можно узнать на моём сайте SteamAge.ru в разделе "Товары".

Строительство римской дороги

А исправна потому, что делалась на века. И подрядчик отвечал головой в прямом смысле. Так что всё делалось как полагается. А полагалось так: сперва вырыть котлован во всю ширину будущей дороги и на глубину примерно в 1 метр. По краям уложить плоские бордюрные камни, которые глубоко уходили в землю (а не как современные декоративные). Пространство между ними заполнялось слоями. В нижний слой шли самые крупные камни, выше помельче. И всё это засыпалось песком, чтобы не оставалось ни единой пустоты. Ведь если будет пустота, то вода размоет её и дорога даст просадку - прощай голова подрядчика. А сверху всё это мостили плоскими камнями, которые всего лишь облицовывали мощную основу дороги. И эта основа примерно вдвое толще, чем у самых лучших современных шоссе.

Заметим, что римляне знали асфальт и конечно могли бы сделать свои дороги гладкими. Но они считали этот материал слишком непрочным.

Можно заметить, что такое капитальное строительство было очень трудоёмким. Особенно в те времена. Но вспомним о римских акведуках, о водопроводах тянущихся порой на сотни километров. В сравнении с этим качественно выстроить дорогу пустяковое дело.

И уж точно римская дорога куда дешевле дороги рельсовой. И куда лучше применима к местности. И не нужен специальный транспорт чтобы двигаться по ней. Масса преимуществ. И ведь мы сейчас очень активно используем наши шоссе, часто предпочитая их для перевозки грузов и пассажиров, перед рельсовыми дорогами. Почему же когда грузопоток был ещё намного меньше - цивилизация отказалась от постройки новых обычных дорог, предпочтя дорогие и ещё недостаточно удобные рельсовые?

Заговор дилижансов

В царствие «короля-солнце» Людовика XIV, 18 марта 1662 года в Париже открылся первый маршрут общественного пассажирского транспорта. Запустил его герцог де Роанне, создав для этого акционерное общество, а подбил герцога на это Блез Паскаль, с которым мы уже встречались, говоря про историю шестерёночных компьютеров. Позже такие многоместные рейсовые кареты стали называться омнибусами. Но везли их пока ещё кони.

B 1764 военный инженер Никола Жозеф Кюньо (по-французски Nicolas-Joseph Cugnot) получил официальное поручение от французского военного министра маркиза де Шуазель на создание парового тягача для артиллерии. В октябре 1769 года Кюньо представил свою «малую телегу». Её паровой котёл не имел топки, под ним разжигали костёр, ждали пока давление пара станет достаточным, затем начинали демонстрацию. Воды и пара хватало на 12 минут, но демонстрация была успешной.

«Большая телега Кюньо» 1770 год. С 1794 года находится в парижском Музее искусств и ремёсел

И в 1770 году пришёл черёд настоящей машины, котёл которой уже имел собственную топку и заправлялся дровами. Машина, кстати, сохранилась до наших дней. Однако в декабре того же года военный министр был обвинён в нелояльности и отправлен в отставку. А затем случилось то, что позже повторялось не раз в истории, в том числе в пресловутых «сталинских чистках». Безвинный изобретатель то же попал в опалу, только за то что ему покровительствовал опальный министр (да уж, проходят века и тысячелетия, а, в разных уголках Земли, люди так и не меняются, и в развитых демократиях они и сегодня не лучше, чем при Сократе).

Современные реконструкции, сделанные по сохранившемуся образцу, успешно ездят. Так что и в XVIII веке паровая телега могла бы отлично ездить. Но итогом репрессий стало забвение паровых телег во Франции.

Широкое применение омнибусов на конной тяге началось лишь чуть раньше бума рельсовых дорог. Кстати поэтому через некоторое время омнибусы стали сдавать свои позиции конкам - рельсовым экипажам, влекомыми лошадьми. И это кажется странным - сила пара уже совершенно точно позволяет двигать экипаж. «Ракета» Стефенсона могла бы везти груз и по обычной дороге.

Паровой омнибус Голдсуорси Герни на линии Лондон - Бат 1824 год, 10 мест, скорость до 24 км/ч (если память мне не изменяет, это иллюстрация из советского журнала "Техника молодёжи" 1970-х годов, там был большой и очень интересный обзор истории паровых автомобилей)

И действительно такие паровые экипажи были! Разных конструкций они двигались по дорогам, когда о рельсовых паровозах ещё мало кто слышал. До открытия первой рельсовой дороги, серийные паровые омнибусы уже регулярно ходили из Лондона в другие города, развивая в пути скорость не меньше паровозной.

Но, как гласит история, тут возмутились владельцы конных дилижансов. И английский парламент сразу же принялся принимать закон за законом, в угоду этим коневодам. Сперва установили налог на колесо. С виду вроде всё справедливо. Однако у обычного дилижанса колёс было 4 - а у парового в ту пору как правило 6. Пришлось владельцам паровых машин платить в 1½ раза больше. Подключилась пресса - которая там всегда свободная, но отчего-то пишет только «правильные» статьи. И полились ушата небылиц про опасность паровых омнибусов. Мол, и дороги портят, и всех ужасно пугают, лошади от них шарахаются как сами не свои, а уж если такой взорвётся - искорёженные трупы повсюду! Хотя реально был только один взрыв котла на паровом омнибусе, пострадал лишь машинист, все пассажиры остались невредимы - но газеты писали не дожидаясь реальных взрывов. Это позволило протащить уже прямо ущемляющий паровики «Закон о дорожных локомотивах». Для начала установил максимальную скорость за городской чертой не более 16 км/ч. А в 1865 году парламент принял ещё ряд поправок к закону. На загородных дорогах нельзя двигаться быстрее, чем 6½ км/ч, а в городах скорость уменьшалась еще вдвое - и это ограничение, напомню, распространялось только на паровые омнибусы. А ещё перед паровым дилижансом должен был идти человек с ярким флагом в руках и предупреждать всех о приближении паровой машины. А машинисту предписывалось в обязательном порядке помогать встречным возницам успокаивать испуганных лошадей. Ну и ещё обязательно на паровом дилижансе, кроме машиниста, должен был работать кочегар.

Обратите внимание: 1865 год! Паровозы и пароходы повсюду! Конные дилижансы давно проиграли рельсовым путям - и с разгромным счётом! А отменён этот «Закон о дорожных локомотивах» лишь в 1896 году. Причём он ещё успел насолить первым автомобилям.

Эта почти вековой(!) длины компания по борьбе с паровыми омнибусами отозвалась во всём мире. Ведь именно Англия была кузницей мира. Только в Англии могли делать механизмы надлежащего качества. И то что в Англии отказались от производства парового транспорта для обычных дорог - надолго оставило без него весь мир.

Всё это - из-за возмущения владельцев конных дилижансов?

Между тем история постройки первой рельсовой дороги Ливерпуль — Манчестер то же не проста. Так Стефенсону пришлось отвечать на вопросы парламентской комиссии, среди которых был такой: «А не будут ли коровы, пасущиеся на лугах рядом с дорогой, пугаться раскалённой топки локомотива?» А Стефенсон ответил: «Нет. Они просто подумают что она выкрашена в красный цвет» И парламентарий остался удовлетворён ответом, явно сквозившим английской иронией.

И даже возражения собственников земли, чьи интересы прямо затрагивала прокладка рельсового пути - не стали препятствием.

Почему в одном случае английский парламент не обращает внимания на глас народа - а в другом упорно защищает интересы давно почивших в бозе конных дилижансов? Загадка истории. Но именно это преследование паровых омнибусов и вызвало необходимость в невероятном росте рельсовых дорог. Ведь по рельсовой дороге можно мчаться с любой скоростью и плевать на испуганных лошадей.

Марнское такси - оплата по счётчику

Первая Мировая едва не закончилась поражением сил Антанты в самом начале. Следуя плану Шлиффена, немецкие войска обошли французские заслоны и 1 сентября они находились в 40 км от Парижа. Правда немцам не хватало сил прикрытия собственной наступающей армии, так как эти силы пришлось срочно снять и отправить на защиту Восточной Пруссии, подвергшейся атаке русских. Удар из Парижа мог бы сорвать всё немецкое наступление. Да вот только не было в Париже войск!

В отчаянии французы бросали все находившиеся поблизости части на немцев. И несколько дней они с трудом удерживали немцев возле реки Марна. Подводили и союзники. Командующий английскими силами генерал Френч даже заявил что его войска не будут сражаться потому что так много пережили и так устали! Французский командующий Жоффр приехал в его штаб на автомобиле и весьма эмоционально выяснил отношения. Но пока немцы имели перевес. Хотя их солдаты то же очень устали от беспрестанных маршев и боёв.

К 5 сентября перевес был на стороне немцев. Но в их расположении наметилась брешь. В этот день в Париж прибыла Марроканская дивизия в составе 12 тысяч готовых к бою солдат. Они могли бы стать решающей силой в бою против валящихся с ног от усталости немцев. Но через день немцы заполнять брешь - а марш на необходимые 50 км отнимет больше дня и потребует всех сил солдат. Им никак не поспеть вовремя и их удар будет слаб.

И тогда были собраны все имевшиеся в Париже такси. Полиция выискивала их по всему городу, отправляла к известному каждому французу Дому Инвалидов, а там в каждое такси сажали 5 солдат со всем вооружением. И оправляли на фронт. Перевозка бригады заняла всю ночь, но наутро бойцы вклинились в немецкий фронт и расширяли прорыв. Другая бригада отправилась по железной дороге и попала на фронт только через сутки.

Надо заметить, что парижские таксисты спасали отечество небескорыстно. Вопрос «сколько заплатят?» получал ответ «оплата по счётчику». За ночь каждое такси сделало 2 рейса и выручка таксиста составила 130 франков.

9 сентября немцы были вынуждены начать отступление, едва не завершившееся крахом. Им удалось стабилизировать фронт, но план Шлиффена провалился, началась война на истощение, в которой окружённая блокадой Германия рано или поздно должна была проиграть. И это стало возможным только благодаря безрельсовому транспорту.

Однако французские военные того времени заметили ещё кое что. Как сказал начальник французской разведки полковник Дюпон, имея в виду ситуацию на русском фронте: «Воздадим должное нашим союзникам - наша победа достигнута за счёт их поражения.»

Впрочем, о жертвах каких-то там русских, цивилизованные европейцы никогда особо не беспокоились. А значение шоссе для военной кампании с тех пор только росло и росло. Уже во Вторую Мировую тактика блицкрига основывалась исключительно на контроле шоссе, а не рельсовых путей - хотя рельсовый транспорт в ту пору был способен доставить куда больший объём грузов, чем колонны грузовиков. В современных операциях контроль над шоссе это аксиома.

Странно лишь, что понимая важность контроля над шоссе ещё в 1812 году (когда Наполеона вынудили отступать по Старой Смоленской дороге) - вновь это осознали лишь в 1914 году (благодаря «Марнскому такси»). Целый век человечество прожило под наваждением рельсовых путей, и потом ещё век понадобился, чтобы шоссе превратились в современные удобные дороги, способные пропустить куда больший поток грузов, чем ограниченные рельсовые пути.

А зачем нам двигатель?

Как ни хороша рельсовая дорога, но она годится только для больших масс грузов или пассажиров. Путь-то один! И следовать по нему может только один поезд. Хотя конечно находились богачи, которые ездили на собственных личных поездах. А у известнейшего промышленника «пушечного короля» Круппа рельсовый путь был проложен до самого дома, а перрон составлял часть здания. Так что когда ему нужно было встретиться с кайзером, он из своего кабинета шёл прямо на перрон не выходя из дома. И ехал в Берлин. И когда к власти пришёл фюрер, то он так же посетил Круппа на поезде, остановившемся у перрона его дома.

Но по рельсовому пути можно приехать только на вокзал! А если хочется туда, куда рельсы не проложены?

Каждый день совершается очень много поездок в одиночку, иногда вдвоём. Общественный транспорт не может помочь, когда ехать нужно куда хочешь и когда хочешь. Приходится звать извозчика. Или держать собственный экипаж.

А это расходы. Лошадь существо очень прожорливое. И, извините за подробность, производящее много отходов жизнедеятельности. Каждый день за ней нужно убирать. Каждый день она нуждается в заботе. При всём своём лошадином здоровье болеет, если не получает должного ухода. И рабочий век лошади недолог, всего несколько лет. В общем хлопот не оберёшься.

Поэтому когда появились первые автомобили - то люди восприняли их с радостью. А выхлоп считали сладким запахом - по сравнению со смрадом от лошадиного навоза. Которого по улицам столиц было столько, что нельзя было пройти не испачкав ног.

Но как мы нынче знаем, человек легко может везти сам себя. Например на велосипеде. И двигается при этом быстро - и избегает забот о лошадях. Велосипед простое устройство. Почему его не выдумали давным-давно?

Вообще-то выдумали. Может не так давно, как могли бы. И может не совсем велосипед. А сперва изобретали самобеглые коляски. Далеко не первая из них, но наиболее изученная это самобеглая коляска придворного механика Екатерины II, Ивана Петровича Кулибина, 1791 года.

Самобеглая коляска Кулибина

Самобеглая коляска представляла собой трехколёсную педальную коляску с колесом-маховиком и трёхскоростной коробкой смены передач. Слуга давил на педали и разгонял маховик, а уже с маховика вращение передавалось на колёса. Никакой цепной передачи не было, усилие от педали передавал шток. А обратный холостой ход педали осуществлялся за счёт установленного между педалью и маховиком храпового механизма. Ведущими колёсами были два задних, а управляемым – переднее. Вес коляски (вместе со слугой и двумя пассажирами) составлял 500 кг, а развиваемая ей скорость – до 10 км/ч. При этом она, благодаря маховику, в подъём шла едва ли не резвее, чем по ровной дороге.

Схема устройства самобеглой коляски Кулибина

А в 1801 году крепостной слесарь Нижнетагильского завода Артамонов построил первый двухколёсный металлический велосипед.

Итак, уже на самой заре Эпохи Пара человечество имеет самые необходимые виды дорожного транспорта. Которые были бы очень востребованы в городах. Но на Руси насущной потребности в этом не было. Самобеглая коляска осталась просто одной из забавных диковинок гениального механика.

Думается, что совсем иначе могла бы сложиться судьба этого изобретения, окажись оно в Англии. Под «Закон о дорожных локомотивах» велосипедные экипажи никак не подпадают. Конечно они представляли конкуренцию традиционным фиакрам, или как их называли англичане - кэбам. Ну и какова же была бы реакция кэбменов? Может, пошли бы жаловаться в парламент, требовать запретить самобеглые коляски?

Думается, в первую очередь сами кэбмены и поменяли бы своих лошадей на эти коляски. Потому что это для кэбмена огромная экономия - если он сможет не тратиться на лошадей, то сможет больше денег оставить для себя. Логично?

А почему же тогда этой логике не следовали владельцы конных дилижансов?

А почему мы думаем, что не следовали? Неужто извозом вдруг стали заниматься люди, никогда им не занимавшиеся? Думается, это как раз опытные извозчики, увидев новинку и прикинув свою выгоду от сокращения расходов на лошадей, бросились раскупать паровые омнибусы, причём весьма и весьма активно. И только печальный «Закон о дорожных локомотивах» вынудил извозчиков вернуться к незапрещённым лошадям.

