Услышь меня

Дана Дейл

Услышь меня

1 глава. Незнакомец из прошлого

Дорогие читатели, приветствую Вас в моей истории.

Вероника Альшанская, всегда знала, как убедить суд, как переиграть обвинение и как выйти победителем. Уверенная, хладнокровная, непобедимая, до встречи с ним. Следователь, который с первого взгляда смотрит на неё с ненавистью. И только позже она вспоминает, что когда-то одно из её дел разрушило его жизнь… Лишив его сына. Что делать, если прошлое уже не изменить, а сердце вдруг выбирает именно того, кого нельзя прощать?

Буду очень рада, если поддержите историю звездочкой, библиотекой и комментарием. Также, подписывайтесь на мой телеграмм канал. Все новости о выходах новых книг и спойлеров на новые главы, там.

Каждое мое утро начинается одинаково... Кофе, завтрак, подъем дочери, нравоучения для брата, работа, и так по кругу... Я известный адвокат по разводам, выступающий исключительно на стороне женщин. Это решение я приняла после собственного тяжелого развода из-за измены мужа, также известного адвоката. Он не хотел отпускать меня, но, когда это все же произошло, оставил меня без средств к существованию и едва не отобрал нашу единственную маленькую дочь Лизу. С тех пор прошло много лет, дочь выросла, а я не только встала на ноги, но и заслужила репутацию супер профи, разоблачив махинации десятков мужей, пытавшихся во время развода обобрать своих жен... Меня зовут Вероника Ольшанская, мне 30 лет. Именно сейчас на своих тонких и высоких шпильках я рассекала с громким цокотом пол полицейского участка. Подойдя к дежурной части, я уточнила где находится моя клиентка...

— Она в 215 кабинете, у следователя Максима Юсупова.

Равнодушно ответил дежурный и продолжил с присущим ему спокойствием пялится в небольшой телевизорчик.

— Спасибо.

Своей быстрой и уверенной походкой я направилась в кабинет к следователю. Оказавшись в небольшом, светлом кабинете, мой взгляд остановился прямо в центре комнаты, где за массивным столом, величественно восседал статный и строгий мужчина. На вид, ему было года 32–33, красивый, суровые черты лица, явно уверенный в себе, холодный и властный, да и чего греха таить, в хорошей физической форм. На нем не было мешковатой полицейской формы, он был одет довольно простенько, светлые джинсы и черная водолазка, которая отчетливо подчеркивала все мышцы этого мужчины. Этот следователь сидел воткнувшись в папку с документами, сосредоточен и погружен в работу, такой спокойный... Правда был до того момента пока не увидел меня...

— Почему задержали мою клиентку?

— Ну надо же... Какие к нам люди пожаловали, какого хрена ты здесь делаешь, мерзкая адвокатишка?

Я не понимала агрессии этого мужчины в мою сторону, он явно меня знал, иначе как объяснить такую резкую смену его поведения...

— Простите?

— Что ты здесь забыла? Кто вообще тебя сюда пропустил?

Игнорирую его агрессию и упорно стою на своем. Могла бы сейчас закатить истерику и полезть с многочисленными вопросами да жалобами на его некомпетентные методы общения, между прочим, при исполнении на минуточку, но решила действовать профессионально и сдержано.

— Я спрошу еще раз. За что задержали мою клиентку, Анну Свиридову?

— Как ты выразилась, твоя клиентка нанесла значительный урон своему еще пока нынешнему мужу.

— Что ей предъявляют?

— Статья 10.9 об административных правонарушениях — умышленное уничтожение либо повреждение имущества.

— Что ей грозит?

Расслабленно присаживаюсь на мягкий диванчик, изящно закидывая ножку на ножку.

— Почему я вообще должен тебе отвечать? Ты ее адвокат по разводу, если я не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь...

Сдержанно отвечаю.

— Вот и занимайся ее разводом, а сюда свой длинный нос не суй.

И все-таки мне очень показалось знакомым его лицо... Его манера общения, голос, лицо... Кто же ты, дикий и без манерный зверь?

— Простите... Как ваше полное ФИО?

Он встал и властно подошел ко мне. В нос сразу же ударил его терпкий аромат парфюма, он пах цитрусом с ноткой сладкой пряности, я на секунду прикрыла глаза от этого манящего и пьянящего аромата.

— Не помнишь меня... А вот я тебя помню очень хорошо, поэтому, убирайся отсюда пока твои красивые ножки целы!

— Где мы с вами пересекались? Я вас не помню... Мы знакомы?

Шла в наступление, также привставая напротив него. Высокий до невозможности, мне приходится значительно задирать голову вверх чтобы взглянуть в его темно-карие, красивые глаза.

— Главное, я тебя очень хорошо помню, поэтому, повторю еще раз, убирайся вон из моего кабинета.

Я еще раз внимательно посмотрела на него, но так и не смогла вспомнить его черты лица. Развернувшись, я покинула это место. Всю дорогу до дома я думала кто же он такой, почему так со мной разговаривал, будто бы я вселенское зло. Подъехав к своему дому, сидя на крылечке дома меня встретила моя дочь.

— Привет. Сегодня же выходной, где ты была с утра пораньше?

С грустью в голосе пролепетала моя дочка.

— Отъехала по срочным делам, ничего серьезного, теперь я с тобой.

Моей дочери было 9 лет, умная и красивая девочка, иногда прямо через чур умная.

— Где Ден?

Присаживаюсь рядом с Лизой, приобнимая её за плечико.

— Уехал, сказал будет к вечеру.

Ден, это еще одна моя головная боль, после смерти родителей все заботы о нем я взяла на себя. Ему 25, но ветер в голове еще гуляет, нет, он умный парень, учится на врача, но вот нехватка отца на нем частенько сказывается.

— Ты обедала?

— Нет, я ждала тебя.

— Пойдем, я тебя покормлю, малыш.

— Пойдем.

Обняв свою дочь за плечо, мы направились в сторону дома, но из моей головы все никак не выходил тот грубиян из участка, что я ему такого сделала? Почему он так был со мной груб?

На следующий день…

Ближе к утру в коридоре четко были слышны шорохи и шум, конечно же я прекрасно понимала что там происходит, ведь такое случалось постоянно, подойдя к входной двери, скрестив руки на груди я стала терпеливо ждать. Послышался щелчок открывающегося замка и вот оно, явление Христа народу. Мой непутевый братец. Стоит, шатается в разные стороны как березка на ветру, пытается сфокусировать свой мутный взгляд глядя в мои глаза.

— Опять?!

Цежу сквозь стиснутые зубы.

— Не ворчи...

Отмахивается от меня как от надоедливой мошки и

— Ден! Твою мать! Ты будущий врач! А заливаешь так...

Не сдерживая своих эмоций, не заметила как перешла на крик.

— Хватит! Ты мне не мать и не отец! Достала уже своим воспитанием! У тебя есть Лиза, вот и воспитывай ее! Проход...

Проходя мимо меня, он толкнул плечом меня в сторону, я чётко ощутила стойкий запах алкоголя и сигарет. Вся его рубашка была криво заправлена и на некоторых частях его мятой одежды, отчетливо были видны следы грязи. Волосы всклочены, глаза красные. Он прошел мимо шатающейся походкой, направляясь в свою комнату. Стоя все так же на своем месте, я просто смотрела ему в след. Как же я все-таки устала, на работе я была внимательной, я отслеживала качество выполняемых мною действий, промахов и ошибок я сама себе не прощала. Но вот дома я была совсем другой, слабой и беззащитной. У меня не было опоры, сильного и крепкого мужского плеча, полагаться и защитить себя и семью, могла только я сама. До работы оставалось каких-то ничтожных пару часов, которых я уже не спала. Точнее, мне не дали поспать. Меня достала жуткая, надоедливая трель мобильного телефона, которая настойчиво продолжала названивать.

-«Да, я слушаю вас.»

- «Вероника Ольшанская? Я новый следователь по вашему району. Вам необходимо приехать в срочном порядке в отделение.»

- «Вы на часы вообще смотрели? Как к вам обращаться? Из какого вы отделения?»

- «Денис Ольшанский, вам кто?»

Все не унимался мужчина на том конце провода, настырно не отвечая мне ни на один мой вопрос.

-«Что он натворил?»

Решила перенять его манеру общения.

-«Вот приедете в участок и там все узнаете.»

- «Насколько мне известно, ваш рабочий день начинается с 9:00, вот к этому времени я и подъеду.»

Отключилась. Ну конечно, не одна его загульная ночка не обходилась без прошествий, многие следователи были знакомы со мной и очень часто закрывали на это глаза, но вот новый следователь, чувствую теперь у нас будут большие проблемы. Больше сон ко мне не заглядывал, встала с кровати, посмотрела в зеркало на свой уставший вид, вздохнула полной грудью и пошла готовить завтрак. Когда я закончила с готовкой, на кухню завалился Ден, он лениво взял со стола бутылку с водой и жадно принялся ее поглощать, лицезрев то, как медленно в его руках бутылка с треском начинала складываться так, будто бы он месяц жил в пустыне Сахара, мне стало очень грустно глядя на то, во что он себя превращает.

— Что произошло сегодня ночью?

Залепила прямо в лоб с порога.

— А что произошло?

Ехидно ухмыльнулся брат, включая режим дурачка.

— Почему сейчас мне надо ехать в участок и разгребать последствия твоих гулянок?

— Так не едь, живи своей жизнью. Что ты вечно носишься со мной? Сам разберусь.

Прихватив со стола еще одну бутылку воды он исчез в дверном проеме.

— Мам? Ден опять что-то натворил?

— Да милая...

Обречённо отвечаю на выдохе. Я даже боюсь представить куда он влез на этот раз.

— Что с ним будет?

— Очень надеюсь что ничего, завтракай, а потом я отвезу тебя в школу.

— Хорошо.

Позавтракав, я направилась в гардеробную, выбрала на сегодняшний день для себя очередной строгий костюм, и вместе с дочкой мы вышли во двор, удобно расположившись в комфортабельном авто, я включила негромкую, мелодичную музыку и в более менее спокойном настроении, повезла Лизу в школу. После школы направилась в участок, как бы там не было, но решить проблему Дена все же нужно было. Я уже прекрасно знала куда мне нужно идти, ведь я уже однажды была здесь, найдя нужный кабинет я без стука вошла, но по злобной гримасе этого следователя я прекрасно видела что мне здесь не рады.

— Что натворил Денис Ольшанский?

— Ты ему кем приходишься?

— Соблюдайте субординацию! Вы не с подружкой своей разговариваете!

Огрызнулась. Манера общения этого хама уже действительно начинала выводить меня из себя. Да кем он себя вообще возомнил?! Обычный задрипанный следак, который считает себя великим и важным начальником.

— Именно с тобой, я буду разговаривать так, как посчитаю нужным.

Хищно оскалился и откинулся в мягком кресле, а затем соизволил поднять глаза на меня.

— Как я узнал, очень многое этому молодому человеку все спускали на тормозах, но со мной это не прокатит. Теперь он будет отвечать за все что совершил. По закону… Не пожалею, ни его, не его сестричку…

— Неужели вы настолько обижены жизнью, что так предвзято относитесь к совершенно незнакомому человеку?

— Совершенно не вижу здесь человека.

Нагло выплюнул, сцепляя крепкие пальцы в замок.

— Объясните мне, кто вы такой? Чем вы так на меня обижены? Лично я совсем не помню чтобы я сделала вам что-то плохое.

Я вообще ничего не понимаю, что я могла лично ему такого сделать, чтобы он так меня ненавидел, но его имя и фамилия мне странно резала слух.

— Денису Ольшанскому, за разгром в баре на первый раз полагается штраф. Возьмешь и оплатишь по квитанции. Еще раз что нибудь подобное повторится, больше не отделается. Не смею больше задерживать.

Взяла в руки этот клочок бумаги, встала и уже хотела выходить из этого кабинета, но остановившись у выхода, обернувшись еще раз, посмотрела на этого человека, пытаясь вспомнить его, но безрезультатно.

— Че застыла? За шкирку тебя выкинуть? Вали сказал! И больше не попадайся мне на глаза, могу не сдержаться, раздавлю как мелкую букашку.

2 глава. Встреча с бывшим…

После не совсем приятного визита в полицейский участок, решила поехать незамедлительно на работу, на сегодня у меня была назначена встреча с новым клиентом. Подъехав к зданию суда, нашла свободное место, припарковав машину я поднялась в свой кабинет, а буквально через 10 минут ко мне зашла молодая, обеспокоенная девушка.

— Добрый день.

Поприветствовав меня, девушка неуверенно, переминаясь с ноги на ногу, подошла к моему столу и присела напротив.

— Здравствуйте, Алена.

Поздоровалась с профессиональной улыбкой на устах.

— Вероника Сергеевна, мне очень нужна ваша помощь.

Девушка была практически на грани нервного срыва, ее лицо было очень опечаленным, вела она себя нестерпимо нервозно, а в ее испуганных и пустых глазах читался дикий, зловещий страх и неуверенность.

— Я постараюсь вам помочь, расскажите что у вас случилось?

— Спасибо. Я хочу развестись со своим мужем, Станиславом Стоцким, вы наверно слышали о нем

Слушая эту девушку, непонятная мне тревога молниеносно пробиралась в сердце, я прекрасно знала о ком она говорит, известный адвокат, профи в своем деле, который обладал твердостью, целеустремленностью, уверенностью в себе и своем деле, только вот он всегда защищает мужчин, на его счету множество удачно выигранных дел. Мне было очень жаль эту девушку, я могла себе представить что она пережила находясь рядом с этим человеком... Ведь когда-то на ее месте была я...

— Я обязательно помогу вам. Что у вас произошло? Почему вы решили подать на развод?

Интересуюсь, поднимая на неё терпеливый взгляд.

— Как оказалось, это очень страшный человек, он постоянно держит меня в страхе, угрожает, избивает, я очень боюсь, зная его связи, я думаю получить желаемое мне будет очень тяжело. Он не оставит меня в покое просто так.

— Я вас понимаю и искренне сочувствую, правда.

Скрывая боль своих терзающих воспоминаний я постаралась вновь вернуться в русло разговора, взяла свой ежедневник и ручку, начиная записывать каждое её слово, которое давалось ей в с трудом.

— Расскажите мне все.

— После очередного избиения Стаса, я потеряла нашего с ним малыша, это стало моей последней каплей, больше так жить я не хочу, не хочу жить с человеком, который собственными руками убил своего ребенка.

— Я обязательно вам помогу. Обещаю.

Внутри опасным пламенем разгоралась паника. Но я умело тушу этот пожар немыслимых эмоций. Кошмар какой… Хотя, чему я удивляюсь, этот бездушный монстр и не на такое способен. Да и благодаря его многочисленным связям, он всегда был уверен в своей безнаказанности. Но не в этот раз. Это каким нужно быть ужасным человеком, чтобы убить собственного неродившегося ребёнка? Сейчас, когда у меня есть возможность бороться законным путем с такой дикостью по отношению к женщинам, я обязательно помогу… Чего бы мне этого не стоило. Ведь я как никто другой знаю что эта за скотина. Обговорив все детали и назначив новую встречу, девушка ушла, а ближе к вечеру, когда с работой было закончено, уставшая я вышла из здания суда. Рассекая парковку, внутри меня зародилась какая-то несвойственная мне паника, и это было не зря… Возле огромного черного джипа стоял человек, которого я ненавидела уже столько лет, человек, которого я надеялась видеть как можно меньше в своей жизни.

— Ну здравствуй, Вероника.

Сердце медленно и тревожно уже уходило в пятки, небольшая дрожь пробежалась по всему моему хрупкому телу, а ладошки на руках внезапно вспотели и судорожно затряслись.

— Что ты здесь делаешь?

Нахмурив брови, раздраженно поинтересовалась у бывшего мужа.

— Даже не поздороваешься?

— Нет, извини, я спешу.

Постаралась от него как можно поскорее отделаться, вынудила из сумочки ключи от машины и уже собиралась сесть за руль, но Стас перехватил мою руку, болезненно сжимая бархатистую кожу в районе локтя.

— Как поживает моя любимая дочь?

От этого вопроса, сразу пришла в бешенство.

— Ты только сейчас решил о ней вспомнить?!

— Я всегда о ней помнил, но её мать, старательно скрывала все эти года дочь от родного отца. Но не в этот раз, милая…

— Какой ты ей отец?!

Даже не обращала внимание на его цепкие пальцы, которые вцепились в мою кожу острыми ногтями. До дикости саднит кожа, но я не покажу своей беспомощности и боли.

— Даже не пискнешь? Гордая… Ничего, терпи, это же ведь пустяки по сравнению с тем, на что я способен, верно? Итак, дело следующее… Я хочу чтобы моя дочь жила со мной.

Не сдержалась, заливисто засмеялась прямо ему в лицо. За эти годы он ни разу не позвонил, не поинтересовался как Лиза. Помнил он о ней… Смешно. Все эти громкие слова тогда, когда он пытался её у меня отобрать, что он будет заботиться о Лизе, мыльный пузырь. Который лопнул сразу же как в наших паспортах бала выставлена такая желаемая мною печать о расторжении брака. Он лишь хотел сделать через дочь ещё больнее мне, наказать, за то что я посмела подпортить его репутацию скандальным и громким разводом.

— Отец он, дерьмовый из тебя отец вышел, Стоцкий.

— Ну вот, не пора ли все исправить, м?

— Моя дочь будет жить со мной, как и жила все эти годы, пока ее отец неизвестно где пропадал. Ты даже не на один ее день рождения ей не позвонил и не поздравил, о чем ты вообще говоришь сейчас?

— Не беси меня своей очередной порцией недовольства. Тебе ли не знать, я всегда добиваюсь того, чего хочу. Мне не особо надо твоё разрешение, это так, чтобы ты потом не билась в слезливой истерике, когда я ее заберу. До скорого...

Сволочь! Одного ребенка своего угробил, теперь решил взяться за моего?! Нет уж, дорогой! Я костьми лягу, но Лизу он не получит! Ухмыльнувшись нагло мне в лицо, Стас сел в свою машину и уехал, а я… Охваченная приступом паники, судорожно копошась в своей сумочке дрожащими руками принялась искать телефон, обнаружив его, я стала набирать дочери...

-«Да, мамуль?»

Задорно просипела дочка.

- «Милая, ты где?»

- «Иду домой со школы, что-то не так?»

Испуганно спросила меня дочь, наверняка услышав моё беспокойство в голосе.

-«Ты очень далеко от дома?»

- «Нет, где-то ещё минут пять идти и все, я на месте, мам, что случилось?»

Я даже не знала как ей все сейчас объяснить, но старалась лишний раз не пугать, решила поговорить лично. Она взрослая девочка, все должна понять.

-«Ничего серьезного, беги домой, я еду, скоро буду.»

Отклонив звонок, села в свою машину и отправилась домой. Страх за то, что Стас действительно сможет отобрать у меня дочь, мерзко забирался под кожу, только вот, зачем она ему? Столько времени прошло и только сейчас он о ней вспомнил? Добравшись до дома, нашла Лизу на кухне, сразу же немного успокоилась что моя малышка здесь, рядом со мной, я присела за кухонный островок и не понимала как начать, руками нервно стала потирать лоб, на котором уже выскочили маленькие бисеринки холодного пота.

— Как дела, солнышко?

Аккуратно начинаю.

— Все в порядке, мам, почему ты такая взволнованная? У нас что-то произошло?

У меня был очень умный ребенок, поэтому я решила не ходить вокруг да около, поговорить с ней начистоту и сказать все как есть.

— Сегодня я виделась с твоим отцом.

Я увидела удивление и растерянность в глазах своей малышки.

— Зачем он приходил?

С безразличием в голосе

— Хочет чтобы ты жила с ним.

Говорю, а сама ужасно нервничаю. До боли терзаю нижнюю губу, томясь в безумно утомляющем ожидании.

— А ты? Ты хочешь этого?

Её испуганные глазки судорожно принялись бегать по моему лицу, ожидая от меня ответа.

— Конечно нет. Я тебя никому не отдам.

Вскочила я, обнимая Лизу так крепко, что даже услышала небольшой хруст её неокрепших детских косточек. Никогда в жизни я не позволю Стасу отобрать у меня мою крошку. А уж тем более, причинить ей вред. Моя нежная девочка, как же я старалась защитить её от этой жестокости Стаса. Помню как он на её маленьких глазах избивал меня, а про себя только и молилась, лишь бы он не тронул дочь.

— Вот и отлично. Потому что жить с чужим человеком я не хочу.

Решительно отчеканила Лиза, сильнее прижимаясь к моей груди. Уложив голову на её макушку, успокаивающими движениями я стала гладить дочь по спине... Забирая на себя все ее тревоги и переживания. А сама невольно стала задумываться, ведь когда-то он отправлял меня на аборт, приказывал убить плод нашей любви, а сейчас, он угрожает что заберет её у меня, только вот его мотив мне не понятен.

На следующий день…

Сново беспокойное и бессонное утро, все как уже по обыденному сценарию. Также как и вчера, стою у входной двери поглядывая на наручные часы и ожидаю одного товарища... Тихий щелчок дверного замка, и спустя одно мгновение, в комнате появляется мой брат.

— Чего сегодня мне ждать? Вчера был разгром в баре, а на этот раз? Грабеж банка? Избиение человека? Что?!

Зыркнула на него бешеными, красными глазами.

— Блять! Ты чего меня тут караулишь? Напугала до смерти.

От моего видимо неожиданного появления, брат нервно взлохматил волосы на затылке и схватился за сердце.

— Чего мне ожидать сегодня?!

Я прикрикнула на него так, что он даже немного позеленел от испуга.

— Ничего.

— Уверен?

— Вполне.

Закатывать скандал уже напросто не было сил, обессиленная, я свалилась устало на мягкий пуф, зарываясь теплыми ладошками в лицо. Устала… Силы уже на исходе.

— Хорошо, поверю на слова. Мне нужна будет твоя помощь.

Видя моё состояние, Ден опустился и сел на корточки на уровне моего лица.

— Какая помощь? У тебя проблемы?

— Сможешь Лизу забирать из школы?

— Что-то случилось?

Спросил с опаской, прищуривая голубые глаза.

— Да, Стас объявился.

— Так давай я этому козлу все ноги переломаю, а ты меня потом отмажешь... И вообще, что ему нужно? Решил поиграть в примерного папочку? Или вернуть свою забытую бывшую?

Саркастично интересуется, но с некой нотой агрессии. Его отношение к моему бывшему мужу такое же, он же не слепой, хоть и был совсем мальчишкой тогда. Видел сколько я пережила унижений, боли и страданий.

— Очень смешно, ему нужна Лиза...

— Нахера она ему?! Он столько лет про нее не вспоминал, а теперь что?!

Встрепенулся вдруг брат, вскакивая на ноги.

— Я не знаю и не понимаю его мотивов, но если он чего-то хочет, то будет добиваться этого любыми способами.

— Хорошо, забирать из школы мелкую буду я. К тому же, в случае чего, я с удовольствием начищу этой козлине рожу, давно руки чесались.

— Спасибо, но это лишнее. Да и проблем мне больше не надо, уж тем более с полицией. До сих пор трясёт от этого следака. Ден, я поеду, Лизе сегодня ко второму уроку, помоги пожалуйста ей добраться до школы.

— Без проблем, всё делаю по красоте.

На сегодня у меня была назначена очередная встреча с Аленой, так что собравшись, я отправилась к ней, чисто по-женски мне было ее очень жаль, ведь когда-то и я осталась одна с Лизой на руках, Стас при разводе отобрал все, оставив меня совершено не с чем. Его абсолютно не волновала моя дальнейшая судьба с маленьким ребенком на руках, я выживала как могла, ночами не спала, металась между дочерью, и учебой. Да и ещё пыталась брата воспитывать. Переступив порог кафе, я была в шоке от увиденного, передо мной сидела абсолютно испуганная и дерганая девушка, приблизившись к ней я невесомо коснулась ее плеча, обращая на себя внимание.

— Алена, добрый день.

Положила трепетно руку на её плечо.

— Ай!

Резко дернулась она от моего прикосновения.

— Что с вами?

Видно было что от моего касания, которое было практически неощутимо, девушке стало очень больно. Я даже не задавала вопросов что случилось с ней, и дураку все было понятно. Наверняка дело рук Стоцкого, узнал о намерении жены развестись, вот и оставил ей напоминание о себе.

— Это он?!

Сажусь напротив, внимательно истязая её пытливым взглядом. Я знала на что способен этот человек, ведь я тоже в свое время была в таком состоянии. Такая же забитая и до дикости запуганная мышка.

— Все в порядке...

Попыталась сквозь боль улыбнуться Алена, но у неё не получилось, даже улыбка ей дается с трудом. А про движения я вообще молчу.

— Нет, не в порядке. Мы должны поехать в участок и зафиксировать ваши побои.

Я уже встала и взяла свою сумку в руки, но девушка так и продолжила сидеть.

— Алена? Едем в участок.

Решительно была настроена я, но девушка лишь опечалено опустила голову вниз и стала нервно теребить подол легкого платья, которое кстати говоря, было максимально длинным, чуть ли не до пяток, что странно для молодой девушки.

— Я боюсь, если он узнает что я на его заявила? Он же знает где я сейчас живу, мне очень страшно...

Просипела она с дрожью в голосе.

— Вы понимаете что это еще один весомый повод для развода?

— Да, но...

Запнулась она, тяжело выдыхая.

— Поехали...

Все же сдается напуганная девушка и идет за мной на выход. Уже в отделении, Алена ушла в кабинет снимать побои, а я осталась ждать ее в коридоре. Сидя на неудобной скамеечке, я заметила у одной из дверей знакомую фигуру, и этот человек также обратил на меня внимание, мимолетно скользнул по мне надменным взглядом. Немного задержав друг на друге глаза, внутри предательски что-то кольнуло, прервав наш зрительный контакт, я резко опустила голову вниз, пытаясь перевести свое уже такое сбивчивое дыхание, я больше не осмелилась поднять на Юсупова свой взгляд, лишь услышав что захлопнулась дверь в его кабинет, только тогда я поняла что он ушел... Пока ждала Алену, решила набрать брату, узнать как там у него дела с Лизой.

-«Ник… Сестра…»

Как-то уж

-«Ден, все в порядке? Что с твоим голосом?»

Я чувствовала всем своим убитым сердцем что что-то не так, не знаю как объяснить это чувство, наверно, любая мать чувствует беду, когда дело касается её ребёнка, и этот случай был именно такой, да и поникший голос брата все говорил сам за себя. Произошло что-то страшное…

-«Лизы нет в школе. Сказали что ее забрали.»

- «Кто? Кто её забрал, Ден?»

Спрашиваю чисто на автомате, но догадка о том, кто это мог быть, сразу поселилась в моей голове.

-«Не знаю, Ник.»

Зато я знала…

-«Ты звонил ей? Набирал её номер?!»

- «Бесполезно, она вне зоны.»

-«Езжай срочно домой и жди ее там.»

Все же внутри была маленькая надежда, если это действительно Стас, то он забрал дочь из школы, а после, отвёз её домой.

-«Хорошо.»

Я же незамедлительно побежала в знакомый мне кабинет, ворвалась в него без стука, а на меня сразу уставился с непонимающим видом следователь.

— У тебя еще и манер нет? Закрой дверь с обратной стороны.

Накинулся он на меня сразу с порога, даже не зная зачем я к нему пришла. На его суровом лице не дрогнул ни один мускул, но тон его заставляет дрожать меня как испуганного кролика, перед которым стоит безжалостный и жестокий удав.

— Мне нужна ваша помощь.

Затрудненным дыханием пересилила себя, никогда не просила помощи у мужчин, старалась решать любой вопрос своими силами. Но не та ситуация. В голове я просчитывала любой исход событий, даже похищение.

— Вопрос касается жизни и смерти? Если же нет, то... Решай свои проблемы сама, взрослая девочка.

Медлит, самодовольно улыбаясь уголком губ, указывая мне на дверь.

— У меня дочь похитили!

Делаю один опасный шаг в его сторону, становлюсь совсем близко, смотрю в тёмные глаза и не дышу. Ну же, помоги мне… Не смотря на всю свою непонятную мне ненависть в мою сторону. Ведь моя дочь не при чем, возможно она в опасности, да и это его долг, помогать непредвзято людям, кем бы они не были, разве не так?

— Сколько прошло времени с момента ее, как ты говоришь похищения?

— Часа три наверно. Не знаю, может больше, меньше, да какая разница?

— Наверно? Серьезно? Жди двое суток, потом приходи и пиши заявление.

Сухо вбросил и не обращая больше на меня никакого внимания, уселся на свое место.

— Какие двое суток? Ее украли понимаете?!

— Кто? Может быть ты знаешь этого человека? Хотя, с твоими методами работы… Врагов полна коробочка, так ведь? Всех не упомнишь… И вообще… Это ребёнок, может пошла гулять с подружками после школы, не знаю… Детский центр, парки, магазины, где ещё гуляют дети.

Откровенно издевается, будто бы я какая-то сумасшедшая. Даже если и так, мой ребёнок всегда меня предупреждает, я ужасно дотошная в плане безопасности. Я всегда знала где и с кем Лиза.

— Знаю, ее отец.

Игнорирую его издевку и отвечаю по сути вопроса.

— Ты в себе? Хочешь сказать, ты пришла заявить на отца, который якобы похитил свою родную дочь? Это не похищение. Если по бумагам, юридически он указан как отец, ты сама адвокат, все знаешь. Какое к черту похищение, Ольшанская? Ты пьяная может? Вали давай отсюда, а лучше, обратись к другому следаку. Твоя дочь ни в чем конечно не виновата, но вот ты… Тебе помогать у меня нет желания.

Юсупов сам себе усмехается и исходится в насмешливом смешке, а я стою как приколоченная к полу и продолжаю испуганно смотреть в глубокие и пронизывающие до дрожи ледяные глаза.

— Неужели вам так сложно мне помочь? Вы не знаете её отца! Он очень опасный человек. У вас нет детей? Вы не понимаете что это такое, когда вашего ребенка забирают? Что же вы за каменная статуя такая, без сердца?!

— Не тебе мне это говорить! Поняла?!

Я не знаю что произошло в этот момент, чем я его так задела, он яро поднимает на меня дикие глаза, а его довольно пухлые губы искажаются в зловещий гримасе. От непонятного мне страха, который нагоняет на меня этот следователь, по всему телу проскользнули неприятные, колкие мурашки. Я все так и стояла, смотрела на него, но он как дикий зверь озверел ещё сильнее, подлетел ко мне, схватил крепкими руками мои плечи, вдавливая мое хрупкое тело своей мощной грудью в стене.

— Я сказал тебе русским языком, двое суток… Наверняка твоя дочь уже дома, а ты здесь стоишь и истеришь как сумасшедшая.

— Бесчувственная скотина! Вот кто вы!

Оттолкнув от себя Юсупова, я как можно скорее покинула его кабинет, громко хлопнув дверью я выбежала на улицу, даже Алену не дожидалась, просто рванула сама не зная куда, но я была уверена, знала что это он… Стас… Попутно, дрожащими от волнения пальцами я пыталась набрать его номер, но он был вне зоне действия. Я наверно набирала раз сто, сначала номер был недоступен, потом все время он отклонял мои вызовы, но видимо что-то произошло и он соизволил после всех моих неудачных попыток связаться с ним, взять трубку.

-«Да милая, соскучилась?»

- «Где моя дочь?»

Гневно шиплю, сдавливая пальцами корпус телефона.

-«Твоя дочь со своим отцом.»

