Неприятности по спецзаказу

Пролог

Риша Вольная

Неприятности по спецзаказу

Мы бежали.

Ну, точнее, бежал я. Причём как сумасшедший.

А вот девушку приходилось тащить на буксире.

Она ужасно нас тормозила, но бросить её на съедение медведю я тоже не мог.

Это охренеть, как нам повезло, что я вовремя услышал треск сухих сучьев за кустами и заметил часть туловища этого лохматого чудовища!

Наверное, это был самый быстрый старт за всю мою жизнь. А теперь меня подгонял звук погони за спиной.

В лесу я тоже был впервые в жизни, поэтому, не разбираясь куда, я просто высматривал тропки между деревьями.

— Женя, да давайте быстрее! — уже не выдерживая, прикрикнул я, так как боялся растянуть её руку, всё время дёргая за локоть.

Она что-то ответила, но из-за треска веток и шума в голове я не расслышал. Пульс стучал так, что, казалось, его слышно за километр.

Раздражало непонятное спокойствие моего дизайнера. Они, деревенские, с ними чай что ли по субботам пьют?! И вообще, для них медведь — это лучший друг человека?!

Я, конечно, понимаю, что реагирую бурно, но при виде зверя меня охватила паника и жуткий страх быть растерзанным на мелкие кусочки.

А ещё эти её сумки! Неужели вещи для неё важнее жизни?!

— Соловейчик, бросайте сумки! — приказал я, но она продолжала придерживать их свободной рукой на плече.

Девушка снова что-то прокричала, из расслышанного понял только «медведь» и «сзади».

Всё ясно. Зверюга нас догоняет!

От страха близкой смерти адреналин в крови помножился на десять. Хотелось громко кричать и биться в истерике.

Вот только я мужчина! Силой воли подавил в себе ростки неконтролируемой паники.

Бежать бесполезно! Надо попробовать спрятаться!

И тут, наверное, ангел или ещё какие волшебные силы услышали мои мысленные вопли и пришли на помощь.

Мы упали. Сначала провалился в какую-то яму я, а уже сверху на меня приземлилась Соловейчик.

На этом удача меня покинула.

Женское колено с размаху пришлось мне прямо в пах, а её гребанные сумки ударили меня по голове. Чувство, словно кирпичом приложили сразу в двух местах.

Я взревел, кажется, не хуже любого медведя.

— Ой, Матвей Романович, простите! — запричитала девушка, пытаясь слезть с меня.

— Простым прощением вы тут явно не отделаетесь, Евгения Ивановна! — прохрипел я сорванным после быстрого бега голосом.

Она снова ойкнула и вмазала мне локтем по носу. Новая волна боли притупила страдания от предыдущих травм. Определённо будет перелом!

Если нас не сожрёт медведь, то это создание меня точно сегодня прикончит!

— Хватит! Замрите! — просипел я, обхватывая руками женское тело и прижимая к себе, насколько хватило сил.

Сверху на нас посыпалась сухая прошлогодняя листва и мелкие сучки.

Медведь был рядом!

Переместил одну руку на голову Евгении, тем самым прикрывая её лицо от мусора, что летел сверху.

— Ни звука! — еле слышно прошептал я.

Наверху кто-то был. Совсем рядом с нашей ямой!

Помоги нам бог!!!

Глава 1

Женя

Я, как всегда, опаздывала… Нет, не потому что проспала, а потому, что замок в моей двери заклинило.

И со мной так всегда! Всё время что-то случается, как говорит моя подруга Машка: «Женька, ты — сплошная неприятность». Предсказательница выискалась! Я и без неё знаю, что жизнь порою боль, но меня это никогда не останавливало!

«Меня зовут Евгения Соловейчик, я — ландшафтный дизайнер!» — вот так уверенно и бодро я планировала начать своё представление на самом важном собеседовании в своей жизни.

Ага, начала! С дверью целоваться! Спасибо соседу дяде Боре, что помог мне справиться с замком.

Я вышла из автобуса, уповая, что, несмотря на моё десятиминутное опоздание и взмокший от пробежки вид, меня всё-таки примут и выслушают. Фирма была очень известная, и мне, если честно, не особо верилось, что меня возьмут.

Но как сказала бы всё та же подруга: «Женька, попытка— это не пытка!»

Я влетела в холл, чуть не раскрасив до крови нос стеклянными вращающимися дверьми, и увидела ресепшен.

— Здравствуйте, меня зовут Евгения Соловейчик, я приглашена на собеседование, — почти пропела я, нарочно опуская информацию о времени приёма.

— Здравствуйте! — девушка секретарь кивнула и молча указала пальцем с длинным ногтем "под френч" на диван для ожидающих, что стоял вдоль стеклянной стены. — Ожидайте.

Элегантно подняла трубку, чтобы оповестить своё начальство о новом соискателе, то есть обо мне.

Я сидела и так сильно волновалась, что приходилось сглатывать приступы тошноты каждые пять секунд. Опыта работы у меня, по сути, ноль, если исключить проекты по защите дипломной и практики. Опыта собеседований тоже не густо. Буду надеяться, что мой позитивный настрой и целеустремленность меня спасут. Главное, чтобы за время собеседования не произошло какого-нибудь фортеля.

Мысли, как рой пчёл, проносились в голове, и сквозь них я услышала голос.

— Соловейчик Евгения, можете пройти. Вас ожидают на третьем этаже в переговорной, кабинет триста девять. И поспешите, — добавила девушка Юлия, как я успела прочитать на её бейдже.

Прибавила ходу. Лифт серый и металлический без каких-либо прикрас, больше похожий на удушливую клетку, привёз на нужный этаж. И вот я уже шла по красивому светлому коридору и старалась всеми силами заниматься аутотренингом.

Господи, как страшно-то… фиговый получился тренинг!

Когда зашла в переговорную, показалось, что упаду в обморок прямо у дверей. Вот бы поразила так поразила всех с первого шага.

На меня немного удивленно смотрели две пары глаз: женщина средних лет и мужчина без возраста. Я таких зову «мужчины — Карлсоны», определить их возраст, на первый взгляд, невозможно, они, вроде как, всегда в «расцвете сил». Наверное, на моём лице, как обычно, отразились все мысли и эмоции. Чёртова мимика!

Первой заговорила женщина.

— Здравствуйте, Евгения Ивановна, проходите. Давайте знакомиться! Меня зовут Алла Анатольевна, я главный специалист отдела кадров, а это мой помощник Олег Сергеевич. Вы должны были подготовить презентацию?!

Кивнула в ответ, так как голос пока ещё искала.

— Тогда можете начинать.

Вот я тормоз! Ведь сидела над ней почти неделю, а теперь в голове один ветер завывает. Помню, в детстве у нас зимой так метель в окна билась. Господи, о чём это я недалекая!

Вообще, дизайн — это моя любовь! Обожаю миксовать, совмещать, казалось бы, несовместимые вещи, одним словом- творить красоту.

Пока я шла к проектору, споткнулась два раза. Мою презентацию слушали со скучающими лицами, кажется, чаще смотрели

Когда по завершении своего бурного выступления шла назад, то споткнулась еще раз и зацепилась рукой за стол. Всё, что там было: канцелярия, папки — разлетелось, а листы бумаги, кружась, упали на пол.

Ну, всё! Не видать мне этой работы как своих ушей.

— Извините, пожалуйста, — пробормотала я и принялась лихорадочно собирать всё обратно, как услышала.

— Евгения Ивановна, можете быть свободны.

Я выпрямилась и осторожно положила поднятую с пола ручку на край стола.

Уже на пороге услышала голос мужчины.

— Подождите в коридоре!

Что?! Зачем ждать?! И так же всё понятно! Мысли вихрем пронеслись в моей голове и замерли, когда сквозь неплотно прикрытую дверь услышала разговор этой парочки.

— Ты с ума сошел?! Зачем она нам нужна!?

— Да ты что, Алла, она идеальный вариант! Представь, если такая криворукая, как эта девочка, будет с ним работать, то долго он её терпеть не сможет и выгонит. Мы же скажем, что вам не понравился ни один из наших менеджеров, а в условиях контракта прописано о пяти кандидатах, и вы отвергли пятого, поэтому гуд бай!

В мужском голосе, несмотря на приглушение стенами, явно звучала радость и практически триумф.

Женщина что-то пробормотала, видимо, не соглашаясь, так как уговоры продолжились.

— Да говорю тебе, это сработает, давай соглашайся.

— Хорошо, но ты, Олег, скажешь Мирскому это сам.

— Да не вопрос Аллусик, я готов душу дьяволу продать, только бы этот кровопийца отстал от нас.

Мне стало страшно.

Это ж какому ироду меня подсунуть хотят на закуску?!

Впала в шок и пыталась старательно переваривать услышанную информацию.

Кто такой Мирский? Почему кровопийца? Почему я? За что?

Из переговорной они вышли вместе, но ко мне обратилась только женщина.

— Поздравляю вас, Евгения Ивановна, вы приняты. Готовы начать в ближайшее время?

Я на автомате кивнула.

— Очень хорошо. У меня сейчас как раз есть свободный заказчик. С ним и поработаете для начала, а там посмотрим.

Я снова кивнула. Аллусик возрадовалась.

— Тогда я спрошу у Матвея Романовича, когда ему будет удобно с тобой встретиться и ознакомиться с фронтом работ.

Алла Анатольевна сразу как-то расслабилась и перешла со мной на «ты».

Я отчетливо поняла, что я вляпалась, только во что именно, пока не понимала.

Потом мне сказали подождать возле переговорной, пока будут созваниваться с заказчиком. Через несколько минут снова появилась Алла и сказала, что меня будут ожидать завтра в десять утра и дала листочек с адресом и припиской от руки.

«Ни в коем случае нельзя опаздывать! Не под каким предлогом! Упустишь этого клиента, ты у нас больше не работаешь!»

Вот так! Начало пугающее.

В ответ снова покивала.

— Я не опоздаю! — быстро добавила вслед за кивком, а то я всё собеседование как болванчик на панели автомобиля.

Когда вышла на улицу, заметила, что начал накрапывать дождик, а поскольку зонта у меня не было, я ускорила шаг и направилась к остановке.

Как они сказали? Мирский? Фамилия красивая, но помпезная. Интересно, как выглядит этот противный мужчина?

Так, Женя, соберись! Тебе-то какая разница?! Ведь изначально понятно, что из тебя будут делать козла отпущения. А этот Мирский именно то зло, которое оставит тебя без работы в «Оазисе».

В конце концов, в этой компании никто не отказался бы работать, даже самый именитый специалист. Так что я готова рискнуть! Справлюсь с любым динозавром, каким бы страшным он ни был…

И чувствуя, как крупные капли холодного дождя попадают за шиворот, несмотря на поднятый воротник пиджака, поняла, что я уже почти ненавижу своего первого заказчика. И что-то мне подсказывает, что это чувство будет взаимным!

* * *

Встала в шесть утра. Энергия бурлила во мне, подгоняемая ожиданием первой встречи с мистером «Я — совершенство».

Естественно, я не утерпела и решила познакомиться с моим клиентом заочно. Спасибо, Гугл!

Знакомство вышло на «троечку». Информации о Мирском в инете кот наплакал. Скорее всего, мужчина сам осторожен, и у него на службе своя система защиты конфиденциальных данных. Зато нашла фото…

Этот кровопийца блистал с экрана моего ноутбука сволочной красотой, за что снова попадала в мой личный чёрный список. Не люблю красивых, надменных, сварливых с холодными глазами и зажатыми губами, а именно так он и выглядел. И это если забыть, что Мирский славится чрезмерной пунктуальностью. Педант несчастный!

В ожидании закипания чайника присела на подоконник и, разместив небольшой блокнот на коленке, принялась рисовать. Так всегда! Новые интересные идеи приходят вдруг, и мои похотливые ручонки сразу тянутся их запечатлеть. Иногда мне кажется, что рисовать я начала раньше, чем ходить.

Пока ещё находясь в творческом полёте, заварила растворимый кофе и два раза обожглась. Оба раза об чайник.

Дальнейшие сборы на работу прошли без приключений. Что не могло не радовать.

Одежду выбрала поярче, чтобы снова не сливаться молочной блузой с моим бледным лицом и таким же цветом декоративной штукатурки в офисе. Длинные волосы заплела в французскую косу, косметики ноль, туфли на невысоком каблучке. Посмотрелась в зеркало и улыбнулась. Я просто красавица и умница.

Короткий взгляд на запястье с часиками, подарок родителей на совершеннолетие. Ещё минута, и я опоздаю на нужный мне автобус.

Понеслась. Забыла папку с примерами моих работ. Вернулась. Забыла мобильник. Вернулась. На автобус опоздала, а ведь всё так неплохо начиналось.

Пришлось ехать в переполненной маршрутке, спасая папку от смерти через удушение.

И снова я перед фасадом большого современного здания. Серое, много стали и стекла, без изюминки. Очень напоминает своего хозяина. Надеюсь, что внутри дела будут обстоять получше.

И зря! Мой художественный глаз погибал под классицизмом отделки помещений.

Может, у них просто с фантазией не очень?! Бедствуют?!

— Здравствуйте! Евгения Соловейчик. Ландшафтный дизайнер. Мне назначено на десять к Мирскому Матвею Романовичу.

Девушка Катерина на ресепшене удивлённо приподняла брови и проверила запись у себя в ноутбуке.

— Здравствуйте! Я вас провожу, — она ловко выскочила из своей «башни», поправляя на ходу юбку.

Катя мне понравилась. Живые глаза, открытое лицо, а нежно бирюзовое платье радовало цветом среди этой серости.

Мы направились по длинному коридору. Чувство, будто шагаю на свой маленький личный эшафот.

— Евгения, вы уверены, — начала девушка, но я её перебила.

— Лучше Женя, и можно на «ты».

Она даже как-то оживилась.

— Женя, а ты уверена, что тебя к Мирскому прислали?! Может, у вас там в «Оазисе» ошиблись?

— Нет. Точно к нему.

Моей уверенностью можно было железо

— А почему ты решила, что они ошиблись.

Мы остановились перед большой двойной дверью из прекрасного массива дуба.

Видимо, дошли. По прямой линии коридора я и сама могла не заблудиться.

— До тебя с ним работали три мужчины и одна женщина, крайне известные личности в мире ландшафтного проектирования, — немного смущаясь, поделилась информацией девушка. — И все были … скажем так опытны и им было за тридцать … некоторым за сорок. Он их порвал, в переносном смысле, конечно. А ты …

Она смущённо поджала губы. Я видела, Катерина не издевалась, а искренне недоумевала. Ложь я чувствую мгновенно.

— Я поняла. Тебя смущает мой возраст.

— Меня смущаешь вся ты, включая возраст.

Теперь в недоумении впала я. С чего это?! Сегодня с утра в зеркале я видела вполне нормальную девушку двадцати трёх лет

Как всегда, все мои мысли отразились на лице, на что Катя просто улыбнулась и махнула рукой.

— Да ладно. Не бери в голову. Может, как в поговорке «Мала кобылка, да велик воз везёт».

Это я «мала кобылка»?! А «воз» — это …

Решила проигнорировать столь эпическое сравнение.

— Мне сюда?! — спросила я, кивая головой на двери.

— Да, но ещё рано. Собрание закончится через две минуты, тогда и зайдём.

Посмотрела на свои ручные часы — через две минуты будет ровно десять. Неужели педантизм до мозга костей?! И этот человек архитектор?! Как можно творить красоту строго по времени?!

Вроде как, Винсент Ван Гог однажды ранним утром, увидев небо, решил бы, что через час и пятнадцать минут у него будет готова картина «Звёздная ночь». И точка!

Моя нелюбовь к этому мужчине всё крепчала. Со мной ранее такого не было, чтобы заочно человек так раздражал. Но … как это ни прискорбно звучит, Мирский — мой шанс в штат постоянных сотрудников «Оазиса».

Поэтому максимально убрала негативные эмоции подальше от лица и выдавила улыбку. Катя при виде моего «радостного» оскала нахмурилась и отрицательно покачала головой. Её длинные кудряшки — пружинки вокруг лица, что ранее радостно вырвались из «офисного» узла на затылке, смешно подергались в такт движения головы хозяйки.

И правильно! Буду серьёзной! Чего улыбаться?! Ещё дурой с первого взгляда сочтёт.

Две минуты истекли, и двери, подобно пасти льва, открылись. Оттуда повалил бледный и нервный рабочий коллектив этого зануды.

— Ну, пошли, — прошептала мне девушка и, чуть ли не толкая в спину, направила ко входу.

Мои ноги совсем немного онемели, и, наверное, поэтому я каблучком зацепилась за металлический порог.

В итоге в кабинет я не вошла, а влетела. Спасибо Катерине, что понеслась вслед за мной и в конечной точке моего полёта спасла меня от позорного приземления лицом в пол.

Иначе поза «собака мордой вниз» была бы выполнена на «пять с плюсом».

Выпрямилась, благодарно улыбнулась девушке и, собирая всю храбрость в один кулак, развернулась лицом к большому длинному столу. В конце этого «пролива» сидел ОН.

Глава 2

Женя

Что сказать?! Фотки из инета не врали.

Даже на расстоянии Мирский излучал уверенность, силу и успех, приправленные огромной дозой холодного расчёта. Красивый, как мраморные статуи в галерее неоклассической скульптурыChatsworth House,* и такой же холодный. Отрешенный мужской взгляд просканировал моё тело от кончиков волос до кончиков моих слегка потрёпанных туфлей.

Могу поспорить, босс остался недоволен, хотя в его лице ничего не изменилось. Я просто это почувствовала.

— Матвей Романович, это Соловейчик Евгения, ландшафтный дизайнер из «Оазиса». Ей назначено на десять, — прервала гнетущую тишину Катерина.

Спасибо ей! Она сегодня словно мой ангел- хранитель. Даже стояла за спиной, а то вдруг я в обморок грохнусь от радостной встречи с её безумным начальством.

Я же, честно говоря, немного зависла. Хорошо ещё, что между нами километр лакированного дерева. Но мой ступор длился всего два пропущенных вдоха, на третьем я ожила.

И вообще, я девушка из деревни, а там со мной и не такое случалось! То бык, то бешеная собака …

В кабинете на момент моего бурного появления оставалась ещё парочка людей, а точнее, двое джентльменов и одна дама. Если мужчины под моё внимание не попали, то вот женщина …

Ох, какими прищуренными глазюками на меня смотрела эта зелёная ящерица! Не дай бог, ещё ночью мне приснится! И её модный цвета жухлой травы костюм!

За своими мыслями пропустила, что и после моего представления тишина продолжалась.

Король, наверное, гневался. Под плотной маской брезгливости не сразу разберёшь иные чувства.

Подданные в недоразумении. Реверанс что ли забыла сделать?!

Решила, что книксена для этого случая вполне достаточно. Выполнила.

Между прочим, я хоть и из деревни, но школа танцев у нас там имелась. Я же была во всём прилежная ученица.

Всё ещё стоящая позади меня Катерина медленно выдохнула «ой».

Видимо, надо было всё-таки реверанс.

Король поднялся.

Подданные бесшумно распластались по стенам, напоминая мне рыбок-прилипал.

Я не боялась. Мне нечего бояться короля самодура и его вассалов.

Поэтому, когда Мирский подошёл ко мне, я открыто посмотрела ему в глаза.

Сталь. Огонь. Пожар в огнеупорном контейнере. Вот так, когда между нами было не больше пятнадцати сантиметров расстояния, я видела его. Огонь карих глаз не обжигал меня, а, наоборот, замораживал.

Странный метаморфоз человеческой природы.

— И да, Екатерина не ошиблась. Я ваш новый ландшафтный дизайнер, — ещё раз напомнила ему, зачем мы все сегодня собрались.

— Я ещё не одобрил вашу кандидатуру. Надо пройти собеседование.

Голос у него был обычный. Мужской. Немного хриплый, как если куришь или недавно болел. Произношение хорошо поставлено. Эх, жаль, что не картавит. Было бы веселее жить.

— Ой, нет! Простите, собеседование было пройдено ещё вчера. Моя должность утверждена.

Сказала, а у самой внутри всё сжалось, но у меня есть цель.

— Не мною!

О! Уже и голос на меня повышать решили! Король явно не знает границ своего всевластия.

— Мне немного жаль, но выбора у вас уже не будет! Или я, или другая компания.

Матвей Романович пытался проделать своими острыми глазами дыры в моём маленьком черепе, но отец всегда говорит, что я у них «твердолобая».

В ответ спокойно смотрела и даже слегка улыбнулась. Выкуси, ирод! Не на ту напал!

Моей нервной системой можно всю холодную войну переждать. Кремень!

— Ну, хорошо. Смотрю, вы, Евгения, — я тут же поправляю мужчину.

— Лучше Женя.

Он судорожно вдохнул, а за моей спиной Катя, наоборот, также нервно выдохнула.

Господи, я им всем на

— Хорошо, Женя! Если вы такая оригиналка и хороший специалист своего дела, то проведём тест.

Непроизвольно поморщилась. Не люблю я этих тупых тестов.

— Вы продаете мне эту ручку, — начинает король кабинета, вытаскивая свой «паркер» из нагрудного кармана пиджака. — Я в этом случае беру вас на работу, но если не справитесь, то возвращаетесь обратно в свой садик.

Взяла протянутую ручку, отметив длинные красивые пальцы ухоженной руки. Неженка.

Покрутила в пальцах ручку, просто чтобы ещё немного понервировать босса. Эта проверка была лишней, но я решила тоже пойти на своего рода компромисс.

— Бэта-радиоактивный, виброэлектропровод, безлогорифмический, синхрофазотрон, шишкосушильщик, экскаватор, вакуумно формовочный, антирефлексивность.

Глаза моего нового шефа слегка округлились. Не спорю, начало моего выступления ставило непосвящённых в тупик.

— Запомнили?! Нет?! А вот была бы у вас такая прекрасная ручка — записали бы!

— Немного необычно, но зачтено.

И всё! Мирский потерял интерес к моей персоне.

— Ладно, я вернусь на своё рабочее место. Удачи! — почти в ухо прошептала Катя и упорхнула, едва я успела промолвить «спасибо».

Мне бы тоже хотелось покинуть главную сцену театра одного актёра. Уже собралась спросить злого и ужасного Бармолея, куда мне можно припарковать свои конечности, но не успела.

— Ангелина, я не понимаю вашего недоумения, — будто нарочно громко начал разговор Мирский с леди-ящерицей.

Если судить по её выражению лица, то она была недовольна. Очень. Ужасно. Непонимания я там не видела, скорее всего, женщина представила нечто нам обоим пока неизвестное.

Её писк разобрать не смогла, но зато ответ шефа услышали все.

— Почему эта девица нам не подходит?! Вполне. На первое время сойдёт. В отличие от вас она виртуозно за минуты организовала продажу канцелярии. Вы же с командой помощников не можете уже квартал продать пятнадцать квартир по среднерыночной стоимости.

Сволочь он! Меня теперь тут сожрут и даже косточки сточат.

Ящерица выдавила улыбку, обнажая идеально белые зубы с розовой десной сверху. Ух, аж мурашки по коже. Эта улыбка была адресована мне. И насколько я разбираюсь в невербальных способах общения, мне только что объявили войну.

Новая работа обещает быть … бурной! И кому стоит сказать за это огромное спасибо?!

Конечно, моему гадливому боссу! Моя «любовь» к нему крепчала.

*Chatsworth House—поместье семьи Кавендиш, герцогов Девоншир, в Северном Дербишире в Англии. Уильям Спенсер Кавендиш, 6-ой герцог, собрал в поместье большую коллекцию неоклассической скульптуры. Использовали в экранизации романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение», 2005 г, режиссёра Джо Райта с Кирой Найтли в главной роли. Поместье мистера Дарси.

Глава 3

Матвей

Терпеть не могу, когда меня загоняют в угол и ещё потом пытаются плетью подхлестнуть для ускорения выполнения команд.

Именно поэтому такие ситуации уже давно неактуальны в моей жизни. Я просто всегда был первым, исключая из списка моих качеств жалость, сожаление и сочувствие. Я ломал людей под себя, а всё остальное шло мимо меня.

Я не бил морды, не убивал на заказ, да я вообще не люблю бокс. Там грязно, много крови, пота и слюней. Свинство.

Моя ниша — это ум, холодный расчет, практичность и осторожность во всём. Кто-то зовёт меня снобом, но мне плевать на чужое мнение.

А теперь вот ЭТО!

Маленькое, громкое, упрямое и очень цветное! И именно ЭТО теперь является моим ландшафтным дизайнером. Наверное, это очередная шутка жизни или проверка моей выносливости.

Меня этот спецзаказ от «Оазиса» порадовал лишь наличием мозгов. Это качество в людях я очень ценил.

Уверен, что девчонка не задержится. Обычно такие говорливые пташки ломаются об меня через пару-тройку дней. Ну, эта решительная, даже в глаза смотрит и улыбается, так что максимум неделя.

Надо поскорее окунуть её в рабочий процесс. И именно в этот момент Ангелина решила начать свой бубнёш.

Можно подумать, я тут ослеп одновременно на оба глаза, чтобы не понять о плохой профпригодности девушки.

Уже давно бы уволил эту женщину, но … она была близкой родственницей моей почти невесты. Этот брак устраивал меня по многим пунктам моего же списка, и ради этого можно было немного потерпеть. Да, и Ангелина Сергеевна была не так уж плоха в сфере продаж, кроме последних трёх месяцев.

— Через час выезжаю на объект. Девушка Женя едет со мной, так сказать, познакомиться с фронтом работ. А пока найдите ей рабочее место, так как мотаться каждый раз, как она мне понадобится, в «Оазис» я не собираюсь, — адресовал просьбу всё той же Ангелине.

Ждал бурных эмоций протеста от цветастого чуда, но девчонка молчала. Странно.

Пришлось даже обернуться и удостовериться, что она ещё в кабинете и всё слышит.

Улыбалась. Глядя прямо на меня, улыбалась. Словно ждала моего проверяющего взгляда и приготовила свой позитивный настрой.

Вот же настырная! Откуда только такая взялась?! Надо бы проверить, где растут такие одуванчики.

Час пролетел, как обычно, незаметно. Время было моим самым главным врагом, победить которого я никогда не мог. Мне друзья советовали сократить количество строительных объектов и больше отдыхать, но это точно не мой стиль жизни.

Так что ровно через час я сидел в своей машине и нервничал. Это плохо! Очень плохо! Я не люблю нервничать!

Бесценные минуты утекали, а я не мог тронуться в путь, так как дизайнер Евгения всё ещё не появилась. У меня не было её мобильного, я даже не знал, где именно её разместили, но бегать по этажам в поисках этого чуда я точно не собирался.

— Ангелина Сергеевна, мне вот интересно, а где пропала наша дизайнер Евгения?! Не уж то заблудилась?!

— В смысле?! Её уже давно нет в офисе.

Что?! Нет, что-о-о?!

— Уже уволилась?! — даже немного разочарованно спросил я.

— Нет. Я нашла ей свободный стол. Она же сказала, что раз ей нечем заняться, то поедет оформляться в «Оазис» и сама приедет на объект. Спросила у меня адрес. Я ей написала на бумажке и сказала, чтобы зашла к вам и предупредила.

— Ну, так она не зашла. Я не в курсе.

Я не кричал, принципиально и никогда, но вот сейчас вдруг захотелось.

— Матвей Романович, мне, конечно, очень жаль, но я не нянька для взрослых девиц.

— Понятно, — завершил разговор, пока не сорвался.

Мало того, что эта пигалица ослушалась моего приказа, так она ещё и свои правила вводит. За такое, как минимум, светит увольнение.

Боюсь, у неё будет самый короткий рабочий стаж в мире. Один час.

Всю дорогу

Наверное, я садист, но представленное почти доставляло мне удовольствие.

Когда добрался до стройки сквозь тернии пробок, задумался, как быстро найти мою бывшую дизайнершу. Зря думал, искать не пришлось!

Девчонка стояла сразу за огромными воротами территории с признаками паники на лице. Стало любопытно, что смогло удивить нашу птичку-невеличку.

— Ну, здравствуйте, Соловейчик Евгения! — бодро начал я, смакуя следующие слова. — Как удачно, что вы не прошли дальше. Я вам сразу скажу …

— Здравствуйте ещё раз, Матвей Романович. Какое пройти дальше?! Я вообще не знаю, как тут можно ходить, не убившись уже через пять минут. Зачем здесь нужен ландшафтный дизайнер?! Здесь нужен кран, трактор и бригада строителей, да побольше, побольше!

Вот и сказал! Я даже пискнуть не успел!

Ну, ладно! Вторая попытка.

— Правильно. Не нужен, и потому вы …

— Вот и я об этом! Зачем же тогда вы велели мне сюда приехать?! Может, адрес спутали?!

Нет, она точно издевается!

— Во-первых, я никогда и ничего не путаю, а во-вторых, вы …

— Простите, Матвей Романович, что снова вас перебиваю, но из-за грохота крана и машин я вас практически не слышу. Слова по губам читаю.

Да вашу ж … я не ругаюсь матом, это верх невоспитанности.

Но чудо по спецзаказу действительно не сводило широко открытых глаз с моего лица.

Вдохнул-выдохнул. Это просто мелкие неприятности. Надо расслабиться и …

— Матвей Романович, так ещё долго стоять надо? Или мне можно в офис ехать?!

Посмотрел на неё так, как обычно смотрю на провинившихся сотрудников. Холодно и уничтожающе.

Евгения улыбнулась и лишь ещё раз нервно переступила ногами, словно конь в нетерпенииперед стартом. Посмотрел на её ноги.

Длинные, несмотря на средний рост хозяйки. Красивые и в туфлях на каблуках.

Что?! Она собирается в этом дефилировать по стройке?!

Мозг человека разумного велел мне немедленно отправить девушку переобуться, но желание проучить эту пакостницу было больше.

Уволить я всегда успею. Пусть теперь попробует сработаться со мной.

Глава 4

Женя

ЭТОТ … этот … Господи, да я даже не могла определиться, как поточнее назвать, обозвать моего начальничка.

Подвезло так подвезло!

Я могу поспорить на свою первую зарплату, которую дай бог получу, что господин надменная рожа нарочно притащил меня сюда.

Не то, чтобы у меня были туфли от Джимми Чу, но и мои тоже неплохие, а сломать ноги мне не хотелось.

И когда его самодовольство причалило на объект, я сразу поняла, что мне придётся пойти так, как я есть. И я пойду, дабы хоть немного стереть с этого красивого лица выражение превосходства и всезнайства.

— Мы приехали работать, Евгения Ивановна, так что прошу …

И элегантный взмах руки в сторону руин под названием «стройка».

Мне вот даже интересно, какие именно бешеные тараканы посещают эту голову?!

Уверена, что у них большие глаза, чтобы всё видеть, и удлиненные передние лапки, чтобы все и всё ухватить. Если одним словом, сволочи … такие же, как и их хозяин, который решил поиздеваться надо мной.

— Ну, если вы, Матвей Романович, настаиваете, то, конечно, я иду, — елейным голоском почти пропела я.

У того, кажется, даже глаз дернулся, а может, показалось.