Именно на такую версию указывает и порядок появления анти-паровых законов. «Закону о дорожных локомотивах» предшествовало введение налога с колеса. Когда же парламент увидел, что и эта мера не сработала и извозчики всё равно переходят на паровой извоз - то ввёл прямо угнетающий паровиков закон. Вот вам и законное государство!

Есть ещё версия, что печальный для всей нашей цивилизации английский «Закон о дорожных локомотивах» проталкивали конезаводчики, опасавшиеся что у них перестанут покупать лошадей. Но в таком случае они тем паче должны были бы воспротивиться рельсовым дорогам! Однако ничего подобного не произошло. Злосчастный закон преследовал лишь редкие паровые омнибусы, в то самое время как паровозы делали ненужными тысячи и тысячи лошадей ежедневно.

Но если бы в Англии появилась самобеглая коляска, её не вышло бы запретить как «пугающую лошадей»!

Почему в Англии не появились свои Кулибины? Во Франции были, в варварской Руссии были и не один - а в «кузнице мира» ни одного. Отчего так? Мы не знаем. Но появление самобеглой коляски в Англии могло бы изменить всю историю человечества. Ведь без рельсовых путей господство корпораций отодвинулось бы на более поздний срок.

Сухопутные броненосцы

Мы уже знаем, как нелепые законы английского парламента почти на век затормозили развитие безрельсового транспорта. А теперь посмотрим, какие последствия это имело для военного дела.

Рельсовые титаны

Пока парламентарии успешно боролись с безрельсовым транспортом, военным нужно было как-то возить свои пушки. Вспомните, для чего делал Кюньо свою паровую телегу. И эта необходимость никуда не делась. Напротив орудия становились всё мощнее - и всё тяжелее. А паровой тягач для них так и не появлялся. Нет спроса - вот и не делают таких машин. А не делают - значит и не продают. Продают только рельсовые паровозы. А возить грузы и пассажиров надо уже сейчас.

Благодаря мудрым парламентариям, весь цивилизованный мир, был вынужден строить дорогостоящие рельсовые пути - и совсем забросил строительство обычных дорог.

А нет дорог - никто не делает и транспорт для них. И что же делать господам военным с их тяжёлыми пушками? Пришлось возить по рельсам. Впервые это произошло в Австро-Венгрии во время венгерского восстания 1848 года. Некий поезд был вооружён пушками. Но это был единичный случай. А в обычную практику это вошло в Гражданскую войну в США, когда тяжёлые орудия стали стрелять прямо с железнодорожных платформ.

Мортира южан «Диктатор» на рельсовой установке

Конечно, это была вынужденная мера. Не ко всем важным в военном отношении точкам был подведён железнодорожный путь. К тому же в ту же войну Севера и Юга, противники активно разрушали рельсовые пути врага. Поэтому применение такой рельсовой артиллерии было хотя и очень полезным, но эпизодическим.

Но когда война велась в местности насыщенной рельсовыми путями - а таковая, как правило, оказывалась в районах угольных бассейнов, что было очень удобно - то тут вооружённые поезда могли активно воевать. И тут возникла необходимость защищать их. Раньше они были просто возимой артиллерией - теперь же стали бойцами на передовой.

И произошло это... нет, не в англо-бурскую войну в Южной Африке. Хотя обычно считают именно так, и местность там идеальна для действий бронепоездов - развитая сеть рельсовых путей соединяла угольные шахты. На самом деле как их тогда называли «блиндированные» поезда делали англичане при подавлении египетского восстания 1882 года. Того самого, в котором так удачно показал себя «гатлинг». Пулемёты ставили на железнодорожные платформы и обкладывали мешками с песком. Пулемёты и их команды, кстати, давал флот. И флот дал чуть позже и пушки - флотские пушки на тумбовых установках отлично прижились на блиндированных платформах.

Так что в англо-бурскую войну блиндированный поезд был лишь усовершенствован - до бронированного поезда.

Ну а в Первую Мировую конструкция бронепоезда была доведена до возможного совершенства. Предел этих возможностей определялся техникой:

Бронепаровоз - обычный паровоз сам по себе штука тяжёлая, а тут ещё его бронёй обшивают. Броня была от ½ дюйма до 2½ дюйма. Итого вес бронепаровоза получался 100 - 120 тонн, а всего тянуть он мог тонн 400. То есть бронепаровоз весит примерно ⅓ массы всего бронепоезда. Но что поделать! Подобьют бронепаровоз - погибнет весь бронепоезд. Предел скорости для него не более 50 км/чБронетендер - тендер это прицеп с углём к паровозу. Без него паровоз может ехать, но недалеко, километров на 100 от силы. Как правило бронировали небольшие паровозы и соответственно небольшие тендеры - потому бронетендер увеличивает запас хода лишь до 300 км. Это только по углю! Никаких конденсаторов пара в бронетендере нет, ибо места мало. Поэтому через каждые 100 км пути бронепаровоз нуждается в заправке водой. И потому как бы бронепоезд не спешил, но суточный переход не более полутысячи километров.Броневагоны - весят по 60-70 тонн. Так что много бронированных вагонов к бронепаровозу не прицепишь. Поэтому в бронепоезд входили и частично бронированные площадки с орудиями. Подчас это были не полевые, а морские орудия, способные разнести вражеский бронепоезд в щепки на любой дальности. Кроме того известные десантные вагоны для солдат, а иной раз бронепоезд вёз с собой лёгкие танки.Контрольная (или предохранительная) платформа - прицеплялась впереди (а иногда и позади) бронепоезда на случай наезда на мину. Кроме того на таких платформах всегда лежал небольшой запас рельсов и шпал для быстрого ремонта повреждённого участка пути. Обычный подорванный рельс заменялся не дольше ½ часа. Запасов бронепоезда обычно хватало на восстановление до 150 метров пути - такая работа занимала 3½ часаЧёрный паровоз - это самый обычный небронированный паровоз, который таскает бронепоезд вне лини фронта, чтобы сберечь ресурс бронепаровоза, который и так работает на износ. Вне боя чёрный паровоз отправлялся к поезду снабженияПоезд снабжения, он же база - который следует за бронепоездом и везёт всё бронепоезду необходимое в самых обычных небронированных вагонах. Там есть штабной вагон, казарменные вагоны, вагоны с углём и вагоны с боеприпасами и всяким разным прочим имуществом. Нередко были вагон-кухня, вагон-лазарет и даже вагон-клуб. И, конечно же, платформы со шпалами и рельсами для ремонта разрушенных участков пути, брёвна чтобы при нужде даже построить небольшой мост. Известны случаи, когда бронепоезд со сломавшимся бронепаровозом вытягивал из-под вражеского огня паровоз отцепленный от поезда снабжения.Так же к бронепоезду нередко придавались поставленные на рельсы броневики (для этого на них заменялись колёса) - в целях разведки. Позже появились вооружённые бронедрезины - но они как правило действовали самостоятельно, заменяя полноценные бронепоезда на малозначительных участкахВ Гражданскую войну бронепоездам стали придавать аэростаты для наблюдения и корректировки. При высоте подъёма около 1 км, в ясную погоду и при наличии должных наблюдательных приборов разведку можно было вести на полсотни километров, а при удаче и чуть более того.

Служба на бронепоезде мёдом не казалась. В жару под бронёй как в бане. В мороз лютый холод. Даже попрыгать, чтоб согреться, негде - внутри громадного с виду броневагона места мало, всё занято механизмами, оружием, боеприпасами. В бою стоит жуткий грохот, как от своих выстрелов, так и от ударов чужих пуль по броне. От этой какофонии люди получали контузии и порой теряли слух - кто на несколько лет, а кто и навсегда. Управление бронепоездом то же не простая задача - он медленно разгоняется, а разогнавшись неохотно тормозит. Не случайно в годы гражданской войны более успешно действовали бронепоезда под командой технически грамотных моряков.

Овечка и хунгуз

С 1893 года и до середины XX века в России наиболее распространённым товарным паровозом был паровоз серии «О». А из этой серии самой совершенной моделью была Ов, с парораспределительным механизмом Вальсхарта. Естественно, в просторечии за паровозом закрепилось прозвище «овечка», которое распространилось и на модели Од, Ок и Он. «Овечки» оказались наиболее подходящими для превращения в бронепаровозы. Вес паровозов Ов, Од и Ок (без брони) составлял 52½ тонны. «Овечки» имели оптимальную скорость движения до 50 км/час и могли водить составы весом до 730 тонн.

Основные размеры паровоза серии Ов нормального типа, 1901 год

А вот теперь новость, которую должны «поднять на щит» все сторонники либерализма (для справки: если читатель не знает, либерализм подразумевает свободу действий для капитала, а вовсе не свободы для людей). В России первыми озаботились бронепоездом не гос-чиновники, а частный капитал. Проект бронепоезда был разработан в 1900 г. Правлением Общества КВЖД. Эта рельсовая дорога была частной и даже экстерриториальной. Как и всякая рельсовая дорога она имела свою полосу отчуждения, но сверх того имела свой бело-желтый (по диагонали) флаг, свои речные флотилии на реках Амуре и Сунгари, морскую флотилию, и конечно же свою армию.

Надобность в бронепоезде была. В июне 1900 года китайские повстанцы, получившие в Европе название боксеров, совершили ряд нападений на КВЖД. Пришлось в пассажирских поездах, следовавших по КВЖД и участку Транссиба вблизи китайской границы, прикрывать нижнюю часть (до уровня окон) пассажирских вагонов I класса противопульной броней. При обстреле поездов пассажирам предлагалось ложиться или садиться на пол вагонов.

К неудовольствию сторонников либерализма по сути КВЖД была вотчиной министерства финансов России. То есть опять-таки гос-конторой. Заведовал министерством финансов в ту пору Сергей Юльевич Витте. Какое это имеет отношение к бронепоезду? А такое, что крупно поссорился Витте с военным министром Куропаткиным. И в пику последнему, специально для проектируемого бронепоезда заказал через Аргентину 75-мм полевые пушки у Круппа. Почему через Аргентину? Да потому что к тому времени небезызвестная Матильда Кшесинская, пользуясь своим влиянием на мужской пол семейства Романовых, уже занялась небескорыстным посредничеством в деле артиллерийского вооружения русской армии. Крупп за её услуги то ли отказался платить, то ли конкуренты предложили больше. Но как бы то ни было, немецкий пушечный король начал проигрывать все испытания. Вплоть до того, что его орудия превышают требуемую дальность... и получают отказ на основании «а зачем стрелять так далеко?» А крупповские-то пушки были лучше ещё сырых отечественных 3-дюймовок образца 1900 года.

Но пока на Путиловском заводе в Петербурге были изготовлены металлические части для бронировки 15 платформ и 5 паровозов, да пока их в начале 1901 года доставили в Маньчжурию - боксёрское восстание закончилось. И все части сдали на склад за ненадобностью.

Вспомнили об этой проекте в Первую мировую. В ту пору железнодорожные мастера из Заамурья работали в Киеве, и к 1 сентября 1915 года, там всего за 16 дней был забронирован и вооружён первый русский бронепоезд. И назвали его «Хунгуз» - так называли маньчжурских бандитов. Всего было построено 4 таких бронепоезда. Каждый включал бронепаровоз серии Ов и прицепленные с обеих сторон к нему 2 бронеплощадки, хотя на деле они были полноценными броневагонами, имевшими крышу.

Бронепоезд «Хунгуз» : бронепаровоз

На бронепаровозе находился боевой пост командира бронепоезда с наблюдательной башенкой и распределительной доской электрической сигнализации (цветными лампочками) для связи с командирами бронеплощадок. Она дублировалась рупорной (корабельного типа) и звонковой связью. Наблюдение за ходом движения поезда осуществлялось через четыре люка, которые в бою закрывались ставнями с прорезями. Для удобства обслуживания ходовой части нижние листы брони подвешивались на петлях. Электроэнергия для нужд бронепоезда вырабатывалась динамо-машиной, приводимой в действие от турбины паром котла и установленной в паровозной будке. Все воздушные и водяные рукава, а также электрические провода между платформами и паровозом заключались в особые броневые трубы. Весь состав имел запасные колесные пары на случай действий в полосе австрийских или германских железных дорог с меньшей шириной колеи.

Бронепоезд «Хунгуз» : бронеплощадка

Внутренность бронеплощадки разделялась на пулеметный каземат и башенную орудийную установку. В первом на особых столах устанавливалось 12 австрийских пулеметов Шварцлозе (по 6 на борт). Для охлаждения пулеметных стволов во время стрельбы имелась специальная водопроводная система с подачей воды из тендера к кожуху каждого пулемета. На площадках первых двух бронепоездов курсовые пулеметы вели огонь только вперед. В дальнейшем, благодаря устройству специальных спонсонов, они могли использоваться и для стрельбы в боковых секторах. Боекомплект, состоявший из 1500 патронов (10 лент) на пулемет, хранился в специальных бортовых ящиках.

Башенная установки располагалась в передней части вагона и монтировалась на поворотном круге. Последний изготавливался из паровозного бандажа, обточенного по специальным шаблонам. На поворотный круг шестью роликами опирался стальной диск, на котором устанавливалась 3-дюймовая горная пушка образца 1904 г. Эти пушки к августу 1914 г. были сняты со штатного вооружения горных батарей, но имелись на складах.

Чтобы всю орудийную установку весом 120 пудов (1920 кг) мог поворачивать вручную один человек, была разработана конструкция специальной пяты, игравшей роль оси вращения и в то же время принимавшей на себя часть веса установки. Угол обстрела по горизонту составлял около 220°. Боекомплект — 80 шрапнелей и 25 гранат на орудие — размещался в особой камере под поворотным кругом.

Наблюдение за полем боя осуществлялось из специальной башенки с обзором в 270°. Позднее, с учетом боевого опыта, бронеплощадки получили командирскую башенку с круговым обзором. В задней части вагона устанавливался выдвижной прожектор, а в полу имелись люки для аварийного выхода. Система отопления бронеплощадок зимой состояла из дюймовых труб, проложенных вдоль бортов и соединенных с котлом паровоза. Для уменьшения теплопроводности стальных стен и шумоизоляции вагоны изнутри обшивались 20-мм слоем пробки и 6-мм фанерой. Изнутри бронеплощадки окрашивались в белый цвет, снаружи, как и весь состав, в защитный.

Команда бронепоезда состояла из трех взводов (пулеметного, артиллерийского, технического) и паровозной бригады — всего 4 офицера и 90 нижних чинов.

У первой серии русских бронепоездов серьёзный недостаток заключался в их главном калибре. Ставили что давали - а давали что самим не гоже. 3-дюймовая горная пушка была слабовата: дальность стрельбы 4267 м для гранаты и 4160 м для шрапнели. Счастье что гранаты и шрапнель можно было брать от 3-дюймовой полевой пушки образца 1902 года, что по крайней мере упрощало снабжение.