Я так и знала… Пытаюсь успокоиться, разговариваю спокойно, лишний раз стараюсь не угнетать Стаса.

-«Зачем она тебе?»

- «Я очень по ней соскучился. Лиза стала так похожа на меня… Папина дочка… Приезжай к нам. Адрес моей квартиры ты знаешь.»

- «Я еду, но если с ней что нибудь случится, я тебя уничтожу! Ты понял меня?!»

Уже не сдерживаю своих эмоций, срываюсь на него как дикая львица, готовая прямо через экран телефона растерзать его на мелкие куски.

- «Не в твоих интересах мне угрожать, только от твоего послушания будет зависеть как я буду обращаться с Лизой…»

3 глава. Немое отчаяние

Приехав уже по известному мне адресу, сидя за рулем автомобиля я стала опасливо вглядываться в окна знакомой мне квартиры. От этого человека можно было ожидать чего угодно, но свою дочь я не могу с ним оставить. Стоя уже в лифте, я нервно пальцами пыталась как можно скорее издевательски подгонять кнопку с цифрой 32, нажимала на кружочек как ненормальная, как будто это могло помочь мне быстрее подняться на самый верхний этаж. В голове сейчас проносилась просто тысяча гнетущих мыслей. когда металлические двери выпустили

— Где Лиза?! Ты не имел никакого права приближаться к моей дочери! Слышишь?! Никакого!

Подлетела к Стасу, хватая его за лоцманы пиджака. Плевать мне было на все, но унять свою агрессию к этому человеку мне уже напросто не удавалось.

— Не ори, не пугай дочь. Она устала, решила немного отдохнуть.

Цинично оскалился он, пряча руки в карманы брюк своего бриони. На мои попытки вытрясти из него всю душу он не обращал никакого внимания. Гордо стоит возвышаясь надо мной величественной тенью и глазом не моргнет. Уверенная в себе скотина, которая думает что я это просто так оставлю. Но нет, милый, я уже не та запуганная овечка.

— Что ты с ней сделал? Где она? Она в спальне?!

Я решительно оттолкнула Стаса и стала пробиваться сквозь него, стараясь пройти внутрь квартиры, но его железная хватка не давала мне этого сделать. Он до боли заломил мои руки и вытолкал меня на лестничную клетку, плотно закрывая за собой металлическую дверь.

— Ты ее больше не увидишь, ребенок устал, он отдыхает. А ты… Можешь больше не беспокоиться, теперь Лиза, это моя забота, а ты… Свободна, бешенная мамашка.

— Что ты хочешь? Зачем это делаешь?! Совсем спятил?! Пусти меня к ней… Лиза?! Девочка моя!

Кричу срывая голос и бью его озлобленно маленькими кулачками по груди, вкладывая в свои удары всю ненависть к этому монстру, но Стас ловко перехватывает мои запястья и озверело толкает меня в противоположную стену. От его резкого толчка, я больно ударяюсь затылком о бетонную штукатурку.

— Ты что творишь?!

— Рот закрой и слушай меня! Видишь ли, у меня есть на нашу дочь планы, а тебя в них нет, так что если хочешь чтобы с ней все было хорошо, будешь делать так, как я говорю.

— Я хочу ее видеть. Пусти меня к ней.

Похуистически лыбится, отходя от меня на шаг назад.

— Не сегодня дорогая, не сегодня...

— Что тебе надо от нее?

Спрашиваю осипшим от крика голосом, растирая краснющие запястья, которые горят от его жестокой хватки.

— Мне нужно, чтобы моя дочь жила со мной, до своего совершеннолетия.

— Что?

Вот что он несет?! Зачем она ему так срочно понадобилось? Все это время он не появлялся, а сейчас хочет ее забрать до ее совершеннолетия? Бред какой-то!

— Ты с ума сошел? Ты не можешь спустя столько времени, взять заявиться и забрать ее у меня.

Мои глаза устало бегали по его лицу, на котором не было не одной эмоции, Стас был абсолютно спокоен и уверен в том, что Лиза останется здесь.

— Я ее отец, я имею на это право, во всех документах я указан, так что, с ней все будет хорошо, если ты будешь меня слушать, а сейчас, проваливай! Мои соседи и так достаточно наслушались твоих истерик.

— Пока не увижу дочь, я не уеду!

Снова замахнулась на него, проходясь кулаком по его плечу.

— Не тебе ставить мне условия. Либо она пострадает. На выход. Ты меня знаешь как никто другой, я не умею шутить, Вероника.

Я была загнана в угол. Мне даже некому помочь. Смотрю немигающим взглядом в одну точку, а по лицу скатывается один горький, соленый ручеек, который будто оставляет на моей бледной коже ожоги. Своими криками я ничего не добьюсь, он же и правда не пустит меня к дочери, а в противном случае, вообще сам меня спустит с лестницы… Знаю, проходили уже. Ради безопасности дочери я была готова на все, я надеялась что он с ней ничего не сделает, но я должна была что-то делать, я сразу же решила поехать в полицию... Стоя уже в дежурной части, я слезно умоляла дежурного дать мне толкового и грамотного следователя, но мне подсовывали только этого Юсупова, ссылаясь на то, что он лучший в этом отделе, к нему я бы даже под смертной казнью не пошла бы.

— У вас на все отделение только один толковый следователь?

— Девушка, вы просите лучшего, я вас к нему и направляю.

— Ну есть же кто-то еще? Он не компетентен.

Обреченно выдыхаю, закрывая на мгновенье глаза.

— Это кто так решил? Продажный адвокатишка?

Слышу за спиной до боли знакомый, хриплый голос. Черт! Самоуверенный демон подошел ко мне сзади, я не сразу его даже заметила, осторожно развернула голову в его сторону, Юсупов оценивающим взглядом медленно прошелся по мне, а потом, он словно окаменел, никаких эмоций и сочувствия по отношению ко мне, камень. Но одна эмоция все же проскочила на суровом облике, его неизменная ненависть в мою сторону. Прикрываю веки и стараюсь перевести дыхание, просто чтобы не вцепится ему своими острыми ногтями в его горло, но вдруг стоя с закрытыми глазами почувствовала его чарующий аромат парфюма, его пьянящий запах сводил с ума, я даже на секунду забыла кто сейчас стоит передо мной, но вовремя придя в себя, снова стала смотреть на него своим озлобленным взглядом... Я же решила его игнорировать, как он вообще смеет что-то говорить в мою сторону, совсем меня не зная. Повернулась обратно лицом к дежурному, а к этому, как говорится... К лесу задом...

— Мне нужен человек который трезво и профессионально займется делом о похищении моего ребенка.

Этот же хам, словно не обращая внимания на моё присутствие, обратился к сотруднику, который сидел в дежурной части.

— Евгений, скажи-ка мне пожалуйста, если ребенка забирает отец, как я понял тем более по бумагам, считается ли это друг мой похищением?

— Нет конечно, Максим Александрович, он же отец, имеет право, девушка? Я правильно понимаю, родной отец забрал у вас ребенка?

— Да, он отец по всем документам, но он очень опасен для нее, как можно забрать ребенка силой, зная что сама бы она с ним не пошла.

Вцепилась пальцами в небольшую столешницу, приближая лицо к окошку дежурного, который был в такой же позиции как и Максим. Отец, значит они ничего не собираются делать.

— Может просто кто-то плохо занимался воспитанием дочери, поэтому она решила уйти

Сейчас, это было как пощечина, я, только лишь я одна всегда ею занималась, тогда когда осталась без всего, когда на мне был еще и Денис, когда я одновременно воспитывала их и при этом пыталась заработать свою репутацию, а сейчас какой-то мужлан будет говорить мне о том, что я плохо воспитала дочь? Я не выдержала, злость уже во всю бурлила во мне, подошла к нему, подняла на него свои обезумевшие глаза, в которых была неимоверная ярость и с треском влепила ему смачную пощечину, но он даже не шелохнулся.

— Я сейчас запросто могу тебе впаять пятнадцать суток, за нападение на сотрудника при исполнении. Если ребенок со своим отцом, значит он в полной безопасности.

— Да пошел ты!

Я развернулась и ушла в полном отчаянии, слезы уже катились по моим холодным щекам, дрожь пробежавшая по всему телу не давала мне трезво мыслить, я даже ее не увидела, не поговорила с ней, как она, что она делает сейчас?

От лица Стаса.

Пару дней назад…

Многие люди даже не задумываются, какой силой может обладать мысль и к чему она может привести, я же всю свою сознательную жизнь стремился стать успешным адвокатом, и вот сейчас, я имею все о чем так желал. На первом курсе, когда я был совсем юным, я познакомился с прекрасной девушкой, наши отношения завертелись со скоростью света, мы моментально начали встречаться, я понял что она та самая, та, с которой мне будет море по колено. Спустя полгода мы поженились, мы оба совмещали учебу и семейный быт, но в один момент все рухнуло, когда она сообщила что ждёт ребенка, за этим последовали частые ссоры и истерики, я не был готов так рано становиться отцом, когда за душой еще ничего не было, из-за частых сор, пошли измены с моей стороны, так я забывал о той семейной жизни в которой мне было морально не комфортно.

— Останешься сегодня?

Лисливо просипела одна из многочисленных шлюшек, игриво пальчиками утирая уголки своих губок от моей спермы.

— С чего бы это вдруг мне оставаться у тебя?

Скалюсь. Поразвлекся и на этом всё, как бы мне не хотелось возвращаться домой, но ночую я всегда именно там. Привычка, не могу спать вне дома.

— Я думала мы вместе, я думала у нас отношения...

— Какие у нас отношения? У нас с тобой чистый и качественный трах, а большего я тебе никогда не обещал, все, пока, я позвоню...

Спустя время, я смирился даже с ребенком, решил, пусть рожает, после рождения Лизы, узнав о моих тайных увлечениях, моя жена решила закончить этот брак, процесс развода был тяжелым, я даже хотел отсудить у нее дочь, но она как-то справилась с моими нападками и ребенок остался с ней. Но, эта тварина жестоко подорвала мою репутацию своим разводом. Но я изворотливый, нашел выход. После развода с Вероникой прошло уже много лет, я женился, даже определенный момент был счастлив, но потом что-то резко стало ухудшатся... Эти вечные разговоры про детей, которые мне были не нужны, Алена же, как будто с ума сошла, каждый наш диалог, как бы там не было, пересекался о детях. Да, сейчас я востребован в своем деле, обеспечен, но детей все равно нет в моих планах. В один из таких дней, Алена завела разговор, но как-то уж очень подозрительно, последнее время от этих разговоров мне знатно так сносило крышу, которую в порыве гнева было очень тяжело контролировать...

— Я не понимаю. Почему ты так не хочешь детей? Ведь у тебя есть ребенок от предыдущего брака. Мы женаты. Почему я должна страдать от того, что ты не хочешь?

Всегда спокойная и тихая Алена, завела разговор совсем не с того тона, который естественно меня просто привел в ярость.

— Я сказал тебе русским языком! Никаких детей у нас не будет!! Все! Разговор закончен!

Сам того не замечая, но я уверенно переходил на крик... Сука! Выбесила до трясучки. Уставший, после очередного геморного судебного процесса, единственное что мне сейчас нужно, это тишина и спокойствие. Но нет же! Обязательно надо выслушать порцию дотошного мнения своей надоедливой женушки. Вот же дура! Лучше бы заткнулась, пока окончательно у меня не слетели тормоза. Знаю себя в гневе, пиздец бешеный, убить могу. От такого состояния самому становилось страшно... Казалось, ещё пару её слов и я вцеплюсь в её глотку.

— Если так случится что я забеременею? То что? На аборт меня с удавкой потащишь?

— Что ты сказала?

Тут уж я не выдержал, толкнул её к стене, больно толкнул, она даже вскрикнула. Но, сама виновата! Моя рука тянется к её шее, но зависает в воздухе. Держи себя в руках, обезумевший зверь. Один раз чуть ее не задушил. Еле отмазался тогда, эта тварь решила заявить на меня в ментовку, после того случая, хорошо есть прикормленный следак, все замял.

— Ты меня прекрасно слышал. Я не буду тебе беспрекословно подчиняться, мне надоело жить по твоей указке! Ясно тебе?!

И тут мне крышу сорвало окончательно. В порыве гнева я себя уже не контролировал, адреналин в крови зашкаливал с молниеносной скоростью. Вся моя агрессия уже не видела границ. Схватил ее за волосы, долбанул о кухонную столешницу, не удержав равновесие она упала на пол, а дальше все как в тумане, в ход пошли ноги, я безжалостно избивал лежащее на полу тело, которое корчилось от боли. Она пыталась мне что-то шептать, но мне было плевать.

— Стой... Не надо...Остановись... Я бе...

Но я уже ничего не слышал, мои глаза были затянуты пеленой. Когда пришел в себя и понял что натворил, позвонил знакомому врачу, тот приехал на дом, объяснил тем, что жена поскользнулась неудачно и упала с лестницы, осмотрев полностью Алену, доктор сказал мне что она была в положении и нужно срочно ехать в больницу. И вот я пришел навестить ее в больницу, но то что я услышал, от этого ещё сильнее стал накаляться...

— Я хочу развод!

Говорила она с огромным трудом, но дерзко. Вся бледная, выглядит ужасно. Мне кажется вот так и выглядит человек который вернулся из Ада. Как мне сказал врач, на операции она чуть кони не отбросила, остановка сердца была. В этот раз я видимо перестарался. Но, я везучий сукин сын! Живет… Пусть спасибо скажет. Да и ей бы молиться молча про себя за шанс заново жить и радоваться жизни, а она сука,

— Что ты хочешь?

Произнес с усмешкой, расслабенно усаживаясь в кресло напротив ее кровати. Вижу по глазам, дико боится, голос дрожит, а ногти её сейчас напросто прорвут ткань пододеяльника, так крепко сжимает пальцы от страха, но лезет на рожон.

— Ты меня услышал, сволочь! Ты убил моего ребенка!!! Я не собираюсь и дальше делать вид что у нас такая прекрасная семья. Ты мне дашь этот чертов развод, или пожалеешь об этом!

Ржу цинично в голосину на всю випку этой больничной шарашки. Развода захотела мразина?! Только через её же труп! Встаю на ноги, не увожу от нее своего лютого взгляда, которым можно убить бесконтактно. Подхожу максимально близко к Алене, сдавливая крепко крепкими пальцами её тонкую шею. Хрипит, задыхается, но продолжает говорить.

— Понял… Меня…?

— Развод я тебе не дам. Об этом даже можешь и не мечтать. Забудь. И набирайся сил, тебе они еще пригодятся...

Прошло уже около двух недель... Алена замкнулась в себе, перестала со мной разговаривать, но мне это было и к лучшему, меньше истерик и соплей. Я просто ушел с головой в работу, подвернулась не плохая возможность вывести на новый уровень свой бизнес, выйдя на потенциальных иностранных инвесторов, я принялся усилено работать в этом направлении. Но вот была одна небольшая проблема, мои инвесторы все семейные люди с детьми и определенными устоями и понятиями. А тут развод, а в мои планы он ой как не вписывался...

4 глава. Плохие вести

На сегодня у меня была назначена встреча с потенциальным партнером, надеялся на то, что я получу с ним это выгодное для меня сотрудничество. Ведь для меня и моего бизнеса, это была прекрасная возможность, это способ дотянуться до новых аудиторий и получить выгодных клиентов с помощью ресурсов партнёров. Благодаря новым проектам, моя компания сможет получить дополнительный источник дохода и других каналов коммуникации с новыми полезными для меня людьми. Спустя какое-то время, я уже сидел и посматривал на свои дорогие часы в ожидании инвестора.

— Станислав Николаевич, приветствую.

Любезно отчеканил мой партнер.

— Геннадий Андреевич, безумно рад встрече.

Пожав друг другу руки мы сели за обсуждение наших вопросов. Спустя долгих двухчасовых переговоров, решили на том, что это сотрудничество будет выгодно для обеих сторон.

— Смотрите Станислав, если все пойдет так, как мы договорились, а наш капитал вырастет на нужный нам процент, мы с вами на такой радости и хорошей выгоде, сможем породниться, для общего блага, как мне известно у вас есть дочь?

Я даже немного напрягся от его вопроса о дочери.

— Да, вы правы... У меня дочь, умница, красавица, целеустремленная, в будущем, я уверен пойдет по моим стопам.

Говорю стандартное. И откровенно говоря, фальшивое. Сколько раз слышал от своих знакомых эти слащавые речи о своих умниках и гениях спиногрызах. Противно до тошноты, как какой-то ребенок может вызывать столько восхищений и эмоций? Раздражают эти вечно орущие надоедливые создания. Одно радует, моя дочь уже постарше, сколько ей сейчас… Девять, десять, одиннадцать? Да похер. Никогда не интересовался её жизнью, даже финансово не помогал. Вероника гордая, сама взвалила на себя материальную потребность дочери. Ну, раз сама хотела девчонку, в чем ко мне претензии? Я отправлял её на аборт, не захотела себе облегчить жизнь, вот пусть и расхлебывает.

— Вся пошла в отца?

Вырывает меня из мыслей голос инвестора.

— Конечно. Такая же хваткая.

Отвечаю кое-как, да плевать мне, какая она, но… Видимо придётся через силу себя перебороть, потому что именно на этом этапе соития бизнеса с Остаповым, она нужна мне как обычный инструмент достижения собственной цели.

— Ну вот, а у меня есть сын, по возрасту, как я понял они почти ровесники, так что, подрастут, познакомятся, а там, в будущем, надеюсь сможем стать одной обеспеченной и могущественной семьей.

— Я тоже на это надеюсь. Кто же откажется от родства с таким влиятельным человеком, Геннадий Андреевич.

Посидев еще немного, мы обсудили все последние детали нашего слияния, как только Остапов ушел, мне сразу же захотелось навестить свою такую умницу дочь. Но сначала решил заскочить домой и переодеться. Войдя в свою квартиру, четко уловил звуки, доносящиеся из спальни, снял обувь и направился в ту сторону. Когда я вошел в комнату, мне открылась довольно интересная сцена, моя истеричка женушка в состоянии паники пыталась уложить в чемодан все свои вещи.

— Что за сборы? Куда-то собралась?

От испуга, Алена резко бросила свои вещи что были у нее в руках на пол.

— Подальше от тебя. Я ухожу Стас, я подаю на развод.

Говорит и чуть ли не давится собственными слезами. Осмелела тварь… Сама ещё не понимает куда лезет и кому переходит дорогу.

— Хорошо подумала? Ты же знаешь, что развод ты не получишь, а если даже так и случится, то я же тебя раздавлю, ничтожество.

— Хватит! Я устала жить с монстром, с тем, кто убил собственного ребенка.

— Дело все в этом ебучем ребенке?

Насмешливо скалюсь, прислоняясь к дверному косяку.

— Да! Я ненавижу тебя! До глубины души ненавижу! Если бы я только раньше имела понятие за кого выхожу замуж…

Хлюпая носом, Алена продолжила суматошно собирать свои вещи, не обращая на меня никакого внимания. Терпеливо стою и наблюдаю, как хищник упиваюсь паршивой игрой своей жертвы. А внутри закипает жгучая кровь. Ничему ее жизнь не учит…

— Хочешь ребенка, значит? Будет тебе ребенок. Может хоть займешься ей и не будешь создавать мне никаких проблем.

В голове тут же созревает новый план. Хочет ребёнка? Да пожалуйста, пусть сидит и занимается моей головной болью, которая как никогда мне нужна до собственного совершеннолетия. Почему нет? А там, вырастет, выйдет замуж за угодного мне женишка и все, процветание. Да и развод этот мне не кстати сейчас, убью двух зайцев одним выстрелом.

— Что?! Что ты несешь? Кем ей?

Непонимающе уставилась на меня зареваная женушка.

— Моей дочерью. Она с сегодняшнего дня будет жить в этом доме. Вот и займешься ей.

— Да ты вообще себя слышишь?! Я хочу своего собственного ребенка. А не чужого.

— Все. Я тебе все сказал. Сейчас, я уеду за Лизой, а ты подготовь все к ее приезду. Если хоть что нибудь выкинешь то что может мне не понравиться... Ты меня знаешь!

Даже не спрашиваю её мнения, ставлю перед фактом. Так всегда было, есть и будет! Для неё, я закон. Никуда не денется, будет делать то, что я скажу. Всю нашу совместную супружескую жизнь

— Да пошел ты! Ты и твоя дочь! Я уже ее ненавижу! Она живет и радуется жизни, а мой малыш мертв! Да чтобы ты, твоя дочь вместе с твоей бывшей женушкой, да чтобы вы все сдохли!

Все, допекла! Со всей дури схватил ее за затылок и пару раз хорошенько приложил ее головой об дверь шкафа. Она рухнула на пол как безжизненная кукла, опустившись на корточки, схватил ее за руки и со всей силы швырнул ее об стену. Медленной струйкой по ее лицу начала сочиться темно-алая кровь. Наблюдая за тем, как она спокойно сползает по стене, на моем лице не дрогнул ни один мускул. Подойдя к ней, схватил своими холодными пальцами ее за подбородок, сжимая самой сильной своей хваткой, таким образом заставляя смотреть ее в мои глаза.

— Сейчас я уеду, закрою тебя чтобы не сбежала. Встала, привела себя в порядок и иди готовься к приезду Лизы. Поняла меня? Не слышу?!

Она лишь слегка кивнула сквозь слезы, которые уже струились по её щекам. Пока Алена сидела обливаясь слезами, я быстро переоделся, запер её в квартире и спустившись к своей машине, направился в школу, где училась мелкая. Остановившись возле учебного заведения, я внимательно попытался найти Лизу. Когда заметил свою дочь, беседующую с подружками и выходящую из здания, не медля, скрипя зубами направился к ней.

— Ну здравствуй, дочь.

Лиза, заметив меня, была сильно удивлена, попрощалась с подружками и нахмурив брови, начала настойчиво разглядывать меня детским взглядом. Че тут сказать… Она действительно похожа на меня. Даже слишком.

— Здравствуйте... Насколько я помню, у меня никогда не было отца, так что, называйте меня по имени, я никакая вам не дочь.

Обратилась ко мне на «вы», гордо вздёргивая подбородок. А вот этот ебучий характер ей достался от матери. Ничего, перевоспитаем…

— Ну зачем же так официально, я же все-таки твой отец, даже если и не участвовал в твоей жизни.

Ухмыляюсь, а самому противно от сказанного.

— Что вы здесь делаете? Я звоню маме…

Лиза взяла в руки телефон и стала набирать Веронику, но мне повезло, она так и не смогла дозвониться до матери, видимо батарея села.

— Блин! Не выключайся же только! Нет!

— Не нервничай так. Твоя мама попросила меня заехать за тобой, нам всем предстоит очень серьезный разговор, она сейчас очень занята, но я здесь только с ее же разрешения.

Девочка спрятала телефон и грозно свела густые брови к переносице, словно ей очень слабо верилось в мои слова. Правильно… Проницательный ребенок.

— Ты мне не веришь? Поверь, я уважаю все решения твоей мамы, и я бы не посмел подойди к тебе, если бы Вероника мне запретила.

В умении красиво врать мне не было равных.

— Значит, на разговор? О чем пойдет речь?

— Давай поедем в ресторан, дождемся маму и все вместе обсудим, что нам делать дальше?

— Хорошо.

Неожиданно для меня, дочь быстро согласилась. Я как заботливый папаша помог Лизе сесть в машину на заднее сидение, закрыл её дверь и осторожно осмотрелся по сторонам, лишнего внимания мне не нужно. Обойдя машину, сел за руль. Но поехал я отнюдь не в ресторан.

— Пойдем, зайдем ко мне, заберём документы для твоей мамы и поедем.

Припарковался у подъезда многоквартирного дома, указывая Лизе пальцем на свой этаж квартиры.

— Я могу подождать здесь.

Боится. Вжалась как испуганный зверек в кожаное сидение. Прижала к груди свой школьный рюкзачок и дрожит в страхе.

— Не бойся, сходишь со мной, познакомишься с моей женой, она тебе понравится, а потом сразу поедем.

— Ладно…

Зайдя в квартиру, я мгновенно закипел от гнева, как раскалённая печь. Вокруг царила полнейшая тишина… Такое безмолвие и пустота. Паскудина! Как только выйти смогла?! Сбежала таарина! Во мне, как в самом лютом демоне, вспыхнула неукротимая ярость. Сжимая кулаки до побелевших костяшек, я уже готов был ударить кулаком по стене, но в этот момент меня вырвала из этого разъярённого состояния Лиза.

— Где твоя жена?

— На втором этаже, в спальне, ей не здоровилось с утра, давай поднимемся, поздороваемся...

Поднявшись на второй этаж, я подождал пока Лиза зайдёт в комнату первая, и как только она оказалась в просторной ловушке, я без зазрения совести закрыл ее на ключ.

— Эй! Выпусти меня! Выпусти!

Слышу негодование и крики девочки, но мне похер, я её не в какой-то сырой подвал посадил, проорется, силы иссякнут, успокоится.

— Береги силы, не ори… Хотя… Можешь срывать глотку, везде шумоизоляция. Теперь ты будешь жить здесь, привыкай. И научись быть послушной, чтобы у тебя была возможность выйти за пределы этой комнаты.

От лица Вероники.

После неудачной попытки заявить о похищении, поняла для себя, что на этом отделении свет клином не сошелся, поэтому, отправилась в другое. Но и там я слышала все тоже самое. Если девочка со своим собственным отцом, это не может считаться как похищение. Если дочь с отцом, значит ей совершенно ничего не угрожает. Звучала эта дежурная фраза от всех следователей, никто не хотел ничего делать, а тем более, все шли в отказ когда узнавали от меня кто отец ребёнка, только стоило произнести фамилию Стоцкий, так меня сразу же тактично посылали. Я не знала и не понимала, что мне сейчас делать, села в свою машину и отправилась домой.

— Ну что, где она? Она у него, да? Этот урод её забрал из школы?!

В коридоре меня встретил обеспокоенный Ден.

— Да, она у него…

Прислонившись к стене, обессиленно скатилась по ней вниз. Сижу на полу и смотрю в одну точку. Ужасное состояние немощности. Вроде бы имеешь какую-то власть, хоть и небольшую, но сделать ничего не можешь законным путем.

— Твою мать! Ника, почему ты ее не забрала?!

— Он меня к ней даже не пустил. Запер ее на втором этаже скорее всего, у него шумоизоляция, я уверена что она даже не слышала что происходило внизу, да и я ее не слышала совсем...

Ден резко схватился руками

— Он не имеет на нее никакого права. Столько лет он про нее не вспоминал, а сейчас захотел поиграть в любящего папочку? Ты была в полиции?

— Была, конечно была Ден...

— Я так понимаю, раз он родной отец, то делать они ничего не собираются?

И тут я дала волю эмоциям, увидев мое жуткое состояние, обеспокоенный брат быстрым и резким движением оказывается возле меня, прижимая в свои крепкие и такие родные объятия. Я же, ухватившись своими тонкими и дрожащими от страха пальцами за его плечи, в порыве отчаяния стала ими медленно сдавливать кожаную куртку Дена, сейчас, мое сердце разрывалось на маленькие, мелкие кусочки от раздирающейся боли внутри. Подняла на Дена свои глаза, которые уже были заплаканными и опухшими, с мокрыми ресницами, на которых дрожали капли слёз.

— Ден, я так устала...

— Я знаю Ник, знаю, прости меня...

Сейчас моя боль душила меня изнутри, мне было так обидно на душе, мой ребенок в чужой квартире, там, с абсолютно по сути чужим человеком, как она? Что она делает? Все эти годы, он о ней совершено не вспоминал, а тут решил из себя строить примерного папочку. Тонула в страшных мыслях, но из этих дурных раздумий меня вырвал звонок мобильного телефона.

-«Слушаю...»

- «Добрый день. Вы, Вероника Ольшанская?»

Послышался женский, незнакомый голос.

-«Да, я Вероника Ольшанская, с кем я разговариваю?»

- «Вас беспокоят из больницы. Скажите пожалуйста, Елизавета Ольшанская, ваша дочь?»

Ощущаю тревогу, чувствую как моё уже во всю сердце набирает болезненные обороты. Не дыша, смотрю на брата и слушаю каждое слово женщины.

-«Вы меня слышите?»

- «Да. Что с ней? Что с моим ребенком?»

- «Приезжайте в 17 городскую больницу, мне очень жаль, ваш ребенок сейчас находится в реанимации...»

Услышав эту чудовищную новость, я взяла свои ключи от машины и рванула в больницу. Я не помню как я до нее доехала, но больше ждать я не могла ни секунды, рассекая и обгоняя проезжих машин на трассе, я наверное нарушила всевозможные правила дорожного движения. Я не понимала что с ней, дикий страх за ее жизнь овладел мной полностью, обволакивая каждую клеточку моей души. Забежав в больницу, в воздухе отчетливо парили запахи от медикаментов, в которых чувствовались насыщенные нотки стерильных бинтов, хлорки, омерзительно эхтиоловой мази и еще чего-то непонятного, но знакомого еще из детства, не разбирая дороги, я бежала в попытках найти врача который мне звонил, спустя время я нашла его...

— Где она?! Где моя дочь?! Что с ней? Что с моей девочкой?!

Мельтешила я в жутком приступе паники. Мне еще никогда не было так невыносимо страшно за собственного ребёнка.

— Женщина успокойтесь пожалуйста. Вы мама Елизаветы Ольшанской?

— Да... Да... Я ее мама. Почему она здесь?!

Мои поникшие глаза предательски стали стеклянными, а мои дрожащие ладони тут же мерзко покрылись холодной влажностью.

— Ваша дочь сейчас находится в реанимации. У нее была сильная интоксикация, страшно говорить, но мы еле-еле откачали девочку, мне очень жаль, на данный момент ее состояние стабильно тяжелое, вас к ней пока мы не пустим, но вы можете…

Не дала ей договорить, нагло перебила доктора на полуслове.

— Послушайте, а мужчина? С моей дочерью был мужчина?

— Да, ее отец, он сидит и ждёт возле реанимации.

Узнав где находится реанимационная палата, больше ничего не спрашивая у доктора, я направилась туда. Добежав до палаты, я увидела эту сволочь, да и не одну, в его компании уже стоял знакомый мне мент, который так меня пытался удостоверить что если ребенок со своим отцом, то он в безопасности и ему ничего не угрожает. Подойдя к Стасу, я со всего размаха влепляю ему звучную и болезненную пощечину.

— Что ты сволочь сделал с моим ребенком?! Почему она сейчас лежит в реанимации?! Как ты вообще до этого все довел?

— Сядь и успокойся, ненормальная!

Схватил он меня за предплечье, причиняя невыносимую боль, но я ее даже не чувствую особо, прожигаю бывшего своим опасным блеском озверелых глаз.

— Ты! Ты скотина, сказал что с ней все будет в порядке, что с ней все будет хорошо! Это твое хорошо? Мой ребенок оказался на грани жизни и смерти! Я тебя засужу! Я тебя просто уничтожу!

Не сдерживая себя я уже кричала чуть ли не на всю больницу, мне хотелось выть от той боли что творилась у меня внутри. Девочка... Моя маленькая, беззащитная девочка... Сейчас лежит одна... В этой чертовой палате, я чувствую... Чувствую как ей страшно. Но также, я не забыла и про этого мента, вырвавшись из цепкой хватки Стаса, я решительно повернувшись к Юсупову лицом, стояла и сверлила его своим полным злобы и отчаяния взглядом.

