Развод. Начать с нуля

Глава 1

Ариша Дрозд

Развод. Начать с нуля

— Почему ты никогда мне не говорил, что тебе не хватает эмоций? — произносит кокетливо девушка со смехом, наклоняясь ближе к моему мужу.

— Только ты меня и понимаешь, Вик, — тянется к её руке Платон. — Знаешь, только с тобой у нас всё хорошо. Кира никогда не понимала меня. Она вся в своём бизнесе.

Всё вокруг словно остановилось. Я замерла на месте, а сердце забилось сильнее, словно желая вырваться из моей груди.

Девушка в брючном костюме синего спокойного оттенка из последней моей коллекции, с игривой улыбкой и уверенной осанкой, смотрит на Платона, как на божество.

Мой мир рушится с каждой секундой. Кислород перестаёт поступать в лёгкие. А рот ловит воздух, пытаясь спасти меня от удушения.

Мне хочется закричать, броситься к ним, разорвать эту иллюзию. Но ноги не слушаются меня. Они словно приросли к полу роскошного ресторана, в котором я сейчас стою. Стараюсь держаться ближе стены и не терять самообладание.

Я просто наблюдаю, как мой мир разрывается на мелкие кусочки.

— Может, ты просто не пытался её понять? — вкрадчиво смотрит на него девушка. — Я готова дать тебе всё, что ты хочешь, — продолжает она, извиваясь на стуле с высокой спинкой, играя рыжими волосами и обнажая белоснежные зубы в улыбке.

Дрожащие пальцы тянутся к шее. Не знаю, что мне предпринять сейчас. Бежать отсюда без оглядки или устроить этим голубкам разбор полётов.

Делаю усилие, чтобы глотнуть. Взмахиваю ресницами.

— Я старался, но ей всё равно. Я чувствую себя совершенно одиноким, — продолжает говорить ей Платон. — Вечные её мероприятия. Знакомства с нужными людьми.

Его слова вонзаются мне в сердце острым мечом.

Прохладные пальцы складываются в кулак.

— И что ты собираешься делать? — искушающе спрашивает девушка моего мужа, голосом, полным обмана и нежности.

— Я не знаю. Я просто хочу быть счастливым. Я устал быть одиноким. Чувствую себя ненужным. Хотя у самого бизнес в полном порядке. Чего ей не хватает? — произносит Платон и земля уплывает у меня из-под ног.

Внутри меня всё перевернулось. Я больше не могу терпеть это зрелище, полное обмана и предательства.

Делаю шаг назад, задев стул, стоящий рядом со столом, издающий громкий звук.

Моё сердце замирает.

— Кира? — оборачивается на меня Платон.

Его голос застывает в воздухе, когда его растерянный взгляд касается моего лица, отражающего неподдельную боль.

Его торжествующая улыбка стремительно меняется на замешательство.

Девушка, заметив меня, непонимающе поднимает брови.

— Как ты…? — начинает Платон со мной разговор. В его глазах мелькает паника, переходящая в страх.

— Я всё слышала, — не даю ему закончить фразу. Произношу ему дрожащим голосом, но наполненным силой, которую я сама не ожидала найти в себе. — Почему ты не рассказал мне? Мог бы поговорить со мной и всё обсудить, — всё моё скопившееся недовольство вырывается наружу резким голосом.

Боль во взгляде перерастает в ярость.

— Я не хотел тебя ранить, — пытается оправдаться передо мной Платон.

Но я даже и слушать его не собираюсь.

— Сколько ещё ты планировал меня обманывать? — задаю ему вопрос, стараясь держать голос спокойным, хотя внутри меня бушует ураган эмоций.

Женщина, сидящая с Платоном за одним столиком, по всей видимости, решила, что это не её бой. Она решила беззвучно выйти из ситуации, покидая зал ресторана лёгким шагом.

Я остаюсь стоять перед мужем.

Я считала, что я была хорошей женой. Я верила своему мужу и строила планы.

— Ты предал меня, — последнее, что могу произнести ему.

Слёзы катятся по щекам. Дрожащие губы запрещают говорить. Глаза ненавидят. А тело отторгает его. Моя любовь умирает в стенах этого ресторана, очень любимого нами с Платоном. Ресторана, когда четыре года назад состоялась здесь наша с ним свадьба. И это место стало очень значимым для нас обоих.

Он просто молчит, комкая салфетку с инициалами заведения, пока она не скрывается в его стальном кулаке. Не смотрит мне в глаза. Лишь нижняя его челюсть ходит ходуном.

Я разворачиваюсь и ухожу прочь.

Я точно знаю, это финал. Теперь мне предстоит начать новую жизнь без него. Без мужа, который так легко предал меня.

На выходе из ресторана он настигает меня, ухватив за предплечье горячей рукой.

— Ты многого не знаешь, Кира. Когда узнаешь, ты не сможешь уйти от меня.

Глава 2

Его голос звучит спокойно, но со вложенной злостью в слова, от которой по моей спине пробегается холод.

Резким движением руки освобождаюсь от обжигающих мою кожу твёрдых пальцев.

Отстраняюсь от Платона.

Моё сердце колотится о грудную клетку. Кровь вот-вот закипит в моих венах. Я всё же стараюсь дышать ровно и не показывать Платону свой страх.

— Боишься? — медленно усмехается Платон, прожигая меня леденящим взглядом насквозь.

Я впиваюсь в него взглядом, наполненным ярости.

— Нет, — уверенно выдаю ему, игнорируя его угрозы.

Он снова усмехается.

Я чувствую, как между нами нарастает напряжение.

Меня начинает колотить от бури эмоций. Злость берёт верх над ними.

Сейчас я ненавижу Платона. Ненавижу всю его обнажившуюся сущность.

Я просто ухожу, выпрямляя спину. Каждый мой шаг полон уверенности, и даётся мне это с большим трудом.

Что ж Платон. Пришло время тебе показать мне своё истинное лицо.

Подкатывающие слёзы от обиды и разочарования уже на подходе. Горло раздирает от горячего дыхания.

— Чёрт! — бью ладонью о руль, как только оказываюсь в салоне своего автомобиля.

Слёзы тут же вырываются наружу.

— Нет, — вцепляюсь в волосы дрожащими пальцами. — Только не это. Только не со мной.

Оглядываюсь в сторону входа в ресторан, где продолжает стоять Платон, и до сих пор сверлит меня угрожающим взглядом.

Его образ расплывается.

Я не в силах выдержать это. Давлю на газ, размазывая ладонью слёзы на влажном лице.

— Ааа, — рыдаю от настигших меня эмоций, не в силах справиться со своим состоянием.

— Не устраивает его…

Шмыгаю носом.

— При чём здесь мой бизнес?

Через прерывистое дыхание.

— Почему он ей жалуется?

Сдвигаю брови.

— Мог бы просто поговорить со мной. Неужели трудно проговаривать проблемы.

Делаю глубокий вдох. Задерживаю дыхание. Протяжно выдыхаю.

Где он познакомился с ней?

Неужели, как и со мной, в своей туристической фирме? Так же как ко мне тогда подкатил. Свёл меня с ума своим очарованием.

Закусываю губу.

В груди неумолимо жжёт вспыхнувший огонь от воспоминаний.

Наверняка также улыбался ей, демонстрируя полностью весь свой набор достоинств. И чего

Ну красивый, да. Стройный, да. Успешный, да, — перечисляю его достоинства сейчас почему-то.

Но я же тоже без дела не сидела и в свои двадцать восемь смогла выстроить свой бизнес. Я ещё не всего добилась, чего бы мне хотелось. Но, я уверенно иду к своей цели.

Принимаю звонок по громкой от Платона.

— Беги, Кир, — зло кидает он. — Скоро ты не станешь этого делать. Подумай обо всём взвешенно. Не принимай спешных решений. Многие так живут…

Сбрасываю вызов. Снова принимаюсь плакать, покусывая губы до боли.

— Я не многие… Я не буду так жить…

Пытаюсь выравнять сбившееся дыхание через глубокие вдохи и протяжные выдохи.

Жить я с ним точно не буду. Как лечь в постель с такой грязью?

Фу-у… Как мерзко.

Моё тело содрогается от одной только мысли, что Платон был близок не только со мной. Что его ласкали другие губы. Другие руки. Что он разделял себя ещё и с другой.

Звук уведомления о поступившем сообщении прерывает мои мысли.

“Зря ты так, Кира. Могли бы договориться на взаимовыгодных условиях,” — приходит от Платона.

Отвали. Я не могу до такого опуститься.

Поворачиваю на повороте в сторону своей первой мастерской, переделанной когда-то из моей двухкомнатной квартиры. Поживу пока здесь. Всё, что нужно для нормального проживания, есть. Что недостаёт, приобрету.

Нужно сразу же обрубать все корни с Платоном.

Не смогу его простить.

А если бы были дети у нас с ним? Было бы гораздо хуже.

Я всегда мечтала о полной благополучной семье, но ни как не о разводе.

А теперь он сам подвёл меня к этому решению.

Думала, он в очередной своей поездке. Что Платон открывает перед собой новые места для своего бизнеса, которые, как он говорит, привык прощупывать сам. Хотела поговорить с ним о детях, когда вернётся.

Улыбаюсь с досадой, когда захожу в родные стены, откуда начинался мой путь дизайнера одежды.

Возвращаюсь в воспоминания. Как решилась воплотить свою мечту. Универ. Стажировки в известных модных домах.

Здесь немного прихожу в себя. Даже стены, словно лечат меня, словно исцеляют.

Звонок от Платона раздражает меня, возвращая к проблеме.

— Вот, значит, ты где, — злобно усмехается он. — В свою конуру поехала. А нужно было домой, Кира. Ты неверное решение приняла, — давит на меня своим громким голосом. — Домой нужно было ехать.

— Я дома, — произношу тихо, словно выдыхаю из последних сил. — Не нужно за мной следить. Я не вернусь.

— Всё сказала? — цедит Платон. — Тогда открой свою почту. Не думаю, что останешься при своём мнении.

Глава 3

Прикрываю веки, осознав, что Платон не отпустит меня просто так.

— Ты будешь препятствовать нашему разводу? — задаю ему прямой вопрос тихим, но уверенным голосом.

— Буду, — бросает он твёрдо. — Даже не сомневайся. Ознакомься с документами. Я перезвоню.

И сам заканчивает вызов.

Я же сгораю от любопытства, что такого он мне прислал. Да ещё отчего я могу поменять своё мнение.

Открываю почту.

А там…

Жадно хватаю воздух, приоткрыв свои припухшие горячие губы.

Всматриваюсь в документы, которые мне прислал Платон.

Не верю своим глазам.

Несколько раз пробегаю сосредоточенным взглядом по монитору, по тому, что он прислал мне.

Передо мной официальный документ, в котором я даю полномочия Платону участвовать в своём бизнесе. Это доверенность включает в себя конкретные пункты, такие как подписание документов, ведение переговоров и принятие решений от моего имени.

Да. Знаю я об этом документе. Платон решил подстраховать меня, и мы приняли с ним такое решение. Он уверял меня, что это всего лишь формальность.

Получается, он может вмешиваться в мои профессиональные дела, не спросив у меня.

Второй документ — договор займа. Платон финансировал мой проект и предоставлял мне деньги на определённых условиях. В нём прописаны суммы, которые он потратил на мой бизнес за всё время, когда я принимала от него, как он говорил, безвозмездную помощь. А дальше…

Широко распахиваю глаза.

Читаю дальше. Там прописаны сроки займа, процентные ставки и порядок возврата средств.

— Нет слов…

Платон подготовил ещё один документ и прислал мне на подпись. В случае расторжения нашего с ним брака, я обязуюсь возместить все его затраты.

Я брала кредит. Платон выплатил его досрочно. Вчера.

Так как я долгое время могла отсутствовать в городе, он брал на себя обязанности заключать договора по моей просьбе. И не только с магазинами, но и с клиентами, с которыми я собираюсь работать под заказ.

Платон является владельцем помещения, в котором располагается сейчас моя дизайнерская студия. Об этом я тоже знаю. У меня не было средств на его приобретение. Он предложил мне свою финансовую поддержку.

Я верила ему. Полностью доверяла.

Даже, осознавая, что он очень любит себя в первую очередь. Что любит, чтобы всё внимание было приковано к нему. Я не могла предположить, что у него откроется другая черта характера и он окажется предателем. И тем более не ожидала, что он будет таким расчётливым.

— Вот же гад.

Он перезванивает.

— Прочитала? — с циничной усмешкой задаёт мне вопрос. — Ты можешь потерять всё, Кир, если начнёшь плохо себя вести. Дело всей твоей небольшой жизни развалится на ма-а-аленькие кусочки. Я смогу сделать так, чтобы ты не смогла вырулить.

Я сглатываю, не в силах ответить ему. Медленно поднимаюсь со стула.

Ещё один удар от Платона выбивает меня из равновесия.

Ноги подкашиваются. Я присаживаюсь на гладкую пыльную поверхность пола.

Смотрю в пустоту через призму подрагивающей слёзы на краю прикрытого века.

Губы судорожно сводятся вместе, дёргая мой подбородок.

— Что ты хочешь? — шепчу через боль в горле.

— Вот это другой разговор, — произносит величаво Платон. — Встретимся и всё обсудим. Если будешь бегать от меня, будет хуже, — звучит от него угрозой.

Он знает моё больное место. Это моё любимое дело. Ставшее когда-то моей целью и переросшей в смысл жизни.

На него-то он и решил надавить.

Решил, что может действовать на мои решения и управлять моей жизнью.

Я так рада, что мой ноутбук всегда со мной.

И я решаю действовать незамедлительно.

Для начала закрываю доступ для Платона ко всему, с чем он мог бы соприкасаться касаемо моего бизнеса.

Слишком открыто для него я вела его. Впредь буду осторожней.

Платон, предав меня, научил не доверять людям.

Не сплю всю ночь.

Поднимаю все документы.

Отменяю право подписи Платона.

Хочу ограничить его влияние в своём бизнесе максимально.

Вымотанная за ночь, лишь к утру удаётся немного поспать.

Выделяю себе

Устраиваюсь поудобнее на маленьком диванчике. Прикрываю веки с предвкушением небольшого отдыха.

Но, как будто в наказание за столь короткий отдых, резкий звук будильника на моём телефоне нарушает мой сон.

Резко открываю глаза, вырвавшись из короткого сна, в котором я потерялась на мгновение.

Сердце бьётся сильнее, когда я возвращаюсь в реальность.

Звонок не утихает, подчёркивая, что реальность требует моего внимания.

Тянусь к телефону, отключая будильник.

Мои мысли заполняют заботы о предстоящем дне.

На переживания и жалость к себе нет времени и сил. Да и желания тоже нет.

Иду в ванную, медленно и неуверенно ступая по холодному гладкому полу.

Тру глаза, потянувшись к зеркалу, чтобы взглянуть на своё отражение.

Взгляд, который встречает меня далёк от идеала: зябкие тени под глазами, растрёпанные волосы неопрятно легли на плечи, кожа выглядит бледной, нездоровой.

— Какого чёрта, Кира? — произношу вслух. — Я не могу ехать к себе на работу в таком виде, — мой собственный голос звучит как упрёк.

Наклоняюсь чуть вперёд, прищурив глаза, словно хочу разглядеть в своём опухшем лице искорку вдохновения.

Нужно немедленно с этим что-то делать.

Наклоняюсь к раковине. Включаю холодную воду, чтобы умыться.

Прохладная вода немного освежает меня.

— Хватит ныть, нужно найти правильное решение, Кира, — проговариваю жёстко слова для себя, поднимая свой взгляд снова в зеркало и глядя в свои воспалённые покрасневшие глаза. И теперь я улавливаю в них огонёк решимости.

— Ты справишься, — произношу вслух, подбадривая себя. — Что ж Платон. Постараюсь сделать всё возможное, чтобы ты отстал от меня.

Расправляю плечи, сделав глубокий вдох.

— Давай, Кира. Соберись, — произношу для себе, стараясь вернуть свою самоуверенность.

Несмотря на утреннюю усталость, привожу себя в порядок и еду к себе в офис.

Но не успеваю доехать до него.

Звонок от Платона разворачивает меня в сторону указанного им кафе для очень важного разговора.

— Не стесняйся, проходи, — слышу колкое от Платона вместо приветствия, когда равняюсь со столиком, стоящим вдалеке, где он сидит. — Всё-таки не чужие с тобой. Одну кровать на двоих разделяем.

Глава 4

В висках начинает греметь пульс.

— Я не буду с тобой разговаривать на эту тему, — мой тихий голос звучит ровно. — Ближе к делу, — предлагаю настойчиво.

Лицо Платона заметно меняется. С его ухоженного довольного лица исчезает усмешка. Он вытягивает губы, пронзая меня ледяным взглядом, прожигающим меня насквозь.

Мне кажется, Платон считывает с моего взгляда моё состояние, в котором плещется буря эмоций. Которую я пытаюсь скрыть от него.

Я сглатываю, сдерживая слова. Не отвожу от него взгляда, испускающего злость, накрывшую меня.

Выдвигаю стул и медленно отпускаюсь на него.

Облокачиваюсь на высокую спинку стула, перекинув ногу на ногу. Складываю руки у себя на груди.

Вцепляюсь в него своим проникновенным взглядом.

В груди разгорается пламя, захватив меня в свой плен.

— Ты полностью станешь зависеть от меня, если решишь уйти или подать на развод, — громом звучат его слова в моей голове.

Мышцы стягивает от напряжения и от его жёстких слов.

Ледяная волна тушит пожар внутри меня.

Мне так хочется сорваться сейчас с места и разрушить всё вокруг.

Так хочется уничтожить Платона.

Но я сдерживаю себя. Уже ощущаю боль на своих влажных ладонях от острых своих ногтей.

— В чём подвох? Зачем тебе я нужна? — продолжаю спокойно.

Платон ухмыляется, снова наклоняясь ко мне ближе. Прищуривается.

— А говорила не хочешь со мной разговаривать на эти темы, — подмечает с ехидством. — Запомни, Кира, — в глубине его глаз танцуют языки пламени. — С сегодняшнего дня я буду решать, что тебе делать. Я буду контролировать твой бизнес. Я буду тебе разрешать покидать наш дом, когда захочу. У меня ты будешь спрашивать разрешение… — задыхаясь, выпаливает Платон. Его глаза наполняются кровью, а на виске пульсирует вена.

Его пальцы сжимаются в кулаке, на котором тут же прорисовываются белые плети сухожилий.

Он шумно глотает.

Платон старается дышать ровно, насколько это возможно.

Мне кажется, его горячее дыхание долетает до меня через стол, разделяющей нас, ставший моим щитом.

Собираюсь силами. Крепко стискиваю зубы. И наклоняюсь к нему, словно делаю ему вызов.

— Нет, — выдаю ему решительно громким голосом. — Я не твоя. И больше никогда не буду твоей. Мне жаль, что ты был моим мужем. Я ошиблась в своём выборе.

Моя грудь заметно вздымается от разогнавшегося резкого дыхания.

— Ты не можешь так со мной разговаривать, — рявкает на меня Платон. — Я твой муж, и ты должна слушаться меня во всём.

Нервно усмехаюсь, откинувшись назад. Взмахиваю волосами. Поправляю их рукой, запустив в них пальцы. Лохмачу.

— Могу, — кидаю холодно. — Ещё как могу. Своей любовнице можешь указывать. Не мне.

Платон сдвигает брови, потушив огонь во взгляде.

Смыкает пальцы перед собой.

— Ты о Вике, что ли? — его голос становится вкрадчивым, мягким. — так это недолго исправить. Она мне была нужна лишь, как отдушина, — говорит о ней хладнокровно, словно о вещи. — Ты всегда в своих делах, в своих разъездах. Обо мне ты подумала? Рядом с тобой я стал одиноким мужчиной. Это при живой-то жене.

Принимаю его слова, как обвинения в свой адрес.

— Для тебя это пустяки? Мелочи? — провожу рукой по напряжённой шее.

— Конечно, — плечи Платона устремляются вверх.

Мне становится страшно. Ведь он и на самом деле так думает.

— Я брал её несколько раз на отдых, чтобы не терять свой имидж, — продолжает Платон. — Ты же знаешь, что мой бизнес должен быть безупречен во всём. Меня должны окружать красивые женщины, дорогие машины и вещи, — от его величия огонь снова загорается в его широко распахнутых глазах.

— Мне не понять тебя, Платон, — выдаю ему с усмешкой жалостливо. — Я думала ты любил меня, а не всю эту мишуру вокруг, которую сам же и создал.

— Без этого мне не прожить, Кир, — вцепляется в меня воодушевлённым взглядом. — Это моя жизнь. Я люблю её такой. Понимаешь? — бьёт ладонью по своей широкой груди, устремляясь ко мне ближе. — Без этого всего — я не что. И да, мне мало тебя одной.

Разглядываю лицо Платона, кажущегося мне бездушным.

От моего мужа не осталось и тени. Он исчез и оставил взамен злобного заносчивого нарцисса вместо себя.

— Раз так, — начинаю я. — Давай разведёмся и будем жить так, как желаем. Каждый будем проживать свою жизнь.

Предлагаю ему такой вариант, а с его взгляда считываю приближающуюся опасность.

— Нет, Кира, — препятствует он мне звенящим голосом. — Всё останется так, как есть.

— Зачем я тебе нужна?

Платон облизывает зубы.

— Не понимаешь? Совсем не понимаешь, Кир?

— Не понимаю, — мой голос немного вибрирует. — Не понимаю, зачем меня удерживать возле себя. Объясни мне, — напираю на него.

— Хорошо, Кир, — на его лице играют желваки. — Если просто, — останавливает на мне холодный взгляд, сделав паузу. — Ты — жена. Вика — любовница. Причём очень удобная. Всегда под рукой. Не воспринимай её серьёзно.

Глава 5

— Ты бредишь? — качаю головой, как болванчик. — Я не могу больше слушать весь этот твой бред. Достаточно с меня.

Воздуха становится слишком мало, чтобы свободно дышать. Делаю глубокие вдохи и длинные выдохи.

— Она всего лишь модель, Кир, — продолжает Платон. — Девушка — удобная для меня во всех смыслах.

— Которой ты жалуешься на меня, — дополняю я не выдерживая. — С которой так мило беседуешь. Которая в костюме из моей последней коллекции. Коллекции, которая ещё не поступила в продажу, — мой голос звучит громче.

— Ну знаешь, — возражает Платон. — Мы не думали, что ты припрёшься в ресторан посреди ночи. Именно в этот. Чего тебе в нём понадобилось? Что тебе не спалось этой ночью? Спала бы себе спокойно дома и ничего не узнала бы. Меньше знаешь, крепче спишь. Зря, что ли, придумали? А от одного костюма от тебя не убудет.

Провожу кончиками пальцев по своему гладкому лбу.

— Вы были в моей мастерской? — дотрагиваюсь до приоткрытых губ кончиками прохладных пальцев. — Ты же должен был лететь куда-то по делам.

— Моя командировка отменилась, и мы поехали с Викой в ресторан. И мы были в твоей мастерской, когда ты уезжала по своим делам. Что в этом такого. Нам захотелось разнообразить свою интимную жизнь. И Вику посетила мысль поехать к тебе.

— У вас ещё и близость там была? — задаю вопрос дрожащим севшим голосом.

— Не заморачивайся, Кир, — жестикулирует руками в воздухе. — Это всего лишь небольшое моё развлечение. Относись проще. Не будь душной.

Какие слова. От своей любовницы успел понабраться, наверное.

В голове никак не укладывается, как вообще можно так мыслить и рассуждать.

Вот результат нашего минимального с ним общения.

Оказывается, мы плохо знали друг друга. И в тот день, когда я встретила Платона в ресторане вместе с любовницей, я очень скучала по нему, поэтому решила скоротать свой вечер в нашем любимом с ним ресторане. В ресторане, который напоминал мне о счастливых днях моей семейной жизни.

Платон не мешал мне активно строить свой бизнес. Не мешал заниматься его развитием. Предлагал свою помощь. Я право подписи доверила ему, и все вытекающие из этого обстоятельства. А теперь попалась на его уловки.

— Я в курсе, что ты изменила в документах некоторые пункты, чтобы у меня не было возможности управлять твоим бизнесом. Не буду перечислять всего, что знаю. Поэтому давай просто будем жить с тобой, как прежде. У меня должна быть жена. Она должна быть такая, как ты, — чеканит каждое слово Платон. — Красивая. Сексуальная. Верная. Только такая девушка должна быть рядом со мной. От которой веет нежностью. Какой-то первобытностью, я бы сказал.

— А любовь? Что с ней? Существует в твоём понимании любовь? — выгибаю бровь.

— Это и есть любовь, Кир, — хмурится Платон.

Похоже, что значения этого слова у нас с ним разные.

— Отпусти меня, — прошу его, всматриваюсь в его глаза увлажнённым взглядом.

— Будет так, как я сказал, Кир, — звучит от него вердиктом. — Иначе твой бизнес развалится. Я расторгну договора с клиентами. Расторгну с магазинами, которые сам заключал, когда ты разъезжала по всей стране, набираясь знаний и обрастая нужными связями. Я прекращу финансирование твоего бизнеса и расторгну договор найма помещения, в котором находится твоя дизайнерская студия.

Каждое сказанное им слово сдавливает моё горло колючей проволокой. Вминает грудную клетку, заставив плакать моё сердце, которое в миг замолкает, лишь изредка давая о себе знать через короткие, едва ощутимые удары.

— Ты не можешь, так поступить со мной, — качаю головой, уничтожая его взглядом, переполненным яростью от чудовищного поступка. — Я верила тебе… Ты говорил, что я выплачу тебе всё, как смогу… Что, все документы являются лишь формальностью и нужны лишь для отчётности перед налоговой и банком. Я же вовремя всё оплачиваю и выполняю свои обязанности.

Платон молчит. Он просто прибивает меня сейчас к стулу своим тяжёлым, свинцовым взглядом.

Выпрямляет плечи, задирая свой подбородок вверх.

Делает глубокий вдох.

— Твоя жизнь в моих руках, — произносит грубо холодным голосом. — Либо со мной. Либо на улицу, — ставит меня перед выбором. — Я не лишу себя удовольствия быть с тобой.

Глава 6

Растираю ладонью слёзы разочарования на своём разгорячённом лице.

Облизываю горячие губы.

Шмыгаю носом.

— Я выбираю второе, — произношу ему уверенно, приняв решение для себя бороться с ним до последнего.

Платон не останавливает меня. Он ухмыляется, когда я поднимаюсь со стула, выпрямляясь во весь рост.

Кидаю напоследок свой взгляд, переполненный ненавистью.

Выхожу из кафе с высокоподнятой головой.

Не дождёшься, мерзавец, чтобы я стояла перед тобой на коленях. Никогда не быть этому. Я верну себе всё. Даже не сомневайся в этом.

Я хочу прибегнуть к консультации юриста.

Испытываю лёгкое головокружение, когда скрываюсь внутри салона своего автомобиля.

Чувствую, как силы покидают меня, будто Платон высосал из меня всю энергию.

Горло сдавливает стальной клешнёй. В носу начинает пощипывать.

Нет, Кира. Не смей плакать. Не стоит изводить себя из-за такого ничтожества.

Да, обидно. Да, больно.

Потерпи, милая. Всё образуется. Я справлюсь. Справлюсь.

Хочу прокричать и озвучить свой внутренний монолог. Хочу вдолбить в свою голову, что нужно пережить этот момент. Что скоро всё пройдёт.

Губы подрагивают. Першение в горле перерастает в боль.

Набираю воздуха, глотнув его ртом как можно больше. Выдыхаю короткими рывками. Пытаюсь сосредоточиться на дороге.

Где же уже это здание? Нужно было записаться на онлайн-консультацию. Но нет. Мне же захотелось лично побеседовать обо всём с юристом. Захотелось задать ему нужные вопросы. Захотелось исключить возможность внезапного отключения нашего с ним диалога по непредвиденным причинам. Чтобы деньги не были потрачены впустую.

Я точно помню, что где-то здесь была юридическая консультация. Вывеска рекламы всегда мелькала у меня перед глазами, когда я проезжала это место.

Вижу. Я нашла её.

Моё сердце совершает кувырок.

А телефон выдаёт мелодию звонка. И он от неизвестного абонента.

— Да… — принимаю его по громкой.

— Кира Олеговна? — слышу приятный женский голос.

— Да, — произношу тихо в некоем замешательстве.

Что, уже началось? Платон успел запустить свои руки в мои дела?

— Кира Олеговна

— Да. Это я, — подтверждаю свои данные. — Вы кто?

— Я ваша клиентка. И мне очень неприятно, что вы так поступаете со мной, — продолжает она, немного напирая.

— Не понимаю, — паркую автомобиль, как только нахожу подходящее место для стоянки. — Представьтесь мне. Я даже не знаю, с кем разговариваю.

— Ланская Ольга Сергеевна, — гордо произносит женщина, выделяя каждое слово. — Я заключила с вами договор на приобретение вашей последней коллекции одежды в полном объёме. И у меня уже появились покупатели на неё. Они выбрали себе ваши модели через электронный каталог. И с нетерпением ждут, когда она уже появится в моём магазине.

Тяжело глотаю пересохшим горлом.

Этот договор подписывал Платон. Он звонил мне, когда я отсутствовала в городе, чтобы посоветоваться со мной. Узнавал у меня, смогу ли я потянуть этот заказ. Заказ, один из самых крупных, которые были у меня.

— Я выполню свою часть договора в полном объёме, — уверяю её. — Договор остаётся в силе.

Сама же вожу кончиками подрагивающих пальцев по своей напряжённой шее. Сглатываю. Пытаюсь найти решение на ходу.

Слёзы подступают к уголкам глаз.

— Но… — продолжает Ольга Сергеевна, женщина, владеющая целой сетью дорогих модных магазинов. — Мне на почту пришло письмо, что вы расторгаете наш договор. Вы можете мне объяснить, что происходит?

— Могу, — тру кончик носа указательным пальцем. Смотрю на себя в зеркало заднего вида. Крепко сжимаю губы. — Мы можем поговорить с вами в любое время, удобное для вас, и всё обсудить, — предлагаю ей уверенным, немного осипшим, голосом.

— Я сейчас у себя в офисе и хочу, чтобы вы со мной объяснились немедленно. Вы теряете свою репутацию, Кира. Вы подводите меня, — раздражённо проговаривает Ольга Сергеевна с присутствующей вибрацией в голосе.

— Я приеду, — сообщаю ей. — Прямо сейчас приеду. Скиньте мне ваш адрес. Так вас устроит?

— Вполне, Кира. Я надеюсь, у нас получится договориться с вами и избежать неприятностей.

Я мчусь в офис к Ольге Сергеевне.

Дыхание подобно скорости автомобиля набирает обороты.

Сердце тоже торопится встретиться с этой женщиной, выдавая учащённые удары о грудную клетку.

Я обязательно должна что-нибудь придумать.

Останавливаю автомобиль на парковке у здания, облицованного гладким стеклом. Большие витражные окна открывают внутренние пространства здания на верхних этажах.

Прежде чем идти внутрь, я решаю посмотреть на своём ноутбуке, какое письмо отправил Ольге Сергеевне Платон.

Он действительно расторгает с ней договор от моего имени.

А потом извиняется и предлагает выплатить неустойку.

Ну и… Нет слов.

Спешу к центральному входу, выравнивая своё дыхание глубокими вдохами и протяжными выдохами.

Тяну на себя массивную дверь из металла и стекла с ярким логотипом бренда.

На входе в здание задеваю плечом мужчину крепкого спортивного телосложения, который разговаривает по телефону. И в ответ от него получаю вопросительный недоумевающий взгляд карих глаз.

— Извините, — произношу взволнованным голосом, заправляя непослушные волосы за ухо. — Вы не подскажете, где кабинет Ольги Сергеевны Ланской?

Мужчина улыбается одним уголком красивых ярких губ.

— С удовольствием, — произносит низким спокойным голосом, всматриваясь в мои широко раскрытые глаза. — Перезвоню, — отвечает своему собеседнику.

Направляет меня к кабинету Ольги Сергеевны.

Я спиной ощущаю его горячий взгляд, сопровождающий меня. Который сканирует меня сейчас.

Холодная волна мурашек пробегается по моему телу, но я не оборачиваюсь. Я иду дальше. Иду туда, куда он мне указал.

Глава 7

Стучу в дверь кабинета Ольги Сергеевны, а точнее в матовое стекло. Чувствую, как стучит моё сердце.

— Войдите, — слышу в ответ приятный приветливый голос женщины.

— Добрый день, — приветствую её, стараясь сохранять спокойствие в голосе, несмотря на внутреннее волнение.

— Кира? — задаёт мне вопрос женщина, на вид лет пятидесяти, со стройной фигурой. Её одежда и причёска говорит мне о её отличном вкусе.

— Да, — произношу тихо, но уверенно.

— Присаживайся, — предлагает жестом руки устроиться на стуле, стоящем рядом с её столом. — Рассказывай, что у тебя произошло, — звучит просьбой из её уст. Она изучающе оглядывает моё взволнованное лицо своими красивыми карими глазами, глубокими и выразительными, внутри которых плещется сильнейшая энергия.

Дверь кабинета распахивается, как только я успеваю открыть свой рот.

— Захар, — чувственные губы Ольги Сергеевны расплываются в умилённой улыбке. — Как я рада, что ты заехал ко мне.

Она выходит из-за стола. Медленно, грациозно подходит к мужчине, которого я задела при входе в здание.

Он протягивает ей свои крепкие руки, едва согнув их в локтях. Губы слегка дёргаются от появившейся на его лице улыбке.

— Я сейчас немного занята, — сдвигает брови красивая женщина, принимая от незнакомца поцелуй в щёку. — Если у тебя есть время, подожди меня немного в комнате отдыха, — просит его.

Я же не понимаю, кем этот уверенный мужчина может приходиться ей. Для её мужчины слишком молод, для сына слишком взрослый. Наверное, какой-нибудь родственник. Или, хороший знакомый.

— Мне здесь будет удобно, — выдаёт он ей уверенно, дёрнув бровью. — У тебя нет от меня секретов? — смотрит исподлобья, опустив подбородок.

— Нет, нету, — Ольга Сергеевна наклоняет голову набок, прищурив свои янтарные глаза длинными ресницами. Проводит Захару по крепкому плечу. — Я очень соскучилась по тебе, — утвердительно кивает, сомкнув губы. — Устраивайся. Мы с Кирой обсудим наши с ней дела, и я полностью буду свободной для тебя.

Она не спрашивает меня, удобно ли мне разговаривать с ней в его присутствии. А я не показываю ей своё недовольство. Похоже, он очень дорог ей. И моё мнение не будет важным.

— С Кирой значит, — Захар погружается в кресло, стоящее возле стены. Раскидывает ноги, облокотившись на гладкий подлокотник кресла одной рукой. Подпирает ладонью свой подбородок, рассматривая меня бесцеремонно.

Мои щёки поддаются жару от его огненного проникновенного взгляда, который так смущает меня сейчас.

Ольга Сергеевна возвращается на своё прежнее место всё той же медленной грациозной походкой.

— Леночка, — использует внутреннюю телефонную связь, по всей видимости, со своей секретаршей. — Ты уже на месте?

— Да, Ольга Сергеевна, — мягкий, нежный голос доносится из устройства, стоящего на столе элегантной женщины.

— Приготовь нам три кофе, — кидает ей коротко.

— Рассказывай, Кира, — предлагает мне Ольга Сергеевна, сложив перед собой тонкие ухоженные руки на гладкой поверхности стола. — Что за обстоятельства произошли, что ты хочешь расторгнуть со мной договор?

Присутствие Захара смущает меня. Поворачиваю голову в его сторону. Прикусываю краешек нижней губы. Покусываю её.

— Договор заключал мой муж, — перевожу свой растерянный взгляд с Захара на Ольгу Сергеевну. — Это он расторгает его. Произошла ошибка. Я всё улажу. В ближайшее время.

— Допустим, — она делает паузу. — Он что, не сообщил тебе об этом? Вы вообще

— Я позднее узнала, — прикусываю щеку изнутри. Ощущаю во всём теле огромное напряжение, сковавшее моё тело. — Коллекция будет готова к назначенному сроку. Не закончен всего лишь один костюм.

Захар подходит к нам ближе и, выдвинув стул из-за стола, присаживается со мной рядом.

В кабинет заходит молоденькая девушка с подносом в руках. Наверняка, это и есть Леночка, которой звонила Ольга Сергеевна. Расставляет перед нами кружки с ароматным кофе. Взмахивает ресницами, когда подходит к Захару и тут же на её щеках появляется лёгкий румянец. Она улыбается ему. Расправляет плечи и медленно выходит из кабинета.

Захар игнорирует появление девушки. Он смотрит на меня.

Делаю глоток прохладного воздуха от кондиционера открытым ртом. Рвано выдыхаю.

Впиваюсь в Захара взглядом, переполненным недовольством. Смотрю на него не моргая.

Он усмехается, и один уголок его губ лениво приподнимается.

— Мне кажется, что всё намного серьёзнее, — выдаёт Захар, проникая словами мне под кожу. — Ты не договариваешь, Кира.

Я вижу, как красуются на его лице острые скулы. Как подрагивают его напряжённые ноздри.

Так я им и рассказала обо всём. Первым встречным.

— Вам кажется, — уверенно произношу ему.

— Я бы смог тебе помочь, — продолжает настойчиво Захар, постукивая ручкой по столу.

Как же. Поможешь. Я тебя совсем не знаю. И, вообще, после поступка Платона, навряд ли я смогу доверять незнакомому мужчине. А если будет ещё хуже?

— И я, — присоединяется к Захару Ольга Сергеевна, внимательно изучая моё поведение. — И дела теперь я буду вести только с тобой. Лично.

Я чувствую, как влага выступает на моём лбу.

Холодок пробегается по моей спине.

Гул в ушах затуманивает мой разум. Картинка реальности исчезает.

Глава 8

— Кира… Кира… С тобой всё хорошо? — резко взмахиваю ресницами и резко вдыхаю воздух, возвращаясь в реальность. Ольга Сергеевна стоит возле меня со стаканом воды.

— Выпей, — протягивает мне его. — Легче станет.

Ослабленной дрожащей рукой беру стакан с водой. Прилагая усилие, делаю несколько глотков.

Я не помню, когда ела в последний раз. Один кофе за последнее время. Даже чувство голода не испытываю. Так сильно погружена в свои проблемы, которые мне создаёт Платон.

— Спасибо, — ставлю стакан перед собой на стол. — Уже лучше. Голова просто закружилась.

Провожу кончиками пальцев по лбу. Растираю его.

— Не при сыне сказано, — начинает Ольга Сергеевна.

Сыне? Как же хорошо она выглядит для своих лет.

— Но трудно не заметить, что вид у тебя истерзанный. Я бы сказала, замученный. Похоже, я соглашусь с ним. Мне тоже кажется, что у тебя неприятности. Или какие-то проблемы, — высказывает своё мнение она.

— Всё хорошо. Спасибо за беспокойство, — натягиваю искусственную улыбку. — Много работать пришлось в последние дни. Нужно больше отдыхать.

— Не буду лезть тебе в душу, Кира, — Ольга Сергеевна окутывает меня своим нежным проникновенным взглядом. — Надеюсь, скоро всё образуется у тебя.

Вот же докопались.

Опускаю свой взгляд. Кончиками пальцев скольжу по гладкой прохладной поверхности стола.

С губ Захара слетает усмешка.

Я же не могу спокойно воспринимать их слова. Считаю, что посторонние люди не должны разбирать мою жизнь.

Выступившая холодная влага на моей коже касается каждой моей чувствительной клеточки.

Едва заметная улыбка появляется на лице этой прекрасной женщины.

— У тебя всё впереди, Кира, — загадочно улыбается мне Ольга Сергеевна. — Жизнь только начинается. Вот увидишь.

Пусть у них будет своё мнение по поводу меня. Пусть они думают, как считают нужным. Не хочу продолжать с ними беседу.

— Спасибо вам за всё. Мне пора, — медленно поднимаюсь со стула. Хочу уходить.

— Постой, — останавливает меня Захар.

Моя рука оказывается в его крепкой тёплой руке.

Замираю на месте, когда тепло от его прикосновения расходится по моему обессиленному телу, словно наполняет меня надеждой изнутри.

— Вот моя визитка, — протягивает он с лёгкой улыбкой. — Если решишь принять от меня помощь, позвони.

Плавным движением руки принимаю её от него.

Крепко сжимаю её пальцами, словно вижу в ней своё спасение.

— Мы продолжим с тобой и дальше сотрудничать, — идёт навстречу Ольга Сергеевна. — Мы ещё удивим этот мир своими решениями. Я рада, что познакомилась с тобой, Кира. И особенно рада, что ты сама приехала ко мне. Звони мне. Я всегда буду рада поговорить с тобой.

Да что происходит? В уголках моих глаз пробираются слёзы.

Люди, которые совсем недавно были для меня чужими, предлагают мне свою помощь. Просто так.

Но я не могу им открыться. Не хочу обнажить перед ними свою боль.

— Спасибо вам за всё, — едва сдерживаю слёзы, которые уже на подходе. — Я позвоню.

Крепко сжимаю губы, надавливая на них зубами изнутри.

— Я провожу, — Захар выходит за мной следом.

Ольга Сергеевна улыбается в ответ.

— До встречи, Кира.

Захар идёт молча рядом со мной до самой моей машины, смущая меня своим присутствием.

— Звони, Кира, — произносит уверенно, когда я открываю дверь своего автомобиля.

— До свидания, — тихо произношу ему и скрываюсь в салоне машины.

Трогаюсь с места. А сердечко часто постукивает внутри.

Еду к себе в студию.

Там меня ждёт Платон. Прямо в моём кабинете, расположившись на моём любимом кресле возле рабочего стола.

Носочком одной ноги отталкивается от пола и кружится, пока кресло не останавливается.

— Привет, Кир, — звучит приветствие от него. — Проходи. Располагайся.

Платон вытягивает руки к столу, опустив их ладонями вниз на него. Расправляет плечи. Разглядывает свои руки.