Так что «Хунгузам» ещё повезло. А вот прекрасно задуманный моторный броневагон «Заамурец», в одиночку фактически заменявший собой целый бронепоезд, вооружили и вовсе 57-мм пушки Норденфельда. Тут осведомлённый читатель может воскликнуть «Ну как же! 57-мм калибр ЗИС-2, которая даже "Тигры" била!». Только ЗИС-2 это венец творения одного из лучших артиллерийских конструкторов мира Василия Гавриловича Грабина, а 57-мм пушка Норденфельда была откровенным старьём ещё задолго до Первой Мировой. Эти пушки держали в береговых крепостях в качестве пристрелочных орудий, но вывели из употребления за полной ненадобностью на основании опыта русско-японской войны. У этой пушки граната весом 2,76 кг содержала всего 108 г дымного пороха, а шрапнель — 59 пуль диаметром 13 мм. Дальность стрельбы шрапнелью с 8-секундной трубкой всего 2390 м - что, как уже знает читатель, было меньше дальности пулемётного огня на подавление. Проще говоря пушка оказалась для броневагона мёртвым грузом. А жаль, сам броневагон был продуман весьма хорошо. Был оснащён 8 перископами, 2 дальномерами и 2 прожекторами. Имел низкий силуэт, что делало его ещё более трудной целью в сравнении с бронепоездом. И даже имел под бронёй подбой из пробки для тепло-, звуко- и вибро-изоляции. Но из-за слабости своих орудий, использовался в основном как подвижная зенитная батарея. За неимением лучшего, 57-мм орудия, способные вести огонь под углом 60°, могли вести заградительный огонь и пугать «летунов» супостата.

Хоть главный калибр «Хунгузов» был получше, но и ему эффективности недоставало. Прежде всего из-за стеснённых условий внутри броневагона резко падала скорострельность орудий. Даже более лёгкие 57-мм пушки «Заамурца» - на полевом станке давали 15 выстрелов в минуту, а в броневом каземате только 6. Подавляющую часть боекомплекта составляла шрапнель - но в полутьме каземата артиллерист не мог различить деления на дистанционной трубке и верно выставить время подрыва.

Чтобы русские бронепоезда смогли показать себя в полную силу нужно было вооружить их хотя бы полевыми 3-дюймовками образца 1902 года. А лучше 48-линейными (122-мм) гаубицами образца 1909 года или 1910 года. Броневагон вполне выдержал бы и вес и отдачу этих гаубиц, а разрушительная мощь их снарядов была заметно выше, чем 3-дюймовых.

Показателен первый бой первого русского бронепоезда. На фронт он убыл 9 сентября, после пополнения его команды артиллеристами 1-й резервной горно-артиллерийской батареи, бронепоезд под командованием поручика Крапивникова, на железнодорожную линию Ковель — Сарны. А вечером 23 сентября получил первую боевую задачу: поддержать наступление 408-го полка 102-й пехотной дивизии. По прибытии на станцию Рудочка была произведена разведка пути, выяснившая его исправность вплоть до передовых окопов австрийцев. В 4 часа утра 24 сентября поезд тихим ходом двинулся к неприятельским позициям. Далее обратимся к рапорту поручика Крапивникова:

«Подойдя к первой линии окопов и открыв по ним фланговый огонь из всех пулеметов и переднего орудия, поезд заставил неприятеля оставить окопы, обратив его в бегство (неприятелем было оставлено в окопах много трупов). После этого поезд двинулся дальше и принудил неприятеля действенным пулеметным и орудийным огнем очистить и вторую линию окопов. В это время шедшая впереди поезда небронированная платформа, груженная рельсами и скреплениями на случай исправления пути; прорвав проволочные заграждения передними скатами, попала в ход сообщения, вырытый австрийцами и не замеченный из-за насыпи. Высланными мною нижними чинами платформа была отцеплена, и бронепоезд начал движение обратно. Разорвавшимся тяжелым снарядом был испорчен железнодорожный путь, и бронепоезд оказался отрезанным, а сошедший с рельсов задний броневагон вследствие порчи пути не дал возможности бронепоезду двигаться вперед и таким образом избежать прицельной артиллерийской стрельбы противника, вследствие чего было попадание в передний вагон снаряда, которым были убиты командир артиллерийского взвода штабс-капитан Лазарев и 4 нижних чина — артиллериста. После этого мною была дана команда покинуть поезд. Всего бой продолжался 40 минут. За это время выпущено: из переднего орудия 73 снаряда, из пулеметов — 58 500 патронов».

3½ месяца разбитый бронепоезд стоял между австрийскими траншеями. В ночь с 11 на 12 января 1916 года команда охотников поручика Пашкевича сумела восстановить путь и увезти заднюю бронеплощадку. Полностью бронепоезд был возвращен во время летнего наступления 1916 года, но ввиду невозможности восстановления пошел на слом.

Самоходный форт - или форто-сокрушитель?

Как показывает судьба первого бронепоезда серии «Хунгуз», даже бронированный рельсовый транспорт чрезвычайно уязвим. Ведь он вынужден двигаться только по рельсовому пути. А нарушить путь очень просто. Да и не ко всякой тактически важной точке подведён этот путь.

Вопреки ожиданиям, Первая Мировая превратилась в позиционную войну, что решительно не устраивало все воюющие стороны. Поля колючей проволоки под прицелом пулемётов останавливали любое количество наступающих. Пытались взломать вражескую оборону отравляющими газами - солдаты быстро научились спасаться мокрыми марлевыми повязками, а вскоре войска получили и полноценные противогазы. В Альпах австрийцы и итальянцы увлечённо прорубали в камне многокилометровые тоннели и взрывали горы вместе с засевшим на них врагом. Строго говоря, о подкопах вспомнили ещё в русско-японскую. Но на Западном фронте во Франции это достигло куда больших размахов. На воздух однажды взлетело 30 километров передовых немецких укреплений. Но если противник замечал опасность вовремя, то сам подводил подкоп по вражеский тоннель и взрывал его. Тяжёлая артиллерия многодневными обстрелами превращала вражеский передний край в лунный ландшафт. Но за первой линией всегда была вторая и наступление захлёбывалось собственной кровью.

Идеи о сухопутных броненосцах витали в воздухе уже в XIX веке. Правда из-за необоснованного увлечения рельсовым транспортом, предлагалось и по полю пустить бронепоезд. Разумеется никто не спешил воплотить такой курьёз в жизнь. К курьёзам надо отнести и небезызвестный русский трёхколёсный Царь-танк - выглядел он конечно потрясающе, но, будучи воплощённым в металле, не смог и полсотни метров проехать, застрял своим задним колесом в канаве, и вытянуть себя не смог. Потому посмотрим на то, что ездило. Ну или хотя бы в принципе могло бы ездить по полю боя.

Ромбический танк - переползающий рвы

Ромбические танки стали наверное самым узнаваемым символом Первой Мировой. Их диковинная конструкция не случайна. К тому времени во всех воюющих армиях уже имелись бронеавтомобили. Но их узкие колёса с приводом лишь на одну ось так и норовили застрясть в грязи военного бездорожья. Окопы и прочие ямы вовсе становились непреодолимым препятствием.

Вот как раз требование к новой боевой машине уверено преодолевать воронки диаметром до 3.7 м и глубиной до 2 м и породило необычную конструкцию ромбического танка. Причём по ходу разработки аппетиты военных росли и было добавлено требование преодолевать ров шириной до 2.44 м и стенку высотой до 1.37 м. Чтобы взбираться на такую высокую стенку надо было сделать гусеницу как можно более высокой - и тогда гусеницу пустили вокруг всего корпуса. А чтобы облегчить переползание воронок и рвов к танку добавили хвост с колёсами, как дополнительную опору. Повороты танка были возможны только торможением одной из гусениц - чтобы хвост не создавал сопротивления этим поворотам, его сделали подъёмным. А сами гусеницы в нижней части не были прямыми - они имели некоторую выпуклость, чтобы уменьшить площадь трения при повороте.

Английский ромбический танк Mk I переползает ров

Танк Mk I весил почти 27½ тонн, вооружён был только пулемётами. И ещё многочисленными амбразурами для стрельбы из личного оружия по близко подобравшимся врагам - чем танкистам приходилось заниматься не так уж редко. Сверху танк прикрывала проволочная сетка, мешавшая врагам забраться на крышу танка. Внутри корпус был подобен машинному отделению корабля, причём была настелена палуба из досок. Высота от пола до потолка была 2 метра, ходить можно было в полный рост не сгибаясь - но ужасную тесноту создавал установленный посреди танка двигатель.

Служба в танке не казалось мёдом ещё более, чем служба в бронепоездах. Тряска была такой, что по свидетельству тогдашних танкистов «всё незакреплённое внутри танка сильно швыряло». И это не удивительно, ведь амортизаторов у этих танков не было. Танкисты страдали от шума, грязи и удушливого жара который испускал бензо-мотор. Выхлоп и бензиновые пары постоянно висели в воздухе. Температура внутри танка не опускалась ниже +32°, а доходила и до +70°. Порой прямо в бою они выскакивали наружу - чтобы подышать свежим воздухом. Когда же сделать это своевременно не удалось, обмороки были не редкостью. Так что вне поля боя танкисты предпочитали всей командой ехать на крыше танка, оставив внутри только водителя. В бою же враг концентрировал огонь на танке и свинцовые брызги от разбившихся о броню пуль залетали в смотровые щели - пришлось танкистам срочно позаимствовать у артиллерийских наблюдателей кольчужные шлемы с бармицами и очки со стальными решётками. Да и вообще танкист того времени своим видом изрядно походил на средневекового рыцаря среднего достатка. А если серьёзно то 80% ранений танкистов в Первую Мировую это ранения лица и глаз.

Экипаж ромбического танка составляли офицер и 7 нижних чинов: водитель в рубке рядом с командиром, наводчики и заряжающие в спонсонах и помощники водителя у бортовых передач ближе к корме. Для поворота водитель показывал одному из помощников кулак - что означало «поставь бортовую передачу в нейтраль». Другому показывал количеством пальцев какой номер передачи поставить. После этого выжимал сцепление, а помощники производили переключение. В процессе участвовал и командир - он управлял бортовыми ленточными тормозами, притормаживая нужную гусеницу.

Бензо-мотор мощностью в 105 лошадиных сил сообщал танку скорость от самой малой в 1.2км/ч до максимальной в 6.4 км/ч, а обычно по полю танк полз на скорости 3.2 км/ч, то есть медленнее неспешно бредущего пехотинца. Лишь на последних модификациях, благодаря множеству усовершенствований и установке специально разработанного для танков двигателя Рикардо мощностью в 150 л.с. максимальная скорость поднялась аж до 7 км/ч. Но по полю танк ползал почти так же медленно, как и раньше. Неудивительно что для связи между танками офицеры высылали посыльных - которые бегали от танка к танку, лично передавая сообщения. Впрочем, можно было ещё подавать сигналы флажками, а на более поздних моделях появился управляемый изнутри семафор. Ну и ещё - были почтовые голуби. Которые, впрочем, переносили пребывание в танке хуже людей.

Выпуск почтового голубя из танка

Мотор имел размеры 1 x 1.5 x 0.7 м и по бокам от него оставались проходы всего по 35 см. Выхлопные трубы выводились вверх на крышу, но не имели глушителей - глушители приделывали в войсках сами экипажи. Искры из труб прожигали уложенный на танки брезент - экипажи обкладывали трубы мокрыми мешками или глиной. Два бензобака по 114 л были подняты как можно выше, чтобы бензин из них самотёком поступал в карбюратор. Беда в том, что и стоящий над двигателем карбюратор оказывался довольно высоко. И если танк накренялся - то подача бензина прекращалась. Для борьбы с возгоранием рядом с каждым бензобаком крепился огнетушитель, но сомнительно чтобы эта мера оказывалась эффективной в бою, когда экипажу просто некогда наблюдать за состоянием баков. И даже если танк не ломался в бою, то через примерно 100 км пути ему требовался капитальный ремонт. Другое дело, что английская промышленность могла себе позволить производить ежедневно несколько новых ромбов на гусеницах.

Уже после начала производства решили часть танков вооружить пушками. Это увеличило вест танка всего на тонну, в общем не критично. Но, представьте себе, у англичан всё произошло в точности как у русских! Начальник Управления вооружений отказался выделять орудия для «сомнительных машин». А Адмиралтейство сплавило свои 57-мм пушки Гочкиса - с длиной ствола в 40 калибров, скорострельностью до 20 выстрелов в минуту, с оптическим прицелом и эффективной дальностью до 1.8 км. Но это при стрельбе с места. А на ходу танк не мог не то что попасть, а хотя бы подавить цель в 200-300 м от себя. Наводчику приходилось вести огонь стоя на коленях, а при выстреле казённик пушки откатывался почти до самого двигателя. Зато в спонсонах пушечных танков имелась дверь - а в спонсонах пулемётных танков на этом месте был лишь люк-лаз высотой 30 см, потому в случае пожара спастись из пулемётного танка было очень трудно.

Английский ромбический танк Mk II взбирается на стенку

А потом одному из ромбических танков отстрелили хвост - и его проходимость от этого не ухудшилась. Строго говоря ширина преодолеваемого рва всё же уменьшилась на ½ метра - зато длина танка уменьшилась на 2 м. Так родилась новая серийная модификация ромбических танков. На следующей серийной модификации ввели штатную балку самовытаскивания - деревянный брус, лежавший на крыше. Если танк увязал в грязи, экипаж вылезал на крышу, закреплял цепями балку к обеим гусеницам, запускал двигатель, и танк упираясь балкой вытаскивал сам себя. Разумеется, проволочную «обезьянью клетку» пришлось при этом убрать. В это же время танки ранних модификаций начали переделывать во вспомогательные машины. Некоторые стали танками снабжения - их стали называть «тендерами». Чтобы не мешать обслуживанию мотора, груз пришлось размещать в спонсонах. Поэтому с этих танков сняли всё вооружение, а амбразуры заделали. Зато один «тендер» снабжал 5 боевых танков. Часть танков переделали в радиотанки: в одном спонсоне разместилась радиостанция, в другом радист, а на крыше растяжками ставили радиомачту. Позже были сделаны танки - бронетранспортёры пехоты, перевозившие под защитой брони до 50 пехотинцев. Одна беда, пехотинцев с непривычки так укачивало, что выбравшись из танка они не то что бой вести, даже стоять на ногах не могли, а потому предпочитали отдохнуть и подождать следующих сзади пешком товарищей.

Немецкий танк - подвижный форт

Германия начала свой проект только ознакомившись с английскими танками, поэтому их A7V был спланирован более обстоятельно, хотя немцы предназначение танка видели несколько иным, чем англичане.

Танк весом в 30 тонн должен был быть полностью симметричным. Только пушка нарушала абсолютную симметрию - она была одна и устанавливалась в лобовой амбразуре. Пара двигателей - каждый в 100 л.с. работал на свою гусеницу - располагалась по центру машины. Таким образом, впереди и сзади от них оставались просторные объёмы, в сравнении с теснотой ромбического танка. Водитель и командир находились в надстройке над двигателями. Ниже, на, так сказать, основной палубе - 2 механика неотрывно наблюдающих за двигателями, а вокруг артиллеристы и пулемётчики при своих орудиях. И всё это сооружение было водружено на гусеницы прямо сверху, так что эти самые гусеницы полностью находились под днищем танка, а не по бокам. Под днищем же находилась и часть агрегатов трансмиссии. Так же 2 бензобака по 250 л размещались под днищем носовой части, изолированные от боевого отделения и дополнительно защищённые 10 мм бронёй снизу. Подача топлива шла под давлением выхлопных газов - так же выхлопные газы гарантировали что пары бензина в баке не вспыхнут от соединения с воздухом. Коробка скоростей давала танку скорости хода в 3, 6 и 12 км/ч. А катки были сгруппированы в тележки, и каждая тележка имела пружинные амортизаторы.

Германский танк A7V

Интересно, что на A7V в крыше корпуса были сделаны вентиляционные решётки так же служившие для естественного освещения внутренности танка - совсем как на парусниках освещался трюм.

