То, что ты скрываешь

Глава 1.

Татьяна Новикова

То, что ты скрываешь

Бывает, наступает такой день, когда вся твоя жизнь резко меняется. И у тебя, вроде бы, все идет хорошо. И сначала, ты даже не воспринимаешь эти изменения как изменения, думая, что завтра все будет по-прежнему. И ты можешь все еще воспринимать этот мир как раньше… Но чувства людей… Отношения к тебе становится каким-то иным. Но ты, все еще не понимая, что что-то изменилось, продолжаешь доверять этим людям, надеяться на что-то. Во что-то верить… А особенно, если эти люди, если этот человек, тот самый, который один из самых дорогих тебе людей.... И продолжая верить в его любовь, ты не понимаешь, что не так… И все еще продолжаешь верить ему… Все равно…

Вот так случилось и у меня…

Могла ли я когда-нибудь подумать, что мой муж, которого я так сильно люблю, мой драгоценный Юджин, который, казалось, готов был отдать за меня весь мир, внезапно изменит отношение ко мне?..

Или, может быть, это был просто такой день? Тот, в который все резко меняется… День, когда все идет не так…

Это было в конце лета. Нашей дочери уже было шесть с половиной лет. В декабре мы отмечали бы седьмую годовщину нашего брака. И этим летом мне наконец-то удалось познакомить моего сильно занятого на работе мужа со своими родителями, живущими далеко от нашего с Юджином города.

Мои родители в разводе, поэтому живут раздельно. Еще в городе, где живут мои родители, есть квартира у меня, отдельная, где мы с Юджином и решили остановиться. Мы приехали уже вечером, но Юджин предусмотрительно, до того, как доберемся до той самой квартиры, решил навестить сначала мою маму, где мы и оставили свою дочь, которая ну очень сильно соскучилась по бабушке. Единственной внучке, которая тут же кинулась обниматься, она была рада, но вот реакция на моего мужа оставила меня немного в недоумении. Ее взгляд, которым она смотрела на моего мужа, сразу не понравился мне. Но, Юджин, похоже ничего не заметил. Я же заметила в мамином взгляде некое пренебрежения… Или недовольство? Юджин, который немного стесняется вот так общаться со старшими, с которыми он не знаком, вел себя очень вежливо и в нем меня ничего не насторожило. Однако, холодность и снисходительность, с которыми разговаривала с ним мама, меня насторожила. И я решила, пока Юджин, который любит в отпуске поспать, отдыхает с утра, схожу к ней и все узнаю. Заодно заберу дочь, которую Юджин «скорбя сердцем» согласился оставить с мамой на ночь (я-то знаю, для чего на самом деле, он решил это сделать).

Пока я, последняя принимала душ, Юджин смотрел телевизор и поглядывал в окно на ночной город, казавшийся ему после нашего мегаполиса, удивительно маленьким и, наверное, скучным.

После душа, муж крепко обнял меня и потащил в постель.

– Дорогой, мы же кое-что забыли дома, кажется, – решила подшутить я. – Разве, мы не будем ну… это… предохраняться… – столько лет в браке, а некоторые фразы все еще даются мне с трудом и вызывают смущение.

– А я думаю, нам пора завести второго ребенка, – шепчет мне на ухо Юджин, покусывая его при этом, обжигая своим горячим дыханием, и сжимает в руке мою грудь. – Или ты против, милая?

Мы несколько секунд, кажущимися нам вечными, смотрим друг другу в глаза, и будто зная подходящий момент, я качаю головой и говорю:

– Не против, милый…

А дальше, он валит меня на спину, и начинается самое интересное…

С утра я просыпаюсь раньше Юджина, как всегда. Даже когда он работает (а работу он свою любит (этого у него не отнимешь)). Немного лежу под одеялом рядом с ним, чувствуя тепло его обнаженного тела, которым он прижимается ко мне. И когда уже постепенно начинаю снова погружаться в сон от умиротворения, которое вызывают объятия мужа, резко останавливаю себя и заставляю окончательно проснуться.

Нет, никакого сна! Нужно поговорить с мамой! И забрать Холли. Кажется, я уже начинаю по ней скучать.

Пытаюсь встать, но сильная рука мужа тянет меня назад.

Не знала, что он тоже проснулся.

– Куда собралась? Выходной же… Отпуск…

– Пора забирать дочку, – шепчу я, когда он снова обнимает меня. – Не хочу злоупотреблять гостеприимством мамы…

– Кажется, твоя мама соскучилась по ней, – сонным голосом говорит мне муж. – Дай ей погостить у нее подольше…

Смотрю на мужа и вижу, что его глаза все еще закрыты. Он почти спит.

Надо что-то придумать. Мне нужно поговорить с мамой. Но если не придумаю какую-нибудь отмазку, Юджин попрется со мной, и мне так и не удастся поговорить с мамой с глазу на глаз и узнать, почему она так смотрела на моего мужа.

Если она думает, что он плохой человек, нужно срочно переубедить ее. Помнится мне, в прошлом, когда я говорила, почему будучи беременной не хочу выходить за него замуж, кажется, я рассказала про него лишнего, чего лучше было не говорить. Но потом все изменилось. У нас все было хорошо. И я благополучно забыла о том, что именно рассказывала о нем когда-то. И когда мой живот заметно округлился (а случилось это, к моему удивлению, буквально за неделю, когда срок уже был достаточно большой), наконец, вышла за него замуж.

Думая, что муж снова заснул, пытаюсь высвободиться из его цепких рук, но он не отпускает меня. Снова валит на спину и сам наваливается на меня. Чувствую его приятную тяжесть и еще кое-что твердое, что упирается в меня и обещает мне большое удовольствие.

– Юджин…

– Дорогой… – шепчет муж и целует меня. – Забыла уже?..

Не забыла… Когда-то давно, когда наша дочка была еще совсем маленькой, я постоянно звала его по имени. И это было так часто, что первое слово, которое произнесла наша дочь, стало «Юджин». А потом она стала называть меня мамой. А мужа звала Юджином. И с тех пор мы договорились, что при ней будем называть его папой. Постепенно дочь забыла, что называла его Юджином и, наконец, стала звать его папой.

– Милый…

Кажется, я уже начинаю расслабляться… И терять голову от его поцелуев…

Как странно, мы почти семь лет в браке, а я все еще

– Как давно я уже спокойно не занимался с тобой любовью, – говорит мне Юджин, – без того, чтобы наша дочь не зашла к нам в самый неподходящий момент… Поэтому хочу воспользоваться моментом. Пусть дочь побудет еще с твоей мамой, хорошо?

– Хорошо, – шепчу я и кладу руки ему на плечи.

Он целует меня, заглушая последние звуки моего голоса, и я чувствую, как он медленно входит в меня.

Когда Юджин,наконец, снова засыпает, я гоню свой сон прочь, избегая соблазна лечь в уютные объятия мужа, иду в душ и, удостоверяясь, что муж точно заснул, собираюсь и ухожу к маме.

– Мамочка! – протягиваю руки и ловлю дочь в объятия. Мама стоит рядом и молча и одобрительно смотрит на нас.

– Ты хорошо кушала? – спрашиваю я дочь, разуваясь. – Тебе хорошо спалось?

– Мне у бабушки всегда хорошо спится, – отвечает Холли. – Я так соскучилась по бабушке… Почему мы так редко приезжаем?

И я вижу, что она хочет спросить что-то еще…

– Ты же знаешь, папа много работает. Я же не могу его оставить… Кто позаботится о нем?

– Да уж… Кто ж ему сопли вытрет? – комментирует мама. – Нашел себе «мамочку», вот и не отпускает от себя…

– Мам, что случилось? – спрашиваю я. – Почему ты так настроена по отношению к моему мужу?

– Ты с такой нежностью говоришь о нем… – замечает мама пренебрежительно, пока мы проходим в квартиру. – Но я все еще помню, что ты мне рассказывала, когда приехала домой тогда и впервые рассказала о своей беременности.

– Я тогда наговорила лишнего, – честно признаюсь я. – Он изменился… Он теперь совсем не такой…

– Люди никогда не меняются. – говорит мама. – Просто тех, кого мы любим, мы начинаем принимать такими, какие они есть. Поэтому они начинают казаться лучше. Но они никогда не меняются. За столько лет совместной жизни, не пора ли тебя снять розовые очки?

– Мам, давай не будем при Холли… – я смотрю на дочь, которая недоуменно смотрит на нас.

Мама смотрит на Холли и решает сменить тему.

– Холли, какой сон тебе сегодня снился? Ты обещала рассказать…

– Мне снился братик, – беззаботно отвечает дочь.

– Сын Стеллы, наверное, – поясняю я маме. – Стелла – это моя подруга и сестра, а точнее, племянница моего мужа. Она недавно родила второго ребенка…

– Нет, – качает головой Холли. – Мой собственный братик… родной… твой и папин сын…

– Но… – хочу возразить я, но дочь перебивает меня.

– Мамочка, а ты хорошо спала сегодня?

– Ну… да… – отвечаю я и смотрю на маму. Уж она-то точно догадалась, чем мы с Юджином занимались всю ночь… Хорошо дочь…

– А папа? Вы занимались сексом?

– Чего?

Я смотрю на дочь и долго обдумываю,чтоона только что сказала. Когда до меня, наконец, доходит, мой рот непроизвольно раскрывается. Я не знаю, что сказать маме.

Как стыдно-то…

Мне кажется, начинает не хватать воздуха. Я прямо-таки глотаю его открытым ртом, хватаясь за за шею. И начинаю краснеть. Мне так жарко сейчас. Как неудобно перед мамой…

– Милая, – я буквально съезжаю с дивана, на котором сижу и встаю на колени перед дочкой. Я глажу ее по щекам, все еще не веря, что она произнеслаэтослово, которое даже я до сих пор стесняюсь произносить. – Кто тебе рассказал о таком? Кристина?

Кристина, старшая дочь Стеллы. Она уже довольно взрослая девочка, чтобы Стелла рассказала ей о таких вещах. Но она никогда бы не стала говорить об этом с Холли.

Тогда кто?

Но мне не приходится долго ждать ответа. Дочь сама говорит мне:

– Папа, рассказал, – спокойно объясняет она. – Просто вы почти каждый день это делаете… Мне было интересно, вот я и спросила…

Каждый день?

Меня прошибает холодный пот, но лицо начинает гореть, и я прямо чувствую, как начинаю заливаться краской.

И это она говорит при моей маме. Та на это лишь неодобрительно качает головой.

– И что, он так тебе все и рассказал? – спрашиваю я.

– Он сказал, что ты мне об этом должна была сама рассказать, но позже. Но я попросила его рассказать сейчас. И он рассказал…

– Какой бессовестный… Мог бы придумать что-нибудь, – говорит мама. – А я тебе говорила, когда ты звонила мне перед вашей свадьбой… С таким хорошей жизни не жди…

– Но у нас хорошая жизнь… Мы любим друг друга. Он много работает и зарабатывает. Мы живем в достатке… Мы никогда не ссоримся. Чего еще надо?

– У вас даже свадьбы не было. Вышла за него замуж, потому что была беременна, и потому что надо было где-то жить… – гнет свое мама.

И почему мне приходится говорить о таких вещах при дочке?

– Я вышла за него замуж, потому что люблю его, – вздыхаю я. – Я столько раз говорила об этом…

Я смотрю на Холли, и мне приходит в голову хорошая идея.

– Милая, иди-ка ты погуляй… На улице хорошая погода… Тепло.

Дочка послушно кивает и уходит, а у меня будто бы камень с души падает.

Мама тоже спокойно вздыхает. Ей тоже не хочется говорить при ней о таких вещах.

– Я просто переживаю за тебя, – говорит мама. – Зная, как живут богатые люди, и то, каким ты описывала его до вашей свадьбы… Наверняка, у него есть кто-то на стороне… Ну это уж ваше дело… Надеюсь, он хотя бы не напивается как раньше…

– Он не напивается… И он мне не изменяет…

Я вздыхаю и слышу тихое шуршание в прихожей. Холли все еще не ушла, поэтому стараюсь приглушить свой голос.

– Мне хорошо с ним…

– Но мне все равно он не нравится, – так же тихо говорит мама. – Что ты в нем нашла? Ростом почти с тебя, голова круглая. На лицо чудной какой-то. Совсем не красивый. И похож на китайца…

– Он на четверть кореец, – отвечаю я.

Да и не похож он на азиата. Когда впервые увидела его, я бы даже не подумала, что он имеет принадлежность к корейской нации. Хотя, может, я

Но нет… Тут, конечно, что-то большее… Я всегда это знала… Понравился он мне, конечно, не из-за внешности… просто он родной… Мое сердце поняло это с первого взгляда… как только наши глаза встретились…

– Ты, такая красивая, вышла замуж за этого, – продолжает мама. – Хорошо, внучка родилась красивой, хоть и похожа на него как две капли воды…

– Да что с ним не так? – не выдерживаю я.

– Не знаю, – отвечает мама. – Не нравится он мне просто. Не хочу, чтобы твой муж здесь был. Пусть возвращается, а вы оставайтесь. Все еще не могу смириться, что ты его выбрала. Все-таки мне кажется Тайлер, про которого ты рассказывала, лучше был. Лучше бы ты его выбрала… Сейчас бы, может и второго родила. Красивого малыша. А с этим и пытаться не стоит. Все время на работе проводит. Наверняка, у него там просто другая женщина есть.

– Да нет у него больше никого, – говорю я.

– Ну конечно! Ты еще скажи, что ты у него за всю жизнь единственная была… Люди не меняются. Мужчина, который до брака спал с кем попало, не будет меняться только из-за того, что женился на одной из своих любовниц… Подумай об этом…

После нелегкого разговора с мамой возвращаюсь к Юджину.

Он, наверное, уже проснулся. Или нет? По выходным его обычно не разбудишь.

Дочь я все-таки решила оставить с мамой. Хочу подольше побыть с Юджином наедине.

Юджин…

Неужели, те мои слова и правда заставили маму так плохо думать о моем муже?

Да я, вроде, ничего такого и не говорила… Или говорила? Уже не помню. Помню только, что была сильно обижена на него тогда. И решила, что никакие уговоры не заставят меня выйти за него замуж…

– Милый…

Захожу в квартиру и застаю Юджина в прихожей с чемоданом, который он так и не разобрал.

В недоумении смотрю на него.

– Ты уже встал? Я думала, ты еще спишь?

– К маме ходила? – слышу в его голосе небольшое раздражение. Или обиду?

Обиделся, что не взяла его с собой? Но и я должна иногда поговорить с ней по душам, без него…

Но чемодан – это уже слишком.

– Ты куда-то собрался? – я указываю взглядом на чемодан.

– Нам внезапно заказали очень важный проект. Я должен сам принять в нем участие. Без меня точно не справятся… Я возвращаюсь, а вы с Холли побудьте здесь еще. У нее, ведь, скоро каникулы заканчиваются. Пусть еще с бабушкой побудет. С моей-то мамой она постоянно видится. А по твоей скучает…

Он целует меня на прощание, долго и страстно, будто бы и не хочет совсем расставаться со мной…

Я, конечно, отпускаю его. Но мне это почему-то совсем не нравится. Я-то буду скучать по нему… Он же неотъемлемая часть меня.

И, в конце концов, а как же второй ребенок?

И именно в тот момент, именно в тот день, когда Юджин выходил с чемоданом, прося не провожать его, меня что-то насторожило. Конечно, у него был железный аргумент – работа, с которым я спорить не осмелилась. Но я поняла тогда. Я точно осознала это. Почувствовала сердцем…

Впервые…

Юджин мне лжет…

И, видя, как закрывается входная дверь за ним, я почувствовала, как по щеке стекает слеза.

И что-то начало меняться тогда… Но мне не хотелось этого понимать…

Глава 2.

Когда мы с Холли вернулись домой, была середина августа. Наш кот – Батончик – очень обрадовался нам и буквально кинулся в объятья к дочке. Столько мурлыканья я давно от него не слышала.

Скоро Холли идет в школу. А я буду одна дома, поэтому уже начинаю подумывать, чем бы себя занять. Юджин весь день на работе. Одной будет скучно.

Юджин снова много работает. Кажется, даже больше обычного. И мне даже пару раз показалось было, что он не ночевал дома. Но под утро я чувствовала, как он по-привычке поглаживает мою попу перед тем, как встать, и успокоилась. Страстному любителю поспать легко удается вставать на работу без будильника, когда есть какое-то важное дело – в этом весь он.

– Юджин, я слышала, освободилось место твоего секретаря, – неуверенно начала я, когда около двенадцати часов ночи, наконец-то дождалась мужа домой. Учеба в школе уже началась, поэтому Холли мирно спала в своей комнате. Ждать папу со мной я ей не разрешила.

Юджин устало поднял на меня покрасневшие глаза, а я облокотилась спиной о косяк и скрестила руки на груди. Все-таки у меня серьезный к нему разговор. Пусть поймет это и ответит мне.

– Может, поговорим об этом на выходных?

Не знаю, понял ли он хоть что-то из того, что я сказала, но сейчас, видимо, он в состоянии только добраться до душа (это в его списке домашних дел обязательно (конечно, он предпочел бы принять ванну, но после того, как он за несколько последних недель успел три раза там заснуть, я это ему запретила)).

– На выходных ты тоже будешь занят, – говорю я.

– Это да, – соглашается муж. – Сейчас много работы… А с чего это вдруг ты решила работать? Нам не хватает денег?

– Мне надоело сидеть дома. Холли учится. Ее школа за углом, она сама добирается до дома. Мне скучно. И да, мне нужны мои собственные деньги, – говорю я.

– Хорошо, я подумаю, – говорит он и буквально вползает в ванную комнату.

– Дорогой, и никакой ванны, понял? – кричу я вслед, но, не получив ответа, ухожу спать. Юджин всегда держит слово. И я думаю, он не будет против, что я буду работать в его фирме.

Когда я уже начинаю дремать, чувствую страстное обжигающее дыхание около своего уха.

Муж нетерпеливо стягивает с меня шелковую пижаму, которую сам мне не так давно купил, и, вжимая меня в постель своим телом, страстно целует в губы.

Я все еще не проснулась окончательно, пребывая в сладких грезах, но чувствую, как начинаю возбуждаться.

– Милый, ты же устал…

– Для тебя у меня всегда найдутся силы… Я так соскучился… – шепчет он, целуя мою шею. После этого он нависает надо мной, раздвигаю коленом мои ноги. Я послушно обвиваю ими

– Милая…

– М…

Я лежу на боку, спиной к нему, все еще не до конца отойдя от нашей близости. Юджин гладит мою попу, бедро и живот.

– Ты не беременна?..

– Определенно, нет, – отвечаю я и боюсь его разочаровать.

– Я тут подумал, может, нам и не стоит заводить второго?

А я-то думаю, чего это он сегодня решил предохраняться…

– Почему? – удивленно спрашиваю я, стараясь скрыть свое разочарование. Вообще-то я надеялась на ребеночка…

– Я не очень хороший муж… – говорит Юджин. – Вечно работаю… Меня дома почти не бывает… Да и внешне я не очень красивый… Хорошо Холли вышла красоткой… А если второй будет такой же некрасивый как я?

С чего это он вдруг заговорил об этом?

Внезапно вспоминаю наш с мамой разговор. Неужели, он все слышал?

Не может такого быть!

– Милый, ты чего? – обеспокоенно спрашиваю я.

– Да так, ничего! – говорит Юджин, переворачивает меня на спину и легко целует в губы, улыбаясь. Но почему-то мне кажется, в глазах его печаль, хоть я и не вижу этого из-за темноты.

Я всегда знаю, что он чувствует. Не знаю, как это работает, но иногда, когда ему грустно, мое сердце тоже сжимается от печали.

– А ты, что, хотела ребеночка?

Хотела. Но я только молчу в ответ.

Кто знает, может, он потом еще передумает?

Мы снова занимаемся любовью. Кажется, я уже в конец вымотана.

– Дорогая…

– Да, милый…

Он никогда не разговаривает со мной, в самый ответственный момент. С чего это вдруг сейчас решил?

– На выходных приезжает мой друг из-за границы. Могу я провести выходные с ним?

Значит, специально спросил сейчас, зная, что именно сейчас я не в силах ему отказать. Вот гад. Неужели и любовью занялся со мной только ради этого? И когда он вообще собирался мне об этом сказать?

А ведь мы не были вместе с той самой ночи в моем родном городе…

– Хорошо!.. – почти задыхаясь говорю я.

Глава 3.

– Эрик, а что это за друг у Юджина из-за границы?

– Не знаю, а почему ты вдруг спросила? – мой друг – владелец небольшого минимаркета стоит за кассой, пока я ищу на полках какую-нибудь «вкусняшку» для дочки, которая должна через час вернуться из школы.

Она о-о-очень просила ей что-нибудь купить, поэтому я, не собиравшаяся вообще сегодня никуда выходить, все-таки пошла в магазин. Заодно решила воспользоваться шансом, и зашла к нашему с Юджином общему другу, который здесь работает.

– Да так, – говорю я. – У него вдруг какой-то друг объявился, о котором он мне никогда ничего не рассказывал. Собрался куда-то с ним на выходные…

– Прямо так на все выходные? – удивляется Эрик. – С ночевкой?

– Видимо, да, – говорю я.

– Хм… – задумывается Эрик. – Надеюсь, этот друг не женщина…

– Эрик… – уже собираюсь сказать другу, что Юджин никогда в жизни так не поступит, но тут же осекаюсь. Вот об этом я не подумала… А, вдруг, этот друг, и правда, женщина? И не говорил он мне о нем только потому, что до меня у них был роман когда-то… А сейчас она (этот самый друг) решила с ним связаться… У них там что-то вновь вспыхнуло, и они решили вспомнить былое?

– Эй…

Не знаю, сколько я так стою, задумавшись, обдумывая разные варианты, но голос друга приводит меня в чувство.

– Так и не решила, что дочке купить?

– Ах, да, решила, – беру с полки коробку с печеньем и иду на кассу. Почему-то у меня вдруг отпало желание говорить сейчас с Эриком, да и с кем бы то ни было.

– Вот бери, – говорит мне ласковым голосом друг и старается подсунуть какой-то товар по акции. – Два берешь – третий бесплатно!..

Тупо смотрю на белые коробочки с какими-то буквами, и тут до меня доходит, что это.

– Тесты на беременность? Зачем мне?

– Ну, думаю, что вам с Юджином это будет полезно! – буквально мурлыкает хитрый Эрик.

– Нет, это точно не понадобится, – говорю я, расплачиваюсь за печенье и выхожу, оставляя друга, смотреть мне вслед с недоумением.

– Друг из-за границы? – Стелла задумывается. – Ты прямо озадачила меня. Никогда о таком не слышала. Нет, у Юджина там, конечно, много друзей есть. Он все-таки и заграницей дизайнером работал. Но такой, чтобы вот так прямо любимую жену оставлять на целые выходные…

Мы с моей лучшей подругой, а также родственницей моего мужа, сидим в ее ночном клубе, который пока закрыт и пьем кофе, приготовленный ею.

– Любимую… – вздыхаю я и печально смотрю на подругу. – Знаешь, мне кажется, мой муж устал от меня… – я делаю паузу и собираюсь с силами, чтобы сказать следующую фразу, от которой у меня слезы на глаза наворачиваются. – И похоже этот друг – женщина… И у них был роман… И они решили вспомнить былое… – и я закрываю рот рукой, стараясь изо всех сил сдержать слезы.

– Эй, ну ты чего? – Стелла похлопывает меня по плечу. – У Юджина, конечно, до тебя буранная жизнь была… Подробностей, правда, я не знаю… Но наслышана… Но он так сильно любит тебя!.. Да кто ему кроме тебя нужен? Кто тебе сказал, что его друг – женщина? С чего ты все это взяла?

Я лишь пожимаю плечами, немного успокоившись, но все еще продолжая глотать слезы. Сердце в груди прямо сжимается от боли. Однако здравый смысл где-то вдалеке еле слышным голосом шепчет: «Сама себя накручиваешь! Послушай подругу!»

– Наверное, поедут играть в гольф… Или в футбол… Зачем им рядом женщины? Им, наверное, есть, что вспомнить вместе, ну ты понимаешь чисто мужской разговор… Не переживай ты так. Лучше сама спроси, что делать будут, и что за друг такой… – говорит Стелла. – Да и зная моего кузена, точно могу тебе сказать: изменять тебе он точно не будет. Хватит себя накручивать. Лучше вот что: я тебе кое-что предложить хотела… Тебе же нужна работа? У меня на завтрашнюю ночь официантка одна отпросилась по срочному делу. А у меня работать некому. Сама вот выхожу, работаю официанткой. Ты, может, поможешь мне?

Да и Юджина завтра с тобой не будет. Видишь, как все удачно сложилось? Поработаешь, пока твой муженек в гольф играет…

– Хорошо, – соглашаюсь я. – Завтра все равно приезжают свекровь со свекром. Холли просилась к ним ночевать. Мне делать будет нечего. Я, да Батончик. Он без меня не хулиганит. Покормлю кота и приду.

– Вот и отлично, – хлопает в ладоши подруга. – Значит, договорились.

И вроде бы все хорошо. И подруга меня утешила.

Но я все равно чувствую, что что-то не так…

Друг Юджина…

Муж ничего мне про него не сказал, только то, что хочет провести с ним выходные.

Юджин, который всегда мне все рассказывает, и от которого у меня нет тайн… Человек, близость с которым я почувствовала, лишь стоило мне один раз взглянуть на него… Он хотя бы мог рассказать пару фактов о своем друге, имя, там его, возраст, откуда он хотя бы… Как познакомились…

Но он не сказал мне ничего, будто что-то пытается скрыть.

И я чувствую, как между нами медленно начинает расти стена…

Глава 4.

– Подруга! – слышу знакомый восторженный голос, и не сразу понимаю, откуда он. Ищу вокруг глазами, и, наконец, вижу знакомую мужскую фигуру. Широкая, немного детская улыбка на загорелом лице. Веселая голубая легкая рубашка в белый цветочек и светло-голубые джинсы. Тайлер выше меня на пол головы. Русые, немного кудрявые волосы, растрепавшиеся от ветра, заметно отросли. Он стоит на другой стороне пешеходного перехода и машет мне рукой.

– Тайлер, – машу я в ответ. Когда-то он сильно поддержал меня, когда мне было очень плохо. Но потом обиделся на меня, когда я выбрала не его, а Юджина, и вышла за него замуж. И я так и не поняла, простил ли он меня, потому что Юджин отправил его, как одного из своих лучших сотрудников, на несколько лет работать во Францию, в филиал своей фирмы, который он там открыл.

Как только загорается зеленый свет, я буквально перебегаю дорогу. Он хватает меня в объятия, отрывает от земли и недолго кружит. Затем мы устраиваемся на деревянной скамеечке в небольшом парке около офисного здания, где растет несколько хвойных небольших деревьев, много зеленых кустов и осенних цветов. Несколько офисных служащих пьют здесь кофе и иногда с любопытством поглядывают на нас.

– Ну вот я и вернулся, – говорит мне Тайлер. – Буду работать здесь. Теперь уж, твой муж никуда меня не отошлет. Там я свою работу закончил. Так соскучился по дому.

– Ты даже ни разу не приезжал, – говорю я. – Неужели, там было так много работы. Эрик по тебе вон как скучал. Ты же его лучший друг!

– Как-то тяжело было возвращаться, – пожимает плечами Тайлер и многозначительно смотрит на меня. И я знаю причину этому. Но, неужели, он до сих пор влюблен в меня? – Ты лучше скажи, как у вас там с вашим мужем? Он не обижает тебя?

– Все хорошо! – говорю я, не задумываясь. И почти не лгу. Все хорошо, если не считать друга Юджина, про которого он мне ничего не рассказал.

– А как ваша дочь? Большая выросла, наверное, уже… С отцом хоть знакома? А то, зная, какой он у тебя занятой, не удивлюсь, что нет, – шутит он и усмехается.

Я только вздыхаю и качаю головой.

– Не такой уж он и занятой, – говорю я. Не считая последнего месяца, конечно, когда даже на меня он нашел время только недавно. И то, чтобы отпроситься на выходные к другу.

– Что-то не так? – спрашивает меня Тайлер. – Ты, кажется, немного грустная…

– Все хорошо, – отмахиваюсь я. Не хватало еще, чтобы Тайлер заметил, что что-то не так. И тут я замечаю, как какой-то мужчина, высокий, со светлыми волосами и немного небритый, внимательно следит за нами. Он сидит со стаканом холодного кофе неподалеку, и по спортивной кофте и футболке я догадываюсь, что он не работник из офиса.

Мне даже как-то неудобно становится от его пристального взгляда. Он будто пожирает меня глазами.

– Тайлер, пойдем-ка отсюда. – прошу я.

– А что случилось? Что-то не так? Боишься, Юджин увидит нас? Наш офис не здесь, вроде. Да, и если увидит, ничего не скажет. Он знает, что мы друзья, и что я соскучился… Мы же просто болтаем…

Не Юджина я боюсь. Мне вдруг просто стало как-то неуютно.

– Просто пойдем, – прошу я и встаю со стаканом кофе в руке.

Десять часов вечера. Смотрю на часы на стене гостиной, затем в окно, где уже давно сгустились сумерки. Холли уже давно спит. Батончик тоже свернулся в своем лежаке около окна.

Яркие фонари освещают небольшой парк во дворе нашего дома. Иногда слышится гул одинокой машины, проезжающей неподалеку. А я все надеюсь, что это муж возвращается с работы домой. Позвонить ему я бы могла, но он просил не отвлекать его, когда он на работе, да и зная, как он работает, я бы сама не стала этого делать.

Спустя час моих наблюдений широко зеваю и, наконец, решаюсь лечь спать. Видимо, сегодня мой муж решил не приходить домой вообще.

Ночью мне снится сон. Легкий ветерок обдувает мои ноги. Юджин склоняется надо мной и целует в губы, страстно и горячо. И я чувствую привкус алкоголя у себя во рту. Я что-то говорю ему. Моя фантазия так бурно разыгралась, что мне уже кажется, что мы сплелись в одно целое… Мы занимаемся любовью. Он такой страстный… Такой горячий… Я бурно отвечаю ему… И, наконец, мне становится так хорошо…

– Спокойной ночи, любовь моя, – шепчет он, наконец, отрываясь.

Я еще какое-то время лежу, продолжая спать… или грезить, а затем резко вскакиваю.

Юджин.

Нащупываю рядом с собой – никого нет. Это был сон. А что же еще? Я ведь спала… Но почему тогда я чувствую такое блаженство? Вот это у меня фантазии!!! Беру телефон с тумбочки. Два часа ночи.

Мой муж еще не вернулся.

Где же он?

Никто не засиживается на работе так долго. Никто.

Встаю и включаю прикроватный светильник. Рядом с ним лежит коробка конфет с ликером – вот откуда мне приснился этот вкус алкоголя.

Решаю открыть окно и проветрить комнату, и замечаю, что тюль прищемило оконной рамой.

Как я могла так неуклюже закрыть окно? Недаром, Юджин стал ко мне холоднее и раздражительнее в последнее время. Даже с такой простой задачей не могу справиться. Он даже передумал заводить со мной второго ребенка. А мне так хочется…

Выхожу в гостиную, иду на кухню. Пью воду. Возвращаюсь в гостиную и натыкаюсь там на дочь.

– Ты чего не спишь так поздно?

Дочь подносит указательный палец к губам, прося вести меня тише. Все понятно. Боится, что я кота разбужу.

Мельком бросаю взгляд в сторону лежака, где в полумраке спит Батончик. В одиноком свете луны разглядываю его медленно поднимающийся и опускающийся бок, и мне самой хочется спать.

– Я попить пошла, – шепчет мне дочь. – А тут вижу, он спит. Я его укрыла, чтобы не замерз.

– Хорошо, говорю я. Ты попила? Тогда пойдем спать, милая. Завтра бабушка с дедушкой за тобой приедут рано утром. Пойдем, дорогая… Пойдем… – я широко зеваю и увожу дочь в сторону спален. – Ты у меня хорошая девочка…

Ох уж, и странный у меня ребенок… Ну зачем кота укрывать? Он и так пушистый… Не замерзнет…

Глава 5.

Клуб, который принадлежит Стелле, находится в районе, где тусуется в основном молодежь из студентов и простого офисного «планктона». А еще здесь любят собраться офисные работники вечером в пятницу, в каком-нибудь ресторанчике со вкусной едой. Район здесь не богатый. Много разных баров, клубов, ресторанов, близко примыкающих друг к другу, а вдоль основной дороги, если выйти из неширокой улицы, где находится клуб, расположены все те же недорогие ресторанчики, а также многочисленные магазины косметики недорогих брендов, фирменной одежды с хорошими скидками и много минимаркетов, подобных тем, которым владеет Эрик, мой друг. Вечером, когда все это работает, здесь очень красиво.

Помню когда-то, когда мы с Юджином только поженились, мы часто гуляли здесь. Он любит это место, и я тоже. Здесь он часто проводил время в дикой молодости. Отсюда я впервые везла его на такси пьяного домой (вот уж, действительно, романтическое воспоминание!). Помню, он тогда еще подрался, за что Стелла и выпроводила его из своего клуба. Но он тогда, можно сказать, мою честь защищал, как выяснилось позже, так что это простительно.

Клуб Стеллы находится примерно в середине небольшой узенькой улочки, рядом с ресторанчиком, где подают курочку с пивом. Большие окна занавешены темными рулонными шторами. На стеклах висят разноцветные неоновые лампы в виде напитков. Это двухэтажное здание. На первом этаже довольно просторный зал со столиками и барной стойкой. Здесь же находится туалет. Так же есть место для танцев и небольшая сцена. На втором этаже – офис Стеллы, где они с Риком, ее родным братом, ведут дела и могут передохнуть.

– Особо ничего делать не надо. Не думаю, что сегодня будет много посетителей, – говорит мне подруга. – Просто подавай напитки. Обычно, клиенты у нас к официанткам не пристают. Но если кто вдруг ущипнет за попу, скажи мне, я ему покажу, где выход.

– Хорошо, поняла, – соглашаюсь я.

– Ну вот и хорошо, – улыбается подруга и открывает шкаф, который находится в ее офисе. Оттуда она достает мне блестящий топ на тоненьких бретельках и облегающие черные джинсы. А также туфли на высоком каблуке.

Я удивленно смотрю на все это.

– Мне, что, предстоит все это надеть? – спрашиваю я. Даже как-то не комфортно становится.

– Ну ты же не собираешься работать в своей повседневной одежде, милая?

А я как-то об этом не подумала…

Молча беру из ее рук одежду и начинаю переодеваться.

Работа в клубе Стеллы сегодня, и правда, не особо тяжелая. Посетителей не очень много, и, кажется, я неплохо справляюсь. А еще, когда вижу себя случайно в зеркале, мне очень даже нравится мой вид. Высокая стройная красотка в чуть свободном топе и облегающих джинсах, на высоких каблуках. Длинные волосы заколоты на затылке заколкой. Макияж не яркий, но губы накрашены темной помадой – Так, сказала Стелла, у работниц здесь принято. И тот факт, что я хорошо выгляжу, придает мне уверенности в себе.

Я уверенной походкой хожу мимо посетителей, что сидят за столиками, разношу напитки, принимаю заказы и протираю столы за теми, кто уже ушел и расплатился. Стелла делает то же самое.

Пару раз меня, правда, погладили по попе, какие-то парни, лет по двадцать пять, но я молча простила им это. Наверное, решили, что я их ровесница или чуть старше, может быть. Что ж, раз в свои почти тридцать восемь, я так хорошо выгляжу (а я и сама знаю, что выгляжу я очень молодо (это все потому, что у меня хорошие муж и ребенок, из-за которых мне почти не приходится переживать)), сделаю вид, что ничего не заметила. Тем более, они особо и не приставали ко мне… Так, пару комплиментов отвесили… Но если, что, у меня есть Стелла.

Так проходит почти вся ночь. И время уже близится к утру, когда, протирая один из столов за посетителями, прямо перед окончанием рабочего дня (или, точнее, ночи), внезапно слышу за спиной знакомый приглушенный голос. Его я узнаю из тысячи. И сердце мое сразу замирает. Но я стараюсь не показывать вида и продолжаю заниматься своим делом, чтобы не выдать себя и остаться незамеченной.

Сама же чуть поворачиваюсь.

Он сидит ко мне спиной. Его темные волосы немного зачесаны назад. На нем темный пиджак и черная рубашка. Рядом какой-то мужчина, которого я узнаю сразу. Да это же тот самый, которого я встретила, когда пила кофе в парке с Тайлером, и который как-то странно смотрел на меня.

Наверное, это и есть тот самый друг моего мужа. Да уж, он явно иностранец… На местного совсем не похож – ни внешне, ни стилем одежды.

Друг этот сидит напротив Юджина и, видимо чувствуя на себе мой взгляд резко поднимает глаза. Я тут же отворачиваюсь.

Видимо, он тоже особо не обратил на меня внимание.

Не хочу подслушивать, но невольно слышу их разговор.

– И что, было так круто? – слышу я басистый голос друга. – Давай,

И по манере разговора он мне сразу не нравится. Совсем.

Неужели, это и правда тот самый друг, ради которого Юджин оставил меня на целые выходные?

А мы, ведь, итак, почти с ним не видимся из-за его работы.

Хочу уйти, пока не заметили, но тут слышу голос Юджина.

– Ну, когда я вставил свой ключик, замочек оказался закрыт. Ты же понимаешь меня? Кому это не понравится?

О чем это он? Какой еще замок? Что понравилось? Бредит, что ли?

Ну и чудной у меня муженек!

– И что, чувак, вот так прямо сразу тебя и накрыло? – слышу я противный голос его друга.

– Меня накрыло еще до этого. По полной…

Чем это, интересно, его накрыло?

– Она, конечно, иногда немного чудная, но меня с ней все устраивает, – продолжает Юджин, и до меня медленно начинает доходить суть их разговора…

Стоп! Это я, что ли, чудная?

Устраивает все? Со мной?

И при чем здесь ключик с замочком… Неужели?

Я аж прямо чувствую, как краснею, когда понимаю, о чем он сейчас говорит со своим другом.

А как же любовь? Высокие чувства? Незримая связь между нами, которую я так остро ощущаю?

– Ясен пень, оприходовал деваху, сделал бебика, вот и чувствуешь, что должен ей. Разве не поэтому ты женился?

Как же неприятно, когда вот так тебя обсуждают… И кто? Родной любимый муж! Со своим другом-дебилом…

– Наверное, если бы ни это, я бы так и не сделал ей предложение…

А вот это уже интересно… А как же любовь, в которой ты клялся мне, Юджин?

Меня будто облили холодной водой, вырвав из теплого розового сна.

Неужели, я была такой дурой, что верила ему все эти семь лет? В его любовь…

Я уже даже стол перестала протирать, просто стою, согнувшись, держа тряпку в руке, прижав ее к столу, и слушаю их.

– Да хватит тебе, может, отвлечешься от своей женушки? Столько девочек вокруг ходит… Может, развлечемся сегодня?

Я стою, затаив дыхание. Что же ответит мой муж?

– Нет, я так не могу… – говорит он. – Я слишком сильно люблю ее. Я не хочу этого делать, пойми меня…

Любит…

Я мгновенно прощаю ему все и почти возвращаюсь в свой розовый сон, как вдруг его друг говорит:

– Да ты только посмотри вокруг. Как тебе та, что за твоей спиной? Смотри какая куколка… Какая попка красивая, хотя немного худая. Но ты же таких любишь…

Уходи отсюда!

Слышу тихий шорох за спиной.

Срочно уходи!

Каким-то неимоверным усилием заставляю себя выпрямиться. Нужно срочно уходить. Я прямо чувствую это… Он оборачивается…

Тишина.

Поздно…

Он узнал меня. Чувствую это спиной. Вокруг будто бы возникает напряженная атмосфера от его эмоций. Прямо все вокруг как будто бы замирает. И даже не слышно громкой музыки, играющей в клубе, под которую вытанцовывает молодежь. Время вокруг как будто замерло.

И по моей спине пробегает холодок. И я чувствую зуд в районе копчика. И сердце стучит.

Еще не поздно, думаю я.

Я прижимаю тряпку, которой протирала стол, к себе и, не поворачиваясь к Юджину лицом, собираюсь уходить.

Шаг, еще шаг… Все будто бы в замедленном действии…

И вот оно уже, мое спасение…

Дверь к лестнице на второй этаж, где ждет Стелла… И мне даже кажется, будто бы из-за нее льется белый свет…

Но цепкие сильные руки хватают меня за талию, обвивают, и, притягивая плотно к себе, одним грубым рывком усаживают на колени.

Если бы я точно не знала эти руки, не чувствовала, что это Юджин, я бы подумала, что это его друг так меня схватил. Никогда прежде Юджин не был настолько груб со мной.

– Ну, что, развлечемся, мой кукленок? – слышу я его голос, и чувствую, как он утыкается в мою шею.

– Пусти меня, не нужно, – говорю я, и пытаюсь вырваться, но его руки слишком сильные, и я зажата как в тисках.

Оглядываюсь по сторонам.

Какое позорище. Все смотрят на меня, а я не знаю, куда мне деться от стыда… Сижу на коленях мужчины (точнее, собственного мужа, который не очень дружественно настроен (но кто ж знает, что он мой муж?)) в не очень красивой позе. Щеки мои начинают пылать.

И почему он так груб со мной?

– Что такое, милая? – с наигранным удивлением спрашивает Юджин, от которого так и веет яростью. – Собралась куда-то? Ты мне ответь вот на что: ты шпионить за мной начала? Или ты реально здесь подрабатываешь? Ты хоть видела, как ты выглядишь со стороны?

– Пусти, Юджин… – прошу я еле слышно.

– Что тут происходит? – а вот и мое спасение. Кто-то из посетителей позвал Стеллу.

Я, наконец, слезаю с колен мужа, пользуясь тем, что он немного растерялся при виде кузины. Но одну мою руку он все еще держит своей сильной рукой и больно сжимает. Так, что кажется вот-вот рука посинеет. Кажется, он просто хочет ее сломать…

– Мы идем домой, – объявляет Юджин.

– Ты уверена, что хочешь идти с ним? – спрашивает меня Стелла, не обращая на него внимания. – Твоя работа окончена. Можешь…

– Я пойду, – тихо шепчу я, глотая слезы, которые стараюсь сдержать.

– Твоя одежда и сумочка…

– Потом заберет, – будто отрезает Юджин и выводит меня на улицу.

Идет дождь. Я немного дрожу. Но все еще не понимаю, что мне холодно. Я плачу.

На свежем воздухе Юджин немного приходит в себя и, видя мое состояние, накидывает свой пиджак мне на плечи.

– Все-таки, надо было дать тебе переодеться… Прости…

Я молчу. Я обижена. Руку, которую он так сильно сжимал, болит, и я думаю, на ней завтра будет синяк.

На главной улице Юджин ловит такси, и мы едем домой.

Глава 6.

Дома мы оба немного успокаиваемся. Но для меня наступает самый худший исход – мы не разговариваем друг с другом. Я люблю его, так люблю… И мне очень больно от этого. Я иногда поглядываю на него, но не решаюсь заговорить первой.

Да что его так разозлило? Что я такого сделала? В конце-то концов клуб его сестры не бордель, а Стелла – не сутенер. Что такого, что я помогла ей на работе этим

Батончик, чувствуя напряженную обстановку, куда-то скрылся. Я так и не дозвалась его ужинать.

Хорошо еще Холли у бабушки с дедушкой. С тех пор, как она родилась, ее родители еще никогда так не ссорились.

Рука моя немного болит, но я начинаю понимать, что большого синяка не будет – все же, не так уж сильно Юджин сжимал мою руку. Просто, от шока и обиды, мне казалось, тогда все в более насыщенных тонах.

Смотрю через большое окно нашей гостиной на гаснущие фонари. Уже почти утро… А я все не сплю.

Я не дала Юджину провести выходные с другом, как он того хотел… Отчего-то мне становится немного стыдно. Вызвала в нем непроизвольно ревность, хотя, сама не понимаю, из-за чего… Из-за того, что хорошо выгляжу?

Но так уж сложились обстоятельства… Я не хотела им мешать. И что им понадобилось в клубе Стеллы? Он, ведь, давно не заходил туда…

– Прости… – еле слышно говорю я, сама не знаю, зачем.

– За что? – голос Юджина слишком равнодушен. Это мне очень не нравится.

– Я не дала тебе побыть с другом… Тебе пришлось вернуться домой… – говорю я, не глядя в сторону мужа. И почему мне сейчас кажется, что друг ему дороже меня?

– А почему я не должен был возвращаться домой? Где же я должен был ночевать? – полу-равнодушно полу-удивленно спрашивает Юджин.

И я чувствую на себе его взгляд, но по-прежнему не смотрю в его сторону. Лишь пожимаю плечами и говорю:

– Не знаю… Наверное там же, где ты ночевал и прошлой ночью…

– Прошлой ночью я ночевал дома… – немного возмущенно говорит Юджин.

– Не надо, Юджин… Я знаю, что тебя вчера дома не было…

Я вздыхаю, и не давая сказать ему еще что-то в оправдание, говорю:

– Ладно, я в ванну, – и быстро ухожу, оставляя его с раскрытым ртом, смотреть мне вслед.

В ванной быстро снимаю топ и бюстгальтер и кладу их на корзину для белья, как вдруг неожиданно заходит Юджин и резко разворачивает меня к себе. Не знаю, почему, но это смущает меня. Я прикрываю грудь руками.

– Ты чего делаешь?

– Я вчера ночью был дома! – говорит мне муж. – Ты спала уже, когда я пришел…

– Да перестань ты, – говорю я, упираюсь руками в его грудь, и стараясь вырваться. – Зачем ворвался.

Думаю, Юджин сразу понимает, в каком виде я стою перед ним, и только хмыкает:

– Да чего я там не видел?

Мы смотрим друг другу в глаза, а потом он выходит.

Хм… не видел он… Что? Так присмотрелась, что уже даже обнаженная не интересую его?

После душа сразу ложусь спать. Юджин идет в ванную после меня, но этого я уже не слышу.

Просыпаюсь я уже где-то в обед. Рука Юджина по-хозяйски лежит на мне.

Все еще спит, – думаю я и пытаюсь убрать с себя его руку, но он рукой, лежащей на мне, обхватывает меня, разворачивает к себе и обнимает.

Наши лица находятся близко друг к другу. Стоит мне лишь потянуться к нему губами, и я поцелую его.

– Прости, милая, – говорит он. – Кажется, вчера я перегнул палку…

– Все нормально, – говорю я. – Я тоже хороша. Должна была предупредить тебя, что буду помогать Стелле. Извини.

Юджин кладет голову мне на плечо и зарывается носом в мои волосы.

– Рука сильно болит? Я так сжал ее тебе вчера… Прости, дорогая… Я так сильно приревновал тебя, что, кажется, потерял контроль над собой…

– К кому ревновать-то было? – спрашиваю я.

– Ну, я видел пару раз мельком, как кто-то погладил твою красивую попу… – отвечает Юджин. – Хорошо я еще тогда не узнал тебя. А то бы Стелла снова вышвырнула меня из своего клуба за драку…

– Милый… – я обнимаю его и заставляю посмотреть на себя. – Ты чего? Они сделали это так быстро, что я и опомниться не успела, – говорю я, не упоминая, какие лестные комплименты мне шепнули те мальчишки.

– Ну, ты, кажется, даже не против была… Хотя сейчас я понимаю, что ты просто проявила снисходительность… Но больше так не делай… Если еще хоть кто-то так сделает, тресни ему хорошенько, поняла? Иначе я это сделаю за тебя…

Я ничего не отвечаю. Понимаю лишь, что наша ссора закончена. И, кажется, даже Батончик пришел к нам в постель и свернулся в ногах. Надеюсь, он поужинал.

Мы с Юджином лежим в объятиях друг друга и тремся друг о друга носами. Не знаю, почему, но это приносит мне большую радость, заряжает меня положительной энергией, приносит мне необъяснимые эмоции… Это нравится мне даже больше нашей близости…

Это неповторимое чувство… Я, вроде, в памяти, но также я начинаю забываться…

Не знаю, сколько мы так лежим, но тут я слышу, как урчит в животе у Юджина.

Он, хоть ужинал вчера что-нибудь?

– Кажется, нам пора завтракать? – усмехается муж, нехотя отрывается от меня, и встает. – Пойду сделаю нам кофе.

Глава 7.

– Куда сегодня?

Я поднимаю голову и смотрю на Юджина.

– Хотела сегодня с Холли прогуляться. А что? – неужели, он думает, сегодня я снова буду работать в баре Стеллы?

– Тогда, может, в парк развлечений? В какой хочешь? На острове или поедем за город?

Этот вопрос удивляет меня.

– Я думала, ты сегодня с другом опять встречаешься…

– У меня завтра выходной, – отвечает мне Юджин. – Встречусь с ним завтра. Мы как раз наконец-то проект закончили. А перед тем, как взяться за новый, я решил отдохнуть… А сегодня хочу провести время с тобой и дочкой. Она, ведь, завтра учится… А ее я почти не вижу… Кстати, она, ведь, у родителей? Они даже не предупредили меня, что приезжают, в отличии от тебя. Я все время удивляюсь: они мои родители или твои?

– Ну, они просто знают, что днем до тебя дозвониться практически невозможно, вот и предупреждают меня, когда приезжают, – говорю я.

– В этом ты права, милая, – соглашается Юджин.

– Папочка!

– Мое сокровище!

Холли протягивает руки к отцу, и тот, хватая ее, отрывает от пола и начинает кружить в объятиях.

Я внимательно наблюдаю за этой сценой. Это так умиротворяет…

Юджин зарывается

– Как же я соскучился по тебе, котенок! Как же я жалею, что не могу видеть тебя из-за работы…

– А ты не работай, папочка! – предлагает Холли.

Юджин улыбается и качает головой.

– Знаешь, милая, я бы с радостью… Но я должен работать, чтобы вы с мамой были счастливы…

Кстати, об этом… Уж даже и не знаю, как подойти к этой теме снова и попроситься к Юджину секретарем…

В парке развлечений, что находится за городом, Холли уже не просит папу не работать. Ей нравится здесь. Юджину тоже. А вот мне почему-то не очень…

Не то, чтобы парк плохой… И чувствую я себя, вроде, замечательно.

Но я почему-то будто-бы чувствую себя обделенной… Или лишней?

Мои муж и дочь постоянно катаются вместе на каких-нибудь аттракционах, покупают что-то вкусненькое. Им весело, они идут и обсуждают все на свете.

А я иду чуть поодаль, будто бы не с ними. А они даже не замечают этого. И кажется, что, если я сейчас просто уйду, они и этого не заметят.

Юджин больше не любит меня. Он взял меня сюда только из вежливости. На самом деле, он был бы не против провести это день только с дочкой. По ней он соскучился, по мне – нет.

Тяжелые мысли одолевают меня. И мне становится совсем грустно.

Нет. Юджин все еще любит меня. Он обнимал меня с утра. Он приготовил для меня мой любимый кофе. Просто с дочкой он давно вот так не гулял. А мои мысли просто эгоистичны.

Но мне все равно кажется, Юджин как-то странно себя ведет сегодня… Будто что-то недоговаривает… или скрывает… Смотрит как-то виновато.... Может, из-за моей руки?

А, может, он, и правда, больше не любит меня?

И, может, мне просто оставить их вот так, вдвоем? Кажется, я им, и правда, здесь не нужна…

Я присаживаюсь на скамейку и смотрю им вслед. Они, не замечая этого, идут дальше. Какая же я все-таки эгоистка!

Интересно, а если бы я тогда вышла замуж за Тайлера, было бы все по-другому? Возвращался бы мой муж домой, когда я уже сплю? И чувствовала бы я себя вот так же одиноко?

Я не жалею о своем выборе… выбери я тогда кого-нибудь другого, со мной рядом не было бы любимого человека…

– Милая?

Голос мужа выводит меня из размышлений. Он сидит рядом со мной.

– С тобой все хорошо? Какая-то бледная… – Юджин берет меня за руку и гладит по щеке.

– Все хорошо, – говорю я. – Просто немного устала…

– Надо было сразу сказать, любовь моя… Пойдем туда? – я смотрю, куда показывает муж. Недалеко от нас расположилась небольшая кафейенка, а над ней, если подниматься по лестнице смотровая площадка со скамеечками и столиками, где можно отдохнуть, перекусить, попить кофе и насладиться видом на парк.

На площадочку можно подняться на лифте, но мы с Юджином предпочитаем по лестнице – так полезнее. Юджин по дороге заказывает нам по кофе и пироженке, и мороженку для Холли. Перед лестницей дочь начинает капризничать и собирается одна ехать на лифте, поэтому Юджину приходится брать нашего почти семилетнего ребенка на руки и нести наверх. Я несу наш перекус.

– Ты точно не беременна? – я удивленно смотрю на мужа. Он смотрит с такой надеждой на меня, будто хочет этого.

Но ведь сам же говорил, что не хочет…

Я смотрю на нашу дочь, которая устроилась немного подальше от нас, за столиком, ест мороженое и ковыряется в своем телефоне, который не так давно купил ей папочка.

Дует теплый осенний ветер. Со стороны аттракционов доносятся крики посетителей парка, с одних – счастливые, с других – не очень.

– После того раза у меня были эти дни. А после этого ты предохранялся, милый, – говорю я.

– Понятненько, – вздыхает Юджин. Но это выглядит так странно… Будто он что-то хочет сказать мне, но не решается… Будто хочет мне в чем-то признаться…

– А ты надеялся на обратное? – я внимательно смотрю на Юджина.

Юджин, видя мой взгляд, тут же отворачивается.

– Нет… нет. Не надеялся…

– Мамочка!

Даже не заметила, как она подошла.

– Да, милая?

– Что такое, дорогая? – Юджин тоже поворачивается к ней.

Большие невинные глазки смотря то на меня, то на Юджина.

– А о чем вы говорили?

– Милая… – решает оправдаться Юджин, но дочь перебивает его.

– А у мамочки в животике уже есть ребеночек?

Я аж рот раскрываю от такого вопроса.

– Кто рассказал ей про животик? – я смотрю на Юджина. Тот отрицательно мотает головой.

– Кристина мне рассказала, – отвечает на мой вопрос дочь. – Она сказала, что когда папа с мамой занимаются…

– Холли!

– Да, папочка?

Вижу, что Юджин тоже в шоке от познаний нашей дочери.

– Я же просил тебя не говорить с мамочкой о таком…

– Прости, папочка, – дочка прикрывает рот руками, сама хитро смотрит на нас и уходит доедать свое мороженое, которое ждет ее на столике неподалеку.

Я смотрю на Юджина.

– Я все хотела спросить тебя… Она тут недавно разговор один завела… Милый, зачем ты ей рассказал?

– О чем? – удивляется муж.

– О том, чем мы занимаемся по ночам, – говорю я смущенно.

Юджин вздыхает и качает головой.

– Это слово не я ей сказал. Она уже пришла ко мне с ним. Не знаю, откуда она его узнала, – оправдывается Юджин. – Понимаешь, она все приставала ко мне, приставала… Спрашивала, чем мы занимались, когда она зашла… к нам… ночью… Я не знал, что она так часто застает нас за этим делом… Я просто сказал, ей что этим занимаются только взрослые, и что дети не должны заходить ночью к папе и маме… И чтобы она больше так не делала… А она прямо так и спрашивает: «Папа, а вы занимались сексом? А зачем им занимаются?..» Короче там еще много вопросов было… Извини… Я просто попросил потом, чтобы она к тебе с этими вопросами не лезла… И что ты сама потом ей все расскажешь… Ну когда она станет взрослой…

– Понятно, – говорю я. Так и знала, что не

– Не знаю, может Кристина сказала ей, как это называется… Или Стелла решила поговорить с Кристиной о таких вещах, а Холли подслушала…

–Юджин!..

Внезапно имя моего мужа, произнесенное незнакомым мне женским голосом, выводит меня из моих мыслей. Я вздрагиваю и смотрю на женщину, идущую в нашу сторону и машущую моему мужу рукой. Ее длинные темные волосы слегка завиты. На ней темное легкое летнее платье и черные кеды. Она слегка приобнимает Юджина и чмокает в щеку.

– Привет! – говорит она ему. – А это, наверное, твоя жена? – она смотрит на меня, все еще не убирая от него рук.

Я стою в непонятках, глядя на эту сцену.

Юджин, что происходит? Кто эта женщина, что так по-хозяйски тебя обняла?

Я вопросительно смотрю на мужа. Он осторожно убирает ее руку с себя и нервно улыбается. Вижу, что эта ситуация тоже смущает его.

– Да, это моя жена, Летис, – говорит он, представляя меня. – Милая, а это Венди, старшая сестра Марка, моего друга, которого ты видела в клубе… А еще она наш новый секретарь…

Новый секретарь? Минуточку…

А как же я?

У меня миллионы вопросов в голове. Я сильно возмущена… Но все это я держу при себе и стараюсь не показывать вида.

Значит, эта женщина, приехала вместе со своим братом, и теперь остается здесь. Интересно, они с Юджином были знакомы до этого? Наверняка были, судя по тому, с какой легкость она говорит с ним. И судя по всему, между ними что-то было…

Спрошу это у Юджина, когда останемся наедине.

А еще спрошу, почему отдал ей должность, которую я так просила у него…

Весь мой оставшийся день просто назвать испорченным – ничего не сказать. Эта самая Венди присоединяется к нам, и кажется, Юджину с ней весело. Правда и меня он не оставляет. Я все время делаю вид, что мне тоже весело. Давлю из себя улыбку, когда Юджин обращается ко мне.

А вот Холли, видимо, это не удается. Она четко выражает свое недовольство, состроив на своем личике сердитую гримаску и поджав губки. Она с недовольством посматривает на внезапно возникшую из ниоткуда тетю, постоянно дергает меня за руку и тихо, чтобы Юджин не слышал, спрашивает:

– Мам, а почему она с нами?

– Это знакомая папы, – говорю я. – Это на один день, милая, не волнуйся.

– Она мне не нравится, – четко говорит дочь. – Пусть она уйдет. Ей здесь нет места.

То же я хотела бы сказать Юджину, но не могу. За кого он меня примет? За ревнивую жену? А если это и правда, всего лишь его старый друг, и ничего больше? Я и ее обижу тогда… А Юджин не любит, когда его друзей обижают…

Дочь моя все время продолжает хмуриться. На вопросы Венди, которая та ласково задает ей, почти не отвечает, либо что-то бурчит в ответ.

– Стесняется, – объясняет ей Юджин. Хотя вот я понимаю, что причина здесь совсем в другом.

Это семейный отдых, зачем эта женщина вмешивается? Неужели, совсем не понимает? Или специально это делает?

Глава 8.

Вечером, после душа, лежу в нашей с Юджином постели и жду, когда он примет ванну. Надеюсь, он ни на что сегодня не рассчитывает. Потому что вместо удовольствия в постели нам предстоит серьезный разговор.

Холли давно уже спит. С тех пор, как Юджин поговорил с ней о том, чем мы с ним занимаемся наедине, и о том, что заходить к нам в такие моменты она не должна, она, действительно, перестала так делать. Вынуждена признать, это, и правда, помогло.

Слышу, как слегка хлопает дверь ванной комнаты.

Муж заходит в нашу спальню по пояс раздетый, в одних штанах от пижамы. Голову он вытирает полотенцем.

Видя, что я пока не сплю он с довольной улыбкой ложится рядом и нависает надо мной.

– Юджин…

– Да, милая?

– Нам нужно поговорить…

– О чем? – ласково спрашивает муж и целует меня за ухом. Это действует на меня очень возбуждающе. Внизу живота начинает загораться огонь. Он нежно сжимает мою грудь и, кажется, я снова готова ему отдаться…

– Юджин, нам нужно серьезно поговорить, – как могу в такой ситуации строго говорю я.

– Я слушаю тебя, – Юджин отстает от меня и садится рядом. Я тоже сажусь.

– Юджин, кто была эта женщина сегодня?

– Венди? Я же вас представил…

Я выжидательно смотрю на него, но до него так и не доходит, каких слов я жду от него.

– Ты не сказал, что уже нашел на место секретаря человека, – говорю я, решив, что об их прошлых отношениях спрошу позже.

– Ах это… Ну, понимаешь, милая… Она приехала со своим братом. Только она на постоянное место жительства, а Марк уедет скоро. Вот он и попросил меня устроить ее к себе…

– Юджин, а как же я? Ты же обещал…

– Я не обещал тебя брать на это место, – говорит Юджин. – Я просто обещал подумать, – добавляет он уже раздраженно. – На этом месте мне нужен человек, который будет уметь общаться с высокопоставленными клиентами и вести переговоры. Грамотно распределять мое расписание… А не ты, понимаешь? Ты не умеешь этого! А просто раздвигать ноги передо мной мне недостаточно! – и мне кажется, он уже вот-вот сорвется. Да что его так разозлило? Что я такого спросила? Это я должна злиться после этих слов.

Меня будто холодной водой облили. Розовые очки с меня снова сняты. Как же я ошибалась… Неужели, мой муж, и правда обо мне такого мнения? Видимо, я слишком долго жила под его опекой… И он уже давно забыл, чего я стою на самом деле.

Это злит меня, но я еле сдерживаюсь. Но еще немного…

Юджин видит, что сказал что-то не так. И он прекрасно понимает, что.

– Милая, я хотел сказать…

– А она, значит, не просто ноги раздвигает перед тобой?.. – говорю я. Знаю, что это лишнее, но я уже просто не выдерживаю.

Но, когда я вижу растерянный взгляд мужа, будто бы его в чем-то уличили, прихожу в недоумение. Не может быть… Я, что, угадала? Нет… Это просто мои догадки…

– Она просто друг… Мы были знакомы, когда я

– У тебя с ней что-нибудь было? – спрашиваю я напрямую. Я хотела спросить это в более спокойной обстановке, но спрашиваю сейчас. Пришло время. – Она была твоей любовницей? Вы спали с ней?

– У меня до тебя была куча любовниц. Почему ты спрашиваешь об одной? Спроси обо всех! – кричит на меня Юджин. – Какая тебе разница, что было у меня до тебя? Я сейчас с тобой! Я твой муж. И меня интересует только одна женщина. И люблю я только одну женщину. И сплю только с ней… – добавляет он уже более спокойно, но как-то странно смотрит на меня.

Вроде бы он говорит это искренне, и я готова поверить. Но что-то меня настораживает. Что-то в моем сердце… Что-то в его взгляде. Он как-то странно отводит глаза, когда говорит об этом. Будто бы что-то скрывает…

Он успокаивается и берет меня за руку. Я хочу выдернуть у него свою руку. Я зла на него. Он за человека меня не считает. Я, по его мнению, ни на что не способна… Только ноги раздвигать для него, как он выразился. Что ж… Наверное, это единственное, что ему во мне нравится…

А я-то, дура, думала, он любит меня не только как женщину, но и как человека, каким я являюсь… И именно такой, какой я являюсь в целом…

– Милая, давай продолжим начатое… – говорит муж и тянется ко мне, чтобы заключить в объятия. Но я ничего не начинала. Сегодня мне нужен был от него только этот разговор.

– Прости, Юджин, я устала. Голова сильно болит, – говорю я, ложусь и отворачиваюсь от него. – Наверное, сильно переутомилась…

Представляю, какое у него сейчас лицо! Я еще ни разу ему не отказывала. Что ж… Пусть это будет моя маленькая победа над ним сегодня…

– Завтра к нам придет мой друг, Марк, – говорит Юджин. – Просто хочу, чтобы ты знала…

Глава 9.

С самого утра, когда я еще даже не успела проснуться (а обычно я просыпаюсь очень рано), Юджин затевает уборку. В шесть утра у нас уже включен пылесос – благо с соседями хорошая звукоизоляция.

Холли залезает ко мне под одеяло вместе с Батончиком, и оба сворачиваются клубочками.

– Что такое, милая? – спрашиваю я.

– Папа пришел ко мне убираться, – жалуется дочка. – Он еще хуже, чем ты. Ты хотя бы не будишь меня так рано…

Смотрю на кота в ногах. С ним, видимо та же история, и их мысли сошлись.

Но в комнате Холли-то ему что понадобилось? Неужели, он и туда друга потащит?..

Мы все засыпаем где-то минут на десять, но нас будит Юджин со своим пылесосом.

– Милый, обязательно это делать сегодня, а? – сквозь сон говорю я.

– Вот если бы кое-кто почаще убирался в доме, мне не пришлось бы делать это сегодня, так рано утром.

– Мама и так слишком часто убирается, – ворчит Холли. А обычно молчаливый Батончик что-то мяукает, будто бы в подтверждение ее слов.

– У нас в спальне чисто, муж, – говорю я. – Иди дальше! – надеюсь, он понял, что я его просто послала куда подальше. При дочке не буду говорить ругательных слов…

Юджин несколько секунд осматривается, а потом решает уйти, бросив напоследок:

– Но в квартире все равно ужасно пыльно! Нужно чаще делать влажную уборку!

– Ну так займись этим прямо сейчас, – бурчу я сквозь сон.

Вот если бы я вышла замуж за Тайлера, он разве стал бы так придираться ко мне? Юджин всегда таким был. А, вот, Тайлер – нет.

Днем, когда Холли в школе, приходит друг Юджина, Марк. Его я уже знаю, но муж представляет нас еще раз.

И он мне не нравится, от слова – совсем. Его я невзлюбила с первого взгляда, если честно. Еще тогда, когда впервые уловила на себе его странный взгляд, когда мы с Тайлером пили кофе в парке около офисного здания. Это был взгляд хищника. Больше нечем его описать.

Так он смотрит на меня и сейчас. Неужели, Юджин не видит этого?

Батончик сразу куда-то скрылся – он чувствует нехороших людей.

– Госпожа, Кан! Рад снова видеть вас!

– Проходите, – сухо говорю я. Даже не пытаюсь сказать, что тоже рада его видеть.

Они с мужем устраиваются в его кабинете с бутылкой какого-то дорогого алкоголя. Я же ухожу в нашу с Юджином комнату.

Как звонит мой телефон почти на замечаю. Полностью погруженная в свои мысли. Это Стелла, моя подруга.

Рассказываю ей, как обстоят дела. Она слушает меня, а потом говорит:

– Может, сходим куда-нибудь, раз ты все равно не занята? Может, встретимся через часок? Я приеду к тебе. Да, еще кое-какое дело есть…

– Хорошо, давай, – соглашаюсь я. Все равно, видимо, посиделки Юджина надолго продлятся. Странно, но раньше он их никогда не устраивал, даже с лучшим другом Эриком. Хотя, против него я бы ничего не имела…

Где-то через полчаса, когда привожу себя в порядок, и собираюсь выходить, подождать подругу на улице, в парке около дома, Марк, друг Юджина, резко преграждает мне дорогу.