— Почему ты себя так ведёшь? — задаю ему вопрос, недовольная его поведением в своём кабинете.

Прохожу к нему ближе.

Кидаю свою сумочку на стол размахнувшись.

Как же он меня достал?

Опираюсь ладонями о край стола. Наклоняюсь к нему ближе.

Жду, когда он поднимет на меня свой взгляд. Жду, что он ответит мне.

— Как? — с его лица стирается улыбка. Он смотрит мне в глаза. — Как я себя должен вести, Кира? Как? — его голос становится громче. — Моя жена не ночует дома. Не появляется на работе… Где ты была, Кир?

Платон поднимется с кресла, впившись в меня своим ледяным жёстким взглядом. Сжимает губы. Обходит стол и равняется со мной.

Я слышу его шумное, иногда свистящее, дыхание.

Выдерживаю напористый взгляд, которым можно убить.

— У меня есть дела, — сглатываю. — И я не буду обсуждать их с тобой.

Платон обхватывает меня за шею сзади своей стальной рукой. Притягивает мою голову ближе к своему лицу.

Крепко сжимает зубы, приоткрыв подрагивающие губы.

Я сопротивляюсь. Отклоняюсь назад, вцепившись в его руку своими пальцами. Он притягивает меня снова

Наше дыхание становится одним на двоих, смешавшись в напряжении.

Прожигаем друг друга бешеными взглядами, переполненными эмоциями. И по всей видимости, отличающимися.

Я испускаю ненависть и злость. Платон же хочет моей покорности.

У него почти получается дотянуться до моих губ. Я успеваю вставить между ними ладонь, и он касается её, обжигая мою кожу горячей страстью. Платон прикусывает мой палец. Заключает меня в свои стальные объятия.

Глава 9

Становится трудно дышать. Дышу через зубы. Кожу жжёт от крепких объятий Платона.

— Отпусти, — бью его по ноге каблуком, отчего он просто начинает смеяться.

— Сказал же, нет, — его голос становится ниже. — Ты моя, Кир. Тебе нужно просто принять, как теперь мы будем жить с тобой.

— Я разведусь с тобой. Я не буду с тобой жить, — кричу в его плечо губами, когда он прижимает мою голову к нему. — Я никогда не приму тебя…

От бессилия начинаю плакать. Не могу бороться с ним. Никогда не делала этого и не собираюсь. Хочу достучаться до него словами.

— Я запишу тебя к психологу, — произносит тише, охрипшим голосом. Запускает свои пальцы мне в волосы, массируя мою кожу. — Ты успокоишься, и мы будем снова счастливы с тобой.

— Нет, — упираюсь кулаками в его крепкую грудь, отталкивая его от себя. — Уходи… Оставь меня в покое…

Задыхаюсь от обиды. От горячего воздуха, который резко выдыхаю, обжигающего моё горло.

Трясу головой. Выплёвываю волосы изо рта, которые прилипают к моим губам, смешавшись с солёной влагой слёз.

— Ты не можешь меня выгнать отсюда, Кир, — мягким голосом продолжает Платон, совершая очередную попытку прижать меня к своей груди. — Здесь всё наше. Не твоё. Просто знай об этом.

Он притягивает меня к себе силой.

— Ты такая беззащитная сейчас, — шепчет Платон. — Такая ты мне нравишься ещё больше.

Прислоняется к моим волосам.

Делает глубокий вдох. Зарывается в мои волосы лицом.

И когда он наслаждается моим запахом, мне удаётся вырваться из его оков.

Я огибаю стол, словно маленький зверёк сбегает от своего хищника.

Платон не останавливает меня. Он просто присаживается на край стола и смотрит на меня исподлобья, улыбаясь глазами, прикрытыми ресницами. В уголках глаз собираются мелкие морщинки.

Освобождаю лицо от волос. Поправляю на себе одежду.

Разогнавшееся дыхание сбавляет обороты.

Открываю бутылочку с водой, которая всегда есть у меня на столе.

Жадно пью воду, не отводя взгляда от Платона.

— Возвращайся, Кир, — как можно мягче произносит Платон. — Ты нужна мне.

Резко выдыхаю.

— Зачем я тебе? — вскрикиваю от злости. — Думаю, у тебя есть кандидатуры занять моё место. И, наверняка, их у тебя достаточно.

Платон проводит загорелой рукой себе по волосам. Укладывает чёлку.

— Вполне, — произносит самодовольно. — У такого мужчины, как я, должно быть много женщин. Я не могу без этого. Вы придаёте мне сил. Даёте мне уверенности. С вами я убеждаюсь в своих способностях. Мне нужно знать, что вы без ума от меня. Что в постели я божественен. Мне мало, если бы ты одна говорила мне это. Я хочу слышать эти слова от других, Кир. Понимаешь?

В его глазах играют языки пламени. Грудь вздымается от глубокого дыхания.

— Не понимаю, Платон, — выпаливаю ему сорвавшимся голосом. — Никогда не пойму. Отпусти меня, — шепчу я, не в силах удерживать слёзы. — Я так не могу больше.

Платон отталкивается от стола.

— Всё, Кир. Хватит, — грубым голосом обращается ко мне. — Мне надоели твои сопли. Собирайся. Мы едем домой.

Из мягкого, нежного он превращается в злобного самоуверенного.

— Я не поеду, — качаю головой, сотрясая волосами. — Я ушла от тебя. Своего решения я не поменяю.

— Зря.

Напряжение повисает в воздухе.

Тело сковывает, когда я принимаю позу, готовясь сорваться с места и бежать без оглядки.

Прокручиваю в голове вариант, как бы мне сбежать из своего кабинета.

— Я уйду, Кир, — Платон пристально смотрит на меня. — Сегодня. Только потому, что у меня дела и другие планы на вечер, — прочищает горло. — Мы вернёмся к нашему разговору. От меня не убежишь.

Могу расслабиться, только когда он выходит из моего кабинета.

Просто валюсь на кресло, распластавшись на нём. Руки падают плетьми на мягкие подлокотники.

Склоняю голову на бок. Слеза сползает по щеке и заканчивает свой путь на моём плече, сорвавшись с неё.

— За что? — содрогаюсь от слёз отчаяния. — За что мне всё это?

Осматриваю предметы, лежащие на моём столе. Останавливаю свой уставший тяжёлый взгляд на своей сумочке.

Тянусь к ней и достаю визитку Захара.

Стучу ей по столу.

В груди начинает жечь. Поглаживаю шею, нажимая на неё пальцами.

Гипнотизирую взглядом свой телефон.

— Нет. Не могу, — киваю головой, отрицая свою появившуюся мысль по поводу звонка.

Потом просто сижу в кресле и смотрю в пустоту, обнимая себя за плечи.

Сижу так до тех пор, пока ко мне не заходит моя помощница.

— Кира. Я пойду? — обращается ко мне своим нежным спокойным голосом Марина. — Рабочий день полчаса как закончился.

— Угу, — сжимаю губы в узкую полоску.

— Тебе ничего не нужно? — подходит ко мне ближе.

— Нет, — отвечаю коротко. Не хочу ни с кем разговаривать.

— Что-то случилось? Неважно выглядишь, — Марина подаётся ко мне ближе, опираясь на стол руками.

— Не сейчас, Мариш, — прошу её тихим обессиленным голосом. — Потом поговорим.

Марина останавливает на моём лице свой взволнованный взгляд.

— Платон? Это он тебя обидел? — решается на вопрос.

Утвердительно прикрываю глаза влажными ресницами, смахнув появившуюся слезу.

— Понятно. Потом обязательно поговорим на эту тему. Я пойду, — делает глубокий вдох.

Подходит к двери. Оборачивается на меня. В её взгляде жалость и сострадание. А мне совсем не хочется, чтобы меня жалели. Вытираю ладонью щеку.

— Марина, — останавливаю её на выходе.

— М?

— Мне нужна будет твоя помощь. Я хочу, чтобы ты иногда заменяла меня в моё отсутствие и следила за рабочим процессом.

— Хорошо, Кир. Без проблем.

— Спасибо, — пытаюсь улыбнуться, но пересохшие губы не дают мне этого сделать. Лишь неприятно растягиваются от моей попытки отблагодарить свою помощницу.

И мне становится страшно, когда я остаюсь одна.

Посторонние звуки приподнимают волоски на моей коже.

Всё же собираюсь силами и еду к себе.

Припарковываю автомобиль поближе ко входу.

Оглядываюсь, прежде чем выходить из него.

Вглядываюсь в каждый предмет. В людей. Даже в тени от деревьев.

Вслушиваюсь в голоса и звуки, когда открываю дверцу.

Делаю всё быстро, когда выхожу из машины.

Быстрым движением открываю входную дверь подъезда.

Бегу к своей квартире, переделанной в студию когда-то.

Быстро проворачиваю ключ и скрываюсь за дверью. Также быстро закрываю замок.

Прижимаюсь спиной к двери. Смыкаю подрагивающие веки.

Пытаюсь восстановить дыхание и успокоиться, ощутив себя в безопасности в своей маленькой квартире.

Хочу пройти внутрь, но в мою спину отдаётся стук от ударов в дверь с другой стороны, заставив меня напрячься.

Глава 10

Прохладный пот овладевает моей спиной, когда я отрываюсь от входной двери. Стараюсь не дышать.

Тянусь к дверному глазку. Заглядываю.

Не узнаю мужчину, который стоит перед дверью.

— Вам кого? — кричу осипшим голосом через дверь.

— Хозяйку квартиры, — громко сообщает мне мужчина. — Поговорить нужно.

— Я хозяйка. Так говорите, что вам нужно, — цепенею от ужаса.

— Я квартиру хочу вашу купить. По объявлению к вам приехал, — его слова словно громом звучат в моей голове. Оглушают меня на мгновение.

— Она не продаётся. Вы что-то путаете, — продолжаю разговаривать с ним через дверь.

— Странно, — диктует адрес из объявления. — Это точно ваш адрес.

— Адрес мой, — соглашаюсь с ним, с трудом глотая, стараясь избавиться от сухости во рту. — Только объявления я никакого не подавала о продаже квартиры. Произошло недоразумение.

Ну Платон. Сколько можно?

Вытягиваю губы в узкую полоску. Голова падает вниз. Качаю головой, убирая прохладными пальцами спутанные волосы с лица.

— Извините. Я пойду, — доносится до меня едва слышный голос незнакомца. Мужчина не просит разъяснений. Он просто уходит.

А я же, переполненная злостью и ненавистью к своему мужу, пытаюсь принять решение, как мне вести себя с Платоном дальше.

По-хорошему он не понимает. Буду действовать его методами.

А к юристам за помощью я всегда успею обратиться. Сначала попробую свой вариант, до которого я дохожу, когда ворочаюсь на кровати до глубокой ночи.

С утра звоню Марине. Говорю ей, чтобы не теряла меня сегодня.

Потом иду на беговую дорожку, первую мою крупную покупку, оставшуюся здесь. И обязательно с музыкой.

Потом душ. Кофе. Кофе самый дешёвый. Он тоже остался от прежней моей жизни.

Такие простые вещи закидывают меня в тёплые воспоминания моих счастливых дней и придают мне сил.

Настроение становится приподнятым. Я готова сражаться с Платоном. Только я буду вести с ним свою игру.

Я хочу сохранить свой маленький мир, очень ценный для меня.

Если он не согласится, то потеряет больше, чем я.

Не торопясь, подбираю себе одежду на сегодня. И, разглядывая себя в зеркало, остаюсь довольной на этот раз.

На лице появился румянец. В глазах теплится жизнь.

И на встречу со своим мужем я выбираю платье винного оттенка.

Пусть знает, что я не сдамся просто так.

Но прежде чем отправиться к Платону в фирму, я заезжаю на завтрак в одно из любимых мною кафе.

И, насладившись едой и горячим ароматным кофе, еду к Платону.

Без предупреждения вхожу к нему в кабинет.

И он не один.

На его коленях восседает стройная девушка, игриво воркуя что-то ему на ухо.

Я хлопаю дверью.

Платон обращает на меня внимание.

— Иди. Иди отсюда, — командует он шокированной девушке шипящим голосом.

Та срывается с места и мелким семенящим шагом пробегает мимо меня, исчезая за дверью.

— Ты… — Платон произносит так, словно увидел привидение.

— Я, — кидаю уверенно.

Прохожу внутрь его кабинета, уверенно шагая по дорогому ковру, очень любимому мужем. Так и хочется надавить на длинный ворс посильнее и оставить свои следы от каблуков, чтобы помнил меня надолго.

Устраиваюсь на мягком диванчике. Разглаживаю его рукой. Потом достаю из сумочки упаковку влажных салфеток. Медленно вынимаю одну и вытираю свою ладонь, демонстрируя Платону свою неприязнь. Морщу лицо.

— Сколько раз ты кувыркался на нём со своими… поклонницами? — задаю ему вопрос ухмыляясь.

— Ты хочешь знать? — Платон поправляет на себе одежду. Волосы. — Много.

— Почему-то я так и думала, — снова усмехаюсь я, понимая, что мои глаза, наконец-то, открылись на Платона. — Мне нет до этого никакого дела.

Говорю ему так, и на самом деле ощущаю, что Платон стал мне безразличным.

— Кир, не начинай, — хмурится Платон, наклонив голову набок. — У нас с тобой семья. А эти… — переводит свой взгляд с меня на дверь, за которой только что скрылась его очередная жертва. — Не воспринимай серьёзно.

— Ты продолжаешь настаивать на своём решении? Ты не дашь мне развода? — задаю вопрос твёрдым голосом.

— Настаиваю, Кир, — прокашливается Платон в кулак. — И готов на договор, в котором мы пропишем с тобой наши права и обязанности. А так же и права на имущество. Это мой подарок тебе.

Он сильно верит в себя. Просто неимоверно сильно.

— Я хочу развестись и не поменяю своего решения, Платон, — продолжаю стоять на своём.

Закидываю ногу на ногу. Скрещиваю руки у себя на груди. Взмахом головы откидываю волосы назад.

Чувствую, как в моём взгляде нарастает сила.

Вижу, как дёргается его веко.

— Тогда ты знаешь, что с тобой будет, Кир, — цедит Платон сквозь зубы.

— А ты не знаешь, что будет с тобой, — усмехаюсь я.

Глава 11

Платон приподнимается на стуле, опираясь на его пластиковые подлокотники сильными руками.

Потом опускается на него падая.

В его глазах читается паника. Он явно осознаёт, что я могу сопротивляться ему. И мой визит тому подтверждение.

Я не стала бегать от него. И вот я здесь. В его кабинете. В туристической фирме Платона, которую он основал до моего появления в его жизни.

— Ты смеешь ставить мне условия? — челюсть Платона выдвигается вперёд. — Как ты посмела вообще заикнуться и угрожать мне? — в его глазах разрастается злость, окрашивая их в кровавый оттенок.

— Я не собираюсь тебе угрожать, — произношу слова спокойно, как можно увереннее. — Я приехала к тебе по делу и хочу договориться с тобой. Хочу, чтобы ты учёл мои пожелания. Чтобы мы оба остались при своём.

Платон резко выдыхает, сопровождая выдох нервной усмешкой.

— Что? — его губы раскрываются от удивления на моё заявление. — Какие у тебя могут быть пожелания? — на его переносице собираются складки. — Что ты вообще из себя представляешь без меня?

— Спасибо тебе за всё, что ты сделал для меня, — продолжаю спокойным голосом. — Но нам придётся разделить имущество, совместно нажитое за четыре года нашего с тобой брака. А дальше я сама. А ты сам.

Не моргая, смотрю в его, широко раскрытые глаза.

— Совсем охренела, что ли? — взвизгивает он. — Какой ещё раздел имущества? Я же… Я же старался для нас… Старался для нашей семьи…

— Ты не один старался. Я тоже развивала свой бизнес во благо нашей семьи. Но по большей части я занимаюсь своим любимым делом, ставшим моим смыслом жизни. И я не отдам тебе его. Я достаточно заплатила за него. Ты прекрасно знаешь, что почти все средства уходят на затраты и на выплаты тебе и банку. Я ничего себе не оставляю.

— И что? — он просто убивает меня своим непониманием. — У меня своё дело, у тебя своё. Меня всё устраивало бы и дальше. Я готов был смириться с твоим вечным отсутствием, заполнив своё свободное пространство другими женщинами. Мне всё подходило, Кир, — давит на меня своим пронзительным взглядом, раздувая ноздри и играя желваками.

— Пока я не узнала, — подмечаю я.

И всё больше отмечаю для себя, что Платон не тот мужчина, которого бы я хотела видеть рядом с собой. С котором бы я хотела пройти всю жизнь рука об руку.

— Да ерунда всё это, — опять начинает свою песню Платон. — Не бери в голову.

Даже не хочу, чтобы он снова начинал. Сначала уговаривать меня быть с ним. Потом угрожать.

— Ты можешь поступать как хочешь, Платон. Я подаю на развод и на раздел имущества.

— Подавай, — он кивает головой. Смыкает перед собой кончики пальцев и пружинит ими. — Прекрасно… Останешься ни с чем.

Быстро моргает, покусывая губы.

— Мы можем договориться без суда, — предлагаю ему твёрдым настойчивым голосом.

— Интересно, — он нервно усмехается, и прикрытые веки начинают заметно подрагивать.

Похоже, Платон не ожидал от меня такого напора.

— Вот же, — он склоняет голову хмыкая.

Его пальцы собираются в кулаки, побелевшими от крепкого сжатия.

Он поднимает на меня свой взгляд. Его загорелое лицо окрашивается багровым оттенком от подступившей крови.

Не могу не заметить, как трудно ему даётся сглатывать и как часто дёргается его кадык.

— Ради интереса, — протягивает он. — Расскажи мне, что за мысли посетили твою голову. Что за хрень ты там придумала, — его голос становится громче.

— Ты оставляешь меня в покое. Меня и мой бизнес. Никакие средства я тебе не возвращаю. И не претендую на твои. Жить буду в своей старой студии. И последнее, мы разводимся с тобой обоюдно.

Лицо Платона застывает и бледнеет. Лишь его глаза, словно ходики, жонглируют, не в силах оторваться от моего смелого взгляда.

— На что ты можешь претендовать? — задаёт мне вопрос он, скрипя зубами. — У тебя нет прав, — рявкает на меня. — Не смей покушаться на моё имущество.

— В случае твоего отказа пойти мне навстречу, ты потеряешь больше, чем бы мог подумать, — говорю загадками. Хочу, чтобы он пошевелил мозгами.

— И у тебя хватит смелости? — смотрит на меня исподлобья прищурившись. — Кишка не тонка?

И теперь я прихожу к выводу, что он просто брал меня на испуг. Вдруг повезёт. Вдруг прокатит. И я приползу к нему на коленях.

— Хочешь проверить? — задаю ему вопрос и ощущаю, как смеются мои глаза и как внутри меня растекается приятное тепло.

Челюсть Платона заметно двигается.

— Что ты собираешься предпринять? — задаёт вопрос с нажимом.

Вот это другое дело.

Глава 12

Выпрямляю спину. Закидываю волосы назад.

Ощущаю прилив сил. Такой мощный, будто животное защищает своё дитя. Так я борюсь за свои права, за свой маленький мир, за своё любимое дело.

— Если ты будешь препятствовать разводу и не согласишься пойти мне на уступки, то я подам на раздел твоего счёта. А там, как я знаю, во время нашего с тобой брака накопилось достаточно много средств, — произношу уверенно, глядя ему в глаза, стараясь проникнуть как можно глубже в его сознание.

— Мой бизнес не трогай, — восклицает Платон. — Я его выстроил ещё до тебя. Ты не имеешь на него никакого права.

— Я не претендую на твой бизнес, — уверяю его спокойным мягким голосом. — Я говорю тебе про прибыль, которую ты получал, состоя в браке со мной. Мы будем делить с тобой то, что нажито нами непосильным трудом за четыре года.

— Ты не посмеешь, — рычит на меня Платон. В его голосе ярость. В глазах злость. Мелкие вкрапления появляются на его лбу. Дыхание резкое, громкое.

— Я даю тебе время до завтра, Платон, — говорю в заключение. — Как я буду действовать дальше, зависит от твоего ответа. — Мы ещё продолжим с тобой разговор. И… объявление о продаже моей квартиры удали.

Лицо Платона покрывается пятнами. На лбу появляются испарины.

Медленно поднимаюсь с диванчика. Прохожу по ковру уверенной походкой, двигаясь к выходу.

Открываю дверь кабинета. Медлю, нервируя его своим присутствием.

— Пока, — кидаю ему нежно, оглянувшись перед выходом.

Улыбаюсь, отрываясь от недовольного взгляда Платона, протирающего свой лоб платочком.

Когда закрываю за собой дверь, ускоряю свой шаг. Хочу побыстрее уйти с этого места.

Также быстро дохожу до своего автомобиля.

Уезжаю подальше от фирмы Платона.

Еду в полюбившееся мне кафе, где завтракала сегодня.

Хочу подготовить документы для развода, воспользовавшись своим ноутбуком.

Устраиваюсь за самым дальним столиком возле окна и начинаю собирать нужную мне информацию, предварительно сделав заказ.

Перечень необходимых документов впечатляет меня.

Мне однозначно потребуется квалифицированная юридическая помощь.

Снова тянусь к своей сумочке и вынимаю из неё визитку Захара. Стучу ей по столу, не решаясь воспользоваться, закидываю обратно.

Сейчас мне требуется помощь адвоката. Я хочу, чтобы он занимался не только сбором нужной документации, но и представлял мои интересы в суде.

Не хочу медлить. Не буду ждать до завтра. Думаю, Платон не пойдёт мне на уступки. Почему-то я в этом уверена.

— Кира? — оглядываюсь на голос Захара, которого сразу узнаю. — Что ты здесь делаешь? — наклоняется вперёд, чтобы увидеть экран моего устройства.

Я прикрываю его от него.

— Перекусить решила, — сообщаю ему уверенно холодным тоном. — В тишине. Одна, — добавляю, желая избавиться от его присутствия.

Лёгкая усмешка слышится от него.

Он задерживает своё внимание на моём лице. Глаза сияют, а взгляд становится ярким и мягким.

Расправляет свои и так широкие плечи, приподняв подбородок.

— До свидания, Кира, — прощается со мной. Проводит пальцем по столу и медленной уверенной походкой идёт к выходу.

Хмурюсь, не понимая его действия.

Как он оказался здесь?

Заканчиваю приём пищи в гордом одиночестве, не сожалея.

Созваниваюсь с Мариной. Убеждаюсь, что на работе всё в порядке. Еду к себе.

И на следующий день, не дожидаясь звонка от Платона, еду к адвокату, которого нашла на определённом сайте.

И

После того как мы обсудили интересующие меня вопросы, он предложил мне поужинать с ним. Он прямо сказал, что хотел бы продолжить со мной общаться в другом русле. В более интимной обстановке со всеми вытекающими.

Я чуть не поперхнулась от его наглости.

— Я не нуждаюсь в ваших услугах, — даю ему отпор, а у самой голос вибрирует, и колени трясутся.

Встаю из-за стола и подхожу к выходу на ватных ногах, стараясь не упускать из вида этого мерзкого для меня адвоката.

Нащупываю холодную металлическую ручку двери. Открываю её и молниеносно устремляюсь за пределы его кабинета. Впрочем, как и из здания.

А когда еду в машине ругаю себя.

— Никому нельзя верить. Никому.

Решаю, что мне нужна адвокат женщина. Что с ней у меня не будет таких казусов.

Так и делаю.

Еду в другую адвокатскую контору. Хочу обсудить на месте всё, что я хочу получить при разводе.

На этот раз остаюсь довольной, обсудив свои запросы с молодой серьёзной, на первый взгляд, девушкой адвокатом.

Она занимается моим вопросом.

Платон так и не звонит мне. Он затаился и чего-то ждёт.

И, собрав нужные документы для суда, составив заявления, проходит немало времени.

Я занимаюсь своим бизнесом, дорабатываю коллекцию и передаю её Ольге Сергеевне. В то же время слежу, как продвигаются мои дела, приближающие меня к разводу.

Перед тем, как передавать документы и заявления в суд, я пытаюсь поговорить с Платоном. Может нам придётся прийти к мировому соглашению и обойтись без суда.

Мой адвокат — Соколова Надежда Викторовна, назначает встречу с Платоном.

И после их знакомства меня ждёт очередной удар в виде СМС от Надежды:

“Платоша мне всё рассказал о вас. Я не желаю в подобном участвовать и хочу расторгнуть с вами договор.”

Глава 13

Выходит, Платону удалось расположить к себе Надежду. Она перешла на его сторону. Да ещё таким подлым образом.

Но я не позволяю эмоциям взять над собой верх. Хорошо, что я подготовилась заранее.

Я передаю документы, собранные адвокатом, в суд. Они все есть у меня в полном объёме. Перед тем как обращаться к Платону, я запросила у неё их, оплатив её проделанную работу. Как чувствовала.

Подаю на развод и на раздел имущества.

Действую самостоятельно.

Только после этого Платон звонит мне.

— Кир. Неужели ты думаешь, что тебе удастся чего-то добиться? — его низкий голос звучит угрожающе. Заставляет меня вздрогнуть. — Своими действиями ты вынуждаешь меня поступить плохо по отношению к тебе. Надежда поможет мне. Тем более она в курсе наших с тобой дел.

Сглатываю. Прикусываю нижнюю губу. Уверена, что вместе она с ним не только как профессионал.

— Я пойду до конца, — выдаю ему решительно, справившись с внезапно появившимся страхом.

И адвокатам я теперь с трудом могу доверять.

Как вообще их выбирать? По каким критериям?

Сканировать их, что ли? Только не придумано ещё такое устройство.

— Давай, — усмехается Платон. — Удачи тебе. Возможно, мы вернёмся с Надей с отдыха перед судом. Если что, не удивляйся моему отсутствию.

— Ту девушку, с которой я встретила тебя в ресторане, ты уже бросил? Так быстро, — задеваю его.

— Знаешь, Кир, — рассуждает Платон. — Та девушка не такого уровня, которого мне хотелось бы. Тебе не понять. Пока. Мне пора.

Впрочем, я и понимать не хочу. Его поступки я нахожу подлыми и ему с ними жить.

Его уверенность в выигрыше дела не выбивает меня из колеи.

Я двигаюсь дальше. Продолжаю дальше развивать своё дело. Работаю над новой коллекцией. Нельзя упускать время и топтаться на месте, даже если придётся чем-то жертвовать при разводе.

Обустраиваю свой быт.

Ещё раз совершаю попытку найти адвоката.

Взмахиваю ресницами и впиваюсь вопросительным взглядом в экран ноута, когда вижу знакомую мне фамилию. Рот непроизвольно открывается.

Адвокатская контора Ланского Марка Львовича.

Вот так встреча.

Представленные цены за услуги кусаются. Но, полагаю, что здесь я смогу получить квалифицированную помощь.

Решаю не экономить, чтобы не совершить прошлых ошибок.

Связываюсь с ними по указанному номеру и мне назначают встречу.

Меня больше интересует, чтобы они представляли мои интересы в суде.

Оставляю все нужные документы для изучения.

А там уже всё в их руках.

На первое заседание Платон не является, и суд рассматривает материалы дела в его отсутствии, приняв во внимание мои доводы. Выступление адвоката, представляющего меня в суде, впечатляет.

Решением суда было принято назначить ещё одно слушание. Дать Платону возможность высказаться или предоставить опровержимые документы, если такие имеются, по поводу раздела имущества.

— Какая же ты гадина, Кир! — врывается в мой кабинет Платон после состоявшегося уже суда. — Ты всадила мне нож в спину. Ты посягнула на мои деньги, — возмущается он через глубокое шумное дыхание.

Он расхаживает по моему кабинету, нарезая круги. Запускает пальцы во взлохмаченные волосы.

Я стараюсь держаться спокойно и не показывать ему свой страх. Страх быть сейчас с ним наедине, не зная, что можно ожидать от него в такой момент.

— Присядь, — предлагаю ему спокойным голосом. — Поговорим? — смотрю на него исподлобья.

Он останавливается на месте. Втыкает пальцы в карманы узких брюк. Раздувает ноздри, выдвинув челюсть вперёд. Глазами пожирает меня, отражая огонь во взгляде от овладевшей им ненавистью ко мне.

Платон валится на кресло возле стены. Прикрывает лицо руками. Фыркает в ладони. Проводит по лицу напряжёнными пальцами, оставляя светлые следы на коже багрового оттенка.

— Где ты его откопала? — задаёт мне вопрос с неподдельной болью во взгляде. — С ним невозможно ничего сделать, — крепко сжимает зубы, растянув губы в узкую полоску.

— Ты про кого? — мои брови устремляются вверх.

Перебираю пальцами ручку и внимательно смотрю на Платона.

Никогда ещё не видела его таким. Таким беспомощным. Взвинченным. Неуверенным.

— Про адвоката твоего. Кого же ещё, — рявкает на меня Платон, выдавая искры из злобного взгляда. — С ним вообще невозможно договориться. Ни деньгами, ни словами. Ничем, — протягивает руки вперёд ладонями вверх. Сотрясает ими воздух. — Пусть будет так, Кир. Но ты мне должна будешь всё вернуть.

Наклоняю голову набок.

— Что именно должна я тебе буду вернуть? — задаю ему уточняющий вопрос.

— Деньги мои, — выкрикивает с нажимом Платон. — Всё до копеечки. Всё, что отсудите у меня, — его нижняя губа заметно дрожит.

— Я ничего не стану тебе возвращать, Платон, — говорю ему невозмутимым голосом. — Я пыталась поговорить с тобой. Я просила тебя решить наши с тобой вопросы по-хорошему. Я просила у тебя развода.

— Мало

— Ты будешь считаться со мной. Я не заслуживаю такого обращения к себе. И то, что сейчас происходит, напрямую связано с твоим бездействием, — не хочу повышать голос, само собой получается. — Надеюсь, скоро закончатся судебные разбирательства и я больше никогда тебя не увижу.

Разве могла я подумать пару месяцев назад, что этот самовлюблённый нарцисс окажется таким ничтожеством.

— Да ты думаешь своей миленькой головкой, что сейчас мне говоришь? — цедит сквозь зубы он. — Я же уничтожу тебя. Размажу. И следа от тебя не останется.

— А ты думаешь, что ты говоришь мне? — пресекаю его угрозы. — Где любовь, Платон? Любовь, которую ты испытывал ко мне. Была ли она вообще? Иногда мне кажется, что кроме себя ты никого не любишь в этой жизни, — сбавляю тон и протяжно выдыхаю.

— Что плохого, что я себя люблю, — на его лбу собираются складки. — Вы же, женщины, сегодня есть, а завтра вас нет. А я всегда есть у себя. Не вижу ничего плохого, что моя любовь к себе сильнее, чем могла бы быть к каждой из вас.

Приплыли. Я его совсем не знала. А лучше было бы, если бы Платон и вовсе не появился в моей жизни несколько лет назад. И вообще, я очень хочу, чтобы такие люди не появлялись больше в моей жизни. Никогда.

— Мне жаль тебя, Платон, — делаю заключение после его высказывания больше для себя, чем для него. — Надеюсь, с Надеждой у тебя получится выстроить крепкие отношения. Удачи вам. Оставь меня. Я не могу больше уделить тебе своего времени.

— Я с ней только до конца суда, — зло выдаёт мне он. — Потом она будет не нужна мне.

Смотрю на Платона и замечаю, как дрожат его веки, когда он прикрывает ими свои влажные глаза.

Он делает глубокий вдох. Протяжно выдыхает через дикое рыдание.

— А может… Может, мы попробуем с тобой начать всё сначала?

Глава 14

Упираюсь лбом о ладонь. Прикрываю глаза.

Голова заполняется мыслями, как бы избавиться от Платона.

— Ну что, Кир? — обращается ко мне Платон мягким голосом, не дождавшись ответа. — Лучшей кандидатуры, чем ты, у меня нет. Правда.

От его низкого вибрирующего голоса в голове начинает звенеть.

Дышать становится трудно, а глотать больно.

— Я никогда не свяжу с тобой жизнь, — поднимаю на него свой тяжёлый взгляд. — Я не люблю тебя, Платон. Не старайся вернуть меня. Мне далеки твои принципы. У нас разные ценности. У нас нет с тобой ничего общего.

— Вот даже как? — Платон резко выдыхает. Приглаживает взлохмаченные волосы напряжённой рукой. — И что мне теперь делать?

— Живи своей жизнью, я своей, — говорю осипшим, сорвавшимся голосом. — Я не поменяю своего решения.

— Хорошо, Кир, — он прочищает горло. — Я всё же попробую ещё кое-что предпринять. Может мне удастся вернуть твоё расположение ко мне.

— Сомневаюсь, — говорю ему твёрдо, смочив горло глотком воды. — Но и запрещать не имею право. Лучше было бы, если ты исчезнешь из моей жизни. И это не просьба, Платон. Это моё искреннее желание.

— Хм. Желание, — на его лице появляется ехидная улыбка. — Ладно, Кир. Живи пока. Я не отстану от тебя просто так.

— Придётся, — заправляю волосы за ухо. — Оставь меня.

Платон медленно поднимается с кресла. Также медленно подходит к столу, за которым сижу я. Опирается ладонями на стол и подаётся вперёд.

— Такой ты мне нравишься ещё больше, Кир, — шипит, глядя мне в глаза. — Может, это и есть любовь? — усмехается.

— Мне всё равно, — говорю твёрдо.

Он выпрямляется. Оглядывает меня изучающим взглядом, словно даёт мне оценку.

— Да ты однозначно изменилась, Кир, — подводит итог кивая. — Всё же я присмотрюсь к тебе снова.

— Уйди, а, — мои плечи падают вниз.

— Пока, Кир, — сдаётся Платон. — До скорой встречи.

Вот же… Как мне избавиться от него?

Я была занята своим бизнесом и не видела в нём всех этих гадостей, которыми он обладал.

А какой обходительный был. Цветы. Подарки. Ужины.

Правда, не отдыхали мы с ним вместе. Не могли совмещать свои поездки.

Только я занималась своими делами. А Платон отрывался по полной.

Хорошо, что правда открылась. Хорошо, что меня не затянуло в это болото. Ощущаю себя использованной. Пустым местом в его жизни.

Делаю вывод, что дальше было бы только хуже.

А через недолгое время в мой кабинет доставляют огромный букет из экзотических цветов и причудливой зелени.

Я знаю, чей это почерк. Платон начал действовать. Но меня его поступок не трогает.

Прошу Марину, чтобы поставила цветы в вазу и возвращаюсь к своим делам.

А вечером хочу поехать прогуляться. Как раньше. Я очень любила гулять. И неважно, в городе, в парке, на набережной. Где угодно. Я вдохновлялась от всего. Меня интересовали любые самые незатейливые вещи.

Так появлялись когда-то мои первые эскизы к осенней коллекции. Подбирались цвета. Я учитывала всё. И настроение людей. И погоду. Мысленно одевала прохожих девушек и женщин в свои костюмы и платья. Размышляла, как они изменятся и преобразятся, примерив на себя новый образ.

И сейчас я понимаю, как скучаю по всему этому.

Я отправляюсь в парк.

Медленным шагом гуляю по пешеходным дорожкам. Кормлю уток на пруду, прихватив булку в пирожковой. Любуюсь яркими красками тёплого дня. Отражением солнечного света в прозрачной воде.

— Привет, — слышу за своей спиной спокойный низкий голос Захара.

Оборачиваюсь на него, прищурив глаз от ослепительного солнечного света. Продолжаю сидеть на мостике, подогнув под себя ноги.

Прикрываю ладонью лицо, сделав её своим козырьком. Смотрю на Захара, закинув голову.

— Привет, — на этот раз говорю спокойно, естественно. Не выпускаю свои шипы. Держусь более мягко.

— Давай помогу, — протягивает мне свою крепкую ладонь высокий, мускулистый, мужчина.

Кладу на неё свою руку, свободную от хлебного мякиша, приняв порцию тёплых ощущений от его прикосновения.

Как пушинка поднимаюсь с мостика, когда он тянет меня на себя.

— Пора нам познакомиться с тобой поближе, — произносит Захар.

— Мы уже знакомы, — сглатываю.

— Не так, — поясняет он. — Я бы хотел пообщаться с тобой.

Я не знаю, как вести себя с ним. Просто стою напротив и вдыхаю приятный запах его парфюма, смешанный с запахом пруда, который иногда наносит лёгкий ветерок.

Лёгкий румянец подбирается к моим щекам. Ссылаюсь, что это от жары. Ничего более.

Захар, как бы невзначай, рассматривает моё лицо.

— Ты одна здесь? — спрашивает у меня спокойным голосом.

— Да. Хотела прогуляться. Отвлечься от всего, — перехожу на более дружественный тон.

— Да от всего, — отвечаю размыто, смущаясь его компании.

— Поделишься? — Захар прикрывает свои карие глаза длинными густыми ресницами, а его губ касается едва заметная улыбка.

Не хочу я ни с кем делиться. Не хочу, чтобы в душу ко мне лезли. Не готова я доверять кому-либо. Сейчас у меня больше не хочу, чем хочу.

— Может быть, позже. Не сейчас, — закидываю волосы за спину и поворачиваюсь в сторону пруда. Кидаю уткам оставшийся хлеб в моей ладони.

— Ты хорошо держишься, Кир, — говорит Захар, поравнявшись со мной, когда я поднимаюсь к пешеходной дорожке.

Наши взгляды встречаются.

Мы так близко сейчас с ним, что я улавливаю его лёгкое дыхание у себя на щеке.

— В твоих глазах я вижу грусть, Кира, — продолжает он. — Какая-то боль отражается в них.

Я хмурюсь на его точное замечание.

— Неважно, — произношу тихим голосом, направляясь к выходу.

— Ты куда сейчас? — задаёт мне вопрос Захар, следуя за мной.

— Домой, — оглядываюсь на него, кидая недовольный взгляд.

Ускоряю свой шаг, а с ним и дыхание.

— Захар, — восклицает девушка, приятной внешности, перегородив нам путь. — Познакомь меня со своей спутницей, — просит его настойчиво.

Переводит свой удивлённый взгляд на меня.

Глава 15

— Представляешь, мой брат, гуляет здесь с нами, — девушка обращается ко мне. — Потом исчезает, ничего не сказав мне и моему мужу. А теперь я встречаю вас.

— Кира. Настя, моя сестра, — знакомит нас Захар.

— А где Родион? — Захар оглядывается по сторонам.

— Уехал. По делам, — улыбка Насти выдаёт тепло и свет. Голос полон нежности. — Поехали ко мне в кафе, — предлагает она, рассматривая меня, как бы невзначай. — Поужинаем. Я сейчас позвоню своим, скажу, чтобы накрыли нам столик.

Вопросительно дёргаю бровью.

— Поехали, Настя, — принимает решение Захар. — Мы так голодны с Кирой. С радостью примем от тебя приглашение.

Мысленно соглашаюсь.

— Только я на своей машине поеду, — говорю им. — Адрес скажите. Я подъеду.

— Ты знаешь адрес. То кафе, где я встретил тебя. Это кафе моей сестры. Я к ней в тот день приезжал, — вводит в курс происходящего меня Захар.

— Хорошо, — соглашаюсь с ним.

Это же моё любимое кафе. И я никогда не встречалась с ними там. Хотя Настя же — владелица этого заведения и навряд ли часто появлялась в зале. Такую лёгкую, добродушную девушку трудно не заметить.

— Ты поезжай, Настя, — Захар обращается к своей сестре. — Я с Кирой поеду.

Он придерживает меня за локоть. Волна мурашек пробегается по моей горячей коже.

Смотрю на него с укором, а он улыбается мне в ответ.

И как теперь мне поступить?

Хорошо. Я поужинаю с ними. Только в первый и последний раз.

И моё вождение сейчас, когда Захар сидит рядом со мной на водительском сидении, выглядит неуверенным. Напряжение от сложившейся ситуации сковывает моё тело, делая мои движения плохо контролируемыми.

Захар несколько раз оглядывает меня, когда я резко торможу на светофоре. Улыбается. Просто молчит. Прищипывает губы кончиками крепких пальцев.

И, приближаясь к кафе Насти, мне удаётся немного успокоиться и более плавно управлять машиной.

— Кир. Расслабься, — выдаёт мне спокойным, уверенным голосом Захар, когда мы входим внутрь заведения. — Настя прекрасная девушка и я буду только рад, если вы познакомитесь с ней ближе.

— Угу, — киваю.

— Прекрасное заведение, — делаю комплимент Насте за ужином. — Очень люблю это место.

— Приходи почаще, — предлагает Настя, окинув моё лицо своей тёплой, светлой улыбкой. — А лучше, звони. Вот мой номер, — вынимает из сумочки свою визитку и кладёт её передо мной на столе.

Кожу цепляет лёгкой прохладой.

Так просто. Так, по-доброму ведут себя эти новые мои знакомые, что меня начинает подкупать их поведение.

— Ты не пошла по стопам своего отца? — задаю ей вопрос, посетивший меня.

— Наш отец предоставил нам право выбора. Мы сами можем распоряжаться своей жизнью. Он считается с нашим мнением и с нашими пожеланиями, — вступает в беседу Захар.

— Да. Он такой, — восхищённо смотрит Настя на своего серьёзного брата. — Спасибо ему за это.

— А откуда ты знаешь, кто наш отец? — над переносицей у Захара появляется глубокая складка. — Мы не упоминали его в нашем разговоре.

Ощущаю, как крадётся к щекам румянец.

Облизываю губы. Сжимаю их.

— Я обращалась в его адвокатскую контору за помощью, — вытаскиваю из себя информацию, которую не хочу выставлять на всеобщее обозрение. — Один из адвокатов представляет мои интересы в суде.

Расправляю на себе идеально отглаженное платье. Принимаюсь за салат, опустив в него свой застенчивый взгляд.

— Пф, пф, пф, — звучит ритмично из уст Захара. — Я знал… Я чувствовал…

Хочу перевести тему разговора.

— Расскажи лучше о себе, — прошу Захара, обмакнув губы салфеткой.

— Ничего особенного, — выдаёт он. — Я простой трудяга.

— Ага, — усмехается Настя. — Совсем простой. Если считать, что всего добиваешься сам, то, в этом смысле, да.