Можно заметить, что A7V получился очень высоким. С другой стороны низкое расположение оружия на английских ромбических танках делало его эффективное применение затруднительным. Немецкие же танкисты могли с удобством выбирать цели на поле боя.

Компоновка германского танка A7V

Правда оружие было не лучше чем у англичан. Сперва хотели поставить 77-мм пушку, но эти пушки были что называется «на расхват». И потому пришлось ставить что осталось. А остались трофейные, захваченные в октябре 1914 года в крепости Антверпен, 57-мм капонирные пушки Максима-Норденфельда. Эти пушки ставили на грузовики, создав таким путём первую противотанковую самоходку. На танке пушка то же мыслилась как противотанковая и для стрельбы по пулемётам, защищённым бронещитками. С этим она справлялась вполне. Пушка имела длину ствола в 26 калибров, начальная скорость бронебойногого снаряда 487 м/с, бронепробиваемость 20 мм на дистанции в 1 километр. В боекомплект входило 40 бронебойных и 40 картечных снарядов, но главное - 100 осколочно-фугасных. Их взрыватель можно было ставить на замедление, что должно было повысить его разрушающее действие по полевым укреплениям, но на деле под силу ему были только наспех сооружённые простейшие укрытия. Впрочем от A7V никто и не требовал штурма ДОТов.

Орудие снабжалось оптическим прицелом. Но поле зрения прицела было узким. И, разумеется, никакой стабилизации ни прицела ни орудия тогда не было. Потому стрелять можно было только с места, при движении танка из-за тряски наводчик сразу же терял цель. Впрочем, предполагалось, что указывать цели будет командир из рубки. Для этого над артиллерийской установкой крепился указатель на цель, который управлялся командиром с помощью тросов. И белая и красная лампочки, чьими сочетаниями командир подавал команды: «заряжай!», «внимание!», «огонь!». Пулемётчикам команды подавались просто голосом... то есть криком.

Что касается пулемётов, то пулемёты системы Максима устанавливались в бортовых и кормовых амбразурах. А вот всё пространство в носовой части заняла пушечная установка и рядом с ней места для пулемётов не осталось. Получалось что вроде пулемётов на танке много, но когда он движется прямо на врага - пулемёты бездействуют. Расширить сектора обстрела бортовых пулемётов можно было бы, установив их по примеру англичан в спонсонах. Собственно в то время так устанавливались орудия на крейсерах и броненосцах во всём мире. Но A7V спонсонов не получил. Хотя в проект следующего танка - K-Wagen весом 150 тонн - немцы спонсоны ввели. И один такой танк был почти достроен к концу войны.

Сверх собственного оружия, в танке ещё полагалось возить целый комплект вооружения: пистолеты, карабины, гранаты, ручной пулемёт и даже огнемёт! Всё как и полагается гарнизону небольшого форта. Правда на деле огнемёты танкистам так и не выдали. Хотя численность экипажа A7V позволяла отправить несколько человек на небольшую вылазку, чтобы, например, зачистить ближайшие вражеские блиндажи.

Правда, у «подвижного форта» были проблемы с проходимостью. Высокий корпус грозил опрокидыванием при движении с креном. Высоко сидящий водитель хорошо видел вдаль, но не видел непосредственно перед танком, поэтому механики помогали ему, наблюдая за дорогой в смотровые лючки, и криками сообщая водителю окружающую обстановку. Решетчатая крыша не спасала полностью от жары и смрада выхлопов и бензиновых паров. А водитель сидел на двигателе, над ним решётки не было, и порой ему становилось жарко - по свидетельству одного водителя однажды температура в танке поднялась даже до +86°. Но он хотя бы сидел на месте. А другим членам экипажа приходилось двигаться, и тряска сбивала с ног - поэтому танкисты привязывали к решётке в крыше верёвочные петли, чтобы держаться за них при перемещениях внутри танка.

Ещё интереснее был итальянский «Фиат-2000», воплотивший в себе концепцию подвижного форта лучше немецкого A7V - но он был достроен уже после окончания войны, поэтому останется за рамками нашей истории.

Проект Менделеева - осадное штурмовое орудие

Хотя русский изобретатель Пороховщиков и претендовал в своё время на лавры изобретателя танка, но чего не было - того не было. В реальности Пороховщиков отдельно предложил свою концепцию слоёной брони для бронеавтомобилей и отдельно предложил небронированный гусеничный транспорт. И то и другое было изготовлено и испытано, но результаты показало так себе. Броня у Пороховщикова не вышла ни дешевле ни легче обычной. А его диковинный «Вездеход» с одной гусеницей исправно ползал только по прямой, потому что механизм поворота изобретатель не додумал. А вот кабы додумал - тогда конечно возможно другое дело. Но чего не было - того не было.

Танк Мендеелева : разрез, вид сбоку

Однако дельные проекты в России были. И самый интересный принадлежал Василию Дмитриевичу Менделееву, сыну того самого химика Менделеева, который придумал известную таблицу химических элементов. Василий Дмитриевич был флотским инженером и к проектированию подошёл обстоятельно. Занимался он им в свободное время с 1911 года, а подал в канцелярию Военного министерства свой «Бронированный автомобиль» только 24 августа 1916 года, то есть примерно за месяц до первого явления танков миру. Таким образом, его проект полностью самостоятельная разработка.

Танк Менделеева : разрез, вид сверху

Несмотря на название, это был танк на гусеничном ходу. Предусмотрено было всё: внутреннее размещение экипажа, таблица весов, расчёт опорной поверхности, транспортировка по рельсовым путям, и прочее.

Работа синхонизированной пневомоподвески танка Менделеева

Корпус строился, подобно корпусу корабля, клёпкой броневых листов на шпангоутах и стрингерах. Защита рассчитывалась на противодействие 6-дюймовым (152-мм) бронебойным снарядам - заметим, что это был максимальный калибр орудий, какие могли встретиться на вражеских фортах. Толщина брони: лоб 150 мм, борт и крыша 100мм. Главный калибр: в передней части морская 120-мм пушка Кане. Снаряды к ней хранились в крюйт-камере, как это полагалось на кораблях. К пушке они подавались тележками по подвесному монорельсу. Всего боекомплект: 46 выстрелов в крют-камере = 4 на тележках + 1 в казённике пушки. В центре крыши - выдвижная башенка с пулемётом «Максим». Толщина её брони 8 мм. В корме двигатель в 250 л.с., с пуском сжатым воздухом. Бензин в изолированных «стальных цистернах» под днищем. Подвеска с пневмоамортизаторами, с динамическим ходом катка до 1.5 метра! Это и поныне впечатляющий параметр. А дорожный просвет 0.7 м даже превышает таковой у современных танков. Так что в теории у танка были все задатки, чтобы стать покорителем лунных ландшафтов. Разве что вес великоват - 170 тонн, так что в распутицу лучше в поле не выезжать. Впрочем, в распутицу и пехота и кавалерия то же предпочитали не высовывать из окопов.

Танк Менделеева опущен на грунт для стрельбы

Пневмоподвеска была нужна не только для обеспечения плавности хода по изрытому воронками полю боя. Но и для того чтобы при стрельбе машина могла лечь на грунт, добиваясь максимальной устойчивости. Это решение будет воплощено лишь более чем через полвека, но нет сомнений, что технически оно было вполне осуществимо и тогда. Впрочем, учитывая расчётную массу танка в 170 т, огонь прямой наводкой можно было вести и с ходу.

Мотор

Описанные выше три образца бронетехники - два реально существовавший и один проект - конечно не исчерпывают всего многообразия Первой Мировой. Внимательный читатель разумеется заметил отстуствие эпохального «Рено» FT17. Хотя «Рено» FT17 заслуживает внимания за такие его паро-панковские элементы как деревянные(!) колёса! Но он вне темы нашего интереса. Мы обратим своё внимание только на отобранные машины и вот почему:

они проектировались для определённых целей - которые мы разберём подробнееони достаточно большие - и это не случайноАнгличане намеревались прорвать немецкий фронт танковой армадой. Но для этого танк должен был ощетиниться пулемётами. И прежде всего бортовыми пулемётами, которыми предполагалось простреливать вражеские окопы в момент их переползания танком. Этот танк - подвижная огневая точка. Ещё более эту концепцию возвели в абсолют немцы в своём танке. Танк подвижный форт. И броня его достаточна для защиты от пулемётов и самых лёгких пушек. А сам он поливает огнём во все стороны. Но разумеется внутри даже маленького форта должен быть достаточный гарнизон. Танк должен быть достаточно большим.

Совсем иное назначил своей конструкции Менделеев, предложив подвижное осадное орудие для расстрела вражеских фортов прямой наводкой непосредственно перед штурмом или во время штурма. Поразить казематы оно конечно же не могло. Зато могло снести бронекупола часовых, бетонные укрытия артиллерийских наблюдателей, вывести из строя орудийные броневые башни - то есть сделать форт слепым и безоружным, после чего его можно штурмовать пехотой. И конечно его машине нужна мощная лобовая броня. О бортовой и тем более тыловой можно не беспокоиться, хотя и это было предусмотрено. Но мощное орудие требует пространства для своего размещения. Да и орудийная прислуга нужна. Танк должен быть достаточно большим.

По всей логике развития выходит, что танк должен быть большим. Позже военная мысль придёт и к другому решению, но для первых танков, иного решения, кроме большого танка, быть не может.

А если он большой - то в нём и паровая машина поместиться.

Принято считать, что только появление «надёжных, лёгких и мощных бензо-моторов» сделало возможным создание танка. На деле, как видим, бензо-мотор капризен и ломается через сотню часов работы. Агрегат с размерами 1 x 1.5 x 0.7 никак не назовёшь компактным, и лёгким он то же не был. Впрочем, при общей массе танка в десятки тонн, центнер-другой веса ничего не решает. Вместо такого бензо-мотора можно впихнуть целиком паровоз Стефенсона «Ракета» - а он тянул вес в несколько раз больше танка.

Если уж вспомнили про рельсовый транспорт, то вот пример из его истории. На моторном броневагоне «Заамурец» были бензо-моторы. С одной стороны это позволяло двигаться сразу, а не ждать пока «разведут пары» - с другой, когда не было угля, в топку паровоза летели дрова. В 1919 году был случай, когда красный бронепоезд No56 «Коммунар» заправляли... деревянными крестами с ближайшего кладбища, так как иного дерева поблизости не нашлось. В общем, паровую машину можно заправлять всем что горит, хоть спиртом, хоть навозом. А вот бензин заменить нечем.

Выходит в фронтовых условиях - бензин это плохо. Паровая машина - хорошо.

И конечно на танке с паровой машиной нет риска взрыва паров бензина. От взрывов этих паров регулярно гибли подводные лодки, пока на них не поставили дизели. Гибли в мирное время. Как можно было ставить на танк, отправляющийся в самую гущу боя - сверх-огнеопасный бензо-мотор?

И ведь паровой танк был построен! В США конструкторы Джонсон, Рачецкий и Стерн построили танк весов в 50 тонн, с паровым двигателем и огнемётов в качестве оружия. Танк был представлен на выставке в Бостоне в 1918 году... но потом о нём просто забыли. Хотя это был не проект, а реальный несгораемый танк.

В этом нет никакой логики. Кроме одной - создатели первых танков ставили на свои детища то, что и давали. А давали только бензо-моторы. Выпуском паровых машин для тракторов уже никто не хотел заниматься. Из-за этой лени производителей - будут гибнуть танкисты весь XX век.

Ну а для нас, из этой истории вывод таков: танк мог бы появиться и раньше, к примеру в франко-прусскую войну. И был бы этот танк паровым и обязательно довольно крупным. Не гигантским, но вряд ли меньше чем ромбические танки. Было бы таких танков конечно же немного - но не стоит недооценивать их влияние на военную мысль. Своевременное появление такого танка Эпохи Пара предотвратило бы возможность затяжной позиционной войны.

Этот вывод может показаться черезчур смелым. Но давайте вспомним отчего вдруг к 1914 году политики всех стран решили, что будущая война будет исключительно маневренной, а стало быть недолгой, после чего в худшем случае проигравшей стороне придётся выплатить умеренную контрибуцию, а в целом все останутся при своих. Да-да, именно так - война без риска! Война - это весело!

Наполеоновские войны явили миру массовые армии. Когда 100 тысячные колонны маршировали мимо крепостей - а те, с их малыми гарнизонами ничем не могли помешать врагу дойти до самой столицы - и война выиграна! И с самого начала XIX века в полезность крепостей перестают верить. Затем франко-прусская война, когда хорошо подготовленные французские крепости сопротивлялись считанные дни. А одна и вовсе была сдана в день начала бомбардировки, потому что к коменданту прибежала толпа испуганных уважаемых жителей города, трясущихся за своё имущество - и комендант сдал крепость врагу! Франция после этого выплачивала контрибуцию 5 лет, и затягивать пояса в это время французам не приходилось. Проигрыш безопасен. Тревожным звоночком стала русско-турецкая война, Шипка, Плевна, где наспех вырытые полевые укрепления задержали русскую армию на несколько дней, к тому же с большими потерями для неё. Но то ж русские и турки, кого они волновали в просвещённом мире! К тому же на Берлинском конгрессе Турция отделалась весьма малыми уступками. Проигрыш безопасен. В русско-японскую цивилизованный мир правда внимательно следил за обороной Порт-Артура - но воспринималась она скорее как агония. Ведь полевые сражения в Маньчжурии были уже проиграны. Были то они проиграны только из-за откровенного идиотизма Николая II, отказавшегося послать обученную современной войне гвардию, а отправившего на убой резервистов, которые винтовок-то и в глаза не видели до того, не то что пулемётов. Цивилизованный мир об этом знал - но себя европейцы мнили умнее этих варваров. Каков же итог войны? После ряда разгромных поражений Россия потеряла лишь права на и так не принадлежавшую ей Маньчжурию и на ряд островов, которые слабо интересовали русских. Проигрыш безопасен.

Цивилизованные люди всерьёз стали верить что война это не более чем щекочущее нервы развлечение, а когда через пару месяцев надоест, то все разойдутся по домам.

Война это всегда дорогое удовольствие. Подготовка к войне в мирное время - обременительна для казны. Потому нет ничего удивительного, что в мирное время продвигались по службе те чиновники и военные, которые твердили «крепости своё отжили, война будет манёвренной». А раз так, то зачем танки - будь то хоть подвижные форты, или тем более штурмовые осадные орудия?

Между тем, всегда в истории, когда нарушается паритет средств нападения и средств сдерживания - находятся те, кто испытывает искушение к переделу мира в свою пользу. Борьба против безрельсового транспорта привела армии исключительно к лёгкому оснащению. Марш-марш, быстрее к вражеской столице - и война закончена. Побеждает не столько оружие - сколько манёвр! Манёвр в обход хорошо известных вражеских крепостей. Хотя и крепости уже мечтали брать «ускоренной атакой». И эта точка зрения стала считаться аксиомой настолько, что в начале войны Людендорф взял бельгийскую крепость - просто постучав в её ворота эфесом своей сабли!

Если бы до конца XIX века появились бы подвижные форты, которые могут внезапно оказаться на пути спешащей к желанной цели армии и своими пулемётами устроить то, что цивилизованные люди привыкли делать с туземцами в колониях - это обстоятельство сломало бы любой план манёвренной войны. А нет быстрой победы - и воевать становится невыгодно.

Но перевес оказался на стороне средств нападения - полевые пушки, шрапнель и пулемёты. А средства сдерживания - танки или хотя бы бронепоезда - появились слишком поздно.