— Вот эта ваша безопасность?! Я же просила вас о помощи! Практически умоляла… Я же предупреждала вас… Это вы во всем виноваты! Что вы вообще делаете здесь?!

Также кричала на него, заливаясь горькими слезам. Смотрю на него пустым взором и не вижу в темных глазах даже в такой ситуации сочувствия.

— Так положено по протоколу. Врачи обязаны сообщать нам в таких ситуациях.

Сурово чеканит.

— Убирайтесь вон. Я не хочу чтобы это дело вел моральный урод, который непонятно из-за какой обиды действует так непрофессионально. Только из-за вашего безрассудного, халатного отношения, мой ребенок оказался сейчас здесь. Поэтому, уходите! Уходите, слышите?!

Стремясь немного успокоить меня, Юсупов осторожно задержал мою руку за локоть. Я опустила глаза на его ладонь, а потом медленно перевела взгляд на ледяные омуты, и в этот момент… Вот оно. Он осознает свою вину, и в его глазах промелькнул слабый блеск сожаления.

— Поговорим, когда ты перестанешь истерить, Вероника.

Произнес он это таким ледяным тоном, что мне стало немного не по себе. Впервые он назвал меня по имени. Моё имя прозвучало от него так пугающе и холодно. И в тоже время, мягко… На удивление.

— Ты не расслышал меня?!! Убирайся вон отсюда! Проваливай! Ненавижу!

Сама не заметила как перешла на «ты». Мы смотрели друг другу в глаза ещё несколько секунд, после чего Максим отпустил мой локоть, поднял свою папку с документами, которая лежала на стуле, и удалился…

5 глава. Сломанная жизнь

Минуты тянулись за минутами, часы за часами, дни за днями, так и прошла эта ужасная неделя, а мой ребенок все так же лежал без сознания. Почти все время я находилась в больнице рядом с

— Ну что, Ник? Все так же, без изменений?

— К сожалению, Ден, я устала... Устала ждать непонятно чего, устала ждать когда случится чудо, почему она не приходит в себя?

Поднимаю влажные глаза на брата.

— Я не знаю, систер...

Он сел напротив меня на корточки, обхватил теплыми и сильными ладонями мои холодные руки, немного сжал их, таким образом, успокаивая и поддерживая меня.

— Она очнется. Она справится. У нее же твой характер. Значит, все будет хорошо. Верь мне…

Не сдержавшись, я дала волю своим бушующим во мне эмоциям, а тоненький ручеек из моих слез не прекращая, вовсю уже спускался по холодной щеке.

— Как он мог? Как он не уследил за ней? Вот что там произошло?

— Я не знаю Ник, правда не знаю, мы обязательно во всем разберёмся. Вот она придет в себя и все нам расскажет.

Тяжело вздохнув, подняла глаза вверх, впиваясь ровными зубками в мягкую кожу губ, чтобы хоть немного унять свои слезы, но это не помогало мне. Слезы... Горькие слезы выжигали мои такие уже опухшие глаза, мне просто сейчас хотелось кричать от невыносимой, адской и дикой боли за своего единственного ребенка.

— Самое главное, она жива. Да, она в тяжелом состоянии, но жива...

Слабо улыбнулся и крепко сжал мои ледяные ладошки брат.

— Ник, мне уже нужно ехать в универ, я и так пропустил две пары, я могу оставить тебя одну? Ты справишься здесь?

— Я побуду с ней.

Мы с Деном повернули головы резко в сторону, пугаясь стального голоса Юсупова, вот кого-кого, а его я видеть сейчас не желала совсем.

— Я справлюсь Ден, езжай.

Брат медленно встал на ноги, поцеловал меня в макушку, прижал крепко к своей груди на прощание, недоверчиво обвел неодобрительным взглядом наглого следователя и поспешил удалиться.

— Как ты? Как себя чувствуешь? Выглядишь...

Юсупов впивается в меня своими пронзительными глазами, а я не могу… Опускаю голову, старательно наполняю легкие воздухом и нервно терзаю нижнюю губу.

— Выглядишь не очень.

— Как я? Как я себя чувствую? Шикарно! Мой единственный ребенок лежит без сознания, я не знаю очнется он или нет, а ты меня спрашиваешь как я?! Сам не видишь?! Убирайся вон!

Максим стремительно сократил дистанцию между нами и подошел так близко, что его рука крепко обняла мою. Его взгляд, полный тяжести, на миг пронзил мои заплаканные глаза. Я, в свою очередь, встретила его непонимающим взором, и вот мы оказались лицом к лицу, так близко, что казалось, мы даже перестали дышать. Наши взгляды переплетались, словно испепеляющий огонь, я вдруг задержалась в его глазах, их жар поднимал меня над землей, и в его взоре я различала свой собственный образ… Это ощущение напоминало гипноз, но его голос внезапно вырвал меня из этого состояния…

— Послушай меня. Я прекрасно понимаю твое состояние. Не делай из меня скотину! Здесь и сейчас, я нахожусь в качестве следователя, так что, указывать мне что либо, не в твоей компетенции. Засунь свои эмоции куда подальше, возьми себя в руки и постарайся ответить на все мои вопросы.

— Да ты вообще не понимаешь ничего? Я не собираюсь с тобой сотрудничать, ты не компетентен, Юсупов!

Он не дал мне договорить, перебив меня, он продолжил свой монолог дальше.

— Может быть, специально для тебя мне провести кастинг на выбор следователей который бы устроил тебя? Пока тот, кто чуть не убил твою дочь гуляет на свободе? Хочешь ждать нового покушения? Жди. Потом не прибегай в участок и слезно не проси меня о помощи.

Заливаюсь несдержанным смехом. Просить о помощи? Его?! Один раз уже попросила, помог. Собственно, этим и пытаюсь его приструнить.

— Где ты был тогда, когда я приходила и просила, умоляла тебя, говорила что её отец опасен для Лизы? Но нет же. Он же ее папа, она с ним в безопасности, вот ее безопасность! Доволен? Посмотри на эту дверь, вот результат того, что ребенок был со своим отцом.

Мы напряженно смотрели друг на друга, ненависть полностью охватила наши взгляды, каждый из нас был погружен в свои мысли. Максим начал медленно поднимать руку и приближать ее к моему лицу. Я стояла молча, наблюдая за его движениями, и казалось, даже забыла как дышать. В его глазах читалось нечто большее, чем просто гнев, там затаилась глубокая боль, запечатанная в каждом движении. Я почувствовала, как сердце забилось быстрее, когда его пальцы коснулись моего подбородка. Это прикосновение было одновременно пугающим и манящим, словно острием ножа он разрывал тишину, которая нас окружала.

— Почему ты мне не помог? Почему?

С трудом выговорила я, отчаянно пытаясь найти ответ в его взгляде.

— Вероника, блять! Я не...

Макс запнулся, и в этой паузе между нами пролетела целая вечность. Он прикрыл глаза, словно пытаясь подавить ту бурю, что разразилась внутри него.

— Прости...

Постепенно он убрал руку, как будто осознал всю значимость этого жеста. Мы оба стояли в ожидании, застывших между нами чувств, между ненавистью и пониманием. Наконец, он сделал шаг назад, освобождая пространство, но напряжение не исчезло. Время, казалось остановилось, и я поняла, что наш конфликт, это только начало чего-то гораздо большего.

— Прости? Это все что ты мне можешь сейчас сказать? Это чертово прости?! Которое мне никак не уперлось сейчас?! От твоего прости моя дочь очнется?! М?

— Прекрати орать... У меня не было оснований...

Юсупов мрачно истязает меня глубокими глазами. Его довольно красивое лицо искажает уродливый оскал. От непонятного мне страха, перед этим мужчиной, по холодным рукам проносятся мерзкие мурашки. Максим явно хотел договорить, но мы оба услышали сварливый голос врача.

— Вы что здесь устроили? Это больница!

Врач подходил к нам все ближе и ближе, при этом начиная повышать на нас голос.

— Выйдите на улицу и там устраивайте свои разборки. Здесь люди лежат после тяжелых операций. Им покой нужен.

И сейчас мне стало очень стыдно, от того, что мы здесь устроили,

— Простите...

Я устало рухнула на больничный стул, закрывая ладонями лицо, я стала отчаянно плакать, мои нервы пожароопасно искрили как оголенные провода. Не выдерживали напрочь моего еле сдерживаемого напряжения.

— Я так понимаю, со мной ты сотрудничать не будешь?

-Правильно понимаешь. Я требую другого следователя, который не будет так предвзято ко мне относиться.

Утираю слёзы и тихо произношу, почти полушепотом.

— Мое отношение к тебе, никак не влияет на ход этого дела. Сейчас я действительно хочу помочь твоей дочери. А ты сидишь как обиженка и препятствуешь моей работе.

Я подняла на него заплаканные глаза, меня мучал один вопрос, который я хотела ему задать ещё при первой нашей встрече.

— Что я тебе сделала? Почему ты так яростно меня ненавидишь? В чем я перед тобой виновата?

Он несколько секунд смотрел на меня и молчал, а затем его перекосило от раздражения, глядя на меня, Максим до хруста костей стал сжимать крепкие кулаки, мне даже показалось в какой-то момент что он может меня ударить, настолько сильно разозлился.

— Ты разрушила мою жизнь!

Вот это поворот, которого я совсем не ожидала. Кто он? Честное слово, я его не помню, а уж тем более, чтобы я разрушила его жизнь. Мне хотелось встать и расспрашивать его о всех подробностях, выяснить, что конкретно я сделала, что вызывает у него такую ненависть. Но в этот момент нас снова прервали.

— Вероника, ваша дочь только что пришла в сознание.

Я забыла обо всем в эту минуту. Резко потеряла интерес к ненавистному Максиму. Мой взгляд был приковал только к внезапно подошедшему врачу.

— Я могу к ней пройди, хотя бы на пару минут?

Я подбежала к доктору и схватила ее за обе руки, глядя в ее глаза, я мыслено молила женщину о разрешении увидеть своего ребенка.

— У вас пять минут. Никаких расспросов. Ребенок только что пришел в себя. Она очень слаба.

— Я поняла.

На бешеных скоростях, не разбирая дороги я побежала в палату к своему такому родному и маленькому, светлому человечку. Оказавшись в палате, обеспокоенно посмотрела на свою малышку. Моя маленькая девочка. Лежит вся белая как стена, измотанная, уставшая, заметно похудевшая. Сердце мгновенно сжалось. В ее глазках был виден легкий страх и вся тяжесть пережитых ею ужасов. Подойдя ближе к ее кровати, я уловила чуть заметную улыбку, которая заиграла на ее ангельском личике, едва только она увидела меня. Я подошла к стулу, стоявшему рядом с тумбочкой, и присела напротив ее постели, полная надежды и любви.

— Маленькая моя, малышка, как же я рада что ты пришла в себя.

Слезы радости от того, что дочь пришла в себя, мощным потоком скатывались по моим щекам безостановочно.

— Мам...

Смахнув своей ладонью стекающую слезу со своего лица, я взяла ее такие ледяные ладошки и принялась их покрывать поцелуями, при этом, пытаясь хоть немного разогреть ее заледеневшие ручки.

— Тебе сейчас не надо разговаривать, просто лежи и отдыхай, набирайся сил малыш.

— Мам... Послушай...

Каждое слово моей малышке давалось с трудом, но она старательно пыталась договорить. Вижу как ей невыносимо тяжело, поэтому, решаю ее перебить.

— Я тебя очень люблю. Ты главное сейчас поправляйся и не о чем не думай.

— Мам, приходила какая-то женщина...

— Тебе нельзя говорить, прошу тебя, просто лежи...

Пытаюсь выдавить из себя улыбку, но не получается.

— Что эта была за женщина? Ты ее знаешь? Как она выглядит? Ты ее запомнила? Сможешь описать?

Слышу снова басистый голос Юсупова, вздрагиваю, резко поворачиваюсь в сторону двери. Властно стоит в проеме и внимательно смотрит на Лизу. Меня внезапно всю переколотило изнутри, бесцеремонным и наглым образом, стоит и пытается допросить мою девочку. Которая только что сейчас вернулась с того света. Опускаю медленно ладошки дочери, раздраженно встаю с этого чертового стула, максимально быстро направляюсь в сторону следователя. Хватаю его руку и старательно вывожу из палаты в коридор.

— Тебе сказали русским языком сейчас не лезть к ребенку с расспросами? Что ты творишь?!

Повышаю на него голос. Мне кажется, с этим человеком мы никогда не сможем разговаривать спокойно.

— Выполняю свою работу. Не мешайся у меня под ногами.

Проговаривает хриплым голосом, хищно облизывая поджатые губы. Раздражен до невыносимости.

— Ты имеешь право допрашивать Лизу только в моем присутствии и с моего разрешения, а я тебе его не дам.

Максим тяжело дышит и прислоняет свой указательный палец к моей груди, несмело опускаю голову и не понимаю его действия. Он будто ждет от меня какой-то реакции. Поднимаю на него глаза, Юсупов смотрит прямо в мои пугающим взглядом и начинает постукивать пальцем, сурово произнося каждое последующее слово.

— Слушай меня... Будь так добра. Не мешай мне выполнять профессионально свою работу! Я не лезу в твои дела, а ты старательно препятствуешь следствию. Не хочешь найти и наказать по закону виновного?!

Скидываю его пальцы со своей груди, делаю пару шагов назад, но он не унимается, надвигается на меня и прижимает вплотную своим телом к холодной стене. Стоит максимально близко.

— Не слышу ответа! Резко голосок потеряла?! А такая резкая была пару минут назад. Мне нужен разговор с твоей дочерью, это в твоих же интересах.

Чувствую его обжигающее дыхание на своих губах. Что со мной?! Почему я смотрю на его чувственные губы и не могу оторвать взгляд? Мысленно даю себе хорошенького подзатыльник и в своей недружелюбной манере огрызаюсь.

— Я сказала, не дам её тревожить и именно тебе! Видимо, у тебя нет своих детей. Если бы были, не вел бы себя как бесчувственный чурбан. В тебе есть хоть капля человечности?!

Он озверело лупит кулаком по шершавой больничной стене, а другой рукой больно хватает меня за горло, сжимая нежную кожу до небольшого приступа удушья. Совсем уже поехавший?! Боюсь… Вот теперь стало страшно. Тяжело сглатываю, но Максим будто опомнившись, резко убирает руку, но не отходит, стоит впритык.

— Все сказала?! Или ещё хочешь выговориться?!

Вокруг все замерло, стало так тихо, что я отчетливо слышу каждый удар собственного сердца.

— Все!

Резко отчеканиваю.

— Завтра я приду и допрошу твою дочь, и мне глубоко плевать, хочешь ты того или нет! Поняла?! Хотя, можешь не отвечать, мне похер!

От лица Максима.

Вышел из больницы, дошел до стоянки и сел в тачку. Слова этой продажной адвокатши остервенело резанули по сердцу. Сука! Ещё рот смеет свой открывать. Нервно сжимаю руль до белых костяшек. Завожу машину и выезжаю на трассу. Мозг не соображает,

— Макар, фокусируй взгляд на щите за корзиной и попадешь прямо в цель.

С улыбкой кричу сыну, услышав мой голос, он резко разворачивается, бросает мяч на газон и пулей летит ко мне.

— Мой мальчик...

— Папа! Ты как здесь? Я так соскучился!

Сын подбегает ко мне и бросается на шею. Всё готов отдать за этот момент, лишь бы он не заканчивался. Заключаю его в свои крепкие тиски, так сильно, словно не видел его пару лет.

— Па, ты приехал за мной? Я поеду к тебе?

— Нет сын, я был здесь рядом по делам, решил заскочить по дороге к тебе.

Сын опечалено опустил голову. Злится... Расстроен... Самому выть хочется от этой несправедливости. Все из-за неё... Ненавижу! Придушил бы собственными руками. Да и сегодня не сдержался, ещё немного и произвел бы задуманное в исполнение.

— Чего нос повесил? Обещаю в выходные забрать тебя с ночевкой, сходим с тобой на хоккей, билеты куплены, так что... Пару дней и...

Сын восторженно вскакивает со скамейки и полностью довольный моими словами начинает дурачится на месте.

— Круто! Скорее бы выходной!

От своей же радости, бежит к мячу который остался на поле, берет его в руки и снова подбегает ко мне. Шутливо набивает мяч и бросает в мою сторону. Быстро реагирую и ловлю его. Поднимаю глаза на сына и вижу как он застыл на месте вглядываясь за мою спину.

— Что случилось?

— Пап, там это… Мама...

Поворачиваю голову в противоположную сторону и вижу идущую к нам на встречу свою бывшую. Быстрым шагом она подходит к нам и грубо хватает сына за руку. Не глядя на меня, наклоняется к Макару и командным тоном отчеканивает каждое слово.

— Макар... Иди... Домой! Быстро!

— Мам... Я хочу с папой...

— Я сказала, иди домой! Резко перестал меня слышать?!

Сын сразу поник, подошел ко мне, крепко обнял. Заглядываю в его грустные глаза. Блять! Словно по сердцу ебанули острыми гвоздями. Не хочу его отпускать, но знаю что вообще не имею право на его удержание возле себя. Ещё раз бросил на меня взгляд, схватил в руки мяч и отправился домой.

— Какого черты ты сюда пришел?! Хочешь проблем? Плевать уже на свою карьеру? Так я запросто могу тебе её обломать...

— Тон сбавь. Смотрю стала забывать что сын и мой тоже? Так я напомню.

— Ты не имеешь права к нему приближаться без моего ведома, или забыл? Так я напомню! Я решаю вопрос о ваших встречах!

Резко повышает мерзотный голос и начинает чуть ли не кричать. В глазах пылает огонь. Лицо резко меняется в злобной гримасе. Сам себе ухмыляюсь. Ещё пару минут и её разорвет от собственной желчи.

— Думаешь, я шучу? Я же сейчас действительно позвоню и сообщу о твоем незаконном визите.

— Звони, забываешься с кем разговариваешь?

Повел бровью и расслабленно сунул руки в карманы. Знаю что никуда не позвонит. Боится, хоть и пытается тявкать, блефует.

— Позвоню... А могу и не звонить, если ты исчезнешь из жизни Макара.

Вздергивает острый подбородок и нагло смотрит мне в глаза. Но я чувствую каждой живой клеткой её животный страх. Её голос заметно дрожит. Да и она собственно тоже вся трясется в испуге. Надвигаюсь на неё опасным зверем... Оксана панически пятится назад и своей ладонью упирается в мою стальную грудь.

— Мозг совсем потек? Че ты несешь? Это мой сын!

В висках шарашит бешеный пульс. Думал сейчас разорву её на части. Хотелось схватить её за плечи и хорошенько трясонуть, чтобы выбить эту дурь из её башки.

— Скоро я выхожу замуж, мой будущий муж станет отцом для Макара, по всем необходимым бумагам. Юсупов, забудь о сыне, я не позволю вам общаться, что ты можешь ему дать? С твоей зарплатой следока? Мой жених обеспеченный мужчина, и мы с сыном ни в чем не будем нуждаться. Подумай о Макаре...

Услышав о её якобы новом муже, я уже мысленно представлял всю рожу этого хмыря в самых страшных синяках. А эта, сука! Че несет вообще?! Пропитанная до мозга костей меркантильностью. Бабки. Бабки. Бабки. Они заменят родного отца ребёнку?! Пытаюсь держать внутреннего демона на цепи, но делаю это с трудом. Никогда не бил женщин, но сейчас это желание как никогда укоренялось в моей голове. Как я раньше не рассмотрел её натуру? Где были мои мозги когда я делал ей предложение?!

— Десять лет... Сука! Десять лет жил с тобой, не понимая кто ты на самом деле.

— А кто я? Нормальная женщина которая хочет жить в достатке? Ты мне что обещал? Я ни в чем не буду нуждаться, а в итоге что? Нищенская зарплата следователя?

Приближаюсь ещё ближе, хватаю её под локоть и сжимаю от своего же гнева. Смотрю в её глаза и уверенно проговариваю.

— Слушай внимательно, повторять дважды не буду. В выходные я забираю сына, и только попробуй его ко мне не отпустить!

— Да пошел ты!

Хищно ухмыляюсь и бросаю на Оксану презрительный взгляд.

— Я и пошёл… А то задохнусь запахом твоей гнили.

Отпускаю локоть который сжимал в своей хватке и чуть отпихиваю её от себя. Не оглядываясь, уверенной походкой направляюсь к своей тачке. Пока её не прибил к ебени фени. Лишь за спиной слышу обрывки её фраз...

— Не думай что я оставлю это просто так... Готовься, от проблем не отмоешься!

6 глава. Страшная правда

После того, как Лиза пришла в себя, прошло уже около недели, но пока что домой ее врачи не спешили отпускать. Очень часто к ней наведывался наш горе-папаша, которому я четко дала понять, что после выписки ребенок останется со мной, мне плевать в принципе было на его совершенно другое мнение. Естественно, ему моя позиция не понравилась, сколько я услышала за эту неделю оскорблений и проклятий в свою сторону, наверное, я столько не слышала за всю свою адвокатскую карьеру. Каждый его приход сюда неизменно заканчивался нашими склоками. Он, словно одержимый, пытался прорваться в палату, наивно верил в то, что сможет просто взять и забрать

— Малыш, ты же не против, если мы немного поговорим с тобой?

Сижу в палате у дочки, которая с большим удовольствием наслаждается домашней едой, приготовленную мною с заботой. Моя бедная девочка… Она так истощена, было невыносимо больно на неё смотреть. Наблюдая, как она весело поедает обед до последней крошки, я решила воспользоваться моментом и осторожно расспросить её о том страшном дне.

— Доченька, ты все хотела мне рассказать что же тогда произошло, помнишь? Ты говорила про какую-то женщину, расскажешь подробнее?

Лиза утвердительно кивает, оставляет свою пустую тарелку на тумбочке и аккуратно располагается на кровати в позе лотоса.

— Мам, можно мне сок?

— Конечно, милая.

Я медленно встаю, подхожу к тумбочке, беру коробку с любимым соком дочери и наливаю его в стакан. Сажусь рядом с ней и передаю сладкий напиток в ее ручки.

— Спасибо. Да, когда… Эм… Этот…

Внезапно запнулась дочь, даже не понимая наверняка как обозначить Стаса, и это правильно, так как слово «отец» было бы для него слишком громко сказано.

— В общем, он меня закрыл в комнате и куда-то уехал, а я попыталась сама открыть дверь и выбраться.

— Закрыл?! Он тебя запер?! Одну?! Господи… Ладно, с этим я ещё обязательно разберусь. Как ты выбралась, солнышко?

Я и так была невыносимо зла на Стаса, но от новых слов Лизы, гнев внутри меня разгорался с огромной силой. Как в принципе можно было запереть своего родного ребенка в эту чертову клетку? Такое ощущение что для Стоцкого моя малышка какая-то дикая зверушка. Я была в ярости, непроизвольно захотелось вцепиться острыми ногтями ему в горло и задушить эту бездушную сволочь. Всеми фибрами души я ненавижу этого человека, за всю ту черную, как и его душу бездну безразличия, в которую он с головой погрузил нашего ребенка.

— Однажды, когда я случайно забыла дома ключ и захлопнула дверь, Ден показал мне как можно открыть дверь с помощью заколки, таким образом я и выбралась из комнаты.

— Надо будет сказать нашему Дену огромное «спасибо» за это.

Я впадала в глубокую ярость, потому что если бы Лиза не покинула эту комнату, вероятно всего этого можно было бы избежать. Я сидела и словно губка старательно старалась запоминать каждое её слово.

— Сообразительная, девочка… Что произошло дальше?

От неожиданности появления Юсупова голос которого прогремел как гром среди ясного неба, я испуганно вздрогнула. Вот же, настырный! Даже не договариваясь со мной, он заявляется сюда как к себе домой. У этого человека вообще имеется чувство такта?! От злости, мои брови взметнулись к переносице. Но ему будто было все равно… Он величественно стоит с достоинством, даже не оборачиваясь в мою сторону. Его силуэт виден в профиль, но даже отсюда видно что его лицо вновь лишено эмоций, скала, самый настоящий камень. Тем не менее, Максим секундным взглядом коснулся меня и чуть наклонил голову в знак приветствия. Не могу объяснить почему, но его глубокие темно-коричневые глаза манили меня сильнее любого магнита. На мгновение я застыла в моменте, но его голос вскоре разорвал эту пугающую тишину.

— Госпожа адвокат?

Сурово разрезает он повисшую между нами тишину, его голос до дрожи холодный, как зимний ветер. Я не могла отвести взгляд от сурового, мужественного лица, несмотря на то, что каждый мускул моего тела протестовал против этого притяжения. А уж тем более, появления Максима. Все мысли в голове запутались, разбивались о его невидимую стену, которую Юсупов выстроил вокруг себя. Нереальная идиотка! Что за странные чувства то у меня? Я знала, что должна была что ему ответить, но слова уходили в бездну.

— Ольшанская, ты здесь?

— Да... Что?!

Наконец выдавила я из себя, что-то невнятное. Внутри нарастал шторм разных чувств, злость, обида и, странным образом, какое то непреодолимое желание. Максим слегка наклонил голову набок, поглядывая на меня как на идиотку, которая сидела и наглым образом пялилась на этого грубого, нахального, самоуверенного мужлана. Но сложно было не признать, все-таки симпатичного.

— Я хочу опросить твою дочь. Надеюсь палки в колеса мне вставлять никто не будет?

Его насмешливый тон ударил меня как удар шаровой молнии. Слова вымолвить не могу.

— Молчание знак согласия? Включайся в процесс.

Потерял резко ко мне интерес и посмотрел на мою дочь с серьезным выражением лица.

— Лиза, что было дальше?

Подошёл к ней, присел напротив в кресло. Достал из папки чистый лист и ручку. Вальяжно сидит и прищурившись, пытается уловить каждое слово дочери.

— Ты опять? Я же сказала тебе. Ей еще тяжело разговаривать.

— Помолчи, госпожа адвокат. Я общаюсь не с тобой, а с пострадавшей. А если ты продолжишь вмешиваться в мою работу, я выкину тебя за дверь.

Грубый, неотесанный мужлан! Он что, совсем уже совесть потерял?! Внезапно я поднимаюсь со своего места. Направляюсь к нему, приближаюсь как можно ближе. Свысока смотрю в его похуистические глаза, а саму всю трясется от страха этой близости. И вместе с тем, я не могу отвести взгляд от своего раздражителя.

— Меня взглядом не убьешь, Ольшанская, сядь на место, не нервируй меня своей бешеной близостью. Между нами не такие доверительные отношения.

— Перестань здесь наводить свои порядки! Без моего присутствия ты не имеешь права опрашивать Лизу. Ты не хуже меня знаешь что гласит закон.

Огрызаюсь, отчаянно надеясь, что Юсупов увидит хоть каплю моих переживаний. Но он лишь величественно сидит развалившись на стуле, как статуя, оставляя меня в тени своих неизменных эмоций.

— В коридоре сейчас сидит такой же отец, как и ты мать. Мне не составит совершенно никакого труда поменять вас местами.

Неотрывно смотрим друг другу в глаза. Он нагло чуть наклоняется вперед указывает своими глазами чтобы я села на место. А я? Я как кукла пячусь назад и присаживаюсь на стул.

— Умница... Адвокат.

Нагло вбрасывает, полностью довольный моим послушанием.

— Мам, все хорошо, я расскажу ему все что хотела сказать тебе.

Тоскливо выдыхаю. Переплетая руки и закидывая одну ногу на другую, я беззаботно откидываюсь на спинку стула, в то время как мой взгляд, наполненный ненавистью, пронизывает Юсупова.

— Расскажи все что помнишь.

— Хорошо. Когда я открыла дверь, увидела перед собой женщину, она представилась как старая знакомая Станислава, она сказала что

Лиза на пару минут замолчала, а Максим в это время все записал с её слов.

— Что было дальше?

— Я пригласила её выпить чая, на что она согласилась. Заварив чай для неё и для себя, я разложила чашки на стол. Затем она попросила немного сахара, и я начала его искать в шкафчиках. Когда я наконец-то нашла сахар, то поставила его на стол. Мы просто сидели и пили чай, а потом… Потом, я уже ничего не помню что произошло дальше...

— Значит, эту гадость тебе и подсыпали в чай.

Усмехаюсь и раздраженно цокаю языком.

— Ну, просто капитан очевидность.

— Не лезь!

Этот гад повернулся и зыркнул на меня озлобленным взглядом. Я лишь отвела от него свой взор, а Максим дальше продолжил беседовать с моей дочерью. Краем глаза, иногда замечала его косые взгляды в мою сторону, от которых было не по себе.

— Ты запомнила как выглядит эта женщина? Приметы, может тебе показалось что-то странным в ее лице?

— Да нет, обычная женщина, ничего особенного...

Лиза приложила свой пальчик к губам, словно пытаясь что-то вспомнить.

— Сколько было ей лет, как ты думаешь? Молодая, в возрасте? Примерно...

— Мне кажется, такого возраста как мама.

Чуть подняв голову, я почувствовала на себе пристальный взгляд Юсупова. В ответ я тоже взглянула ему в глаза, ухмыльнувшись, заметила, как он склонил голову вниз.

— Хорошо. Я понял, пока отдыхай, я к тебе еще зайду позже.

Он осторожно поднялся со своего места, аккуратно собрал все свои заметки в папку и направился к выходу, даже не соизволил попрощаться, просто встал и исчез за дверьми палаты. Я осталась еще немного с дочерью, но поскольку у меня была назначена встреча с Аленой, я попросила Дена прийти и посидеть с Лизой. Незадолго после его прибытия я передала ему заботы о дочке и отправилась в ресторан. Когда я переступила порог заведения, Алена уже дожидалась меня за столиком.

— Добрый день.

— Добрый, Вероника Сергеевна? У вас что-то случилось? Вы выглядите очень расстроенной?

Снимаю пальто и вешаю его на спинку стула. Отодвигаю громоздкий стул и присаживаюсь.

— Да, у меня произошло несчастье с дочерью. Но давайте не будем о моих проблемах. Так, давайте поговорим о нашем с вами деле.

— Что с ней произошло? Что-то серьезное? Бедный ребенок. Я представляю что вы сейчас чувствуете.

Алена наиграно приложила руку к своей груди и ахнула.

— Да, когда твой ребенок находится на грани жизни и смерти, это невыносимо больно, я искренне желаю вам никогда этого не испытывать.

— К сожалению, я этого уже и не смогу никогда испытать...

Я заметила как она изменилась в лице, сейчас она выглядела совсем раздавленной и убитой горем.

— Алена, вы молоды, у вас еще обязательно будут дети с любящим вас мужчиной.

— К сожалению, после того случая, я больше не смогу познать радость материнства.

Опустив голову, по её щеке скатилась горькая слеза. В сердце остро кольнуло. Мне стало по настоящему ее жаль.

— Простите, мне очень жаль, правда.

Я накрыла ее холодную ладонь своей в знак поддержки, Алёна посмотрела на меня и чуть улыбнулась.

— Так, давайте все-таки поговорим о вашем разводе. Я должна понимать на что вы претендуете. Совместно нажитое имущество, движимое, недвижимое, счета, акции в бизнесе мужа и все прочее.

Мы еще долго сидели и обсуждали все детали их бракоразводного процесса, как я уловила суть, Стас не хочет этого развода, он пытается удерживать ее силой рядом с собой, ему не нужна любящая его женщина, ему нужна покорная и исполняющая беспрекословно все его приказы и поручения преданная собачонка, которая будет постоянно рядом и предано смотреть в глаза своему хозяину. Конечно, в глубине души, мне было ее очень жаль, чисто по женски, ведь он отобрал у нее самое дорогое, это возможность стать матерью, ведь для женщины это самое страшное.