Босс подошёл к сторожке около шлагбаума и через пару минут вернулся с двумя строительными касками. Мне отдал жёлтую, а на себя элегантно закинул белую. Выделение цветом — это, вроде как, подчеркивание «я-босс»?!

Надеваю головной аксессуар и смело шагаю в указанном направлении по якобы дорожке из старых кривых досок, набросанных на скорую руку, через жижу грязи и строительного мусора.

Смело шагаю в указанном направлении по якобы дорожке из старых кривых досок, набросанных на скорую руку, через жижу грязи и строительного мусора.

Я не кисейная барышня, и грязью на туфельках меня не испугать. Главное, с моей-то везучестью не грохнуться в эти лужи и кирпичи.

Наверное, на сегодня я исчерпала свой запас приключений, так как умудрилась спокойненько дотопать до временной конторки в передвижном домике. Первой заходить не рискнула, уж лучше начальство пропустить.

Босс шёл следом за мной. При виде мужского лица мои губы непроизвольно растянулись в улыбке. Очень широкой и очень злорадной.

Его, однозначно, шикарные и брендовые туфли теперь были покрыты слоем грязи и пыли. Уверена, что в понимании Мирского- это как пустить «мерсик» за пять лимонов по главной улице моей родной деревушки.

Увы и ах, мой дорогой шеф! Это жестокая реальность!

Подергав ногами в слабой попытке очистить обувь, босс, пробурчав что-то себе под нос, направился ко входу в домик.

— Матвей Романович, здравствуйте! Можно вас?!

В нашу сторону напрямую через лужи, словно танк, неслось нечто большое. Защитная каска и грязная рабочая форма указывали на местного работника.

— Алексей Михайлович?! Мне казалось, что вы ещё со вчерашнего дня в отпуске.

При более близком рассмотрении это оказался высокий и широкоплечий мужчина, навскидку, лет тридцати пяти. На его чумазом лице ярко выделялись голубые глаза и белые зубы.

Сразу вспомнила принца из сказки «Свинопас», может, это он?!

— Я тоже так думал. Вот только утром позвонил один мужик из моей бригады с заявлением «или я приезжаю и разбираюсь с этой хренью, или они увольняются», — раздосадованный принц, высказавшись, бросил быстрый взгляд в мою сторону.

Блин, точно! Стою, как дура, улыбаюсь своим мыслям и пялюсь на двухметрового красавца. Уверена, если его отмыть и переодеть, будет конфетка.

Постаралась быстро сделать серьёзный вид, но не успела. Хмурый взгляд шефа успел зафиксировать моё «блаженство».

В ответ старательно воссоздала удивление. Типа… чего надо?! Может, я красотой серого кирпича и голубого неба восхищаюсь, в контрасте!

Вот права я была насчёт мужских тараканов — большие глазюки у них. Всевидящее око, блин!

— Сильно извиняюсь за свою речь, не сразу заметил, что здесь дамы! — игнорируя начальство, обратился ко мне голубоглазый принц.

— Ничего страшного, — немного смущаясь от столь резкого перехода темы в мою сторону, пропищала я.

— Позвольте представиться … Беркут Алексей, для вас можно просто Алёша.

Мои губы растянулись в улыбке, хотела я того или нет.

— Соловейчик Евгения, можно …

— Ивановна, Евгения Ивановна, мой ландшафтный дизайнер, — встрял Мирский.

Вот бы его … всё испоганил своими пятью копейками. Спрашивается, кто его просил?!

— Можно просто Женя, и я не его дизайнер, а из компании «Оазис».

Вот так! Мне ещё язык в конце хотелось показать, но это уже совсем ребячество получается.

Алексей приподнял брови, сигнализируя, что оценил мой бунтарский ход. Сразу понятно, это наш человек!

— Алексей Михайлович, у вас, вроде бы, были проблемы, и вы так спешили меня в них посвятить.

И снова глас начальства среди нашего импровизированного Эдема.

— Да-да, Матвей Романович. Может, лучше пройдёмте, и я на месте всё покажу. Заодно Евгению познакомим с объектом.

— А чего тут знакомить?! Обычная стройка …

Но я его уже не слушала. Этот педант противный может бесконечно брюзжать.

Мой принц подал мне руку, чтобы я смогла переступить очередную кучку хлама, и больше её не выпускал. Уложил мою скромную лапку на сгиб своего локтя. Кавалер!

Бабушка бы такого оценила!

Босс плёлся позади нас, и, на моё счастье, его кто-то сильно одолел по телефону. Так что милый рассказ Алёши о строящемся комплексе никто не нарушал.

— А вы у нас давно?! Что-то не припомню, — сменил тему мужчина, тоже заметив, что вечно хмурое начальство отвлеклось.

— Я сегодня первый день. И можно на ты, если это удобно.

Беркут радостно сверкнул глазами. Надо же какие голубые … голубей, чем небеса!

— Замечательно, что ты теперь развеешь наш мужской серый ряд женской красотой и яркостью.

О божечки мои, да он ещё почти поэт! Принц!

— Приятно, что хоть кто-то рад моему назначению на ваш объект, — немного горестно вырвалось у меня.

Алексей мужчина чуткий, сразу уловил эти грустные нотки в моём голосе. Сочувственно похлопал по ладони и прошептал на ушко.

— Женечка, не переживай! Я не дам тебя в обиду. Да и главный больше лает, а так мужик неплохой. Просто надо к нему подход найти.

— Ага. Подход в обход через горы, леса и жерло вулкана.

Беркут громко рассмеялся.

— Ну, примерно так! — через хохот согласился мужчина.

Мирский, естественно, на смех среагировал как волк на запах свежего мяса.

— Я сам разберусь. Мне пора. До свидания, дорогая, — довольно холодно завершил босс свой разговор, направляясь в нашу сторону.

Даже интересно, а как данный субъект разговаривает с «недорогой»??? Просто кладёт трубку и уходит «по-английски»?

Мы с моим принцем стояли посреди холмов свежевырытой земли. Господи, чего интересного тут можно увидеть-то?! Но оба мужчины внимательно всматривались в эти кучи и котлованы.

Перекинувшись между собой парочкой фраз на «местном разговорном», снова стали смотреть на этот грустный пейзаж. Про меня оба одномоментно забыли, так что решила развлечься сама.

Попыталась тоже осмотреться вокруг. Всё-таки мне тут красоту дай бог творить.

Несколько раз обернулась, потом покружилась на триста шестьдесят градусов, пытаясь запомнить и воссоздать в голове миниатюру этой местности.

Когда в сторону поехал каблук, то я вдруг неожиданно вспомнила, что вчера был ливень на полдня. Но поздно! В следующую секунду земля, на которой я стояла, поплыла прочь.

Выражение «земля уходит из-под ног» мне теперь знакомо! Испытано на собственной шкуре!

Взмахнула руками, но, кажется, это только увеличило скорость моего падения.

А потом я поняла, что сейчас не просто упаду, а улечу в тот самый котлован, на краю которого я гарцевала.

— Ой!!! — это всё, что я успела громко выкрикнуть, когда отправилась в путешествие к центру земли.

Первым на мой крик отреагировал босс. Мирский резко дернулся в мою сторону, пытаясь ухватить меня за руку. От радости возможного спасения, причём второй раз за день, я крепко вцепилась в протянутую руку.

И …

Глава 5

Матвей

Да вашу…!!!

И … одна сплошная задница!!! Грязная и вонючая!

Мой мозг пытался взорваться, хотелось дико орать, но в первые секунды подобрать слов я просто не мог.

— Соловейчик, вы, вы … колибри чёртова! Какого лешего вас понесло на край котлована? Решили, что ваши воображаемые крылья унесут ввысь и спасут?!

Мы находились точно посередине огромной ямы с грязной водой. И в данную секунду мне хотелось только одного … убивать! И убивать лишь единственного человека на планете.

Эту птичку спасало от моего праведного гнева лишь её жалкое состояние. Светлые волосы в грязи, в принципе как и всё остальное. По лицу текли ручейки грязи и, кажется, ещё тушь.

Мне повезло больше, я аккуратно съехал в котлован, так что верхняя половина моего тела осталась чистой.

На мои гневные тирады ничего не ответили, девушка изумлённо осматривалась. Я так понимаю, к ней пришло осознание уровня её неприятностей.

Наконец-то Евгения обратила свой взор и на меня.

— Простите, Матвей Романович, — глухо пробормотала эта птичка.

Если верить моего опыту общения с женским полом, то сейчас будут слёзы или истерика, а может, и то, и другое.

— Эй, вы там как?! Живы, смотрю. Руки, ноги целые?

Это мой вечно счастливый прораб. Удивляюсь, как его не тошнит от самого себя?! Но работник золотой, можно и потерпеть его небольшие заскоки.

Одно мне не понятно, чего он прицепился к этой бледной девчонке?! Понравилась что ли?!

— Женечка, красавица моя, ты чего молчишь? Авось ударилась? — нежно пропел Беркут, уже наклоняясь в сторону моего дизайнера.

Не нравится мне всё это!

— Нет, Алёша. Больше моей одежды пострадала только моя гордость, — грустно выдохнула Евгения, ухватываясь за протянутые к ней руки Алексея.

Ещё бы! Первый день на работе, а уже умудрилась утопить босса в грязной яме. Хотел прямо сейчас намекнуть про моё принятое ранее решение об её увольнении, но уже началась процедура спасения утопающей.

— Вы не переживайте, Матвей Романович! — донесся голосок грязной птички.

Я даже прекратил попытку вылезти из котлована.

— А что, по вашему мнению, это Я сейчас должен переживать? — спокойно уточнил, делая акцент на местоимении «я».

Секунду назад у меня сомнений не было.

— Конечно. У вас же не получилось меня спасти, так ещё и сами упали!

Соловейчик Алексей уже извлёк и теперь внимательно осматривал, видимо, в поиске повреждений. Мне на помощь никто не спешил.

— Евгения Ивановна в порядке, теперь помогите мне, — игнорируя высказывания потерпевшей, обратился к Беркуту.

— Секундочку, босс, — отрапортовал мужчина, протягивая носовой платок спасённой.

Пока он шёл, в голове пробежало высказанное девушкой сожаление насчёт меня.

Это колибри решила, что я не удержал её, так как Я — это офисный червь?! Бумажный соплижуй с дохлой мускулатурой?!

Меня аж на месте подкинуло от возмущения! Так что из ямы почти вылетел, используя руку Алексея лишь для начала толчка.

— А вы уверены, Евгения Ивановна, что это меня стоит жалеть? — спросил я, направляясь к мисс сама невинность.

Соловейчик бросила жалкие попытки оттереть лицо от грязи

— Конечно. Да вы не волнуйтесь, это я просто далёко не пушинка! Моя мама всегда говорит, что у меня кость прадеда, очень тяжёлая, хотя на вид кажусь легонькой.

Да ладно, хоть бы издевалась. Я бы понял! Месть! Так нет, в глазах искренность и ни тени иронии в словах.

— Вы заблуждаетесь! Вам СЕБЯ нужно пожалеть!

— Меня?!

Алексей стоял между нами словно рефери, но что-то мне подсказывало, в случае разборок он примет вражескую сторону. И даже не потому, что там слабая девчонка или женщин и детей бить нельзя. Просто у этих двоих своя виртуальная связь.

— Вас-вас! Точнее, всю вашу жизнь, — продолжил я.

Должен же хоть кто-то на нашей планете открыть глаза этой пернатой.

Евгения замерла с нахмуренным лицом. Она явно не понимала, куда я клоню. Ничего, я сейчас спокойненько поясню.

— Вы мисс большая неприятность из непросветной глуши, которая, одевшись как попугай, пытается изобразить из себя НЕЧТО. Я таких много видел, так что могу заранее сказать итог ваших мучений.

В количестве я, конечно, немного приукрасил, всего пару девчонок, но это непрошибаемая лучезарность Соловейчик реально раздражала.

— Не стоит, Матвей Романович! Не утруждайтесь! Я как-нибудь сама дотерплю до финала.

И всё! А где водопад слёз и надутых губок?

Девушка спокойно повернулась к Беркуту, словно я лопнул как мыльный пузырь.

— Алёша, а где у вас можно умыться?! Хотя бы лицо и руки отмыть?

— Не волнуйся, Женюш! Сейчас всё устроим! — оптимистично защебетал мой прораб.

Он, нисколько не страшась стекающей по женской одежде грязи, приобнял Соловейчик за плечи и повел куда-то, при этом что-то нашептывая практически интимно на ухо.

Спелись! Птички мои! Сладкая соловушка и хищный орёл!

Вот плевать я хотел на мнение среднерабочего класса! Мне и так проблем хватает.

Они вон милуются, а мне теперь надо в час решить проблему несостыковки плана и реальности.

Телефон в нагрудном кармане пиджака завибрировал. Это хорошо, что он оказался именно там.

Полина. Моя почти невеста сегодня тоже, по всей видимости, в ударе. Звонить без конца — это не её привычный стиль.

— Полина, что случилось?! Мне не очень удобно разговаривать.

Уже совсем не тонкий намёк на прекращение дозвона. Мне показалось, что, беседуя пару минут назад, мы всё прояснили.

— Матвей, ты так и не ответил на мой вопрос. Фактически сбросил вызов, — холодно и недовольно.

— У меня проблемы на одном из объектов, потому так вышло. Извини.

Обычно после этого недовольство девушки завершалось.

— Я понимаю. Я тоже вообще-то работаю, но стараюсь уделять тебе время.

ООО! Всё, это её любимый конёк! Проще сразу сдаться и сберечь пару миллионов моих нервных клеток.

— Хорошо. Напомни, пожалуйста, что именно ты хотела узнать?

— Это насчёт твоей новой сотрудницы, совсем девочки.

Ну, что сказать, женский телеграф сработал изумительно быстро. Если так будет продолжаться, всё-таки придётся расстаться с Ангелиной Сергеевной.

— Этой «совсем девочке» двадцать три года. Она уже «не девочка» по законам всех стран. И с каких пор мы стали обсуждать штат моей компании?

На том конце провода затишье.

— Ты проверил что ли?!

— Кого и что я должен был проверить?! — начиная раздражаться от бессмысленности разговора и ещё больше от траты времени.

Ответа не получил, но, задумавшись, и сам понял, «о чём» намекала моя почти невеста.

— Полина, тебя сегодня какая муха укусила? Или ты меня со своим братом попутала? Сексуальные связи неразборчивого характера, тем более с юными дамами, это его образ жизни.

— Матвей …

Но меня уже было не остановить. Сначала эта девочка- колибри, теперь эта … сегодня все пытались учить меня жизни.

— Полина, до свидания. Очень занят. Увидимся завтра на благотворительном вечере, — и нажал кнопку отбоя.

Вот пусть только попробует ещё раз позвонить! Моё слово решающее, и если её это не устраивает, то она может переходить в разряд экс- невест.

Мобильник молчал, и это было замечательно.

В машине был запасной костюм, а в домике душ. Надо срочно привести себя в порядок, пока я чем-нибудь не заразился или не начал рыгать от тошнотворного запаха застойной воды.

А уж после решу все проблемы, включая пригодность мисс неприятность.

Глава 6

Женя

Вот же хам! А строит из себя интеллигента!

Кажется, грязная вода попала даже мне в рот, но вот боссу-придурку повезло. Лучше бы он хлебнул из котлована, чтобы потом на обличительные беседы не тянуло.

— Женечка, вы что-то совсем пригорюнили, — вырвал меня из гневных мыслей голос Алёши, моего спасителя. — Так дело не пойдет! Не может такая красавица быть такой грустной!

Он заговорщически мне подмигнул и сменил направление.

— Ты у нас сегодня звезда! Окунуть босса в грязь и в прямом, и переносном смысле за пару минут ещё никому не удавалось. Как мне кажется, так это у него сегодня было впервые.

Сомневаясь, покачала головой. Да и я, вроде, только в прямом смысле … а где было в переносном?!

— Да-да! Ты крутая девчонка! И потому должна оставить свой след на аллее славы.

— У вас на стройке есть собственная аллея славы?! — с большим сомнением в голосе удивилась я.

— Ну, не совсем аллея. Вот! Секунду! Смотри!

Мы остановились перед начатой кладкой первого этажа. Обычная серая стена.

Не понимая шутки, посмотрела на Беркута.

Мужчина улыбался во все тридцать два зуба. Несмотря на моё подавленное состояние, я не могла остаться равнодушной к такой поддержке абсолютно незнакомого человека.

— И как у вас это делается?! — решила я подыграть.

— Элементарно, Ватсон!

Алексей взял мою руку, потёр об юбку и приложил грязную ладонь к стене.

— Вот! — гордо воскликнул мужчина, любуясь проделанной работой.

На стене остался отпечаток моей ладошки. Это было забавно.

— Ну, тогда и ты тоже должен оставить след в истории, как человек, присутствующий в столь знаменательный момент.

Теперь я взяла руку Алёши, для убедительности потерла краем юбки и приложила к стене рядом с моим отпечатком.

Красота!

— Ну, вот! Теперь ты улыбаешься!

Радостно провозгласил мужчина, снова подмигивая мне.

Самый настоящий принц!

— Алёша, ты замечательный, и даже больше … ты потрясающий!

Как всегда, сказала то, что думала. Мой вечный порок!

— Спасибо, красавица! Будем друзьями?

— Только друзьями?! — уточнила я.

Странно, когда красивый и уверенный в себе мужчина первым ставит рамки отношений.

— Думаю, да. Есть возражения?! Или скрепим грязным рукопожатием наш союз?!

Думала ровно секунду.

— Конечно, скрепим, — согласилась и пожала протянутую ладонь.

Жаль немного, но, если честно, мой спаситель уж слишком волшебный, да и в сердечке моём было тихо. Бабушка же

Пока непогоды не намечалось.

— Надо бы отметить прекрасное знакомство, — тут же продолжил предприимчивый Беркут. — Пьешь?

— Иногда, но точно не посередине, возможно, моего первого и последнего рабочего дня.

— Принято. Насчёт «последнего» рабочего дня не спеши. Может, мороженое?! — не делая пауз между темами, скороговоркой спросил мужчина.

Эту вкусняшку я любила, так что согласна покивала головой.

— Отлично! Какое?!

Алексей реально собрался бежать за мороженым?! Уверена, на стройке такого продукта не завалялось.

— Пломбир с шоколадной стружкой или просто в шоколадной глазури. Ты правда …

— Заказ принят. Пойдем, я тебя отведу, где можно обмыться. У меня есть запасная футболка, думаю, тебе как платье сойдёт.

Мы пришли в рабочий домик, слава богу, пустой. Алексей быстро отмыл руки и всё мне показал. Выдал полотенце, мужской шампунь сразу для всего и обещанную одежду, а сам махнул за сладким.

Чудо-мужчина! Сказочный!

Старалась действовать быстро. Шпингалет на душевой комнате был крепким, но сама дверь доверия не внушала. Уж больно хлипенькая!

Вода с меня текла по началу практически чёрная. Стало даже обидно за себя. Вот почему такое случается только со мной? У людей полоса невезения, у меня же вся жизнь …

Топнула ногой, встряхнула волосами и приказала самой себе не распускать нюни. Мало ли чего наговорил нудный босс! Ни он первый пытается пошатнуть мою верю в себя, ни он последний!

Став чистенькой как младенец, мне даже на душе полегчало. Футболка моего принца, конечно, висела как мешок и лишь отдалённо напоминала платье. Перехватила талию пояском из своей юбки и снова посмотрелась в небольшое зеркало на стене.

Видок тот ещё! Влажные волосы убрала в пучок, но этот ход не придал мне строгости. Футболка Алексея заканчивалась ровно на середине бедра, так что наклоняться лучше нигде не стоит. Иначе будет полный конфуз. Нижнее бельё пришлось надевать мокрым, так что ткань моего «платья» немного намокала.

Покрутилась и попрыгала, чтобы оценить вид сзади и снизу. Более гениальных идей в голову не пришло.

Выдохнула. Собрала двумя пальчики в пакет грязную блузку, юбку и сумочку. Спасибо всем святым, что папки с макетами я утром оставила в офисе, а содержимое моей сумки практически не пострадало.

Одна печалька! Мои красивые туфельки после генеральной помывки теперь больше напоминали галоши.

Смело обулась и, прихватив пакет с одеждой, почавкала на выход. Эх, жаль, что сегодня я не обула удобные босоножки или кеды. Хотелось быть в «дресс-коде», зато сейчас сплошной «антидресс».

Куда теперь податься я не знала, мне дальнейших инструкций не давали. Решила вернуться в район «катастрофы», но зацепилась около «аллеи славы».

Залюбовалась нашими отпечатками. Хотелось такую прелесть оставить на память, но мой телефончик тоже искупался в котловане.

— Соловейчик?!

За спиной раздался голос Мирского. И ничего хорошего для себя в его восклицании я не услышала.

— Да, Матвей Романович.

Обернулась, нацепляя на губы лёгкую улыбку. Где же пропал Алёша?! С ним босс точно не рискнёт меня утопить или закопать.

— Ужас! Я думал, что ваш арсенал исчерпан и меня более вам не удивить!

Мужчина с брезгливостью во взгляде осматривал меня. Ну, вот как так?!

Мой начальник словно и никуда не падал! Стоял в идеально чистом костюме и туфлях, ослепляя своей холодной красотой и пренебрежением ко всякому мусору.

Уточнение: мусор — это я.

От досады едва вслух не спросила, откуда у него одежда, но вовремя прикусила язык.

Вдалеке показался Беркут, так что я почти выдохнула.

Может, к нему в бригаду попроситься?! Строить я не умею, но красить стены смогу. В любом случае, это будет проще, чем вытерпеть заносы господина Мирского.

— Чем это вы там любовались? — полюбопытствовал мужчина.

Пока я высматривала своего принца, шеф уже переключился с меня на стену.

Ему это «зодчество» точно не понравится!

Непроизвольно сделала пару шагов назад, пытаясь собою прикрыть отпечатки.

— Ничего. Ничего особенного. Просто изучала стиль кладки кирпичей. Знаете, иногда каждая мелочь играет важную роль в создании … — мой лепет грубо прервали.

— Не врите! У вас это совсем не получается!

А то я не знаю! Ну, не умею я нагло врать, глядя прямо в глаза! Можете первым за это кинуть в меня камень.

А когда над тобой грозно нависли, испепеляя взглядом, то вообще сложно даже просто говорить. Я и так выдала максимум своих возможностей.

Мирский, аккуратно прикоснувшись к моим плечам, передвинул моё тельце в сторону. Тут же отпустил руки, и я почти уверена, что изучил свои пальцы на предмет чистоты.

Вот же … гавнюк! Боженька, прости мои ругательства!

— Что ЭТО?!

Я молчала. На языке вертелась лишь колкость.

— Я вас спрашиваю! Что ЭТО за наскальные рисунки?!

Вот достал.

— Матвей Романович, а я смотрю, у вас и со зрением проблемы. Так вы поближе подойдите, рассмотрите. Не надо стесняться своих слабостей.

Если до этого Мирский был недоволен, то теперь он закипел и тут же взорвался.

Мысленно пририсовала ему пар из ушей, как в мультиках.

— СОЛОВЕЙЧИК!!!

Однако мою фамилию он точно запомнил. Насчёт имени не уверена. Он пару раз произносил, но думаю, надо укрепить память. Повторение — мать учения!

— Евгения Ивановна, — спокойно дополнила я. — Бывает! Не сразу всех можно по имени отчеству запомнить.

Вот тут он поднял руки и, кажется, направил их в район моей головы или шеи, трудно сказать.

Молилась ли ты на ночь, Дездемона Ивановна?!

Помолиться не успела! Подоспел мой принц.

— О! Как замечательно, Матвей Романович, что и вы подошли. Я тут мороженое всем нам принёс. На улице жара, не помешает немного охладиться, — и, окинув нас обоих прищуренным взглядом, добавил. — И остыть.

Мирский и правда тяжело дышал. Вот редиска же я! Так и до инфаркта человека довести можно. Он, конечно, не подарок, но и я сегодня в ударе!

— Спасибо, Алексей, — скромно поблагодарила я, делая быстрый шаг в сторону.

Подальше от начальства, поближе к Беркуту.

Босс успокоился, но его тяжёлый взгляд не сходил с моего лица. Даже когда они начали беседовать с Алёшей.

— Что это за наскальная живопись?! — повторил он свой вопрос.

— Это импровизированная аллея славы, — спокойно начал отвечать Беркут.

Вот почему бы и мне так не ответить?!

— И чей славы?!

— Так всякого, кто присутствовал при начале стройки. На память.

— Что-то я не припоминаю прежде такой традиции.

Говорит, вроде, моему принцу, а взглядом всё меня сверлит. Сверло зубчатое!

— Ну, правильно, Матвей Романович. Это я сегодня придумал для поднятия настроения нашего дизайнера, —

Шоколадный пломбир на палочке.

— Даже так!

Наконец-то Мирский отвёл от меня взгляд.

— Убрать. Сейчас же!

— Конечно, шеф! Только одну минутку.

Беркут, вручив мне своё и босса мороженое, выхватил мобильник из заднего кармана штанов.

Подошёл к стене и под недовольный взгляд Матвея Романовича сделал снимок наших отпечатков.

— Простите, босс! Но хочу оставить себе на память. У всех селфи, а у меня будут наши руки. Я тебе, Женечка, потом пришлю.

Мирский только что зубами не скрежетал, но челюсти были сомкнуты намертво. Комар не проскочит.

— Поторопитесь с уборкой. И … дизайнера моего, пожалуйста, на такси домой отправьте. Иначе она своим видом всех строителей распугает.

Вернул взгляд ко мне.

— Жду вас завтра в офисе. Поговорим, — процедил сквозь зубы местный король.

Приказы розданы, и его Величество отправилось восвояси.

Я почти выдохнула, но мужчина, уже практически пройдя мимо меня, тормознул.

Снял пиджак и накинул на мои плечи. Молча.

Всё. Огни погасли, занавес закрыт.

Глава 7

Женя

Алексей в рекордные сроки организовал мне такси.

Наверное, оставшуюся часть от первой зарплаты после покупки пары бочек валерианы я отдам моему принцу. Заслужил на все двести процентов!

Пиджак босса, кажется, обжигал голые руки, но и снять его я стеснялась. Водитель, конечно, молчал, но регулярные взгляды в зеркало заднего вида я ловила постоянно.

«Платье» окончательно промокло от лифчика и трусиков, так что теперь я больше походила на участницу шоу «Мокрые футболки».

Финт Мирского с заботой обо мне или заботой о репутации своего агенства тронул мою душу в любом случае. Пугала только завтрашняя встреча.

Сегодня день клонился к вечеру, и меня официально ещё не уволили. И это замечательно!

Хотя Мирский мог вместо приглашения в свой кабинет выдать короткое «Вы уволены!», а ещё мою фамилию бы добавил.

«СОЛОВЕЙЧИК, вы уволены!!!»

Практически слоган моего первого рабочего дня.

В такси работал кондиционер на полную катушку, и через некоторое время нашей поездки я стала замерзать. Опять же мокрая майка не способствует согреву, а просить водителя выключить кондиционер не решилась. Меня очень смущали его плотоядные взгляды. Я-то порядочная девушка, хотя мой облик сегодня просто кричал об обратном.

Пришлось закутаться в пиджак поплотнее. Отвернулась к окну от похотливого водителя. Становилось теплее, но всё время держать полы пиджака утомительно.

Вздохнула. Простите, босс! Сейчас я оскверню ваше святое одеяние.

Просунула руки в рукава и плотно запахнула пиджак. Матвей Романович, оказывается, далеко не Дюймовочка. Вещь была больше меня размера на два-три.

Ладони засунула в карманы, но если левая удачно приземлилась, то правой я обо что-то укололась. Морщась, вытащила пострадавшую лапку вместе с «оружием» наружу.

Это оказалась пуля. Золотая пуля в вензелях смотрелась по-королевски. Хотя чего я ожидала?!

Покрутила в пальцах, наблюдая, как красиво рисунок переливается на солнце. Очень интересная работа, возможно, даже ручная. Аккуратно засунула сей шедевр обратно.

Не дай бог потеряю! Уверена, такая красота стоит не дёшево, а если это ещё и талисман какой! Ууу!

«Вдох-выдох и мы опять играем в любимых.

Пропадаем и тонем в нежности заливах,

Не боясь и не тая этих чувств сильных.

Ловим сладкие грёзы на сказочных склонах." (Группа Т9)

Неожиданно и громко понеслось из динамиков машины. Я даже на месте подпрыгнула. В шоке посмотрела на водителя, а тот активно мне подмигивал и зачем-то двигал бровями.

Ой, Мамочки! Неужели фортуна от меня совсем отвернулась?! А если этот тип меня увезет куда-нибудь?!

Подняла воротник пиджака и спряталась там почти с головой. Может, если изобразить страуса, то таксист потеряет интерес к синему чулку.

В нос резко ударил запах мужского парфюма. Вкусно. Дорого. Запоминающе. Я не тяготела к запахам, меня завораживали цвет и формы. Так что эти ароматные ноты представлялись мне в высокие горы с опушками искрящегося белого снега наверху и зелёными долинами внизу и много-много голубого неба. Тихо и спокойно, как я люблю.

Сидеть так бесконечно тоже нельзя, поэтому аккуратно опустила ткань чуть ниже глаз. Мужчина сосредоточенно крутил баранку и матерился сквозь зубы. Заглянула в окно.

Мы ехали через «проклятый» перекрёсток. Это я его так прозвала в связи с регулярными авариями на нём. Сейчас тоже не обошлось. Машина, точнее, её часть стояла на всю полосу, перегородив движение намертво. Нам повезло больше — с нашей стороны движение, хоть и со скоростью улитки, продолжалось.

Теперь секси-водиле было не до меня.

До дома оставалось совсем немного, так что думаю, изнасилование можно исключить из моего сегодняшнего списка неприятностей.

Наконец-то добрались!!!

По всей видимости, таксист нарочно ехал самым длинным маршрутом. Наверное, по началу надеялся на моё согласие. Проведенное в машине время мне показалось вечностью. Так что, как только машина остановилась, я пулей выскочила из салона. На моё счастье, Алексей оплатил проезд, так что преград к моему исчезновению не было.

В свою съёмную квартирку я просто влетела. Закрыла дверь на замок и выдохнула.

Боженька, день сегодня выдался просто кошмарным.

Уставшей и мокрой мне срочно требовалась перезагрузка. Душ.

Сняла пиджак начальника и аккуратно развесила на плечиках на вешалке в коридоре. Надо будет завтра не забыть вернуть эту «святыню».

Нормальный душ мне точно не помешает. В домике на стройке я мылась очень быстро, да и теперь меня окружал парфюм босса. Кажется, этот запах въелся в мою голую кожу.

Поскорее забежала в ванную комнату, скинула своё «модное платье» и встала под упругие потоки воды. Квартирка у меня была так себе, но душевая кабина была новая и очень классная.

С наслаждением помылась своим любимым гелем, отметив, что привычная обстановка очень релаксирует.

Вышла из душа, наверное, спустя минут тридцать. Мокрая и счастливаяя я будто заново родилась. Эх, сейчас бы к родителям, в нашу баньку!