Своевременное появление танков сделало бы цивилизованный мир - стабильным. Хотя это не спасло бы колонии от порабощения, и вооруженные конфликты в самой Европе то же случались бы - и возможно мир на полвека раньше вступил бы в эру «холодной войны» противостоящих блоков. Но по крайней мере такой Первой Мировой, какую мы знаем, никогда бы не произошло. А вслед за ней не возникло бы причин и для Второй.

Колониальные империи

Говоря о Эпохе Пара в реальной истории, мы не раз упоминали некие колонии. Они мелькают то там, то тут, в связи с применением того или иного изобретения. И вообще складывается впечатление, что не будь этих самых колоний, то не будет и прогресса - и не видать нам паровых машин никогда. Так ли это?

Приготовьтесь воспринять то, что перевернёт Ваш взгляд на цивилизацию. И, возможно, позволит творить воистину гениальные по замыслу произведения. Каждый параграф расскажет о том, что Вы быть может знали, да совсем упускали из виду. Взгляните на это снова - и удивитесь, как много разнообразия в принципах создания мощнейших империй планеты Земля.

Мерило ценностей

Экономика должна быть экономной. А как узнать что экономно, а что расточительно? Надо подсчитать и сравнить. А значит, нужно какое то мерило ценностей, к которому всё примеряют.

Таким мерилом ценностей нынче служат деньги. Но это сейчас всё в мире имеет свою назначенную цену, приравненную к единой расчётной единице, в качестве которой выступает доллар США. Однако эрудированному читателю конечно известно, что такая система сложилась совсем недавно - лишь в XX веке. А до того ни фунт стерлингов, ни франк не были «единой валютой» - все расчёты велись в золоте, а монеты принимались по весу драгоценного металла в них.

И мы знаем, что золото ценилось повсеместно, от Страны Ямато до кельтских поселений. Но любознательному читателю так же известно, что за один и тот же товар в разных краях могли платить разное количество золота, и порой эта разница оправдывала снаряжение торгового каравана в далёкий-далёкий путь. Выходит даже золото не является эталоном ценности?

Вообще-то да. И в этом нет ничего удивительного. Натуральные потребности людей удовлетворяются не золотом - а натуральными продуктами. Такими как пища, одежда, орудия труда при помощи которых производится всё необходимое. А золото как таковое - бесполезно. Его нельзя есть, в него нельзя одеться, из него нельзя сделать хорошие инструменты для работы.

Поэтому нет ничего удивительного, что были целые страны, прекрасно жившие веками вообще без денег. Например, Спарта.

Я сказал - страны? Простите, виноват, оговорился. Целые континенты прекрасно жили без денег. Обе Америки денег не знали.

При этом в Северной обитали не только дикие племена охотников, но известны и города на десятки тысяч жителей - то есть не уступавшие крупнейшим средневековым европейским. Чтобы построить такой город, нужно было объединить десятки тысяч людей, организовать их труд, снабжение всем необходимым и насущное пропитание. И раз города существовали, то эти задачи были выполнены. Без денег. И без золота, добыча которого в Северной Америке не велась.

Золото было в Центральной Америке. Но когда Кортес, ещё в краткий период мира с ацтеками, посетил их главный рынок, то обнаружил, что золото даже не является самым ценным товаром. А лишь одним из полутора десятков ценных. Например, зелёные перья птиц превосходили золото своей ценностью. А ведь ацтеки делали из золота украшения, дарили их друг другу, а потом - складывали в комнату, которую замуровывали. Предание гласило, что золото нужно будет отдать богам, когда те придут. Практического применения ему не нашлось.

При этом постройки ацтеков были многочисленны, в поселениях имелся водопровод, сами они соединены великолепными мощёными камнем дорогами. А инки построили дорог ещё больше, причём в куда более сложных условиях высокогорья. И их раскинувшаяся на тысячи километров империя так же существовала без денег, без золота. Только на натуральном продукте.

В Европе того времени и близко подобных дорог не строили, всё старыми римскими пользовались.

Драгоценный металл или деньги не являются необходимым атрибутом государственности. И далеко не обязательно сопутствуют развитой экономике.

Империя Чингиз-хана

Степняки всегда доставляли неприятности своим соседям. Наскочат, пограбят, полон уведут - и растворяться в бескрайней степи. А примерно раз в 20 лет - большой набег.

Набег потому, что это лишь кажется будто степь бескрайняя. А для кочевника она имеет очень даже ограниченные размеры. Стада надо пасти, а значит надо кочевать в поисках новых пастбищ, пока не восстановятся старые. А вокруг кочуют такие же скотоводы. И среди них всегда найдутся те, кто захочет угнать твоё стадо, стоит тебе только зазеваться. Потому кочевья держатся подальше друг от друга - и бескрайняя степь оказывается очень маленькой, когда подрастает новое молодое поколение. И тогда, говоря научным языком, демографическое давление выплёскивает набег.

Феномен Чингиз-хана в том, что он превратил очередной набег в беспрерывную череду захватов. Больше степняки не убегали обратно в степь - они захватывали страны осёдлых жителей и селились в их домах сами. Из презираемых, они становились господами над теми, кто ещё недавно так надменно их презирал. И покорённый народ принимался обслуживать новых господ, снабжая их плодами своего труда и пополняя своими сынами их армию для новых захватов.

Конец известен: через полтора века потомки сынов степей обленились и сами стали осёдлыми, а империя монголов фактически прекратила своё существование, рассыпавшись на прежние государства. И хотя степняки ещё долго донимали соседей своими наскоками, порой очень разорительными - но воссоздать свою империю им было уже не суждено. Фактически вольные батыры превратились в наёмников на службе у осёдлых господ.

В этой истории важно, что захваты Чингиз-хана в начале не имели под собой экономической базы. А какая у степняка могла быть экономическая база? Сам, лук со стрелами, аркан да сабля, ну и кони разумеется - вот и всё с чем шли в набег.

При этом степнякам противостояли хорошо оснащённые войска, многократно превосходящие их техническим уровнем. Уже первый серьёзный враг имел и прекрасные арбалеты и более крупные метательные машины. Но как варвары покорили Рим в Европе, то же произошло и в Азии.

Как видим, создать империю можно и без денег и без технических новинок.

Китайская империя

Китай не раз подвергался захвату. Менялись правящие династии, захватчики становились господами - чтобы спустя время раствориться и стать китайцами. Китай оставался.

И развивался. Медленно, но неуклонно шло это развитие. Задолго до европейцев китайцы знали порох, и применять его в военном деле начали раньше. И кстати куда более изобретательно и разнообразно. Задолго до европейцев в Китае изобрели суда с гребными колёсами - правда крутили их не машины, а сидящие внутри кораблей люди. Такова уж специфика Китая - людей много, потребности в машинах нет. Такие суда веками плавали по китайским рекам и даже приняли участие в Опиумных войнах.

Морские суда китайцев это джонки. Мы привыкли представлять их себе неуклюжими лодочками с циновочными парусами - на деле джонки были и весьма крупных размеров. Иные более сотни метров в длину! В Европе корабли таких размеров появятся только в Эпоху Пара. Конструкция средневековой китайской джонки совершеннее более поздних европейских судов. Даже эти диковинные паруса из циновок работали при определённых ветрах эффективнее холщовых прямых парусов европейцев. Китайцы на много веков опередили европейцев в переходе на систему набора корпуса со шпангоутами, разделяли трюм переборками, заменили рулевое весло на руль, причём он был подъёмным для плавания по мелководью. И, наконец, китайцы делали борта своих океанских джонок двухслойными, заполняя пространство между слоями обшивки разновидностью лёгкого бетона. Такой борт имел толщину меньше, но прочность больше чем цельнодеревянный борт европейского линейного корабля. Да и в постройке выходил дешевле.

Прошу прощения у читателя, что я написал «дешевле». Нет, это неправильная оценка. А правильно оценивать так - технологичнее. Доступность технологии позволяла строить джонки массово, такими темпами, которые и не снились европейцам. Когда Китай был под властью монголов, для второй попытки десанта в Японию всего за 10 лет был выстроен флот из 4 тысяч кораблей, перевезший 100 тысяч воинов, часть из которых плыла со своими конями. Между прочим, такой же флот был отряжен и для первого десанта. И это всего лишь XIII век. В Европе, спустя пару веков, Колумб отправится на поиски нового пути в Индию на корабликах в 20 метров длиной, а знаменитые золотые галеоны были 40 метров длины - и это уже XVI век.

Китай имел техническое превосходство на протяжении многих веков, в нём регулярно появлялись амбициозные вожди, имелись излишки населения - то самое пресловутое демографическое давление. Но колониальную империю Китай так и не создал.

Хотя плавания совершались. Вряд ли китайцы плавали через Тихий океан в Америку (хотя среди американских историков есть именитые защитники этой теории, и возможно они правы). Но вот в Африку доплывали это точно. Привозили оттуда диковинных зверей в императорский зверинец. В экспедиции отправлялись на десятках судов с великим множеством воинов на борту - а то мало ли что в дороге может приключиться. Но колоний создавать не стали. Почему?

Потому что содержать колонию - дорого. Всё надо везти издали. А по пути - пираты. Они и поныне грабят корабли в поливах между островами южно-китайских вод. А когда колония станет сильной - то непонятно как её контролировать? Губернатор вполне может выйти из подчинения, объявить себя императором или на худой конец королём - и какой с этого прок китайскому правительству?

Поэтому китайцы строили свою империю предельно практично. Что смогли захватить поблизости - захватили. Конечно, если захватывать стоило. Например, обширные, но неприветливые к человеку горы Тибета явно не заслуживали того, чтобы за них бороться. Степь с её просторами то же не соблазняла, потому что в ней нельзя вести земледелие. А вот вдоль океанского побережья промышленные центры империи раскинулись аж до современного Владивостока. В период максимального расцвета разумеется. Потому что вообще-то те холодные края мало привлекали китайцев.

Да и зачем самим переселяться - когда можно просто запугать и заставить платить себе дань. Так китайцы и поступали с соседями кто послабее. И это выгодно - у соседа есть правитель, есть войско, они соберут со своего народа дань и отдадут Китаю. Никаких расходов, только доходы.

А плыть за тридевять земель самому, обживать дикие земли, отбиваясь от туземцев - это невыгодно.

Вексель

Вексель это с виду долговая расписка. На деле всё куда хитрее. Приходил купец к банкиру, скажем, в Венеции, отдавал свои флорины, а взамен получал вексель. И с этим векселем он отправлялся через всю Европу, скажем, в Любек. И там за эту бумажку получал звонкие гульдены по счёту. Замечательно! Можно путешествовать налегке, и не опасаться, что сундук с золотом отнимут разбойники. А вексель - бумажка, которая разбойникам не нужна.

Но тут есть подвох. И даже два. Нет, три:

нельзя одолжить то, чего у тебя нет - а вексель как раз является обещанием денег, которые должен отдать кто-то другойневозможно узнать, сколько векселедатель выдал векселей - а ведь всегда есть искушение выдать больше, чем имеешь золотаэта система будет работать только в условиях глобального сговора - иначе какой смысл банкиру оплачивать чужой вексель?А если вексель не будут обналичивать в чужой стране - то зачем тогда он нужен? Уж лучше наличное золото, его везде принимают к оплате с удовольствием.

Тем не менее, каким-то образом, банкиры стали необычайно доверчивы друг к другу и согласились обналичивать чужие векселя.

В 1492 Колумб открыл Америку. Хотя вообще-то он думал, что открыл новый путь в уже известную европейцам Индию. Ради пряностей, которые стоили очень дорого, даже дороже чем золото того же веса. На своих утлых корабликах европейцы уже добирались до Индии - каботажным плаванием, то есть вдоль берега. Метод нехитрый, да путь вокруг Африки далёкий. И опасный - пираты! А тут Колумб открыл прямой путь через океан, в котором пиратов нет.

И началось массовое строительство кораблей. Все ринулись в Новый Свет. Пряностей не нашли, зато нашли золото. Успех, слава и богатство. Но откуда взялись средства на корабли?

Дело в том, что любая экономика того времени это по сути замкнутая система. Сбалансированная система. Что означает, что количество денег соответствует потребности в них. Как это? Да очень просто: людям нужен натуральный продукт - пища, одежда, инструмент для работы. Цена всей массы продуктов соответствует денежной массе. Даже если это золото. Как известно, в голодный год булка стоит золотой. А если золота становится много, то и в урожайный год. Кстати именно так и произошло, когда первые золотые галеоны привезли награбленные в Новом Свете богатства - тогда золото резко упало в цене, и от этого возросли все цены. Так что избыток денег то же вреден. И даже если вместо денег, мера всех мер - чистое золото.

Но привезли галеоны это золото позже. А построить корабли надо было раньше. Когда ещё не было никаких намёков ни на пряности (которые к слову так и не нашли), ни тем более на золото. Но откуда-то у конкистадоров появились новые корабли. Да-да, новые, вспомним, что век деревянного корабля очень не долог. И ещё нужно было держать флот у родных берегов, на случай неприятностей в Европе. А без массы кораблей, снующих туда-сюда через океан, прощай мечты о богатствах Нового Света.

Ведь колонии нужно сперва содержать и снабжать, и лишь когда они окрепнут, то смогут подчинять себе окрестные земли и население. И тогда надо посылать ещё больше кораблей, чтобы держать колонии под контролем.

Строительство новых кораблей развернулось благодаря векселям. Выписанным бумажкам - а не реальному золоту. Банкиры, конечно, не имели лишнего золота. Откуда было взять это лишнее золото в замкнутой экономической системе? И банкиры к тому моменту уже выписали векселей больше, чем был их собственный золотой запас. И если бы система беспрерывного обмена векселей на монету и снова на бумажные векселя застопорилась бы хотя бы на месяц-другой - всю европейскую банкирскую сеть ждал неминуемый крах (а векселя были бы на веки веков объявлены мошенничеством, коим они собственно и являются). Но никто же не проверяет банкиров! И они выписали ещё - и на этот раз не прогадали.

Ловкий трюк: пообещать золото, но дать вместо него бумажку - а потом получить за своё обещание полновесной монетой.

Ну ладно, ловкий трюк. И банкиры поимели свой профит - но ведь ради общего блага! Вот смотрите: Чингиз-хан колониальную империю не создал, Китай со всем своим тысячелетним техническим превосходством то же не создал. А европейцы создали - благодаря банкирам. Необеспеченные кредиты поднимают экономику.

А вот и нет. Это мы нынче привыкли воспринимать деньги, как бумагу - которую конечно можно напечатать ещё сколько захочется. И даже целые страны так и живут (не буду показывать пальцем, но как все центробанки мира завязаны на «резервную валюту» не секрет). Но в то время - нужен благородный металл. Либо невообразимое количество дешёвых серебряных денег, каковое не начеканили и за всю историю. Либо драгоценное золото в виде натурального предмета - звонкой монеты, ювелирного изделия или слитка. Чтобы банкиры могли начать выдавать необеспеченные векселя - прежде им нужно было собрать в своих руках много золота и сделать целые государства своими должниками, ведь только в этом случае никто не рискнёт требовать проверку обеспеченности векселей.