Глубоко вдыхаю, восприняв заявление Захара за скромность. Хотя он совсем не похож на человека, который будет пасовать перед трудностями.

Мои губы слегка подрагивают от просящейся появиться на моём лице улыбке. Я не могу её сдерживать. Мои губы разъезжаются сами собой.

Я смотрю на Захара. Пытаюсь понять, что он из себя представляет.

Не могу. Несколько коротких встреч с ним не раскрывают его передо мной.

Но то, что он не похож на Платона, это однозначно.

И теперь у меня появляются сомнения по поводу доверия. Нужно научиться доверять людям. Нужно уметь рассмотреть в них хорошие качества. Увидеть их в них.

Я не хочу быть одиноким странником в этой жизни.

Я хочу новых знакомств.

И Настя располагает меня к себе. И Захар тоже. Только я его смущаюсь.

— Сам скажешь? — пытливо смотрит Настя на своего задумчивого брата.

— Я увлекаюсь ювелиркой. Меня с детства привлекали камни, и теперь я занимаюсь изготовлением эксклюзивных ювелирных изделий, — выдаёт нехотя Захар.

— Он лукавит, — вставляет Настя. — У Захара своя ювелирная мастерская. Он является её владельцем. А работают у него другие.

Улыбаюсь, глядя на них.

— А ещё у него целый цех по огранке драгоценных камней, — восхищённо рассказывает Настя, наклонившись ко мне. — Я обязательно свожу тебя к нему на экскурсию.

Захар слышно вздыхает. Посматривает на свою сестру нахмурившись.

— Не злись, — обращается к нему Настя тонким, нежным голосом. — Кира мне очень понравилась. Я хотела бы и дальше с ней общаться.

Лицо Захара меняется. Строгость исчезает с его лица. В карих глазах появляется тепло.

— Поступай как хочешь, Настя, — отвечает ей уверенно. — Ты же всё равно не отступишься от меня.

Мы переглядываемся с Настей. И наши улыбки выдают некий сговор. Я ощущаю, что между нами зарождается дружба.

Внутри начинают порхать бабочки.

Хочу продолжить общение с Настей.

— Где твой муж? — обращается Захар к Насте. — Он приедет вообще сегодня? — смотрит на меня исподлобья. — Или мне одному придётся отдуваться?

Я улыбаюсь на то, как он хмурит свой лоб.

И, за что ему придётся отдуваться?

Глава 16

Настя заботливо смотрит на своего брата.

— Он не приедет сегодня. Тебе одному придётся развлекать нас с Кирой.

Развлекаться? Я не планировала. Думала, поужинаю в их компании и отправлюсь домой.

— Я бы уже домой поехала, — говорю им. — А развлечёмся мы с вами как-нибудь в другой раз.

— Расскажи, какие у тебя дела с адвокатом отца, — возвращается Захар к нашему разговору. — Какие проблемы могут быть у тебя? — всматривается в мои глаза, словно хочет прочесть мои мысли.

— Проблемы могут быть у всех, — поправляю волосы. — А у меня ничего особенного. Просто развод с разделом имущества.

В глазах Захара читается неподдельный интерес.

— Ты замужем? — тихо задаёт мне вопрос.

— Да, — отвожу от него свой взгляд. Стараюсь не смотреть на него.

— И как у тебя продвигаются дела? — Настя будто хочет помочь своему брату. — Разводу быть?

Она смотрит на Захара с сожалением. Кладёт на его руку свою маленькую ручку. Гладит его.

— Скоро состоится второе заседание. Думаю, что нас разведут, — не скрываю я.

— Ты с ним разводишься? — задаёт вопрос Захар. — Или он с тобой.

— Зачем тебе это? — интересуюсь я у него.

— Это имеет большое значение, — продолжает он. — Хочу понять, кто из вас накосячил.

— На развод подала я. И причины были.

Захар расслабляет тело, опустив свои широкие плечи.

— Хватит грустить, — взывает Настя. — Закончим этот вечер на позитивной ноте. — Расскажи лучше, Кира, чем ты занимаешься.

— У меня своя дизайнерская студия. Воплощение моей детской мечты, — выдаю им, тяжело вздохнув.

— Интересное занятие, — оценивает Настя. — Нужно будет посмотреть на твои работы.

— У мамы в магазине можешь увидеть вещи, которые разрабатывает и производит Кира. Они сотрудничают, — поясняет Захар для своей любопытной сестры.

— Обращу внимание, — смотрит на меня с интересом Настя.

— Я поеду. Мне действительно уже пора, — произношу тихо.

Встаю из-за стола и собираюсь уходить.

— Созвонимся, — прощается со мной Настя. — Скинь мне свой номер.

— Хорошо, — отвечаю ей. — Мне приятно было познакомиться с вами и провести этот вечер в вашем кругу.

— И мне, — искренне говорит Настя, прикрывая свои глаза длинными пушистыми ресницами.

Захар выходит из-за стола и подходит ко мне.

— Я провожу, — говорит твёрдо.

Я улыбаюсь Насте, заправляю волосы за ухо, едва взглянув на серьёзного уверенного Захара.

Иду к выходу первой.

Покусываю щёки изнутри.

Между нами образуется неловкая тишина.

— Давай, я за руль, — предлагает Захар, когда мы подходим до моего автомобиля.

— Я думала, ты только до машины меня проводишь, — начинаю быстро моргать, приоткрыв свой рот от удивления.

— Нет, — его голос звучит решительно. — Я провожу тебя до дома. — Давай ключи.

Я протягиваю ему их, не обдумывая своего решения.

— А как ты будешь добираться до дома? — интересуюсь я у него, когда он плавно и уверенно управляет моим автомобилем.

— Без проблем, Кир, — сжимает крепко зубы, показав мне свои играющие желваки. И прибавляет скорость.

Моё сердце падает вниз, когда мы мчимся по гладкому полотну дороги в неизвестном мне направлении.

— Мы куда? — задаю ему вопрос, сквозь учащённое дыхание, вглядываясь в незнакомую местность за стеклом. — Куда ты меня везёшь?

Вжимаюсь в кресло, крепко сжимаю ноги и обнимаю себя за плечи.

Захар улыбается, не отрывая своего взгляда от дороги.

— Захар, — произношу его имя громче. — Объясни мне, что всё это значит, — в моём голосе звучат требовательные нотки.

— Скоро приедем, — он кидает на меня короткий довольный взгляд. — Немного осталось.

Я часто глотаю. Дышу через рот. Холодный пот пробирается через кожу на спине.

— Не бойся, — обращается ко мне кивая. — Со мной тебе не о чем бояться.

Смотрю на него, не отрывая своего волнительного взгляда.

Как же. Я тебя совсем не знаю. Не знаю, на что ты способен.

Что происходит?

Похоже на какое-то сумасшествие.

И наконец, я не знаю, хорошо это или плохо, Захар останавливает автомобиль у высокого каменного забора с массивными воротами.

Опускает стекло со своей стороны. Прикладывает свой мобильный к считывателю, и ворота разъезжаются перед нами.

Очень удобно, хранить данные карт в цифровом виде.

Холод сменяется жаром. Паника настигает меня.

С мольбой смотрю на Захара.

Качаю головой. Хочу показать ему, что не готова. Не готова к его сюрпризу. Что мне очень страшно.

— Кир, ты чего? — спрашивает он у меня, когда открывает дверцу с моей стороны. — Что за реакция? Тебе плохо?

Да. Мне ужасно плохо. Плохо оказаться с едва знакомым мужчиной в непонятном месте. Ночью.

Отвратительно ощущаю себя.

Из отдельно стоящего небольшого строения, похожего на проходную, к нам выходит крупный мужчина в форме охранника. Поправляет свою бейсболку за козырёк.

— Всё хорошо, Паша, — останавливает его Захар твёрдым голосом. — Можешь возвращаться к себе, — даёт ему распоряжение.

И тот без слов разворачивается и уходит к себе.

— Всё нормально, — отвечаю ему, стягивая в кулак лёгкую ткань платья у себя на груди. — Отвези меня домой, — произношу осипшим голосом через першение в горле, оставаясь в автомобиле.

— Ты что подумала? — склоняется передо мной Захар. — Не-е-ет, — протягивает после того, как рассматривает мои глаза, переполненные диким испугом. — Хотя… Я понимаю тебя. Не подумал, что ты так отреагируешь, — проводит себе по волосам напряжёнными пальцами.

Шмыгаю носом, когда Захар возвращается на водительское сиденье.

Чем вообще мужчины думают? Платон знаю чем. А Захар?

— Ну так что, Кир, — он вцепляется в руль моего автомобиля пальцами. — Вперёд? — поворачивает голову в мою сторону. Пристально смотрит. — Или назад?

Глава 17

Конечно же, мне хочется быть смелой. Не хочется перед моим новым знакомым проявлять свою слабость.

— Вперёд, — произношу тихо, но уверенно. — Только без глупостей, — пытаюсь обезопасить себя, прежде чем Захар проедет дальше на ограждённую территорию.

Он просто ухмыляется. Кивает. Окидывает моё лицо быстрым вкрадчивым взглядом.

— Даже не думал, — медленно трогается с места.

Хорошо освещённая территория позволяет мне разглядеть несколько строений. Одно из них похоже на производственное здание. Другое, больше на административное.

— Вот это и есть мои владения, Кир, — протягивает мне руку, помогая выйти из машины. — Я хочу познакомить тебя со своим маленьким миром.

Сердечко выдаёт удары, словно маленький молоточек монотонно постукивает внутри.

Страх сменяется любопытством.

Он проводит себе рукой по волосам.

Мы медленно проходим внутрь.

Захар включает свет.

Берёт меня за руку и тянет за собой в узкий проход, заканчивающегося металлической дверью.

Несколько раз оглядывается на меня, едва заметно улыбаясь.

От его тёплого прикосновения внутри меня всё сжимается и замирает.

— Никому не показывал это место, — тихо произносит Захар, открывая передо мной дверь. — Ты первая, Кир.

Смотрю на него вопросительно и очень сильно волнуюсь. Не знаю, что больше влияет на меня. Его слова или то, что открывается передо мной.

Просторное помещение с разным ювелирным оборудованием находится за дверью.

Безупречная чистота многое говорит о владельце.

Медленно ступаю внутрь. Изучаю обстановку, разглядывая всё вокруг.

Замираю снова, когда дохожу до стеклянного шкафа со множеством ювелирных изделий, расположенных на полках, обтянутых тёмным бархатом.

— Это твои работы? — восхищённо разглядываю предметы, подсвеченные светом, затаив дыхание.

— Мои, — почти шёпотом произносит Захар, словно боится спугнуть мой настрой.

А я даже не заметила, что он стоит со мной рядом.

— Вот это моя первая работа, — указывает на небольшое колечко с непонятным для меня камнем посередине. — Когда учился, сделал его. Полностью. Сам.

Говорит с гордостью, расправив свои широкие плечи.

Даже сбоку я вижу, как загорается его взгляд. Понимаю, как он любит дело, которым занимается. И, почему-то, думаю, что такой человек способен любить по-настоящему. Искренней светлой любовью.

Содрогаюсь от своих мыслей, невольно вспомнив свои непонятные отношения с Платоном.

— Здесь я люблю проводить своё свободное время. Воплощаю свои идеи. Вся основная работа происходит в том производственном здании. Туда мы не пойдём, — рассказывает Захар.

Стараюсь не думать о плохом. Накручиваю на палец волосы, глубоко вдохнув воздух помещения, наполненный непонятными для меня, едва уловимыми, запахами ювелирки.

— Как тебе здесь? — Захар задаёт вопрос так, словно моё мнение важно для него.

— Прекрасное место, — не знаю, как выразить свои ощущения. — И…

Сжимаю губы, надавив на них зубами изнутри.

— Что, Кир? — Захар всматривается в мои глаза.

— Спасибо, — просто говорю ему, вспоминая свою реакцию, когда мы ехали с ним по незнакомой местности. Щёк касается лёгкий румянец. Губы начинает жечь.

Делаю глубокий вдох. Отвожу от него взгляд. Иду дальше. Провожу рукой по одному из столов.

Вопросительно оглядываюсь на Захара, будто спрашиваю, для чего предназначен этот, непонятный для меня, предмет, к которому сверху приделан микроскоп.

— Верстак, — отвечает он мне не раздумывая. — Это верстак, Кир. На нём можно много что делать. Я познакомлю тебя с процессом, если захочешь.

Захочу. Я уверена в этом. Посетив его мастерскую, у меня появляется заинтересованность к тому, чем занимается Захар.

Я могла бы дополнить свою новую коллекцию эксклюзивными ювелирными украшениями. Только вот денег у меня на них пока нет. И от этого становится грустно.

— Давай возвращаться, — говорю ему тихим спокойным голосом.

А грущу потому, что снова погружаюсь мыслями в свои, ещё не решённые, проблемы. В то, что не могу сейчас воплотить свои идеи из-за нерешённых вопросов с Платоном.

— Поехали, — соглашается со мной Захар.

А когда подходим к моей машине, он снова садится за руль.

И мне, почему-то спокойно от этого его действия.

И его поступок не кажется отвратительным. У него был такой порыв. Хотя, жаль, что он не учёл моё мнение. Сам решил всё за нас двоих.

Но, тогда бы я отказалась поехать с ним сюда. И не познакомилась с его работами. Не увидела бы всей красоты ювелирных изделий, изготовленных Захаром.

Когда мы едем обратно, я украдкой смотрю на него. Разглядываю этого уверенного мужчину. Хочу понять, что творится внутри его. О чём он думает. О чём мечтает.

— Адрес говори, — просит меня Захар, когда мы въезжаем на территорию города.

Проговариваю ему его. Откидываю голову на твёрдый подголовник. Разглядываю очертания своего любимого, дорогого сердцу, города за стеклом. Капли дождя размывают чёткие линии, ломая очертания строений и разбрызгивая свет в беспорядочном свечении.

Хочется напевать какую-нибудь мелодию. Мысленно мурлычу импровизируя.

Наполняюсь сильнейшей энергией от всего, что сейчас происходит со мной.

— Приехали, — голос Захара пробирается в моё отстранённое сознание от реального мира.

— Ты на чём поедешь? — возвращаюсь я, устраиваясь на сидении поудобнее.

— Такси вызову, — достаёт свой телефон и производит в нём несколько манипуляций. — Всё. Готово.

— Я подожду вместе с тобой, — предлагаю ему. — Дождусь такси и тогда пойду к себе.

Захар оглядывает моё лицо. Просто прощупывает каждый кусочек на нём своим серьёзным заинтересованным взглядом.

Останавливается на моих губах. Его взгляд становится волнительным, а глубокое дыхание слышным.

Стук в стекло с моей стороны заставляет меня содрогнуться.

Глава 18

Тело сковывает от страха, кто бы мог быть снаружи.

Делаю усилие, чтобы сглотнуть.

— Сиди здесь. Не выходи, — быстро проговаривает Захар и выходит из автомобиля.

Я оборачиваюсь, когда дверца машины открывается. Когда Платон вцепляется в меня холодным злобным взглядом.

Пышный букет летит в неизвестном направлении, приземляясь на мокрый асфальт от только что прошедшего дождя.

Захар препятствует Платону приблизиться ко мне. Он останавливает его, прочно обхватив его запястье своими крепкими пальцами. И ослабляет их, когда Платон оказывается за ним.

— Ты кто такой? — рявкает на него Платон. — Что ты здесь делаешь? С моей женой? — задаёт вопросы раздражённым голосом с нажимом.

— Платон… — выхожу из машины. — Что ты здесь делаешь?

— Я не буду перед тобой отчитываться, — громом звучат слова от Захара.

— Не лезь в мою семью, — угрожающе смотрит Платон на Захара. Сверлит его взглядом, широко раскрыв глаза. Не моргает. Желваки играют на его лице. — Кира моя, — шипит Платон, раздувая ноздри. Смотрит исподлобья.

— Вы разводитесь. О какой семье может идти речь? — делает замечание Захар. — Наши отношения с Кирой тебя не касаются.

Отношения?

Почему меня никто не спрашивает?

Я никому ничего не обещала. С Платоном я развожусь. С Захаром мы едва знакомы, чтобы говорить о каких-либо отношениях.

— Оставьте меня в покое, — громко проговариваю им. — Оба, — перебираю их взглядом поочерёдно.

И, не дожидаясь их ответа, направляюсь к входной двери подъезда, стараясь успокоить своё разогнавшееся дыхание.

Слышу за спиной, как останавливается подъезжающая машина. Оборачиваюсь. Такси.

Убеждаюсь, что Захар садится в неё и уезжает.

Платон опускается на мокрый бордюр. Широко расставив ноги, упирается на них своими руками, согнутыми в локтях.

Запускает пальцы в волосы. Вцепляется в них.

Я слышу, как вырываются стоны из его груди.

Ненависть перерастает в жалость. В желание помочь ему. Поговорить с ним. Успокоить.

Решаю подойти.

И когда подхожу ближе, вижу, как приподнимаются его

Я впервые вижу, как плачет мужчина.

— Платон, ты чего? — спрашиваю его тихим беспокойным голосом.

Он затихает. По всей видимости, он не предполагал, что я могу подойти к нему.

Потом вытирает своё лицо ладонью.

— Пффф… — протяжно выдыхает через рот. Решается взглянуть на меня. — Ты чего пришла? — фыркает он, шмыгая носом.

Растирает подрагивающими пальцами свои глаза, поблёскивающие в свете уличного освещения.

— Увидела, что ты не ушёл. Что опустился на бордюр. Подумала, что тебе плохо, и решила подойти, — говорю с ним искренне.

— Вот только жалеть меня не надо, — пытается делать голос твёрдым, но у него не получается. Он слышится мне, как крик души, вырывающийся из грудной клетки Платона, которая грузно вздымается при каждом его глубоком вздохе.

Присаживаюсь напротив него, согнув ноги в коленях. Обнимаю себя за открытые плечи, успев замёрзнуть от прикосновений прохладного вечера, ставшим таким после прошедшего дождя.

— Как так произошло? — задаёт вопрос Платон, глядя в пустоту стеклянными глазами. — Почему именно с нами?

— Не знаю, Платон. Жизнь сложная. Просто у нас с тобой разные ценности. Разные взгляды, — стараюсь подбирать слова и говорить как можно мягче.

— А чем же они отличаются, Кир? — поднимает печальный взгляд на меня. — Твои от моих.

Немного задумываюсь, поджав губы, опустив свой взгляд.

— Ответь мне, — настаивает Платон. — Может, тогда я пойму. Может, ещё не поздно нам с тобой снова сойтись и начать всё сначала.

Его слова режут мой слух. Задевают мою кожу, царапая её изнутри.

— Я не могу делить своего мужчину с другими женщинами. Не могу думать о другом мужчине в отношениях. У меня нет двойных стандартов. Я не могу врать, — воспроизвожу ему свои мысли. Облизываю пересохшие губы. — Я не могу предать своего любимого человека.

Платон задумывается. Выдвигает челюсть вперёд.

— Ты обвиняешь меня? — глядит на меня исподлобья. — Не ты ли поспособствовала моему поведению, когда занималась своим любимым делом? Не ты ли сделала меня одиноким? — дрожащий тихий голос Платона перерастает в шипящий.

Першение в горле становится не выносимым, когда к нему добавляется удушающая стальная удавка.

Растираю горло рукой, выпрямляясь во весь рост.

Я ощущаю, как пощипывает в носу. Слёзы просятся наружу.

Возможно, мы отдалились из-за моей работы. Но разве для любви помеха расставание? Была ли она у нас вообще?

Может просто наша влюблённость переросла в привязанность?

Нас обоих всё устраивало.

Мы верили в наше существование семьи по-своему.

Платон выстроил для себя другую жизнь, в которой для меня не было места.

И, не приди я тогда в наш с ним любимый ресторан поужинать в одиночестве, не знаю, как сложилась бы наша дальнейшая жизнь.

Сколько бы мне пришлось ещё жить во лжи и предательстве.

— Ты сделал свой выбор, — говорю ему, поразмыслив немного над его вопросом. — Ты не стал обсуждать со мной нашу жизнь. Ты стал искать утешение на стороне. Ты предпочёл предать меня, Платон. В отношениях нужно уметь слышать друг друга. Ты же просто решил слиться.

Платон усмехается, качая головой.

Поднимается с бордюра, очищая рукой свои брюки.

Вдумчиво смотрит мне в глаза.

— Ты сможешь простить меня, Кир? — задаёт вопрос прокашлявшись. — Я исправлюсь. Я всё понял.

Глава 19

Только я не верю ему. Всеми фибрами души сомневаюсь в правдивости его слов.

— Скоро состоится второе слушание. Нас разведут. Я не поменяю своего решения, — произношу уверенно. — Я сильно обожглась с тобой, Платон. Я не смогу тебе больше доверять.

Он затихает, остановив свой печальный взгляд на моих глазах. Я чувствую, как между нами нарастает напряжение. Я слышу, как шумит его глубокое дыхание.

Я стараюсь контролировать своё дыхание. Изображаю безразличие, едва выдерживая его проникновенный взгляд.

— Я слишком поздно понял, что ты для меня значишь, Кир, — его голос звучит спокойно и хрипло. — Ты можешь не верить мне. Это твоё право. Но я должен донести это до тебя. Не хочу выглядеть мерзавцем в твоих глазах.

Его слова немного цепляют меня и наводят на мысль.

— Если так, то ты не станешь препятствовать нашему с тобой разводу. Ты согласишься на все мои требования, которые заявлены в суде. Ты перестанешь преследовать меня, — выдвигаю ему условия, пользуясь ситуацией.

Губы Платона растягиваются в узкую полоску. Он запускает руки в карманы узких брюк. Переминается с пяток на носки.

Потом останавливается. Лохматит себе волосы рукой, гипнотизируя меня взглядом.

Я просто жду. Жду, на что способен Платон. На что он решится. Какой вес имеют сказанные им слова.

Он облизывает губы. Кусает их.

Не произношу ни звука.

— Мне нелегко будет это сделать, Кира, — выдыхает он, прикрыв глаза склеенными от слёз ресницами. Потом резко открывает их. — Надя уже достаточно поработала над нашим с тобой делом. Суду предоставлены нужные документы, где я выдвигаю ряд своих требований. И они, сама понимаешь, не в твою пользу.

Пытаюсь осмыслить услышанное. Изучаю поведение Платона, который никак не может проконтролировать движение своих рук.

— Ты можешь отозвать своё заявление, — хочу проверить его. — Окончательное решение не принято. Что тебе мешает?

Ёжусь от холода, но очень хочу продолжить разговор с ним, поэтому не ухожу до сих пор.

Ещё немного и я начну пританцовывать на месте.

Зубы вот-вот начнут исполнять барабанную дробь. Стискиваю их.

— Пойми меня, — взывает Платон мягким голосом. — Я не могу отдать тебе свои деньги. Я столько лет работал, чтобы ни в чём себе не отказывать. А ты? Мы разведёмся с тобой. Ты заберёшь у меня их, и мне придётся начинать всё сначала. Без тебя. Есть смысл у меня отзывать документы? М?

— Мне не нужны твои деньги. Ты знаешь об этом. Знаешь и то, что я просто хочу сохранить свой бизнес и хотела бы оставить за собой помещение, где находится моя дизайнерская студия, — выдвигаю свои требования на месте. — И каждый остаётся со своим счётом. На твою жилплощадь я не претендую.

— Я повторюсь, Кир, — вкрадчиво звучат его слова. — Я больше теряю при разводе, чем ты. Мне трудно согласиться с тобой. Ты ломаешь меня. Неужели не понимаешь? — его голос звучит громче, а во взгляде появляется холодная злоба, от которого мне становится ещё холоднее.

— Тогда я не изменю своего решения, Платон. Пусть остаётся всё как есть. И твой счёт поделится между нами. На моём же не так уж и много средств. Думаю, ты в курсе всех моих дел. Я только начинаю работать по-крупному. Те сделки, которые ты заключил с моими клиентами, приносили мне не тот доход, к какому я стремлюсь.

— А-а-а-а… — взрывается Платон. —

— А чего хочешь ты? — кидаю ему резко.

Он снова задумывается, запуская напряжённые пальцы во взлохмаченные волосы. Проводит по ним рукой приглаживая.

— Всё то, что моё, останется моим, — выдаёт мне ответ, ожидаемый мною. — Больше никак.

Усмехаюсь на его слова. Бровь непроизвольно подрагивает.

— А как же раздел совместно нажитого имущества? — напоминаю ему. — Раздел того, что приобретено в браке?

Его плечи падают вниз. Лицо становится длиннее, когда он расслабляет челюсть.

— Да делай ты чего хочешь, — выплёвывает мне со злостью. — Мы не договоримся с тобой, Кир.

— Поэтому, мы будем действовать в рамках закона. Для этого я обратилась в суд. Я тоже считаю…, что нам не договориться с тобой, Платон, — произношу ему, разделяя слова. От пробирающей меня дрожи, слова даются с трудом. — Пока… Увидимся в суде.

Едва дохожу до входной двери, запинаясь о свои обессиленные ноги.

— Не преследуй меня, — прошу его, обернувшись у входа.

Скрываюсь за дверью. Растираю предплечья.

Принимаю горячий душ и завариваю себе чай.

Кутаюсь в мягкий халат.

Улавливаю звук звонка своего мобильного со стороны прихожей.

Лениво поднимаюсь со стула и плетусь к выходу.

А когда достаю из сумочки телефон, он замолкает.

Глава 20

Небрежно кладу телефон на пол возле дивана и валюсь без сил.

Натягиваю одеяло, которое манит меня своей нежностью и свежим запахом.

Мысли расплываются, меняя друг друга с одной на другую. Возбуждённое состояние перерастает в умиротворённое.

Проваливаюсь в глубокий сон.

И просыпаюсь от настойчивого телефонного звонка, сумевшего пробраться в мой крепкий сон.

Сколько времени проходит я не ощущаю.

Лишь солнечный свет заполняет уютное пространство моего скромного жилища, заставив меня сощуриться.

Тянусь к своему мобильному.

Номер неизвестен.

Учитывая, что у меня могут появиться новые проблемы из-за Платона, решаю принять вызов.

— Да, — отвечаю через глубокий выдох.

— Кир, — Мягкий низкий голос Захара заставляет меня проснуться. — Привет.

Подтягиваю под себя ноги. Убираю волосы с лица.

— Я ключи прихватил вчера от твоей машины. Звонил тебе, но ты не ответила. Решил оставить до утра этот вопрос.

Растираю кончиками пальцев свой гладкий лоб. Массирую переносицу.

— Привет. Можешь привести мне их? Или курьера прислать? — вожу пальцем по своему колену. Рисую круги.

— Я сам привезу тебе их. Адрес знаю. Через полчаса буду.

— Как приедешь, позвони мне. Я выйду к тебе.

— А к тебе нельзя будет подняться?

— Нет, Захар. Ко мне нельзя.

Я не уверена, нужно ли мне это знакомство. Нужно ли общение с Захаром. Мне не до этого сейчас.

— Хорошо, позвоню.

Успеваю собраться за это время. И к приезду Захара выхожу к нему, готовая ехать к себе в студию.

— Хорошо выглядишь, Кир, — встречает меня Захар у моей машины. — А вот твой гость не очень, — кивает в сторону заднего сиденья. — Нужно было вчера везти мне тебе ключи. Тогда бы никто не смог проникнуть в твою машину.

Открываю дверцу с задней стороны, и в нос ударяет отвратительный запах, вырывающийся наружу из салона моего автомобиля.

Машу рукой, разгоняя зловонные пары.

Невнятная речь и стоны доносятся до нас изнутри.

— Бомж? — Пытается понять Захар, всматриваясь в тёмное пространство автомобиля. — Фу, блин. — прикрывает нос пальцами. — Будто скончался кто-то. Или хуже того.

Он отстраняет меня от машины.

— Не подходи близко, Кир, — обходит машину с другой стороны и открывает дверцу, чтобы разглядеть нежданного посетителя моей машины, устроившегося на ночлег в ней.

— Кто там? — привстаю на носочки, пытаясь рассмотреть мужчину.

— Твой муженёк, Кир, — усмехается Захар.

Подхожу к Захару. Вцепляюсь пальцами в его упругое предплечье.

— Не оставляй меня, — прошу его севшим от волнения голосом. — Я боюсь его.

Я на самом деле боюсь выпивших людей. Считаю, что они не могут отдавать себе отчёт в действиях. Не могут контролировать свои поступки. Поэтому решаю прибегнуть к помощи Захара.

— Будь уверена, — громко произносит Захар. — Выходи, Платон, — старается держаться уравновешенно.

— Отстаньте. Дайте мне поспать, — Платон лениво переворачивается на другой бок, сворачиваясь калачиком. — И воды принесите мне, — машет ослабленной рукой через своё плечо.

— Ты место перепутал, Платон. Выходи из машины Киры, — настаивает Захар.

— Какая мерзость… Перепутал… — оборачивается в нашу сторону. Прищуривается. — Ничего я не перепутал. Это машина моей жены, — оглядывает Захара. — А ты кто такой? — переводит свой расфокусированный взгляд на меня. — Почему ты держишься за него, Кира? — икает.

Отворачиваюсь от Платона, прижимаясь к плечу Захара. Крепко сжимаю пальцами ткань его пиджака.

Я никогда не видела Платона таким. Мерзким. Противным. Неопрятным. А ещё… Ещё очень вонючим.

Морщусь, содрогаясь. Пытаюсь как можно больше выдохнуть вдохнувшего зловонного воздуха.

— Фуууу, — выдыхаю протяжно.

— Я такси ему вызову, — Захар набирает что-то на своём телефоне.

— Не думаю, что его отвезут, — оценивающе оглядываю Платона. — Никогда не напивался. Что с ним происходит? — возмущённо сдвигаю брови. — Я сама его отвезу. Спасибо, Захар.

Отхожу от него и подхожу к Платону.

Пытаюсь помочь ему принять вертикальное положение, чтобы пристегнуть ремнём.

— Ну зачем ты так поступил? — задаю ему вопрос морщась. — Почему домой не уехал?

Совладаю с ремнём.

Голова Платона бьётся об подголовник сиденья.

— Воды… — протяжно стонет он. — Как же мне хреново, — припечатывает ладонью себе по лбу. Цокает, закатив глаза.

Я даю ему пластиковую бутылочку с водой, имеющуюся в моей машине.

Помогаю ему удалить жажду, придерживая его за подбородок.

— Я скорую вызову, — предлагает Захар. — Они окажут ему нужную помощь.

— Я никуда не поеду, — пробуксовывает слова Платон. — Пусть Кира отвезёт меня.

— Она не справится с тобой. Ты весишь в два раза больше её, — рассуждает Захар, едва не срываясь на Платона.

— Она поможет мне принять душ. Приготовит мне чай и тогда мне станет зна… значистель…, — поднимает на меня свой расплывчатый взгляд. — Лучше.

— Ну уж нет, — сопротивляется Захар, растирая образовавшиеся бороздки на своём лбу. — Ты поедешь туда, куда тебе скажут, — говорит тихо, но раздражённо.

— Я отвезу его, — обращаюсь к Захару. — Это наша с ним история, Захар. Она не должна тебя касаться.

Глава 21

Чувствую, что ещё немного и я услышу скрежет сжавшихся зубов Захара. Вижу, как сжимаются его пальцы в кулаки и на них прорисовываются белые узоры сухожилий.

Замечаю, как пульсирует вена у него на виске. Как расширены его глаза, словно пытаются осознать сказанное мной.

— Ключи, — произношу тихо, протягивая свою руку ладонью вверх.

Он пытается дышать ровно. Но я всё равно могу заметить, какое прерывистое у него дыхание.

Захар протягивает мне ключи. Вкладывает в руку, зажимая пальцы. Обхватывает их своей крепкой горячей рукой.

Обхожу машину, несколько раз оглянувшись на Захара с сожалением. Старюсь удерживать безразличие на своём строгом лице. Так стыдно мне сейчас за всё, что происходит.

Чувствую, как горячо становится в груди. Слова застревают в воспалённом горле.

— Я поведу, — останавливает меня Захар, когда я собираюсь трогаться.

Поднимаю на него свой поникший взгляд.

Молча освобождаю для него водительское место. Тихо проговариваю адрес.

Всю дорогу до дома Платона, где находится его квартира, мы едем молча.

Платон иногда стонет. А я же смахиваю кончиками пальцев выступившие слёзы у себя с ресниц.

— Я не пойду с тобой, — твёрдо выдаю ему, когда Захар останавливает автомобиль прямо у входа. — Выходи, — настаиваю.

— Ки-и-и-ир, я не справлюсь без тебя, — кривляется передо мной Платон. — Помоги мне. Не дуйся… — совершает попытку подтянуться ко мне, но ремень безопасности ограничивает его движения. — Вот же блин…

— Даже не думай, — грозно летит в его сторону от Захара.

— Мне ещё салон придётся после тебя проветривать, и чистку делать, — стараюсь дышать в открытое окно. — Как ты вообще оказался в моей машине.

— Поначалу, я хотел открыть её, чтобы сработала сигнализация и ты вышла ко мне. Но она оказалась открыта, и мой план не сработал.

Качаю головой цокнув.

— А потом я решил, что подожду тебя в твоей машине до утра. Всё равно к себе в студию поехала бы. И чтобы не скучать, прикупил в местном круглосуточном магазине бутылочку вискаря, — он морщится. — Ну и пойло… — снова икает.

— Иди уже, — резко выкрикиваю ему.

И в боковое зеркало вижу, что к нам приближается Надя быстрой пружинистой походкой.

Выхожу из машины. Распахиваю дверцу со стороны Платона. Отстёгиваю его.

— Выходи. За тобой пришли, — тяну Платона за рукав рубашки. — Думаю, тебе окажут нужную помощь.

Платон распахивает глаза. Старается сосредоточиться.

— Обязательно окажут, — зло рявкает Надя, отвесив ему оплеуху.

Я приседаю, прищурив глаза.

— За что? — вопит Платон, прикрывая своё лицо обеими руками. — Почему ты бьёшь меня? Кира никогда не позволяла себе такого…

Она поддаёт ему ещё раз.

Тяжёлое её дыхание говорит о сильнейшем недовольстве. В глазах вскипает ярость.

Моё сердце набирает обороты. Ощущаю себя невольным свидетелем семейной ссоры.

— Будешь спрашивать за что, ещё получишь, — замахивается на него Надя своей маленькой сумочкой. — Забыл наш уговор? — впивается в него своим раскалённым взглядом, стиснув зубы.

Значит, между ними уговор. Может, поэтому он не может решиться пойти мне навстречу. Он просто не может пойти на примирение из-за каких-то условий?

Неужели он попался в крепкие сети этой предприимчивой девушки?

Между ними определённо что-то есть такое, что сдерживает Платона возле этой молодой хищницы.

Не хочу получить порцию ударов от этой обезумевшей Нади. Поэтому, как только Платон выходит из моей машины, возвращаюсь в автомобиль.

— Поехали отсюда, — быстро проговариваю Захару.

Проехав несколько метров, останавливаемся, чтобы закрыть дверцу с задней стороны, которую я плохо закрыла.

Удары сердца долбят в виски. Не жалеют грудную клетку.

— Куда теперь? — задаёт вопрос Захар.

— В студию, — увлажняю губы, облизнув их.

И всю дорогу пытаюсь выравнять своё глубокое дыхание.

Захар прощается со мной, вызвав для себя такси.

— Спасибо, — произношу тихо.

— За что? — он удивлённо вскидывает бровь.

— За то, что не остался безразличным… За то, что был рядом.

А когда занимаюсь своими делами в своём кабинете, принимаю звонок от Ольги Сергеевны Ланской.

— Кира, добрый день, — доносится до меня приветливый голос владелицы сети магазинов, ставшей моей клиенткой.

— Добрый, — произношу ей, а сама думаю, что совсем он недобрый.

— Кир, ко мне приезжала постоянная клиентка моего магазина. Размахивала костюмом перед моим носом. Прямо у меня в кабинете, — старается сдерживать свой, немного раздражительный, тон.

Сглатываю. Открываю бутылочку с водой. Увлажняю горло прохладной влагой.

— Что за костюм? — мой голос становится сиплым, делаю ещё глоток.

— Брючный костюм, синего цвета, — возмущённо произносит она. — Такой цвет ещё у него спокойный. Словно немного затуманенный.

Поняла. Поняла, что за костюм.

Вздрогнула, потому что поняла, что за проблема образовалась у Ольги Сергеевны из-за этого костюма. Из-за костюма, которого пришлось шить заново для неё. Потому что Платон первый экземпляр подарил своей бывшей любовнице.

Глава 22

— Я догадываюсь, в чём причина, — произношу через глубокий вдох.

— Ты не рассказала мне, что этот эксклюзивный костюм был повторён. Почему?

Пальцы тянутся к влажному лбу.

— Мой муж поступил плохо по отношению ко мне, — как бы я ни пыталась не выносить сор из избы, мне всё равно нужно объясняться перед Ольгой Сергеевной.

Платон в очередной раз припёр меня к стенке, передавив горло удушающей силой, перекрывшей мне кислород.

— Что он сделал? — голос женщины всё такой же ровный, но требовательный.

— Он подарил первый экземпляр своей любовнице, — решаюсь на правду. Знаю, что могу плохо выглядеть сейчас в её глазах.

— Что же ты молчала, Кира. Мы бы обязательно с тобой что-нибудь придумали. Предложили бы ей другую вещь, — её голос становится взволнованным, нежным. — Почему ты сразу не рассказала мне обо всём?

Я не могла. Я не смела. Я не хотела жаловаться посторонним мне людям. Я всё хотела решить сама.

Впрочем, как и сейчас.

— Дайте мне, пожалуйста, телефон пострадавшей женщины. Я свяжусь с ней и всё улажу, — прибегаю к своим появившимся мыслям.

— Кир, давай договоримся, — звучит твёрдо её категоричный голос. — Если у тебя есть ещё какие-нибудь подводные камни, то говори о них сразу. Я не выдержу подобных ситуаций. Я потеряю репутацию. Ты же сама занимаешься бизнесом. Должна понимать, что тебе грозит, если ты будешь поступать плохо по отношению к клиентам.

— Я всё понимаю и осознаю. И уверяю вас, что больше с моей стороны не будет никаких, компрометирующих вас, обстоятельств.

— Я могу тебе доверять?

— Можете, — отвечаю уверенно.

* * *

После разговора с Ольгой Сергеевной я связываюсь с недовольной покупательницей. Объясняю, что произошло недоразумение. Предлагаю ей изготовить новый костюм, или то, что она захочет приобрести у меня совершенно бесплатно.

И ознакомившись с нашим ассортиментом, она выбирает себе две вещи, которые уже поступили в продажу. Которые являются не эксклюзивом.

Значит, вот в чём дело? Дамочка просто решила приобрести себе ещё несколько вариантов одежды бесплатно. И её ничуть не волнует, что эти вещи уже есть в продаже.

— Чем же вам прошлый костюм не понравился? — внимательно рассматриваю суетливую стройную женщину средних лет.

— На любовнице моего мужа увидела такой же костюм, — выдаёт мне она вибрирующим голосом. — Думают, я ничего не знаю. Я просто делаю вид, вот и

Не хочу быть в их числе.

Лёгкий румянец прихватывает моё лицо оттого, что я плохо о ней подумала.

Не моё дело. У каждого из нас имеется своё мнение. Каждый из нас вправе думать, как захочет.

Пытаюсь изобразить сочувственную улыбку, но просто несуразно растягиваю губы в узкую полоску.

— Кира, извини, что так вышло. Я неправильно поступила, — закусывает нижнюю губу. Взгляд бегает.

— Что вы имеете в виду? — приподнимаю бровь.

— Я не должна была кричать на Ольгу Сергеевну, — хмурит своё безупречное гладкое лицо. — Что она обо мне подумает? — снова кусает губы.

Выдыхаю с облегчением. Всегда приятно, когда люди сознают свои ошибки и могут исправить свои поступки вовремя.

— А вы позвоните ей, — предлагаю мягким голосом. — Я считаю, что Ольга Сергеевна вас выслушает и поймёт.

— Так и сделаю, — голос женщины становится спокойнее. — Спасибо тебе, Кира… Можно, я у тебя напрямую буду заказывать вещи? По каталогу, который есть на сайте?

В её глазах отражается ненасытная страсть к вещам.

— Можно, — одобряю я. — Если потребуется, можете звонить мне напрямую.

— Спасибо тебе, — её пухлые упругие губы растягиваются до возможного предела. — Я пойду. До свидания, Кир.

— Угу. Идите. До свидания.

А когда остаюсь одна, тщательно изучаю статистику продаж.

Хочу поставить на поток изделия, которые пользуются наибольшим спросом.

* * *

С нетерпением жду дня заседания суда.

Пока же готовлюсь к нему, встречаясь или связываясь с адвокатом, занимающимся моим разводом.

Полностью погружаюсь в свои дела.

На днях мне позвонила Ольга Сергеевна и рассказала, что перед ней извинилась покупательница. Она сказала, что оценила мой поступок и решает и дальше продолжать со мной сотрудничать.

Кафе Насти я не посещаю. Не хочу встретиться там с Захаром.

Мне неловко от нашей последней с ним встречи.

Платон мне больше не звонит.

Смею полагать, что Надежда влияет на него и не допускает нашего с ним тесного общения.

Мне это только на руку.

Хотя затишье пугает меня, словно перед бурей.

* * *

И вот он. Наступает долгожданный день, когда я стану наконец-то свободной. Когда смогу вздохнуть полной грудью.

Сердце раздаёт удары, отзываясь в каждой частички моего тела.

Мои шаги к залу суда грохочут в моей голове.

Из-за духоты в помещении приходится глубоко дышать.

Когда устраиваюсь на нужном месте, встречаюсь глазами с рассеянным взглядом Платона, который он сразу же отводит.

— Прошу всех встать…

Глава 23

После слушания обеих сторон Платон просит слово:

— Я отзываю свой иск. Прошу учесть требования Киры Олеговны. Я согласен с ней. Согласен со всеми пунктами.

— Уточните, — просит судья. — С чем вы согласны.