– Куда собралась, красотка?

От такой наглости у меня перехватывает дыхание.

– Ухожу с подругой, – сухо говорю я.

– И оставишь гостя одного?

– А где Юджин? – спрашиваю я. – Разве, он не дома?

– Только что ушел, – объясняет Марк. – Кажется, мы сами не заметили, как допили ту бутылочку. Он пошел за второй.

– Ах вот как, – говорю я. – Но это, ведь, ненадолго. Минут на тридцать… Супермаркет тут недалеко…

– Нам как раз хватит, – говорит друг мужа и, резко притягивая меня к себе, целует в губы. Его губы мягкие, поцелуй горячий и страстный. Он легко проникает языком ко мне в рот, который я раскрыла от удивления. И, кажется, в этом он намного лучше Юджина. Я резко упираюсь руками в его плечи, но он лишь сильнее прижимает меня к себе. И я чувствую, как он возбужден. И меня это пугает. Может быть, я бы тоже возбудилась, может быть, во мне так же

Мне все же удается вырваться, и я даю ему пощечину. Звон ее еще висит в воздухе. Он держится за щеку и дерзко смотрит на меня.

– Больше не смей так делать! – говорю я. – Я замужем за Юджином, и люблю его.

– Куколка, неужели тебя удовлетворяет Юджин? Никогда не хотелось большего? Да ты даже никогда не испытывала настоящей страсти. Твой Юджин и половины не умеет того, что умею в постели я.

– Меня устраивает мой муж, – следует короткий ответ.

– Твой муж? – усмехается Марк и убирает руку от щеки. – А вот ты, похоже, не совсем его устраиваешь…

О чем это он?

Эти слова задевают меня, но я не подаю вида.

– У него до тебя было много женщин. Неужели, думаешь, он и сейчас ограничился одной тобой?

– Что ты несешь? – грубо говорю я.

– Моя сестра… Ты думаешь, он просто так взял ее к себе секретарем? Они были любовниками. И поверь мне, они не переставали ими быть. Думаешь, она просто так приехала? Она просто соскучилась. Он хоть и скучноватый в постели, и то, чем он тебя ублажает, как он говорит, до беспамятства, у него в разы меньше, что ты могла бы увидеть у меня, но кое-что он все равно умеет. Да и она знает побольше твоего… Вижу, по твоему взгляду, ты этого не знала, милашка… А знаешь, как она ласкала его языком…

– Заткнись! – я уже не могу этого слушать. – Заткнись, извращенец! Ты лжешь! Они просто друзья! Юджин сам мне сказал…

Марк нервно смеется.

– Неужели, твой муж так напрямую сказал бы тебе, что у него есть любовница? – он снова хватает меня за руку. Я вырываюсь, но тут, на мое счастье, заходит Юджин.

– Что здесь происходит? – спрашивает он, видя открывшуюся перед ним картину. И я знаю точно, узнай он, что его друг домогался меня, кинется на него и забудет, что он его друг.

Но я почему-то молчу. Наверное, просто не хочу допустить их драки.

– Она чуть не упала, а я поймал ее, – говорит Марк.

Юджин внимательно смотрит на меня.

– Так и было, – неуверенно говорю я. – Я собиралась выходить. Стелла ждет меня внизу. Но тут споткнулась о ковер… Хорошо твой друг был рядом…

Не знаю, почему я вру, но сейчас мне это кажется самым подходящим ответом.

Юджин принимает такой ответ и успокаивается.

– Пойдем, – говорит он другу и уходит, ничего не подозревая.

Марк же плотно прижимает меня к стене, прямо около входной двери, и шепчет:

– Я докажу тебе, что мои слова – правда. Я сделаю все, чтобы ты поверила мне. Любым способом, докажу тебе… И ты поверишь… Вот увидишь… Ты сама придешь, ко мне, сучка. И я поимею тебя так, как тебе и не снилось. Я не долго буду здесь, но обещаю, буду иногда приезжать, навещать тебя. А ты будешь с нетерпением ждать каждую нашу встречу, шлюшка!

Я молча вырываюсь и ухожу, бросая на него злобный взгляд напоследок. Не бывать такому! Все, что он говорит – это ложь. И я никогда не буду спать с ним!

И все эти гадости про свою сестру и Юджина… уверенна, он сказал это специально. Я прямо чувствую это…

Но мне все равно как-то не спокойно. Это чувство появилось у меня давно… Наверное, с тех самых пор, когда Юджин уехал от меня, когда мы были в отпуске, у моих родителей.

И у меня появилось плохое предчувствие. И я никак не могу успокоиться…

– Куда пойдем? – спрашиваю я подругу, которая уже ждет меня в парке около нашего дома. Мне уже не терпится сходить куда-нибудь, развеяться.

– Подожди, подожди, – просит меня Стелла. – Давай-ка сначала о деле…

– О каком деле? – смотрю на подругу в недоумении и вспоминаю, что она что-то хотела предложить мне. Только вот в свете последних событий это совсем вышло у меня из головы. И, если честно, о каких-то делах мне сейчас совсем не хочется говорить…

– Один мой друг был в клубе, когда ты помогала мне… Ему понравилось то, как ты работаешь и общаешься с клиентами. Я сказала, что ты подыскиваешь подработку. И он хочет предложить тебе работу… Кстати, что тебе сказал Юджин насчет работы? Я слышала, он уже нашел кого-то на это место… Вчера разговаривала с Эриком… Они вроде как с Юджином говорили на эту тему недавно…

Я вздыхаю. Видимо, я одна была не в курсе…

Видя, мой подавленный вид, и, видимо, думая, что это оттого, что мне не досталась эта работа, Стелла говорит мне:

– Да ты не волнуйся… Можешь подумать… Если что, телефон я тебе дам. Позвонишь, если надумаешь… Это не горит прям…

Я с благодарностью смотрю на подругу. Об этом я говорить не готова. И скорее всего, зная как Юджин на это отреагирует, откажусь. Но, все равно, благодарна ей за это предложение.

– Кстати, может погуляем сегодня по старому городу? А потом поднимемся куда-нибудь и посмотрим на город с высоты? Давно не смотрела на закат со смотровой площадки около телевизионной башни!

– Хорошо, – говорю я. – Только, видимо, я телефон дома забыла, – я, правда, забыла телефон. Так старалась поскорее сбежать от друга Юджина, что оставила его в гостиной на зарядке. – Я заберу его и вернусь, хорошо?

– Ок, – говорит мне Стелла. – Жду тебя.

Я поднимаюсь на лифте на наш этаж и выхожу в небольшой коридор, где находится наша квартира. Сейчас я не боюсь друга Юджина, потому что муж дома.

Смотрю на часы. Два часа дня.

И почему они так долго? Как же мне не нравится этот человек.

И впервые за всю нашу совместную жизнь мне хочется, чтобы мой муж куда-нибудь свалил. Вместе со своим другом, конечно.

Набираю код на замке и захожу. Надо бы сменить код. Наверняка, друг Юджина его запомнил. А вдруг, он зайдет, пока мужа не будет дома?

Кажется, у меня уже паранойя…

Но тому есть причина!

Ищу телефон около окна, но его там нет. Видимо, все-таки оставила в спальне…

Иду в нашу комнату и

– Что же было в пятницу после того, как мы выпили? Ты ведь уходил с Венди… Вы круто повеселились той ночью? А? Как тебе моя сестрица? Горячая телка, а?

О чем это он?

Я невольно останавливаюсь и прислушиваюсь. Юджин говорит что-то невнятное, очень тихо.

О какой пятнице он, интересно, говорит? Об этой?

И я вдруг замираю на месте, вспоминая подробности той ночи. Юджин, и правда, не приходил тогда домой. И где он был – я не знаю. Стою рядом с дверью кабинета Юджина, без возможности пошевелиться. И время, и пространство для меня будто исчезают. Я словно превращаюсь в ледяную статую, без чувств и эмоций…

Неужели?..

Но он не мог… Юджин никогда бы не предал меня…

– Вы же так страстно целовались… – продолжает Марк своим противным голосом, и каждое его слово будто режет ножом по моему сердцу. – Она сидела на твоих коленях, а ты гладил ее попку… Не отказывайся, Юджин… Я все видел. Это все происходило на моих глазах… Как тебе ее губки? А?

Я моментально прилипаю ухом к двери, вслушиваясь в каждое слово Юджина. Пусть опровергнет все. Пусть скажет, что его друг идиот. Пусть скажет, что все это клевета…

– Я же был пьяный… Почти ничего не помню… – лишь отвечает муж.

В смысле, ты ничего не помнишь? Ты где был всю ночь? Я думала, ты сидел где-то с другом…

– А как тебе ее грудь? Побольше, чем у твоей жены будет, а? Ты же жмакал ее сиськи, а? Как они тебе? Классные, а?

– Классные… Но у моей жены лучше… Хоть и меньше…

Я чувствую, как краски сходят с моего лица. Из меня будто бы вышла вся жизнь. Пульс где-то нервно бьется в голове.

Чего?

Что он с ней делал?

Юджин? Это был Юджин? И он даже ничего не скажет в свое оправдание?

– А ты молодец, Юджин! Она говорит, у тебя так быстро встал… Вы же после этого сразу сбежали от меня, а? Ты круто ее отделал… Настоящий мужик!

– До потише ты, Марк! Я же женатый мужчина. Что, если жена услышит?

– Не услышит! Она же свалила куда-то, а?

А я здесь. Стою и слушаю. И сжимаю кулаки до побеления пальцев. А по щекам текут слезы.

Неужели, мое семейное счастью разрушено? Юджин, что, правда, изменил мне?

И что теперь делать?

Мои руки начинают трястись. Мне кажется, я вот-вот потеряю сознание.

– Мама?

Голос дочки приводит меня в сознание.

Похоже, у меня остался только один человек, который безгранично предан мне.

– А чего ты здесь стоишь?

Я прижимаю палец к губам. Но этого особо и не требуется. У моей дочери такой же тихий голос как и у Юджина. Да и похожа она на него как две капли воды.

– Что-то случилось? – спрашивает дочка шепотом. – Почему ты плачешь?

Она смотрит на меня своими круглыми глазками. Большой рюкзачок свешивается с ее плеч.

– Милая, – говорю я, стараясь улыбаться. – Все нормально. Просто в глаз что-то попало… У папы деловые переговоры. Давай не будем ему мешать. Пойдем, погуляем?

Беру дочь за руку и вывожу. Она послушно идет за мной.

– Что-то ты долго, – говорит Стелла. – Телефон нашла?

– Нашла, – вру я.

Телефон. Я про него давно забыла. Да и возвращаться за ним не хочется… И не хочется возвращаться домой, если честно… Совсем…

Как я рядом с ним засну сегодня? Как я вообще посмотрю на него после всего услышанного.

– Все хорошо? – спрашивает Стелла.

– Да, хорошо, – говорю я. – Просто голова немного кружится…

Прогулка приводит меня в себя. И сидя в ресторанчике азиатской кухни, где подают вкусную еду, расположенном на территории телебашни, и глядя на город, освещенный мягким осенним желтым светом, я принимаю решение поговорить с Юджином. Я не буду спрашивать все напрямую. Просто потихонечку выясню у него, было ли все на самом деле, как я услышала из их разговора. Или все-таки это только так представлено… Все же мне что-то не дает покоя. Голос внутри будто бы говорит мне: «Ты все неправильно поняла».

А еще я не могу забыть слова Марка, сказанные мне сегодня, когда он так откровенно предлагал переспать с ним, прямо перед приходом Юджина…

«Я докажу тебе, что мои слова – правда. Я сделаю все, чтобы ты поверила мне. Любым способом, докажу тебе… И ты поверишь… Вот увидишь…»

Наверняка, это все было устроенно специально, чтобы подорвать мое доверие к мужу.

Может, он решил добиться меня таким способом?

Но зачем ему вообще все это понадобилось?

Зачем вообще я ему нужна? Что такого он во мне нашел?

Не поверю во все это, пока Юджин мне все сам напрямую не расскажет. А потом я подумаю, как быть. Кто знает, что на самом деле могли значить те слова?

Глава 10.

Я познакомился с Марком лет десять-одиннадцать назад. Тогда я еще был «нежеланным сотрудником» в фирме, которой сейчас владею, и подрабатывал, так скажем, частным дизайнером. Тогда мне было года двадцать четыре, наверное. Я только опомнился после той ситуации, которую для меня создал Джефри Вудс, который затеял со мной драку и выставил, будто все это начал я, после чего меня уволили с работы и отчислили из универа.

Хокон, мой друг, который живет в моем родном городе, тогда очень сильно поддержал меня и помог мне. И я смог найти в себе новые силы жить. Я закрыл глаза на все обиды и сказал тогда себе: «Юджин, пусть это останется для тебя лишь работой. Старайся лучше, и ты станешь для них незаменимым. Но никогда не позволяй им стать незаменимыми для тебя…»

С Марком я познакомился через год после того, как добился успеха в дизайнерском бизнесе. Он сам меня нашел, написал, что видел мои работы, что они ему понравились, что ему нужна помощь дизайнера, и что приглашает меня к себе в Соединенные Штаты. Для меня это не стало сюрпризом. Тогда у меня уже был кое-какой опыт работы заграницей. И я согласился.

Да, Марк своеобразный человек. Наглый, очень наглый, и упертый. Но вслух я бы ему, конечно, никогда такого не сказал. А еще он очень нравится

Он был начинающим адвокатом. Ему нужна была супермегакрутая реклама, как он выразился. И я готов был для него это сделать. За определенную плату, конечно. Марк, хоть и был тогда начинающим адвокатом, но деньжата у него водились уже. Он потомственный юрист. Мальчик из богатой семьи. Родился с золотой ложкой во рту, не то, что я, не имевший изначально ничего, кроме таланта.

Там он познакомил меня и со своей сестрой, Венди. Она была старше меня. Мы не заинтересовали друг друга как мужчина и женщина. Но неплохо общались.

После того, как работа моя была там закончена, я благополучно уехал. С Марком мы иногда переписывались. Но с тех пор мы не виделись. Но мы все равно считали друг друга друзьями.

И вот, спустя столько лет, когда Марк стал известным адвокатом и стал вести дела одной известной музыкальной компании, ему вдруг понадобилась моя помощь. Его клиент – та самая компания, занялась разработкой рекламного проекта для своего лейбла. И он ради них связался со мной, и предложил поучаствовать. Денежный вопрос в этом деле очень большой, и я пообещал ему принять участие после окончания одного важного проекта.

И вот, в тот день, когда проект был закончен, а руководитель фирмы (это типа того я), который лично принимал в нем участие, и отпуская своих сотрудников, сидел допоздна на работе, рискуя подорвать отношения со своей любимой женой, наконец-то был свободен, мы встретились с ним снова. Это была пятница. Он заранее договорился со мной, когда приедет, а я встретил его в аэропорту. Вместе с ним приехала и его сестра, Венди. Я думал, что им нужно отдохнуть и повез их в квартиру, которую они сняли – трехкомнатная квартира, недалеко от центра города и моего офиса. Но Марк неожиданно предложил мне вспомнить былое и пригласил в тот же вечер выпить с ним.

А еще он предложил придти мне вместе с Леттис, моей женой. Но я не решился взять ее с собой. Зная своего друга, и то, как он падок на красоток… Да, и сам он ничего так, красавчик… А если вспомнить разговор жены с ее мамой, которая почему-то сразу меня невзлюбила, свидетелем которого я случайно стал, о том, что я совсем не красавчик, не достоин ее, и что у меня темное прошлое… Хотя, что в нем такого? Не понимаю… Может, она чего-то лишнего наговорила своим родителям, когда была обижена на меня? Ну, еще до нашей свадьбы… Я очень обидел ее тогда… Сам понимаю это. До сих пор совесть мучает. Она тогда уже была беременна…

Так вот, я, конечно, не думаю, что она вот так сразу поведется на моего друга. Но он все-таки красавчик. И девки на него клюют. И он хороший соблазнитель. Вдруг, он уговорил бы ее?.. Хотя нет, точно. Она никогда в жизни не предаст меня! Мы слишком сильно любим друг друга. Мы друг другу доверяем… Мы одно целое…

Но с того самого их с ее мамой разговора у меня появилось какое-то нехорошее предчувствие… Сначала я думал, это из-за ее родителей, и сразу уехал тогда, придумав отмазку, что мне срочно нужно приступить к новому важному проекту. Не хотел ссорить Леттис с ее мамой. Но может, нужно было сказать правду? Я тогда побоялся обидеть ее…

Так вот… В тот день, в пятницу, я так и не смог предупредить ее, что остаюсь выпить с другом. И побоялся. Что бы она мне сказала? Что променял ее на друга? Хотя обещал провести с ним только выходные. Целые выходные… Сам ведь даже только представляя себе это, уже начинал скучать по ней.

Ладно уж…

Пусть подумает, что в пятницу мы по обычаю отправились с сотрудниками в ресторанчик, подающий мясо на гриле, и там напились. А если спросит, подумал я тогда, так и скажу ей, что пил с коллегами. Это хорошее оправдание. Она мне поверит.

Я не думал тогда, что напьюсь больше обычного.

Это было в той самой квартире, которую они сняли.

Сначала все шло хорошо. Мы выпили по чуть-чуть. С нами была его сестра, Венди. Она тоже пила.

Мы говорили о многом, рассказывали друг другу, что произошло с нами, пока мы не виделись. Я рассказал им о своей жене, о наших чувствах, о том, что никогда ни на кого ее не променяю. Мой друг тогда еще предложил мне свою сестру. Типа, попробуй, сравни. Нечего на одной жене зацикливаться… Но я шуточно так отказался, типа не надо. Мне и Леттис достаточно. Меня и на нее еле хватает, какая она похотливая (хорошо, жена этого не слышала (но это чистая правда)). Еще я рассказал, про то, как приобрел свою фирму, как долго не мог найти общий язык с коллективом, который поначалу невзлюбил меня. Но потом мне это все-таки удалось. И что дела мои теперь идут в гору, и доход мой увеличивается с каждым годом.

Друг же рассказал, как он продвинулся, как ему помогла моя реклама, как он присоединился к музыкальной фирме, и как они вышли на меня, благодаря ему.

А еще, между делом, предложил Венди в качестве секретаря, которого мне так не хватало. Хотя бы на время сотрудничества с его фирмой. Она, ведь, хорошо просвещена в его делах. И переговоры она ведет превосходно. А если она понравится мне как работник, я могу оставить ее у себя постоянно.

Я давно знал о ее коммуникативных навыках, еще с того нашего знакомства в Штатах. Поэтому, решил, что на эту должность она подойдет лучше моей жены, которой обещал подумать о ее просьбе взять ее на работу. И мы договорились и об этом. (Если быть честным, если Леттис со мной на работе, всегда рядом – это слишком большой соблазн. Я так и работать не смогу. И мысли мои будут все время не о работе. И я не смогу сосредоточиться. И все время буду думать, как занять свой стол не только проектами, или стул не только собой, и нарушить свой самый главный запрет, который был придуман мной с тех самых пор, когда она все еще работала в моей фирме. Запрет на любовные отношения прямо на рабочем месте (ну, вы поняли, о чем я)).

Когда было часов десять вечера я уже собирался идти домой (как раз самое время возвращаться с коллегами

– Ты чего, Юджин? Давно ж не виделись. Посидим еще, чувак! Ты что, не хочешь уважить старину? Давай! Хорошо же сидим!

Я остался. Не хотел его обижать… Да и переговоры с ним и фирмой, которую он представляет, не станут лучше, если я сейчас вот так уйду…

Мы выпили еще, плавно перейдя с пива на вино. Нам стало жарко. Я снял свой пиджак. Марк – футболку. А Венди осталась в своем откровенном топе, сняв кофточку, так красиво облегавшую ее полную грудь.

Ох… Кажется, став пьянее, я стал все чаще и чаще туда смотреть.

У Леттис грудь маленькая. Ее с легкостью можно обхватить рукой, а еще она сладенькая на вкус… А эту одной рукой трудно обхватить… Интересно, она мягкая?

Мотаю головой.

И откуда у меня такие мысли? Уж, не добавил ли мне чего Марк, из озорства, в бокал с вином?.. Хотя, смотреть мужчине на женскую грудь – это нормально. Я иногда так делаю (втайне от Леттис, конечно). Мне ж интересно. Но никогда… Никогда!!! Ей не изменяю.

Дело уже перешло за полночь, и я был сильно пьян, когда разговоры между нами стали откровеннее. Уже не помню, не сболтнул ли я другу чего лишнего, в чем, например, стыдился признаться даже жене (если честно, мы все болтали и болтали о чем-то, и по большей части, я уж даже и не помню, что наговорил ему по-пьяни), но он вдруг спросил меня:

– И что, прямо так у тебя других никогда не было, чувак? Ты, и правда, стыдишься, что твой паренек не такой большой, как хотелось бы? И из-за этого стеснялся кадрить телочек? Да ладно, что в этом такого? Скажи же, Венди, мой друг очень сексуальный…

Венди, которая была уже никакая, лишь мотнула головой, отчего ее грудь тоже подпрыгнула, очень соблазнительно, я бы сказал. И, кажется, я начал даже возбуждаться…

– А я бы не прочь проверить, какой ты в постели, Юджин… – еле связала слова она.

– Мне кажется, мне пора домой, – хоть я и был тогда пьян, но что-то все-таки понимал. А «домой» для меня обязательно.

– Юджин, братан, ты чего? У нас же вся ночь впереди… – я все пьянею и пьянею, а на Марка будто бы алкоголь совсем не действует. Или мне так кажется? Или он почти не пьет, а меня спаивает? Хотя, зачем ему это?

– Ну Юджин, – а вот Венди, похоже, совсем опьянела, как почти и я. Насколько я помню, она никогда не умела пить.

Она встает со своего стула и покачиваясь идет в мою сторону, прихватив с собой со стола чашку с фруктами, ставит ее рядом со мной на стол, а сама усаживается ко мне на колени и берет мое лицо в руки. Я не сразу понимаю, что она делает.

Но она пьяная. Она так сжимает мое лицо, что мне становится больно.

– Ну куда ты пойдешь, Юджин, – говорит она. А ее упругая подтянутая попка соблазнительно ерзает на моих коленях.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я, еле шевеля языком. – Если жена узнает…

– А она не узнает, – говорит Марк, и оба громко смеются.

Венди отпускает мое лицо, разворачиваясь назад, и протягивая руку в чашку с фруктами. Ее облегающий топ натягивается на ее грудь, и я вижу, как выступают ее соски. Да она без белья! Моя Леттис себе никогда такого не позволяет. Да я бы ее приревновал, даже если бы она надела такой топ с нижним бельем. К слову о ней, она будит во мне желание, даже если полностью одета, в шубе, шарфе, шапке и зимних сапогах. Ей только стоит бросить на меня свой пылкий взгляд, и я, тут же вспоминая, чем мы занимаемся ночами, тут же веду ее в нужном направлении.

Мысли о жене слегка приводят меня в себя. Кажется, даже алкоголь слегка выветрился. Но Марк протягивает мне новый полный бокал (от которого, кстати, чем-то странным пахнет). А следом и Венди (хотя по мне, с нее уже хватит).

Я даже не успеваю вежливо попросить Венди слезть с коленей, как мой друг уже говорит тост:

– За нашу дружбу, чувак, за нашу встречу!

Мы все чокаемся и выпиваем. Я пью лишь половину – с меня хватит – и ставлю бокал на стол.

– А это закусить, – говорит Венди и облизывает виноградину, которую достала из чашки. Я не совсем понимаю, что она делает, потому что на меня вновь накатывает волна алкогольного опьянения. Но в следующий момент она кладет эту виноградину мне в рот.

– Вот так…

Я раскусываю виноград – он сладкий, упругий и без косточек – прямо, как ее грудь, на которую я снова пялюсь. Моя рука непроизвольно тянется к ней – я уже просто настолько пьян, что не соображаю, что делаю – и сжимаю ее. Она полная. И она, и правда не помещается в моей руке. Но я, наверное, сделал это больше из интереса, чем из желания к ней. Но она мне нравится.

Я слышу чей-то стон. Это Венди.

И у меня вновь просыпается интерес. Я сжимаю ее попку. Она такая упругая, такая подкачанная… И у нее такие бедра, которыми она сейчас сжимает мои ноги. И я невольно представляю, как она скачет на мне в постели. И моментально гоню эти мысли.

Леттис…

Но ее сейчас здесь нет…

Для нее я на ужине с коллегами…

А тут есть отличная спальня с удобной широкой кроватью… Где можно отлично порезвиться…

Интересно, а как она выглядит без одежды?

Нет нельзя…

Но тут я чувствую, как теплые полные губки касаются моего рта, как ее язык проникает в него, как виноградина, которую она взяла в рот, перекатывается между нашими языками. Я не могу сдержаться. Я бурно отвечаю на ее поцелуй. Вкус вина на ее языке еще больше опьяняет…

Я чувствую, как она расстегивает мою рубашку, как ее руки обвивают мою шею, и оголенная грудь касается моей груди. И я чувствую, как мой «дружок» горит от желания.

Леттис здесь нет… Я ничего не скажу ей. Она никогда об этом не узнает…

– Нет… – слышу я собственный голос.

Что нет?

Я встаю, практически сбрасывая Венди с колен и направляюсь куда-то. Ее спальня прямо около выхода, и, похоже, я иду туда…

Нет, не туда…

Приду домой и займусь с ней любовью, пламенно и страстно, как обычно. И мой «дружок» будет в привычном для него теплом и сладостном месте, и таком желанном…

Эта мысль снова немного приводит меня в чувство.

Надо бы добраться домой… Но как?

Поймать такси? Где там, мой бумажник? Не помню…

Ладно, дома разберусь.

После ночи любви…

– Стой, ты куда? – Венди останавливает меня прямо около входа, преграждая мне путь. – Ты идешь не туда, – и она тянет меня в спальню. Но я не иду.

– Ладно уж, – говорит она и снова целует меня, страстно и пылко. Ее грудь прижимается ко мне, и мне снова жарко.

Я чувствую, как она копается в моих штанах, слышу, как звякает ремень и шуршит молния. Ее губы плавными поцелуями спускаются вниз, но я так устал, что уже не могу сопротивляться.

А может, все-таки поддаться?

Я чувствую, как мой «дружок» оказывается в плену ее теплых ручек и, кажется, снова начинает просыпаться. Но я слишком пьян, и от меня многого не стоит ждать.

Ох…

Я слышу свой стон.

Что это?

Леттис никогда этого не делала…

Как приятно…

Я откидываюсь спиной на стену. Мне так хорошо. Ее теплые губки обхватили его. И я чувствую ее язык…

И это так приятно…

Почему жена никогда так не делала?

И я уже начинаю делать ритмичные движения бедрами, обхватив ее голову руками, но вовремя останавливаю себя.

Это не Леттис. Не моя жена. Не моя любимая… Это позволено только ей.

Как я ей в глаза посмотрю, если пересплю с кем-то другим?

Да я сам себя возненавижу. А если она узнает?

Если я хоть раз еще когда-нибудь причиню ей боль своей ошибкой, я себе никогда этого не прощу…

Эти мысли еще больше отрезвляют меня. Я резко отдергиваю ее голову от себя, натягиваю нижнее белье, кое-как одеваю штаны.

Венди я укладываю спать около двери.

Удивительно, но еще секунду назад она страстно желала меня, а сейчас уже мирно сопит.

И это хорошо.

Понимая, что рубашку мне на застегнуть, просто застегиваю пиджак, обуваюсь и выхожу.

Свобода…

Вдыхаю свежий ночной ветер. Интересно, сколько сейчас времени?

Решил идти домой пешком. Тут не далеко. А я и пьяный найду туда дорогу.

Ничего не соображая, я начинаю петь песню. Однако слова ее я отчетливо помню. Когда я пьяный, во мне прямо-таки рождается сочинительский дар. И под музыку любимой группы своей жены, я напеваю свои слова пусть не очень хорошо у меня это получается…

А пою я про нее. Какую-то похабщину. Хорошо, на улице никого нет. Иначе, встреться мне какой-нибудь знакомый, и услышь эту песню, и передай моей жене… Что со мной было бы?.. Даже не знаю… Наверное, очень удивилась бы, что ее муж прославляет ее в таких красках…

Ах да… Кажется, по дороге я еще куда-то заходил… Зачем? Не помню… Мы еще поговорили с кем-то… Спокойно… Уж, не знакомый ли это мой?..

Глава 11.

Дома мне кажется жарко, и я открываю окно. Жена уже спит, но я хочу разбудить ее. Целую ее, но она не просыпается. Уже собираюсь уйти, но она обхватывает мою шею руками. Не знаю, что ей снится, но она шепчет:

– Юджин, я хочу тебя…

Ее губы самые сладкие, а объятия самые желанные. Я люблю обнимать ее даже если мы не занимаемся любовью, а просто так… Просто потому, что это заряжает меня энергией.

Наверное, после произошедшего, если бы я был трезвый, мне было бы стыдно смотреть ей в глаза. Хотя, если бы я был трезвый, этого не случилось бы…

Но я пьян.

– Юджин давай же…

Я прямо чувствую, как от нее идет жар, который моментально опьяняет меня. Ей я не противлюсь. Потому что мы одно целое. Между нами нет запретов…

Наспех скидываю одежду, так и не справившись с рубашкой, оставшейся на мне.

Ее тело так манит…

Задираю ее сорочку, сжимаю грудь. Удивительно, но она не просыпается и от этого…

Раздвигаю ее стройные ножки и отодвигаю тонкую полосочку трусиков, и уже не могу себя сдержать.

Странно, но, когда я сильно напиваюсь, этого практически никогда не происходит между нами. Но сегодня, во мне будто прилив сил… Может, Марк все-таки что-то подсыпал мне, желая свести с сестрой? Или где-то в подсознании мне просто стыдно. Что я чуть не изменил ей, и теперь я таким способом пытаюсь попросить прощение?

Она такая сладенькая. Я целую ее, ласкаю, где мне угодно, и совесть совсем не мучает меня. Она лишь слегка придерживает руками мои локти, и, склонив голову на подушку вбок, с закрытыми глазами двигается со мной в одном ритме.

Ее сладкие стоны еле слышны – она спит, все еще спит, и не понимает, что происходит между нами. А мои, наверное, разносятся по всему этажу. Но мне сейчас плевать. Я же пьяный…

И я чувствую, как между нами наступает кульминация…

Я долго стою и смотрю на нее. Удивительно, но даже спящая она для меня желаннее других женщин. Окно я закрыл, чтобы она не простудилась из-за ночной прохлады. Еще не хватало, чтобы она заболела из-за меня.

Моя одежда у меня в руках. Нужно кинуть ее в стирку. Мне даже противно держать ее в руках, вспоминая, что произошло у Марка.

Тогда я был пьян, а сейчас уже почти протрезвел.

И меня начинает воротить от самого себя.

Иду в душ, прихватив с собой еще и пижаму из комода.

До спальни назад у меня уже нет сил идти, поэтому заваливаюсь на диван в гостиной.

Нет. Завтра, к Марку точно не поеду. И послезавтра тоже. Моя психика должна оклематься после всего. Придумаю какую-нибудь отмазку. Повезу лучше семью куда-нибудь на выходные…

А еще завтра, точнее уже сегодня, с утра нужно ехать в соседний город на переговоры. Но сегодня я выпил. Придется взять такси. Надеюсь, удастся как-нибудь скрыть запах перегара…

И там я проведу весь день…

– Папочка, ты так громко занимался сексом с мамой… – чувствую, как маленькие ручки укрывают меня пледом. И зачем только я сказал ей, как это называется? Теперь он все время будет говорить об этом? Не знаю, как другим родителям, но мне теперь очень стыдно, это именно я (хотя я так и не признался в этом жене) научил ее этому слову.

– Хорошо, папочка! – уже слышу я сквозь сон. – Только поскорее сделайте мне братика… – а об этом точно сказала ей Кристина. Ох уж, эта болтушка! И с этой мыслью я проваливаюсь во тьму, без снов.

Глава 12.

Следующее утро начинается с головной боли. Но мне пора вставать. Пора ехать.

Быстро скидываю с себя плед, который летит в сторону ничего не подозревающего, мирно спящего Батончика. Он сначала недовольно, потом с надеждой смотрит на меня.

– Прости, друг, мамочка покормит тебя…

Для меня день как день. Только просыпаюсь я почему-то на диване…

И я почти ничего не помню, потому что голова моя раскалывается.

Захожу в нашу с Леттис комнату – жена еще спит. Стараясь не будить ее, достаю из шкафа деловой костюм и быстро переодеваюсь, убирая пижаму на место. Леттис сладко потягивается. Ее губки такие сладкие, так тянут меня к себе… Но сейчас не время!

А еще в мою больную голову приходит воспоминание, как я целую ее спящую… Наверное, так и было. Сейчас я почти ничего не соображаю от головной боли.

Надо бы принять таблетку… Давно я так не напивался. И, наверное, больше не буду.

Быстро целую любимую в носик и иду в свой кабинет за папкой с документами. Даже в таком состоянии я могу разобраться со своими рабочими делами. Такой уж я… профессионал…

По дороге до такси глотаю две таблетки от головы – чтоб уж наверняка – и запиваю их водой из маленькой бутылочки, которую прихватил с собой. Дорога мне предстоит не близкая – полтора часа до другого города и где-то полчаса по тому городу.

Пока еду, таблетки помогают, и голова моя проходит. И чувствовать я начинаю себя намного лучше.

Но лучше только моему телу. На сердце будто бы ложится какой-то груз. Руки леденеют. Голова кружится. Меня начинает трясти. Не от того, что мне снова становится плохо…

Я вспоминаю, что произошло вчера.

Причем, предательский мозг выдает мне все, в мельчайших подробностях.

О нет! Что же я наделал?

Лучше бы я так ничего и не вспоминал.

Хватаюсь за голову.

Леттис… Я почти изменил ей. Я лапал эту нахалку, Венди… Целовался с ней… А она вела себя, как шлюха… О нет! Что же я вытворял с ней? Если жена узнает… Надеюсь, это навсегда останется тайной для нее. Как и то, что первой моей женщиной была она… Я так и не признался ей в этом…

Но ведь я остановил ее и пошел домой! Точно! Я сбросил ее с колен и направился к двери…

Конечно, у меня была мысль поддаться ей, и заняться с ней сексом…

Но я так не могу. У меня есть моя Леттис, которую я люблю очень сильно. Она часть меня…

И тут я замираю в ужасе.

Водитель удивленно смотрит на меня.

– Вы хорошо себя чувствуете?

– Д… да… Все хорошо… просто забыл кое-что…

– Побелели, словно полотно. Стоит ли это того? Может, вернуться?

– Нет, все хорошо, не нужно, – говорю я. А сам переношусь во вчерашний вечер…

Да я и в самом деле ей изменил… Вот придурок! Дурак! Что же я наделал?

Как мне теперь ей в глаза смотреть?

Перед моими глазами стоит сцена, как я в квартире Марка и его сестры стою без штанов перед Венди, обхватив ее голову, и ритмично двигаюсь, наслаждаясь ласками ее рта. И бесстыдно желаю, чтобы Леттис сделала то же самое, хотя бы раз…

От этой мысли мне почему-то становится жарко.

И тут я вспоминаю, что все-таки оставил ее, и ушел. У нас ничего не было… Почти…

Это хорошо…

А потом дома… Леттис казалась такой соблазнительной… И я… пока она спит…

Надеюсь, об этом она тоже не узнает… Никогда! Это, конечно, не так страшно… Но если она бы узнала, что случилось в ту ночь… как все было… Наверное, она просто убила бы меня. По крайней мере это был бы самый легкий для меня исход.

Ведь, больше всего на свете я боюсь потерять ее…

Стоит ли мне во всем признаться ей?

Нет! Точно нет! Об этом она никогда не узнает!

Переговоры проходят на удивление легко и быстро. И к вечеру я уже еду домой, надеясь провести его с женой.

Но мой телефон внезапно звонит. Это Марк. Я не хочу отвечать. Он определенно что-то подмешал мне вчера в вино. Кажется, я видел у него небольшой флакон… Но, может, это было просто мое пьяное воображение?

Но мне нет причин ему не ответить. Он представляет интересы моих клиентов. Вдруг он звонит по делу?

И я отвечаю ему.

– Хай, Юджин, может выпьем сегодня где-нибудь, а?

– Прости, Марк, -отвечаю я. – У меня что-то голова болит после вчерашнего. Пить точно не буду. Я бы побыл дома…

– Да ты что, Юджин. Да ты точно слабак, чувак, а? – слышу я его голос. – А я хотел проект обсудить. Компания мне сегодня прислала внезапно одно выгодное условие для тебя. Это срочно нужно обговорить… Может, хотя бы посидим в каком-нибудь ночном клубе, вспомним былые времена? А?

Что ж… Надеюсь, хотя бы его сестра с нами не попрется…

– Если боишься мою сестренку, она с нами точно не идет. У нее так болит голова, что она весь день валяется в своей постельке… И до завтра скорее всего не встанет… Да что у нас вчера было такого? Что-то я совсем ничего не помню, чувак!

Мне приходится согласиться встретиться с ним, ведь он будет говорить о проекте. И то, что Венди там не будет, сильно радует меня.

Да что это со мной? Я, что, начал ее бояться?

Хорошо бы и она ничего не вспомнила… Тогда точно никто ничего не узнает…

Ночью веду его в клуб своей кузины Стеллы. Или, точнее, племянницы, но она немного старше меня, на три года, если быть точным, она ровесница моей Леттис, поэтому я зову ее кузиной.

В это месте я чувствую себя более уверенным. Если, что я сошлюсь на свою кузину. Если друг, например, снова будет толкать меня к какой-нибудь «соблазнительной телке», как он выражается.

Интересно, и почему он так хочет,

Что-то тут не так…

Нет, это всего лишь кажется мне…

Долго говорить не буду, что произошло в клубе. Мы говорили с Марком сначала о проекте. Потом перешли на личные темы… Столь личные, что мне самому стало неудобно говорить об этом. Например, о том, какая моя жена в постели… И что я был первым у нее…

Леттис я заметил не сразу. И не заметил бы, если бы Марк не намекнул.

На ней был слегка свободный блестящий топ, из-под которого слегка виднелось нижнее белье и облегающие ее стройные ножки и всегда соблазнительную попку черные джинсы. На ногах туфли на высоком каблуке. Волосы заколоты назад, обнажая тонкую белую шейку и засос на ней, который я так неосторожно оставил – прямое доказательство того, что было между нами сегодня ночью.

А она, похоже, этого не заметила, раз так волосы заколола. Стоит, трет соседний стол, виляя своей восхитительной попкой, и делает вид, что не узнала меня. А сама подслушивает.

Не знаю, откуда взялась эта ярость. Может из-за того, что она позволила свою восхитительную часть тела погладить каким-то левым парням? Я бы руки им пообломал, узнай ее сразу. Но им крупно повезло. А она отшутилась и пошла дальше. А какой-то мужик все смотрел на нее с интересом…

Я не помню, как ее рука оказалась зажата в моей до посинения. Я не помню, как быстро мы поссорились…

Прихожу в себя лишь на улице. Идет холодный дождь, и она мерзнет в своем этом легком топе. Извиняюсь, но она молчит. Обиделась, и есть, за что. Признаюсь, я перегнул палку со своей ревностью.

А сам-то… Хорош…

Дома не разговариваю с ней. Просто не знаю, что сказать…

Может, признаться ей?

Это самое простое и правильное решение.

Пусть лучше узнает от меня. Скажу ей все честно.

Но если я ей не скажу, узнает ли она когда-нибудь об этом?

Смотрю на ее руку. Надеюсь, синяка я не оставил.

Готов зацеловать ее прямо сейчас.

Но сейчас не подходящий момент.

А еще она извиняется… За то, что не дала провести эту ночь с другом.

Спасибо, мне прошлой хватило.

Да, и если бы я провел выходные с другом, где мне было ночевать? Конечно же я планировал спать дома!

– Где и прошлой ночью…

– Прошлой ночью я ночевал дома… – вон оно доказательство на твоей шее. Как ты до сих пор его не заметила?

Хочу оправдаться и иду за ней в ванную… А она уже полуголая, закрывается от меня.

– Да чего я там не видел? – но с радостью смотрел бы и смотрел еще. Чего закрываться то? Мы же женаты…

Смотрим друг на друга, и я выхожу.

Просыпаемся мы в обед. Долго болтаем о чем-то. Кажется, она уже простила меня. Обнимаю ее и трусь об нее носом, вдыхая ее запах.

И снова понимаю, что она моя неотъемлемая часть. Та, кто заряжает меня энергией. Та, с кем я могу расслабиться и отдохнуть.

С утра предлагаю жене поехать в парк развлечений вместе с дочкой. Мне нужно развеяться. Забыться

Да и с дочкой я так давно никуда не ездил. А, ведь, люблю ее больше всего на свете. Она мой ребенок, человек, за которого я жизнь готов отдать. Плод нашей любви. И последствие нашей первой близости…

Не знаю, за это ли я люблю ее еще больше? Но, наверное, если бы не она, Леттис никогда бы и не подумала выходить за меня замуж…

А может, и подумала бы…

Ведь, мы любим друг друга…

Любим…

А я предал ее…

И чем дальше, тем мне становится еще более стыдно за это. Никогда бы не подумал, что меня так будет мучить совесть.

Может, признаться ей во всем?

Нет, точно нет. Если я признаюсь, это разрушит все.

Пока едем, звонит Марк и спрашивает, где я, и не хочу ли с ним встретиться. Я говорю, что едем в парк аттракционов с семьей. Он говорит, что они с Венди, которой уже лучше, тоже решили поехать в парк развлечений. Надеюсь только, что не в тот же.

Пока едем я все размышляю о своем поступке. Наверное, так и будет первое время. Надеюсь, что потом все это забудется.

А еще я твердо решил ничего не говорить Леттис.

Но меня мучает совесть. Я даже в глаза теперь не могу смотреть жене. И стараюсь держаться только рядом с Холли. Мы катаемся на каруселях, ходим везде вместе. Покупаем еду. Это отвлекает меня от тяжелых мыслей. Леттис держится в стороне, и, похоже, это устраивает ее.

– Ты точно не беременна? – задаю я вопрос жене, когда отвожу ее отдохнуть на площадку над кафе. Ей внезапно стало плохо. Что-то она сегодня невеселая какая-то… Да и выглядит не очень…

Может, до сих пор обижается на вчерашний вечер?

Что ж… Есть на что…

Я и сам до сих пор себя простить не могу… Надеюсь, на ее руке нет синяка.

Но Леттис уверяет меня, что такого быть не может. Что после нашей близости, когда мы не предохранялись, у нее были эти ее странные деньки. Ну, когда она пользуется этими своими, вся нервная… И начинает много есть…

Что ж… Ей виднее…

А я ведь надеялся. Если честно, я, правда, очень хочу, чтобы у нас родился еще один ребеночек, не важно, кто это будет, мальчик или девочка… все-таки, мы любим друг друга…

Хотя после пятницы, наверное, мне стыдно такое желать…

Наш разговор внезапно прерывает дочь. Она внезапно подходит и начинает говорить с матерью. Я тоже интересуюсь, что случилось, и почему она так внезапно подошла. Отдыхала, ведь, на парк любовалась… Ковырялась в своем телефоне, который я подарил ей на день рождения. А она, вдруг спрашивает, о чем мы говорили с мамой.

Ни о чем таком, о чем следует знать детям, мое сокровище!

– А у мамочки в животике уже есть ребеночек?

Вижу, как растерялась жена от такого вопроса.

Конечно, многие дети знают, что дети появляются из маминого животика. Особенно те, у кого есть младшие братья и сестры. Но своей малышке мы такого пока не рассказывали. Рассказали бы, наверное, если бы Леттис была беременна…

Но…

– Кто рассказал ей про животик? –

Но дочь опережает меня.

– Кристина мне рассказала…

Да, я поговорил с ней об этом однажды…

В этом просто была необходимость.

Однажды, когда мы с Леттис занимались любовью, она зашла к нам. Это было уже поздно ночью. Мы не приучали дочь спать с нами. Да, она и сама никогда этого не делала. Но в один прекрасный день, когда дело у нас уже подходило к завершению, я вдруг вижу, как она заходит и удивленно смотрит на нас. И даже не выходит. Жена ничего не заметила, а то, наверное, не стала бы со мной заниматься этим вообще больше никогда…

На следующий день я с ней поговорил. Строго поговорил. Но не кричал.

Разве я могу обидеть свое драгоценное сокровище?

– Милая, ты хотела что-то спросить вчера?

– Когда? – удивилась дочь.

– Когда зашла к нам с мамой в комнату, ночью…

– Я просто хотела спросить, что вы делаете, – просто ответила она.

– Мы помешали тебе, милая? Мы мешали тебе спать?

Дочь лишь помотала головой.

– Нет, просто вы так часто это делаете… И такие счастливые после этого…

По спине моей пробежал холодок.

В смысле, часто делаем?

– Милая, и как часто ты нас видела?

Я нервно сглатываю и закусываю нижнюю губу. И очень надеюсь, что она скажет: «Первый раз». Но…

– Да вы каждый раз это делаете… Каждую ночь. Пап, почему вы не спите? Почему мне тогда надо спать?

Я выпускаю нервный смешок.

– Дорогая, послушай, – беру ее за ручку и усаживаю рядом с собой. – Тебе рано знать о таком… Но я кое-что расскажу тебе… Это называется «заниматься сексом» (да, на самом деле это я ей рассказал, но если Леттис узнает об этом… Я не знаю, что она со мной сделает)… – как же неудобно рассказывать о таком дочке, которой еще и семи нет. – Но, дорогая. Ты не должна заходить к нам с мамой, когда мы это делаем, понимаешь?

– Почему? – ее глазки смотрят на меня, а пальчик лезет в рот.

– Потому что папа с мамой должны быть одни, когда делают это… Понимаешь?

– А почему вы это делаете?

Кажется, она рада, что я решил поговорить с ней на эту тему. И решила меня добить… Представляю, каково приходится жене, пока я на работе…

– Просто если мама и папа делают это, значит они друг друга очень-очень сильно любят…

– Как мама и второй папа Кристины?

– Еще сильнее, дорогая… – отвечаю я. – И если мы это делаем, значит, всегда будем вместе, понимаешь, милая?

Дочка молча кивает.

– Вот и хорошо, милая. Только еще кое-что…

– Что, папочка?

– Не рассказывай мамочке то, что я тебе сказал, хорошо?

– Почему?

Ох уж, это любопытное создание…

– Мамочка застесняется, и больше не будет заниматься этим с папочкой, понимаешь? А что я тебе сказал, значит, если мама с папой этим занимаются?

– Вы любите друг друга и будете всегда вместе? И никогда не расстанетесь?

Я утвердительно киваю. Хорошо, что она поняла меня.

– Папочка, – Холли тянет ко мне свои ручки и виснет на шее. – Я не хочу, чтобы вы с мамочкой расставались… Я люблю вас обоих… Хочу, чтобы мы всегда были все вместе…

– Обещаю тебе, малышка, что так и будет, – и я в ответ обнимаю дочку. Как же я люблю свою красавицу! Она такая милая девчушка.

– А еще я хочу братика, – шепчет мне дочь. Я удивленно смотрю на нее, но она объясняет: – Он часто снится мне в последнее время. Вы же подарите мне братика?

– Юджин!.. – от этого голоса я чуть не подпрыгиваю на месте. Оглядываюсь, и вижу Венди.

Ну почему она здесь?

Она прямо подскакивает ко мне, приобнимает, прижимается своей грудью и целует в щеку.

Я смущенно отодвигаюсь.

Воспоминания той ночи накатывают. Я снова вижу, как она сидит на моих коленях и прижимается обнаженной грудью к моей груди, и как мы перекатываем ту виноградину изо рта в рот.

Трясу головой.

И почему мои воспоминания такие яркие? Чтобы совесть побольше мучила?

Надеюсь, она не помнит ничего… Ничего!

Я представляю ее своей семье. Сознаюсь жене, что взял ее на место секретаря. Та, кажется, не очень рада этой новости, но молчит.

И еще, кажется, Венди решила присоединиться к нам.

Ну, совсем никакой совести…

Неужели, не видит, что она здесь лишняя? Это семейная прогулка.

Как же я мечтаю, чтобы она пошла своей дорогой… Но прогнать я ее не могу. Она сестра Марка, представителя крупной корпорации, с которой мне предстоит работать.

Держусь ближе к Леттис. С ней я забываю, что было в тот раз. И Венди не приходит в воспоминания. С Леттис я думаю только о Леттис.

И мне легче.

Дочке Венди, кажется, тоже не нравится. Она будто что-то чувствует, и все время с подозрением смотрит на меня. Не хватало еще, чтобы дочь обо всем узнала.

Иногда мне кажется, у дочки похожий дар, как у моего дядюшки, дедушки Стеллы, который умеет предсказывать людям события, которые ждут их в жизни…

Венди же тем временем упорно не желает уходить.

И мой оставшийся день окончательно испорчен.

Дома жена, кажется, окончательно обиделась на меня. Она даже отказала мне в сексе, а этого не случалось никогда. Да еще допрос устроила. Точно обиделась, что не взял ее к себе на место секретаря…

Но разве могу я позволить ей общаться с этими вредными, а порой и злыми дядьками, которые являются моими клиентами? Да они все нервы ей вымотают. Прямо как мне… Пусть уж дома сидит. Денег нам хватает с лихвой. Зарабатываю я хорошо.

Но разговор у нас не ладится, и мы начинаем ссориться. И следующий вопрос просто выводит меня из себя (не знаю, то ли она просто меня довела, то ли меня снова мучит совесть):

– У тебя с ней что-нибудь было? – спрашивает она напрямую. – Она была твоей любовницей? Вы спали с ней?

Она, что, что-то подозревает?

Но я не выдерживаю, хоть и чувствую свою вину:

– У меня до тебя была куча любовниц, – вру я. – Почему ты спрашиваешь об одной?

Мне нужно успокоиться. Я снова вспоминаю Венди у себя на коленях… А потом ту сцену, около входной двери.

И я начинаю возбуждаться от этих мыслей.

Но почему? Я же не пьяный сейчас… И совесть даже куда-то пропала.

Эй, совесть, але, ты где?

Нет, просто это нормально, когда мужчина возбуждается от сексуальной женщины. И от таких горячих воспоминаний.

Может, стоило довести дело до конца? Все равно я, итак, уже изменил жене…

Нет, это было бы не правильным, поэтому я остановил это тогда!

Она пристально смотрит мне в глаза. Ну почему ты это делаешь. Не выдерживаю, и отвожу взгляд. Мне стыдно.

А еще сейчас мне хочется, очень хочется близости. И мне срочно нужна моя Леттис.

Но она противится мне.

И в эту ночь я остаюсь ни с чем.

А ночью, когда мы уже спим, от Марка внезапно приходит смс.

«Моя фирма, которую я представляю, внезапно предложила тебе еще одно очень выгодное условие, Юджин. Парень, нам срочно нужно это обсудить. Слышал, у тебя завтра выходной. Может, заеду к тебе часов в десять – одиннадцать? Ну, как проснусь короче… Сегодня подцепил сексуальную куколку, поэтому не обещаю быть вовремя!..»

Глава 13.

С утра начинаю убираться дома. Знаю, что дома чисто, потому что жена периодически это делает, но, я просто пытаюсь успокоить свои нервы.

Зачем он решил прийти? Только ли для того, чтобы обговорить новые условия контракта? Или тут что-то еще?

Зная его, могу смело предположить, что он снова будет предлагать мне свою сестру. А еще хуже, может сболтнуть лишнего моей жене.

Надеюсь, он ничего не помнит о той ночи. Надеюсь, он не знает, что произошло перед тем, как я ушел.

Яростно пылесошу ковры и полы в доме. Я даже помешал своим жене и дочери спать. И даже помешал коту, который снисходительно относится к пылесосу.

В ответ на то, зачем мне это понадобилось вдруг так рано, даже огрызнулся Леттис, что она плохо выполняет свои обязанности по дому.

Как же это все нервирует меня…

Ближе к обеду приходит Марк. Холли в школе. Леттис встречает его вместе со мной.

У нее вид не особо довольный. Прямо чувствую, как мой друг не нравится ей. Правда, не знаю, почему.

Марк же тоже смотрит на нее как-то странно. Но это далеко не неприязнь. Скорее некий интерес. И меня это настораживает…

Но своей жене я полностью доверяю, и знаю, что никаких глупостей с моим другом она не натворит… чего нельзя, к сожалению, сказать обо мне.

Стараюсь поскорее увести его от нее. Мало ли, что он ей скажет? Предлагаю ему выпить бутылку дорогого вина, от которого он не отказывается.

А также слышу, как звонит телефон жены, и как она разговаривает со Стеллой и договаривается о встрече. Значит, она уходит. Это хорошо. Если они гуляют, они гуляют до позднего вечера.

Пить я много не буду, в основном буду поить друга. Холли я накормлю сам, когда она придет. А заодно постараюсь к тому времени выяснить все вопросы с Марком и спровадить его прочь из нашего дома.

Друг быстро допивает бутылку вина, которую я втайне надеялся оставить для нас с Леттис, для нашего романтического ужина. Я выпил всего чуть-чуть, даже не опьянев. И больше пить не собираюсь. Но и друг, похоже, тоже не опьянел, поэтому мне пришлось идти в магазин за второй, пообещав, что через полчаса точно вернусь.

По возвращении застаю картину, от которой у меня чуть не выпадает бутылка из рук. Марк держит Леттис за руку и как-то странно смотрит на нее. А она, вроде как, вырывается.

Но друг говорит, что она споткнулась и упала, а он просто поймал ее. Жена как-то нехотя соглашается. Приходится им поверить, хотя выражение лица Леттис меня напрягает. Может, просто испугалась сильно, когда падала? А я выдумываю себе…

Она собирается просто молча уйти. Хочу поцеловать ее перед уходом, как обычно, но из-за мук своей совести не решаюсь сделать даже этого… И я ухожу в свой кабинет. Следом, через какое-то время заходит Марк.

Тут мой кабинет, где я обычно работаю над дизайнерскими проектами, которые берусь выполнять сам. Обычно всю работу делают мои сотрудники. Они тоже неплохо с этим справляются. Я-то все-таки хозяин фирмы, и мне как-то давно пора забыть, как работать над проектами самому. Но бывают очень сложные проекты, с которыми мои сотрудники не справляются, либо я заранее знаю, что это будет очень сложно для них, либо когда проект очень ответственный, ну, либо когда меня ну очень сильно просит заказчик за отдельную плату… Тогда я день и ночь сижу над своей работой, с чем приходится мириться моей жене, и что очень сильно не нравится моей дочери. Особенно, когда папа приходит с работы уже после того, как мама уложила ее спать. Или, когда в свой законный выходной я сижу в своем кабинете, и никого туда не впускаю, и сам не выхожу, и даже не замечаю, как утро сменяется уже даже не днем и не вечером, а ночью. Но я люблю свою работу, несмотря ни на что, хотя, свою семью я даже на нее никогда не променяю.

Мы уже обсудили с ним суть предложения, которое мне сделала музыкальная фирма, и которое заключается в том, что я должен буду на две недели уехать туда, к ним, в Соединенные Штаты, и работать там, за что мне заплатят чуть ли не в три раза больше, потому что, видишь ли, им не очень удобно работать со мной через такое огромное расстояние, и через представителя. Я, естественно, согласился.

Отдохну немного. Смирюсь со своим поступком. Буду вести себя более естественно, а то Леттис, похоже, уже в чем-то подозревает меня. А заодно не увижу эту выскочку Венди. И как вообще дошло у нас до этого? Она же совсем не в моем вкусе… Нет, конечно, она очень соблазнительная… У нее красивая грудь и попа… Но она все равно не сравнится с Леттис. Наверное, это моя мужская природа в пьяном бреду взяла надо мной верх… Ведь, любой нормальный мужчина засмотрится на красивую женщину…

На часах уже два часа дня. А я жду, когда же Марк свалит от меня. Конечно, я мог бы вежливо попросить. Найти какую-нибудь отговорку…

Но я боюсь, что он обидится, а он сейчас – единственное звено, единственная ниточка, связывающая меня с клиентом. Да и не хорошо его прогонять, ведь, это именно он посоветовал меня фирме, дела которой ведет.

И сначала, вроде наш разговор идет нормально. Мы обсуждаем какую-то ерунду, но, внезапно, даже не знаю как, Марк вдруг поворачивает тему на тот самый день, который я никогда не забуду…

– Ну так как тебе моя сестра, Юджин? Она горячая штучка, не так ли?

– Марк, перестань, – говорю я. – Это не имеет никакого значения для меня. Я люблю свою жену…

– Что с того, что ты ее любишь, друган? – удивляется мой друг. – Разве мужчине не нужно хотя бы иногда отвлечься? Неужели, не хочется в жизни разнообразия? Ты же одну только свою Леттис и знал…

– Мне, правда, достаточно ее, – говорю я. Неужели, я проболтался ему, что Леттис была у меня первой? Почему я не помню этого?

Надеюсь, он больше ничего не помнит из того вечера.

Но даже я понимаю, что сам обманываю себя. Мой друг, конечно, помнит все. На моей памяти он еще ни разу так не напивался, чтобы что-то забыть.

– Что же тогда было в пятницу после того, как мы выпили? Ты ведь уходил с Венди… Вы круто повеселились той ночью? Разве нет? А? Как тебе моя сестра? Горячая телка, а?

– Марк, ты чего такое говоришь? – как можно тише спрашиваю я. – Что, если Леттис услышит? Я не хочу проблем… А если Холли вернется со школы раньше обычного?

– Прости, братан, об этом я не подумал… – говорит Марк тише.

Похоже, ты, Марк, совсем не умеешь думать. Хорошо, Леттис нет дома. Иначе, мне бы уже не поздоровилось…

– Да ничего… – говорю я и решаю поскорее сменить тему, но Марк вдруг выпаливает (наверное, он уже достаточно пьян и стал немного забываться):

– Не знал, что тебе так стремно об этом вспоминать. Думал тебе понравилось ее, ну ты сам понимаешь, чувак. Она-то кайфовала от этого… Ну, после того как голова ее перестала болеть. Она у меня редко пьет, не привыкла. – Вы же так страстно целовались… Она сидела на твоих коленях, а ты гладил ее попку… Не отказывайся, Юджин… Как тебе ее губки? А?

– Я же был пьяный… Почти ничего не помню… – вру я. И надеюсь, что о последней сцене в их квартире друг ничего не знает.

Не почему-то становится жарко от воспоминаний. Этот разговор должен быть срочно закончен, но Марк, похоже, этого делать не собирается.

– А как тебе ее грудь? Побольше, чем у твоей жены будет, а? Ты же жмакал ее сиськи, а? Как они тебе? Классные, а?

– Классные… Но у моей жены лучше… Хоть и меньше… – говорю я. И это чистая правда.

– Я думал, ты прямо при мне усадишь ее на своего петушка, – шепчет Марк и смеется, а потом добавляет уже громче. – А ты молодец, Юджин! Она говорит, у тебя так быстро встал… Вы же после этого сразу сбежали от меня, а? Ты круто ее отделал… Настоящий мужик!

– До потише ты, Марк! Я же женатый мужчина. Что, если жена услышит?

– Не услышит! Она же свалила куда-то, а?

Я вздыхаю и качаю головой.

– Послушай, Марк. Когда мы вышли, я уложил ее спать, – вру я. Надеюсь, Венди не рассказала брату подробностей. – Так что, ничего я не делал…

– Зато делала она. И тебе, чувак, было очень приятно, – говорит друг. – Когда я вышел в туалет, я видел, что вы выделывали на прощанье…

– Видел? – вырвалось у меня. По спине пошел холод.

Марк согласно кивнул и усмехнулся.

– Ну ты и эгоист, Юджин. Она тебе доставила приятное, а ты оставил мою сестру ни с чем… Ну как же так-то?

– Марк, послушай. У меня есть любимая жена. Это было по-пьяни. Я даже не знаю, почему я это сделал…

– Ты сделал это, потому что хотел этого, – твердо говорит Марк. И я понимаю, что он прав. – Ты и сейчас хочешь этого, но почему-то обманываешь себя. Вот тебе мой совет, чувак: не нужно противиться своему телу. Это может сказаться на твоем здоровье, друг. Если ты разок отделаешь Венди, это не будет ничего значить.

– Это будет значить, что я предал свою жену… – качаю я головой.

– Ты говоришь об измене? – Марк хлопает меня по плечу. – Чувак, поздравляю, ты уже ей изменил. Пусть таким способом, но ты занимался сексом с Венди. Еще один разок погоды не сделает…

– Это была ошибка, – говорю я.

– Друг, это не было ошибкой. То, чего желает твое тело – это не ошибка…

– Марк…

Мне это не нравится, но, быть может я просто в таком состоянии, но мне почему-то кажется, что в его словах есть доля правды. Или, просто, мой друг настолько хорошо владеет даром убеждения?

– Юджин, послушай. Отбрось все эти муки совести и делай то, что хочется тебе. Твоя Леттис ничего не узнает об этом. Ты думаешь, Венди ей что-то расскажет? Нет, дружище. Ей самой это не нужно. Она хочет тебя на разок, а потом, увидишь, будет искать новых ощущений. Она такая у меня… Отвлекись от своей жены. Тебя потянуло на другую потому, что ты просто устал от нее. Быть может, ты даже не осознаешь этого… Я бы не смог так как ты, спать столько лет только с одной женщиной…

Расслабься, друг… Отделай Венди как следует, и тогда поймешь, чего тебе действительно надо. Не надо навязывать себе того, чего ты не хочешь… Чувак… – он говорит это так красиво, что какая-то часть меня начинает даже прислушиваться к нему.

– Но зачем тебе это нужно? – у меня остался только последний вопрос к нему.

Марк хитро улыбается, а затем говорит:

– Просто я вижу, в каком ты состоянии, братан. И я знаю только одно лекарство от этой проблемы… Тем более, Венди, кажется тоже запала на тебя…

Я вздыхаю. Нет,

– Если перепихнешься с Венди – это не будет предательство, чувак, – будто читает мои мысли Марк. – Послушай. Я ничего твоей бабехе не расскажу. Венди тоже. Через две недели у вас будет чудесная возможность, когда поедешь в Штаты. Она же твой секретарь. Возьмешь ее с собой под видом работы. А там повеселишься с ней. А потом ты наверняка ей надоешь. Она найдет себе кого-то еще. Ты расслабишься, поймешь, чего тебе нужно от жизни. И если захочешь, останешься со своей женой. Я не уговариваю тебя, Юджин. Не думай только, что я тебя заставляю… просто хочу, чтобы ты расслабился… Просто подумай об этом… Вспомни вечер пятницы и реши, хочешь ли ты помереть со скуки со своей женой, или добавить в жизнь разнообразия… И еще… Если надумаешь… Она же теперь работает вместе с тобой. Можешь под видом того, что задерживаешься на работе зайти с ней в какой-нибудь мотельчик… Жена, ведь твоя, все равно к этому уже привыкла, к твоим поздним возвращениям? А, чувак?

Я понимаю, что слова Марка… Они какие-то не правильные. Но, если подумать, я действительно хотел бы завершить в ту ночь с Венди то, что начал… Мне интересно, каково это было бы с ней… Что бы она придумала в постели… что бы я придумал…

Но сказать, что Леттис скучная… Я бы так не сказал…

Глава 14.

Последнего разговора с Марком я как мог старался избежать. Но, поговорив с ним, я задумался: а что, если мне его послушать? Что, если мне переспать с Венди, закончить то, что мы начали, ну хотя бы разок?

Она не в моем вкусе, но все равно очень привлекательная и сексуальная. У нее красивая большая грудь и упругая попка. И она классно целуется. И одно воспоминание об этом уже возбуждает меня…

А еще она доставила мне удовольствие, какого раньше я еще не испытывал, там, у них в квартире, стоя на коленях. Леттис никогда бы не сделала этого, считая это унижением, хотя я был бы не против. Я столько раз доводил ее до безумия подобным образом… И не считал, что это унизительно. Наоборот, это меня очень возбуждает… А она ни разу мне не ответила тем же…

На следующий день Венди приходит на работу в качестве моего нового секретаря. Она очень мило общается с коллегами и, кажется, нравится им. Она ни разу не вспомнила о том дне, и это успокаивает. Я хотя бы могу настроиться на работу. И мы общаемся только на деловые темы.

Правда, она пару раз смотрит на меня очень соблазнительно, отчего я снова вспоминаю те события и возбуждаюсь.

А еще она хорошо ведет переговоры с клиентами и варит отличный кофе.

Я снова задерживаюсь допоздна, потому что начинаю работу над проектом. Коллеги уже ушли, остались только мы с Венди. На часах восемь, но я решаю закончить. Все-таки, похоже, она решила, раз она мой секретарь, будет сидеть со мной до конца.

– Венди, иди домой, – говорю я. – Работа на сегодня закончена, я тоже ухожу.

– Хорошо, – говорит она и выключает свой компьютер, сохраняя какой-то файл для работы.

– Хорошо поработала сегодня, – говорю я.

– Да, – кивает она.

Я собираюсь выходить, когда она вдруг останавливает меня.

– Юджин…

– Чего?

Она плавно проходит через мой кабинет и кладет руки мне на плечи.

Ее грудь, которую видно в вырезе блузки, прижимается ко мне, а глаза зазывно горят.

– Может, пойдем сегодня в одно местечко, Юджин… Тут недалеко есть один удобный мотельчик…

Я знаю, о чем она.

– Прости, – говорю я. – Я пока не готов…

Хотя я уже чувствую, как начинаю возбуждаться.

– Ты очень привлекаешь меня, Юджин, – шепчет Венди мне на ухо и прикусывает мочку. – Это не дает мне покоя. Ты возбуждаешь меня. И я хочу попробовать тебя, Юдж… Давай, хотя бы на одну ночь… А потом решим, подходит это нам или нет…

Ее губки так соблазнительно шепчут. Я даже не понимаю, когда кладу руки на ее попу и сжимаю ее, прижимая к себе.

– Не сегодня, – шепчу я. – Прости…

Я чувствую ее горячее дыхание на своих губах. Она обвивает мою шею руками и прикасается губами к мои губам. Не знаю, стал бы я противиться этому раньше, до того разговора по душам с Марком. Но сейчас я понял, что хочу ее. И я не противлюсь. Наши языки переплетаются… Это обещает закончиться чем-то приятным для нас обоих… Но не сегодня.

И тут я слышу, как где-то будто бы хлопает дверь.

Я моментально отрываюсь от Венди и прихожу в себя.