А откуда взялось золото у банкиров? Сами они не производили никаких товаров, заработать торговлей не могли. Но они давали деньги в рост под весьма большой процент. В краткосрочных операциях прибыль в 100% считалась мизерной, в торговле с дальними странами меньше 10-кратной не интересовала вовсе. Долговой процент не отставал от этих величин дохода. И тот кто работал, производил и торговал - изрядную долю своей выручки отдавал ростовщикам. А что это значит, когда производитель отдаёт часть своей выручки? Да то же самое что и сейчас - это значит, у него не хватит денег на зарплату рабочим, не хватит на расширение производства, он не сможет производить больше. И поэтому кто-то не сможет получить нужный ему товар. Кому-то не хватит инструмента для работы, кому-то одежды, кому-то еды. Вот что такое золото, осевшее в сундуках банкиров.

Ничто не берётся из ничего. Банковская система веками забирала часть выручки себе - отнимала у людей их благоденствие в настоящем. Чтобы потом инвестировать в грабёж новых колоний.

Обязана ли цивилизация развиваться именно по такому сценарию? Вовсе нет. В античности древние греки раскинули свои колонии по всему Средиземноморью, включая персидский берег Малой Азии и даже далёкий Крым. У греков не было централизованного государства и не было банковской системы. Откуда же они брали средства для постройки флота и поддержания связей с колониями? Как ни странно, говоря по-современному, граждане «скидывались» - кто деньгами, кто своим трудом, а кто и участием в плавании. Сейчас бы сказали: «Ерунда! Такой колхоз ничего не может создать, а тем более колониальную империю». А у греков сия система исправно функционировала тысячи лет.

Цивилизация не обязана создавать колонии. Но если она хочет их создавать, то для этого не требуются лишние и, прямо скажем, паразитические придатки в виде банковской системы, раздающей необеспеченные векселя.

Двигатель торговли

"За морем телушка - полушка. Да рубль перевоз" старинная русская поговорка

Думаете, всё же деньги движут торговлю? Отнюдь! Напомню, о чём говорилось выше - целые континенты успешно жили без какого-либо подобия денег. И на них существовали империи, объединявшие труд десятков миллионом для грандиозного строительства, как тысячи километров дорог инков в Андах. На базарах бойко шла меновая торговля, и это ни чуть не мешало бизнесу и прочим неизбежным государственным атрибутам, включая казнокрадство и взяточничество.

Двигателем мировой торговли стали колонии... Вернее необходимость хоть какую-то выгоду из этих бесполезных заморских владений извлечь.

Позвольте, как бесполезных? Там же золото!

А вот и нет. Золото, которое туземцы собирали долгими веками, очень быстро вывезли. Местные прииски, конечно, давали новое золото, но уже в куда меньших количествах. И это золото было нужно прежде всего в самих колониях, чтобы чеканить монету для оплаты солдат, которые эти колонии стали охранять.

Грабить больше некого и нечего. Охранять надо. Надо везти туда переселенцев, чтобы налаживать промышленность, а то без промышленности никакой обороны не создать. Добытое золото всё больше остаётся в колониях. Да ещё в эти проклятые колонии отправляются за океан самые лучшие воины из Европы. И уже скоро, откусившая в Новом Свете самый жирный кусок, Испания начинает проигрывать европейские войны. Да так, что ещё недавно её вассальная провинция Голландия сама становится колониальной державой, тесня испанцев по всему миру. Это ли не унижение?

Проблема убыточности колоний коснулась не только испанцев. Португальцы, англичане, французы, голландцы и датчане, и даже курляндцы (да, они то же владели заморской факторией) - все обнаружили, что иметь колонии или уж хотя бы фактории за океанами надо бы, да вот только как их содержать? Золотой дождь иссяк!

Знаете, каким единственным товаром целый век торговала Северная Америка со Старым Светом? Рыбой! Серьёзно, просто рыбой. В Европе, правда, рыба давно уже была в цене на рынках. Ведь так активно удобряли европейские поля навозом, что этот навоз с полей загадил все реки. И рыба в реках перевелась, а та что осталась, была больной. Потому европейские рыбаки выходили в море. Да подальше от берега, куда-нибудь за горизонт. До 200 миль могли уйти в поисках рыбы. Тогда как у берегов Америки непуганая рыба ходила громадными косяками, и рыбины те были громадные, не чета мелким европейским рыбёшкам.

Однако рыба далеко не самый ходовой товар. И потому заломить за неё цену, как за специи, не выйдет. Тут не то что за цену золота, тут и цену серебра не окупишь на этой рыбе. А больше торговать нечем, увы!

Но целый век торговали... неужто в убыток?

Нет! Ибо случилось чудо. Вдруг банкиры подобрели, и ставки кредитования резко упали. На порядок, а то и больше. И конечно этому есть объяснение, что умные люди посчитали и пришли к выводу об окупаемости долгосрочных инвестиций. Это бесспорно так. И начался экспорт не только сахара, но и кукурузы, а потом и пшеницы из колоний. Хотя точно такую же пшеницу растили и в самой старшке Европе. Везти за тридевять земель и морей из колоний точно такой же товар, и продать дешевле самой низкой местной цены - это выгодно!

Но выгодно это стало лишь благодаря внезапной перемене политики обще-европейского банковского картеля. Без видимых причин вдруг отказавшегося от прежних ростовщических сверхприбылей и смиренно довольствующегося лишь малым процентом. А вот если бы такого не произошло...

Право же, тут дивный сюжет для приключения в жанре альтернативной истории.

Пираты

Они была во все известные времена. Как люди научились плавать на кораблях по морям, так некоторые из них принялись пиратствовать. А может быть и все. Древние греки с этим не только столкнулись, но именно в этих условиях и выстроили свою сеть колоний.

А вот европейцам никто не мешал плавать в Новый Свет...

Не совсем. Мы много слышали о великих пиратах как Френсис Дрейк и ему подобные - но то были не пираты, а корсары, с корсарским патентом. Патент давал официальное право грабить суда под враждебным флагом. В общем, конечно, невелика разница, но всё же.

А настоящие пираты никаких патентов не имели. И обитали они не в Карибском море, а на северном побережье Африки. Это не удивительно, Средиземноморье всегда кишело любителями лёгкой наживы. И плавать по нему можно на каботажных судах - галерах и фелюках. И были эти берберийские или как их ещё называли магрибские пираты столь яростны, что не раз наносили поражения испанскому военному флоту. Ну, понятно, горячая арабская кровь...

Да вот как бы не так. То есть, конечно, арабы там то же были. Но достоверно известно, что магрибское пиратство расцвело буйным цветом лишь в XV веке - как раз когда после Реконкисты туда изгнали из Испании европейских мавров и евреев. Эти изгнанники и составили костяк недовольных, горящих жаждой праведной мести - а главное лишённых на новом месте жительства средств к существованию. Дома нет, имущества нет - где взять? Остаётся только либо помирать с голоду - либо грабить. Не хватало лишь вождя.

Первыми предводителями магрибских пиратов были два брата - рыжебородых грека, которые приняли местные имена Аруджа и Хайреддин. Последний стал пашой у турецкого султана, дважды - в 1538 и 1541 годах - разбивал флоты христиан. А на присвоенном им острове Джерба, по примеру Тамерлана, пираты сложили пирамиду из человеческих голов, которая лишь в 1846 году была убрана французами. Этот красноречивый факт говорит о том, что пираты являли собой силу с которой приходилось считаться до середины XIX века - когда уже царила Эпоха Пара.

Как было магрибское пиратство создано европейцами, так ими же оно и поддерживалось.

В начале XVII века голландцы вели с испанцами войну за независимость. Они договорились с пиратами о праве якорной стоянки в Северной Африке. Голландец Саймон Данцигер, принявший местное имя Симон-реис, научил пиратов строить высокобортные суда, на которых те впервые за свою историю смогли выходить в океан. Для грабежа открылись новые горизонты. Уже в 1625 году - то есть в разгар 30-летней войны в Европе - магрибские пираты опустошали южное и юго-западное побережье... Англии. В частности пострадал город Плимут. А чтоб далеко не плавать с добычей, база пиратов была организована на острове в Бристольском заливе.

Вот кстати о добыче. Конечно, пираты захватывали пленников, чтобы продать на ближне-восточных невольничьих рынках. По оценкам за время своего существования в XVI - XIX века пираты захватили и продали в рабство от 1 до 1¼ миллиона европейцев. От охотников за невольниками страдали прибрежные деревушки Италии, Испании, Португалии. Но в этот исторический период невольничьи рынки и так переполнены предложением от всяких турок и крымско-татарских ханов.

А какая разница кому продавать? Вот английская Палата лордов объявила подписку на выкуп англичан - и пираты отпускали выкупленных. Благо, как помним, база была у самых английских берегов. И не только Англия занималась выкупом соотечественников.

Но как же пиратские клады. Ведь это цель каждого пирата, закопать сундук набитый сокровищами на необитаемом острове и оставить карту в дар какому-нибудь дураку. На самом деле конечно нет. Деньги можно и самому потратить - хотя бы на новый корабль и новые пушки. Да и не так много золотишка удавалось добыть пиратам.

Так в 1627 году голландец Ян Янсон, в Магрибе принявший имя Мурат-реис Младший, отплыл из марроканского Сале - в Исландию. Там он захватил 400 исландцев и - бочки с сельдью. Уж не знаю, сам он эту селёдку съел или продал на восточном базаре как диковинное кушанье. Но факт в том, что пираты грабили всё подряд. И даже совсем незавидной добычей не гнушались.

И это надо было сбыть. А где? В африканской пустыне? Она, знаете ли, потому пустыней и зовётся, что покупателей там раз-два и обчёлся.

Ответ в том, что как европейцы полностью создали самых ужасных в истории магрибских пиратов - так европейцы же и были главными торговыми партнёрами этих самых пиратов. Проще говоря: всё награбленное магрибские пираты сбывали в Европу.

Но это было время 30-летней войны, страшного европейского бедствия, повлекшего разруху, голод и эпидемии. А к концу того же XVII века Англия и Франция провели ряд карательных морских экспедиций против магрибских пиратов. И... как мы знаем пираты никуда не изчезли ещё 1½ века.

Однако в это же время в Англии, а именно в 1694 году, учреждается первый в мире центробанк. То есть частное учреждение, не разменивающееся на ставшие банальностью векселя - а печатающие банкноты. Такие бумажные денежные знаки, обеспеченные золотом лишь частично. Причём это частичное обеспечение было законодательно утверждено ещё при рождении первого центробанка. А в последующем золотое обеспечение неуклонно снижалось, пока к нынешним временам не изчезло вовсе - оказавшись подменённым на обеспечение «резервной валютой». То есть по сути такими же ничем не обеспеченными банкнотами частного банка.

Какая же связь с пиратством? Кто выписывал векселя на экспедиции в Новый Свет? Банкиры. Кто получал свой барыш без риска? Банкиры. А создание первого центробанка знаменовало завершение создания новой системы управления экономикой цивилизованного мира. И с этого момента правительства могли принимать любые решения - но сколько будет денег в экономике и сколько эти деньги будут стоить, теперь зависело не от правительств, а от центробанков. Частных, не подчиняющихся ни одному государству, коммерческих банков. Действующих только в собственных интересах.

Одним из интересов этой новой системы оказалась эксплуатация колоний. И пиратам дали понять - а они поняли намёк, где грабить нельзя, ну а в остальном - можно. Какая разница на каком корабле - королевском фрегате, торговом барке, или же пиратской фелюке - доплывёт груз до метрополии? Главное он доплывал. Моряки гибли, судовладельцы оказывались в долгах - в неизменном гарантированном выигрыше были только банкиры.

Такой оказалась история европейской цивилизации к началу Эпохи Пара. Но не обязательно история должна быть именно такой. Собственно на планете Земля мы знаем несколько цивилизаций и ростовщики-банкиры возобладали только в одной - за всю известную историю планеты. По-моему это хороший повод задуматься, что такое положение дел как минимум не является распространённым случаем (а уж тем более необходимым этапом в развитии цивилизации).

Эпилог

Эта глава была скучной. Но необходимой для полноты картины Эпохи Пара. Хотите ли воссоздать былые времена или фантазируете в области альтернативной истории - экономику учитывать необходимо всегда. Вовсе не обязательно она будет основана на деньгах или золоте. Гораздо чаще в качестве мерила ценностей выступал какой-то важный продукт. В Северной Африке им была каменная соль, в Северной Америке до введения долларов - бобровые шкурки. Именно из-за этих самых шкурок Джордж Вашингтон отвоевал Канаду для английской короны - а ведь это уже на пороге Эпохи Пара.

Возможна экономика и без мерила ценностей как такового. Например, по-настоящему демократическое общество Спарты не нуждалось в нём. Хотя демократия не мешала этому обществу быть крайне милитаризированным (военному ремеслу обучались и мужчины и женщины), что слабо вяжется с современными понятиями о роли демократии. Но таковы уж были нравы тех времён!

Эпоха Пара это великое распутье в истории. Шанс на нечто новое, чего не было прежде. Хотя реальная история нашей цивилизации сложилась так, но это не значит, что не могло быть иначе. Открывались многие пути. Возможно было очень многое. Хотя конечно кое-что в Эпоху Пара невозможно. Но об этом в другой раз.

Вторжение с небес

Первым об этой опасности рассказал Герберт Уэллс в своём фантастическом романе «Война миров», который является классикой паро-панка. Замечание специально для ценителей точности: строго говоря, в «Войне миров» есть два упоминания пулемётов - что позволяет причислить её уже к дизель-панку. Однако пулемёты эти никакого влияния на развитие сюжета не оказывают. И если их мысленно заменить на митральезы либо картечницы Норденфельда или Гатлинга, то получим паро-панк в чистом виде. С тех пор подобный сюжет использован неоднократно. И вероятно к нынешнему дню коллективная творческая мысль человечества перебрала уже все сколь-нибудь вероятные вариации инопланетной угрозы, каковые наш разум вообще в состоянии себе представить.

И если кому-то угодно сочинить свой собственный сюжет на тему инопланетного вторжения - то право же прежде стоит ознакомиться с этим списком всего того, что уже было написано.

Статья разбита на 2 принципиально разные части. Поскольку человеческая мысль (в лице Герберта Уэллса) прежде всего рассмотрела вторжение агрессивное, то и мы начнём наш обзор с перечисления всех возможных вариантов агрессии, завершив его промежуточным итогом. И лишь затем посмотрим насколько вероятно неагрессивное вмешательство, и какими признаками оно будет обладать, по мнению тех наших земных мудрецов, которые потратили десятилетия своей жизни на обдумывание этого непростого вопроса.

Агрессор локальная раса

«Война миров» французское издание 1906 года художник Энрике Алвим Корреа (Alvim Correa)

Вторжение с соседней планеты

Впервые описано Гербертом Уэллсом в романе «Война миров». Тема проработана так глубоко, что с тех пор кажется никто не смог разобрать причины, методы и последствия более обстоятельно. Впервые указано, что причина не безосновательная злоба, а борьба за ресурсы. Впервые указано, что найдутся люди готовые пойти на сделку с кровожадным агрессором и прислуживать врагу, вылавливая других людей. И так же впервые особо отмечена пагубная роль религиозных деятелей, первыми готовых признать в агрессорах с небес посланцев божьих. Почему к такому выводу пришёл Герберт Уэллс, мы ещё коснёмся ниже. Сейчас же отметим:

разница в технике относительно невелика (да, у марсиан был тепловой луч, но их треножники всё же удавалось поразить огнём пушек) - что даёт возможность пусть не победить, но хотя бы сопротивляться вторжениюпервый десант ограничен, а его провал убеждает агрессора отказаться от повторной попытки - вероятно потому, что задача десанта была организовать базу для безопасного принятия подкреплений с Марса, а раз таковой базы не создано, то и подкрепления не прибудутСтратегия захватчиков тут осторожная. В итоге, потерпев неудачу на Земле, марсиане захватывают Венеру (об этом автор намекает в конце книги) - как более близкую к Солнцу и следовательно более богатую природными ресурсами планету, на которой к тому же им удалось преодолеть местное сопротивление.