Неделю спустя…

С самого утра, я уже сидела в кабинете следователя, нервно постукивая тонкими пальцами по своей сумке, я ожидала того, что же он мне поведает. Также вскрылись новые обстоятельства, не самые лучшие для меня, ведь Максим откуда-то узнал, что я пыталась вести свое собственное расследование, в тайне от него, я пыталась лично опросить осторожно соседей Стаса.

— Какого черта Ольшанская, с хера ли ты лезешь не в своё дело? Закончились разведенки с их проблемными мужиками?

— Хватит на меня повышать голос! Я вижу как продвигается дело, ты хоть что-то выяснил? Нашел подозреваемого? Нет!

— И поэтому ты решила засунуть в это дело свой длинный нос, именно в обход следствия?

Он был просто в бешенстве, при разговоре со мной, его брови яростно нависали над глазами, видела как играли жевалки на его суровом лице, он смотрел на меня со звериным оскалом, казалось еще немного и он просто метнет в меня молнией.

— Не лезь в мою работу, когда дойдёт до твоей красивой головушки, что это опасно. Или ты хочешь чтобы я применил крайние меры?

— Может стоит самому что-то делать? Чем ты занимаешься, в кабинетике кофе попиваешь и сидишь ровно на своем мягком месте?

Резко вскакивает со своего места и приближается ко мне. Хватает меня за руку и тянет на себя. Поддаюсь и вскакиваю со стула. Он все так же удерживает меня своей сильной хваткой и как зверь рычит сквозь зубы.

— Забываешься с кем разговариваешь?

Стоит напротив и испепеляет меня ядовитым взглядом. Я пытаюсь освободить руку, но его хватка только усиливается. Я чувствую, как волна напряжения окутывает меня с головой, смешивая страх и возбуждение. Его глаза, темные и сверкающие, смотрят прямо в мои, как будто пытаясь прочитать каждую мысль, скрытую за моей внешностью. Вокруг нас все затихает, обыденные звуки исчезают, остаётся лишь тревожное дыхание. От моего же непослушания, он с силой бьет кулаком по стене рядом с моей головой. Мамочки... Прикрываю глаза и вздрагиваю...

— А ты? Ты не забыл?

Шепчу я, стараясь придать своему голосу уверенности. Юсупов скалится и наклоняется ко мне ближе, чувствую тепло его тела, его дыхание, горячее и резкое. Время между нами словно затягивается, как в замедленной съемке.

— Ольшанская, не беси меня! До сих пор не понимаешь, я совершенно не тот человек, с кем следует спорить.

— Ещё раз говорю, не надо повышать на меня голос. Лучше бы не возмущался, а искал эту женщину которая отравила мою дочь, ты же ничего не делаешь! Результата

— Слушай меня! Прикрой свой язвительный рот и вбей себе в мозг! Ещё раз узнаю что ты тайком опрашиваешь соседей… Мы будем разговаривать с тобой по-другому, через решетку обезьянника. Думаю, твой наряд отлично впишется в эту обстановку.

Каждое слово произносит грубым голосом, но в тоже время с некой издевкой.

— Хватит! Я поняла!

— Если ты будешь лезть и давить на всех подозреваемых и потенциальных свидетелей, я добьюсь чтобы тебя лишили адвокатской лицензии. Ты меня услышала?

— Хватит меня ненавидеть и вечно указывать кто я! Я сейчас мать, а не адвокат! Речь идет о моей маленькой дочери, которая чуть не погибла. Подумай, что я сейчас чувствую?!

Усмехается и горько смотрит в мои глаза. Вижу в них боль и печаль. Но почему? Отпускает мой локоть и отходит на пару шагов назад. Сунув руки в карманы, он презрительно осмотрел меня с низу вверх и заговорил.

— Серьезно? Мать? Как же бесчувственной скотине понять твои чувства...?

Находясь под его пристальным взглядом, мне становилось немного не по себе, он яро проявлял в мою сторону безудержную агрессию, отчетливо заметила как заходили жевали на его красивом лице...

— Когда речь шла о моем сыне, ты спокойно подтасовала левые факты и вообще не думала о том, что может испытывать и чувствовать отец, важнее всего тебе было не провалить дело любыми способами, и плевать ты хотела на правдивые факты!

Слыша его обвинения, мой маленький хрупкий мир разлетелся на тысячу кусочков, а острые грани этих осколков невыносимо болезненно впились в самое сердце. Что он несет вообще?! У меня было нереальное количество дел, я не могу помнить каждое. Но вот сейчас, глядя в его затянутые горечью глаза, в этот самый момент, мои шестеренки в голове начинали крутиться с бешеной скоростью, я мысленно попыталась вспомнить прошлое, прокручивала каждое заседание, и как не странно, не смотря на десятки выигранных дел, я стала вспоминать именно этот судебный процесс и особенно этого мужчину, так вот почему мне было так знакомо его лицо и имя. Скандальный развод, который длился не одно заседание. Именно я выступала адвокатом его жены.

— Что? Подожди, я вспомнила это дело, я тебя вспомнила.

— Серьезно? Вспомнила? Это именно благодаря тебе пару лет назад у меня отобрали сына, только из-за тебя я не могу с ним видеться. По твоей вине, и только благодаря этому долбанному решению суда, которого ты так добивалась.

Казалось я даже дышать разучилась. Его обреченный взгляд все говорит сам за себя. Судорожно прикладываю пальцы к вискам и растираю их от чувства потерянности. Вот причина... Вот причина его ненависти.

— Не понимаю... На моих руках были доказательства о том, что ты часто избивал свою жену, чуть ли не до потери пульса. Я не могла допустить чтобы ты еще и на сына стал поднимать руку.

— Ты хоть один синяк тогда видела на моей бывшей? Если я постоянно её избивал, м?! Хоть один?

Виновно смотрю на циничного монстра, а сама внутри себя борюсь с непонятными мыслями. Гипнотически смотрю в одну точку, а сама ощущаю, как глаза во всю уже начинают затягиваться пеленой слез, толи от моей невнимательности, не понимаю, или же моей непростительной ошибки. Неужели я?! Я! Человек который до мозга костей дотошный, особенно в своей работе, мог так жестко облажаться? Да нет… Сколько раз я слышала такие же фальшивые слова от мужиков в суде, которые прикидывались умело жертвами, а как потом выяснялась, по сути были самыми ужасными и зверскими абьюзерами. Но вот было одно «но.» Почему я смотрю в глаза ненавистного мне человека и подсознательно верю ему? Я с ума сошла?!

— Я за всю жизнь с ней, ни разу не тронул ее и пальцем.

Мои глаза со скоростью света округлялись до масштабов нашей планеты, сейчас я ничего не понимала, ведь у меня тогда были все доказательства ее правоты. Я же не с воздуха предъявила эти обвинения. Как можно сомневаться, когда у меня есть множество документов, подтверждающих страшные избиения?

— Я не подтасовывала факты, я апеллировала официальными данными медэкспертизы. Я своими глазами видела эти заключения, видела все зафиксированные следы побоев.

Максим издевательски расплывается в злорадной усмешке, а я как зачарованная продолжаю неотрывно смотреть в темные глаза мужчины.

— Которые ты вместе с моей женой и сделала же? Все, я прекрасно понял что ты за человек. Я больше и слышать ничего не хочу.

— Нет, подожди.

Но он и правда уже не хотел меня слушать. Взял папку с полки и сел в кресло. Я подошла к его столу и выхватила эту проклятую папку, швыряя её в сторону.

— Максим?!

Но все без толку, он будто не видел больше меня перед собой. Смотрит озверело в одну точку несколько минут, а потом все же решает обратить на меня внимание.

— Что касается твоей дочери, я буду вести это дело строго по закону, все. Можешь проваливать. Будут новости, сообщу.

Я хотела уже уйти, но решила остановиться и узнать для себя один важный момент.

— То, что ты сейчас мне сказал, про своего сына и жену, это правда?

— Правда, только из-за тебя и только по твоей вине, я лишился своего же сына.

И вот сейчас жуткая несправедливость глубоко поселилась у меня в сердце, несправедливость по отношению даже не к Максиму, а к его сыну, ведь если это действительно правда, то я лишила ребенка отца.

— Если это действительно окажется правдой, я все исправлю, я помогу тебе вернуть сына, я помогу отменить решение суда.

На мгновение мне показалось, что в его взгляде промелькнула искорка надежды. Он резко встал и оказался напротив меня, так близко, что в нос ударил уже знакомый аромат его парфюма. А я даже сделать полноценного вдоха не могу. Юсупов стоит опасно близко. Прожигает меня будто насквозь лютым взглядом. Максим снова хватает меня за локоть и вгрызается в мои испуганные глаза, я в свою очередь, подняла взгляд на него. Когда наши взгляды встретились, я ощутила, как будто по нашим рукам пробежал легкий электрический разряд, наполняя атмосферу напряжением.

— Я ведь должен тебя ненавидеть… Убить хотел при первой встрече здесь, в моем кабинете. Готов был задушить тебя собственными руками. Но почему тогда...

Осекается. Немного испугавшись нашего тактильного контакта, от которого у обоих затуманились глаза, Максим резко отпустил мою руку и отошел в сторону.

— Прости меня, я же правда была уверена что ты избивал ее...

— Хватит!

Взревел он и стукнул кулаком по столу.

— Хватит! Уходи!

Выхожу из кабинета и пулей вылетаю на свежий воздух. Эмоции переполняли меня изнутри. Я испортила ему жизнь. Но сейчас я хотела знать правду, лично для себя, мне было важно знать, неужели меня действительно сумели так ловко провести вокруг пальца. Теперь я прекрасно понимала всю его ненависть ко мне, я прекрасно ощущала что он чувствует и знала, что его злоба в мою сторону была действительно оправдана...

— Я все исправлю… Обещаю…

7 глава. Помощь Юсупова

По мере того как я приближалась к квартире Оксаны, я заметила, что её автомобиль стоял у входа. Выйдя из своего транспорта, я направилась к высотному зданию и поднялась на нужный этаж. Подойдя к её двери, я уже собралась нажать на кнопку звонка, как вдруг бывшая жена Максима вышла мне навстречу.

— Ой, здравствуйте Вероника Сергеевна, какими судьбами?

Когда бывшая Макса увидела меня, она откровенно говоря, была весьма удивлена.

— Здравствуйте Оксана, мне кажется нам с вами нужно поговорить.

Молодая женщина заметно напряглась. Её глаза нервно забегали по моему лицу. Она явно не понимала моего визита. Я грозно смотрела в её глаза и даже не думала отступать.

— Оксана? Без разговора я не уйду.

— Поговорить? Простите, но у меня нет времени, меня уже ждут внизу, мой любимый человек пригласил меня на свидание, вы знаете, это так приятно когда о тебе заботятся, а не угрожают физической расправой каждую минуту.

Как же она сейчас театрально состроила невинные и такие напуганные глаза, когда ты уже знаешь правду, со стороны это выглядит очень нелепо.

— Ведь это все благодаря вам, вы избавили меня от этого нескончаемого кошмара.

— Оксана? А вы уверены что пару лет назад, вы были честны со мной?

Лицо девушки стало искажаться в злобной гримасе, ее глаза быстро забегали по моему лицу, я же стояла непоколебимо и буравила ее своим непроницаемым взглядом.

— Я вас не поняла, в чем я вас обманула?

— Наш с вами разговор пойдёт о Максиме Юсупове, вашем бывшем муже, ведь он вас никогда не бил, верно?

Она опешила от моего вопроса, было заметно как Оксана с каждым моим словом судорожно нервничала, ее щеки заливались краской, и вот здесь я поняла, я попала в самую точку... Дура! Какая же я дура! Максим говорил правду, его бывшая соврала тогда, ведь он правда не трогал ее и пальцем, а я по своей же глупости лишила его общения с сыном. Я наблюдала за ее лицом, каждое её выражение, каждое движение показывало теперь уже мне ее надменность и фальшивость. Внутри меня закипали жгучим пламенем всевозможные эмоции, которые полностью сжирали меня изнутри, от горечи до непростительной вины. Почему я не смогла это рассмотреть тогда? Боже мой… Я не воспользовалась возможностью увидеть истинную правду, которая ускользнула от меня словно тень.

— Это вам Юсупов сказал? Послушайте, верить словам этого человека не стоит. Он самый настоящий тиран. Мы десять лет были женаты, десять… Вы представляете что мне пришлось пережить рядом с этим монстром?

— Десять лет? Вы довольно долго терпели его побои… Почему? Так любили, поэтому закрывали на все избиения глаза? Или… Может потому, что он вас ни разу и пальцем не трогал?

Сейчас, она победно смотрела мне в мои глаза и нагло ухмылялась. Соответственно, у меня больше не было сомнений, что все её заключения были пустышкой. Фальшивкой, на которую я купилась.

— Не понимаю о чем вы, он избивал меня постоянно до смерти, вы же сами видели заключение. Официальное заключение. Которое свидетельствовало о нанесении мне телесных повреждений.

— Официальное, значит...?

Боже мой, какой же я была дурой, поверить в это липовое заключение, сейчас же, передо мной стоял совершено другой человек, нежели тогда...

— А вы ему поверили, да? Что он вам наговорил? Строит из себя жертву? И дня не было чтобы он меня не ударил. А ещё мне очень помогли вы, ваша речь в суде, вы, только вы избавили меня от этих мучений.

— Вы же понимаете, что при моем желании, оспорить это решение мне не составит никакого труда?

— Хм, можете попробовать, главное, я добилась того чего хотела.

Я уже хотела уйти, но из квартиры Оксаны послышался отчетливый, пугающий шум.

— Это что?

— Какая разница? Соседи делают ремонт, такой шум стоит постоянно, я вас больше не задерживаю, всего доброго.

Поспешила она убежать от меня как можно быстрее, но не успела.

— Мама! Выпусти меня! Мне страшно! Мамочка…

— Ремонт говоришь?!

Я слегка оттолкнула её в сторону, вырвав из её рук ключи, вставила их в замочную скважину и не теряя времени, открыла дверь, войдя в квартиру, осмотрелась, пройдя немного внутрь, я заметила мальчика, который исходился в приступе паники и истерики. Увидев меня, сын Максима прекратил плакать, но все равно в диком испуге попятился от меня назад.

— Не бойся меня, пожалуйста… Я хорошая знакомая твоего папы, я не сделаю тебе ничего плохого, малыш, веришь мне?

— Папы..?

Когда я подошла ближе к ребёнку, меня охватил панический ужас. Его руки были покрыты заметными ссадинами и синяками. Я присела на корточки, стремясь встретиться с испуганным взглядом Макара.

— Малыш, что с твоими руками? Ты ударился? Или же… Тебя кто-то обижает?

Он осторожно посмотрел на Оксану, и словно испугавшись её жестокого взгляда, опустил голову.

— Все будет хорошо, слышишь меня?

Пытаюсь говорить как можно мягче, хотя внутри меня бушуют нереально гневные мысли. Мальчик не убегал, не кричал, просто молча смотрел, как будто ждал от меня помощи, а что я могу? Забрать его сейчас? Нет. У меня никаких нет на это оснований. Я заметила, что руки его невыносимо дрожат, и это чувство беззащитности разрывало моё сердце. Он так похож на тех детей, о которых я смотрела многочисленные передачи по телевизору в новостях, но теперь этот ребёнок был живой и реальный, с огромной печалью в глазах. А хуже всего, было понимание и жестокая реальность, которая съедала меня заживо. Ведь в этом есть и моя вина. Она огромная…

— Это что такое? Откуда у ребёнка такое количество синяков и ссадин?! Вы что его бьете?!

Поднялась на ноги, закрывая своей спиной затравленного ребёнка.

— Нет, это ребёнок, а не кукла, он днями бегает по детской площадке, конечно он обо все ударяется постоянно, то с горки упадет, то с качелей, то лоб расшибет о турник. Это абсолютно нормально для его возраста.

Не веря своим ушам, я постепенно, но целеустремленно переступала

— Ты бьешь своего собственного ребенка, а сейчас еще заперев его одного здесь ты собралась уехать? Ты вообще в себе?! Твой ребёнок на грани панической атаки, а ты думаешь не о нем, а о каком-то свидании?

— Да ты не понимаешь! Он меня просто раздражает, все делает мне на зло! Чертов характер Юсупова! А ты права… Да, я на зло Максиму отобрала сына, на зло! Думаешь он мне нужен? Да плевать мне на этого спиногрыза, главное, чтобы мучалась эта скотина! Ясно тебе?!

— Предельно… А знаешь, я обязательно добьюсь чтобы тебя лишили родительских прав, а на счёт сына… Ещё раз хоть пальцем его тронешь, я тебя посажу!

Больше ничего не говоря, я пылающая от гнева вышла прочь из её камеры пыток, я была в нереальном бешенстве. Как я так могла поступить с Максимом и его сыном? Ведь это и моя вина что ребенок сейчас терпит все эти издевательства. Сев в свою машину я отправилась домой, в груди все щемило и бушевало от всего мною увиденного.

— Боже мой, что это с тобой?

Переступив порог собственного дома, в коридоре столкнулась с обеспокоенным лицом брата, который стоял прислонившись к стене с чашкой горячего и дымящего кофе, внимательно меня рассматривая пристальным взором.

— Денис, какая же я всё-таки сволочь...

Произнесла на тяжелом удушливом выдохе, позорно опуская голову.

— Че несешь? Что ты уже сделала? Этот следак теперь будет по утрам мне звонить?

Проскользнуло в голосе брата язвительное удивление и легкая настороженность. Я даже не обращаю внимания на его попытку разрядить обстановку, устало снимаю высокие шпильки и присаживаюсь на мягкий пуфик.

— Признавайся. Грохнула Стаса? Не удержалась, да?

— Что?! Нет конечно!

Фыркнула, прислоняя затылок к стене.

— Ну, что тогда?

— Знаешь, я же как адвокат, всегда боролось с ужасными монстрами, которые ломали женщин как спички. Презирала их… В душе проклинала. Ненавидела. Думала, как таких мужиков вообще земля носит. Олицетворяла их с кошмарным зло. А знаешь кто оказался самым настоящим злом? Я… Из-за такой же ненависти к Юсупову, очередному моральному уроду, как я думала, я испортила жизнь маленькому ребенку.

Говорю с огромной горечью, а моя крепко выстроенная маска самокритики невольно начинала трещать по швам.

— Слушай, объясни нормально, что произошло? Причем тут вообще этот бешеный следак?

— Я, это я отобрала сына у Максима, сама же добилась этого решения суда, не зная правды, понимаешь? Я чудовище! А теперь мать мальчика его постоянно избивает... А его некому защитить, даже родной отец не может, потому что ему препятствует это чертово решение суда, на запрет приближения к сыну. Понимаешь?! Я же его добилась, я!

Мой голос срывался на крик, а в уголках глаз скапливались горькие слёзы.

— Хера новости… Слушай, ну теперь все понятно… Понятно почему он так взъелся на тебя, что делать будешь?

Брат как-то немного сдвинулся ко мне ближе, словно пытался поддержать меня не только словами, но и своим присутствием.

— Верну Максу сына. Чего бы мне это не стоило.

— Ооо, он теперь уже у тебя просто Макс, систер? А не влюбилась ли ты? Если бы ты вдруг узнала ещё о такой похожей ситуации, с таким же рвением пыталась восстановить справедливость, или дело реально в каком-то особом твоем отношении к Юсупову? Пытаешься наладить родственные связи?

Ден в своей шутливой манере попытался развеять гнетущую атмосферу, но от его слов становилось лишь ещё более тошно.

— Нет. Конечно, нет. Он меня ненавидит, из-за меня он не может нормально общаться с собственным сыном...

— Он ненавидит… Ну, если это действительно так. А ты?

Вопрос моего брата застал меня врасплох, в его голосе я ясно ощутила настоятельное желание получить ответ, как будто Ден пытался проникнуть в мои мысли и разобраться в моих ощущениях. Но я сама не могла понять что чувствую по отношению к Юсупову, вину, или же нечто большее? Влюбленность? Влечение к этому мужчине? Вот что? Я замялась на мгновение, подбирая слова. Ведь они были абсолютно недостаточны, чтобы выразить все то, что терзало мою хрупкую душу. Юсупов притягивал меня к себе каким-то непонятным магнетизмом. Изначально, этот мужчина вызывал во мне приступы омерзения. Грубый. Жестокий. Холодный. А сейчас… Я вспомнила его самодовольную, но очень уверенную усмешку, его тёмные глаза, в которых сверкали искры ненависти по отношению ко мне. Должна же относится так же как и он ко мне, с ненавистью. Но почему у меня это больше не вызывало чувство отвращения к Максиму, наоборот… Вина или что-то другое?!

— Кажется мне, кто-то конкретно встрял.

— Все, Ден иди спать, завтра Лизу из больницы забирать, а ты тут мне голову забиваешь.

Быстрым шагом направилась к себе в комнату, дабы избежать ненужных вопросов. Переодевшись в пижаму, рухнула обессиленная на кровать, а в мыслях крутился этот вопрос Дена. А ведь и правда, при виде него у меня что-то щелкает в груди.

— Видимо и правда встряла… Ещё как…

На следующее утро…

Сегодняшний день для меня был очень волнительным. Пришло время моей девочке почувствовать жизнь без боли, наконец-то она может насладиться возвращением к нормальной жизни. Все уже позади, неужели она будет дома, рядом с любящими ее людьми? Собрав наконец-то все вещи Лизы, мы отправились на выход из этого злополучного места. Так, как моя машина сегодня осталась в сервисе, я решила вызвать такси, присев с Лизой на скамейку в ожидании машины, мы болтали обо всем на свете, но нашу идиллию прервали, сказать откровенно, это была совсем неприятная встреча.

— Отлично… Ты уже собрана, давай вещи Лизы, мы уезжаем домой.

От такой наглости внезапно появившегося Стоцкого, где-то там далеко в подкорках моего мозга, я была уже готова впиться ему в глотку, сейчас я была как конфета «Рафаэлло», вместо тысячи слов.

— Ты пока шел до больницы мимо растущих вдоль дубов, на тебя что, рой желудей свалился на твою голову? Знаешь ли, сбор желудей занятие не самое безопасное, видимо голову твою они знатно так повредили.

Издевательски съязвила, обнимая дочь, всеми силами пыталась укрыть её от всепоглощающего внимания Стаса.

— Что ты несешь?!

— Видно ты ударился головой и не можешь трезво мыслить, как после всего того что произошло ты потащишь ребенка к себе домой?

— Она моя дочь и поедет домой к своему отцу.

Лиза же, сидела, тряслась как осиновый листочек и испугано смотрела на наши

— Я сказала тебе уже раз, так уж и быть, повторюсь! Лиза едет домой! К себе домой, а не к чужому человеку!

— Если ты хочешь чтобы с ней все было в порядке, ты будешь делать так, как я тебе скажу, ты меня поняла?

Оставив Лизу на скамейке, гордо встала на ноги. Медленной поступью с уничтожающим взглядом я уверенно приближалась к идиоту Стоцкому вплотную, сейчас я была похожа на хищника, который готов был проглотить свою добычу.

— А с ней и так все будет в порядке, она едет домой со своей матерью.

Услышав знакомый голос за спиной, выдохнула. Именно сейчас, зная что Юсупов стоит рядом, я почувствовала значительное чувство защищенности и покоя, я знала что именно в присутствии Максима я беспрепятственно заберу дочь и уеду домой, и Стас ничего не сможет сделать, особенно при следователе. Максим обошел меня спереди, аккуратно взял моё запястье и властно завел за свою крепкую спину, при этом, с презрением изучая наглые глаза Стаса, я лишь робко стояла за его спиной и вдыхала запах мужского парфюма позабыв обо всем на свете.

— Вероника, я настаиваю, Лиза едет со мной!

— Не думаю что угрозами, ребенок сам захочет ехать с вами.

Немного повернув голову в мою сторону, Максим обратился ко мне.

— Тебе нужна помощь?

Вся моя неприязнь к этому человеку исчезла, словно пыль в воздухе. Знаете как говорят, зачастую взаимная неприязнь является прямым следствием зарождающейся симпатии. Возможно, это правда, и сейчас я хотела принять его помощь.

— Нужна, я просто хочу забрать своего ребенка домой.

— Бери дочь, все ее вещи и садитесь в мою машину.

Мужчины смотрели друг на друга с ненавистью, в то время как я быстро взяла Лизу за руку, собрала ее вещи и направилась к машине Максима, по пути отменяя такси. Мой спаситель догнал нас через несколько минут, усевшись в комфортный салон авто, я назвала адрес, и мы отправились в дорогу. Мы ехали в тишине, никто из нас не решался заговорить первым, но я не выдержала и решила прервать эту гнетущую тишину.

— Спасибо тебе за помощь.

— Не за что, это моя работа.

Я перевела на него скептичный взгляд, и как говорится «сарказму быть!»

— Что-то раньше ты не рвался мне на помощь, супермен.

Задорно усмехаюсь.

— Я был уверен, что твоя дочь в безопасности.

Он произнес это не отрывая своего взгляда от дороги.

— Предвкушая твой следующий вопрос... Что я делал возле больницы, хотел поговорить еще раз с Лизой.

Я опустила немного голову вниз и нежно сама себе ухмыльнулась.

— Ну видимо, супермен все же соизволил поменять свое мнение, решил спуститься к простым смертным и помочь... Откуда там он спускается, с крыши или от куда-то еще...

— Прекрати язвить, а то высажу прям на трассе.

— Как ты можешь так поступать с ребенком после выписки? У тебя нет сердца, товарищ следователь.

Я шуточно приложила свою руку к груди и начала улыбаться.

— А кто сказал, что я высажу Лизу. Ты потопаешь сама. Подумаешь над своим поведением. Да и пару лишних килограмм не мешало бы скинуть.

— Юсупов! Ты обалдел?! Да я из спортзалов не вылезаю когда у меня есть свободное время... Да ты… Лизонька, солнышко, закрой ушки!!!

Повернулась к дочери, но Лиза улыбнулась и сделала вид, что ест попкорн.

— Ну уж нет, мам, такого я не пропущу.

— Ладно, я потом тебе наедине скажу, без присутствия маленького ребенка.

Наши глаза встретились на ничтожное мгновение.

— Ммм… А будет наедине, госпожа адвокат?

Он вообще о чём сейчас подумал?! Да и еще это бесячее… «Госпожа адвокат.» По имени нельзя меня назвать? Смотрит в мои глаза с похабной ухмылкой, которая в миг сменяется приятной улыбкой. Ему идёт улыбаться, становится будто совсем другой. Я не нашла, что ему ответить, просто отвернулась и стала внимательно наблюдать за людьми, проходящими мимо. Когда мы подъехали к моему дому, Лиза попрощалась с Максимом и быстро вышла к Дену, который уже стоял нас встречать на пороге, а я все еще оставалась на месте.

— Тебе разве не пора?

— Прогоняешь? Настолько ненавидишь, что так тяжело находится со мной рядом?

С неким недовольством я задала вопрос, на который Максим, повернувшись ко мне в полуоборота, нагло положил свою теплую ладонь на моё колено. От этого неожиданного прикосновения я слегка вздрогнула и прижалась всем телом к сиденью. Мамочки… Сердце забилось быстрее, я уже в полной мере почувствовала, как по телу пробежала приятная дрожь. Я попыталась отвлечься от его взгляда, пронизывающего и такого глубокого, даже опустила смущенно глаза. Я не знала что ещё сказать, а Максим, казалось, наслаждался моим смущением, подцепив двумя пальцами мой подбородок, он заставил меня взглянуть в его глаза, а нахальная улыбка мужчины, медленно расползлась по лицу, обрамленному легкой щетиной.

— Ты чё так растерялась? Я слышал что ты настоящая снежная королева… Холодная, неприступная… А сейчас напугана так, будто я тебя собираюсь трахнуть в этой тачке. Расслабься, госпожа адвокат.

Съязвил он со своей фирменной ухмылкой, а его пьянящий голос был будто наэлектризован. Вот что он делает со мной? Я и сдвинуться с места не могла, а все слова застряли где-то глубоко в скованном горле. В этот момент мне хотелось как никогда встать и рвануть от него на всех скоростях. Но вместо этого я осталась сидеть, нервно терзая зубками свои пухлые губки.

— А ты ужасно самоуверенный. Ни о чем таком я не думала. Как можно думать о мужчине, с которым ты вечно гавкаешься как кошка с собакой?

Наконец, осмелилась произнести я, хотя сама понимала, что мои слова звучали неубедительно. Макс наклонился ближе, не убирая свою руку, все так же его ладонь лежала на моей ножке, а его горячее дыхание стало ощутимым на моих губах, и тут я отчётливо почувствовала запах его лосьона после бритья.

— Вали давай, пока действительно я на тебя не набросился… Дикая кошечка, блять!

Его твердый голос стал значительно мягче, но в нем читался опасный вызов. Я почувствовала, как внутри меня закипает легкое волнение. Ден стоял у двери, ожидая меня, но я все еще не могла отвлечься от лица Максима, сижу как идиотка и будто реально жду исполнения его последней фразы. Ну не маньячка ли? Бежать бегом и не оглядываться. Уже тянусь к ручке, хочу открыть дверь, как Максим меня притормаживает.

— Я опрошу Лизу уже в другой раз, конечно, с твоего согласия.

— Хорошо... Ну все, я могу идти?

— Да, иди уже...

Поблагодарив Максима за его помощь, я забрала вещи Лизы и покачивая своими пышными бедрами, направилась к себе домой. Только когда я подошла к своей входной двери, я заметила, как машина Максима резко тронулась с места. Вот же, значит сидел и наглым образом пялился на мой зад...

— Набросится он… Глупость какая-то… А ты Ольшанская, уши развесила и сидела как дурочка, совсем уже развратилась… Госпожа адвокат…

8 глава. ДТП

Прошло пару дней...

В последние пару дней Стас не беспокоил нас своим присутствием. По словам его пока еще жены, он уехал за границу по рабочим вопросам. Как я поняла, у него там возникли неприятности. Ну, это даже к лучшему, не будет мешаться под ногами и тем более, не сможет навредить дочери. Лиза довольно неплохо себя чувствовала после выписки, и что удивительно, сама проявила большое желание вернуться в школу. Она очень хотела встретиться со своими друзьями, так как время, проведенное в больнице, явно сказалось на ней. Лиза хотела простого дружеского общения со своими одноклассниками.

— Лиза, Денис… Спускайтесь завтракать.

Приготовив завтрак для своей семьи, я с любовью накрыла стол, и аромат свежеприготовленных блинчиков с творогом и корицей мгновенно наполнил весь дом. Поскольку я не особо завтракаю, для себя я сделала крепкий кофе, взяла чашку с горячим напитком и направилась к окну, рассматривая красивую осеннюю листву, которая кружила в воздухе. Маленькими глотками наслаждаюсь своим любимым кофе и невольно погружаюсь в разные мысли...

— Ммм... Как вкусно пахнет. Как же я соскучилась по твоей еде.

Услышав задорный голосок Лизы, я обернулась и увидела, как моя дочка с огромным аппетитом ест свой завтрак. Честно, глядя на своего ребёнка, я была счастлива, ведь ранее, чтобы вызвать её аппетит перед этим ужасным попаданием в больницу, мне приходилось плясать почти как шаману, который с помощью бубна вызывает дождь, собственно, я также пыталась наколдовать аппетит дочери. А сейчас она с удовольствием уплетает еду, не оставляя ничего на тарелке.