– Прости, мне уже пора, – говорю я и выхожу.

Неужели. Кто-то еще остался на работе? Неужели, кто-то видел меня с Венди?

Только не это! Да все коллеги знают мою жену. И обязательно все ей расскажут…

Может, зря я это, а?

Не надо было обнимать ее… Не надо было даже думать о близости с ней…

Что же я делаю, ведь я люблю свою жену. Люблю ее. Люблю по-настоящему…

Глава 15.

– Мамочка, что-то случилось?

– А? – я смотрю на худенькое личико своей дочки, которое так сильно напоминает мне лицо моего мужа.

– Просто ты трешь мою тарелку уже минут десять…

Я, погруженная в свои мысли, быстро выключаю воду и вытираю посуду.

– Милая, конечно. Тебе, ведь пора спать…

Вот уже второй день подряд я размышляю над тем разговором, который услышала из кабинета моего мужа.

Марк четко озвучил то, что делал мой муж, когда задержался в его доме. Я слышала каждое слово

Но… Насколько я успела узнать друга моего мужа, кажется, он запал на меня, и он готов на все, чтобы затащить меня к себе в постель. Я далеко не глупая, и я это хорошо понимаю. Знаю, что от меня ему многого не нужно. Поразвлечься пару ночей и разбежаться.

И ради этого он мог сказать что угодно. Чтобы я уступила ему. Наверняка, заметил, что я вернулась. Услышал мои шаги, по квартире, пока я искала свой телефон…

Но Юджин. Он даже не отказался от его слов…

Может, я просто что-то не поняла? Может, что-то неправильно расслышала?

Слабая надежда все-еще остается где-то

Но почему тогда он все время так странно смотрит на меня? Почему у него такой виноватый вид?

И почему у меня такое странное предчувствие? Мое сердце прямо сжимается в груди. Не знаю, от чего…

Надо бы спросить его напрямую. Сознаюсь, что подслушала их разговор и попрошу объяснений. Пусть все четко скажет. Думаю, это самое правильно, что я могу предпринять в данной ситуации…

Нет…

Не буду спрашивать. Пусть сам все расскажет…

Укладываю дочку спать и вдруг слышу, как хлопает входная дверь.

В первый миг у меня по спине пробегает холодок. Уж не Марк ли? Для Юджина слишком рано… Я, ведь, код на замке не поменяла…

Но тут слышу знакомое шарканье ботинок об пол. Его я узнаю всегда. Юджин вернулся раньше положенного. Обычно, когда у него какой-то важный проект, он возвращается уже за полночь. А время всего-то около девяти.

Странно… Но это хорошо. Значит, он не с этой своей новой секретаршей. Значит, между ними ничего нет. Он освободился пораньше и пришел домой.

Как же я рада.

Юджин.

Выхожу к нему. Он снимает ботинки. Даже не заметил, как я подошла.

– Дорогой, ты сегодня раньше?

Юджин вздрагивает и немного испуганно смотрит на меня, будто бы совсем не ожидал меня здесь увидеть.

– Ах, Леттис…

Я замираю в непонятках…

Леттис?

Да, вроде, так меня зовут…

Но почему он назвал меня так? Мой муж, ведь, никогда не обращался ко мне по имени. Ни разу! Даже когда мы только познакомились. Даже когда мы еще не поженились. Даже когда были в ссоре… Еще до свадьбы. Я даже думала, что он забыл или просто не знает моего имени… Хотя, он определенно называл его, когда мы регистрировали брак. Когда заполняли данные для свидетельства о рождении нашего ребенка… Когда просто представлял меня кому-то…

Но обращался он всегда ко мне только: «милая», «дорогая», и так далее и тому подобное…

В чем дело? Я, что больше не мила ему? Не дорога?

Может, он просто устал сильно, а я себя накручиваю?

Наверное, так и есть…

Но почему тогда мне кажется, что между нами возникла стена, высокая, и которую нельзя обойти?

– Ты сегодня раньше, милый, – говорю я, стараясь не показывать вида, что что-то не так. Пусть думает, что я ничего не слышала. И сделаю вид, что не заметила, как он меня назвал.

Кто знает, может мои волнения напрасны?

– Поужинаешь? Или ты уже поел в ресторане? – спрашиваю я, как ни в чем не бывало.

– Люблю еду, приготовленную моей любимой женой, – говорит Юджин и приобнимает меня.

Мне приятны его объятия. Но мне кажется, они какие-то не такие… В них будто бы нет тепла. Будто бы он обнимает меня чисто формально…

Он, что, больше не любит меня?

Эта мысль моментально заставляет мое сердце сжаться от боли и холода.

Неужели, это, и правда, то, о чем я думаю?..

И те слова Марка… неужели, он говорил правду? И то, как они с Венди общались в тот день, когда мы были в парке… Так легко и непринужденно…

И казалось, им так хорошо вместе?

Неужели, он теперь любит ее, а не меня? Как же так?

И те слова Марка были правдой?

А еще… Еще от Юджина определенно пахнет женскими духами. И такие духи я чувствовала от Венди в тот день…

– Что-то не так? – видимо, Юджин чувствует, что что-то со мной не так. – Дорогая, ты в порядке? – его лицо, и правда, кажется обеспокоенным.

– Все хорошо, – говорю я и отстраняюсь от него.

Вечером, когда муж поел и принял душ, я уже лежу в нашей постели. Меня терзают плохие мысли, и я даже не замечаю сразу, как он заходит. Понимаю это только когда постель под ним прогибается.

Его рука гладит сначала мое плечо. Потом он двигается ко мне ближе и обнимает меня сзади. Я лежу на боку с закрытыми глазами, притворяясь, что сплю.

Того противного женского запаха больше от него не чувствую. Кажется, он смыл его в душе.

Но смыл он его, или нет, я точно знаю, что все это означает…

Юджин снимает бретельку с моего плеча и начинает нежно целовать его, сжимая мою обнаженную грудь.

– Юджин… – я уже не в силах притворяться. – Что… ты делаешь? – спрашиваю я, пытаясь скрыть то, что начинаю возбуждаться.

– Ты спала?.. – слышу я его хрипловатый голос.

– Нет… – к чему уже теперь врать? – Но очень хочу… – все-таки уступать я ему не собираюсь, хотя очень хочется.

Но его рука отпускает мою грудь и плавно по телу сползает к моему бедру. Он плавно приподнимает мою сорочку, и его рука тянется к местечку между моих ног. Я хватаю его за эту руку, но сил удерживать его у меня нет.

– Юджин, что ты делаешь? – но он не отвечает, лишь отодвигает мои трусики и засовывает свой палец между моих ног. Больше нет смысла скрывать это. Я не сплю… И я хочу его. И он это точно знает.

Он начинает двигать своим опытным пальцем внутри меня, доставляя мне неописуемое блаженство.

Наконец, эта сладостная пытка закончена, и, пока я еще в сознании, встаю на четвереньки и тянусь рукой к прикроватной тумбочке.

– Дорогая, что ты делаешь? – спрашивает Юджин шепотом и обнимает меня, утыкаясь носом в мою шею.

– Вот, – поворачиваюсь к нему и прикладываю к его обнаженной груди блестящую упаковку. – Ты, кажется, не хотел от меня больше детей? – да, этот факт обидел меня, и я буду еще долго о нем вспоминать… И напоминать ему…

Юджин тупо смотрит на упаковку с презервативом, а затем говорит:

– Ну хорошо…

Но сначала я хочу довести его до безумия…

Я резко укладываю его на спину и начинаю нежно целовать его шею, иногда облизываю и слегка прикусывая. Слегка, чтобы не оставить засоса, а то, что про него на работе могут подумать? Или про меня? (Кстати, я тут недавно у себя на шее успела странное пятно заприметить, которое теперь тщательно замазываю тональным кремом. Интересно, что это? Нет, я точно знаю, что это… Но, когда Юджин успел?)

После шеи я медленно спускаюсь ниже. Прикусываю его сосок, от чего он испускает сладостный вздох, поглаживая мою попу. Потом добираюсь до его живота и натыкаюсь

Что про меня Юджин подумает? Понравится ли ему это?

И я просто ласкаю его рукой, чувствуя, как он возбуждается до предела. Ласкаюсь об него, глажу им между своих ног.

Не знаю, как он, но я, кажется, больше не вытерплю.

– Милая… – Юджин тоже не выдерживает и тянет меня на себя

– Подожди, дорогой, ты что-то забыл…

Я открываю блестящую упаковку и натягиваю резинку на его готовое взорваться достоинство.

Юджин в нетерпении хочет перевернуть меня на спину, но я останавливаю его и сажусь на него сверху, медленно заполняя им себя. Сегодня процессом буду руководить я.

Глава 16.

Леттис…

Как это прекрасно… Как это превосходно…

Приглаживаю мокрые от пота волосы, убирая их со лба и подхватываю жену за попу, чтобы она не упала. А она, в своих страстных порывах, похоже, даже не замечает, как валится назад.

Ее голова откинута назад. Соблазнительные маленькие грудки смотрят вверх. Она держится за мои плечи, впиваясь в них ногтями. Ее соблазнительная попка трется о мои бедра, когда она совершает ритмичные движения ввер-вниз. Сегодня она неожиданно впервые выбрала эту позицию, и теперь скачет на мне как ненасытная наездница, вбирая меня в себя, сжимая меня в себе, и доставляя мне как всегда небывалое наслаждение. А я имею хорошую возможность наблюдать ее всю. Ее обнаженную худенькую фигуру. Ее грудь, потемневшие от страсти соски… Ее тонкую талию… Ее животик, лишь слегка округлившийся после родов… И то, как соединяется наша плоть.

От этого всего я теряю голову. Вижу, как она закатила глаза, и понимаю, что она тоже уже не понимает, что происходит.

Мы двигаемся в одном ритме. Я знаю, что чувствует она сейчас, а она знает, что чувствую я…

Весь этот процесс доставляет мне удовольствие, и не только физическое… Это что-то большее. И я знаю, знаю это инстинктивно, чувствую сердцем, что так может быть только с ней…

Когда мы занимаемся любовью, соединяются не только наши тела… Мы полностью становимся единым целым… Это невозможно объяснить словами… Это где-то за гранью моего сознания…

И когда я опустошаюсь физически, я чувствую, как наполняюсь чем-то другим… Светлым, теплым и нежным…

И как только я мог подумать о другой? Ведь, мне не нужен никто, кроме нее…

Я чувствую, как наступает самый пик. Мы уже на грани и готовы взорваться…

Я крепко прижимаю ее за бедра к себе, следуя своим инстинктам и полностью разряжаюсь вместе с ней.

Леттис обессиленная падает на меня. Я осторожно перекатываю ее на спину и встаю с постели. Надо кое-что выкинуть, а потом я вернусь.

Лежа в полузабытьи, чувствую, как Юджин ложится рядом и обнимает меня.

Он, что, куда-то уходил?

– Милая, -шепчет он, целуя меня в лоб, и я прижимаюсь к нему.

Мы просто лежим в объятиях друг друга. Я заряжаюсь от него теплом. Как же мне этого не хватало… Я столько переживала в последнее время из-за того подслушанного разговора. Но сейчас это не имеет для меня никакого значения.

О нем мы поговорим позже… А сейчас…

– Юджин?

– М…

– От тебя сегодня пахло женскими духами…

Чувствую, как он напрягается. Видимо, я начинаю портить этот момент своими подозрениями…

– Одна пьяная сотрудница упала сегодня прямо ко мне в объятия, когда я водил коллег на ужин, говорит он, но я чувствую, что он лжет мне. Не знаю, откуда… Но понимаю, что сейчас это для нас лучший выход. И я делаю вид, что поверила…

Я ложу голову ему на плечо. Рукой глажу другое его плечо и черчу пальцем на нем сердечки.

– Люблю тебя, Юджин…

Я редко признаюсь ему в своих чувствах (в отличии от него – он делает это каждое наше соитие), но он, итак, все знает.

– И я тебя, милая…

Смотрю в его глаза и по-прежнему вижу в них тепло.

Он сжимает мою руку, которой я гладила его. Я чувствую горячее дыхание на своем лице. Он нежно проводит носом по моей щеке, целует меня в нос, а затем спускается к моим губам. Сначала это просто легкое прикосновение, будто бы он пробует мои губы на вкус. Потом он резко раскрывает мои губы и просовывает свой язык в мой рот. Он исследует его. А затем я начинаю отвечать ему. Наши языки переплетаются. И я чувствую, как между ног снова начинает разгораться пожар…

Он ласкает мое лицо своими поцелуями, мою шею, задерживается на моей груди и спускается вниз, к животу. А затем еще ниже…

Его пальцы… его язык такие опытные… Он столько раз это делал… И каждый раз я испытываю неземное блаженство. Мои пальцы путаются в его волосах. Я снова возбуждена до предела. И знаю, что он тоже.

Наконец, он отрывается от своего занятия, и я понимаю, что он готов, что он жаждет снова стать со мной единым целым.

– Юджин, – я в полусознательном состоянии хватаю его за руку. – Не забудь, милый…

Я знаю, что он не забудет. Эти вещицы всегда у нас под рукой…

Просто напоминаю ему из принципа.

Все-таки мне до сих пор не понятно, почему он вдруг расхотел второго ребенка…

Да, я такая. Даже в такие моменты мои принципы никуда не деваются…

Глава 17.

Всю неделю я словно в тумане. Вроде и работа идет отлично. И начало проекту положено. И я, вроде, осознаю все, что делаю. Но все думаю о нашей последней ночи с моей женой. Даже не обращаю внимания на похотливые взгляды Венди и ее откровенные намеки. Она мне совсем не нужна. Я это уже понял. И то, что я хотел переспать с ней была лишь навязчивая идея, которая постоянно тяготила меня, и которая была навязана мне Марком.

Теперь мне постоянно вспоминаются поцелуи моей жены, то, как она выгибается в порыве страсти, то, как прерывисто дышит, то, как скачет на мне, как не дает мне одержать над ней верх, и как наши тела становятся одним целым… И полностью прихожу в себя я лишь ко вторнику следующей недели. Уже могу думать здраво. Благо, почти не вижу ее. Прихожу домой поздно, когда она уже спит.

А еще мне кажется, будто бы я что-то забыл сказать своей Леттис…

То, как я вела себя в ту ночь… по-моему, мне просто сорвало крышу. Я была словно сумасшедшая. Так влияет на меня мой Юджин. Я, от природы застенчивая, рядом с ним становлюсь совсем раскованной. И, кажется, ничего не стесняюсь.

Надеюсь только, он ничего плохого не подумает… Все хочу спросить его, но приходит он поздно, когда я уже сплю. Может, видеть меня больше не хочет? Но приходится, потому что я его жена?

Нет… Ему определенно понравилось то, что я с ним вытворяла…

Я вспоминаю эту ночь всю неделю. Я, конечно, раскрепощенная в постели… Но такой, по-моему, не была еще никогда…

И что на меня нашло?

Ну вот… Вспомнила об этом, и снова меня бросило в жар…

Иду по тротуару вдоль жилого района. Слева высокие дома и небольшие магазины. Справа деревья и дорога за ними.

Обмахиваюсь. Сегодня, и правда, похоже, жаркий денек…

Прохожие как-то странно смотрят на меня, и мне кажется, будто они читают мои мысли.

И мне немного стыдно. Я смущена… но мой муж не оставляет моих мыслей… какая же я похотливая… Прямо стыдно… Очень стыдно.

Я закрываю глаза и чуть ли не сталкиваю высокую фигуру мужчины, врезаясь в нее.

– О! Госпожа Кан! – я слышу знакомый голос. Кто-то ловит меня за предплечья, а я поднимаю голову и смотрю в знакомое мне лицо. Это Роберт, сотрудник моего мужа. Но откуда он здесь? Разве не должен быть на работе? Мой муж не любит, когда кто-то отлынивает.

– Отпросился в обед. Домой нужно было заехать, – объясняет Роберт, гладя свои короткие волосы, когда мы с ним сидим в небольшом парке около прудика с мини-водопадом, около офисного здания.

Роберт. Этот человек мне всегда нравился. Умный, ответственный. Знает несколько языков. Муж говорит, что на него всегда можно положиться. Правда, бывает, он косячит. Не специально. По неосторожности. Но всегда признает свои ошибки и исправляет их. А еще он немного недогадливый, как говорит Юджин. Не всегда понимает намеки с первого раза.

– Понятненько, – говорю я. – Все хорошо?

– Да, – отвечает Роберт. – Родители внезапно приехали в гости, а у них ключа нет от квартиры. Вот и пришлось у господина Кана отпрашиваться. Он человек доброй души. Сразу отпустил. В последнюю неделю, так вообще словно ангел. Отпускает раньше, не ругается почти, если что не так сделаем. И косяки наши сам исправляет. А сам еще над новым проектом работает… И улыбается постоянно. Мило так… что вы с ним сделали?

– Ничего. Сама не знаю, что с ним, – говорю я, хотя знаю, с чего он так ведет себя. – Я его почти и не вижу совсем. Он же поздно приходит, – говорю я и краснею. Я точно знаю, почему он такой. Но других это не касается.

Но Роберт по моему виду, похоже, ничего не заподозрил.

– Я вот что хотел у вас узнать, раз уж мы встретились, – внезапно говорит Роберт. – Господин Кан, ведь, уезжает в Штаты на следующей неделе…

Что?

Роберт говорит что-то еще, но я не понимаю его слов.

Куда Юджин уезжает?

Юджин куда-то уезжает?

На следующей неделе?

– …Вы же поедете с ним, госпожа Кан? Можете отдать подарок на его день рождения от нас всех? А то заранее как-то дарить нехорошо… А приедет он только через две недели… Там уже поздно будет… День рождения пройдет… А мы все очень любим и ценим его. И очень хотим передать ему подарок… Ну так, что? Передадите?

Я киваю, слыша лишь последнюю фразу.

Что там я должна передать ему? Насколько он уезжает?

– А на сколько он уезжает?

– На две недели же… А вы, разве, не едете с ним? Может, тогда передать его Венди? Она-то с ним поедет…

Венди…

Это имя уже вызывает у меня отвращение. Я сжимаю руки в кулаки.

– Госпожа Кан, что-то не так?

– Ах… нет, все хорошо, – и я натянуто улыбаюсь. Роберт, похоже, ничего не понимает. Хорошо, что он такой тупой!

– Тогда простите, что побеспокоил, – говорит Роберт. – Я думал, вы едете с ним…

– Дочка в школе учится, – объясняю я. – Не могу ее оставить, – а теперь я делаю вид, что знала об этой поездке. И что это не стало для меня новостью.

Роберт оставляет меня, и я остаюсь одна, наедине со своими мыслями…

Почему Юджин не рассказал мне о том, что уезжает? Не думаю, что это стало известно только сейчас…

Может, хотел скрыть это, потому что Венди тоже едет?

Может, думал, что я навяжусь ему и помешаю им?

Юджин…

Я сжимаю кулаки.

Да что вообще происходит с тобой?

Глава 18.

Возвращаюсь домой, когда на часах уже почти двенадцать. Я снова задержался на работе, работая над проектом. Так увлекся, подыскивая материал для продвижения, что не заметил, как время прошло.

Венди хотела было остаться со мной. Даже начала себя откровенно предлагать… Но я отправил ее домой, и она ушла, надув губки.

Встретить жену около входной двери я никак не ожидал.

– Что-то случилось, милая?

– Юджин… – ее вид кажется мне очень серьезным. – Сегодня встретила твоего коллегу по работе… И он кое-что рассказал мне… Нам нужно поговорить, Юджин… – говорит она тихо, но мне кажется, она еле сдерживается от слез.

И меня охватывает холод. Такой, какого я не чувствовал никогда. И, наверное, не почувствую, даже если выйду в мороз минус пятьдесят полностью обнаженным на улицу.

Неужели, кто-то видел меня тогда с Венди? Неужели, мне не показалось?

Неужели, Леттис узнала обо всем?

Нет, не может быть… Мне так стыдно… Я готов встать на колени и просить прощения. Я хочу все объяснить ей…

Беру ее руки в свои и не знаю, что сказать, когда она холодно смотрит мне в глаза.

– Милая… – шепчу я.

– Почему не сказал, что уезжаешь на две недели?

У меня будто камень с души падает.

– Дорогая… Я просто забыл… – я, и правда забыл сказать ей… Столько всего случилось. Я просто закружился и забыл…

– Это такой пустяк для

– Ты делаешь из мухи слона, дорогая, – говорю я, но она не унимается и лишь качает головой.

– Юджин, зачем ты берешь с собой эту Венди?

– Потому что она мой секретарь, – и почему она вдруг заговорила о ней? – Ты, что, ревнуешь меня к ней? – хотя, по правде говоря, есть повод, но я предпочитаю, чтобы она никогда не узнала об этом…

– Юджин, расскажи мне, что происходит? Я чувствую, что что-то с тобой не так… – просит она.

И почему Леттис заговорила об этом именно сейчас?

– Леттис… – знаю, что виноват, но этот разговор начинает выводить из себя… И почему она в последнее время такая дотошная? Неужели, начинает о чем-то догадываться?

Вижу слезы в ее глазах. Терпеть не могу, когда она плачет, особенно из-за меня. Сразу чувствую себя виноватым. И это раздражает еще больше.

– Хватит плакать! С тобой что? Что я не так опять сделал? – это получается очень грубо, но вырывается само собой. Резко убираю ее руку от ее глаз.

– В прошлый раз от тебя пахло ее духами! – говорит Леттис. – Духами этой Венди… – она почти кричит на меня.

Это немного заводит меня в тупик. Не знал, что она знает, как пахнут ее духи… Сразу вспоминаю, какую отговорку придумал в прошлый раз.

– Я же говорил… это пьяная сотрудница…

– Этой пьяной сотрудницей была она? – почему-то жена тут же догадывается, что я собираюсь сказать дальше. – И почему же это оказалась именно она? Почему именно ее ты взял на место секретаря? Почему именно она едет с тобой на эти две недели? Неужели тебе так необходима там секретарша?

– Да почему я должен перед тобой отчитываться? – вижу, как Леттис испуганно смотрит на меня, но я сорвался. И меня теперь не остановить.

– Потому что ты мой муж!

– То, что касается моей работы тебя не касается, – кричу я. – И то, что происходит там тоже. Не суй свой нос, куда не просят! Это не твое дело! Поняла? – я смотрю на нее, и совсем не жалею о своих словах, по крайней мере, в данный момент. И, не смотрю на ее заплаканное лицо, сейчас мне ее тоже совсем не жалко. – Я кормлю тебя. На мои деньги ты живешь. Ты на них обуваешься и одеваешься. И пользуешься всеми удобствами ты тоже за мой счет. Так какое тебе дело, есть у меня кроме тебя кто-то, или нет? – последнюю фразу я не хотел говорить, но она вырвалась как-то сама собой.

– Так все-таки…

Я глубоко вздыхаю. Кажется, я высказался, успокоился… а еще сболтнул то, чего не следовало. Надо срочно что-то придумать! В конце-то концов, у меня, конечно, была мысль… Но я ее так и не реализовал. Не изменял я ей больше!.. Ну, почти…

– Дорогая… Любимая… – стираю слезы с ее лица большими пальцами рук. – Ну прости меня… Я не хотел с тобой так резко…

Хочу обнять ее, но она отодвигает мои руки.

Но так быть не должно. Я все же обнимаю ее и прижимаю к себе.

Ох… как же я устал на работе… А еще дома мне скандал устроили… Я же ради нее стараюсь, работаю… Чтобы они с Холли ни в чем не нуждались.

– Прости, любимая, – шепчу я ей, вдыхая аромат ее волос. – Нет у меня никого…

– Даже если и есть, мне все равно, – она холодно освобождается из моих объятий и уходит.

Глава 19.

Мое утро начинается с молчаливого завтрака. Юджин не разговаривает со мной. И я с ним тоже не пытаюсь заговорить. Холли улыбается, ничего не замечая. Сегодня папочка завтракает с ней, хоть и вид у него угрюмый. Видимо из-за того, что его спровадили спать на диван. Точнее, он сам ушел. Мало ли, а то потянет по-привычке ко мне свои руки.

Вчера он сказал, что у него никого нет. Обнял меня… Но он явно что-то недоговаривает…

И еще у него вырвалась эта фраза…

«-…Так какое тебе дело, есть у меня кроме тебя кто-то, или нет?»

Наверное, я просто снова себя накручиваю.

Что-то я какая-то нервная последнее время… Может, потому что эти дни скоро? Хотя, кажется, они уже пришли…

Сегодня Холли уходит в школу еще до того, как Юджин идет на работу. Он, наверное, решил подольше поспать, ведь вчера пришел поздно… Даже завтракать сел вместе с нами, хотя, обычно, если у него важный проект, он завтракает задолго до нас и убегает на работу.

Днем встречаюсь с подругой. Стелла сегодня выходная, и решила погулять со своим трехлетним сыном, пока муж на работе. Обычно, он работает из дома, поэтому заодно присматривает за ребенком, так как у Стеллы, в отличии от него, работа не удаленная. Но сегодня его вызвали в офис.

Мы проходим по красивому лесу с красиво цветущими осенними цветами ярких разноцветных оттенков, высокими тенистыми деревьями, загораживающими от нас яркие солнечные лучи, от которых, мне кажется, стало плоховато, пока шла сюда под открытым солнцем (а сегодня, между прочим, ни облачка на небе), пушистыми кустами и тропинками, выстеленными плетеными дорожками. Тропинка идет вниз, прямо к загону с кроликами, где Метт, трехлетний сынок Стеллы, задерживается надолго. Мы усаживаемся на скамеечку неподалеку, чтобы если что, можно было бы сразу подойти к Метту и спасти его от укуса животных.

– Не просовывай к ним руки! – строго предупреждает мать. – Иначе мы пойдет отсюда, Метт!

– Я только смотрю, – оправдывается мальчик и присаживается недалеко от клетки на корточки.

– И что, ты, правда, думаешь, что он изменяет тебе? – спрашивает Стелла. – Милая, быть такого не может. Он же любит тебя безумно. Ждал тебя целых десять лет… Ну как такое может быть?

– Не знаю, – говорю я. – Может, и не изменяет. Может так и есть, как он говорит. Но что-то тут не так, понимаешь, Стелла? Я прямо сердцем чувствую… Что-то нехорошее… Да еще этот его Марк ко мне приставал… Домогался… Хотел в постель затащить, прямо так и говорил…

– Может, в этом все дело? Ты Юджину-то рассказала?

Я лишь качаю головой.

– Я думаю, в этом нет смысла. Марка я больше не видела

– Уверенна, всему этому есть объяснение, – говорит подруга и берет меня за руки, глядя в глаза. – Вот увидишь, все образуется… Ты точно не беременна? Какая-то ты нервная в последнее время? И на Юджина сорвалась…

– Нет. Точно нет, – говорю я и смотрю на подругу. – У меня эти дни пришли, – шепчу я. Это правда. Хоть и не так много, как обычно… И какие-то странные. Но это точно они.

– Ладно, ладно, – говорит подруга. – Знаешь… Думаю, тебе нужно просто поговорить с ним… Только нормально, без криков и слез. Пусть все сам объяснит. А насчет поездки… Я думаю, он, и правда, забыл про нее. Вон как работает… Загонялся, наверное.

Я и сама это знаю…

Надо бы извиниться за свои слова… Вот только найдется ли у меня время? В воскресенье он улетает, а я почти его не вижу дома в последнее время.

Вот уже второй месяц это творится. У него проект за проектом, которые он берет на себя… Как же я устала от этого…

И он, наверное, тоже устал. Представляю, каково ему сейчас…

Глава 20.

Снова засиживаюсь на работе допоздна. Вроде, дела уже все закончены, но домой мне идти совсем не хочется. Мы поссорились… Вместо теплых объятий жены там меня ждет лишь холодный взгляд. А еще мне кажется, что она начала о чем-то догадываться… Как бы не проболтаться ей…

– Юджин?

Поднимаю голову, погруженный в свои размышления, и вижу Венди. Сегодня на ней строгая блузка с двумя расстегнутыми верхними пуговицами и короткая, но в пределах офисного стиля, черная юбка. На ногах туфли на высоких каблуках.

– Прости, – говорю я. – Разве ты еще здесь? Я думал, все ушли…

– Я тоже заработалась… Ты весь день был такой расстроенный… Что-то случилось?

Я встаю из-за стола. Пора, наверное, уже идти домой.

– Все хорошо, – говорю я, и взгляд мой падает на ее грудь. Мне хочется расслабиться… Мне хочется забыть о ссоре с Леттис. Мне хочется забыть о том, что я в чем-то провинился перед ней, и теперь не могу ей рассказать об этом, потому что я провинился так сильно, что боюсь, она меня бросит, когда узнает… А это самое худшее, что может произойти…

Венди замечает, куда я смотрю. Она, ничего не говоря, кладет ладонь мне на щеку и зазывно смотрит на меня. Я смотрю на нее, на ее губы и не выдерживаю.

Мне нужно расслабиться… Нужно забыться…

Я яростно впиваюсь в ее губы, прижимая ее к своему столу. Она обвивает меня своими ногами и прижимает меня к себе. Я хочу овладеть ей прямо здесь и сейчас, просто, чтобы забыться. Мы страстно целуемся. Но потом я понимаю, что этого не должно быть. Мне хочется совсем не ее, а другую женщину…

Я моментально отрываюсь от нее и иду к выходу.

– Я буду ждать, когда ты будешь готов, – говорит мне вслед Венди. – Юджин, ты разжигаешь во мне огонь. Твоя мужская сила вызывает во мне трепет, и я хочу тебя!

Я ничего не говорю, но ее последние слова очень возбуждают меня.

Не сейчас… Я не готов…

Но если ничего не изменится, кто знает, может быть скоро я переступлю эту черту.

Я запутался… как же мне плохо…

– Юджин…

Дядюшка! – слышу знакомый голос, и это прямо как бальзам на сердце. Родной брат моего отца, который старше его на двадцать с лишним лет. Его бабушка с дедушкой родили, когда были совсем молодыми и только что поженились. Папа же получился у них случайно, когда им было уже за пятьдесят. Бывает же такое! Так что, его старшая дочь, мать Стеллы даже немного старше папы.

Как же я рад видеть его! Мы так давно не виделись с ним…

Он один из самых близких мне людей. А еще у него есть необычный дар…

Именно он предсказал мне встречу с Леттис…

– Пойдем, Юджин, поговорим. Пойдем… – и он уводит меня в свой ресторанчик, где подают вкусные супы и мясо на гриле.

-Не хочу лезть в тою жизнь, сынок, но послушай моего совета, – начинает он, присаживаясь со мной на стул за обеденный столик. – Эй, Рик, – кричит он младшему брату Стеллы, отвлекаясь от меня ненадолго. – Принеси-ка нам чего-нибудь… Видишь какой со мной важный гость пришел? Мой единственный и любимый племянник! – затем, когда Рик с улыбкой кивает, снова смотрит на меня. Я тем временем оглядываюсь по сторонам. Десять вечера, но здесь по-прежнему полно посетителей.

– Остерегайся эту женщину, сынок, – говорит мне мой дядя. – Ты не нужен ей совсем. И от тебя ей тоже ничего не нужно. Она лжет тебе. Обманывает… Она рядом, потому что твоему другу что-то нужно от тебя. Что-то очень дорогое тебе. А она просто заманивает тебя в свои сети, чтобы отвлечь тебя, чтобы он смог это отнять…

Подумай, прежде чем что-то предпринять, сынок. Ведь ты можешь все потерять. Подумай о Леттис. Она же все узнает… Что она скажет, тогда? Твоя жена – хороший человек. Она же твоя истинная половина. Ты и сам понял это, когда взглянул на нее впервые. Не даром же ты ждал ее так долго. Вы ведь хоть и разные люди, но в то же время вы так похожи, вы будто одно целое… Продолжение друг друга… И, ведь, она все чувствует, что происходит с тобой, как и ты чувствуешь все, что происходит с ней…

Зачем тебе кто-то еще? Ведь у тебя есть самое дорогое сокровище…

И ничего, Юджин, что она была у тебя первой. Нечего из-за этого переживать и стыдиться этого. Любовь нужно дарить только тем, кто по-настоящему близок тебе. Разве можно переживать из-за такого пустяка?

Не только ваш сын спешит в этот мир, но и ваша дочь. У нее впереди интересная жизнь, Юджин. она будет великим человеком… И она будет очень одаренным ребенком…

Расскажи ей все, Юджин. Не бойся, она все поймет…

– Она возненавидит меня… – говорю я. Дядюшка все обо всех знает. Такой, уж, у

– Не возненавидит. Истинную любовь не так просто сломить. Расскажи все, как было, ничего не утаивай. Только расскажи ей не только о своей ошибке, но и о том, почему принял в тот день такое решение… Ведь перед тобой стоял выбор Юджин, помнишь? Помнишь, какое решение ты принял в тот день? Это решение, Юджин, было самым верным.

– Почему ты вдруг заговорил о Холли, дядя? – вдруг спрашиваю я, решая отвлечь дядюшку. Снова он лезет со своим даром и учит меня жить. – Что за жизнь ее ждет? Ты видел ее будущее.

Дядюшка лишь отрицательно качает головой и улыбается.

– Нет, Юджин, я говорю не о Холли. Эта милая девчушка проживет обычную, но счастливую жизнь. Я говорю о той, что будет похожа и на тебя Юджин, и на твою милую супругу – истинный плод любви, зачатый в особую ночь. И не важно, будете вы с женой вместе, или нет, будете ли женаты еще в тот момент, те, кому суждено родиться в этом мире, родятся. Вы встретитесь снова в эту ночь, несмотря ни на что, и ребенок ваш родится. И не важно, при каких обстоятельствах. Обстоятельства эти будут зависеть лишь от вас…

– Но ты говоришь еще о сыне. Значит, скоро у нас сын родится? – в надежде спрашиваю я. Жена не беременна. Она четко об этом сказала. Значит, что бы я не предпринял, Леттис ничего не узнает. И значит, скоро все образуется, и у нас все будет хорошо… И я могу расслабиться… Может, стоит послушать Марка и провести эти две недели, наслаждаясь обществом и близостью Венди? Может, это и не доставит мне духовного удовольствия, зато физически я полностью удовлетворюсь… А Леттис ничего не узнает. Поделом ей будет, раз так ведет себя…

– А сын, Юджин… – неожиданно дядюшка прерывает мои мысли. Он долго смотрит на меня, а потом говорит непонятную мне фразу. – Уже под сердцем матери… Так что подумай, прежде чем что-то сделать. Хорошо подумай. Стоит тебе оступиться, жена сразу все узнает. Вы связаны красной нитью. Вы два разных человека. Но… Ты – это она. А она – это ты.

Я же сказал, не спроста рядом с тобой появилась та женщина… Она уйдет, как только то сокровище, которое захотел тот человек, будет похищено у тебя. А ты будешь жалеть всю жизнь…

После разговора с дядюшкой мне хорошо. Не нравится только, что меня, взрослого человека учат, как жить. Но его я люблю и прощаю ему это.

Насчет связи с Венди. Я подумаю. Я как бы больше и не хочу ее… И навязчивая идея о близости с ней давно прошла. Но я зол на Леттис. Она прямо довела меня. И если это продолжится, я переступлю черту. Назло ей.

Глава 21.

В четверг я не видела Юджина совсем. Он ушел рано утром, а пришел, когда я уже спала. Мне снова не удалось поговорить с ним. Я только почувствовала, как проминается матрас под ним, когда он ложился. Он не обнял меня в этот раз, просто отвернулся.

Ночью я пару раз вставала в туалет. Юджин крепко спал. Значит дома, это хорошо!

Этих дней у меня все-таки нет. За них я приняла что-то другое. У меня задержка. Такое со мной случается. Грудь стала чувствительной. И нервы на пределе.

Это все из-за этого. Я уверенна! Из-за этого я начала что-то себе выдумывать. И из-за этого я срываюсь на мужа.

Утром в пятницу мы снова ссоримся. Кажется, Юджин становится еще угрюмее. Я высказываю ему все в лицо, о том, как меня достала его работа, как достала эта Венди, и как достал он сам. Я прямо кричу. Батончик даже куда-то скрылся. Хорошо, Холли ушла уже в школу, и не слышит этого.

Муж уходит, громко хлопая дверью и говоря мне напоследок:

– Я тоже устал от тебя и твоих придирок!

Я сжимаю кулаки и смотрю на дверь. Нужно извиниться перед ним. Что же я такое говорю ему? Он, ведь итак устает на работе! А тут я ругаюсь с ним.

Прости меня, Юджин. Не знаю, что со мной…

Днем собираюсь идти к нему на работу, чтобы извиниться. Охрана меня пропустит. Меня там знают. Все-таки, я госпожа Кан. И, к тому же, я работала там какое-то время.

Но, пока иду, меня окликает знакомый голос.

– Тайлер!

Знакомая фигура в темных очках со слегка кучерявыми светлыми волосами машет мне рукой и улыбается. Сегодня на нем цветастая футболка и голубые джинсы. В руках он держит стаканчик с чаем со льдом.

– Как дела? – спрашивает он, когда я подхожу и сажусь рядом.

– Нормально, – пожимаю я плечами. – А у тебя как?

– Тоже ниче. Вот из короткого отпуска вернулся. К родителям ездил, – отвечает мой друг, а потом вдруг спрашивает. – А как у вас там с Юджином? Все хорошо?

Почему он спрашивает?

Я удивленно смотрю на него. Он будто бы все знает…

– Нормально, – говорю я. – Правда, в последнее время он много устает на работе, поэтому ведет себя странно. Да и я немного раздражительная… Ссорюсь постоянно с ним.

– А из-за чего раздражаешься? – спрашивает Тайлер. – Он доводит тебя? Или еще что? Если у тебя какие-то проблемы, скажи мне. Ты знаешь, я всегда готов тебе помочь…

– Ну… – я смотрю на друга. Тайлер очень хороший друг для меня. Когда-то он очень сильно поддержал меня, когда мне было плохо, опять же из-за Юджина. И мне так хочется рассказать ему все… Поделиться своими подозрениями насчет моего мужа. Но я решаю этого не делать. Мои семейные дела его не касаются. – Все хорошо, Тайлер…

– Наверное, он опять часто на работе задерживается?

– Он же много работает, – жму я плечами. – Он всегда так делает, когда что-то важное. Хотя, такого уже года три не было. Но последний месяц… Я почти и не вижу его, – вздыхаю я. – Но вот, у него снова важный проект, он живет на работе. И, кажется, этим проектам нет конца, потому что до этого проекта был какой-то другой проект…

– А знаешь… – я поднимаю на него голову, и мой друг внезапно замолкает и

– Что?

– О! Внезапно забыл, что хотел сказать, – говорит Тайлер. – А знаешь… Если вдруг Юджин тебя обидит… Скажи мне, ладно? Не молчи, хорошо? Он, конечно, хороший человек… Но всякое в жизни бывает…

И говорит он это как-то подозрительно. И постоянно смотрит куда-то в сторону.

Насколько я знаю Тайлера, он никогда не забывает, что хотел сказать. А если не говорит что-то, значит просто передумал это что-то говорить.

Что-то тут не так.

Ну вот, думаю я, теперь и Тайлер от меня что-то скрывает…

Почему он внезапно заговорил об этом? Про Юджина?

Странные слова…

Это наталкивает на мысль, что он знает что-то про Юджина… Чего не знаю я. Но пытается скрыть.

– Тайлер, – я смотрю другу в глаза. – Ты ведь что-то знаешь? – спрашиваю я осторожно.

Тайлер долго смотрит мне в глаза. И я вижу, я прямо чувствую, как он раздумывает, сказать мне или нет.

Что же это? Что он скрывает?

– Я видел… – тихо говорит Тайлер и останавливается.

Что? Что ты видел, Тайлер?

– А… не важно… Это не имеет значения…

– Тайлер? – я пытливо смотрю на него.

– Тебе лучше не знать… – Тайлер встает. – Я не могу… Зачем только я заговорил об этом?

– Тайлер…

Но мой друг внезапно уходит, оставляя меня одну. Я долго смотрю ему вслед и не понимаю, что произошло…

Почему вдруг Тайлер сбежал от меня?

Солнце сильно палит, и я чувствую головокружение и легкую тошноту. Наверное, это тепловой удар…

Не пойду к Юджину. Нужно вернуться домой. Поговорю с ним дома. У нас еще выходные впереди. Надеюсь, он проведет их со мной…

Леттис… Она снова поругалась со мной с самого утра. Хорошо, Холли уже ушла в школу к тому времени.

Да что это с ней? Почему она в последнее время постоянно срывается на меня? И так странно смотрит на меня, будто бы все знает…

Как же это напрягает…

И из-за того, что мне стыдно перед ней… И я боюсь сказать ей правду, я тоже начинаю срываться…

Может, все-таки надо было найти в себе силы и все рассказать, как говорил мне дядюшка? Почему-то мне кажется, это было бы самое правильное решение, чем искать себе утешение на стороне и сбегать от своих проблем… Но я уже столько наворотил… Зачем? Зачем я снова целовался с этой дешевкой? Чтобы отомстить жене? За что? Я же сам виноват. Это я странно веду себя. Это из-за меня у нее появились подозрения…

Надо было признаться… Надо было рассказать, что произошло той ночью… Надо было рассказать ей все сразу… Надо было рассказать, что я тогда ушел оттуда, пересилив свое пьяное вожделение…Чтопомогло мне пересилить его… Надо было сказать,почемуя ушел оттуда… Ведь я вспомнил тогда о ней. Я ушел оттуда, потому что люблю ее…

Что же произошло со мной? Неужели, это все только потому, что пытаюсь заглушить свою совесть, боясь все рассказать жене?

Да еще Марк… Зачем ему все это? Почему так уговаривает переспать со своей сестрой? Зачем толкает меня к ней, если знает, что кроме Леттис мне никто не нужен?..

Да я и не настолько озабоченный, в отличии от него, чтобы кидаться на первую попавшуюся доступную шлюху.

Да, я целовал ее. Но я понимаю, что это неправильно.

И как только у меня могла появиться сама мысль о том, чтобы переспать с ней?

Да, она привлекательная, не отрицаю… И то, что она делала со мной по-пьяни… Но и я тогда был очень пьян. На трезвую голову я никогда бы этого не допустил…

Ведь я люблю Леттис… Не хочу ее ни с кем сравнивать… Не хочу пробовать ничего нового. Меня все устраивает в ней.

Сегодня же приду домой и все ей расскажу. Буду просить прощение, если понадобится, встану на колени, лишь бы она простила меня.

И никогда… Никогда больше не допущу этого. Все ошибаются. Она, конечно, обидится, но простит меня. Ведь, она тоже любит меня… Я это точно знаю…

Уже немного поздно. Я снова засиделся. На часах семь часов. Снова я последний остался… Ну, если не считать Венди, конечно…

Конечно, с другой стороны, в том, чтобы провести с ней ночь не было бы ничего плохого. Но не для меня. В моем сердце уже есть та, кто останется там навсегда…

– Юджин, ты кажешься напряженным, – говорит она, глядя на меня. И разговаривает она со мной так непринужденно, будто мы очень близкие люди. Я бы даже сказал, любовники. – Снова в семье проблемы? Снова твоя жена-истеричка?

– Перестань так говорить о ней, – я хлопаю кулаком по столу. – Она не истеричка!

– Извини, Юджин. Не хотела тебя обижать… – говорит она обиженно надув губки.

Я немного засматриваюсь на них. Сколько раз мы уже целовались?

Не помню, но с Леттис ее не сравнишь…

Моя жена намного лучше ее в этом…

И то, как она откинулась тогда назад, когда мы занимались любовью. После этого я напрочь забыл о той пятнице, и что тогда было. И я, наконец, понимаю, что все мои мысли о Венди были сплошным бредом.

– Юджин…

Снова это прерывистое дыхание… Снова она прижимается ко мне грудью.

Но это больше не нравится мне. Почему-то теперь я точно уверен, что все это обман. Словно заранее отрепетированный сценарий. Думаю, я не первый, с кем она играет эту игру… Но зачем?

Я резко встаю с кресла и презрительно смотрю на нее.

Да она просто шлюха, которая решила ублажить меня ради какой-то выгоды. Почему раньше я этого не понял?.. Это всегда происходит одинаково. Она прерывисто дышит, прижимается ко мне…

Она просто нашла, что меня возбуждает, и выбрала подходящую тактику…

Не даром дядя сказал, что она обманывает меня…

Но что ей нужно? Я взял ее на работу, раз уж она захотела остаться в этом городе, заключил с фирмой, на которую работает ее брат, выгодный контракт. Деньги ей точно не нужны. У них богатая семья, которая с радостью снабжает ее всем, что ей нужно…

Секс со мной?

Да я даже сейчас вижу по ее глазам, что она просто притворяется… Как же я раньше не увидел этого? Она всегда притворялась…

Тогда что?

– Что тебе нужно?

Мой голос звучит строго, но так и должно быть. Пусть знает, больше

И замираю на месте.

Никогда. Я никогда не ожидала увидеть такого…

Юджин…

Замираю на месте.

Мой муж стоит и целуется со своей секретаршей и сжимает рукой ее обнаженную грудь.

У меня подкашиваются ноги, я опираюсь на дверь. Дышать трудно… Руки не держат… Телефон мужа выскальзывает у меня из рук и громко ударяется о пол. А я стою, и не могу поверить своим глазам.

Юджин резко поворачивается и испуганно смотрит на меня. Я смотрю в его расширенные от испуга глаза. Любовница его тоже уставилась на меня, да с такой наглостью и надменностью…

Она быстро застегивает свою блузку и выходит, будто бы понимая, что ей здесь делать уже нечего.

Что сейчас здесь будет что-то, от чего нужно сбежать…

Но здесь не будет ничего…

А где-то у Стеллы моя дочь играет с маленьким кузеном, как она его называет. Метт громко смеется и лезет в ее рюкзачок.

– Эй, не нужно это делать, – говорит дочка, но Метт уже что-то достал оттуда. Какую-то открытку… или фото…

– Отдай, – говорит Холли и тянет за бумажку.

– Я хотю посмотлеть, – лепечет Метт, и тянет листок на себя.

– Нет! – но уже поздно. Лист разорван ровно напополам, и дочь заливается слезами. – Что ты наделал? Это фото папы и мамы!..

– Юджин… – тихо говорю я.

– Да… – он знает, что нам предстоит разговор. И он ждал его, как и я. Я чувствую это.

– Ты занимался с ней сексом? – спокойно спрашиваю я. – Ты мне изменял?

Юджин молчит, обдумывая ответ. И я понимаю, что он не хочет меня ранить. И я знаю, что он мне ответит…

– …Да, наверное, – я вижу, как его кулаки сжимаются.

– Твой друг, ведь, адвокат, да?

– Да.

– Пусть подготовит тебе документы на развод…

– Милая…

– Это конец, Юджин…

Глава 23.

Мы не виделись месяц. Я месяц не видела своего мужа.

Что я чувствую?

Не знаю…

В тот день я ушла, забыв обо всем на свете. Пришла к Стелле вся в слезах, не в силах ничего сказать, и она приютила меня у себя на два дня. Дочка моя осталась гостить у бабушки и дедушки, родителей Юджина, которые остановились в своей квартире, которую не так давно купил им их сын. За нее я не волнуюсь.

Да, и если честно, я была в таком состоянии в последнее время, что даже почти не вспоминала о ней…

Я плохая мать, да?

Может, и так. Но если бы она увидела меня в таком состоянии, боюсь, счастливее она от этого не стала бы. Еще не хватало, чтобы я в порыве ярости не рассказала ей, что ее папочка натворил.

В понедельник, когда Юджин уже уехал, я вернулась домой…

Нет. Уже не домой.

Я вернулась в его квартиру, чтобы забрать свои вещи и кота. В тот же день я, наконец, повидалась с дочкой и попросила своих свекра и свекровь и дальше присматривать за ней, до приезда их сына.

– Что-то случилось, дочка? – удивилась свекровь в тот день. – Что произошло? На тебе лица нет… И Юджин уехал, и ничего никому не сказал…

– Все хорошо, – натянуто улыбаюсь я, но свекровь подозрительно косится на чемодан в моей руке и на переноску с котом на плече, откуда слышится мяуканье.

– Ты тоже куда-то собралась? – удивляется она. – Юджин знает?..

– Все хорошо, – говорю я. – Позаботьтесь, пожалуйста о Холли, – я обнимаю на прощание дочку и быстро выхожу.

Мне тяжело оставлять дочь с отцом. Но он ответственный, и сможет о ней позаботиться. Все-таки, предал он меня или нет, любит или нет, дочь он свою любит. И я могу спокойно ему ее доверить.

Не ходить же ей со мной по съемным квартирам, в конце концов? Да и до школы ей от дома не далеко. А я в спешке нашла себе квартиру аж на горе, в небогатом райончике на окраине города.

С отъезда Юджина тогда уже прошло две недели. К тому моменту я почти перестала шарить по-привычке рядом с собой рукой, когда просыпаюсь, в поисках мужа.

Я была сильно обижена на него, и думала уже, что ненавижу его. Но я ошибалась, и поняла это, когда начала скучать… Начала тосковать по нему… Несмотря ни на что…

Каждое утро я просыпалась в слезах.

Ну как же такое получилось? Почему? Почему вся его любовь оказалась ложью?

Мы же были так счастливы… Разве, нет?

Может, это просто кошмарный сон? Я проснусь, а Юджин рядом, по-привычке гладит мою попу, а затем идет завтракать…

Но сколько бы раз я не просыпалась, весь мой кошмарный сон каждый раз оказывался явью…

И чтобы отвлечь себя от грустных мыслей, я устроилась на работу. Позвонила по телефону на визитке, что дала мне Стелла и встретилась с ее другом.

Работа моя теперь заключается в том, что я обслуживаю клиентов в дорогом элитном клубе для ВИП-персон. Мужчин, если быть честной. Как мне объяснил мой новый босс, высокий худощавый мужчина с темно-рыжими волосами и ярко-зелеными глазами, мужчины из городской элиты приходят к нам в клуб, чтобы отдохнуть и расслабиться. Все, что я буду делать, это принимать заказы и составлять компанию, вести разговор. Сначала я было засопротивлялась. Знаю я такие вакансии. Ко мне будут приставать… В постель потащат…

– Если не хотите, вас никто не заставит, – говорит мне мой босс. – Наденете зеленое платье. Это значит, что вас нельзя трогать и делать какие-либо пошлые намеки. Флиртовать можно только с девочками в красном. Их можно пригласить и к себе, провести ночь. Но это уже только на их усмотрение, И без моего ведома, – говорит он. – Это уже их личное дело и их жизнь вне работы. Если кто понравился, пусть идут с ним хоть куда. Но не здесь, не в моем клубе. Здесь можно исключительно флиртовать. Секса в моем клубе не будет. Никогда! Я против. Так что вам, дорогая, бояться нечего… Кстати, вы замужем? Кажется, в клубе Стеллы, я видел вашего мужа?

– У нас бракоразводный процесс, – говорю я, и почти права.

– Это по-своему хорошо, – кивает мой босс. – Не всем мужьям нравится такая работа жены. Далеко не всем…

В общем, так я устроилась на работу, и теперь работаю в ночь. Каждую ночь. Чтобы заработать денег на первое время, я взяла побольше смен. Шеф это одобрил. Платят мне далеко не плохо. Хотя, «девочкам в красном» платят чуть ли не вдвое больше моего, но меня и это устраивает.

И вот так теперь каждый вечер я спускаюсь с горы, на которой находится райончик, где я теперь живу, на метро, чтобы доехать до места работы, которое находится на другой стороне реки. И каждое утро я возвращаюсь назад.

Дочь я, естественно, не вижу все это время, и сильно скучаю по ней. Но деваться мне некуда, нужно заработать денег. Скоплю немного, найду другую работу и заберу ее, обещаю я себе.

Только, вот, не знаю, как она в школу будет добираться…

А еще я скучаю по Юджину. Очень скучаю… Вопреки всем обидам.

Но тоска эта бессмысленна.

Нам больше никогда не быть вместе… Я этого не допущу! Пусть даже мое сердце так этого желает…

Он ведь даже не попытался извиниться…

С тех пор, как Юджин уехал прошел ровно месяц. Сердце мое по-прежнему болит, то ли от обиды на него, то ли от тоски…

Интересно, а он хоть раз обо мне вспомнил? Вот уже две недели, как он приехал, а так ни разу и не позвонил… И почему меня это так волнует?

Ах да… Я же номер сменила… Его, ведь, теперь даже Стелла не знает…

И никто не знает, где я теперь живу! Специально никому не сказала. Чтобы Юджин не нашел (хоть, часть меня все-таки хочет, чтобы нашел).

Но однажды мне звонит знакомый номер…

Глава 24.

Кто? Кто меня выдал?

Холли… Одной ей я звонила…

Ну просила же звонить, когда папы дома нет… И назвать мой номер в телефоне не «мама», а как-нибудь по-другому…

Долго смотрю на номер, который и без телефонной книги я знаю наизусть. Отвечать или нет?

Вдруг, будет уговаривать вернуться к нему?.. Это причинит мне боль… Снова… А вдруг я не выдержу и поддамся его уговорам?.. И вернусь к нему…

А я ведь твердо решила больше этого не делать.

Я слишком сильно люблю его…

И именно поэтому его поступок тогда причинил мне такую боль…

Именно из-за моих чувств к нему его измена была так болезненна для меня…

Решила ответить, но разговаривать буду сухо и холодно… Насколько это получится…

– Алло…

Слышу, как он какое-то время дышит в трубку и молчит. Я жду. У меня плохое предчувствие.

– Документы готовы, – холодно говорит он. – Нам нужно встретиться…

– Ка… Какие документы? – спрашиваю я, все еще пытаясь держаться холодно, но сама еле сдерживаю слезы.

– На развод, – говорит он и снова ненадолго замолкает, а потом добавляет шепотом. – Я скину тебе место на карте… – и выключает телефон. Следом мне приходит картинка с изображением карты. Я знаю это место, то, которое он выбрал.

И почему именно его? Надо же, как романтично…

Это место очень хорошо мне знакомо.

Наше с ним любимое место в городе… Одно из самых любимых… Оно находится на небольшой горе. Здесь много кафе и ресторанчиков. И сюда он любил приводить меня на свидания… Тут и клуб Стеллы недалеко…

Чувствую, как по щеке катится горячая слеза.

Еду на метро. Пешком мне идти далеко от дома. Это на той же стороне реки, где живу я, но я все равно не дойду… Тем более, я только после ночной смены. К счастью, сегодня неожиданно мой шеф отправил меня на два выходных. Сегодня планировала отоспаться как следует. А на завтра у меня есть еще кое-какие планы.

Почему-то я точно знаю, куда он придет, хотя райончик этот довольно большой.

Останавливаюсь около небольшой смотровой площадки, выходящей на гору, на противоположной стороне дороги, проходящей внизу, куда плавно спускается улица, ведущая с горы, откуда я только что поднялась, перейдя по пешеходному мосту над дорогой, с другой стороны улицы, откуда вышла из метро.

Это небольшой выступ, чуть свисающий над дорогой. Тут есть небольшая скамеечка, где мы с Юджином любили сидеть в обнимку и любоваться видом на гору вдалеке, где находится городская телевизионная башня. Пол выложен дощечками. С одной стороны стоит кустовое растение, аккуратно высаженное в горшочек.

Я облокачиваюсь на перила и смотрю вниз на дорогу. Обычно я немного боюсь высоты. Даже голова кружится. Но сейчас у меня такое состояние, что меня ничего уже не страшит. А голова, итак, постоянно кружится последнюю неделю. И еще тошнит постоянно…

И на этот раз я точно знаю, что со мной…

И как такое могло случиться? Я определенно помню, что мы всегда применяли меры предосторожности…

Но Юджину я пока говорить ничего не буду…

Он подходит тихо. Я просто чувствую, как ко мне сбоку прижимается кто-то теплый.

Я точно знаю, что это он.

Встал рядом со мной, в той же позе, что и я, и прижался ко мне своим плечом. Интересно, почему так близко? Мог бы встать и чуть дальше. Места-то тут много…

Но мне приятно это. То, что он вот так стоит рядом. Хоть и стараюсь скрыть это даже от себя самой.

Я мельком кидаю на него взгляд.

Щеки какие-то впалые, взгляд потухший, уголки губ опущены, похудел… Если бы я точно не знала, что это он, не узнала бы его.

– Пойдем, посидим где-нибудь, – говорит он тихим голосом и закусывает нижнюю губу.

Наша любимая скамеечка точно не подойдет. На ней сидеть нам только если в обнимку, насколько она маленькая.

– Пойдем, – говорю я.

– Что хочешь поесть?

– Мяса хочу, – правда хочу. Очень. Хоть за его счет поем. Свои-то деньги я пока экономлю.

Мы заходим в небольшой ресторанчик, где подают мясо на гриле. Часто ходили мимо, но так ни разу и не зашли. Мы в этом районе только на свидания ходили. А после свиданий нам было не до ресторанов. Надо было скорее добраться до дома… и в постель…

Тут очень уютненько: несколько столиков для больших и маленьких компаний, разделенных деревянными перегородками. Кое-где в середине

Помещение ресторана освещено мягким желтым светом. Здесь уютненько. Время обеда еще не настало, поэтому народа пока не много. Кое-где на стенах висят картины. Около окон стоят цветы в горшках. Заметила здесь несколько цикламенов, фикусов и драцен. На клумбе снаружи растут ярко-красные пушистые герани и розовые бегонии.

Я вижу в руке Юджина черную папку. Там и лежат те самые злосчастные документы, догадываюсь я.. Но пока он ничего про них не говорит. И какая-то часть меня хочет, чтобы он про них забыл. И я не напоминаю.

Мы молчим. Даже не смотрим друг на друга. Он уткнулся в меню. Мне меню не интересно. Положусь на его вкус.

Подходит работница ресторана, пожилая женщина. Юджин заказывает что-то очень дорогое. А я погружена в свои мысли. Мне неожиданно вспомнилось кое-что…

Марк…

Он рассказал мне все, что было между моим мужем и его сестрой. Та все рассказала своему братцу. Как же долго Юджин обманывал меня…

– Ты чего, сеструха? Разве можно из-за такого пустяка бросать его? Какой развод, ты че? Они ж всего-то развлеклись разок, что тут такого? – сказал он мне тогда. – Ну посмотрел налево чувак? Он же не жениться на ней собрался. Он даже не любит ее. Он же тебя любит, сеструха. Да забудь ты этот пустяк! Он же твой муж! Он так круто пендорит тебя, ты ж голову от него теряешь! Он мне по секрету говорил. И бабла у него полно. Ты ж в роскоши живешь…

– Заткнись, – говорю ему я и сжимаю руки в кулаки. Как же мне не нравится, как он разговаривает. Эта его манера речи!.. Как это раздражает…

– Да отомсти ты ему, пока его нет, и все. Давай развлечемся в моей кроватке, а ему ничего не скажем. Отвлечешься, развеешься… А если хочешь, расскажи ему все. Отомстишь. Пусть тож подуется чувачок, а потом снова сойдетесь…

– Заткнись, Марк, и готовь документы…

– Какие документы, подруга?

– На развод, – кричу я, уже не в силах сдерживаться. – Юджин, что, не сказал тебе? Он даже этого не может?

– Нет, – видимо я так напугала Марка своим ором, что из него в момент вышла вся его так называемая «крутость». – Прости, Летс… Он, и правда, мне ничего не сказал.

– Ну так займись делом и помоги своему другу хотя бы развестись нормально. Знаю, что ты, гад, тоже ко всему этому руку приложил…

– Летс, послушай… Я же не знал, что до такого дойдет? А? Ну у вас же малышка? – и правда, манера речи круто изменилась. Видимо понял, что со мной лучше в привычной ему манере не разговаривать. Правильно, Марк. Говори со мной так же, как разговариваешь на работе. Я тебе не друг, чтобы разговаривать со мной так.

– А что вы будете, госпожа? – голос женщины приводит меня в чувство. Я удивленно смотрю на нее, потом на Юджина. Он удивленно смотрит на меня. И ждет, когда я тоже сделаю заказ.

Видимо, платить за меня никто не будет…

Ну да… С чего это я решила, что он будет за меня платить? Мы же больше не супруги… Это раньше он оплачивал счет сам…

Но мне этого и не нужно. Теперь я тоже зарабатываю деньги. Пусть пока у меня и такая работа. Это на первое время. Потом найду себе другую работу…

Но сейчас деньги у меня водятся и за отработанный месяц я уже получила неплохую сумму.

Быстро кидаю взгляд на мясо в меню, которое выбрал Юджин. Дорого. И как-то уже не хочется. Только представлю его запах, и меня уже воротит. А Юджин будет это есть. Надо бы продержаться.

Но мне хочется поесть. Острый суп, думаю, неплохой вариант. И не дорого. И запах мяса перебьет немного. И я заказываю его.

Женщина записывает мой заказ и уходит.

Мы молча сидим и молча едим. Каждый то, что заказал себе сам.

Между нами стена, которую уже ничем не разрушить. Мы связаны красной нитью… Но имеет ли теперь это какое-то значение?

После нашего обеда, когда в ресторанчике уже начинает собираться народ, Юджин, наконец, открывает свою папку и протягивает мне бумаги. На них уже есть его подпись.

Мои губы непроизвольно поджимаются, и я сдерживаю слезы, готовые рвануть бурным потоком из моих глаз.

Юджин протягивает мне ручку. Я принимаю ее из его рук, но он какое-то время держит ее, и не отдает мне.

Я держусь за эту ручку и смотрю на нее, потом тяну на себя.

Мне тяжело, но я подписываю документ. Юджин, не мигая смотрит на это. Затем берет молча документы, убирает их в папку, встает и идет расплачиваться. А затем быстро уходит.

Я встаю и тоже иду расплачиваться.

– Да нет же, – говорит мне женщина и легко хлопает меня по спине. – Ваш муж уже заплатил за все… Вот, – она отдает мне пакет. – Он заказал это для вас. Просил передать это вам. Сказал, что пока его не было, вы сильно похудели. Просил поесть вас это на ужин. Говорит, что работает много, и не может проследить, чтобы вы нормально питались… Я немного понаблюдала за вами… Вы плохо кушаете, потому что у вас токсикоз? Вы беременны? У меня тоже такое было. Это пройдет, не волнуйтесь…

Я удивленно смотрю на пакет с едой, но забираю его. Он достаточно тяжелый.

Я благодарю женщину и выхожу.

Токсикоз… Беременность… Мне, ведь, еще в магазин за тестом нужно сходить. Хотя, я уже точно знаю результат…

Сижу в своей машине, положив голову на руки, которые положил на руль. Нужно ехать домой. Дочка ждет. Но я не могу этого сделать. Слезы застилают мои глаза, и я ничего не вижу. Как мне ехать?

Подписала. Она все-таки подписала…

И зачем только я взял их с собой? Как предлог чтобы встретиться? Я же собирался поговорить с ней. Собирался вернуть ее домой… Но так и не смог выговорить ни слова. Просто молча отдал ей документы, а она подписала.

Какой же ты дурак, Юджин… Дурак.

Сам же все испортил, а теперь даже исправить ничего не в силах.

Надо было слушать дядюшку, надо было рассказать ей все еще тогда… Ведь в ту ночь

Надо было сказать этой ей…

А я только все еще больше запутал…

Конечно, она, наверное, сейчас сильно обижена на меня. Что ж… Есть за что…

А я так виноват, что мне стыдно даже слово сказать ей… Даже просто извиниться…

Глава 25.

Захожу в первый попавшийся минимаркет своего района и шарю по полкам. Хочется чего-нибудь вредного купить, печенюшек там всяких…

Выбираю вкусняшки. Прихватываю кофе (знаю, что нельзя, но рядом нет того, кто будет пилить меня за каждую выпитую (без его ведома) чашечку только лишь потому, что я беременна).

Сама я плавно подхожу к кассе, где лежит то, что мне нужно. Да, несмотря на свой возраст, я все еще стесняюсь покупать такие интимные вещи.

Беру коробочку, и слышу знакомый, ласково-сладкий мужской голос:

– Два бери. Третий в подарок.

Я подпрыгиваю на месте как ошпаренная и смотрю на кассира. Со стороны кассы мне хитро улыбается мой друг, Эрик. Он же друг Юджина.

Его я здесь увидеть ну никак не ожидала.

– Эрик… Привет… – говорю я растерянно. – А чего ты это здесь делаешь? Я думала, у вас магазин в другом районе…

– Тут мы недавно открылись, – сообщает мне друг. – Тут в основном братишка работает. Но сегодня он приболел чуть-чуть, вот я его и подменяю.

– Понятно, – говорю я. – Что ж… Была рада повидаться… Пойду-ка домой. А то я устала что-то после работы…

– Подожди, Леттис, – останавливает меня Эрик. – Я вот что хотел спросить: а что, у вас, и правда, с Юджином все так плохо?

Я глубоко вздыхаю и отвечаю ему:

– Он приезжал сегодня встретиться со мной…

– Он попросил прощения?

Я молча качаю головой, а затем отвечаю:

– Я подписала документы на развод. Между нами все кончено…

Эрик печально вздыхает и качает головой. И закусывает свою пухленькую нижнюю губу.

– Да уж… А я так надеялся, что до этого не дойдет…

– Все к тому и шло… Если вспомнить ту пятницу, за две недели до его отъезда.

– Ну, про пятницу я ничего не знаю… – говорит мне Эрик. – Но вот субботу хорошо помню. Я тогда стоял за кассой, в ночь, в том нашем магазине. А тут он заваливается, прямо никакой. Мотается, за стену держится… которой нет. Чуть витрину мне не снес… И про тебя песню пел… похабную… под мотив нашей любимой группы… Не хотел тебе рассказывать… Ну так вот… Заходит он, значит, и говорит мне: «Эрик, здравствуй, друг мой! Как твои дела?». Я ему говорю: «Юджин, ты откуда такой? Леттис дома не поругает? Ты что такое похабное поешь?». А он мне «За что ругать? Это ее любимая песня!». «Ты чего пришел?» – спрашиваю я. – «Тебе от похмелья чего-нибудь?». А он мне: «Дай-ка мне, Эрик, резинок. А то мои закончились!». «Жвачку тебе, что ли? Не подавишься? Ты же пьяный!». А он такой: «Да какая жвачка? Я, что, с женой ночью жвачку буду жевать? Моя Леттис по ночам не жует…». А потом…

– Можешь больше не рассказывать, – говорю я, краснея. Неужели, такое, и правда, было? Но куда тогда Юджин потом делся? Дома-то его не было…

– Вроде, было не так давно… Вы так любили друг друга… Да что с вами случилось?..

– А то, – говорю я, – Что пошел он в ту ночь не домой. И не ко мне!