Вторжение ради заселения

Наиболее ярко показано в кинофильме «День независимости». Стратегия вторжения проста и логична: громадный корабль переселенцев прибывает, выпускает меньшие корабли, те выстраиваются и одномоментно наносят решительный удар, уничтожающий крупнейшие города и полностью дезорганизующий земную цивилизацию. После этого начинается подавление остаточного сопротивления, завершаемое высадкой пехоты для окончательной зачистки.

Здесь стратегия отчаянного ва-банк, основанного на значительном техническом превосходстве и тщательном военном планировании.

«День независимости» 1996 кадр из фильма

Заметим, что для последующего заселения зачистка строго обязательна. И логично, что провести её может только пехота. Живые существа. Пусть в защитных скафандрах, но не роботы, а сами пришельцы лично должны высадиться на поверхность, ходить по ней, обшаривая все углы, щели, пещеры и канализацию, выискивая и уничтожая поголовно всех выживших аборигенов. Им предстоит сталкиваться с непредвиденным, с незнакомыми формами жизни и иной логикой бытия, с неведомыми природными условиями (а возможно и феноменами), усугублёнными последствиями технологической деятельности аборигенов, помноженной на результат орбитальных бомбардировок. Никакой робот с таким количеством непредвиденных факторов не справится, уж поверьте. Ведь каждая новая планета - это ранее невиданные явления (и непредсказуемые сочетания таких явлений) которые в робота должен заложить программист (чтобы робот потом выбирал их из своей базы данных - а значит придётся ещё разработать принципиально новый алгоритм оценки всего этого - и так для каждой новой планеты). Потому захватчикам придётся высаживаться лично - и в громадных количествах, иначе местное сопротивление не подавить. Всё это мы и видим в фильме. Если быть точным, то герои фильма успевают взорвать термоядерной боеголовкой базовый корабль пришельцев в самую последнюю минут перед началом массированной высадки десанта. Но до зрителя доносят опасность ситуации, показывая легионы пришельцев, марширующих в десантные корабли. Почему же захватчики идут на все эти трудности, вместо того чтобы заселить пустующую планету? Видимо потому, что органическая жизнь основана на воде. А вода при 0°С замерзает, а при 100°С уже вскипает - вот тот узкий предел благоприятного климата. И если уж планете повезло оказаться именно на орбите зоны жизни относительно своего светила - то более чем вероятно, что жизнь на этой счастливой планете уже есть. И так же очень вероятно, что появился и разумный вид. А уж коли таковой появился, то развитие цивилизации будет, по галактическим меркам, стремительным - так что к прибытию корабля с переселенцами их встретит цивилизация аборигенов, отчего-то не желающая погибнуть без сопротивления. И хорошо понимая это, захватчики изначально строят свой план на тотальном уничтожении местного населения, чтобы присвоить благодатную планету себе.

Интересные факты приводит в своей книге «Подводные НЛО» видный советский официальный исследователь «летающих тарелок» Владимир Ажажа. По имеющимся у него сведениям, инфракрасные камеры американских геостационарных спутников фиксировали пролёты неопознанных объектов громадного размера. Спутник «GOES-9» засёк в 1992 году объект диаметром в 400 км над побережьем Чили, а в 1993 и 1995 годах замечал объект диаметром в 350 км, пролетавший со скоростью в 10 тысяч км/ч над Тихим океаном. Спутник «GOES-8» увидел лишь один объект диаметром в 300 км над Карибами. К сожалению, в книге не уточняются источники получения данной информации. Будем надеяться, это были всего лишь загадочные сбои оборудования спутников.

«Предвестник» обложка игры русское издание

Вторжение цивилизации странствующей меж звёзд

Возможно не впервые, но зато наиболее ярко и объёмно описано в компьютерной игре «Harbinger» (в России издана фирмой «Акелла» под названием «Предвестник»). Здесь снова причиной вторжения является борьба за ресурсы. Отличие однако в том, что агрессор не стремится поселиться на покорённой планете. Вместо этого цивилизация живёт на гигантском корабле, вечно путешествующем меж звёзд. А любая планета всего лишь источник ресурсов для этого корабля. Население планеты порабощается и поставляет ресурсы захватчику. Если население признаётся полезным - его забирают на корабль для обслуживания жизнедеятельности этого искусственного космического дома. Разумеется, добыча ресурсов на планетах ведётся хищнически, не заботясь об экологии. Однако к некоторым планетам корабль возвращается повторно - когда там восстановятся ресурсы, чтобы собрать «урожай» снова. Другие же планеты, полные жизни до прибытия корабля, обращаются в безжизненные пустыни, подобные нашему Марсу.

Весьма интересно проработана система взаимодействия различных рас на борту громадного межзвёздного странника. Они нередко враждуют меж собой, борются за лучшие отсеки и так далее - но в целом удерживаются в повиновении благодаря денежному обращению, которое в конечном итоге контролируется правящей верхушкой господствующей расы. Существа самых различных форм жизни готовы продавать себя за деньги, в надежде стать богатыми и более уважаемыми - но конечную выгоду всегда получают те, кто запустил эти деньги в обращение.

Вторжение за ресурсы на начальной стадии

Показано в замечательном фильме «Ковбои против пришельцев» (Cowboys & Aliens). Фильм замечателен тем, что смотрится легко, игра актёров и постановка вообще оставляют приятное впечатление. И конечно близкий паро-панку антураж Дикого Запада порадует ценителей вестернов. Но плюс к этому проработана и внутренняя логика сюжета. Здесь на планету высаживается всего один-единственный корабль-геологоразведчик. Что же он ищет? Золото. Возможно читатель не задумывался, но золото практически бесполезно для низко-технологичной цивилизации, зато жизненно важно для технически развитой. В электронике золото заменить практически нечем (кроме разве что платины, которая встречается ещё реже). В космосе есть в изобилии водород (он составляет половину массы Вселенной), немало кислорода (который составляет едва ли не половину от оставшейся массы), есть много ледяных комет и мельчайшей ледяной пыли, есть органические молекулы (вплоть до простейших микроорганизмов), есть метеориты железные и содержащие прочие руды. Даже алмазы встречаются, причём самые прочные чёрные. Но вот что касается золота - то его можно найти только на планетах. И это не какая-то игра случая, а закономерность образования планет из прото-планетного диска во время образования солнечной системы. В механизмах можно заменить титан сталью, в электрике медь алюминием, но вот заменить золото в микрочипах нечем. И пока цивилизация не доросла до микрочипов - например пока она обходится электро-механическими или даже полностью механическими вычислителями (а такие были и в нашей реальной истории, рекомендую почитать статью «Компьютер на шестерёнках» по адресу http://steamage.ru/pub/isteampunk/04/index.html) - золото не находит применения. Но как только появляются атомная бомба и микрочипы - без золота не обойтись. Поэтому нет ничего удивительного, что высоко-технологичная цивилизация обращается к экспансии на чужие планеты в поисках драгоценного для её промышленности ресурса - золота. И конечно же, вести добычу ископаемых проще на планетах с благоприятным климатом и атмосферой. И да, на таких планетах будет местная жизнь. Но она лишь помеха. А помехи следует устранять в гонке за наживой. И для этого годятся любые средства.

«Ковбои против пришельцев» кадр из фильма

Небольшая радость для нас, что такое вторжение золотодобытчиков - явление временное. Но радость не продлится долго, ибо успех первой экспедиции приведёт на нашу планету сотни золотодобывающих кораблей. Которые в гонке за прибылью уничтожат экосистему, и, улетев, оставят нас в пустыне (если только не уничтожат ранее, как поступают современные нефтяные компании в лесах Амазонки с племенами индейцев).

Агрессор звёздная империя

Кажется единственным вымышленным миром, где эта тема была как следует проработана, является созданная английской фирмой «Games Workshop» игровая вселенная «Warhammer 40000», известная по ряду настольных и компьютерных игр, а так же множеству книг и различных материалов для поклонников. Примеры из этого фантастического мира мы и рассмотрим.

Генокрад

Нашествие чудовищ или безумных боевых машин

Именно «Games Workshop» выпустила в 1975 году игру «Space Hulk», где, если не ошибаюсь, впервые появился генокрад - чудовищный космический монстр, охотящийся на людей и превращающий их в свои подобия. Фильм «Чужой» вышел на экраны позднее и так и не раскрыл нам тайну эволюционного происхождения чудовищ (а уж идиотия последнего фильма из этой серии просто убивает всякую логику повествования). Тогда как дизайнеры «Games Workshop» потрудились над объяснением природы выдуманных ими чудищ добросовестно. Итак, генокрад, пожирая других существ, впитывает в себя их гены - и через это приобретает полезные для себя новые свойства. Это ускоряет эволюцию генокрадов, а главное делает их быстро приспосабливающимися к угрозам от новых противников. Найти новую жизнь - и обязательно пожрать её (дабы заполучить её гены себе) - это смысл всего существования генокрада. И даже разумные формы этих чудовищ одержимы лишь этой идеей. Пожирая другого живёшь сам, это их высшая аксиома, не подлежащая сомнению. Так же дизайнерам «Games Workshop» принадлежит создание расы некронов - машин-убийц, весьма напоминающих внешним видом терминаторов из известного фильма. Разница лишь в том, что некроны пришельцы из глубин космоса. Но всё так же запрограммированы только убивать всё что движется. В любом случае это смерть всему населению планеты. Вести переговоры бессмысленно, пытаться убраться с дороги агрессора бесполезно - ведь его цель преследование и уничтожение тебя.

Нашествие космических орков

Раса, для которой война естественное состояние. В малых сообществах орки дикие и примитивные охотники. Но высокая рождаемость и сопутствующий неукротимый темперамент подталкивают к изобретению всё новых средств войны, прежде всего опробываемых на соседнем племени. После победы племена объединяются, чтобы вступить в противоборство с другими соседями. В такой картине нет ничего противоестественного, подобным образом шла жизнь на американском континенте в доколумбовы времена. Однако в нашей реальной истории жречество остановило процессы воинственной интеграции через культ жертвоприношений - в которых нередко убивали не врагов, а своих собственных воинов (убеждая последних что это великая честь отдать свою жизнь чтобы завтра солнце вновь взошло). У космических орков таких безумных религий нет. У них вообще нет религии - и потому нет помех их развитию. Рано или поздно такая цивилизация выбирается в космос. И разумеется, принимается за войну и там. Хотя бы даже на самых примитивных кораблях. Рано или поздно они могут добраться и до Земли.

Космический орк

Но целью их войны не является непременное уничтожение врага. Даже формальная победа не является целью. Война это просто особенность их культуры. Нам это трудно представить, но в нашей реальной истории примерно так существовали воинственные чукчи на протяжении многих веков. В реальности, с позиций теории этногенеза Льва Гумилёва, такое поведение этноса может быть объяснено высоким уровнем пассионарности. По Гумилёву, в нашей реальной истории, всплеск пассионарности угасает максимум через полторы тысячи лет. Однако это верно для наблюдений за людьми. Раса с иным метаболизмом, иным уровнем рождаемости и вообще инопланетным происхождением может иметь иные следствия и причины своего всплеска пассионарности. Однако, наверное и у таких пришельцев когда-то пассионарность иссякает. И определённо тогда с ними можно как-то выстраивать шаткий мир.

Имперский космический торговец

Космический торговец

Авантюрист, возможно имеющий имперский патент (как каперы в нашей реальной истории), а может и без такого (как пираты). В любом случае, на его стороне целая организация с заводами и транспортами, для защиты которых имеется собственная армия (небольшая по имперским меркам, но благодаря фантастической технике намного сильнее любой земной армии). И конечно же на его стороне жажда наживы. А перед ним - населённая планета. Которую надо обмануть/принудить/запугать и заставить работать на благо себя любимого, ради извлечения максимальной прибыли с минимальными затратами. Что будет с планетой/ её населением/экологией безразлично - главное прибыль. И увы, напечатанными бумажками (будь то доллары или евро) от него не откупиться. Он пришёл сюда за товарами. Хотя какие именно товары его заинтересуют - вот это вопрос. Если скажем персидские ковры, то наша земная экология это ещё переживёт. Впрочем, на последнее мало надежды. Мы прекрасно знаем по собственным вольным торговцам, как они выкачивали из колоний абсолютно всё, подчас оставляя аборигенов умирать. Поэтому надеяться на честность, доброту и милосердие космического дельца - напрасная иллюзия.

Местный наместник

Когда Империя становится великой, невозможно управлять всеми планетами из одного центра. Приходится делегировать власть местным наместникам. Формально таковой конечно же обязан заботиться о благе Империи. А вот практически он в первую очередь думает о собственном благе. Допустим, Империя спускает план поставок ресурсов. Но зачем напрягать экономику собственной планеты (это ведь может вызвать волнения среди населения) - когда вот поблизости есть не включённая в Империю населённая планета. Для такого наместника главное заставить аборигенов работать на него, поставляя ресурсы. Аппетит приходит во время еды, поэтому если аборигены выполняют поставки в срок - то почему бы не стребовать с них ещё больше? Всё это приведёт к безудержной эксплуатации планеты - причём силами самих аборигенов. Которые в итоге получат лишь крохи за свой труд и под конец убитую ими самими планету. Наместник же за это время найдёт кого ещё можно так же безжалостно эксплуатировать.

Имперский наместник

Однако если аборигены отказываются вкалывать на наместника - то тому придётся убраться восвояси несолоно хлебавши. Ибо захватывать планету и самому заниматься добычей ресурсов - это сделать планету частью Империи. И получить увеличенный план поставок, чего наместник естественно не хочет.

Имперское ведомство или корпорация

В достаточно крупной межзвёздной Империи, силовые ведомства или крупные промышленные корпорации начинают играть роль почти независимых государств - со своими армиями, флотом, чиновничьей системой. Аналоги этого мы видим и в нашей реальной истории, разве что в куда меньших масштабах. Впрочем, некогда вся Индия была колонией не какой-либо страны - а частной Ост-Индийской компании! И все мы прекрасно знаем, к каким ужасам для индийского народа это привело. Грабёж, нищета, непомерные налоги и изгнание с собственной земли под видом законности (изгоняли тех, кто не сумел уплатить налоги), открытая война, убийства мирного населения, провоцирование-разжигание и поддержание межнациональной розни. Все средства хороши - ради выгоды. Иногда - ради выгоды всего лишь отдельных чиновников или менеджеров. Если бы такая участь обрушилась на нашу Землю - мы даже не можем предположить чего здесь желали бы добиться наши поработители, но точно известно, что заботились бы они лишь о собственной выгоде.