— Доброго-бодрого, родственнички.

Следом за дочерью, на кухню ворвался мой брат, потирая глаза от сонливости. Так необычно видеть его дома в такое раннее время… Неужели я наконец смогу расслабиться насчет Дена? Он больше не бродит до утра где попало, и в мой адрес не летят постоянные неприятные звонки от следователей и владельцев заведений, где Ден зачастую устраивал дебоши. Нет, он конечно изредка шатается со своими дружками по ночам, но нервничать меня не заставляет. Кажется, всё начало налаживаться, но внутри меня всё равно оставалось какое-то тревожное чувство. Как будто что-то должно произойти в ближайшее время.

— Садись, поешь. Ты сможешь сегодня Лизу забрать после дополнительных занятий?

Обращаюсь к брату, присаживаясь за стол.

— Заберу, если наша золушка не ускачет с другим принцем, да, малая?

Приподняв одну бровь вверх, Ден с издевкой посмотрел на трескающую за обе щеки блинчики Лизу.

— Я бы с ним не поехала, он сказал что это все с разрешения мамы.

Насупила она свои маленькие бровки, огрызаясь на Дена.

— Так, все! Давайте это забудем как страшный сон. Я уже опаздываю. У меня сегодня слушание по делу Красновой, Ден?

— М?

— Как заберёшь Лизу, сразу мне позвони, для моего же спокойствия.

— Угу...

Многозначительно пробурчал брат, закидывая в рот очередной сытный блинчик. Поцеловав свою дочку и слегка потрепав брата по голове, я поспешила на работу. Даже не догадываясь о том, что ждет меня впереди… Когда я подъехала к зданию суда и открыла дверь офиса, направилась в конференц-зал, внутри меня нарастало неприятное чувство напряжения. Мои коллеги уже собрались за столом для утреннего совещания, но их слова доносились до меня как далекое эхо. Я не слушала их, не пытаясь вникнуть в обсуждение новых дел. Мы долго говорили о неотложных судебных делах, где-то до позднего обеда, но я не могла сосредоточиться на работе, так как вся моя голова была занята тревогой за Дена и Лизу. Рабочие обязанности теряли значение на фоне того, что происходило в моей жизни. И моё предчувствие меня не обмануло… Внезапно раздался телефонный звонок, и я уже понимала, что меня ожидает что-то ужасное.

— Прошу прощения, я выйду, важный звонок.

Под одобрение начальника, я быстро покидаю конференц-зал и выхожу в коридор, принимая вызов Юсупова, который трезвонил мне не прекращая.

-«Товарищ следователь, добрый день, что-то случилось, соскучились по истеричке?»

Начинаю немного с сарказма. Не ожидала его звонка на самом деле, и вроде бы должна ощущать некую радость, но не могу, волнение перекрывает все мои чувства.

-«Вероника… Не до юмора сейчас… Ты главное не нервничай и срочно приезжай в 17-ю городскую больницу.»

Он пропустил мой сарказм мимо ушей, а его голос меня напугал до дикого безумия, и мне только оставалось догадываться, какое на этот раз коварное испытание преподнесла мне жизнь…

Некоторое время назад…

От лица Дена.

Получив распоряжения и нравоучения от Ники, продолжил наслаждаться завтраком, после сытных блинчиков, которые моя сестра готовила нереально вкусно, я шлифанул это дело ещё крепким американо и залипнув в ленте инсты даже не обратил внимания что мы уже жутко с малой опаздываем. Правду говорят, интернет, зло.

— Ден? Я сейчас в школу опоздаю, может потом поразглядываешь своих подружек в купальниках?

Когда Лизка с недовольным выражением лица напомнила мне о времени, я быстро взглянул на часы и чуть не выпал из своих же кроссовок. Твою мать! Ещё не хватало от Ники отхватить по шапке за прогул мелкой. Сижу и понимаю, что у нас осталось всего каких-то минут двадцать не только до начала уроков, но и до моей смертной казни от сестры.

— А раньше не могла сказать сколько время?

Вскочил я, укладывая посуду в раковину.

— Я говорила, но ты был занят укрощением своей слюны, которая у тебя капала как у шарпея.

— Бегом собирай свой рюкзак и на выход.

Пока мелкая собирала свой рюкзак, я быстро переоделся, взял ключи от тачки и галопом по Европам рванул в машину. Дождавшись мелкую капушу, двинули в сторону школы, доехали очень быстро, видела бы систер как мы домчались, оторвала бы мне бошку, нахрен. Скинув груз в виде своей племяшки у самых ворот школы, я убедился что она благополучно зашла во внутрь учебного заведения, и только потом сам поехал в универ. Время на занятиях пролетело незаметно, и вот я уже направлялся к машине чтобы рвануть домой, да и

— Какого…?

Немного повернув голову, я вдруг услышал рев мотора тачки, которая с огромной скоростью мчалась прямо на Лизу. Казалось, что водитель даже не собирался тормозить, и в тот момент мне все стало ясно…

— Лиза!!!

Не раздумывая, я бросился к малой, чтобы либо прикрыть её, либо оттолкнуть от этой опасности. Когда стремительно мчащаяся машина была уже совсем рядом, я не задумываясь отпихнул мелкую в сторону, таким образом принимая удар на себя. Краем глаза, в момент столкновения, я успел заметить как на моих глазах развернулась самая настоящая сцена из кошмарного боевика, водитель, который управлял машиной влетел в стену стоящего неподалеку небольшого магазина, нанося значительный урон зданию и находившимся рядом людям. Капот машины устрашающе искорежился, словно пустая пластиковая бутылка. Лежу на мокром асфальте и сквозь шум в ушах слышу какие-то неразборчивые, звуки, крики… Вопли… Перед глазами все резко затуманилось, но я смог рассмотреть подбежавшую ко мне в нереальном испуге Лизу, которая принялась судорожно осматривать все моё покалеченное тело.

— Ден?! Ты чего? Ты как? Мамочки… Тебе больно, да? Ден… Ден?!

— Спокойно мелкая, не истери…

Шиплю от боли. От удара, казалось я сильно повредил ключицу и потерял какое либо движение в ногах. Шумная толпа сразу же вызвала скорую помощь и полицию, суматошно начиная суетиться надо мной.

— Ден! Ден! Ты меня слышишь?!

Слышал ли я что-то? Наверное, да… Но в целом, боль усилилась до предела и охватила меня полностью, понимал, что в любую минуту моё сознание может меня покинуть, но пока не отключился, поднял глаза на племяшку.

— Малыш, ты как? Цела? Все в порядке, ты ничего не повредила?

Стараюсь не делать резких движений, знаю что при переломах нежелательно, тем более, если это позвоночник, а цел он или нет я не понимал, единственное что я сделал, пока не потерял сознание, это аккуратно начал осматривать Лизу, на наличие её полученных возможных травм.

— Ден! Пожалуйста, не закрывай глаза! Ден! Смотри на меня! Ден!!!

Но я уже не слышал нихера, я метался между сознанием и черной бездной, пока Лиза держалась за мою куртку, стараясь вернуть меня в реальность.

— Ден! Нет! Ден! Пожалуйста... Пожалуйста... Открой глаза! Ден! Все будет хорошо, тебе помогут, слышишь?

Ее испуганный голос звучал так смело, как будто Лиза верила что её слова могут меня в сию минуту вернуть к жизни. Я чувствовал, как её маленькие ручки дрожат от страха, но в то же время я ощущал от малышки тепло и надежду. Плевать на себя… Главное, защитил её. Вскоре я услышал мельком завывание сирены скорой помощи. Звуки становились все меньше слышны. А я не двигаясь продолжал всматриваться в шокированное лицо Лизы, стараясь запомнить каждую деталь на лице своей племяшки.

— Все будет хорошо… Малышка…

Говорю, а сам себе не верю. Внезапно над нами появились медики и Лизу быстро оттащили от меня, освобождая себе пространство для работы. Я чувствовал, как врачи укрыли моё холодное тело теплым одеялом. Но мне это не помогало согреться… Последнее, что я помнил, это лицо Лизы, пока мир вокруг меня начинал затуманиваться.

Наше время…

От лица Вероники.

Рассекая уже такой до боли мне знакомый больничный коридор, я бежала в панике, не разбирая дороги. После звонка Лизы, сразу же возникло чувство неимоверного испуга за жизнь своих близких, чувство тревоги, отчаяния, внезапный страх окутал меня с ног до головы, я даже не помнила как я добралась до этой больницы. Увидев в конце коридора свою дочь, сразу же бросилась к ней на встречу.

— Девочка моя… Как ты? Как Ден?! Маленькая моя…

Обхватив дочь за обе руки, аккуратно стала осматривать каждый ее миллиметр тела, крепко прижимаю Лизу в свои объятия и не могу представить что ей пришлось пережить. В этот момент я чувствовала себя как беспомощная рыба, выброшенная на берег. От шока мне не хватало воздуха, я жадно вдыхала его, открыв рот и широко моргала изумлёнными глазами.

— Как ты? Как это произошло? Ден? Что с ним? Жив? Ну! Не молчи!

Пытаюсь заглянуть в её глазки, но она молчит. В голове вихрем проносится лавиной самое страшное. Лишь бы был жив…

— Я... Я не знаю... Пока мы ехали, он был без сознания, сейчас его забрали на операцию...

Прижав дочь к своей груди, я крепко обняла её, словно боялась, что она исчезнет из моей жизни. Я нежно поцеловала её в макушку и одновременно гладила её спину рукой. Я слышала, как она всхлипывает, ощущала её тревогу и беспокойство за Дена. Эти же чувства наполняли и меня, ведь я также боялась за его жизнь. Мы стояли в пугающей тишине, лишь изредка нарушаемой её лёгкими вздохами. Я пыталась найти какие-то слова, чтобы успокоить малышку, но они всё время ускользали от меня, как вода сквозь пальцы.

— Мам? Ден же не умрет, правда?

— Конечно нет… Ты что? Он же у нас сильный, обязательно к нам вернется…

Шепчу, а сама в это не верю. Но моя девочка заслуживает крошечной надежды, даже когда её у меня нет. Врач рассказал мне о всех повреждениях брата, поэтому я и готовилась к самому худшему исходу. Я крепче прижала дочь к себе, чувствуя её беспокойное сердцебиение.

— Малыш, тебя кто нибудь опрашивал уже? Что там произошло?

Помогаю присесть Лизе, сама сажусь рядом, обхватывая её ледяные ручки.

— Нет еще, тот мужчина, ну, который нас подвозил тогда домой, ушел вон в ту палату, сказал потом поговорит со мной, когда ты приедешь.

Своим худеньким и испуганным пальчиком она указала на дверь, расположенную почти в начале коридора. А я продолжала сидеть, обнимая свою дочь, в то же время надеясь дождаться хотя бы одного врача, который смог бы предоставить мне какую-то информацию о состоянии моего брата.

От лица Максима.

После того, как я позвонил Веронике и попросил её приехать в больницу, я не пересекаясь с ней рванул к подозреваемой. Я хотел раньше неё выяснить чудовищные последствия этой чертовой аварии. Не стал допрашивать Лизу, да и не имел права этого делать без присутствия её матери. Поэтому, не взирая на очень нестабильное тяжелое состояние водителя, я все же договорился с врачом

— Что произошло на месте аварии пару часов назад? Вам стало плохо и вы не смогли в полной мере нормально управлять своим средством передвижения?

Спокойно сижу на жутко неудобном стуле в крошечной больничной палате, которая насквозь пропитана медикаментозным запахом. С чувством полного безразличия наблюдаю за молодой девушкой, которая серьезно пострадала. Некомфортно… Ненавижу больницы, эти холодные, белые стены сводят с ума. Эта атмосфера и её специфический аромат угнетают до тошноты.

— Она жива?

Спросила женщина, уставившись в одну точку больничной палаты. Её лицо заметно пострадало в ДТП. Её кожа, полностью покрыта ссадинами и глубокими царапинами, вся ее плоть на лице изрезана острыми осколками разбитого стекла. Жуткое зрелище...

— Вы о девочке?

— Да…

— К счастью, да, она осталась жива.

— Очень жаль… Очень жаль что я ее не сбила на смерть…

Я честно сидел и охреневал, не мог понять как она так спокойно сейчас при мне, при человеке, который очевидно и ясно упечет её в тюрягу, говорила о том, что ей ни капли не жаль ребёнка, нет, я понимал что женщина возможно находилась в стадии шока, тем не менее, её уверенный тон наводил на мысль, что она не испытывает раскаяния по поводу сделанного. Она в принципе не сожалела ни о чем, не о ДТП, не о разбитой в хламину дорогой тачке, которая унесла за собой не одну жизнь. Очень много пострадало человек от её обезумевших рук. В её глазах читалась лишь жалость об одном, о том, что ребенок остался жив. Предвкушая что она сейчас во всем начнет признаваться, я достал из кармана телефон и включил диктофон. Однажды я уже не помог Нике из-за своей же обиды и ненависти, но сейчас… Сделаю все возможное чтобы наказать человека который чуть не убил ее дочь.

— Вы намерено пытались наехать на ребенка?

Молодая женщина сразу заметила мой диктофон и лишь злорадно засмеялась. Этот смех был не только холодным, но и полным презрения. Взгляд её стал ещё более пугающий, будто она упивалась этой ситуацией.

— Хм... Да. Это я! Я хотела ее убить, еще тогда... Когда вернулась в квартиру её папаши! Как я надеялась, что она сдохнет сразу! Но нет же... Выкарабкалась…

Засмеялась она еще громче как сумасшедшая на всю палату, её дикий смех даже меня пугал, человека, которого в принципе невозможно чем либо напугать.

— Вы осознаете сейчас, что вы признаетесь в покушении на ребенка?

— Осознаю. И от своих слов не отказываюсь…

— Мотив? Какой у вас мотив? Что вам сделал маленький ребенок?

— Она? Она не виновата ни в чем! А вот ее папаша, он лишил меня самого главного, лишил права стать матерью. Он сам определил судьбу своего ребенка. Раз мой малыш мертв, значит и его жить не будет.

Хоть ей было и тяжело говорить, но она продолжала, она рассказывала все с таким упоением, единственное, что ей не нравилось, это то, что она не осуществила задуманное, таким образом не довела начатое дело до конца.

— Я ненавижу всю их семейку! Ее… Своего муженька, и даже ее мать! Просто за то, что у нее есть этот чертов ребенок.

Слушал её и не решался больше задавать никаких направляющих вопросов, она и так сдавала себя с потрохами.

— Раз она жива. То я еще доведу свое дело до конца. Сначала разберусь с ней, а потом с ее родителями. Ненавижу! Ненавижу! Всех их, просто ненавижу!

— Алена…? Значит, это была ты?

За спиной раздался дрожащий голос Вероники, которая, не в силах сдержать приступ ярости, медленной поступью направлялась к девушке. На Веронике не было лица, вся в слезах, бледная, испуганная, шокированная. Черт! Не вовремя она конечно появилась, она уже хотела начать кричать и нападать на девушку, но я быстро сообразив, отключил диктофон, дабы не записать ничего лишнего сейчас, ведь признание Алены уже у меня было.

— Я тебя сама сейчас собственными руками убью!

Осознавая, что Ника находится в состоянии гнева и шока и может сделать хуже самой же себе, я мгновенно вскочил со своего стула и ловко перехватил в свои объятия фурию, устремившуюся на Алену. Ника пыталась вырваться, брыкалась, лупила меня ладошками по плечам, вымещая на мне всю свою агрессию и боль, а я терпеливо терпел, позволял наносить эти хлесткие удары.

— Отпусти меня! Она должна ответить за всё!

Кричала она, но я крепче сжимал её в своих объятиях. Мне было важно не только остановить физический акт её агрессии, но и дать Нике возможность успокоиться, да и понять, что ее эмоции вполне естественны, но совсем нерациональны. Алена, продолжала лежать и заливаться истерическим смехом. Блять! Словно в американскую историю ужасов попал, до невыносимости жуткое зрелище.

— Пусти меня! Пусти, Юсупов!

— Успокойся! Тише! Не делай глупостей!

Пытаюсь ее удержать, но хрен там, вырывается из моей хватки что есть мочи, срывая с Алены плотное одеяло. На вид такая нежная и хрупкая, а силы то у нее хоть отбавляй. Она отчаянно пыталась прорваться к искалеченной девушке, но я не позволяю, оттаскиваю ее чуть ли не на метр от подозреваемой.

— Ты знаешь что я с тобой сделаю?!

— Вероника блять! Все! В себя приди! На выход!

Плотно обняв ее, я с трудом вывел разгневанную бестию в коридор, несмотря на ее истерические крики и попытки вырваться. Да я вообще думал, она и меня к херам раздавит своими шпильками. Я крепче прижал ее к себе, а Ника, ухватившись за мои плечи своими тонкими пальчиками, начала всхлипывать, прильнув к моему плечу. Она не могла успокоиться и рыдала в голос, испуганно трясясь и кусая свои губы до боли.

— Если бы она действительно довела все до конца...

Она подняла на меня свои заплаканные глаза, выворачивая в моей душе что-то непонятное, в темных, влажных от слёз глазах я увидел панический страх… Страх, который заставил меня задуматься о том, что она чувствовала тогда, когда я отказал ей в помощи. Придурок? Однозначно…

— Даже не думай об этом, поняла меня?!

— Только не оставляй меня одну здесь… Пожалуйста…

Шепчет она сквозь слёзы, а я чувствую как моё каменное сердце начинает трещать и раскалываться на мелкие частицы, обнажая ту человечность и обеспокоенность, которая мне

— Тише... Успокойся... Слышишь? Все хорошо. Не плачь.

Немного отстранив ее от себя, я аккуратно взял в свои теплые ладони ее заплаканное лицо и стал осторожно вытирать каждую пролитую слезу подушечками больших пальцев, мягко касаясь ее бледных щек. Ника просто замерла на месте, глядя на меня своими испуганными и опухшими глазами. Я чувствовал, как в груди загорается пугающее меня тепло, и это было максимально странно, некий контраст на фоне холодного и бездушного монстра, который менялся на глазах. Что она со мной делает? Чертова ведьма! Ника не двигалась, она будто заледенела в моих объятиях, тупо безжизненно застыла. Я не знал что ей говорить, но одно понимал точно, каждое мое последующее сказанное слово должно быть выбрано с предельной осторожностью. Я наклонился ближе к её лицу и прохрипел в самые ее подрагивающие губы.

— Ник, у меня есть её признание, даже не думай о том, что она будет безнаказана. Веришь мне?

Вырываясь из своих мыслей, она медленно кивнула, но её лицо продолжало выражать смятение. Я нежно провёл большим пальцем по её губам, стараясь передать ей свою поддержку. В такие моменты легко потерять себя, но я хотел, чтобы она почувствовала, что она не одна. Больше она ничего не говорила, лишь крепче прижалась к моей груди, пропитывая своими слезами мою теплую байку…

9 глава. Потепление…

Стоя в коридоре, пропитанном антисептиками, я с равнодушием наблюдала, за тем, как команда врачей экстренно транспортирует Алену в операционную. После того, что она наговорила Максиму, ей внезапно стало очень плохо, и медицинский персонал решил немедленно увезти её на операционный стол. Некоторое время спустя ко мне подошел доктор, оперирующий Дена. Сначала его медицинская терминология о состоянии моего брата сильно меня испугала, но теперь он уверял меня, что здоровью Дениса ничего не угрожает. В этот момент я по-настоящему почувствовала что такое облегчение. Действительно, это было волшебное мгновение… Как сказал доктор, наш Ден родился в рубашке, при таком сильном ударе он отделался лишь серьёзным вывихом и переломом бедра, но это не смертельно. Он крепкий и молодой парень, так что восстановится. Главное, что он жив.

— Поэтому, не переживайте, сейчас мы его прооперировали, прогноз на будущее благоприятный, как только он отойдет от наркоза, вас к нему пустят ненадолго.

Также доктор настоял на том, чтобы Лиза осталась в больнице, так как у ребенка был небольшой шок, я решила послушать врача и оставить ее на ночь здесь.

— Спасибо вам большое.

— Всего доброго.

Улыбнувшись мне, милая женщина направилась к себе в кабинет.

— Мам? Я надолго останусь здесь?

Пригладив волосы дочери, с мягкой улыбкой, целую её трепетно в насупленный носик.

— На одну ночь, малыш. Я хочу чтобы ты была сегодня под контролем врачей, ты испытала большой стресс, поэтому давай сегодня, эту ночь лучше будем под присмотром?

— Ладно...

— Спасибо что не пытаешься со мной спорить, я понимаю как осточертели тебе наверняка эти стены… Но это только ради твоего здоровья.

Кивнув мне, она попрощалась с Максимом и подошедшая медсестра провела нас в просторную палату, я не могла оторваться от своей девочки, не хотелось уходить, но Лизка видимо понимая кто меня ждет за дверью, практически стала выталкивать силой меня из своих апартаментов на эту ночь.

— Мааа… Иди уже, я не маленькая, а тебе надо личную жизнь устраивать, идиии…

Открыла мне дверь дочь указывая, что как бы пора мне и честь знать.

— Лиза, ты что такое говоришь?

Я усмехнулась, застыв в легком шоке. Вот до чего я дожила? Родная дочь стремится вытолкнуть меня прямо в цепкие лапы Юсупова.

— Ну мам, женский организм он не молодеет, все, мне уже как раз на ужин пора, до скорого.

Она поцеловала меня в щеку и закрыла дверь палаты прямо перед моим носом. Выдохнув, я решила воспользоваться советом своей проницательной дочери и подошла к Максиму, который терпеливо ожидал меня сидя на хлипких скамеечках.

— Ну что, все в порядке? Зная что с братом все хорошо, выдохнула?

Макс внезапно вскочил, поднимаясь на ноги. Я посмотрела в его глубокие глаза, и они уже не казались мне такими холодными, как раньше. Мне показалось, что в них появилась легкая нотка сочувствия и тревоги.

— Спасибо... Спасибо тебе за все... Я не думала что ты действительно останешься здесь, наверняка у тебя есть свои дела… А я практически силой заставила тебя сидеть со мной… Прости.

Неожиданно, Максим своими длинными пальцами зарывается в мои рассыпанные по плечам волосы и резким движением притягивает меня к себе.

— Поверь мне, Ольшанская… Нет такого человека в мире, который может меня заставить делать то, чего я не хочу… Ясно?

Смотрю в его затянутые похотью глаза, предельно ясно улавливая его намек. Подмигнув, Максим отходит на шаг назад и дерзко мне улыбается. Ну и что это было? Что за внезапный порыв, который резко улетучился?

— Куда сейчас?

— Домой, я очень устала.

— Надо обсудить все происходящее, правда, в более спокойной обстановке... Может посидим вечером, выпьем кофе?

Спросил так непринуждённо, будто между нами и не было этой вражды. Пожимаю плечами, не решаюсь сразу отвечать… Подумает что я только и ждала его приглашения. Но обычный кофе не уберет всю мою усталость и нервозность, которую я прочувствовала за этот адский день.

— Знаешь... Я бы выпила чего нибудь покрепче.

— Это и есть твое согласие?

Вижу как заиграли издевательски его брови. Довольно усмехается, игриво проводя языком по нижней губе. Мать моя… Он это специально делает? Ускоряет процесс моего положительного ответа?

— Это оно...

— Давай тогда вечером пересечемся в баре, есть одно хорошее место… Адрес кину тебе смс, идет?

— Тогда, до вечера?

— В часов девять, и не заставляй меня ждать.

Я сделала один решительный шаг в его сторону, обняла тоненькой рукой его крепкую шею и прижалась к его сильной груди. Так спокойно рядом с ним… Наклонившись чуть ближе к его уху, я обожгла его своим нежным шепотом.

— Спасибо за поддержку...

Осторожно прикасаюсь губами к его

— Давно ждешь?

— Ну… Я всего лишь пью второй стакан виски, а не целую бутылку... Я думал, ты как адвокат, дотошно пунктуальная, Ольшанская.

Он сразу же прошелся по мне оценивающим взглядом, плавно переходя от моей груди до стройных, немного оголенных ножек, чуть приподняв одну бровь от удивления с дерзкой ухмылкой он откровенно стал на меня глазеть.

— Что-то не так?

— А ты оказывается и такой можешь быть…?

Наверно всем девушкам знакомо это чувство, кажется, что всё в порядке, но вот этот проницательный взгляд мужчины, заставляет тебя сомневаться в себе. Ты начинаешь, судорожно искать недостатки в своём образе, вот чего он так смотрит? У меня что, волосы не так уложены, или макияж потек, или же ещё сотня других причин, по которым я в данную минуту не могу чувствовать себя уверено.

— Какой, такой?

— Женственной, первый раз вижу тебя в платье, ты же постоянно в своих закрытых, монашеских костюмах шастаешь.

Закатив глаза, раздраженно цокаю языком.

— Мне не идет?

— А че? Если скажу что нет, снимешь платье?

Вот же идиот! Сидит и нагло лыбится, а моё лицо уже перекосило от негодования. Старалась, выбирала это чертово платье, а оно оказывается мне не идёт. Зашибись…

— Ольшанская? Ты мысленно меня четвертуешь? Расслабься, а то у тебя вена на лбу лопнет. Ты очень красивая, особенно в этом платье... Тебе идет.

Ну да, конечно, платье ему мое понравилось, этот нахал откровенно пялился то на мое декольте, то на разрез на бедре, я конечно тоже молодец, чем я думала когда выбирала это платье? Хотя... Может даже в глубине души я этого и добивалась...

— Что будешь пить?

Указал он пальцем на стеклянную витрину с выставленным алкоголем. Нет, я конечно могла себе заказать обычный и повседневный чай с бергамотом, но демоненок на моем плече крутанув пальцем у виска, подал мне сигнал, мол… Дома чаю попьешь, а тут надо брать чего погорячее. Либо мужика, который раздевает меня своими глазищами, либо крепкий алкоголь. Я даже как мне показалось хохотнула в слух своим мыслям. Да уж… Это мысли взрослой женщины?

— Тоже что и ты...

Только когда я опустила глаза на его стакан, поняла что сказала глупость. Он же пьет на вид виски, а там градус далеко не как в кефире.

— Уверена? Тебя не унесет от такого напитка? Тащить до дома твое пьяное тельце в случае чего я не буду.

Он ясно понял всё по моему неловкому взгляду и растерянным глазам. В его голове, скорее всего, прокручивалась мысль о том, что такая тихоня, как я, наверняка никогда не пробовала такой крепкий напиток. Он смотрел так, будто хотел предостеречь меня… Мол, нормально подумай, тебя же от одного запаха срубит. Но, женская логика, та ещё кодовая система, поэтому, я естественно принимаю его не озвученный вслух вызов.

— Да, сегодня мне это просто необходимо.

Максим поднял руки в знак капитуляции и незамедлительно сделал заказ у бармена, получив свою порцию янтарного, обжигающего горячительного напитка, кстати говоря, который на удивление пошёл как по маслу, мы некоторое время сидели и разговаривали, затрагивая личные темы. Бары как мне кажется созданы для разговоров по душам. Возможно ли что-то выпить и не высказать знакомому человеку, почему сердце болит? Конечно же, да! Вот и мы сейчас без лишних и ненужных масок открывались друг перед другом. Мы долго сидели и разговаривали, при этом не забывая про разгоряченный напиток, я даже не могла себе представить какой же Максим на самом деле, я очень глубоко в нем заблуждалась, ведь правду люди говорят, не следует судить о человеке, не зная условий его жизни.

— Почему вы развелись?

Я видела как Максим заметно стал напрягаться, нервно прокручивая в руках стакан с янтарной жидкостью.

— Сначала все было как у всех, все было хорошо, а потом в какой-то момент начались ссоры, скандалы, истерики... Оксану резко стала не устраивать моя работа, мой заработок, я часто пропадал на работе... Ну и как-то все по накатанной пошло...

— Сына она забрала из-за обиды на тебя?

Видела как ему было тяжело собраться с мыслями чтобы ответить на вопрос человеку, который и поспособствовал тому, чтобы разлучить отца и сына. Он осторожно ставит стакан на барную стойку и напряженно стискивает губы, а потом, опасно наклоняется к моему лицу.

— Я не знаю и не понимаю ее мотивов, в этой ситуации страдает сын, Вероника… Ему очень не хватает общения со мной, собственно, также как и мне...

Мне сейчас очень захотелось его поддержать. Я мягко и скромно положила свою руку ему на колено и в знак поддержки, тихонько рукой немного сжала ткань брюк на его ноге, он же резко повернул голову в мою сторону и в его глазах я увидела как в них томно разгорался озорной огонек.

-Максим...

Вырвалось у меня на хриплом выдохе,

— Давай без твоего сожаления, ладно? Что сделано, то сделано…

— Позволь мне помочь... Позволь помочь вернуть тебе общение с сыном? Я очень перед тобой виновата...

— Вероника... Послушай...

— Нет... Не говори ничего, я просто помогу тебе и все, пусть это будет в знак моей тебе благодарности. Я хочу еще раз поднять и пересмотреть это дело, но мне понадобится твоя помощь.

— О какой помощи ты просишь? Я не понимаю...

— Если действительно то медицинское заключение окажется пустышкой, я хочу найти того человека который его сделал и в этом мне будет нужна помощь, твоя помощь.

— Ты всегда можешь расчитывать на мою помощь...

— Еще совсем недавно, ты мог мне переломать мои чертовски очаровательные ножки, когда я пришла просить о помощи.

Скорее всего, выпитый мною алкоголь оказал влияние на мое поведение, потому что в этот момент я немного приподняла край своего платья и медленно провела рукой, чтобы показать ему свои обнаженные ноги. Алкоголь воздействовал не только на меня, Максим нежно коснулся кончиками пальцев моей ноги, скользя сверху вниз от бедра и медленно опускаясь ниже. Вся кожа покрылась мурашками от его манящих прикосновений, а колени задрожали от его волнующего влияния. С каждым его прикосновением я становилась все более смелой, забывая о правилах и нормах. Я потянулась к нему, нежно касаясь его лица, и в этот момент ощутила, как границы между нами размываются.

— Максим…?

-Действительно, очаровательные ножки...

Хрипит чуть ли не в самые мои приоткрытые губы. И вот именно в этот момент мне стало очень неловко, захотелось провалиться под землю, я никогда себя так не вела перед мужчиной, я решила выйти и освежить немного свои мозги, пора уже пройтись до дамской комнаты.

— Прости... Я сейчас приду...

— Тебе плохо или ты сбегаешь от меня?

Максим обеспокоенным взглядом обвел мое лицо. Ага… Плохо… А точнее, невыносимо неудобно, по прогнозу погоды сегодня не передавали осадков, вранье! Вот и верь этим балаболам. Моя повышенная влажность в районе кружевных трусиках мне практически кричала… Этому столику больше не наливать. Сижу на барном стуле, а сама ерзаю как уж на сковородке. Я даже мысленно сама себе прописала без контактного леща. Мать? Ты че творишь?! Бегом освежаться и приводить себя в чувства.

— Нет... Я бы не смогла... Мне нужно выйти в дамскую комнату... Я скоро…

Ну точно, алкоголь взял меня под свой контроль. Вот что я говорю и кому? Не смогла бы она... Стыдно то как, даже мои щеки залились как красная луна, алым светом.

— Я тебя жду…

Обхватив своей рукой его плечо, я встала с барного стула и ушла в туалет. Освежив немного лицо и поправив макияж, еще раз посмотрела на свое отражение в зеркало и вышла в коридор. Пройдя буквально пару шагов, я врезалась в стену. По крайней мере мне так казалось, немного приподняв свои глаза вверх, увидела стоящего напротив меня Максима.