Поток счастливых мыслей прервал шум из квартиры. Приоткрыла дверь ванной комнаты и прислушалась.

У меня соседи периодически буянят. Там снимают двое студентов, первый курс, так что регулярными вечеринкам и криками я обеспечена.

Стук в дверь. Странно, что стучат. У меня есть дверной звонок, который, вроде, исправно работает.

Стук повторился, да так, что моя входная дверь задрожала.

Стало даже страшно. И, вроде бы, ещё не ночь и даже не темно, но когда с такой яростью долбятся в двери, то не жди ничего хорошего.

Открывать в полотенце не рискнула. Чистой одежды я не приготовила, а халата на его положенном месте, на крючке на двери, не оказалось. Пришлось снова облачиться в майку Алексея.

Очередной

Заглянула в глазок, но тому пятьдесят лет в обед как исполнится. Мутный. Ни черта не видно. По очертанию, вроде, мужчина. В глаза бросилось синее пятно. У моего таксиста была такого же цвета футболка.

— Кто там?! — как можно спокойнее спросила я, хотя сердце билось как минимум сто двадцать ударов в минуту.

Ответ пришедшего удивил. Неее … сразил меня. Как он смог меня найти?!

Глава 8

Матвей

Ушёл. Быстро покинул территорию стройки, точно зная, что Беркут всё выполнит.

Уселся в свою машину и уже оттуда наблюдал, как тот усадил Соловейчик в такси.

Уехала. Теперь можно выдохнуть.

Даже не помню, когда в последний раз я был такой злой?! Когда мой гнев рос в геометрической прогрессии, и мало того, я почему-то это терплю.

Это определённо загадка природы, некая аномалия, феномен. Зачем? Почему?

Я люблю, когда всё просто и понятно. Должно быть всё просчитано наперёд, шагов на десять дальше, чем у среднерядового человека. Как итог-меня ничего не может выбить из моей же наезженной колеи.

Но вот появилась эта мисс Неугомонность, и я не знаю, чего мне ожидать не только в ближайшую неделю, но и в следующую минуту. И снова вопрос: "Почему я от нее не избавился?" Ответ — нуль, зерро, знак бесконечности, приравненный к неизвестности.

И самом смешное, что вот они голые факты, кричащие о несоответствии этой девушки моему выведенному годами стандарту. Вот они доводы разума, но нет!

Когда Полина спросила про девочку Соловейчик, зачем она мне, я взбрыкнул. У нас и раньше были такие разговоры, особенно насчёт приема молодых и красивых сотрудниц. Из чего я давно понял о ревностной стороне моей вывшей невесты. И здесь не была замешана любовь. Просто Полина не терпела соперничества, ни в чём!

Но в этот раз привычный алгоритм дал сбой. Я споткнулся, но не упал. Теперь надо просто дать время, чтобы расставить приоритеты. Страусом в поведении я никогда не был, так что проще всего оставить это создание на её месте и посмотреть, что будет дальше.

Опыты. В школе я любил экспериментировать. Физика, химия, биология … В последнее время я от этого совсем отошёл, отдав свой мозг фундаментальным знаниям. Наверное, пора немного взбодриться.

Скрытый ход фирмы «Оазис» был мне понятен. Они просто хотели избавиться от меня и получить свою неустойку. Так что своим решением я убиваю двоих зайцев — немного пощекочу себе нервы и вынесу мозг директору этой фирмы. Уволить нерадивого сотрудника всегда успею, а колибри показала себя смышлёной девочкой.

На душе сразу полегчало. Теперь всё было разложено по полочкам, можно спокойно ехать на встречу с новым заказчиком. Покажу ему свои планы, сражу наповал, и новый заказ у меня в кармане. Да ещё какой заказ?! Правильно, многомиллионный!

Завёл двигатель машины, послушал его успокаивающий шёпот. Торопиться не надо, так как до встречи ещё есть время. Можно заскочить в любимый ресторан и отведать маринованной телятины со спаржей. Много белка, мало жиров, очень насыщает.

Проехал пару метров и резко затормозил.

Флешка. Моя флешка с подготовленными для встречи данными осталась в кармане пиджака. В испачканном костюме она была в тайном кармане, откуда не могла потеряться. Но когда я переодевался, то пришлось положить в обычный карман с целью последующего перемещения в кейс.

Мало того, что теперь надо возвращать пиджак, так Соловейчик с её везучестью может пять раз потерять, сломать, утопить несчастную флешку, о существовании которой не подразумевает.

Взвыл в голос. В машине можно. Я один, а значит, что никто не осудит.

— Ангелина. Мне срочно нужен домашний адрес и номер телефона Соловейчик Евгении.

Вспомнил, что телефон у неё не пережил грязевых ванн. Придётся ловить эту птичку в её же доме.

— Домашний адрес???

Пауза.

— Да, и, как я уже сказал, это очень срочно. У вас не более десяти минут на ответ, — и сбросил вызов.

Женщины!!! Интересно, какую в последствии фантазию изобретет их мозг?! Я официально спрашиваю адрес молоденькой сотрудницы, чтобы поехать к ней и … заняться с ней одноразовым сексом, сексом время от времени, сексом с возможным продолжением?! Остальные варианты я просто не смогу выдумать сам. Фантазии не хватит.

Через пять минут Ангелина мне перезвонила. Умничка.

— Я переслала вам СМС с координатами девушки. Ещё что-то?!

— Да. Соловейчик остаётся с нами. Запланируйте мне завтра час свободного времени после утрешнего совещания. В моём кабинете. Желательно, чтобы нас не беспокоили. Спасибо.

Пауза.

— Конечно, Матвей Романович.

— До свидания.

— До свидания, Матвей Романович.

Верный признак, что женщину переполняют эмоции-это её сдержанная молчаливость. Вроде как, с роботом общаешься.

Ладно, это всё мелочи.

Ввёл присланный адрес в навигатор и рванул. И всё было хорошо до определенного момента. Буквально в паре километров от нужного мне дома я плотно застрял в пробке. Авария, будь она не ладна, перекрыла мою полосу движения. Развернуться никак, перестроиться никак, только ползти со скоростью дождевого червя.

Моё состояние, когда я добрался, словами не описать. Только матами, но я не матерюсь!

Времени оставалось всё меньше, так что торопился, как мог. Скорым шагом нашёл нужный мне подъезд, со второй попытки нужную квартиру. Номера на дверях колибри не имела, а стандартная нумерация квартир в этом доме не сработала. Спасибо соседке-бабушке, сообщила с подробностями. Кто, где и сколько! Теперь я знал про всех соседей нашей птички.

Двери мне открывать не спешили. Я уж начал подумывать — не умерла ли от приступа совестливости?!

Робкое «кто там?!» из-за двери полностью выбесило. Пора лечиться!

Радуясь, что девушка всё-таки жива, громко ответил.

— Демоны!

Дверь «милой» бабушки- информатора резко щелкнула. Явно её плотненько прикрыли и на пять замочков закрыли.

— Соловейчик, открывайте уже. Обращать в свою веру не стану.

И чего это меня на чёрный, да ещё и с религиозным уклоном, юморок потянуло?! От голода, наверное.

Громко проскрежетал замок, дверь приоткрылась, и в маленькой щелочке показался нос.

— Матвей Романович?! Вы?!

— Я, — коротко ответил.

Каков вопрос — таков ответ!

Проём между косяком и дверью увеличился. На свет показалось всё лицо, только тело оставалось целиком за деревянным полотном.

И как она так шею умудряется вывернуть?!

— Мы только расстались, и вдруг ВЫ … И вообще …

— У меня к вам срочное дело. Пройти позволите?! — уже собираясь шагнуть в квартиру, между прочим спросил я.

— Не думаю, что это удобно. Вы скажите, что хотели, и я разберусь, — упрямо пробубнила голова.

— Вы не одна?! — неожиданно

— Одна, но какое это имеет значение?! Что-то случилось, Матвей Романович?

И правда, какое?! К моей проблеме — никакое!

— Самое прямое значение. Я не собираюсь и дальше разговаривать на пороге. Это, в первую очередь, невежливо.

Дверь закрылась. Еле челюсть успел подхватить, пока та не грохнулась на грязный пол.

Брякнула металлическая цепочка, и дверное полотно открылось.

Быстро шагнул вовнутрь, пока некоторые не передумали. Зашёл и сразу затворил входную дверь.

Евгения стояла в паре метров от меня и снова вся мокрая, только на этот раз чистая.

— Попали под дождь?! — ляпнул я.

— Нееет, вроде бы, его не было. Сегодня.

Мой ландшафтный дизайнер преобладал в полном недоумении.

Когда осмотр её лица завершил, опустил взгляд ниже.

Снова эта дурацкая тряпка Беркута.

— Вы что, сроднилась с этой футболкой?!

Судя по гордо вскинутому подбородку, девушка отошла от моего эффектного появления.

— А что?! Нечаянный подарок от приятного во всех отношениях человека. Почему бы и не породниться?! Ведь неизвестно, когда ещё встретишь такую отзывчивость.

Это, как я понимаю, камушек в мой огород! Вот же …

— Если любите жалость и соплижуйство, то вам верная дорога обратно. В деревню.

Вот только моё высказывание кажется вообще ни одним боком не задело Соловейчик.

— Не волнуйтесь, Матвей Романович! Я вполне способна выдержать критику в свой адрес, так что не надо меня жалеть.

Мой дизайнер сложила руки на груди, тем самым привлекая моё внимание к своей груди. Интересный факт я заметил только теперь.

Она была голая. В смысле на ней ничего не было, кроме этой проклятой футболки. Ткань достаточно промокла, чтобы увидеть очертания её тела.

Мне как-то стало душно. Это всё нервы и жара. Ослабил узел своего галстука и выдохнул.

— Матвей Романович, зачем вы всё-таки приехали?

Женский голос звучал как в тумане. Она говорила, я же отмечал лишь движение её рта. Вот эти губы мне сегодня целый день покоя не дают. При том во всех возможных смыслах.

— Мне нужна моя флешка.

Губы напряглись.

— Какая флешка?! Вы мне ничего не давали, — возмутилась Евгения.

Маленький краешек уголка нижней губы попал между зубами. Нервничает.

— Не давал, но она у вас.

Я теперь нарочно тянул. Её волнение так эротично передавалось на её тело, губы.

— Матвей Романович, вы не перегрелись. Вы странно смотрите и говорите тоже странно.

— Нет, я в полном порядке!

Вру. Нагло. Я определённо не в порядке. Эта колибри сегодня мои нервы натянула до предела.

Соловейчик глубоко вздохнула, натягивая влажную ткань на груди до предела. Она пыталась успокоиться. Я перевёл взгляд на лицо.

Неужели не понимает, как она сейчас выглядит?!

Не понимала. Я точно это видел по её ясным глазам с нотками осуждения. Ещё бы, припёрся наглый босс и требует непонятного.

Мне всегда говорили, что это практически самая плохая черта в моём характере. Я знаю, что виду себя по-свински, но все равно продолжаю.

Просто люблю, когда всё чётко и без лишних завихрений. Прямые линии.

— Мой пиджак. Где он? — уже решил завершить эту понятную лишь мне дискуссию.

Евгения оживилась. Губы расслабились. Ответ на этот вопрос она знала.

— Вот … пожалуйста!

Она сделала шаг навстречу ко мне. В воздухе расплылся запах кокоса. Никогда не любил сладкие ароматы. Они всегда меня словно душили.

Но не сегодня! Проклятый день!

Соловейчик аккуратными движениями сняла с плечиков пиджак и, словно отказываясь приближаться ближе, протянула его на максимально вытянутой руке.

И снова её губы замерли в ожидании.

Сегодня был не мой день. Господи, я это понял.

Обманным движением беру вещь и в ту секунду, когда её рука начинает опускаться, хватаю её запястье.

Она ойкает, а я сильно дёргаю Колибри на себя. Девчонка беспомощно врезается в моё тело. Для надёжности нашего соединения свободной рукой обхватываю тонкую талию.

ЭТИ ЧЁРТОВЫ ГУБЫ! Я определённо должен с ними разобраться. Всё-таки я мужик. Откидываю пиджак на рядом стоящий пуфик, а освободившуюся ладонь укладываю на её затылок.

Она не сопротивляется, а женские руки свободно свисают вдоль тела. Сладкая и безвольная, она вся в моей власти. Это то, что я так люблю!

Прикасаюсь к этим мягким губам с чувством полного триумфа. Сразу понимаю, что этого мне мало. Собираюсь углубиться и чувствую взрыв в голове. Неужели и правда, инсульт?!

Взрыв повторяется, и боль окутывает мою голову. Прерываю наш кокосовый поцелуй.

Соловейчик тут же делает шаг назад. Я же ничего не понимаю. Она поднимает руку с зажатым в ней зонтом.

Тяжёлый зонт-трость с металлическими спицами. Его тяжесть я оценил собственной головой.

— Ну, как, Матвей Романович?! Отпустило?! Должно сразу полегчать!

— Что!? — пропыхтел я, хватаясь рукой за затылок.

Тот адски горел и пульсировал.

— Так у вас помутнение рассудка. Наверное, от жары, — пояснила она и спокойно повесила своё «оружие» на место.

— Ваш пиджак, — снова подала вещь на вытянутой руке.

Я осторожно взял, а второй рукой продолжал потирать затылок. Кажется, там росла шишка.

— У меня, наверное, открытая травма головы, — изрёк я, рассматривая руку на предмет крови.

Пальцы были чистые.

— Нет. Уверена, что шишка не входит в понятие травмы в принципе. Зато моя … «зонтотерапия» вас за один раз вылечила.

— Соловейчик! — возмущённо начал я, но добавить, к моему огромному сожалению, было нечего.

Евгения была права!

Быстро залез в карман пиджака и с некоторым чувством облегчения вытащил оттуда свою флешку — пулю. Сам бы такую никогда не купил, а эту подарил хороший друг.

— Это флешка?! — немного изумлённо воскликнула Колибри.

— Мне вот даже интересно, почему все мои слова и действия вы, Евгения Ивановна, подвергаете большому сомнению?

Она просто пожала плечами, вот только её скрытая в уголках губ улыбка сигнализировала о наличии ответа на заданный вопрос.

— Вам, наверное, пора …

— О да! Не смею больше вас тревожить!

Вот тут я снова психанул. Этой птичке моё общество как кость в горле.

Резко рванул на выход и на прощание хлопнул дверью от души.

Истеричка.

Я.

Глава 9

Женя

Звезда в шоке!

Мой босс ушёл, а масса впечатлений не спешила покидать мой мозг.

Это сейчас что вообще было?! Жаль, что я живу одна. Даже теперь спросить не у кого?

Неужели я сейчас только что врезала по башке бабушкиным зонтом своему начальнику?! Этот зонт у нас почти реликвия, и им по назначению уже давно никто не пользуется. Вроде талисмана на удачу!

Сегодня мне просто привалило этой пресловутой удачи, хоть спасателей вызывай- откапываться. Ну, от этого противучего

Успокоительно выдохнула, посчитала до десяти и обратно. Вроде, отлегло.

Подошла к зеркалу, чтобы взять сумочку и снова перешла в стадию шока.

Что это там за шлюшка?! В отражении зеркала?!

Мамочки мои! И эта Я ТАКАЯ стояла перед Мирским?!

Сначала почувствовала, как к щекам привалил жар, а потом и увидела, как заалела кожа лица и шеи. «Леопард» моего смущения, так как от волнения и в момент стресса я всегда покрываюсь большими красными пятнами.

Я закрыла глаза. Постояла немного.

Приоткрыла веки, но моё отражение не изменилось. По мне сейчас просто «Плейбой» плачет и прочие мужские журналы эротического содержания. Жесть!!!

Вот почему я всегда попадаю в такие ситуации?! Ну, нарядись я в халат, этого всего можно было бы избежать. Шеф мне просто не простит такого унижения — сначала в грязи выкупала, а потом по башке настучала.

Уволит! Ко всем чертям уволит!!! Я бы саму себя сейчас уволила.

Вот только мне очень нужен этот заказ, и Мирский идёт бесплатным приложением.

Надо завтра ну очень постараться не косячить! Вот ни грамма!

План одновременно прост и так же одновременно невероятен.

Решила начать прямо сию секунду.

Футболка эта босса взбесила. Значит постирать и спрятать в … очень далеко и глубоко. А ещё можно, как вариант, вернуть Алёше.

Не спорить! Не дерзить! В глаза не смотреть! И дышать через раз!

Господи мои! Проще говоря, удавиться мне сразу!

Вот только я оптимистка по жизни, следовательно, будем стараться. Ещё можно помолиться, в бубен постучать.

Так задумалась, что от громкой трели старого телефонного аппарата подпрыгнула на месте.

— Слушаю, — осторожно и еле слышно произнесла я.

Мне на него обычно никто не звонил. Только хозяйка квартиры.

— Соловейчик Евгения?! — пропел молодой женский голос.

— Я. А вы кто?!

Сейчас столько всяких разводов по телефону. Вдруг очередной лохотрон. Сегодня мне и так хватило.

— Это Катерина. Офис Мирского. Утро. Падение. Вспоминаете?!

О! Девушка-кудряшка!

— Да. Извините, я обычно не пользуюсь этим номером. Откуда он у вас?

И чего это я такая подозрительная стала?! Неужели зараза от босса перешла. Тьфу-тьфу!

— Вы его указали в качестве дополнительного номера для экстренной связи.

Ах да! Было дело! Написала от балды! Номер родителей не будешь указывать, они из деревни меня долго искать будут. Машка — зараза сама трубку берёт только по праздникам.

— А случилось нечто экстренное?! — как можно спокойнее спросила я, хотя и так понимаю, в чём кроется причина этого звонка.

Увольнение. Моё. С волчьим билетом.

— Ну, как сказать! Практически. Вам сменили на завтра время личной аудиенции с боссом.

— Это плохо?!

Катя засмеялась.

— Почему сразу так грустно?! Просто сменили, без дополнений. И мы, вроде бы, переходили на «ты»?!

— Ой! Точно! Извини. Это я с перепуга!

— Бывает. Завтра в шесть утра.

Что?!

— В шесть?!

— Да, Женя. Наверное, это его месть тебе за то, что он тебя сегодня в машине ждал. Оказалось, ты уехала, а ему не доложила.

После её слов небо над моей головой разом на пару тонов посерело. Ещё один камень в общую кучу моих ляпов.

— Я стучалась в кабинет. Меня послали. Он же!

Я честно хотела сообщить, что доберусь сама до объекта. Мадам ящерица мне прямо заявила о необходимости личного посещения кабинета главного.

— Теперь этот факт не имеет значения. Ты нарушила его приказ, — сочувственно пояснила Катерина.

— Ужас! Мы же не в армии!

— И всё-таки!

— Да, я поняла. Не опаздывать, выполнять приказы, не нарушать распорядки.

Мой список «не» пополняется с каждой минутой.

— Умница. Улавливаешь с первого раза.

— Может, ему и кофе с тостами принести?!

— Что ты?! Кофе он на дух не переносит. Лучше даже не пить его при нём, — громко возмутилась девушка. — Матвей Романович пьёт только чай, чаще зелёный, иногда с лимоном. На завтрак овсянка из цельных злаков с фруктами или омлет с гренками из грубого помола.

— У него чего гастрит с язвами? Или худеет?

Девушка-кудряшка засмеялась. Мне, конечно, смешно не было. У нас в деревни так только больные питались и дамы на диете.

— Нет. Это у него рацион питания такой. Мирский здоров и полон сил. Не худеет. Ходит в тренажерный зал три-четыре раза в неделю. Ещё куда-то, чаще по выходным, катается. Место назначения неизвестно. Знает только его личный шофер, но тот не поддается нашим пыткам.

Маленькие тайные слабости.

— Может, любовница?! Какой-нибудь ВИП — салон?!

Моя фантазия рванула с места вскачь. Уже оценив горячность Мирского, я бы не удивилась такому времяпрепровождению.

Хотя целуется он не очень. Незатейливо и по-женски что ли?! Сама-то я не пробовала, но фильмы про таких женщин смотрела. Вот очень похоже.

— Не-е-ет, — протянула уверенным голосом Катя.

— Да, похоже! — возмутилась я и, резко спохватившись, что продолжила разговор на тему своих мыслей.

— Нет-нет! Проверяли уже. Мирский вообще у нас не любвеобилен. Ты б его невесту видела! Такая же замороженная рыба.

Нет?! А как мне сегодня показалось, то очень напорист!

— Извини, ты права. Я его фактически не знаю, — смиренно согласилась, дабы закончить эту щекотливую тему.

— Не волнуйся. Приставать к тебе он не станет. Это точно!

Неужели????!!!!

— И я буду тебе помогать, — продолжила девушка. — Если буду рядом, то постараюсь подавать тебе сигналы. И ещё надо тебя добавить в наш общий чат. Сможешь быстро спрашивать о том, что делать в определенной ситуации.

— Спасибо большое. Только я сегодня телефон утопила. Завтра отдам в ремонт. Пока буду без связи.

Приятно, что Катя на моей стороне.

— Это вряд ли. Босс не может без того, чтобы пятьдесят раз не позвонить. Ты ему завтра сразу об этом скажи. У нас есть корпоративные телефоны с номерами.

— Отлично. Ещё раз спасибо.

— И лучше одевайся завтра попроще. Неброское. Когда ты у шефа в провинности, то лучше не светиться яркими блузками и юбками.

— Понятно. Сделаю.

С моими прегрешениями проще в холщовом мешке придти.

— Ой, Жень, пока. Босс звонит по личной линии, — скороговоркой пропищала Катя и тут же отключилась.

Вроде бы, мне сейчас должно было полегчать. Получила столько новой и очень полезной информации о начальстве.

Нет. Не полегчало. Пойду снова мыться, а ещё лучше сразу топиться!

Глава 10

Женя

Четыре утра. Я уже на ногах и полна боевого оптимизма.

Подготовка с вечера и сон сразу после «Спокойной ночи, Малыши!» дали свои результаты.

Дело оставалось за малым, но нет!

Вот почему мне, дизайнеру и художнице, не удаётся нормально украсить своё лицо?! Я могу

Набираю с городского телефона Машку. Скрестила пальцы на удачу и, пока в трубке завывали трели, перебирала пункты плана на сегодня.

Оделась скромно — скучно. Подошва удобная, а комплект запасной одежды и туфель на каблуках упакован с собой. Футболку всё-таки решила отдать владельцу, так что тоже упаковала в пакет. На сегодня передают осадки после обеда, потому свой зонт убрала в сумочку. Умничка!

Повизгивания старой трубки продолжались, и я уже решила класть её класть.

— Алло-о-о!!! Кто говорит?

— Слон! Машка, ты проснулась?! — радостно заорала я.

— Соловушка, ты что ли?! А чего так орешь и откуда звонишь?! В деревню что ли слиняла?

— Не-е-е. У меня мобильник утонул, я с городского! Извини, что разбудила.

— Да какой! Я ещё не ложилась! — почти гордо констатировала подруга. — И это неудивительно, а вот чего тебе не спится?! Ещё даже петухи не встали.

— На работу, Маш, — и, чувствуя продолжительный расспрос, сразу продолжила. — Долго объяснять! Вот придёшь ко мне и расскажу.

— Хочешь сказать, что ради этой истории я должна переться к тебе? Так сказать, совершить подвиг?!

— Да-да! Мне нужна твоя помощь. Немедленно! Ты же визажист?

— Конечно!

— Тогда помоги!

— Ого!!! Женька, ты меня пугаешь. Ладно, буду через десять минут. Я как раз только вернулась домой после прекрасной прогулки, а потому бодра, свежа и готова свернуть горы. Жди!

Разговор завершили. Я же облегчённо выдохнула.

Машка — она моя Фея. Неправильная Фея. Как та фея- крёстная Люсинда из сказочного фильма «Заколдованная Элла». Мою подругу тоже вечно счастливую мотыляет по всему городу, и ей опасно перечить.

Ещё раз оглядела в зеркале своё «творчество». Тоска смертная … и пошла смывать этот маскарад.

Подруга прибыла в точно назначенное время. Сто процентов, мне это снится!

— Ну, Женька, колись!

Прозвучало словно призыв в доблестные российские войска.

— У меня новая работа, та самая, куда в последний раз ходила на собеседование.

— Как круто! Поздравляю! Пока не уловила связи с желанием прихорошиться и подъёмом в четыре утра. Уверена, это впереди. Садись сюда, я начну работать, а ты за это рассказ со всеми подробностями.

Вкратце пересказала свой вчерашний день, выбросив сцену с поцелуем. Я сама не верю, что Мирский сделал это, так что говорить про Машку. Скажет ещё, что придумала.

— Ну, ты, женщина, даёшь! — то ли удивилась, то ли восхитились подруга.

— Я ничего не давала! Просто так вышло.

Не собиралась оправдываться, но прозвучало именно так.

— А что, этот Алексей правда так хорош?!

Узнаю свою Марию.

— Хорош-хорош! Внешне тебе точно понравится.

— А в остальном?

— В остальном я сама ещё не поняла. Пока лучший мужчина на свете.

— Так надо его брать, пока свободный!

— Во-о-о…. Вот тут я как раз не уверена. Как мне кажется, его сердце кем-то уже занято, — философски изрекла я, морщась от пудры и заодно пытаясь не чихнуть.

— Женька, сиди спокойно и не вздумай чихать! — строго предупредила вредина- визажист! — С чего такие мысли?!

— Алёша мне сразу предложил дружить. Понимаешь, Маш, обычно так себя не ведут молодые и красивые парни.

— А может, он того …

Я нахмурилась, скосила глаза в зеркало, чтобы увидеть лицо девушки. О чём это она?!

— Ох, ты моя святая простота! Ну, мужчина другого поля ягода … небесного и лазурного.

Небесного?! До меня дошло.

— Фу, Маш! Не наговаривай на человека глупостей. Нормальный он, просто мне кажется, Беркут нашёл свою любовь, но либо она ещё не в курсе, либо нет взаимности.

— Ладно, тогда его оставляем. А что босс?!

— Что босс?! — вроде как, не понимая, куда она клонит беседу, вернула вопрос.

— Босс хорош собой?!

— Ну, ничего так. Красивый, — заметив краем глаза, как радостно заулыбалась эта охотница до любовных романов, добавила. — Холодный аристократ. Высокомерный педант. Один словом, не вижу возможности его любить. И да! У него есть невеста!

Про невесту писали в газетах, даже совместные фото имелись. Очень подходят друг другу.

— Как — то, Жень, всё скучно получается. Новая работа, а все интересные партии уже заняты. Досадно даже, — расстроилась подруга. — Всё готово! Можешь принимать работу.

— Машуль, я на работе люблю работать! А эти офисные романы ничем хорошим не заканчиваются. Увольнение и разбитое сердечко. Увольте меня от такого конца.

Просмотрела в зеркало и удивилась. Это была не я!

Нет, всё красиво и в меру, но не я. Я люблю цвет, распущенные волосы или максимум хвост, без макияжа, если не учитывать гигиеническую помаду для губ. А там в зеркале стоит другая Женя Соловейчик — элегантная, в сером брючном костюме, с забранными в деловой пучок волосами и дневным макияжем, как называет его Маша.

— Не нравится!? — тихо спросила подруга, появляясь в зеркале за моей спиной.

— Что ты! Очень хорошо. Просто …

Не знала, как объяснить ей свои эмоции.

— Просто ты не привыкла, — закончила за меня Маша.

— Наверное, — согласилась я, но решая, что больше этого не хочу.

Если сегодня уволит, то оно и к лучшему, а если останусь работать, то буду самой собой. Я деловые ужины и благотворительные вечера не посещаю, а к работе на стройке и в саду мой наряд всегда подходит.

Встрепенулась, сбрасывая с плеч недовольство и непонятную грусть.

Улыбнулась себе и подмигнула подруге.

— Мне пора. Спасибочки большое, дорогая моя Фея! — от всей души поблагодарила девушку, стискивая в крепких обнимашках.

— Ой, ну, ладно тебе. И запомни, что ты всегда прекрасна … душой.

Словно разгадав мою внутреннюю борьбу, она поддержала меня.

— Договорились.

Пора в бой.

Глава 11

Женя

В бой! Это я, конечно, смело.

В реальности, естественно, всё вышло не так.

Приехала я минут за двадцать до шести и поцеловалась с закрытой дверью. Телефона нет, да и номеров я пока не знаю.

Стою как … умная, изображаю статую.

Раннее утро, роса на листиках, в воздухе уже ощущается ещё один жаркий день. Эх, сейчас бы на природу, в лес с озером, что недалеко от родительского дома.

Я вот иногда думаю, зачем оттуда уехала?! Зачем порою люди бегут оттуда, где им хорошо?!

Найти ответ на столь сложный вопрос не успела. За спиной щёлкнул замок.

Только бы не босс!

— Девушка, а вы чего тут стоите?! И так рано?!

Охранник. От радости отсрочки свидания с Мирским заулыбалась во всю ширь своего зубного диапазона.

— Доброе утро! Я со вчера здесь работаю, ландшафтный дизайнер. Мой шеф сказал быть к шести.

— Матвей Романович!

Не спросил, а даже как-то сочувственно сразу сообразил

— Ну, проходите. Как вас зовут? — продолжил он, пропуская меня внутрь здания.

Ура! Ура!

— Соловейчик Евгения, можно просто Женя, — всё также радостно представилась я. — А вас?

Я видела его бейдж с именем, но мне хотелось, чтобы он сам сказал. Люблю общение по-старинке.

— Пётр Ильич, — пробубнил охранник и тоже улыбнулся. Скромно. Уголками губ. — Сейчас проверю вас по списку.

— Очень приятно познакомиться. Конечно, проверяйте.

Сказала, а сама пальцы незаметно перекрестила. Хоть бы меня вообще внесли в этот список. Иначе буду тут сидеть до спасения меня Его величеством.

— Да, всё хорошо. Можете подниматься на свой этаж, — выдал «добро» охранник.

Ещё двое мужчин помоложе с интересом меня разглядывали из своего сторожевого пункта — «аквариума». Решила, что надо и к ним проявить дань уважения, и помахала рукой в знак приветствия.

Парочка «твикс» рукой тоже махнула, очень так сдержанно и даже неуверенно.

Господи, у них тут вообще общаться друг с другом не принято что ли?!

— Вам сегодня надо в отделе кадров получить личный пропуск, — продолжил Пётр Ильич. — Чтобы было проще передвигаться по зданию. У нас несколько пунктов контроля.

— Большое спасибо. Я обязательно получу.

Если меня сегодня же не уволят, про себя добавила я.

— А Матвей Романович уже приехал?!

— Он и не уезжал. Как вчера вечером прибыл, так и остался.

— Спасибо.

Уже пошла, как меня остановил практически шёпот охранника.

— Вы с ним поаккуратнее, он сегодня не в духе. Вечером приехал злой, Катерина Сергеевна от него просто сбегала вечером, и сегодня буянит.

— А Катерина Сергеевна-это …?! — между прочим, решила уточнить.

— Катюшка с ресепшена на этаже босса. Вы должны быть знакомы.

— Да, знакома. Она мне вчера и сообщила о переносе моей встречи с боссом.

Пётр Ильич загадочно ухмыльнулся, но больше ничего не сказал.