– Как не к тебе? – удивляется Эрик. – Я же встретил его на следующее утро, когда домой возвращался. Он вышел из вашего дома такси ждать. Сказал, что так рано, потому что в другой город, к клиенту ехать надо. Я еще поинтересовался, не болит ли его голова, с бодуна… А он еще спросил, откуда я знаю. Мы что, типа того, виделись?..

Но спал он тогда точно не со мной. Рядом его не было…

И я точно знаю, где он был…

Но зачем он тогда домой приходил?

Надо бы спросить Холли… Может, она что знает?

Ох, ну и зачем мне ее спрашивать?

Между нами с Юджином, ведь, все равно уже все кончено…

– Ладно, уж, Эрик, пойду-ка я домой, – и украдкой смахиваю невольно навернувшуюся слезу.

– Удачного дня, – желает мне мой друг.

– И тебе, Эрик, хорошо сегодня поработать.

– ОК! – говорит мне Эрик и поднимает большой палец вверх.

– Только Юджину про это ничего не говори, хорошо? – махаю купленными тестами и показываю Эрику.

– Хорошо, – говорит он. – Но все равно придется его когда-нибудь обрадовать, – говорит он с хитрой улыбкой, когда я уже выхожу.

И кто только ему сказал, что там обязательно будут две полоски? Может, я ошиблась? Я же специально купила их, чтобы проверить…

На следующее утро сижу на закрытой крышке унитаза в туалете своей небольшой квартирки, которую я сняла в небольшом двухэтажном доме на четыре квартиры, с общим выходом на крышу, где можно посидеть вечером и полюбоваться на город видом с горы. Тут где-то недалеко живет и дядюшка Юджина, дедушка Стеллы, только в районе побогаче нашего.

Туда я не хожу, боясь встретиться с Юджином, который туда часто приезжает в гости.

Меня мутит с тех пор, как я проснулась. Желудок выворачивает.

Когда с утра прихожу после ночной работы, мне намного легче. Не так тошнит.

А сейчас совсем плохо.

Вчера с Батончиком поужинали мясом, которое купил для меня Юджин, и сейчас мне кажется, что все оно выйдет наружу.

Смотрю на свои трясущиеся руки, которые сжимают тесты, купленные вчера по акции у Эрика. Результат готов. И эти самые тесты будто бы смеются надо мной. И на каждом я будто бы вижу угорающее лицо моего друга, который мне эти тесты продал. И они прямо-таки говорят мне: «Ну что? Ты же так этого хотела…»

И я понимаю, что этот бред лезет в мою голову потому, что мне плохо. Мне не было так плохо даже когда я носила под сердцем Холли.

И что мне теперь делать? Что я скажу шефу? Представляю, как в его клубе будет работать сотрудница с животом. По-моему, это будет диковина… Или дикость.

Хорошо Юджин не знает о том, где я работаю, и что

И вообще я подумаю, говорить ему об этом или нет. Может и не стоит, раз уж у нас с ним такие отношения…

Днем все-таки выхожу из дома подышать свежим воздухом. Мне уже лучше, и весь бред вышел из моей головы…

Надо бы записаться ко врачу в свой выходной день…

Спускаюсь, не торопясь к местному минимаркету, к другому, не к тому, где работает Эрик. Куплю себе на сегодня лапшу. Что-то острого захотелось.

И мяса еще хочу…

– Племянница, – слышу я знакомый голос и оборачиваюсь.

Передо мной стоит достаточно высокий пожилой мужчина и улыбается мне. Это дядюшка Юджина и дедушка Стеллы.

Он давно уже называет меня племянницей. С тех самых пор, как мы с Юджином поженились. И я не против, мне это даже приятно как-то… Это ведь значит, что я тоже часть их семьи… Была…

Я приветственно машу рукой и подхожу к нему.

– Сколько времени прошло с тех пор, как мы виделись в последний раз? – спрашивает он. – А, ведь, живем всего через две улицы…

– Разве? – удивляюсь я. Ну да, я плоховато ориентируюсь в этом райончике… Я, конечно, знала, что его дом находится где-то недалеко… Но, чтобы через две улицы…

– Прямо сама судьба распорядилась, чтобы ты поселилась так близко, – говорит он. – Заходи как-нибудь, а то мне одному-то скучно…

– Хорошо, – говорю я, но сама задумываюсь. Так-то я не против навещать дядюшку иногда… А вдруг и Юджин решит его навестить, когда я приду? Этого-то мне не очень хотелось бы…

– Натворил племянник делов, – говорит дядюшка, будто бы читая мои мысли. – А я ведь говорил ему, чтобы одумался… Говорил, чтобы все рассказал…

– Поздно уже жалеть об этом, – говорю я.

– Может, и не поздно, – отвечает дядюшка. – У тебя вон уже сынок растет. Если бы вам не суждено было быть вместе… Если бы судьба не захотела бы вас помирить, разве, вы зачали бы в ту роковую ночь ребенка?

Дядюшка Юджина, кажется, знает обо всех все. У него необычный дар…

Он даже знает, когда именно мы это сделали…

Почему я не знаю?

До сих пор ума не приложу, как это получилось… Ведь Юджин всегда… всегда!!! предохранялся… Я его заставляла, и всегда следила за этим.

– Та ночь, что кажется ужасной на первый взгляд, может оказаться вашим чувствам спасением, – говорит мне дядюшка какие-то загадочные вещи. Но он всегда говорит в такой манере и ничего не объясняет. Узнать смысл его слов можно будет лишь со временем…

– Мне кажется, их уже не спасти, – говорю я. Как можно спасти то, чего больше нет? Люблю только я одна, а Юджину все равно. Поэтому он так и поступил со мной.

Он ничего не потерял. Даже наша дочь осталась с ним… Пока…

Со мной же остались только наш кот и моя неразделенная любовь. Ах да… Еще и сын… То, что у меня будет сын я точно знаю. Так сказал дядюшка, а он в этом никогда не ошибается…

– Кстати… Я вот чего пришел… – вдруг говорит дядюшка. – Пойдем-ка ко мне… Тебя там кое-кто ждет…

Дорога к аэропорту кажется бесконечной. Эти бесчисленные пробки в городе… Светофоры, которые приходится ждать часа по два, наверное. Ну, по крайней мере так кажется мне…

И тяжелые воспоминания того дня, которые сначала казались мне пугающими, но вместе с тем привлекали меня, влекли продолжить начатое… Оступиться… Теперь они кажутся мне кошмарным сном. До сих пор не могу понять, зачем я все это сделал…

И, кажется, уже нет пути назад…

Что ж…

Нужно подумать над тем, что мы имеем…

Леттис глубоко обижена на меня. И мы подписали документы на развод, которые я так и не решился отвезти в то место, куда они предназначаются. Она живет отдельно, съехала, пока меня не было в стране, и я долго не мог найти даже номера ее телефона, который она, конечно, сменила. Хорошо догадался порыться в телефоне дочки, который она мне одолжила позвонить, так как мой телефон «разрядился». Там, в записной книге я нашел интересный контакт под именем «никому не говорить» и под фамилией «очень дорогая мне».

Так я нашел новый номер жены. И сразу позвонил.

Она ответила не сразу. Знаю, поняла, что это я, и не хотела отвечать. Когда же она, наконец, ответила, я вдруг понял, что мне нечего ей сказать. Я не знаю, по какому делу звоню ей. Я просто хотел услышать ее голос, узнать все ли с ней хорошо…

Но мне нужно было что-то сказать… Найти предлог для встречи… Как же я хотел увидеть ее! И тут на глаза мне попались документы на развод, любезно подготовленные моим другом Марком (по ее, кстати, огромной просьбе).

Я так и не нашел в тот день слов, которые могли бы примерить нас. Знаю, что нет мне прощения… Но надеялся, что хотя бы она что-то скажет мне… Покричит на меня… Пусть даже в асфальт втопчет… Пусть выместит всю накопившуюся обиду на меня… Но потом мы помиримся и вместе поедем домой…

Но мы подписали документы, и я уехал…

Все кончено…

Солнце падает мне в глаза, пока жду зеленый свет на светофоре, и я щурюсь. Кто-то сигналит сзади, и я понимаю, что пора ехать. Дальше…

– Юджин! – слышу знакомый женский голос. Чувствую радость. Не видел ее две недели, и уже успел соскучиться. Может, потому что именно она не давала мне погружаться в горестные раздумья во время моей поездки, когда я даже о работе не мог думать? Поддерживала меня, и говорила, что все будет хорошо. Все наладится, и в конце концов, что не делается, все к лучшему… И все будет хорошо…

Хватаю хрупкую девичью фигуру, которая кидается ко мне на шею, оставив свои чемоданы в стороне, и обнимаю.

– Меган! Как долетела?

– Хорошо, Юджин! – улыбается мне молоденькая хрупкая светловолосая девушка. – А где же Холли? Я так хотела познакомиться с ней…

– Познакомишься уже сегодня, – говорю я. – Ты же у меня пока поживешь? Как договаривались?

– Мамочка!

– Холли…

Из моих глаз непроизвольно брызгают слезы. Я падаю на колени и протягиваю руки навстречу худенькой темноволосой девочке с круглыми

Холли подбегает ко мне и обнимает меня.

– Мамочка, где же ты все это время была? Папа ничего не говорит мне… Я так скучала… Почему ты не приходила, когда я просила?

– Милая, я работала, понимаешь? – я смотрю в лицо дочки. – Я не могла встретиться с тобой…

– Зачем тебе работать? Папа же работает… Он же говорил, что так много работает, чтобы ты всегда была рядом со мной…

– Детка… Холли… – я плачу. – Я больше не буду жить на деньги, которые зарабатывает папа, понимаешь? Теперь я должна сама зарабатывать деньги, солнышко!

– Мы с папочкой скучаем по тебе… Когда ты вернешься, мамочка?

Я смотрю на дочку. Она ждет ответа. Она смотрит так строго на меня, прямо как взрослая…

Но даже ради нее я не могу простить Юджина. Не могу вернуться к нему. Он предал меня. И с этим нам придется жить всю оставшуюся жизнь. Наши отношения больше не будут прежними. Каково будет моему ребенку жить в такой семье? Каково будет моим детям?

Может, конечно, я в чем-то не права… Может, мои суждения ложны… Но я не могу делать то, что претит мне!

– Я не вернусь к папе, – шепчу я. Хотя, на самом деле я очень этого хочу…

– Мамочка, я хочу, чтобы ты вернулась… Чтобы мы снова были все вместе…

– Дочка, – я хватаю ее за плечи. – Пойдем со мной. Я зарабатываю достаточно денег, чтобы жить нам втроем с Батончиком… Живи со мной, дорогая. Пусть до школы далеко. Я буду сама отвозить тебя туда, на автобусе…

Но мой ребенок качает головой.

– Почему?

– Я не хочу жить отдельно от папы… Я хочу жить у себя дома, мамочка… Мой дом там, где живете вы с папой… там мой дом, мамочка… И твой тоже… И…

– Там больше не мой дом, – говорю я.

– А как же братик? Он снился мне и сказал, что он тоже дитя любви, и что хочет, чтобы родители были вместе…

– Холли…

От его голоса меня пробивает дрожь. Я поднимаю голову, и мы встречаемся глазами.

Юджин. Стоит в дверях, и из-за света, который окружает его, я почти его не вижу.

– Папочка, – Холли вырывается из моих рук и бежит к отцу. Мои руки, только что обнимавшие ее, обессиленно падают. И почему мне кажется, что дочку свою я тоже начинаю терять? Неужели, Юджина она любит больше, чем меня?

Ну и пусть…

Мне безразлично…

С кем-то же она в конце концов должна была остаться… И она выбрала не меня…

Я осторожно поднимаюсь. Я расстроена, мое сердце рыдает, хоть на лице слез больше не осталось.

Возможно, просто в последнее время я стала более чувствительной…

Но…

Я думаю, что я просто должна это принять.

Юджин предал меня, и этого уже не изменишь…

Я не в силах простить ему это… И я не хочу предавать себя, оставаясь с ним. Даже ради дочки…

– Пойдем, Холли. Поехали домой… Кое-кто очень хочет познакомиться с тобой…

Я слышу его голос и прохожу мимо.

– Хорошо, папочка, – слышу я расстроенный голос дочки.

Я не замечаю их… Прохожу мимо, погруженная в свои мысли… Будто бы мимо чужих людей.

Вот они, справа от меня… Счастливая семья… Больше не моя семья…

Они уже почти позади меня, и вдруг кто-то хватает меня за руку. Я оборачиваюсь и встречаюсь глазами с Юджином.

– Меня ты видеть не рада, но зачем дочь было обижать?..

Он снова сильно сжал мою руку.

– Пусти, – шепчу я, готовая разрыдаться. – Пусти, мне больно…

И он отпускает… И я ухожу…

Глава 26.

В тот вечер с Тайлером мы встретились совершенно случайно. Я решила проветриться, выкинуть лишнее из своей головы. Подумать заодно о том решении, которое сегодня приняла. И поэтому поехала к телевизионной башне, посмотреть на красивый вид на город. И заодно поужинать.

Тайлер тоже приехал полюбоваться видом города. Скоро закат, и отсюда откроется замечательный вид на то, как солнце мягким желтым светом покрывает горы, и скрывается за ними.

– Не волнуйся, – говорит мне он. – Все у тебя будет хорошо. Дочка любит тебя, и останется с тобой, даже если у вас с Юджином, и правда, все кончено…

– У нас все кончено, – говорю я. – И этого уже не изменить… Тайлер, послушай, – я смотрю на своего друга. Мы стоим около перегородки над крутым склоном горы, откуда открывается красивый вид. – Я буду плохой матерью, если решу оставить ее с Юджином? Она так его любит, и заявила мне сегодня, что ее дом рядом с ним… Не хочу настаивать… Раз любит его, пусть все останется так как есть…

– Нет, что ты! Ты прекрасная мать, – говорит мне Тайлер. – Может, она еще одумается… А может все еще вернется, и будет, как прежде?

Я качаю головой. Не будет уже того, что было прежде…

– Я хочу начать все сначала, – говорю я. – Пусть они будут где-то, но не со мной… Просто моему сердцу сейчас нужно именно это… Я хочу отдохнуть… Хочу забыть все… Хочу научиться жить без них… Так надо, я знаю это…

Тайлер хватает меня за руки и смотрит в глаза.

– Когда-то я отказался от своей любви только ради того, чтобы ты была счастлива, – говорит он. – Но я всегда готов протянуть тебе руку. И я готов помочь тебе забыть о Юджине… Ты ведь понимаешь, о чем я?

– Тайлер…

– Я серьезно, Леттис… Если бы ты тогда согласилась стать моей женой, я бы никогда не предал тебя… Даже если бы ты так и не полюбила меня как мужчину… У нас была бы счастливая семья… Я бы все для этого сделал… И сделаю это и сейчас… Я все еще люблю тебя…

– Тайлер, я не могу, – говорю я, убирая свои руки из его рук.

– Но почему?

– Я беременна…

Не знаю, что Тайлер обо мне думает, но после моей новости, он просто промолчал. Ему нечего было мне сказать. Он знает, что своего ребенка я не буду навязывать чужому мужчине, пусть даже и моему лучшему другу. В этом вопросе я принципиально придерживаюсь данной позиции, пусть даже она сделает меня

Хотя, если подумать, другого быть и не может. Ведь я люблю Юджина, несмотря на предательство. И так будет всегда… А выйти замуж за другого, для меня значит предать себя и свое сердце.

Тайлер молча смотрит на меня. Еще секунду, и я оказываюсь в его объятиях, теплых, уютных, но совсем не родных.

Мне не хватает Юджина…

Нет… Я не должна так думать…

– Никогда не поздно передумать, – шепчет мне Тайлер.

– Спасибо, Тайлер, – говорю я. – Спасибо за то, что ты есть в моей жизни, – и я чувствую, как по моей щеке стекает слеза. Как же я рада, что у меня есть человек, который, несмотря ни на что, готов поддержать меня…Как же я рада, что у меня есть такой друг…

И его объятия снова становятся спасением для меня…

Я со всей силы ударяю о стену. Кажется, все соседи из близлежащий квартир это слышали. Как я завтра им в глаза посмотрю? Наверное, подумают, что я ремонт затеял, вот и стучу на ночь глядя… Хотя, какая ночь? Всего восемь часов вечера…

И зачем только мой клиент устроил мне встречу в том ресторанчике, около телевизионной башни, со вкусной едой, по рецепту, который с острова, куда мы так любили ездить с моей женой, когда я мог наконец-то взять отпуск. Дочь, которую я очень, кстати, люблю, я все-таки оставлял с родителями. В основном это было лето, когда и они могли позволить себе отпуск. По внучке они скучают, поэтому они никогда не были против.

Туда я отправился уже после того, как отвез Холли домой. Клиент позвонил неожиданно.

Сидим мы, значит, едим пельмешки, и тут я случайно так бросаю взгляд за окно. И что я там вижу? Стоит это гад, Тайлер, и обнимает женщину… И никакую-нибудь, а мою Леттис.

С ума сошел?

Меня так переполнили эмоции, что я прямо там хотел бросить своего клиента, встать, выйти и врезать этому Тайлеру. Прямо у всех на глазах. Будет знать, как границы переступать…

Да кто ему позволил зарываться носом в ее прекрасные волосы?

– Господин Кан? – голос клиента приводит меня в себя. Это строгий пожилой дяденька, не очень приятный в общении, но владелец очень большой корпорации, для которой нужно провести огромную рекламную акцию, которая позволит увеличить им продажи, которые не так давно упали из-за инцидента на фабрике, втрое.

С одной стороны, я понимаю, что само сотрудничество с ним и его компанией выгодно для меня… Но он предлагает мне очень невыгодные условия… Моей продвинутой в рекламном бизнесе фирме он предлагает работать за копейки, прикрываясь престижем своей компании… Наверное поэтому мы так долго обсуждаем условия, уже не первый день… Я бы даже сказал не первый месяц… И дошло даже до того, что сам владелец компании стал ходить ко мне на переговоры… Почему не найдут другую рекламную компанию? Раз наши условия не устраивают? Мне, например, их условия не нравятся… Но я не могу отказать им. Это предложение от огромной корпорации. Сотрудничество повысит престиж моей фирмы.

Но работать лично мне снова придется сутками… А я устал… Да и теперешняя ситуации будто бы забрала мои последние силы. И работа совсем не отвлекает меня. Все думаю о Леттис…

И сейчас мне уже даже хочется, чтобы они просто отказались от сотрудничества с нами.

– Все хорошо? – слышу голос клиента и смотрю на свою побелевшую руку, сжимающую столовые приборы.

– Все хорошо, – говорю я, и снова смотрю за окно. Тайлера и моей Леттис там уже нет.

И куда они ушли?

Хоть у нас с ней и возникла такая ситуация… Хоть я и накосячил, я не хочу отдавать ее ему…

– Вижу, вы не в состоянии сейчас вести переговоры, – говорит мне мой клиент. – Давайте просто поужинаем, а заодно договоримся о следующей встрече… Предлагаю вам выбрать место…

Смотрю на свой кулак, затем на стену. Вроде, стена не пострадала. Рука только чуть-чуть поцарапана.

– Папочка, ты чего? – смотрю на дочку, которая подходит ко мне.

– Все хорошо, милая, – говорю я, и вспоминаю про свой абонемент в спортзал.

Вот и решено! Пойду-ка, развеюсь немного. Физическая нагрузка всегда помогает разгрузить голову и улучшить настроение…

Глава 27.

Эту наглую морду увидеть в своем любимом спортзале я никак не рассчитывал. И как он здесь оказался?

Тайлер…

Стоит немного подальше от меня, на беговой дорожке, пьет водичку. Меня он не видит.

Ярко выраженные мышцы на худощавом теле обтянуты белой облегающей майкой. На длинных ногах свободные брюки.

Да уж, фигура у него ничего… И задница подтянутая… И плечи широкие…

Но у меня все равно лучше. Пусть, я не такой тощий, зато мышцы на моем теле выражены лучше, и на руках, и на ногах, и на прессе тоже. И будет еще лучше, уж я об этом позабочусь. Не будет больше моя дорогая Леттис с ним обниматься… А то уже на других засматривается… Обнимается с этим Тайлером… Вот увидит меня в следующий раз и…

Ах да… Я же накосячил…

Но ничего! Всегда есть надежда!

У меня обязательно еще появится шанс. И уж я его не упущу!..

В раздевалке снова встречаюсь с ним.

– Снова решил заняться спортом? – бросает он насмешливо мне, даже не поворачивая голову.

Вытираю голову после душа.

– Я и не прекращал, – говорю я. – Просто работы было много, вот и пропустил несколько посещений… А что? Ты-то тоже вижу решил подтянуться… Неужели, решил кому-то понравиться, Тайлер?

Тайлер оценивающе смотрит на меня.

– Хочу сделать одной замечательной красотке предложение, а что?

Красотке? Уж, не Леттис ли? А кому же еще? Конечно же ей!

Вот, негодяй! И не стесняется говорить этого при живом муже!

– Боюсь, она тебе откажет, – говорю я, делая вид, что не знаю, о ком он.

– Да? А я думаю, что на этот раз согласится…

– С чего бы? Она уже замужем, вроде… – не выдерживаю я, давая ему понять, что знаю, о ком он говорит.

– Ее муж изменил ей со своей секретаршей, – говорит Тайлер, приводя меня в замешательство. Откуда он-то знает? Леттис рассказала ему?

Я поднимаю голову.

– Тайлер… Откуда ты…

– Да я сам видел, – говорит он, – как вы страстно целовались в твоем

Значит, это был он тогда? Мне тогда показалось, что кто-то увидел, как мы с Венди целовались, но я решил тогда, что мне просто показалось… Неужели он же и рассказал все моей жене. Может и тогда, когда она увидела нас вместе с Венди, тоже он ее позвал? Как-то странно все тогда вышло… Венди, определенно, все специально тогда построила… Очень похоже на подставу. Уж не сговорился ли Тайлер с Венди?

Хотя… С чего бы ему это делать? Они терпеть друг друга не могут… В этом я уже успел убедиться…

Что же насчет Леттис…

Признаю, я был не прав, очень неправ…

Но ее ему я не отдам…

– Неужели, ты думаешь, она вернется к тебе, Юджин? – и почему этот гад всегда выводит меня из себя? – Неужели, думаешь, что она в конце концов не примет мое предложение? И какое ты вообще имеешь право теперь на нее?

– Вообще-то она пока еще моя жена, – твердо говорю я. – И я не собираюсь ее отдавать ни тебе, ни кому-либо другому…

– Оставь ее в покое и возвращайся к своей секретарше с большими сиськами, – советует мне Тайлер. – Леттис слишком хороша для тебя. Вам больше никогда не быть вместе. Я когда-то отказался от своих чувств к ней ради ее счастья. Но ты ее потерял… Ты все разрушил, так что…

Я даже сам не заметил, как мой кулак врезался в его челюсть. Дальше он толкнул меня, я толкнул его и завязалась драка…

Так бы я рассказывал в полиции, если бы знакомый тренер не разнял нас вовремя, избежав последствий для нас обоих.

Не сильно, но Тайлеру досталось… Да и мне тоже. Все-таки он сильный противник…

– Папочка…

– Да, цыпленок? – подхватываю дочурку, которая ждала меня все это время дома и не ложилась, на руки.

– Что с тобой? У тебя синяк на щеке…

Уже проявился?

– Ударился, милая, когда тренировался…

– Понятненько, папочка! Будь осторожнее, хорошо? А то мама будет ругаться, когда узнает…

Будет ругаться?

Как бы я хотел, чтобы она поругала меня за это… Хотя бы поругала…

Глава 28.

Неделю назад. Ровно неделю назад Тайлер обнял меня и очень прямо намекнул мне, что хочет, чтобы мы были вместе. Соглашаться мне не хочется… Я люблю Юджина.

Но и причин отказываться тоже. Тайлер любит меня и готов окутать своей любовью и моего ребенка тоже. Он всегда на моей стороне… И готов ждать меня, пока я не буду готова сказать ему «да».

Но буду ли я готова к этому?

Сегодня вечером мне не на работу и завтра тоже. За прошедшую неделю я успела сходить ко врачу и получить хорошие результаты анализов. Мои догадки подтвердились, но их и подтверждать не нужно было… Я беременна… Правда, все не совсем так как в прошлый раз… Меня постоянно тошнит, если у меня выходной. И весь свой свободный день я провожу около унитаза.

Но этот выходной Тайлер решил выгулять меня. Если я прихожу с ночи после работы, как сегодня, то чувствую себя лучше, поэтому соглашаюсь, и мы едем в тематический парк.

Кстати, мой шеф теперь тоже знает о моей беременности. Я не стала скрывать, не люблю обманывать людей.

Уволит так уволит. Я возражать не стану.

Он несколько секунд молча посмотрел на меня, когда я ему сказала об этом, покусал губу и предложил:

– У меня есть еще компания одна… У нас свой интернет-магазин по продаже одежды. Место моего секретаря скоро освободится. Эта работа не в ночь, как здесь. Да и не будет таких клиентов, кто против, чтобы их обслуживала сотрудница с животиком… Правда, придется немного подождать… Но раз уж, срок не большой пока, может, пока потерпишь?

Я соглашаюсь. Это шанс для меня. И зарплата будет не меньше. И отдыхать я буду больше.

И, может, наконец, мое состояние придет в норму. А то, подозреваю, я так чувствую себя потому, что не сплю ночами. А нескольких дней в месяц мне для отдыха не хватает…

И, может, удастся уговорить Холли переехать ко мне…

Хотя, от Юджина ей ближе добираться до школы…

И заботится он о ней не хуже, чем я. Уж в этом-то я ему полностью доверяю…

Ладно…

Потом спрошу ее еще раз. Я все еще надеюсь на ее согласие… Ведь я очень скучаю по ней… Но просто так сходить к ней, чтобы навестить ее я не могу. Там Юджин. А с ним встречаться я не хочу, даже несмотря на то, что во всей этой ситуации он виноват сам…

Просто я все еще люблю его. Очень. И я очень скучаю по нему. И я боюсь не выдержать… И простить ему все, лишь бы быть с ним рядом… А если он еще попросит…

Я много размышляла над этим…

С одной стороны, он поступил плохо. И то, что он сделал так просто простить нельзя. Он словно вырвал мое сердце и растоптал его своим поступком…

Но, с другой стороны, я люблю его. Я скучаю… Тоскую без него. У нас есть дочь… И скоро еще будет сын, если верить снам моей дочки… и словам дядюшки.

Я словно на весах. И в моих размышлениях эти две стороны постоянно перевешивают друг друга.

И я не знаю, что мне делать… Но прощать я его пока тоже не готова. Слишком свежа еще рана, которую он нанес мне.

И я еще не разобралась, любит ли он меня вообще. Или все эти семь лет он просто обманывал меня. Женился на мне только из-за дочки, которую он неподдельно сильно любит. Прямо как говорил тогда Марк в клубе, когда я случайно подслушала их… А когда представилась возможность, решил отдохнуть от меня…

Парк, куда мы отправляемся с Тайлером, находится в горах, в полутора часах езды от города на машине. Сначала мы выезжаем из города. Потом едем полями, потом через небольшой пригород, и снова через сельскую местность.

Пока едем, приоткрываю окно в его машине. С полей тянет какой-то запах. Но мне нормально. Я себя хорошо чувствую. Уже успела подышать свежим воздухом.

Сейчас утро. Я любуюсь как свет мягко падает на зеленые холмы пока мы подъезжаем. Тематический парк, в который мы едем, находится в очень живописном месте.

Тайлер паркуется на стоянке недалеко от входа, и мы выходим. Рядом со мной

– Умеешь кататься верхом? – спрашивает меня Тайлер.

– Нет, – говорю я. – Я и на велосипеде не умею. Какие лошади? – в отличии от меня Юджин умеет и то и другое. Он частенько ездит с утра на прогулку на велике вдоль берега реки, когда не работает. Говорит, так он поддерживает себя в форме. Хотя, по-моему, он и так всегда в форме. У него даже есть абонемент в спортзал.

И почему, вдруг, я снова о нем вспомнила? Может, потому что не перестаю о нем думать?

– Тайлер…

– У?..

Тайлер так удивительно поднимает брови, когда смотрит на меня.

– Чего?..

Заметила, когда он снял очки от солнца.

– А что это за синяк у тебя прямо около глаза? – конечно, небольшой, и уже проходит… Но все еще заметно…

– Подрался с одним негодяем, – говорит мне мой друг. – Он так внезапно напал на меня…

– Что за негодяй? Где ты его встретил? – пытаю я друга.

– Неважно, – говорит мне Тайлер. – Главное, он получил по заслугам… Я даже не жалею, что хорошенько навалял ему…

Парк, куда мы направляемся специально создан для съемок фильмов. Еще тут организовали посещение для туристов. Можно так же заказать небольшой автобус совсем недорого, который провезет через весь парк, а экскурсовод расскажет, что и где снимали.

Так мы и поступаем.

Автобус, на котором мы едем, представляет из себя небольшую машину с тремя рядами сидений, прикрытых пленкой, наподобие той, которой укрывают рассаду. Чем-то напоминает машину, которая ездит по полю для гольфа (была однажды в таком месте, когда Юджина пригласил заказчик на выходных поиграть в гольф. Юджин никогда до этого в гольф не играл, но, тем не менее, быстро научился). Нас немного трясет, поэтому Тайлер слегка прижимает меня к себе. Мне весело. Я смеюсь.

Автобус заканчивает свой путь в конце парка, откуда мы будем постепенно спускаться и осматривать декорации, создающие вокруг атмосферу исторической эпохи.

Попив кофе с пироженкой в кафе, в стиле исторической эпохи, мы начинаем свой путь.

Тайлер, как всегда, кружится и вертится везде как ребенок. Ему в диковинку такое местечко. Я веду себя более спокойно, хотя, иногда веду себя так же. Сегодня я на удивление хорошо себя чувствую. Может, прошла, наконец, моя утренняя тошнота и недомогание?

Посетив туалет, в середине нашего пути, построенный в том же стиле, что и все здания вокруг, и найдя его на удивление современным внутри, иду с Тайлером к административному зданию, куда так же можно зайти и осмотреться, и почувствовать атмосферу процесса киносъемок. Теперь, в туалет захотел Тайлер.

Осмотрев два этажа этого самого здания, стою на первом и жду своего друга.

И неожиданно слышу знакомый голос.

– Да, я думаю, это место нам подойдет. Клиенту понравится что-то в историческом стиле. И баннеры получатся красочные, прямо как настоящая картина на рекламном щите в центре города… Или на стене в торговом центре. Очень круто получится. Я думаю, нам это подходит. А тебе как, Мег?

Я стою, и вижу, как по коридору ко мне приближаются три фигуры. Две взрослые и одна маленькая.

И я точно знаю, кто одна из них… Нет, кто две из них…

И не знаю, куда мне деться…

Осматриваюсь по сторонам и вижу неподалеку лестницу наверх – мое спасение. Порываюсь в ту сторону, но уже поздно.

Я замечена.

– Мамочка!

Сажусь на корточки и протягиваю руки к бегущей ко мне темноволосой девочке.

– Милая, – делаю вид, что не заметила ее сразу. Не настолько она пока умна, чтобы понять подвох. Ведь, на самом деле я пыталась скрыться от них.

Дочка крепко обнимает меня, и я вдыхаю ее запах, такой родной…

Как же я соскучилась…

– Привет, до… ми… жена, – слышу я неуверенную фразу от Юджина, который стоит рядом с незнакомой мне светловолосой худенькой девушкой с блокнотом и ручкой в руках.

Наверное, стажер, догадываюсь я.

Но я игнорю своего мужа… бывшего мужа. Так будет вернее.

– Как давно не видела тебя, солнышко, – беру в руки маленькое родное личико и целую дочь в переносицу. – Я так соскучилась…

– Я тоже скучала, мамочка! – говорит мне малышка. – А что ты здесь делаешь?

Тут же вспоминаю про Тайлера, и почему-то решаю увильнуть от ответа на этот вопрос.

– А что ты здесь делаешь?

– У папочки здесь работа, вот он и взял меня с собой… Нам здесь очень понравилось… Папочка даже решил здесь провести фотосъемку…

– Ах, значит тебе понравилось здесь, милая? Как хорошо! Мне тоже понравилось здесь… – старательно игнорирую упоминания о Юджине.

– А почему ты не с нами поехала? – так просто спрашивает дочь. – Пойдем с нами, – я встаю, и она берет меня за руку.

– Может, ты пойдешь со мной? – улыбаюсь я дочке. А на моем сердце печаль. Я вспоминаю подробности того дня, когда мы с Юджином расстались, и, кажется, на глаза наворачиваются слезы.

Ну как ей объяснить, что я больше не могу пойти с ней и с ее папой?

– Нет, – качает головой Холли. – Я хочу, чтобы ты пошла с нами, мамочка. Со мной и с папочкой. Пойдем домой! Братик тоже этого хочет…

И откуда она только это знает?

– О чем ты, дорогая? – делаю вид, будто не знаю, о чем она говорит.

Поднимаю глаза на Юджина. Наши взгляды встречаются, и я чувствую горячую струйку на своей щеке.

Я плачу?

Опускаю глаза, чтобы Юджин этого не заметил. И мельком, краешком глаза, вижу, как он идет в нашу сторону.

Нет, я не готова! Что же делать? Куда бежать?

– Пойдем, подруга! Я все! – вот оно, мое спасение. Тайлер выходит из-за угла, где находится вход в туалет. Он берет меня за руку, и уводя оттуда прочь, бросает моей дочке на прощание: – Прости, Холли! Сегодня я уведу твою мамочку. Мы тут вместе! – и он весело, как ни в чем не бывало, машет ей рукой и уводит меня, слегка приобняв за плечо.

Уже вечером, после посещения парка, отвожу Меган и Холли домой. У меня же есть еще дела. Для начала заеду к дядюшке. Давно не видел его. Да и кое-что обсудить нужно… Посоветоваться… А

Машину не возьму с собой. Все-таки в пьяном виде я не вожу.

Солнце уже садится за горизонт. Смотрю на этот вид, который открывается мне из окна нашей квартиры. Дома, которые будто бы затягивает сероватой дымкой. Когда я приходил пораньше с работы, мы с Леттис всегда наблюдали за этой картиной, сидя на диване. Я просто обнимал ее за плечо. Она просто прижималась ко мне. И я был счастлив в те минуты. Почему же все так изменилось?.. Неужели, я уже никогда не верну того, что было?

– Пап, ты куда? – дочка тянет меня за рукав.

– Нужно заехать к дядюшке, – говорю я. – Останусь у него на ночь. Ты не против?

К нам выходит Меган и внимательно смотрит на меня.

– На ночь?

– Да, – киваю я. – Вы же не против? Останетесь сегодня без меня… Устроите девичник…

– Я с тобой… Пап… – смотрю на свою дочь, которая будто бы что-то заподозрила, куда я собираюсь на самом деле. Да, я хотел забежать к дядюшке лишь на пару минут. А затем пойти в близлежащий бар и напиться там… А еще подцепить какую-нибудь шлюшку, как делает это Марк, на одну ночь, и хорошенько отделать ее, как опять же выражается Марк… И забыться… Забыть все…

Леттис… В первую очередь ее, хотя бы ненадолго…

Интересно, они с Тайлером уже переспали? Мы так долго уже не живем вместе… Наверняка он ее утешил уже… Кто откажется от такой красотки?

Сжимаю руки в кулаки, но сдерживаюсь, хотя сам в ярости от своих мыслей.

– Меган, позаботься о Холли, – говорю я и выхожу.

Да, я найду себе развлечение на эту ночь. Пора бы уже подумать об этом. Все-таки, я обычный человек, и у меня есть свои потребности…

То, что было… Что произошло тогда…

Да, я виноват во всем, но, к сожалению, я уже не в силах что-либо изменить… Поэтому должен жить дальше. Пусть с этим, я должен жить хотя бы ради дочки…

С дядюшкой я поговорил не долго. Просто зашел ненадолго. Просто соскучился. Просто давно не видел его. Раньше чаще виделись. Мои родители живут в другом городе, поэтому с ними я вижусь не часто. А он мне как отец. Он всегда был на моей стороне… Всегда меня поддерживал… Давал советы… Мудрые советы… Которые я, к сожалению, не всегда слушал…

– Как всегда, быстро уходишь, – жалуется он мне, когда я начинаю собираться, но почему-то не ругает меня, хотя знает, куда я собираюсь. Я не рассказывал ему. Просто он всегда все знает…

– Мне пора, дядюшка, – коротко говорю я, завязывая шнурки на любимых кедах. Хоть иногда могу одеться как нормальный человек. Как же достали все эти дорогие ботинки, которые порой сильно натирают ноги и деловые костюмы с выглаженными до безупречности рубашками…

Сегодня вечером я решил одеться просто, но стильно: белая футболка, поверх нее куртка, джинсы и кеды. На улице еще не похолодало, хоть уже конец октября, поэтому могу спокойно позволить себе такой стиль.

– Ну иди, племянник, – говорит мне дядюшка. – Развейся. Тебе это сейчас очень нужно… Подцепишь сегодня красотку… – подмигивает он, и уходит в гостиную, бросая мне напоследок: – И повеселишься с ней… всю ночь…

Я удивленно смотрю ему вслед. Он даже не поругал меня за то, что я снова собираюсь изменить Леттис… Хотя чего уж там… Мы же почти разведены с ней…

Выхожу на улицу и собираюсь идти в соседний райончик. Там есть один бар, где можно неплохо повеселиться…

В воздухе уже чувствуется свежесть… Я бы даже сказал сырость. Мне немного холодно, но ничего. Тут не далеко…

Но как только прохожу две улицы, начинается дождь… Если это можно так сказать. Потому что, если бы не знал, что это дождь, сказал бы, что на меня просто выливают воду… Ведрами…

И как внезапно он меня застал…

Из-за дождя почти уже не вижу улицу. Встаю под густое дерево, около небольшого жилого дома, которое мало спасает. Осматриваюсь, и думаю, что делать дальше…

И тут вижу знакомый силуэт… Прямо передо мной. Стройная женщина под зонтом, ростом чуть ниже меня самого. Светлые волосы чуть намокли. Наверное, тоже дождь застал в неподходящий момент. Стоит и держит в руках пакет из минимаркета с кошачьим кормом внутри. И удивленно смотрит на меня.

Глава 29.

Иду я, значит, из минимаркета – ходила Батончику за кормом – домой, и вдруг, неподалеку, откуда можно разглядеть (на улице проливной дождь и почти ничего не видно вокруг) вижу силуэт. Он сразу показался мне знакомым. Но сначала я подумала, что такого не может быть. Он не может здесь стоять. Он не знает, где я живу. Но когда подхожу ближе, вижу Юджина. Все-таки, это он, я не ошиблась. Хотя, я почти всегда безошибочно узнаю его…

Стоит осматривается, на мой дом взгляд бросает. Спрятался от дождя под густым деревом – наверное зонт, как всегда, с собой не взял (и машину, видимо, тоже). Но дерево это ему мало, чем помогает. Он уже вымок до нитки.

Но что он здесь делает? Неужели, меня ждет?

И тут он внезапно смотрит на меня.

Я стою на месте и не двигаюсь. Он тоже не двигается…

Как он меня нашел? Кто сказал ему, где я живу?

Дядюшка?

Он не мог…

Юджин смотрит на меня, не двигаясь, но я вижу, как он дрожит.

Мое сердце сжимается. Я не могу так этого оставить. Я молча подхожу к нему и накрываю своим зонтом. Он продолжает удивленно смотреть на меня, а затем неожиданно спрашивает:

– Что.. ты… здесь… де-делаешь?..

Стоп! Он, что, не ко мне пришел? Он не знал, что я здесь живу?

Он, что, случайно здесь оказался?

Я молча беру его за руку и отвожу взгляд. Все-таки как бы мне не жаль его было, как

Его руки такие холодные, и я боюсь, что он заболеет. Если не отведу его к себе, где он согреется?

Мы заходим в мою небольшую квартиру. Я закрываю дверь на ключ. Батончик выходит нас встречать и начинает тереться об Юджина, когда видит его, и счастливо мурлычет. Обрадовался папочке. Соскучился по нему. Юджин берет его на руки и гладит.

Чуть позже молча помогаю Юджину раздеться и провожаю его в ванную. Пусть согреется там.

Конечно, я могла бы ничего этого не делать. Но я не могу так… Я слишком сильно… Я по-прежнему люблю его.

Когда он уже в ванной, я думаю, что могу предложить ему одеть…

А предложить мне ему нечего. Придется оставить его у себя, пока его одежда, которую я развесила на складной сушилке для белья, не высохнет. Благо, у меня тепло. Походит в одних трусах, ничего ему не будет. Если что, залезет под одеяло.

Кстати, надо бы ему белье раздобыть… Он у меня в одних и тех же трусах по несколько дней не ходит…

Пока Юджин согревается в ванне, иду в минимаркет, недалеко от моего дома, где можно купить то, что мне нужно. Размер я выберу безошибочно.

Дождь уже почти прекратился, поэтому иду без зонта.

У входа в магазин внезапно замираю, когда вижу за кассой Эрика. Наверное, уже поменялся с братом, и заступил в ночную смену.

– Братишка сегодня отпросился, – объясняет мне он. – У него там свидание…

Я с пониманием киваю, беру с полок лапшу быстрого приготовления – мне просто некогда Юджину готовить, да он и не против будет (он ее любит). Еще беру несколько готовых блюд, потому что одной лапшой он сыт не будет, и пачку печенья, которое он любит. И кофе в стаканчиках. И заодно прихватываю то, зачем шла сюда.

– А это тебе зачем? – посмеивается Эрик, пока отдаю ему деньги.

– Любовника сегодня привела, – говорю я. – Ему надеть нечего.

Эрик удивленно смотрит на меня, когда я выхожу.

Так ошарашен этой новостью, что сказать нечего? Вот и отлично! Пусть потом Юджину передаст… А он это сделает, я уверенна!

Как только я захожу, Юджин выглядывает из ванной комнаты.

– Ты пришла? Куда ходила?

– Да, – говорю я. – Вот, ходила в магазин, поесть тебе купила… И белье еще… – я протягиваю пакет с трусами. Может, они, конечно и намного дешевле тех, которые он обычно носит, но на сегодня, я думаю, сойдет и это.

– Давай сюда, скорее, – просит Юджин и протягивает руку, прикрываясь дверью. Видимо, давно уже ждет меня…

– Батончика стесняешься? – издеваюсь я. – Чего я там не видела? Там и смотреть не на что!

Пока Юджин выходит из ванной комнаты, бросаю на него мельком взгляд и тут же отворачиваюсь, чтобы не заметил. Мой муж всегда был отлично сложен. У него сильные руки и мускулистые ноги, подтянутая попа, (правда он иногда комплексует, что она у него слегка большая (слегка – это я так думаю, он себе это представляет по-другому), но мне нравится, потому что есть за что подержаться) и у него никогда не было выпирающего (как у некоторых) живота. Он всегда подтянут и следит за собой. Это мне в нем всегда нравилось.

И еще мне кажется, что в квартире будто бы стало жарче.

Это все от моих мыслей. Зря я вспомнила о нем такие подробности… А тут еще он стоит, почти голый…

– Ложись спать, – говорю я Юджину и быстро захожу в ванную комнату. Нужно срочно принять душ… Нужно отвлечься от его почти обнаженного вида, в коем он не так давно предстал передо мной…

Да что это со мной? С ума сошла?

Нет! Просто мы давно не занимались любовью… А я в последнее время стала более чувствительной что ли… Наверное из-за ребенка…

И я хочу любви… С Юджином… Прямо сейчас!

Ну зачем он только появился здесь сегодня?

Душ мне совсем не помог. Что делать? Мне придется всю ночь делить постель с ним. Другого места для сна у меня нет, а его одежда еще не скоро высохнет.

Подхожу к комоду, где у меня лежат чистые полотенца и то, в чем я сплю. Надо бы надеть что-нибудь плотное… Чтобы у него никаких мыслей непотребных не возникло… Но первое, что мне попадается в руки – моя черная шелковая полупрозрачная сорочка, которая так нравится моему мужу.

Я долго смотрю на нее, принимая решение, и все-таки надеваю.

Когда захожу в комнату, Юджина там нет. Но он быстро возвращается с пакетом от кошачьего корма в руке с кухни – кормил кота. Про него я совсем забыла. Наверное, выпросил у папочки, пока я принимала душ.

При виде меня Юджин замирает на одном месте. И мне кажется, у него челюсть падает до пола.

Интересно, я настолько возбуждающе выгляжу для него? Или он просто поражен моей наглостью?

Я тереблю край сорочки руками, заодно прикрываясь – нижнее белье я решила не надевать. И смотрю в пол, застенчиво опустив глаза.

Как же стыдно, стоять перед ним вот в таком виде…

Интересно, он догадался, чего я от него хочу?

Озабоченная дурочка! Вы же почти разведены!

Юджин подходит ко мне тихо. Я лишь ощущаю его тепло и вижу его босые ноги на ковре.

– Знаешь, – он поднимает мое лицо за подбородок и заставляет смотреть ему в глаза, а затем отрывает мои руки от сорочки и поднимает за запястья. – Я сегодня собирался напиться и снять себе какую-нибудь девочку на ночь… Хотел забыться, потому что ты постоянно преследуешь меня в моих мыслях… А дядюшка сказал мне, что я подцеплю красотку… Он был прав…

Вот гад! Кого он там хотел снять?

Я пытаюсь вырвать свои руки, возмущенная его откровенным признанием. Не будет ему сегодня ничего!

Но Юджин кладет их себе на плечи и крепко прижимает меня к себе.

Через тонкую ткань сорочки я чувствую тепло его тела. И я прижимаюсь к нему в ответ, обвивая его шею руками. Так мы стоим недолго, и я заряжаюсь от него, от его объятий. Как же давно такого не было…

Все-таки это все еще он… Мой Юджин… Моя любовь…

Затем Юджин слегка отрывается от меня. Мы смотрим друг другу в глаза, а затем он целует меня. Сначала

Он поглаживает мои плечи, стягивая с них бретельки моей сорочки.

Моя голова откидывается назад, когда он начинает целовать мою шею. Я глажу его уши, его лицо, нежно провожу по скулам. Моя голова так сильно кружится…

Он сжимает мою попу, заставляя прижаться к нему плотнее… И я чувствую, как он возбужден…

Он целует мои плечи, поглаживая рукой мою грудь. Он правильно понял, чего я хочу от него. И он тоже хочет этого, я в этом уверенна. Моя сорочка легко соскальзывает вниз, когда я опускаю руки, позволяя ей это сделать. И моя голова сильно кружится от его ласк. Меня, как всегда, захватывают эмоции. Ноги начинают подкашиваться.

Он чувствует, что я вот-вот упаду, и осторожно кладет меня на постель, а сам садится надо мной, и сжимает в руках мою грудь. Я выгибаюсь ему навстречу, держась за его плечи.

– Милая, признавайся, ты спала с Тайлером?

О чем он только спрашивает в такой момент?

– Нет… Зачем мне это?.. – говорю я в полусознательном состоянии.

Юджин склоняется надо мной и грубо целует мою шею, иногда прикусывая. Уверенна, после него останутся следы… Затем он принимается за мою грудь, но ласки его становятся нежнее, спускается ниже, к животу, а затем еще ниже… И я чувствую, как его пальцы ласкают меня там… И его язык проникает в меня.

– Что… что ты делаешь? – я хватаюсь из последних сил за его волосы… Но мне так хорошо… И я не хочу, чтобы это так быстро прекращалось…

Наконец, он заканчивает это и, тянется к моим губам. Мы снова сливаемся в поцелуе, и я чувствую, как он входит в меня медленно и томительно.

Это то, чего я так хотела… То, чего мне так не хватало… Все это время… Это общество моего мужа…

– Люблю тебя, милый… – почти в бессознательном состоянии лепечу я, сама не понимая, что делаю. Как всегда, по-привычке я признаюсь ему в своих чувствах…

– И я тебя, дорогая!.. Любовь моя… – слышу я его голос, проваливаясь в теплое светлое пространство, где нет никого, кроме нас двоих… Где я не помню ни обид на него… Ни того, что мы больше не вместе…

Мы лежим в обнимку в ее постели. Три раза, что мы были близки за эту ночь, сильно вымотали нас обоих, поэтому, несмотря на то, что сейчас уже далеко не утро, я только проснулся. Леттис все еще спит. Ее голова покоится на моем плече, и я могу вдыхать аромат ее шампуня от ее мягких длинных волос, которые так нравятся мне…

За окном вовсю светит солнце. Подозреваю, что на часах уже часов двенадцать дня.

Батончик, видя, что я проснулся, идет из своей сумки-переноски, которую, я подозреваю, он теперь использует вместо лежака (его-то остался дома), ко мне и громко мяукает.

– Тише, Батончик, – шепчу я. – Разбудишь мамочку…

Кот внимательно смотрит на меня.

Я встаю как можно осторожнее, чтобы не потревожить сон своей жены, натягиваю трусы и иду на кухню с обрадовавшимся котом.

Там я накладываю в мисочку корм и ставлю чайник греться. В шкафу я нахожу кофе и свое любимое печенье. Открываю холодильник в поисках молока и замираю в удивлении.

Ее холодильник набит мясом. От мяса из ресторана до сосисок из соседнего минимаркета.

Она, что, решила забить на диету? Хотя, по ней этого не скажешь… Она так похудела… В отличии от кота… Может, все это для него?

Наконец, нахожу молоко и готовлю кофе.

Когда возвращаюсь в комнату, она уже растрепанная сидит на постели и прикрывается одеялом. Наверное проснулась, почувствовав запах кофе. Ее любимого.

Но даже в таком виде она самая привлекательная женщина на свете…

Просыпаюсь от запаха кофе, идущего с кухни. Живот мой недовольно урчит. Я очень хочу есть. И ребенок мой тоже.

Но, несмотря на голод, я чувствую себя замечательно. Меня не тошнит… даже моя голова не кружится… С чего бы?

Сажусь на постели. Чувствую, какая у меня смятая простынь.

Что вчера было? Я шла из магазина с кошачьим кормом… Что было дальше?

Ах да… Мне встретился Юджин… Я привела его к себе… А потом…

Я прикрываю обнаженную грудь одеялом, когда слышу шаги с кухни. Мой муж заходит в одних трусах.

Три раза. Это было у нас три раза… И все три раза я была зачинщиком.

Как же стыдно…

– Леттис..

– Да… (хотела сказать, дорогой, но вовремя вспомнила, что мы уже не супруги, почти…) да, Юджин…

– Я приготовил кофе для тебя… Как ты любишь…

– Правда? Я сейчас… – все еще прикрываясь одеялом, лезу в шкаф за своей одеждой.

Юджин тем временем трогает свою одежду, которую я вчера аккуратно развесила на сушилке. Кажется, все высохло.

Мы одеваемся и идем завтракать. Точнее, наверное, обедать, так как на часах уже двенадцать дня.

За все время мы с Юджином не говорим друг другу ни слова. Видимо, пока еще рано что-либо говорить. Это понимаем мы оба.

То, что произошло вчера… Это должно было произойти… Это было необходимо нам обоим…

Мы оба принимаем душ, и я провожаю его к выходу… Так же молча… Будто между нами ничего и не было.

Теперь он знает, где меня искать…

Я не против…

Первое, что бросается мне в глаза, когда я открываю входную дверь, это солнечный свет, который падает мне в глаза.

– Госпожа, Кан! – слышу я голос своего арендодателя, у которого снимаю квартиру. Это мужчина лет пятидесяти. Он невысокого роста. Этакий коренастый мужичок с пузом. – Ну как вам не стыдно! Я, итак, позволил вам оставить вашего кота… Если носите фамилию известного дизайнера, решили, что вам все позволено? Пожилая соседка всю ночь слушала, как вы развлекались с любовником… Я же сказал, ничего пошлого в квартире! Никаких мужчин… Вон… Господин Кан… Про него даже в журнале написали… Порядочный мужчина… И живет с нами в одном городе… прямо, горжусь им… Он работал на известную музыкальную компанию… Молодец! А вы с ним носите одну фамилию… А такие разные… Вот он и…

– Что-то случилось? – Юджин нетерпеливо выходит из-за моей спины, как ни в чем не бывало. Интересно, он слышал наш разговор? Слышал, как его только что восхваляли?

– Г… Господин Кан…

– Добрый день, – Юджин по-деловому протягивает руку

– Надеюсь, мы не сильно шумели? – говорит Юджин, как ни в чем не бывало. Я со стыда тут сгораю, а он так просто к этому относится!

– Все хорошо… Что вы… – хозяин дома с восхищением… или даже с обожанием смотрит на моего мужа…

– Но вы говорили, соседка жаловалась…

– Да что эта старая карга? Она все выдумала, – говорит хозяин. – Молодым завидует… Да она слышит-то только со слуховым аппаратом!

– А я-то уже беспокоиться начал, – чешет в голове муж. – Ну что ж… Раз мы с женой никому не помешали, и ситуация разрешилась… Я могу спокойно идти? Береги себя, милая, – и он целует меня в щеку на прощание, и уходит.

– Почему вы не сказали, что у вас такой известный муж? – спрашивает меня хозяин дома.

– Такой, уж, известный, – бурчу я себе под нос. – Один раз малюсенькую статейку на пол страницы в журнале напечатали с маленькой фотографией, просто, чтоб заполнить пространство, и все, звезда!

Заглядываю в журнал, который мне всучили и вижу ту самую статью. Ну да… Она не на пол страницы, а на страницу… И фото побольше, чем я предполагала… А какой он красивый здесь получился, в своем кресле на работе… В деловом костюме… Такой представительный…

Читаю заголовок, который гласит: «Романтичен и почти свободен…»

Ах вот, значит, как. Свободен он, значит. Интересно, что бы это значило? Ладно…

Почитаю как-нибудь на досуге эту статью…

Глава 30.

– Ну, привет, любовничек!

Удивленно смотрю на друга, который стоит за кассой и передает смену какому-то молодому человеку.

– Эрик? Ты чего здесь делаешь? Разве ваш магазин не в нашем районе?

– Так давно не виделись, Юджин! – говорит мне друг. – У нас два магазина, друг. Теперь два. Один здесь, – хитро улыбается он. – Один для тебя, другой для Леттис…

– Это ненадолго, – бурчу я, и тут вдруг до меня кое-что доходит. – Подожди… как ты меня назвал?

– Юджин? – удивленно говорит Эрик.

– Нет же! Когда я зашел… Почему ты так назвал меня?

– А… Любовничек… А разве не ты был с Леттис?

Чешу смущенно голову.

– Ну я… А откуда ты знаешь?

– Ну, она же сказала мне вчера, что трусы для любовника покупает… – рассказывает мне друг. – Это, ведь ты был. Я так сразу и подумал… Я надеюсь, у вас там все наладилось сегодня ночью, – добавляет он.

– Пока нет еще, – качаю я головой. Несмотря на все, что произошло этой ночью, рано еще чему-то налаживаться… Но все к тому идет. И я счастлив до глубины души…

– А тесты… – вдруг спрашивает друг, когда я уже почти выхожу, и задумывается.

– Какие тесты? – поворачиваюсь я к нему.

– Говорю, тест сегодня сдаю… По английскому, – давит из себя улыбку Эрик, и спокойно вздыхает.

Странно… Не знал, что он записался на курсы… И как только он находит на это время?

– Господин, Кан, – высокий светловолосы мужчина протягивает мне руку для приветствия.

– Господин, Райтсон, – я жму его руку, и мы садимся в кресла, я – за свой стол, он – в кресло напротив.

– Давно не виделись, Юджин, как поживаешь? – спрашивает меня мой знакомый. – Слышал, вы в процессе развода с женой…

Интересно, и откуда он узнал? Неужели, журналист в том журнале и об этом написал?

– Не совсем так, – говорю я и давлю из себя улыбку. – Думаю, нам все-таки удастся сохранить наш брак… – и действительно, с чего бы мне разводиться с моей Леттис? Неделю назад мы с ней отлично провели время… в постели… Думаю, это значит, что у меня еще есть шанс получить ее прощение. Может быть, плохие воспоминания останутся, но, я постараюсь, чтобы со временем все это она забыла.

– Рад за тебя, Юджин. Когда прочитал ту статью в журнале, был в шоке. Вы такая красивая пара… Надеюсь, у вас все наладится… – говорит мне господин Райтсон.

Райден Райтсон – владелец огромной сети супермаркетов в нашей стране, а также магазинов модной одежды и модельного агентства, где работает мой друг, Джейсон. Он мой хороший знакомый и, кажется, я даже могу назвать его своим другом.

– А как у вас дела, Райден? Как жена и ваши мальчишки? – спрашиваю я. – Ваша супруга собирается принимать участие в вашем новом проекте?

– У нас все хорошо, – отвечает мне Райден. – Мальчишки в этом году в школу пошли. Кажется, они даже вместе с твоей дочуркой учатся? А Амелия… Боюсь, на этот раз в проекте она поучаствовать не сможет…

– Почему? – удивляюсь я. – Разве, она больше не работает моделью в твоем агентстве?

– Работает, – отвечает мне друг. – Вот только ей уже тридцать семь, и она думает, что пора завязывать с этим…

Я вижу по глазам Райдена, что он что-то недоговаривает… И раздумывает, сказать или нет.

– Но она же была известной моделью… И даже после того, как у вас родились дети, продолжала работать… Я думал, ты возьмешь ее в этот проект… Все-таки, она очень подходит для этого. Стройная, высокая… Выглядит словно молодая девушка… На ней будет очень хорошо смотреться свадебное платье…

И тут мой друг начинает смеяться, но смех его радостный.

– Нет, Юджин… На ней теперь будет смотреться хорошо если только одежда для беременных…

– Беременных?.. Неужели?

– Да, друг, – говорит мне Райден. – Она на восьмом месяце… У нас на подходе еще двое мальчишек…

– Поздравляю тебя, Райден…

– Буду рад услышать в ближайшее время и от тебя новость о пополнении в семействе, – говорит мне друг. – Ну раз уж у вас все налаживается…

И я… Как бы я был рад этой новости…

Дорогая…

Увижу ли я еще когда-нибудь, как ты держишь на руках нашего ребенка?.. Как улыбаешься мне… И как говоришь нашему малышу: «Смотри-ка! Это папочка пришел с работы…»

Как же она была счастлива, когда родилась Холли… Как был счастлив я…

– Кстати, – Райден отвлекает меня от мыслей. – Хотел познакомить тебя

Я поднимаю голову, когда в мой кабинет входит высокий красивый, незнакомый мне, мужчина, а следом женщина, которую я уже знаю. Венди…

Мои кулаки непроизвольно сжимаются.

Да как она посмела?

Из-за нее разрушилась моя семья…

Я встаю и протягиваю руку незнакомцу для приветствия.

– Это Кайл Эдвинсон, владелец крупной сети магазинов свадебной моды, – представляет мне его Райден. – Кайл, – он смотрит на мужчину. – Это Юджин Кан. Наш великий дизайнер.

– Ну с этим ты, боюсь, преувеличиваешь, – я немного смущенно улыбаюсь и чешу нос. – Не такой уж я и великий.

– А эта девушка – Венди Лойер, его невеста, – говорит мне Райден.

Венди протягивает мне руку. Улыбка моментально сходит с моего лица, и я становлюсь серьезным.

Я жму ее руку. Она же улыбается мне на это, слегка задерживает мою руку, когда я пытаюсь ее убрать, и говорит:

– А мы уже знакомы… Кайл, – обращается она к своему жениху. – Я тебе рассказывала о нем! Это наш с братом давний друг… Тот самый, который сделал гениальную рекламную кампанию конторе брата в свое время. И он же сотрудничал с лейблом, который представляет мой брат.

– Боюсь, вы преувеличиваете, – говорю я и все-таки убираю от нее свою руку.

–Ах вот как… – Венди смотрит на меня соблазнительным взглядом. Я серьезен.

Больше на ее уловки я не поведусь.

Мне хватило. Я получил хороший урок.

– Господин, Кан, – обращается ко мне Кайл. – Я здесь, чтобы предложить вам обсудить с моей компанией один выгодный проект. Хочу предложить вам сотрудничество. Как вы на это смотрите?

Я недоверчиво смотрю на Венди, потом перевожу взгляд на Кайла.

– У меня есть еще один незаконченный проект… – я задумываюсь. – Но если мы пока только обсудим… Я думаю, в скором времени я закончу работу над проектом, так что… буду рад вам помочь.

Мы с Кайлом обмениваемся визитками. Затем он поворачивается к Венди, которая обращает на него свой взгляд.

– Милая, мы с Райденом идем на ужин с заказчиком… Один мой хороший друг заказал платье для своей невесты… Ты с нами? Или мужская компания тебе за сегодня уже поднадоела? – Кайл нежно держит ее за плечо и тепло смотрит на нее.

– Пожалуй, с меня хватит, – говорит она. – Вы идите. Мы с Юджином поговорим еще, и я пойду…

– Хорошо, дорогая, – Кайл еще раз жмет мою руку. Следом то же самое делает Райден, и мы прощаемся с ними.

Но Венди все еще здесь. Она смотрит долго вслед своему жениху и моему другу, а затем поворачивается ко мне. Мы остаемся наедине, как только дверь моего кабинета захлопывается. И мне становится не по себе.

Я скрещиваю руки на груди, присаживаюсь в свое кресло и внимательно смотрю на Венди.

– Ну и о чем же ты хотела поговорить со мной? Есть какое-то дело ко мне?

– Юджин… Скажи… Меня все еще мучает один вопрос… Что же тебе не понравилось во мне?

И она осталась здесь только за тем, чтобы спросить это?

– Есть еще что-то?

– Нет… Просто ты первый, кто вот так отказался от меня…

Венди идет ко мне, соблазнительно покачивая бедрами, и садится на колени. Я вспоминаю ту пятницу, но эти воспоминания теперь вызывают лишь отвращение… В том числе и к самому себе.

– Может, все же продолжим то, что начали?.. – она ласково гладит мою щеку.

Я молча встаю, заставляя ее слезть с моих колен (вернее сказать – слететь) и иду к окну, всматриваясь вдаль. Еще только день. Солнце высоко в небе. Я вижу, как его лучи отражаются в реке, которая находится в кварталах пяти отсюда.

– Юджин… – я чувствую ее руку на своем плече.

– Что такое? Жених не удовлетворяет? – сухо спрашиваю я.

– Ну знаешь… Кайл, конечно, завидный жених… Но он такой скучный в постели… Его нашли мне родители… Ты же знаешь, как это бывает в таких семьях, как наша… Мы заключаем только выгодные нам браки… – и я чувствую, как ее рука лезет мне в штаны.

– Эй!.. – говорю я, когда она хватается за то, за что ей не положено хвататься. И хватаю ее за руку.

– Эй! – слышу я женских голос от двери, и поворачиваю туда голову.

В мой кабинет залетает Мег, похожая в данный момент на фурию. Она резко отдергивает руку Венди от моих интимных мест, даже не заботясь, что я при этом почувствую. И гневно смотрит на эту дешевку.

– Ты чего делаешь? – говорит Меган. – С ума сошла? Он мой! – и она прижимается ко мне, и обнимает меня, продолжая смотреть прожигающим взглядом на Венди. Я даже теряюсь немного.

По-моему, это уже лишнее.

– О! А она не слишком молодая для тебя? – спрашивает Венди насмешливым тоном, и трет руку, за которую так сильно схватилась Мег. – Уже нашел замену своей жене? Как быстро! Правильно… С Леттис тебе уже ничего не светит… Сомневаюсь, что после всего, что ты натворил, она хотя бы раз посмотрит на тебя… Запомни, это скажу тебе даже я: она слишком хороша для тебя!

Тогда она говорила, что в том, что мы делаем нет ничего страшного… А теперь сама же и осуждает…

Но для чего ей тогда было уговаривать меня переспать с ней? Ведь теперь она даже восхваляет мою жену… Меня все еще мучает вопрос: что ей было от меня нужно?

– Венди, – говорю я, когда она уже собирается выходить. – Так что тебе было от меня нужно? Ты же не настолько была мной увлечена, что тебе хотелось со мной секса? Так что же это? Почему ты пыталась затащить меня в постель? У тебя же так ничего и не получилось…

– Не получилось? – усмехается Венди. – Это только ты так думаешь, Юджин. Подожди и увидишь. Моя цель будет достигнута со временем… Вернее не моя цель… Я в этом деле лишь помощник, Юджин…Конечно, мы не хотели, чтобы вот так случилось с вашей семьей… Но то, чего мы так добивались, скоро станет нашим. Вот увидишь, Юджин!

– Тогда кому? Кому все это было нужно? Я просто хочу знать, из-за чего разрушилась моя семья?

– Со временем поймешь, – говорит Венди и уходит,

Мы с Меган долго смотрим ей вслед, а затем она, наконец, отрывается от меня и скрещивает руки на груди.

– Ну ты и дурак, Юджин! Неужели, хотел связаться с этой шлюхой?

– Как ты и сказала, я поступил как дурак, Мег, – говорю я. – И в этом мне нет оправдания…

Глава 31.

Прошла ровно неделя с тех пор, как я видела Юджина в последний раз. Всего неделя, а я уже тоскую по нему. Да так сильно, что, кажется, у меня снова начинаются приступы утренней тошноты. Хотя, есть ли смысл нам с ним видеться? Что значила для нас наша прошлая встреча?

Я до сих пор об этом думаю…

Для меня это была возможность побыть рядом с любимым человеком.

Да, он сильно обидел меня. Да, мне кажется, что у меня нет сил простить его.

Но, тем не менее, я признаю, что люблю его. Несмотря ни на что… И буду любить всегда…

И мне его не хватает… И хочется хоть немного побыть рядом.

Но что значила наша встреча для него?

Возможность побыть со мной?

Или просто прекрасный шанс удовлетворить свои желания?

Скорее всего, второе. Тут даже сомнений нет…

Он и сам мне признался, что хотел подцепить себе на ночь кого-нибудь. И если бы не тот дождь… Если бы мы не встретились… Это была бы другая женщина…

Но я могу на это что-то возразить?

Теперь он свободен.

Я была инициатором нашего развода. Я тогда сказала ему готовить документы.

Но у меня не было другого выбора. Вся эта ситуация накатывалась, словно снежный ком. И я постоянно чувствовала, что между нами что-то не так… Но он молчал…

А потом все это само собой раскрылось…

Он сам признался, что спал с ней…

Так что было делать мне?

Стать тряпкой для вытирания ног? И простить его измену? А потом простить еще раз? А потом просто закрыть на все глаза и просто позволить ему иметь любовниц?

Нет!

Я считаю, что поступила правильно!