— Ник... С тобой все в порядке? Летишь как на пожар.

Конечно на пожар. Если бы ты знал, какой у меня уже внутри бушует пожар, при одном только взгляде на тебя... Истязая Максима уже своим довольно окосевшим взглядом, внизу живота все трепетало и покалывало ноющим спазмом. Я так и стояла с чуть приоткрытыми губами, нагло пялясь на Максима, мои глаза ненадолго задержались на его расстегнутой рубашке, где взгляду открылась его мускулистая грудь. Непроизвольно я прикусила нижнюю губу, подавая таким образом Максиму зеленый свет. Схватив меня своей рукой за затылок, разгоряченный мужчина притянул меня к себе, а я отчетливо ощущала в воздухе легкий запах обжигающего напитка. Максим одним резким движением припал к моим губам, углубляя свой поцелуй, такой властный, страстный и подчиняющий, с моих губ слетел еле заметный стон, Максим сразу же отреагировал на него, проталкивая свой язык еще глубже в мой рот.

— Ммм...

Мне сразу стало так хорошо, этот поцелуй был дикий, страстный, заставляющий полностью подчиниться ему... Его горячие руки уже во всю блуждали по каждому миллиметру моего такого возбужденного тела, я чувствовала его горячие ладони на моих ягодицах, плавно поглаживая мои ножки, мне казалось что я сейчас рухну если бы не его стальная хватка. Я же, нетерпеливо хваталась губами, притягивала Максима еще ближе к себе за воротник его рубашки, я целовала его так отчаянно, будто боялась его сейчас потерять. Я как будто именно сейчас, в этот момент медленно сходила с ума. Я не понимала сколько времени мы стояли в этом коридоре и терзали губы друг друга. Моя голова была еще мутной от такого количества выпитого алкоголя, и от такого страстного, будоражащего мужчины. Я даже не сразу поняла как мы оказались в квартире Максима, но я не хотела этого прерывать, сейчас, он был нужен мне полностью...

От лица Максима.

Влетев в мою квартиру как штормовой ураган, я прижал Нику к стене коридора. Осторожно расстегнув ее платье, я снял его с ее нежных плеч и припав зубами к ее упругой, чувственной груди, заставил мою уже пылающую девочку издать хриплый стон.

— Макс, ааах...

Пробираясь рукой через разрез платья, которым она меня чертовски возбудила я нащупал ее трусики и стал нежно поглаживать через них клитор. Отодвинув легкую ткань, запустил палец между ее истекающих складочек, ощущая насколько она была уже влажная.

— Девочка моя, ты такая мокрая для меня...

Подхватываю ее под бедра, а Ника тут же машинально обвивает мою талию своими изящными ножками, а мне её мало… Хочу ее всю, без остатка. Пронырливыми губами впиваюсь в нее страстным жарким поцелуем. Пока нес дикую львицу в свою спальню, она не прекращая гладила мои плечи, впиваясь коготками в мужскую кожу. Я не мог от нее оторваться. Никогда, ни к одной женщине, я не испытывал такого желания и не утопал в такой страсти, как с Вероникой. Мой член готов был разорвать джинсы от напряжения. Поставив ее на ноги около кровати, спешно стал расстегивать свою рубашку, не забывая при этом ласкать и целовать ее тело. Оставив Нику в одних трусиках, снял с себя джинсы с боксерами. Увидев мой огромный член, у Вероники округлились глаза и она похотливо облизала свои губы. От этих действий мой член дернулся и я стал наступать на нее как хищник.

— Я знаю чего ты хочешь,

Ника послушно присела на край кровати и открыла рот, обхватив теплыми ладошками мой каменный стояк, она острым язычком стала игриво облизывать подрагивающий от ее касаний член. Оказавшись полностью в ее ротике, моя кровь забурлила как лава, от удовольствия. Пиздец как ахуенно! Не могу уже сдерживаться, рычу от наслаждения как волчара. Намотав на кулак ее распущенные волосы я стал более жестко трахать ее податливый ротик, устанавливая свои правила.

— Да детка! Тебе нравится сосать мой член? Смотри мне в глаза.

Я уже был на грани. Еще пару глубоких толчков, и не спрашивая Веронику, я начал кончать ей в рот.

— Даааа... Мммм... Никааа!!!

Вытащив член из ее ротика и бросив ее на кровать, улегся сверху, припадая к ее губам жарким поцелуем. Я хотел ее всю! Полностью! Переходя поцелуями от губ к шее и ключице, я оставлял на ней свои следы. Обхватив руками упругую грудь, я гладил и щипал ее соски, от чего Ника выгибалась и извивалась подо мной как змея.

— Какая ты чувствительная...

Облизывая и кусая соски, я спускался руками к ее складочкам. Сорвав последнюю преграду в виде трусиков, я нашел ее клитор и стал его массировать. Ее киска истекала соками, что сводило меня с ума... Спускаясь поцелуями вниз по ее плоскому животику хотел испробовать ее на вкус.

— Ты хочешь, что бы я облизал твою "девочку"? Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя своим языком? Скажи мне...

— Мааакс, да, пожалуйста...

— Что "пожалуйста"?

— Трахни меня своим языком, пожалуйста…

И я припал к ее лону своими губами. Она была безумно сладкая. Я наслаждался ей. Ника стонала и выгибалась. Обхватив мою голову руками, она прижала меня еще сильней и через пару минут кончила, изливаясь мне на язык, с моим именем на губах. Я поднялся и навис над ней, раздвинув ее ноги шире, вошел в нее одним толчком. От чего Вероника вскрикнула.

— Дааааа Макс, дааа...

Набирая сразу бешеный темп, я трахал ее жёстко, вбиваясь в ее узкое, тугое лоно. Шлепки наших тел, мои стоны и крики Ники, единственное, что наполняло сейчас комнату. Такой страсти, отдачи и сексуальности я не испытывал ни с кем. Мы отдавались друг другу полностью. Лаская одной рукой ее сосок, второй я спустился к ее клитору, стимулируя ее еще сильнее. Голос Вероники стал хриплым от криков и стонов. Ее лоно начало пульсировать и сжиматься.

— Макс, я сейчаааас...

Не успев договорить, она выгнулась дугой и закричала, сжимая мой член на столько туго, что сдерживаться не было больше сил. Еще пару сильных толчков и я кончил внутрь Вероники. Упав на нее сверху, я стал целовать ее. Сползая рядом на подушку и притягивая ее в свои объятья, я стал нежно поглаживать и успокаивать ее тело от оргазма.

— Вероника?

— М?

— Я тебя больше не отпущу. Ты моя.

— С удовольствием...

Прошептала Ника и мы провалились в спокойный сон...

10 глава. Разоблачение

От лица Вероники.

Пролупив с утра сонные глаза, я не сразу смогла понять где нахожусь. Все же, выпитый вчера алкоголь дал о себе знать, голова ужасно болела, да и все тело тоже, но чувствуя эту приятную ноющую боль в мышцах, воспоминания закружились калейдоскопом. Обведя глазами комнату, поняла что нахожусь в спальне Максима. Боже мой… Стало так неловко. Что мы вчера вытворяли? Да мы заснуть смогли только ближе к рассвету. Я хотела поступить так, как делают девчонки в фильмах, просто сбежать после горячего ночного секса, но не смогла, будто предчувствуя мой коварный план побега, мощная рука Макса, упала тяжелым грузом прямо на мою прикрытую одеялом обнаженную грудь.

— Так и знал что нужно было тебя все же пристегнуть наручниками, моя распутница… Далеко собралась?

Стало ещё более стыдно. Вот что он мог подумать? Что мне настолько не понравилось, что я собиралась от него сбежать? Но это было не так… Это был самый лучший секс в моей жизни. Ни с одним мужчиной я не испытывала той эйфории, в которую погрузилась с Максом.

— Я? Распутница? Боже… Юсупов, что за словечки то?

Улыбаюсь, удобно расположившись на широкой груди Макса. Мне хочется прикоснуться к нему, почувствовать тепло его кожи. Когда я осторожно провела своими тонкими пальчиками по его мускулистому торсу, сразу заметила, как его руки, обвивающиеся под кожей выпуклыми венами, покрылись приятными мурашками от моего прикосновения.

— Конечно ты… А кто меня вчера соблазнял этими сладкими, сексуальными ножками, которые сразу захотелось закинуть к себе на плечи?

Пока он это говорил, нежно гладил меня по бедрам, переходя к ягодицам.

— Кто вчера крутил своей аппетитной попкой? Да так, что я и думать обо всем забыл?

— Ой! Ну не одна я такая искусительница… Твое тело не оставило мне шансов. Кто просил тебя выглядеть как "Апполон"?

— Значит ты считаешь меня красивым?

Довольно протягивает, подминая меня под себя, а сам нависает сверху.

— Нет.

Касаюсь невесомо подушечками пальцев его щетины, опуская глазки на чувственные губы, вкус которых до сих пор помнит каждая трепещущая клеточка моего исцелованного им же тела.

— Не понял?

Приподнимаясь на локти, непонимающе уставился на меня Макс.

— Я считаю тебя чертовски красивым и сексуальным, Юсупов… Как ты там говорил вчера, расслабься?

— Даже так? Тогда наслаждайся, я полностью твой… Собственно, как и ты… Ты теперь моя и я не отдам тебя никому… Поняла?

Пальцами сжал он мучительно нежно мой подбородок, оставляя чувственный поцелуй на искусанных, припухших губах.

-Твоя...

Прошептала я ему в губы и по венам растекалось такое тепло, что в сравнении с ним лава была бы ледяной водой. Максим хотел что-то ответить, но нас прервал так не вовремя звонок моего телефона, беру смартфон и принимаю вызов. Это был врач, который сообщил мне что Лиза в порядке и может уже ехать домой.

— Мне нужно ехать.

Отключаю вызов и слегка привстаю с кровати, сажусь на край мягкой постели спиной к Максиму, который тут же обнимает меня за талию. Уложив свой подбородок на моё плечо, он игриво укусил меня за мочку уха, не оставляя мне никакого шанса встать и накинуть на себя платье.

-На самом деле... Мне тоже нужно в участок.

Будоражаще шепчет на ухо, обжигая его горячим дыханием.

— Тогда, встретимся в больнице?

Уклоняюсь к нему в полуоборота, заглядывая в бездонные глаза.

— Не самое конечно приятное место для встречи… Но, думаю да, там и увидимся.

Быстренько привела свое

— Куда так спешишь?

Услышав до боли ненавистный для меня голос, я от испуга немного подпрыгнула на месте. Как черт из табакерки выскочил, ей Богу.

— Что ты здесь забыл?!

Агрессивно обращаюсь к Стоцкому, который стоит прислонившись к холодной стене и так же травит меня своим взором темных глаз.

— Все новости пестрят о том, что жена известного адвоката пыталась убить его дочь! Ты хоть понимаешь своей головой, какая это угроза для моей карьеры?!

Ухватив меня под локоть, он силой усадил меня на хлипкую кушетку, а сам будто заведенный, стал метаться из стороны в сторону. По сути, какие вообще могут быть ко мне претензии? Это не я обезумела и накинула на него все эти проблемы со СМИ.

— Причем здесь я? Это твоя чокнутая женушка чуть не убила мою дочь! Зайди в палату к Денису, посмотри на него, посмотри, что она с ним сделала! Да я ее сама лично своими руками задушила бы!

Резко остановился он напротив меня.

— Можешь не утруждаться. Алена скончалась на операционном столе.

— Что?!

Медленно приподнимаюсь на ватные ноги. От услышанного, я стала приходить в ярость, она покушалась на жизнь Дена и Лизы, и теперь никто не понесет наказание? Но с другой стороны, она сама выбрала себе именно такую жизнь...

— Если ты сейчас ждешь от меня сочувствия, его не будет.

— Мне не нужно твое сочувствие. Мне плевать. У меня сейчас огромные проблемы. И они появились именно тогда, когда появилась ты.

Угрожающе прикладывает указательный палец к моей груди и злобно рычит сквозь зубы.

— Да пошел ты к черту! Это у меня все пошло под откос, как только на горизонте появилась твоя женушка и ты. Мой тебе совет… Убирайся из нашей жизни.

— Если это все коснется моей карьеры, я тебе устрою такие проблемы, что тебе и не снилось.

Его угрозы лишь вызывают у меня улыбку. Нашел кому угрожать. Не обращая внимания на его ярость, скручиваю его приставленный к моей груди палец, и чуть ли не до хруста, с немалой силой отталкиваю надоедливого бывшего в сторону.

— Сам то, не боишься сесть?

— Я тебя предупредил! Перейдешь мне дорогу, удавлю!

Не удержалась, язвительно хохотнула в слух прямо ему в лицо. Посмотрим ещё, кто кого удавит.

— Милый. Я здесь уже, я приехала как только смогла...

Подлетела к нам какая-то женщина, и только тогда когда я развернулась к ней лицом, смогла рассмотреть в ней… Бывшую Максима. Ничего себе поворот событий… Да и подошедший сзади Максим просто застыл в шоке, от увиденного и услышанного.

— А вот это уже очень интересно...

Честно, я сама также как и Макс, просто охренела от происходящего, продолжать дальше этот разговор мне не хотелось. Да пошел к лесу, этот придурошный! Еще угрожать мне решил. Не на ту нарвался. Я тоже без дела не сидела, не у одного Стаса имеются влиятельные связи, по своим проверенным каналам, я начала наводить справки о его работе. Какое-то внутреннее чутье подсказывало мне, что капнув немного глубже, можно нарыть что нибудь интересное, а главное, незаконное… Рука уже горела от жесткой хватки Стоцкого, пользуясь его замешательством, при виде Оксаны, вырываю свою руку из его захвата и не оглядываясь назад, да не слушая его выкрики в мою сторону, иду к дочери, а Максим в это время отправился опросить моего брата.

— Maaaa!

С восторгом и великой радостью, кинулась ко мне в объятия дочка.

— Привет солнышко, как ты? Собрала вещи?

Целую дочь в щеку и мягко улыбаюсь.

— Да. все собрано и готово вместе со мной отправиться домой.

— Только зайдём к Дену, ладно?

— Хорошо.

Я взяла вещи Лизы и мы обе отправились на поиски лечащего врача, найдя его, я узнала о состоянии здоровья брата, а затем мы отправились прямиком в палату к нашему болезненному. Оказавшись у Дена, я сразу же я застыла на месте, почему? Напротив его кровати сидел Макс, находясь в одном помещении с ним, при своих так сказать детях, мне стало очень неловко, мои щеки моментально залились румянцем, что кстати говоря не ушло из виду всех здесь присутствующих. И конечно же… Первым делом решил съязвить братец.

— Ты что, решила губы накрасить без зеркала и немного промазала?

Своим пальцем он указал на мои пылающие от стыда щеки.

— Горячая, молодая кровь даёт о себе знать, братец.

Пытаюсь шутить сквозь дикое смущение.

— Ой, я тебя умоляю... Какая там молодая, так, признак зрелости, спелый помидор тоже краснеет...

Заливается он смехом подбитого тюленя, да чуть ли не хрюкает от своего юморка. Максим же застенчиво опустил голову немного вниз, делая вид что складывает свои бумаги в папку, но при всем этом, я прекрасно словила на себе его раздевающий взгляд.

— Я бы вышел из палаты и оставил вас наедине, но...

Демонстративно, рукой Ден указал на свое бедро, которое полностью до самой его голени было загипсовано.

— Балбес! Если не хочешь такого второго...

Ярко накрашенными глазками стрельнула на его вторую ногу.

— …лучше помолчи, и скажи, как ты себя чувствуешь?

Лиза послушно уселась рядом на кровать Дена, прижавшись к его груди. Моя девочка не на шутку перепугалась за его здоровье, что она и пыталась демонстрировать этому загипсованному Петросяну, а я так и продолжила стоять у окна.

— Чувствую себя как? Да так, будто по мне асфальтоукладчик проехал.

— Если язвишь, значит идешь на поправку.

Нашу беседу решил прервать Максим, который уже встал и собирался уходить.

— Так, вижу у вас тут дела семейные… Дена я опросил, осталась Лиза, мне сейчас уже надо срочно ехать, так что давай договоримся, как вам будет удобнее, тогда и поговорим?

— Да, хорошо.

Чуть улыбнувшись мне, да попрощавшись с моим братом и дочерью он ушел.

— Даю здоровую ногу на отсечение… У кого-то сегодня ночью был хороший секс?

— Ден! Закройся!

От неожиданности его утверждения, которое кстати говоря было очевидным, я лишилась дара речи. Вот что он несет?! Да и ещё при

— Я наверное подожду тебя за дверью мам, Ден пока.

Лиза вышла из палаты, а я стояла просто в каком-то оцепенений.

— Ты вообще здоров?!

— Неа... Я ж в больнице с переломом лежу, аль от любви твои очи совсем перестали видеть?

Я медленно подошла к брату и наклонилась впритык на уровне его лица.

— Головушку еще проверь, так, на всякий случай.

На следующий день…

Так как я и обещала Максиму, мне не составило труда найти место работы одного «хорошего знакомого» Оксаны, который и сделал ей все эти липовые заключения. Стоя на пороге комитета судебных экспертиз вместе с Максимом, мы решили действовать согласно нашему плану. Зайдя внутрь и найдя нужный кабинет, я попросила Юсупова остаться за чуть приоткрытой дверью и включить диктофон, а сама же взяла на себя самое главное, разоблачить нашего судмедэксперта. Наряд я выбрала как можно более вызывающий, когда начала снимать у входа в кабинет пальто, глаза Максима медленно, но уверено стали округляться. Я понимала, что мой наряд не оставит ни одного мужчину равнодушным, прозрачная блузка, кожаная юбка и высокие шпильки только подчеркивали все мои изгибы. Максим, казалось, забыл, зачем вообще мы сюда пришли, его внимание было сосредоточено только на мне.

— Ты ничего не перепутала когда выбирала себе наряд?

Произнес он, стараясь сохранить голос спокойным, но его глаза выдавали его настоящее состояние. Злится… Я лишь усмехнулась полностью удовлетворенная его реакцией. Я не знаю откуда вообще у меня эти вещи, когда я их покупала? Но выгляжу я как девушка легкого поведения. Жутко некомфортно, но ничего, потерплю, этот образ, был мною тщательно спланирован. Именно так я хотела поднять ставки в нашей игре.

— Что такое, милый? Тебе не нравится? Даже этот разрез на юбке… Посмотри на мои ножки…

Наигранно промурлыкала я как мартовская кошка. Подмигиваю Максу и демонстративно кружусь вокруг своей оси.

— Вероника, блять!

Откровенно говоря, я наслаждалась его реакцией, Максим сделал опасный шаг ко мне, и в его взгляде я чётко уловила голодное желание. Опустив свой взгляд немного ниже кожаного ремня Макса, увидела уже его товарища в боевой готовности, выпирающий бугорок во всю желал вырваться из тесных оков в виде плотных джинс.

— Накинь обратно на себя пальто. Немедленно!

— Накину, как только получу признание... Не скучай и будь наготове.

Он собирался сказать что-то еще, но, послав ему воздушный поцелуй, я нарочито сбросила пальто ему в руки и поправив откровенное декольте, постучала в дверь. Не дожидаясь одобрения, я вошла в кабинет, ощущая, как взгляд Макса пронизывает меня до костей, сквозь приоткрытую дверь.

— Добрый день, Георгий.

Нежно пропеваю и плавной походкой надвигаюсь к огромному столу посреди душного кабинета, за которым восседал симпатичный, молодой мужчина лет тридцати.

— Добрый. Чем могу вам помочь?

Непонимающе зыркнул на меня судмедэксперт, поправляя оправу на своих модных очках. Ох, как ты мне сейчас поможешь. Сам будешь в шоке, от оказанной тобой же помощи. Я представилась должным образом, объяснила что я от него хочу и начала действовать.

— Мне нужно прояснить у вас некоторые аспекты одной экспертизы. Пару лет назад к вам обращалась женщина по имени, Юсупова Оксана, помните её?

Помнишь, конечно помнишь. Вижу как он суетливо замялся.

— Я так и не вспомню сразу, давайте я посмотрю по документам.

Он встал и открыл папки на полках, начиная искать документы с её именем. Я решила пойти ва-банк, рисковать, действовать смело и без колебаний, с надеждой на удачу. Найдя нужные бумаги, он протянул их мне. Я взяла документы в руки и начала внимательно просматривать каждую страницу, стараясь не упустить ни одной детали. Нервничала ужасно, ведь то, что я собиралась выяснить, могло затянуться на несколько долгих судебных процессов. Судмедэксперт, заметив мою сосредоточенность, чуть наклонился вперед, как будто хотел подсказать мне что-то важное, но в последний момент остановился.

— Что именно вы хотите выяснить?

Как-то уж больно испуганно спросил он, прерывая мою тишину. Я хотела ответить, но вовремя прикрыла свой ротик, вместо этого, решила сначала показать ему свои находки.

— Вот здесь.

Указала я пальцем на одной из страниц.

— Здесь написано о состоянии, которое, похоже, недооценили в выводах. Это может быть ключевым моментом для пересмотра судебного решения. А вы действительно видели на девушке следы побоев?

Он заметно начинал уже нервничать.

— Я... Я так и не вспомню, это было же пару лет назад.

Осознавая, что наш разговор не сдвигается с мертвой точки, я решила рискнуть на свой страх и риск. Блефовать… Тут несколько вариантов его такой преданной помощи Оксане, либо деньги, либо отношения. И как женщина, с довольно развитым мышлением, я интуитивно склонялась именно ко второму варианту.

— Мне тут Оксаночка на эмоциях песню спела, она та еще сирена...

Судмедэксперт насторожился и вновь присел за стол. Схватив ручку, он тревожно стал крутить её между пальцами. Значит, я на верном пути… Виляя бедрами, обходя его стол, аккуратно провела пальчиком по краям массивной поверхности, продолжая рассказывать ему историю своим мягким, завораживающим голосом. Импровизируя, я старалась вызвать у него эмоции.

— Что романчик у вас был... И не сладко ей пришлось отбиваться от твоих домогательств. Хотела она просто договориться, а ты приставать начал... Неприятность какая… Правда? За это же можно и привлечь тебя к ответственности.

Георгий озверел и подскочил как ненормальный, опрокидывая со стола несколько папок на пол.

— В смысле "я к ней приставал"? Эта шлюха пришла сфабриковать бумаги и сама под меня прыгнула! Я не хотел ее никак домогаться!

— Значит, подтверждаешь что ты сделал для нее липовую бумажку, по ее же просьбе? Ты хоть понимаешь, что тебе сейчас грозит за подделку документов?

Говорю совершенно спокойно, складывая руки на груди.

— Подделал, но ты ничего не докажешь, это все на словах.

Я лишь победно ухмыльнулась, ведь сзади в дверях уже стоял Макс.

— Ты ошибаешься. Это не только на словах.

Раздался низкий голос Юсупова за моей спиной. Он звучал так уверенно… Сурово… Привлекательно… Подойдя ближе, Максим включил запись, где четко было слышно каждое уже правдивое слово судмедэксперта.

— Теперь у тебя будут большие проблемы. Ты хоть понимаешь, какие тебя ожидают последствия за подделку липовой экспертизы? А если еще дать ход этому делу...

Добивает

— Либо, у тебя есть другой вариант.

Авторитетно чеканит Максим, как бы намекая бледному парню на сотрудничество с нами.

— Хорошо. Я все расскажу и буду сотрудничать со следствием.

— И в суде подтвердить сможешь свои показания?

Наконец выдавила я из себя. Честно признаюсь, я с каким-то похотливым вожделением наблюдала за моим доминантом, и не влазила в его разговор, он так уверенно и профессионально нагибал этого парня, что мне сразу же захотелось прочувствовать на себе всю его эту власть и грубость.

— Если вы не дадите ход этому делу, то да, я согласен на сотрудничество.

Стоило мне услышать желаемое, я сразу же пришла в себя.

— Жди повестку в суд, любовничек.

Победно вкинула и решила что больше делать тут нечего, подхватив Максима под локоть мы направились на выход. Уже сидя в машине мой заведенный мужчина продолжил свою гневную тираду.

— Что это за выходки были, Вероника? Совсем уже?! Я понимаю ты хотела вытянуть из этого хлюпика инфу, но не таким же способом, да ты чуть на его стол не легла своим декольте, блять! Если ты моя женщина, какого черта так себя при мне ведешь?! Ты о чем вообще думала?

И тут я четко осознала, в моем сознании, как будто загорелась лампочка "он ревнует". До дрожи приятно… Мой ревнивец… Кровь закипела в жилах и я готова была доказать ему, что я вся полностью и без остатка его.

— Не думала что ты такой ревнивый… Ты так напряжен… Хочешь я помогу тебе расслабиться?

Медленно крадусь к нему ручкой, дотрагиваясь до его щетины, на что он томно выпускает воздух.

— Чертова ведьма!

Улыбаюсь краешком губ и начинаю спускаться ниже. Боже… Это тело сведет меня с ума. Потрясающая крепкая шея, рельефная грудь, точеные кубики пресса, которые напрягаются от каждого прикосновения. Спускаю руку на его ширинку и чувствую, что "мой солдат уже в строю". Аккуратно расстегиваю плотно сидящие джинсы и тихо шепчу ему в губы...

-Я твоя и только твоя… Юсупов, после встречи с тобой, мне никто не нужен, слышишь?

Макс страстно притянул меня для поцелуя, но я отодвинулась, на что он отреагировал удивлением.

— Не понял?!

— Сейчас все поймешь, мой безжалостный товарищ следователь… Получай удовольствие и наслаждайся.

Я стала снимать с него уже расстегнутые джинсы с боксерами, поглаживая второй рукой его набухший член. О боже, как он красив… Большой, толстый, с прожилками по всей длине. Я облизнула губы и припала к нему. Нежно облизывая головку, постепенно углубляя и играя язычком с уздечкой. Он такой вкусный, как леденец. Я стала ускорять свои движения ртом, прибавляя к ним вакуум и услышала стоны и рычания Макса.

— Твоюююю мать… Черт!

Услада для моих ушей... С каждым разом ускоряясь, член Макса упирался своей головкой мне в стенку горла. В уголках глаз выступили слезы, но я не останавливалась, я хотела доставить удовольствие своему мужчине. Еще буквально несколько минут и терпкая солоновато-сладкая жидкость, струёй брызнула мне в горло. Утерев уголки губ от спермы Макса, только тогда я смогла отстраниться.

— Теперь ты мне веришь? Я все для тебя сделаю. Потому что я только твоя…

Макс моментально потянулся ко мне, чтобы поцеловать.

— Я верю тебе. Ты моя.

Я посмотрела на него и застенчиво улыбнулась, заправляя при этом свой непослушный локон за ушко.

— Отвезешь меня на работу? Нужно уже наконец начать возвращать тебе твоего сына.

11 глава. Арест

Прошла неделя

В связи с новыми обстоятельствами, собрав все необходимые документы, я предоставила всю информацию в суд для пересмотра дела. Несколько лет назад эти факты не были известны ни мне, ни суду на момент принятия решения. Я ясно осознавала, что новые данные должны опровергать первоначальное судебное решение. В данный момент я решила встретиться с Максимом в кафе, чтобы рассказать ему обо всех подробностях. Кроме того, я запланировала встречу не только с ним.

— Ну привет, моя дорогая, Вероника Сергеевна.

К нашему столику подошел и вальяжно уселся мой давний знакомый, владелец одного из самых крупных детективных агентств. Мы познакомились еще во времена учебы в университете. Он действительно мастер своего дела. Как я уже упоминала, я не сидела сложа руки, когда речь шла о сомнительных делах, а тем более о финансовом положении Стоцкого.

— Привет, очень рада тебя видеть.

Растягиваю губки в приветственной улыбке, а Кир нежно захватывает мою тонкую руку и ставит легкий поцелуй на ее тыльной стороне.

— Правда рада? За все эти годы ты мне позвонила раза три от силы, и то, по делу… Не мил стал, со студенческих лет, м?

— Ну перестань, знакомься, это Максим, мой хороший друг. А это…

Замялась я немного.

— Может я? А это… Такой же хороший друг, и по совместительству… Бывший молодой человек Ники.

Вот же, дурачок то! Бывший он… Вот что говорит вообще? Сходили на пару дискотек в студенчестве, поцеловались пару раз и всё. Какой к черту молодой человек? Хотела я объясниться, но как говорится, кто прошлое вспомнит… Поэтому, закатив глазки, ответила другое.

— По другому нельзя было представиться, Некрасов?!

Надуваю щечки как бурундук и злобно фыркаю.

— Максим, это владелец частного детективного агентства, Кирилл Некрасов.

— Да что ты? Целый владелец? Наслышан…

Ухмыляется мой ревнивец, делая затяжной глоток эспрессо.

— Да, помнится мне, мы уже как-то пересекались…

— Возможно.

Когда два петуха прекратили свой бесконтактный словесный поединок, они обменялись рукопожатиями, если Некрасов поздоровался с наглой усмешкой, то вот Макс, с откровенным недовольством.

— Ну, че, по кофейку для начала? Я смотрю вы уже… Девушка, можно вас?

Кир позвал к себе молодую официантку, заказал чашку кофе, и мы сразу перешли к главному вопросу нашей встречи.

— Вот, в общем смотри. Я собрал как ты и просила все данные о его бизнесах. Удивлен, как раньше никто под Стоцкого не капнул, там же инфы лет на двадцать колонии строгого режима. Ник, не перестаю удивляться твоему чутью…

Кирилл берет чашечку кофе и не сводя с меня глаз, отпивает один глоток.

— Неужели «порядочный» представитель закона не совсем чист на руку?

Старый знакомый бережно передает мне документы, а я начинаю их пролистывать с неким волнением.

— Там целый фарш, Никуль… Если вкратце, в папке все свидетельства его сделок с подозрительными организациями, показания курьеров которые возили деньги на левые счета. Отмывание денег, незаконные бизнес

— Я знала к кому обратиться, ни капли не сомневалась в твоём профессионализме, товарищ частный детектив.

Усмехаюсь, удовлетворенная информацией. Максим сидел молча и также изучал вместе со мной документы. Вроде бы сидел совершенно расслабленно, но нельзя было не заметить, как он был физически напряжен. Снова в моем диком звере бушует ревность. Да и Кир… Сидит и откровенно, нахально пялится на меня. Столько лет прошло, а он все никак не забудет прошлого. Безответного прошлого, с моей стороны.

— Никуль, я конечно помню… Прекрасно помню что ты бойкая девочка… Но…

— Но?

Вздергиваю бровку. Кирилл опасно наклоняется ко мне, неотрывно смотрит в мои глаза, даже не обращая внимания на убийственный взгляд Максима в свою сторону.

— Но, ты уверена что хочешь с ним тягаться? Его партнеры, они тоже не простые ребята. Ты понимаешь, с кем собираешься иметь дело?

— Кир, не переживай, я знаю куда лезу. Да и я не одна... Так что… В случае чего, меня есть кому защитить.

Позволяю себе легкую улыбку и смотрю на Макса, даю понять не только Киру, но и своему мужчине, что с ним мне ничего не страшно, и вот тут-то я вижу как расслабляется и растягивается в довольной ухмылке Юсупов.

— Вижу… Но это не значит что я останусь на обочине, ты же знаешь, я всегда был и буду на твоей стороне. Только скажи что потребуется…

Закатываю накрашенные глазки и издаю лёгкий смешок. Настырный… Подмигивает мне и раскидывается на мягком, велюровом диванчике.