Выяснять значение этой загадочности не стала, мне было пора.

Сердце быстро стучало, причем чем ближе к кабинету начальства, тем чаще ритм. Вроде бы, не страшно, а волнение плескалось в теле, и тут уже никакие тренинги не срабатывали.

Нужная мне дверь была закрыта. Секретаря для сообщения о моём прибытии не было, как в принципе никого вообще не наблюдалось по периметру. Какой идиот притащится на работу к шести утра?!

Бодро постучала в двери, вдруг Мирский славно спит. Вот наверняка сейчас разбужу, и это невыспавшееся, взлохмаченное в мятом костюме создание будет пилить мой мозг, а потом попросит отчалить обратно в «Оазис».

Двери открылись, и на пороге стоял Матвей Романович. Холодный, собранный и в идеальном чёрном костюме в мелкую бордовую полоску. Даже галстук не нарушал общей симметрии.

— Доброе утро, — начала я, старательно пряча своё разочарование.

Шеф не исправим. В его случае, как говорится, «горбатого могила исправит».

Мирский в ответ молчал, неотрывно изучая меня. Демонстративно сверху вниз и обратно. Решила, ещё секунда этого рентгена, и я его стукну.

Не хочу получить максимальную дозу облучения Мирского в первые две минуты.

— Не уверен, Евгения Ивановна, что оно доброе! Но здравствуйте. Проходите и присаживайтесь. У меня к вам серьёзный разговор.

Всё началось!

Деваться мне всё равно некуда! Зашла, села, глазки в пол и ручки на коленочки сложила. Ну, просто сестра кротости!

Зато Мирскому на его троне чего-то не сиделось. Босс встал у окна, потом сменил позу, но разговор так и не начал. Я за ним украдкой следила, на всякий случай.

— Евгения Ивановна, насчёт вчерашнего вечера …

О! Вот тут бы продолжения не хотелось!

— Матвей Романович, мне кажется, что это случайное недоразумение можно вычеркнуть. Я искренне сожалею о содеянном, но обещаю, что впредь этого не повторится.

Вот как я выкрутилась! Не знаю, о чем именно хотел повествовать Мирский, но тема эта его крайне напрягала. Нам же сейчас надо, наоборот, сбавить обороты.

Босс обернулся и слегка с нахмуренными бровями снова сканировал меня. Вид такой, словно удивился.

— Я готова сотрудничать, если вы не против, — продолжила наш односторонний диалог. — Я очень люблю свою профессию, и мне очень хочется справиться с вашими заказами.

Тяжёлый взгляд, как снежная лавина, под которой невозможно двигаться и дышать, меня отпустил.

— Хорошо. Тогда приступим!

Нифига себе поговорили …

Я. Сама с собой.

— Вчера вечером мне сообщили, что сегодня в полдень прилетают мои новые заказчики, — сразу к делу перешёл Мирский, оставляя пост у окна. — Они ждут от меня предложений, но, как это ни прискорбно, готовых идей не было. Ночью я наработал несколько макетов, но мне требуется оформление.

Он сел в кресло, закинул ногу на ногу и сложил руки домиком на колене. Фото в журнал готово. Идеальный мужчина, и это … минуточку … в шесть утра после бессонной ночи.

— Сколько у меня есть времени? — стараясь вернуться в реальное, уточнила я.

— Максимум до десяти утра.

Не то, чтобы мало, но и не густо.

— Хорошо. Я сейчас быстро найду свой рабочий стол и сразу приступлю. Материалы вы мне почтой отправите?! — начиная подниматься со стула, я спросила шефа, но сама старалась вспомнить путь к моему рабочему месту среди этого офисного лабиринта.

Вот только про сумку, вроде как, элегантно пристроенную на спинке моего стула, я позабыла. Обычно она у меня лёгкая, но сегодня там обитала половина моей квартиры.

С грохотом мебель упала. Я выпрямилась и на секунду прикрыла глаза. Господи!

Когда открыла свои очи, то сразу встретилась с мужским взглядом. Прямым и нечитаемым.

Хотя мне и не нужно читать! Этот набор выражений в свой адрес я и так примерно знала.

— Нет.

Что «нет»?! О чём был мой последний вопрос?!

Sos! Sos! Help me!!! Мой крейсер тонет.

— Нет, высылать материалы не придётся. Будете работать здесь.

Здесь?! Уверена, мой вопрос отразился в каждой мышце моего лица.

— Здесь. За моим столом. В моём компьютере. У меня имеются все необходимые для вас программы.

— Конечно, — нелепо прошептала я, всё ещё пребывая в удивлении.

— Как только уберетесь в моём кабинете, можете сразу приступить.

Убраться?!

Мужчина кивнул и указал пальцем за спину.

Точно! Мои вещи!

Кинулась собирать свой баул.

Через пару секунд рядом, как раз с футболкой Алексея, оказались чёрные лакированные мужские туфли.

— Вы теперь эту майку будете всегда носить с собой?! Вроде как, талисман?! — холодно спросил Мирский.

У меня скоро от его голоса отит будет или просто уши отмёрзнут.

— Нет, что вы! — не поднимая головы, я как можно быстрее засунула вещицу на место. — Просто хотела её вернуть!

Туфли молча удалились. Я выдохнула.

— Зонтик вы тоже кому-то отдать решили? — прямо как гром среди ясного неба.

Вот глазастый

Выпрямилась, закидывая сумку на плечо.

Его Величество стояло рядом со своим столом. И снова эти изучающие меня глаза … словно я его мышка … подопытная. Достал.

— Нет, что вы, Матвей Романович, это у меня просто перцовый баллончик закончился. Теперь приходится носить зонтик для самообороны … от всяких … хулиганов.

Глаза в глаза. Поиграем, кто первый моргнет?!

Я проиграла только раз! Маме!

Глава 12

Матвей

Начало недели, а меня переполняют эмоции. Я, чёрт побери, в них просто захлебываюсь.

Помимо рядовых проблем и чумы под именем Соловейчик на мою голову свалились эти новые заказчики и болезнь девушки Веры, отвечающей за исполнение этих макетов! Простуда!

Пора назначить проверку кадров моей фирмы. Слабых иммунитетом, немощных и калек отправить на работу с менее тяжёлыми условиями микроклимата. Но это потом!

Господа заказчики требовали полный макет с ландшафтным дизайном. И у меня как раз есть такой специалист! Шесть утра! Сладкая месть, хоть мелкая и недостойная меня, но и рабочая необходимость.

Я её ждал. Вот спрашивается, почему и зачем?! Но, несмотря на бессонную ночь, мой организм был бодр как никогда.

В первые секунды я не узнал девочку-колибри. Серьезная девушка в сером со строгим пучком волос не имела ничего общего с той, которую я вчера зачем-то поцеловал. Попытался!

Небольшая, но шишка на голове напомнила о себе и последствиях необдуманных поступков.

И ещё её оптимистичное «доброе утро» прошлось по напряжённым нервам. Поэтому решил сразу приступить к делу, а точнее, расставить те самые знаменитые знаки препинания в наших непродолжительных отношениях.

В чём я практически уверен, так это в том, что Соловейчик уже чёрте что возомнила о нашем интимном знакомстве. Путь от первого поцелуя до свадебного марша у них очень короткий и чаще всего прямой.

Девушки, которых я частенько встречаю, обычно имеют такую тенденцию.

Но меня снова ждали сюрпризы как из рога изобилия!

Сначала мой поцелуй обозвали недоразумением и искренне о нём пожалели, потом пообещали достойно трудиться и тут же устроили фейерверк из содержимого дамской сумочки.

А там много чего интересного завалялось … включая уже ненавистную мне футболку Беркута и зловредный зонтик, хоть и другой.

Если тряпку хотелось порвать, а заодно и мои воспоминания о теле Колибри, то от этого аксессуара боль в области удара резко возобновлялась.

Так что в такой обстановке выдержать прямой взгляд упрямой птички я не смог. Это неприятно, когда проигрываешь.

— Я сомневаюсь, что этим … — кивнул в сторону её сумки и подошёл ближе к своему стулу, — можно отбиться от настоящего хулигана. Проще купить новый баллончик.

Посоветовал и тут же задумался. Евгения и перцовое оружие рядом — это взрывоопасное соседство. Мегачихательное!

— Куплю обязательно, а пока и зонтик сойдёт. Буду надеяться, что со мной ничего плохого не случится.

Соловейчик не сдавалась. Оставить последнее слово за собой — это у неё пунктик.

— Ну, раз во всём разобрались, то приступим. Времени остаётся всё меньше, — серьезно и очень сухо завершил наш диалог.

— Конечно.

И мы начали, ну, точнее, Евгения Ивановна начала, а я со своими бумажками пересел за стол для конференций.

Соловейчик работала молча, только звуки кнопок мышки и клавиатуры. Даже интересно! Никаких вопросов и уточнений?! Я нарочно не дал своих указаний по макетам.

Спустя полтора часа я бросил делать вид, что работаю не покладая рук. Прекратил подглядывать за девушкой и развернул своё кресло лицом к ней.

Колибри задумчиво смотрела в монитор и грызла кончик карандаша. Моего.

Наверное, взгляд у меня был очень тяжёлым, так как мой дизайнер подняла глаза.

— Желаете взглянуть, Матвей Романович?!

Вот такое чувство, что издевается, но выражение лица серьёзное.

— Желаю, — вставая со своего места, ответил я.

Подошёл к компьютеру и удивился.

Мне нравилось. Конечно, к чему придраться, я нашёл, но это были такие мелочи.

Если бы она работала не в моём кабинете, то я бы решил, что Соловейчик просмотрела все мои работы и создала изменённую копию.

— Неплохо, — наконец-то выдавил я из себя, продолжая изучать наброски на мониторе.

— Спасибо. Я вчера немного изучила ваши старые работы, ваш стиль.

— Заметно.

— Это всегда помогает лучше угадать предпочтения … архитектора, — с заминкой пояснила она, отодвигая кресло от меня чуть в сторону.

Повернул голову в сторону и обнаружил, что Евгения очень близко. За просмотром я не заметил, что расстояние между нами сократилось до неприличного.

Сейчас я остро ощутил запах её духов и шампуня. Цветочный. Яблочный. Напряжённый взгляд девушки от моих глаз метнулся к губам и тут же обратно. Её красивые губы приоткрылись, будто она силилась что-то мне сказать.

Я весь превратился в слух. Колибри же всунула в рот несчастный карандаш, продолжая как раньше его грызть.

— Это мой …карандаш, — немного хрипло пояснил я.

— Ммм … ааа, — после этого мычания Колибри вытащила предмет канцелярии изо рта и аккуратно положила на стол.

— Извините.

— Принимается, — выдохнул я, поскорее принимая вертикальное положение. — Можете забрать его. Дарю.

В любом случае воспользоваться им, не вспоминая, где он побывал, я уже не смогу.

Соловейчик явно хотела возмутиться, но её «восторг» от моего подарка прервал звук моего мобильного, что лежал тут же на столе.

Мы оба посмотрели на экран девайса. Я вздохнул, а Евгения громко воскликнула «ой».

Ещё бы, на экране высветилось имя абонента «Ад» на фоне заставки в виде огненной гиены.

— Может, не стоит брать трубку, — почему-то тихо предложила девушка.

— Нет, лучше сразу, а то ещё в гости явится, — зловеще прошептал я, отвечая на звонок.

— Здравствуй, бабуля!

— Здравствуй, внучок. Артрит тебя что ли замучил?! Так долго отвечаешь на звонок любимой бабушки. Я уж немолодая, могу и помереть!

Мирская Аделаида Львовна. И этим всё сказано. Это имя многих приводит в трепет. Светская львица из династии, основавших этот город. Её, кажется, знала каждая собака, как и тот факт, что я являюсь её внуком.

Кроме Соловейчик, которая с недоумением смотрела на меня.

— Работа, бабушка, — попытался оправдаться я.

— Работа в лес не убежит, а вот я скоро собираюсь в путешествие. Вот только мой единственный внук забыл дорогу в бабушкин дом. Вон уже и Амурчик по тебе соскучился. Правда, дорогой?!

Вопрос, я так понимаю, был адресован не ко мне, а к новому увлечению бабули.

Кролик. Кролик, жизни которому завидует половина города. Подарок Беркута.

Пару месяцев назад он делал бабушке новую беседку на заднем дворе её «скромного» поместья. И по окончании привёз эту божью тварь с длинными ушами

После крайнего уикенда я остался без обуви и любимого портфеля. Маленький грызун, который меня, наверное, просто ненавидел. Так по-свински Амур относился только ко мне.

Через пару секунд милований разговор вернулся в прежнее русло.

— Ну, хорошо. Буду ждать тогда, только не затягивай с этим.

— Конечно, Аделаида Львовна! Я не посмею.

— Ещё бы! — и трубку повесили.

Она права. Я в последнее время совсем погряз в работе, но это практически моё постоянное состояние.

— Почему у вас бабушка сохранена как «Ад»?!

Колибри испытывающе вглядывалась в меня. Её нахмуренные брови сигнализировали о недовольстве.

— Это же обидно! — добавила она.

— Евгения Ивановна, вы решили поучить меня жизни?! — вопросом на вопрос ответил я.

— Извините, Матвей Романович.

Обиделась.

Соловейчик с невозмутимым лицом освободила моё кресло.

— Я закончила. Теперь можно вернуться на своё рабочее место?!

— Нет.

Девушка была уверена в моём положительном ответе, так как быстро, прихватив свою объёмную сумку, направилась на выход.

Затормозила, одновременно разворачиваясь на пятках.

— Это ещё почему?!

— Пойдете со мной навстречу с заказчиком.

Его глаза смешно округлились.

— Зачем?!

Резонный вопрос. Вот и мне бы знать ответ.

Глава 13

Женя

Моё огромное удивление вылилось в громкое «Зачем?!».

Ответ сразу не последовал.

Этот любитель кошмарных прозвищ неспешно усаживал свой красивый зад в кресло.

— Заказчик может иметь к Вам вопросы, и вообще, мне так удобнее работать. Вы у нас особа ветреная, ещё улетите куда.

Ага, ага. Ещё бы меня с Мэри Поппинс сравнил! Юморист.

— Я летаю только в полнолуние, на метле, а в остальные дни передвигаюсь обычным способом.

Мирский перестал подписывать свои бесконечные бумажки. Сколько я работала, столько он там резолюции накладывал. Я немного подглядывала за этим королем пера и чернил.

Мужчина даже взглядом меня удостоил, точнее, удостоил вниманием мою шутку. Надеюсь, он понимает, что это ШУТКА!

— Пришлите мне на почту своё расписание полётов, я в этот день буду в замке отсиживаться.

Выдал указание и снова вернулся к маранию бумаги.

— Я вам с удовольствием отправлю.

Села снова на стул в ожидании дальнейших указаний. Думаю, надолго его не хватит. Я же тут без работы прохлаждаюсь.

Наше безмолвие прервал короткий стук в двери.

— Проходите, — откликнулся босс.

В кабинет практически влетела миссис Ящерица с прицелом на стол начальства.

— Матвей Романович, через час будут заказчики из «Яртреста». Верочка на больничном, а ваш новый дизайнер не явилась сегодня на работу. Телефон у неё отключен, я уже раз пять её набирала.

Как я и подумала, меня, сидящую за столом для совещаний, она или не заметила, или просто сразу не признала со спины.

— И вам здравствуйте, Ангелина Сергеевна!

— Простите, Матвей Романович! Доброе утро.

— Про заказчика и отсутствие сотрудницы, как в принципе и отсутствие её работы, я в курсе. — немного зловеще начал босс. — И дизайнер мой новый тоже работает. Причём с шести утра.

На лице женщины отразилось недоумение.

— А вы, Евгения, почему трубку не снимаете, когда вам из офиса звонят?!

Это я так понимаю, уже ко мне вопрос.

— Матвей Романович, вы, наверное, подзабыли, что вчера мой мобильник плавал вместе со мной … и с Вами, — вроде как, с укором напомнила начальству о моих временных трудностях. — Извините, Ангелина Сергеевна, я пока без средств связи.

Помощница шефа смотрела на меня во все глаза. Во все два!

— Женя?! Вы здесь?! — немного с опозданием неубедительно спросила миссис Ящерица.

Зелёная. Интересно, у неё есть вещи другого цвета?! Или хотя бы другой оттенок зелёного, поярче.

— Да. Это я.

Женщину мой ответ не интересовал. Она переводила взгляд с меня на Мирского и обратно. И если меня это насторожило, то босс преспокойно трудился дальше.

— И как же мне теперь с вами связаться?! — нервно спросила помощница.

— По старинке, Ангелина Сергеевна, — шутку мою Ящерица, естественно, не поняла, так что расшифровала. — По городскому телефону, через письма, ну, и на крайний случай — голуби.

— Голуби?! — чуть ли ни в шоке переспросила противная Ящерица.

Матвей Романович странно хмыкнул, а потом закашлялся. Мы обе посмотрели на него.

— В горле пересохло, — ответил он на наши вопросительные взгляды.

— Вам принести чаю?! Скоро совещание.

— Чай — это будет хорошо. Совещание сегодня будет коротким. И принесите две чашечки чая.

Ангелина Сергеевна снова напряглась.

— И для Евгении Ивановны тоже, — пояснил босс.

Противное начальство продолжает величать меня по имени отчеству. Я себя бабушкой чувствую.

— Я утром люблю кофе … растворимый.

Нос Мирского сморщился так выразительно, словно я не кофе, а пиявок по утрам лопаю.

— Матвей Романович не любит кофе. Это вредно для здоровья, — таки решила мне пояснить Ангелина Сергеевна.

— Да что вы?! — вроде как, изумлённо усмехнулась я. — Ну, тогда может подскажете, где можно купить этот зловредный напиток. За моё здоровье не волнуйтесь. Я девушка крепкая и очень здоровая. Как говорится, и коня на скаку … и так далее.

— Я вам покажу, — смилостивилась миссис Ящерица. — Идёмте со мной.

Мне кажется, или эта женщина жаждет со мной побеседовать тет на тет?!

— Ангелина Сергеевна, заодно выдайте моему дизайнеру корпоративный телефон вместе с номером. Чтобы она всегда была на связи, а то голубей у нас точно не найдётся.

— Но … — начала женщина.

— Вы хотите оспорить моё решение?! — холодно спросил Мирский.

Кажется, в кабинете даже резко похолодало.

— Нет. Я всё сделаю.

Ящерица, поджав нижнюю губу, быстро поцокала каблуками на выход.

Я поплелась следом.

— Сумку лучше оставить здесь.

Чего?!

— Ну, чтобы вы её не потеряли и сами не забыли вернуться. Надеюсь, без своего тканевого талисмана вы сможете прожить пятнадцать минут?! — добавил Мирский вопрос, заметив моё замешательство.

Господи, может, ему эту футболку подарить? И тогда он от меня отстанет.

Подошла к стулу, на котором до этого сидела, и демонстративно поставила на сидушку сумку.

— А деньги?! — снова вопрос начальства, когда я сделала первый шаг в сторону.

— Есть. С собой.

Если эта заботливая «мамушка» сейчас спросит: «А ты шапку взяла?!», я в него кину чего-нибудь. Тяжёлое.

— Даже зонтик не возьмёте?

Ангелина Сергеевна застыла в дверях, и ее взгляд в мою сторону становился всё страшнее. Она меня точно сожрёт.

— А что, думаете, стоит? В вашей фирме так опасно передвигаться без средств самозащиты?

Мужчина неопределённо пожал плечами.

— У вас, так сказать, каков хозяин — таковы и холопы. Бывает. Думаю, сегодня справлюсь без зонтика.

Добродушность босса, как я и думала, оказалась мнимая. После моей последней фразы его невозмутимость сменилась недовольством на лице и льдинками в глазах.

Новая версия

Мы вышли.

Ящерица горделиво посеменила вперёд, я следом. Молча.

Дошли, как я понимаю, до её кабинета. В принципе, ошибиться было бы сложно. Зелёный цвет превалировал в этом помещении.

В такой же тишине мне были переданы мобильник и новая сим-карта.

— Спасибо, — не выдержала я.

Мама научила меня хорошим манерам.

Поблагодарила и скорее потопала подальше отсюда. Кофе сама найду.

— Зря рассыпаешься в благодарности. То, что ты вертихвостка, я сразу поняла.

Ящерица не выдержала. Урок воспитания молодежи мне сегодня обеспечен.

Развернулась к ней лицом, а то как-то неприлично попой с человеком разговаривать. Слушать.

— Только хочу предупредить, чтобы зря тут перья свои не распускала. У Матвея Романовича есть невеста, и ни ты, ни другие жалкие затейницы не годятся ей в подмётки. Вы лишь мусор, прилипший к её обуви.

Эту фразу я уже где-то слышала.

Обидно не было. Я знаю себе цену. Тем более у меня никогда не было цели захомутать этого короля снежной горы.

— Спасибо, Ангелина Сергеевна. Так я пойду?!

Моё спокойствие не убедило женщину.

— Ты меня слышала?

— Каждое слово, Ангелина Сергеевна. Не волнуйтесь так, а то давление поднимется. Я уже ухожу, так сказать, мусор пошёл искать мусорницу.

Махнула на прощание рукой и быстро слиняла из кабинета, прикрыв двери за собой.

Фу-у-у. Вот же я попала.

— О, Женечка, привет!

От неожиданности я даже подпрыгнула на месте.

— Катюша, доброе утро, — выдохнула я.

Улыбающаяся и, как всегда, спокойная девушка стояла у меня за спиной.

— У тебя это утро, я так понимаю, очень весёлое! — легонько кивая головой на закрытую дверь кабинета Ящерицы, негромко спросила она.

— Есть маленько, но кружка кофе всё исправит! — оптимистично провозгласила я.

— С кофе у нас напряжёнка! Босс его не жалует. Даже запах, — с грустью поделилась Катя.

— Я в курсе. Мы с ним это уже обсудили, но мне жизненно необходимо выпить этой растворимой гадости.

Девушка заговорщически подмигнула и потянула меня за локоть.

— Тогда спасу тебя! Идём.

Ну, вот! Жизнь-то налаживается! Главное-это уметь радоваться мелочам.

Глава 14

Матвей

Моя дизайнер — революционер.

На встрече с заказчиком посадил её рядом с собой, хотя не планировал.

На успели двое мужчин появиться в зале для переговоров, как свет сошёлся клином на Соловейчик.

Мне кажется, они вообще забыли зачем пришли.

Ещё разок посмотрел на девушку. Красивая, но у меня и другие сотрудницы не уродины, так почему такой ажиотаж именно вокруг неё?!

Улыбка.

Она улыбалась не только губами, но и глазами и, кажется, всем телом излучала тепло и искренность.

Может, в этом всё дело?!

— Матвей Романович, мне нравятся ваши макеты, а вариант оформления близлежащей территории просто изумителен. Евгения, вы практически фея, только что крыльев не хватает.

— Она их сегодня дома оставила, — прервал я очередной поток любезностей в адрес Колибри.

Соловейчик промолчала. Удивительно, что она не высказала своё мнение, хотя в принципе имела право.

Мужчины мой совсем не тонкий намёк уловили и вернулись к обсуждению. Слово взял инженер по безопасности. Вот только я никак не мог нормально сосредоточиться.

Кофе.

Запах кофе, исходящий от мисс «Я люблю растворимый» окружил меня. И где она его только нашла?! Я был уверен, что истребил этот продукт в своей фирме. Тем более Ангелина Сергеевна всегда меня поддерживала в этом вопросе.

Когда моя помощница увела Колибри, то должна была объяснить о невозможности этого напитка. Это моя маленькая прихоть, но как владелец — имею право!

Написал записку для девушки и, между прочим, пододвинул лист к ней.

«У вас есть в вашей большой сумочке парфюм?»

Евгения преимущественно скучала, так как вопросов к ней у заказчика не имелось. Зато у меня в большом количестве.

Её удивление отразилось на лице. Единственное, не понял, от чего именно. Моя записка или сам вопрос возмутили покой дамы, но ответ написала и также невзначай переместила лист ко мне.

«Есть. С какой целью интересуетесь?! Вам понюхать или выпить?»

«Я не пью!!!»

Хотел ещё добавить, что «С вами скоро начну», но не стал.

«Подушите ими запястья»

«И только?! Уверены?!»

«Уверен. И хватит ерничать с начальством!!!»

«Матвей Романович, как можно?! Вам почудилось!»

Тут я вспоминаю, что Ангелина Сергеевна должна была выдать ей телефон.

«А телефон вам выдали?»

«Конечно. Никто не посмел нарушить ваше распоряжение! Но он ещё не включён.»

Жаль! Хотел прекратить общение школьников восьмидесятых.

Тем не менее, моё пожелание удовлетворили.

Соловейчик достала бутылёк и брызнула под столом на левое запястье.

«Спасибо. И вы нарушили. Вы пили кофе!»

Девушка прочитала и закатила на секунду глаза. В знак протеста отодвинула лист с перепиской от себя. Весь её вид кричал, что я- это детский сад.

А мне всё равно! Главное, что мои желания исполняют.

Счастливо вздохнул и расслабился, стараясь снова на сто процентов сосредоточиться на обсуждении макетов. Как раз вещал специалист по предварительной смете. Им я тоже успел подкинуть работы с утра пораньше.

Сильно расслабиться не получилось.

Сладкое яблоко проникало прямо в мозг, возрождая вчерашние воспоминания о женском голом, мокром теле.

Всё! Пора завязывать с воздержанием. Это не нормально.

Встреча, к моему большому облегчению, подошла к концу.

Парочка из «Яртреста» наконец-то получила ответы на все свои вопросы, но всё никак не могла отправиться дальше по своим делам.

— Евгения, фея вы наша, а может быть, в честь знакомства и удачного сотрудничества сходим на совместный обед?

Это Майкл. Ему около пятидесяти. Она ему в дочки годится.

— Придётся, господа, вас огорчить, но не выйдет.

Все трое, третья — Соловейчик, повернули на меня головы.

— У нас ещё есть дела и запланирована встреча в ресторане с другими заказчиками.

— Матвей Романович, вы трудитесь на износ. Как говорится, война войной, а обед по расписанию.

— Да-да! Нам уже пора, — и, подхватывая локоток Колибри, потащил девушку на выход.

Она — умница, бодро шла и махала ручкой на прощание.

В таком же темпе вышли на парковку, где Евгения выдернула свою локоть из моего захвата.

— Достаточно, Матвей Романович. Нас уже не видно. И что сегодня с вами? Бес вселился?!

Девушка закинула свой баул на плечо, собираясь идти в другом направлении.

— В меня ничего не вселялось. У меня просто появились вы!

Гневно высказался и пошел к машине. Ключи и мобильник были в кармане, а остальное мелочи.

— Быстро в машину, Соловейчик! Мы опаздываем на встречу.

— На какую?! Вы же всё выдумали?! — замирая на месте, удивилась Колибри.

— Откуда такая информация?! Зачем мне

— Ну, не знаю!

— А я знаю. В машину.

Пока она шла, я чётко видел, как беззвучно шевелятся её губы. Даже боюсь подумать, какие именно слова звучат в мой адрес.

Ехали молча. Включил классику, Бетховена. Евгения молчала.

Я украдкой на светофорах подглядывал за ней. Странно то, что Колибри спокойно сидела и, судя по сонным глазам, активно боролась со сном.

Даже если она обиделась, то внешне девушка этого не показывала.

Молчание было нарушено уже в ресторане. В моём любимом, в том самом, что вчера мне не удалось посетить.

На встречу я успел, и всё прошло замечательно, но неприятное послевкусие осталось. Не люблю, когда мои планы неожиданно меняются.

— И с кем у вас встреча?! — серьезно спросила Соловейчик.

— С вкусным обедом! Я помогу помочь и вам выбрать, так как у вас эта же самая встреча.

На меня смотрели практически в упор и с прищуром. Я даже выдохнул, что под рукой у неё нет зонтика.

— Матвей Романович, вы издеваетесь?!

— Ни секунды. Тема закрыта. Это приказ. Не надо портить мне аппетит своими истериками.

Спрашивается, зачем припёрся в ресторан вместе с ней?!

Глава 15

Женя

Спрашивается, какого лешего этот гад архитекторный притащил меня с собой в ресторан?! Прочитать очередную нравоучительную беседу?! Поесть?!

Так в фирме есть небольшая столовая, да и рядом с офисом имеются вполне приличные заведения питания.

Подали меню. Ткнула в первые попавшиеся знакомые названия блюд с, возможно, минимальной ценой. Я всеядна. Главное, чтобы потом хватило денег расплатиться.

Официант вежливо кивнул в знак согласия с моим выбором и перешёл к боссу. Тут, естественно, началось! Это полить соусом, это убрать, это добавить … Господи, сотрудникам этого ресторана проще застрелиться или заставить эту капризульку самого готовить. Надеюсь, он оставляет большие чаевые в знак компенсации самого себя.

Когда с заказом было покончено, и мы снова остались одни, решилась всё — таки спросить о причине нашей совместной трапезы.

— Евгения Ивановна, даже не начинайте!

Мне закрыли рот прежде, чем я его успела открыть. Возмутительно!

— С чего вы взяли, что я хотела что-либо сказать?! — не моргнув глазом, соврала я.

— У вас на лице всё написано.

Чтец мимики нашёлся. Хотя я и сама знаю о своём пороке. Скрывать свои эмоции для меня тяжелейшее задание.

— И, Матвей Романович, не надо меня по имени отчеству называть, — уже спокойно попросила я. — А то я себя бабушкой чувствую.

Мирский даже как-то самодовольно развалился на диванчике.

— А как мне вас тогда называть?

— Просто Женя или Евгения хотя бы, — добавила второй вариант, замечая, как недовольно поморщился босс.

— Значит, я вас Женя, а вы меня Матвей?!

Посмотрела повнимательнее на начальство. Шутит что ли?

Представила, как зову мужчину по имени. Получалось как-то интимно. У шефа, наверное, имя сексуальное. Да и внешне он образчик порока, только вот содержимое подкачало.

Хотя если припомнить его вчерашнего у меня в квартире, то становится … жарко.

Неожиданно почувствовала, что к щекам и шее прилила кровь. Тут же стало душно. Блин блинский, как не вовремя я решила придаться сексуальным воспоминаниям.

Мирский, зараза, глаз своих загадочных с меня не сводит. Наверняка сейчас прокомментирует «пожар» моего лица чем-нибудь эдаким неприятным и унизительным.

Спасла меня классика сюжета. Официант и напитки.

Пока милейший завершил сервировку нашего столика, я успела взять эмоции под контроль. Абсолютно невинным взглядом уставилась в окно, где виднелся кусок городского парка и дорога со снующими туда-сюда машинами.

— Через пару дней намечается подобие командировки, — неожиданно сухо начал босс.

Я бросила изучение видов за окном и развернулась всем корпусом обратно к мужчине.

Сейчас напротив меня сидел другой человек. К нему снова вернулась холодность и безучастность. Робот с прекрасными манерами элегантно попивал воду из большого бокала.

К чему ТАКАЯ переменчивость?!

— Почему ПОДОБИЕ командировки?! — решила на всякий случай уточнить, чтобы потом не попасть впросак.