Мелкий имперский чиновник

Имперское правительство

Имперское правительство заботится о стабильности Империи в целом. А тут - неподконтрольная планета. И возможны два варианта:

Аборигены признаются вредными для Империи - тогда они будут уничтожены всей мощью Имперской армии и флота. Однако вряд ли эти армия и флот станут зачищать планету тщательно. Окончательная зачистка будет оставлена на будущих колонистов. А это оставляет маленький шанс для выживания поредевшей местной цивилизации (впрочем, шанс не слишком большой, все мы прекрасно знаем, какое уничтожение местного населения произвели мирные колонисты в Америке и Австралии)Аборигены признаются полезными для Империи - в этом случае целью Империи будет установление здесь имперского правления. Конечно, это приведёт к ограниченным военным операциям с целью свержения существующих правительств и приведению местного самоуправления сперва к покорности, а затем замену его на имперскую наместническую структуру. Но не стоит сильно обольщаться. Земляне станут в Империи гражданами второго сорта в лучшем случае. А может и третьего. Интеграция в межзвёздную Империю процесс многих веков, а то и тысячелетий. А вот имперские налоги платить придётся сразу же полной мерой. И это не только добыча ресурсов, но и разумеется различные рекрутские наборы. Да, а как вы думали, Империя поддерживает свою целостность? Только звездными дестроерами? Нет, для контроля планет - нужно высаживать на их поверхность многомиллионные десанты. Роботы не справятся, роботы могут действовать только шаблонно - а приведение каждой планеты к покорности это каждый раз совершенно новые обстоятельства и прежние шаблоны не годятся. И да это означает огромные жертвы на каждой такой операции - потому планеты должны поставлять миллионы новых рекрутов на замену погибшим.Самый ценный и важный ресурс Империи не природные богатства, ни заводы, ни армия и флот - а подданные. И чтобы таковые были верными Империи (исправно работали на её благо, а если нужно то и жизнь за неё отдавали) они должны быть уверены в том что служат высшему благу и это благо обожествляемая Империя. Потому имперская власть всегда провозглашается во всеуслышание, явно, громко и пафосно. И в духе верности Империи воспитываются все её подданные с пелёнок. И никак иначе!

Не может быть тайной Империи, чьи подданные даже не подозревают о ней! Как тогда убедить подданных работать и добровольно отдавать созданное (добытые ресурсы и готовые изделия) неведомым пришельцам? Представьте склад крупной компании, на который прилетает летающая тарелка, и фигуры в скафандрах заявляют сторожу, что он должен отдать всё со склада для блага Империи? Не думаю, что сторож им поверит. Скорее вызовет полицию, возможно даже сам стрельнёт солью в зад грабителям. Конечно, те подавят любое сопротивление - но вот так забирать каждый раз грузы через бои с местным населением? Или представьте, как новобранцу в военкомате заявляют, что служить он отправится на Альдебаран? Будете настаивать, что Империи с чудесными внеземными технологиями не нужны рекруты? Да как же! Ещё как нужны. Никакие роботы не могут привести население планет в повиновение - это делают только массы вооружённой пехоты. Причём разумеется набранной с других планет. И отправится наш бедолага-рекрут на чужие планеты вероятнее всего на всю жизнь (ведь Империя секретная, значит нельзя позволить вернуться на родную планету тем, кто достоверно убедился в её существовании). Каков будет боевой дух такого рекрута - при виде инопланетян? Чего он там навоюет на благо Империи? А может вовсе дезертирует, переметнётся на сторону каких-нибудь местных мятежных сепаратистов; а то и вовсе врагов - ведь для него все инопланетяне одинаково отвратительны. Мало того, что сам сбежит, так ещё и оружие прихватит, а это военная технология. Вот уж будет врагам Империи подарок. А может солдатик с Земли служит не всю жизнь, а через несколько лет вернётся, разве что память ему придётся стереть, дабы не открыл землянам секрета о существовании Империи? Нет, стирать память каждому (да ещё подменять её ложными воспоминаниями, ведь должен будет как-то человек объяснять своё многолетнее отсутствие знакомым) - это большой расход ресурсов, причём расход непроизводительный. Секретная Империя править Землёй не может. У Империи только один путь - провозглашать свою власть повсеместно открыто и очень-очень помпезно.

Но и это ещё не всё. Империя может (и должна!) быть скреплена не только силой и экономическими связями - но ещё и идеологией. Что если эта идеология как-то выделяет индивидов с необычными способностями? Быть может они признаются опасными - и тогда на подчинённой планете начинает свирепствовать инквизиция, как всегда со множеством безвинных жертв. Но быть может, их посчитают очень важными - и тогда планета облагается живым налогом, обязанностью выявлять и отправлять таковых индивидов для нужд Империи. Например, людей с определённым цветом кожи. Или с определённой группой крови. И какая судьба их ждёт? Как говорили древние римляне «Горе побеждённым».

Религия как инструмент вторжения

Идея показана в цикле Френка Херберта «Дюна», особенно же в первой книге. Правда, сюжет «Дюны» не повествует о войнах цивилизаций. Напротив, в галактике живут только люди... Но ведь люди воюют меж собой. И потому религиозный орден, для распространения власти Императора (а пуще того в собственных интересах), внедряет на всех обитаемых мирах программу под названием «Миссионария Протектива».

Провидица религиозного культа и Император «Дюна» 1984

Суть в том, что в любые местные верования внедряется ряд мифологизированных понятий, легко разгадываемых представителями ордена, если таковые вдруг волею судеб окажутся на этой забытой планете. Внедрённые мифы становятся частью местного фольклора и так сохраняются веками и тысячелетиями - чтобы в нужный ордену момент вдруг подтвердить божественную волю! Естественно эта воля будет исходить от представителя ордена, удостоверяя его божественное происхождение и тем даря ему власть над аборигенами.

В «Дюне» именно таким образом, прибыв на планету и потерпев поражение в открытой войне, семейство главного героя приобретает власть над местным населением, чтобы затем подчинить себе важные экономические потоки всей Империи. Идущие на смерть фанатичные последователи новоявленного императора и не подозревают, что все верные признаки божества из их родной мифологии - заложены туда имперским религиозным орденом тысячи лет назад! Сотрудничество с имперским религиозным орденом и знание его доктрин - вот что позволяет семейству героя выжить и обрести власть через несложный обман, основанный на религиозных мифах.

Они вселялись в тела людей

«Без боли и без крови вторжение с небес» - эти фразы звучит в песне группы «Ария» (вокал Артур Беркур). Кажется о таком мы ещё не говорили? Представим что подобное возможно. Агрессоры-духи захватывают людские тела. Но раз теперь есть физическое тело - то нужно обеспечивать его физические потребности. А стало быть нужны ресурсы. Уж точно все физические ресурсы, которые нужны нам - потребуются и новым владельцам захваченных тел. А стало быть ничего не меняется. Да, агрессор получил ещё один (и признаемся - неожиданный для нас) метод вторжения. Но цели и общая картина вторжения от этого меняется мало. И даже если вспомнить произведение советской фантастики «Посёлок на краю галактики» Николая Чадовича - уж там-то казалось бы ну совсем оригинальный расклад. Некие микроорганизмы, паразитирующие на космической пыли, вместе с этой самой пылью валятся из космических просторов на планеты. И в том числе к нам на Землю. А разум у них коллективный, и вот сгустки-колонии этой разумной пыли маскируются примерно под людей, и ходят-высматривают, а не присвоить ли планетку себе? Тут вроде и вселения в тела людей нет, и открытой агрессии нет, и вроде как интересы наверное должны быть ну совсем иные у такой необычной формы жизни... ...Но в сущности видим что опять же, даже таким странным пришельцам нужны:

планетаеё ресурсыи у них есть желание «подвинуть» местных обитателей, дабы расчистить место для жизни себеПусть это агрессия довольно необычной формы, но дружественностью от таких пришельцев и не пахнет. А потому позвольте перейти к некоторым итогам.

Промежуточный итог

Напомню, что до сих пор мы рассматривали только агрессивное вторжение. Не контакт! А уже происходящее вмешательство. И тут надо дать пояснение.

Я знаю, многие добрые по своему характеру люди возмутятся, мол, что вы рисуете инопланетян кровожадными эгоистами? Да они уже парят меж звёзд, им эти наши понятия как «богатство» и «власть» вообще не интересны...

Может и так, но ещё раз напоминаю, в предыдущей части статьи мы рассматривали только различные варианты агрессии. О мирном вмешательстве мы поговорим ниже. Договорились?

Увы, высокий технический прогресс не обязательно делает обладателей его благ высоко духовно развитыми. Хотя технический прогресс, как фактор облегчения бытия, может способствовать развитию творческой мысли, но он не гарантирует, что таковое обязательно произойдёт со всей цивилизацией. Технический прогресс - он как тот топор. Можно дров нарубить (и обогреть людей прямо сейчас), можно избу поставить (которая даст кров людям на века), а можно и старушку по голове за 20 копеек (зато прямо сейчас лично обогатился). И согласно теории этногенеза Льва Гумилёва, если в этносе возобладают субпассионарии с их эгоистическими движущими мотивами - то любые плоды технического прогресса будут использованы главным образом именно для личного обогащения. Если таковое нельзя произвести за счёт соплеменников, то что запрещает обогатиться грабя чужаков?

Можно выделить общие черты вторжения:

если раса пришельцев чужеродна людям - то более чем вероятна война на уничтожение людей (возможно с последующей колонизацией зачищенной Земли)в ином случае пришельцы попытаются подчинить землян, при этом в ход идёт (всё или выборочно):дипломатия и обманвоенная силарелигиозные доктриныПо поводу последнего пункта можно заметить, что нынче наиболее популярные религии единобожия, как назло, все утверждают о сошествии с небес блага (чего, заметим, не было в античной мифологии - там хотя иные боги и жили где-то повыше, но следовало опасаться их грозной силы и не надеяться на их милость). Теперь же такая устоявшаяся терминология как «небесный отец», «небесное воинство» и подобные словосочетания - были бы очень выгодны для вторжения пришельцев, буде таковое произошло бы. Точно так же как в нашей реальной истории ступили европейцы на американский берег - и были приняты местным населением за богов из-за моря, чьё пришествие было предсказано их мифологией. На основании этого мифа Мотекусома впустил(!) Кортеса в свою столицу, а затем и во дворец - где и был арестован коварными пришельцами, а позже и лишён жизни. Как видим, подобное развитие событий вполне вероятно и логически допустимо. Подобная доверчивость к пришельцам обернулась бы очень печальными событиями для нас в реальности - зато какая прекрасная благодатная нива для фантастических произведений!

Второй, но не менее (а быть может и более) важный вывод: аборигены не обязаны сдаваться. Сопротивление всегда имеет смысл. И если жители планеты сопротивляются - то остаётся вероятность что даже очень могущественный захватчик скорее откажется от возни с этой непокорной планетой и отправится искать менее стойкую цель для своих притязаний.

Советская фантастика

Советская фантастика стоит особняком, потому что идея вторжения и захвата не была популярной (она начала появляться в пост-перестроечных произведениях, которые по сути своей жалкие подобия западной фантастики). Только советская фантастика дала миру мысль о вмешательстве без агрессии. Вмешательстве без поиска выгоды. Однако формы и методы могут различаться.

Раса незначительно превосходит аборигенов

Главный мотив их действий - помощь братьям по разуму. Эту мысль высказывал Иван Ефремов (настоящий научный фантаст и учёный), позже её более ярко выразили братья Стругацкие в ряде своих произведений. И мысль эта стала весьма популярной, да так, что очень многие люди и по сей день верят в пришествие добрых старших братьев по разуму, которые всё исправят и непременно нас научат. Однако необходимым условием для такой прогрессорской деятельности является высокая степень само-сознательности высшей цивилизации. Разум вполне отдающий себе отчёт в ответственности за вмешательство и способный предсказать последствия этого вмешательства в развитие чужой цивилизации. Боюсь разочаровать многих, но, как мне кажется, в реальности в большинстве случаев, взвесив все за и против, такой высокий разум предпочтёт просто не вмешиваться в чужую жизнь (хотя бы из соображений, что вмешательство неэтично).

Если же они вмешиваются - то действуют аккуратно, но целенаправленно. А цель их легко предугадать. Бытиё определяет сознание, а значит нужно создать лучшие условия для жизни, чтобы освобождённые от тягот борьбы за существование меньше братья по разуму могли свой разум направить на развитие разума.

Экология будет очень важным показателем деятельности прогрессоров. Советский зритель видел это в фильме «Через тернии к звёздам», где чужую планету спасает от кислотных дождей земной корабль чистильщик атмосферы. Высокий разум обязательно будет заботиться об экологии, но это не единственный признак вмешательства прогрессоров.

Денежная экономика противоречит целям прогрессоров. И не потому, что об этом не писали советские фантасты. Деньги это экономически посредник, инструмент извлечения добавочной стоимости. И через это служат получению личной выгоды. Производишь меньше - а получаешь больше, чем реального товара произвёл. Именно в этом смысл добавочной стоимости. Да только ведь альтруистам-прогрессорам сама мысль о личной выгоде за чужой счёт чужда и неприемлема. Они отлично понимают, что это тормозит развитие цивилизации, да и росту духовности отнюдь не способствует (какая может быть духовность, когда чтобы выжить самому - ты должен обмануть другого, заставив его заплатить больше, чем стоит твой товар).

Нет, прогрессоры будут подсказывать местным учёным следующие открытия, будут строить заводы - но ни в коем случае не будут вводить денежное обращение у отсталых братьев по разуму.

Раса иной природы

Когда Вы строите дом, то пару-тройку муравейников разорите. Не по злому умыслу, а просто Вам нужно поставить вот тут дом, вот именно на этом месте. Муравейникам не повезло. Но Вы же не ведёте при том войну с муравьями. Вы просто освободили место себе для жизни, ничего больше!

Эта мысль была представлена братьями Стругацкими в «Пикнике на обочине». Такие пришельцы просто прилетают, делают то что им нужно. Возможно, они при том производят большие разорения в нашей жизни. Но они не осознают себя нашими врагами! Им просто нужно вот тут что-то для себя. Ах, какие-то местные живые формы оказались потревожены? Говорят, у них были замечены какие-то признаки зачатков разумности? Ах как жаль, но аборигенам просто не повезло. Как тем муравьям.

Раса значительно превосходит аборигенов

Когда мы смотрим на дикарей бегающих с деревянными копьями по джунглям - то мы вспоминаем, что таковы были и наши предки. И некоторые из нас отправляются к дикарям, чтобы научить их как жить лучше. Но что если раса смотрит на нас, ездящих на бронемашинах с автоматами - и для той расы это то же самое что дикари с копьями? В общем, мы для них где-то на уровне умных (а может и не очень умных) зверушек. Вы можете погладить котёночка - но не станете учить его водить автомобиль (хотя бы чтобы он никого не задавил).

Однако зачем-то они решили вмешаться...

Мы в своей истории ещё ни разу даже не приближались к сколь-нибудь подобному уровню разумности нашей цивилизации. Потому мы не можем судить, чем руководствуется такой Разум и каковы его цели. Вполне возможно, как это указывали в одном из своих последних произведений (а именно в «Волны гасят ветер») братья Стругацкие, такому необычайному Разуму вообще безразлична судьба нашей неразумной цивилизаций, а интересовать его могут только отдельные особо выдающиеся личности. Причём мы даже не можем предсказать каковы признаки, по которым сверхразум будет определять пригодность личности к совершенствованию. Вот насколько неизмерима и непознаваема пропасть между нами - и светлым и добрым сверхразумом (даже в доброте которого мы не можем быть уверены, ибо нет у нас понимания, что по его мнению будет добро, а что зло).

За недостатком знаний, на этом позвольте закончить.

Изображения приведены только в качестве наглядных иллюстраций (на правах цитирования, что законом разрешено) и не преследуют цели ущемить чьи-либо авторские и/или имущественные права