А что насчет дочери… Когда-нибудь я заберу ее… Когда она будет готова к этому… Может быть…

Если же нет, пусть остается с Юджином… Он хороший отец… несмотря ни на что…

Когда-нибудь, когда она вырастет, я расскажу ей, почему ушла. И она все поймет…

А что касается нашего второго ребенка… Я еще даже не решила, скажу ли я что-нибудь Юджину…

Со временем придумаю, как поступить… А сейчас будь что будет…

Но все равно я скучаю по нему…

Пока возвращаюсь с работы, решив прогуляться вдоль неглубокой речушки по пешеходной дорожке, внезапно темнеет и начинается дождь. Когда с утра вышла с работы было еще тепло. Когда вышла из метро тоже было тепло. Но сейчас пошел дождь, который, кажется, набирает обороты, и становится холодно.

А я в тонкой куртке. Теплой-то одежды я от Юджина пока не забрала… Уходила налегке, и взяла только самое необходимое из вещей… а теперь вот думаю, стоит ли возвращаться за остальными вещами? Может, пока он будет на работе? Или лучше купить себе что-то новое?

И еще у меня нет зонта…

До ближайшего метро бежать далековато. Я-то вышла на несколько остановок пораньше, в надежде прогуляться по красивому месту и подышать свежим воздухом…

Может, поймать такси? Но у меня с собой ни налички, ни банковской карты. А транспортную карту метро в такси не принимают.

Озираюсь по сторонам, в поисках укрытия, и вижу недалеко впереди мост. Быстро забегаю под него, но дождь настолько сильный, что достает меня и там.

И тут я чувствую, что дождь больше не попадает на меня. Смотрю над собой, и вижу, что укрыта зонтом. Чья-то сильная рука держит его для меня. Я оборачиваюсь и вижу Марка.

Что он забыл здесь? Почему укрыл меня зонтом?

– Эй, красоточка, ты чего здесь делаешь? С ума сошла? Прогноз не слышала на сегодня? Весь день будет проливной дождь… Есть угроза затопления… А если тебя, милашка смоет? Как возместить такую потерю?

– Марк, что ты здесь делаешь?..

– Тебя спасаю, котенок! – он берет меня за локоть и ведет по ступенькам наверх. – Давай-ка уйдем отсюда для начала, а потом все обсудим.

Мы с Марком заходим в кофейню, коих в этом райончике много. Здесь тепло и уютно. Интерьер выполнен в теплых коричневых оттенках.

– Совсем промокла, милашка, – говорит мне Марк, пока ставит зонт в специальный контейнер около двери. – Тебе бы просохнуть не мешает.

Сама знаю. Не хватало мне еще заболеть. Ладно я… Но ведь тут еще и ребенок…

Мы садимся с ним за стол. Он заказывает для себя американо, а для меня карамельный макиато. И сам за все платит.

– Я сегодня угощаю, – говорит он.

Я не возражаю. У меня-то с собой денег нет.

К кофе он заказывает себе несладкий сандвич, а мне кусочек торта.

– Юджин говорил, ты любишь сладенькое, солнышко, – говорит он при этом.

Интересно, Юджин ему про меня еще много чего рассказал?

– Марк, – говорю я, пока мы сидим в кафе. – Ты можешь рассказать мне, что же именно было между твоей сестрой и моим мужем?

Я долго избегала этого разговора. В прошлом Марк уже пытался что-то мне рассказать, но тогда я не захотела ничего слушать. А надо было бы… Тогда он рассказывал все в подробностях… и про ту ночь…

Но теперь я готова…

А еще, после той ночи, что мы провели с Юджином, у меня появилась надежда, что на самом деле все не так страшно, как могло показаться… Может, я что-то не так поняла… Может, Юджин просто перепил тогда? И он все еще любит меня, и надеется, как и я, на наше воссоединение…

Ведь мне скучно без него… Плохо…

Даже просто спать рядом с ним, когда он поздно возвращался домой после работы, просто обнимать его во сне… Просто целовать его перед тем, как он уходит на работу рано утром, потому что ему нужно работать над проектом… Все это было настоящим счастьем…

Как же мне сейчас не хватает даже этого…

– Ну что тебе сказать, крошка? – спрашивает Марк. – Я ведь тогда тоже был пьян… И почти ничего не видел… Я знаю, что было только со слов Венди…

– Все равно расскажи, – прошу я. – Я хочу знать, что

Марк глубоко вздыхает.

– Прости, солнышко… Но, кажется, я тоже приложил к этому руку… Я же рассказывал тебе… Он был такой подавленный, что я решил, у вас что-то не ладится, и предложил расслабиться со своей сестрой… И ее попросил его чутка развлечь. Она в этом безотказная… С любым может… Такая уж она у меня… Он-то говорил, что ему никто кроме тебя не нужен… Что ты у него идеальная… Настолько, что он из всех женщин видит только тебя…

Но в тот вечер… Мы встретились с ним, и решили провести время вместе… Расслабиться… Повеселиться как веселились тогда, когда мы только познакомились… И Венди была с нами.

Мы все очень сильно выпили, особенно Венди. Вот она и устроилась у него на коленях… А он, кажется, был не против. Они целовались. Он… А тебе обязательно это знать?

Марк с надеждой смотрит на меня. Может, я все же от него отстану?

– Говори, Марк. Я хочу знать все, что знаешь ты!

Марк сделал голос еще тише, чтобы окружающие не слышали нас.

– Он теребил ее сиськи и мял попку, пока она пьяна резвилась на его коленях. А потом у него его «дружбан» встал, и они ушли куда-то. Не знаю, дошли ли они до ее комнаты, но, когда я проснулся, Венди все еще спала полуголая. Правда, около входной двери. Не знаю, может после страстного секса его провожала. Когда же я ее спросил, что было, она ответила, что Юджин горячий парнишка, но ее он не ублажил совсем… И что она хочет продолжения… потом, у них, вроде, что-то было еще пару раз на работе… Но подробностей Венди не рассказывает…

– Вот, значит, как? – я вздыхаю. А я-то надеялась услышать другое…

– Но он постоянно боялся, что ты узнаешь, солнышко. Он ведь любит тебя… И не хотел, чтобы ты об этом узнала…

Вот как значит… Любит… Только мне, почему-то это совсем не кажется любовью…

– Ладно, – говорю я и смотрю в окно. – Похоже, дождь закончился. Кажется, мне пора домой. А то мне сегодня снова в ночь на работу, – говорю я. – Спасибо за угощение, Марк.

– Рад хоть чем-то порадовать тебя, котенок! – говорит мне Марк. – Ты там если что, прости меня, что домогался тебя тогда… Ты просто мне понравилась… Ты самая сексуальная женщина, которую я когда-либо видел… Недаром Юджин так боялся тебя потерять… Я-то думал, ты как жены других моих друзей, которые нравились мне. Мы в тайне встречались с ними… И… Ну ты сама понимаешь… Они как-то сразу соглашались… Я думал, и ты такая… Я ошибся, прости…

– Ничего, Марк. До встречи! – я отворачиваюсь и стираю слезу с глаза, пока никто не видит.

Вот и все. Все мои надежды развеяны…

Я выхожу.

Глава 32.

В последнее время мне кажется, что подъем в гору дается мне все труднее. Интересно, это так сказывается, что я становлюсь старше (не могу сказать, что я старею), или моя беременность?

А еще я ужасно голодная…

Ничего, еще чуть-чуть осталось до дома, где я живу. Вот приду, наемся до отвала. И Батончика накормлю. А потом лягу спать…

Только вот дома у меня одна лапша быстрого приготовления… А я хочу мяса…

Я иду и представляю себе мягкую постель… Уже предвкушаю, как обнимаю подушку…

И тут вдруг из-за угла выходит знакомая мне маленькая фигурка.

Холли?

Даже не замечает меня…

– Холли…

Дочка останавливается и смотрит на меня. Я протягиваю к ней руки. Она подбегает и обнимает меня.

– Мамочка!..

– Привет, дорогая! – я глажу ее по голове и целую в макушку. Как же я соскучилась по ней. Как же мало времени у меня для того, чтобы видеться с ней.

– Мам, а что ты здесь делаешь?

Юджин, что, не сказал ей?

– Живу здесь… – говорю я и улыбаюсь. Сейчас покажу ей, где находится мой дом. Пусть заходит в гости, когда гостит у дядюшки Юджина. Здесь не далеко. Ни дядюшка, ни Юджин не будут против.

– Значит и Батончик здесь! – восторженно пищит дочка. – Мамочка! Я так соскучилась по нему! Где ты живешь? Я хочу повидать Батончика…

Батончика? А как же я? По мне она, что, не скучала?

– Я тоже по тебе скучала, – говорю я. – Очень… Милая, а откуда ты идешь?

– Я гуляла на детской площадке. Тут не далеко… Там так интересно… И городок небольшой есть! Игрушечный…

– Одна? Кто тебя отпустил? – строго спрашиваю я.

– Не одна, – говорит дочка. – С сестренкой Несс…

– Что еще за сестренка Несс? – спрашиваю я.

– Это моя лучшая подруга, – отвечает Холли.

– Лучшая подруга? Одноклассница?

– Нет! Это секретарша папы… Новая… Предыдущая была плохая… Она мне совсем не нравилась… Папа сказал, что она уволилась, потому что замуж выходит… И он нанял новую… Но я думаю, просто папа сильно загонял ее на работе, вот она и не выдержала…

Ах вот как… Значит, Венди уволилась… Замуж выходит? Интересно, за кого?.. Бедный парень… Он еще не знает, кто ему достанется…

– Понятненько, – говорю я. – Но почему ты называешь ее сестренкой, милая? Какая же она тебе сестра?

– Она очень близкий мне человек! Мне с ней очень хорошо… Весело… Поэтому и сестренка, – объясняет мне Холли. – Мне с ней совсем не скучно… Я люблю ее. Люблю с ней играть. И она помогает мне с уроками…

– Понятно… – значит она без меня не скучает. И есть, кому за ней присматривать… Почему-то меня это совсем не радует.

Интересно, эта «сестренка Несс» случаем, на полставки няней не подрабатывает у Юджина?

– Холли, ах вот ты где! – к нам подходит совсем молоденькая худенькая девушка лет двадцати. Я уже видела ее в том тематическом парке, где мы были с Тайлером. Она чуть ниже меня ростом, и у нее светлые волосы примерно как у меня. – Как ты быстро убежала! Хорошо папа не видел. А то стал бы ругаться…

Ругаться он стал бы… Да уж… Юджин это любит…

И тут эта самая «сестренка Несс» вдруг замечает меня. Она смотрит на меня сначала слегка испуганно. Видимо,

– Здравствуйте! – и как-то странно смотрит на меня. Я бы сказала как-то с восхищением… И мне это совсем не нравится…

– Здравствуйте, – киваю я. – Так вы и есть «сестренка Несс»?

– Холли, я же просила не называть меня так при родителях… – она протягивает мне руку. – Меня зовут Меган. Можете называть меня Мег.

Я протягиваю ей руку и недоверчиво смотрю.

– Юджин так много рассказывал про вас, – говорит она мне.

– Понятно, – говорю я. Что-то в этой девушке странное. Даже не знаю, нравится она мне или нет…

С одной стороны, кто она такая? Юджин ей про меня рассказывал много, значит, они близко общаются… Да и с дочкой моей она подружилась… С чего бы?

С другой стороны, она очень милая…

И мне не нравится, что она мне нравится…

– Мам, ну так как? Ты отведешь меня к Батончику?

Она, что, только по Батончику соскучилась? А как же я?

– Милая, я устала, – говорю я. Сначала, я хотела, чтобы она погостила у меня… Пообщалась с нашим котом… Но теперь мне обидно, что мы столько с ней не виделись, а я ей совсем не нужна… Только Батончик… – Давай не сегодня. Мне нужно выспаться перед работой…

– А ты поспи, а мы с сестренкой Несс поиграем с Батончиком, – говорит мне дочь. – А потом мы уйдем.

– Холли, – Меган берет ее за руку. – Пойдем. Маме нужно поспать.

– Иди, милая, – говорю я. – Потом увидишься с Батончиком…

Я ухожу первая, заставляя дочь и Меган смотреть мне вслед.

Подъем дается мне немного тяжело. Я очень устала за ночь, и совсем не выспалась. К тому же мысль о последней встрече с дочкой долго не давала мне уснуть.

Она совсем не скучает по мне… А я так переживала о ней… и так скучала.

А ей без меня весело.

Ну что ж… Хоть за это я переживать не буду.

И еще… Кто такая эта Меган? Только ли секретарша для Юджина? Или кто-то больше?

Да уж… Эта сегодняшняя встреча оказалась для меня сюрпризом…

Но еще больший сюрприз ждал меня на работе. В наш клуб впервые за всю историю моей работы пришли клиенты в компании с представительницами женского пола.

– Ничего удивительного, – говорит мне шеф. – Бывает и такое. Наш клуб, ведь, не только место, где можно отдохнуть, но и отличное место, чтобы во время отдыха о чем-нибудь договориться… А в переговорах зачастую участвуют и представительницы прекрасного пола…

Но, как показало время, представительниц прекрасного пола привели просто за компанию. И с одной из них я уже знакома.

Венди.

Опять эта сучка…

А с ней какая-то белобрысая девка с длинющими ногтями, из-за которых даже стакан с коктейлем трудно держать

Мужчины оставили их. Видимо, вышли покурить и обсудить что-то без них. А эти две, видимо, не курят.

И слышу я, краем уха, Венди что-то бурно рассказывает подруге.

– И я прозвала этого неудачника «короткий стручок»!.. – и обе смеются.

Неужели, про своего жениха так отзывается? Ну что ж… Она может… Даже не удивляюсь этому.

Я жму плечами и собираюсь уходить, как вдруг снова слышу:

– Уж не знаю, отчего его эта… Леттис приходит в такой восторг от их секса… Но ей простительно… У нее, ведь, в ее жизни был только он один. Не знает, глупышка, настоящего удовольствия.

– Какая жалость, – ноет ее подружка. – Так и не познает его, если с этим останется.

– Да уж, – соглашается Венди. – Такая красотка могла бы найти себе любовника и получше. Уж не знаю, что там Юджин умудряется делать своим коротеньким отросточком…

– А тебе прямо совсем не понравилось? – спрашивает ее подруга. – Может, у него есть особые приемы?

– Не знаю, – говорит Венди. – У нас с эти неудачником так и не дошло до секса. Первый раз он бросил меня спать около входной двери. Правда, я его немного ублажила язычком. Тогда и узнала, какой его «малыш» на самом деле малыш. Так вот, он побежал, видишь ли, домой, к любимой жене… Потом пару раз пообнимались на работе. Но в мотель он тоже отказался идти. Сказал, что не готов. Видимо, малыш, верит в любовь, и думает, что его жена – та самая, единственная… А в последний раз он совсем отказался от меня. Заподозрил, видимо, что как мужчина он меня не интересует… Но я его подставила. Братик решил показать его жене, какой он на самом деле… И я его подставила… А она зашла в тот момент, когда он растерялся… И совсем не правильно все поняла… Но, по сути, она увидела его в истинном свете… До этого же мы с ним обнимались… целовались… И он даже хотел-таки изменить ей… Хотя, думаю, это его жена должна была изменять ему, а не он ей. С его-то «коротким стручком»…

И обе снова смеются.

А я стою, и не понимаю, что только что услышала.

Значит, Юджин, получается, и не совсем изменял мне? Точнее, он изменял. Я считаю изменой уже то, что он целовал другую женщину… Обнимал ее… но он с ней не спал. Я определенно это слышала… В ту ночь он ушел домой… Или она думает, что он пошел домой? Что-то дома я его так и не заметила в ту ночь…

Хотя… Мне вдруг вспомнился один мой сон…

Я тут же гоню эти мысли из своей головы…

Что-то я в последнее время стала какая-то озабоченная… Да, да, именно в этом смысле… И сны мне постоянно снятся эротические… С Юджином…

Я быстро отхожу от столика, где сидят Венди с подругой, пока меня не заметили…

Что ж… Сегодня я получила ценную информацию…

И теперь я думаю, как мне поступить.

В любом случае, нужно поговорить с Юджином и услышать его точку зрения.

А еще сегодня у меня появилась надежда… Надежда на то, что я могу вернуть свою счастливую семейную жизнь…

Глава 33.

На работу сегодня я прихожу чуть позже обычного (но не опаздываю. На работу я всегда… Всегда!!! прихожу вовремя). Звонила дочери и спрашивала, как у нее дела в школе. Она отвечала мне с неохотой. Видимо, не очень

Или, может, ей теперь со мной неприятно разговаривать? Что-то я в последнее время не вижу у нее той былой радости в глазах, какая была прежде, когда она видела меня…

Или, я просто себя накручиваю?

Когда захожу, остальные сотрудницы уже на месте. А рядом с ними наш босс. И они стоят в небольшом кружке, и о чем-то разговаривают. При этом, когда я захожу, все резко поворачивают в мою сторону головы.

Мы молча смотрим друг на друга, и они будто бы о чем-то размышляют. Прямо все сразу. Будто бы общаются мысленно. А затем шеф говорит мне:

– Леттис, моя красавица! Как же я рад тебя видеть, милая! – и он протягивает ко мне руки.

Я недоверчиво смотрю на него и немного отшатываюсь.

– Что-то случилось?

– Ничего, дорогая, – говорит он мне. – Просто хотел поговорить с тобой кое о чем…

– О чем? – настороженно спрашиваю я.

– Помнишь, я обещал тебе место моего секретаря, когда сотрудница уйдет в декрет?

Вот это уже интересно. Конечно, помню. А что случилось? Неужели, уже передумал?

– Помню, – говорю я неуверенно.

– Вот и отлично, – говорит мне шеф. – Совсем скоро я дам тебе эту должность. А сегодня хочу, чтобы у тебя была небольшая практика… Общения с людьми, с которыми я иногда работаю…

Я недоверчиво смотрю на него. Потом пожимаю плечами.

– Ну хорошо, – вроде бы никакого подвоха здесь нет.

Мой шеф облегченно выдыхает и улыбается.

– Вот и отлично, – говорит он. – А ты, Кейт, значит, будешь обслуживать его спутника, – говорит он девушке в красном платье.

Я иду в комнату, где можно переодеться для работы.

Кейт, невысокая стройная девушка с темными волосами следует за мной.

– А что там за клиент такой? – спрашиваю я. – Почему его оставили мне?

– Не знаю, – говорит Кейт. – Толком никто ничего не объяснил. Я тоже немного припозднилась. Говорят только, что этот клиент пришел переговорить с кем-то по делу. Что они с нашим шефом по другой его компании уже сотрудничали. И еще, что он постоянно недоволен чужой работой, постоянно отчитывает всех и критикует. Вроде, после этого предупреждения от нашего шефа никто его обслуживать не захотел. А он потребовал, чтобы это сделала девушка именно в зеленом платье. Ну чтобы не приставала к нему, не флиртовала. Недотрога, видимо. Или женский пол не выносит… Вот шеф и решил взвалить эту работу на ту, кто последняя придет. Его спутник, вроде, дядечка повеселее. Он наш постоянный клиент. Наверное, поэтому решил провести переговоры здесь, в непринужденной обстановке. Вроде как, им что-то не удается договориться никак. Неудивительно… Если этот, и правда, такой, как о нем говорят… Короче, похоже, попала ты…

Я вздыхаю и пожимаю плечами. Ну что ж… Когда-то, когда работала секретарем у Юджина (мы тогда уже были женаты. Еще до рождения нашей дочки), мне уже приходилось сталкиваться с такими…

– Пойдем, – говорю я, натягивая зеленое облегающее платье платье. – Ничего не бойся! Как-нибудь договоримся с ним…

Кейт идет первая. Мне же поручили подождать, когда приготовят коктейли. Тот, что «добрый» заказал себе алкогольный. «Злой» сегодня за рулем, поэтому заказал безалкогольный.

Иду с подносом, придерживая стаканы для надежности. На ногах обуты туфли на высоком каблуке. Не очень удобно. Но это дресс-код.

Наши клиенты сидят в закрытой комнате, которая сделана специально для переговоров. Я подхожу к двери.

Туфли немного натирают пятки. Они дорогие, как и платье – в дешевом в нашем заведении не ходят.

Да уж, – думаю я, когда передо мной как по заказу открывается дверь (серьезно, будто бы знали, что я подойду, поэтому открыли). – Интересно, я в этой обуви выше Юджина? Или одного с ним роста? Наверное выше…

И тут с выходящим мы сталкиваемся почти нос в нос. Наверное, хотел выйти в туалет или еще куда-то… Узнать, где его заказ, и почему так долго не несут…

Мы какое-то время смотрим друг на друга. Мне кажется, проходит несколько часов, пока мы вот так стоим. Но проходит всего одно мгновенье.

Да уж… Наверное, уже неделя прошла с тех пор, как мы в последний раз с ним виделись…

Это тот самый «злой», – думаю я. – Тут даже ошибки быть не может… И все-таки мы с ним одного роста, когда я в этих туфлях… Вот и ответ на внезапно возникший вопрос в моей голове…

Что ж… Следовало сразу догадаться, о ком говорил мой шеф. Других таких, видимо, нет.

Я медленно отворачиваюсь, надеясь, что меня не узнали. И тут замечаю, что он держит меня за локти. Наверное, поймал, когда мы чуть не столкнулись. Я этого даже не заметила…

Юджин, одетый в дорогой деловой костюм и галстук, который когда-то я сама ему выбрала, уверенно поворачивает меня к себе лицом. Я старательно удерживаю бокалы на подносе, чтобы не уронить, и снова отворачиваюсь. Но он снова поворачивает меня к себе. Но я снова отворачиваюсь.

– Да хватит уже! Я тебя заметил, – Юджин берет с подноса бокалы и отдает один своему собеседнику. Второй оставляет у себя.

Я неуверенно заглядываю внутрь. Кейт сидит рядом с «добрым» дяденькой, и оба вопросительно смотрят на меня. Я прохожу.

Юджин садится на длинный диван, хлопает по месту рядом с собой и закидывает руку на спинку дивана, как раз рядом с тем местом, куда приглашает меня сесть. Что ж… Видимо, это мое «законное» место. Интересно, он сильно сердится, увидев меня здесь? Он ведь не знал, где именно я работаю… И кем…

Я неуверенно сажусь рядом.

– Какая редкостная красотка вам досталась, господин Кан, – говорит спутник Юджина.

– Видимо, мне сегодня везет, – отвечает ему Юджин и закидывает руку, которая до этого лежала на спинке дивана за моей спиной, мне на плечо. И гладит его.

Кейт удивленно смотрит на меня, а я быстро стряхиваю руку Юджина.

– Нельзя, – шепчу я ему.

Но Юджин и сам знает правила нашего клуба, поэтому больше не домогается меня. Они со спутником начинают переговоры, в которых я мало, что понимаю. Но понимаю точно, что они никак не могут договориться.

Пока сидим, Кейт вся иззевалась и «добрый» дяденька пожалел

Юджин бурно обсуждает условия сделки, которые, даже я понимаю, совсем не выгодны для него. Клиент желает воспользоваться лишь определенными услугами компании Юджина, а остальное взвалить на своих сотрудников. И при этом предлагает заплатить Юджину копейки, прикрываясь тем, что моему мужу будет честь лишь только работать с такой известной компанией.

– Но вы, конечно, понимаете, что такой разброс действий не позволит создать единую картину. Из этого не получится хороший проект, – говорит Юджин уже на повышенных тонах. Мне это не нравится, и я сжимаю его руку, заставляя опомниться. Он поворачивается ко мне, и у думаю, что зря вмешалась. Но он переплетает наши пальцы, принимая мою поддержку.

Время уже близится к утру. Видимо, они выбрали это место, чтобы переговорить в спокойной непринужденной обстановке. Но я понимаю, что этого им не удается. И спутник Юджина, господин Грейсон, теперь тоже уже начинает срываться, продолжая навязывать моему мужу свои условия. Я понимаю, что Юджин не может от них отказаться, потому что от сотрудничества с этой компанией зависит престиж его собственной компании.

Я еще мне кажется, что они уже давно забыли, что я сижу с ними. Уйди я, и они даже не заметят этого. Я выношу стаканы, пока они продолжают переговоры, которые длятся уже очень долго (наверное, оба решили, что пока не договорятся, не уйдут). Кажется, у Юджина уже начинает болеть голова. Надо бы дать ему что-нибудь…

Беру из своей сумочки таблетки от головы и наливаю два стакана воды.

– Уверенна, что хочешь туда вернуться? – обеспокоенно спрашивает меня шеф, видимо, удивленный тем, что Юджин до сих пор меня оттуда не выставил. Я киваю, и возвращаюсь в комнату, где мой муж уже почти принял условия клиента, пока меня не было. Я прямо вижу это по его лицу, что он готов сдаться.

Когда я захожу, они тоже этого не замечают. Как и то, что я вышла. И, когда я вижу, что мой муж уже начинает кивать, и хочет что-то сказать, я уверенно ставлю поднос на стол. Вода в стаканах при этом чуть не выплескивается.

Это привлекло их внимание ко мне. Оба смотрят на меня. Удивленно.

Я отдаю один стакан господину Грейсону. Второй я отдаю Юджину и даю ему таблетку от головы.

Юджин благодарно кивает мне. Но господин Грейсон, видимо, не видит этого жеста и говорит Юджину:

– Господин Кан, раз вы не хотите принимать мои условия… Что ж… Я должен отказаться от сотрудничества с вашей фирмой… Сообщу об этом и своим друзьям… Уже давно ходит разговор о вашем разводе… Видимо, вы не очень надежный человек… И в бизнесе тоже…

– Господин Грейсон… – я даже не сразу поняла, что это мой собственный голос. Просто мне так обидно стало за мужа, что его вот так втаптывают в грязь. А ведь он этого совсем не заслужил… По крайней мере, сейчас, по отношению к этому человеку.

Мужчина удивленно поднимает на меня голову. Типа, кто это посмел отвлечь меня от разговора? Что за писклявая мошка?

Но я продолжаю. У меня за весь этот вечер уже накипело.

– Какая разница вам, разводится Юджин, или нет? Разве это изменит его талант? Или надежность партнерства с ним? – я выдыхаю. – Если хотите отказаться от сотрудничества с нами – пожалуйста. Никто не держит. Это ваше право. Но подумайте хорошенько… Какой еще глава фирмы будет день и ночь краптеть над вашим проектом, жертвуя своим личным временем? Жертвуя тем временем, которое он мог бы провести с женой и дочкой? И при этом выкладываться на полную? Юджин себя не жалеет, работая над проектами. А я просто уверенна, что вашим проектом он занялся бы лично… И сделал бы все по первому классу. Вот вы говорите, что хотели бы чтобы часть работы взяли на себя ваши сотрудники. Но разве ваши сотрудники могу знать, что творится в голове Юджина? Могут ли они увидеть тот образ, который создаст он, и воплотить его в реальность? Нет! Не смогут. Поэтому Юджин и берет работу над самыми важными проектами на себя. Работает, почти не прибегая к помощи своих работников, которые, кстати, не менее талантливы. И он очень ответственный. Между прочим, никто еще не пожаловался на него… Потому что всю самую ответственную работу он берет на себя. И не успокоится, пока не доведет все до идеала.

А вы? Как вы, представитель уважаемой компании, можете предлагать за работу такой высокопрофессиональной компании, как компания Юджина, такую низкую сумму? Или вы уже не престижная компания? И просто просите его об одолжении? Как вы можете так унижать его и принижать достоинство всего, что он делает? Разве можно оценивать так низко такой колоссальный труд? Между прочим, это занижает репутацию не нашего рекламного агентства, а вашей компании, понятно?

Я стою и сжимаю кулаки. Кажется, я высказала все, что хотела. И тут я чувствую, как кто-то настойчиво тянет меня за руку.

Только сейчас замечаю, как у «доброго» дядечки раскрыт рот. И как мой «злой» Юджин испуганно на меня смотрит. И даже, кажется, потерял дар речи.

Кажется, сейчас я превзошла даже его.

Интересно, онменяиспугался? Или того, что теперь я точно все испортила?

И мне становится стыдно. Возможно, я, и правда, это сделала…

Но господин Грейсон неожиданно начинает хлопать в ладоши.

– Браво, госпожа Кан, – говорит он.

Откуда он знает, что я госпожа Кан? Я, что, в этот момент себя выдала? Что я такого сказала?

Я высказала все это прямо на одном дыхании, что теперь даже не помню, чего такого я наговорила…

Он встает и подходит к Юджину, протягивая ему руку. Мой муж тоже встает.

– Ну, что ж, господин Кан, думаю, именно этой тирады мне и не хватало, чтобы принять окончательное решение… Но, я его принял. Думаю, наше сотрудничество будет удачным… Вы уж постарайтесь, – говорит господин Грейсон. – Переговоры закончены. Завтра я попрошу своих юристов подготовить контракт. Всю работу мы возложим на вашу компанию. Ваша жена права… Мои сотрудники не смогут создать то, что создаете вы, господин Кан… Только, у меня есть одно условие…

– Какое? – спрашивает Юджин.

– Я бы хотел, чтобы всю работу вы возложили

Потом они с Юджином прощаются. Господин Грейсон целует мою руку на прощание, говоря при этом:

– Я восхищен вами, дорогая. Моя жена дома сидит и собой занимается. Ей нет дела ни до мня, ни до моей компании. А вы и мужа поддерживаете и работать при этом умудряетесь…

А затем он уходит.

Мы с Юджином некоторое время смотрим ему вслед, а затем Юджин без сил плюхается на диван. Я присаживаюсь рядом.

– Я думал, все, – говорит он и ложится, использую мои колени как подушку, берет мою руку и зачем-то долго вдыхает мой запах.

Не знаю, как долго мы вот так сидим, но, кажется, Юджин уже спокойно сопит. Я глажу его густые темные волосы, зарываюсь в них пальцами. Они такие мягкие… Как и всегда…

Провожу рукой по его щеке…

Удивительно… У него такое круглое лицо… Холли похожа на него…

А еще… Он сильно похудел. Наверное, из-за работы… Щеки такие впалые…

– Я не сплю, просто устал, – бурчит Юджин себе под нос.

– Я знаю, – говорю я, продолжая гладить его гладко выбритую щеку. Он всегда следит за собой. Всегда старается довести свой внешний вид до идеала. Все-таки директор крупного рекламного агентства должен выглядеть презентабельно.

– Как у тебя дела, Юджин? У тебя все хорошо? – спрашиваю я и ослабляю галстук на его шее.

– Как видишь, не очень, – вздыхает он и открывает глаза, и садится, разминая шею.

– Ты плохо питаешься. Очень сильно похудел, – говорю я.

– Некогда, – говорит мне Юджин. – В последнее время работаю и работаю. Ни на что другое времени не хватает… Да и ты сильно похудела. Вон щеки какие впалые…

– А как Холли? Она хорошо учится? Говорит, что учеба ей не нравится… Я недавно звонила ей…

– Ты звонила ей? Почему она мне не сказала? – удивляется Юджин. – Знаешь, она скучает. Можешь хоть иногда приходить к ней? Она только и спрашивает о тебе. Ждет, когда ты вернешься…

Да уж… Скучает… Ждет… Судя по последней нашей встрече, не очень… Скорее уж, Батончика она ждет… Может, вернуть его домой? Юджин-то дома теперь, есть, кому о нем позаботиться… А меня никто не ждет… Никто по мне не скучает… Но я не скажу этого Юджину.

– А как дела у тебя? – спрашивает Юджин и прижимает меня к себе. Я по-привычке обнимаю его в ответ и ложу голову на его плечо. Хотя, нормально ли это? Кто он мне? Любимый?.. Муж?.. Я уже запуталась… Все так переплелось… Спуталось… И в жизни и в моей голове. Наверное, поэтому, как только об этом обо всем вспоминаю, она начинает кружиться…

– Нормально… Вот только холодно становится… А у меня совсем нет теплой одежды… Можно, я заеду к вам и заберу что-нибудь из одежды? – хотя, на самом деле я не хочу ехать к нему, чтобы что-то забрать. Наоборот, я хочу все вернуть на свои места. Хочу вернуться к нему… Хочу вернуться в то место и снова называть его своим домом…

Ведь я, и правда, до сих пор считаю его своим домом…

Юджин вздыхает.

– Можем заехать ко мне уже сегодня… Ты скоро заканчиваешь?

Вытаскиваю телефон из кармана его пиджака, куда он всегда его кладет и смотрю время.

– Кажется, минут через пятнадцать.

– Вот и отлично, – шепчет Юджин и целует меня в затылок. – Значит, едем…

– Батончика надо покормить, – говорю я. – Он меня ждет. Мне нужно сначала домой…

– Хорошо… Значит, сначала заедем к тебе… – соглашается Юджин и гладит меня по голове.

– Юджин!

– А?

Я поднимаю голову и смотрю ему в глаза.

– Скажи мне честно. У тебя кто-нибудь есть? – вижу его обеспокоенный взгляд. – У тебя есть любовница?

– Зачем спрашиваешь об этом теперь? Разве сейчас уже есть какая-то разница?

Значит, есть.

– Понятно, – говорю я и, отводя взгляд, собираюсь уйти.

– Есть, – говорит Юджин и сильнее прижимает меня к себе. – И она сейчас прямо передо мной…

– Юджин… Я же серьезно!

– И я серьезно… А кто ты мне? Мы официально пока еще в браке, но не живем как муж и жена. Но иногда мы спим вместе, потому что у нас есть кое-какие потребности…

Потребности… Значит, в тот раз, когда шел сильный дождь, его потребности заставили Юджина переспать со мной…

Ах да… Он же как раз искал себе кого-нибудь на ночь, а тут я подвернулась… Надо же, как удачно все вышло…

– Просто давай посидим вот так… – говорит мне Юджин, снова обнимая меня и прижимая к себе. И заставляя мои плохие мысли уйти.

Я закрываю глаза. Мне тепло и уютно… И так хорошо. И я забываю о своих горестных мыслях. Я забываю о своих обидах. О том, как сильно он разочаровал меня…

Юджин…

Я просто наслаждаюсь его теплом…

Не знаю, сколько времени проходит, но мне кажется, я даже задремала в его объятиях…

– Леттис… Все хорошо?..

От голоса вошедшего шефа я прихожу в себя.

Мы с Юджином быстро отодвигаемся друг от друга. Он отворачивается от меня и встает. Я же быстро поправляю свое платье, которое немного задралось, пока мы с Юджином обнимались.

– Разве вы не знаете правила нашего клуба, господин Кан? – строго спрашивает шеф.

– Кажется, нам нужно кое-что разрешить, – говорит Юджин. – Тут вышло кое-какое недоразумение…

Глава 34.

– Еще раз приношу вам извинения, – говорю я, отчитываясь перед Роджером, другом моей кузины Стеллы и владельцем клуба, где, как я сегодня обнаружил, работает Леттис (ну, хотя бы здесь, а то после того, как узнал, что она работает в ночь где-то в глубине престижного района, в голову начали закрадываться нехорошие мысли…).

– Юджин, все хорошо, друг… Я понимаю… Все понимаю… – говорит Роджер.

– Я так давно не видел ее… А она здесь… – смотрю на жену. Она стоит, уткнув взгляд в пол и

– Ладно, я закрою на это глаза, – говорит Роджер. – Юджин. Я надеюсь, ты не против, что она здесь работает…

– Наоборот, я рад, что она под твоим присмотром, – говорю я. Я действительно рад, что Леттис работает здесь, а не где-то в другом месте. Это хотя бы клуб моего друга. И здесь никто… Никто не смеет гладить попу моей жены!..

– Если честно, – признается мне Роджер. – Я и продумать не мог, что она – твоя жена.

– Но, кажется, я видел тебя в клубе Стеллы, когда ты присматривался к моей жене, разве нет? – спрашиваю я. Определенно, тот мужчина, который присматривался там к ней, был он. Я только потом догадался, кого он мне напоминает…

– Ох! Точно! – Роджер бьет себя по лбу. – Тогда же я видел Леттис с мужем! Ну конечно! Юджин, прости! Я не узнал тебя тогда, – и, видимо, это чистая правда…

– Ладно, – говорю я. Я был тогда сам не свой. Неудивительно, что меня не узнали. Ревнивый муженек, блин.

– Ну, значит, договорились, – говорит Роджер. – Как раз хотел предложить ей другую должность, в другой своей компании… Раз уж, она у тебя в таком положении…

Смотрю на жену. Она кидает на меня испуганный взгляд, затем на Роджера.

Да уж… Положение у нее не завидное… Живет с котом, отдельно от мужа и дочки… Работает почти каждую ночь… Устает… Да еще и домой каждое утро в гору пешком топать…

Жду около их раздевалки, пока она переоденется. Из красивой куколки в зеленом облегающем платьице, на высоких каблучках моя Леттис наконец-то преображается в саму себя, красотку в облегающих джинсах, легкой курточке, одетой на белую футболочку, и простых, но стильных кедах. Ту, кого я так привык видеть рядом (хотя платье на ней, должен заметить, сидит потрясно. Она в нем такая сексуальная…)

Когда она выходит, беру ее за руку и веду к машине. Уже почти полностью рассвело. Скоро встанет солнце, но его не будет отсюда видно из-за высоких офисных зданий. День становится все короче… Еще где-то месяц, и будет день нашей свадьбы, если ее можно так назвать…

Помню, я сделал ей предложение за несколько дней до этого события. Она уже была беременна, и наш брак зарегистрировали быстро. Леттис в тот день наотрез отказалась надевать платье. Сказала, что нецелесообразно тратить на это деньги, и что у нее живот вырос, и платье будет плохо смотреться на ней (хотя, по-моему, она выглядела бы хорошо в свадебном платье даже с животиком). Помню, ее живот так округлился, словно ребенок решил, что пора бы, чтобы все вокруг знали о нем, раз уж папа с мамой женятся…

Это был один из самых счастливых дней в нашей жизни… Как бы я хотел, чтобы их было больше… Счастливых дней…

Смотрю на нее, пока идем до машины. Она смотрит на меня.

Интересно, она поняла, что я ее не ради ее теплых вещей веду к нам домой?

Конечно, поняла. Нам не нужно говорить что-то прямо, чтобы понять друг друга. Мы все понимаем без слов… Достаточно только взгляда…

Пока кормлю Батончика, Юджин нетерпеливо топчется на месте. Кот же как специально все тщательно пережевывает, и иногда хитро посматривает на него. Оставайся, типа, папочка здесь. Зачем мамочку куда-то возить? На ваши постельные игры я уже успел за все эти семь лет наглядеться… Уж мне-то вы заходить к себе не запрещаете.

Но, в конце концов, Юджин забирает меня с собой. Я же прихватываю небольшую коробочку с тумбочки около кровати.

Это подарок Юджину.

Часы. Те самые, которые я хотела ему купить в подарок на день рождения…

Я все-таки купила их, несмотря ни на что…

Отдам ему сегодня.

Сначала мы заезжаем в торговый район – городской рынок, где, как всегда, много туристов. Здесь несколько магазинов фирменной одежды и обуви, обычные магазины местных брендов и просто магазины одежды для простых людей. Тут же несколько палаток, прямо посередине улицы, где торгуют так же одеждой, обувью, всякой мишурой, наподобие всяких товаров со знаменитостями, одеждой для животных, носками с прикольными рисунками. Так же есть несколько палаток с уличной едой, всякой разной, от жареных пирожков до нарезанных свежих фруктов, которые упакованы так, чтобы ими легко можно было перекусить. Я люблю этот район. Могу гулять здесь часами, когда представляется такая возможность. Тут есть отличный магазин, где можно купить недорогую бытовую мелочевку (тут я покупаю лакомства для Батончика, которые он обожает), тут есть небольшой театр с популярными шоу, тут есть красивая церковь, в парке возле которой можно погулять или отдохнуть на скамеечке. А еще тут много ресторанчиков с недорогой, но очень вкусной едой, в которые мы с Юджином раньше часто наведывались. В один из таких мы с ним и заходим.

В этом ресторане большие окна от пола до потолка, несколько деревянных столиков, красивая музыка и очень уютная атмосфера. Здесь простое меню: подают жареную курицу в разных вариантах с закусками и пиво.

Юджин делает заказ на три порции, которые намеревается забрать с собой.

– Леттис (снова зовет по имени (мне это не очень приятно)), ты будешь пиво?

– Знаешь же, что я его не люблю…

– Ладно, тогда две бутылки, пожалуйста, – говорит он парню за кассой.

– Разве, тебе завтра не на работу? – удивляюсь я.

– Нет, – отвечает мне Юджин. – Я на завтра взял выходной. Думаю, завтра все равно ничего важного на работе не произойдет…

Мы идем дальше. На улице прохладно. Сейчас день. Солнце все еще греет. Ночью будет холодно.

Интересно, он оставит меня у себя на ночь? Или я одену теплую одежду, за которой якобы, иду, и потопаю домой?

Юджин останавливает меня около аптеки и многозначительно смотрит на меня, а потом спрашивает. Мне купить? У нас закончились.

Я понимаю, о чем он, озираюсь по сторонам, медленно краснея, и говорю:

– Не… надо…

– Ну, как скажешь, – улыбается он, и тянет меня дальше.

Как же он счастлив, что я согласилась с ним сделать это без них…

Да и для чего они теперь нам? Я все равно уже беременна…

Было бы странно, если бы я заставила его купить нам это, а потом сказать о своем положении…

Интересно, я когда-нибудь ему расскажу? Не будет же у

Дальше мы останавливаемся около элитного магазина мужской моды. Юджин внезапно становится серьезным, и говорит мне:

– Подожди-ка меня здесь, я минут на десять. Увидел одного знакомого… Нужно кое-что обсудить…

– Хорошо, – говорю я, и остаюсь одна.

– Красотка! Кукленок! – от голоса Марка я вздрагиваю. Он, конечно, больше не вызывает во мне отвращения. Больше не пугает меня как раньше. И, кажется, в последнее время мы с ним даже неплохо общаемся… Просто он так неожиданно появился здесь.

– Марк!.. – я поворачиваюсь и вижу рядом с ним его сестру Венди. Видимо, решили вместе прогуляться за покупками.

А вот к ней я все еще чувствую неприязнь. Я все еще хорошо помню, почему мы с Юджином расстались…

– Ну здравствуй, красоточка, – говорит мне Венди. – Какими судьбами сюда забрела?

– Просто гуляю, – отвечаю я грубо.

– Для одной не многовато? – спрашивает Марк и указывает взглядом на пакеты с едой, которые ставил мне Юджин перед тем, как зайти в модный бутик.

– Я тут не одна, – говорю я.

– А с кем? С Юджином? – спрашивает Марк. – Неужели, ты вернулась к нему? Моя совесть теперь чиста? – с надеждой спрашивает он.

– Мы просто гуляли здесь, – говорю я. – Ничего больше. И ни к кому я не возвращалась!

– Ах вот, значит, как? – протягивает Марк задумчиво. – Но где же он тогда?

– В магазин зашел, – отвечаю я, показывая взглядом на здание, в котором скрылся мой муж.

– Понятно, – говорит Марк. Потом, подумав, добавляет: – Ладно, мои кошечки. Я оставлю вас. Поболтайте о своем, о женском… Мне нужно кое-что обсудить с этим чувачком… – и он скрывается в том же направлении, что и Юджин.

Я какое-то время стою молча, потирая одной рукой другую и смотрю в сторону.

– Да что ты нашла в этом идиоте? – неожиданно спрашивает Венди.

– То, что нашла, тебя не касается, – бурчу я себе под нос.

– Так вы все-таки вместе?.. – усмехается Венди. – Будь это не так, ты бы так мне не грубила. Сама же понимаешь, что не я главная виновница того, что произошло…

Может, и понимаю. Но я ничего не отвечаю. Лишь пожимаю плечами.

– А как же та молодая девчонка? Он, что, уже расстался с ней?

Я вздрагиваю и поворачиваюсь к своей собеседнице.

– Что еще за девчонка? О чем ты? Опять что-то выдумываешь?

– С чего бы мне что-то выдумывать? – спрашивает Венди. – Меня его короткий стручок не интересует. Уж не знаю, что вы две в нем такого нашли…

– Да про кого ты вообще говоришь? – спрашиваю я. Кажется, она это серьезно…

– Как это про кого? – усмехается Венди. – Про его новую секретаршу. Ты еще не видела ее? Это та молодая девчонка, которая везде за ним ходит… Она еще на тебя чем-то похожа… Наверное, поэтому он и спит с ней… Хотя, по-моему, она не настолько красива…

– С чего ты взяла, что между ними что-то есть? Юджин не любит заводить романы на рабочем месте…

– С того, что она прямо намекнула мне об этом, когда я однажды была в офисе Юджина со своим женихом. Обняла его, как свою собственность… А он не возражал… Кажется, он привез ее из Америки. Видишь. Не сильно он плакал по тебе там. Сразу нашел себе утешение…

Что она такое говорит? Я хочу возразить еще что-то, но у меня нет слов. Я стою и смотрю в одну сторону.

Неужели, она говорит правду? Неужели, у Юджина кто-то есть?

Я даже не замечаю, как подходит ко мне Юджин. Он хватает меня за локоть и уводит.

– Пойдем, дорогая, пойдем…

Он забирает у меня пакет с едой. И пока идем до машины, я немного прихожу в себя.

– Она тебе что-нибудь сказала? Что-то обидное?

– Нет, – говорю я. – Ничего. Мы просто разговаривали, – вру я. Нечего ему знать, о чем мы с ней разговаривали. Сама потом все проверю.

– Как только Марк зашел и сказал, что они прогуливались тут с Венди, сразу побежал к тебе, – говорит Юджин.

– Зачем же? Боялся, она расскажет что-то лишнее?

– Боялся, что она обидит тебя чем-нибудь, – отвечает мне Юджин.

– Ей незачем меня обижать, – говорю я спокойно.

Юджин немного молчит, задумавшись над чем-то, а потом говорит:

– Ты права…

– Юджин, скажи, у тебя есть кто-нибудь?

Мы останавливаемся около его машины. Он открывает для меня пассажирскую дверцу и говорит:

– Зачем спрашивать об этом сейчас? Разве, мы еще муж и жена? Я же не спрашиваю, спишь ли ты с Тайлером…

С Тайлером? С ума сошел?

Но я знаю, почему он так сказал…

Он обижен на меня. Расстроен. Разочарован. В себе? Я слышу это по его тону. Возможно, даже хочет, чтобы я простила его. Но почему тогда просто не попросит прощения?

Неужели, просто сказать: «Прости», сложнее, чем что-то натворить?

Я же уже готова простить его…

Я уже жду этого… Хочу вернуться… Хочу быть рядом с ним и дочкой…

И хочу сказать ему одну замечательную новость…

И зачем говорит про Тайлера? Неужели, он думает, что когда-нибудь я и Тайлер?.. Но этого не будет никогда. Никогда!!! Мы с Тайлером просто друзья. И он нравится мне как друг и не больше. И как бы сильно он не любил меня как женщину, я не могу ответить на его чувства.

У меня есть Юджин. И он будет у меня всегда, не важно, вместе мы будем или порознь…

Как же обидно, что он так обо мне думает. Ведь за всю свою жизнь у меня был только один мужчина – мой дорогой Юджин…

Моя глупышка. Как же я люблю ее…

Конечно же, я не думаю, что она когда-нибудь изменит мне с Тайлером…

Но почему задает мне такие вопросы? Про другую женщину.

Зачем спрашивать об этом сейчас? Разве, я уже не намекнул ей, что она для меня единственная?

Разве не знает, что я умею учиться на своих ошибка? Что я не привык наступать на одни и те же грабли?

Я усвоил урок, который преподала мне жизнь, и больше своей

Неужели, не видит, что я хочу помириться с ней? Просто не могу набраться храбрости сказать ей об этом… Да я и еще кое в чем должен признаться ей…

Знает же, какой я не решительный…

Что ж… Наберусь силы воли и сделаю это прямо сегодня же!

И после этого кроме нее в моей жизни больше не будет ни одной женщины (ну, кроме родственников, конечно). Больше я не допущу этого. Обещаю!

Глава 35.

Мы заходим в квартиру. В прихожей немного темно, хотя из окна гостиной льется яркий солнечный свет.

Юджин снимает с моих плеч легкую куртку, в которой мне уже становится холодно. Хорошо, что представился такой шанс раздобыть теплую одежду. Он вешает ее в шкаф-купе около входной двери, где я замечаю свои теплые вещи. Юджин перевесил их? Раньше они висели в шкафу, который стоит в нашей спальне.

– Уже к зиме подготовился? – спрашиваю я.

– А… Ты про вещи… Думал, здесь им сейчас самое место… В том шкафу стало тесновато… А сейчас уже холодает…

Мы разуваемся и проходим.

Мой дом. Я сразу чувствую это как только захожу.

Здесь почти ничего не изменилось за те несколько месяцев, пока меня не было. Только теперь все здесь кажется немного непривычным. Незнакомым… Чужим…

Я захожу и оглядываюсь по сторонам. Вроде все на своем месте, но что же не так?

– Как будто первый раз здесь, – говорит мне Юджин.

– Отвыкла немного, – говорю я. – Давно здесь не была…

– Милая…

Я поворачиваю к нему голову и внимательно слушаю его. Он что-то хочет сказать мне, но молчит. Не решается…

Давай же Юджин! Просто скажи: «Прости меня». Просто объяснись… Я уже готова выслушать тебя. Я так скучала по тебе… Так тосковала…

Я готова простить тебя!

Ну же, Юджин!..

Скажи, и я останусь с тобой навсегда!

– Ты первая идешь в ванную или я?

– Может, вместе?..

Я прикусываю губу. И зачем я это сказала?

– Юджин, у меня для тебя кое-что есть, – внезапно вспоминаю я и достаю коробку из своей сумки. – Вот, это подарок… Твой день рождения уже прошел… Но у меня не было шанса отдать тебе его…

Юджин берет коробочку, аккуратно запакованную в подарочную бумагу, и недолго смотрит на нее.

– Спасибо! – и откладывает ее на журнальный столик около дивана.

– Ты не хочешь посмотреть, что там? – я слежу за этим его жестом. Даже обидно. Я ждала другой реакции.

– Потом, – говорит мне Юджин, снимая пиджак и развязывая галстук. – Ты же хотела пойти в ванную вместе. Что может быть лучше этого? – и он тянет меня с собой в ванную комнату.

Мы стоим друг напротив друга. Юджин целует меня. Страстно… глубоко… сладко…

Он кружит мне голову. Он будит во мне страсть. Он разжигает в моем теле огонь.

И небывалое тепло в моем сердце…

Это еще одна сторона нашей близости, которую, я думаю, не смогла бы открыть ни с кем другим.

Юджин отрывается от моих губ, гладит руками мою попу и улыбается мне. Наши лица близко-близко друг от друга. Я улыбаюсь в ответ.

И вижу то самое тепло в его глазах, которое согревает меня… И в эти самые моменты я уверенна, что он тоже любит меня.

Он проводит носом по моей шее, гладит мой подбородок и губы большим пальцем. Я запрокидываю голову и чувствую, как одной рукой он пробирается под мою футболку, под мой бюстгальтер и нежно ласкает мою грудь.

– Юджин!.. – я тихонько вскрикиваю, когда он прикусывает слегка мою шею. – Ты что делаешь?..

Он только смеется и тем самым щекочет мою шею.

Я беру его лицо в руки и поднимаю его на уровне своего лица.

– Хочешь оставить засос на моей шее? – шепчу я.

– Хочу, – шепчет он, и я начинаю расстегивать его рубашку.

Когда с этим покончено, я ложу ее на корзину с бельем.

Я глажу руками его тело. Он, как всегда, в отличной форме. Только похудел без меня немного…

– Нравится меня рассматривать? – заигрывает он со мной.

– Как и тебе меня, – говорю я и провожу рукой по его сильной груди.

– А дальше? – он показывает взглядом на свои брюки.

Мне и их с него снять?

– Такая же стеснительная, как и в тот раз, когда я впервые привел тебя к себе домой, – усмехается Юджин.

– Ты тогда, бессовестный, разделся при мне до трусов. Прямо у порога, – говорю я. – Хотел соблазнить меня?

– Если бы ты тогда клюнула на меня, я бы так и поступил, – смеется Юджин.

– Ты тогда совсем без сил был, – говорю я. – И заснул прямо в ванной…

– Разве, все это было не во второй раз?

– Мы столько раз ходили друг к другу домой… Я уже и не помню, – говорю я. – Неужели ты с тех пор хотел меня соблазнить?

– Соблазнить – нет. Все-таки, ты отдалась мне по доброй воле… – говорит мне Юджин. – Но, вот от секса с тобой я бы тогда не отказался… – шепчет он. – Прямо с того самого дня, когда нас представили друг другу…

– Ты совсем не романтичный, – бурчу я и улыбаюсь ему. – Ну как так можно с девушкой?..

– Вся романтика осталась в семнадцатилетнем парне, который подарил тебе заколку, – говорит мне муж. – Вот он мечтал о нежных поцелуйчиках с тобой и о свиданиях до поздней ночи под полной луной, где бы вы просто гуляли за ручку и рассказывали бы друг другу обо всем на свете…

– Но все это у нас, итак, было… Просто добавилось кое-что еще, – говорю я и расстегиваю его брюки. – Кое-что более серьезное…

Юджин стягивает с меня футболку и расстегивает бюстгальтер. Я лезу рукой в его трусы и нежно сжимаю его достоинство.

– Милая…

Я продолжаю нежно ласкать его.

– Все, милая, все… Иначе, я не дотерплю…

Он в нетерпении стягивает с меня джинсы и трусики, и тянет за собой в душ.

Ее нежные бедра… Я придерживаю ее за них, пока мы уединяемся в душевой кабине. Она упирается спиной в стену и, кажется, ей не очень удобно.

Мне так хорошо с ней. Рядом с Леттис я чувствую себя чем-то целостным… Будто собранный до конца пазл…

Ее голова откинута назад. Ее нежная грудь касается моей груди. Кажется, она стала больше… И животик стал больше.... Так странно… Она, вроде, совсем не поправилась…

Спросить… или не стоит? Вдруг обидится, что я заметил, что она немного поправилась?

Меня она устраивает любая… Не важно, поправляется она или худеет… Мне она нужна любая… Лишь бы только была рядом… Ведь я так люблю ее. И последние события научили меня ценить каждый момент рядом с ней… Странно, что раньше я не замечал этого… Без нее я так скучаю… Ведь, рядом со мной нет самого близкого мне человека…

Но, что насчет меня? Думает ли она обо мне то же, что я и о ней? Скучает ли она? Думает ли она обо мне? Любит ли все еще меня? Или уже нашла утешение еще где-то? Конечно, я не думаю, что она будет спать с первым попавшимся. Она не такой человек… Но, после того, что я сделал, думаю, она имеет полное на это право… А я даже и возразить не могу…

Простит ли она меня?

Еще сегодня, когда я вез ее сюда, мне казалось, простит. Но я собираюсь рассказать ей все. Сначала, я хотел рассказать ей лишь о той ночи, которая стала началом всего этого… Но теперь я понимаю, что не должен скрывать от нее ничего. Я расскажу ей обо всех своих действиях и после той ночи. Ведь, по сравнению с тем, что я делал позже та роковая ночь кажется мне невинной шалостью. Ведь я, и правда, хотел изменить ей… Расскажу о мыслях и чувствах…

Я виноват перед ней. Раскрою эту свою вину в полной картине. Пусть знает обо всем…

И примет решение, хочет ли она быть со мной дальше, или нет.

Если нет, я приму это и буду стараться жить дальше. Своей жизнью, отдельной от нее. Как и она…

Поэтому сегодня… Я хочу насладиться этим нашим совместно проведенным временем… Будто прощаюсь с ней…

Странно… Но, почему-то мне кажется, будто бы Юджин прощается со мной. Его печальный взгляд… Все его действия…

Почему мне кажется, будто он все делает так, будто хочет взять от этой нашей встречи как можно больше, чтобы потом, когда мы расстанемся, ни о чем не жалеть?

Я смотрю на него. Хочу остаться с ним. И я знаю… Знаю, что он желает того же, что и я. Я чувствую это. Я вижу это в его глазах… И я знаю, что он хочет попросить прощения… И я прощу его. Конечно же прощу!

И я жду…

– Леттис, милая, – начинает Юджин, когда мы, наконец, выходим из душа. – Нам нужно серьезно поговорить… Я знаю, что ты готова простить меня… Но…

Что-то настораживает меня в его тоне.

– Я хочу… Очень хочу, чтобы ты была со мной… Но перед тем, как ты примешь окончательно решение, я хотел бы, чтобы ты знала всю правду. Если ты не узнаешь об этом, моя совесть не будет чиста перед тобой. Поэтому выслушай меня и все окончательно обдумай…

Что же еще он хочет, чтобы я знала? Я же уже знаю, что между ними с Венди почти ничего не было. Разве так трудно это сказать?

Но то, что он говорит, заставляет меня задуматься…

– В ту ночь… Я впервые изменил тебе… – говорит он не спеша, обдумывая каждое слово. – Я был пьян… Венди была очень соблазнительной… Я почти ничего не соображал… Она сидела на моих коленях, и ее обнаженная грудь касалась меня… Я тогда сильно возбудился… Не знаю, она ли так сильно подействовала на меня, или выпитый алкоголь… Но ты ведь, и сама видела, какая у нее шикарная грудь и красивая попа…

– Видела я безобразное вымя у этой толстозадой стервы, – говорю я.

Мы стоим в гостиной. Юджин внимательно смотрит на меня и держит руками за плечи, я же скрестила руки на груди. На нем штаны от пижамы, которые он наспех нашел в чистом белье. Мне он дал свою чистую офисную рубашку, от которой приятно пахнет кондиционером для белья. В другом случае я бы не надела ее, но сегодня у меня не было выбора. По оголенному накачанному торсу Юджина бегут мурашки. В доме немного прохладно. Или это после душа так ощущается? Моя оголенная попа, которую прикрывает только его рубашка, тоже немного мерзнет.

– Ну, и что же было дальше? – спрашиваю я. Хотя много раз уже слышала этот рассказ.

– Она села ко мне на колени, и мы целовались… Она очень хорошо целуется. Мне это понравилось… Мы гоняли виноградинку между нашими языками. Это было очень возбуждающе.

Я лишь качаю головой. Мне нечего сказать. И зачем он рассказывает мне все эти подробности? Решил быть со мной честным? Из моих глаз готовы вырваться слезы при этих его словах. Интересно, своей этой «всей правдой», он решил добить меня? Но я держусь. Все же я готова была простить его. Прошло уже достаточно времени. Я все обдумала… И…

– А дальше? – упавшим голосом спрашиваю я.

– Дальше я решил уйти домой… Я понял, что не должен там находиться… Понял, что не должен заниматься этим с ней… Хотя, она уже готова была тащить меня в свою спальню… И если бы я не опомнился, наверное, пошел бы с ней…

– И?..

– В ту ночь она доставила мне удовольствие… Леттис… Такого я не испытывал еще никогда… Даже с тобой. И, хотя, это удовольствие было только физическим, это заставило задуматься меня о том, что между нами могло бы быть, останься я там… Но как такового секса у нас не было… Я понял, что должен идти домой, и ушел…

– Ушел домой? Юджин… Но ведь тебя не было дома в ту ночь… Где же ты тогда был?

– В ту ночь я был дома, и мы с тобой занимались любовью…

Чего? Об этом я впервые слышу… Это как? Что-то я такого не припомню… Но он так уверенно это говорит… Может, он с кем-то меня путает?

Я удивленно смотрю на него. Он говорит все это так серьезно…

– Как это? – спрашиваю я. – Ты уверен, что был дома? Почему я не

– Ты спала…

– В смысле?

– Ты спала, а я был пьяный… И ничего не соображал… Когда ты рядом со мной, такая соблазнительная, я не умею мыслить здраво…Да и ты так страстно отвечала на мои ласки, что я не выдержал… Но мы же женаты… – Юджин смотрит мне в глаза. – Можно же хотя бы разок без спроса…

Я смотрю на него.

Стоп… Минуточку!..

Я спала… Он был пьяный… Я отвечала ему…

Эрик видел с утра, как он выходил из нашего дома…

Меня немного трясет. Трясет от волнения. И сердце начинает колотиться.

Он пришел… Я спала и не помню этого. И мы с ним…

Что же было в ту ночь? Неужели, я, и правда, ничего не помню?

Тайлер угостил меня конфетами, чтобы утешить. Я съела пару штук и подумала: Юджин придет домой и почувствует запах алкоголя. Не подумает ли он, что я пьяна?

Но я чистила зубы после этого. Да и запаха никакого не осталось…

И почему я вспомнила эти дурацкие конфеты?

Потому что ночью, когда я проснулась, я почувствовала привкус алкоголя у себя во рту. Как будто бы сама пила… И ощущения были такие странные… Мне еще эротический сон тогда приснился. Точно! И я чувствовала, будто бы, и правда, переспала с ним в ту ночь…

Но если мы тогда, и правда, были вместе и занимались любовью, пусть даже я спала тогда, почему я не нашла его рядом с собой когда проснулась?

Я же вставала…

Я еще Холли в гостиной встретила. Она сказала, что накрыла кота… нет не кота…

Я видела Батончика. Он спал в своем лежаке, ничем не укрытый…

Холли говорила не о коте? Дочка укрыла Юджина? Он, что, на диване лег?

Точно! Почему я сразу не заметила этого. Там же лежал плед, который никогда не лежит на нашем диване (Юджин всегда следит за порядком в доме и не допускает этого).

И ребенок… Ребенок, которого я жду… Он ведь получился именно тогда!.. И по срокам все сходится… И по логике тоже… Так вот, значит, когда это получилось у нас…

Юджин, вот гад! Ну как он умудрился-то так?

Но нужно перейти к сути вопроса. Думаю (и очень надеюсь на это), что сегодня нам нужно все решить. Я уже устала ждать, если честно…

– Значит, ты выбрал меня, а не ее… – говорю я. – Но раз она была такой соблазнительной… Почему же не остался с ней?

– Потому что я должен быть с тобой. Это мой долг перед тобой и Холли…

Что ж… Долг… Всего лишь долг? Я ждала другого ответа…

Но все же… Это уже что-то…

– Почему же ты не сказал мне об этом сразу? Надо было рассказать все с самого начала, – говорю я. – Я бы, может, и подулась какое-то время… Но…

– Знаю, – говорит мне Юджин. – Дядюшка так и сказал мне. Но то, что было той ночью не самое страшное… Это я понял уже когда все осознал… Меня постоянно терзало чувство вины перед тобой… Я так боялся, что ты все узнаешь… И бросишь меня… Это все накручивалось как ком… Венди делала мне знаки внимания… Ее грязные намеки… Да и Марк говорил, что в том, чтобы переспать с кем-то, кроме тебя, нет ничего плохого… А она очень привлекала меня… Понимаешь?

Нет, не пониааю я этого.

– И что? – спрашиваю я. – Ты переспал с ней? Ты все-таки сделал это?

– Нет, – отвечает мне Юджин. – Но мне очень хотелось…

– Но почему? Что во мне было не так, что тебе захотелось другую?

– Она сделала то, чего ты никогда не делала, – сознается Юджин. – И это обещало мне продолжение, которое точно понравится мне… Думаю, поэтому я стал думать об измене…

– Так почему же ты этого не сделал? – я слышу, как мой спокойный тон начинает переходить на повышенный. И что она сделала такого, чего не делала я? Что со мной не так? – Мог бы спать с ней, а я бы ничего не знала, думая, что ты на работе…

Юджин молча сморит на меня. Не знаю, обдумывает ли он, что еще сказать мне, или просто ему уже нечего мне говорить…

Или он ждал, когда я выскажусь, наконец-то…

– Мне уйти? – спрашиваю я через какое-то время. Уж даже и не знаю, прощать ли мне его после всего услышанного.

Да. Он мог не говорить мне всего этого. И я бы простила его. И вернулась бы к нему.

Но сейчас я думаю: было бы это правильно? Разрушилась ли тогда бы между нами стена, которая так внезапно возникла?

Ведь тогда бы это был обман. Он говорил бы мне ложь, которую я хотела бы услышать, что я единственная женщина, которая нравится ему, которую он желает…

– Ну что скажешь? Ты готова дать мне ответ? Готова вернуться ко мне, несмотря ни на что?

Я смотрю на него. Неужели, я должна дать ответ прямо сейчас?

Теперь я уже сомневаюсь… Мне нужно время… Нужно время все обдумать…

– Пока не готова, Юджин, – говорю я. – Ты был прав, когда все рассказал мне. Теперь мне нужно все обдумать еще раз… Я должна все осознать… Должна принять это. Только тогда я дам тебе ответ.

– Хорошо, – говорит мне Юджин. – Я понимаю тебя, милая…

Я оглядываюсь в поисках своей одежды. Наверное, сейчас мне лучше уйти.

– Подожди, – говорит мне Юджин. – Я не говорил, что буду сидеть в стороне, пока ты принимаешь решение, и смотреть, как кто-то кроме меня утешает тебя… Я и сам могу это сделать…

– Юджин…

Муж улыбается мне впервые за весь этот вечер. И я вижу привычное мне тепло в его глазах…

– Ну же! У нас еще ужин впереди… Только давай не будем наедаться до отвала… Иначе я просто завалюсь спать рядом с тобой…

– А разве тебе не нравится просто спать рядом со мной? Ты планировал делать что-то еще?

– Если честно, мне нравится спать только когда ты рядом, – говорит мне Юджин и обнимает сзади, прижимая к себе и утыкаясь носом в мой

Наш ужин совсем не романтический. Мы просто сидим на диване, едим курицу и смотрим фильм. Ну, Юджин, еще пиво попивает. Так было уже много раз. Раньше мне казалось, в этом нет ничего особенного. Только сейчас это самое дорогое время для меня. Сегодня для меня это лучше любого романтического ужина, которых у нас было не много (если честно, у нас даже не всегда получалось вместе поужинать из-за его работы). И я стараюсь запомнить каждый момент. Кто знает, может, этого уже никогда не будет?

Половину курицы мы оставили дочке. Все-таки, Юджин взял три огромные порции. Этого даже на троих очень много.

Я налегаю на острые кусочки, но ем так же и в классической панировке. Хорошо Юджин не знает про беременность. В прошлый раз он запрещал мне есть острое. Говорил, что это вредно.

Но в этот раз меня очень сильно тянет на острое. И еще мясо. Мясо я хочу есть всегда, круглосуточно. Хорошо еще, мне особо времени на еду не хватает. А то бы, наверное, растолстела уже…

Глава 36.

Поцелуи Юджина на прощанье…

На моей памяти, этой второй раз, когда мы вот так целуемся перед расставанием.