— Подобие потому, что ехать недалеко, в район. Заказчики, по их словам, нашли райский уголок и жаждут показать его нам. У них большие планы на местный ландшафт и потому вы тоже едете. Надо уберечь то, что создала матушка — природа, и привнести в это современные технологии.

Мужчина был недоволен. Ну, ещё бы! Для архитектора и строительного бизнеса хуже не придумать вариант работы. Наверное, только если попросят построить домишко на Марсе в фазу метеоритного дождя.

— Когда выезжать? — решительно и бойко начала я. — И куда? Хотелось бы заранее узнать место высадки.

— Сначала мне надо утрясти уже запланированное расписание, чтобы освободить целый рабочий день, — раздражённо произнёс Мирский. — Остальные подробности вам передаст Катерина или Ангелина Сергеевна.

Надеюсь, первый вариант. Общение с Мисс Ящерицей не вызывает у меня оптимизма.

Чтобы ещё больше не бесить босса, согласна покивала головой. Мужчина стал недобро проигрывать вилкой и тыкать ею в разные узоры на скатерти. Думаю, если опрос продолжиться дальше, то эту вилку страстно воткнут уже в меня.

Принесли, на моё счастье, наш заказ. Надо отметить, очень оперативно. Тут явно Мирского знают и уважают или знают и боятся.

Молча приступили к еде, но моё природное любопытство не давало мне покоя. Я через ресницы бросала незаметные взгляды на босса.

Шеф же невозмутимо резал на мелкие кусочки мясо, и эта его игра со столовыми приборами завораживала. Я, конечно, хоть из глубинки, но знаю, что такое вилка и нож, и пользоваться ими умею. Здесь была какая-то симфония удовольствия, что, кажется, даже стейк был счастлив своему концу.

— Евгения … Евгения, прекратите смотреть на меня. Это мешает и заставляет меня задуматься о причинах вашего внимания. Я же за едой предпочитаю думать о еде.

Я же сразу определила его суть — скучный педант. За едой думать о еде, работая — о работе, в ванне — о ванне. Тоска смертная!

Одно хорошо, меня, хоть и с заминкой, назвали просто по имени. Огромный шаг.

— Не надо думать, Матвей Романович, а то ещё несварение получится, — благожелательно пожелала я начальству, не отрывая глаз от своего обеда.

Пусть у него хоть третий глаз и рука вырастут, не посмотрю.

Мой босс обладает уникальным талантом — одновременно увлекать собой и тут же бросать за порог. У меня от его закидонов внутри уже всё кипело и даже потряхивало.

Мирский на моё пожелание что-то буркнул себе под нос.

Пофиг! Я сама собранность!

И когда наша молчаливая трапеза подошла к концу, то активно полезла в свою сумочку за кошельком.

— Запишите на мой счёт, — легко попросил шеф,

Мы встали. Официант вежливо кивнул и скрылся. Вот мне бы сейчас хотелось так же!

— Евгения, уберите, пожалуйста, свой кошелек! Я ещё в состоянии оплатить обед дамы, которую приглашаю!

Это он мне прямо в ухо прорычал. Я реально испугалась и отпустила один край сумки.

Мой любимый малыш — зонтик тут же выпал! На ногу и не мою!

Босса! Мирский громко ойкнул.

— Да что это такое?! — прошипел начальник, выхватывая мою сумку из рук.

— Это мой маленький защитник! — практически продекламировала я.

— От чего? Или кого? — я не ответила.

Мне этот вопрос вообще показался риторическим.

— Скорее всего, это мне в скором времени понадобится охрана от вас и ваших вещей.

— Может, мы пойдём?!

Мне совсем не по душе стоять здесь как двум баранам.

Босс поднял мой зонт из-под стола и, снова «припарковав» мой локоть, потащил к выходу.

— Лучше просто молчите!

Да, пожалуйста! Не больно-то и хотелось!

Спустя некоторое время поняла, что меня везут домой.

Очень интересно, но продолжаю молчать. Лучше лопну!

Мирский плавно остановился у моего дома. В нашу сторону как по команде «Фас» обернулись местные стражи порядка. Бабушки.

Сейчас, чувствую попой, из обычной девушки превращусь в валютную проститутку.

Мужчина тоже вышел из машины. Спрашивается, зачем?!

— Я провожу вас до квартиры, а то очень неблагоприятный тут район.

Что?! Сам он неблагоприятный! Вон соседские пацаны несутся к нам. И снова не забываем про бабулек!

Мальчишек Босс послал, но без матов, местному патрулю подарил улыбку

Уже на моей лестничной площадке я понимаю, что обет молчания придётся нарушить. «Спасибо» мой провожающий, естественно, заслужил.

— Скажите, что думаете? Иначе сейчас лопнете! Как шарик.

— А вы налейте и отойдите, — немного передав лозунг рекламы, огрызнулась я. — И спасибо за помощь!

Начальник даже немного опешил. И не страшно, таким полезно!!!

Глава 16

Женя

И снова утро. Сегодня я счастливая, и кажется, ничто не сможет омрачить это чувство.

Я выспалась и успела позавтракать.

Так как вчера босс привёз меня домой достаточно рано, а на работу сегодня к девяти, то я успела много и ещё чуть-чуть.

Под чуть-чуть подразумевается проработка моей первой ПОДОБИЕ командировки.

Ближе к вечеру Катерина, а, слава богу, не зелёная вредина, прислала на почту расписание до конца недели и немного конкретизирующей информации о поездке.

Я же с облегчением выдохнула. Меня оставляют работать! Трёхкратное ура!!!

Выезжаем в пятницу, так что есть пара дней для подготовки. Надо будет поразить шефа своими способностями, сделать его навечно своим рабом! Ну, точнее, рабом своего таланта.

От поиска второй туфли в коридоре отвлек настойчивый звон городского телефона.

— Слушаю вас.

— Привет, Пчёлка.

— Ой, Мамуля! Приветик. Знаю-знаю. Ты не можешь до меня дозвониться, — сразу начала я, пока меня не обвинили во всех смертных грехах. — У меня утонул телефон, но сейчас мне выдали рабочий, так что я в обед …

На том конце связи грозно покашляли.

— Поняла. Прямо сейчас позвоню тебе.

— Жду, — и сразу отбой.

Чёрт! С этой новой работой у меня совсем вылетело из головы, что вчера был вечер обязательного звонка мамы. Хотя эта любимая женщина никогда не ограничивалась общением только в этот день.

Набрала по памяти её мобильник и, тихо матерясь, продолжила поиск туфли. Ага, нефиг было вчера разбрасываться обувью и лететь подглядывать за боссом.

— Пчёлка, хватит выражаться как наша бабушка, — неожиданно раздалось в ухе.

Точно, я же маме звоню.

— Прости, мам! У меня просто туфля без меня походу гулять ушла.

— Что у тебя там? Как дела? Как работа? Мне сегодня что-то не спалось, так я всё думала

В голос мамы против её воли просочились нотки тревоги. Мгновенно стало стыдно. Она переживала, а я спала как сурок.

— Мамуль, прости меня, пожалуйста.

Я уселась прямо на пол, бросая свои поиски. Всё равно не знаю, где ещё поискать. Пойду в балетках.

— Ничего, Пчёлка. Всё нормально. Я понимаю.

Не понимает. Слышу по голосу.

— У меня новая работа и, как положено по закону жанра, босс-придурок. Он меня тут уволить в первый же день грозился, — тут же наябедничала я родительнице.

— Что?! Ты прекрасно рисуешь и …

Я прервала маму, зная, что та может долго восхвалять любимое чадо. А меня очень любили.

— Мам, я его в первый рабочий день в канаву с грязной водой уронила … случайно. Точнее, сама туда сначала упала, а потом и его … вообще, всё как всегда.

Ольга Васильевна, главный член профсоюза их молочного комбината и лучший оратор любой демонстрации в одном лице, не могла найти слов. Больше причин, объясняющих это молчание в трубке, я придумать не могла.

— Доченька, со всяким такое могло приключиться, — соврала она.

— Да-да. Только в реальности случается только со мной! Однако, пока меня оставили на прежнем месте. Та-дам!!! — следом добавила я уже радостным голосом.

Не хочу, чтобы мама грустила.

— Ого! Отец, нашу Пчёлку взяли на работу! — заорала мама, что мне ухо заложило.

Как из погреба донеслось радостное «Йес» папы. Это я им кабельное ТВ сделала — мужчина наш постигает современный разговорный сленг. Лесоруб первого разряда.

— Отец счастлив, — перевела мне мама его радостные вопли.

— Я так и поняла.

Глянула на часы. Пора выходить.

— Ты обувку-то нашла? — вспомнила мама о моей пропаже.

— Нет.

— Это у тебя домовёнок сердится. Надо ему молока и печенья оставить, вечером вернёт.

Ох, мама!

— Обязательно. И если сегодня шеф спросит, где мои туфли, я ему так и отвечу.

Представляю лицо Матвея Романовича …

— Женя, не начинай, пожалуйста!

О! Назвала по имени, значит, пора уходить в подполье.

— Хорошо, Ольга Васильевна! Не буду!

— Договорились. Собирайся давай, а то ещё опоздаешь, — распорядилась мама. — И не забудь зонтик. Дождик на после обеда передают.

О да! Зонт! Некоторым он скоро будет сниться.

— Конечно, мам. Зонт всегда со мной, — не скрывая дурацкой улыбки, успокоила женщину.

— Ничего смешного, Жень! Простуда и летом может быть.

Кто бы спорил!

В балетках было намного удобнее и привычнее, так что на работу почти летела.

И с размаху влетела на пост охраны, без пропуска. Кто бы мне его вчера сходил и забрал.

Сегодня на стрёме стоял другой охранник, очень такой категоричный. Пришлось звонить Кате и почти слёзно молить о спасении.

Помощь пришла в белой блузке и чёрной юбке до колен, волосы идеально убраны в длинную косу. Даже интересно … в честь чего такая классика.

— Катерин, а у вас сегодня что? Проверка из программы офисный

— Хуже, — тихо и нервно ответила девушка.

Ответ, конечно, исчерпывающий, что тут скажешь.

— Хуже?!

— Сегодня вторая среда месяца!

Ого! Пояснила шикарно.

Обратила внимание на окружающих. Все прятались по своим норкам, а кругом идеальная чистота и тишина. Может, у Мирского в этот день особое меню?! Ну, к примеру, сжирает на обед первого, кто скажет слово. Вроде игры в молчанку.

Спросить ничего не успела, так как со словами «Вот чёрт!» меня схватили за локоть и затянули в ближайшую дверь.

Моя несчастная рука, и почему именно такой способ вынужденного передвижения?! Это у них от босса такая зараза по фирме пошла?!

— Катя, да что случилось?! — не выдержала я, выдергивая свою конечность из неженского захвата, и тут же принялась растирать локоть.

Вот сто процентов синяки останутся.

— Тихо, Женька. Нашла ты, конечно, день опоздать на работу.

— Я не опоздала. Пришла вовремя, но меня не пустили. Да поясните мне уже наконец-то, что происходит.

В кабинете, куда мы попали, стояло три больших стола и вокруг них около шести человек. Мои коллеги с интересом разглядывали нашу пару, правда преимущественно меня.

— Соловейчик Евгения. Приятно познакомиться, — начала я, чтобы хоть немного скрасить своё, как всегда, эффектное появление.

— Взаимно, но давайте попозже. Через часок.

Люди, ау! Хватит смотреть на закрытую дверь кабинета.

— А Мирский у себя?! — решила выяснять информацию обходным путём. — А то мне к нему зайти надо. Обязательно.

— Нет. Матвей Романович сегодня на совещании в строительном комитете.

Это пропищала молоденькая девочка в очках и безразмерном свитере. На неё все разом шикнули.

— Это точно?! — переспросила, так как была уверена, что в этом кабинете мы именно от Короля сия государства прячемся.

— Да. Сегодня же вторая среда месяца. Босс, может, к вечеру будет или уже только завтра, — и снова та же девушка.

Тогда я ничего не понимаю.

— Ну, всё! Вроде, пронесло. Пошли. Я отведу тебя в твой кабинет.

Даже слегка улыбаясь, любезно предложила Катя. Вот только зачем меня провожать?! Я, вроде, и так знаю, куда идти.

— Ну, пошли, — согласилась я с надеждой прояснить эту непонятную ситуацию.

Девушка пошла первой. Как только она открыла дверь кабинета — раздался звон металла.

Вся наша компания содрогнулась, включая меня. Просто их лица, полные скорби, меня уже начали пугать.

Катерина быстро выглянула в двери и вернулась обратно.

— Это новая уборщица. Неужели ей никто не сказал?!

Да что?!

— Мне вот тоже ничего и никто не сказал, — пожаловалась я.

— Неужели я вчера забыла тебе про это написать?! — призадумалась Катерина. — Я точно помню, что собиралась. Потом пришёл мой мучитель, и, наверное, я забыла.

Меня всё достало. Я отодвинула размышляющего секретаря и вышла в коридор.

Та самая новая уборщица безмятежно продолжала уборку. Самая страшная опасность, которая мне грозила в данный момент — это мокрый пол.

— Женя, ну, куда ты пошла?! Вот оно тебе надо?! — нервничая, воскликнула девушка за моей спиной, снова норовя перехватить мой локоть.

А-а-а! Надоели они, и поэтому отскочила в сторону прямо за кадку с большим деревом. Открыла рот, дабы возмутиться, но Катя увязалась за мной.

— Женя, тихо! — приказала она, прижимая меня в пышную гущу растения.

Она страшными глазами показала в сторону, где только что была уборщица. Неужели та оказалась оборотнем?!

Жаль, но нет. К этой женщине шагала Ангелина Сергеевна в красивом деловом костюме её любимого цвета. Зелёный.

— Что вы тут делаете?! — грозно начала миссис Ящерица. — Время уборки давно закончено. Я уже почти час как занимаюсь проверкой.

— Простите, я новенькая. Мне насчёт времени ничего не говорили, — спокойно пояснила уборщица, прекращая свою работу.

— Да что вы говорите, — ехидно изобразила её голос строгая начальница и сложила руки на груди. — А самой понять, значит, не дано?! Тупенькая, выходит?!

Женщина обречённо опустила голову. Вот же су… эта Сергеевна.

— А что с твоим внешним видом?! О ношении униформы тоже в первый раз слышишь?!

Теперь и я ничего не понимала, так как на женщине была надета синяя спецовка. Все из клининговой компании носили такую одежду.

— Ну, я же …

— Всё понятно! — прервала несчастную Ящерица. — Ничегошеньки-то мы не знаем и потому нацепила этот ужасный красный шарф?! Зачем он вообще нужен?

Что?! Что это за безобразие?!

— Бедная, Ангелина Сергеевна ненавидит красный цвет! — тихо пояснила мне Катерина.

— Да ты никто, а всё туда же?! — продолжала набирать обороты «ласковая» речь Ящерицы. — Пытаешься устроить мне революцию? Ты, которая убирает за всеми мусор?! Ха-ха!

Ох, этот зловещий смех даже меня до печенок пробрал. Может, ей пора лечиться?!

— Я ничего … — снова попыталась вставить хоть слово в свою защиту обвиняемая.

Но паровоз под именем Ангелина уже пёр на всех котлах.

— Вот именно, что ты одно сплошное НИ-ЧЕ-ГО! Ты уволена!

Офигеть!

Я уже хотела рвануть на помощь, но меня не пускала Катя. Она почти запрыгнула на меня и всем своим весом вжала в стену и зелень. С виду она казалась мне дюймовочкой, а теперь я её сдвинуть не могла.

— Но… я сегодня первый день … у меня договор …

— Советую молча уносить ноги, пока я на тебя в суд за кражу имущества не подала.

В подкрепление угрозы шёл такой же, как и смех, зловещий взгляд.

— Всё, ушла с глаз моих! — добавила эта террористка женщине, пребывающей, на мой взгляд, в глубоком шоке.

Нет, я не поняла! У нас некто решил забыть про отмену крепостного права?!

Уборщица, всхлипнув, подхватила свои уборочные инструменты и посеменила в сторону служебной комнаты.

Довольная, как слон, Ящерица продолжила свой путь. В нашу сторону.

Прятаться дальше было глупо, нам по- любому не слиться с местностью. Свой костюм хамелеона я сегодня как раз не надела.

— Кать, хватит, — прошептала я. — Выходи.

Секретарь тоже поняла, что дальнейшее изображение скульптур бессмысленно.

В душе у меня всё кипело. Давно у меня не было такого острого желания оттаскать кого-нибудь за волосы.

Так что я сама шагнула навстречу этому терминатору в зелёном.

— Здравствуйте, Ангелина Сергеевна!

— О! Соловейчик! Ты-то мне как раз и нужна.

Да неужели?!

— Утром о тебе спрашивал Матвей Романович, и я сообщила ему, что ты опоздала.

— Я не опоздала.

Но меня никто не слушал.

— Естественно, опоздание в нашей фирме неприемлемо! Так что Матвей Романович ждёт тебя в пять часов у себя в кабинете.

Господи, сколько пафоса в этой женщине. Как она только в зеркало смотрится?! Бедняжка, наверное, и там находит, к чему придраться. Королева без королевства!

— Спасибо, что передали приглашение. И

Ящерица открыла свой рот, но я была в ударе. Театрально поднятой рукой остановила её.

— И раз вы сегодня работаете почтовым голубем, то передайте, пожалуйста, что я с радостью прибуду в назначенное мне время. Столько вопросов накопилось!

Ух, уж я поговорю! Нет, ну, просто король и его вассалы! Что за беспредел тут творится?!

Махнула на прощание Кате, что в виде безмолвной декорации стояла позади меня. Немного бледная, она как-то нервно улыбалась. А может, у неё судорога?!

Пока пресмыкающееся не оживилось и не откусило мне голову, пошла на своё рабочее место. Мне не помешает действительно заняться своей работой.

Когда я погружаюсь в любимое дело, то время для меня останавливается. Вот и сейчас я рисовала то от руки, то в программе на компьютере, больше находясь там, чем в реальности.

В чувство привёл пустой желудок, напоминая о своём существовании громким и недовольным урчанием. Ему надоело бездельничать, он тоже требовал работы.

Глянула на часы, почти половина пятого. Ого! Вот это меня засосало!

Скоро свидание с боссом, а я совсем голодная.

Кафе порадовало своим выбором и вкусом. Кофе там не оказалось, но у меня было с собой. В термосе. В моей любимой сумке много чего хорошего помещалось.

Насладиться моим напитком в полной мере мне не дали. Телефон.

— Соловейчик?! Что, отряд ОМОНа вызвать? Матвей Романович уже минуту как вас ждёт.

Ящерица. У-у-у.

— Уже иду.

Выключила мобильник. Ух, я сейчас приду. Вот только рисунки свои захвачу.

Глава 17

Матвей

Колибри снова опаздывала.

Наверное, это у неё пунктик.

Устало откинулся на спинку кресла. Перерыв мне не помешает. В голове после длительного и, по сути, бесполезного совещания шумело. Разговоры ни о чем всегда меня утомляют.

Ангелина Сергеевна в этот день замещала меня, решая мелкие вопросы и информируя о происшествиях. Именно она поведала мне об отсутствии моего дизайнера.

Эти творческие натуры … с ними всегда всё сложно!

Короткий и решительный стук в дверь заставил меня резко выпрямиться. Не успел ничего ответить, как в кабинете уже стояла Соловейчик.

— Здравствуйте, Матвей Романович. Рада, что вы нашли время со мною встретиться.

Не уверен, что я сейчас буду радоваться. От девушки просто растекались волны раздражения, заряжая весь мой кабинет электростатическим напряжением.

Прикоснись к ней, и тебя жахнет небольшой молний. А может, и большой.

— Здравствуйте, Евгения. Рад, что нашли время ко мне зайти.

Она молча подошла и поставила свою сумку-палатку на стол для совещаний.

— Как тут не зайти?! В вашей фирме и за меньшие провинности увольняют.

— Соловейчик, вы бы пояснялись. Я вас ещё ни разу не увольнял.

Только у себя в голове. Многократно.

— Да вы, Матвей Романович, утомили, а если по-человечески, то достали со своими царскими замашками. Такое чувство, что момент окончания холопов после выстрела Авроры вы нарочно пропустили. Запамятовали, так сказать!

Она злилась. Тяжело дышала, и руки были сжаты в кулаки, словно она всеми силами сдерживает себя, чтобы прямо тут не свершить акт правосудия. Моё убийство.

— Женя, успокойтесь!

Я нарочно назвал её упрощённой формой имени, чтобы хоть немного загасить взрыв снаряда.

— Женя спокойная, а вот вы … явно помощь из вне требуется, — процедила сквозь зубы девушка.

— Достаточно. Я немедленно требую объяснений вашего безобразного поведения.

Иначе взрыв всё-таки будет. Только моего мозга! Это создание сводит меня с ума.

— Ааа! Вот снова! Что за приказы?! — вскрикнула она, одновременно взмахивая руками.

Кажется, ещё пара таких махов, и Колибри действительно полетит. Но нет, полетела её сумка. Она от случайного удара хозяйки упала на бок и пролетела остаток стола ко мне. По пути её следования часть содержимого вывалилась наружу. Мне достался кусок ткани в пакете. Поднял прозрачный пакет и пригляделся, оказалась, что эта та самая футболка Беркута.

— Может, просто в ней будете ходить?! Зачем такую красоту в сумке прятать и тайком любоваться, — как можно спокойнее предложил я, стараясь не выкинуть несчастную вещь в урну.

— Божечки мои, да что вы прикопались к этой футболке, — раздражённо произнесла девушка, выхватывая ту из моей руки. — Но если так желаете …

Всё дальнейшее происходило со скоростью перемотки. Девушка резко сдернула с себя блузку, демонстрируя простой белый лифчик на вполне замечательной груди, на которую я непроизвольно смотрел. Колибри небрежно отбросила верх своего туалета на близстоящий стул, а потом, сердито пыхтя, выуживала футболку из полиэтилена.

С первой попытки не получилось, так как пакет прилипал к ткани. Со второй дело пошло лучше, и я мысленно возликовал, что колыхание полуголой груди от резких движений девушки сейчас завершится.

Эти магические движения бледных полушарий завораживали. Такого стриптиза в моей жизни ещё не было.

От деликатного стука в двери мы оба вздрогнули как от выстрела «Катюши».

Сказать ничего не успел, в кабинет уже вошли. Прежде чем посмотреть на входящего, я успел заметить, как расширились глаза Соловейчик, а руки вместе с зажатой в них проклятой футболкой прижались к груди.

— Матвей Романович, очень извиняюсь, но … — Ангелина Сергеевна замолчала, когда подняла глаза от папок и посмотрела в мою сторону. — Простите.

Запнувшись каблуком за порог, она стремительно вышла в коридор и даже дверь за собой плотно прикрыла.

— Офигеть! Этот монстр сейчас расскажет всему мир о том, что видела, и ещё добавит пикантные подробности лично от себя, — скорее всего, огорчённо произнесла Евгения, натягивая наконец-то вещь на себя. — Довольны?!

А может, она и не огорчена вовсе. Её глаза сейчас линчевали мою голову как минимум.

— А я-то тут причём?! Это ваша идея устроить порно представление у меня в кабинете!

— Да что вы говорите! А могли бы и отвернуться, как истинный джентльмен! — тут же парировала девушка, недовольно поджав губы.

— Вы не просили. Тем более ничего нового я там не увидел, — небрежно соврал я, откидываясь на спинку кресла.

Пришлось заложить ногу на ногу, чтобы скрыть прямые следы своей лжи в районе паха.

Колибри снова закипала.

— И Ангелина Сергеевна никому ничего не скажет. Она не болтает попусту, — постарался успокоить своего эмоционального дизайнера.

— Эта Ящерица ничего не болтает?! — изумлённо воскликнула Соловейчик.

Видимо, дамы уже успели плотно познакомиться и, как я понимаю, не нашли общего языка.

— Вы не согласны?!

— Нет. Ваша зелёная мегера с вашего позволения или нет, я не в курсе, устроила в

Я нахмурился. На прямую слышу это впервые, но несколько раз робкий шёпоток долетал и до меня.

— И нечего хмуриться. У меня есть свидетель, как сегодня утром эта карга уволила новую уборщицу лишь за красный шарф у той на шее. Ах да! Ещё женщина не знала, что именно сегодня, находясь в стенах вашей фирмы, нельзя дышать, двигаться и смотреть без позволения этой противной Ящерицы. И ладно бы просто уволила, так она ей ещё и оскорбительной грязи наговорила.

Соловейчик не лгала. Всё её эмоции всегда были на лице как на ладони.

— Значит, именно сегодня?!

— Не думаю, что только сегодня, но определённо это её главный день в месяце.

Борец за справедливость сложил руки под грудью, снова привлекая внимание к этой части женского тела. И футболке Беркута.

— Отдайте мне футболку, я сам передам хозяину.

— Не надо менять тему, Матвей Романович!

— И не собирался! Кто свидетель?!

Мне всё ещё не верилось, что Ангелина решила строить планы за моей спиной.

— Катя, секретарь.

— Замечательно.

Пригласил названную девушку к себе и получил тот же рассказ об утренних злодеяниях моей помощницы.

Может, они сговорились?

— Хорошо, вы обе можете идти. Спасибо за информацию, — добавил в конце, чтобы моё прощение не было таким жёстким.

Колибри, явно неудовлетворенная моим ответом, подхватила свои вещи. Её глаза горели праведным гневом, но она молчала.

Секретарь, скромно потупив глазки, стояла у двери, но от меня не ускользнули любопытные взгляды в сторону Соловейчик.

Ещё бы! Мужская футболка пятидесятого размера, которая так и норовила сползти с плеча, ярко синяя юбка в мелкий белый горошек и кремовые балетки — это явно не тот образ.

— Евгения Ивановна, подойдите ко мне. Я отдам материалы об нашей командировке.

Девушка подошла, протягивая мне папку.

— Это мои наброски насчёт основных двух проектов и плюс мои мысли по поводу командировки, — ответила Колибри на мой немой вопрос.

Я удивился.

— Почему в папке?! Вы распечатали? Обычно мне скидывали на почту предположительные макеты. И что именно вы приготовили для командировки?! Материалов у вас толком не было, и мы ещё не выезжали на местность.

Женя улыбнулась. Неожиданно и открыто, сбивая меня с мысли.

— В папке мои рисунки от руки. Я художник, поэтому люблю рисовать в реальности. Насчёт командировки, то пару лет назад я там была. Моя родная деревня в семи километрах от того места. Не думаю, что в поселке произошли большие изменения.

Точно. Я читал в личном деле Соловейчик, что она из деревни, но не связал.

Колибри наклонилась к столу, оставляю свою папку и забирая мою.

Аромат кофе и яблока.

Интересно, где на этот раз Колибри достала кофе?!

— Принесла с собой.

— Что?! — удивлённо переспросил я, получая ответ на мои мысли.

— Вы спросили, где на этот раз я достала кофе. Взяла в термосе из дома.

Мне пояснили, как слабоумному.

Даже не знаю, что именно меня взбесило: тон девушки, будто разговаривает с пятилеткой, или тот факт, что я начал говорить вслух то, о чём думаю.

— Значит, мои распоряжения для вас лишь пустой звук?!

Улыбка Соловейчик из разряда ослепляющих перешла в сдержанную, учтивую.

— У вас с вашей помощницей очень избирательная память. Я не ваша рабыня, а наёмный сотрудник на договорной основе. Всё основные требования и правила прописаны в моём дополнительном соглашении. Отказа от кофе там точно не было. И если на чистоту, то иногда ваши распоряжения, мягко говоря, безумны.

Соловейчик с трудом впихнула мою папку в переполненную всякими вещами сумку.

— До свидания, Матвей Романович. Спасибо за потраченное время.

Девушка удалилась, а её запах снова оставался со мной. Что за наказание?!

— Футболку! — напомнил я.

— Обязательно передам с местным почтовым голубем.

С кем?! У меня есть голуби?! Почтовые?!

Девушки скрылись за дверью.

Мне казалось, что я только что пережил сражение при Бородино. Только вместо снарядов и штыков в меня вонзили массу разнообразных эмоций.

Хочется выпить и громко выматериться!

Взял мобильник.

— Ангелина Сергеевна, зайдите ко мне, пожалуйста. Прямо сейчас!

Глава 18

Женя

— Ну, ты даёшь!

Первое, что в восхищении прошептала Катерина, стоило сделать шаг от двери босса.

Я, всё ещё пребывая под воздействием эмоций, в недоумении посмотрела на девушку.

Катя восторженно смотрела на меня и, кажется, хотела расцеловать.

— Ты чего?! — решила прояснить ситуацию.

— Ну, Женя! Это как ты Матвея Романовича … практически размазала!

— Ой, не надо преувеличивать! Мои неловкие «па» он даже не заметил. Что слону дробина — только шум.

Отмахнулась я от незаслуженных восторгов девушки. Как по мне, так Мирского хоть в лоб, хоть по лбу. Каменный.

— А что за футболка? Это про эту, что на тебе?!

И точно! Она мне напомнила моё оголение. Это был чёткий перегиб. Даже не знаю, что на меня нашло.

— Блин! — расстроилась я.

— Что?

— Да вспомнила, что мне надо переодеться, — неопределённо пояснила я своё огорчение.

А ещё отдать эту футболку- путешественницу боссу-придурку. Пусть хоть гнездо из неё совьет! С Алёшей договорюсь и куплю ему новую.

— Пошли тогда в туалет. Я тебе помогу.

От любезного предложения секретаря отказываться не стала.

Вскоре преображённая я и Катя сидели в маленьком кафе в паре шагов от здания фирмы. Футболку, как я и обещала, отнесла Ящерице — местному почтовому голубю. Та с хмурой миной на лице забрала пакет. Без комментариев.

Что само по себе уже странно!

Вдруг вспомнила, что хотела спросить у Кати.

— А что за мучитель, из-за которого ты забыла меня предупредить о Миссис Злыдень?

Девушка сморщила свой маленький носик и недовольно тряхнула копной уже распущенных кудряшек.

— Дааа, есть у меня прилипчивый поклонник. Чуть ли не в любви признаётся, а я глубоко уверена, что он балагур. И вообще, он не в моём вкусе.

Во как!

— И что с ним не так? Маленького роста? Страшненький? Нет маникюра?

Катя весело улыбнулась.

— Мимо по всем, ну, почти по всем, вопросам. Маникюр его не рассматривала, а в остальном картинка.

Счастливца! И не понимает своего счастья! У меня вот с мужчинами не клеилось.

— Может, стоит присмотреться?! Хотя иногда под этой картинкой скрывается лишь одна сплошная какашка, — умудренная жизненным опытом посетовала я.

— Как грустно звучит. Мне жаль, — посочувствовала девушка, но её глаза горели желанием узнать подробности.

— Да, по сути, ничего особенного. Влюбилась в девятнадцать, вместе работали на ферме. Начали встречаться, а потом одна ночь любви, и мой возлюбленный испарился. Сама понимаешь, в деревне

После монолога в горле пересохло, так что глоток вкуснейшего кофе, что готовили в этом заведении, был как раз кстати.

— Я тебя понимаю, Жень. Сама разок неудачно повстречалась. Хочется теперь пожить для себя.