— Протестую, — громко восклицает Надежда.

— Суд отклоняет протест.

Платон оглядывается на меня. Смотрит с сожалением во взгляде, переполненном болью и страданием.

— Я не претендую на бизнес Киры. Не претендую на помещение, в котором находится её студия. Не претендую на её квартиру по указанному адресу, на автомобиль, на её счёт. И… Я даю ей развод.

Внутри начинает покалывать. Тело вибрирует от неожиданного поступка Платона. Хочется подняться и прыгать от радости. От моей победы.

— Я принимаю к сведению ваше заявление, — произносит судья. — Кира Олеговна, вам есть что дополнить? Всё ли, что перечислил Платон Глебович, соответствует вашим требованиям?

— Я согласна с Платоном Глебовичем, — глубоко вдыхаю полной грудью. Стараюсь держаться как можно спокойнее, не выдавать своих восторженных эмоций перед всеми присутствующими людьми.

— Суд удаляется для принятия решения.

А в перерыве, когда я благодарю своего адвоката за проделанную работу, ко мне подходит Платон.

— Кир, поговорим, — обращается ко мне тихим спокойным голосом, сопровождающимся раскаянием во взгляде.

Делаю шаг ему навстречу.

— Спасибо, — произношу тихо, почти шёпотом.

— У меня будет только одна к тебе просьба, Кир, — смотрит на меня совершенно незнакомым взглядом, пропитанным пониманием.

— Слушаю.

— Не отстраняйся от меня. Я хочу продолжить общение с тобой, — вижу в его глазах загоревшиеся огоньки надежды.

Опускаю взгляд. Провожу кончиками пальцев себе по шее.

Потом решаюсь взглянуть в его глаза и быть предельно честной.

— Ничего не могу обещать, Платон, — говорю мягко. Осознаю, что не хочу встреч со своим бывшим мужем.

Он кладёт свою руку мне на плечо. Пальцами другой руки проводит по моей щеке. Его губы дрожат. В глазах поблёскивают слёзы разочарования.

Моё сердце сжимается, когда я вижу в его угасающем взгляде влагу отчаяния.

Я не могу поступить по-другому.

Не хочу больше связывать с ним свою жизнь. Никогда не смогу верить ему.

— Я понимаю, — принимает мой отказ, склоняя голову.

Вижу, как тяжело даётся ему этот разговор. Как он пытается сдерживаться изо всех сил, чтобы не показывать окружающим свою слабость.

— Вот ты где, — хватает его за руку Надя. — Стоило мне отлучиться ненадолго, ты уже прилип к очередной юбке.

— Я не позволю тебе плохо отзываться о Кире, — стискивает зубы Платон. — Исчезни из моей жизни. Не хочу больше тебя видеть. Никогда.

Ощущение такое, будто Платон вложил в свой голос всю злость и боль, накопившуюся в нём не за один день.

— Мы поговорим с тобой, — отстраняется от него Надя, выпрямившись, словно натянутая струна. — Позже, — сжимает губы. — Дома, — добавляет голосом, ставшим намного тише.

Возвращаемся на свои места для оглашения окончательного решения суда.

И теперь я свободная женщина, сумевшая сохранить и отстоять своё любимое дело.

От счастья хочется плакать.

Не вижу никого вокруг себя. Парю над землёй, когда выхожу из здания суда.

И ещё некоторое время нахожусь в своей машине, пытаясь уложить в своей голове произошедшее событие.

Обнимаю руками руль. Упираюсь об него подбородком. Слёзы радости скользят по моему лицу.

Спасибо. Спасибо силам, которые помогают мне.

Облизываю пересохшие губы.

Раздумываю, куда бы мне сейчас отправиться.

Набираю номер телефона, которым не воспользовалась до сих пор.

Теперь можно и позвонить.

— Настя, здравствуй, — заправляю волосы за ухо волнуясь. — Можно я сейчас приеду к тебе в кафе?

— Конечно, — восклицает радостно она. — Не нужно спрашивать. Просто нужно приезжать в любое время. Когда захочешь. Я жду тебя.

Я не замечаю, как доезжаю до нужного мне места.

А когда вхожу в кафе, Настя встречает меня с накрытым столом.

— Рассказывай, куда исчезла. Не звонила? — смотрит на меня с любопытством Настя.

— Никуда. Здесь в городе была. Занималась своими делами. Сегодня развелась с мужем, — говорю как бы невзначай.

— Ты довольна разводом? — Настя подаётся вперёд, задавая этот вопрос очень серьёзным голосом. — Не страшно оставаться одной?

Улыбаюсь ей.

— Я довольна, — прикрываю глаза. — Мне не страшно, Настя. Я почувствовала вкус свободы и

— Я бы ни за что на свете не хотела расстаться с Родионом, — нежно произносит она. — Он всё для меня. Я не смогу без него.

— Это замечательно, Настя, — поддерживаю её. — Между вами существует любовь. А между мной и моим мужем образовалась огромная пропасть. И любовь для каждого из нас имеет разное значение. Мы разошлись с ним во взглядах. Стали чужими.

— Грустно, — вздыхает Настя, подперев свой подбородок маленькими кулачками. — Ты обязательно найдёшь свою любовь. Я уверена. По-другому просто не может быть.

Улыбаюсь её искренности. Её доброте и тёплому, нежному взгляду.

Только я не стану искать любовь.

Если нужно этому случиться, то она сама меня найдёт. Застанет врасплох.

— А вот и мой любимый брат, — срывается с места Настя. — Весь день сегодня его жду, — оборачивается на меня, сияя от счастья.

Глава 24

Растираю ладонями лицо. Прикрываю глаза, массирую веки.

Стараюсь не встречаться взглядом с Захаром.

Они отходят в сторону и о чём-то беседуют.

Косвенно замечаю, как он изредка посматривает на меня.

Уши начинают гореть. Кусаю нижнюю губу. Выламываю пальцы.

Не замечаю, как выпиваю целый стакан сока.

Облизываю губы.

Сердце раздаёт удары по моему взволнованному уязвлённому телу.

Когда сталкиваюсь рассеянным взглядом с Захаром, нелепо улыбаюсь ему, растянув губы.

Тело покрывается мелкой дрожью, когда Настя и Захар подходят к столику, за которым я сижу. Перебираю ногами под столом.

— Привет, Кир, — голос Захара, приятный, низкий, оглушает меня.

Он присаживается рядом.

— Привет, — стараюсь не показывать своё беспокойное состояние, могу выдавить только это слово на выдохе.

— Я оставлю вас, — обращается Настя ко мне. — У меня появились непредвиденные дела, — быстро моргает. Искренне улыбается мне. — Оставляю тебя в надёжных руках. Пока. Созвонимся.

Лёгкой походкой направляется к служебному выходу.

— Пока, — успеваю сказать ей тихо.

У двери Настя оборачивается на нас и машет рукой.

После её ухода я не знаю, как себя вести.

Не знаю, о чём разговаривать с Захаром, который не может оторвать от меня свой пронзительный взгляд карих глаз.

И мне кажется, что он проникает в моё сознание. Что хочет прочитать мои мысли.

Ещё немного и я не выдержу его напора. Грохнусь в обморок. Прямо здесь.

— Прогуляемся, Кир, — наконец-то режет неловкое молчание Захар.

— Давай, — закидываю волосы за плечо. Приглаживаю их сбоку.

Ощущаю, как заливаются краской мои щёки и уши.

— Поедем в парк. Там, где ты уток кормила в прошлый раз, — на этот раз он обходится без сюрпризов. Говорит прямо. — В этот раз, на моей машине. Если хочешь, сегодня ты можешь сесть за руль.

Останавливаемся у тёмного внедорожника.

Нерешительно поднимаю на Захара свой взгляд.

— Давай лучше ты, — тихо говорю ему и тяну на себя дверцу со стороны пассажирского сиденья.

Захар качает головой, усмехнувшись едва слышно.

Обходит автомобиль и садится за руль.

— Давно не виделись с тобой, Кир, — начинает разговор первым. — Чем занималась? Что нового произошло в твоей жизни?

Свожу колени, натянув на них подол платья. Глажу пальцами свою сумочку, которую крепко сжимаю напряжённой рукой.

— Да, давно, — сглатываю. — А занималась… — задумываюсь на мгновение. — Не знаю, что тебе рассказать, — поворачиваю голову в его сторону. — Не знаю, что тебя может заинтересовать в моей обычной скучной жизни.

— Так уж и скучной? — серьёзное лицо Захара остаётся безэмоциональным.

— Думаю, что скучной. Ничего такого не происходит со мной, о чём бы можно было рассказать.

— А с мужем как у тебя обстоят дела? — наконец-то слышу от него интересующий его вопрос.

Сразу бы и задал его. Зачем ходить вокруг да около.

— Я сегодня развелась с ним, — отвечаю совершенно спокойно.

— Так, — останавливает автомобиль Захар, прижавшись к обочине. — Это нужно непременно отметить.

Отметить. При чём тут ты, Захар?

Смотрю на него шокировано, широко распахнув глаза.

— Не понимаю, — только и может выдать моё заторможенное сознание. — Зачем отмечать?

— Ты не рада? Ты всё ещё его любишь? — Захар крепко сжимает руль и стискивает зубы. Резко оборачивается на меня и впивается настойчивым вопросительным взглядом.

— Захар, я вправе не отвечать тебе на эти вопросы. Ты совершенно посторонний для меня человек. Я не хочу рассказывать тебе о своих чувствах. Тем более о чувствах к своему бывшему мужу, — ощущаю, как дрожит мой голос.

— Понятно, — заводит машину.

Разворачивает автомобиль прямо на дороге. Довозит меня до кафе своей сестры.

Я не знаю, что сказать ему. Не нахожу слов.

Просто сижу в его машине и не тороплюсь выходить. Чувствую себя виноватой перед ним. Стыдливо отпускаю взгляд. Мысленно подбираю фразы, чтобы сказать ему, чтобы оправдать свою грубость.

Я же вижу, как он пытается расположить меня к себе.

А я в который раз отшиваю его. Не даю возможности пообщаться со мной.

— Кир, — режет тишину низким голосом Захар. — Мы приехали.

Вскидываю на него свой виноватый взгляд. Погано ощущаю себя перед ним.

Он внимательно рассматривает мои глаза.

Нервно сглатываю.

— А что ты хотела, Кир? Чтобы я терпел, как ты меня отчитываешь?

Опускаю свой взгляд, не в силах сдерживать натиска.

Я же не отчитывала его. Я просто высказала свою точку зрения. Возможно, резко. Возможно, грубо.

Но я и правда не хочу и не готова, чтобы вторгались в моё личное пространство. Чтобы бередили мою душу.

Молчу. Не в силах комментировать его замечание.

— Хорошо, Кир, — его голос звучит мягче. — Тебе через многое пришлось пройти. Не буду на тебя давить. Но хочу тебе сказать…

Он делает паузу. А в моей голове начинают кружиться мысли, накидывая варианты, о чём может пойти речь.

Внимательно смотрю на него.

Говори же уже. Говори, что ты хотел мне сказать.

Глава 25

Захар щурится, разглядывая моё лицо.

— Ладно, Кир, — выдаёт небрежно. — Поговорим в другой раз.

Он выходит из машины. Обходит её и открывает дверцу с моей стороны.

Медленно переставляю ноги на плитку, выложенную рядом с кафе Насти.

Задеваю каблуком порог автомобиля и не могу удержать равновесие.

Лечу прямиком в объятия Захара, который успевает подхватить меня за талию и удержать.

Ещё бы не удержал.

Такие крепкие руки.

Сдуваю выбившиеся волосы с лица. От испуга, что могу растянуться, дыхание становится частым. Внутри колотится. Прикрываю глаза, успокаивая себя, что опасность миновала.

— Всё хорошо, Кир? — задаёт мне вопрос Захар.

А я ощущаю тепло от прикосновения его рук через тонкий материал платья.

Не понимаю, что именно происходит со мной.

Меня не раздражает, что он до сих

Больше скажу, я хочу, чтобы он был сейчас рядом со мной. Здесь и сейчас. Словно чувствую от него защиту. На интуитивном уровне принимаю его заботу.

— Всё хорошо, Захар, — всё же делаю шаг в сторону неуверенно. — Просто зацепилась за что-то.

Да там и цепляться-то не за что. Просто ноги нужно было выше поднимать, а не разглядывать красавчика Захара и не любоваться его мускулистым телом, источающим приятный запах дорогого парфюма вперемешку с запахом тела Захара.

Да ну.

Что происходит со мной?

Наверное, просто у кого-то давно не было близости.

Не-е-ет. Только не это.

Краснею, смущаясь, и отпускаю стыдливо свой вспыхнувший взгляд.

Губы начинают полыхать. Впрочем, как и моё лицо.

— Я хотел показать тебе камень, — вынимает из кармана небольшую плоскую коробочку. Вынимает из неё камень, аккуратно прищипнув его подушечками пальцев. Протягивает мне. — Хочу, чтобы он был у тебя.

Он вкладывает мне в ладонь камень небольшого размера зелёного оттенка.

— Как увидел его, так сразу же купил, — восхищённо разглядывает его Захар. — Не смог устоять. Его цвет очень схож с цветом твоих глаз. Почему-то я не могу их забыть. Я часто вижу их, когда закрываю глаза.

Меня бросает в жар. Ладони становятся влажными. Внутри меня всё замирает.

— Как он называется? — провожу кончиком пальца по гладкой поверхности камня. Камня цвета моих глаз, — произношу магически.

— Демантоид, — произносит совершенно незнакомое мне название. — Подобный алмазу, — добавляет, считывая с моего любопытного взгляда вопрос. — Если разглядывать его под микроскопом, то можно увидеть включения, напоминающие тонкие волоски или лучики. Они и дают камню переливчатый эффект.

Забираю у него коробочку и кладу камень внутрь.

— Обязательно посмотрю на него под микроскопом, — произношу спокойно.

Только где я его возьму. Этот микроскоп.

— Тогда не будем откладывать и поедем в мою мастерскую, — его голос становится мягче.

Не могу, Захар. Не могу. Только что развелась и сразу же …

Что сразу же?

Что за мысли?

— Давай в другой раз, — отказываю ему. — У меня много дел. Никак не могу сегодня.

Захар закидывает голову вверх. Глубоко вдыхает тёплый воздух. Шумно выдыхает и устремляет в меня свой негодующий взгляд.

— Я приеду к тебе после твоих дел, — дёргает бровью.

Вот же настырный.

— Мне нужно кое-что решить по работе, — придумываю на ходу. — Очень срочно, — добавляю неуверенно.

— Понятно, — Захар сжимает губы. — Придумала.

Вот же…

Наклоняю голову набок. Смотрю на него не моргая.

И что? Даже если и придумала.

— Я завтра позвоню тебе и назначу с тобой встречу. Официально. Возможно, запишусь к тебе на приём, — иронизирует он.

А у меня появляются мысли по поводу его деятельности.

Хочу применить его ювелирные изделия в своём каталоге для демонстрации своих новых образов в интернет-магазине, который планирую открыть.

— Тогда до завтра, Захар, — принимаю его вызов и медленным уверенным шагом иду к своей машине.

— До завтра, Кир, — Захар приседает на капот своего автомобиля. Складывает руки у себя на груди и провожает меня пронзительным взглядом.

Я еду домой.

И приступаю к изучению обратной связи от покупателей моей одежды. Я хочу слышать свою аудиторию и адаптироваться к их желаниям, не теряя собственного стиля.

Планирую, как буду работать дальше. Отмечаю для себя, когда поеду на модные выставки и ярмарки.

Хочу познакомиться ближе с другими дизайнерами, покупателями и представителями магазинов.

Времени у меня достаточно, чтобы отсутствовать в городе, сколько мне будет угодно. А заменить меня здесь сможет Марина, моя безотказная помощница.

И, погрузившись во всю эту атмосферу, решаю лететь на одну из выставок прямо завтра.

Заказываю билет на самолёт онлайн через сайт нужной мне авиакомпании.

Радуюсь, что мне повезло. Что есть свободные места на нужный мне утренний рейс.

Собираю вещи в свой любимый чемодан, который всегда беру в поездки.

А когда ложусь спать, вспоминаю, что завтра хотел заехать ко мне Захар. А если он говорил правду и на самом деле запишется ко мне на приём?

Пустяки. Не акцентирую на это внимания.

Отправляю сообщение Марине, коротко пояснив план своих действий и возлагая на неё свои обязанности.

С утра вызываю такси до аэропорта.

Из-за вечных пробок едва успеваю к регистрации.

Вся взмокла, пока добиралась, что не отказалась бы сейчас от душа.

И через несколько часов я уже в нужном мне городе.

Еду в гостиницу. Принимаю звонок от Захара.

Глава 26

— Привет, Кир. Я у твоей дизайнерской студии. Сейчас приду к тебе.

Плечи падают вниз.

Выдыхаю через рот.

— Не нужно, Захар. Меня нет на своём рабочем месте, — делаю небольшую паузу. — Меня нет на данный момент в городе.

— Где ты? Я приеду, куда скажешь, — его голос звучит уверенно.

— Я далеко. Уехала по делам, — решаю говорить правду и больше ничего не придумывать.

— Когда вернёшься? — задаёт мне вопрос поникшим голосом.

— Не знаю, как пойдёт.

— Позвони мне, как вернёшься.

— Хорошо. Пока.

— Пока, Кир.

И с этого дня у меня начинается насыщенная жизнь.

Все мои задумки начинают воплощаться в реальность.

После возвращения я не звоню Захару. Считаю, неприлично звонить первой. Не хочу показаться навязчивой.

Занимаюсь своим любимым делом. Начинаю налаживать партнёрства с бутиками. Расширяю каналы продаж.

Приходится очень много работать.

И сегодня вечером хочется побыть дома одной.

Хочу поработать над новой коллекцией, которую до сих пор держу в голове. Мысль о её появлении появилась у меня, когда я наблюдала из машины Захара за внешним миром, очертания которого изменял и преломлял идущий в тот день дождь.

Создаю несколько образов, используя самые непредсказуемые решения.

Вспоминаю о камне, подаренном Захаром, который до сих пор покоится в моей сумочке.

Достаю из сумки плоскую коробочку. Откидываю крышку.

И от этого небольшого камня ощущаю тепло, будто Захар его вложил в него.

Почему я забыла про него?

Как-то неудобно получилось.

А мне сейчас так нужно поговорить с ним.

Хотелось бы взять в прокат у него ювелирные украшения. Возможно, заказать некоторые, по поводу которых у меня уже есть свои соображения.

Звоню Насте.

— Настя, привет. Как дела? — начинаю фразой приличия.

— Привет, Кир. Всё хорошо. Куда ты пропала? Так долго тебя не было, — доносится до меня приятный нежный голос девушки.

— Улетала по делам. Когда вернулась, было очень много работы, — с грустью в голосе рассказываю ей.

— Мы думали, что ты до сих пор не в городе, — выдаёт мне она. — Захар сказал, что ты обещала позвонить ему, когда вернёшься.

Он что, всё это время ждал моего звонка?

Пытаюсь пристроить у себя за ухом непослушный

Прикладываю ладонь к щеке и ощущаю, какая она горячая.

— А где он? — мне удаётся побороть в себе неловкое смятение, чтобы задать ей этот вопрос.

— Представляешь, после того как ты отправилась по своим делам, Захар тоже уехал.

Мою кожу задевает прохладой, покрывая её мелкой волной мурашек.

В горле начинает подниматься температура.

Губы вот-вот потрескаются от натяжения высохшей кожи.

— Куда? — мой голос становится тише.

— Он решил пополнить свои запасы камней и отправился за ними в разные точки нашей страны, — воодушевлённо рассказывает Настя о своём любимом брате. — Он завтра должен прилететь. Позвони ему.

— Не знаю…

— Чего не знаешь?

— Неудобно как-то…

— Неудобно спать на потолке, одеяло свалится, — слышится звонкий смех Насти.

Откуда это у неё?

— Так мне сказала недавно одна из посетительниц моего кафе, когда щедро вознаграждала меня за гостеприимство. Она долго жила в другой стране и вернулась на родину через много лет. Она так расчувствовалась. И сейчас часто приходит в моё кафе. Я тебя обязательно познакомлю с этой милой женщиной.

Теперь понятно.

— Я приеду к тебе. Завтра, — отвечаю ей уже смелее.

— Приезжай. Тогда я сама скажу Захару, что ты уже в городе и что спрашивала о нём.

Ощущаю, как через кожу пробирается прохладная влага. Как начинает завоёвывать моё тело.

— Я позвоню тебе, Настя. Спасибо.

— Звони, Кир. И, пожалуйста, почаще. Не теряйся, ладно? — трогает меня своими искренними словами Настя.

— Пока…

— До встречи…

С утра мне звонит Ольга Сергеевна и предлагает поговорить о моём бренде одежды, который стал довольно популярным среди покупателей и ценителей моды.

Я с радостью принимаю её приглашение и отправляюсь к ней в офис.

— Здравствуй, Кира. Проходи, — почти у самых дверей встречает меня красивая подтянутая женщина.

Возвращается на своё рабочее место.

— Леночка, два кофе принеси, — соединяется со своей секретаршей.

— Добрый день, Ольга Сергеевна, — присаживаюсь за длинный стол в её кабинете.

— Кира, ты чудесно выглядишь. Твоя поездка однозначно пошла тебе на пользу.

— Вы превосходны, как всегда, Ольга Сергеевна.

Обменявшись любезностями, принимаем от Леночки ароматный кофе в маленьких фарфоровых кружечках.

— Твой бренд пользуется огромным спросом, — смакует горячий кофе Ольга Сергеевна. — Я бы хотела, чтобы ты расширила ассортимент для моих магазинов и увеличила объёмы выпускаемой одежды. В этом будет не только твоя выгода, но и моя тоже. Я являюсь заинтересованным лицом, Кир.

— Думаю, это будет возможно осуществить, — подумав, отвечаю ей. — Только у меня будет к вам просьба.

Глава 27

Ольга Сергеевна приподнимает свои безупречные брови. Внимательно всматривается в мои глаза не моргая.

Внутри меня трепещет волнение

— Чтобы не брать мне кредиты, я предлагаю вам взаимовыгодное сотрудничество. Я хочу, чтобы вы финансировали свой заказ на начальном этапе его изготовления. В таком случае будете иметь некий процент от продаж впоследствии.

Губы Ольги Сергеевны растягиваются в довольной улыбке. Глаза прикрываются длинными пушистыми ресницами.

Она складывает перед собой руки на столе. Подаётся вперёд.

— Я не сомневалась в тебе, Кир, — испепеляет меня своим загоревшимся взглядом. — Я согласна.

Удаётся расслабить свой напряжённое тело и выдохнуть скопившийся в лёгких воздух.

Внутри растекается тепло.

— Можешь поделиться со мной о своих дальнейших планах? — располагающе смотрит на меня она. — Наверняка они у тебя есть, — подмечает, собрав на своём безупречном гладком лбу мелкие бороздки.

— Есть, — говорю спокойно, тихо. — Только эти детали мне сначала нужно обсудить с вашим сыном. А потом и вы узнаете о моих намерениях.

— С Захаром? — впивается удивлённым взглядом Ольга Сергеевна в мои широко раскрытые глаза.

— С ним, — утвердительно киваю. — Настя мне сказала, что он должен вернуться сегодня из поездки.

Под кожу проникает множество крохотных острых иголок.

— Вернулся уже. Сегодня вечером встречаемся у Насти в кафе. Закрытый семейный ужин. Я приглашаю тебя на него. Буду очень рада тебя видеть.

Ух. Кровь бурлит в моих венах.

Старюсь дышать ровно и не показывать своего волнения.

Контролирую дыхание, а вот сердце долбит о грудную клетку.

— Я приеду, — отвечаю уверенно. — Оповестите меня о точном времени.

— Хорошо, — наклоняет голову набок и нежно смотрит на меня, улыбаясь лёгкой спокойной улыбкой.

— До встречи, — собираюсь уходить.

— До какой встречи? — со стороны открывающейся двери доносится голос Захара, сохранившийся в моей памяти. — Привет, Кир.

Он подходит к Ольге Сергеевне. Протягивает ей букет из нежных цветов. Целует её в щёчку.

— Привет, Захар, — смущаюсь я, и мои щёки заливаются румянцем.

— Я пригласила Киру поужинать сегодня с нами, — заботливо и нежно оглядывает своего сына.

— Увидимся вечером, — медленно поднимаюсь со стула.

Ноги становятся ватными. Стараюсь не дышать. Не глотать. Не моргать.

— Ты же хотела поговорить с Захаром, — напоминает мне Ольга Сергеевна.

— Позже…

— Да, давай позже, — соглашается со мной Захар. — У меня дел много. Нужно успеть до ужина.

— Тогда до встречи, — приближаюсь к двери и тяну её на себя.

— Увидимся, Кира, — сопровождает мой уход приятный голос Ольги Сергеевны.

Захар же просто молчит.

И весь свой путь до машины, пытаюсь успокоить себя.

Соберись, Кира. Что с тобой?

Куда делась твоя смелость и решительность?

Стоило появиться Захару снова, так сразу же язык отсох и ноги подкосились?

Быстрым шагом дохожу до машины, как только выхожу из здания.

Также быстро открываю дверцу и плюхаюсь на сиденье с водительской стороны.

Хлещу себя по щекам ладонями. Хочу немного прийти в себя. Другого выхода не нахожу.

А когда поднимаю свой взгляд, вижу Захара, стоящего спереди моей машины, наблюдающего за мной.

И когда мы встречаемся с ним взглядами, мои глаза замирают на его улыбающемся лице.

Он подходит ближе. Открывает дверцу.

— Я рад тебя видеть, Кир, — произносит слишком приятно. — Мне Настя рассказала о вашем с ней разговоре.

Вот же… Зачем нужно было вести себя так холодно со мной? Делать вид, словно меня нет?

— О чём ты хотела поговорить? — проникает своим голосом в моё сознание.

— Давай позже, — прошу его. Просто не могу совладать со своим волнением, когда он рядом.

Нервно сглатываю

— Вечером я заеду за тобой, Кир, — ставит меня перед фактом.

— Угу, — мои подрагивающие губы разъезжаются в несуразной улыбке.

— До вечера, — закрывает дверцу машины, прикрывая свои янтарные глаза ресницами.

И теперь его глаза мне хочется тоже сравнивать с каким-нибудь камнем. И они напоминают мне об янтаре.

Сжимаю, разжимаю пальцы на руле, когда еду к себе в студию. Кусаю губы до боли. Думаю, чтобы мне надеть на предстоящий ужин.

У себя в кабинете никак не могу переключиться на рабочие моменты.

Когда мысленно подбираю для себя гардероб, думаю, что мне не хватает

Мне хочется большего. Интересного. Подчёркивающего мой внутренний мир.

Начинаю накидывать наброски новых образов, дополняя их ювелирными украшениями, которые мне приходят на ум.

Добавляю к ним сумочки и обувь, таких, какие я вижу.

Что-то мне определённо нравится. Но не всё. Я критично отношусь к своим работам.

Решаю вновь обратиться, с наиболее понравившимися, к своим неравнодушным покупателям. Хочу снова получить от них обратную связь.

Хочу работать именно на них. На свою любимую аудиторию.

Запускаю процесс.

А пока решаю доработать удачные варианты.

Так и сижу у себя в студии.

— Кир, — в кабинет заходит Марина. — Я пойду.

— Иди, — отвечаю ей, не отрываясь от своего занятия.

— Все уже ушли. Ты одна остаёшься, — оглушает меня Марина.

— Сколько времени? — резко взмахиваю ресницами. — Ужин, — вскакиваю со стула.

Глава 28

— Кир, всё хорошо? — озадаченно смотрит на меня Марина, стоя в дверях моего кабинета.

— Да-а-а, — произношу неуверенно. — Ты иди Мариш. Я тоже сейчас пойду, — заправляю волосы за ухо.

Жадно пью воду из пластиковой бутылочки.

Сгребаю со стола сумочку и телефон, который начинает сразу же звонить.

Захар.

Вот же…

— Да, Захар, — принимаю вызов от него.

— Я через полчаса приеду за тобой, — выстреливает в мой мозг.

— Я… Я не дома, — лепечу я, прищипывая свой подбородок пальцами.

Тру шею, разминая её наклонами в сторону.

— Хм… А где ты? — следует вопрос с нажимом.

— Я до сих пор у себя в студии, — протяжно выдыхаю. Разглаживаю свой лоб ладонью.

— Я сейчас приеду, — завершает вызов.

И теперь я никуда не тороплюсь. Я просто жду Захара у себя в кабинете.

Предупреждаю охрану, чтобы пропустили его внутрь.

Он входит, и моё сердечко падает вниз. В его руке огромный букет из нежных роз.

— Это тебе, — протягивает мне его. — Такие же нежные, как и ты, — чертовски притягательно улыбается.

Я принимаю букет. Наклоняюсь к нему лицом и прикрываю глаза.

Медленно вдыхаю нотки свежести от прекрасного букета.

Поднимаю на него свой смущённый взгляд. Смыкаю губы. Улыбаюсь одними глазами. Не хочу выдавать восторга, который сейчас обладает мной. Который управляет всем моим трепетным телом.

— Сейчас принесу вазу, — кладу цветы на стол и выхожу из кабинета.

Сердце совершает кувырок. Хочется танцевать. Хочется чего-то сумасшедшего. Сама не понимаю, чего именно. Не понимаю почему.

Захожу в кабинет уже с вазой и водой.

Захар сидит за моим столом и рассматривает что-то в ноутбуке, который я до сих пор не выключила.

— Прекрасные работы, — утвердительно кивает.

Ставлю цветы в вазу. Подхожу к нему.

Выключаю ноут.

— Нам пора, — говорю ему. — Нас, наверное, уже заждались.

Захар поднимается с кресла. И мы становимся очень близки друг к другу.

Мне кажется, что я ощущаю тепло его тела. Что ловлю на своём лице его глубокое горячее дыхание. Ещё мгновение и я отчётливо слышу биение его сердца. Или это моё так стучит? Или оба?

— Давай пропустим данное мероприятие, Кир, — поступает от него предложение. — Хочу побыть с тобой наедине. Ты так долго отсутствовала в городе, чем заставила меня задуматься о многом.

— О чём?

— О нас…

Тону в его взгляде, гипнотизирующим меня. Манящим. Сладким. Коварным. Но до ужаса притягательным.

Жутко краснею от своего желания прикоснуться к его губам.

Мои же уже приоткрыты и жаждут поцелуя от этого красавчика.

— Поехали, — он отстраняется от меня и берёт меня за руку. Как пушинку тянет за собой. Я едва не отрываюсь от пола, когда иду за ним следом повинуясь.

— Куда? — спрашиваю его, задыхаясь от своего частого дыхания.

— Ко мне, — кидает на меня короткий загоревшийся взгляд. — В мастерскую. Мне нужно тебе кое-что показать.

— Хорошо, поехали, — соглашаюсь, не раздумывая. — Только иди потише. Я не успеваю за тобой.

— Понял, — он подхватывает меня на руки. — Так мы будем двигаться быстрее.

Кладёт мою руку себе на шею. Обжигает мою кожу своим дыханием.

У меня же челюсть произвольно отвисает. Глаза расширяются сами собой.

— Захар…

— Да, Кир, — выходит на улицу быстрым шагом.

— Поставь меня…

— Не поставлю, Кир.

— Почему?

— Я так хочу, Кир.

Он просто упрямый самоуверенный мужчина.

Доносит меня до своей машины. Открывает дверцу и аккуратно усаживает меня на сиденье рядом с водительским сиденьем.

Смотрю на него озадаченно.

Дёргаю бровью.

Он смотрит в ответ в мои глаза не моргая.

Кивает головой улыбаясь.

Я продолжаю смотреть на него, как можно серьёзнее.

Он кивает ещё раз. Упирается на спинку моего сиденья рукой и наклоняется ко мне ближе. Продолжает смотреть.

В нос тут же ударяет приятный запах парфюма. Его запах.

Мой взгляд смягчается.

Почему он так воздействует на меня?

— Так лучше, — тихо произносит Захар.

Мы едем по уже известному мне маршруту.

И в этот раз я не ощущаю никакой тревоги.

Спокойно разглядываю очертания города, окрашенного в свет алеющей зари.

— Кир, — обращается ко мне Захар.

— Да, — оборачиваюсь на него.

— Я скучал, — улыбается.

Быстро моргаю, выпрямляясь на сиденьи. Поправляю волосы, которые прекрасно уложены.

— Ты меня совсем не знаешь, Захар. Наверное, ты ошибаешься.

— Не ошибаюсь, Кир. Мне кажется, что я знаком с тобой целую вечность.

Опускаю свой взгляд.

Попалась…

Глава 29

— А ты?

— Что я? — оглядываюсь на него.

— Скучала обо мне?

У него звонит телефон.

— Да мам, — разговаривает по громкой.

— Ты где, Захар? И Киры нет, я писала ей.

— Она со мной. У нас поменялись планы.

— У вас планы?.. Тогда мы ужинаем без вас.

— Ужинайте. Хорошего вам вечера.

— И вам.

Отключает вызов.

И начинает звонить мой телефон.

Словно сговорились.

Неизвестный номер.

Решаю принять вызов.

— Слушаю.

— Это Надя, — слышу взволнованный голос девушки. — Меня Платон просил позвонить тебе. Сама бы я никогда не решилась.

Оглядываюсь на Захара.

— Что-то случилось?

— Случилось. Когда я вернулась сегодня домой, то застала его на полу. Он решил устроить ужин при свечах. Только уснул и случайно опрокинул свечу на ковёр, который уже горел, когда я пришла домой.

— И что?

— Всё хорошо уже. Он не пострадал. Я вовремя успела. Только Платон дыма наглотался и сейчас в больнице. Он просит, чтобы ты пришла к нему.

— Ты же говоришь, что у него всё хорошо. Причём здесь я. Я не имею никакого отношения к нему.

— Он сказал, что приготовил ужин для тебя. Он тебя представлял рядом с собой, — истерично выкрикивает Надя и мне приходится отводить телефон от уха.

— Ты не понимаешь, что ли? — продолжает она с упрёком в голосе. — Он тебя ждал, а ты не

— Ничем не могу помочь, — хладнокровно говорю ей. — Разбирайтесь сами.

— Я съезжу с тобой, — подключается к нашему разговору Захар. — Не переживай. Я буду рядом.

Делаю паузу.

— Я приеду. Диктуй адрес.

И через некоторое время я уже в палате у Платона.

Захара же прошу не входить. Могу предвидеть, как может отреагировать Платон на его появление вместе со мной.

Надя нарезает круги по просторной палате.

Платон бросает на меня свой тоскливый увлажнённый взгляд.

— Оставь нас, — обращается к девушке осипшим, обессиленным голосом.

Та нервно резко выдыхает, встрепенувшись, и быстрым шагом выходит.

— Привет, Платон.

— Здравствуй, Кир, — садится на кровать.

— Как ты, — подхожу ближе.

— Всё хорошо у меня. Это Надя с ума сходит. Напридумывала себе непонятно что.

Этот красивый самовлюблённый мужчина кажется мне сейчас каким-то щупленьким. Маленьким. Словно сжался в клубочек, желая стать как можно незаметнее.

— Зачем звал?

— Присядь, — гладит постельное больничное бельё на кровати, на которой сидит.

— Я постою, — показываю ему своё безразличие.

— До сих пор обижаешься на меня? — шепчет Платон.

Подхожу к столу и наливаю воду из графина в стакан.

— Попей, — протягиваю ему.

Его слабая рука тянется к стакану. Он обхватывает его обеими руками. Делает несколько глотков.

Поднимает на меня свой тусклый взгляд, лишённый смысла жизни. Полный горя и отчаяния.

— Знаешь, Кир, — ухмыляется едва слышно. — Я ведь только после нашего с тобой развода понял, что натворил. Я долго размышлял над всем. Я понял, что любил тебя. И от этого моего осознания мне стало так хреново.

— От меня чего тебе надо? — грубо задаю ему вопрос. — Говори. Или я ухожу.

— Я хотел попросить у тебя прощение. За всё.

Впиваюсь в него своим негодующим взглядом.

Делаю глубокий вдох.

— У тебя всё хорошо. Прощение, считай, ты попросил. С тобой молодая женщина, — перечисляю я. — Я пойду, Платон.

— У меня всё плохо, Кир, — громом звучат его слова в моей голове. — С Надей у меня нет близости, и она не знает почему.

— Почему? — вопросительно выгибаю бровь.

— Я имел неосторожность в одной из своих недавних поездок не предохраняться в момент близости с местными женщинами. Поверь, это был единичный случай.

В моих глазах вспыхивает ужас? Делаю усилие глотнуть.

Что могло бы быть со мной, если бы я до сих пор была с Платоном. Какая учесть ждала бы меня?

— Что? — мой рот приоткрывается.

— Я болел, и мне удалили кое-что. Сама понимаешь. Я теперь не могу иметь детей, — режет моё сердце острым лезвием по сердцу.

Делаю ещё одну попытку глотнуть, осмысливая весь ужас происходящего.

— Мы в разводе с тобой, Платон. Меня не интересуют такие подробности, — пресекаю его рассказ.

— Хорошо. Я не буду тебе ничего рассказывать. Просто знай, если со мной что-нибудь случится, то ты будешь единственной моей наследницей.

Растираю свою шею напряжёнными пальцами. Хочу избавиться от подкатившего удушающего кома в горле.

— Всё серьёзно? — мне удаётся побороть своё першение.

— Не знаю. Это не всё, о чём я хотел тебе рассказать. Кроме всего прочего у меня что-то с кровью непонятное, — говорит размыто. — Как поступил сюда, у меня анализы брали и они показали, что идёт воспалительный процесс.

Я предполагаю, о чём может идти речь.

Волосы приподнимаются на затылке. По голове словно пробегается множество маленьких муравьёв.

Перебираю его угасшие глаза взглядом, переполненные страхом.

Неужели меня оберегли какие-то сверхъестественные силы от этого мужчины. Оберегли от того, что бы меня не настигла такая же участь, что и его.

— Может, всё обойдётся ещё, — пытаюсь утешить его, а у самой дерёт в горле.

— Может, — безэмоционально произносит он, уставившись в одну точку на полу. — Я получил по заслугам, — его голова качается.

— Мне жаль, — холодно произношу ему.

Он сам устроил себе такую жизнь. Сам выбирал, как поступать ему.

И теперь получилось, то, что получилось.

Из его рук падает стакан и, встречаясь с полом, разбивается, наполняя палату характерным звуком битого стекла.

Вздрагиваю от неожиданности.

Оборачиваюсь на входную дверь, в которой появляется Захар и Надя.

Глава 30

— Что здесь у вас происходит, — Надя подбегает к Платону и присаживается возле него. — Покажи руки? Не порезался? — обращается к нему заботливо, словно к ребёнку.

— Отвали, Надь, — протягивает Платон. — Оставь меня в покое. Я не хочу тебя видеть.

— Всё хорошо, Кир? — прижимает меня к себе Захар.

— Да, — произношу тихо, получив порцию тепла от крепкого тела Захара.

— Что здесь у вас произошло? — Настаивает на своём вопросе Надя, переводя свой возмущённый взгляд с Платона на меня.

— У него спроси, — отвечаю ей сухо. — Пойдём, Захар.

Мы выходим, а из платы доносится бранная речь Нади.

— Что случилось? — уже в машине задаёт мне вопрос Захар. — На твоём бывшем муже лица не было, когда я вошёл.

Честно сказать?

— Он болен. И только что мне сказал об этом. Сам недавно узнал, когда попал в больницу. У него обнаружили в крови какой-то воспалительный процесс.

— Значит, ему нужно было попасть в больницу. Чтобы вовремя обнаружить своё заболевание. У нас хорошие врачи. Думаю, сумеют вылечить его.

Пожимаю плечами.

Возможно, Захар прав.

— Отвези меня домой, — прошу его, не желая дольше разговаривать о Платоне.

— Конечно.

Всю дорогу к дому нахожусь в затуманенном сознании. Не слышу о чём говорит Захар. Отвечаю ему невпопад.

Когда захожу к себе в квартиру, начинаю рыдать.

Стягиваю с себя одежду.

Тело лихорадит так, что едва дохожу до душа.

Холодно. Как же холодно. Растираю предплечья.

Хочу избавиться от липкой грязи, которую так остро ощущаю сейчас на себе.

Мерзкое отвращение во всём моём теле. Я пропитана им насквозь.

Зубы выдают дробь.

Смываю с себя всю неприязнь, которую испытываю к Платону.

Как я могла в такое вляпаться?

За что мне всё это?

Никак не могу избавиться от отвращения.

Слёзы смешиваются с прохладной водой из душа.

Оседаю.

Рыдаю.

Не верю.

Ненавижу его. Ненавижу всё, что связывало меня когда-то с этим ничтожеством.

Завтра же поеду к врачу и обследуюсь.

Нужно убедиться, что у меня всё в порядке, и тогда я смогу немного успокоиться.

Рвано выдыхаю. Плетусь до кровати.

Моё обессиленные тело бьёт судорогой.

Так мне не было плохо даже тогда, когда я узнала о его измене.

Я не думала, что может быть ещё хуже предательства мужа. Что моя жизнь может быть в опасности.

Лишь приняв успокоительное, мне удаётся заснуть.

А наутро, с ватной головой и

Звонит Захар. Игнорирую его звонок.

Ещё пару звонков. Не отвечаю.

Пока не разберусь со своим здоровьем, никого не хочу видеть.

Хочется зарыться головой в землю, словно страус, и никого не видеть и не слышать. Нет меня.

Снова плачу, растирая беспощадные слёзы на своём горячем лице.

Губы пухнут. Веки тоже.

Надеваю солнцезащитные очки и еду на приём.

По пути прокручиваю разговор с Платоном. Он ведь только один раз не предохранялся? Правда?

Заочно выношу себе приговор.

Накручиваю себя по полной.

Неужели всё, к чему я стремилась, всё, что я создавала с таким большим трудом и за что боролась, рухнет в один миг?

Слёзы катятся по щекам. Всхлипываю.

Может, есть надежда?

Стыдно. Как стыдно.