Нет, про легкий чмок, когда он собирает на работу, я ничего не говорю. Это не считается. Такое было каждый день, когда я успевала проснуться перед тем, как он уйдет. Если я уже не спала в тот момент, он любил, чтобы я чмокала его перед уходом – говорил, это на удачу.

Я имею в виду именно поцелуй… Словно бабочка слегка касается крылом моих губ. Сначала он нежно водит своими губами по моим. Я чувствую его дыхание. И мы наслаждаемся этим моментом. Потом он слегка прикасается губами к моим губам, но уже более настойчиво. Это уже больше похоже на поцелуй. Затем он нежно пощипывает губами мои губы. Затем более настойчиво. И это все длится до тех пор, пока я не раскрою свои губы навстречу его губам, и мы не сольемся в долгом поцелуе. Пока он не прижмет меня к себе, а я не обниму его за шею и не почувствую, как бьется его сердце.

– Помнишь нашу первую ночь? – шепчет мне Юджин, отрываясь от меня. – В то утро мы так же целовались, когда ты пошла провожать меня до машины… Я так переживал за тебя тогда… Все же в ту ночь я сделал тебя женщиной… Боялся, что сделал тебе больно… Переживал, о том, как ты чувствуешь себя… Понравилось ли тебе… И не прогонишь ли ты меня после этого совсем…

– В ту ночь ты был самым нежным любовником, Юджин, – говорю я. – Хоть мне и не с чем сравнивать… Но, я уверенна, это так… И как я могла прогнать тебя тогда? Я впервые почувствовала, каково это, быть с тобой единым целым не только духовно, но и физически… Ведь именно в ту ночь я сдалась, отбросила все свои сомнения… И поняла, что по-настоящему люблю тебя…

– Мы тогда редко этим занимались, – говорит мне Юджин.

– Ну… Тогда мы еще не были женаты…

– А теперь мы женаты. У нас есть официальное свидетельство, позволяющее нам заниматься этим когда захотим, – усмехается Юджин, а потом добавляет с печалью в голосе. – Но несмотря на то, что оно у нас есть, сейчас мы этим не часто занимаемся… Да что уж там… Я теперь даже обнять тебя не могу, когда захочу…

– Ты сам понимаешь, что сейчас все сложно. Тогда, в первый раз, когда мы были с тобой единым целым, все было просто. Мы просто любили друг друга, и наша любовь вылилась в физическую близость. Тогда между нами не было никаких стен… А сейчас мне кажется, будто, между нами, непреодолимое препятствие… И мы больше не можем быть одним целым… И пока мы не преодолеем это, то, что было прежде… Этого никогда уже не будет…

– Прости меня, Леттис, – говорит Юджин. – Знаю, это я во всем виноват. Поддался на чужие уловки, и мы с тобой оказались в этой ситуации… – он отодвигает с моего лба прядь волос. – Милая… Я уезжаю через две недели… Ненадолго…

– Уезжаешь? Куда? – я обеспокоенно смотрю на него. Я совсем не хочу, чтобы он уезжал… Юджин… Ты же обещал, что сделаешь все, чтобы мы снова были вместе… А теперь говоришь, что уезжаешь?..

– Та музыкальная компания, для которой я делал проект… У них будет закрытая вечеринка… Я должен буду там присутствовать как глава компании, с которой у них было выгодное сотрудничество. Разве не слышала, какой успех им принесло наше сотрудничество? Даже статью про меня в журнале написали. Вот уж не ожидал…

Знаю… Читала я эту статью… И написано там не совсем то, что я ожидала прочитать под этим заголовком. Оказалось, что «Почти свободен» означает то, что свободен он для новых предложений от компаний для сотрудничества. А «Романтичен» означает ответ на вопрос журналиста обо мне. Он ответил, что сильно обидел меня, и что мы почти развелись. Но он по-прежнему любит меня. Очень сильно… Хотелось бы мне верить этим его словам…

Я смотрю на него. И жду… Неужели, не предложит мне ехать с ним?

Я просто смотрю ему в глаза и жду.

Но…

– Леттис… Милая… Ты не можешь поехать, – он будто читает мои мысли.

Почему?

– Холли учится… Я не могу оставить ее одну… Я рассчитывал, что она пока поживет с тобой… Кто-то же должен быть с ней…

Холли… Конечно… Как же я забыла…

Значит, она поживет со мной? Но это же так здорово…

– Но я не вернусь домой… Пока…– говорю я. – Я пока не простила тебя. И не знаю, когда мое сердце сможет это сделать…

– Я знаю, – говорит мне Юджин. – Я и не настаиваю, чтобы оно так быстро сделало это… Я понимаю тебя. Если бы я оказался в такой же ситуации, я бы думал так же… И еще… – он гладит меня по щеке. – До своего отъезда я постараюсь заслужить твое прощение, милая… И когда приеду, надеюсь, услышать две отличные новости…

– Какие? – спрашиваю я.

– Ну, – Юджин внимательно смотрит мне в глаза. –

Я чувствую его теплое дыхание на своем лице. Он снова целует меня…

Что ж… Раз он хочет узнать эту новость после своей поездки, я так и сделаю. Хотела сегодня рассказать… Но раз уж он настаивает…

Наши губы снова сливаются в поцелуе. Он целует меня так страстно, так нежно и в то же время требовательно… так сладко… Что я теряю голову в его объятиях…

Его руки сжимают мою попу, заставляя меня прижаться к нему. Какое уж тут прощание? Похоже, тут намечается продолжение… Но…

– Пап! Па-а-ап!!!

Я вздрагиваю и быстро отстраняюсь от Юджина, понимаю, что голос моей дочери мне не послышался.

И как долго она вот так стоит уже и наблюдает за нами?

– Холли… – я слышу растерянность в голосе Юджина. – А почему ты так рано?

– В школе отключили электричество, – говорит дочь. – Поэтому нас отпустили пораньше. Сестренка Несс забрала меня.

И только сейчас я замечаю, что дочь пришла не одна. Опять эта Меган. Да что ей здесь нужно? Холли не могла самостоятельно дойти?

– Я же просил не называть людей чужими именами, – Юджин качает головой. – Ее зовут Меган. Несс… И откуда ты вообще взяла это имя?

– Но это тоже ее имя!

– И кто же ей его дал?

– Я дала!

– Не нужно давать имена людям, у которых уже есть имя!

Ох уж эти их семейные споры… Мои муж и дочь так увлекаются ими, что, кажется, перестают замечать то, что происходит вокруг. Отец и дочь. Юджина будто бы откопировали… И внешность и характер… Все от него. Неудивительно, что она его больше, чем меня любит.

Иногда мне кажется, что судьба ему сделала больший подарок, чем мне, когда на свет появилась наша дочь.

Даже не знаю, кто больше из нас тогда мечтал о ней. Ведь, как позже он признался, он хотел, чтобы я как можно скорее забеременела от него, еще до того, как мы впервые переспали с ним, чтобы у нас была причина как можно скорее пожениться.

Неужели, думал, что я вышла бы за него замуж лишь потому, что была беременна?

Ох, Юджин…

Я качаю головой и снова мельком бросаю взгляд на Меган. Интересно, а что она думает об их спорах? Они тоже кажутся ей милыми?

Но она вовсе не за ними наблюдает… Девушка снова загадочно смотрит на меня, но, когда понимает, что я смотрю на нее, отворачивается.

Что я могу сказать про нее? Она симпатичная. У нее светлые волосы, но в то же время темные ресницы и брови. Сначала я подумала, что она их красит, но теперь понимаю, что они у нее такие от природы. Она худенькая, но у нее довольно круглая попа и грудь присутствует. В общем, я бы сказала, что фигура у нее примерно такая же, как и у меня. Правда, я уже давно не считаю себя худенькой. Хотя, это мой собственный взгляд на себя. На самом деле, может быть, так и есть, просто у меня полно комплексов.

А еще у меня странное чувство. То, как она смотрит на Юджина… Будто между ними есть какая-то связь. И это мне очень не нравится… Но Юджин без стеснений обнимает меня при ней за плечо, когда они с Холли наконец-то заканчивают свой спор перемирием. Ведь, если бы они были любовниками, он не стал бы так делать при ней, правда?

– Мам, а ты уже уходишь? – Холли смотрит на меня. – Ты, что, только к папе приходила?

– Я зашла за теплыми вещами, – вдруг вспоминаю, зачем я здесь на самом деле.

– А когда ты вернешься и принесешь Батончика назад?

Ее, что, только кот волнует? Вернется ли он домой? Может, мне просто вернуть кота? А сама могу не возвращаться?

– Я же говорил, мамочка сейчас отдыхает, милая, – говорит Юджин. – Как-нибудь она возьмет тебя в гости. Пообщаешься с Батончиком там…

– Ладно, – говорю я. – Мне пора.

Я нагибаюсь и обнимаю дочь. Она обнимает меня в ответ.

– Муж, – говорю я, когда собираюсь уходить. – Я надеюсь, увижу у тебя свой подарок, когда пойдешь на работу. Думаю, скоро мы будем часто видеться по работе… Надеюсь, он тебе понравится…

– Ах, да… – Юджин вдруг что-то вспоминает и лезет в шкаф, который стоит у нас в прихожей. Он достает оттуда черный бумажный пакет небольшого размера и протягивает мне. – Вот. Это тебе, на день рождения… Правда, твой тоже давно прошел… Надеюсь, мой подарок тоже понравится тебе, и ты наденешь его в тот день, когда твое сердце будет готово вернуться ко мне…

Я собираюсь заглянуть в пакет, но Юджин останавливает меня.

– Не при всех. Там, у себя посмотришь…

Я смущенно краснею, понимая, что тут что-то не так. Что же он мне такого подарил?

Но в пакет больше не заглядываю.

– Пап, – Холли дергает Юджина за руку. – Почему ты молчишь?

– О чем? – удивляется он.

– Мам, – дочка смотрит на меня. – А что ты делаешь на выходных? Ты работаешь?

– Нет, – говорю я. – Я получила новую должность и теперь выходные у меня свободные.

– Новую должность? – удивляется Юджин. – Ты ничего не говорила… Надеюсь, не красное платье…

– Нет, – перевожу взгляд на мужа. – Я же сказала, на выходных теперь буду отдыхать. Шеф нанял меня на должность своего секретаря в другую свою компанию. Помнишь, он же говорил…

– Понятно… Ну, надеюсь, для меня ты все же будешь иногда выполнять обязанности «девушки в красном», – я слышу нотку флирта в его голосе, но потом он меняет тему. – Милая, у нас тут на выходных семейный отдых намечается. Поедем куда-нибудь. Я, Холли и Меган с нами… Не хочешь присоединиться?

Не хочу ли я присоединиться к семейному отдыху?

Меня будто бы током ударили. Надо же какая прелесть! Семейный отдых у них! Юджин, Холли и Меган!.. А не буду ли я лишней?

– Я не могу, – вру я. – У меня уже есть планы… Понимаешь? – я смотрю на мужа… Пока еще моего мужа… так, наверное, будет лучше его назвать. – Тайлер предложил встретиться… Я планирую провести выходные с ним…

– Ах вот как, – слышу недовольство в голосе Юджина.

– Я пока не приняла решение, помнишь? – говорю я. – Ты обещал ждать…

– Наша дочь хотела этого – не я, – говорит мне Юджин и я слышу обиду в его тоне. – Я тебя не на свидание зову…

Ах вот оно, значит, что. Позвать меня – даже была не его инициатива. Неудивительно. У него столько времени было сделать это. Целый день, вечер и ночь, и еще время до обеда, которое мы провели в объятиях друг друга. И он даже не намекнул мне ни на какую поездку…

Он больше не любит меня. И хочет, чтобы я вернулась только из-за нашей дочери…

И спит со мной только из-за этого… Так сказать, совмещает приятное с полезным…

Все ясно…

Может, мне просто вернуть им кота?

Глава 37.

Несмотря на то, что уже почти зима, на улице по-прежнему тепло, и я ношу легкую куртку. Хотя, вечером становится холодно. Но теперь ранним утром я возвращаться домой не буду – теперь мой рабочий день до шести вечера. Но, все равно, хорошо, что я взяла с собой теплые вещи. Через две недели декабрь. Погода может поменяться в любой момент…

Декабрь… Значит, скоро день нашей свадьбы. Обычно, этот день мы с Юджином проводим наедине. Он покупает дорогое вино, мы вместе готовим вкусный ужин… И проводим время вместе.

В этом году, в день нашей свадьбы, Юджина не будет рядом со мной. Его не будет в городе… Его не будет в стране…

Меня он брать с собой не захотел. Неудивительно, ведь я ему не нужна. Его чувства ко мне остыли. Мои же – напротив… кажется, я еще больше люблю его… Или просто я так соскучилась по семейной жизни с ним? Она нисколько не тяготила меня. Как и все мои домашние обязанности и наш ребенок.

Я не хотела ничего этого терять…

Я так скучаю по всему этому…

А вот Юджин, наверное, отдыхает от меня…

Какая же я дура! Поверила ему, что он хочет побыть со мной подольше…

Как же! Он даже не помнит о дне нашей свадьбы… Хотя у нас и свадьбы никакой не было. Мы просто пришли со справкой о беременности и заключили брак. И все… Хотя, большего мне и не нужно было…

Но иногда я понимаю, на самом деле, мне хотелось бы пройтись в белоснежном красивом платье рядом с Юджином…

Но мне не хотелось тратить на это все ни его деньги, ни его время.

Это все уже в прошлом, как и его чувства.

Интересно, может быть, у него кто-то уже есть?

Меган… Какие-то странные у них отношения…

И то, как она смотрит на него…

Может, он решил пожить с ней, пока я не вернусь?

Но не слишком ли она молодая для него? Хотя… он у меня такой красавчик…

Да нет… Чего это я? Она просто его секретарша, вот и таскается с ним везде… Хотя на семейную прогулку он мог бы ее и не брать…

Меня-то он даже не пригласил…

Надо бы разузнать, кто она такая! Уж больно подозрительно они себя ведут. Может, спят друг с другом без всяких обязательств?

Спрошу-ка я об этом Тайлера… Может, он что знает?

И тут я слышу, как играет мелодия на моем телефоне. Тайлер будто бы почувствовал, что нужен мне.

Я сделал это. Я все-таки сделал это: рассказал жене все как есть, ничего не утаивая. Знаю, я должен был сделать это еще тогда. Быть может, все не было бы так запутанно как сейчас…

Но я просто безвольный дурак. Болван, прислушавшийся не к своему мнению, а к советам друга, яростно желавшему мне «помочь».

Наш «романтический ужин» заканчивается тем, что мы снова идем в постель. Я предложил ей свою чистую рубашку после душа. Хочу, чтобы она пропиталась ее запахом. В понедельник надену ее на работу. Никто этот запах не почувствует, зато я буду им наслаждаться и вспоминать о ней, и о нашей ночи. Сомневаюсь, что она вернется ко мне так быстро, чтобы в понедельник мы уже спали в одной постели, так что приходится быть изобретательней. Не знаю, когда увижу ее в следующий раз. А тут еще эта поездка. Надо бы рассказать ей. Все-таки ребенка с кем-то придется оставить. Меган-то едет со мной. А жена обидится, если оставлю дочь не с ней.

Легкими поцелуями ласкаю ее тело, постепенно стаскивая с нее свою рубашку. Она такая нежная. И даже сейчас кажется такой юной и невинной. Почему-то каждый раз немного смущается, когда оказывается передо мной совсем голая. Я вижу это по ее легкому румянцу на милых щечках.

Леттис… Мне кажется, она все та же невинная двадцатилетняя девочка, которую я встретил, когда мне было семнадцать. Она почти не изменилась с тех пор… Ну, может быть, только чуть-чуть… Все такая же стройная и красивая… Хотя сама почему-то считает себя толстой и говорит, что у нее маленькая грудь.

На самом же деле, на ней ни одной складочки (которые она так старательно ищет на себе). А слегка видные ребра иногда меня пугают (уж не похудела ли она у меня?). А грудь… Я бы не сказал, что она совсем уж маленькая. Она небольшая, но округлая, и ее хорошо видно под одеждой. И это второй размер определенно. Я-то уж точно знаю (столько нижнего белья для нее купил).

И, по-моему, она самая прекрасная на свете. Ну, то, что она самая прекрасная – может, это и мое субъективное мнение, но то, что она красавица, это точно.

А еще, как-то раз, одна женщина в магазине одежды, когда я привел ее за красивым нарядом на тридцать пятую годовщину свадьбы моих родителей (они решили отметить ее в ресторане), заметила ей, какой у нее молодой отец, и показала на меня. Тогда я окончательно понял, что начинаю стареть. А вот, Леттис, кажется, наелась молодильных яблочек. Или у той женщины просто зрение было плохое? Этим успокоила меня тогда жена, когда заметила,

Но, она, и правда, иногда ведет себя как ребенок. Такая веселая. И я так люблю видеть ее счастливой…

И я так люблю слушать ее тихие стоны, когда ласкаю ее, погружаясь в нее…

Вижу ее недовольное лицо, когда говорю ей о том, что мне нужно уехать. Знаю, она хотела бы поехать вместе со мной. Но я не могу взять ее с собой. На то есть причины. Холли учится. А так, я бы взял их обеих с собой.

И хотел спросить ее еще кое о чем… Я планирую семейную поездку… Не далеко, в пределах города. Хочу куда-нибудь свозить дочь. Леттис обязательно должна быть там. Но после того, как сказал про свою поездку, даже боюсь спрашивать. Боюсь ее отказа.

Но внезапно вернувшаяся Холли напоминает мне, и я вынужден спросить об этом. И она, действительно, отказывает мне. А ведь я даже нашел весомый аргумент, чтобы она согласилась – этого хочет наша дочь (ну, я ею прикрылся). Но тут даже чувства дочери меня не спасли. Говорит, что уже пообещала встретиться с Тайлером.

Тайлер. Я нормально отношусь к нему. Но когда он лезет в нашу семью, терпеть его не могу. Он говорит ей, что любит ее. Но ведь это не так. Даже я понимаю, что она для него просто друг. И почему люди часто свою привязанность путают с любовью?

Надеюсь, она это тоже видит…

Хотя, может, это только я надеюсь, что это никакая не любовь…

И вот, она уходит. Я стою рядом с дочкой и с Меган, но мне одиноко. Без нее я не чувствую себя целостным. Когда уходит она, будто бы уходит часть меня. Та часть. Что наполняет мою бесцветную жизнь красками.

– Ну так что, племянница? Что посоветуешь теперь? Я даже ума не приложу, как уговорить ее идти с нами!

Холли уже спит, когда мы с Меган поздно ночью сидим на кухне и пьем чай. Узнай бы Леттис о таких посиделках, поругала бы меня и сказала бы, что от ночных поеданий печенья с чаем можно растолстеть (поэтому, мои ночные перекусы всегда были без света и по возможности заранее припрятаны где-то не в холодильнике (и еще что-то заранее приготовлено для Батончика, что бы этот хитрец не привлекал мамочкино внимание своим голосом)).

– Не знаю, что посоветовать тебе, Юджин. Может, раз уж на то пошло, Холли завтра еще раз позвонит ей и попросит пойти с нами? Может, нам с Холли не ходить, чтобы вам не мешать? Может, ее смутило присутствие еще кого-то? Может, не понравилось, что я иду с вами? Я могу не ходить.

– Нет, Меган, что ты! Ты должна пойти с нами, – говорю я. – Иначе, у тебя совсем не будет здесь никаких развлечений. Одна работа. А одна ты никуда не ходишь. С кем еще ты можешь пойти? У Стеллы свои заботы. Рик все время работает. А дядюшка никуда не ходит, кроме как до своего ресторана. И, тем более, ты ведь знаешь, что я рассчитываю на то, что вы с Холли позже пойдете гулять отдельно от нас?

– Просто Леттис как-то недобро смотрит на меня, – говорит Меган. – Как-то странно. Думаю, ей не особо нравится мое присутствие…

– Мег, ты чего? Как твое присутствие может не нравиться? Это просто ты слишком восхищенно смотришь на нее, что жена начинает теряться… Ты можешь хоть иногда сдерживать свои эмоции? Она так нравится тебе?

– По-моему, она самая лучшая, Юджин. Тебе так повезло, что она у тебя есть…

– Мег, – я треплю ее по голове. – Мне кажется, ты преувеличиваешь. Она иногда бывает такой несносной… Ты просто не видела этого.

– Мне кажется, это ты ее доводишь, Юджин. Разве может такая милашка быть невыносимой? Скажи это другому мужчине, и он заткнет тебя и уведет ее.

– Эй! Я же пошутил, ты чего? – говорю я. Вот эта последняя ее фраза мне совсем не нравится, потому что я сразу вспоминаю Тайлера. – Ты просто похожа на нее. И тебе кажется, что когда я говорю что-то про нее, то говорю это про тебя…

– Ну, в каком-то смысле, мы, ведь, семья… – говорит Меган. – Наверное, поэтому мне так кажется. Разве, у вас с ней не так?

– Да чего это ты защищаешь ее? – меня даже возмущают ее слова. Я-то думал, она мне совет даст, как вернуть жену. А она начала меня пилить. Прямо как иногда Леттис это делает. Они, и правда, похожи. – Эй, Мег! Ты, ведь, моя родственница, а не ее!

– Ну, ты мне настолько же родственник, насколько и она, на самом деле, – говорит Мег. – Помни об этом, дядюшка!

– Хоть тебя и удочерила моя кузина, ты все равно мне как родная, – говорю я. – Мег. Ты чего? Бывают моменты, когда я чувствую, что ты будто бы по-настоящему мой родной человек… Думаю, то, что ты попала в нашу семью семь лет назад – настоящая судьба.

– Может и судьба, Юджин, – говорит мне Мег. – Но знаешь. Я бы посоветовала тебе подумать о твоей судьбе с Леттис. Смотри, а то уведет какой-нибудь тип… Вроде Тайлера… Или твоего этого друга, Марка…

– Марка? – я хохочу во все горло, но тут же останавливаюсь, понимая, что могу разбудить ребенка. Ну Марк-то здесь при чем? – Нет… Кто-кто, но уж точно не Марк. Она не в его вкусе… А он – не в ее. Его жена терпеть не может… Ладно, Мег, – я смотрю на часы. – Давай к себе в комнату и спать, а то поздно уже. Я тоже пойду спать… Я такой сонный…

– Неудивительно, – говорит Мег. – Целые сутки пытался вернуть жену. Ну и как успехи?

Я лишь пожимаю плечами. Ну да. Я поэтому такой сонный. А еще я хочу побыстрее вернуться в постель, где все еще остается ее запах…

Глава 38.

Утро следующего дня очень холодное. Я выхожу в местный магазинчик, чтобы купить Батончику корм, и чуть не скатываюсь с горки вниз по замерзшей луже (ночью шел дождь, а сейчас температура резко упала). Как же хорошо, что я взяла теплые вещи.

Солнце уже вышло из-за горизонта и теперь ярко освещает узкую улочку. Небольшие двух-трехэтажные жилые

Это было так давно. Мы тогда с Юджином только познакомились. Помню, как он привел меня к своему дядюшке под видом того, что ему нужна моя помощь. Как оказалось позже он просто хотел познакомить меня с ним, чтобы он оценил его выбор. Только вот я тогда еще не знала, что оказалась его выбором. Тогда его дядюшка, обладающий необычным даром, предсказал мне, что у меня родится дочь, и я выйду замуж. Правда, не сказал, за кого. Да и я тогда еще не предполагала, что моим мужем окажется «мелкий гад» Юджин. Но ради него я отбросила все сомнения. Ради любви к нему я с легкостью отказалась от выдуманных мной «идеалов». И согласилась выйти за него замуж.

И для меня он оказался самым идеальным мужем. По крайней мере, я думала так до недавнего времени. Даже несмотря на то, что он иногда пропадал на работе. Для меня это было пустяком. Ведь главное, что он был рядом. А его работа никак не влияла на мои к нему чувства. Я просто любила его.

И люблю до сих пор.

– Красивая крошка, приветик! – слышу я знакомый голос.

Марк? Откуда он здесь?

Останавливаюсь, чтобы поприветствовать своего знакомого.

– Ну, как дела? Вы с Юджином наконец-то помирились? Слышал, вы провели вместе ночь…

– Не совсем, – говорю я. – А ты как? Сестра замуж не вышла?

– Пока нет, – отвечает Марк. – А я вот, решил пока здесь потусить. В вашем городе. Представляю интересы компании. Мы готовим с местной фирмой выгодный контракт… Заодно решил немного заняться частной практикой…

– И что? Уже выиграл несколько дел? – спрашиваю я.

– А ты сомневаешься? С моим-то даром убеждения…

– Да уж… Дар убеждения у тебя хороший. – в этом я уже убедилась, к сожалению, на примере моего мужа.

– В магазин решила с утра сходить? – спрашивает Марк.

– Да. Вот коту надо корм купить, – говорю я. – А ты чего так рано здесь?

– С клиентом встречался, попросили пораньше придти. Кстати, я на сегодня свободен. Может, посидим где-нибудь?

– Боюсь, не получится, – говорю я. – Я уже договорилась встретиться с другом. Сегодня иду с ним.

– Вот как? Жаль, – говорит Марк. – А мне хотелось угостить тебя, красотка, чем-нибудь зашибенно вкусненьким…

– В другой раз, Марк, – говорю я и собираюсь идти дальше, как вдруг кое-что вспоминаю. – Послушай. А можешь кое-что сказать мне?

– Что? – спрашивает Марк.

– Ты давно виделся с Юджином? Знаешь, что у него новая секретарша?

– Ну, моя сестра оттуда сбежала, – смеется Марк. – Неудивительно, что он нашел нового человека. А что с ней не так?

– Не знаешь, кто она? – спрашиваю я. – Мне показалось, что у них с моим мужем какие-то странные отношения, и я…

– Думаешь, он спит с ней?

– Не знаю, – говорю я. – Он, вроде, обнимал меня при ней… Она, вроде, не ревновала… Но как-то странно смотрела на нас…

– Ладно уж, милашка. Узнаю, что за телочку твой Юджин нанял себе в секретарши, – говорит Марк. – А ты расслабься, детка. Не думаю, что у них до постели дело дошло. Он же тебя хочет вернуть. Расслабься, крошка.

– Хорошо, – говорю я. – Спасибо, Марк.

– Эти слова самые приятные для меня – говорит Марк, и мы прощаемся.

Обратный путь немного сложнее. Мне нужно подниматься по заледенелой горке назад. Стараюсь держаться ближе к кирпичному забору, чтобы если-что? зацепиться.

Наконец, добираясь до своего дома, резко останавливаюсь около лестницы, ведущей к первому этажу. Около двери в квартиру, где я живу, стоит маленькая худенькая фигурка девчушки с темными волосами и смотрит на мою дверь. Ее волосы слегка взлохмачены. На ней надета легкая куртка, совсем не по сезону. На голове нет шапки, отчего ушки порозовели от холода. Да я в теплой куртке мерзну. А она совсем налегке пришла…

Холли… Откуда она здесь взялась? Почему так рано? И почему так одета легко?

Неужели, Юджин отпусти ее в таком виде?

И где он сам? Она, что, одна в такую даль приехала?

– Холли! – я быстро подхожу, открываю дверь и без лишних слов завожу дочь внутрь.

Батончик, явно ожидавший больше не ее, а корм, который мамочка обещала принести, выходит к нам навстречу и мяучет.

– Батончик! Ты соскучился по мне! – Холли кидается обнимать кота. Тот снисходительно остается в ее объятиях, но сам поглядывает на пакет, который я принесла с собой.

– Ладно, ладно, милая, разувайся и проходи, – говорю я. – А Батончику еще поесть нужно.

Холли быстро скидывает кроссовки и забегает в комнату.

– Дорогая, а почему ты здесь? И где папочка?

– Мы с папочкой и сестренкой ночевали у дедушки, – говорит дочь. Дедушкой она называет дядюшку Юджина. А вот кого называет сестренкой, я не знаю.

– А что за сестренка? – спрашиваю я. – Кристина тоже была с вами? – наверняка, думаю я, она так называет дочку Стеллы.

– Я имею в виду сестренку Несс, – поясняет дочь.

А вот это уже интересно… И зачем же этой самой Несс, точнее, Меган понадобилось там ночевать? Что она там забыла?

Ладно, выясню потом… А сейчас самое главное…

– Милая, а ты уже завтракала? Почему ты пришла в такой тонкой куртке? И почему папа отпустил тебя одну?

– А они не видели, как я ушла, – говорит мне дочь. – Папочка заварил чай на завтрак для меня. Но ты же знаешь, что я его не люблю. Я люблю кофе. Но он говорит, что он вредный для меня. Но я хочу кофе, как ты мне готовила. Я же взрослая уже. Почему мне нельзя кофе? Они пьют кофе, а мне нельзя… Папочка вчера показал мне, где ты живешь. Вот я и решил прийти позавтракать к тебе, мамочка!

– Видимо, твой папочка просто слишком заботится о тебе, – говорю я. Так вот, значит, почему она так одета. Видимо, надела в спешке, первое, что попалось. У дядюшки Юджина много вещей Холли. Она у

А еще, я понимаю, что моя дочь все еще голодная.

– Будешь кофе, милая?

– Конечно, мамочка! Твой кофе самый лучший!

– Ну уж не говори! Растворимый кофе даже ты можешь приготовить, – говорю я. – У тебя тоже хорошо получается!

– Я могу, а вот сестренка не умеет. У нее постоянно он получается такой невкусный… А папа не готовит мне его. И вообще прячет, чтобы я тоже его не готовила… А я не хочу чай!

– Ладно уж, – говорю я. – Расскажи мне, дорогуша как ты учишься. У тебя хорошие оценки? Ты нашла что-нибудь интересное в учебе?

Холли молчит, думая, что ответить. А я вздыхаю, понимая это по-своему. Думаю, все плохо, но дочь внезапно говорит:

– Мне не все интересно в учебе, мамочка. Но у меня хорошие оценки.

Ну и хорошо. А то я уж думала…

– Мам, а куда вы с дядей Тайлером сегодня пойдете?

– А что? Хочешь с нами? Ты же с папой собиралась идти…

– У папы с сестренкой появились какие-то неожиданные дела, – говорит мне дочь, а я думаю: «Интересно, и какие же? В выходной… Может, работа какая?» Но меня терзают подозрения.

– А что за дела? – осторожно интересуюсь я.

– Не знаю, – говорит Холли. – Они не сказали…

– Ах вот, как, – говорю я, доставая две кружки из шкафа и баночку кофе. – А куда ты хочешь, родная?

– Пойдем в парк с оленями, – предлагает дочь.

– Ну хорошо, – я насыпаю кофе. – Олени так олени.

Для поздней осени сегодня на удивление теплый день. Еще с утра мне казалось, что сегодня выпадет снег, но сегодня ярко светит солнце и согревает все вокруг.

Мы с Холли выходим из метро. На ней куртка теплее, чем была до этого, которую мы с ней захватили по пути, у дядюшки. Как и говорила дочь, мой муж с Меган свалили куда-то по делам. Удивительно, что Юджин не стал искать Холли. Наверное, был уверен, что она ушла ко мне.

Солнце играет в кронах деревьев, которые еще не сбросили листья. Я прикрываю глаза рукой, глядя наверх.

– Мам, а мы правильно вышли? – спрашивает дочь, разглядывая небольшой огород, прямо посередине мегаполиса, с которого не так давно собрали урожай. Так сказать, сделали небольшой удивительный уголок природы. До этого мы приезжали сюда только на машине, вместе с Юджином, и останавливались на стоянке рядом с парком, поэтому моя дочь не знает, что если ехать сюда на метро, приходится еще какое-то расстояние пройти пешком. И вообще моя дочь очень редко ездила на метро. Если нужно добраться куда-то далеко, ее возит папа.

И как только мне в голову пришло, что я могу вот так просто забрать ее к себе и возить в школу на метро или автобусе? Да она всю дорогу от моего дома до метро проныла, что у нее ноги болят. Сейчас от дома ей не далеко, поэтому она ходит в школу пешком. Ей даже дорогу переходить не нужно. А так, она привыкла везде добираться на машине. Моя избалованная дочка…

– Придется немного пройтись, – говорю я, и вижу впереди Тайлера, который стоит рядом с пешеходным переходом. Мы договорились встретиться здесь. Он приехал сюда на машине, которую, судя по всему, оставил на стоянке. Он приветливо машет нам рукой.

На лице Холли я замечаю недовольство. Она не хотела идти с Тайлером. Она хотела идти с папой. Даже, возможно, и без меня.

Ох… Иногда мне кажется, что папу она любит больше, чем меня. Даже несмотря на то, что я проводила с ней больше времени, чем он.

– Привет, Холли! – говорит Тайлер, когда мы подходим, и берет ребенка на руки. Она уже достаточно тяжелая, но ему не особо тяжело. Он очень сильный, хотя и немного худой… Хотя, в последнее время я замечаю, что он слегка подтянулся. И на руках мышцы появились… – Ну что, посмотрим на оленей?

– Если ты угостишь меня мороженным, – отвечает дочь.

Ну что ж… Это уже лучше. Она хотя бы улыбнулась ему. А то я думала, она так и будет ходить с угрюмым лицом весь день.

Не понимаю, зачем я это делаю. Это кажется мне очень глупым. Но другого выхода у меня нет. Я просто, на пару с Меган (в соответствии с ее «великим» планом), бегаю везде за своей женой. И я очень-очень устал. А вот, у Тайлера, Леттис, и особенно у Холли (особенно у нее) силы будто бы не убавляются. Будто бы их долгая прогулка придает им еще больше сил. И даже моя дочь не жалуется.

Сначала они просто гуляют. Просто по парку: около небольшого фонтана, который бьет прямо из земли, и сезон работы которого уже закрыт, проходят по красивому парку, мимо небольших статуй, изображающих самые разные сцены, небольшой белой беседки, каких-то труб, в которые дочь охотно залезает, и так далее и тому подобное. Когда они проходят через небольшое поле, на котором в теплый сезон горожане ставят палатки и культурно отдыхают, к небольшому прудику, Тайлер заводит всю компанию в небольшое кафе, где заказывает всей компании мороженое (кажется, инициатором была Холли, и мы с ней об этом не договаривались, да и о том, что она будет таскать мать с Тайлером по всей округе туда-сюда тоже не договаривались, но, кажется, она просто захотела измотать отца в конец).

Хотя, почему-то, когда вместо Тайлера я сам гуляю с семьей, меня такие прогулки тоже не изматывают. Наверное, просто само то, что Леттис рядом, наполняет меня энергией.

После прогулки по парку и поеданию мороженого, дочь тянет всю компанию к другому парку, через дорогу. Зоологический сам. Там держат оленей, кроликов и еще какую-то живность. А еще там есть уголок, на пересечении двух рек, откуда можно наблюдать красивый закат… Я еще ни разу не бывал здесь с Леттис. А как бы хотелось… Сейчас я жалею даже о таких мелочах. Мне кажется, что я так много упустил…

Наверное, именно в такие моменты, когда ты что-то теряешь, именно сейчас ты осознаешь, что то, что ты хотел сделать надо было сделать именно тогда, когда была такая возможность. Ведь потом такой возможности может уже и не быть…

Я думал, у меня такая возможность будет всегда…

Как же я ошибался…

Но больше всего

Ну когда же она уже даст возможность, остаться мне с Леттис наедине? Ведь, это и был наш план. Холли отвлечет Тайлера, а мы с женой будто бы «случайно» встретимся. И проведем этот вечер наедине. А потом, я, так и быть, устрою Холли семейную поездку. Все равно, скоро у дядюшки день рождения, и он планировал отмечать его в родном городе, у своего брата (моего отца). Вот и съездим. Тогда уж, я очень надеюсь, мы с Леттис помиримся. А потом проведем незабываемое время на моей половине родительской квартиры, доставшейся мне после перепланировки нашего дома, когда нам удалось получить во владение еще одну квартиру по соседству, с доплатой, конечно.

Смотрю на элитный жилой комплекс, расположенный неподалеку от парка, где мы сейчас гуляем. В окнах, которые смотрят на парк, уже отражается солнце, и я понимаю, что где-то часа через два оно уже зайдет за горизонт. А как хотелось полюбоваться на закат вместе с Леттис…

Ох уж эта Холли… Решила поиздеваться надо мной… Спрашивается, за что? За то, что я запретил ей пить кофе?

Но ничего. Я тоже поиздеваюсь над ними. Вот только представится возможность…

– Мам…

– Да, милая?

Моя дочь оглядывается вокруг и, кажется, чем-то очень обеспокоена.

– Холли, ты чего? Что-то потеряла?

– Мой рюкзак…

Мы с Тайлером переглядываемся.

– Кажется, она с утра была с рюкзаком, когда я вас встретил, – говорит он мне.

– Холли, ты где-то забыла свой рюкзак? – спрашиваю я. Только не это! Мы столько мест сегодня обошли… Столько близлежащих кафешек посетили… Даже посмотрели те элитные дома, что видно отсюда, которые стоят на берегу реки. Даже там в кафе посидели. За счет Тайлера. Он, бедолага, обязался нас сегодня развлекать, и не дает мне платить за еду. А Холли заказывает много. Как только в нее столько фастфуда лезет? И почему дома она никогда так много не ела? То, что я готовила. Только одному Юджину, видимо, кроме меня, нравится моя стряпня…

Смотрю на Элитный жилой комплекс, в окнах которого отражаются лучи вечернего солнца, и понимаю, что совсем скоро закат. Ну и как мы теперь будем искать ее рюкзак?

Хочу идти к охране парка. Наверняка, они найдут. Кому он нужен, этот рюкзак, кроме моей дочери? А как он найдется, охрана позвонит. Оставлю им свой номер.

Но моя дочь выглядит такой расстроенной, что мне приходится менять свои планы, и мы идем его искать.

– Юджин, ты, что, ничего лучше не мог придумать?

Смотрю, как Меган с осуждением смотрит на меня. Да, этот поступок немного безрассудный, необдуманный. Но я никак не мог по-другому придумать, как привести ко мне моих жену и дочь… И просто стащил дочкин рюкзак, когда она зазевалась на кроликов в клетке. Я думал, она заметит еще тогда. Но она совершенно про него забыла и, скорее всего, оставила бы его там, даже если бы я его не взял. И опомнилась она, похоже, лишь полдня спустя.

Я просто подойду минут через пятнадцать к ним. Скажу, что мы здесь с Меган по работе. Даже деловой костюм надел, чтобы подтвердить правдивость своих слов. Ну, если что, в машине у меня всегда имеется повседневная одежда. В последнее время переговоры с партнерами даются мне не очень легко. Наверное, это все из-за состояния, в котором я сейчас нахожусь из-за нашей с Леттис разлуки. Поэтому, чтобы хоть как-то забыть про работу, я переодеваюсь прямо в машине в свою повседневную одежду, после переговоров.

Но тут я, будто бы инстинктивно поворачиваюсь в сторону дочери. Будто бы кто-то специально поворачивает мою голову.

И я вижу… Я вижу, как происходит нечто, чего я совсем не ожидал…

И когда это происходит я совсем забываю про свой план… Один миг, и мой разум отключается… И срабатывает инстинкт…

– По-моему, мы уже второй круг здесь проходим, – говорит Тайлер, когда мы идем мимо зеркального озера, небольшого водоема прямоугольной формы, где воды, наверное, по щиколотку. Затем мы снова пойдем по дорожке, покрытой плетеной дорожкой из какой-то жесткой веревки, по небольшому мостику через ручей, затем мимо клумбы с осенними цветами, которые все еще цветут, мимо красивой беседки, мимо бетонных труб, где фотографируются подростки, потом снова по лестнице вниз, к зеркальному озеру.

– Может, ты на мостике оставила его, когда фотографировалась над прудом? – спрашиваю я. – Помнится, ты положила его прямо у того места, где перила ремонтируют. Он не мог упасть?

– Не помню, – говорит мне дочь. – А что, если он, и правда, упал?

Я вздыхаю и смотрю на солнце, выглядывающее из-за деревьев. Похоже, скоро стемнеет. Я так устала… Как хочется где-нибудь посидеть…

– Идем, – говорю я, и мы направляемся на мост.

Дочь убегает вперед.

– Холли, осторожнее, – кричит Тайлер, когда дочка совсем близко подбегает к тому месту, где ремонтируют часть перил. Это место, конечно, огорожено. Но моя дочь прямо как ее отец, полезет, куда не просят.

– Холии, ты слышала? – говорю я. – Поосторожнее там, – прибавляю скорости, чтобы догнать ее и отвести подальше от опасного места. А то она у меня прямо там рядом уже стоит и смотрит в пруд, не плавает ли там чего.

– Я только повнимательнее посмотрю, – говорит дочь. – Мам, ты не волнуйся…

Я и сама не понимаю, в какой момент это происходит, и как. Вот, вроде, она стоит и смотрит вниз, и я уже близко, чтобы ее оттащить оттуда. И держится крепко… И вдруг она просто поскальзывается и летит вниз…

У меня даже нет времени все как следует обдумать. Я просто собираюсь прыгать следом… Но прямо около края моста меня внезапно кто-то останавливает, что-то вручая мне в руки. Сначала я думаю, это спасатель… Ну как на пляже… Потом думаю, что охранник. Откуда здесь взяться пляжному спасателю? И только когда я перегибаюсь через перила, понимаю, что это Юджин.

И что в руках у меня рюкзак моей дочери.

Откуда бы ему взяться?

Ах да… Мне его отдал Юджин…

Я смотрю на недовольное лицо мужа, пока мы вчетвером идем к машине Юджина. Тайлера я отпустила домой, отдыхать. Остались только я, Холли, Юджин и зачем-то еще Меган.

Юджин уже сознался мне в своем плане. Прямо выдал его в своих ругательствах, пока вылазил из пруда, пока Холли (она из пруда сразу выбралась) вытиралась любезно предоставленным полотенцем отдыхающих на берегу двух пожилых дам.

Юджин лишь недовольно смотрит на меня. То ли из-за того, что Холли об этом говорит уже раз пятый и ища у меня поддержки. То ли укоряя за то, что не уследила за ребенком. Скорее второе. Он-то у нас идеальный. А я все время делаю что-то не так…

– Пап…

– Помолчи, милая, – Юджин лезет на заднее сидение своей машины. – Я быстро. Не заходите.

Он, и правда, быстро управляется. Через минуту он уже вылезает, переодевшись в сухую одежду и садится за руль. Дочь лезет на заднее сидение. С ней Меган.

А что делать мне?

Отправляться домой?

Тайлер предлагал меня подвезти, но я беспокоилась о дочери, поэтому пошла с Юджином.

А теперь, когда дочь вроде бы в безопасности, наверное, я могу возвращаться домой.

Ну что ж… Тут метро недалеко…

– Ты садишься или нет?

По тону голоса понимаю, что Юджин зол на меня. Нет, я так не смогу… всю дорогу до дома буду переживать о его отношении ко мне…

– Нет.

Я кладу рюкзак дочки, который до сих пор оставался в моих руках, через открытую для меня дверцу, на переднее сидение, рядом с Юджином.

И ухожу…

Просто ухожу, заставляя их смотреть мне вслед.

Если кинется догонять меня, все равно не пойду с ним. Пусть для начала остынет. Да и мне нужно остыть.

Но за мной никто не идет следом, и я спокойно дохожу до метро. Еду домой…

Дома меня встречает мой кот. Он ластится ко мне, успокаивает. Приходит ко мне и садится на колени после ужина. Он всегда чувствует, когда мне плохо. Утешает меня....

– Он даже не пошел следом, – говорю я, жалуясь коту. – Батончик… Он, и правда, больше меня не любит…

Глава 39.

Не знаю, что на меня нашло вчера…

Я был зол. Просто был зол на них обеих, что ведут себя так безалаберно…

Да я вчера из-за них стал посмешищем всех местных отдыхающих…

Нырнул к лягушкам спасать свою дочь, которая уже на берегу ждала… И даже, кажется, что-то отбил себе, пока приземлялся… Ну я же не знал, что там так мелко… Бедная моя задница…

И что теперь? Стою около двери своей жены, собираясь извиниться за свою грубость… А она даже не открывает. Хотя она точно дома. Я слышу, как за дверью мяукает Батончик, выпрашивая завтрак. Если бы дома никого не было, он бы молчал.

Смирившись с тем, что мне не откроют, собираюсь возвращаться восвояси. Надеюсь, скоро она остынет, и позволит мне загладить свою вину… И мы снова будем вместе.

Но, внезапно, прямо на своем пути вижу знакомую фигуру. Давно я его не видел.

Высокий мужчина, чуть старше меня, уже проходит мимо, и вдруг замечает меня. И будто бы немного теряется. Будто бы я поймал его на какой-то проделке.

– Доброе утро, Марк, – говорю я.

– Д-да, Юджин, доброе, – говорит мой друг. – Давно не виделись.

– Да уж, давно… В гости собрался? Так рано? – спрашиваю я, подозревая самое нехорошее, что может быть. И воображение мое рисует мне что-то, что совсем не поддается логике. Да, уж, фантазия у меня богатая…

Нет… Моя Леттис точно не будет общаться с Марком. Они друг друга терпеть не могут… Особенно после того случая, когда я провинился перед ней…

– У меня тут встреча с клиентом, – отвечает мне мой друг… бывший друг. Может, и не хорошо, конечно, вот так разбрасываться друзьями, и никто тогда не заставлял меня себя так вести… просто внушали мне, что все делаю правильно… Но после этого у меня остался неприятный осадок. И я просто больше не могу общаться с этим человеком…

Мы с Марком внимательно осматривает улицу вокруг дома, пока стоим в дверях. Юджин, похоже, ушел. Никому из нас не нужно, чтобы он навыдумывал себе лишнего.

– Заходи, – говорю я, когда понимаю, что Юджина рядом нет.

– Ты уже выяснил что-нибудь? Так быстро? – спрашиваю я, подавая Марку чашку кофе. Мы с ним сидим в гостиной на диване.

– Я просто спросил свою сестру, знает ли она что-нибудь об этом, – поясняет мне Марк. – Оказывается знает. И очень много…

– И что? – в нетерпении пытаю я Марка.

Но он молчит. Подбирает слова.

– Прости, Леттс… – наконец, говорит Марк.

Просто фраза, которая вроде бы просто извинительная. Но в этой ситуации она несет в себе столько значения. Как будто он говорит не просто «Прости, Леттс», а рассказывает мне подробную историю…

– Но этого не может быть…

Марк качает головой.

– Крошка, прости… Но это точно… Они любовники… Не знаю, почему они так ведут себя при тебе… Может, у них чисто физический интерес. Ну знаешь, как бывает. Я тоже приглашаю к себе телочек на ночку. А потом мы чаще всего даже не пересекаемся с ними больше…

– Но откуда Венди это знает… Уж точно Юджин перед ней не отчитывается.

– После того, что было, это да, конечно… Но она сама видела… Ну как они обжимакались. Понимаешь, малыш… Она хотела только спросить. Ну чисто женское любопытство… Типа, чего он не клюнул не нее. А эта вылетела как фурия… И к нему. Говорит, типа, мой любовник, чего тебе надо. А ты и знать не знаешь…

После нашего разговора Марк уходит к клиенту, к которому спешил с утра. Когда решил заскочить ко мне по пути. Но то, что он сказал. Если честно, мне почему-то не верится во все это…

Что ж… Надо бы все самой проверить…

Позвоню-ка Юджину. Приглашу на семейную поездку… Пусть и Меган захватит. Так уж и быть. А я понаблюдаю за ними.

А про то, что не открывала с утра…

Скажу, что не слышала, потому что была в душе.

Собираюсь звонить Юджину, пока выхожу в магазин. Но по

– Как давно не видела тебя, дорогая, – Стелла тянет ко мне руки для объятий. Я обнимаю ее. – И где ты только была? Куда пропала? Я, ведь, так беспокоилась… Почему не звонила? Почему номер поменяла? Юджин говорит, что не знает где ты? И твой номер не дает…

– Не знает, где я? – удивляюсь я. – Да он уже давно знает, где я живу. И номер мой тоже знает, – Стелла удивленно смотрит на меня, пока я все это говорю ей.

– Могла бы хотя бы ты сама позвонить мне… – возмущается она.

– Я так заработалась, что про все это забыла, – сознаюсь я.

Мы начинаем наш разговор, который длится около двух часов. Мы так долго не виделись. У нас есть много чего рассказать друг другу.

Я рассказываю Стелле про то, как живу в последнее время, подробности ссоры с Юджином. И то, как он пытается вернуть меня.

– Только я вот что не понимаю, – говорю я. – Почему Юджин таскает за собой везде эту Меган… Чего она забыла рядом с нами? Я даже спокойно с Юджином и ребенком погулять не могу…

– Да чего ты вдруг так на нее наезжаешь, подруга? – удивляется вдруг Стелла. – Меган, ведь, теперь тоже почти как член семьи… Разве Юджин ничего не говорил тебе? Ты уж смирись с ней. Ей, ведь, скучно одной дома. Вот он ее и выгуливает…

Я ничего не понимаю из ее ответа. Что она имеет в виду?

Что-то мне это совсем не нравится…

Но Стелла внезапно меняет тему, решив, что разговор про Меган закончен. А вот я бы его продолжила.

Что значит, почти как член семьи?

Она, что, так понравилась Стелле, что та уже видит ее частью нашей с Юджином семьи? Так прикипела к его любовнице? Может, она даже нравится ей больше меня? На роль его жены?

А пока я терзаюсь тяжелыми мыслями, Стелла мне рассказывает еще кое-что любопытное…

– У дедушки скоро день рождения. Он решил отметить его в родном городе, в доме брата, отца Юджина. Ты ведь поедешь?

А вот этого я определенно не знала… Видимо, Юджин решил не говорить мне об этом, желая провести время с Меган, пока я не мешаю… Неужели, и родители его обо всем знают? И спокойно воспринимают любовницу сына? Что-то это совсем на них не похоже… Что-то говорит мне, что я сильно заблуждаюсь…

Но все факты налицо.

Я уже почти ничего не понимаю из нашего разговора, полностью погрузившись в свои невеселые мысли. Стелла что-то рассказывает мне. Говорит про какую-то кузину, которая потеряла память, рассказывает про сына, который уже сейчас отказывается идти в школу (хотя, у него еще есть несколько лет), наслушавшемуся рассказов старшей сестры. Про мужа, который обещал подарить ей на день рождение дорогую машину, но зарабатывает он не так много…

Только все это впустую. Я уже потеряла нить нашего разговора, и ее слова словно ударяются в стену.

Так мы стоим с ней несколько минут, пока кто-то неожиданно не хватает меня за руку. Я резко поворачиваюсь и вижу Юджина.

– Где ты была? Почему не открывала, когда я приходил? Я слышал, как Батончик выпрашивал еду… Ты, что, игнорируешь меня? Леттис…

Терпеть не могу, когда он называет меня по имени. Терпеть не могу!.. Но Юджин, как назло, в последнее время делает это все чаще.

Я осторожно вырываю свою руку.

– Я не слышала. Когда ты приходил? Может, я была в душе? – говорю я.

– Ты не принимаешь душ по утрам даже после секса, – говорит мне Юджин без всякой застенчивости.

Я открываю рот, чтобы вдохнуть поглубже. У меня нет слов. Мне не хватает воздуха.

Конечно, мы женаты. И это у нас как само собой разумеющееся…

Но, во-первых, он сказал это так прямо… прямо при Стелле…

Во-вторых, нашу близость он никогда не называл так, как назвал сейчас. Он всегда говорил, что мы занимаемся любовью… А раз теперь это для него, называется просто сексом, возможно, он, и правда больше не любит меня. Разве можно называть близость выражением любви, если человека, с которым делишь постель, ты не любишь?

А, в-третьих, не думает ли он, что сильно смущает меня этой своей прямотой? Чего он этим добивается?

– Я, пожалуй, пойду, – говорит Стелла, глядя на сцену, открывшуюся перед ней. Вижу, что ее это тоже смутило. И, если честно, мне тоже хочется уйти.

А еще понимаю, что Юджин ведет себя так потому, что зол на меня, из-за того, что не открыла ему дверь.

Но все равно, он мог бы быть потактичнее.

Вижу, как подруга уходит в сторону дома своего дедушки.

– Пожалуй, я тоже пойду домой.

– Ну уж нет! – говорит мне Юджин. – Мы только встретились. И мне нужно что-то сказать тебе.

– Говори быстрее, – говорю я. – У меня дома кот голодный. Он не получил свой второй завтрак.

– Когда ты стала баловать его вторым завтраком? – удивляется Юджин. – Знаешь, что? Он у тебя теперь не Батончик, а Бочонок. Ему не вредно переедать?

– Что ты хотел сказать, Юджин? – прерываю я его тираду насчет рациона нашего кота.

– Прости меня за вчерашнее, – говорит мне Юджин и берет меня за плечи. Я смотрю ему в глаза. Такие родные и теплые. – Я перенервничал с Холли. Я перенервничал, когда мой план был раскрыт. Я стал посмешищем, и это тоже мне очень не понравилось.

– Как может стать посмешищем человек, который готов на все, чтобы спасти своего ребенка? – спрашиваю я. – Лично мне вчера это все не показалось смешным…

– Правда?

Мы несколько секунд молча смотрим друг на друга.

– Ты вчера сильно ушибся? – наконец, спрашиваю я.

– Не сильно, – говорит Юджин. – Можно сказать, отделался легким испугом.

– А как Холли? С ней все хорошо?

– Она уже даже не помнит об этом случае, – говорит мне Юджин.

– Я боялась, она простудится, – говорю я. – Но я рада, что с вами все хорошо…

– Не все… Я все еще думаю, что прыгнул в этот лягушатник как дурак, – говорит мне Юджин.

Мы снова молчим, теперь глядя в одну точку, в сторону.

– Кстати, что ты хотел? – наконец, спрашиваю я. – Почему с утра пораньше искал меня? Хотел извиниться за вчерашнее?

– Не только, – говорит мне Юджин. – Мы с Холли сегодня кое-куда едем. Хотел попросить ехать с нами, пока Тайлер тебя не перехватил опять…

А я и не собиралась сегодня никуда с Тайлером…

Слышу, как урчит в животе Юджина.

– Ты сегодня завтракал?

Муж немного виновато смотрит на меня, а затем, как ни в чем не бывало, отвечает:

– Нет. Не успел. Торопился к тебе. Хотел извиниться за вчерашнее…

Мне становится стыдно. Юджин не позавтракал из-за меня, а я ему даже дверь не открыла.

– Мне все равно еще раз нужно кота покормить. Не знаю, во сколько домой вернусь, раз уж я еду с вами, – говорю я. – Так что идем ко мне. Поедим чего-нибудь. Я сегодня тоже пока не завтракала.

Пока наливаю нам кофе, Батончик трется о папочкины ноги. Соскучился.

И я тоже соскучилась…

Очень соскучилась…

Как же хочется вернуться домой…

Как же хочется снова спать в нашей постели… Готовить завтрак по утрам. Собирать Холли в школу…

Ходить с мужем на свидания, в наши любимые места и туда, где мы еще никогда не были…

Обнимать его каждую ночь… Целовать… И заниматься любовью, как раньше…

Это все кажется почему-то сейчас таким далеким и недоступным.

И Юджин…

Порой он кажется мне таким родным… Нет, даже больше… Что мы одно целое с ним. Я – это он, а он – это я. Вот как-то так.

Но парой, особенно в последнее время, мне все чаще кажется, что он какой-то чужой для меня. Ведь раньше мне казалось что я знаю все о нем. А оказалось, совсем ничего…

Но, наверное, это все просто мои мысли… В последнее время я слишком много думаю…

А еще мне очень хочется спросить его кое о ком…

Меган…

Кто она такая? Какие у них отношения? Они, правда, любовники? Или Марк соврал мне (или приукрасил, это он умеет)?

Но я не решаюсь…

А если, между ними, и правда, ничего нет?

А я спрошу вот так… За кого он меня примет? За ревнивую идиотку?

Хотя, у меня уже есть основания не доверять ему в этом плане. Он и сам об этом знает.

Я так запуталась… Ничего уже не понимаю…

Я хочу вернуться к нему… Но имеет ли это смысл? Любит ли он меня по-прежнему?

И нужно ли мне возвращаться?

– Леттис…

Снова назвал меня по имени… Хотя… В последнее время я тоже постоянно называю его по имени, хотя когда-то я решила называть его «милый», «дорогой»… Да как угодно, но не «Юджин».

– Что, Юджин?

– Давай сегодня без Холли? Погуляем отдельно? Пусть они с Меган гуляют без нас?

Неужели, хочет остаться со мной наедине? Без Холли… И даже без этой Меган…

– Давай…

Почему мое сердце наполняется теплом? От его взгляда? Или от его теплого тона?

Впервые за долгое время мы идем вот так, вместе.

На улице холодно. Сегодня морозный день, и я держу его под руку и невольно прижимаюсь к нему. Он всегда теплый, даже в мороз. И я всегда греюсь об него. Моя грелка.

Мы просто молчим. Слева от нас река, а на другом берегу открывается прекрасный вид на город. Где-то там за другими зданиями дом, где мы живем… Наш с ним дом.

Сейчас я не хочу говорить ни о чем. Не хочу вспоминать о нашей ссоре. Не хочу знать, кто такая эта Меган. Не хочу знать, почему Юджин хотел изменить мне с Венди, и почему этого не сделал.

Сейчас я просто хочу забыть обо всем этом и побыть в его объятиях… Хотя бы сегодня.

Надеюсь, и он этого хочет…

– Замерзла? – слышу я его голос впервые за два часа, что мы здесь провели.

– Немного, -говорю я.

Мы останавливаемся, и он заключаем меня в объятия. Я долго наслаждаюсь его теплом. А затем он целует меня.

Мы с Леттис гуляем по набережной. Сейчас почти зима, и из-за холодного сырого ветра здесь пустовато. Но мне нормально, не холодно. А вот жена, похоже, мерзнет. Она не очень любит холод. И я пользуюсь этим, и наслаждаюсь ее близостью, пока она прижимается ко мне и греется.

Неужели, наступил тот самый день, когда я вот так могу насладиться обществом любимой жены? Наконец-то без ссор, споров и лишних слов и расспросов… Без недоверий… Без разногласий…

Знаю, что сам все испортил. Надо было, и правда, взять ее к себе секретарем. Ведь она, и правда, хороший работник. И часто помогала мне раньше в работе, когда еще работала на меня. Она, ведь, у меня еще и талантливый дизайнер. Да и со «злыми дяденьками» она умеет держаться. Не срывается, но и себя не позволяет обижать. Зря я сомневался в ней. А еще она мне готовила отличный кофе. Хотя поначалу и не умела пользоваться кофе-машиной.

Меган, к примеру, даже растворимый кофе заварить не умеет.

Но я тогда приревновал Леттис. Многим на работе она нравится. И некоторым как женщина. Например, Тайлеру, который как раз вернулся из своей длительной командировки.

Как бы я смог работать с людьми, которые весь день таращатся на мою жену? Да я бы не только с ними работать не смог. Я бы не смог работать вообще.

Но я взял другого человека на эту должность. Я вляпался в неприятную историю…

Было бы все по-другому, послушай я тогда ее? Если бы удовлетворил ее просьбу? И если бы прислушался к ней, когда она говорила, что мой друг ей не нравится? Ведь, это из-за Марка я так влип.

Да, и, наверное, я бы не влип вообще, если бы проводил с ней больше времени. А не оставался бы на квартире друга, чтобы выпить на ночь глядя, зная, что Леттис ждет дома.

Но это все в прошлом. И сейчас я не хочу об этом вспоминать… Просто хочу насладиться ее обществом…

Надеюсь, она хочет того же.

Пользуюсь моментом и обнимаю ее. Она наслаждается моим теплом. Я чувствую это. А потом я не сдерживаюсь. Ее губы так пленительны для меня… И я целю ее.

Мы смотрим на высокое

Тогда она пришла туда с другим мужчиной. Об этом ее походе узнал мой друг, Эрик. Он тогда позвонил мне и все рассказал. И я привел туда девчонок, с которыми работал над рекламным каталогом, под предлогом, обсудить совместную работу (хотя, на самом деле, очень надеялся вызвать ревность Леттис). Я тогда еще не был владельцем своей фирмы. Обычным дизайнером… А еще фотографом, художником и тем, кем понадобится мне для работы. Не знаю, ревновала ли она тогда меня к ним. Я, вроде, даже ухаживать за ними пытался. А вот я ее ревновал к тому, с кем она пришла.

Мы смотрим на это здание.

– Зайдем? – спрашиваю я.

Солнце уже заходит, когда мы выходим из здания, где находится ресторан. Быть может, мы вышли бы задолго до начала заката, если бы Юджин не завел меня по пути в огромный аквариум, расположенный в том же здании, и не устроил мне фотосессию на свой смартфон. Поэтому сейчас мы с ним наслаждаемся прекрасным видом заходящего солнца.

Обстановка между нами становится теплее. Теперь мы идем и по-привычке болтаем о чем-то веселом. О каких-то простых вещах. Что-то вспоминаем из прошлого.

Он о чем-то шутит. Мы вспоминаем вчерашний день, как он нырнул за дочкой в тот лягушатник (если честно, никогда не думала, что там так мелко). Но все это уже с юмором. Потом мы вспоминаем, как когда-то давно Эрик обсыпал его случайно светящимся в темноте порошком для ногтей. Он тогда очень обиделся на нас (особенно на меня). Теперь все это кажется смешным.

Нам так хорошо вместе… И я не хочу, чтобы этот вечер заканчивался…

Но внезапно, как говорится, словно гром среди ясного неба, звонит его телефон. Мои сладкие грезы развеиваются. Сначала, я думаю, что это его очередной клиент. Но, когда узнаю, что это наша дочь, меня охватывает настоящее разочарование. Наверное, это первый раз, когда я не рада ее слышать. Не дала нам отдохнуть наедине. Из их разговора я понимаю, что ей зачем-то понадобилось, чтобы папа приехал и забрал их с Меган.

Меган… Как же я не хочу ее сейчас видеть… Но Юджин приглашает меня с собой. И мне нет причин отказываться. К тому же, хотя бы еще немного, но я хочу побыть рядом с ним…

Холли и Меган оказываются совсем не далеко от нас. Мы подъезжаем на машине Юджина к огромному парку посередине города. Так скажем, зеленый оазис среди бетонной пустыни высотных офисных зданий.

Юджин недоверчиво смотрит на нашу дочь, которая свешивается с моста над небольшим прудом. Видимо, вчерашних приключений ей не хватило. Меган стоит рядом и шарится в своем телефоне. И совсем не следит за ребенком. И почему только ей доверили мою дочку?

Сначала, все вроде бы шло хорошо. Мы шли все вместе, гуляли. Единственное, мне очень не нравилось то, что Меган постоянно испуганно смотрела на меня (но тут, видимо, я сама виновата, что так пепелила ее взглядом (ну а кому понравится терпеть потенциальную любовницу своего мужа рядом с собой?)), и то, что она вообще рядом с нами находилась. Да еще постоянно терлась около Юджина, будто бы ища защиту от меня.

Конечно же, как только она обращается ко мне с чем-нибудь, я бурчу что-то под нос ей в ответ.

Но, мало того, они теперь вместе с Холли и Юджином идут, взявшись за руки, прямо как настоящая семья (а я как бы здесь лишняя), эта нахалка в один прекрасный момент подходит ко мне и тихо спрашивает:

– Я настолько не нравлюсь вам? Мое присутствие настолько невыносимо?

А она как думала?

Я лишь молча отворачиваюсь. Не хочу портить момент.

–Послушайте, – продолжает нахалка.

– Нам нужно все выяснить прямо здесь и сейчас!

С ума сошла? Собралась выяснять со мной отношения? Прямо здесь, при моей семье?

И надо же!.. Она даже говорить стала в манере Юджина. Успела нахвататься от него? Или они, и правда, настолько близки?

– Мне не о чем с тобой разговаривать, – говорю я надменным тоном, за которым скрывается настоящая ярость.

– Нам нужно поговорить… – настаивает она и хватает меня за руку.

Это последняя капля. Я резко вырываю руку и почти кричу ей:

– Я же сказала, нам не о чем разговаривать! И да, мне невыносимо твое присутствие!

Вижу, как Юджин и Холли, стоящие неподалеку, удивленно смотрят на меня. До этого они не обращали на нас внимания.

– Эй-эй! В чем дело, Леттис? Ты чего? – Юджин подходит к нам. И снова называет меня по имени. Но даже не это самое плохое в этом. А самое плохое то, как он обращается к этой негодяйке (самое главное, с такой нежностью в голосе). – Дорогая, с тобой все хорошо? (Значит, теперь она для него дорогая? А я тогда кто? Просто Леттис?) – он кладет руку ей на плечо. Я просто наблюдаю за всем этим. А затем он обращается ко мне. – Ты не могла бы быть помягче с ней? Все-таки ее особое положение вынудило стать ее частью нашей семьи. Так уж получилось, что раз ты моя жена, она теперь и твоя семья тоже. И я прошу тебя понять это и принять. И я не хочу слышать про чье-то невыносимое присутствие. Теперь тебе придется часто ее видеть. Так уж сложились обстоятельства… Смирись.

Холли испуганно наблюдает за всем этим. Я смотрю на нее, и мне становится ее жалко. Не хочу, чтобы вся эта грязь касалась еще и моего ребенка. Поэтому я чуть смягчаю тон.

– Меня не волнует ее особое положение, – говорю я. – Но сегодня, так уж и быть, я потерплю ее ради Холли.

– Вот и хорошо, – говорит Юджин. – Хотя бы так…

– Но пусть даже не пытается со мной заговорить, – предупреждаю я.

Меган…

Пока ее здесь не было, все было прекрасно, я уже снова почти почувствовала себя любимой. Но, стоило ей только появиться, я снова чувствую себя лишней… Здесь, рядом с Юджином и Холли… Я чувствую себя лишней в своей же семье.

А

Ведь теперь они идут впереди меня, полностью меня игнорируя. Шутят, смеются, а на меня не обращают совсем никакого внимания. Будто бы я, и правда, здесь лишняя. Будто бы это не Юджин меня сегодня пригласил погулять с ним, а я сама навязалась… К счастливой семье, коей они сейчас выглядят. А им только и остается, снисходительно терпеть мое присутствие. И, видимо, дают понять мне, что мое присутствие здесь нежеланно. И, видя, как они счастливы без меня, я понимаю, что меня, возможно, и не должно было быть сегодня здесь и с ними… И мое горло будто бы сдавливает невидимая рука.

С каждым шагом мое сердце больно сжимается.

Они даже ни разу не обернулись.

И я решаю уйти. Просто уйти, ничего не говоря. Они все равно ничего не заметят.

И когда я уже ухожу, кто-то ловит меня за руку.