Мы обменялись понимающими взглядами.

— Но спасибо, что решилась спустить с Олимпа красотку Кифирову.

— Кого? А-а-а … Ящерицу.

По фамилии Ангелина Сергеевна себя величать не разрешала, что, в принципе, неудивительно. Как- то несолидно.

Катерина засмеялась.

— Мне нравится твоё прозвище. Ей подходит.

— Ну, спасибо. Рада угодить. Теперь главное, чтобы меня после выступления в кабинете шефа не уволили.

— Это вряд ли … Мирский тебе благоволит.

Теперь была моя очередь смеяться. Мне в такое не верилось.

Матвей

Стук в двери, и наконец-то Ангелина Сергеевна предстала перед моими глазами. Она особо не торопилась. Пришла только спустя полчаса.

— Я уж думал, вы забыли обо мне?

— Ну, что вы, Матвей Романович, как я могла. Просто я думала, что вы ещё заняты … голой особой.

А она, оказывается, стерва!

— Эта не голая особа, а Евгения Ивановна, — терпеливо начал пояснять я. — И ничего криминального здесь не было. Девушка облилась горячим чаем и срочно переодевалась.

Невыразительное лицо женщины скривила усмешка. Она не верила в мою ложь.

— Но, в принципе, это неважно! Отчитываться перед вами я точно не должен!

— А перед вашей невестой?!

Вот оно! Она сама начала этот разговор.

— Об этом я тоже хотел поговорить. Мне не нравится, что вы являетесь третьей ногой в наших отношениях с Полиной. Ваши родственные с ней отношения превращают мою фирму в бабский клуб сплетен.

— С чего вы взяли?! — возмутилась дама, присаживаясь за стол для переговоров, подальше от меня.

— То есть мне сейчас ещё и оправдываться надо, и приводить свидетелей в свою защиту?!

Я начинал злиться. Наверное, деликатного разговора не получится!

— Свидетели?! Это, наверное, Соловейчик?! — надменно предложила злая дама.

— А даже если бы и она. Что дальше?!

— Она всё лжёт. Она лишь деревенская девка, желающего всего и сразу. Готова переспать хоть с кем, лишь бы выбиться в приличные люди. Беднота всегда стремится к богатству. Мне казалось, что для вас это известный факт.

— Что представляет из себя Евгения, у меня ещё есть время понять, а вот с вами всё понятно и на данный момент. Вы прикрываетесь мною, и под моим именем в фирме происходит нечто невероятное. Я не позволю творить беспредел среди обслуживающего персонала, также, как и среди основного рабочего. Вы кем себя возомнили? На каком основании делегировали себе мои полномочия?

Чем дальше я говорил, тем эмоциональнее становилось лицо женщины.

— Вы опустились до их уровня?! Собираете сплетни, которым потом верите?! Не ожидала от вас, Матвей Романович!

Опустил фразу насчёт сплетен и перешёл к наиболее громким заявлениям.

— Это до какого ИХ уровня?! Уровня нормальных и адекватных людей?!

Красноречивое «да ты придурок» светилось в её глазах неоновыми буквами.

— Так хочу заявить, что я всегда причислял себя к категории адекватных. Не спорю, что меня иногда заносит, но издевательства над ниже стоящими по ранговой лестнице … это уже ни в какие ворота!

— Я просто стараюсь держать дисциплину и порядок, я хочу … — но я устал слушать, понимая, что меня в ответ не слышат.

— Достаточно! Вы как та старуха из сказки про золотую рыбку. Хочу стать владычицей морской, а всё остальное лишь грязь.

Наконец-то моя помощница замолчала. Я был вне себя от злости. Меня в рамках держало только воспитание, которое маман с младенчества в меня вбивала.

— Ангелина Сергеевна, это последнее предупреждение. Вы прекращаете самоуправство и прочую ерунду и тогда остаётесь у нас. В противном случае или при малейшем намёке на прежние концерты вы автоматически переводитесь на объект с проживанием. Самый отдалённый от города. Там хоть познакомитесь с настоящей грязью. А то всё ищете её под ногтями …

Кифирова сглотнула. Видимо, она всё-таки прониклась моим зверством.

— Всё понятно?!

Мне хотелось подтверждения, что меня поняли правильно.

Женщина кивнула.

— И если об увиденном вами сегодня станет известно широкой массе, то вас ждёт выше сказанное. Прекратите изводить моего ни в чём неповинного дизайнера. У неё есть мозги и талант, которые мне сейчас очень требуются.

— Я поняла, — буквально выдавила из себя помощница. — Я могу идти?!

— Последний вопрос, и вы свободны на сегодня.

Женщина обиженно шмыгнула носом. Вот только актриса из нее из ряда вон плохая. Глаза говорили за неё, а там меня уже варили в адском котле.

Надо бы её уволить и не мучиться. Но тут выбор между двух зол. Уволю, и Поля превратит мой мозг в решето. Да и поиск нового человека в разгар сезона — это та ещё головная боль. Так что буду надеяться, что женщина уймется и всю энергию направит в нужное русло.

— Кто сменил аватарку и общее оформление на местном чате?!

— Ну, это точно не я! — тут же громко запричитала Кифирова. — Я им пользуюсь два раза в день и уж точно не знаю, как и что там изменить.

Теперь женщина не врала. Вопрос был рассчитан на всеобщую информированность этого человека обо всём. Её в этом маленьком преступлении я не подозревал. По сути, я знал, откуда растут ноги у ярко алого зонтика на аве и фона нашего офиса через тюремную решётку.

Колибри намекала. Тонкая изощрённая месть.

Впереди командировка с этим созданием, и становится страшно за себя и здоровье. Тоже моё!

Глава 19

Женя

Вот и настал этот день. Командировка!

От босса эти дни старалась скрываться. Общались преимущественно через почту — он мне задания, я ему решения.

С одной стороны, мне было стыдно после своего концерта. НО ничего менять я не хотела. Повторите всё заново, и я снова выйду выступать.

С другой — каждая наша встреча завершается очередной моей глупостью. Мне нравилась эта работа, так что чем меньше контакта, тем меньше риск увольнения.

От поездки мне никак не отвертеться, так что план на этот день чёткий. Подальше от босса, побольше работы, побыстрее вернуться назад.

Первый пункт плана массивно пострадал

— Женя, босс просил передать, что поедешь с ним на его машине.

Вкусный свежий огурчик с моего бутерброда застрял в горле. Чего-чего???

— Алло, Жень! Алло-о-о … ты там от радости язык что ли проглотила?!

— Почти … — прокашливаясь, подала признаки жизни, пока мне тут скорую помощь не вызвали.

— Ого! Нифига тебя проняло! Так счастлива?!

— Безмерно, Кать. И хватит, пожалуйста, ржать. Я, между прочим, чуть действительно не задохнулась.

Мой голос ещё хрипел, как будто жуткая ангина. Есть уже перехотелось. Пришлось недоеденный бутерброд завернуть в плёнку и убрать в холодильник.

— Ты там ешь что ли?! В холодильнике в девять вечера?! А как же соблюдение режима, лишний вес?

— У меня повышенный метаболизм. Я могу и в три ночи пирожные лопать.

Девушка в ответ завистливо простонала.

— Если честно, я не парюсь насчёт веса и правильности питания. Вот только спать на голодный желудок вообще не могу. Хороший и крепкий сон для меня важнее, чем вес на пару килограмм меньше.

— Тоже верно. Ладно, мне пора. Мирский прибудет в восемь утра. Советую без пяти уже стоять внизу наготове.

— Хорошо. Спасибочки.

— И побольше радости в голосе. Это честь.

— Честь?! Уверена? Провести пару часов в состоянии воздушного шарика, а вокруг будто шипами обложили. Одно неверное движение и конец!

Катя засмеялась. Ну, вот чего смешного?!

— У нас почти вся женская половина не против прокатиться на его шикарной машине, да ещё с ним. Это как американские горки — страшно, но хочется!

Пересела с табуретки на подоконник. Солнце уже шло на закат, и небо было прекрасным. Я бы лучше вечность смотрела на закат, чем ехала с Мирским на его суперкаре.

Ну, не съест же он меня?! Или?

Фу, Женька! Несёшь всякую глупость. Утро вечера мудренее.

Вот только утром я не поумнела. Длительная поездка с боссом напрягала до ёжиков внутри живота. Наверное, именно из-за этих игольчатых я забыла дома сумку с провизией, кошельком и походным набором для рисования.

Ринулась обратно на свой этаж, но эта проклятая дверь в очередной раз отказалась работать. Хозяйка моей квартиры ещё в начале аренды обещала сменить дверь. Ага, три раза. Даже замок не поменяли. Всё! Вернусь из поездки, сама куплю и заменю.

Вышла я с запасом, но, пока бегала за моим спасателем дядей Борей, время незаметно ушло. Мужчина, слесарь на пенсии, жил этажом ниже и иногда мне помогал. Он узнал, что я художник и попросил оформить ему стену в гостиной. Деньги я не взяла, так что он расплачивался со мной такого рода услугами.

Как только противная дверь была открыта, пулей метнулась в коридор и обратно. На обратном забеге мне показалось, что что-то звякнуло. Обернулась …

— Соловейчик!

Матерь Божья! Я запнулась за порог и чуть не выронила связку ключей.

Мирский в облике ангела мщения стоял на площадке.

— Простите, Матвей Романович!

— Вы там не могли зонтик под цвет сумочки подобрать?!

— Нет! Я сегодня без него, — зачем-то ответила я, закидывая обе сумки на плечо и одновременно закрывая входную дверь.

Вопрос начальства, скорее всего, был риторическим.

— Даже странно! Тогда я не понимаю, что вас могло так задержать, что мне пришлось подняться.

— Вы могли бы просто позвонить, — предложила я в поддержание беседы, на самом деле молясь, чтобы дверь нормально закрылась.

Дядя Боря уже ушёл, а босс вряд ли знает, с какой стороны отвёртка в руку берется.

— А я и звонил, только вы не отвечаете.

Чёрт! Точно! Телефон был на беззвучном. Вот я дурёха!

— Дааа … а я не слышала. У меня тут одна маленькая неприятность случилась … с дверью.

Думаю, надо попробовать оправдаться, пока Мирский не записал моё имя в блокнотик плохого поведения.

— Да неужели?! Вроде бы, с вашей дверью всё в порядке.

— Ну, дядя Боря уже починил и …

— Понятно. Давайте просто спустимся и тронемся в путь. Иначе совсем выбьемся из графика.

Мужчина с каменным лицом направился в сторону лифта. Я следом.

— Простите, Матвей Романович, но лучше по лестнице. В это время лифт периодически застревает.

Послышалось приглушенное рычание. Оглянулась, но собак не увидела. Наверное, мне показалось.

Мужчина широким шагом свернул к лестничному маршу, и я видела только его спину в дорогом замшевом пиджаке и да … достаточно красивую попу в светло-голубых джинсах.

Когда вышли на улицу, то нас приветствовал лазерный прицел бабушек- наседок. Наш дворовый патруль не дремлет. Наверное, даже ночью кто-нибудь несёт вахту.

— Снова вы, шалопаи?! — гневно воскликнул босс.

При нашем появлении дворовые мальчишки кинулись в рассыпную. Они любовались машиной начальства.

Я была посредственным ценителем автопромышленности, но смотрелась красиво. Уже когда оказалась в салоне, то поняла, что это явно нечто дорогое. В машине, кажется, даже пахло деньгами, ну, кроме парфюма Мирского.

— Матвей Романович, всё в порядке?

— Изумительно. Волшебно. Солнечно.

Его ответ не соответствовал действительности. Босс больше походил на грозовую тучу, чем на ясное солнышко.

— Мне этот район не нравится, — добавил Мирский, отъезжая от моего дома.

Район был вполне обычным. Это просто некоторые сегодня не стой ноги встали.

Матвей

Надо было вообще отменить эту дурацкую поездку.

Вон мой ландшафтный дизайнер и так натворила чудес. Заказчики, увидев предварительные макеты, выразили неописуемый восторг и в тот же день любезно внесли на счёт фирмы солидную сумму аванса.

— Вы давно были в этой глуши? Сколько лет назад?

Девушка слегка нахмурила лоб, и, кажется, даже кончик носа задумался. Выглядело это всё очень … курьезно.

Колибри на пассажирском сиденье смотрелась маленькой нахохлившейся птичкой на тонкой ветке. Взъерошенные волосы, выпавшие из русой косы, без макияжа, в сарафане в горошек и кедах она больше напоминала модель в деревенском стиле, чем офисного сотрудника. Девочка-лето с запахом свежих домашних яблок. Ещё в детстве я был в гостях у друга моего одноклассника. Кирпичный домик, георгины с бархатцами и много-много яблонь. Этот сладко-кислый аромат и вкус, оказывается, остались глубоко в памяти.

— Около трёх, максимум четырёх.

Я забыл, о чём спросил. Ах, да! Сколько лет назад.

Спрашивается, зачем я начал этот бессмысленный разговор. Но в продолжение темы вспомнил, что девушка довольно много отразила на своих работах мелких особенностей ландшафта — низины, спуски, лесные массивы.

— Давно. До сих пор не забыли расположение?

— У меня фотографическая память, и склероза, слава богу, ещё нет.

И снова тишина. Обычно мне нравилось это состояние. Сегодня же раздражало. Обычно Соловейчик — мисс Великая Говорливость, а тут словно каждое слово через силу. Мою силу.

Наверное, ей просто непривычно и надо дать

Спустя двадцать минут бешеной тишины и прибитого состояния девушки я не выдержал.

— Евгения, у вас какие неприятности или, может, что-то болит?!

То ли от неожиданности, то ли ещё отчего её руки, до этого сцепленные в замок на коленях, взметнулись.

Красивые руки. Пальцы пианиста. Моя бабушка любила такие тонкие кисти с прозрачной на солнечном свету кожей.

«Матвей, вот это ген благородства, истинного дворянства», — говорила Ад, указывая веером на картины художников эпохи Ампир.

Я не спорил. Эта женщина, как говорят, собаку съела в вопросах принадлежности к высшему свету»

Длинные пальцы с короткими ноготками вцепились в подол сарафана, безжалостно сминая ткань.

Интересно, с каких пор женские руки меня стали волновать больше, чем колени и прочие округлости?!

— Матвей Романович …

Соловейчик не решилась. Неужели есть что-то такое на этой бренной земле, что способно тормознуть напор этого создания?!

— Я не кусаюсь. Почти.

Фу, как пошло. Самого стошнит. Трёп малолетнего дебила.

— Да говорите уже, — прорычал я, злясь на самого себя и её неуместную скромность.

— Может, вы помедленнее будете ехать?!

Что?!

— Нет, я понимаю, что по моей вине мы, наверное, опаздываем. Но … я не люблю скорость. Совсем, — глядя строго на свои руки, призналась Соловейчик

Взглянул на спидометр и тоже немного удивился. Трасса была новая, и в пылу своих размышлений я не заметил, что перевалил за сотку.

Нажал на тормоз, скидывая скорость до сотки, а потом и до девяносто километров. Пальцы выпустили из смертельного захвата юбку.

— Спасибо большое, — с огромным облегчением выдохнула Евгения.

— Мы не опаздываем. Учитывая вашу склонность к приключениям, я выехал заблаговременно.

Это, вроде, я её успокоил.

Колибри подарила свою знаменитую улыбку «мечта рекламы зубной пасты». Надел солнцезащитные очки, чтобы не ослепнуть сразу от двух солнц в моей машине.

— Вы любите быструю езду? Может, гоняете по ночам? Тайком?!

О! Она вернулась. Ну, теперь я знаю стопроцентное средство от излишней болтливости моего дизайнера. В тачку и под двести. Будет как шелковая.

Голубые глаза ждали ответа. Даже не подумаю открыть рот.

— Нет. Не люблю.

Вот кто, спрашивается, это сказал, спросил у меня мой мозг. Честное слово, от этого создания у меня сразу начинается раздвоение личности.

В ответ на моё признание — взмах удивления бровями. Сейчас, естественно, последует вопрос о том, какого чёртая тогда так гнал.

— Как здорово. Значит, теперь будем в среднем темпе двигать к пункту назначения.

И всё?! А как же вынос мозга через ухо?!

— Кстати!

ООО! Это уже пугает!

— Моя родная деревня тоже в той стороне. Я говорила?!

— Возможно. Вы иногда очень много говорите.

Сейчас бы Бабуля пригрозила мне укорочением языка. Меня и правда тянуло на … глупости что ли.

— Ой, я знаю! Меня родители зовут пчелкой и частенько просят не жужжать без надобности.

Девушка снова широко улыбнулась и наконец-то отвела взгляд в сторону. Хотя я делал вид, что слежу за дорогой — абсолютно ровной и прямой, но чувствовал, как она изучает мою реакцию. Жук под микроскопом.

— На пчелу вы не похожи.

Да что сегодня с моим языком?! Неужели нельзя просто заткнуться?!

— Правда?! А на кого тогда? Чувствую, у вас есть ответ.

Колибри.

— Ошибаетесь. Я вас совсем не знаю, чтобы давать какие-либо прозвища.

Лжец.

Она не поверила. Видимо, от дальнейших расспросов её останавливала только моя должность.

— Возможно, Матвей Романович, вы и правы. Мне показалось.

Точно не поверила.

От двойного диалога в моей голове в висках заныла тупая боль. Кошмар. Глубоко выдохнул, стараясь расслабиться. Мне в эти выходные надо бы точно сбросить напряжение и избавиться от постоянного стресса.

Обязательно! В первую очередь! Убить Соловейчик! Уволить у меня как-то не выходит, так что больше вариантов не осталось.

— Матвей Романович, если не секрет, а чему вы улыбаетесь?

Представляю, как придушу тебя в очередной душевный кризис.

— Секрет.

Колибри подарила добрую улыбку и продолжила изучать пейзаж в окне.

Мне даже стало совестно. Совсем немного. Капельку.

Дальше двигались в тишине, иногда обмениваясь короткими мнениями насчёт увиденных красот природы и деталях сегодняшней встречи.

А вскоре нормальная дорога закончилась и пошла настоящая русская мостовая.

Скорость сорок км в час, но при этом часть ухабов и ям просто не объехать стороной. Соловейчик вцепилась в ручку двери, словно от этого зависела её жизнь.

— Матвей Романович, а вы уверены, что ваша машина …. Ну, справится с такими трудностями?

Очки я уже давно снял, так как тёмные стёкла мешали выискивать сюрпризы дороги.

Вместо ответа просто выразительно на неё посмотрел. И въехал колесом в глубокую яму.

И если Евгения почти достала макушкой потолка, то я ощутимо приложился.

— Господи, Соловейчик, не отвлекайте меня глупыми вопросами.

Хотя, как стал работать движок, мне не нравилось. Скорее всего, из-за резких и частых торможений и ударов что-то в системе очень напрягалось. Я не имел представления, что именно, так как машины я умел водить, но не чинить.

— Долго ещё? — раздражённо спросил я, желая окончания этого пути.

Кажется, у меня желудок скоро через ухо выпрыгнет. Вдали виднелся посёлок, но навигатор в этой глуши нормально не работал.

— Нет, километра три.

Уверен, что эти три километра мне покажутся расстоянием отсюда и до Милана.

— Первым делом надо уговорить этих предпринимателей заняться дорогой.

— Ну, не сразу, — как бы, между прочим, поправила меня девушка.

— Это ещё почему?

— Матвей Романович, ну, вы же знаете, что потом грузовые машины, краны напрочь снесут весь асфальт.

Да, это точно. Снесут! Я сюда буду на вертолёте летать. Надо будет договориться с братом Поли. У него, вроде, и вертолёт есть, и сам он пилот.

На душе от принятого идиотского решения полегчало. Я люблю комфорт во всём! Это моя маленькая слабость.

Насчёт «дороги на Милан» я был прав. Когда вышел из машины, то хотелось пойти в кустики и знатно блевануть. Удержало только воодушевлённое, да что там, радостное лицо моего дизайнера. Колибри была готова порхать с цветка на цветок.

— О, Матвей Романович, смотрите, кажется, наши прибыли, — почти пропела девушка.

— Да неужели, — пробурчал я, усмиряя позывы желудка. — Я счастлив.

— Пойдёмте скорее тогда. Так сказать, раньше начнём, раньше поедем домой.

О бог! Снова ехать по этой дороге!

— Я сейчас, а вы, Евгения, идите, встречайте. Мне надо один звонок сделать.

Ага! Позвонить в ближайший куст сирени.

— Тут плохо ловит. Лучше вооон на тот холмик поднимитесь.

Соловейчик махнула рукой куда-то в сторону и поскакала горной ланью к нашим клиентам.

Я же потащился в поисках подходящего укромного местечка. Ненавижу деревню!

Глава 20

Женя

Сегодняшняя поездка оказалась информативной.

Во-первых, я убедилась, что если мой босс и не придурок, то точно очень странный субъект.

Во-вторых, несмотря на заскоки Мирского и его стрессоустойчивость не более, чем у кисейной барышни, меня он чем-то привлекал.

Только сам бог знает, чем, но я фиксировалась на нём как на картине в художественной галерее. Приходилось себя контролировать, а то и вообще пялиться без конца в окно.

В-третьих, о своём грандиозном плане я вспомнила только к середине поездки.

Так-так, Евгения Ивановна, что блин за фигня?!

Обратно поеду сама. Вон хоть с клиентами.

Двое мужчин ходили по травке и славно жужжали. Шмели в костюмах на полянке. Умора.

Только мой босс не жужжал. Он грустно смотрел вокруг, стараясь не выходить из тени большой берёзы. Король не жаловал жары и насекомых.

Чтобы лишний раз не беспокоить начальство, я, как и положено сотруднику среднего звена, сама скакала с клиентами. Жара мне нестрашна, только вот плечи … надеюсь, не сгорю до состояния свинки. В детстве со мной такое частенько случалось. Мама мазала обгоревшую кожу сметаной, и по дому шёл запах поджаренной свежей свиной кожи. Брр!

— Женечка, дорогая наша!

Встрепенулась и полетела к своим шмелям, те, оказывается, на следующую полянку переместились.

— Да, Игнат Викторович, извините. Немного отвлеклась.

— Да вы словно в другом мире были. Наверное, очередная идея пришла, — приобняв меня за плечи, одухотворённо произнёс мужчина.

Возможно, в душе он поэт или просто придурок, который хочет меня завлечь.

Ага! Если бы мне идеи приходили! Только одна личность мозг волнует.

Быстро взглянула в сторону босса. Но на привычном месте его не было. Бедняжка шёл к нам. Строгий и решительный, Мирский уверенно шагал по траве.

Манжет мужской рубашки на моём плече неприятно царапал кожу. Эх! Всё-таки обгорела! Поежилась, пытаясь аккуратно выскочить из-под руки.

— Евгения Ивановна, идемте. Покажите нам самое непростое место. Там всё-таки придётся немного укротить природу.

Босс махнул рукой, чтобы я шла первой, а они за мной. И замечательно. Дружно потопали.

Мои шмели после подробностей озадачились. Сохранение экосистемы — первоочередное условие, выставленное им при разрешении постройки в этой зоне. Пока они активно жужжали, отошла в сторонку, в тень от деревьев.

Босс следом. Оно и понятно! Очки от жары не спасают.

— Соловейчик, вы почему с голыми плечами? Неужели нельзя было нормально одеться? — почти интимно в ухо недовольно прошипел Мирский.

Вот же гусь!

— Я нормально оделась. Просто забыла кофту в машине.

Так и хотелось в конце предложения добавить «мамочка». Еле удержалась.

На меня посмотрели поверх очков. Очень строго. Я глаз не отвела, иначе проигрыш.

Поединок длился не больше пары секунд, а потом начальство вздохнуло и недовольно покачало головой. Мужчина снял свой крутой пиджак и навесил на мои плечи. Снова.

— В карманах ключи от машины и мобильный. Не потеряйте, пожалуйста.

Хотела предложить забрать, но босс махнул рукой и ушёл обратно к клиентам. И хорошо. На расстоянии он мне больше нравился.

Под пиджаком была белая футболка с коротким рукавом, так что, когда Мирский поднимал руки, ткань натягивалась на вполне приличных бицепсах. А так с виду и не скажешь, что король ходит в качалку.

Шеф был красивым. Я не любитель обнажённых натур, но вот с него я бы написала.

От посетившей меня мысли невольно покраснела. Господи, всё-таки солнечный удар! Перегрелась малёк на солнышке!

Проторчали на этой опушке мы долго. У Мирского словно второе дыхание открылось. Он всё активно таскал нас по территории предполагаемой застройки, хотя мы уже еле дышали.

Первыми сдались клиенты и объявили, что им пора в город на вечернюю встречу.

Я же сейчас ни о чем вообще думать не могла, кроме еды. Особенно зная, что в машине в моей сумке лежат вкусные булочки и чай в термосе.

Кофе решила сегодня не брать, чтобы не будить зло.

— Устали? — чуть ли не с улыбкой спросил меня босс.

Чего это он так радуется? Что встреча прошла на отлично?

— Немного, — осторожно призналась я. — А вы, смотрю, полны сил?

Уверена, что его последующая улыбка отдавала ехидством вперемешку с гордостью.

От идеи ехать домой с клиентами пришлось отказаться. Босс предупредил, что надо на обратной дороге заскочить в офис и сразу внести сегодняшние поправки в макеты.

Я бы и завтра могла всё внести, но начальство сказало …

Мужчины, прощаясь, отошли к джипу клиентов, а я уже мысленно вгрызалась в булочку с маком.

От вибрации в кармане пиджака чуть не заорала. Блин, совсем забыла про телефон начальника.

— Матвей Романович, вам звонят, — крикнула боссу.

— Ответьте. Я сейчас подойду.

Ну, мне не сложно.

Провела по сенсору, пытаясь ответить. С третьего раза справилась.

— Алло.

Имя звонившего из-за солнца не было видно.

— А где Матвей?

Женский голос.

— Здравствуйте! Матвей Романович сейчас немного занят, но через минуту подойдёт. Подождите, пожалуйста.

Босс, пожав руки клиентам, уже шёл в мою сторону.

— А вы кто?

— Я? Соловейчик, но … — услышав короткие гудки, удивлённо посмотрела на мобильный.

Словно пластик мог мне ответить, что случилось.

— Давайте.

Мирский протянул руку, пытаясь забрать аппарат.

— Разъединилось. Мне жаль.

Надеюсь, меня сейчас не прихлопнут за срыв важного звонка.

— А кто звонил?

— Не сказали. Голос женский, — доложила скудный объём информации, пока мужчина, прикрывая телефон от солнца, смотрел в экран.

Лицо стало хмурым.

— Здесь очень плохо ловит и часто прерывается связь, — вроде как, в оправдание добавила я.

Мирский звонил.

— Да. Снова сеть не ловит. Потом в дороге наберу или уж в городе. Ужас! Словно в прошлое попали, — посетовал мужчина.

По мне всё нормально. Цивилизация везде быть не может!

— Поедем?

Да, идея начальства мне нравилась, но желудок отказывался голодать и дальше.

— Может, сначала перекусим?!

— Здесь есть, где перекусить?! Старбакс?!

О! Юмор! Я улыбнулась.

— Может, после вашей постройки здесь и появится подобное заведение, а пока скромный магазинчик вон на той улице, — огорчила босса правдой жизни и рукой указала направление.

— Ну, тогда поехали! — подозрительно легко согласился Мирский.

— Нее … у меня еда с собой. Могу и вас угостить.

— И чем?

Сколько сомнения в голосе. Может, он думает, что я вампир и питаюсь исключительно кровью?!

— Булочки … с маком.

— Я не ем булочки и не люблю мак.

Начинается!

— Ещё чай. Фруктовый.

Его лицо так скривилось, будто я килограмм лимонов слопать предложила. Ответ не требовался.

— Тогда вам в магазин. И, Матвей Романович, мой вам совет- лучше пешочком добегите. Иначе пока будете в магазине, вокруг

Босс озадачился.

— Вам нравится моя машина?

Я чуть слюной не поперхнулась. Причем тут его машина?!

— Нормальная. Красивая. Я в таких вещах не разбираюсь. Не моё, — ответила начальству, так как он явно ждал моих признаний.

— Оно и понятно, что не ваше.

Вот тут я уже не поняла — обидеться надо или просто шеф сделал вывод.

— Ладно. Схожу пешком.

Это было так сказано, словно он мне одолжение делал.

— Я вас в машине подожду. Откроете? — попросила я, стягивая мужской пиджак с чувствительных плеч.

— Конечно. Ключи, надеюсь, не потеряли?!

Я тоже надеюсь.

Машину мне открыли, а сам Мирский бодренько зашагал в село. Отлично! Никто не будет мешать кушать.

В машине есть побоялась — ещё насорю, потому устроилась возле нее. Рядышком был замечательный пенёк и трава.

Кроме еды вытащила свой походный блокнот и карандаш для рисования. На свежем воздухе, хоть и горячем, было здорово отдохнуть.

Рука сама начала вырисовывать контуры мужского профиля. Противиться не стала. Мирский получался очень хорошо, но почему-то с голым торсом. Моя перегретая на солнце фантазия чудила.

— Рисуете.

От мужского голоса вздрогнула, возвращаясь в реальный мир с жужжанием насекомых и треском кузнечиков. Блокнот быстро захлопнула. Ещё и за спину хотелось спрятать, но сдержалась. Это будет подозрительно.

— Ага, — слегка заикаясь, наконец-то ответила я. — Как ваш поход?

Шефа мой блокнот тоже заинтересовал, но он отвёл от него взгляд и согласился со сменой темы разговора.

— Не очень, — махнул стеклянной бутылочкой в подтверждение своих слов.

Лимонад. Скудно.

— Ничего не пришлось по вкусу?

Балованный вельможа.

— Как видите. Вы готовы ехать? — всё ещё задумчивый босс направился к машине.

— Конечно-конечно, — согласилась я, быстро собирая свои кулечки.

Стряхнула крошки с сарафана, упаковала вещи в сумку и аккуратно села на сиденье, натягивая юбку на голые колени.

Всем своим видом показывая, что готова, посмотрела на Мирского.

— Закончили? — иронично выгибая бровь, уточнил мужчина.

Соглашаясь, покивала головой.

— Отлично, — нажимая кнопку пуска, прокомментировал этот король.

Двигатель завелся, потом взревел, чихнул и заглох. Все повторные попытки Мирского завести машину были безрезультатными. Если сказать одним словом, полная задница!

Глава 21

Матвей

Она не заводилась. Да вашу …!!!

Господи, ну, за что?!

Я устал, вспотел, хочу есть и хочу заняться сексом с собственным дизайнером! Вредной и говорливой Колибри из деревни!

Последний факт я понял, пока смотрел на неё рисующую. Она вокруг ничего не замечала. Юбка сарафана задралась, открывая моему взору длинные стройные ноги до середины бедра. Её страстное увлечение рисованием выражалось в глубоком дыхании, розовых щеках и прикусе нижней губы. Мне очень хотелось поучаствовать!

Так что я непременно должен узнать, что за натура вызвала в ней такой трепет. С моего места было только видно, что это человек.

Я дышал, мысленно считал.

Посмотрел в сторону пассажирского сиденья.