Что я сейчас скажу врачу?

Хотя, столько времени прошло, если бы что было у меня, наверняка уже проявилось бы. Но воспалительный процесс может происходить по-разному, как я прочитала в интернете. Что может проявиться не сразу, а через какое-то время.

Сомневаюсь. Во всём сомневаюсь.

От переизбытка эмоций снова колбасит.

После нужных процедур и осмотра врач сообщает мне, что я совершенно здорова.

Экспресс-тест показал отрицательный результат.

Теперь нужно дождаться результатов других тестов, от которых будет известен окончательный результат. В лучшем случае они будут готовы через три дня.

Еду к себе в квартиру.

Звоню Марине и говорю ей, что меня не будет какое-то время, что я приболела.

Игнорирую звонки от всех. Не открываю никому дверь.

Валяюсь в кровати, дожидаясь анализов. Чувствую себя амёбой.

И моей пищей на это время становятся успокоительное и вода.

Не узнаю себя в зеркало, решившись посмотреть на себя, когда прохожу мимо него.

На меня смотрит совершенно чужое осунувшееся бледное лицо с тёмными кругами под глазами.

Нет. Так дальше нельзя. Нельзя раньше времени уничтожать себя.

Так никаких нервов не хватит.

Выхожу на балкон, глотнув как можно больше свежего воздуха. Ещё раз. Ещё. И побольше. Полной грудью.

Дышу так глубоко, пока не ощущаю прилив сил.

Мозг начинает работать.

Принимаю душ. Готовлю завтрак. Завариваю кофе.

С меня хватит.

Я не позволю себе больше подобного. Чтобы ко мне так наплевательски относились.

Платон прав. Нужно любить себя.

Я буду обязательно счастлива. Только понятие счастье у меня теперь слишком ограничено. Слишком много вложено в это слово. Слишком много пережито, чтобы начать доверять мужчинам.

Только у нас разная с Платоном любовь к себе.

У него изначальная, заложенная в крови. У меня приобретённая, осознанная.

И теперь, всё, что я люблю, особо важно и ценно для меня.

Собираюсь к врачу на назначенное время, чтобы поговорить о своём здоровье. Чтобы услышать результаты анализов, раньше. Чем он пришлёт мне их на почту.

Но сначала я хочу позвонить Платону.

Глава 31

Долгие гудки заставляют мою кожу зудеть. Растираю кожу на груди. Нервно глотаю.

— Привет, Кир, — наконец-то Платон мне отвечает. — Рад слышать тебя.

Не могу ответить взаимностью.

— Ответь мне на один вопрос, — резко выдаю ему не здороваясь. — Когда мы были с тобой в браке, ты часто мне изменял?

Сердце пульсирует в горле.

— Да. Бывало, — говорит мне не тая, спокойным голосом.

— Тогда у меня будет ещё один вопрос, — продолжаю твёрдым голосом. — Ты всегда предохранялся?

До меня доносится едва слышный смех Платона.

— Ааа, ты про это, — продолжает с усмешкой. — За это можешь не переживать. Я всегда предохранялся. Тебе ничего не угрожает.

За это я должна сказать ему спасибо?

Хотя немного полегчало.

Всё равно не верю ему. Вдруг он врёт.

Сбрасываю вызов.

Спешу к врачу.

Все мои опасения рассыпались. Я совершенно здорова.

Мне легче, но особой радости я не испытываю после того, как оказалась причастной к этой истории.

Мерзкое ощущение до сих пор цепляет мою кожу мелкой дрожью.

В студию поеду завтра. Сегодня же займусь собой.

Спортивный клуб, массажный салон и студия красоты сегодня в моём расписании.

Хочу поменять свой стиль.

И к концу дня остаюсь довольной своим видом.

Еду домой, размышляя над своим отношением к окружающему миру.

Он всё так же притягателен и безупречен.

Только внутри меня веет какой-то прохладой, гуляющей по выжженному телу.

Когда закрываю дверь в свою квартиру, оборачиваюсь.

Словно жду кого-то. Или чего-то. Может, своего спасения.

Вздрагиваю, когда раздаётся звонок входной двери.

Сердце падает вниз. Дыхание замирает.

Тянусь к глазку, стараясь не дышать.

Захар.

Открываю ему.

— Проходи, — предлагаю войти внутрь.

— Привет, Кир, — проходит, оглядывается. — У тебя всё хорошо? До тебя не дозвониться.

Останавливает на моём лице озадаченный взгляд.

— Уже да, — произношу осознанно.

Подходим к дивану. Садимся.

— Почему уже? — смотрит проникновенно. — Было плохо?

Не знаю, как вообще можно говорить о таком. Да ещё и с мужчиной.

— Отголоски прошлого, — отвечаю расплывчато.

— Опять Платон? — Захар сдвигает брови.

— Он, — киваю.

— И что на этот раз? Он обидел тебя?

Нервно усмехаюсь.

— Не успел, — облизываю губы. Вдыхаю через рот.

— Расскажи мне, — просит Захар, проникновенно всматриваясь в мои глаза.

— Это личное, — не знаю, как открыться ему. Стыдно.

К щекам подкрадывается колкий румянец. Уши начинают гореть.

— Хм… Личное, — протягивает Захар. — Я бы был не против, если бы ты поделилась со мной. Выговорилась. Для меня это очень важно. Не хочу, чтобы ты страдала. А если у тебя появятся трудности, хотел бы знать о них.

— Зачем?

— Чтобы быть с тобой рядом и решать их вместе с тобой.

— Зачем? — повторяюсь.

— Затем, Кир, что ты нужна мне. Я хочу, чтобы ты была честна со мной. Чтобы между нами не было недосказанности.

Протяжно выдыхаю, убирая волосы со своего лица.

Хочешь знать?

Нервно улыбаюсь.

— Платон признался мне, что имел связь с женщинами, когда отдыхал в очередной раз. Он не предохранялся.

Получил признание?

Лицо Захара становится напряжённым. Задумчивость во взгляде.

Он прищипывает крепкими пальцами свой подбородок.

— И что с того? — выдаёт через паузу. — Ты приняла всё на свой счёт?

Быстро моргаю.

— Конечно, — произношу с нажимом. — Как же ещё? Он столько времени обманывал меня. А теперь заболел, и у меня, естественно, появляются самые наихудшие мысли по всему этому.

— Всё же обошлось?

— Да. Обошлось.

Захар крепко сжимает свои губы. Давит на них изнутри зубами.

— От этого никто не застрахован, Кир, — ничего себе так, успокоил. — Ты же не знала, какую жизнь ведёт твой муж у тебя за спиной. Что изменяет тебе. Ты же, наверняка, доверяла ему. Ни о чём плохом не думала.

Холод сменяется жаром.

— Не думала. А надо было.

Легко сказать. А если тебя вывернули наизнанку. Опустошили. Перекрыли доступ кислорода.

— Я понимаю, — продолжает он мягким заботливым голосом. — Трудно. Но нужно справляться. А для этого нужно не отстраняться от окружающего мира. Всегда найдутся те, кто выслушают. Помогут в трудную минуту.

— И этим человеком хочешь быть ты? — пристально смотрю в его карие глаза, в которых сейчас теплится надежда на моё спасение.

— Да, Кир, — отвечает уверенно. — Я хочу быть таким человеком для тебя.

Я вижу, как поднимается его упругая грудь при каждом глубоком вдохе.

Как, максимально серьёзным становится его взгляд, вселяющий в меня уверенность.

— Я хочу, чтобы ты была со мной, — своим признанием задевает мою кожу прохладой. — И, я не буду тебя торопить. Просто знай об этом.

Прикрываю подрагивающие веки. Делаю усилие глотнуть.

Поднимаю на него свой взгляд. Растягиваю губы в узкую полоску.

Захар притягивает меня к себе. Заключает в объятия, нежно поглаживая меня по спине.

Я сдаюсь. Плачу тихонько, всхлипывая, вжимаясь щекой в его упругое плечо. Горячие слёзы скатываются по обжигающему лицу.

Наверное, я на самом деле, перебарщиваю в своих эмоциях.

Просто наболело.

Захар прав. Во многом.

Всё. Пора успокаиваться.

Выдыхаю протяжно Захару в грудь.

Вытираю тыльной стороной руки влажное лицо.

Захар помогает мне избавиться от влаги солёных слёз. Он пальцами проводит по моему лицу. Дует.

— Поплакала, — произносит нежно. — Вот и хорошо.

— Больше не буду, — даю обещание.

— Ты будешь со мной, Кир?

Глава 32

Делаю глубокий вдох, чтобы втянуть побольше аромата запаха парфюма Захара, перемешанного с запахом его кожи.

Я бы очень хотела быть с ним.

Только сомнения меня будут терзать какое-то время.

Мне нужно научиться доверять людям.

— Я не готова дать тебе сейчас ответ, — произношу осипшим голосом.

— Я предполагал, что ты мне так ответишь. Поэтому предлагаю тебе просто общаться со мной. Не вздумай скрываться от меня. Не вздумай прятаться от всего мира. Иначе ты растеряешь себя. Уйдёшь в себя. Ты же не хочешь этого?

— Не хочу, — трясу головой.

— Вот и прекрасно, — запускает свои пальцы мне в волосы. Массирует голову. Целует в макушку, вдыхая мой запах.

— Чудесно… — произносит удовлетворённо.

— Что чудесно? — обнимаю его крепкую руку.

— Всё, — шепчет мне в волосы Захар. — Ты. Твой запах. Твоя незащищённость. Твои трогательные переживания.

— Хм… А ещё мои припухшие губы и опухшие веки.

Захар приподнимает моё лицо за подбородок, прихватив его пальцами.

Разглядывает его.

— Ты великолепна, Кир, — произносит нежно. — В любом виде.

Нежно касается моих губ своими. Смотрит мне в глаза. Снова касается моих губ.

Потом обхватывает мои губы своими, словно желает насладиться ими. Проникает глубже. Я отвечаю ему взаимностью. Растворяюсь в нём, не ощущая своего тела, растёкшегося теплом в объятиях Захара.

Он прижимает меня к себе крепче. Снова вдыхает аромат моего тела.

У меня появляется огромное желание быть с ним.

Хочу, чтобы я могла доверять ему. Чтобы он был тем единственным и неповторимым мужчиной, с которым я буду просыпаться каждый день в одной постели.

Но для начала мне нужно будет разобраться в своих чувствах и убедиться в искренности Захара.

Улыбаюсь. Провожу кончиками пальцев по его ладони.

Он смеётся.

— Сейчас поспи, — произносит заботливо. — А завтра я заеду за тобой, как освобожусь.

Проводив Захара, кутаюсь в нежное лёгкое одеяло. Ворочаюсь долго, пока не нахожу подходящую позу для сна.

Просыпаюсь совершенно другим человеком.

Улыбаюсь, когда ловлю на своём лице заигрывающие со мной лучики солнца.

Морщусь, вспоминая свои последние дни и своё стрессовое состояние.

Не-е-е-ет. Не хочу я больше допускать такого в своей жизни.

Отправляюсь на работу.

Марина знакомит со всем, что происходило в моей студии за последние дни. Она не задаёт мне лишних вопросов. Спасибо ей за это.

Открываю свой ноут.

Читаю отзывы своих покупателей.

Стараюсь не реагировать остро на критику. Прислушиваюсь ко всякому мнению. Будь то негативное или положительное. Не оставляю без внимания ни один.

Некоторые веселят меня своими решениями. Некоторые трогают до глубины души.

Сделав определённые выводы, принимаю решение расширить ассортимент своей продукции. Теперь точно знаю, на что буду делать акцент.

У меня появится новая линейка одежды. И она будет доступна для всех желающих приобрести выпускаемую мной продукцию.

Обозначаю задачи для своих сотрудников. Предлагаю им представить в короткие сроки эскизы для новой коллекции.

Но они обязательно должны поддерживаться моего узнаваемого стиля.

Запускаю среди своих покупателей конкурс. Хочу, чтобы они тоже поучаствовали. А самого активного и предприимчивого будет ждать награда в виде готового изделия, которое он предложит в виде эскиза.

Снова удаётся уловить вдохновение и за ним отстраниться от всех своих неурядиц.

Накидываю варианты одежды, которые бушуют у меня в голове и просятся, чтобы я поскорее их воспроизвела.

Покусываю губы. Адреналин вскипает в венах.

Не помню, когда так хорошо и уверенно ощущала себя в последний раз.

Лишь звонок от Захара позволяет мне сделать небольшую передышку и отстраниться от своего залипательного занятия.

— Привет, — здороваюсь с ним бодро, рассматривая свои творения.

— Привет, Кир, — его голос звучит отстранённо от меня.

Я никак не могу переключиться от своего дела, словно сильно соскучилась по нему. Наголодалась.

Молчу, покусываю щёки изнутри.

От вдохновения меня распирает.

— Кир. Ты освободилась уже? — после вопроса Захара мне удаётся переключиться на разговор.

— От этого невозможно освободиться, Захар, — воодушевлённо произношу ему, глубоко вдыхая.

— От чего, Кир? — хочет прояснить Захар.

— От своего любимого занятия… — грызу очередной карандаш. Это обязательная процедура в моей работе. Они каким-то образом помогают мне сосредоточиться. И в моём столе их скопилась целая гора.

— Я приеду сейчас, — словно вдалеке слышу голос Захара.

— Угу, — отвечаю машинально.

Он отключает звонок.

Я продолжаю изучать то, что только что появилось в виде эскизов из моих творческих фантазий.

И отстраняюсь от всего лишь тогда, когда дверь в мой кабинет открывается и появляются нежные цветы, за которыми хочет спрятаться высокий, крепкий мужчина.

Глава 33

Мои губы растягиваются сами собой.

Захар слишком большой, чтобы его не заметить.

Этот великан едва помещается в дверном проёме.

Понимаю, он хочет поднять мне настроение.

У него получилось.

— И кто это ко мне пожаловал? — подыгрываю ему тоненьким голоском. — С таким шикарным букетом. Попробую угадать.

Захар делает шаг вперёд.

Убирает цветы от

— Ни за что не угадаешь, — улыбается во все свои белоснежные зубы.

Уголки моих губ устремляются вверх.

— Захар… — откидываюсь на спинку кресла.

— Не заработалась? — дёргает бровью.

— Нет, — произношу нежно.

— Что там у тебя такого, что ты никак не можешь оторваться? — подходит ближе. — Показывай.

— Смотри, — предоставляю ему свои наброски.

— Ммм, — внимательно разглядывает их Захар. — Да тут целые шедевры, — проявляет неподдельный интерес к моим работам.

— Спасибо, — благодарно принимаю от него комплимент. Чувствую, что он мне нужен. Что мне нужна оценка моей работы.

— Я бы ещё кое-что добавила, — впиваюсь в его проникновенные глаза своим восторженным взглядом.

В его взгляде вопрос.

— Ювелирные изделия, — отвечаю, не скромничая. — Давно хотела обсудить с тобой эту тему.

— Давай обсудим, — идёт мне навстречу Захар. — Я не против тебе помочь.

— У меня уже есть кое-какие соображения, — загораюсь я.

Внутри меня танцуют бабочки. Ещё немного и я полечу вместе с ними.

— Какие? — Захар внимательно изучает моё лицо.

Открываю в ноутбуке нужное приложение.

— Смотри…

Ощущаю на своей талии приятное тепло от руки Захара. Как твёрдые пальцы прижимаю меня к упругому телу.

— Угу, — протягивает он. — Прекрасно. Я смогу тебе помочь.

— Правда? — взмахиваю ресницами, разомкнув губы.

Смотрю на него так, будто он совершил сейчас подвиг.

— Правда, — прижимает меня плотнее.

Разворачивает лицом к себе.

Жадно впивается в мои губы, издавая ненасытный стон. Давит на губы упругим языком, проникая глубже.

Тело вибрирует от вспыхнувшей страсти.

Я растворяюсь в его объятиях.

Наши руки изучают друг друга, скользя по телам.

Он вжимает меня в стену, не давая мне опомниться ни на долю секунды.

Телефон, в его внутреннем кармане пиджака, вибрирует между нами, издавая настойчивую мелодию вызова.

С губ Захара срывается рык.

Горячее дыхание обжигает мою кожу лица.

Он упирается ладонью о стену возле моего лица.

Пристально смотрит в мои глаза, принимая вызов.

— Да, — отвечает, прокашлявшись. — Нет… Завтра перезвоню.

Скидывает вызов.

— Я голоден, Кир.

Моё лицо заливается краской.

— Поехали перекусим, — добавляет.

Улыбаюсь ему, расслабив тело.

— Поехали.

Захар привёз меня в небольшой ресторанчик на краю города.

— Почему сюда? — задаю ему вопрос, на который хочу знать ответ.

— Люблю это место. Здесь очень спокойно. Играет живая музыка. Да и вообще здесь тепло и уютно. Люблю здесь посидеть, подумать.

И на самом деле место располагает к уединению.

Слегка приглушённый свет заведения придаёт ему некую сакральность. Непринуждённая инструментальная музыка успокаивает.

— Я закажу на свой вкус, — произносит Захар.

Перечисляет названия блюд для вытянутого струной официанта.

— Что предпочитаешь из напитков? — обращается ко мне.

— Сок подойдёт, — отвечаю, не раздумывая.

За ужином Захар поднимает тему разговора, которую я закинула ещё в кабинете.

— Когда тебе нужно, чтобы изделия были готовы?

— Желательно побыстрее.

— Пришли мне материалы на почту. Я займусь твоим вопросом.

Сжимаю губы.

— Что-то не так, Кир?

— Нам нужно обсудить с тобой способ оплаты, — выдавливаю неуверенно.

— Тебя интересует прокат изделий или их приобретение?

— Для начала, прокат, — провожу кончиками прохладных пальцев себе по шее.

— Хорошо, — кивает он. — Договорились.

— Спасибо, Захар, — произношу слишком нежно.

— Кир, — обращается он ко мне. — Хотел твой камень использовать в украшении. Я придумал модель для него. Думаю, тебе она очень понравится.

В его взгляде читается подвох.

— Что за изделие?

— Кольцо, Кир, — на его лице играют желваки. — Ты одолжишь мне свой камень? — смотрит на меня исподлобья. — Я верну его тебе в лучшем виде, — старается быть убедительным.

Настораживаюсь, выдерживая его напористый взгляд.

— Это обязательно? — выгибаю бровь.

— Да, — чеканит Захар, опуская свой уверенный взгляд на свою тарелку. Принимается за стейк.

Ещё какое-то время смотрю на него, ожидая, что он посмотрит на меня.

Но он и не собирается этого делать.

Подпираю ладонью щеку, уперевшись на стол локтем.

Погружаюсь в картину происходящего. Слежу за тем, как Захар поглощает мясо.

Не замечаю, как мой любопытный взгляд сменяется на любование этим уверенным, красивым мужчиной.

Наслаждаюсь его действиями. Каждым движением его рук. Движением его губ и челюсти придаю особое внимание.

Тянусь к своим губам. Пощипываю их.

— Ты ни к чему не дотронулась, — Захар поднимает на меня свой озадаченный взгляд.

— Сейчас поем, — отвожу взгляд смущаясь.

Принимаюсь жевать овощи и листья салата, изредка улыбаясь на суровый взгляд Захара.

— Завтра попробуй освободиться пораньше…

Перестаю жевать, глядя на Захара широко раскрытыми глазами.

— Мы идём с тобой в гости…

Глава 34

Прокашливаюсь.

— К Насте. Пора тебе познакомиться с моей семьёй ближе, — добавляет уверенно.

Вопросительно смотрю на него, не в силах выдавить слово.

— Отказ не принимается, Кир.

Выпиваю сок из стакана.

— И больше никаких страданий. Я позвоню тебе, когда приеду, — прямо целые указания мне даёт.

— Не собираюсь я больше страдать, — а у самой щёки прихватывает. — Хочу забыть свои неудачи. Не хочу вспоминать о прошлом.

— Вот это правильное решение, Кир, — соглашается со мной Захар.

Мне становится приятно от того, что он соглашается со мной. Что осторожничает, подбирая слова. Что хочет взбодрить меня.

— Сейчас отвезу тебя домой.

— А как же моя машина. Она осталась у студии.

— Я тебе закажу такси на нужное время. Когда тебе нужно? — принимает решение Захар. — Могу дать распоряжение своему водителю, и он пригонит тебе машину сейчас же.

Так можно?

— Тогда выбираю втрое. Пусть мне её пригонят. Так мне удобнее будет.

— Давай ключи, — просит Захар.

— А как я получу их от водителя?

— Выйдешь, когда он тебе позвонит? Такой вариант тебя устроит?

— Если недолго… — собираюсь мыслями.

— Недолго, — уверяет меня Захар, совершая звонок.

— Тём, — обращается запросто. — Машину перегони, — звучит как просьба. — Не мою… — оглядывается на меня. — Девушки моей. Ключи передам.

Сердце переворачивается.

Девушке?

Он уже всё решил. Решил за нас двоих?

— Всё будет сделано в лучшем виде, — скромно улыбается, обращаясь ко мне. — Камень где?

Я всё время забываю выложить его из сумочки. Так и ношу его с собой.

— У меня, — вынимаю коробочку и кладу перед Захаром.

Не открывая, он убирает её во внутренний карман пиджака.

— Поехали, Кир.

Помогает выйти мне из-за стола, отодвинув стул с высокой спинкой.

Довозит до дома.

Он выполнил своё обещание. Молодой человек позвонил мне спустя короткое время, после того как я вошла к себе в квартиру.

Я спустилась к нему и забрала у него ключи от своего автомобиля.

— Машину Тёма пригнал? — принимаю звонок от Захара.

— Да. Спасибо тебе…

— Созвонимся завтра? Будь готова. Подарок имениннице с меня, — чётко обозначает Захар.

И весь следующий день я витаю в облаках.

Немного страшно вот так вот прийти на день рождения Насти с

Кем меня представит Захар своим родственникам?

Щёки и губы покалывает. В груди печёт от волнения.

* * *

Время просто скачет, приближая момент появления меня на данном мероприятии.

Выбираю брючный костюм лимонного цвета с широкими штанинами и обтягивающим топом под пиджаком с объёмными плечами.

Придаю волосам лёгкую волну, спадающую на плечи.

Немного блеска для губ. Немного парфюма.

Когда раздаётся звонок во входную дверь, я полностью готова.

Захар оказался пунктуальным, приехал строго к обозначенному им времени.

— Держи, — протягивает нежный букет.

Принимаю как должное.

— Ты прекрасно выглядишь, Кир, — притягивает меня к себе и целует в губы.

— Блеск… — восклицаю я после страстного поцелуя.

— И что? — прикрывает глаза ресницами. — Меня это никак не беспокоит.

Ставлю цветы в вазу. Приношу салфетку, чтобы избавить губы Захара от светлого перламутра на губах.

Он выпячивает губы, качнувшись на меня.

— Хочу, чтобы ты позаботилась обо мне, — снова притягивает меня к себе и касается моих губ своими.

— Захар. Не паясничай, — протираю его губы снова, вытянутые в довольной улыбке.

— После ужина у меня на тебя планы, — сверкает хитрым загоревшимся взглядом, — крепко сжимая мою талию. Опускает руку на бедро, сжимая его крепкими пальцами.

Краснею от его действий.

— Мы опоздаем… — только могу сказать ему.

— Плевать… — зарывается лицом в мои волосы в изгибе шеи.

— Это же твоя сестра, — пытаюсь освободиться из объятий Захара.

— Она поймёт, — его руки скользят под топ, вызвав мгновенную волну мурашек на моей коже, ставшей в момент более чувствительной.

— Не могу от тебя оторваться, Кир. У меня нет слов, как ты прекрасна, — шепчет в губы, накрывая их страстным поцелуем.

— Хорошо. Поехали, — выдаёт через прерывистое горячее дыхание, оторвавшись от меня. — У нас с тобой впереди целая вечность.

Дыхание разогналось. Вдохи глубокие. Выдохи резкие. Грудь приподнимается от переполняющего меня возбуждения.

Я вижу, как сверкают его глаза. Какое приподнятое у него настроение.

Едва поборов свои чувства, мы едем в кафе Насти.

Взявшись за руки, приближаемся к входу.

Захар поправляет галстук, растягивая его на шее.

— Терпеть не могу эту удавку, — произносит с лёгким волнением во взгляде. Сдёргивает его с себя и убирает в карман пиджака.

Улыбаюсь ему. Стараюсь не выдавать своего волнения, ощущая внутри трепещущее сердце.

— Кто ещё будет на дне рождении? — задаю ему вопрос перед тем, как войти в зал к гостям.

— Только наша семья, — уверенно сообщает он. — Маму с Настей ты уже знаешь. А с отцом и Родионом я тебя познакомлю.

Так скромно?

— Настя не захотела устраивать пышных приёмов, — Захар словно читает мои мысли.

Мы входим внутрь.

Негромкий смех и разговоры родственников Захара разбавляет лёгкая непринуждённая музыка.

— Захар! — восклицает незнакомая мне девушка, с искренним восторгом, приближаясь к Захару.

Обвивает его шею тонкими руками, не замечая моего присутствия.

Глава 35

На лице Захара читается замешательство.

Улыбка застывает на моём лице. В груди звонят колокольчики тревоги.

— Эля? Ты как здесь? — Захар отстраняется от неё и берёт меня за руку.

Буря эмоций вихрем проносится через мой разум.

— Я так соскучилась по тебе! — продолжает Эля, распускаясь в воспоминаниях. Накручивает локон светлых волос на свой указательный палец. Покачивает длинной шпилькой своей туфли, демонстрируя свои округлые формы Захару через откровенное декольте. — Как здорово видеть тебя снова.

Взгляд Захара меняется с любопытного на замешательство.

Он явно не ожидал её увидеть здесь.

— Познакомься, — обращается к ней, пытаясь сохранять нейтральный тон с заметной ноткой напряжения. — Кира — моя девушка. Эля — моя давняя знакомая, — сухо представляет нас друг другу.

Эля окидывает меня своим загоревшимся взглядом, выдерживая хладнокровие.

— Надеюсь, ты не против, что я пришла, — обращается к Захару, игнорируя моё присутствие. — Я решила сделать тебе сюрприз. Мы столько лет не виделись с тобой. Я соскучилась, — её уверенность выглядит так, будто она на широкой сцене, где является единственной звездой.

— Я не знал, что ты вернулась, — лицо Захара становится мрачным. В глазах вспыхивает недовольство. — Твоё появление неожиданное для меня.

— Да, я знаю, — говорит Эля хмыкнув. — Ты же помнишь те моменты, которые связывали нас с тобой, — её голос наполняется ностальгией, обесценивая мои чувства к Захару.

Меня коробит от данной встречи. Дёргаю плечами. Крепко сжимаю губы.

— Я не уверен, что нам с тобой нужно обсуждать эти моменты, — прерывает её Захар решительно.

Он сжимает мою руку крепче, передав мне свою поддержку.

Эля прищуривает глаза. Расправляет плечи и выигрышно улыбается.

— Мне очень интересно знать, как ты живёшь, — продолжает она. — Ты выглядишь отлично.

Внутренняя напряжённость нарастает импульсом. Напоминает мне битву между старым и новым.

— Мы здесь собрались по поводу дня рождения моей сестры, — грубо отрезает её Захар. — Мы оставим тебя.

Поддерживает меня за локоть и направляет к столу, где нас ждут с нетерпением, посылая в нашу сторону многочисленные вопросительные взгляды.

Эля посылает нам ледяной взгляд, охватив общую атмосферу напряжением.

— Да, да, — вмешивается Настя, приблизившаяся к нам. Обнимает нас с Захаром. — Не будем терять настроение. Давайте уже праздновать.

Захар протягивает ей букет. Дарит браслет из белого золота от нас, заставив свою сестру растрогаться.

Представляет меня своему отцу, который весь вечер старательно изучает меня. Родиону, который является любимым зятем для Ольги Сергеевны и угрюмого Марка Львовича, отца Захара и Насти.

Семейные разговоры за столом заставляют балансировать меня между несколькими мирами.

Эля постоянно кидает взгляды на Захара, упоминая собравшимся об отношениях её и Захара.

Она слишком охотно делится старыми историями, начиная меня раздражать.

— А мы неплохо могли бы с тобой смотреться, — продолжает Эля, убивая своим откровением.

Сжимаю пальцы в кулак. Стискиваю зубы.

— Я уже сделал свой выбор, — Захар прикрывает мой кулачок своей широкой ладонью, одарив меня своим заботливым взглядом карих глаз.

Эля присоединяется к разговору родственников Захара.

Восхищённо рассказывает им о своей жизни в другом городе, когда ей задают вопросы.

— А сейчас торт, — Настя появляется в дверях служебного входа с праздничным угощением в руках, до этого незаметно исчезнувшая из зала.

— Прошу, — ставит его на свободное место на столе. Сама принимается его разрезать и выкладывать на маленькие тарелки.

Радион помогает ей. Передаёт кусочки торта всем собравшимся.

— Я выйду, — шепчу Захару на ушко. — На балкон. Подышу свежим воздухом.

— Давай недолго.

Через прозрачное стекло балкона наблюдаю за всеми. За милой идиллией этой семьи. За их тёплым общением и искренними улыбками.

Сердце дрогнуло, когда Эля присела на моё место за столом рядом с Захаром.

Поправляет воротничок его рубашки. Проводит рукой по плечу. Скользит по нему искушающим взглядом.

Как бы невзначай, касается своим открытым плечом его предплечья. Проводит по своей руке кончиками пальцев.

Эмоциональный дискомфорт накрывает меня.

Она явно провоцирует его. И меня.

Нервно сглатываю. Растираю напряжённую шею рукой, пока не чувствую, как жжёт мою кожу.

Захар поднимается со стула, вытирая губы салфеткой. Кидает её рядом с Элей и направляется к выходу на балкон.

— Не замёрзла? — обнимает меня, приблизившись сзади. — Ты так надолго ушла, что я успел соскучиться по тебе, — зарывается в мои волосы у шеи.

Потом целует в неё. За ухом. Разворачивает к себе, заключая в стальные объятия, словно желает вложить в них всю силу своего отношения ко мне.

Склоняется надо мной. Целует в губы проникновенно. Страстно. Смакуя.

Ощущаю сладковатый привкус во рту, по всей видимости, от торта, испробованного Захаром.

— Не оставляй меня больше надолго, — пожирает меня взглядом.

— Постараюсь, — обещаю, улыбнувшись.

Вернувшись к гостям, удаётся поговорить со всеми о себе, когда проявляется неподдельный интерес к моей персоне.

Собираемся уходить, попрощавшись со всеми собравшимися.

— Захар, подожди, — выкриком останавливает нас Эля на выходе. — У меня есть для тебя подарок.

Глава 36

Эля протягивает Захару кожаный футляр.

— Открой, — настаивает. — Я же не забыла о твоём безупречном вкусе, — закидывает волосы за плечо, обнажая свои острые плечи.

Метает искрами из глаз.

Захар открывает подарок.

Внутри красуются часы. И, похоже, цена у них зашкаливает.

Она хочет подкупить его? Сердце начинает щемить.

Захар ухмыляется.

— Я не приму их, Эль, — закрывает футляр и протягивает ей.

— Это почему? — вспыхивает Эля, надувая свои и так пухленькие губы.

— Моей девушке может не понравиться, если я буду принимать подарки от других женщин, — ставит её на место, обозначая границы дозволенного. — Лучше прибереги их для своего мужчины.

Эля резко выдыхает, обжигая нас огненным взглядом.

Я же получаю удовлетворение от сказанного ей Захаром.

Выхожу первой, когда Захар открывает передо мной дверь.

— Ты же не будешь отрицать, что между нами что-то определённо есть? — летит нам ядовито в спину. — Нам нужно встретиться с тобой и поговорить, — настаивает визгливо, быстро проговаривая слова.

Когда едем в машине, решаюсь на вопрос, терзающий меня.

— Кто она? Кем приходится тебе.

— Девчонка из прошлого. Не бери в голову. Нас ничего не связывает с ней, — рассказывает совершенно спокойно.

Задумываюсь.

— У вас всё серьёзно было? — продолжаю.

— Если считать, что мы общались с ней какое-то время, то да, — его откровение будоражит меня.

— Расскажи, — прошу его, ощущая, что это очень важно для меня.

— Ничего особенного, — начинает он. — Наши родители познакомили нас. Мы мило общались какое-то время. Наше общение переросло в большее. Стали встречаться. Вместе жить. Вскоре у нас появились разногласия по поводу места жительства. Каждый настаивал на своём определённом городе и считал, что именно своё решение является важным.

— Вы не могли найти общее решение? — смотрю проникновенно.

— Не могли, — качает головой. — Нашему упрямству не было предела. Я настаивал, чтобы она осталась здесь. Она же выбрала расставание, заявив мне, что исчезнет из моей жизни навсегда, если я не уступлю ей.

Выгибаю бровь. Притуплённо смотрю на сумочку, лежащую на моих коленях.

— И ты не уступил, — произношу монотонно.

— Нет, конечно же, — приподнимает плечи, разводя рукой. — У меня здесь свой бизнес. В свои тридцать три я устойчиво стою на ногах. Уехал бы я тогда с ней в никуда, в ругани, с непониманием друг друга, я бы потерял себя. Предал бы свои цели. Стал бы ничем.

— Ты любил её? — решаю идти до последнего.

— Раньше думал, что да, — бросает короткий взгляд в мою сторону, когда я рассматриваю его лицо. — После встречи с тобой понял, что мои чувства к Эле больше были похожи на привязанность. Каждый что-то давал друг другу. И нас обоих всё устраивало. Устраивало, пока мы были свободными. Когда речь зашла о большем, спасовали перед трудностями.

— Я не хотела ворошить твоё прошлое. Но мне нужно было знать, что связывало тебя с этой девушкой. Это очень важно для меня.

Я вижу, как Захар сжимает зубы, пытаясь сдержать свою улыбку, которая всё равно отражается в его глазах, когда он оглядывается на меня.

— Ты правильно сделал, что спросила, Кир. Между нами не должно быть недомолвок. Спрашивай что хочешь. Я отвечу на все твои вопросы.

Вцепляется в руль, выпрямляя спину. Опускает подбородок вниз. Внимательно следит за дорогой.

— Куда мы едем? — осматриваюсь за стеклом.

— Ко мне, — заявляет гордо.

— Как к тебе? — быстро моргаю.

— Так. Ко мне, — говорит ещё увереннее.

Краснею, ощущая себя девственницей. Волнуюсь, ожидая, что сегодня может произойти момент близости с Захаром.

Тело предательски стонет. Тянется в объятия к этому уверенному сильному мужчине. Хочет его прикосновений.

Внизу живота тянет. Прикрываю глаза, осознав, что со мной происходит сильнейшее влечение, к которому я была не готова до сегодняшнего дня.

Подъезжаем к престижному району с ухоженным ландшафтом и садом с экзотическими растениями.

Фасад здания выполнен из натурального камня и стекла, придавая зданию стильный и роскошный вид.

Въезжаем на территорию парковки, посреди которой красуется фантан с подсветкой.

— Вот здесь я и живу, — коротко сообщает мне Захар. — Рад видеть тебя у себя.

— Очень красивое место, — восхищённо оглядываю местность.

— Мне тоже нравится, — отвечает скромно Захар.

Выходим из машины и подходит к дверце с моей стороны. Берёт за руку и тянет за собой.

— Пойдём. Я тебе квартиру свою покажу.

Как пушинка срываюсь с места и иду за ним.

Поднимаемся по мраморным ступеням.

Входим внутрь и оказываемся в просторном, светлом холле, выдержанном в едином стиле со всем зданием.

Сердце стучит маленьким молоточком о грудную клетку, когда мы поднимаемся на лифте к его квартире на втором этаже трёхэтажного дома.

Когда дверь кабинки открывается, неуверенно выхожу из неё.

На площадке только одна дверь.

— Ты один здесь живёшь? Соседей нет? — интересуюсь я у него.

— В этом доме у всех жильцов отдельный вход. Свой лифт. Своя территория, Кир. Всё создано для удобства, — улыбается он. — И стены здесь такие, что слышимости ноль. Иногда мне кажется, что один здесь живу, как тихо. Понимаю, что не один, когда бывает, плаваю в бассейне на заднем внутреннем дворе. Ну и на парковке кого встречу.

Стараюсь не дышать. Так тихо в просторном помещении.

Захар прикладывает телефон к устройству на двери, и она плавно открывается перед нами.

Ноги становятся ватными, словно приросли к полу.

— Пошли, — тянет за руку Захар.

Глава 37

Просторная и светлая квартира встречает меня.

Высокие потолки и большие окна впечатляют.

Дизайн интерьера в современном стиле сочетает в себе минимализм и уют.

Гостиная оформлена в нейтральных тонах и обставлена комфортной мебелью и стильным декором, включающим произведения искусств.

— Пойдём, — возвращает меня в реальность Захар своим низким притягательным голосом. — Покажу тебе всю квартиру.

— Вот здесь кухня, — распахивает передо мной дверь.

Заглядываю внутрь.

Просторная кухня с островом посередине, оборудованная высококачественной техникой.

— Тут столовая, — открывает другую дверь.

Подхожу к ней.

Просторное, светлое помещение с большим столом. По всей видимости, для приёма гостей.

— Ну а теперь, самая приятная комната в моей квартире, — глаза Захара излучают свет.

Большая кровать с роскошным постельным бельём сразу же бросается в глаза.

Ничего лишнего. Две прикроватные тумбочки с обеих сторон.

Захар демонстрирует подсветку в нескольких вариантах, меняя цвета комнаты в разные цвета.

— Та дверь, — показывает на одну из четырёх. — Ванная комната с джакузи и душевой кабиной. Эта, — открывает другую. — Мой кабинет. Там комната, где я занимаюсь спортом. Ну вот в этой нет ничего интересного. Это моя гардеробная.

— Столько всего, — произношу вслух. — Для одного только человека.

Захар усмехается.

— Зато всё под рукой и доставляет мне комфорт.

— Мне очень нравится у тебя, — шепчу ему в губы. Потому что кто-то притягивает меня к себе, сжимая мою талию упругими пальцами.

Страстно целует, направляя меня в сторону кровати.

Погружаемся оба в неизведанный нами мир желания, срывая друг с друга одежду.

Горячее дыхание Захара обжигает мою кожу.

Его руки изучают моё тело. Проходятся по самым сокровенным местам.

От его дерзких прикосновений по моей коже пробегается дрожь.

Волнение охватывает меня. Крепко вжимаю пальцы в его рельефную спину. Смотрю в его глаза и вижу в его взгляде глубокое желание быть со мной.

Прижимаюсь к нему ближе. Хочу ощутить прикосновение его тела как можно ярче.

Он обнимает меня крепче, просунув руки под мою талию.

Подтягивает к себе за ягодицы.

От каждого его уверенного движения моё сознание прекращает существовать.

Два тела предназначены друг другу. Они сливаются в единое целое, заставив меня упиваться оглушительной страстью к этому страстному мужчине.

Тепло разливается по телу, когда я ощущаю множество вспышек внизу живота, изгибаясь под мускулистым телом Захара.

Глухой стон, переросший в рык, наполняет комнату.

Он откидывается на спину. Закидывает голову на подушке. Шумно глотает, дёрнув кадыком.

Я же не могу от него оторваться. Крепко прижимаюсь к его влажному телу. Закидываю ногу на бедро. И, пальцем рисую узоры на упругой, вздымающейся хаотично, груди Захара. Стараюсь справиться со своим дыханием и с возбудимым состоянием.

Лишь немного отдышавшись, он притягивает меня к себе снова.

— Моя… — шепчет, накрывая меня своим рельефным телом. Страстно целует, унося меня в другой мир снова.

Вместе принимаем душ и засыпаем в объятьях.

Просыпаюсь от звука уведомления пришедшего на телефон Захара.

Оглядываюсь. Захара нет. Только звуки воды от включённого душа доносятся до меня со стороны ванной комнаты.

Ещё одно уведомление.

Перекатываюсь по кровати к прикроватной тумбочке, на которой лежит телефон Захара.

Невольно смотрю на вспыхнувший экран телефона, в котором высвечивается сообщение от неизвестного номера.

“ Я очень по тебе соскучилась. По твоим горячим поцелуям. По твоему сексуальному телу.”

Взмахиваю ресницами, вскакивая с кровати.

Ещё сигнал уведомления.

Любопытство берёт верх.

“ Брось свою Киру. Я лучше.”

Нетрудно догадаться от кого это сообщение.

Эля. Это точно она.

Она всё-таки решила подобраться к Захару. Похоже, она решила действовать и расположить к себе его.

Прищипываю подушечками пальцев губы, горячие от страстных поцелуев Захара.

Сажусь на кровати, подтянув под себя ноги. Накидываю одеяло на плечи.

— Привет, Кир, — выходит из ванной комнаты Захар, полностью без одежды. — Как спалось?

Улыбаюсь, хмыкнув.

Лучшей ночи у меня никогда не было.

Он подсушивает волосы махровым полотенцем.

Я просто смотрю на него сосредоточенно. Разглядываю его тело с отчётливыми линиями рельефных мышц.

Облизываю губы, сглотнув скопившуюся во рту слюну.

Закрываю лицо ладонями.

Ощущаю, как проминается матрас рядом со мной.

Сердце падает вниз, когда крепкие руки Захара притягивают меня к себе.

Он целует меня в макушку. Переходит на лицо, убирая от него мои руки.

Смотрю на него, сдвинув брови.

— Что такого могло произойти за то короткое время, что я был в душе? — накрывает меня своим заботливым взглядом.

— Я не хотела… Само собой получилось…

— Что получилось? — Захар подтягивает меня к себе.

— Я увидела на твоём телефоне сообщение, — щёки начинают полыхать.

— Ну и что, — целует меня в нос. — У меня нет от тебя секретов. Увидела и увидела.

Уже легче. Но лучше бы ты взглянул. Очень хочу посмотреть на твою реакцию, когда ты прочтёшь то, что предназначается тебе.

— Что там? — Захар берёт в руки свой телефон. Открывает сообщения.

Смотрю на него сверлящим взглядом.

Его мягкий взгляд становится холодным, как только он читает текст.