– Какая встреча, крошка, – слышу я знакомый голос, который сейчас для меня намного приятнее голосов моей "семьи". – Здоровенько, малышка. Не буду спрашивать, как делишки. Вижу, что не очень.

– Марк… – я оборачивается и останавливаюсь.

– Пойдем, потусим где-нить неподалеку, милашка. Хватит волочиться за теми, кто тебе не рад.

Даже Марк это заметил…

Я смотрю на него и по его виду понимаю, что он ждет отказа.

– Пойдем, – говорю я. Все равно здесь обо мне уже никто не помнит. Мне терять нечего. И на удивление, общество Марка мне сейчас намного приятнее общества Юджина.

Мы с ним отходим далеко от того места, где встретились. К счастью, Юджина, Холли и их "компанию" я больше не вижу. Но даже сейчас у меня из глаз невольно текут слезы.

– Котенок, ты чего? Простудишься же! – говорит мне Марк и обнимает. Я не отталкиваю его. Сейчас мне нужна поддержка и утешение. И я невольно нуждаюсь в нем сейчас…

Они даже не заметили… Не заметили, что меня нет рядом…

– Тише, солнышко, – говорит Марк. Он прижимает меня крепче к себе, пока я тихо рыдаю. И я чувствую его дыхание на своем лице. И он целует меня. Так не должно быть, но я даже не сопротивляюсь ему. В другой день я бы оттолкнула его. Дала бы пощечину и назвала бы мерзким озабоченным гадом. Но сейчас я понимаю, что это то, что нужно мне. Сейчас его поцелуй мне кажется очень приятным. Он целуется даже лучше Юджина. И я отвечаю ему.

И задумываюсь: «А что было бы, если бы тогда, когда он неожиданно предложил мне переспать с ним, я бы согласилась? Он высокий, красивый, и намного интереснее Юджина. И в этом деле, наверное, тоже намного лучше, чем мой муж…» Но быстро отгоняю эти мысли. Я к этому не готова.

– Госпожа Кан? – чей-то прерывистый голос заставляет меня резко отпрянуть от Марка и посмотреть на того, кто помешал нам.

Меган, снова она. Стоит, и широко раскрытыми глазами смотрит на нас. Ее так удивил наш с Марком поцелуй? А то, что она волочится за чужим мужем, ее не удивляет?

Я беру за руку Марка, и мы уходим.

И чего ей только понадобилось здесь?

Наверняка Юджин узнает, что здесь произошло… От нее. Она, конечно же все ему расскажет. Что ж… Пусть рассказывает, как его нерадивая, пока еще, жена целуется с другим мужчиной. Мне все равно. Терять мне нечего.

Глава 40.

За два дня, что прошли после выходных, Юджин ни разу не позвонил мне. Не поругал, и не извинился. Просто забыл про меня. Наверное, даже не вспомнил, что в тот день мы были вместе, и, конечно же не заметил, когда я ушла… Или был занят на работе?

А может просто зол? Меган-то наверняка рассказала ему о том, что видела, как мы с Марком целовались. А поцелуй тот, скажу я вам, был очень страстным.

В среду после работы иду к своему гинекологу на очередной осмотр, и она просит меня документы, которые остались у меня по первой беременности.

– Что-то не так с ребенком? – спрашиваю я.

– Нет, нет, милая, – говорит мне врач, спеша успокоить. – Просто нужно будет записать кое-какие данные на УЗИ. Придешь в пятницу через месяц. Я тебя уже записала. Как ты и просила, после работы.

Конечно, зайти к ней после работы – очень удобно для меня. Не нужно уговаривать шефа отпустить меня раньше (хотя, он такой великодушный человек, что отпустил бы без возражений). Но то, что ей нужны документы с тех времен, когда я еще носила под сердцем Холли, означает, что я должна прийти к Юджину домой, чтобы забрать их. Потому что они остались там. Я совсем забыла про них. И вспомнила только теперь…

У меня нет другого выхода, но у меня появляется отличный план…

Звоню Тайлеру и прошу его завтра задержать моего мужа на работе.

Он соглашается.

– Юджин, – если честно, совсем не ожидал, что Тайлер когда-нибудь вот так просто, по-дружески подойдет ко мне с просьбой. Все-таки, мы с ним, можно сказать, соперники. Но этому наглецу, видимо, все равно.

Я, погруженный в тяжелые мысли, поднимаю глаза от экрана ноутбука, где отображается проект, над которым я пытаюсь работать, но мне совсем не до этого (в тот день Леттис куда-то внезапно исчезла. Обиделась, видимо, на то, что я ее отчитал из-за Меган. Но зачем так относиться к племяннице? Пусть и не родной? А ведь Меган так мечтала с ней познакомиться… Меган отправилась на ее поиски, пока я занимался капризами дочери, которая хотела видеть маму. Но вернулась она, так ее и не отыскав. И тоже без настроения, будто бы узнала что-то, но мне говорить не хочет).

– Чего тебе, Тайлер? – мне не терпится, наконец, закончить проект и топать домой. Но мне не хватает идеи. Последнего ключа. Найду его, закончу проект и пойду отдыхать. Отдых мне сейчас так необходим. Хочу просто расслабиться дома и лечь спать пораньше…

Я так устал…

– А ты скоро закончишь? Мне нужна твоя помощь…

Мне самому нужна помощь. Если бы Леттис была рядом, она бы наверняка что-то придумала (она, ведь, у меня тоже талантливый дизайнер (ну, по крайней мере, у нее есть все задатки))… Как же мне помириться с ней? Я так устал быть без нее. Вроде, со всеми делами

– Чем тебе помочь? – устало спрашиваю я.

– У меня кое-что не получается в программе… Покажешь мне, как правильно нужно делать?

Я глубоко вздыхаю и смотрю на часы. Уже почти шесть вечера. Мне пора домой. Но я встаю и иду помогать Тайлеру побороть программу, в которой он создает эскиз баннера для наших клиентов.

– Юджин, ты еще долго? – спрашивает по дороге Меган. – Мы скоро пойдем домой?

– Иди без меня, солнышко, – говорю я. – Я приду позже.

Тайлер останавливается и долго с подозрением смотрит вслед Меган.

– Ну мы идем? – спрашиваю я устало и подталкивает его к рабочему месту.

Захожу в квартиру Юджина очень осторожно. И чувствую себя воришкой. Вроде, это и мой дом тоже… По крайней мере, был раньше. Но я зашла без спроса, зная пароль от кодового замка входной двери. Без спроса зашла домой. Какой абсурд! Но в моей ситуации такова реальность.

Я оглядываясь. Вроде, ничего не изменилось. Вроде, все на своих местах…

Но я отвыкла… Тут все что-то не то.

Хотя, мне это место по-прежнему кажется родным…

Надо бы вспомнить, куда дела документы. Это было так давно… Я совсем про них забыла…

Может, в сейфе? Он в нашей комнате…

Захожу в спальню и открываю сейф. Пароль прежний – день нашей свадьбы.

Но в сейфе ничего, кроме денег, драгоценностей и документов на развод. Первые две позиции меня не интересуют. Но вот документы я решаю забрать с собой. Пусть будут у меня. В них есть доверенность, по которой любой из супругов может подать заявление вместе с этими документами. Юджин пока не нашел времени их сдать. Все еще на что-то надеется… Или просто не решился? Я более решительна в этом плане.

Держу их, и мне кажется, будто в моих руках судьба целого мира…

Закрываю сейф и иду к шкафу с одеждой. Наверное, на второй полке. Точно! Я клала их туда.

Открываю шкаф, собираясь лезть на нужную полку рукой, и тут замечаю что-то неладное.

Не поняла…

А что за женские вещи висят теперь на месте моих?

В моем шкафу…

Пока в задумчивости шарю рукой по полке, натыкаясь, наконец, на нужную мне стопку бумаг, меня окликает голос.

– Мамочка! Ты вернулась? Что ты делаешь?

Я вздрагиваю, быстро хватаю бумаги и закрываю шкаф.

– Ничего, милая. Искала кое-какие документы для врача…

– Это нужно братику? – любопытные круглые глазки внимательно смотрят на меня и ждут ответа.

Я прижимаю свою малышку к себе.

– Да, милая.

Она такая умничка у меня. Все знает. Даже то, что я беременна.

Дочка кладет ручку на мой еще небольшой животик и гладит его.

– Мамочка, я так хочу, чтобы ты вернулась… Я скучаю.

Я обнимаю свое сокровище и шуткой спрашиваю:

– По Батончику?

– И по тебе тоже, – говорит Холли. – Я же люблю и Батончика, и тебя, и моего братика…

– Кстати, Холли, а как мы назовем его? – спрашиваю я дочку. Знаю, ей приятно поговорить об этом. – Я еще не придумала ему имя…

– Пусть папочка придумает имя, – говорит Холли.

– Папочка уже придумал имя для тебя, милая, – говорю я.

– Тогда ты придумай. А я уже придумала имя сестренке…

– Какой сестренке? – спрашиваю я.

– Которая родится после братика…

Не понимаю, о чем говорит моя дочь. Но, наверное, это ее детские фантазии.

– Только Мамочка, – вдруг продолжает Холли. – Я кое-что хотела попросить у тебя…

– Что же, милая?

– Ты видела на моем рюкзаке, то, что я вышила?

– Я люблю папу и маму?

– Да…

– А почему папу перед мамой? Ты больше любишь его? – я делаю вид, что дразню ее. На самом деле, меня, и правда, давно интересует этот вопрос.

– Нет, – отвечает мне дочь. – Просто я боюсь, что ты заведешь мне нового папу… Я не хочу, чтобы у нас с сестренкой были разные папы, как у Кристины с братиком…

– А если папа заведет тебе новую маму? – спрашиваю я.

Дочь мотает головой.

– Нет мамочка, он так не сделает. Он сказал, что ты незаменимая!

Приятно слышать… Хотелось бы мне верить в это…

– Ладно, – говорю я. – Мне пора идти, милая. – треплю дочку по ее головке. У нее такие мягкие густые волосы. Как у папы… Или как у меня? Но цвет, определенно, папин. – Скоро погостишь у меня. Папа тебе уже говорил?

– Да. Через две недели. Он обещал уехать на неделю… Мам…

– Милая, я пойду, – говорю я, переживая, что встречу Юджина, рабочий день которого уже закончен и он все же может прийти домой с минуты на минуту (ну, если, конечно, снова не задержится (а я очень надеюсь, что он теперь этого не делает, и не оставляет нашу дочь одну), например, чтобы помочь какому-нибудь сотруднику, который не может разобраться с программой).

Я уже почти выхожу, как вдруг почти сталкиваюсь в дверях с Меган. Она удивленно смотрит на меня, явно не ожидая меня здесь увидеть.

– Несс! – Холли идет встречать ее, но с не особым энтузиазмом.

– Я пришла, – говорит она моей дочке.

– И что ты здесь делаешь? – бурчу я. Неужели, Юджин снова задержится, и решил прислать ее вместо себя?

– Я здесь живу, – спокойно отвечает мне она.

– Чего? – я все еще перевариваю услышанное. Может, я что-то не так расслышала? Что она только что сказала? Живет здесь?

Нет, я все услышала правильно… Это я знаю точно.

Вот это сюрприз!

Ну конечно! И те женские вещи в моем шкафу… Они точно не мои. Я-то свои давно забрала…

Значит, эти вещи принадлежат Меган? И висят они теперь на месте моих вещей, рядом с вещами Юджина?

Она заняла мое место. В это доме, в жизни моих близких… И в жизни Юджина…

Все ясно… Я больше не нужна ему. Зачем же тогда он пытается меня вернуть? Просто что-то хочет доказать Холли?

Интересно, а в ее жизни мне тоже больше нет места?

– Мам…

Я прихожу в себя и вижу, как на меня

– Мамочка, что-то случилось? Почему ты плачешь?

Я быстро смахиваю с щеки слезу, которую даже не заметила и быстро выхожу, грубо задев Юджина плечом по дороге. Случайно. Я не хотела этого. Просто он замер в дверях, и мне было не протиснуться.

– Милая, – он хватает меня за руку.

– Убери свои руки от меня, – кричу я на него и вырываю свою руку. – Ненавижу тебя… и ненавижу твою Меган! – и я быстро ухожу.

– Пап…

Голос дочки приводит меня в чувство. Я до сих пор не понимаю, что сейчас произошло.

И мне так больно от ее слов… От слов моей Леттис…

Чем я их заслужил?

– Пап… – Холли дергает меня за руку.

– Да, дорогая?

– Почему мама не с нами? Потому что здесь Меган? Она заняла ее место?

Почему она вдруг говорит это? Откуда она этого набралась? Не Леттис же ей это наговорила?..

– Что ты такое говоришь? Мама – это мама. А Меган – это сестренка.

– Но мама не осталась со мной, потому что пришла Меган.

– Холли…

– Мне не нужна сестренка! Мне нужна моя мама! – и с этими словами Холли убегает в свою комнату и закрывает дверь изнутри, чего она никогда не делала.

И я смотрю на Меган. Должно быть ей действительно больно…

Но ее взгляд. Он будто бы наполнен ужасом… Будто бы слова моей дочери напомнили ей о чем-то из ее прошлого…

Глава 41.

Тайлер звонит мне на следующий день, прямо с утра. В последнее время мы не часто общаемся – заняты на работе, и меня удивляет его внезапный звонок в такую рань. Но мой друг напоминает мне о моей просьбе:

– Я все выяснил, подруга, – говорит он. – Кто она такая, и какие у них отношения…

Его тон в голосе, немного приглушенный и сожалеющий… Мне он очень не нравится…

– И что? – спрашиваю я и выдерживаю паузу. Стоит ли мне знать это? Стоит ли выслушивать, что разузнал Тайлер? – Что ты узнал? – все же, несмотря ни на что, я должна знать это.

– Прости… – это единственное слово уже говорит мне о многом.

– Понятно, – говорю я после недолгой паузы, и по моей щеке снова катится слеза.

– Ты знала, подруга? – спрашивает Тайлер. – Ты уже все знала? Что они живут вместе? Что у Юджина теперь другая семья? Что эта девка заняла твое место в его доме и в его жизни?

– Вчера узнала, – сознаюсь я. – Она так внезапно вернулась домой… И я прямо спросила ее, что она забыла у Юджина… А она… – меня уже душат слезы. – Она сказала, что живет с ним…

– Леттис, у тебя там все хорошо? – волнуется за меня мой друг. – Может, мне приехать?

– Не стоит, – говорю я. – Все нормально… Да и тебе, Тайлер, наверное, на работу нужно…

С этими словами я кладу трубку. Не могу больше слушать Тайлера. Не потому, что это мне не приятно. Мне просто нужно успокоиться.

И он понимает это, и не перезванивает мне.

Последние две недели я не общаюсь с Юджином… И не беру трубку, когда он звонит. Просто не могу, не знаю, что сказать ему. По-моему, от Меган я и так услышала все, что хотела знать. А еще и Тайлер подтвердил. Она живет с ним. Это говорит о многом. Зачем, скажите на милость, тогда он решил вернуть меня? Раз, у него уже есть кто-то? Только зря потревожил… Дал мне ложную надежду…

Быстро же он нашел мне замену…

И только когда близится день его отъезда, а сама звоню ему, чтобы узнать, когда и как мне забрать Холли.

Не знаю точно, в какой день Юджин уезжает, но Холли вот уже два дня живет у меня. Впервые за две недели мы разговаривали с ним по телефону. Наш разговор был коротким. Мы договорились о том, что Стелла привезет мне ребенка. Мой тон был холоден, хотя я еле сдерживала слезы. На вопрос о том, почему не брала трубку, ответила, что была занята на работе. Это был последний раз, когда мы с ним разговаривали.

С тех пор я ни разу не слышала голос своего мужа…

И я начала скучать… Сильно… По-настоящему сильно. Несмотря ни на что.

Мне не хватает его…

Да, я пытаюсь его забыть. Я постоянно повторяю себе, что не должна его любить. Он плохо обошелся со мной. Я не люблю его. Я ненавижу его…

Но мое сердце не спрашивает разрешения…

Я люблю его…

– Может, я все же что-то не так поняла? – с надеждой спрашиваю я Марка, когда он выводит меня на очередную вечернюю прогулку, естественно без Холли. На ее вопрос: «что это за дядя?», который она задала мне подозрительным голосом, когда Марк зашел ко мне, мы почти хором ответили, что папин друг. И она, вроде, успокоилась.

– Я тебе вот что хотел предложить, – говорит мне Марк. – Я, ведь, тоже приглашен на ту вечеринку, крошка. Что скажешь, Летс, если я предложу ехать со мной? Виза у тебя, насколько я знаю, есть. А за мной компания как раз прислала частный самолет…

– А как же ребенок? – спрашиваю я. Хотя мне на самом деле очень хочется поехать, я не могу этого сделать. Кто-то должен присматривать за Холли и Батончиком.

– Ну ладно, красотка. Подумай. Может, найдешь выход. Послезавтра я уезжаю. Если чо звони.

Я очень хочу поехать. Я давно никуда не выезжала. А это, ведь, еще и шанс увидеться с Юджином. И выяснить все с ним напрямую. И, наконец, возможно, поставить точку во всей этой неразбериха, от которой уже кружится моя голова.

Я уже думаю, что нужно отказать Марку, но на следующий день мне внезапно звонит моя свекровь и сообщает, что они со свекром приехали в свою квартиру, в нашем городе, и просит, чтобы Холли пожила с ними. Это словно чудо. Словно сама судьба желает этой моей поездки… Я с радостью соглашаюсь, а заодно прошу и за Батончика, чтобы он тоже пожил с ними. И когда мои дочь и кот

Кстати… Надо бы порыться в своем гардеробе. Там есть несколько отличных платьев, купленных мне Юджином, которые идеально подойдут для вечеринки.

Глава 42.

Полет за несколько тысяч километров кажется мне немного изнурительным. Но, тем не менее, я чувствую себя принцессой. Все время, что мы летим я общаюсь с Марком. И без его привычной пафосной манеры общения, с которой он привык разговаривать с друзьями, например, с Юджином, он кажется мне очень приятным и легким в общении человеком. Рядом с ним я чувствую себя очень свободно. И, если честно, если бы мне ну очень нужно было выбрать любовника, я бы выбрала его.

Мы прилетаем ненадолго. Всего на день. И он разрешает мне пожить в его просторной квартире, в центре города. Я, конечно, знала, что его семья очень богата… Но, чтобы настолько…

Мы прилетаем за день до вечеринки. Вечером я показываю варианты своих нарядов, но он качает головой.

– Нет, не то, – говорит Марк. – Это все купил тебе Юджин. А у меня на тебя другие планы. Не хочу, чтобы он узнал тебя вот так сразу…

Не знаю, что он задумал, но после этого разговора мы едем в магазин.

Вечеринка проходит в огромном роскошном отеле, в центре города. В таких шикарных местах, на таких мероприятиях Юджин бывает часто. Я – впервые.

На мне шикарное длинное черное платье с огромным разрезом сбоку, которое выгодно подчеркивает мою фигуру и скрывает слегка округлившийся живот. А на лице надета маска на пол лица. Это придумал Марк. Он же выбрал мне платье.

Сначала маска слегка смущает меня. Я будто бы преступница, скрывающая свое лицо. Но потом замечаю на многих вокруг маски. И это расслабляет.

Марк маску не надел, как и Юджин, которого я замечаю почти сразу. А еще Меган. Она снова трется рядом с ним как преданная собачонка. И это раздражает.

Будет ли у меня шанс поговорить с мужем?

Когда я увидел ту женщину, рядом с Марком, я не поверил своим глазам. Это она, но это не может быть она. Леттис дома, с дочкой. Что ей здесь делать?

Особенно, рядом с Марком…

Ее не должно быть здесь, но то, как она двигается… Ее слегка приглушенный голос, который слышу, когда как бы случайно подхожу к ней… Ее запах…

Почему-то в этой женщине я вижу свою жену. Я чувствую ее. Я чувствую своим сердцем, что это она…

Может, я просто так долго не видел ее, что уже сходу с ума?

Нет… Это точно она!

Такая соблазнительная…

Но почему она здесь? И почему не покидает компании Марка?

Она постоянно смотрит на меня… И отводит взгляд, когда я смотрю в ответ.

И откуда у нее такой красивый дорогой наряд?

У меня столько вопросов к ней, которые я хочу задать. Но я решаю сделать вид, что не узнаю ее…

Вечер длится бесконечно долго. Я не люблю такие мероприятия, но мне периодически приходится на них присутствовать.

Я все порываюсь пригласить на танец ту прекрасную незнакомка, которой притворяется моя жена, и которой любуются все мужчины вокруг. На Меган, которая напугана таким масштабом мероприятия, и поэтому все время трется рядом со мной, так окружающие мужчины не оборачиваются. Она не такая привлекательная, хоть и моложе ее намного, и, хоть, вынужден признать, они с Леттис, и правда, чем-то похожи.

И еще мне не хочется оставлять одну Меган, поэтому я все не решаюсь подойти к жене. А так бы я уже нашел нам укромный уголок… Она сегодня очень красива. И это платье, которое делает ее еще более соблазнительной и желанной… Оно будто бы создано для нее. А это разрез сбоку… Я бы с радостью запустил туда руку… Приласкал бы ее нежное бедро, ее ягодицы… Запустил бы палец… ладно. Не буду об этом думать, а то мне уже что-то жарковато становится…

Под конец мероприятия мы с Меган выходим на балкон, откуда открывается красивый вид на город. Она хотела что-то сказать мне. Что-то очень важное…

– Юджин, знаешь… Мне нужно кое-что всем рассказать, – внезапно начинает разговор Меган. – Но я не знаю, как все отреагируют на эту новость…

– И ты решила посоветоваться со мной? – удивляюсь я.

– Ну, ты мне ближе других, поэтому я хотела посоветоваться с тобой сначала…

Я вдыхаю прохладный ночной воздух. На небе ярко светит луна. Где-то шуршит зверек. Наверное, мышка. Не буду говорить Меган, а то испугается…

Здесь так тепло… Намного теплее, чем дома. Словно это лето, а не конец осени…

Леттис любит тепло. Хотел бы я отдохнуть здесь наедине с ней…

– Ну и что ты хотела мне рассказать? – спрашиваю я.

– Знаешь, я… – она ненадолго заминается.

– Ты беременна? – делаю я шуточное предположение, заставляя краснеть свою племянницу до ушей.

Меган испуганно оглядывается по сторонам, не услышал ли нас кто-то.

– Нет! Ты что? – говорит она. – Просто моя память вернулась ко мне. Я все вспомнила и уже давно… Что скажешь? Меня не выгонят из семьи за это? Ведь я никому ничего не сказала…

Я улыбаюсь и прижимаю ее к себе.

– Конечно же нет… Я так рад за тебя… Я люблю тебя… Мы все тебя любим, Мег. Ты часть нашей семьи…

Я просто хотел успокоить племянницу, но в следующий миг начинает твориться что-то непонятное. Не поддающееся логике…

Меня резко разворачивают, и в тот же миг на моей щеке отпечатывается горячая пощечина.

Я стою и в непонятках смотрю на свою жену.

Откуда она так внезапно появилась?

И что я такого сделал?

Я просто шла в туалет. В туалет. Да, беременные женщины часто туда ходят. Нам нельзя терпеть.

Юджина я давно уже потеряла из виду. Как и Меган.

Думаю, решили где-то уединиться… Гады…

Стучу о близлежащую стену кулаком, как вдруг слышу знакомый голос и выглядываю из-за угла на пространство огромного балкона, расположенного в месте, откуда хорошо видно ночной город. На меня дует теплый ветер. Да уж, дома я уже успела намерзнуться. Хоть здесь погреюсь.

Прямо около перил я вижу Юджина и Меган. Как я и думала, уединились и теперь мило беседуют наедине. И никого нет поблизости…

И обстановка у них такая романтическая…

Что я просто не могла

Но отсюда я слышу лишь обрывки фраз (из-за шума вечеринки мне плохо слышно, о чем они разговаривают).

– Мне нужно кое-что… рассказать… – слышу я от Меган. У нее тихий голос. Но я вынуждена признать, приятный. И разговаривает она со всеми с каким-то теплом. Даже со мной. И это раздражает, между прочим.

– … Со мной, – слышу я голос Юджина…

– Ты мне ближе всех… – говорит Меган моему мужу.

Да тут, никак романтическая сцена разворачивается… Я замираю на месте. Мне страшно от того, что я должна услышать… Точнее, Юджин… Я-то точно этого слышать не должна…

Но мне все еще плохо слышно… Но я вслушиваюсь…

– Знаешь… я…

– Беременна? – у меня аж дух захватывает, когда Юджин говорит это. В смысле, она беременна? От кого? От него? Это поэтому она теперь часть их семьи? И поэтому она живет с ним?

– … Что скажешь?…

Юджин хватает ее в объятия. И шум вечеринки будто бы ненадолго стихает… И эта его фраза мне слышится четко…

– Я так рад… Я люблю тебя… Ты часть нашей семьи…

Я стою с раскрытым ртом, не зная, что делать…

Я не ослышалась? Что он только что сказал?

Так, вот, в чем дело… Вот, почему, она стала частью их семьи… Почему я должна смириться с этим… Почему теперь все, и Стелла, и его родители любят ее, а не меня… Вот, почему она живет с ним… И почему заняла мое место в их жизнях…

Я должна оставаться на месте и не двигаться. И ничем себя не выдавать. Я четко понимаю это.

И лучше мне совсем уйти отсюда.

Но я не могу.

Мои ноги не слушаются меня. Они сами ведут меня к ним. Я иду тихо, словно кошка.

И когда подхожу, во мне будто бы откуда-то появляются силы. Я чувствую слезы на своих щеках.

Сколько? Сколько он еще будет заставлять меня плакать?

Больше не бывать этому. Я должна с этим покончить. Раз и навсегда!

Они все еще не ощущают моего присутствия, когда я резко поворачиваю к себе Юджина и даю ему пощечину.

Они тупо смотрят на меня, не понимая, наверное, откуда я здесь взялась. Хотя я точно знаю, Юджин уже давно меня узнал. План Марка не сработал.

Юджин все еще держит ее в объятиях. Я отдергиваю его от нее, размахиваюсь и снова даю пощечину.

– Тварь, – говорю я ему в гневе.

– Милая, – слышу я растерянный голос Юджина.

– Госпожа Кан… Что случилось? Откуда вы…

Эта стерва… Как смеет она что-то говорить мне?

– Шлюха! – кричу я ей. – Шлюха! Мерзкая тварь! Маленькая потаскушка…

Вижу, как эта мразь меняется в лице. Мои слова сильно задели ее.

– Леттис, – Юджин хватает меня за руку. Да так сильно, что мне становится больно.

– Эй, эй! Чувак, полегче! – откуда-то на помощь мне появляется Марк. Наверное, меня долго не было, и он пошел искать меня. – Испортишь ручку моей блондиночке.

– Твоей? – вижу, как взгляд Юджина наполняется гневом. – Она моя жена, если что…

И он в такой ситуации еще смеет говорить, что я его жена? Откуда столько наглости? Может, он мечтает, что я буду жить с ним и его любовницей? Что за абсурд?

Я резко вырываю руку, пользуясь тем, что Юджин ослабляет хватку.

– Уже нет, Юджин, – говорю я. – Раз уж не решился ты, решилась я. Я подала документы на развод…

Юджин меняется в лице. Гнев сменяется недоумением.

– Пойдем, – говорит мне Марк. И мы вместе уходим. Прочь отсюда… С этой вечеринки…

Из его жизни…

На следующее утро мы с Марком уезжаем. Не потому, что мне хочется как можно скорее сделать это из-за Юджина.

Я решила, что в моей жизни больше нет ему места.

Просто так было запланировано заранее.

Я все еще не понимаю, что происходит. Мы с Меган прибыли на вечеринку и неплохо проводили время. И тут на вечеринке внезапно появилась моя жена. Сначала она притворялась, что не знает меня… А мне так хотелось пригласить ее на танец… Погладить руками ее соблазнительные изгибы…

Не знаю, почему и зачем она там появилась, но я определенно хотел воспользоваться этим шансом. И после вечеринки признаться ей, что узнал ее, и отвести к себе в номер.

Кстати… Меня, вот до сих пор волнует один вопрос…

Интересно, а где она остановилась? Уж точно не в этом отеле… На него у нее денег не хватит…

Но, когда я уже собирался направиться к своей любимой, у Меган, моей племянницы, ко мне неожиданно появился разговор. Я решил, что Леттис подождет, потом ее найду и уведу с собой. И пошел выслушать племянницу, которая, если честно, уже начинает иногда раздражать. Просто, толку особо от нее нет. И на работу я ее взял к себе только чтобы она хоть чему-то научилась до поступления в университет. Ну, хотя, в том, что она живет пока у меня есть свои плюсы… Например, она присматривает за Холли (хотя, это, наверное, Холли присматривает за ней, но, по крайней мере, дочке хотя бы не скучно, и она не остается одна).

Но Леттис сама нашла меня… И ее появление там было не самым приятным.

Мало того, она на меня накричала, пощечин надавала, она и Меган не оставила без внимания, обозвала ее такими словами, каких я от нее никогда еще не слышал. Особенно в адрес моих родственников…

И почему Меган так не понравилась моей жене? Ведь, даже несмотря на то, что она приемная дочь моей сестры, ее я считаю своей родственницей. И лично мне она кажется очень милой девушкой. И Леттис чем-то напоминает. Но, наверное, это раздражает женщин, когда кто-то на тебя похож… Не знаю… Может, в этом причина?

Я хотел увести Леттис и поговорить с ней спокойно. Правда, наверное, за руку слишком крепко ухватил. Ну, а если бы я этого не сделал, она бы мне еще пощечин залепила… Я точно видел по ее глазам, как ей этого хочется… Но тут откуда-то появился Марк, и увел ее.

С тех пор моя голова полна дурных мыслей, а в сердце нехорошее предчувствие.

Что такого Леттис услышала? Что пришло ей в голову, что заставило ее так поступить? Я ведь так стараюсь вернуть ее домой, пусть это и

И еще каким-то шестым чувством я понимаю, что мне срочно… СРОЧНО!!! нужно поговорить с Леттис.

Я вылетаю на следующий же день, хотя обещал Меган, что мы еще погостим у моей сестры, ее приемной матери.

Плевать я, если честно, хотел сейчас на Меган, даже несмотря на то, что с ней не очень хорошо обошлись (сейчас это волнует меня в самую последнюю очередь). Она ненадолго остается дома, решая не менять дату и лететь отдельно от меня.

И по прилету я, конечно же, первым делом направляюсь к Леттис.

Но, то, что я вижу прямо перед входом в ее квартиру, заставляет меня остановиться…

Я все еще нахожусь в подавленном состоянии, когда мы с Марком добираемся до дома, где я живу. Он, видя мое настроение, решил, что будет лучше проводить меня до дома.

– Я и не знал, что у них там все так серьезно, – говорит мне Марк после моего рассказа. – Думал, она так, покувыркаться просто, пока тебя рядом нет…

Я смахивает очередную слезу с щеки.

– Марк, я не знаю, что мне делать… Я так люблю его…

– Ну… ну, куколка. Успокойся, – он обнимает меня и начинает укачивать в своих объятиях. И, если честно, мне от этого становится легче. Так тепло…

– Я не могу жить без него. Не могу вот так просто выкинуть его из своей жизни… Но я должна…

– Можешь. И будешь.

– Не могу. Мне так плохо… Я ведь была уверенна, что он все равно будет со мной. Так надеялась, что он, хотя бы немного, любит меня, что у него осталось хотя бы немного чувств ко мне…

– Не знаю, чем помочь тебе, малышка. Поверь, я и сам был о нем совсем другого мнения, – сожалеющим тоном говорит мне он.

Я смотрю на Марка.

– Что теперь будет?

Марк гладит меня по щеке.

– Не знаю, солнышко.

Его взгляд такой теплый… А его лицо с легкой щетиной кажется сейчас таким красивым…

Не знаю, почему я этого раньше не замечала… Хотя, может, это просто мне сейчас так кажется, когда я полна эмоций?

Но мне нужно утешение, и он, будто бы чувствуя это, наклоняется к моему лицу и слегка касается губами моих губ. Я отвечаю ему. Сейчас мне это так нужно… Наш поцелуй становится более страстным и горячим. Его язык проникает сквозь мои губы. Я обнимаю его за шею. Он гладит мою попу.

Все это так возбуждает меня… Это то, что нужно мне сейчас… Мое утешение…

Мне нужно забыться… Забыть Юджина и Меган. И тот их разговор…

Забыть все, что было между мной и Юджином, хотя бы ненадолго…

И, наверное, если бы не внезапное появление Юджина, я бы утащила Марка к себе, в свой дом и в свою постель.

Но меня резко отдергивают от Марка, и отодвигают в сторону, прямо за свою спину, будто бы защищая от чего-то. А в Марка летит кулак моего мужа.

– Юджин, что ты делаешь? – но меня уже никто не слышит. Между Юджином и Марком завязывается драка. Марк не дает ему спуска.

Я просто стою и смотрю, и не знаю, что мне делать. Но, наконец, когда Юджина откидывают в сторону, мне удается подбежать к нему и загородить собой от Марка.

Оба останавливаются. Никто не желает причинять мне вреда.

– Не нужно, пожалуйста, – прошу я. – Не нужно драться из-за меня…

Юджин встает, отряхиваясь, и говорит мне:

– Мы сейчас же возвращаемся домой. Ты поняла? – он берет меня за руку. – Хватит с меня твоих странствий!

– Она никуда с тобой не пойдет, – говорит Марк.

– Ты снова начинаешь? – чувствую, что муж снова готов кинуться в драку, но я сдерживаю его и говорю Марку:

– Пожалуйста уходи. Мне нужно поговорить с Юджином наедине…

Марк недоверчиво смотрит на меня.

– Ты уверенна?

Я киваю.

– Что ж… Тогда я пойду. Созвонимся, крошка…

Мы с Юджином, наконец остаемся одни.

– И что все это значило? – спрашивает он.

– Юджин… Я хочу кое-что сказать тебе…

– Что?

Его голос грубый и расстроенный одновременно.

– Я не вернусь к тебе…

– Что?

– Я не вернусь к тебе, Юджин. Я… я… я больше не люблю тебя, – последняя фраза мне дается с огромным трудом, но я все же выдавливаю ее из себя. Это ложь, которую мне трудно произнести.

Но так нужно.

Так будет лучше… Для всех нас…

Раз уж, он любит Меган… Раз Меган любит его… Раз уж, у них будет ребенок, которого все так ждут…

Хватит с меня… Оставлю их с миром… А о моем малыше, пусть так никто и не узнает…

Глава 43.

Я просыпаюсь. Яркий солнечный свет падает мне в глаза, заставляя зажмуриться. Я оглядываюсь, и понимаю, что обстановка вокруг мне совершенно не знакома. Какой-то дорогой номер в отеле…

А еще я понимаю, что я совершенно голая, и что мою обнаженную грудь обхватила чья-то мужская рука во сне.

Я осторожно оборачиваюсь и вижу его.

О нет! Мы все-таки переспали с ним… Не зря Юджин называет меня шлюхой…

Но как же так получилось?

– Шлюха…

Юджин разворачивается и уходит, ничего мне более не говоря.

Я была готова к такому. Я, пока возвращалась домой, даже думала, что специально пересплю с Марком и заставлю Юджина узнать об этом.

Я хотела, чтобы он тоже страдал, хотя бы немного. Что бы хотя бы его мужскую гордость уязвить, что его жена спит с другим, пусть он даже и не любит меня больше.

И я хотела, чтобы он сказал мне это. Чтобы назвал после всего этого так. А я бы посмеялась ему в лицо.

Но сейчас, когда я, и правда, целовалась с другим мужчиной у него на глазах, когда я сказала ему, что больше не люблю его, и он назвал меня этим непотребным словом, мои губы сжались и дрожат. А по щекам снова льются слезы.

После этого проходят почти две недели. Холли вернулась к папе, но иногда навещает меня. Батончика я забрала сама, пока Юджин не забрал. Хоть кот останется у меня.

С мужем мы не видимся.

Да и зачем?

У

Кроме Холли я почти никого не вижу, ни Стеллу, ни Эрика, никого.

Но однажды, когда топаю с утра на работу, неожиданно встречаю дядюшку. Он с улыбкой приветствует меня. Я улыбаюсь в ответ. Мне всегда приятно его видеть.

– А, племянница, – он обнимает меня. – Давненько тебя не видел. Как дела?

– Хорошо, дядюшка, а у вас как? Как здоровье?

– Все в норме. Еще побегаю. А ты как? Как твой малыш?

Я кладу руку на живот. Я уж и забыла, что дядюшка умеет видеть чужие судьбы.

– Нормально.

– Вот и хорошо, – говорит он. – На тебя будет похож.

Я улыбаюсь и киваю.

– С Юджином вам надо бы помириться, – внезапно говорит дядюшка. – Не хорошо будет, если сын вне брака родится… А там, ведь, еще дочка будет…

– У Юджина будет еще и дочка? – спрашиваю я, не совсем понимая, что говорит дядюшка, но тот лишь качает головой.

– Да… Довел тебя племянник… Слышишь не то, что тебе говорят.

Я просто уточнила. На самом деле я услышала все правильно. Просто сейчас мне это кажется абсурдным. У нас после сына будет еще и дочь? Да мы же с Юджином вот-вот разведемся! И я решила, что ему больше нет места около меня.

– Как же она у нас получится? – спрашиваю я. – При таких-то обстоятельствах?

– Это уж вам решать, – отвечает мне дядюшка. – Я тебе вот что скажу племянница. Когда между вами появилась трещина, которую вы легко могли бы залатать, пока не поздно, чужие люди воспользовались этим. Кто-то возжелал то, что ему не принадлежит, и разрушил ваше счастье. Вас обоих обманули. И вы позволили впустить эту ложь в свою жизнь, потому что перестали доверять друг другу. Не отрицаю, конечно, тут и племянник постарался… И теперь вас окружает одна только ложь. И ее становится все больше и больше… Ложь эта теперь даже в ваших мыслях и поступках.

А ведь вам просто не нужно было слушать никого вокруг. Даже в словах самого близкого человека не всегда есть правда. Просто вместо этого слушайте свое сердце…

Разговор с дядюшкой заставил меня задуматься. Что, если мы с Юджином, действительно, не правы? Я, ведь, не смотря ни на что, до сих пор люблю его. Может ли быть такое, что и он меня тоже все еще любит? Не смотря ни на что?

Или мое сердце уже настолько исстрадалось, что я снова принимаю ложь за правду? Принимаю желаемое за действительное?

Но то, что происходит на работе как раз доказывает мне второе.

Глава 44.

Мой шеф сидит чернее тучи. У него явно нет настроения. И у меня плохое предчувствие.

На мой вопрос, что случилось, он отвечает:

– Фирма «Зеленый путь» отказала нам в сотрудничестве, – он глубоко вздыхает и скрещивает пальцы. – У нас готовился совместный проект. У нас уже был подписан контракт, но генеральный директор внезапно его расторг. Он, конечно, выплатил неустойку… Но наши сроки уже поджимают. А в контракте не было оговорки о том, что он покроет нам убытки в случае отказа… Не знаю, когда искать новое агентство… Наша репутация будет испорчена....

– Это из-за меня, – с сожалением в голосе говорю я. Я точно это знаю.

– Нет, не думаю, – говорит мне шеф. – Господин Кан сказал, что у них много заказав, и они не справляются… – но по виду шефа понимаю, что Юджин дал четко понять, что не собирается сотрудничать с фирмой, где я работаю из-за меня. Вот только на днях доченька рассказывала мне, что у папы теперь много свободного времени. И что он вообще собирается в отпуск…

– Я договорюсь с ним.

Шеф поднимает на меня глаза.

Я просто не могу все так оставить. Раз уж, это все из-за меня.

Юджин никогда не мешал личные отношения с рабочими. Что же сейчас произошло?

– Я попробую уговорить его сотрудничать… Я договорюсь с ним. Сколько у нас времени?

Шеф склоняется голову набок и с печальным видом отвечает:

– Завтрашний день. У нас есть только завтрашний день. Заказчик дал мне именно столько времени на поиск другого агентства.

Вечером звоню Юджину. Звоню настойчиво, но этот гад не берет трубку.

Я набираю номер Холли и звоню ей. Она берет трубку сразу.

– Милая…

– Да, мамочка?

– Где папа? Почему не отвечает?

– А это ты звонила? Он сказал, что мошенники… Мы в супермаркете. Папочка обещал приготовить на ужин чего-нибудь вкусненького.

– Понятно, милая. Скажи, чтобы ответил. Это срочно.

Я кладу трубку и с третьей попытки дозваниваюсь до Юджина.

– Почему трубку не берешь? – спрашиваю я раздраженно.

– А зачем? – следует спокойный ответ моего мужа.

– У меня к тебе срочное дело!

– Какое? Насчет сотрудничества с вашей фирмой?.. А… Твой шеф рассказал уже тебе? Но я уже дал свой ответ. У меня на вас нет времени. И я не собираюсь менять свои планы…

– Да ты бездельничаешь в последнее время, – говорю я.

– Не бездельничаю, а провожу время с семьей.

С Холли и этой сучкой?

– Юджин… Ты же просто кинул нас…

– И так тоже бывает – спокойным голосом отвечает мне Юджин. Издевается, гад!

– И ты считаешь, это хорошо? Это из-за меня, не так ли?

– Слишком много на себя берешь.

– Вот как… Значит, ты просто не надежный партнер… – прямо такой же, как и в жизни. – Что же, Юджин. У меня тоже пока есть акции твоей компании. И довольно большой пакет. Значит, я тоже могу принимать решения. Давай встретимся и все обсудим. Как акционеры.

Юджин выдерживает паузу, а потом с усмешкой отвечает:

– Хорошо, Леттис. Давай встретимся. Завтра. У меня в офисе. Попробуй меня уговорить… – он немного молчит, и я слышу, как он куда-то идет, а потом тихо добавляет. – Для пущей убедительности можешь надеть что нибудь очень сексуальное на наши переговоры… И убедить меня так, как это делают настоящие шлюхи, вроде тебя! Что скажешь?

Ах вот, значит, как он. Ладно… Посмотрим, кто кого.

– Я приду, – говорю я холодно и кладу трубку.

А прихожу я на следующий день. Декабрьское утро

Высокие каблуки моих сапог, которые когда-то купил мне Юджин, так громко и четко стучат о плитку, которой выложен пол в холле здания, где находится офис компании моего мужа, что мне становится страшно: не поцарапаю ли я ее.

Через темные очки я осматриваю все вокруг. Здесь почти ничего не изменилось с последнего моего визита.

Меня без проблем пропускают – у меня есть пропуск, и я поднимаюсь на нужный мне этаж.

Но Юджина на месте не оказывается. А зайти я не могу – он поставил кодовый замок на дверь своего кабинета. В помещении около его кабинета много новых сотрудников, которые меня не знают, поэтому, на вопрос, кто я такая, я просто отвечаю:

– Акционер.

И таким еще голосом противным, что самой аж тошно становится.

– Тогда подождите немного, – говорит мне молоденькая девушка – одна из дизайнеров. – Господин Кан должен здесь быть с минуты на минуту. Он сейчас на важных переговорах с клиентом.

Что может быть важнее переговоров со мной?

– Может, кофе, госпожа Стоун? – спрашивает меня молодой человек, обращаясь по имени, которое я им назвала, когда зашла.

– Да, пожалуй, – соглашаюсь я.

Юджин не заставляет себя долго ждать, и появляется как раз, когда я допиваю свой кофе. Они с Меган снова вместе.

Девушка меня, похоже, не узнает – я хорошо замаскировалась, очки темные надела, а вот Юджин узнает сразу, берет за руку и тут же тащит к себе в кабинет, закрывая за нами дверь, у которой тут же срабатывает автоматический замок.

– Ты зачем пришла? Я же сказал, нет вам ничего!

Я молча снимаю свое пальто и вешаю на его вешалку, туда же, куда вешает он свое пальто. Он молча оценивает меня взглядом и слегка улыбается. Смеется, наверное, надо мной.

Что, Юджин, узнал это платье, да? Это то, что ты подарил мне когда-то. То, в котором я была в тот вечер, когда мы впервые переспали с тобой…

– Знакомая вещь, – все, что говорит он мне.

Затем он присаживается в свое кресло, откидывается назад и расслабляется. Даже глаза прикрывает. Вижу, со мной он чувствует себя комфортно и непринужденно.

Но мы же на деловых переговорах! Ну и что, что я оделась так? Он же просил надеть что-нибудь сексуальное. А так-то я, и правда, пришла просто поговорить…

– Юджин… – я привлекаю к себе внимание.

– Леттис, иди. Я все сказал. Я не буду сотрудничать с вами.

– Почему?

Юджин открывает один глаз и смотрит на меня.

– Это из-за меня? – допытываюсь я.

– Я никогда не мешаю работу с личным, – говорит Юджин. – Я все сказал твоему шефу. У нас много заказов… А сам я ни за что приниматься не буду. У меня впереди крупный проект… А сейчас я просто хочу отдохнуть…

– Тогда зачем согласился, чтобы я пришла?

– Потому что ты так хотела… Ты же акционер… И тоже имеешь право принимать решения… – вздыхает Юджни устало и снова закрывает глаза. – Так вот… Могу показать тебе список заказов. Все сотрудники заняты…

И он снова закрывает глаза.

– Но ведь ты же даже контракт подписал с шефом…

– Я просто отбросил все ненужное… Леттис. Иди. Или можешь уговаривать меня дальше… Если хочешь, можешь даже пустить в ход все свое женское обаяние. Можешь даже раздвинуть свои прелестные ножки для меня… Может быть… кто знает… я тогда и соглашусь…

Вот же гад. Ну ладно! Сейчас он у меня получит!

Поиграюсь-ка я с ним немного.

Что ж… Раз он так говорит… неужели, думает, я не способно на это? Применить свои женские чары прямо здесь и сейчас? Вот и посмотрим! Уж я-то знаю, как себя с ним вести…

Юджин расслаблен и почти дремлет, поэтому не замечает, что происходит в его кабинете. Дверь надежно закрыта, поэтому никто не зайдет.

А я решительна как никогда.

Я тихонько подхожу к нему и присаживаюсь на его колени, лицом к нему, обвивая его шею руками.

Он моментально открывает глаза и удивленно смотрит на меня.

– Что ты делаешь? – спрашивает он ошарашенным голосом.

– А разве ты не этого хотел? – ласково спрашиваю я, склоняясь над его ухом и нежно дую на него.

Чувствую, как он немного напрягается, и глажу его плечи, немного приминая их, чтобы он расслабился.

От его головы пахнет шампунем. Его волосы как всегда такие мягкие, и я не удерживаюсь, и запускаю в них пальцы.

– Юджин… – шепчу я страстно. Но это не притворство. Если честно, эта моя поза, и правда, начинает возбуждать, причем меня же. Не знаю, может, я из-за беременности стала более чувствительной и похотливой? Или просто давно не занималась любовью со своим мужем?

Я смотрю в его глаза и вижу, как в них разгорается огонь. Но он говорит мне:

– Леттис, уходи, прошу. Я пошутил насчет твоих ножек… Я все равно не соглашусь…

Но я не сдаюсь. Я нежно целую его лоб, нос, а затем и губы, нежно, словно пробую пенку на кофе.

Кладу его руки на свою грудь, решая таким образом смутить его. Но, к моему большому удивлению, он оставляет их там и нежно сжимает ее. Я непроизвольно выгибаюсь навстречу ему.

Так… Нужно быть более холодной и расчетливой. Иначе забудусь, и выйдет так, что свое получу не я, а он.

Но как мне сохранять холодное сердце рядом с ним? И теперь, когда я это все затеяла?

Я спускаюсь губами к его шее, развязываю галстук, расстегиваю рубашку. И двигаюсь ниже. Целую его гладкую мускулистую грудь без единого волоска, соскальзываю с его коленей, и опускаюсь между ног, спускаясь губами к его животу. И понимаю, что он уже очень сильно возбужден…

Леттис… Сумасшедшая женщина. Зачем пришла ко мне и вытворяет все это, если не любит. Разве она из тех людей, кто просто так будет спать с нелюбимым?

Хотя, если вспомнить, как она целовалась с Марком…

Но сейчас я уже почти не помню этого.

Она решила свести на нет все мои принципы и соблазнить меня прямо на работе. Или она просто так пытается добиться желаемого?

Но я уже

И эти ее губы, которые сводят с ума. Спускаются ниже и ласкают мой живот… И я хочу, чтобы она спустилась ниже живота и обхватилаегогубами…

Но она никогда не сделает так. Особенно сейчас… Да и я уже на пределе, и голова уже ничего не соображает. Мне нужно быстро выплеснуть это напряжение. И я точно знаю, что и ей тоже. Но мы на работе…

Что же делать?

Я не могу делать это здесь, когда за стеной сидят мои сотрудники…

Но и с моим желанием мне тоже срочно нужно что-то делать…

Ладно, Леттис ты победила. Получишь желаемое сотрудничество. Только стой смирно и громко не кричи… Пожалуйста…

Я резко хватаю ее за волосы и отодвигаю ее от себя. Она в непонятках смотрит на меня, но взгляд ее уже затуманен страстью. Как и мой.

– Снимай сапоги, – командую я, и она слушается.

Затем я усаживаю ее на стол, задираю ее платье до талии и вижу чулки. Я думал, что это колготки, но мне даже не нужно будет возиться с ними. А еще я вижу красивые возбуждающие трусики, которые я легко стаскиваю с нее. Затем приспуская свои штаны с трусами и с нетерпением вхожу в нее.

Как же я соскучился, милая…

Я понимаю, что зашла слишком далеко лишь когда мой Юджин, глубоко во мне, начинает качать меня на волнах блаженства.

Как же я соскучилась по нему… По нашим объятиям и поцелуям. По ласкам и по нашей близости…

Я, где-то далеко, где сейчас находится мое сознание, понимаю, что пришла я совсем не за этим. Но мне сейчас так хорошо, что я не хочу его останавливать.

Зачем я себя обманываю?

Я пришла именно за этим!

И когда он сказал мне сексуально одеться… И когда предложил раздвинуть ноги… Я хотела именно этого. И с радостью согласилась…

– Юджин!..

– Тише, нас услышат, – шепчет он, сам еле сдерживая свои стоны.

Надо же… Я делаю это с ним прямо на его рабочем столе… Кто бы мог подумать?..

Наверное, я сошла с ума…

Я же не хотела до этого доводить… Леттис, где же твой разум?.. Сейчас – где-то далеко…

Леттис как раз вовремя успевает поправить свое платье, когда ко мне в кабинет заходит Меган. Пока жена одергивала платье заметил, что ей это дается не очень легко на слегка округлившемся животе. Она осторожненько натянула на него тянущуюся ткань и с такой нежностью провела по нему, что во мне невольно закралось подозрение: уж не беременна ли она? Но я тут же отбросил эти мысли. Ребенок в таких обстоятельствах – это слишком. По-моему, это слишком жестоко для малыша…

Леттис вновь одарила Меган ненавидящим взглядом и быстро вышла, гордо подняв голову и выпрямив спину. По-моему, она даже не заметила, как мои сотрудники смотрели ей в спину. По-моему, они что-то заподозрили о том, что здесь произошло…

– Вы наконец-то помирились? – спрашивает племянница, глядя ей вслед.

– Нет, – говорю я. – Было бы хорошо, если бы она приходила за этим, но нет… Она приходила кое о чем договориться… Кстати, ты же собираешься поступать на специальность дизайнера, – как удачно я вспомнил. – Не хочешь опробовать свои силы? Работа не сложная. Если, что я помогу…

Глава 45.

Да, работу над проектом для фирмы, где работает Летис я поручаю Меган. Работа, и правда, не сложная. И, думаю, справится даже она. Остальные мои сотрудники уже заняты другими проектами – у нас, и правда, завал. А я берегу свои силы для другого, более важного дела.

Моя племянница старается очень усердно, и, кажется, у нее выходит достаточно хорошо для новичка. На мой вопрос, в кого она такая старательная, отвечает, что в отца (в настоящего, с которым по ее словам у них не очень хорошие отношения).

И я полностью полагаюсь на нее и расслабляюсь.

Пятница подходит к вечеру. Я отпрашиваюсь пораньше с работы, чтобы пойти ко врачу. Мой гинеколог радостно сообщает мне, что не смотря на мой возраст, беременность проходит хорошо, и, возможно, я даже смогу родить своими силами, как в первый раз. Она распечатывает мне фотографию УЗИ. А затем я ухожу.

Пока выхожу, думаю о том, говорить ли Юджину об этом или нет.

Нет. Наверное, не буду…

Хватит с меня семейной жизни. Было хорошо, конечно, но все кончено.

Все кончено, я так решила. Больше не буду давать ему шанс все исправить. Он уже променял меня на другую. А стоит мне только высказать что-то насчет этой Меган, он очень злится. Ясное дело, почему. У них там своя семья. Зачем же ему тогда мой ребенок?

А у меня, если вдруг так очень понадобится, есть Марк (Тайлера я не рассматриваю – он просто друг). Так что, без мужчины я не останусь.

И когда я выхожу, я почти сбиваю с ног проходящего мимо кабинету мужчину. Он ловит меня, и я оказываюсь в его объятиях. И почти отдаю ему в руки документы по своей беременности. И наши глаза встречаются.

Кого-кого, но его я здесь точно не ожидала увидеть. Может, Меган привел?

Это я у него и спрашиваю первым делом. Вырвалось как-то вместо приветствия.

– Меган привел, да?

Юджин удивленно смотрит на меня, потом на какие-то бумажки, которые у него в руках, а затем отвечает:

– Она по таким местам и одна сходит, если приспичит. Я с Холли пришел. У нее внезапно в школе живот разболелся. И нас направили сюда.

– С ней все хорошо? – обеспокоенно спрашиваю я. – Юджин, с моей дочкой все в порядке?

– Все хорошо, – отмахивается он. – Она либо симулировала, чтобы не ходить на контрольную, либо вчера конфет объелась. Врач сказал, все хорошо.

Юджин отводит меня от двери, куда собирается зайти следующая пациентка, и мы присаживаемся на скамеечку.

– Как дела у дочки? – спрашиваю я, пока Юджин что-то читает. – Она недавно рассказывала мне, что стала плохо учиться. Меган же помогает ей…

– Она сказала, что Мег помогает ей? – удивляется Юджин, поднимая на меня глаза. – Нет. Холли сама хорошо учится. А что насчет Мег. Они только и делают, что играют, когда дочке нужно учиться. Наверное, Холли и к контрольной забыла подготовиться, потому что вчера

– Жаль, что тебе меня заменили… – говорю я, встаю и выхожу.

Юджин не останавливает меня. Просто смотрит вслед.

Только дома я замечаю, что в моих руках чего-то не хватает. Документы!

Неужели, оставила у врача?

Да нет… Я определенно выходила с ними.

Может, в сумку положила?

Но в сумке их тоже не оказывается.

Мысленно перебираю последние события.

Юджин!

Я прямо вручила их ему, когда мы столкнулись сегодня в гинекологии.

И он изучал их, пока мы разговаривали…

И он точно понял, о чем там…

О нет! Я же не собиралась ему говорить об этом!..

После выходных, проведенных в компании Марка, отправляюсь на работу, где как я думаю, застану веселого шефа.

Юджин мне не позвонил за эти дни, хотя точно понял, что в документах. Не позвонил, значит, ему, и правда, не интересна больше ни я, ни мой ребенок. Конечно… Ему теперь интересна Меган…

Но я все равно уже решила не возвращаться к нему… Поэтому, это не сильно печалит меня.

– Это ужас…

– Что, не поняла?

– Говорю, это никуда не годится. Это полный отстой!

– Что отстой? – не понимаю я, глядя как совсем не веселый шеф качает головой.

– Я не ожидал, что господин Кан выдаст что-то подобное. Может, и не стоило его уговаривать?

Я в непонятках подхожу к шефу и смотрю на экран монитора. И мне в глаза бросается нечто, в чем какое-то нелепое сочетание цветов и картинки. Словно какая-то открытка, сляпанная первоклассником. И это эскиз для каталога интернет-магазина моего шефа, который неожиданно сегодня прислали с официальной почты агентства моего мужа. Холли и то лучше бы сделала. Да что это с Юджином? Второпях на выходных делал?

– Но мы, ведь можем еще все исправить? – спрашиваю я. – Отошлите это назад и попросите, чтобы сделали что-то получше.

– Это окончательный вариант. Уж не знаю, как тебе удалось уговорить его, но он написал письмо, что больше заявки на сотрудничество не принимаются. А это одолжение.

Ах вот как, значит…

– А сколько у нас есть времени, чтобы закончить каталог? – спрашиваю я. Уж я точно знаю, как на самом деле должна выглядеть эта работа… Что за неумеха делала этот эскиз?

– До конца недели…

– Я сама все сделаю, – твердо говорю я.

– Но… – шеф удивленно смотрит на меня.

– Все-таки я тоже имею отношение к фирме «Зеленый путь», – говорю я. – Не волнуйтесь. Просто предоставьте мне компьютер с нужной программой и не беспокойте.

Когда мне точно что-то удастся, я точно это чувствую.

Мне удастся сделать такую легкую работу.

И к концу недели все, действительно, закончено.

– Вот это да, – восхищается шеф. – Кто тебя научил этому?

– Какое-то время профессионально этому на курсах обучалась, – скромно отвечаю я. – Ну и работала в этой сфере… Да и мужу помогала иногда…

– Если бы я знал о твоих способностях, – говорит мне шеф. – Я бы даже не стал пытаться уговорить твоего Юджина на сотрудничество. Сразу попросил бы тебя… Надо бы позвонить в его агентство. Сказать, что их «труды» нам не подходят…

– Не стоит, – останавливаю я его, когда он уже тянется за трубкой. – Я сделала это, можно сказать, как часть его компании. Я, ведь, тоже частью акций владею. И тоже отвечаю за их действия. Можете считать это компенсацией.

– Но премию все равно получишь, – обещает шеф, довольно улыбаясь.

Вечером того же дня мы с шефом приезжаем в офисное здание, неподалеку от того места, где работает Юджин. Там находится офис заказчика, который пожелал разместить свой эксклюзивный товар в нашем интернет-магазине. Как раз для него я и делала рекламный баннер.

Моя работа ему очень нравится. Он постоянно восхищается. Шеф говорит, что это я, его секретарь, так постаралась. Заказчик хвалит меня, и мне очень лестно. Надо же, в это раз я обошла Юджина в работе его агентства. Интересно, кто же из его команды так отвратительно все сделал? Не сам же он это придумал?

После встречи захожу в свой любимый торговый центр. Здесь я раньше бывала постоянно, потому что он находится недалеко от дома Юджина. Теперь же я просто далеко живу.

Прохожу мимо магазинов одежды, обуви и всякой ерунды, наподобие канцтоваров, кружек, зонтов, сумок и других мелочей.

Кидаю взгляд на витрину салона нижнего белья, где я раньше никогда не была, потому что здесь продают все ну очень уж откровенное. Такое, наверное, можно надеть только если собираешься переспать с кем-то, потому что просто так это носить как-то не очень удобно…

Но надпись на витрине мне почему-то кажется знакомой…

Наверное, просто я часто видела этот салон, пака проходила мимо.

И тут, прямо из этого салона, выходит знакомая мне фигура.

Венди.

Она сразу же замечает меня и с довольной улыбкой подходит.

– О! Какие люди! – говорит она. – Давненько не видела тебя. Как дела?

– Нормально, – пожимаю я плечами.

– Со своим Юджином еще не помирилась?

– Нет, – говорю я. – И уже никогда не помирюсь.

– Правда? – Венди берет меня под руку и уводит словно моя давняя подруга. – А чего случилось-то? Он же, вроде как, любит тебя… И ты его? Или это из-за той девки? Из-за его молоденькой любовницы? Да прогони ты ее и все!

– Если бы все было так просто… – вздыхаю я. Не знаю, почему, но мне сейчас, и правда, хочется поговорить с ней как с подругой. Хотя она всегда раньше была мне противна.

– Понимаю тебя, дорогуша, – говорит мне Венди. – Я ведь тоже влюбилась. Так неожиданно… Никогда раньше не думала, что вот так со мной это случится.

– Но ведь ты же замуж выходишь, – говорю я.

– А я влюбилась в своего жениха, – говорит Венди. –

– В чем это? – удивляюсь я. У меня-то с Юджином наоборот, дела не очень.

– Что твой Юджин был у тебя первым. Ох, это так романтично. Один единственный и на всю жизнь…

– Он и это вам с Марком рассказал?

– Марку рассказал, – поправляет меня Венди. – А брат рассказал мне.

– Понятно, – говорю я. – послушай, Венди… – я вдруг вспомнила, что меня всегда мучил один вопрос. И раз уж представилась такая возможность, я просто обязана ей его задать. – Слушай, а что такого ты с Юджином сделала тогда, что он с такой готовностью хотел переспать с тобой. Он ведь постоянно думал об этом. Я прямо чувствовала это…

– Ах это… – Венди задумывается. – Даже не знаю… Что я сделала, чего не было у вас? Может, тот поцелуй с виноградинкой? Это как изюминка…

– Подобное и у нас было… У нас много чего было… В последний раз мы даже занимались сексом на его рабочем столе, в его офисе…

– Правда? – удивляется Венди. – А мне не удалось его к этому склонить. Вот видишь, значит ты для него самая желанная женщина…

– Тогда что еще?

Венди оглядывается и с хитрой улыбкой тянется к моему уху.:

– Слушай, а ты когда-нибудь ласкала его маленького дружочка?

– Ну конечно! – говорю я, понимая, о чем она, и жутко краснея.

– А своими прелестными губками? Ты когда-нибудь брала его в ротик? Или ты считаешь это низким занятием?

У меня нет слов. Я поняла, к чему она клонит. Он, что, только из-за этого хотел переспать с ней? Такого я не ожидала от Юджина. Точнее, раньше не ожидала. Но он оказался просто озабоченным кобелем, простите. И нет, я не считаю это низким. И несколько раз думала об этом. Но если я это сделаю, кем будет считать меня Юджин? Вот, что я думала.

Я просто мотаю головой.

– Ну, у вас еще все впереди, крошка. Просто попробуй с ним что-нибудь новое. И, возможно, это поможет восстановить ваши отношения!

– Боюсь, что нет, – говорю я, вспоминая об обстоятельствах, которые сложились у нас с Юджином.

– Все из-за той девчонки? – спрашивает Венди. – Да она и ноготка твоего не стоит! Ты настолько хороша, что даже я тебя хочу, милочка. Это я так, шучу. Но посмотри на мужчин, которые окружают тебя. Все смотрят на тебя… И твой Юджин тоже. Да зачем ему эта девка? Ну, может, он и переспал с ней пару раз, что ей в мозг запало, что он теперь принадлежит ей, и она виснет на нем. Поставь ее на место. Заяви на него свои права, раз ты так любишь его…

– Она беременна…

– Ну и что? – этот ответ удивляет меня. Венди прямо смотрит на меня. – Ты его жена. Ты, а не она. Пусть платит ей алименты, раз уж они решили оставить этого ублюдка. Ты просто подойди к нему и скажи, чтобы он выбирал между вами. Думаешь, что то, что мужчина должен жениться на женщине, которая беременна от него, это правильно? А если они не любят друг друга? Разве это хорошо будет для ребенка? Они всю жизнь будут ненавидеть друг друга, что им пришлось быть вместе, пусть и не покажут этого. А то и совсем разругаются и разведутся. Это хорошо для малыша? Пусть уж просто платит алименты и навещает иногда. И каждый будет с тем, кого действительно любит. Вот это я считаю правильным. Прости уж, что я так сужу. Но для меня это самый верный путь.

– Нет, Венди, это другое, – говорю я. – Я невольно стала свидетелем, как она сообщила ему о своей беременности. Он обнял ее и сказал, что счастлив, – печально говорю я и закрываю глаза, сдерживая слезы. – И все его родственники поэтому теперь считают ее своей семьей, а не меня…

– Вот как… – кажется, из Венди вышел весь пыл. – Об этом я не знала… Тогда просто забудь его. Забудь обо всем. И живи так, чтобы радоваться жизни… Марк… – она смотрит на меня. Ты уж прости его. Это он подговорил тогда меня, чтобы я соблазнила твоего мужа, чтобы показать тебе, что не такой уж он и идеальный, каким ты его себе представляла.

– Я так и знала, – говорю я. – Ничего. Я рада, что он познакомил меня с другим Юджином… И уже простила его…

– Тогда, может, тебе попытаться с ним? Он, ведь, тоже по тебе сохнет…

Глава 46.

С утра кормлю кота как всегда. Сегодня у меня выходной, и завтра тоже. А послезавтра, шеф неожиданно сказал, что у его родителей юбилей, поэтому на работе я тоже не понадоблюсь и могу отдохнуть.

Пока батончик счастливый чавкает около своей мисочки – настоящие удовольствие слышать это звук для любого кошатника – слышу, как в дверь настойчиво стучат.

Открываю и вижу на пороге Юджина. В одной руке у него небольшая сумка, в другой – мои документы.

Я с радостью принимаю у него их и отношу в комнату. Пока я ухожу, Юджин без спросу заходит.

– Ты готова, Леттис? – спрашивает он неожиданно.

Я аж подпрыгиваю от неожиданности. Не ожидала, что он зайдет.

– К чему? – спрашиваю я.

– Как это к чему? – он останавливается в дверях комнаты и смотрит на меня. – У дядюшки день рождения. Разве он не приглашал тебя?

Ах да… А я со всеми последними событиями совсем забыла.

– Приглашал. Только на кого я оставлю Батончика?

– Я уже договорился с домовладельцем. Он покормит кота. Собирайся!

– Но разве его день рождения не завтра?

– Завтра, – подтверждает Юджин.

– Конечно же собираюсь, – отвечаю я. Вот только имею ли я теперь право помогать им как член их семьи? Ведь, мое место уже занято… – А эта Меган тоже там будет, – интересуюсь я, стараясь не назвать ее каким-нибудь ругательным словом.

– В приготовлениях она не участвует, – успокаивает меня Юджин. – Хотя я до сих пор не понимаю причины, почему ты так обозлилась на нее. Ведь она ни в чем не виновата…

Правильно. Это ты виноват, что променял ее на меня.

– Хорошо, идем, – говорю я. Надеюсь, эту Меган я не увижу хотя бы до завтра.