Снова дышал глубоко и размеренно. Уверен, Соловейчик решит, что у меня астма.

— Сломалась? Да?

Угукнул в ответ. Если открою сейчас рот, сорвусь и сделаю что-нибудь нехорошее. Для неё. Мне-то точно понравится.

Движок сдох. Это даже я, далёкий от авторемонтных работ, сейчас понимал. Вопрос, а какого чёрта с ним случилось, был безответным.

Наконец-то пульс стал ближе к норме, а мозг вернулся в рабочее состояние. Спасибо девушке, что сидела тише мышки.

Только запах яблок выдавал её присутствие в машине.

— Выходим! — резко и громко я озвучил своё решение.

Колибри мгновенно выскочила на улицу. Такого старта с места я даже у олимпийских чемпионов по бегу не видел.

Тоже покинул бесполезное авто. Буду думать на природе!

Время пятый час, сегодня пятница и короткий рабочий день, так что в фирме будет пусто.

Эвакуатор ждать бесконечно. От местных тоже помощи не дождёшься.

Евгения была права. Нас тут не жаловали. Пока покупал «лимонад» и то только ради того, чтобы хоть что-то купить, мне дыру в печени и мозгу проглядели.

Расчет у них только наличный, а у меня только кредитки.

На газированную воду пришлось собирать мелочь по карманам портмоне. Под осуждающими взглядами было крайне неуютно.

Такой ажиотаж, будто я дочь родную несовершеннолетнюю в сексуальное рабство отдал за долги.

Хлопнула дверца. Прекратил гипнотизировать капот.

Соловейчик достала свои сумки с заднего сиденья и явно куда-то собралась.

— Уходите?!

— Ну, думаю, надо двигаться. Скоро вечер, надо успеть найти ночлег, — поделилась своим планом Колибри.

— Ночевать тут? В деревне?! — возмутился я, не собираясь допускать даже мысли о таком кошмаре.

— Боже, Матвей Романович, зачем столько трагизма?! Я же вам не в конюшне предлагаю заночевать.

Возмущение девушки било по макушке на расстоянии.

— Я надеюсь, что нет. Вот только сомневаюсь, что тут найдутся желающие нас приютить!

— Почему?

Придётся всё-таки рассказать.

— Вы были правы. Нас, ну, правильнее меня, тут не любят. В магазине будто кто-то умер, пока я совершал покупку.

Возможно, мне и казалось, но Соловейчик смотрела на меня как на пацанов-шалопаев, что крутились вокруг моей машины у её дома.

— Надеюсь, это вас не расстроило?! Матвей Романович, вы же понимаете, что все на свете вас любить не могут. Обязательно найдутся люди, которым вы будете крайне неприятны.

Это она сейчас на себя что ли намекает?! Стало сразу неуютно.

Отвечать не стал. Залез обратно в машину, чтобы забрать документы и пиджак.

— Предлагаю в нашем тяжёлом случае сходить к местному участковому, — огорошила меня Евгения, как только моя голова показалась из салона авто.

Если я сейчас спрошу, зачем мне полиция, если нужен мастер по ремонту или эвакуатор, это будет выглядеть странно?

— Ну, надо, чтобы вашу машину оттащили куда-нибудь на стоянку. Тут недалеко есть остановка на электричку, так что попрошу Фёдора Степановича нас подбросить.

— Кого?!

— Фёдора Степановича, местный представитель исполнительной ветви власти, по-простому участковый, — назидательно изрекла девушка, начиная спуск от машины в деревню.

— Вы его знаете?

— Конечно. Дядя Фёдора знают все, а мне он приходится дальним родственником, папин троюродный брат.

В общем план мне не нравился!

Совсем!

Во-первых, его разработал не я, а создание, которое без неприятностей по спецзаказу и шагу не может сделать. Во-вторых, общение с полицией и поездка в общественном транспорте, именуемом электричка, не вызывали у меня радости.

Шли в тишине.

Я был загружен, а Соловейчик счастливая шагала рядом, периодически делая приветственные махи местному населению.

Королева, мать её!

Я злился. На себя, судьбу, машину и вечный позитив Колибри.

На предложение Евгении предоставить ей возможность самой обо всём договориться, неспешно кивнул.

Она ушла, а я, как маменькин сынок, остался ждать у ворот. Это впервые, когда женщина решает мои вопросы, но что-то мне подсказывает — в обратном случае ночевать придётся в машине!

И вот ворота открылись. Вышла с улыбкой до ушей Соловейчик, а за ней следом мужчина в возрасте, что катил старый зелёный мотоцикл с люлькой.

— Матвей Романович, познакомьтесь! Фёдор Степанович. Он любезно согласился нам помочь. На тракторе перетащит вашу машину к себе во двор и отвезёт нас на остановку.

Мужчина в возрасте подошёл ко мне, оглядывая суровым взглядом из-под густых бровей.

Протянул руку для приветствия. Подали сильно с намёком. Вот только на что?! Я, вроде, ему никак не угрожал!

— Спасибо за помощь.

— Для моей Пчёлки всё, что угодно, — отмахнулся от меня участковый как от назойливого комара.

Его внимание снова вернулось к моему дизайнеру.

— А мать-то в курсе, с кем ты тут прохлаждаешься? Такая городская стала.

— Дядя Фёдор, это не кто-то, это мой босс, — приглушая голос, поправила Соловейчик, а потом и вовсе отвела мужика в сторону, что-то шепча.

Вот-вот …расскажите, пожалуйста, кто я такой.

— Ну, всё! Покатили тогда! — огласил участковый в полную мощь своих лёгких.

— Фёдор Степанович, я прошу вас! — воскликнула девушка, пытаясь ухватить мужчину за плечо.

Она шагала следом за ним.

— Да всё понял я! Пчёлка хватить жужжать. Опоздаем же!

Колибри радостно улыбнулась и оставила лёгкий поцелуй в заросшую щетиной щёку дяди.

Участковый, подмигнув, уселся на свой драндулет.

— Матвей Романович, ну, садитесь скорее. Поедем!

Садиться?!

— Мы поедем на этом … мотоцикле?

Ответ в принципе не требовался, так как Соловейчик, взметнув юбкой в горошек, уселась за спину своего родственника.

Это, значит, мне в люльку?! Ни за что!

Глава 22

Женя

Я однозначно давно не проводила так весело вечерок.

Бедный Мирский … хоть плачь от смеха.

При виде транспорта моего дядьки его почти паралич разбил, но … это были цветочки. Апогей ягодок меня настиг, когда несчастный босс с видом приговоренного к смерти через повешение таки взошёл в люльку мотоцикла.

И мы рванули!

Обычно дядька мой не лихачит, так как вся моя семья была против быстрой езды.

Много шалостей прощалось, но это было табу. Вроде, у нас кто-то в роду погиб так. Подробностей мне никогда не говорили.

Но сегодня он решил показать себя перед городским богатеем.

— Мы сейчас ещё к знакомому дяди Фёдора заскочим. Трактор у того есть … — решила ознакомить начальство с нашим маршрутом.

Тот только кивнул и ещё сильнее вцепился в ручку. Дорога, конечно, местами очень ухабистая, так что иногда трясло не по-детски.

Трактор вместе со знакомым прихватили и так же бодро рванули к машине.

Первым из транспорта выпрыгнул Мирский. Мне кажется, он хотел целовать землю, как это делают люди после неудачного авиаперелёта.

— Трос-то буксировочный есть? — спросил молодой парень, водитель трактора.

Мирский задумался.

— Надо бы в багажнике глянуть, — тихо подсказала я.

Я смиренно стояла за спиной мужчины, чтобы лишний раз не маячить.

Шеф просто открыл багажник и через пару минут с удивлением на лице вытащил трос. Даже спорить не буду, но они друг друга видят сегодня впервые.

Когда красавицу босса потащили в деревню, её хозяин был на пределе. Лицо стянула маска безразличия, хотя на самом деле в его глазах плескались эмоции. И очень много.

— Матвей Романович, да вы не переживайте! У дяди Фёдора двор хороший, чистый. Никто к нему не полезет. Максимум пару колёс его собаки пометят, так это мелочи.

Наверное, про собак я зря добавила.

Мирский даже перестал следить за спуском авто. Навис надо мной грозовой тучей и … ничего.

Медленно втянул воздух через нос и так сильно стиснул челюсти, что я определённо услышала скрип зубов.

— Поехали, господа, а то электричка вас ждать не станет, — громко позвал нас дядя Фёдор, заводя зелёный агрегат.

Босс молча пошёл, яростно размахивая небольшим кейсом для документов.

И правильно! Я-то сегодня ни при чём! Машина не моя сломалась! Я же только пытаюсь нам помочь вернуться домой. Ведь правильно?!

Мысленный диалог подошёл к концу, но на душе остался осадок. Вот всегда я так! Кажется, что где-то есть мой косяк.

— Пчёлка, хватит там природой любоваться! Опоздаем же!

Опоздать- это плохо! Электрички тут редко ходят.

Успели. Предельная скорость, счастливая я и бледный измученный босс.

У нас до прибытия даже пару минут осталось. Дядя Фёдор припарковал свой мотик и собрался проводить нас.

— Ой, мои сумки!

Вспомнила я про багаж.

— Женька, да взял я их! Знаю, что на твою девичью память никакой надежды, — добро пожурил меня родственник в отличие от некоторых цвета морской волны.

Мирского будто током дёрнуло, когда я вскрикнула о пропаже сумок. Видимо, представил, как мы весело и дружно обратно за ними поедем.

— Спасибочки большое, Фёдор Степанович! Выручили нас сегодня по полной программе. Я теперь ваша должница.

— Да ладно тебе! Рад был свидеться! Чай родственники мы, какие могут быть долги. Теперь расскажу матери твоей, с каким принцем ты работаешь.

— Дядя Фёдор! Прекрати! — одернула мужчину, пока тот ещё чего не ляпнул про моего нежного шефа.

Он-то сейчас домой вернётся, а мне с этим обиженным ещё до города добираться.

— Деньги-то есть? — сменил тему дядька.

Только его глаза лисьи посмеивались, делая мне многозначные знаки в сторону Мирского.

— Да, спасибо.

Услышав про деньги, оживился и мой босс.

— У меня только карты. Там принимают?

— У меня, если что, есть наличные, — успокоила несчастного.

Конечно, не пару миллионов, но до дома добраться точно хватит. Но в электричке у кондуктора есть терминал для карт, сама как-то рассчитывалась.

Наконец-то наши мучения подошли к концу, и мы, слава богу, ничего не забыв на перроне, загрузились в вагон. В один из трёх.

Ну, это очень маленькая электричка.

Матвей Романович с этого момента напоминал мне ребенка в зоопарке. Первый раз в жизни.

Мужчина на всё смотрел удивлёнными глазами и шёл строго за мной.

Мы с лёгкостью нашли свободные места и уселись на жёсткий пластик. Точнее, села я, а босс придирчиво осматривал поцарапанное с надписями кресло.

— Оно не кусается. Присаживайтесь. И всё равно после поездки на мотике ваши джинсы уже запылились.

— Это очень дорогие джинсы. Они от …

— Не сомневаюсь, Матвей Романович, — перебила я мужчину, пока он мне лекцию не прочитал.

Похлопала ладошкой по сиденью и даже воображаемую пыль

Хотя красавчик Мирский в этом вагоне смотрелся как белое пятно на идеально чёрном фоне.

Он сел, и я мысленно аплодировала.

— Какой-то кошмар! — тихо пробормотал шеф.

Согласна на все сто!

— А рассчитаться за проезд? — неожиданно вспомнил мой король.

— Скоро подойдёт кондуктор, и мы рассчитаемся.

Босс кивнул и снова поерзал в кресле, пытаясь усесться поудобнее. Его колени плотно упирались в спинку впереди стоящего ряда сидений. Безрезультатно.

— Нам же недолго ехать? — с надеждой в голосе спросил мужчина, бросая попытки сесть как-то по-другому.

— Недолго. Пару часов.

— Чёрт! У меня за это время всё тело занемеет. Может, я лучше стоя? Можно?

Проклятая улыбка и предательский смех лезли из меня. Шеф спрашивает у меня разрешение встать?!

— Можно, конечно. Если вам так удобнее.

В конце предложения пришлось начать сильно кашлять, иначе волну смеха просто не сдержать.

Нервного и напряжённого неизвестностью шефа надо бы снимать на видео. Уверена, его сотрудники заплатят мне большие деньги за просмотр такого шоу.

Мне его даже жалко стало.

— Вы никогда раньше не видели электрички?

— Почему?! Видел! На вокзале. Никогда не ездил, — ответил Мирский, ухватываясь поудобнее за перекладину.

Теперь, стоя, ему стало определённо комфортнее. Он даже мне взгляд уделил.

— Евгения, хватит веселиться. Я прекрасно понимаю причину вашей улыбки до ушей.

И точно! Пока я проникалась жалостью к начальству, забыла следить за своим лицом.

— Простите, Матвей Романович. Я никому об этом не расскажу! — клятвенно, положив руку на сердце, пообещала я.

— Очень на это надеюсь. Иначе мне придется вас убить!

Я тоже надеюсь, что это была только шутка. Но вид более менее спокойного Мирского вселил в меня надежду, что всё у нас будет хорошо!

— Кто зашёл на последней станции? Кто без билета?

Наши гляделки прервал громкий голос контролёра. Женщина с красной помадой и всевидящим оком смотрела прямиком на нас. Её яркое платье на широких бёдрах и мощных бицепсах смотрелось немного комично, но, может, ей так удобно.

— Мы, — как в школе подняла руку.

Мирский немного суетливо полез в карман в поисках кредитки.

Госпоже кондуктору он явно приглянулся. Она подошла к нам и оценивающе прошлась по телу моего начальника. Согласна, выглядело всё очень аппетитно.

— Твой?

Матвей Романович от её резкого вопроса поднял глаза, прекращая поиски.

— Нет. Общий.

Чуть улыбаясь, созналась я.

— И зря! Хорош! Такой мужик пропадает, — радостно продолжила женщина, подмигивая боссу.

Тот, кажется, сделал шаг назад.

— Согласна. Жаль. Такова жизнь.

Теперь Мирский уставился на меня. Он, видимо, никак не мог понять, что именно мы обсуждаем.

— За проезд, — напомнила я мужчине, тем самым предлагая вариант, как поскорее избавиться от этой вамп- женщины.

Мой намёк был принят. Мирский снова полез во внутренний карман пиджака и почти сразу достал, как флаг свободы, карточку.

На красных полноватых губах расползалась довольная улыбка.

— А терминал не работает. Только наличный расчет.

Она явно раскусила, что у такого франта налички, скорее всего, не будет. И раз счастливо улыбается, значит, уже что-то придумала взамен.

Босс умоляюще посмотрел на меня.

— У меня есть наличные. Я рассчитаюсь, — решила спасти своего несчастного босса.

Боюсь, что любви такой прекрасной женщины он просто не переживёт.

Кондуктор недовольно прищелкнула языком. Я извиняюще улыбнулась и полезла за кошельком.

Вот только в сумке на положенном месте его не оказалось. В принципе как и мобильного телефона. Посмотрела ещё раз. Потом на всякий случай поискала в другой сумке.

Ничегошеньки!!!

Поднять голову было реально страшно! Там ждёт денег кондуктор, но самое главное-это Мирский! Он меня убьёт!

Решила ещё раз проверить сумку, вдруг подкладка порвалась, а содержимое куда-нибудь завалилось. Но вспомнила, как утром в спешке падала сумка.

Чёрт! Они вылетели, и оттого был звон.

Медленно подняла глаза вверх, мечтая стать страусом и зарыть голову в песок.

Кондуктор плотоядно разглядывала босса, а тот метался взглядом между нами.

— Ну? — поторопил он меня.

— Я выронила кошелёк утром, дома, — призналась я, делая самое жалобное лицо, на которое была способна.

— Что?! — практически одними губами прошептал босс.

Мне конец!

— Значит, у нас тут безбилетники образовались. Ах, ты мой зайчик! Что же мне с тобой теперь сделать?! — воодушевилась кондуктор, потирая ладошки.

Мирский сглотнул слюну. Громко. В его глазах появились огоньки- угольки!

Ох, чую, будет беда!

— Соловейчик!!!

Глава 23

Матвей

Мне хотелось её придушить!

Только умоляющие о жизни глаза заставляли меня отказаться от убийства.

— Соловейчик!!!

В одном этом слове я выразил все эмоции.

Усталость и голод не способствовали успокоению моих нервов, но надо бы собраться и уже решить проблему с оплатой проезда.

Вот только выдвинуть свои предложения я не успел.

— Нет, ну, сегодня точно мой день! — радостно провозгласила женщина-кондуктор.

Честно, я до этого дня никогда не боялся женщин. С каждой можно договориться, было бы желание, но эта мадам красные губы … простите, кажется, готова совершить надо мной акт насилия. Добровольно я точно не пойду!

— Людмила, — прочитал я имя на бейдже. — Давайте договоримся?!

— Да ты же мой котик! Конечно, договоримся, сладкий мой!

Вот сейчас мне эти намёки совсем не нравятся. Бросил быстрый взгляд на Колибри, но та смотрела на нас и никаких попыток моего спасения не предпринимала.

— Давай стриптиз… небольшой хотя бы! У нас такие, как ты, молодчики не водятся, только в журналах и видели. Ты тоже гей?!

Охренеть! Уровень бешенства становился всё больше и больше. Ещё пара капель, и я сорвусь!

— Нет! Я не гей, и нет — никого стриптиза! Я- архитектор, а не порно-звезда!

— А жаль!

О! Госпожа дизайнер оживилась, лучше бы вообще рот на замке держала. От неё такой фразы я не ожидал. С виду приличная девочка!

— Действительно, жаль, дорогуша! Нервный он у тебя какой-то. Недоедает, может?! — сокрушённо покачав головой, кондуктор теперь переметнула своё внимание на Соловейчик.

— Да не мой он! Точнее, мой босс, возвращаемся из командировки, — Колибри снова поправила женщину, отрицательно мотая головой.

Можно подумать, ей так противно, что эта Люда меня к ней приписала.

Женщина хмыкнула, но комментировать не стала.

— Ну, раз нет стриптиза, значит, сходим на следующей станции. Кстати, почти приехали.

Да что за бред!

— Женщина, вы не понимаете! Нам надо в город. У меня есть часы… они очень дорогие …

— Божечки! Да на кой черт они мне сдались?!

— Но они дорогие!

— Заниматься перепродажей — это всегда сложно. Нет, спасибо! Всё, готовимся на выход, сладенький.

Практически беспомощно посмотрел на Соловейчик.

Девушка

Во мне же всё кипело. Я пытался посчитать и подышать, но каждый раз сбивался. Бросил это гиблое дело и просто варился в собственных эмоциях.

Колибри неспешно закинула свои бесполезные сумки на плечо и направилась на выход. Я шёл следом.

Кондуктор подарила мне воздушный поцелуй и пошла обратно в следующий вагон.

Её хлопка по моим ягодицам я совершенно не ожидал.

Да-а-а вашу-у-у …

— Классная задница! — на прощание выдала женщина и, неспешно покачивая бёдрами, поплыла дальше.

У меня просто нет слов!

— Да ладно вам, Матвей Романович, это была плата за проезд! — вроде как, успокоила меня девушка.

Чего?!

— То есть, другими словами, вы, Евгения, считаете ЭТО нормальным?

— Ой, ну, можно подумать, вас никто и никогда из ваших женщин не хлопал … таким образом!

Не хлопали!

Я молчал. Её безмятежность насчёт моего публичного оскорбления бесила.

Она обернулась. И её неверующий взгляд просканировал меня.

— Что, ни разу?! — удивлённо, почему-то понизив голос, прошептала Соловейчик.

Наверное, в её понятии это приравнивается к греху!

— Да быть того не может!

Всё! У моего дизайнера так называемый социальный шок.

— Вы ещё скажите, что и сами никогда не хлопали по попке понравившуюся девушку.

Она отвернулась, так как поезд затормозил и нам было пора выходить. Только Евгения, как обычно, застряла в дверях, так как большой брелок в виде пушистого зайца застрял в поручнях для спуска.

Рассказывать ей о своих сексуальных пристрастиях я не собирался, но вот кое-что поправить в наших разногласиях мог.

Проходя мимо Колибри, от всей души приложился ладошкой по её пятой точке.

Она взвизгнула и так удачно дернулась, что брелок вылетел на свободу.

— Теперь один раз точно есть! — шепнул ей, прихватывая за женский локоток. — Надеюсь, вам понравилось!

Мы вышли. Соловейчик кипела. Ей не понравился мой шлепок, а мне очень! Кажется, даже малость отпустило.

— Это с какой колокольни вы, Матвей Романович, упали, что решили поправить ситуацию за мой счёт?!

— Вы, можно сказать, сами предложили.

Мы стояли напротив дверей, и небольшой кучке пассажиров приходилось нас обходить.

Так как локоть Колибри всё ещё был в моей руке, то потянул девушку к крытой остановке.

— Да хватит меня таскать! Сексуальные домогательства не были прописаны в вашем трудовом договоре.

— Так значит, как доберёмся до города и офиса, я его перепишу!

— А я его не подпишу тогда!

— О! Подпишите! Куда вы денетесь!

Я реально угрожал. Господи, откуда во вне столько агрессии?!

Её глаза меня линчевали, но всего пару секунд.

Она выдохнула и улыбнулась чему-то за моей спиной.

— Вы всё равно этого не сделаете! И я вам предлагала хлопнуть по попке понравившуюся девушку, а не первую попавшуюся. Это не одно и тоже!

О! Меня теперь повоспитывать решили.

— А с чего вы решили, что было по-другому?!

Девушка задумалась, а я обернулся посмотреть, что развеселило Колибри.

За моей спиной прямо над головой висела табличка с названием остановки«д. Козёлкино».

Бл**ь!

Последняя капля переполнила чашу моего терпения.

Глава 24

Женя

Сегодня точно день великих познаний!

Матвей Романович не только открылся мне с новой стороны, но и перешёл все грани приличия. Наши деловые отношения превратились в …

Да я даже слов таких не знаю!

Мужской шлепок по моей пятой точке разозлил, оскорбил и, кажется, даже немного возбудил.

Хотя с последним выводом я погорячилась! Только возмущение! А уж эти угрозы …ррр…

Вот только, увидев вывеску с названием станции, мне похорошело!

Во-первых, было смешно, так как именно козлом мне хотелось обозвать в эту минуту своего «дорогого» начальника.

Во-вторых, в этой деревне жила моя бабушка.

— Мы спасены. Перекантуемся до завтра у моей бабули. Она тут недалеко живёт.

Огнедышащий дракон Мирский осмотрелся вокруг.

— Даже интересно! И где же это недалеко? Я вокруг, кроме леса и поля, ничего не вижу!

— Так сейчас рванем через лесок напрямую и прямиком к её дому и выйдем, — обрадовала босса.

Вот только ни грамма этой самой радости не увидела на мужском лице. И вообще, при слове «лесок» у него, кажется, глаз дёрнулся.

— А другой дороги, кроме как через лес, нет?

Значит, не показалось.

— Есть, конечно. Только она в обход, долго придётся топать.

— Ну, может, нас кто подкинет? — не терял надежды мой шеф.

— Нет, ну, вы ещё предложите такси вызвать!

На моё предложение Мирский даже оживился на долю секунды, но тут же распознал мой сарказм.

— Хорошо. Через лес, — вроде как, распорядился мужчина. — Ведите!

Ох, блин подгорелый! Король без трона!

— Слушаюсь, ваше Величество! — не утерпела я, чтобы не подколоть. — Нам туда, следуйте за мной.

И пошла, стараясь не обращать внимания на недобрый прищур мужских глаз.

Шли славно.

Я, скучавшая по родным просторам, почти блаженная шагала первой. За мной, уверена, мысленно матерясь, спешил недовольный Матвей Романович. И, если пока шли через поле, всё было более-менее сносно, но, когда начался лес, недовольство позади идущего стало осязаемым.

— А дикие животные в этом лесу встречаются?

— Матвей Романович, ну, не домашние же! Конечно, есть! — добавила я шефу головной боли.

Он стал оглядываться по сторонам, наверное, в поиске тех самых диких зверей.

Мужчина был словно маленький ребёнок впервые в лесу. Умудрялся попадать ногой во все норки и ямки и ещё собирать лицом паутину и старые сухие ветки.

Остановилась возле большого куста, чтобы передохнуть и попить.

Ага! Три раза!

Мирский как заорёт:

— Медведь!

И мы побежали.

Ну, точнее, побежал мой придурок-босс. Меня, как всегда, этот паникер схватил за локоть и потащил следом!

Бегает Матвей Романович хорошо, а вот с топографией у него всё плохо! Или это он петлял от погони, но мы точно сбились с нужной нам прямой.

Пыталась дознаться, где именно он увидел медведя, но мне не отвечали. Пыталась тормозить, так он орал и ещё сильнее дёргал мой локоть.

А потом мы упали. Слава богу, полёт был коротким, и приземлилась я сверху на босса. Мягко вышло. Почти.

Ударилась коленом и потому рефлекторно им дернула. Неудачно.

Мне-то было мягко, а вот королю досталось по тем самым гиперчувствительным шарикам-бубенчикам.

Его рёв раненого быка лишил меня слуха на пару секунд.

Я, конечно, извинилась, пытаясь слезть с мужчины. Его ответ не расслышала. Хотела переспросить и, чтобы услышать наверняка, решила подтянуться повыше к его голове.

Не рассчитала и нечаянно задела локтем нос босса.

Король обиделся и, как я понимаю, в отместку схватил меня в охапку

И вот мы в обнимку лежим в яме. Меня начинает поглощать невыносимый смех. Естественно, я не выдерживаю, и из плотно сомкнутого рта вылетают хрюкающие звуки.

— Соловейчик, достаточно! Изображать свинью, когда рядом бродит голодный гризли, совсем нелогично! — прохрипел мне на ушко босс, обдувая горячим дыханием ухо и частично шею.

Щекотно. Теперь, кроме смеха, добавилось острое чувство почесаться.

— Матвей Романович, вы, конечно простите, но о каком гризли сейчас идёт речь? — пытаясь выдернуть хотя бы руку из плотного захвата, задала уже давно созревший вопрос.

— Какой?! Да тот самый, что сидел в кустах и нас потом догонял, мечтая сожрать. Всё! Тихо!

Боженька, помоги мне!

— Матвей Романович, в этом лесу не водятся медведи!

Тишина.

Лица этого гения архитектуры было не видно. Да я вообще мало что видела! Рука Мирского на моей голове закрывала весь обзор.

— Отпустите меня, пожалуйста, — спокойно попросила я, так как лежать и дальше в столь эротическом положении становилось неудобно.

В наступившем покое стали явственно чувствоваться рельефы крепкого тела подо мной. А фантазия у меня бурная! Так сказать, чего не вижу — быстро додумаю.

— Нет.

— Что?! Матвей Романович, опасности никакой нет!

— Но наверху точно кто-то есть!

Прислушалась. Тут мой горе — начальник прав. Действительно, там был какой-то зверёк, наверное, напуганный нашим забегом.

— Да там кто-то мелкий! Мышка, зайка, но точно не МИШКА! — как ребёнку просюсюкала я.

— Соловейчик!

— Матвей Романович, хватит использовать мою фамилию вместо имени. Если что, это ужасно раздражает. И отпустите меня наконец-то! Мы, вроде, разобрались, что вы лохонулись. Немножко!

Всё! Хочу на волю!

— Нет!

— Ой, кажется, у меня сейчас снова колено дёрнется! Чувствуете?!

Мужские руки немного разжались, так что я смогла приподняться, чтобы взглянуть в лицо офигевшего начальника. Уверена, у него от страха случилось помутнение рассудка.

И точно! Этот наглец, вроде как, улыбался. Вроде потому, что губы были странно искривлены в подобии улыбки.

Ща убивать начнёт!

— Матвей Романович, вы меня пугаете! — честно призналась я, стараясь аккуратно и тихо сползти с мужчины.

— Да что вы говорите! Уверены, что не наоборот?!

Отвлеклась от выбора места перегруппировки своего тела. Посмотрела на загадочного мужчину.

В земле и прошлогодних листьях он уже не походил на того человека, что я увидела в первый день знакомства.

— Вы боитесь женщин?!

— Нет, Евгения, я боюсь только вас!

Наверное, шеф всё-таки головой приложился, когда шлёпнулись в яму.

— Вот даже интересно, с какой стати?! — начиная раздражаться, уточнила я.

Продолжила прерванное занятие по освобождению самой себя.

— Ну, может, потому, что по вашей милости я сейчас весь в грязи на дне лесной ямы?!

— По моей?! Так, вроде бы, это не я убегала от несуществующего медведя! — громко выразила свой протест и заодно, уже не жалея мужчины, резко с него скатилась.

Мирский охнул. Ну, и замечательно! Так и надо!

— И вообще, вы меня считаете конченной дурочкой, что могла бездумно потащиться вечером через лес с медведями?!

Босс не ответил, что вынудило снова взглянуть ему в лицо.

Ответ прочла в глазах. Вот это уже обидно!

Отвернулась от мужчины, вставая на колени. Я с этим козлом больше не разговариваю. Босс он мне или нет, но повода усомниться в своих адекватных мозгах я ему не давала.

Яма была неглубокая, так что, если зацепиться руками за те выступы, можно вполне спокойно выбраться.

Одернула сарафан, нашла свои сумки, стараясь не обращать внимания на телодвижения рядом.

Мирский тоже поднялся и теперь пытался привести в порядок свою одежду. Кейса с бумагами рядом с ним не было.

Хотела промолчать, но от этого заказа зависела и моя работа.

— Где ваш чемодан? — вроде как, между прочим, спросила я.

Подошла к намеченному месту. Пора выбираться.

— Точно не знаю. Надеюсь, где-то возле ямы. Я его отпустил, когда начал падать.

Вот и ладушки!

— Что это вы собираетесь делать?! — прозвучало уже привычно недовольно за моей спиной.

— Ну, если вам это не очевидно, то поясню! Вылезать!

Уже собралась ухватиться за торчащий корень огромной ели, как меня всякие умные передвинули. Грубо за плечи, словно мешок с картошкой.

— Ну, а теперь-то что?! — выдохнула я, складывая руки на груди.

Этот человек начинал меня утомлять! Как его родственники, интересно выносят?!

— Я сам!

Слов нет. Да пожалуйста!

Мирский снял пиджак. Спрашивается, зачем? Он всё равно был уже достаточно грязным.

Ухватился за тот же корень, что приглядела я, и в одно подтягивание выкинул себя из ямы. Выглядело как в фильмах с участием Джеки Чана. Эффектно!

Босс посмотрел на меня, сделала хлопающий жест лишь пальцами. Вроде как, оценила его атлетизм.

— Руки!

Суровый мужчина, не боящийся грязи и пота. Эх-х-х, всё-таки хорошо этот спасатель приложился башкой.

Драгоценный пиджак закинула на плечо поверх сумок и вытянула руки вверх. Так уж и быть, спасайте меня!

— Только в очередной раз не пытайтесь меня прибить, — обхватывая мои лапки ладонями, попросил начальник.