Глава 38

— Ты знаешь, от кого они? — кладу руку ему на бедро.

— Да, — всматривается в мои глаза. — Надеюсь, ты отнесёшься с пониманием к тому, что прочитала, и не усомнишься во мне.

Волоски на коже дают о себе знать, слегка шевельнувшись.

— Я понимаю, — медленно прикрываю глаза.

Захар притягивает меня к себе снова. Жадно целует, словно не делал этого много лет.

И в голове у меня оседает навязчивая мысль.

Как я смогу отсюда уйти, если захочу? По пути сюда я не увидела никаких других дверей с другими выходами.

Эта мысль не даёт мне сосредоточиться на поцелуе, прочно засев у меня в голове.

— Захар, — тяну нежно, отстраняясь от него.

— М, — обвивает меня своими крепкими руками.

— В случае опасности, как ещё можно отсюда выйти, кроме лифта?

— Хм… — Просто.

— Это как?

— В гардеробной есть ещё одна дверь. Рядом с ней кнопка, которая открывает её, снимая блокировку. Выходишь на лестничную площадку и спускаешься к аварийному выходу. И всё. Ты на свободе.

Кто бы мог подумать. В этом здании всё предусмотрено до мелочей.

— Ты не сбежать ли от меня решила? — Захар прихватывает мой подбородок пальцами и поворачивает голову к себе. Старается выдержать серьёзный взгляд, когда проникновенно смотрит в мои глаза.

— Не-е-ет. Просто так спросила. Интересно было.

Получаю порцию поцелуев от него, утопая в объятиях и ласках.

Наше уединение нарушает входящий звонок на телефон Захара.

— Мой отец, — поднимается с кровати Захар. — По громкой поговорю с ним, — дотягивается до полотенца оставленного на краю кровати, закрепляет его у себя на бёдрах.

— Привет, пап, — здоровается

— Здравствуй, Захар, — узнаю голос его отца и стараюсь не шевелиться.

— У меня к тебе дело, — грозно звучит от Марка Львовича.

— Слушаю, — Захар выходит из гардеробной, держа в руке костюм. Кладёт его на кровать и возвращается.

— Мне звонил отец Эли, — продолжает мужчина строгим официальным тоном. — И просил обсудить с тобой возможную свадьбу между его дочерью и моим сыном.

Кровь приливает к голове. Руки и ноги покалывает. Ещё немного и я сорвусь с места и сбегу отсюда. Только онемевшие ноги не дадут мне этого сделать прямо сейчас.

— О чём ты? — возвращается Захар из гардеробной, держа в руках другую одежду. Всматривается в моё лицо.

Я отвожу от него свой холодный взгляд разочарования. Начинаю одеваться, не произнося ни звука.

Лишь горячее дыхание обжигает моё горло, когда воздуха становится мало и приходится дышать чаще.

— Ты взрослый человек, Захар, — продолжает Марк Львович. — Ты должен понимать, что брак должен основываться на взаимовыгодных условиях.

Горло раздражает подкатившая обида.

— Я уже сделал свой выбор, — настойчиво обороняется Захар. — И его я не поменяю, — смотрит на меня, стискивая зубы.

Подходит ко мне. Бросает вещи на кровать. Обнимает меня за талию.

Я сопротивляюсь, упираясь в его плотную грудь ладонями.

— Отпусти, — почти шепчу ему, и моя просьба произносится с шипением.

— Да ты не один, — похоже, отец Захара услышал мой тихий возглас. — Впрочем, даже хорошо, что эта девушка слышит нас.

— Я кладу трубку, — предупреждает Захар Марка Львовича. — Я не позволю оскорблять мою девушку, — кашляет. — На которой я собираюсь жениться.

— Подожди, Захар, — давит голосом на своего сына. — Я не договорил. Возможно, то, что я предложу вам обоим сейчас, нас всех вполне устроит.

Опускаю свой взгляд. Не хочу показывать Захару своих выступивших в уголках глаз слёз.

Он притягивает меня к себе. Целует в макушку.

— Говори, — разрешает своему отцу.

— Ты и дальше можешь встречаться с Кирой. Что тебе мешает? Понимаю, такая девушка может свести с ума многих. Но подумай о своём будущем. Об укреплении статуса в обществе, — взывает Захара Марк Львович.

— Всё, пап. Заканчиваем разговор, — пресекает его Захар. — Я не изменю своего решения. Я останусь с Кирой. И, если говорить о статусе, то скорее он будет у меня с Кирой, чем с Элей, которая ничего из себя не представляет. Это её отец чего-то добился в этой жизни. Не она.

Внутри разгорается пламя. Обжигает мои внутренности.

Тянусь к шее рукой. Хочу протолкнуть удушливый ком в горле.

— Я бы не торопился с решением, Захар, — голос отца Захара становится громче. — Ты же помнишь, что для нашей семьи сделал отец Эли. И мы должны помнить об этом. Пришло время и нам отблагодарить его.

Отблагодарить? Таким образом?

Отхожу от Захара. Поправляю на себе костюм. Лохмачу волосы.

Несмотря на вибрацию во всём теле, пытаюсь держаться достойно.

Вынимаю из сумочки блеск для губ. Наношу его на губы тонким слоем. Сжимаю губы, помогая блеску распространиться равномерно на своих припухших от страстных поцелуев губах.

— Это твои дела, — громче произносит Захар. — Я в них не участвую.

— Маме скажи, — продолжает давить Марк Львович. — И потеряешь всю свою семью. Разве стоит Кира того? Стоит, чтобы ты заплатил такую высокую цену?

Глава 39

— Стоит, — уверенно отвечает Захар отцу и сбрасывает вызов.

Я же уже готова выходить.

Ситуация накалена до предела, и я не знаю, как мне теперь из неё выходить.

— Кир, — мягким голосом обращается ко мне Захар, надевая свои вещи, приготовленные за время разговора с Марком Львовичем. — Не принимай всё близко, — просит меня. — Я всё решу.

Он пытается вселить в меня надежду. Только острые коготки царапают меня изнутри, заставляя стонать моё сердце от боли.

Казалось бы, как близко подошло ко мне счастье. Просто протяни руку и забери его к себе. Впрочем, я так и сделала. Только другая рука, более крепкая, более цепкая пытается забрать у меня его. Вырвать с корнями, которые уже начали прорастать.

Делаю прерывистый вдох.

— Да, конечно, — произношу тихо дрожащим голосом. — Реши, — вытягиваю в полоску губы, нажимая на них зубами изнутри. Так я пытаюсь избавиться от только что нанесённой мне боли.

— Я отвезу тебя, Кир, — его голос становится волнительным.

— Хорошо, — дёргаю плечами, стараясь изображать безразличие на своём напряжённом лице. — Отвези меня домой. Мне нужно переодеться. У меня сегодня важный день.

— Да что с тобой, — он подходит ко мне. Прижимает моё ослабленное тело к себе.

Прикрываю веки, когда улавливаю приятный запах его парфюма.

— Всё хорошо, — отстраняюсь от него. — Поехали. У меня времени мало.

Захар резко выдыхает.

Вижу, как ходит его нижняя челюсть. Как взгляд становится беззащитным к ситуации.

— Я понимаю, — продолжает он, едва не срываясь в голосе. — Неприятно. Но это же не я всё затеял. Мой отец, — говорит с нажимом. — Я хочу быть с тобой, Кир, — обхватывает меня за предплечья руками, обжигая кожу стальным прикосновением.

А я не уверена, достаточно ли в их семье одного желания. Да, Марк Львович, пошёл на уступки Захару и Насте. Не стал препятствовать их решению заняться каждым своим делом. Но вот тут. Он решил, что связи важнее серьёзных отношений.

— Чем так обязан Марк Львович отцу Эли, что готов пожертвовать счастьем своего сына? — хочу знать всё в этой истории.

Лицо Захара становится багровым, а скулы управляют его лицом.

— У моего отца были неприятности, — открывается передо мной Захар. — Это связано с его работой. История давняя. Я думал, уже забытая, — облизывает губы. Отходит к окну и поворачивается ко мне спиной.

— Поделишься? — настаиваю я.

Хочу понять всю серьёзность ситуации, в которую попала. Чувствую себя сейчас так, словно меня вышвырнули из жизни семьи Ланских. Хотя нет, роль любовницы Захара оставляют за мной.

— Моего отца подставили, Кир. Ты же знаешь, кем он работает.

— Давай, ты расскажешь мне об этом в машине, — предлагаю ему, не меняя своего холодного тона в голосе. — Мне действительно нужно спешить.

И дальше наш разговор продолжается в его автомобиле.

— Чем же подставили Марка Львовича? — постукиваю ногтями по своей сумочке, положив её к себе на колени.

— Его противники подстроили получение взятки. Всё выглядело достаточно правдоподобно. Речь шла об очень большой сумме. Он отказывался защищать какого-то авторитета, вот и поплатился за это. Кроме того, ему грозила статься уходов от налогов.

— А отец Эли помог ему?

— Да. Помог. Что касается взятки, мой отец сам сумел предоставить доказательства о своей невиновности. Он показал запись с видеонаблюдения, чем доказал свою

— Кем работает отец Эли?

— Он работает в налоговой. Занимает высокий пост и имеет весомое слово.

Усмехаюсь.

— Он помог твоему отцу выкрутиться из этой ситуации?

— Да. Моего отца прижали бы, если бы не Максим Сергеевич Богров, возможно бы у него были неприятные последствия. Его бы обвинили в финансовых махинациях. Пострадал бы бизнес матери. Его бизнес.

— Неужели всё было так плохо? — проникновенно смотрю на Захара.

— Да. Плохо. Бухгалтера моего отца заставили проворачивать сделки так, чтобы кидать тень на репутацию. И со взяткой он подстроил.

— Ну и что тогда угрожало твоему отцу? Виновного же нашли.

— Нашли, — усмехается Захар. — Только он все данные успел уничтожить. Время шло, пока их пытались восстановить. Мой отец и раньше знал Максима Сергеевича. Так издалека. Решали свои вопросы. А тут пришлось обращаться к нему за помощью. Пришлось долгое время сотрудничать с налоговой, чтобы свести всё к обоюдному согласию. И Максим Сергеевич приостановил процесс, пока всё не встало на свои места.

— Марк Львович платил Богрову?

— Нет, — кивает Захар, покусывая нижнюю губу. — Мой отец просто стал обязан ему, как он сам считает. За то, что они вместе привели документы моего отца в порядок. Все финансовые отчёты.

— И что теперь? Им же удалось договориться? — широко раскрываю глаза.

— Мой отец такой человек, который считает, что нужно отплатить Максиму Сергеевичу добром. И выполнить его просьбу.

— Они же оба действовали в рамках закона. И тот и другой ничего не нарушили.

— Это так, — соглашается со мной Захар. — Только моему отцу пришлось бы туго, вовремя не останови Максим Сергеевича проверки в бизнесе моего отца.

Не понимаю, если они оба такие честные и порядочные, зачем решать судьбу своих детей таким способом. Делать двоих людей несчастными.

— И что теперь? — обращаюсь к Захару насторожившись. — У меня нет шансов?

Глава 40

Захар останавливает автомобиль в кармане у дороги.

Причём тормозит очень резко. Я чуть не ударяюсь о панель лбом. Ремень безопасности спасает меня.

— Кир. Будь благоразумной, — взывает меня Захар, произнося слова сквозь зубы. — Мне нужна только ты. А мой отец пусть как хочет благодарит своего друга. Хоть дарами всего мира осыплет. Меня это не касается никаким образом.

Он наклоняется ко мне. Пытается поцеловать. А я отворачиваюсь от него, игнорируя его порыв.

Он прав. Я это точно знаю. Но меня цепляет эта ситуация с его отцом. Раздражает мою кожу и взрывает моё сознание.

Мне нужно побыть одной. Я не могу спокойно всё это воспринимать.

Холодный пот сменяется жаром. Жду не дождусь, когда мы подъедем к моему дому. К моему скромному жилищу, резко отличающемуся от квартиры Захара.

— Кир. Не дури, — взывает Захар, кинув на меня свой напористый взгляд. — Я не хочу терять тебя. Не думай отказываться от меня.

Ещё немного и я заплачу.

Я вижу, как он страдает оттого, что страдаю я. И, наверняка, накидывает у себя в голове варианты, чтобы я могла нафантазировать себе.

— Спасибо тебе за всё, — говорю ему, когда он останавливает машину возле подъезда дома, в котором я живу. В голосе звучит прощание. В глазах плещется тревога. — Рада была пообщаться с тобой.

Отворачиваюсь от него. Подбородок слегка дрожит, подёргивая губы.

Я опять всё решаю сама. Даже испытав такую боль разочарования, не даю себе слабину.

Только в этот раз мужчина не предатель. Так складываются обстоятельства, в которых он является главной жертвой. Так требует от нас суровая реальность жизни. Общество, в котором мы живём. Долг перед семьёй и родителями.

Только вот я своих маму и папу никогда не видела. Они рано ушли из жизни, когда я была совсем крохой. Меня воспитывала тётя, которая, когда я выросла, уехала жить в другой город налаживать свою жизнь с каким-то мужчиной. Она продала здесь всё, оставив мне квартиру, в которой я сейчас живу. С тех пор, мы не общались с ней. И эта часть моей жизни была глубоко закопана в моём сознании.

— Кир, — окрикивает он меня. — Кира…

— Пока, Захар, — выдавливаю я.

А придя к себе в квартиру, пытаюсь успокоиться.

Просто заставляю взять себя в руки.

Держись, Кир. Держись, милая. Так бывает. Если так остро реагировать на всё, то никаких нервов не хватит.

Пусть было недолгим моё счастье с Захаром, но оно было. И благодарна судьбе за это. Лучшего подарка в жизни я и представить себе не могла.

Прикасаюсь к губам подушечками пальцев. Прикрываю глаза. Ощущаю запахи тела Захара. Вспоминаю его прикосновения. Слеза срывается со щеки.

Взмахиваю ресницами. Смахиваю слёзы. Привожу себя в порядок.

Я не буду сдаваться и отказываться от своего счастья. Пусть всё идёт своим чередом.

А эмоциональные качели, думаю, испытывает любая девушка и женщина. Нам это свойственно.

Ну и паникёрша.

Улыбаюсь себе в зеркало.

Да таких, как Захар, ещё поискать надо.

Звонок от него бодрит меня.

— Кир. Я заеду за тобой сегодня, как закончу свои дела, — ложится бальзамом на мой слух низкий манящий голос Захара. — Только скажи куда. К тебе в студию?.. Или Домой?

— Созвонимся вечером, — отвечаю нежно.

— Наконец-то Кир, — звучит одобрительно в моём телефоне. — До встречи.

— Угу.

В приподнятом настроении еду к себе в студию.

Сегодня будет объявлен результат конкурса, который я запустила, выставив на всеобщее обсуждение несколько своих эскизов в качестве образцов. Предложив поучаствовать своей аудитории покупателей в создании новых образов. Победителю будет подарено его творение, воплощённое мной в реальность.

Сердечко волнительно набирает обороты, когда я подхожу к нужному месту в своём ноутбуке. Когда смотрю на результаты голосования.

Не верю своим глазам.

Выиграла какая-то Вика с брючным костюмом синего спокойного оттенка. Моего костюма. Который Платон когда-то наглым образом подарил своей любовнице.

Нервно глотаю.

Стараюсь дышать ровно.

Нужно что-то придумывать срочно.

Эта девушка выдаёт мой костюм за свой.

Просто отвратительно.

Связываюсь с ней. Общаюсь сообщениями. Приглашаю подъехать к себе в студию для обсуждения вопиющей ситуации.

Через некоторое время в мой кабинет входит бывшая любовница моего бывшего мужа.

Стискиваю зубы, собрав всю ненависть в сжатые кулаки.

— Присаживайся, — предлагаю ей спокойным, уверенным голосом, стараясь не показывать своего волнения.

— Привет, Кир, — приветствует меня Вика дружелюбно, отодвигая стул от стола. Садится. — Вот и встретились мы с тобой. Наш земной шарик оказался не такой уж и большой, — усмехается.

— Я так понимаю, ты специально подстроила своё участие в моём конкурсе, — пронизываю взглядом, посылающим холодные импульсы девушке.

— Да. Специально. По-другому ты бы и слушать меня не стала, — её слова стягивают кожу.

— Слушать что? —

Чувствую, как через кожу пробирается холодный пот. Как увлажняются мои ладони. Каким резким и слышным становится моё дыхание. Как тянет моё сердце.

— Получается так.

Глава 41

— Зачем тебе всё это? — не могу справиться со своим подбородком, который заметно подрагивает. — Ты же рассталась с Платоном, как мне известно. Зачем тебе рушить мою жизнь?

Вика складывает руки перед собой на столе.

— А кто сказал, что я собираюсь портить тебе жизнь? — приподнимает бровь. — Я хочу работать у тебя и всего лишь.

— И кем же?

— Моделью, — проговаривает спокойно Вика, словно между нами не было плохих моментов, связанных с моим бывшим мужем. — Зачем ворошить прошлое. Мы же теперь с тобой по одну сторону баррикад, — припечатывает она. Не нужно обижаться на прошлое, Кир.

Мне бы её спокойствие. Её уверенность.

— Допустим, я приму тебя к себе на работу, — накидываю ей возможный вариант, желая узнать о её дальнейших действиях. — И ты станешь блистать в разных городах с моими новыми коллекциями одежды. Что ты мне предлагаешь взамен? У тебя же есть предложение, которое меня заинтересует.

Вика отпускает свой задумчивый взгляд. Вытягивает губы в трубочку.

— Я откажусь от победы в твоём конкурсе и предложу выбрать другого победителя.

— Это я и без тебя могу сделать. Мне нужны гарантии. Другие. Более веские. Я тебе популярность. Ты мне что?

Вика перебирает мои глаза своим удивлённым взглядом.

— А ты не так уж и проста, Кир, — даёт мне оценку, от которой мне не горячо ни холодно.

— Учителя хорошие были, — отвечаю ей с сарказмом.

— У меня нет гарантий.

— Зачем же ты всё это затеяла? Хотела навредить мне? Не получится, — чеканю каждое слово.

— Я и вправду не хотела тебе вредить, Кир. Просто хотела сблизиться с тобой… Наладить отношения.

— Почувствовала запах моего успеха? — пресекаю её вопросом. — Сама попробуй раскрутиться. Сама поварись в том, в чём варятся люди, такие как я. Сама попробуй хоть что-нибудь создать, прежде чем пакостить мне, — чувствую напряжение в своих глазах. Так широко я их сейчас раскрываю, вдалбливая некоторые вещи Вике.

— Значит, ты мне отказываешь, — делает вывод Вика поникнув.

— А что ты ожидала? Что я расстелю перед тобой ковровую красную дорожку и отправлю купаться в лучах славы? Что дам тебе то, что ты попросишь?

— Ты хочешь меня унизить? — переводит стрелки Вика.

— Ты сама себя унизила, когда пришла ко мне. Когда подло поступила с моим конкурсом, — мой голос становится тише.

— И что мне теперь делать?

— Это не мои проблемы. Дружбу я тебе свою не предлагаю. Работу моделью тоже. Из конкурса тебя исключаю за неправомерные действия. Так я объясню своим покупателям. И теперь у меня будет три победителя. А ты можешь валить куда хочешь.

Я резко замолкаю, выпалив в неё заряд своих подступивших эмоций.

— Больно надо, — Вика грациозно встаёт и медленной походкой победительницы выходит из моего кабинета.

И как это понимать?

Сначала она относится ко мне дружелюбно, желая получить желаемое. Подкрадывается ко мне, будто лиса.

Потом получает отказ и уже готова сожрать меня.

Да пошла ты, Вика…

После её ухода корректирую обращение к своим покупателям. Изменяю условия конкурса.

Вечером звонит Захар и приглашает меня в кафе сестры.

В этот раз мы одни с ним за столиком. Настя лишь поприветствовала нас и проводила на нужное место.

— Кир. Я всегда буду с тобой, — открывается Захар передо мной. — Я хочу, чтобы ты знала, что у меня искренние намерения к тебе.

Я-то знаю. А вот отец твой против.

— Кир. Не молчи, — взывает он. — Ответь что-нибудь уже.

— Что ответить? — стараюсь держаться спокойно. — Если бы знала, то ответила.

— Я хочу, чтобы ты стала официально моей девушкой, — выдаёт он мне.

Прикольно. Девушкой.

— Это как? — выгибаю бровь, смущаясь на его предложение.

Хочу разъяснений.

— Хочу, чтобы наши отношения стали более прочными. Чтобы в дальнейшем ты стала моей женой.

Делаю глубокий вдох. Медленно выдыхаю.

— Вот ты где, — голос Эли вынуждает меня встрепенуться. — Я позвонила твоим родственникам, и они сказали мне, что ты здесь.

Бесцеремонно подставляет стул к столу и, облокотившись на стол локтями, пожирает Захара нескрываемым вожделенным взглядом.

— Какого хрена, Эль? — возмущённо кидает Захар. — Немедленно оставь нас.

Та смеётся, закинув голову назад.

— Не могу, — ёрничает Эля. — Мой жених не должен ужинать с другими женщинами. Хотя… — оглядывает меня оценивающе. — Одну любовницу я разрешу тебе завести.

— Ну ты и… — Захар сдерживается, чтобы не ругнуться. Сжимает губы. Сводит пальцы в кулак.

— Пойдём отсюда, Кир, — быстро встаёт и выходит из-за стола.

Берёт меня за руку.

— От судьбы не убежишь, — злой насмешкой летит от Эли.

Меня достала её провокация. Я остаюсь сидеть за столом.

— Не спеши, Захар, — останавливаю его порыв спокойным голосом, вдавливая своим тяжёлым взглядом Элю в стул.

Глава 42

Удивление считывается с лица Захара.

Он медленно опускается на стул. Сцепляет пальцы в замок, погрузив их перед собой на столе.

Вопросительно смотрит на меня, наклонив голову на бок.

— Тебе разве не интересно, чем закончится попытка Эли женить тебя на себе? — парадируя его, наклоняю тоже голову на бок.

— Известно чем, — спокойным уверенным голосом отвечает на мой вопрос Захар. — Нашей с тобой свадьбой.

Слегка краснею от его приятных слов, которые отзываются теплом по всему моему телу.

— Как ты смеешь! — восклицает Эля. — Я твоя будущая жена! Я! — опирается на стол ладонями и подаётся вперёд.

— Это не возможно, Эль, — Захар поворачивает голову в её сторону и накрывает мою руку совей широкой ладонью.

Потом подмигивает мне. Тянется во внутренний карман пиджака и вынимает маленькую бархатную коробочку. Отщёлкивает крышку. Внутри кольцо с моим камнем, который подарил мне Захар.

Сердце исполняет кувырок, совершая побег в пятки.

— У нас с Кирой состоится помолвка, Эль, — внушает ей уверенно. — Поищи себе другого жениха. Я занят. Моё сердце принадлежит Кире.

Эля жадно глотает, приподняв свою грудь. Медленно выдыхает, скопившийся воздух из лёгких. В глазах паника. На лице ужас.

— Я так этого не оставлю, — девушка вскакивает со стула и, почти прыжками, бежит к выходу, хлопая входной дверью.

Улыбаюсь.

— Ты выйдешь за меня? — Захар бережно вынимает кольцо.

Так быстро? Хотя, очень приятно.

— Выйду, — отвечаю, выдержав напряжённую паузу.

— Хотел подарить тебе кольцо при других обстоятельствах, — усмехается едва заметно.

Надевает мне кольцо на безымянный палец,

Не важно при каких обстоятельствах. Главное решился. И, заодно, поставил на место заносчивую Элю.

— Как думаешь, она успокоится? — любуюсь переливами камня зелёного оттенка. — Я думала, что в обручальном кольце должен быть светлый камень. Или оно должно быть совсем без камня. — озвучиваю свои мысли Захару.

— Не обязательно, Кир, — отрицает Захар, качая головой. — Всё это предрассудки. Ещё есть такие, как, если в кольце камни, то жизнь в браке будет с препятствиями, а без камней, гладкой и ровной. Ты бы стала верить в такое?

Так сразу и не сказать. Возможно, для кого-то это очень важно. Для кого-то просто народная примета.

— Не думаю, что камень или его цвет может повлиять на нашу семейную жизнь, — отвечаю ему, немного подумав.

— Хорошо, Кир, — вкладывает мою руку к себе в ладонь. Наклоняется, чтобы поцеловать. — На бракосочетании у тебя будет кольцо с большим бриллиантом.

Зачем?

Хотя, пусть будет с бриллиантом. Я не против.

В это время к нам подходит Настя. В её руках небольшой торт с зажжённой свечой-фонтаном посередине, разбрасывающую яркие искры.

— Поздравляю, — протягивает нам своё произведение искусств.

Мы переглядываемся и задуваем свечу.

— Ты знала? — мои губы размыкаются. — Вот же тихушники.

— Хочу, чтобы вы были счастливы, — искренне произносит Настя, а её глаза наполняются влагой от слёз радости. — Лучшей жены я и представить не могла для тебя, Захар.

Она нежно обнимает своего брата. Потом меня.

— А кто сообщил Эле, что мы здесь? — не сдерживается от вопроса Захар.

— Мама, — нежно протягивает Настя. — Эта Эля стала совершенно другой после своей поездки. Я раньше не замечала за ней такого напора. Такой наглой бесцеремонности. Она считает, что мы все обязаны ей. Что ноги должны мыть ей перед сном. Так и сказала, — выдаёт всю подноготную Настя.

— Так и сказала? — Захар хмурит брови.

— Так и сказала, — подтверждает Настя. — Но мы с мамой полностью на вашей стороне, — вселяет уверенность.

— И мама? — уточняет Захар.

— Да. Ей импонирует Кира. Уже давно. Мы как-то откровенничали с ней и она сказала, что хотела бы, чтобы Кира была её невесткой. Только она не захотела вмешиваться. Решила, что должно всё идти своим чередом, — выдаёт свой разговор с Ольгой Сергеевной Настя.

— Приятно, — подмечает Захар, растянув свои губы в улыбке.

И мне приятно. Остаётся только наладить отношения с отцом, который имеет другое мнение по поводу невестки.

Официант приносит сок в графине. Стеклянный чайник с заваренным чаем. Ставит нам на стол.

— Давайте отметим немного, — расплывается в улыбке Настя, расставляя перед нами кружки.

Насладившись тортом и ароматным чаем, собираемся уходить, поблагодарив Настю за радушный приём.

А в дверях сталкиваемся с женщиной, черты которой мне кого-то напоминают. Которые глубоко зарыты в моей памяти.

Глава 43

Вздрагиваю, коснувшись губ кончиками пальцев.

Моя тётя?

Пройти мимо? Или остановиться?

Поздно. Её вопросительный взгляд окутывает моё лицо. Изучает его, словно в него вселяется боль. Боль, отголосок из прошлого. Которую очень трудно приходится сдерживать.

— Кира? — едва слышно протягивает женщина, протягивая свою увядающую руку к моей щеке.

— Да, Римма Павловна. Кира, — не испытываю тёплых чувств к этой женщине, которая лишила меня своего присутствия в тяжёлое для меня время. Когда я училась в университете и осталась одна в этом городе.

Правда, она высылала мне деньги, пока я училась.

Но когда я звонила ей или писала, она молчала.

Что такого могло произойти, что она отстранилась от меня? Ответов на свои вопросы я до сих пор не получила от неё.

— Какая ты стала, — восхищается мной она, не в силах оторвать от меня своего волнительного взгляда.

— А вы всё такая же, — не хочу делать ей комплимент.

— Да не скажи. Столько лет прошло…

— Вы знакомы? — Захар является невольным свидетелем нашей встречи. Я бы сказала, что с некоторых пор ставшей не долгожданной.

Поначалу я очень хотела встретиться с тётей и поговорить, почему она так поступила.

Потом я стала успокаивать себя. Что взрослая уже. Что сама должна думать о себе и заботиться. Что Римма Павловна выполнила свои обязательства передо мной, взяв на себя ответственность по моему воспитанию, и вправе заниматься своей личной жизнью. Обида постепенно свелась к нулю. Только хотелось разъяснений. Почему она перестала со мной общаться?

— Это моя тётя Захар. Римма Павловна.

— Я рада тебя видеть, — продолжает моя тётя, выйдя на улицу вместе с нами.

— Не могу ответить взаимностью, — искренне говорю ей.

— Понимаю. Ты обижена на меня, — беспокойно глотает она. — Я всё объясню, если позволишь.

— Римма Павловна воспитывала меня. Платила за мою учёбу. Но вычеркнула меня из своей жизни, — говорю это Захару, а горло начинает сдавливать от удушья. — И вот теперь она тут. Хочет поговорить со мной.

Обида, от которой, как мне казалось, я смогла избавиться, всё же берёт верх. Я понимаю сама, как жестоко звучат сейчас мои слова.

Ощущаю горячие импульсы по всему телу.

Может, зря я так с ней? Ведь она посвятила часть своей жизни моему воспитанию.

Да, я не испытывала от неё любви. Но забота была. А любовь я почувствовала, когда занялась своим любимым делом. От людей, которые окружали меня. От знакомств, которые состоялись в поездках и на различных мероприятиях.

Даже Платон мне давал её поначалу.

Только потом я поняла, что наш брак был выстроен на взаимовыгодных условиях.

Я примерная верная жена-красавица рядом с ним. Он разрешает мне заниматься своим любимым делом. Закрывать глаза на моё длительное отсутствие, заполнив пространство вокруг себя другими женщинами.

Он мне помогал, как оказалось, в последствии, в виде финансирования моего бизнеса. Я жена. Для прикрытия его развратной жизни. Чтобы не компрометировать его в глазах окружающего общества и быть предельно честным и благородным, прикрываясь мной.

Вот же…

Опять эти воспоминания.

— Что? — задаю вопрос, прослушав, о чём говорит Римма Павловна.

— Отойдём, говорю, — повторяется она. — Мне нужно сказать тебе кое-что.

Делаю несколько шагов в сторону.

— Говорите, — разрешаю, нахмурив лицо.

— Я не отвечала тебе, потому что мой молодой человек был против, — выдаёт мне простое банальное признание. — Он сказал мне, что хватит тратиться на тебя. Пора жить своей жизнью. Он поставил мне условие. Ты или он.

Цокаю, глубоко вдохнув.

— Ты же должна меня понять. Столько лет мне уже было. Я хотела быть счастлива. Хотела семью. Свою семью, понимаешь? — продолжает надрывным голосом, — Я влюбилась, Кир. Первый раз в жизни… И… Единственный.

А я ведь понимаю. Я тоже хотела нормальную семью. Но меня жестоко предал мой муж.

Как же

— Вы счастливы? — задаю вопрос с холодным тоном в голосе.

— Нет, Кир, — опускает потухший взгляд моя тётя. — Этот союз не принёс мне счастья. Он стал изменять мне, как только получил желаемое. Как только мы расписались с ним. Он хотел унаследовать мою квартиру. У нас огромная разница в возрасте. Когда узнал, что я подписала всё, что есть у меня на тебя, то с лёгкостью развёлся. Даже стыдно вспоминать об этом.

Вот же гад.

И сердце моё отзывается на её откровение. Тихонечко стонет в груди, замедлив свой ритм.

— Кир, прости меня, — поражает моё сознание тётя. — Я бы хотела повернуть время вспять. Знай, что так жестоко со мной поступит судьба и я останусь одинокой, я никогда бы не решилась на подобный поступок.

— Я не обижаюсь, — проговариваю с трудом. — С каждым могут случиться неприятности. Никто не застрахован.

Холодок цепляет кожу.

Дышать становится легче.

Римма Павловна делает шаг мне навстречу.

Прижимает меня к себе настолько сильно, насколько хватает её сил. Плачет мне в плечо. От беспощадных всхлипываний её тело слегка подёргивается.

Я провожу по её спине рукой. Жалею. Сама сейчас заплачу.

И я рада нашей с ней встречи. Рада, что мы поговорили.

— Так, — решается сказать Захар. — Хватит устраивать трагедию. Раз вы встретились, значит, суждено было этому случиться. Теперь обязательно у вас всё наладится, и вы будете общаться.

Римма Сергеевна отстраняется от меня. Благодарно смотрит на Захара, вытирая слёзы носовым платком.

— Это твой мужчина? — восхищённо осматривает Захара.

— Да, — произношу совершенно уверенно.

— Будьте счастливы, — проводит Захару по предплечью. Говорит так, словно прощается с нами. Прикрывает печальные глаза наращёнными ресницами.

— Номер телефона оставьте, — Захар держит свой телефон наготове.

Она диктует.

— Мы позвоним вам и встретимся, — решает Захар за нас двоих, на этот раз вызвав улыбку на моём лице.

— Буду ждать, — утвердительно кивает моя тётя.

— Вы знакомы? — Из кафе выходит Настя и подходит к нам. — Это та самая женщина, Кир, про которую я тебе рассказывала.

Римма Павловна уже некоторое время проживает здесь. Но позвонить мне так и не решилась.

Я понимаю её. Она боялась это сделать. Она не знала, какой будет моя реакция. Я не в обиде на неё. Только сейчас смогла понять её поступок после её разъяснений.

— Знакомы, — прикрываю веки. — Очень близко. Римма Павловна — моя родная тётя.

— Так это она о тебе столько всего рассказывала? — восторженно распахивает глаза Настя. — Кто бы мог подумать?

— О ней, — подтверждает моя тётя, глядя на меня с нежностью во взгляде.

— Ничего себе совпадение. Пойдёмте внутрь. Пообщаемся с вами ещё, раз вы встретили Римму Павловну. А то стоим здесь на улице. Как-то неудобно, — выпаливает Настя.

— Мы поедем, Настя, — настаивает Захар. — У нас ещё будет время с вами со всеми встретиться и поговорить обо всём.

— Жаль.

— Я тебе расскажу всё, что ты захочешь, — говорит Римма Павловна Насте, а сама смотрит на меня с украдкой.

— Хорошо. Пойдёмте.

Они уходят, а мы уезжаем.

Не успеваем доехать до моего дома, как у Захара звонит телефон.

— Захар, Кира с тобой? — по громкой связи доносится взволнованный вибрирующий голос Насти.

— Что случилось?

Глава 44

Не знаю, что скажет сейчас Настя, а в голове нарастает гул. Сменяется шумом. Дурное предчувствие подкатывает к горлу.

— Ты по громкой? — продолжает держать напряжение Настя.

— Да, — кидает коротко Захар. — Говори уже. Не тяни.

— Римме Павловне стало плохо. Я вызвала скорую. Её увезли.

Внутри сжимается всё в единый комок. Тошнота подкатывает к горлу.

— Что с ней? — шепчу я.

— Что с ней? — повторяет для Насти Захар.

— Врач сказал, сердечный приступ.

— Адрес знаешь?

— Да…

Захар разворачивает машину в сторону клиники, которую называет Настя.

К Римме Павловне нас не пускают и не пустят, пока ситуация не стабилизируется.

Единственное, чем смог нас успокоить врач — тем, что приступ был лёгким. Состояние более менее стабильное. Что моя тётя поправится. Но нужно будет наблюдать за её здоровьем.

— Все расходы я беру на себя, — принимает решение Захар. — Сделайте всё возможное, чтобы эта женщина поправилась.

Ощущаю, как хаотично вздымается моя грудь от подкативших всхлипов.

Вжимаюсь в плечо Захара. Прикусываю плотную ткань его пиджака.

Только мы с ней нашлись. Только начали налаживать отношения. И такое. Не справедливо. Не справедливо отбирать у меня её снова.

Пусть всё, что было у нас с ней плохого, остаётся в далёком прошлом.

Я не готова потерять её снова.

Не хочу.

Не могу.

— Все вопросы, касаемые Риммы Павловны прошу обсуждать со мной, — Захар, обращаясь к врачу, прижимает меня к себе, гладит рукой по спине. — Вот моя визитка.

Едва переставляю ноги, выходя из клиники.

Не знаю, как могла бы справиться с собой, если бы не Захар.

— Я отвезу тебя к себе. Хочу, чтобы с этого дня ты жила со мной, — ставит меня перед фактом Захар, когда мы едем в машине.

— У меня работа… У меня своя жизнь… — противлюсь я.

— Теперь у нас с тобой одна жизнь на двоих, — говорит уверенно Захар. — Я не могу тебя оставить в таком состоянии одну. Не согласишься, к тебе поеду жить. Мне нетрудно.

— Куда хочешь, туда и поеду, — полностью доверяюсь ему.

— Тогда ко мне.

Когда я ступаю за порог его квартиры, ноги перестают слушаться меня. Спотыкаюсь на каждом шагу, едва не падая.

— Кир. Тебе нужно поспать, — придерживает меня за талию Захар и провожает в спальную комнату.

Помогает раздеться и укладывает на кровати, окутав нежным одеялом с приятным запахом свежести.

— Я тебе чай приготовлю. С мелиссой. Отдохни пока, — поправляет одеяло.

Он выходит, а я едва сдерживаю тяжёлые веки, чтобы проводить его из спальной комнаты взглядом.

Они смыкаются сами собой, погружая меня в крепкий сон до самого утра.

Просыпаюсь в объятиях Захара на его крепком предплечье.

Улыбаюсь на то, как тихонько он сопит, закинув голову. Как спокойно он дышит.

Прислоняюсь к груди. Хочу послушать биение его сердца, спокойного, ровного.

— Проснулась, — не открывая глаз, он заключает меня в свои объятия.

— Угу, — киваю.

— Ты так крепко спала, что жалко было тебя будить, — немного сипло произносит он. — А так хотелось.

Переворачивает меня на спину. Скользит по моему телу рукой, словно проверяет всё ли на месте.

Останавливается ниже живота. Ласкает.

Дыхание становится слишком волнительным. Глубокий страстный поцелуй дополняют неудержимые стоны.

— Моя… — снова произносит Захар. Как в первый раз нашей с ним близости.

Подтягивает к себе, плотно вжимаясь.

И мы снова сливаемся в единое гармоничное целое.

Животный рык одобрительно вырывается от Захара.

Он оборачивается на спину, закинув меня на себя, как пушинку.

И его учащённое дыхание отзывается по всему моему расслабленному телу.

Немного отдышавшись, устраиваюсь рядом с ним, закинув на его упругое бедро свою ногу.

Едва касаюсь подушечками пальцев его чувствительной кожи. Вожу по ней медленно. Остаюсь довольной, как реагирует на мои прикосновения Захар. Как покрывается его кожа мурашками, когда я ласкаю его языком. Когда целую его тело, спускаясь ниже, и его мышцы сокращаются.

Мне мало его. Хочу ещё. Хочу, чтобы это не заканчивалось никогда.

И снова безудержная страсть. Снова сумасшедшая безумная близость.

Вместе принимаем душ, и я предлагаю остаться на какое-то время в джакузи.

— Я тебе приложение в телефоне установил. Чтобы ты могла пользоваться всеми доступными услугами в этом доме, — заходит ко мне Захар уже в костюме.

— Угу, — наслаждаюсь работой пузырьков тёплой воды, массирующей моё расслабленное тело.

Опускаюсь под воду.

А когда появляюсь перед Захаром вновь, он наклоняется надо мной, чтобы поцеловать.

— Мне пора, Кир. Сама во всём разберёшься, — скрывается за дверью, оставляя меня в тишине.

Готовлю для себя кофе на кухне, к которой, по моим ощущениям никто не прикасался. Разве что Захар чай или кофе себе готовил.

Думаю о нас с ним.

Переключаюсь мыслями на свою тётю. Как она там? Нужно позвонить ей. Может, разрешат сегодня посетить её.

Непривычная мелодия звонка заставляет меня обернуться на входную дверь.

Глава 45

Минутное оцепенение овладевает мной.

Я не хозяйка в этой квартире. Не могу открывать дверь. Даже смотреть не хочу, кто бы мог быть по другую сторону.

Колеблюсь, когда дверь плавно начинает открываться.

Ужасаюсь, когда вижу Марка Львовича перед собой.

В его глазах неподдельное недовольство и угроза.

Я же быстро моргаю, приоткрывая свой рот словно рыбка.

Поправляю на себе топ, поддёргивая его выше. Хорошо, успела одеться, а то картина бы была сейчас невыигрышной для меня.

— Что ты здесь делаешь? — задаёт мне вопрос слишком громко, даже как-то повелительно. От его голоса у меня начинает пульсировать в ушах.

— Я не обязана отчитываться перед вами, — избавившись от першения, произношу твёрдо и спокойно.

— Понятно, — оглядывается он, прищурившись, и проходит внутрь.

— Захар где? — кидает коротко.

— Позвоните ему и спросите, — предлагаю ему.

— Хм, — проводит большим пальцем по нижней губе. Облизывает зубы. Цокает. — Ты ещё учить меня будешь, что мне делать? — пронизывает меня своим горячим взглядом насквозь.

— Не буду. У меня нет желания этого делать, — продолжаю держать тон своего голоса спокойным.

Марк Львович обходит квартиру. Тщательно осматривает её.

Заходит в гардеробную. Проверяет вещи Захара.

— Так. Вещи только сына, — оборачивается на меня. — И то уже радует.

Подходит ко мне. Прихватывает за локоть крепкой рукой.

— Знаешь, что мы с тобой сделаем, девочка, — шипит мне в лицо, качнувшись ближе.

Не моргая, смотрю прямо в его глаза.

— Я дам тебе денег, — резко вскидывает брови. — Много денег, — делает посылы глазами. — И ты благополучно забудешь Захара.

— Нет, — выдаю уверенно. — Я не откажусь от него.

— Хм, — наклоняет голову вниз, снова облизнув свои зубы. — А ты упрямая, Кира. Жаль будет плохо поступать с тобой.

Сердце прыгает в груди. Отдаётся ощутимыми ударами в горле. Долбит по вискам.

Беру свою сумочку со стола у входа. Вынимаю телефон и набираю Захару.

— Кому звонишь? — задаёт мне вопрос Марк Львович, подозрительно оглядывая мои глаза.

— Захар. К тебе отец пришёл. Поговори с ним, — разговариваю с ним, крепко сжимая телефон.

Включаю громкую связь.