— Ты мне и так помог, а с остальным, мы уже справимся с Максимом.

— Ну, раз с Максимом…

Криво усмехается и переводит в сторону окна разочарованный взгляд.

— Узнаю ту неприступную девчонку… Года идут, а ты не меняешься. Я же тебе помощь предлагаю, а не себя. Не будь так категорична.

— Кирилл Валерьевич, ограничимся на обычном спасибо. Правда, ты и так мне очень помог.

Холодно отвечаю, укладывая ладошку на колено Макса, что не ушло от поглощающего взора детектива.

— Ладно, не буду нарушать вашу идиллию, ты знаешь, я всегда на связи, так что… В любое время, Ольшанская…

Одобрительно киваю головой. Кир поднимается, расправляет свои широкие плечи, подходит ко мне и дерзко целует в щеку, даже не прощаясь с Максимом, накидывает на глаза тёмные очки, а после, покидает ресторан.

— Что это было?!

Начинает Максим, разворачиваясь ко мне в профиль. Недовольство так и играет на его мужском лице. Моя рука по-прежнему покоится на его колене, но, заметив как он нервно сжимает губы, я осторожно поднимаю её выше, располагая ладонь прямо на паху Макса.

-Хватит, мой ревнивец… Не заставляй меня на людях доказывать снова что мне никто не нужен кроме тебя. Вспомни моё объяснение в салоне твоей тачки…

Склоняюсь к его уху и томно шепчу. Максим вздыхает, и мне становится слышен его тяжёлый дыхательный ритм. Я чувствую, как его тело напрягается под моими прикосновениями, будто он пытается бороться с внутренним конфликтом.

-Ты… Только ты мне нужен… Такой дикий… Страсный… Властный… Ммм… Маааакс…

Я решаю не отступать и с энтузиазмом продолжаю нежно поглаживать его довольно внушительный выпуклый бугорок, внимательно наблюдая за тем, как меняется его выражение лица. В то же время я едва ли не задыхаюсь от своих собственных стонов, испытывая волну возбуждения от сказанного. А затем… Слегка прикусив его ушко, я немного повышаю голос.

— Ясно?!

Поворачивается ко мне. Смотрю в голодные глаза и интуитивно прикусываю губки, да сильнее ладонью сжимаю член Макса через плотные джинсы. Мой мужчина до предела возбужден. Знаю… Его до жути заводят мои слова.

-Завела и оставишь меня со стояком, госпожа адвокат?

Хрипло и тихо шепчет, как будто каждое его слово секрет, который никто кроме нас не должен услышать. Я киваю, трепетно ощущая как его голос проникает в самую глубину моего сознания.

— Хорошо что за это «телесное правонарушение» с моей стороны, нет уголовной статьи, правда?

— Поверь мне, я тебя и без статьи накажу…

— Не злись… Я помогу тебе снять напряжение…

Убираю шаловливые ручки и принимаю серьезный вид.

— Но позже, а сейчас… Нужно грамотно изучить все детали в этой папке. И к тому же, нужно будет съездить в участок, ещё раз пересмотреть документы по вашему судебному процессу с Оксаной, помнишь, скоро новое заседание.

— Помню, динамщица.

Кстати об Оксане, она несколько раз звонила мне с угрозами. После пересмотра дела ей пришла повестка, в которой сообщалось о начале процесса по снятию запрета для Максима на встречи с сыном. Более того, по настоятельной просьбе моего мужчины и в свете того, что я увидела, а именно, в каких условиях живет ребенок, мы начали подготовку иска о лишении Оксаны родительских прав, она была в безудержной ярости.

— В общем, для нас сейчас все складывается самым благоприятным образом, еще совсем немного и ты сможешь не только беспрепятственно видеться с сыном в любое для тебя удобное время, но и жить с ним под одной крышей.

— Спасибо тебе, Ник...

Благодарно улыбается, смотрит на меня с пылкой любовью и нежно заправляет за ушко прядь моих растрепанных волос.

— Пока не за что мне говорить спасибо. Я лишь исправляю то, что сама же по ошибке сделала, не зная правды.

В знак благодарности, Макс накрыл своей теплой ладонью мою, электрический разряд пробежался по всему телу у обоих. С этим мужчиной мне было очень хорошо и комфортно, наконец-то, спустя столько времени я чувствовала себя полностью защищенной, именно сейчас, было полное ощущение мужского и сильного плеча. Мы сидели и наслаждались обществом друг друга, пока нас не прервали

— Какая встреча…

Я была неприятно удивлена, когда увидела перед собой виновницу торжества, а именно, смертельно озлобленную Оксану. И как только нашла нас?

— Добрый день, Оксана.

Даже не здороваясь, она бесцеремонно села напротив за столик.

— Ты что себе позволяешь? Какого черта мне приходит уведомление о пересмотре дела? Куда ты лезешь?

— С вновь открывшимися правдивыми обстоятельствами, которые были скрыты пару лет назад. Ты обманом получила решение о запрете для Максима в свою пользу.

Отвечаю спокойно, не нервничаю даже, рядом Макс, моя защита и поддержка, который по-собственнически уложил свою одну руку на спинку мягкого дивана, а вторую на мои ножки.

— Да я вас обоих уничтожу! Ты знаешь, кто будет моим адвокатом? Кто будет меня защищать в суде?

— Неужто Стасик?

Издевательски ухмыляюсь, приподнимая

— Именно, мой будущий муж!

Я даже чуть слюной не поперхнулась, интересно, а Стасик то, сам об этом знает ли вообще?

— Ты наверное не в курсе, он не работает с женщинами.

— Хм... Также как и ты, ты не работаешь с мужчинами. А мой Стас сделает ради своей любимой исключение! Он просто сотрет вас в порошок!

Я лишь сидела и улыбалась сама себе, я прекрасно знала что Стоцкий за человек, он никогда не будет действовать в выгоду другим, он законченный эгоист, делает все только для себя, тем более он и пальцем не пошевелит бесплатно.

— А ты!

Тут она уже вспомнила о присутствии Максима и перевела на него свой полный злобы взгляд.

— А ты, ищи себе адвоката, конечно, если ты потянешь его со своей нищенской зарплатой.

— А ему не нужно искать адвоката... Его адвокатом выступлю я.

Гордо влезла я, вызывая нереальный шок у Оксаны.

— Что?! Ты не работаешь с мужчинами! Так что, ты в пролете ми-лый!

Я решила немного привстать и наклониться чуть ближе к ее лицу. Да, я всегда работала с женщинами, но в этой ситуации, я готова изменить своим принципам. Тем более, прекрасно осознавая, что не Оксана жертва в этой ситуации.

— Я лично буду защищать интересы Максима. И я с удовольствием посмотрю на твое поражение. Я сделаю все что в моих силах, в лепешку расшибусь, но, мой теперь уже клиент, будет находится рядом с сыном, без твоего разрешения.

Максим не решился встревать в женские разборки, да и ему не нужно было, ведь я прекрасно понимала, что какой бы там у нее не был распрекрасный адвокат, все равно суд будет на нашей стороне. К тому же, у меня были на руках показания соседей Оксаны, которые свидетельствовали о том, что она не первый раз избивала своего ребёнка.

— Что ты сможешь? Ты ничего не докажешь! Да, ты видела синяки на моем сыне, но у тебя нет доказательств, как ты докажешь их постоянное наличие? У тебя нет ни-че-го!!!

Тут уже взбесился Максим. Черт! Только не сейчас… Присаживаюсь и лишь бы он не наделал глупостей, которые нам не нужны перед судом. Я беру его руку в свою, крепко сжимаю, а большим пальцем мягко провожу по слегка грубой коже. И постепенно он начинает успокаиваться и контролировать свой гнев.

— Значит, это не было единственным разом? И всё показания соседей были не пустословны?

— Хм... Даже если я его постоянно избивала, у тебя ничего на меня нет! А соседи… Думаешь им охота влазить в чужие разборки и таскаться по судам?! Не смеши меня… Кому это надо?

Как же она ошибалась… Еще как надо, когда на руках есть весомый аргумент. Деньги, как известно, решают все… И за немалую сумму, несколько человек готовы засвидетельствовать свои слова в суде.

— Как же я жалею что обратилась к тебе! Какая же ты сука! Если бы не ты, я бы и дальше жила так, как жила!

— Я дам тебе один небольшой совет. Это так, по старой дружбе, лично от меня... Когда ты приходишь на встречу и уверена что будешь рассказывать правду и при этом утверждая, что ее никто не докажет, будь готова к тому, что твой оппонент может запросто записать весь разговор.

— Что?!

— И тут тебе уже не поможет даже твой Стасик.

Разгневанная, оскорбленная и раздражительная Оксана, пулей выскочила из кафе, сыпя в мой адрес все проклятия мира, попутно начиная набирать кому-то... Наверное своему горячо любимому Стасику. Тут уже, я обратилась к Максиму.

— Записал?

— До последнего слова.

После всех этих дебатов, я устало обмякла в мягком диванчике, но предстоящее ощущение победы вызывало на моем лице улыбку и усталость сняло как рукой.

— Я даже завелся от такого твоего тона.

Я лишь опустила взгляд на его ширинку, приподняв одну бровь вверх, я перевела на него игривый взгляд.

— Я заметила, Аполлон.

— Надо сейчас ехать в участок и все это подшить к делу.

Указывает на бумажки.

— Поехали.

Взяла в руки свои вещи и мы поехали в участок, сейчас мы оба были очень довольны полученным результатом.

От лица Стаса.

Чертовы проблемы! Которые словно репейник окружили меня колкими и непролазными зарослями. Все резко в один миг пошло под откос. Из-за последних событий, когда по всем новостным каналам было объявлено о том, что Алена, эта тварина! Будь она неладна, мертвая идиотка! Жена известного адвоката пыталась убить его же собственную дочь от предыдущего брака, все мои партнеры больше не желали продолжать со мной сотрудничество. Ебучие семейные ценности! На меня обрушились многочисленные проверки различных контролирующих организаций, наложение штрафов, аресты собственности и банковских активов, введение ограничений на управление имуществом, а также приостановление работы. И все благодаря этой мразоте, Веронике. Уничтожу собственными руками, только отобьюсь от проблем. По моим проверенным источникам, которые меня вовремя предупредили, также, вскрылись многие незаконные действия о моем сотрудничестве с криминальным миром. Поэтому, я незамедлительно сейчас метался по квартире и пытался разместить свои вещи по чемоданам, мною было принято решение срочно валить из страны.

— Ты куда-то собираешься уезжать, милый?

Появилась на пороге моей квартиры раздраженная Оксана.

— Что ты делаешь в моей квартире? Что тебе нужно? Мне сейчас вообще не до тебя!

Заебала! Прилипла как надоедливая липучка. Пару раз трахнулись, а она себе уже нарисовала в башке воздушные замки, которые я якобы ей обещал. А собственно, так и было… Чего не пообещаешь на все готовой для тебя бабе? Я знал чья она бывшая жена, знал. И через неё, я пытался что-то да узнать о этом гребаном следаке, который как голодный коршун окружил Нику, не будь его, и его поддержки, эта сука и не посмела бы рыпаться в мою сторону. А сейчас…

— Стасик, дорогой, мне очень нужна твоя помощь... Я хочу чтобы ты защищал меня в суде.

Я даже перестал шмотки укладывать в чемодан. Уставился непонимающим взглядом на эту шлюху и заржал цинично в голосину.

— Ты с чего вообще решила что я буду тебе помогать?

Скалюсь как сумасшедший, прислонись к дверному косяку.

— Но, мы же с тобой вместе, я думала что ты поможешь своей любимой...

— Вместе блять! Если я тебя пару раз трахнул, это не значит что я теперь буду разгребать твои проблемы, своих хоть жопой жуй.

— Но, неужели ты не хочешь помочь мне, ты же знаешь, что я умею благодарить, мы же с тобой вместе и даже хотели пожениться, ты обещал что

От такого высказывания я охерел, тем более услышав про чужого ребенка, которого Оксана хотела на меня повесить... Она совсем поехала?! Я своего-то терпел сквозь зубы и ненависть. А тут ещё чужой спиногрыз?

— Да у меня таких как ты, пачка. Нахрен ты мне не уперлась со своим детенышем.

— Но... Как же...

— Слушай меня внимательно, идиотка! Ты мне нужна была только ради информации, которая как оказалась, пустышка. Сейчас у меня огромные проблемы, мне совершенно не до тебя, да и ты мне нахер больше не нужна! Невеста блять, без места! Так что, проваливай из моей квартиры, пока сам тебя вниз тупой башкой не спустил.

— Ты сволочь! Да как ты можешь так со мной?

Я лишь стоял, слушал её недовольства и довольно ухмылялся.

— Ой все! Угомонись истеричка и на выход.

Грубо схватив орущую Оксану под локоть, я потащил её в сторону входной двери, со всей своей силой выталкивая ее на лестничную клетку. Стоя под моей дверью, эта дура все не унималась, стучала и била ногами, сыпала оскорбления в мою сторону на весь подъезд.

— Пиздец, придурошная!

Спустя какое-то время на лестничной площадке наступила тишина, я быстро собрал свои вещи и вышел из квартиры, хотел как можно скорее рвануть к тачке, как на моем пути появились несколько человек в полицейской форме. Не успел… Твою мать!

— Добрый вечер, Станислав Николаевич. Куда-то торопитесь? Придется отложить ваши внезапно возникшие дела. Нам нужно с вами поговорить.

— Поговорить? Может в другой раз, вы извините, я спешу.

— Боюсь, в другой раз не получится. Каверин Сергей Александрович, майор полиции Московского округа. Вы задержаны.

Этот гребаный мент достал из кармана удостоверение и продемонстрировал его мне.

— За что меня задерживают?! Основания?!

Внутри не унимается звериная ярость, меня пиздец как колошматит. Знаю наверняка с чьей подачи сейчас меня задерживают. Оставалась же совсем немного, просто добраться до чертового аэропорта и сесть на самолёт.

— Мы подозреваем вас в содействии совершения тяжкого преступления. Также, против вас выдвинуты серьезные обвинения, касающиеся отмывания денег и создания преступной схемы.

— Да вы че, охринели?! Вы знаете на кого вообще нападаете?! Знаете кто я такой? Я известный и уважаемый в этом городе адвокат! Я работаю по закону! Где доказательства моих преступлений?!

Стискиваю зубы до противного скрежета, достаю из кармана телефон и суматошно пытаюсь его разблокировать.

— Не стоит никому звонить.

Взбесившийся до нереального предела пульс, невыносимо колотиться и отдает невыносимой болью в висках. Этот ёбаный мент выхватывает из моих рук телефон и передает своему напарнику.

— И не нервничайте так, все доказательства будут представлены в суде.

Я уже закипал в собственном чане ненависти и агрессии, но все же пытаясь вернуть себе контроль, закрыл глаза, сделал глубокий вдох, и попытался как можно менее спокойнее ответить. Но хер там! Мой дикий зверь уверенно сорвался с прочной цепи, готовясь растерзать всех на куски.

— Слышь, следак?! Ты своей тугой башкой вдупляешь?! Если я сделаю один звонок у вас уже к вечеру погоны все к херам слетят!

Ухмыляющийся мент делает один решительный шаг ко мне, самонадеянно смотрит в мои озверевшие глаза.

— Конечно сделайте звонок, у вас есть право на адвоката. Только позвоните из отделения. Наручники нацепите на него.

От лица Вероники.

Как только мы с Максимом переступили порог полицейского участка, нам сразу же сообщили о задержании Стаса.

— Быстро однако, спасибо Жень за инфу. С меня причитается.

Резюмировал мой мужчина и подхватив меня за талию, он повёл меня с вой кабинет. Работы было много, поэтому, мы сразу же стали приобщать все полученные нами новые материалы к делу, ведь теперь у нас еще было и признание Оксаны, что значительнее улучшало нашу ситуацию. Просидев за нереальным количеством бумажек, я заметно устала, собственно, нужно было немного передохнуть, Макс сосредоточенно изучал папку переданную Киром, он даже не обедал, хотел все закончить до конца рабочего дн, а я… Вспомнив о том, что обещала снять его напряжение, решила немного подразнить сосредоточенного следователя. Иду модельной походкой к двери и закрываю её на ключ.

— На сегодня, прием граждан завершен…

— Ты че творишь, безбашенная бестия?

Откидываю изящно волосы с плеч и приближаюсь к Юсупову, который не сводит с меня дикого взора. Присев немного на краюшек стола напротив Макса, я стала аккуратно водить пальчиком по изгибам своего тела.

— Господин полицейский… Вы так сосредоточены на бумагах… Может стоит уделить внимание и мне, м?

Макс оторвавшись от документов, стал с похотью следить за моими плавными движениями, расслабленно откидываясь в кожаном кресле. Его безумно возбуждал мой сексуальный вид. Глядя в его голодные глаза, я начала снимать пиджак и плавным движением откинула его в сторону. Поднимаюсь со стола с грацией кошки, и надвигают на Макса. Наклонившись к нему за поцелуем, я расстегнула жилет и отправила его к пиджаку.

— Решила осквернить мой кабинет?

— Не хочу носить гордое звание «динамщицы», товарищ майор.

Макс стал чаще дышать и обхватив мою голову одной рукой притянул меня к своим губам, углубляя поцелуй, который перерастал из нежного в страстный. Животный. Дерзкий. Вторая его рука по-хозяйски гуляла по моему возбужденному телу. Остановившись на моей упругой попке, мой необузданный зверь подскочил с места...

— А теперь, моя проказница, развернись ко мне спиной и ляг на стол.

От этого грозного, приказного тона я невольно застонала. Мне нравилась его сила, грубость, безудержная страсть. Это чертовски сильно заводило. Медленно развернувшись к Максу спиной, я уперлась руками о стол и слегка прогнулась в спине. Макс молниеносным движением расстегнул мои брюки и спустил их на пол, оголяя упругую попку. Погладив мои ягодицы, он зарычал как дикий волк от удовольствия.

— Я накажу тебя за совращение сотрудника полиции при исполнении...

Шлепая меня по попке, Макс намеренно вырвал из моего горла удовольственный стон наслаждения.

— Дааа, Макс, накажи меня…

Он провел пальцами через белье по истекающим складочкам и стянул мои полупрозрачные стринги.

— Ты такая мокрая, малышка...

Расстегнув свою ширинку, он быстрым движением достал член и вошел в меня, от чего я прогнулась еще сильнее в спине и прикрыла от удовольствия глаза.

— Даааа... Еще, пожалуйста, трахни меня…

Макс стал ускорять движения, опустив одну руку на мой клитор, он стал его массировать. Второй рукой он взял меня за шею и притянул к себе.

— Тебе нравится так? Скажи мне, плохая девочка...

— Да, да, даааа… Мне очень нравится.

Еще сильнее ускоряясь,

— Ник, ты меня с ума сведёшь…

— Это я то? По-моему, это ты только что пытался из меня душу вытрясти.

Макс хрипло рассмеялся и поцеловав меня в губы, стал приводить нас обоих в порядок.

— Ну, теперь то мы уж точно закончили тут. Можно ехать домой, моя дикая львица…

12 глава. Интересное положение

Вы можете постоянно продолжать беспокоиться о прошлом, позволить ему влиять на настоящее и испортить ваше будущее, или вы можете учиться у прошлого и использовать настоящее, чтобы построить лучшее будущее. Именно сегодня, я буду исправлять ошибки прошлого. Прошло уже около двух недель. На сегодня назначили заседание по делу Максима и Оксаны. Этим солнечным утром, я хоть и была уверена в себе и своих профессиональных силах, но все-равно, небольшое волнение присутствовало. Перед судебным слушанием я стояла у себя в гостиной и раздавала указания своим домочадцам. Дена выписали из больницы, на реабилитацию мы его уговаривали ехать, но наш орел не захотел, как он выразился…«Гордый орел слишком величествен, чтобы пастись на одной территории с какими-то левыми перебинтованными индюками.», вот собственно, поэтому он наотрез отказался от клиники и отлеживается дома.

— Лиз, раз у тебя начались каникулы, присматривай сегодня пожалуйста за нашим трансформером.

Сосредоточенно разговариваю с дочерью, но моё внимание так или иначе разбито на миллиарды мелких дел. С трудом удерживая чашку с любимым кофе в одной руке, я как заведенный элекровеник пыталась разгладить распечатки документов, разбросанные по столу в гостиной.

— Кто еще за кем присматривать будет. А ты, вместо того, чтобы лясы точить, взглянула на время.

Недовольно буркнул Ден, важно восседая на диване с планшетом в руках.

— Блин! Я уже и правда опаздываю, всю ночь не могла заснуть, все думала о заседании… Макс там уже наверно места себе не находит где делся его адвокат.

— Не могла заснуть она… О чем мечтала? О заседании, или же… О Мааа-ксе…? Не слишком ли ты дитя утопла в этих непонятных перепи… Ой, отношениях. У вас все серьёзно? Или так? Мало обожглась однажды?

Снова этот непонятный мне тон, смешанный вроде и с издевательством, но в тоже время и с недовольством. Как только я что либо упоминаю о Максе, мой братец включает режим «строгого родителя». Вот кто кого чехвостить то должен? Я взрослая женщина, мне тридцать лет, а я как школьница каждый раз стою на ковре у директора, пытаясь оправдаться не за что вообще.

— Я как адвокат, первым делом думаю о заседании. Работа, есть работа, ясно? А личная жизнь, уже после…

— О заседании, говоришь?

Медлит брат, искривляя в удивленной гримасе губы.

— Ой, а Макс должен был за тобой заехать? Вон, глянь в окно, приехал.

— Макс? Где?! Где он?

Как будто потерявшая рассудок, я мчусь к окну, стараясь разглядеть машину, которую хорошо знаю. Не обнаружив авто Максима, поворачиваюсь к брату, который в шутку направляет на меня два пальца, имитируя пистолет, и делает вид, что стреляет.

— Пух!

— Что? Что вы так на меня смотрите?

Расплываюсь в улыбке.

— Ну-ну… О деле она думает в первую очередь.

Не обращая внимания на заливистый смех Петросяна и маленькой Степаненко, я продолжила укладывать документы в свой портфель. А спиной так и чувствую как на меня с вопросительным взглядом смотрят два лупоглазика, явно ожидая от меня каких-то объяснений.

— Что вы так смотрите?

— Фига, у тебя че, третий глаз на спине? Ты смотри, с такими странными особенностями мента своего не спугни.

Дена уже не остановить, его же практически распирает от смеха.

— Ну всё, обиделась, личико попроще, хочу в нормальном выражении лица запомнить твой лик, сис.

Колко вбрасывает, убирая планшет в сторону.

— Не поняла?

— Ну... Как тебе сказать...

Внезапно брат перевел ехидный взгляд на Лизу, которая подперев руку под щеку, сидела с такой же странной улыбочкой.

— Мелочь, ушки закрой.

Лиза наигранно сделала вид что закрывает свои ушки, одновременно закатывая свои маленькие, красивые глазки.

— Если я правильно понимаю, то после удачного сегодняшнего расклада, домой ты не явишься?

Даже видя как моя дочь закрыла уши, она на слова Дена издала еле заметный смешок

— Почему я должна не явиться?

— Дела молодые...

Нагло растягивает раскидывая обе руки на спинке дивана.

— Ден, прекрати! Хватит уже… Как только закончится заседание, я буду дома.

Сурово чеканю, накидывая на плечи идеально выглаженный пиджак.

— Лиза, если что, помогай этой перебинтованной чайке.

Ден театрально прищурился, словно кот из «Шрека», и повернулся к Лизе.

— Ты мне поможешь?

— Лишние пара тысяч рублей никогда не помешают, поэтому, конечно помогу.

Съязвила дочь, поднося нашему болезненному поднос с завтраком и кофе.

— Систер, на кого ты меня оставляешь? Она же за свою «бескорыстную» помощь, обберет меня как липку!

— Хочешь чтобы я осталась с тобой?

Многозначительно приподнимаю бровку в ожидании ответа. Как выразился мой брат, за эти дни пока он находился дома, я как дотошный дятел выклевала ему весь мозг со своей домашней реабилитацией. Поэтому, ответ был очевиден.

— Ступай с Богом.

Невольно усмехаюсь, наши утренние перепалки напоминали мне детские игры, а я несмотря на свою легкую нервозность, чувствовала, как снова у меня начинает подниматься моё настроение.

— Я так и думала. Так, все… Еда в холодильнике, а все остальное найдете сами. Вечером…

Даже договорить не успела, брат как всегда нагло влез, перебивая меня. Ну никогда не упустит возможности меня уколоть.

— Значит, все же не явишься домой ночевать? Конечно, нянька же есть теперь...

— Кто для кого еще нянька, посмотри на свою ногу, вся загипсованная, это Лизка будет тебя нянчить.

Подхожу к дочке, нежно целую её в макушку и трепетно приглаживаю её длинные волосы, при этом бросая взгляд на гипс, который украшает не малую часть ноги брата.

— Лучше гипс и кроватка, чем гранит и оградка, систер. Все проваливай, там тебя уже прЫнц твой, явно заждался.

Поцеловав брата и Лизку на прощание, я собрала все материалы дела, накинула пальто и подправила макияж, после чего, направилась в суд. С Максимом мы договорились встретиться

— Максим Александрович?

Я подошла к нему с лёгкой улыбкой на губах. Выглядел он конечно, сногшибательно, черный цвет одежды очень ему шёл. Мне казалось, что при других обстоятельствах, я бы мгновенно сорвала с него эту одежду прямо здесь. На нём было шикарное модное темно-серое пальто, под которым виднелась черная как уголь рубашка, расстегнутая на несколько верхних пуговиц. Его строгие брюки в тон рубашке, а туфли так идеально отполированы, что мне казалось, я могла увидеть в них собственное отражение. Очень красивый, но при этом, Максим был настолько напряжен, что создавалось ощущение, будто он и на секунду не может расслабиться.

— Ты выглядишь очень взволнованно.

— Привет. Да нет, просто хочется поскорее закончить с этим вопросом и вернуть себе сына.

Я знала как важно для Максима это заседание. Чего греха таить, для меня оно не уступало в важности. Я решила немного его успокоить, ведь даже люди, находящиеся за закрытыми дверьми, могли почувствовать его напряжение. Я подошла ближе к своему мужчине, взглянула в его взволнованные глаза и аккуратно поправила воротник его рубашки. Затем, положив одну руку ему на плечо в знак поддержки, я наклонилась к Максиму так близко, что без труда уловила его пленительный аромат одеколона.

— Хоть ты и выглядишь взволнованно, но чертовски сексуально. Так хочется прикоснуться к твоей груди... Провести пальчиком по выточенному, рельефному прессу... Ма-аа-кс...

Я видела как он заметно расслабился и одновременно возбудился от моих слов. Одна его крепкая рука оказалась на моей талии, а другая, потянулась к моему уху, чтобы убрать выбившуюся прядь волос.

— Что же ты творишь со мной...?

— Расслабляю тебя немного, а то к твоему телу сейчас можно подключать телефон для подзарядки.

С легкой улыбкой на лице я отвела взгляд, замечая сильное волнение Оксаны, которая находилась в конце коридора и выглядела так, словно могла извергать огонь, как дракон. А почему? Да потому что с ней был не тот адвокат, о котором она так яростно кричала.

— Все, успокойся и идём, пора уже.

Когда началось судебное заседание, я профессионально и детально изложила нашу позицию с Максимом, описывая иск который мы подготовили, а также, я предоставляла судье все доказательства, включая письменные материалы и аудиозаписи. В качестве свидетеля был приглашен Георгий, который подтвердил, что Оксана обманом заставила его составить ложную медицинскую экспертизу. Оксана, со своим адвокатом, в ответ на мои доводы представила суду свои возражения, категорически не соглашаясь с нами и театрально утверждая, как хорошо она заботилась о их сыне. После выслушивания обеих сторон, прокурор озвучил свои выводы, детально ответив на вопрос о лишении Оксаны родительских прав и запрете приближаться к сыну. Затем судья отошла в совещательную комнату для принятия решения, а мы остались ждать в коридоре.

— Ну, ты как? Все нормально?

Несмело поинтересовалась я у Максима, который сидел и жадно пил ледяную воду. Да, остыть ему явно не помешает.

— Мне показалось, или судья откровенно на нашей стороне?

— Не показалось, как бы там не говорили что судья беспристрастен к обеим сторонам, но… Она все же женщина, и прекрасно все понимает, а именно, как будет лучше для маленького ребёнка.

В ожидании решения, в напряженной атмосфере коридора, было такое ощущение, словно каждый миг тянется как вечность. Несмотря на то что я старалась поддержать Максима, вселяя в него надежду, у меня самой в душе порой разгорался тот же самый тревожный шторм, пусть и на долю секунды. Все мысли суматошно метались между надеждой и тревогой. Да и складывалось такое впечатление, что любой фактор, любая мелочь, вплоть от взгляда Макса, до нервозности Оксаны может повлиять на итог.

— Довольны?! Думаешь ты выиграла?! Ещё ничего не ясно! И ты, Юсупов… Раз спишь с адвокатом, думаешь все теперь, закон на твоей стороне?!

Все не унималась со своими оскорблениями Оксана, совершенно позабыв наверняка, где она сейчас находится.

— Тебя так беспокоит с кем я сплю? Так не переживай… Представляешь, в отличии от тебя, есть нормальные женщины, которые не ведут себя как меркантильные твари. Женщины, ради которых хочется горы сворачивать…

— Ой… Надо же, какая любовь… Ничего, скоро твои розовые очки спадут, когда твоя распрекрасная адвокатша найдет кого нибудь побогаче, еще ко мне приползешь обратно! Но я тебя и на порог не пущу! Тем более, если из-за тебя у меня отберут Макара, я вам устрою такую сладкую жизнь… Насладишься со своей подстилкой ей сполна!

Тут уже Максим не выдержал и болезненно ухватил Оксану за локоть, приближая её испуганное лицо вплотную к своему.

— Рот закрой свой! Пока эту «сладкую» жизнь я тебе не устроил. Не боишься что я тебя за решетку усажу?! Скажи спасибо Веронике, что убедила меня тебя не трогать за сына, а так… Прибил бы и глазом не моргнул! Хоть раз мозгами подумай, раз закон на моей стороне… Ты кому угрожаешь?!

Достойно отвечал мой мужчина, защищая и меня, и себя. Конфликт, казалось достигал апогея, и я не могла не думать о его последствиях для сына Максима. Однако, Макс прекрасно все осознавал и понимал, что нам не нужны лишние проблемы. Оторвав свои пальцы от Оксаны с явным отвращением, он отпустил её, а сам сел подальше от бывшей. Я же послушно присела рядом с ним.

— Господа ожидающие приговора, я попрошу вас перестать кричать на все здание. Не злите судью, если не хотите переноса заседания. Ещё минут десять и в случае вашей тишины, вам огласят приговор.

К нам вышел разъяренный помощник судьи, отчитал всех как маленьких детей, и снова ушел. Мы с Максимом решили выйти на улицу, оставляя Оксану, которая находилась в состоянии истерики, в душном коридоре.

— Ну вот и все… Осталось всего лишь каких-то десять минут.

— Еще не все...

Тяжело выдохнул Максим и неожиданно для меня, достал пачку сигарет из кармана брюк.

— Ты же не куришь.

Удивленно кивнула на пачку с отравой.

— Да блять, Ник… Это нервы. От одной сигареты не подохну.