Меган… Как же она вывела меня из себя! Надо же было подсунуть клиенту какую-то фигню. Да кем бы он ни был, и сколько бы не заплатил! И я как дурак не проверил за ней…

А, ведь, был уверен, что та чудесная работа, что размещена теперь в интернете, на сайте интернет-магазина, владельцем которого является шеф моей Леттис, принадлежит рукам моей племянницы. Каково же было мое удивление, когда я позвонил, чтобы отпросить жену на понедельник, но так, чтобы она не узнала об этом, а шеф моей жены отчитал меня за ту «гадость», что им выслала наша компания, и сказал, что тот баннер в интернете принадлежит творчеству другого человека. А именно Летис, а не Меган. И в доказательство прислал работу Меган.

– Криворукая неумеха, – не выдержал я тогда. – Просто никчемная неумеха! Тебя, что, с детства даже рисовать не учили?

И тут же я пожалел о своих словах. Потому что Меган тут же изменилась в лице и расплакалась. И начала причитать:

– Я не виновата… Я не виновата, папочка… Не виновата, что мама решила меня родить…

Уж не знаю, что такого было в ее семье, что нанесло ей такую душевную травму, но больше я к ней лезть не стал. Достаточно. Пусть придет в себя и подумает о том, что натворила.

Сейчас же я еду на своей машине, рядом с женой. Я взял с собой кое-какие вещи в сумке, как и она. Все-таки, мы уезжаем на несколько дней. Ехать нам около четырех-пяти часов, в зависимости от загруженности дороги. И я рад провести это время наедине с ней, пусть даже мы просто молчим.

Я постоянно посматриваю на нее и вижу ее красивый профиль. Глаза ее устремлены на дорогу.

Интересно, о чем она сейчас думает? О работе, о Холли… или о нашем малыше, которого она носит под сердцем? Почему-то последняя мысль так греет мое сердце… Долгожданный ребеночек. Наш сын. Какая радость!..

И почему только он должен появиться в таких условиях? Когда мама так не желает видеть папу?

И почему сразу мне не сказала, когда узнала об этом? Да я бы прямо тогда встал перед ней на колени, вымаливая прощения, и не поднялся бы, пока она бы меня не простила. Решила, чтобы как тогда с Холли, я узнал бы все в последнюю очередь? Интересно, кто еще знает об этом? Наверняка, половина наших друзей уже в курсе. Эрик – стопроцентно знает. Он как раз торгует тестами. И да… Он тогда о тестах заикнулся… Потом разговор отвел… Уж не об этом ли он хотел тогда спросить меня?

А еще… Она сказала, что не любит меня… Интересно, это правда?

И документы на развод… Она нашла их и забрала… Это значит, она решила подать их сама…

Интересно, она уже это сделала, и мне остается только ждать уведомления? Или все-таки у меня еще есть надежда на что-то?

А еще меня постоянно мучает одна мысль…

Они с Марком уже переспали? Или пока нет?

Но то, что они ходят на свидания и целуются у всех на глазах, я определенно знаю. Сам видел…

Неудивительно… Такая красотка как Леттис не останется без внимания… Особенно, без внимания такого ловеласа как Марк.

Надо же, какая ирония… Тот друг, что уговаривал меня переспать с его сестрой, теперь сам бегает за моей женой. Теперь я понимаю, зачем ему вдруг понадобилось пихнуть Венди в мою постель… Хотел отвлечь меня, гад…

А я как баран купился. Мало было мне моей милой Леттис… Что ж… поделом мне. Заслужил, даже если Леттис, действительно, спит с ним…

– Как себя чувствуешь? – решаю я нарушить тишину.

– Нормально, – сухо отвечает жена, о чем-то задумавшись, и не поворачиваясь ко мне.

– А как малыш? Он уже шевелится?

– Иногда… Он еще маленький…

Юджин с чего-то решил вдруг поговорить со мной о ребенке. Интересно, он из вежливости, или ему правда интересно?

Я отвечаю на его вопросы, подавляя слезы. Я сейчас, итак, очень эмоциональна из-за обстоятельств, связавших Юджина и Меган, так еще и моя беременность.

Когда мы, наконец-то приезжаем домой к родителям Юджина, настроение мое немного улучшается. Я отвлекаюсь тем, что помогаю маме Юджина готовить. Мы с ней о многом разговариваем. О Юджине она старается не упоминать. Наверное, ее сын уже предупредил ее, что я могу отреагировать неадекватно.

Вечером, когда уже все готово к завтрашнему торжеству, моя свекровь внезапно говорит мне:

– Ну, что, дочка? Пора нам, наверное, уже всем ложиться спать… Я вам с Юджином в спальне постель поменяла. А то запылилось уже все.

Стоп. Минуточку. Я, что, буду спать с ним?

– Мы разводимся, – печально напоминаю я ей. Мне тяжело это говорить. На самом деле я бы с удовольствием легла сегодня с мужем… И даже больше…

– Ох, я совсем забыла, – она качает головой. – Но у нас сегодня больше негде лечь. Что же делать? Не отправим же мы сына в гостиницу? Поздно уже, вряд ли его кто-нибудь сейчас заселит… Может, все-таки, поспите вместе сегодня? На своей половине?

– Я могу спать на диване, – уверяет Юджин.

– Вот и отличненько, – говорит его мама, повеселев. – Только вот у нас больше одеял нет. Но ты, Юджин, мужчина. Потерпишь. Правда, ведь?

– Не замерзну, – отвечает Юджин, и мы уходим.

Только вот про «не замерзну» он погорячился сказать. Кажется, свекрови зачем-то зимой понадобилось проветрить комнату, в которой стоит диван, на котором собрался спать мой муж. И теперь здесь жутко холодно.

– Может, я отдам тебе одеяло? – предлагаю

– Просто ляжем вместе, – говорит Юджин. – Нам не привыкать.

После душа лезу под одеяло, где уже устроился муж. Он успел принять душ еще до меня.

Надо же… прямо как раньше… Мы ложимся спать вместе, будто бы ничего и не случилось между нами плохого… Будто бы и не было никаких размолвок. Вот только он теперь лежит спиной ко мне, ближе к краю кровати. А я ложусь спиной к нему, тоже ближе к краю.

Ничего не могу с собой поделать. Хоть и понимаю, что больше не должна его любить. Но что я могу сделать? Сердце меня не слушается…

Но, тем не менее, мне так комфортно и хорошо рядом с ним, что я почти сразу засыпаю. Впервые за долгое время.

Будят меня непонятные звуки.

Какой-то стук. И чьи-то стоны.

Я открываю глаза, и сразу понимаю, в чем дело. И зажимаю рот рукой. Неужели, Меган приехала так поздно, и теперь Юджин решил с ней уединиться? Вот гад.

Лежу с зажатым кулаком ртом, чтобы не расплакаться, но тут слышу голос мужа рядом с собой.

– Это родители. Удивительно, правда? Им столько лет, а они все еще этим занимаются… Тебя они тоже разбудили?

– Разбудили, – сознаюсь я.

Мне сразу так легко становится…

И осознание того, что Юджин рядом со мной, будит во мне совсем другие чувства…

Теперь мы просто молча лежим, и я затыкаю уши, чтобы не слышать того, что мне не положено. Но я все равно это слышу… А рядом Юджин… И это настоящая пытка, потому что сейчас я хочу с Юджином того же, что происходит сейчас в другой половине квартиры.

И почему здесь такая плохая звукоизоляция?

И тут я чувствую, как рука Юджина нежно, но уверенно проводит по моей груди. Потом еще раз… и еще… Затем эта же рука нежно проводит по моему телу, вниз от груди к животу, отодвигает трусики, и его палец проникает внутрь меня. Я напрягаюсь, но не от того, что мне это неприятно, а от желания, поскорее бы начать то, что должно бы случиться после всех этих его манипуляций. Мои мышцы сжимаю его палец непроизвольно. Но я прошу его:

– Юджин, пожалуйста, остановись.

– Не буду, – шепчет в ответ он. – Я не могу, Леттис… Прости… Я так хочу тебя…

Он вытаскивает свой палец и стаскивает с меня сорочку, и начинает целовать мою шею и спину, сжимая мою грудь. Я выгибаюсь, не в силах сдерживать свою страсть. Затем я поворачиваюсь к нему. Наши губы сливаются в поцелуе, от которого кружится моя голова. Я глажу его тело, нежно лаская руками. Он ласкает меня. Его ласки уже привычны для меня. Но они нисколько не надоели мне за семь лет, что мы прожили вместе с ним… Да… Недавно была седьмая годовщина нашей свадьбы… Хоть мы и не отмечали ее…

Его губы блуждают по моему телу, вызывая жаркое желание. Но я сдерживаю свои стоны, пока он не добирается до местечка между ног. Его язык проникает внутрь, и я больше не могу сдерживаться, и шумно вдыхаю воздух, выгибаясь к нему. Он гладит мою попу, одновременно доставляя мне удовольствие. Перед тем как нам соединиться в одно целое, я тоже хочу его приласкать. Хочу попробовать то, про что рассказывала мне Венди. Но Юджин не узнает об этом, наверное, к счастью. Он уже не в силах терпеть, поэтому, как только заканчивает свои ласки, понимая, что я уже почти без сознания, укладывает меня на спину, закидывает мои ноги на свои плечи и нетерпеливо входит в меня.

Где-то в отдалении своего сознания, которое уже далеко я слышу, как скрипит наша кровать. Я слышу, как мы кричим, наверное, намного громче родителей Юджина.

И, когда, мы уже просто лежим, приходя в себя, я начинаю смущаться. Наверное, покраснела до корней волос.

Что же это? Зачем я ему все это позволила?

Ну и кто я теперь в глазах его родителей? Мы же с Юджином разводимся. Я сама им сегодня это озвучила…

Больше не позволю ему сегодня это с собой вытворять.

Но чуть позже мы снова занимаемся любовью. Нам же мало одного раза за ночь…

На следующий день, прямо с утра приезжает дядюшка с Холли и Меган. А с ними еще и Стелла с детьми и мужем и Рик, ее родной брат.

Я рада видеть всех, кроме Меган. Она меня тоже избегает.

На семейных посиделках стараюсь не обращать на нее внимания. Когда же свекровь пытается налить мне вина, сидящий почему-то рядом со мной Юджин резко останавливает ее и говорит:

– Ей нельзя.

Вижу, как все, кроме Юджина, Холли и дядюшки, смотрят на меня. И оправдываюсь:

– Я просто решила не пить сегодня. Уж простите…

Если честно, не понимаю, почему я сейчас со всеми ними. Мы, вроде, больше и не семья… Приехала только из уважения к дядюшке.

Ближе к вечеру Юджин ведет меня на прогулку. Неподалеку от дома, где живут его родители, есть замечательный пляж. Тут мне всегда нравилось…

– Воздух хоть и холодный, но зато такой чистый, – говорю я.

Юджин держит меня за руку, согревая ее своим теплом.

– Летом приедем сюда с детьми… Как тебе?

Я не хочу портить момент, вспоминая о Меган, поэтому киваю, улыбаясь. Как бы мне хотелось приехать сюда следующим летом с нашими детьми. Мне прямо рисуется эта картина… Она будто бы сама приходит в мою голову… Мы с Юджином. У меня на руках маленький мальчик. И Холли бегает босиком по пляжу…

И мое сердце наполняется теплом.

Как бы мне этого хотелось… Но…

Вечером, когда мы возвращаемся, Меган все время с опаской смотрит на меня. Правильно, пусть боится. Я в гневе страшна.

Холли трется около меня, и показывает свои рисунки в альбоме. У нее так хорошо получается. Юджин говорит, что когда-нибудь оставит ей свою фирму. Вон какой знатный дизайнер подрастает. Холли же гордо улыбается.

Ночью Юджин снова приходит на свою половину, где уже устроилась я. Если честно, я думала, он разместится с Меган. Она, ведь, теперь вместо меня у него…

– Может, мне поменяться с Меган комнатами и лечь вместе с Холли? – спрашиваю я.

– Мы втроем с Холли не поместимся, – говорит мне Юджин, снимая с моих плеч бретельки мой сорочки, которая предательски с легкостью соскальзывает с моего тела

– Ну ты с Меган поспишь, – говорю я. Ну а что? Она, ведь, его семья теперь, а не я.

– Что за чушь ты несешь? Зачем мне спать с Меган? – смеется надо мной Юджин, и затем начинает целовать плечи. Затем его руки сжимают мою попу. Я прижимаюсь к нему, поддаваясь его ласкам. И мы целуемся.

Не понимаю, почему я не могу противиться ему? Он для меня словно валерьянка для кошки. Моментально сносит голову.

Тот факт, что она рядом со мной в постели – уже означает, что спать спокойно я не буду. Тем более, я уже успел изголодаться по ней. Да еще и родители затеяли за стеной постельные игры. И теперь Леттис для меня словно кусочек торта для сладкоежки, который уже долгое время сидит на диете без сладкого.

Наша близость для меня всегда приятна. И я беру ее дважды за эту ночь.

На следующий день после посиделок, чтобы она не разодралась с Меган, веду ее гулять на пляж. Я держу ее за руку под предлогом, что грею ее. На самом деле, мне просто приятно гулять с ней за ручку. Осторожно предлагаю на следующий год приехать сюда с нашими детьми. Про дом, который я купил для нас неподалеку, я пока не решился сказать. Сообщу ей позже, когда отношения между нами станут теплее.

Ночью она троллит меня, предлагая идти спать к Меган. Зачем мне сдалась эта Меган, когда рядом со мной моя жена?

Целую ее плечи, сжимаю попу. Она всегда меня возбуждала. С первых дней нашей встречи. Но сейчас она еще и носит нашего ребенка под сердцем. И это возбуждает меня еще больше. Она словно моя собственность, хотя собственностью ее я не считаю (в конце концов, она же не вещь). Я словно поставил на ней свое клеймо.

Я сжимаю ее грудь. Она ласкает мое тело своими губами. И когда спускается до живота, я хватаю ее за волосы и уже подталкиваю ее. Как же мне сейчас хочется, чтобы ты, любимая, обхватила его своими губками. Но вовремя отпускаю ее.

Да за кого она меня примет, если я заставлю ее заниматься такими вещами?

Я ставлю ее на четвереньки на постели. Сегодня хочу доставить ей еще больше удовольствия. Я уже знаю, что так ей нравится больше, хотя она и не сознается в этом. И от этого она еще больше теряет голову.

– Юджин, прошу тебя…

А вот это уже сносит голову мне.

И я, придерживая ее за бедра, вхожу в нее.

Сегодня родители молчат, и я точно знаю, что наши крики разносятся по всей квартире. И все точно поймут, откуда они. Ну и что? Пусть все знают, чем мы занимаемся. Даже соседи. Хочу, чтобы все знали… Хочу, чтобы все слышали, как я заявляю права на свою жену.

С утра все смотрят на нас. Особенно на меня. Юджин ходит, как ни в чем не бывало.

А мне стыдно.

Днем иду прогуляться. Юджин обещал через два часа отвезти нас с Холли и Меган домой.

Когда прихожу, они уже ждут меня. Я беру свою сумочку – мои вещи, а их не много, уже собраны и спускаюсь вниз.

Меган о чем-то мило беседует с Юджином. Холли уже сидит в машине. К Меган она, я заметила, как будто бы немного охладела.

Юджин сажает Меган рядом с собой. Ему хочется пообщаться с ней. Я-то с ним разговаривать не буду.

Пока едем, Холли спит, а мои впечатления от чудесных выходных рядом с Юджином полностью стираются.

Юджин и Меган так мило беседуют, смеются, шутят. Они совсем забыли про меня. И даже обронили пару слов, меня высмеивая.

Что ж… Они прямо как муж и жена… Настоящая пара.

А я никто.

Интересно, когда они скажут Холли, что я больше не вернусь домой? Холли сможет называть Меган мамой?

Может, мне совсем уехать из города? Может, всем так станет легче? И моей дочке тоже?

Глава 47.

Первым делом домой отвозят меня.

Я бы предпочла, чтобы сначала отвезли Меган и Холли. А Юджин остался бы со мной на ночь. Но я ничего не говорю. Все изменилось. И те две ночи, что мы провели вместе ничего не значат.

Я молча выхожу и машу дочке. Но следом выходят Юджин и Меган.

Ну что им еще от меня нужно?

– Нам нужно поговорить, – говорит Меган.

– Что опять случилось? – спрашивает Юджин. – Почему снова хмурая всю дорогу просидела?

– Я просто хочу домой. Можно меня оставить в покое? Я устала…

Юджин останавливается, но Меган все никак не успокоится. Прямо лезет напролом. Наверное, так она и Юджина добилась…

– Послушайте… – она хватает меня за руку, когда я собираюсь открыть дверь. Я отмахиваюсь.

– Не хочу слушать всяких шлюх. Не хочу слушать тебя, потаскушка! Проваливай к своему… к своему… к Юджину!

– Вот тут бы я поспорила, кто из нас шлюха, – не выдерживает Меган. – Ты, вроде, собралась разводиться с Юджином, но при этом всю ночь стонала от удовольствия рядом с ним. Уж определись, чего ты хочешь.

– Да как ты смеешь?

Я уже собираюсь заходить, но Меган снова пытается меня ухватить. Но так грубо, что если бы я не удержалась за перила лестницы, улетела бы с нее назад спиной. Но вот Меган не удерживается от собственной же неудачной попытки развернуть меня к себе, и в отличии от меня ей не за что зацепиться. И если бы Юджин не поддержал ее, точно улетела бы.

– Ты чего творишь? – Юджин в бешенстве подбегает ко мне.

– Этооначто творит?

– Да она чуть было не упала из-за тебя, – видимо, он не очень хорошо разглядел, что произошло между нами.

– Значит, то, что она чуть не упала по свое вине – это беда. А то, что она чуть было не сбросила с лестницы твою жену и ребенка, это нормально? – я прихожу в бешенство и ору на всю улицу. – Проваливай вместе со своей шлюхой отсюда! Что б я вас двоих здесь больше не видела! Иди и спи сней!

– Ты что несешь, дура? – по его взгляду понимаю, что я вывела его из себя. Он в бешенстве.

– Дура? Это ты идиот! Проваливай отсюда!

Юджин молча берет Меган за руку, и они уходят.

Я захожу домой, закрываю дверь, облокачиваюсь о дверь спиной и без сил сползаю по ней. Меня душат слезы. Ну почему все так? Почему моя жизнь разрушена?

Чувствую, как шершавый язычок облизывает мою руку. Батончик в темноте тихо подошел ко мне и утешает.

Не знаю, что нашло на Леттис. Вроде, все было хорошо, но, когда я повез ее домой, у нее снова пропало настроение. И она снова обозвала Меган по-всякому. Да и еще тот случай с лестницей. Я все неправильно понял, и обвинил жену в том, что она пыталась столкнуть Меган. Меган призналась, что это из-за ее собственной неловкости, они обе чуть не кувыркнулись оттуда (с этой лестницы нельзя не кувыркнуться, удивляюсь, как Леттис еще цела). Хорошо, жена зацепилась за перила.

И теперь мне ужасно стыдно…

Она наговорила мне таких плохих слов. Неужели, это правда? Она больше не любит меня? И те две ночи, что мы провели вместе, ничего для нее не значат…

А я так надеялся, что после этого она хоть немного смягчится…

Но все-таки, что на нее нашло? Меган хотела разрешить все недопонимания, рассчитывая на ее хорошее настроение… Может, обиделась на то, что я Меган рядом с собой усадил? Но как бы я вел машину, если бы со мной рядом сидела она? Особенно после тех ночей, что мы провели вместе?

После этого мы встречаемся с ней раза три – все по работе. По ее холодному поведению понимаю, что она, и правда, решила, что все кончено между нами. Может, она, и правда, больше не любит меня?

Потом пару раз видел ее с Марком из далека. Они так тепло общаются. Наверное, и правда, уже стали любовниками…

Как же это раздражает.

В последнее время чувствую, как гнев на Леттис наполняет мое сердце. Я много чего себе надумал. Наверное, взял привычку надумывать себе разное от нее.

Зачем было тогда спать со мной? Зачем было давать ложные надежды, раз все решила? Зачем вообще было ехать со мной к родителям? Из уважения к дядюшке?

Видимо, только из-за этого…

А я-то, дурак, надеялся побыть с ней, провести время вместе…

Но последняя встреча с ней решает все.

– Я же уже все сказала тебе, Юджин, – спокойно говорит она. – На что ты надеешься? У тебя своя жизнь, у меня – своя. Не беспокой меня больше, пожалуйста. И не ищи встреч. Исчезни, прошу, исчезни из моей жизни раз и навсегда!

Я иду совсем, не видя дороги. Мое сердце разбито, и я не знаю, что с этим делать. Мне хочется плакать, но слезы на текут из моих глаз. Мне хочется рыдать, словно маленький ребенок, но у меня пропал голос. Мне, и правда, хочется исчезнуть. Забыть все, все, что было. Чтобы меня просто не было.

Машину я заметил не сразу, когда вышел на красный свет на дорогу, как и водитель меня…

Видела в супермаркете Юджина. Он так внезапно там появился…

Не понимаю, почему мы с ним постоянно встречаемся вот так, случайно. Может, это судьба нас сводит, рассчитывая на то, что мы снова будем вместе? Ведь, случайные встречи – самые судьбоносные…

Я обидела его своим тоном. Я видела это по его глазам. Даже мое сердце сжалось от этого.

Юджин…

Всю дорогу до дома меня мучает какое-то тревожно чувство, прямо волосы дыбом. Батончик по-привычке трется об меня, когда захожу.

Я без сил ложусь на диван и закрываю глаза. Что-то утомила меня эта прогулка…

– Любимая…

– Юджин?

Я осматриваюсь по сторонам и замечаю мужа. Он протягивает ко мне руки, и я падаю в его объятия, как бывало раньше.

– Любимый… – неужели, все преграды между нами исчезли, и мы снова вместе?

– Милая, я тебе пришел кое-что сказать…

– Что, родной?

– Если со мной что-нибудь случится, выходи замуж за Тайлера. Он, и правда, тебя любит. И роди дочку от него. Он будет тебе хорошим мужем. С Марком не связывайся. Тот, кто постоянно разрушает, не может созидать…

– О чем ты, дорогой? – не понимаю я.

– Прощай, любимая, – шепчет мне на ухо муж.

И я просыпаюсь от того, что Батончик настойчиво нюхает мое ухо.

Что за странный сон мне приснился? Такой пугающий…

Я хватаю свой телефон, чтобы позвонить Холли, но дочь звонит первая.

– Мам… Папа в больнице…

– В какой? Холли, в какой? – в нетерпении спрашиваю я.

Мои мысли сейчас на удивление четкие. Я вызываю такси, и еду, куда мне сказала дочь.

Ее и Меган я застаю в коридоре.

– Что случилось? – спрашиваю я.

– Мам, ты плачешь?

Наверное, если бы дочь не сказала, я бы не заметила. Стираю слезы со щек.

– Сейчас все хорошо, – говорит мне Меган. Она разговаривает со мной просто, без тени надменности или раздражения в голосе, хотя я называла ее такими непотребными словами.

Сейчас я даже думаю, что лучше пусть Юджин останется с ней. Я сама исчезну из его жизни. Только пусть у него все будет хорошо…

Только бы он выжил…

– Отделался легким испугом и парой легких ушибов, – сообщает доктор, выходя из палаты. – Водитель вовремя остановился. Обследования показали, что с ним все хорошо. Сегодня выпишем.

Я облегченно вздыхаю, и мы втроем заходим к нему.

Юджин сидит на постели в больничной одежде и прикрытый одеялом.

Он тепло осматривает Холли и Меган, но на мне его взгляд становится холодным.

– Оставьте нас наедине. Нам нужно поговорить, – говорит он моим спутницам, продолжая окидывать меня холодным взглядом.

Мы остаемся наедине. Я молчу. Он заговаривает со мной спустя какое-то время.

– Зачем пришла? – спрашивает он.

– Беспокоилась, – сознаюсь я.

– Не стоило, – равнодушно говорит мне Юджин.

Я молчу, закусываю губу. Это, ведь, из-за меня сегодня это случилось. Я виновата?

– Я тебе ни в чем не виню, сам виноват, – говорит Юджин, будто читая мои мысли. – Посмотри на меня, Леттис.

Я послушно поднимаю голову. Наши глаза встречаются, и в них я вижу лишь холод.

– Ты свободна. Я больше не буду пытаться

Мы недолго смотрим друг на друга, и я чувствую, как из моих глаз снова готовы политься слез.

– Прощай…

Я ухожу.

Я в расстроенных чувствах иду по коридору больницы. Своими словами Юджин, и правда, вычеркнуть меня из своей жизни. Меня и нашего сына.

Но я успокаиваю себя тем, что главное, с ним не случилось ничего плохого. Ведь, когда я ехала сюда, я просила у высших сил, чтобы с ним все было хорошо. Обещала, что не буду больше мешать им с Меган. Ведь они были так счастливым, там, на балконе, когда он обнимал ее, во время той вечеринки.

И я нисколько не жалею о своих мыслях, ведь он выжил. Главное, что он жив и здоров…

А что до меня. Я тоже жива и здорова. И с ребенком моим все хорошо, несмотря на все мои переживания. Я уеду и постараюсь забыть все, что было здесь. О своей любви… Я до сих пор люблю его, и никогда не смогу разлюбить…

Но я научусь жить с этим.

Если уж совсем соскучусь, позову Марка. Он меня утешить. Он умеет это делать, я уверенна. В любом случае, рядом с Юджином мне уже не быть никогда.

И пока я терзаюсь тяжелыми мыслями, мне навстречу выходит знакомая мне женщина. Венди. Почему-то мне уже не так неприятно видеть ее. Я бы сказала, что мы уже даже стали с ней почти подругами.

– О, какие люди, – говорит она. – Слышала, с Юджином что-то случилось. Это Кайл мне рассказал. Что-то, и правда, серьезное?

– Все уже хорошо, – говорю я.

– Ну и отлично! Значит, нечего переживать. Чего плачешь тогда?

Я лишь мотаю головой.

– Знаешь, – говорит мне Венди. – Мы тут с Кайлом дату свадьбы назначили. Он хочет пригласить вас с Юджином… Это через две недели. Ты как?

– Не могу, – говорю я.

– Почему? Давай, соглашайся! Будешь подружкой невесты…

– Я уезжаю, – говорю я. – Насовсем…

– Как насовсем? – удивляется Венди. – А как же твоя семья? Муж и дочь?

– К дочке я буду приезжать, – говорю я. – Я бы взяла ее с собой, но здесь у нее хорошая школа. Да и папа ее хорошо обеспечивает, что она не знает ни в чем нужды. А со мной не знаю, как она будет жить. Мне бы одного ребенка обеспечить… Юджина я даже просить не буду мне помочь. Он прямо сказал, что ни я, ни мой ребенок ему не нужны. У него теперь другая семья. Не буду им мешать…

– Вот оно, что… – вижу, что Венди искренне сочувствует мне. Она ненадолго задумывается, а потом вдруг говорит мне – Понятно… Но раз так… Можешь мне по-дружески оказать одну услугу? Перед тем, как уедешь. Давно хотела тебя попросить… Это не сложно. И это можешь сделать только ты.

– Что я должна сделать? – спрашиваю я.

– Нам нужна модель, чтобы представить новую модель одежды для журнала. Кайл долго искал подходящего человека, но, я думаю, я его нашла. Ты подойдешь для этого как никто другой!

Глава 48.

Я согласилась на эту работу только ради того, чтобы отвлечься. Заодно решила так же выполнить небольшое одолжение для своего шефа, пока я здесь. Но это уже так, мелочи.

Но я совсем не ожидала, что именно мне предложат надеть на фотосессию, на которую уговорила меня Венди…

Как объяснила мне Венди, это будет всего пара фотографий в журнале…

Но что бы это было фото в свадебном платье…

Кажется, Марк говорил мне, что жених Венди занимается свадебной модой. Почему я забыла об этом, когда Венди просила меня стать их моделью? И почему она решила, что именно я подойду лучше всего?

Может, это просто была насмешка? Но, ведь, тут нет места для смеха. Это серьезная работа на самом деле…

И я понимаю это, когда в зал, где я нахожусь, заходит фотограф…

Наконец-то, неделю спустя после того, как я оказался в больнице, начинаю работу над проектом для Кайла, жениха Венди. В отличии от нее, с ним мне общаться приятно. Удивительно только как двое таких разных людей полюбили друг друга? Ведь, в последний раз, когда мы разговаривали, он рассказывал мне, какие сильные чувства они испытывают друг к другу.

Когда-то и у нас с Леттис было то же самое.

Но теперь все изменилось. Мы снова поругались. И вместо того, чтобы выяснить, что стало причиной ее слов в тот день, о том, что она меня больше не любит, что больше не хочет быть рядом (ведь те две ночи, что мы провели вместе определенно говорили мне об обратном, и я чувствовал ее любовь, чувствовал ее желание быть рядом), я сказал ей, что она больше не нужна мне. На самом деле, тогда моя холодность была лишь прикрытием едва сдерживаемому гневу. И теперь я понимаю, что мне срочно нужно извиниться… Но как это сделать, после всех тех слов? И стоит ли? Может, оставить все, как есть?

Чтобы хоть как-то отвлечь себя от грустных мыслей,я решаю полностью загрузить себя работой и по-старинке делаю все сам, прямо как тогда, когда только начинал…

Но когда я захожу в зал, где будет проходить съемка…

Сначала мне кажется, будто бы я вижу ангела.

Она стоит ко мне спиной. Светлые волосы аккуратно убраны на затылке. На голове венок из белых цветов. Длинное белое платье из роскошной ткани заканчивается длинным шлейфом позади нее. Оно словно серебристая дымка окутывает самое дорогое мое сокровище.

И вот, она слегка оборачивается ко мне. И я вижу ее лицо…

Светлые волосы слегка спадают на ее милое личико. Она выглядит словно молодая невинная девушка, впервые входящая замуж. Теперь я понимаю, почему Венди выбрала ее для этой съемки (Кайл уже сказал мне, что его будущая жена сама выбирала модель). Правда, немного заметно ее слегка округлившийся животик, но, это легко поправится с помощью фотошопа.

И все же, как жестоко она поступила со мной, выбрав именно ее…

И как Леттис прекрасно смотрится в этом платье…

И почему я тогда не настоял на

Но тогда я согласился с этим, не понимая, что она сказала это только из-за того, что у меня было много работы, а на организацию церемонии нужно время. И, в конце концов, мы просто расписались…

И почему-то именно в этот момент я так жалею об этом…

Надо было настоять на этом. Уж я бы нашел время…

Мы ведем себя будто незнакомы друг с другом. И я снова не нахожу слов для примирения с ней.

Я говорю ей что делать. Она выполняет мои команды молча, словно настоящий профессионал. Все-таки, ей не привыкать.

Мы молча встречаемся и молча прощаемся. Единственное перед тем, как нам собираться уходить, прошу ее сделать фото со мной. Говорю, что это нужно для отчета. На самом деле хочу это фото для себя. Получилось, конечно, странно: она в красивом свадебном платье и я в джинсах и толстовке.

Потом мы расходимся, каждый в свою сторону.

А потом я думаю: все же нужно было сказать ей хоть что-то… Ведь, это был мой шанс… Но я сказал ей в больнице то, что не должен был. И теперь не нахожу слов, чтобы сказать ей, то, что хотел сказать на самом деле…

Снова этот холод. Снова равнодушие. Снова он ранит меня прямо в сердце. Я устала от всего этого. Но я ничего не могу с этим поделать.

Пока иду по коридору студии, где проходили съемки, встречаю знакомого. Джейсон. Он модель, и, наверное, здесь, чтобы принять участие в какой-нибудь съемке.

Мы недолго разговариваем с ним – давно его не видела. Юджин пока не выходит – наверное, убирает все после работы – он всегда так делает.

Джейсон рассказывает мне про своих племянников от старшего брата.

– Я думала, у него одна дочь, – говорю я.

– Он тоже так думал, – говорит мне Джейсон, усмехаясь. – Но оказалось, его дочь родилась двойняшкой. Жена ничего не сказала ему, и уехала со второй девочкой.

– Они, разве, были женаты?

– Нет. Но теперь снова встретились и поженились.

– Но, а еще двое детей откуда? – спрашиваю я.

– Ну, знаешь… После свадьбы оказалось, что Эвери беременна… И там снова двойняшки. Так что теперь они счастливые многодетные родители.

Как же я завидую семье его брата. Почему мы с Юджином не многодетная счастливая семья?

Как бы мне хотелось этого…

Прощай, Юджин… Любимый…

Тем вечером я поздно пришел домой. А как пришел, сразу увалился спать. События того дня сильно измотали меня.

Пусть все будет как будет. Я устал. Если Леттис хочет уйти, пусть уходит.

Не хочу больше видеть ее. Я устал…

С утра меня будит яркий солнечный свет. Сегодня суббота, у меня выходной. Потягиваюсь в постели и слышу, как кто-то муркает.

Открываю глаза. Мой кот залезает на меня и начинает мурлыкать, чтобы я больше не уснул и дал ему поесть.

– Батончик, дай еще поспать, – прошу я, снова погружаюсь в сон.

Но тут до меня доходит одна вещь…

Я вскакиваю с постели и бегу на кухню, где Меган и Холли уже завтракают.

Дочь и племянница удивленно смотрят на меня, когда я врываюсь туда, нарушая их мирную беседу.

– Холли, где мама? Она вернулась? – с надеждой спрашиваю я. Я все еще рассчитываю на лучшее. И надеюсь, что возвращение домой кота означает и ее возвращение тоже.

– Она заходила вчера вечером, – отвечает дочь, пережевывая тост и запивая его кофе (подозреваю, она сама научилась его готовить). – Она оставила Батончика и ушла. И обняла меня.

– Она сказала, когда сама вернется домой?

– Нет, – дочь качает головой. – Но она просила, передать, что все равно любит тебя, пап. И просила тебя обнять.

Я стою, переваривая услышанное. И до меня постепенно доходит, что произошло.

Где-то в отдалении моего сознания я слышу голос Венди: "Это только ты так думаешь, Юджин. Подожди и увидишь. Моя цель будет достигнута со временем… Вернее не моя цель… Я в этом деле лишь помощник, Юджин…Конечно, мы не хотели, чтобы вот так случилось с вашей семьей… Но то, чего мы так добивались, скоро станет нашим. Вот увидишь, Юджин!".

Я быстро одеваюсь и выбегаю из дома. Сажусь в машину и на полной скорости мчусь к Леттис…

Когда я впервые увидел ее, она была похожа на ангела…

Чистая и невинная…

Она шла по улице, где ходят обычно только одни туристы.

По сути, она и была туристом, приехав всего на пару недель. Я тоже тогда жил в другом городе. Приехал к своему другу Эрику. Заодно навестил дядюшку, который предсказал мне, что я встречу свою любовь.

И я встретил ее.

Сначала я думал, что она моя ровесница. Но я все равно стеснялся подойти к ней познакомиться. А когда узнал, что она старше, решил просто походить за ней следом, посмотреть из далека. Вот такой я был стеснительный…

Потом она уехала, но я все же подарил ей заколку перед ее отъездом. Она надела её в день нашей свадьбы. Семнадцатилетний мальчишка все же получил то, чего так хотел…

Семейная жизнь с ней была подобна прекрасному сну.

Я и не заметил, как прошли эти семь лет…

Мне все время хотелось, чтобы моя Леттис ни в чем не нуждалась, поэтому много работал. Знаю, ей не нравилось, когда я порой пропадал в офисе сутками, но она молча терпела. И всегда встречала меня крепкими объятиями и поцелуем. Говорила, как скучала обо мне весь день. Я тоже скучал об ней.

Для меня был важен каждый миг, проведенный с ней, каждое наше событие…

Наша первая встреча… Наше знакомство… Первое свидание… Наш первый поцелуй… Наша первая близость… Знакомство с моими родителями… Тот момент, когда я сделал ей предложение… Потом, мы поссорились с ней, но этого я не вспоминаю… Это не очень приятное воспоминание… Потом наша свадьба… Тот день, когда появилась на свет наша дочь… Счастливое лицо Леттис, когда меня наконец-то пустили к ней, посмотреть на ребенка…

Но, когда подбегаю к ее двери, я будто бы каким-то шестым чувством понимаю. Я будто бы уже все знаю. Ее там нет. И больше не будет.

Но я все еще на что-то надеюсь и стучусь в дверь.

– Господин, Кан, она съехала вчера, – подходит ко мне собственник здания.

Я больше не стучусь. Разворачиваюсь и ухожу.

Она уехала. Попрощалась со мной.

Я больше не увижу ее, возможно, никогда. Какой же я дурак…

И сейчас я вспоминаю всю жизнь, которую мы прожили вместе. Воспоминания безжалостно врезаются в мою голову. Ранят мое сердце…

Почему так?

Неужели, и правда… Я потерял ее?

Я потерял ее. Она больше не вернется…

Мы любили друг друга…

Я и сейчас люблю ее. Очень сильно…

Она меня – уже нет. Что ж… Поделом мне. Сам разрушил свое счастье…

Что же мне теперь делать?

Глава 49.

– Ну вот, госпожа Кан. Работа закончена и, наверное, нам пора прощаться, – говорит мне мой шеф. – Вы уверенны, что хотите уехать.

– У меня нет другого выхода, – говорю я шефу, который за тот месяц, который мы провели в командировке, уже стал мне другом. – У меня будет ребенок. Одной мне будет тяжело, а родители мне помогут. Да и здесь я уже никому не нужна. Если только своей дочери и коту. Но их мнения никто не спросит. Да и у них есть, тот, кто о них позаботится.

Позже, на первом этаже, в баре отеля на острове, где мы остановились с шефом, мы с Марком, который приехал увидеться со мной, по-дружески разговариваем.

– Ну как ты? – спрашивает он.

– Потихоньку прихожу в себя, – отвечаю я и кручу в руке бокал с безалкогольный коктейлем.

– Я все еще чувствую вину за то, что произошло, – признается Марк. – Это ведь я уговаривал Юджина изменить тебе.

– Ты ни в чем не виноват, – говорю ему я. – Ты уговаривал, но он же не безмолвный баран, в конце концов. Он взрослый человек, и у него есть свое мнение. И, если бы он не хотел этого, то не сделал бы.

– Ты права, – говорит Марк, попивая дорогой алкоголь.

– Но в этом есть что-то хорошее, – говорю я. – Я узнала, какой на самом деле мой муж. Приняла для себя решение. И теперь я совершенно свободна… – хоть на сердце все еще лежит груз. У меня такое чувство, что я поняла что-то не так. Что меня обманули…

Но в любом случае, все уже в прошлом.

– Раз ты свободна теперь, Леттис, может, уже пора двигаться дальше?

Мы внимательно смотрим друг на друга. И я понимаю, что он имеет в виду. Он кладет свою руку на мою. Он немного пьян, но не настолько, чтобы не понимать, что несет.

– Что скажешь, крошка? Может, повеселимся сегодня? Ты свободна, и я тоже… Нам ничего не мешает.

Он прав. Между нами больше нет препятствий. И то, что еще недавно мне казалось недопустимым, теперь кажется таким простым и легко выполнимым.

И, быть может, именно это и поможет мне окончательно забыть мужа.

– Давай, – говорю я. Словно бросаю вызов самой себе.

Я ненадолго отлучаюсь в туалет, а когда возвращаюсь, меня ждет еще один коктейль, заказанный Марком. Я не отказываюсь.

Он уже допивает свой стакан и обещает ждать меня в своем номере. Я собираюсь идти туда.... Но что-то не дает мне так быстро пойти за ним. Какая-то сторона меня все еще удерживает меня от объятий Марка, говоря, что это ошибка. Поэтому я сижу и тяну время, а заодно жду, когда эта часть меня, наконец, заткнется.

Но с каждым глотком коктейля, моя голова почему-то начинает все больше кружиться. Вроде, не алкогольный. Алкоголем, который я распознаю везде, он даже не пахнет. Зато есть какой-то травянистый привкус…

И меня начинает постепенно охватывать что-то жаркое. Тепло расходится по моему телу, и я чувствую странное напряжение. Нет, не странное. Я знаю, что это. Много раз испытывала это с Юджином…

Но почему здесь и сейчас?

Я быстро допиваю коктейль и ухожу.

Какой же этаж? Почему здесь так много этажей… Как же мне жарко…

Я иду, и уже почти ничего не соображаю…

Почему здесь нет Юджина? Я бы, не обращая внимания на его возражения, затащила бы его в постель…

Прямо сейчас…

Захожу в лифт…

Какой же этаж?

Пятый, вроде…

И почему мы остановились с шефом именно в этом отеле, который такой роскошный, и тут такая вызывающая обстановка… Ах… И так много этажей.

Выхожу на пятом. Нет, кажется, я ошиблась… Здесь комнаты класса люкс, а Марк остановился в номере попроще…

А здесь для молодоженов, наверное…

И для богатых…

Так я прохожу несколько шагов, держась за стену. Голова моя ужасно кружится.

Я поднимаю взгляд, чтобы осмотреться. Может, где-нибудь есть диванчик или кресло, чтобы присесть?..

И вдруг я вижу его… Точнее его спину. Стоит, попивает водичку из кулера в одной пижаме.

Что он забыл здесь? И с кем?

Пофигу…

Подхожу и обнимаю его сзади, залезая руками под верх пижамы.

Точно он.

Его тело я узнаю на ощупь. И запах, который я вдыхаю сейчас от его шеи, слегка ее прикусывая.

Но он, почему-то от растерянности чуть не роняет стаканчик.

И от ощущения близости с ним, меня окутывает еще более горячее желание. И сознание мое уносится куда-то вдаль. И я перестаю отвечать за свои действия…

Я просыпаюсь в полночь от нехорошего предчувствия. Мое горло пересыхает. Но воды в номере я не нахожу. И будто что-то подсказывает мне, чтобы я вышел в коридор и поискал там кулер.

Сегодня я прилетел на остров к своему заказчику. Несмотря на зиму, здесь сейчас как раз туристический сезон, поэтому мне не повезло с дешевыми отелями. Да и поздно я начал бронировать номер. Но мой заказчик позвонил так внезапно…

Пришлось остановиться в люксе для молодоженов.

Конечно, эта новая пытка для меня, ведь я все еще думаю о Леттис. Я так и не нашел ее. И она отключила свой номер. И теперь его не знает даже дочь.

Помню, однажды Холли подошла ко мне с грустными глазками и спросила:

– Пап, а вы, что, больше не занимаетесь сексом?

Я просил больше

– Значит, мама ушла насовсем?

– Не знаю, милая, не знаю…

Я, и правда, не знаю… Не знаю…

И вот, я в коридоре, наливаю себе водички из кулера, которая добывается из местного, как говорит реклама, наичистейшего источника. И когда почти допиваю, внезапно чьи-то руки хватают меня сзади. Сначала, я уж было решил, что на меня напали, как внезапно это произошло. Но потом эти самые руки полезли мне под футболку и начали гладить грудь и живот. А чей-то нос зарылся в волосах около шеи…

И я понял… Это она. Ее стиль я не перепутаю ни с чем.

Но в этот раз она какая-то странная. Моя Леттис никогда бы не позволила себе подобного практически на глазах у других людей. Ведь в любой момент может кто-то выйти из своего номера.

Я пытаюсь ухватить ее за руки, но они слишком ловкие, и уже лезут в штаны, обхватывая то, что им, в принципе, разрешено обхватывать.

Я медленно иду к своему номеру, держа ее за руки. Она все еще виснет на мне, прижавшись к спине.

Наконец, дверь, ведущая в коридор отеля из моего номера, закрыта, и я хватаю Летитис за плечи.

Сначала мне кажется, что она пьяная, но она точно трезвая… Просто какая-то странная…

И этот странный травяной запах… Кажется, я где-то его уже чувствовал…

Леттис настойчиво целует меня, просовывая язык мне в рот. Я не могу удержаться, и ласкаю ее своим языком в ответ, но вовремя останавливаюсь.

– Послушай, Леттис, тебе нужно проспаться, – говорю я, придерживая ее за плечи.

Мне нужно держаться в стороне. Ее страсть пробуждает во мне ответную страсть. Еще немного, и я не выдержу. Но я не могу ей поддаться. Она не в себе.

– Я уже проснулась, – шепчет она. – И я точно знаю, чего я хочу, Юджин, – говорит она, и снова запускает свою руку мне в штаны.

– Леттис…

– Мне плевать на эту Меган. Плевать, что вы любовники… Мне плевать, что у вас будет ребенок…

– Чего? – что за чушь я сейчас слышу.

– Мне давно говорили, что она не просто твоя секретарша, Юджин… Но сейчас мне плевать… Давай сегодня просто забудем обо всем, и насладимся друг другом… Я хочу тебя, Юджин…

Я немного прихожу в себя от услышанного, но ласки Леттис снова сводят меня с ума.

– Леттис… Нам нужно кое-что обсудить… – нам и правда нужно обсудить все те нелепые вещи, которые она только что сказала. Так вот, почему она так относилась к Меган… Вот, почему была так несчастна. Вот, почему решила уйти от меня…

Я отодвигаю ее от себя и держу за плечи.

– Послушай, милая. Что ты сейчас делаешь? Мы же разведены уже…

– Нет…

– Прости…

Но Леттис снова обнимает меня, и задирая мою футболку мне прямо на лицо, начинает ласкать губами мою грудь и живот. Я снимаю футболку, которой, видимо, на мне сегодня уже не остаться.

– Дорогая…

Я не понимаю, что происходит. Мне словно снится какой-то эротический сон. Юджин. С чего бы ему здесь взяться?

Точно! Это сон, просто сон. И я разговариваю со своим видением так свободно, и рассказываю ему обо всех своих мыслях и чувствах, пока целую его.

– Я случайно сожгла наши документы на развод вчера, на костре, на фестивале сжигания сухой травы… Они вылетели у меня из рук и… вжух… Ну прямо в огонь, короче… – говорю я и прикусываю его сосок.

Юджину нравится это. Его чувства и ощущения всегда передавались мне. Поэтому я точно знаю это…

Но он продолжает пытаться меня отодвинуть. Хотя он уже скинул свою футболку… И я продолжаю свое занятие. Все-таки ему трудно мне сопротивляться.

Я прижимаюсь к нему, глажусь об него, снимая с себя платье, которое на мне надето. Оно легко соскальзывает на пол.

Ох, это точно сон. Совсем не похоже на правду. Видишь ли ты, Юджин на мне нижнее белье, которое подарил мне? На день рождения? Из того элитного магазина нижнего белья, от которого так и попахивает вульгарщиной… Тогда же, когда я подарила тебе часы. Они тоже сейчас здесь. Я заметила их на прикроватной тумбочке.

Я молча смотрю на нее. Это то самое белье, которое я подарил ей. Интересно, для кого она его надела? Она настолько откровенно, что я рассчитывал, она будет надевать его только для меня.

Леттис пользуется моей растерянностью и, прикусывая мое ухо, кладет мою руку на свою грудь, которая, кажется, стала чуть больше. Как и срок ее беременности.

Она сжимает мою руку на своей груди. Затем медленно проводит ей по своему телу и кладет ее на свою попу, которую я сжимаю уже сам.

Мы снова целуемся. Она обнимает меня за шею… Такая сладкая и соблазнительная…

Но я не могу поддаться.

Что она скажет, когда опомнится? А ее явно чем-то опоили.

– Леттис…

Она снимает свой бюстгальтер, и я вижу ее прелестные грудки… Что может быть лучше этого?

Она прижимается ими ко мне, спускаясь поцелуями вниз, по груди, по животу. Я чувствую, как сползают мои штаны. Он сжимает мою попу, своими ручками, стоя передо мной на коленях. И ей открывается вид моего возбужденного достоинства. Я даже не могу скрыть, как желаю ее.

– Милая, перестань…

Я пытаюсь сопротивляться ей из последних сил. Хватаю ее за волосы, пытаясь отодвинуть от себя. Но моя рука будто бы ослабела.

– Юджин… Любовь моя… – страстно шепчет жена, и я чувствую что-то невообразимое, что моментально сносит мне крышу. И больше не могу сопротивляться.

Моя Леттис обхватила моего дружка своими хорошенькими сладкими губками, и теперь вытворяет с ним что-то такое, от чего я схожу с ума.

– Леттис… Милая… Моя любимая…

Я больше не противлюсь ей. Просто не в силах. Я обхватываю ее голову руками и двигаюсь с ней в такт.

Такого даже с Венди не было…

Внезапно мне кажется, что это доставляет ей неудобство, что это становится неприятно ей. Но я вижу желание в ее глазах, и расслабляюсь.

Наконец, я не выдерживаю и резко отдергиваю ее от себя.

Это не не понравилось мне. Напротив, это было

Марк… Уж не с Марком ли она пила что-то. Вот откуда этот знакомый запах. Это он… Он наверняка здесь. Наверняка он подсыпал ей чего-то возбуждающего, чтобы соблазнить ее.

Но об этом я подумаю позже. И спрошу ее.

А сейчас я в нетерпении подхватываю ее на руки и несу на огромную кровать с белой постелью.

И как только валю ее на спину, сразу же вхожу, не давая ей выбора. Хотя, наверное, это у меня его нет.

Леттис так выматывает меня, что я сразу засыпаю, как только все кончено. Но она полна сил, и будит меня ночью. Мы снова целуемся. И теперь уже я ласкаю ее прелестное местечко, настолько желанное мне.

Я так скучал по ней. Мне так ее не хватало.

И я решаю: больше никогда. Никогда! Я не отпущу ее от себя. Она моя. Только моя. Так же, как и я только ее.

– Я люблю тебя, Леттис, слышишь? Люблю, – говорю я, качая ее на волнах блаженства. Она что-то лепечет мне в ответ.

Что ж… Пусть стена между нами будет разрушена. Я сделаю это прямо сейчас…

Как же так получилось. Откуда он взялся здесь?

Наши глаза встречаются. Эти теплые глаза, в которых целый мир для меня.

Он гладит меня по щеке и улыбается.

– Проснулась? – шепчет он.

Я осторожно киваю.

Юджин обнимает меня и прижимает к себе.

– Как спалось?

Хорошо. Отлично. И я не знала, почему, пока не поняла, что сплю рядом с Юджином. Мне рядом с ним всегда отлично спится. Он моя персональная подушка для сна. Моя баюкалка.

– Что ты здесь делаешь? – осторожно спрашиваю я. Хотя по своим ощущениям прекрасно понимаю, что между нами было. Как же мне хорошо сейчас, если честно. И это немного смущает.

– А ты что здесь делаешь? – спрашивает в ответ он. – В моем номере?

И, видя, как я теряюсь, поняв, что я, и правда, у него, улыбается и заливается смехом.

– Ты хоть помнишь, что было сегодня ночью?

– Не помню, – честно сознаюсь я. Я не помню ничего с того момента, как я сидела в баре, пила безалкогольный коктейль, и моя голова внезапно начала кружиться.

– Кажется, кто-то не дождался сегодня себе красотку на ночь, – ехидничает Юджин. – Ты, ведь с Марком была? Это он подсыпал тебе того возбуждающего средства?

– Откуда ты знаешь? – спрашиваю я, делаясь серьезной.

– Сам через это проходил, – говорит он, щипая меня за попу, и заставляя тем самым пододвинуться к себе поближе. – Кстати, Меган – моя племянница. Я думал, ты знаешь. Не любовница. И она от меня не беременна. Она моя племянница.

– Откуда… – говорю я, пока Юджин двигается ближе, прижимая меня к себе. Я чувствую его тепло, такое родное…

– Ты сама мне все рассказала ночью. Не помнишь? Даже не знаю, от кого ты набралась этой чуши…

Он смеется, шаря носом по моей шее, и мне щекотно.

– Подожди, Юджин. Мы с тобой больше не супруги, – говорю я. – Что ты делаешь?

Юджин снова смеется, спускаясь к моей груди и шепчет еле слышно:

– Про то, как ты сожгла документы, я тоже слышал…

И он сжимает губами мой сосок, вызывая во мне желание. Его рука гладит другую мою грудь. Они стали чувствительнее из-за беременности. И, наверное, из-за этого я так реагирую на его манипуляции. Потом он спускается к моему сильно округлившемуся животу и гладит его нежно, положив голову мне на плечо.

– Прости меня, милая… Что сказал, что вы с малышом не нужны мне. Я дурак. Не знал, из-за чего ты так злишься на нас с Меган… Если бы знал, сразу же опроверг бы твои глупые догадки. Но с чего ты взяла, что она моя любовница, и что она беременна от меня?

– Я случайно подслушала ваш разговор на балконе, там, в отеле, на той вечеринке в Соединенных Штатах… Я не все расслышала, но из услышанного поняла именно это.

Я глажу его волосы. Они такие мягкие у него…

Юджин усмехается.

– А… Помню. Она мне тогда сказала, что память вернулась к ней, и она вспомнила свою настоящую семью. И не знает, как на это отреагирует наша семья… Видишь ли, дядюшка нашел ее семь лет назад без сознания, в какой-то подворотне. Ей тогда было тринадцать. Он тогда посмотрел на нее, и решил, что ей просто суждено стать частью нашей семьи. Моя двоюродная сестра, которая живет в Штатах, удочерила ее. Так она стала моей племянницей.

– Правда? Мне теперь так стыдно… Она ни в чем не виновата, а я обзывала ее последними словами… – печально говорю я.

– У тебя еще будет возможность извиниться перед ней, – говорит мне Юджин, и спускается своей рукой вниз, запуская в меня свой палец. Он нежно ласкает меня, разжигая огонь желания.

– Юджин…

– Ни о чем не переживай, милая…

Я ласкаю руками его грудь, живот и бедра. Затем берусь за его достоинство и нежно глажу его.

И тут мне на память неожиданно приходит одна вещь. Странная вещь.

Я стою на коленях перед Юджином и…

– Что случилось? – спрашивает Юджин.

– Что вчера было? – спрашиваю я строго, насколько могу. – Юджин, что вчера было?

– Вчера я встречался здесь с заказчиком, – издевается муж. – Потом ушел к себе. Потом встретил тебя…

– Ты знаешь, о чем я, – неужели, это, и правда настолько постыдное, что он даже не говорит мне. Я и правда сделала это?

– Ты спала с Марком? – неожиданно спрашивает Юджин, переводя, как мне кажется, тему разговора.

– Нет, – говорю я ему. – Но знаешь, Юджин. Я тоже хотела изменить тебе. И этим вечером я шла к Марку…

Юджин ненадолго задумывается, переваривая услышанное.

– Тогда почему… – говорит он, наконец. – Почему ты шла к нему, но, встретив меня, осталась со мной?

– Не знаю, – отвечаю я, поддразнивая его немного. – Может, потому что люблю ятебя? А ты, Юджин… Почему в ту ночь остался не с Венди, а вернулся домой?

Я долго смотрю на жену. Она сотни раз задавала мне этот вопрос. И каждый

– Потому что я люблю тебя, милая, – говорю я. – Потому, что я люблю тебя! – вот, чего она ждала от меня. Именно такой ответ.

И это чистая правда…

И сейчас мне так легко на сердце… Потому что впервые за долгое время я не лгу ей. Кто-то говорит, что легче сказать ложь, чем правду. Теперь я понимаю, что наоборот, легче сказать правду, чем ложь. Ведь теперь, когда я говорю ей правду, с меня будто бы свалился какой-то груз…

И я понимаю, что, как и говорил дядюшка… нужно было сразу все рассказать ей… И почему я никак не мог найти ответ для нее? Ведь я знал его, с самого начала…

– И ты спала только со мной?

– Только с тобой.

– Тогда не имеет значения, что ты делаешь со мной во время нашей близости. Главное, ни с кем другим, дорогая.

– Я сделала это, да? – кажется, мне, и правда, это все не приснилось.

– Да, ты приласкала меня своими губками, – Юджин страстно целует меня.

– Как стыдно, – шепчу я.

– Не стыдно, – отвечает он.

– Ты считаешь меня шлюхой?

Юджин смотрит на меня, укладывая меня на спину.

– Нет, милая. Я считаю тебя своей женой… И у меня есть для тебя сюрприз. Но это после…

Я все еще не понимаю, что происходит. И как так получилось, что мы с Юджином сегодня оказались в одной постели.

И мало того…

После моего пробуждения мы еще раз занимались любовью…

А еще я немного вспомнила, что было вчера, и как соблазнила собственного мужа…

В это утро мы с ним много, чего обсудили.

Юджин признался мне, почему когда-то сказал, что не хочет второго ребенка. Оказалось, он, и правда, подслушал наш с мамой разговор, когда она сказала, что он не очень хорош для меня. И был немого обижен на эти слова. Но я сказала, ему, что он не должен был слушать слова моей мамы. Ведь я так не думаю…

Потом он рассказал мне свою «великую» тайну. О том, что я была у него первой женщиной. Я не сразу поверила, но он был настолько серьезен… И я сказала ему, что это очень романтично.

Потом я рассказала Юджину про Марка. Как он начал приставать ко мне с того самого дня, как Юджин впервые привел его к нам домой…

– Я так и знал, – сказал Юджин. – Надо было сразу все рассказать…

– Не хотела расстраивать тебя, – созналась я.

Потом мне внезапно позвонил Марк.

Как говорится, вспомни…

– М… – муж отвечает на звонок, и я слишком поздно понимаю, что звонил мой телефон.

Затем он недоуменно смотрит сначала на телефон, затем на меня, после чего снова подносит телефон к уху.

– О! Марк, дружище! Ты, кажется, искал мою жену… Нет, она не забрела по ошибке на ночь к другому чувачку. Нет, она забрела как раз по адресу…

Он крепче прижимает меня к себе и улыбается. Его веселит это. Меня, если честно, тоже.

– Да, все верно, это Юджин. У нас голоса похожи, говоришь? Не признал… Ах вот оно, что… Ты мне лучше друг расскажи-ка по-честному… Или как ты любишь выражаться, расталкуй мне, братан, почесноку, что за хрень ты подсыпал моей цыпочке, что она потеряла свою прекрасную головку? Хотел как следует отпендорить её?

Потом Юджин просто вешает трубку, не дав тому опправдаться. Марку больше нет места в нашей жизни.

– Милая…

– У…

– Сегодня ночью я позвонил кое-кому… У меня есть для тебя сюрприз…

– Что за сюрприз? – я обнимаю его и прижимаюсь покрепче.

– Сюрприз не будет сюрпризом, если вот так рассказать… Я только хочу попросить тебя кое о чем…

– О чем же?

– Я точно знаю, что он понравится тебе… И я прошу тебя не отказываться от этого… Я задаю тебе вопрос: Ты будешь рядом со мной? Вернешься ко мне? Только не отвечай сейчас. Сделаем так: если ты примешь мой подарок, это значит "Да". Если не примешь, значит "Нет". Хорошо?

Я долго смотрю на него, гадая, что за подарок он приготовил мне, который я могу не принять?..

Но в конце концов, я соглашаюсь.

Что ж… Теперь я просто обязана принято его подарок, что бы это ни было…

Глава 50.

Мы еще какое-то время лежим в обнимку, а потом Юджин нехотя встает, и идет принимать душ.

– Пора вставать, – говорит он мне и скрывается за дверью ванной комнаты.

Следом в душ иду я, а когда выхожу, завернутая в один лишь халат, Юджина в номере уже нет. Зато вместо него меня встречают Холли и Меган.

– Мамочка, – Холли подбегает ко мне и обнимает меня.

– Откуда вы здесь? – удивляюсь я.

– Папочка позвонил ночью. Сказал, чтобы мы с утра срочно приезжали, – отвечает мне дочь. – Мамочка, я думала, уже больше никогда тебя не увижу!!!

Я молча глажу дочку по голове и смотрю на Меган. Она молча смотрит на меня, немного с опаской.

– Прости меня – говорю я ей. – Я поверила лжи, и очень ревновала своего мужа к тебе. Я не знала, что ты его племянница…

– Это ты прости. Я должна была догадаться, но лишь считала себя жертвой, – отвечает Меган. – Поверила дядюшке, что ты знаешь, кто я такая, и кем ему прихожусь… А я ведь спрашивала его! Он говорил, что ты все знаешь… А насчет Венди… Я просто охраняла его от этой мрази ради тебя......

– Все равно, мне не следовало так тебя оскорблять, – говорю я.

– Ладно… Давай не будем об этом. Просто все забудем. Я буду рада, наконец, подружиться с тобой. Ты мне очень нравишься, и я всегда тобой восхищалась. Хорошо, что все разрешилось, – говорит Меган. – А сейчас я здесь, чтобы помочь кое в чем…

– В чем же?

– Я должна помочь тебе подготовиться кое к чему…

Я знала, что это какой-то подвох, еще когда Юджин выдвинул мне то условие…

Но я не знала, что он задумал именно это…

И теперь удивленно смотрю на то, как Меган достает длинное белое платье из

Я недоверчиво смотрю на все это.

В другой ситуации я бы отказалась…

Но я же должна таким образом дать ему ответ…

И тот бумажный пакет, который выпал мне вчера утром прямо на голову из шкафа, тот самый, который отдал мне Юджин, сказав, что это подарок на день рождения, в тот же день, когда я подарила ему часы.

Я вчера впервые заглянула в него (я будто бы специально забыла про него, и он ждал подходящего момента) и обнаружила там очень откровенное нижнее белье. И что-то заставило меня его надеть вечером, когда я отправилась посидеть в баре с Марком.

Ну что ж… Юджин же сказал, чтобы я надела его, когда буду готова к нему вернуться.

Что ж… Я готова.

И я надену для него свадебное платье…

Холли ушла осматривать отель, пока Меган расчесывает мои волосы.

– Ты такая хорошая девочка, а я обзывала тебя такими плохими словами. Прости меня, – снова говорю я. Меня так мучает совесть, что я, наверное, так и буду извиняться перед ней до конца жизни. Ну не рассказывал он мне про племянницу из Соединенных Штатов. Он и про кузину оттуда же ничего никогда не рассказывал.

– Может и не такая уж и хорошая, – говорит мне Меган. – И, возможно, заслужила все те слова…

– Почему? – удивляюсь я.

– Потому что я не такая хорошая, какой ты меня себе представляешь, – отвечает Меган. – Юджин рассказывал тебе, что я потеряла память и забыла, кто я, и кто мои родители?

– Он говорил, ты вспомнила их. Ты сбежала из дома? – делаю я предположение.

– Нет, – говорит мне Меган. – Из дома я не сбегала… На самом деле я жила с родителями в красивом квартале, в большом доме с белыми стенами и оранжевой крышей. Мы переехали, когда мне было восемь. У меня есть старшие сестра и брат. С сестрой у меня большая разница в возрасте. И она живет отдельно, в той квартире, где мы жили раньше. У папы есть своя фирма. Он решил отдать ее ей. Она очень умная, и родители постоянно восхищаются ей. Когда я исчезла, она как раз собиралась замуж за любимого человека.

Мне тогда было тринадцать. Мне понравился один парень, старше меня. И я стала заглядываться на него. Родители не знали об этом. А однажды, он и сам обратил на меня внимание. И предложил переспать с ним. Мне было интересно, что это такое, и я согласилась… Но он был грубым, и мне это очень не понравилось.

А потом еще об этом узнали родители…

Папа всегда был строг со мной, как и старшая сестра, которая тоже обо всем узнала. Мне тогда даже казалось, что они не любят меня… Видишь ли… Обстоятельства моего рождения очень интересны… Когда родители зачали меня, им было уже за сорок. Первых двух детей мама родила легко, сама, а вот со мной начались проблемы. Она даже потеряла сознание. И врач прямо сказал отцу, что шанс спасти нас двоих очень невысок, и предложил ему выбирать. Отец выбрал маму: «У нас уже есть двое детей, – сказал он тогда. – Этого ребенка у нас не было. Я сильно не буду переживать из-за него. А если я потеряю любимую, а мои дети свою мать, это будет трагедия.» Но мама вовремя пришла в сознание и сказала: «Я сильная и выкарабкаюсь, а она- беззащитный ребенок. Спасайте сначала ее. Я подожду». Но все вышло хорошо. Выжили и я и мама. Естественно, мне никто этого не рассказывал. И я не понимала, почему отец относится ко мне строже, чем к остальным, контролирует каждый шаг и ругает за каждую провинность. «Никчемная неумеха» – так он меня всегда называл. Но, может, он был прав? Я совершенно ничего не умела. Мама берегла меня как бесценное сокровище и ничего не заставляла делать. Все время повторяла: «Со временем научится». Братик тоже меня обожал и всегда жалел, даже в тот раз.

Я тогда все рассказала маме, как все было, и какой ужас я испытала. Я и не думала, что она все расскажет папе.

Но тогда я и узнала, что отец с сестрой так относятся ко мне не потому, что не любят меня, а потому, что пытаются уберечь от всего плохого. Папа рассказал мне, какой нелегкой ценой я досталась им. И поэтому они должны оберегать меня. Что это получается на инстинктивном уровне. Что, может быть, он немного груб со мной, потому что уже не молод. А я дорогое сокровище для него, которое подарила ему мама, чуть было не пожертвовав собой.

И вроде бы все хорошо…

Но внезапно мир в нашей семье был нарушен. Появился тот самый парень, ну, с которым я… Его долго не было видно – боялся папу. Он как-то побил его из-за меня.

Я тогда шла одна по улице. А он был с компанией. Они были не очень дружественно настроены. Помню, мне пришлось бежать. Потом я будто бы куда-то провалилась… А потом помню только, как дедушка нашел меня. Я уже тогда ничего не помнила, даже кто я такая…

Но я все вспомнила, когда увидела тебя с Холли и Юджином, когда она только родилась… Ты не запомнила меня, а мы с моими приемными родителями тогда приезжали…

И как только я вас увидела, сразу вспомнила своих родных маму и папу. Я так люблю их… И мне их так не хватает…

– Грустно все это, – говорю я. – Но, надеюсь, ты встретиться снова со своей семьей…

– Я тоже надеюсь. Вот только единственное, чего я так и не вспомнила, это дорога домой… Но давай не будем сейчас об этом, хорошо? – Меган смотрит на меня. – Сегодня у нас всех счастливый день… Давай насладимся им сполна!

Эпилог.

Я вхожу в светлый зал при отеле, который арендуют для проведения свадебных церемоний. Мое сердце бьется так взволнованно и радостно, будто я, и правда, выхожу замуж… А в конце прохода стоит он.

Наконец, она появилась. Если честно, я очень сомневался в том, что она придет. Но, все равно ждал ее здесь. В этом месте уже собрались все, кто смог приехать: мои родители, дядюшка, дочка, Меган, наши друзья…

Она появилась в белом платье, которое я в спешке купил ей. Оно облегает

Наконец, она подходит ко мне, и мы смотрим друг на друга.

Что ж… Ради этого момента я многое испытал…

Но, наверное, это того стоило. Хотя повторять я не решусь.

Она дала мне свой ответ. Она пришла сюда… Значит, наконец-то простила…

Мы произносим клятвы и целуемся, растворяясь в объятиях друг друга.

Наконец-то мы вместе. Теперь уже навсегда.