— Что он делает у меня в квартире? — в голосе Захара слышится возмущение. — Передай ему телефон…

— Я слышу тебя, Захар, — с хрипом в голосе отвечает ему Марк Львович. — Заехал к тебе… Сюрприз хотел сделать… А ты опередил меня. Сюрприз сделал мне ты.

Марк Львович переминается с пятки на носок, вставляя пальцы в карманы брюк.

— Ты обижал Киру? — звучит угрожающе от Захара.

— Не успел, — прокашливается суровый мужчина, стоящий рядом со мной.

— Ты не можешь так запросто врываться в мою квартиру, где я живу не один, — Захар чётко проговаривает каждое слово, повысив голос на своего отца.

— С кем, если не один? — осматривается вокруг себя Марк Львович, словно меня нет. Усмехается.

— Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю. Не ломай комедию. Я живу с Кирой, и мы собираемся пожениться.

— Пф, Пф, Пф… — выпускает Марк Львович. — Я понимаю тебя. Девчонка не плоха. Но хоть раз прислушайся ко мне, — просит с мольбой в голосе.

— Я сам буду решать, что мне делать…

— Мне надоело, — говорю с нажимом, отстраняя телефон от Марка Львовича. — Разбирайтесь без меня.

Сбрасываю вызов и покидаю квартиру Захара.

На такси еду к себе в квартиру.

Принимаю вызов от Захара.

— Кир, ты где сейчас?

— Домой еду, — отвечаю без особого удовольствия.

— Я не думал, когда давал ему разрешение к пропускной системе, что он когда-то воспользуется ей. Это просто было необходимо для непредвиденного какого-нибудь случая.

И этот случай как раз настал.

— Не молчи, Кир.

— Мне нечего тебе сказать.

— Я еду к тебе. Теперь я буду жить с тобой. У тебя.

Резко выдыхаю.

— Кир.

— Что?

— Я не допущу, чтобы отец обижал тебя.

— Я сама не допущу.

— Не сомневаюсь. Но всё же хочу мужские вопросы решать сам.

Ну что же. Сам так сам.

— Решай. Я не против. Только я не позволю, чтобы со мной так обращались, — всё же предостерегаю.

— Я понял тебя, Кир. Я не позволю, — говорит на выдохе Захар. — Из клиники звонили. Можем подъехать и навестить твою тётю, — добавляет.

— Ты собираешься ехать со мной?

— Да. Скоро приеду к твоему дому.

— Тогда, до встречи, — говорю ему тихо.

Мы вместе едем в клинику.

Лечащий врач моей тёти сообщает нам, что у неё всё хорошо. Что мы можем пройти к ней. И ещё, если так и дальше пойдёт, то мы можем её забрать через несколько дней.

Мы оба входим в палату.

— Римма Павловна, как вы меня напугали, — присаживаюсь на краешек кровати рядом с ней.

— Всё хорошо, Кир, — спокойным, тихим голосом отвечает мне моя тётя.

Захар здоровается с ней и садится на стул у окна.

— Врач сказал, мы можем скоро тебя забрать, — произношу мягким, нежным голосом, прикрывая её руку своей ладонью.

— Куда вы меня сможете забрать, Кир, — я вижу, как трудно ей даются слова. — Вы же сами только начинаете строить свои отношения. Я не могу препятствовать твоему счастью.

— Я найму для вас помощницу, —

Лицо Риммы Павловны заметно вытягивается. В глазах читается печаль.

Глава 46

От её вида по мою кожу касается холодок.

— Где вы живёте? — делаю нажим на её руку своей.

Она поднимает на меня свой растерянный взгляд.

— Квартиру снимаю, — проговаривает тихо. — Я же, когда уехала из этого города, продала квартиру свою, чтобы купить тебе здесь и себе в другом городе, добавив приличную сумму денег, скопившуюся на моём счёте после работы в торговле.

— Вы не определились с местом своего проживания? — смотрю на неё проникновенно.

— Не определилась до того момента, пока не встретила тебя снова, — её губы едва растягиваются в тёплой улыбке. — Теперь всё будет по-другому в моей жизни. Я продам свою квартиру и куплю себе здесь. Как раз на трёшку хватит. Вот и выделю одну комнату для сиделки, — в уголках её глаз подрагивают выступившие слёзы.

— Тогда, сейчас я заберу вас к себе, — принимаю решение мгновенно. — Сама буду за вами ухаживать, пока не решим все ваши вопросы.

— Нет, Кир, — приближается ко мне Захар. Кладёт свою ладонь мне на плечо, массирует его своими крепкими пальцами. — Ты переедешь ко мне, а твоя тётя поживёт в твоей квартире. Одна комната ей, другая — помощнице, — переводит взгляд на Римму Павловну. — Не сиделке, помощнице. Так вас устроит?

— Устроит, — утвердительно прикрывает глаза наращенными ресницами, которые её очень идут, придавая её увядающему взгляду выразительность.

— Захар, но… — хочу напомнить ему о его отце. О его поступке и отношении ко мне.

— Не здесь, — давит мне на плечо ладонью. — Позже поговорим.

В палату заходит медсестра и просит нас освободить палату.

— Знаешь, Кир, тебе не стоит опасаться моего отца, — начинает разговор Захар, когда мы едем в его автомобиле. — Он хороший человек. Не злой. Я поговорю с ним. Думаю, что, выслушав меня, он сделает определённые выводы и поймёт меня.

— О нём я и хотела тебе сказать. Не хочу, чтобы он так попросту приходил к нам, если я соглашусь жить вместе с тобой.

Наверное, я что-то сказала не то.

Растягиваю губы, надавив на них изнутри зубами.

— Я думал, вопрос решён, — кидает на меня короткий возмущённый взгляд. — Я ограничу ему доступ к системе управления дверьми в своей квартире. Он не сможет больше прийти просто так, открыв дверь. Такой вариант тебя устроит?

— Вполне, — отворачиваюсь от Захара, чтобы не показать удовлетворённую улыбку на своём лице.

Зажимаю нос пальцами, чтобы сдержать свою нескромную радость. Чтобы замаскировать своё ликование.

— Куда тебя сейчас отвезти? — строго задаёт мне вопрос он.

— Ко мне в студию, — отвечаю как можно спокойнее.

— Вечером за тобой заедет Тёма. Он отвезёт тебя к … — снова осматривается на меня, — К нам домой.

— Почему же Тёма, а не ты?

— Мне нужно будет кое-что решить с отцом, — сжимает крепко руль пальцами, тут же побелевшими от напряжения. Стискивает зубы.

Смотрю на него и понимаю, что, добиваясь своего, я заставляю его пойти на трудные шаги.

— Я сама доберусь, — произношу нежно. — Не переживай. Только вещи нужно будет собрать. Хотя бы самые необходимые.

— Вот этим и займётся мой водитель. Я ему доверяю как себе. И мне спокойнее будет, — уголок его губ слегка дёргается.

— Если ты так хочешь, хорошо, — соглашаюсь с Захаром. — Пусть Тёма, как ты его называешь, заедет за мной. Я соберу необходимые вещи, и он отвезёт меня… К нам.

— Хочу, Кир. Очень хочу, — его голос становится мягче. — И пойми, что теперь я буду о тебе заботиться. Что ты теперь без минуты моя жена.

Внутри порхают бабочки.

Улыбаюсь, глядя на Захара.

Дотягиваюсь до его головы. Провожу нежно по волосам. Спускаюсь ниже. Хочу ощутить тепло его щеки своими пальцами. Ладонью.

Поймав моё прикосновение, Захар наклоняет голову, чтобы зафиксировать мою руку между своим плечом и шеей.

Потом поворачивается ко мне, целует в ладонь, обжигая её своим горячим дыханием, от которого внутри меня всё замирает.

— Я на всё согласна, Захар, — почти шепчу. — Лишь бы быть с тобой.

— Я же говорил, — оглядывается на меня. Его глаза испускают свет. — Моя, — кивает. Его губы растягиваются в довольной улыбке.

Откидываю голову на подголовник сиденья. Любуюсь своим мужчиной. Наслаждаюсь его присутствием.

— Кир. Нам с тобой ещё нужно кое-что решить, — говорит через недолгое молчание.

— Что? — лениво задаю вопрос.

— Нашу с тобой помолвку, — разговаривает со мной, не отрывая от дороги своего сосредоточенного взгляда.

— Помолвку? — теперь в моём голосе проскальзывает интерес.

— Я хочу объявить официально перед моей семьёй, что мы с тобой скоро поженимся.

Глубоко вдыхаю.

— Это обязательно?

— Да, Кир. Можем отметить это событие в узком кругу нашей с тобой семьи, — продолжает настойчиво.

— Хорошо. Так и сделаем. Только дождёмся, когда Римме Павловне станет совсем хорошо и она сможет присутствовать на этом мероприятии.

Захар облизывает губы. Причмокивает ими.

— А если это случится нескоро? — кусает щёку изнутри.

— Подождём… Мы же всё равно собираемся жить вместе. Что нам теперь от того, когда состоится этот ужин.

— Ты согласилась выйти за меня. И я хочу, чтобы мы назначили день нашей с тобой свадьбы. Чтобы всё было официально, а не так, как произошло в кафе.

— Я не против, Захар. Зови своих родственников на ужин. А день мы им сообщим немного позже.

Глава 47

ЗАХАР.

— Пап, поговорим? — захожу в кабинет отца без приглашения, убедившись у его секретаря, что у него на данный момент свободное время.

Мой отец, с поседевшими на висках волосами, с требовательным взглядом, поднимает голову от документов. Кивком приглашает меня сесть за стол.

Сажусь напротив, глядя в его глаза. Ощущаю волнение, полагая, что мои ожидания будут противоречивы.

— Ты знаешь, зачем я здесь, — начинаю разговор, стараясь держать голос ровным.

— Догадываюсь, — кивает отец, сцепляя перед собой пальцы в замок.

— Я хочу поговорить с тобой о моих отношениях с Кирой, — озвучиваю тему своего визита.

Отец поднимает брови, будто я произнёс нечто абсурдное.

Я чувствую, как ком подступает к горлу, но, сжав пальцы в кулак, продолжаю.

— Когда я встретил Киру, то понял, что это именно та женщина, которую я хочу, — говорю ему откровенно. — Спустя время, я понял, что хочу видеть её своей женой. Только её, понимаешь, — с нажимом.

Отцовский взгляд темнеет.

— Ты всегда хотел мне лучшей жизни, — продолжаю упорно. — Так вот, счастлив я буду только с этой женщиной. Я люблю её.

— То есть ты не хочешь выслушать, что я

Крепко стискиваю зубы. Моя решимость растёт с каждой секундой.

— Я понимаю, — отвечаю спокойно, не повышая голоса. — Но брак — это не просто сделка, каким ты его видишь. Для меня он имеет другое значение. Я хочу быть с Кирой. Она особенная для меня. Я хочу просыпаться с ней. Засыпать с ней. Детей от неё хочу. Заниматься делом, которое ей интересно. Она любит меня искренне. Я чувствую это.

На лице отца появляется тень сомнения. Я вижу, как он колеблется. И жёсткость в его взгляде начинает ослабевать.

— Кира вдохновляет меня на рост. Между нами глубокая связь. Она не просто красивая нежная девушка. Она ещё и умная, добрая, понимающая. У нас схожие с ней мечты. Мы оба любим свою работу. Мы дополняем друг друга во всём, — продолжаю убеждать отца.

— Наверное, она хороша в постели? — дёргает бровью отец.

— Очень хороша, пап, — не стесняюсь откровений. — Мы полностью совместимы с ней. Я чувствую рядом с ней себя счастливым. Мне хочется горы сворачивать.

Отец проводит пальцами себе по губам.

— Знаешь, Захар, — наконец произносит отец. — Отношения не всегда так просты. Ты ведь не находишься в жизни моих фантазий? Тут есть вещи, о которых нужно думать. Рассчитывать, наконец.

— Я прекрасно всё понимаю, пап, — продолжаю спокойно. — Просто прошу тебя понять меня и принять мой выбор. Неужели ты хочешь, чтобы моя жизнь превратилась в пустую, бессмысленную вещь. Я не могу спать с женщиной, которую не люблю и не хочу. Более того, Эля стала мне неприятной. У меня к ней отвращение. Она пустая бездушная кукла. Жизнь в другом городе постаралась над ней, внеся непоправимые коррективы.

В кабинете повисает тишина.

Я наблюдаю за отцом, который, как мне сейчас кажется, осмысливает каждое слово, сказанное мной.

— А что я скажу Максиму Сергеевичу? Мы же уже всё обсудили с ним? — смягчается отец.

— Я сам могу с ним поговорить. Я объясню ему, что не решусь на брак без любви. Я скажу ему, что у меня скоро состоится свадьба с другой девушкой и её отменить невозможно.

Отец грузно вдыхает и тяжело выдыхает.

— Вот же упёртый, — сдаётся, наконец. — Я сам ему позвоню.

Я обрадованно улыбаюсь, поняв, что первый шаг к сближению сделан.

— Я хочу у Киры попросить стать моей женой в присутствии нашей семьи. Это очень важно для меня. Мне важно, чтобы вы её приняли, — плавно перехожу к другому пункту. — По-другому никак, — качаю головой.

— Убедил, — голос отца становится мягче. — Если честно, я бы сам не захотел жениться без любви. Мне просто повезло с твоей матерью Я влюбился в неё с первого взгляда, и мои родители одобрили мой выбор.

— Вот и ты мой одобри. Я уверен, Максим Сергеевич всё поймёт. Он порядочный человек. Рассудит правильно. Поймёт, что не обязательно выполнять каприз дочери. Что и я его не стану воплощать. Эля мне никто. Они не должны вмешиваться в чужую жизнь.

— Думаю, так и будет.

— Ужин скоро состоится. Мы сообщим вам время, — оставляю последнее слово за собой.

Глава 48

Мы всё сделали так, как распланировали.

Забрали из клиники Римму Павловну и поселили её в моей квартире, наняв для неё женщину, которая будет помогать ей во всём.

Отец Захара поговорил с Максимом Сергеевичем, и они пришли к единому мнению оставить Захара в покое и не вмешиваться в его личную жизнь.

Марк Львович приехал к нам на ужин с огромным букетом цветов и попросил у меня прощение за предоставленные переживания.

Мы решили не спешить со свадьбой. Подготовиться к ней не спеша.

И сейчас мы погрузились в вопросы организации свадьбы, параллельно занимаясь каждым своим делом.

У меня благополучно прошёл конкурс среди моих покупателей, где выявилось три победителя, как я и обещала.

— Сегодня Кир мы поедем в мою мастерскую, — говорит мне с утра Захар. — Готов твой заказ ювелирных украшений к твоей новой коллекции. Ты можешь оценить его и забрать, если тебя всё устроит.

— Как забрать? — распахиваю широко глаза. — Сначала нужно оплатить их аренду.

Захар притягивает меня к себе за талию.

Трётся носом о мой нос.

— Никакой аренды, Кир, — произносит мягко, но уверенно. — Не хватало ещё, чтобы я с тебя деньги брал.

— Но…

Пытаюсь возразить ему, а он прикрывает мои губы указательным пальцем.

— Тц, не спорь, — медленно прикрывает веки один раз. — Моя служба безопасности доставит тебе те изделия, которые ты выберешь. После использования, ты просто мне их вернёшь. Они будут храниться у меня, когда будет нужно, ты просто будешь их брать.

— Тогда я предлагаю сделать к ним копии. Более дешёвые. Чтобы не переживать за них. Буду пользоваться копиями, а понравившиеся покупателям подлинники можно будет продавать.

— Уже, — шепчет мне в губы. — Уже сделал.

Смеётся негромко. Накрывает мои губы своим настойчивым поцелуем.

А дальше он снимает с меня одежду, в поцелуе доводя до кровати.

Утопаю в моменте близости с ним. Наслаждаюсь его телом. Его движениями.

Не могу и не хочу отказываться от всего этого безумия, в которе мы погружаемся с ним каждый раз.

Приняв душ, собираемся поехать в мастерскую к Захару.

— Как твой конкурс? — интересуется он у меня уже в машине.

— Прекрасно. Думаю, покупатели остались довольными.

— Будешь продолжать поддерживать с ними обратную связь?

— Конечно. Кроме того, я обдумываю сейчас, чем могу удивить их.

Уже договорилась по поставкам экокожи и замши для моих сумок. Сделала заказ на обувь. Налаживаю продажи через интернет.

— Ты огромная умница у меня, Кир, — звучат немаловажные слова от Захара. — И у меня есть к тебе предложение.

— Какое?

Внимательно всматриваюсь в его лицо.

— Хочу предложить тебе своё участие.

— В чём оно будет выражаться?

— Я изготовлю для твоих покупателей небольшие сувениры, — звучит заманчиво от него. — Скажем, броши, серьги, подвески. Кольца, думаю, не нужно. С размерами не угадаем. Не будем расстраивать твоих поклонников.

— Согласна, — ощущаю, как загорается мой взгляд, как начинают полыхать мои щёки.

— Тогда я подготовлю для тебя несколько вариантов и можешь запускать ещё один конкурс.

Кто бы мог подумать. В своём недалёком прошлом я точно отказала бы ему совершить для меня такой поступок. А сейчас, полностью доверяю ему. Почему? Не знаю. Так чувствую. Так хочу.

Смотрю на него, а внутри начинает кипеть. Хочется сорваться с места и кинуться ему на шею, чтобы разделить с ним свою непередаваемую радость.

— А потом и сумочки подключу, — начинаю развивать свои

— Да вообще можешь делать, что хочешь, Кир.

Что он делает? Хочет, чтобы я смотрела на него, как на своего кумира?

Дыхание перехватывает. Столько всего хочется сделать.

Погружаемся в свои дела.

Не забываем навещать мою тётю, которая прекрасно себя чувствует. И в лице женщины, которая живёт теперь с ней, нашла подругу.

И теперь у Риммы Павловны расписаны все дни недели. Она посещает разные мероприятия. Театры. Рестораны. Просто гуляет. Начала осваивать просторы интернета и занялась опять своим любимым делом, которое уже начало приносить ей доход.

Она стала скупать кое-какие вещи, находя их в интернете. Потом продавать их другим людям по другой цене, находя их всё там же. Или находила тех, кто хочет продать, и тех, кто хочет купить определённый товар. Приобретала. Продавала. Разницу брала себе.

Надеюсь, у неё не возникнут неприятности от таких действий.

Пусть моя тётушка тешится.

— Я не хочу, чтобы она этим занималась, — высказывает мне Захар, когда мы едем к Римме Павловне. — Нарвётся же когда-нибудь на неприятности. А нам с тобой придётся их решать.

— А может не нарвётся.

— Нет, Кир. Надо прекращать её деятельность. Это она сейчас играется. А если совершит покупки посерьёзнее? — хмурится, глядя на меня.

— Давай сейчас об этом ей и скажем, — понимаю, что Захар прав. — Я сама её могу обеспечить всем, чем она захочет.

— Пусть лучше путешествовать ездит, — предлагает Захар. — Вместе со своей подругой. А я оплачу им отдых.

Какой же он у меня.

И поговорив с моей тётей, она соглашается с нами. Решает прекратить свою деятельность.

И уже придумывает, куда поедет со своей подругой Зиночкой.

— Только мне сначала квартиру нужно продать, — выдаёт она нам. — Я решила. Больше не вернусь в тот город. Буду жить здесь.

— Прекрасно, — произношу мягко, как только могу.

— Я обращусь к Родиону, у него своя риелторская фирма, — Захар берёт на себя инициативу. — Он поможет. Попрошу его, чтобы занялся этим вопросом. Сделаем ему доверенность и пусть рулит. По крайней мере, свой человек и ему можно доверять.

— Может и мне поехать с ним? — предлагаю мгновенно.

— Он справится, Кир. Для тебя у меня есть другое предложение.

Глава 49

Захар смотрит на меня, не отрывая загадочного взгляда.

— Какое?

— Нам с тобой пора отдохнуть. Мы достаточно с тобой работали, чтобы устроить небольшой, а можно и большой, отпуск, — завораживающе смотрит на меня Захар.

— Вот и прекрасно, — присоединяется к нему Римма Павловна. — Все поедем отдыхать.

— По отдельности, — разделяет Захар.

— Разумеется, — притягивает моя тётя. — Не хватало мне за вашей любовью наблюдать, чтобы завидовать потом.

Я и Захар переглядываемся. Улыбаемся.

— Тогда решаем необходимые вопросы и вперёд, — ставит точку Захар, притянув меня к себе за талию, окутывая заботливым взглядом.

Для начала аннулируем завещание моей тёти по поводу квартиры в другом городе.

Родион охотно соглашается заняться нашим делом.

Я перекладываю свои обязанности, впрочем, как всегда, когда отлучаюсь из города, на свою помощницу Марину. Мы обговариваем с ней, как будет проходить её работа в моё отсутствие.

Захар тоже оставляет свою мастерскую на своего зама, которого я в глаза не видела. Но он говорит, что ему можно доверять. Ни разу ещё его не подставлял. Да и страховка у него на своего заместителя имеется, в случае, если что-то пойдёт не так.

В общем, заказываем билеты и через несколько дней летим на отдых. Лишь Захар и я.

Римму Павловну отправляем с Зиной в круиз на теплоходе. Моя тётя изъявила такое желание.

* * *

Солнечное утро разлилось золотистыми лучами по побережью.

Мягкий ветерок шевелит зелёные пальмы. Волны шепчу о чём-то тайном, прибиваясь лениво к берегу.

Сидим на террасе открытого летнего кафе, наслаждаясь великолепием местной атмосферы.

— Какой чудесный день, — откидываюсь на высокую спинку деревянного стула.

Захар сидит рядом. Лёгкая белая рубашка накинута на плечи. Он тихо улыбается мне. В его глазах какой-то особенный свет, который хочется запечатлеть в своей памяти.

Он наклоняется ко мне, чтобы поцеловать.

Его губы нежно касаются моих.

— Я яхту нам на сегодня арендовал, — произносит Захар голосом, полным энтузиазма.

— Ты хочешь провести день на воде? — упираюсь локтями на деревянные подлокотники стула, вглядываясь в горизонт.

— Да. Хочу скрыться от всего мира и насладиться твоим обществом, — с улыбкой отвечает он, коснувшись моей руки.

Мы решили не медлить и, оставив свой завтрак, направились к пляжу.

И на пляже нас ждала маленькая белая яхта.

Ловлю взглядом небо. Сердце начинает биться сильнее от предвкушения.

Оказавшись на яхте, осваиваюсь, изучая обстановку вокруг.

Смотрю на Захара, который смело управляет яхтой, и море послушно распахивается перед нами.

Все заботы остаются позади. Лишь солнце согревает мою кожу, и ветер играет в волосах.

Есть что-то волшебное в свободе, когда небо и вода сливаются в один бескрайний мир. Любуюсь видами города, когда Захар останавливает яхту на спокойных волнах.

Улыбаюсь, осознав, что все мои мечты о счастье стали реальными, и рядом человек, с которым хочется делить всю свою жизнь.

— Ты бы хотела изменить свою жизнь? — обнимает меня Захар, подойдя сзади. — Сменить место жительства?

— Если потребовалось, то, скорее да, чем нет, — отвечаю ему, думая, что я меняла бы свою жизнь вместе с ним. — Только свой бизнес пришлось бы перестраивать, — морщу нос.

— С бизнесом всё было бы хорошо. Тем более когда у нас с тобой будут дети, то ты не сможешь работать какое-то время.

Хмурюсь. Улыбаюсь.

— Дети? — оборачиваюсь на него. Гляжу через своё открытое плечо.

— Конечно, — медленно прикрывает глаза Захар. — Я бы хотел для начала мальчика и девочку, а дальше посмотрим. Возможно, сходим и за третьим.

— Ничего себе, — притягиваю к себе его руки, чтобы объятия были сильнее. — Троих…

— Я так люблю тебя, Кир, что безумно хочу от тебя детей.

— Давай займёмся этим вопросом после свадьбы? — прошу его, немного подумав.

— Я готов нести ответственность за свои поступки, — уверенным голосом сообщает он мне и прихватывает на руки. — Мы займёмся этим вопросом сейчас же.

Он уносит меня в каюту. Мы наслаждаемся друг другом в моменте близости.

А когда солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в мягкие розовые и золотые оттенки, мы возвращаемся.

Гуляем по пляжу, оставляя за собой следы на тёплом песке.

Ветер нежно обдувает наши лица, добавляя мелодию волн, подкатившихся к берегу.

Крепкая рука Захара сжимает мою ладонь, передавая тепло.

— Это было невероятно, — оборачиваюсь на него с широкой улыбкой.

Захар взглянул на меня, и в его взгляде сверкнуло что-то особенное.

— Я знал, что тебе

Прижимаюсь к его крепкому плечу, наслаждаясь теплом его тела и особенными запахами сегодняшнего вечера.

— Знаешь, я всегда мечтал о таком дне, — произносит Захар, вглядываясь в горизонт. — О том, чтобы просто быть с тобой и ни о чём не думать. Только о нас.

— Мне приятно, — говорю ему, подняв голову, не в силах скрыть соей улыбки. — И романтично.

— Это секрет, — подмигивает он мне. — Я нечасто показываю свою чувствительность, но рядом с тобой мне хочется быть открытым.

Идём по, немноголюдному пляжу в сторону своего бунгало обнявшись.

Но проскрипевший голос сзади нарушил наше наслаждение.

Мы оба резко оборачиваемся.

Я застываю на месте. С моего лица исчезает улыбка, а на лице отражается замешательство.

Глава 50

— Кир, неужели это ты! — восклицает мой бывший муж Платон.

Воздух становится тяжёлым, и тревога нарастает в груди.

— Я. А ты что здесь делаешь? — мой голос слегка дрогнул.

— Отдыхаю, — спокойно произносит Платон. — Ты же знаешь чем я занимаюсь. Стараюсь ни в чём себе не отказывать.

Оглядываю его с головы до ног.

Он явно сбросил. Причём немало.

Втянутый живот нетрудно разглядеть через распахнутую лёгкую рубашку. Крупные колени доминируют на тонких ногах. И зачем он надел эти короткие шорты?

Вглядываюсь в лицо. Впалые щёки и тусклый взгляд говорят мне, что он не счастливый человек. Скорее, он мужчина со многими проблемами.

Захар сжимает моё плечо.

— Вот и продолжай в том же духе, — припечатывает ему Захар.

— У тебя всё в порядке? — решаюсь на вопрос, обращаясь к Платону лишь ради приличия.

— М… Да, — отвечает он неуверенно. — Вполне.

— Вот ты где, — к нам подходит Надя. — Глаз да глаз за тобой. Зачем уходишь от меня. Что я скажу врачу?

Она будто не обращает на нас с Захаром внимания. Оглядывает Платона своим встревоженным взглядом.

— Врачу? — смотрю на них проникновенно. — Ты о чём?

— Да… Ерунда, — отмахивается Платон. — Ничего особенного, — его голос становится снова скрипучим.

— Мы вообще думали, что он не выберется, — продолжает Надя, — Врачи сказали, вовремя он попал к ним. А от меня скрыл. Вот ведь какой.

— Не преувеличивай, — Платон вытягивает губы в трубочку, — глядя на свою спутницу исподлобья.

— Нельзя шутить со своим здоровьем, — отчитывает Надя Платона. — Ещё и лечиться отказывался. Сбежать из клиники хотел.

— А кому я нужен? — зло усмехается Захар. — Кого я могу сделать счастливым? Я всю жизнь свою похерил, — крепко сжимает зубы.

Мне становится прохладно. Я жмусь к Захару, который притягивает меня к себе ближе.

— Всё обошлось? — задаю вопрос осипшим голосом.

— Всё обошлось, — быстро проговаривает Надя. — Только понаблюдать за ним нужно.

— Ты мне не жена, — говорит с нажимом Платон, обращаясь к Наде. — Чего возишься со мной? Одни неприятности от меня. Нашла бы уже себе кого и жила припеваючи.

Улыбаюсь, глядя на то, как трепетно относится к Платону Надя.

— Люблю я тебя, дурня такого, — произносит слёзно девушка, поправляя его взлохмаченную чёлку.

— Ооо. Любит, — Платон устремляет свой указательный палец вверх. — Хоть кто-то меня любит.

— Мы пойдём, — спокойным твёрдым голосом сообщает им Захар, направляя меня в сторону нашего бунгало.

— Давайте. Валите, — летит в нас сопровождение от Платона. — Будьте счастливы, — надрывает свой хриплый голос.

Глубоко вдыхаю, когда мы с Захаром доходим до нужного места.

— Угораздило же нас с тобой поселиться именно здесь, — озвучиваю свои мысли. — Именно здесь мы решили с тобой отдохнуть в первый раз вместе и встретились с Платоном.

— Не переживай, Кир, — успокаивает меня Захар. — Он не может помешать нашему с тобой отдыху и нашему счастью, — вселяет в меня надежду.

— Я не хочу, чтобы он мелькал у нас перед глазами, — показываю своё недовольство. — Давай уедем в другое место. Не хочу встретиться с ним вновь. Мне неприятно его видеть.

— Как скажешь.

И остатки своего отведённого время на отдых мы проводим в другом месте, где спокойно уединяемся от всего мира.

Вернувшись, погружаемся в свою прежнюю жизнь.

Подготовка к свадьбе идёт полным ходом.

Приближается день нашей свадьбы.

Место выбрано. Гости приглашены. Причём абсолютное большинство приглашённых мне совершенно незнакомы.

Я не противлюсь. Иду родителям Захара навстречу. Именно они решали, кто будет на нашей свадьбе в числе приглашённых.

Конечно же, деловые партнёры и нужные люди. Родственников меньше всего. С моей стороны только Римма Павловна.

Фотографы не дают нам прохода. Мне и Захару приходится позировать на публику. И официальная искусственная улыбка прилипает на моё лицо до окончания нашего торжества.

Все формальности соблюдены, и теперь мы муж и жена.

— Давай сбежим, — говорит тихо Захар, когда тянет меня к выходу ресторана, в котором проходит наша свадьба.

— Как-то некрасиво получится. Что о нас подумают гости? — включаю свои принципы.

— Ничего не подумают. Им уже не до нас.

Останавливаемся у выхода.

— Смотри, — начинает Захар негромко. — Мой отец уже вплотную общается со своими нужными людьми и его трудно отвлечь от его занятия. Мама. Она занята обсуждениями своего магазина с жёнами богатеньких гостей. Ей тоже не до нас. Сестра с Родионом не могут налюбоваться друг другом. Да и тётя твоя нашла себе собеседника на вечер.

Смотрю на Римму Павловну и замечаю, как она кокетничает с мужчиной, примерно её лет. Довольно приятным и манерным.

— Ну а другие нас просто не заметят. Каждый преследует свои цели, — продолжает Захар обрисовывать обстановку на нашей с ним свадьбе.

— Не думала, что так будет проходить наша с тобой свадьба, — оценивающе вожу взглядом по присутствующим.

— Так проходят многие свадьбы, Кир. Это тоже одно из мест, когда можно на банкете обговаривать свои дела. Заниматься своими проблемами. Определённые почести они нам отдали. Подарки подарили и теперь занимаются каждый чем хочет. Это нормально, Кир, — утвердительно кивает, дёрнув плечами. — Пойдём, — кивает в сторону входной двери.

— Давай хотя бы с родственниками попрощаемся, — прошу его.

— Давай, — лёгкая улыбка касается его губ. — Разошлём им сообщения, чтобы не теряли нас. Не будем отвлекать их, — шепчет мне на ушко, обжигая мою кожу своим горячим дыханием. — У нас есть дела поважнее.

Глава 51

Первую брачную ночь я и Захар решили провести в его квартире.

— Кир, — снимает с меня платье Захар, ослабив тесный корсет. — У меня есть для тебя подарок, — произносит мягко и интригующе.

— Ммм, — прислоняюсь к его упругому телу, стоя перед ним в одних трусиках.

Расстёгиваю пуговицы на его рубашке.

Целую его в грудь. Вдыхаю ароматы его кожи. Безумно хочу быть ближе к нему. Намного теснее.

— Давай потом, —

— Как скажешь, — обхватывает мои щёки ладонями и впивается в мои губы страстным поцелуем, сопровождающимся стонами от дикой страсти.

И теперь я жена. Теперь я ощущаю себя по-другому.

Это неописуемое чувства восторга и радости, когда рядом со мной Захар.

— Моя… — шепчет он, подтягивая меня к себе ближе.

— Мой… — произношу осипшим голосом через стон, обжигающий моё горло.

Слёзы счастья пробираются наружу, скатываясь с моих горячих щёк.

Хочу, чтобы наша страсть и желание быть друг с другом длились вечно. Чтобы мой мужчина любил меня всю жизнь.

Эта ночь стала особенной для меня. Она закрепила мои чувства к моему любимому мужчине.

Когда просыпаюсь, Захар ставит рядом со мной поднос с горячим ароматным кофе и круассанами.

Проводит мне по щеке ладонью. Заправляет волосы за ухо.

Нежно касается моих губ своими.

— С добрым утром, любимая, — произносит своим низким голосом слишком нежно.

— С добрым, — отвечаю ему потягиваясь. — Почему ты в костюме? Куда-то собрался? — окончательно просыпаюсь, осознав это.

— Появились срочные дела, Кир, — прихватывает мой подбородок пальцами, смакует мои губы. — Надеюсь, что быстро освобожусь и мы продолжим с тобой заниматься тем, над чем решили поработать вплотную.

Моё сердечко совершает кувырок и начинает беспокойно биться в тесной груди.

— Я думала, что мы сегодня проведём с тобой этот день вместе, — смотрю на него с мольбой. — Неужели нельзя отменить свои дела?

— Нельзя, Кир, — тяжело вздыхает Захар. — Я бы очень хотел остаться сейчас рядом с тобой. Но… — запускает пальцы себе в волосы и проводит по ним, оставляя следы дорожек.

Становится прохладнее. Окутываюсь в одеяло, стараясь не опрокинуть поднос, стоящий на краю.

— Что происходит, Захар? — смотрю на него проникновенно.

— Возникли кое-какие обстоятельства… — снова не договаривает он и старается не смотреть в мои широко распахнутые глаза.

— Говори уже, — прошу настойчиво. — Или мне станет плохо. Я не выдержу, — глажу рукой его крепкое предплечье. — У нас не может быть с тобой секретов. Сам же говорил.

— У меня нет от тебя тайн, Кир, — тяжело глотает. — Я просто не хочу, чтобы ты расстраивалась. Вот и всё.

Хочу взорваться на месте. Зачем он так медлит?

Я всё выдержу. Я всё смогу. Ради него я готова на всё.

— Кира, — сжимает губы мой муж. Накрывает тёплой ладонью мою руку. Вглядывается в мои глаза своим мучительным взглядом.

Настойчиво продолжаю смотреть на него. Даже требовательно.

Щёки просто полыхают на моём лице. Холодный пот сменяется жаром.

Делаю глубокий вдох через рваное дыхание.

Облизываю пересохшие губы.

— Возможно, мне придётся уехать на какое-то время, Кир, — ударяет мой мозг своим высказыванием. — Вопрос не решён до конца. Мне нужно ехать сейчас в мастерскую, и оттуда я приму решение.

Он отводит свой взгляд снова. Облизывает губы, слышно глотнув.

— Я так понимаю, это не всё, — произношу я тихим мягким голосом.

Он резко поднимает на меня свой пронзительный тяжёлый взгляд. Сдвигает брови.

Ставит поднос на пол, который уже несколько раз мог опрокинуться.

Обнимает меня, заключив в свои крепкие объятия.

— Ты же знаешь, что мой помощник занимался моими делами, когда мы отдыхали с тобой, — продолжает Захар.

— Знаю.

— Он является ещё и моим гемологом, Кир. Несмотря на то что я хорошо разбираюсь в камнях, мне необходим такой человек в моём деле. Он всегда может полететь в любую точку мира за нужными мне камнями и привезти мне именно то, что нужно. Я сам много времени проводил в разъездах. Но теперь, когда ты со мной, я решил, что именно Глеб будет теперь заниматься этим вопросом.

— С ним что-то случилось? — вскидываю бровь.

— Похоже, на него вышли мошенники и прессуют его. Он сейчас как раз находится в одной из поездок по моему поручению. У него проблемы. Я думаю, они не отстанут просто так.

— Когда ты узнал?

— Пару часов назад. Он позвонил мне с другого номера. Шептал мне тревожно, рассказывая о своём положении. Хотя, он совсем не из пугливых.

— Мне страшно, Захар, — прижимаюсь к его груди и слышу, как беспокойно бьётся его сердце. — Может, всё образуется ещё и тебе не придётся никуда отправляться. Я боюсь за тебя.

— Не бойся, Кир, — гладит мою спину. — Я должен ему помочь. Он из-за меня попал в беду. Я не могу оставить Глеба одного. Вдвоём мы обязательно что-нибудь придумаем с ним.

Сглатываю.

— Так ты всё уже решил?

Глава 52

Захар делает усилие обнять меня крепче. Прислоняется к моим волосам, делая глубокий вдох.

— Решил, Кир, — произносит едва слышно осипшим голосом. — Я вернусь. Не расстраивайся. Ничего же страшного не происходит.

— Сейчас не происходит. А там… — замолкаю.

— Что там, Кир?

— А если там произойдёт?

— Не произойдёт, Кир, — говорит мне так, а я считываю с его голоса неуверенность. — Не может произойти. Меня дома будешь ждать ты. Я буду знать это и постараюсь по возможности быстро урегулировать все проблемы.

А для меня кажется это его обещание несбыточным.

Что можно ждать от людей, решившихся на преступление. Из-за чего его помощнику приходится прятаться.

— Только ты звони мне, — умоляю его. — Как будет свободная минутка, сразу звони.

— Конечно, — усмехается, целуя меня в макушку. — Мне пора. Нужно сделать ещё кое-какие дела перед вылетом.

— Ты и билет уже купил?

— Купил, — подтверждает Захар.

— Не скажешь, куда летишь?

— Пока нет. Напишу, когда улажу все свои дела.

— Почему? — не могу смириться с его решением.

— Не хочу, чтобы вы стали вмешиваться. Чтобы не испортили мои переговоры с мошенниками.

— Переговоры, — мой голос окончательно садится. Растираю шею подрагивающими прохладными пальцами.

— Достаточно информации, Кир. Я и так тебе много чего рассказал. Не распространяйся пока. Хорошо? — просит меня, и паника охватывает меня ещё больше.

— Хорошо, — обещаю ему. Моё тело прихватывает ознобом. Не могу согреться.

— И вот ещё что, — берёт папку с прикроватной тумбочки. — Я вчера тебе говорил о подарке, — вынимает какие-то документы. Я так думаю, потому что вижу, как они оформлены.

— Что это?

— Это дарственная, оформленная на тебя, — припечатывает он, поддёргивая мои волоски на коже.

Горло раздирает от горячего глубокого дыхания. В носу щиплет.

— Какая ещё дарственная? — вибрирующим голосом задаю ему вопрос, пытаясь рассмотреть черты его лица через выступившие слёзы на краю моих подрагивающих век.

— На эту квартиру, Кир, — вкладывает документ в папку. Захлопывает её и кладёт на тумбочку.

— Зачем? — протягиваю через стон. — Мне ничего не нужно от тебя. Я лишь хочу, чтобы ты был со мной рядом.

— Я знаю, Кир. Я тоже очень хочу быть с тобой. Но мне нужно решить этот вопрос. И больше я никуда от тебя не уеду.

Я вскакиваю с кровати.

Бегу в гардеробную.

— Я поеду с тобой, — выкрикиваю ему оттуда, запинаясь за чемодан.

— Нет, Кир, — он заходит ко мне. — Я поеду один. Я не могу рисковать тобой.

— Рисковать?

— Я не так выразился, — поправляет себя Захар. — Не хочу, чтобы ты переживала. Просто жди меня здесь. Хорошо?

Приседаю на его чемодан. Плечи падают вниз.

Он прислоняет меня к себе. Я прижимаюсь к нему, обвив его бёдра ослабленными руками.

— Пойдём, — взывает он. — Проводишь меня.

Поднимаюсь, дав взять чемодан Захару.

— Не переживай, Кир, — проговаривает быстро. — Я позвоню. Всё будет хорошо.

Прощаемся с ним, сливаясь в поцелуе.

И после его ухода давящая тишина проникает в мою голову мучительным гулом, переросшим в шум.

Как бы он ни старался успокоить меня, дурное предчувствие поселяется в моём сознании.

Пытаюсь успокоиться, зная, что это сейчас очень важно. Важно для меня и Захара.

Жду от него звонка, нарезая круги по комнате. Смотрю на время. Как же тянется оно сегодня.

Принимаю звонок от Артёма, водителя Захара.

— Кира Олеговна, — слышу знакомый голос в своём телефоне. — С сегодняшнего дня я полностью в вашем распоряжении.

— Как это понимать? — вдавливаю ладонь себе в лоб. — Это Захар так решил? Почему мне не сказал?

— Я просто водитель. Как мне сказал Захар делать, так и делаю, — сухо произносит он. — Какие будут распоряжения на сегодня?

— Заедь за мной через час. Я поеду к себе в студию.

Что решил Захар? Что происходит на данный момент?

Есть ли какие-нибудь новости от его помощника?

Засыпаю себя вопросами, пока собираюсь.

Из рук всё валится. Не могу сосредоточиться на чём-то одном.

Чем я могу помочь своему любимому мужу?

Хочется сорваться к нему. Сделать всё, что в моих силах.

Только что я могу?

Остаётся только ждать и переживать за него в одиночку. Ведь по его просьбе, я не могу ни чего рассказывать ни его родителям, ни его сестре. Вообще никому.

Еду к себе. Через некоторое время приходит сообщение от Захара.

“Я отправился в другой город. Скоро вернусь. Люблю. Твой Захар.”

Глава 53

ЗАХАР.

Уже на месте, набираю номер Глеба, с которого он мне звонил в последний раз.

Он называет мне название и адрес гостиницы, где сейчас пережидает время.

Вызываю такси и еду к нему.

Снимаю себе номер тут же и иду к нему, предварительно сообщив ему о своём визите.

— Привет, Глеб, — приветствую его тихо и прохожу внутрь.

— Привет, — почти шепчет он, — выглядывая в коридор.