Максим уже поднес сигарету к губам, собираясь ее прикурить, но я не позволила, аккуратно перехватила и выбросила её в мусорку.

— Не стоит, с помощью дыма ты действительно думаешь расслабишься? Где

С некой обидой, надула пухлые губки и наиграно состроила мужчине удивленную гримасу.

— Верю... Конечно верю... А вот в решение суда...

— Даже отвечать ничего не буду. Скажу только одно, уже сегодня вечером ты будешь сидеть со своим сыном у себя же дома.

Макс с благодарностью заглянул в мои нахмуренные глазки и улыбнулся. Когда прошло этих таких затянутых десять минут, нас снова пригласили в зал заседаний. Судья вернулась и начала зачитывать решение, каждое её слово звучало как приговор. Я, затаив дыхание слушала как она подтверждает нашу позицию, и наконец выдала долгожданное…

— Учитывая все обстоятельства, включая свидетельства специалистов и мнение органа опеки, я прихожу к следующему решению. На основании статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации, я выношу приговор лишить вас родительских прав в отношении Макара Юсупова. Также, в интересах безопасности ребенка, я постановляю запретить вам приближаться к нему на расстояние менее 100 метров. Соответствующая бумага будет выдана вам для ознакомления и исполнения.

В тот момент, когда судья ударил молоточком по столу, объявляя о завершении заседания, все вокруг словно остановилось. Для меня и сына Максима это оказалось настоящим триумфом. Внутри все ликовало, ведь решение суда удалось получить на единственном заседании. Оксана же, напротив, была охвачена ненавистью и гневом, и окончательно её вывело из себя то, что после заседания она увидела, как я обнимаюсь с Максимом. Подойдя к нам, словно в состоянии безумия, она начала изливать поток угроз и оскорблений. Да она чуть ли не с кулаками на Максима пыталась кидаться, в итоге, вывести её смогла только охрана.

— Кто молодец? Я молодец! Что я тебе говорила? А?

Начинаю победно плясать и кривляться, вызывая задорную и наконец-то спокойную, размерянную улыбку на лице Максима.

— Ты у меня молодец, моя девочка... Спасибо тебе...

— Я же обещала тебе, я все исправлю...

— И ты исправила.

Я буквально завизжала от счастья, оказавшись в крепких объятиях Максима, который полностью заполнил моё пространство. Проведя несколько минут в его объятиях, я почувствовала, как моё тело начало расслабляться, а голова муторно закружилась. Сначала я не поняла что со мной происходит, но вскоре, все в моих глазах начало расплываться.

— Черт! Прости… Перенервничала, давай присядем?

Максим поддерживает меня, когда я сажусь на скамейку, сам же усаживается на корточки напротив и осторожно берёт в свои сильные руки мои ледяные ладони.

— Че мать, давление скокануло? Ты бы так сильно не плясала.

— Что-то совсем плохо…

Схватилась я за болезненно пульсирующие виски.

— Макс…

— Эй! Ника?! Да твою ж мать!

Я даже и не поняла как стала терять сознание. Единственное что я смутно помнила, это как испуганный моим состоянием Максим донес меня до машины и куда-то повез.

Спустя время…

— Ну наконец-то ты пришла в себя… Ты меня до ужаса напугала… Как ты себя чувствуешь?

Улавливая голос Максима, я понемногу разлепляю глаза, которые открываются с большим трудом.

— Не очень…

Меня охватил холодный пот, я лихорадочно дрожала, а сердце бешено колотилось. Оглядываясь вокруг с чувством тревоги и паранойи, я задавалась вопросом, где же я нахожусь? Осторожно приподнимаясь, я трясла руками, терла глаза и стремилась окончательно проснуться. Внезапно заметив Максима рядом, с улыбкой, напоминающей гринча, почувствовала легкое беспокойство. Его довольное лицо вызвало во мне раздражение, так и хотелось сказать… Улыбка красит мужчину не меньше, чем фингал под глазом.

— Ммм...

Этот же, сразу зашевелился, испугался бедненький.

— Милая? Что такое? Ник, тебе хуже, врача позвать?

— Отойди!

Приоткрыв один глаз, заметила что его лицо светилось начищенным самоваром, и улыбочка была та самая, наглая и самодовольная.

— Не понял... Это что за наезды?

— Ты мне сейчас сетчатку выжжешь.

Я приоткрываю второй глаз и наклоняю губы в язвительной улыбке.

— Что, прости?

Непонимающе уставился на меня и резко поднялся на ноги.

— Не успела?

— Да о чем ты?! Ник, ты меня пугаешь… Вроде головой не билась, че бредишь то?

Мои попытки поиздеваться над Максимом были провалены. Видимо, в моем положении чувство юмора незамедлительно угасло. Как это сейчас модно говорить? Оно просто покинуло чат.

— Судя по твоей излучающей улыбке, ты что-то узнал о моем состоянии? Я права?

— Ты права...

Когда Юсупов подошел ко мне ближе, я ощутила, как с одной стороны согнулась больничная койка. Сев на край кровати, он нежно обхватил мою руку своей теплой ладонью и наклонился ближе к моему лицу. Максим, по-прежнему с той же улыбкой, начал разговаривать со мной, стараясь, чтобы его слова проникли в мои чуть приоткрытые губы…

— Ты беременна, милая.

На самом деле, я догадывалась о своём интересном положении. Плохое самочувствие, резкая тошнотворность к определенным продуктам, менструальная задержка, все это буквально кричало о моей беременности. Но… При этих догадках, я ничего не говорила Максиму, мне казалось что не время, да и он был так занят возвращением сына, что я не не понимала, нужен ли ему сейчас ещё один ребёнок или нет. Да и наши отношения… Что с ними? Мы же даже не встречаемся официально, по сути. Но глядя в горящие от радости глаза Максима, все мои плохие мысли развеялись как туман по утру.

— Хм... Юсупов, а врач не сказал кто отец?

Тут я решила немного стереть с его красивого лица эту нахальную ухмылку. Светится как новогодняя елка. Бесит прям!

— Вероника!

— Все... Все, все! Просто сидишь тут, лыбишься, так и хочется переехать чем нибудь по этой наглой моське.

— Ник?

— Ну чтооо?

Протяжно застонала. Сейчас точно не до разговоров, состояние хуже некуда, приступ тошноты словно схватился за моё горло крепкими щупальцами и не желает меня выпускать из своих тисков. На тумбочке стоит бутылочка минералки с соком лимона, тянусь к ней, и как жительница Сахары, жадно поглощаю каждую каплю.

— Я люблю тебя больше жизни, моя госпожа адвокат… Если бы мне кто раньше сказал что я влюблюсь в ту, которую готов был задушить… В дурку бы упек этого идиота. А теперь… Сам с ума схожу по тебе, как этот же клиент психиатрички.

Я даже чуть водой не подавилась от его красноречия. Нет… Мне конечно очень приятно слышать его слова. Да и мои мысли полностью были схожи с мыслями Максима. Могла ли я подумать раньше о том, что мы в

— Я тебя тоже люблю, мой грозный товарищ следователь.

От услышанного признания, Максим нежно потерся своим носом об мою прохладную щеку, спускаясь плавно все ниже, подобравшись к моим губам, он жадно впивается в меня страстным поцелуем. Терзая, лаская, сминая и покусывая сахарную плоть, как будто бы он пробовал самый сладкий на вкус десерт... Своей горячей ладонью он медленно обводил и ласкал каждый изгиб моего уже во всю возбужденного и разгоряченного от его прикосновений тела. Мы целовались грубо, жестко, буквально трахая друг друга языками. Но эта грубость и дикость в нем мне чертовски нравилась. Оторвавшись друг от друга, я провела своим холодным пальчиком по его щетинистой щеке. Прислонившись своими лбами мы стали неровно дышать, казалось что нам совсем не хватает воздуха когда мы остаемся наедине.

— Вероника, вы очнулись. Как вы себя чувствуете?

В палату заглянул врач с планшетом в руках, внимательно оценивая моё самочувствие, при этом прикладывая свою прохладную ладонь к моему лбу.

— Здравствуйте, немного подташнивает и голова болит.

— В вашем положении это нормально, вам нужно будет встать на учет в женскую консультацию, там, вам выпишут все нужные вам рекомендации.

Протянула она мне какое-то неразборчиво написанное заключение и мило улыбнулась.

— Хорошо, спасибо. А сейчас, я могу ехать домой?

— Да, вашей жизни ничего не угрожает.

— Спасибо.

Знаете как говорят, чем жизнерадостней у человека улыбка, тем больше возникает подозрений об его умственных способностях, вот именно так я сейчас и выглядела, как какая то умалишенная. Все лишь потому, что в данный момент я была самым счастливым человеком на земле, ведь под сердцем я носила ребенка от своего любимого мужчины.

— Макс, помоги мне встать пожалуйста, и давай уже поскорее покинем это место. Ненавижу больницы, особенно после всего того, что здесь происходило.

— Пойдем, мой будущий любимый бегемотик.

Максим бережно поддержал меня под руку, и мы вместе вышли из больницы. Как только мы оказались на улице, после душной больничной палаты, я полной грудью жадно вдохнула такой желанный свежий воздух… Я уже собиралась сесть в машину, но Макс, оперевшись руками на крышу своего автомобиля, остановил меня…

— Ник?

— Да?

— Давай жить вместе?

Меня будто окатило ведром с кипятком, от такого предложения Максима.

— Вот прям так сразу?

На ничтожное мгновенье между нами повисло молчание. Такое противное, гнетущее, непонятное. Я не понимала что ответить. Нет, я была безумно в него влюблена, но… Готова ли я была к таким резким переменам? Я долго привыкала к одиночеству, не позволяя мужчинам приближаться ко мне так близко, как это сделал Максим, да и горький печальный семейный опыт казалось отбил у меня это желание, но одно я знала точно, никакие сомнения не могут меня переубедить не поддаться этому мужчине. И я однозначно готова идти на этот риск.

— А чего тянуть? Я люблю тебя, ты носишь под сердцем моего ребенка, давай попробуем?

В голосе Макса звучала непередаваемая настойчивость, но и такая же мягкая нежность.

— Я думаю сначала надо поговорить с детьми и все им объяснить.

— Поговорим... Конечно поговорим...

После нашего похода в больницу прошло уже около двух месяцев. Мы решили не медлить и поговорили обо всем с нашими детьми. Объяснили что любим друг друга и хотим создать семью, конечно не скрывая от них самую главную новость. Как бы это не было странно, но они очень хорошо восприняли эту новость. Я предложила Максиму жить у нас в доме, но мой гордый орел наотрез отказался, поэтому, нашли компромисс, продали оба свою недвижность и приобрели общий дом... Наш новый дом... Макар с Лизой сдружились практически сразу, как оказалось, у них очень много общих интересов. Также, сын Максима предложил Лизке записаться на секцию самообороны, так сказать, на будущее... В общем, дети были безгранично счастливы за нас. Но был и тот, кто отнесся скептически к нашему желанию съехаться с Максимом...

Пару недель назад…

Пока мой брат сидя на диване занимался укладкой различных мелочей в картонные коробки, я пристальным взглядом обследовала многочисленные шкафчики, стараясь не забыть ничего важного перед окончательным уходом из нашего проданного дома.

— Ден, все собрал? Ничего не забыл?

— Кажется, да. Осталось только…

Встрепетнулся брат, начиная осматривать гостинную, но вдруг повернувшись ко мне, он с опасением в голосе отчеканил.

— Погодь, а ключи от сарая? Это важно, без них я не покину эту фазенду. Еще оставляй все содержимое моего ларца непонятно кому, а вдруг я там клад запрятал? Нее… Пока их не найдешь, я свои костыли даже в руки не возьму.

— Какой сарай? Какие ключи? У нас сарая отродясь не было, Ден.

Шутливо бросаю в брата небольшой мягкой подушкой и улыбаюсь. Я знала что Ден не особо был рад покидать этот дом, вот и находил разные причины подольше здесь задержаться.

— Ден… Мне тоже сложно расставаться с этим домом… Ты ведь помнишь, как мы его приобретали? Как уютно обустраивали каждую комнату, сначала наполняя её самой простой мебелью, а потом со временем заменяя её на более качественную. Знаешь, этот дом стал для меня своеобразным ориентиром того, с чего я начала и к чему пришла. Но… Можно же и дальше двигаться правда, а не топтаться на одном месте.

Отложив сбор вещей, присела рядом с братом на диван, устало укладывая голову на плечо Дена.

— Ну конееечно... Дом продали, а бедного и несчастного инвалида на улицу...

— Я не раз предлагала тебе пожить с нами, дом большой, всем хватит места... Да и мы же специально выбирали такой, чтобы комнат на всю семью хватило, одного не пойму, чего отказываешься? Хотя… Что-то мне подсказывает, что я догадываюсь о причине твоего отказа.

— Ой ли? Все сис, харэ трепаться, переезд так переезд.

Хотел он дотянуться до своего временного средства передвижения в виде костылей, но я быстрее него встала и практически вырвала две ходули из его рук.

— Эй! А ну дай сюда!

— Расскажешь? Кто она? Куда свои палки навострил, м?

— Любопытной Вар... Нике, на базаре нос оторвали. Не время ещё, дитя моё, исповедоваться. Да и на трезвую какие могут быть откровенные разговоры?

Я прекрасно понимала его театральное состояние, ведь я догадывалась что он собрался переезжать к какой-то там подружке, одним вечером я нечаянно подслушала его телефонный разговор, потом светился как начищенный таз, правда держит все в секрете.

— Ясно всё с тобой,

— Ну, уж нет... У меня там это... Ну в общем, свои планы, мне есть где жить.

— Интересно где?

Одним из костылей слегка касаюсь его гипса, словно пытаюсь вытащить у нарушителя какую-то секретную информацию.

— Помойки, вокзалы, подвалы… К тому же, на теплотрассе зимой довольно комфортно, зад точно не отморозишь.

Облокотился на спинку дивана и уставился на меня с самодовольной ухмылкой

— Вот же... Когда уже повзрослеешь?

— Да лан тебе, все мать, живи своей жизнью, а я не пропаду. Ты мне лучше вот что скажи...

Внезапно его выражение лица изменилось, крепко схватившись за конец костыля, он дернул меня на свою сторону. Не сумев устоять, я оказалась на уютном месте рядом с братом, а он поднявшись с гордостью, теперь уже сам использовал костыль, упирая его в мои ноги.

— Теперь ты выступишь в роли следователя?

— Одного тебе мало? Женщина, поберегите сердце, уже не молода…

— Ну спасибо, братец…

— Ник, если без шуток. Ты сейчас счастлива?

Брат внимательно всматривается в моё лицо и будто пытается считать с меня всю информацию. А я даже и не думала скрывать свое состояние, ведь когда ты по настоящему счастлив, об этом хочется не то что говорить, а буквально кричать на весь мир.

— Ден, я очень счастлива. Рядом со мной любящий и заботливый мужчина, наконец-то я чувствую себя желанной и любимой женщиной.

— Предложение то хоть сделал?

Фыркнул брат, убирая от меня свое оружие.

— Сделал…

— Ну и когда мы тебя замуж отдаём?

Брат тихими шагами доходит и прислоняется спиной к стене, нервно почесывая лоб в ожидании моего ответа.

— Через месяц, правда решили просто расписаться и посидеть в семейном кругу, в ресторане, придешь?

— Приду, и не один.

Улыбнувшись брату, еще раз обвела взглядом свой уже бывший дом и вместе с ним мы отправилась навстречу новой жизни... Счастливой жизни...

13 глава. Счастливый финал

Месяц промчался незаметно. Когда Максим подарил мне помолвочное кольцо, я поняла, что никогда не смогу отказать этому мужчине. Все начиналось с огромной ненависти друг к другу, а теперь, через несколько каких-то мгновений я стану уже его женой. Так как у нас у обоих уже был один брак за плечами, мы решили просто расписаться, никаких пышных торжеств нам не нужно было, тихо, скромно, по семейному. Но не взирая на это, свадебное платье все же я себе купила, оно было на вид обычным, но очень особенным именно для меня. И вот сегодня, стоя в окружении наших детей в регистрационном зале, мы давали клятвы друг другу в любви и верности. Я улыбалась каждый раз, когда смотрела на свой палец где красовалось красивое кольцо. Выходя за Максима замуж, я будто бы вырывалась из тюрьмы одиночества и беспокойства. Наконец-то я нашла того, кто украл мое сердце и отдал мне своё. Когда мы произнесли последние клятвы, вокруг нас повисла тишина, и вдруг зал заполнился аплодисментами детей. Их радостные лица, полные искренней поддержки, сделали этот момент поистине волшебным.

— Мы вас с Макаром поздравляем!

К нам подбежала дочка, с радостью обнимая меня, а потом она бросилась к Максиму. К слову, она была к нему очень привязана. Хотя Максим не являлся ей родным отцом, они быстро нашли общий язык. Это так странно… Ведь родной отец, который должен был бы отдавать ей всю свою любовь, не смог этого сделать, но Максим сумел. И за это, я была благодарна ему вдвойне.

— Да, я рад что у меня теперь есть такая семья. Па… первый раз вижу тебя таким счастливым.

С улыбкой на лице к нам также подошел Макар, щедро протянув мне как истинный джентльмен красивый и ароматный букет цветов. Что касается меня, то я поступила так же, как и Макс. Я вложила всю свою любовь и заботу уже… В нашего ребенка. Ведь Макару после суда было очень тяжело. Да, он снова приобрела такое долгожданное общение с отцом. Но вот с матерью… Эта связь была утеряна. Оксана скончалась. Месяц назад, Максиму позвонили его ребята с отделения и сообщили что нашли его бывшую мертвой в одном из ночных клубов. Передоз. Не смотря на ужасное и зверское отношение Оксаны к Макару, мальчик очень переживал из-за смерти матери. Но… Мы с Максимом были рядом. Раньше мне казалось, что я не способна полюбить ребенка, который не является биологически моим… Но, я сильно ошибалась. После того, что пережил этот ребёнок, я всеми силами старалась максимально показать ему, что такое настоящая, любящая семья. И у меня это получилось. Он даже стал называть меня мамой.

— Мам, ты в этом платье выглядишь очень красиво. Скажи Лизка?

— Очень… А папа? Самый настоящий принц из сказки. Это тебе не кобуру носить на поясе. Блэк стайл и все дела.

Завалили нас приятными комплиментами наши любимые дети.

— Спасибо, дорогие…

Ответили мы одновременно с мужем, целуя каждого ребёнка в щеку.

— Ой! Что это мы… Муж должен поцеловать жену!

Наши дети так плотно обняли нас с обеих сторон, что мы с Максимом вплотную прижались губами друг к другу.

-Дети, нам как-то совсем не удобно сейчас вот в такой позе разговаривать.

Максим прижимал свои губы к моим, тихо шепча, да мы не могли даже сдвинуться, из-за крепкого захвата детей.

— Так, а чего вы разговариваете?

— Согласен! В такой ситуации лучше не разговаривать, а маму целовать.

Мы не могли удержаться от смеха, все же обменявшись нежными поцелуями, наши дети решили на этом освободить нас от своего внимания. Поскольку у нас был забронирован столик в ресторане, мы решили направиться туда, чтобы отпраздновать нашу важную дату. Мы сидели за столом и обсуждали наше общее будущее, которое у нас явно предстоит очень увлекательным. Почему? Все просто… Ведь сегодня я также планирую сделать небольшой подарок своему дорогому мужу…

— Ооо, эти уже сидят, рты набивают.

Все наши взгляды устремились на костлявого оратора, который опираясь на свои высокие ходули, медленно приближался к нам, а что не менее важно, в компании какой-то симпатичной особы.

— Ну что сис, вот и на твоей улице перевернулся грузовик с огромным баннером… «A happy wife». А я уж думал так в девах и помрешь.

В этом весь Ден, сарказм и насмешка стали его вторыми именами. Когда он подошёл ко мне, я в полной мере ощутила его братские объятия и легкий поцелуй в щеку, после чего он вручил мне чудесный букет. Затем он начал

— Ну что, дорогой зять, я надеюсь, ты знаешь, на что подписываешься? Дам тебе пару советов для счастливого существования со своей сестрицей. А это кстати тебе на успокоительные…

Мой муж тихо рассмеялся, принял от брата протянутый конверт и собирался в знак благодарности пожать ему руку. Однако вместо этого, Ден просто обнял Максима и дружелюбно похлопал его по спине.

— Началось…

Протяжно застонала я, зарываясь лицом в букет.

— Вас, гражданка Юсупова не спрашивали. Седаун плиз.

Указывает мне присесть, собственно что я и делаю. Долго стоять уже удается с трудом. Как говорится, в моем животе расположена самая большая сила тяжести.

— В общем, когда моя сис начнет тебе говорить, «Максик… У нас серьезный разговор», просто поджимай обувь и будь готов к 72-часовому докладу. Проверено на собственной шкуре. А еще помни, если она задает вопрос, «как думаешь, мне это платье идет?», ответ «ничего себе, оно походит на твое старое!», точно не лучший вариант. Можешь отхватить леща.

— Тоже личный опыт?

— Он самый…

Максим не сдерживая улыбки рассмеялся на стендап брата, а тот в свою очередь с серьезным выражением лица, прислонился к Максиму и стал ему что-то шептать на ухо.

-Следуй этим правилам и переживешь уровень мужской смертности, а вообще… Ты главное не смей ее возвращать обратно. По гарантии этот товар не принимаем, возврату и обмену не подлежит. Да и я только жить начал нормально, без всех этих нравоучений.

-Хах! Можешь не переживать, ее я никуда и никогда не отпущу.

- Сочувствую тебе, но ты держись.

Нашептавшись вдоволь… Ну как нашептавшись? Все присутствующие всё прекрасно слышали. За это, братец собственно и получил своим же подаренным букетиком по макушке.

— Ай! Сис! Ты бы руки не распускала, у меня теперь так-то связи в ментовке, как сниму побои, не отмажешься потом.

Кивает головой в сторону Макса, который в свою очередь видимо наслаждается концертом «Дениса Белого». Спелись… Вдоволь нахохотавшись, мужчины сели за стол, и тут Денис решил наконец познакомить нас с девушкой, которая сопроводила эту забинтованную мумию до ресторана.

— Кстати, знакомьтесь, это моя Карина.

— Здравствуйте.

Застенчиво поздоровалась девушка. Такая милая, хрупкая, нежная. Ну само очарование, будто ангел спустился с небес. Честно, смотрела на неё и понять не могла, как этот ангел будет справляться с моим кровным демоном?

— Здравствуй, Карина. Давай на ты?

— Я с удовольствием. Поздравляю вас со свадьбой. Вы очень красивая и гармоничная пара. Денис очень много мне о вас рассказывал…

Девушка стояла и переминалась с ноги на ногу от стеснения, и тут я решила задать ей небольшой вопрос.

— Кариночка, а ты готова терпеть его загулы? Потому что у меня уже нет и не будет возможности бегать и вытаскивать его по участкам...

Я показала рукой на свой округлившийся живот.

— По участкам? Ой, да что ты, Вероник... Ему здоровье не позволит.

— Не понял, а что с моим здоровьем?

Начал возмущаться брат, а тем временем, девушка мило улыбаясь нам с Максимом в глаза, немного наклонилась к уху Дена.

-Рот не закроешь, оно значительно уменьшится.

Хоть Карина и шептала, но мы с Максом услышали все и начали дико смеяться. Вот тебе и ангел во плоти. Ден же стоял с таким выражением лица, будто бы ему сейчас снега за спину напихали. Пригласив всех за стол мы продолжили отмечать. Мы много шутили, смеялись, разговаривали, танцевали, но правда не все. И в какой-то момент я решила обрадовать будущего папочку. Но мой муж решил меня опередить.

— Дорогая, любимая моя девочка…

Встаёт он горделиво расправляя плечи и пытается произнести тост, Максим с огромной любовью смотрит в мои глаза и глубоко выдыхает, словно пытается собрать все мысли в кучу. В этот момент как будто пространство огромного зала ресторана сужается до узкого круга, где есть только я и он… Но нельзя было не заметить как он волнуется… Вижу как дрожит его рука, которая держит бокал с шампанским.

— Макс, где ты девочку увидел то?

Вбросил как всегда издевательски мой братец. Вот только я хотела действовать, ну не знаю…. Шпилькой пройтись по его ноге, или же просто зыркнуть на него как мегера чтобы убить все желание сегодня у Дена вести себя как шут. Но ведь теперь на мою смену заступила другая Валькирия, которая прекрасно понимая видимо меня без слов, наградила моего брата отменным лещом.

— Продолжайте, Максим.

Девушка сосредоточенно кивает головой и поворачивается к брату, нахмуривая брови. Мамочки, а мой братец то в ежовых рукавицах. Сидит и слова пискнуть не решается, уткнулся в тарелку, взял какой-то зеленый лист салата и прикрыв глаза, будто он ничего не видит, жует травку с таким аппетитом, словно оголодавший козлик на привязи.

— Ден… Помнишь, да? Свою не верну…

Подмигивает Дену мой муж, а тот в ответ тяжело выдыхает и пожимает плечами, укладывая голову на плечо Карины.

— Чет я погорячился с более новейшей версией твоей женушки, этот технический прогресс до добра не доведет… Да и старые настройки уже не вернешь, окольцованы.

Все не унимается Ден, но больше перебивать Макса не решается, не по своей воле конечно, Каринка помогла утихомирить его словесный понос, запихивая в рот брата канапешку с помидоркой и моцареллой.

— Плодолзай зять…

Пробубнил Ден с набитыми щеками.

— Я так счастлив что тогда встретил тебя на своем пути, ты внеслась в мой кабинет и в мою жизнь словно ураган, при нашей встрече в том кабинете, признаюсь, мне очень хотелось переломать тебе ноги, а сейчас я очень счастлив что мы вместе, ты подаришь мне еще одного ребенка...

— Кхе-кхе... Двух...

Я решила немного поправить своего мужа.

— Хорошо... Да двух... Стоп! Что?..

Он уставился на меня как на какую-то прокаженную, не осознавая что только что случилось. Я в свою очередь, лишь неспешно подтянула одну бровь вверх. Макс начал медленно садиться на стул, но из-за волнения от неожиданной новости не рассчитал силы и упал на пол… Я даже вскочила от неожиданности за него.

— Господи! Максим! Ты чего?? С тобой все хорошо??

Испуганно тараторю, хватаясь за живот.

— Даже лучше чем я думал.

Этот же, развалился на полу и расплылся в лучезарной улыбке, прожигая меня блаженным взглядом.

— Спасибо тебе...

— Вставай! А то застудишь себе еще что нибудь...

— Так он же уже отстрелялся. Одним выстрелом... Как говорится.

Я перевела свой злобный взгляд на

— Долго и счастливо?

Спросил Макс, прижимая меня к себе.

— Долго и счастливо…

Не заставляю Максима ждать с ответом. Мой счастливый миг… Самый лучший день, а впереди все самое лучшее…

СПУСТЯ ВРЕМЯ…

На улице глубокая ночь. Максим давно уже спит и видит седьмой сон, а вот мне совсем не спится… Смотрю свою любимую новогоднюю комедию «Один дома» и грызу себе с нереальным удовольствием моченное яблоко. За окном зимняя сказка развернула своё волшебное шоу, метель плясала так, словно неуклюжая бабка на свадьбе, а звезды блестели настолько ослепляюще, будто кто-то слишком увлекся с конфетти на новогодней вечеринке.

— Оййй! Мамочки!

Максим так крепко спал, что даже не встрепетнулся от моего стона. Боже мой… Только не это. 31 января, до моих родов ещё целые две недели, а я как дурочка с переулочка сижу и пытаюсь договориться с собственным телом.

-Нет… Нет малыши, ну вы чего так рано? Вы там это… Давайте успокаивайтесь.

Все не унималась я и пыталась удобно устроиться, но ощущение было такое, как будто в моем животе открывается цирк на дроте. А в голове все не унимались мысли… Неужели это тот самый сюрприз от Деда Мороза? Нет! Нет! Не надо… Я была не послушной девочкой. Ничего я не заслужила, вот так блин! Так рано!

— Мааааакс... У меня кажется воды отошли!

Как бы я не пыталась, уже не могу терпеть боль. Кричу как ненормальная, срывая горло, а между этим, пытаюсь рукой растормошить мою «Спящую Красавцу».

— Малая, спи, завтра сантехника вызовем.

Просипел он сонным голосом и перевернулся на живот. Так сказать, улегся в смиренной позе, собака мордой вниз.

— Макс, ты дурак и уши у тебя холодные! Какой сантехник!!! Я рожаю!

Макс резко подорвался с кровати в чем мать родила, с выпученными глазами и полным отсутствием интеллекта после сна.

— Любимая, но еще же рано! Еще же две недели как минимум!

— Максюш, ты бы хоть трусишки накинул, дровосека простудишь.

Он начал в спешке носится по комнате, доставая сумку которую я собрала заранее, со всем необходимым для меня и детей в роддом. Я спокойно одевшись, спустилась вниз к машине. Максим разбудил детей и притащив их в машину в пижамах, прыгнул за руль. Заведя трясущимися руками автомобиль, он понесся в больницу, как на пожар. Я же, была спокойна и абсолютно умиротворенной. Ну… Как мне казалось…

— Максим! Мы в роддом едем или самоубиваться летим?! Помедленнее!!

Спустя несколько часов…

Макс, мой рыцарь… Мой герой, стоял в родовой палате, с таким выражением лица, как будто он сам сейчас собирался родить. Весь белый, как стена и с глазами полными ужаса.

— Еще хоть раз Юсупов, ты ко мне подкатишь со своим пиструном, отрублю!!! Aaaaaa!

В тот момент, когда схватки накатывали с нереальной болью, мои ругательства безостановочно сыпались на мужа, как снежки в зимнюю метель.

— Милая, пожалуйста дыши. Все будет хорошо. Успокаивайся, моя девочка…

Макс, не терял попыток меня успокоить, одной рукой он гладил меня по голове, а второй, сжимал крепко мою руку. Но куда там, хоть один мужик лег бы да родил. Дыши… Успокойся… Ага, сейчас же! Наоборот, я ещё больше закипала. Выговориться я смогла сполна, ведь мои потуги длились ровно час. Но позже, в этот самый момент показалась головка первого ребенка. Максим увидев эту картину, побелел еще больше, закатил глаза и ушел в астрал. А я хоть и ругалась все это время, но глядя на мужа, хихикнула сквозь боль.

— Говорят, женщины слабый пол, слабый пол, это гнилые доски. Слышишь, Юсупов?

Спустя еще двадцать минут я родила второго малыша, после моих мучений, врачи в спешке стали приводить новоиспеченного папашу в чувства. Когда Макс все же соизволил открыть свои очи и полностью пришел в себя, дети были уже у меня на руках и бледнющий Максим расплылся в блаженной улыбке.

— Пап, мам?

— Ну что там у вас?

Сквозь чуть приоткрытую дверь к нам тихонько зашли наши старшие дети.

— Знакомьтесь, это ваши сестренки…

— Как вы их назвали?

Спросил уже старший брат, наклоняясь ближе к сопящим крохам.

— Верочка и Надюша…

Наши маленькие крохи начали хмуриться и капризничать из-за яркого и незнакомого света, но старшенькие подошли ближе и как заботливые брат и сестра, постарались утешить младших.

— Спасибо тебе любимая… Я самый счастливый человек в мире. Я очень люблю вас. Вас всех.

— Я тебя тоже люблю мой воробей.

— Почему воробей?

Удивился Макс округлив глаза.

— Полет зачетный был! Дай пять!

КОНЕЦ.

Конец