Аккуратно закрывает за собой двери и идёт ко мне, стараясь наступать на пол бесшумно.

— Рассказывай, что здесь происходит, — говорю ему, устраиваясь в кресле у стены.

— Я договаривался с поставщиками. Отобрал нужные нам драгоценные камни. Проверил их качество и подлинность. Оформил доставку. Хотел звонить тебе, чтобы переводили деньги, — быстро проговаривает Глеб, всё время нервно глотает. — И тут мне поступает звонок.

Сосредоточенно смотрю на Глеба, выламывающего себе пальцы. Он теребит волосы. Не может нормально сидеть на кресле, стоящем рядом со мной.

— Кто звонил? — вскидываю брови.

— Они мне представились как служба безопасности. Хотели проверить, есть ли у меня наличные. Предупредили, что очень опасно иметь при себе крупную сумму. Если у меня есть такие деньги, они помогли бы мне безопасно для меня положить их на счёт. Даже ехать никуда не придётся. Они всё сделают сами. Интересовались, каким образом я буду осуществлять платёж за приобретённый товар. Интересовались один я здесь или ещё кто-то есть.

— И ты им всё рассказал?

— Нет, конечно. Эти вопросы вызвали у меня подозрения. Впрочем, как и этот звонок от неизвестных мне людей. Я сказал, что не стану выдавать им никакой информации. Что не нуждаюсь в их помощи и услугах.

— И тогда они стали угрожать тебе, — помогаю Глебу.

— Да. Они сказали, если я не предоставлю им всю информацию немедленно, то не смогу выехать из этого города, — продолжает взволнованно Глеб.

— И каким образом они помешали бы тебе это сделать? Они же тебя в глаза не видели. Или это не так? — пытаюсь рассуждать.

— Да. Они меня не видели. Но все данные нашли мои. И даже прислали мне мою фотографию, — шумно сглатывает. — И… Краткую биографию моей жизни.

Размышляю о случившемся. Об угрозе, которая нависла над моим помощником.

— Что они хотят?

— Денег. Они поняли, что я платёжеспособный. Что напали на нужного человека. Что удача повернулась им.

— Это они тебе так сказали?

— Да. Когда я им сказал, что не буду связываться с ними. И платить ничего не буду. Они сказали мне, что просто так не отпустят меня. Если не пойду им навстречу, достанут меня в любом уголке мира.

— Тут, я думаю, они просто решили взять тебя на понт, — предполагаю я, не веря во всесильное влияние мошенников. — Ты обращался к поставщикам?

— Нет. Ни к кому не обращался. Они пригрозили мне, если вякну хоть кому-нибудь, то смогу попрощаться со своей жизнью. Что меня не найдут.

— Ты предпринял что-нибудь за это время? — спрашиваю с нажимом. — Хоть что-то ты сделал за время, что находишься здесь?

— Да, Захар. Я записал все разговоры и ждал тебя. Меня они могут попросту вычислить, а тебя не знают, — кусает губы. — Если только не начали копать глубже и не знают, что ты владелец мастерской, в которой я работаю.

— Не могу пока понять, замешен ли наш поставщик во всей этой ситуации. Кто слил информацию? Ведь кто-то определённо знал, что ты летишь сюда, чтобы всё проверить на месте и оформить сделку. Кто-то решил воспользоваться твоей беспомощностью в чужом городе. Кто-то решил припугнуть тебя, зная, что ты бессилен здесь.

Размышляю и ужасаюсь своим мыслям.

А может этот кто-то хотел выманить меня?

— Если честно, Захар, я думаю, что эти люди случайно вышли на меня. Удачно, как они сами сказали. И просто хотят денег срубить. Я до конца не уверен, что они могут воплотить свои угрозы. Я сомневаюсь в их намерениях. Они явно блефуют.

— Так почему же ты прячешься? Нужно было закончить все дела и возвращаться.

— Возможно, ты прав. А я просто струсил, — признаётся мне Глеб. — Мне стало страшно. Впервые. Я просто не знал как мне действовать. Какую опасность можно ожидать от них.

— Тогда давай сделаем так, — принимаю решение. — Я не буду

— Я могу поехать с тобой, — предлагает Глеб. — Я хочу действовать вместе с тобой. Из-за меня ты тут и я не хочу, чтобы ты мог пострадать. Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Ведь ты только что женился и нужен своей жене.

Я сглатываю, смыкая подрагивающие веки.

Кира. Моя Кира.

Крепко сжимаю пальцы в кулаки. Стискиваю зубы, ощутив напряжение скул.

Сердце грозно ударяет о грудную клетку, отзываясь эхом в висках.

— С нами ничего не случится, — вселяю в Глеба уверенность своим твёрдым голосом и напористым взглядом. — Я всё улажу.

Глава 54

КИРА.

Весь день не могу толком соображать.

Мысли калейдоскопом кружатся в моей ватной голове. Путаются. Не связываются одна с другой.

Марина прониклась моим состоянием и взяла управление студией на себя. Я охотно согласилась и вызвала Артёма, чтобы отвёз меня домой.

По дороге к дому мне пришло сообщение от Захара.

“На время этот номер будут не доступен. Перезвоню, как всё улажу. У меня всё хорошо. Люблю. Целую.”

Почему он не звонит, а пишет?

Наверное, не хочет слышать мой расстроенный голос. Не хочет чувствовать мой волнение.

И когда я дома, располагаюсь на кухне за чашечкой горячего зелёного чая с мятой, мой телефон напоминает о себе, выдавая привычную мелодию звонка.

— Добрый день, Марк Львович, — без всякого энтузиазма приветствую отца Захара. Не знаю, как скрыть от него своё волнение. Не знаю, о чём с ним разговаривать, если последуют вопросы о Захаре.

— Здравствуй, Кир, — нотка подозрения прослеживается в его суровом голосе. — Не подскажешь, где бы мог быть мой сын на данный момент. Никак не могу дозвониться до него. Неужели вы до сих пор не выходили из квартиры после первой брачной ночи.

Мне кажется, что он хочет задеть меня своей иронией.

— Я вернулась со своей работы. Захара нет ещё дома. Не знаю, где он может быть сейчас, — выдаю ему то, что приходит на ум. Другого варианта ответа у меня нет. — Возможно, у него появились непредвиденные обстоятельства и он не может ответить нам в данный момент, — решаю добавить.

— Понятно, — цокает Марк Львович. — Потеряли мы сына. Так я и знал.

Мурашки прихватываю мою кожу. Что значит потеряли?

— Не понимаю. Как это потеряли? — задаю вопрос через резкий выдох, обжигающий моё горло. Мои мысли направлены сейчас только в одну сторону.

— Потеряли, потому что женился наш Захар и теперь его семьёй стала любимая жена, — поясняет свои слова и я выдыхаю с облегчением.

— Не говорите так. Захар всегда вас любит и ценит. Вы очень важны для него. Вся семья важна, — говорю то, что приходит на ум. — Вы всегда будете занимать в его сердце определённое место. Даже не думайте…

— Я утрирую, Кир. Не хотел обидеть тебя, — он не даёт мне высказаться дальше. — Объявится Захар, пусть мне позвонит, — его голос звучит тише.

— Я передам, — рвано выдыхаю, отводя телефон в сторону. Не хочу, чтобы у отца Захара возникли подозрения.

— До свидания, Кира.

— До свидания.

Пытаюсь включить мозг и начать нормально соображать. Откинуть свою тревогу. Успокоить панику.

Накидываю варианты, кто бы мог причинить вред Глебу, помощнику Захара.

А может, таким образом хотят подобраться к Захару, действуя издалека.

А может мне?

Начинаю с себя. Считаю, нужно всегда начинать с себя. Нельзя исключать такого варианта никогда.

Есть ли у меня враги?

Вроде, нет.

Ничего плохого я в жизни никому не делала.

Платон?

Не думаю. Зачем ему нужно портить мне жизнь? Он же раскаялся в своих поступках. Да и не на что ему рассчитывать. Этого человека я терпеть не могу. Он показал мне как может выглядеть мужчина, которого можно ненавидеть. Которому нельзя доверять.

Надя?

Не думаю.

Да, она поначалу вела себя некорректно. Во время подготовки к судебному заседанию перешла с моей стороны на сторону Платона. Осталась с ним, закрыв на его поступки глаза. Влюбилась. Я сама видела, как она изменилась. Как заботливо она относится к нему.

Нет. Это точно не она.

Родственники у нас — все порядочные люди. Никто никогда не станет вредить друг другу. Никто не опустится до такого уровня подлости.

У меня на работе?

Там вообще ничего не знают о моей личной жизни. Только Марина. Да и то, так, по мелочам. Я не вдаюсь в подробности, которые не касаются других людей.

Круг сужается.

Голова раскалывается на мелкие кусочки.

Может кто-то из прошлого?

Ну нет у меня врагов. Нету.

Может это Эля так решила отомстить нам?

Как проверить свои подозрения?

А могу я проверить их с помощью родственников Захара.

Только он просил меня не распространяться.

Как же мне поступить?

Просто сидеть и выжидать время? Не дёргаться?

А вдруг что-то случится плохое. Тогда я до конца жизни не смогу простить себе, что ничего не предприняла. Что сидела спокойно дома, сложив свои нежные ручки. Попивая горячий чай в квартире Захара.

Я даже не знаю, увидимся ли мы с ним снова.

Распахиваю широко глаза, когда последняя мысль настигает меня.

Надо же додуматься до такого.

Нет. Я не допущу этого.

А к кому я могу обратиться, уже знаю.

Глава 55

Подкинула же нам жизнь испытание. Разлучила нас в первый же день нашего с Захаром замужества.

Звоню Тёме, водителю мужа.

— Артём, — решительно разговариваю с ним. — Подъедь, пожалуйста. Мне нужно серьёзно поговорить с тобой.

И спустя короткое время он уже в нашей с Захаром квартире. Не думаю, что появление Артёма здесь может оказаться дурным тоном. Тем более, Захар ему полностью доверяет. И раз он в моём распоряжении, то могу поступать как хочу и разговаривать тоже, где хочу.

— Ты в курсе дел Захара? — начинаю свой допрос. — Знаешь куда он отправился? Что за цель его поездки?

Артём, как остановился у входа, так и продолжает там стоять, высверливая в полу дырку.

— Не могу ничего сказать, — лишь произносит неуверенно.

— У Захара есть враги? — захожу с другой стороны. — Или недоброжелатели?

— Кира, — Артём поднимает на меня свой серьёзный проникновенный взгляд. — Я много лет работаю у Захара. И для меня его просьбы, всегда закон.

Выгибаю брови.

— Похвально, — даю оценку его поведению.

Он пристально смотрит в мои глаза, переполненные вопросами в пронзительном

— Но ты теперь мой водитель, Артём, — произношу спокойно. — И теперь ты будешь выполнять мои просьбы и поручения. Ведь так?

— Совершенно верно, — прокашливается Артём.

— Тогда первая моя просьба, рассказать мне всё, что ты знаешь, — продолжаю прожигать его взглядом. — Захар же назначил сам тебя моим водителем. Он доверил тебе мою жизнь, — перехожу на манипуляции.

Знаю, это не красиво. Но по другому просто не могу сейчас поступить. Желание помочь своему мужу превыше всего.

— Кира. Я не предатель, — взгляд Артёма становится холодным.

— Хорошо, что ты такой, — делаю глубокий вдох. — Но, если мы не поможем Захару, то я не знаю, чем может закончиться эта его поездка. Мне просто страшно и всё. Извини, я не хотела, чтобы ты предал его. И себя тоже.

— Я понимаю ваше беспокойство, Кира. Захар скоро вернётся. Не переживайте.

Всхлипываю, глотнув воздуха.

Опускаю свой взгляд, отворачиваясь от Артёма.

Резко взмахиваю ресницами.

— Можешь кое-что сделать для меня? — обращаюсь к нему осипшим от волнения и переживаний голосом.

— Да, конечно, — отвечает он мне не раздумываю.

— Можешь проверить, не причастна ли ко всей этой истории Эля, — краснею, называя её имя. — Бывшая девушка Захара, — мои щёки начинают полыхать.

— Проверю. Не беспокойтесь, — успокаивает меня, вселяя надежду. — И знаете, что… — мнётся на месте.

— Что? — хриплю я.

— Я помогу вам. Обращайтесь ко мне всегда. В любое время дня и ночи, — мягкость появляется в его голосе.

— Почему ты так решил? — удивлённо смотрю в его глаза.

— Я вижу как вы любите Захара. И знаю, как он любит вас. Я просто не могу допустить, чтобы вы страдали, — обжигает мою кожу своим откровением.

— Спасибо, Артём, — почти шепчу. И понимаю, что в его лице у меня появляется преданный друг.

Звонок входной двери заставляет меня содрогнуться.

— Кто ещё там? — смотрю в экран у входной двери.

Марк Львович. Собственной персоной.

Как я могу ему объяснить отсутствие Захара и присутствие Артёма?

Как он расценит такую ситуацию?

Наверное, лучше вообще ничего объяснять не нужно.

Мне скрывать нечего и оправдываться я не буду.

Открываю ему.

— Может я пойду? — предлагает Артём, рассматривая моё невозмутимое лицо исподлобья.

— Не нужно. Дождёмся Марка Львовича и тогда пойдёшь. Лифт один. Ты в любом случае встретишься с ним. Я не хочу недомолвок. Я честна перед всеми.

Открываю входную дверь, не дожидаясь самого Марка Львовича.

Дверь плавно открывается и в дверном проёме появляется отец Захара. Как только видит Артёма, тут же сдвигает свои поседевшие брови.

— Что он тут делает? — задаёт мне вопрос, вытягивая губы в трубочку.

— Приехал по моей просьбе, — отвечаю честно.

— Что за просьба? — тяжело вздыхает Марк Львович.

— Артём теперь мой водитель. Я обсуждаю с ним кое-какие детали его дальнейшей работы, — остаюсь непреклонной.

— И эти детали нужно было обсуждать именно здесь? — свирепствует он. — В квартире моего сына? — сжимает губы в узкую полоску. — Где он?

— Уехал по делам, — приподнимаю плечи, закидывая волосы через плечо. — А где и когда я буду разговаривать со своим водителем, я сама буду решать, — стараюсь выдерживать спокойный тон в голосе.

Марк Львович направляет в меня свой суровый холодный взгляд.

— Ты как со мной разговариваешь? — шипит на меня. — Кто ты такая?

Артём продолжает стоять у входной двери. Я вижу, как напрягаются его крепкие мышцы. Как расправляются его широкие плечи. Как сжимаются пальцы в кулаки и стискиваются зубы, показав мне острые скулы.

Глава 56

— Я? — морщу лоб. — Жена Захара. Вы забыли? — припоминаю.

— Не забыл, — Марк Львович одёргивает свой пиджак за края. — Только ты здесь находишься с нашего согласия, — звучит от него унизительно для меня.

— Это почему же? — скрежещу зубами. — С вашего?

— Если бы я не пошёл на уступки сыну, то не было бы никакой свадьбы, — обдаёт мою кожу ледяной дрожью.

Какой же самоуверенный. Видно, что его не отпустило до сих пор. Ему не нравится, что я могу так разговаривать с ним и так вести себя.

— Считайте как хотите. Я могу спокойно прожить без вашего общества. Мне не доставляет удовольствия слышать ваши высказывания в мою сторону. Разговаривайте с сыном, когда он приедет. А я не желаю общаться с вами в таком тоне. И… — обжигаю его багровое лицо своим вспыхнувшим взглядом. — Если Захара не будет дома, то я больше не открою вам дверь.

Его лицо медленно вытягивается.

— Ты вылетишь отсюда. Немедленно, — цедит сквозь зубы. — С Захаром я сам поговорю. Собирайся. Я жду, — складывает крупные руки у себя на груди. — И ты давай, выметайся, — обращается к Артёму, на что тот лишь издаёт лёгкую усмешку.

— Я старалась быть вежливой, — выпрямляю спину. — В своей квартире.

Марк Львович быстро моргает.

— Что ты сказала? — задаёт мне вопрос шипя, качнувшись в мою сторону.

— Что слышали, — прикрываю веки. — Это моя квартира. Мне её Захар подарил. На свадьбу.

В его взгляде тут же появляется злость.

Я думаю, что этот человек хотел бы, чтобы всегда всё было по его. А тут появилась Кира и всё пошло под откос. Он потерял контроль над жизнью сына. Смею предположить, он думал, что если не будет препятствовать женитьбе Захара на мне, мы будем до конца своей жизни благодарны ему.

Ну уж нет. Он просчитался. Придётся ему принимать меня такой какая я есть. Или не принимать. Это его решение. А его выходки я терпеть не собираюсь.

Получается, можно быть для всех примерным мужем, отцом, партнёром. Но когда наступает такая ситуация, какая произошла у нас с Захаром, то можно и зубы показать. Показать мне, кто тут у нас главный.

Пусть поступает, как хочет. Только без меня.

— Ты врёшь! — выплёвывает он. — Этого не может быть.

— Документы показать? — не прогибаюсь я под тяжестью его гневного взгляда.

Ухожу в комнату за папкой с дарственной.

— Вот. Смотрите, — открываю её перед ним. — Убедились?

Марк Львович вынимает из кармана пиджака носовой платок. Обмакивает на вспотевшем лбу выступившие испарины.

— Вот я дурак, — протягивает шёпотом. — Какая-то девка позволила мне обвести себя вокруг пальца. — Смотрит на меня широко раскрыв глаза.

— Я не девка вам. Я не потерплю оскорблений в свой адрес, — в моём голосе слышится злость. — Освободите мою квартиру.

— Я открою Захару глаза, — открывает входную дверь и задерживается в дверном проёме. — Я всё ему расскажу…

— Делайте что хотите. Мне не интересно, — давлю на дверь, чтобы помочь Марку Львовичу выйти.

Он не даёт закрыть мне дверь. Давит на неё плечом.

Тогда Артём помогает мне. Напирает на неё, как бы невзначай.

— Я всё расскажу Захару, — не

Раз. Два. Три. И нам удаётся вытиснуть отца Захара в просторный коридор.

— Какой он тяжёлый, — проговариваю вслух, когда мы остаёмся одни с Артёмом.

— Он сложный человек. Но отходчивый. Я уверен, что он всё переосмыслит и ещё извиняться будет.

— Да не нужны мне его извинения. Просто хочу, чтобы по-человечески относился ко мне. А то видит во всех опасность. Возможно, его работа так влияет на него. Но должен же он принимать выбор своего сына, — рассуждаю я. Хочу, чтобы было всё по справедливости.

— Я тогда съезжу сейчас кое-куда. Есть у меня некоторые соображения по Эльвире. И отзвонюсь вам.

— Давай на “ты,” — предлагаю ему. Как-то неловко слышать к себе такое обращение от молодого человека, младше меня.

— Давай, — Артём улыбается мне своей широкой улыбкой и я чувствую, что это серьёзный парень принял меня.

Жду от него звонка, не вынимая телефона из рук. Надеюсь, что может позвонить Захар.

— Кира, — принимаю звонок от Артёма. — Эля отправилась на отдых со своим новым парнем. Её нет в городе. У неё любовь. Ей вообще не до чего сейчас.

— Как тебе удалось узнать о ней? Так быстро.

— С её водителем поговорил. Спросил его, до сих пор возит её или на другое место устроился? Он и рассказал мне о ней.

— Спасибо, Артём, — благодарю его протяжно выдыхая. — Думаю, скоро всё образуется.

— Обязательно, — поддерживает он меня. — Ещё будут какие-нибудь просьбы?

— Нет. Появятся, обращусь.

— Тогда, до свидания.

— До свидания.

Только успеваю сбросить вызов, как раздаётся звонок входной двери, заставив моё сердце встрепенуться и забиться быстрее.

Кто бы это мог быть в такое время?

Глава 57

Ольга Сергеевна.

Открываю ей двери.

— Кира, здравствуй, — здоровается со мной тихо, пройдя внутрь в гостиную.

Иду за ней.

— Добрый вечер, — произношу лениво.

— Я знаю, что Маркуша, — впивается в меня своим растерянным взглядом. — То есть Марк Львович, — поправляет себя, опускаясь на мягкий диван. — Был здесь. И судя по тому, что он рассказал мне, то он был не очень любезен с тобой.

Присаживаюсь с ней рядом, окутывая её встревоженное лицо тёплым взглядом.

— Был, — киваю ей. — Да. Марк Львович немного был груб со мной. До сих пор не может смириться с тем, что уступил Захару в выборе. Я так поняла, что Марк Львович хотел, чтобы всё было по его и все слушались его. Что он не хотел терять статус главы семьи.

— Именно так, Кира, — смотрит на меня с нежностью Ольга Сергеевна. — Он всегда такой. Ничего с этим не могу поделать. Как вобьёт себе в голову что-то, то выбивай потом из неё несколько месяцев. Ты прости его.

— Я всё понимаю. Только я не могу спокойно выслушивать его оскорбления. Хотелось бы, чтобы он был помягче со мной. Хочется, чтобы он понял, что я люблю его сына и навсегда с ним.

Ольга Сергеевна медленно опускает свою дрожащую руку на мою.

— Для меня очень дороги твои слова, Кира, — произносит сквозь слёзы. — Я объясню Марку Львовичу, что он напрасно влезает в вашу с Захаром жизнь.

— Спасибо, — прикрываю глаза.

— А где Захар?

— Он уехал по делам. Скоро вернётся.

— Как вернётся, то приезжайте к нам в гости. Я буду очень вас ждать.

Не хочу ей лгать, но, пока Марк Львович не изменит своё отношение ко мне, я навряд ли смогу переступить порог их дома.

— Мы созвонимся с вами и всё обсудим, — всё же обещаю ей.

Взмахиваю ресницами, когда меня начинает тошнить.

Срываюсь с места и едва успеваю добежать до туалета.

Облокачиваюсь на унитаз, опустошая свой желудок от выпитого чая.

Сижу так на полу, пока не наступает короткая передышка.

— Да что это такое? — кружится возле меня Ольга Сергеевна. — Нужно срочно врача вызывать. Что ты сегодня ела?

Пытаюсь освободить своё лицо от растрепавшихся волос.

— Чай пила, — только что могу вспомнить.

— Это не еда, Кира. Тебе нужно обязательно поесть. И вообще, нужно заняться своим питанием…

Она замолкает. Присаживается рядом со мной.

— Ах, — взмахивает ресницами, прикрывая свой приоткрытый рот кончиками пальцев. — Ты беременна? — произносит протяжно тихим голосом.

Оглядывает меня всю. Проводит рукой по волосам, приглаживая их. Смотрит в мои глаза с заботой.

Прикладываю руку к животу. Не ощущаю никаких изменений.

Наверное, она ошиблась. Просто не может быть, чтобы я сейчас была беременна. Это уж я точно знаю.

Задумываюсь.

Нет. Мы только один раз не предохранялись с Захаром. Перед его отъездом. Я уверена в этом. Я всегда настаивала на средствах защиты. Слишком рано меня начало тошнить. Так не бывает.

— Сейчас закажу с курьером, чтобы нам доставили тест на беременность, — берёт под контроль моё состояние Ольга Сергеевна.

Делает заказ.

Остаётся со мной.

Я не противлюсь её решению. Пусть моя свекровь сделает так, как считает нужным.

— Как замечательно, Кира. Наконец-то у нас появятся внуки. Я так долго этого ждала. Настя с Родионом чего-то тянут. Хоть вы оказались проворнее, — улыбается мне, даря нежность во взгляде.

И тест не подтверждает мою беременность.

Впрочем, я знала о результате.

— Кир. Я завтра съезжу с тобой в клинику, если позволишь, — проникается Ольга Сергеевна. — Пока Захара нет в городе, позволь мне быть рядом с тобой и сопровождать тебя. Ведь столько нужно всего сделать. Нужно проверить тебя, — машет рукой. — Уйма всего.

Облизываю губы. Стараюсь дышать медленно. Глубоко.

Боюсь глотать. Не хочу, чтобы тошнота подступила снова.

— Не нужно, — ограничиваю её в своих порывах. — Когда потребуется… Или, если потребуется, — поправляю себя. — Мы обратимся с Захаром к нужному специалисту. Спасибо вам за заботу и внимание.

— Отдыхай, Кира, — вижу, как блестят глаза Ольги Сергеевны. — Обращайся ко мне, когда захочешь.

Проводив её, едва дохожу до кровати и мгновенно погружаюсь в сон.

Я долго спала. И моё состояние, которое испытываю сейчас, немного потерянное.

И за то, что Ольга Сергеевна оказалась со мной рядом в этот момент, очень сложный для меня, я благодарна ей.

Стараюсь отвлечься за своей любимой работой.

Вечером, находясь в полудрёме, — едва могу различить мелодию входящего звонка.

Мне звонит неизвестный номер.

Решаю принять его. Принимаю вызов и молчу.

Слышу чьё-то шумное глубокое дыхание по ту сторону телефона.

Моё сердце сжимается от боли.

— Кира. Кир, — вздрагиваю от тихого голоса Захара.

— Да, — тянусь к своим приоткрытым губам. Дотрагиваюсь до них подушечками прохладных пальцев.

— Как хорошо, что ты ответила мне, родная, — утопаю в мягком звучании его голоса. В любимом. Нежном. Родном.

— Когда ты

Глажу свой плоский животик рукой. Хочу ощутить частичку Захара внутри себя.

— Скоро, любимая, — продолжает он. — Думаю, через два дня буду уже дома. Как ты там без меня?

— Я очень скучаю по тебе. Возвращайся поскорее, — стараюсь не выдавать своего волнения. — Я очень люблю тебя.

— И я очень тебя люблю, Кир, — произносит твёрдо. — Я позвоню тебе. Пока.

— Пока.

Тишина окутывает меня.

Прикладываю руку к животу.

— Я готова стать мамой…

Глава 58

ЗАХАР.

Поговорив с поставщиком, я убедился, что он не причастен к истории в которой оказался мой помощник Глеб.

Я завершил все дела с ними и решил обратиться в полицию.

Подробно рассказал, что произошло с Глебом. Что мы пока решили не обнаруживать его. Что я решил действовать от его лица в целях безопасности.

Чему научил меня мой отец, так всегда быть честным и законопослушным.

И ужек вечеру были готовы первые результаты.

Как оказалось, местные ребятки, давно промышляющие и трущиеся возле стоянки такси в аэропорту, решили заняться новым делом.

По камерам видеонаблюдения удалось выйти на их след.

На них видно, как они вычисляют свою жертву.

Водители за отдельную плату дают информацию, куда доставили клиента. Если это место престижное, то берутся его обрабатывать.

Так они решили работать. Первый раз. И первый же раз попались на своей неудаче.

На ресепшен представились, как миграционная служба и просили дать сведения о моём помощнике, которого якобы хотят проверить. Что по нему поступили некие сведения, которые нужно подтвердить или опровергнуть в срочном порядке.

Девушка-администратор охотно выдала им все сведение об их постояльце, полагая, что помогает раскрыть особо опасного преступника, не сообщая своему руководству. Они пообещали ей, что её поступок будет высоко оценён и вознаграждён.

— Так что, Глеб, — обращаюсь к нему после окончания разбирательств. — Мы подкинули местным полицейским работы. Мошенниками оказались местные парни, которые были в поисках занятия по душе. Они нашли его, — киваю. — Хотели разводить гостей, прибывающих в город. Если не получали бы своего, им просто могли угрожать, что те ни смогут покинуть город не заплатив.

— Это же бред, — восклицает Глеб. — Теперь им статья светит.

— Бред не бред, а нервы они тебе смогли потрепать, — ухмыляюсь. — Да так, что тебе пришлось перейти на другой номер телефона и укрыться на время.

— А кто мог знать, что эти парни блефуют? — возражает он мне.

— Ты прав, — киваю утвердительно. — Мы не могли с тобой знать, чем может обернуться для нас их предпринимательство. И как далеко они могут пойти.

— Хорошо, что всё так для нас закончилось, — делает вывод мой помощник. — Кто знает, на что они готовы ради денег.

— Теперь-то, я думаю, их прижмут и хорошенько накажут. Чтоб не повадно было фигнёй заниматься.

— Спасибо, дружище, — Глеб пожимает мою ладонь своей крепкой. — Давай возвращаться.

— Рано, — останавливаю я его спокойным голосом. — Тебе нужно показания дать. Официально подтвердить, как с тобой обошлись эти парни. Ты же говорил, что записывал их разговоры.

— Да, конечно, — соглашается он со мной не раздумывая. — Когда нужно это сделать?

— Завтра с утра поедем в отделение. Опишешь всё подробно. Передашь записи разговоров. Оставишь свои контакты, чтобы они смогли с тобой связаться в случае чего. Я уже свои оставил. И тогда, я думаю, мы сможем с тобой вернуться.

Стук в дверь нашего номера заставляет меня и Глеба обернуться в её сторону.

— Ты кого-то ждёшь? — спрашиваю у него тихим голосом, насторожившись.

— Нет, — кавает он головой, опустив уголки губ и сдвинув брови.

— Может доставку еды делал? — накидываю вариант.

— Да нет. Говорю же тебе, — громко шепчет Глеб, разводя руками.

Я подхожу к двери.

Открываю.

Передо мной стоит молоденькая заплаканная девушка в форме персонала гостиницы.

— Можно войти? — просит у меня разрешение, поглядывая на меня исподлобья.

— Проходи, — приглашаю её жестом руки. — Ты кто?

— Я — Вика. Работаю здесь не так давно, — говорит она, прерывая слова своим всхлипыванием.

— Это ты дала информацию людям, которые спрашивали про Глеба? Поэтому ты сейчас здесь? — мой голос становится громче.

— Я, — кивает, опустив свой печальный взгляд. — Что теперь со мной будет? — медленно поднимает ресницы. Вы можете сказать, что я не причастна ко всей этой истории?

— Нам это зачем? Пусть полиция разбирается во всём этом деле. И я понятия не имею, какую роль играешь ты во всём этом. Может, ты врёшь нам сейчас.

Девушка с трудом глотает. Вдыхает через рот.

— Да не причастна я. Не подумала, что натворила. Я ведь совсем недавно переехала жить в это город. В другом у меня была любимая работа моделью. Любимый человек, который меня бросил. Из-за которого мне пришлось уехать из города. Здесь я решила начать заново строить свою жизнь. Сменила род деятельности. Решила, буду спокойно незаметно жить здесь и всё, что случилось в моей жизни плохого, постепенно забудется, — пытается разжалобить нас своим рассказом.

Мы слушаем её без особого желания.

— Я не могу повлиять на ход следствия, Вика, — произношу ей, когда она делает паузу. — Ничем не могу тебе помочь.

— Жаль, — в её взгляде появляется искорка кокетства.

Девушка двигает плечом. Прижимается к нему щекой, облизнув свои пухлые губы.

— Я бы не осталась в долгу, — произносит томно. — Вы бы оба остались довольны.

Кровь вскипает в моих венах. Глаза наливаются кровью.

Вот же дрянь. Есть же такие.

Сжимаю пальцы в кулаки, крепко сомкнув зубы. Почти до скрежета.

— Пошла вон, — рявкаю на неё. — Чтобы больше никогда не видел тебя, — мой голос звучит угрожающе.

В широко распахнутых глазах девушки отражается неподдельный страх. Она срывается с места и устремляется прочь.

— Ничего себе штучка, — усмехается Глеб. — Жизнь захотела поменять. Ага. Так мы и поверили. Нового мужика скорее захотела себе здесь найти. Наверняка у себя в городе уже всех перепробовала.

Замечание отвратительное, но, уместное. Оставляю его высказывание без комментария.

На следующий день передаём нужную информацию в правоохранительные органы.

Заказываем билеты и возвращаемся домой.

Глава 59

Утыкаюсь в его упругую грудь лицом.

— Тебе виднее, — отвечаю ему.

— Хм. Странно.

Я улыбаюсь, затаив дыхание. Наслаждаюсь теплом его тела. Его присутствием.

Как же я соскучилась по нему.

— Как съездил?

— Хорошо.

— Что за непредвиденные обстоятельства, по которым тебе нужно было срочно отправиться в другой город?

— Так, Кир. Местная шантрапа решила заняться нелегальным бизнесом, и Глеб попался под их горячую руку. Всё обошлось. Слишком много болтунов оказалось в этой истории. За деньги готовы любую информацию слить, — коротко обрисовывает

— Глеб испугался?

— Не особо. Ему просто нужно было понять, какие последствия могут вытекать от угроз преступников. Нужно было понять, как действовать. Понять, можно ли свободно выходить на улицу. По телефону они запрашивали огромную сумму денег, когда не получилось договориться через обман. В случае отказа грозились, что он никогда не сможет вернуться к себе на родину.

— А когда ты приехал? Что произошло?

— Я урегулировал все вопросы со своим поставщиком. Убедился, что он непричастен ко всей этой неприятной истории. Потом обратился в соответствующие органы, и им удалось без труда вычислить компанию местных парней, которые решили сделать нашего Глеба беднее. Из-за своей неопытности их план не сработал.

— Кто-то проболтался и раскрыл их?

— Их вычислили по камерам видеонаблюдения. Они купили информацию у местного таксиста, куда поехал Глеб. Убедились, что в дорогую гостиницу. Решили, можно поживиться на нём. У сотрудницы гостиницы выудили нужную информацию о нём, пообещав вознаграждение.

— И она так просто согласилась?

— Да. Девушка оказалась неопытной. Сказала нам с Глебом, что не так давно устроилась работать в эту гостиницу. Что приехала из другого города, после того как её бросил любимый человек. Хотела начать жизнь заново. Представляешь, — усмешка слетает с его губ. — Эта Вика пришла к нам в номер и просила, чтобы мы подтвердили её непричастность ко всей этой истории.

— Вика?

Волоски на коже шевельнулись, когда это имя прозвучало от Захара.

— Да. Так она нам представилась, — продолжает рассказывать Захар монотонно. — Да это неважно. Самое поганое было то, что она предлагала нам, через намёки, конечно, щедрое вознаграждение. Которое понравилось бы обоим.

— Как она выглядела? — всё же я зацикливаюсь на ней.

— Рыжая такая. Нахальная. Поначалу строила из себя саму невинность. Даже слезу пустила. Потом начала кокетничать с нами.

Мои щёки прихватывает горячим румянцем.

— Это всё?

— Вроде да, — выдаёт мне Захар через паузу. — Хотя, она говорила, что работала в городе, из которого приехала, моделью.

Сердце стукнуло о грудную клетку и устремилось вниз.

— Что-то не так? — Захар прихватывает мой подбородок пальцами и поднимает его, чтобы заглянуть в мои глаза. — Тебе не понравился мой рассказ? — всматривается в мои глаза проникновенно.

— Всё так. Просто эта девушка мне напомнила одну особу, — замолкаю, прокручивая у себя в голове события минувших дней. — Любовницу моего мужа. Я будто ощутила её присутствие, и мне стало неприятно.

— Не вспоминай о плохом, Кир. Они не стоят твоих переживаний. Пусть каждый живёт своей жизнью. Как хочет. А мы будем жить своей. Как захотим. И никто нам не помешает быть счастливыми. А ту девушку мы выгнали и сказали ей, чтобы больше мы её не видели. Так что забудь Кир. Обо всём забудь.

Он заботливо смотрит мне в глаза, когда всё это произносит. Склоняется к моим губам и накрывает их страстным поцелуем.

И уже в нашей квартире, решаю не медлить.

— Захар, — обращаюсь к нему волшебным голосом.

— Да, любимая, — подтягивает меня к себе за талию. Склоняется надо мной, уперевшись своим лбом о мой.

— Я очень хочу от тебя детей, — произношу тихо, всматриваясь в его карие глаза, которые наполняются мощнейшей энергией.

Короткое оцепенение.

Потом я оказываюсь у него на руках, обвивая его крепкую шею своими тонкими ручками.

— Кира. Я самый счастливый мужчина на свете, — восклицает он, кружа меня посреди комнаты. — Я так рад. Ты не представляешь, — останавливается возле кровати и бережно отпускает меня на неё.

Освобождает меня от одежды.

Медленно склоняется к моему животу.

— Скоро там будет жить наш маленький малыш, — произносит тихо, едва касаясь губами моей чувствительной кожи вокруг пупка.

— Обязательно будет, — провожу Захару по волосам. — Только понадобится какое-то время, чтобы он дал нам о себе знать.

— Это неважно. Мы дождёмся этого момента. Главное, что он будет и мы очень сильно будем его любить.

— Угу, — только могу выдавить из себя. Слёзы подступают. Вот-вот окажутся на свободе.

— Кирочка, моя, — ложится со мной рядом, закутывая бережно одеялом.

Потом обнимает меня, затаив дыхание на мгновение.

Скидывает одеяло. Помогает мне избавиться от одежды, а я ему.

И когда он рядом, я растворяюсь в нём. Тону в его мире, наполненном любовью ко мне.

* * *

В день его рождения мне, Ольге Сергеевне и Насте, удаётся организовать замечательный праздник для Захара и всей нашей дружной семьи.

Именно дружной.

Марк Львович дарит мне огромный букет из нежных роз.

— Лучшей жены не могло быть у моего сына, — едва произнёс он.

По всей видимости, Ольга Сергеевна, провела с ним профилактическую работу, и это помогло поменять ему своё решение и смирится, уже второй и окончательный раз, с выбором сына.

— Ты самая прекрасная женщина, — произносит Захар в присутствии своих родственников. — Я рад, что ты стала моей женой. И что у нас скоро появится малыш.

Кладёт свою руку мне на живот. Гладит его.

Так все узнали о моей беременности.

После небольшой задержки, мы купили тест, который подтвердил мои подозрения.

До этого дня мы договорились с Захаром молчать. Правда, сами узнали совсем недавно, что станем родителями, и нам не долго пришлось скрывать эту информацию.

Немного поташнивает в первом триместре. А дальше я прекрасно себя чувствую всю беременность.

Недели две. Не больше.

От забот и хлопот Захар избавил меня полностью, наняв для нас домработницу, выделив для неё комнату у нас в квартире.

Мы часто разговариваем с нашим малышом. Особенно когда он шевелится в своём маленьком домике в виде моего живота.

После того, что нам становится известно, что у нас будет мальчик, мы приступаем к приготовлениям. Готовимся к появлению его на свет.

В это же время Захар покупает квартиру побольше. Решает, что в нашей недостаточно места и не хочет ютиться.

Роды длятся несколько часов.

Всё проходит благополучно.

И в момент выписки меня с маленьким Мироном нас встречает вся наша дружная семья.

Благодаря своим родным, мне легко даётся воспитание нашего маленько сына. Я могу много времени уделять ему.

А когда Мирону исполняется два года, прямо во время праздника в честь его дня рождения, меня начинает подташнивать от вида торта.

Я вспоминаю свои ощущения, когда забеременела Мироном. Все симптомы похожи.

Тест показывает, что я беременна.

И через несколько месяцев на свет появляется маленькая принцесса Мира.

Наши дети очень похожи на нас. Мирон — копия папа. Мира, совсем кроха, похожая на меня.

Эпилог

Я благодарна судьбе, что

Что мне пришлось испытать определённые трудности. Испытать предательство бывшего мужа, которого я больше не встречала. Которого я не хочу больше видеть. И не хочу, чтобы подобные люди могли присутствовать в моей жизни.

Прошло уже десять лет. И каждый день нашей семейной жизни прекрасен по-своему.

А я влюбляюсь в своего Захара каждый день заново. Он же старается всё свободное время уделять нам.

Мы выстроили загородный дом и каждое лето переезжаем туда жить с детьми на природу.

Посещаем разные места отдыха. Наслаждаемся жизнью.

Мирон с самого детства любит бывать в агентстве своего дедушки Марка Львовича. И уже сейчас его интересует, на чём основывается работа адвоката. Марк Львович очень гордится своим внуком, впрочем, как и всей нашей семьёй.

— Я не ошибся в тебе, Кир, — говорит он как-то мне, а сам не может отвести своего взгляда, наполненного сильнейшей жизненной энергией, от Мирона. — Ты подарила мне такого внука…

Мне кажется, ещё немного и в его глазах появятся слёзы радости.

Я просто улыбаюсь ему в ответ. Ведь я-то помню, как складывались наши с ним отношения вначале. Стараюсь не вспоминать о них. Пусть Марк Львович считает так, как хочет. Я понимаю, что это важно для него.

— Теперь есть кому продолжить твоё дело, — подбадривает Захар его.

— Я научу его всему, — гордо приподнимает подбородок Марк Львович. — Он будет учиться в лучшем университете.

— Мы не против, пап, — соглашается с ним Захар. — Правда, Кир?

— Конечно, не против, — медленно прикрываю глаза.

— Ещё бы и Мира моё дело унаследовала, так вообще было бы замечательно, — немного грустно произносит Ольга Сергеевна, когда мы располагаемся всей нашей большой семьёй в нашем загородном доме. — А то всё камушки да украшения её интересуют.

— Мира, мам, займётся моим делом, — выдаёт ей Захар, любуясь нашей красавицей дочкой. — У неё уже своё место есть в моей мастерской. Она изучает ювелирное дело начиная с самого начала производства.

Кто бы мог подумать. Вроде всего ничего лет-то, а уже определились со своим любимым занятием. Впрочем, этим они похожи на нас, своих родителей.

Захар продолжает заниматься своим любимым делом. Я своим. Только уже реже. Марина занимает должность руководителя в моей дизайнерской студии и всем благополучно управляет. Мне хочется уделять больше времени своей семье. И раз у меня есть такая возможность, хочу воспользоваться ей полностью.

Наши родственники частые гости в нашем доме. Мы всегда радушно встречаем их.

Настя с Родионом ждут своего первенца. Наконец-то у них получилось.

Моя тётя продолжает путешествовать со своей подругой Зиной.

В общем, наша жизнь полна приятных радостных событий.

А мой муж настаивает на третьем ребёнке, и мы уже планируем его.

Нашей любви с Захаром хватит на всех детей, сколько бы у нас их ни было.

Мы достигли своих целей.

И с нашими возможностями мы сможем безбедно жить всю свою жизнь.

А самое главное, мы сумели сохранить нашу любовь и поделиться ей с нашими детьми и близкими.

Конец.