— Я постараюсь, — клятвенно пообещала, на самом деле желая стукнуть в лоб этого противного.

Меня подняли, и так как лёгкая я только на вид, то ногами отталкивалась от отвесной стены ямы.

Та-дам! Я на свободе! А босс даже не запыхался!

Что ещё было странным, так это его ладони.

Ожидала почувствовать идеально гладкую и нежную кожу, но ощутила, как сухие рабочие мозоли сдавили мою тонкую шкурку.

Откуда у этого человека могут быть такие руки? Это вопрос на миллион!

После моей эвакуации Мирский сразу отошёл в сторонку, видимо, опасаясь за своё здоровье.

Кейс с документами торчал одним боком из кустарника, так что шеф направился теперь спасать его.

— Поаккуратнее там, а то вдруг медведи. Семьёй в полном составе, — не удержалась я, чтобы не подколоть мужчину.

Он на секунду тормознул, а потом продолжил путь.

Когда резко дёрнул чемоданчик, то ему под ноги выскочил серый заяц. Мирский шарахнулся назад, чуть снова не падая в нашу милую ямку.

— О! А вот и особо крупный мишка попался!

— Соло … Евгения! Достаточно юмора! Я и так всё понял!

Ну, это точно! Хотя бы моё имя стал вспоминать.

— Хорошо. Извините! — сдерживая улыбку, встряхнула мужской пиджак. — Держите и идёмте искать дорогу к дому моей бабушки.

— Искать?!

Ага! Вон, как голосок-то поменялся!

— Всё правильно! Искать! Из-за вашего марафона мы сбились, но убиваться сразу не надо! Я думаю, что вполне найду нужный ход.

На меня косо посмотрели, скорее всего не веря обещанию.

Сразу вспомнилась сказка «Красная шапочка». Мне сейчас, сто процентов, отвели роль злого серого волка.

Придётся постараться отвести

Глава 25

Матвей

Это просто кошмарный сон! Иллюзия!

Но самообман не выходил, так что приходилось идти за девушкой, осознавая жестокую реальность.

Я лох!

Нет! Я грязный лох! Неспособный самостоятельно выйти из леса, где не водятся медведи!

От чувства беспомощности и уязвленного самолюбия рождался гнев. Много гнева.

— Матвей Романович, предлагаю сделать пятиминутный привал, — неожиданно заявила девушка.

Не дожидаясь моего согласия, она присела на большой ствол дерева, поваленного, скорее всего, непогодой.

— Я хочу попить. Очень жарко. Я собиралась ещё до пробежки от мифического мишки, — пояснила Евгения, расстегивая одну из своих сумок.

Видимо, на моём лице, кроме недовольства, был и знак вопроса незапланированной остановки.

Достала термос и даже пластиковый стаканчик. Не удивлюсь, если сейчас из недр этой сумки ещё и самовар появится, а вдогонку связка бубликов.

— Матвей Романович, будете чай?

Пить я хотел. Очень. И чай, в отличие от кофе, я люблю.

— А какой у вас?

— Фруктовый. Мой любимый, — радостно прощебетала Колибри, протягивая мне стаканчик.

Меня перекосило. Ненавижу фруктовый чай. Этот напиток чаем сложно назвать!

— Фу! Какая мерзость! Воняет дешёвым одеколоном.

Её рука замерла, а через секунду стакан исчез.

— И я не пью и не ем из пластиковой посуды. Это вредно для здоровья.

Кажется, добавил, скорее всего, для себя. Пить очень уж хотелось!

— Ну, простите, Матвей Романович, чайный сервиз на шесть персон я сегодня как раз не прихватила с собой!

Возмущение со стороны моего дизайнера было вполне оправданным! Я перегнул палку. Снова.

— Я буду ваш чай, только можно мне выпить из термоса.

Губы Соловейчик беззвучно шевелились. О! Мою голову сейчас все кары небесные пророчат.

— Конечно.

Она отвинтила крышку и протянула мне термос.

Прежде, чем пить, заглянул внутрь. Пакетики. Чайные. Ненавижу!

— Чай из пакетиков?! — не выдерживая, продекламировал вслух свои мысли.

— Да, Матвей Романович. Это пакетики и вода кипячённая в пластмассовом чайнике. А ещё там несколько ложек сахара.

Поднял взгляд на Колибри. Она издевалась и даже не собиралась этого скрывать. Её глаза предупреждали, что ещё один мой писк, и термос будет отнят.

Прикрыл глаза и перестал дышать. Быстро сделал пару глотков, как умирающий в пустыне.

— Забирайте, — тут же отдал посуду назад.

— Господи, Матвей Романович, вы чай, как мой дед крепкий самогон, пьёте. Ещё рукавом занюхните!

Я бы рад, да только пиджак, как и вся моя остальная одежда, сейчас был в пыли.

На самом деле вкус оказался не так плох, как запах.

— А что это был за чай?

Лучше бы не спрашивал!

— А там сборная солянка. Чего дома нашла, то и кинула.

Прикрыл глаза, стараясь быть большим пофигистом.

— Ну, можно идти дальше, — допивая остатки фруктового ассорти, огласила Евгения.

Быстро собрала наш чайный набор и зашагала дальше.

Молча пошёл следом, уже практически молясь о завершении нашего пути. Кто-то обещал, что через лес будет «быстренько».

— Ну, как ваше самочувствие, Матвей Романович? После чая-то с одеколоном?!

Молчал.

Мысленно уже примерял свои пальцы на её тонкую шейку.

— Как низко же вы пали! Ай-ай! Такую гадость в рот взяли, — не унималась Колибри, бросая на меня «жалостливые» взгляды.

— Ну, вот жизнь она такая! Заставила! — как можно спокойнее ответил я, хотя мои воображаемые руки уже делали «плохое» дело.

— То есть, другими словами, до вас можно достучаться, если загнать в полный треш?! А иначе вы не рискнете?!

Продолжала девчонка свой психологической допрос.

— Да, но тут нет моей вины! Я родился в богатой семье, уж простите, пожалуйста!

Нити контроля, удерживающие меня от беспредела, рвались ко всем чертям!

— Я вас в этом и не обвиняю! Но, Матвей Романович, иногда нужно спускаться с небес на землю. Мы просто люди, не супермены с железными нервами. А человеку свойственно проявлять некоторые слабости и это нормально!

Воспитала так воспитала!

— И вообще иногда нужно сходить с ума! — добавила девушка, даже останавливаясь.

Она так вошла во вкус рассуждений о моей жизни, скорее всего, подпитанная моим скромным молчанием.

— Вы согласны?!

Колибри с видом мыслителя развернулась ко мне всем корпусом. Между нашими телами осталось мизерное расстояние. Протяни я руки, и она вся в моей власти!

— Конечно! И вы, Евгения, в этом просто рекордсмен! Если надо какое-то завихрение мозга, так это сразу к вам обращаться! С лихвой получите!

Мой дизайнер обиделась. Видимо, это всё-таки её слабое место, куда я и вонзил свою остроту.

Девушка нахмурилась и надула губки. Те самые, что мне давно не давали покоя, особенно теперь после нашего чаепития. Колибри так эротично их облизывала.

Дальше я действовал скорее по наитию! Мой мозг отключился.

Совсем.

Свободной от кейса с документами рукой я обхватил тонкую шею в точности так, как в моих фантазиях.

В этот раз я не торопился, стараясь, прежде чем поцелую, оценить реакцию Жени.

Её глаза распахнулись от изумления, но она не сопротивлялась, а будто ждала. Слабо мне или нет?!

Нет!

Отказываясь быть привычно выдержанным, я резко притянул девушку к себе. От моего рывка она выдохнула и вынужденно распласталась по мне, цепляясь пальцами за плечи. Даже если она захочет меня остановить, то боюсь, это будет крайне затруднительно.

Уже знакомые вкус и ощущения ударили в мозг и заодно в пах. Дикая, сладкая, чистая!

Мой грех! Моя неприятность!

Иногда нужно сходить с ума, сказала она! Да пожалуйста!

Мне кажется, я укусил её нижнюю губу, так как был лёгкий писк. Правда, его я тоже поглотил.

Колибри отвечала на поцелуй робко, словно отдавая все бразды правления мне! И это я любил!

Не зная пощады, я мстил за всё, что мне сегодня пришлось пережить. Не давая вдохнуть, я жадно целовал, целовал …

До одури!

А потом Женю словно током дёрнуло. В следующую секунду девушка оттолкнула меня, разрывая наш поцелуй.

Крик.

Визг Соловейчик огласил лес, распугивая птиц с деревьев.

Я, кажется, оглох. Ну, на одно ухо точно!

— Женя, какого чёрта?! Что случилось?

Она с большими от страха глазами тыкала пальцем куда-то в область моей головы. Неужели у меня рога отрасли?

— Что там? Нимб?

Она отрицательно качнула головой, продолжая следить за чем-то, скорее всего, в моих волосах.

— Там … паук, — наконец-то Колибри прошептала, словно умирающая.

А я вот подобной живности как раз не боялся.

— Надеюсь, у вас тут тарантулы не водятся? — спокойно уточнил я, пытаясь рукой смахнуть с волос паука.

— Нее … ой, ну, зачем рукой … вон веточку возьмите! — пропищала девушка, явно уже готовая

Не дай бог!

— Я не боюсь. Он нам ничего не сделает, — уверил я. — Вот только весь момент испортил.

Паук слетел с моей головы на траву неподалёку от женских ног.

Очередной вопль и прыжки в высоту и в сторону. Был уверен, что Женя сейчас на меня верхом заскочит.

Передумала. Запрыгнула на какой-то пенёк, поближе ко мне, подальше от несчастного паука.

— Извините, Матвей Романович. Ну, за крик. Это я с детства боюсь. Двоюродный брат мне подложил большего и мохнатого паука на подушку, когда я спала. Потом как заорёт, я просыпаюсь, а тут эти глаза и вообще …

Её от воспоминания всю передёрнуло. Действительно тут заорешь!

— Ну, сейчас мы же не спали.

Соловейчик подняла на меня глаза, прекращая изучать траву, где был маленький монстр.

— Нет. Просто я тоже открыла глаза и …

Дальше слов не требовалось. Все эмоции были на лице.

— Ясно. Прощаю. Думаю, надо идти дальше, а то уже скоро темнеть начнёт.

Чувствуя себя хозяином положения, я раздал команды и протянул руку девушке.

Она посмотрела на меня, на руку и обратно и осталась стоять на пеньке. Неужели думает, что я обманываю.

— Хочу помочь спуститься, — прокомментировал свой рыцарский порыв.

— Ага. Спасибочки, — и снова стоим.

— Ну, и … — начиная нервничать, поторопил я девушку.

— Да я вспомнила, что, когда вы мне в первый раз подали руку, мы упали в канаву на стройке. Точнее, вы упали.

— Но сегодня-то я вас из ямы спокойно вытащил!

— Вот именно! Значит, теперь точно прокол будет! У меня так всегда.

Мне бы сейчас в церковь. Я бы там даже помолился! Трёхкратно!

— Всё! Достаточно!

Шагнул в один шаг к пеньку и за талию снял Колибри.

— Оп! И все живы! Здоровы! И можно идти дальше!

Она удивилась. Решил её добить своей галантностью. Забрал обе сумки.

Кажется, это выражение лица можно трактовать как близкое к шоку.

— Спасибо…. Что терпите меня.

Всё! Финиш!

— У меня, кажется, слуховые галлюцинации, — прошептала Соловейчик. — А можно повторить?

— Я никогда и ничего не повторяю. Идёмте.

Меня распирало странное двойственное чувство. Хотелось радоваться, что сумел лишить дара речи и ввести в стадию полного изумления, но, вроде бы, обидно, что Колибри превратила меня в чудовище.

Дальше шли молча и без приключений. Всё-таки на сегодня достаточно. Должен же быть лимит на сутки?!

Вскоре показалась деревня. Я выдохнул, радуясь скорому отдыху.

Мой дизайнер явно задумалась о чем-то, а может, ещё пребывала в шоке от моих подвигов.

Хорошо, что не было вопросов про поцелуй. Ответа я ей дать не мог! Сам ещё ни черта не понял!

Глава 26

Женя

Сегодня при виде дома бабушки я радовалась как никогда.

За этот вечер произошло столь всего, что даже для меня было слишком!

— Мы пришли, Матвей Романович! — радостно оповестила босса и галопом понеслась вниз по склону.

Мужчина неспешно ковылял позади.

— Забыла предупредить. Бабка моя, Агафья Прокопьевна, строгая женщина. Приверженец Ленина, комсомолка и так далее. Вы с ней о политике даже не начинайте разговор, а то будете спать на сеновале.

— Где? — донеслось до меня.

Я притормозила.

— На сеновале. Знаете, что это такое?!

Ой! Прищуренный взгляд мужских глаз грозил мне очередным убийством. Король переменчивого настроения сердился.

Господи, да чтобы я ещё раз … да с ним … да в командировку! Лучше больничный и горчичники!

Дальше спускались вместе. В тишине. Снова. Злобный дядька.

Бабушка нас уже встречала.

Как и откуда она всё узнавала, я никогда не понимала. Вот только телефон и интернет ей были не нужны, чтобы быть в курсе всего происходящего.

— Женька, бесстыдница, неужто совесть тебя ко мне привела?! Совсем бабку забыла! — грозно прокричала Агафья Прокопьевна

— Это, вроде как, её традиционное приветствие. Не обращайте внимания, — тихо шепнула Мирскому, пока не дошли до ворот.

Сказала и тут же кинулась обнимать старушку.

— Бабуля, не серчай. Ты же знаешь эту городскую жизнь. Ни минуты покоя. Вся в делах. Работу искала.

— Ага, я и вижу. Искала работу, а нашла хахаля городского?! — прокомментировала она наличие стоящего позади меня путника. — Тебе наших парней что ли мало? Здоровые, рослые, а ЭТО что?!

Всё! Бабушка оседлала своего любимого конька! Наш спор о выборе мужа длится уже лет пять.

— Тише! Это не хахаль.

— О! Принц датский что ли? Где конь тогда?

Жест рука-лицо мне бы сейчас не помешал.

— Конь сломался, и потому я пеший.

Мирский обрел дар речи. Да как не вовремя! Куда только делось его любимое молчание?!

Мужчина вышел из-за моей спины, протягивая руку этой серьезной женщине.

— Мирский Матвей Романович. Начальник вашей внучки на её новой работе.

— Агафья Прокопьевна, — в тон ему ответила бабушка, уверенно и с силой пожимая протянутую ладонь.

Босс бровью не повел, хотя я точно знаю, что силушка в руках этой старушки богатырская.

— Начальство значит. А я уже подумала, внучка жениха привезла знакомиться.

— Ну, уж извините, пока только начальство.

У Прокопьевны подбородок дёрнулся. Это значит, что режим «добрая бабуля» включён. Очень она уж правнучков хотела повидать, пока не помрёт. И тут даже вопрос, деревенский или городской муж, отходил на второй план.

— Ну, что ж мы на пороге-то всё стоим?! Проходите в дом, пожалуйста. Устали-то, наверное, с дороги. Голодные, — запричитала моя святая простота, открывая пошире калитку.

Через плечо посмотрела на Мирского большими, вроде как, пугающими глазами. Намекала, что еще одна такая шутка, и я сама его отправлю спать на сеновал.

Без средства от комаров.

— Баб, да Матвей Романович шутит. У него в городе и невеста замечательная красавица есть. Просто мы пешком от станции топали, немного с приключениями. Он … устал.

Я попыталась отвлечь беду от наших голов. Сватовства шеф точно не переживёт.

— Ох, с тобой, Женька, по другому-то и не бывает, — горестно выдохнула актриса прошлого столетия. — Вот так уж вышло, Матвей Романович, что она у нас девушка- беда.

— Так, бабуль! Не начинай! Нормальная я! Энергичная, как электростанция. Вот и всё!

— Ага! Так поди и не одна электростанция, а всей нашей области, — не выдержав выбранной роли, съязвила она.

Хотела тоже помучать старушку, но громкое мужское «Черт!», а потом, кажется, и что-то нехорошее про «мать», сбили меня с мысли.

— Матвей Романович?! — вспомнила я про несчастного напарника вечерних приключений.

Босс стоял с видом святого мученика, удерживая одну ногу в воздухе. Медитирует что ли?!

Если судить по лицу, то расслабиться не получилось.

— Что случилось? — возвращаясь назад, попыталась выведать хоть

— Что?!!! Что?!!! Да ГОВНО со мной случилось!

— М-да!

Даже не знаешь, что тут добавить!

— А туфли, между прочим, итальянские! Стоят как весь ваш гардероб вместе взятый! — продолжил орать Мирский, упорно дёргая испачканной туфлей в воздухе.

Надеялся, что отвалится, но фиг! А вот про мой гардероб это он зря!

— Да прекратите вы мотылять ногой, а то сейчас на голову кому-нибудь прилетит кучка счастья.

Движения резко прекратились.

— А мне уже прилетело! Вы на мою голову прилетели! Да что ж это такое?! За что мне это наказание?!

Босс вышел «из берегов». Кажется, мы такое состояние проходили в универе на психологии. Называется «вынести себя за скобки».

Оказывается, чтобы узнать человека, надо просто загнать его в коровью какашку.

Мирский был прекрасен.

Такой живой, натуральный. С перекошенным от гнева лицом, горящими глазами и практически пеной бешенства на губах он мне нравился во сто крат больше, чем та холодная офисная статуя.

Я могла бы вечно смотреть на эту картину.

Смотреть — это, конечно, очень хорошо! Вот только надо спасать положение и …себя.

— Ну, Матвей Романович, какое-то же это наказание?! Это к богатству! Примета такая.

Добавила и пожалела. И правда говорят, молчание — золото!

— К богатству?! К богатству?! — снова начал заикаться мужчина. — Это вы-то что ли? Моё богатство?! Так-то я больше ничего вокруг себя не вижу!

— Так оно не сразу вам привалит. Надо подождать, — снова постаралась успокоить начальство.

— А я не могу ждать! Вы меня раньше прикончите! — всё равно продолжал орать Мирский. — Или я вас!

Ой! А вот тут пора уходить … по-английски!

— Ну-ну, молодежь! Достаточно! Ещё не поженились, а уже убивать друг друга собираетесь. Не порядок какой-то!

— Да я её придушу сейчас! Вместе с этими приметами! — пуще прежнего взвился мужчина, даже подпрыгивая в воздухе.

Он начал движение в мою сторону, и я, недолго думая, спряталась за бабушку.

Кстати, чему-то радостно улыбающуюся. Внучку практически убивают, а она веселиться удумала.

— Матвей Романович, вам вредно волноваться! Ещё инфаркт хватит, — уже из-за спины родственницы в очередной раз попыталась угомонить беса.

— О! Какая забота о моём здоровье! Не волнуйся, на тебя хватит!

Босс перешёл на «ты», и вот тут-то я реально очканула. В его глазах я видела свою погибель.

Прибьёт! И бабушка не поможет! Точно в тихом омуте … психи водятся!

— Господи, помогите! — теперь заорала я и сиганула в дом.

Двери на замок, а сама в погреб. Всё! Теперь, главное, ни звука!

Бабушку Мирский точно не тронет, а без меня, возможно, приступ бешенства его и отпустит.

Идея-то хорошая, но под полом и в темноте это так себе убежище.

Снаружи было тихо, а у меня ещё тише.

В голову сразу полезли разные мысли, включая неадекватное поведение моего шефа. Тут, правда, я и сама хороша!

Спрашивается, какого чёрта лысого я ответила на этот варварский поцелуй героя-спасителя?! Надо бы сказать огромное спасибо пауку и моей огромной нелюбви к этим тварям.

А случись всё по-другому! Отдалась бы боссу прямо посреди леса?!

Да! Меня уже сейчас в жар бросает только от этих мыслей! Мирский, как оказалось, далёко не палтус, а вполне себе нормальный мужчина. Буйный и местами придурок, но второе больше от незнания жизни обыкновенной.

Конфликт мыслей и реальности налицо! Как мне теперь быть?! А, между прочим, у него ещё и невеста имеется.

Стоять дольше сил не было, так что присела на корточки в какой-то уголок. Стало совсем грустно. Наверное, это неизбежно, если ты понимаешь, что тебе кто-то нравится, но ты точно знаешь, что опоздал.

Плюнула и села на попу. Любимый сарафан всё равно испорчен, а отсюда я ещё долго не выйду. Можно вообще не выходить! Буду сидеть в заточении, пока мозги на место не встанут — не выветрится увлечённость Мирским.

Мне кажется, я задремала, так как, услышав голоса наверху, вздрогнула и очнулась.

Босс беседовал с бабушкой и так мирно журчал, что я даже слов разобрать не могла.

— Евгения, выходи. Хватит прятаться, — как ни в чём не бывало позвал меня шеф.

Ага! Нашёл дурочку! Я сейчас выйду на свет божий, а он меня раз и все!

— Соловейчик, выходи. Не надо делать из мухи слона! — продолжал настаивать мужчина.

— Да-да, внученька. Айда скорее. Будем ужинать.

Ммм. Еда-а-а …

Мой лёгкий перекус был давно, так что я бы сейчас быка съела. А у бабушки всегда всё очень вкусно. Даже банальная жареная картошечка выходит такая, что пальчики оближешь.

Решила сдаться. Голод не сосед — от него не уйдешь! Да и сомневаюсь, что моя боевая бабуля сдаст меня в плен городскому ироду.

Вот сейчас выйду спокойная и равнодушная.

Вышла!!!

В темноте я запнулась за пустое ведро, что со звоном полетело в одну сторону, а я в другую. Приземлилась снова шумно, особенно голова. Приложилась затылком обо что-то металлическое до темноты в глазах и колокольного перезвона в ушах.

Офигеть! Теперь-то моё логово точно рассекречено.

Возвращаясь из лёгкого нокдауна, сначала боялась даже глаза открыть. Проанализировав своё тело, поняла, что жить буду.

Как только приоткрыла веки, яркий свет ударил по моим привыкшим к полной темноте глазюкам.

Кажется, я уже не одна в этом погребе.

— Ты в порядке?! Или, может, врача? В больницу?

Голос Матвея Романовича излучал беспокойство и, как ни странно, заботу. Может, у него, маньяка, перед убийством принято задобрить свою жертву?!

— Нет. В смысле нет, никуда не надо. Я в порядке.

Попыталась принять сидячее положение, но мужские ладони тяжело легли на плечи. Пришлось прилечь обратно.

— Не спеши. Ты, скорее всего, сильно ударилась головой, у тебя кровь на затылке.

Этим меня не удивить и не испугать. Я регулярно вижу свои кровоточащие раны.

— Пустяки, — отмахнулась от излишнего внимания начальства.

Больше меня интересовало, успокоился ли мужчина или на задворках сознания продолжает меня душить.

— Извини за концерт на улице. Я, наверное, действительно просто вымотался, — немного скрипучим голосом признался шеф.

— Угу, — легко согласилась я, отказываясь комментировать извинения.

Уверена, что этот человек не так часто просит прощения, а во-вторых, не будем будить лихо!

Руки с меня убрали, так что, пользуясь моментом, быстренько села, а потом и встала. Тут же сделала шаг назад, подальше от мужчины, чтобы его тело не смущало меня своим теплом.

Надо отметить, Мирский успел преобразиться. Помылся, и ему выдали гостевой комплект одежды моего давно выросшего дяди — старые джинсы-варёнки и футболку- безрукавку. Так что глубокий вырез открывал много голой кожи на мужской груди, а полностью открытые

В моей голове.

От яркости собственного воображения сделала ещё шаг назад. Нога угодила в металлический тазик и, судя по знакомому звону, это именно об него затормозила моя несчастная голова.

— Женя, прекрати пятиться. Не надо превращать меня в монстра!

— Ага, в гризли, — между прочим, добавила я, вытаскивая ногу и отталкивая посудину подальше от себя.

— Этого воображаемого медведя ты мне ещё долго будешь припоминать?!

Ничего не ответила. Я же не специально. Просто случайно выскочило.

— Давай руку, а то твоя бабушка решит, что мы здесь чем-то нехорошим занимаемся, — пробурчал недовольно босс, протягивая мне свою ладонь.

Разглядывая его руку, на секунду задумалась — принять помощь мужчины или проявить самостоятельность. Его очередной переход на «ты» очень настораживал. Мирский точно не любитель дружеского общения с рабочим персоналом.

— Нехорошим?! Это чем таким? — полюбопытствовала я, решая, что вполне могу справиться и сама.

Начала движение вперёд, ожидая, что шеф меня пропустит. В этом углу погреба было тесновато для двоих.

— Тебе объяснить на словах или показать наглядно?! — тихо и, кажется, соблазняюще уточнил мужчина.

От смены тембра мужского голоса вздрогнула и подняла глаза. Босс меня не пропустил, так что теперь мы стояли в паре сантиметров друг от друга.

— Думаю, лучше не надо, — неуверенно тихо ответила, хотя зарождающаяся дрожь в теле сигнализировала об обратном.

Мирский хищно улыбнулся. Уверена, что он, как зверь, почуял запах моего возбуждения.

— Уверена?!

— Да. В смысле нет. Не знаю. Думаю, что это плохая идея, — такое чувство, будто выдала весь словарный запас.

Мысли путались и скакали, а тёмные глаза и губы напротив не облегчали мне выбор.

Мне хотелось! Я жаждала одного нормального поцелуя. Просто впервые я не знала, нравится мне или нет, как целуется этот мужчина, имея в прошлом уже два поцелуя.

— Ты хочешь меня поцеловать?

Он усмехнулся, поднимая температуру моего тела ещё на пару градусов.

— Мне кажется, это очевидно. А ты?!

— Я?! — в горле пересохло, так что вышло сипло.

Пришлось легонько прокашляться, прежде чем ответить.

— Я бы хотела, но …

Бровь Мирского удивлённо взлетела.

— Но … — поторопил он меня, теряя терпение.

— Но хочется нормального поцелуя. Хорошего, — таки сказала я, ожидая очередного бунта начальства.

— То есть до этого всё было плохо?!

— На троечку. С минусом.

Лучше бы я соврала. Уже хотела зажмуриться в ожидании грозного рыка. Ещё бы я посмела посрамить мужское достоинство!

— Тогда тебе придётся показать свой вариант отличного поцелуя. Можно на «отлично с плюсом», — спокойно, но с вызовом предложил шеф.

Мирский всё решил. Его руки, обхватывающие мою талию, сократили несчастные миллиметры между нами. Теперь мои голые ноги чуть царапала грубая джинсовая ткань, а тонкий хлопок сарафана не мешал чувствовать рельефы мужского тела.

Если он думает, что я не смогу?! Ошибается!

Глава 27

Матвей

Наверное, слишком много чистого деревенского воздуха поступило в мой мозг, раз я снова лез с поцелуями к своему ландшафтному дизайнеру.

Меня даже не останавливал факт — наличие невесты или то, что мы в каком-то погребе, сверху бродит странная старушка, а, по сути, я в богом забытой глуши.

Колибри заполняла собой всё пространство. И в ожидании её поцелуя я вообще не хотел и не мог думать. Чувствовать едва уловимую дрожь женского тела и прерывистое дыхание было гораздо интереснее.

— Сдаешься?! — подзадорил девушку, желая как можно быстрее продолжения.

— Нет … мне нужно настроиться. Это у вас, мужчин, всё просто. Захотел — поцеловал, не захотел — бросил.

В этих словах был печальный подтекст. В голове сделал заметку — узнать побольше о причинах, но не сейчас.

— Это всё отговорки.

В глазах напротив полыхнул огонь. Замечательно, я не против немного поджариться.

Прохладные ладошки легли сначала на мои плечи, потом скользнули на шею.

— Нужно будет немного подыграть, — попросила Женя, поднимаясь на носочки.

— С удовольствием, — радостно согласился я.

Попроси она сейчас Луну, я бы тоже согласился. Полный придурок.

Озабоченный.

Приходилось с силой удерживать свои лапы хищника на её талии, чтобы не ускорить процесс слияния. Так что, когда её рука переместилась на мой затылок, пропуская пряди волос между пальцами, я почти ликовал.

Первое касание нежных губ было едва ощутимым. Словно крылышками провела и тут же отступила.

— Закрой глаза, — прошептала Женя.

— Ни за что!

Закрыть и пропустить такое зрелище?! Я ещё только придурок, а не дурак!

Розовые щёки и глаза, полные желания, смятения и отваги. Колибри была удивительно естественна! Ни грамма искусственного соблазнения, только живые эмоции.

Как полотна великих художников, заставляющие толпы людей веками восхищаться ими.

Но кто я?! Чтобы спорить с целующей меня девушкой?!

Женя накрыла мои глаза своей ладонью и в тут же секунду поцеловала.

На «отлично с плюсом».

Я в долгу тоже не остался. Перехватил управление поцелуем, а заодно подтянул девушку повыше и поближе. Как можно ближе. Сминая ткань сарафана, я впитывал тепло её кожи и снова не давал ей возможности вдохнуть. Всё потом.

Потом пришло быстрее, чем мне бы того хотелось. Колибри очнулась.

Фактически, как клеща, отцепила меня от себя.

— Я думаю, достаточно, — прошелестела Женя, старательно пытаясь вылезти из моих крепких объятий. — Да и бабуль нас, наверное, потеряла.

В ней словно что-то выключили. Погас внутренний свет. Вот крайне любопытно, что в этой русой голове сработало выключателем.

— Конечно. Думаю, что ты вполне меня обучила.

Я пытался влиться в поток её мыслей, но Колибри избегала прямого взгляда. Поправляя одежду, мой дизайнер стремилась на поверхность из нашего импровизированного логова.

— Не смешно, Матвей Романович. Вы сами виноваты! Взяли меня на «слабо».

И, практически взлетев по лестнице, исчезла в проёме погреба.

Охренеть! Это её «Матвей Романович» снова поставило нас в рамки. Босс и подчинённая.

Меня более не желали. Видимо, я действительно хреново целуюсь. Самое обидное, до некоторых пернатых нареканий на эту область ни от кого не было.

Пошёл следом. Деваться мне всё равно некуда.

Нашёл дам на кухне.

Колибри расставляла посуду на крошечном столе, а Агафья Прокопьевна что-то бубнила той на ухо.

— Нет, бабушка. Прекрати, — вспылила Соловейчик, но, завидев меня, сразу переключилась. — Матвей Романович, присаживайтесь к столу ужинать.

Пахло вкусно, а когда я сегодня ел в последний раз, уже не помню.

Как можно аккуратнее присел за столик и, чтобы не смотреть постоянно на девушку, решил изучить стены.

Старый дом, и всё в нём диковинное, как из сказки. Плюшевые ковры на стенах, в углу рядом с печкой панцирная кровать с горой подушек и вышитой накидкой, на

Это всё так резонировало с моей повседневной жизнью, что поначалу вызывало шок. После быстрого купания в русской бане и примерки одежды с чужого плеча я немного успокоился.

Смирился.

И моё поведение насчёт выпачканной туфли было, мягко говоря, позорным. Именно поэтому я попросил бабушку Жени сказать, где оккупировалась её внучка и дать возможность самому с ней поговорить.

Поговорил, называется. Теперь Соловейчик вообще глаз на меня не поднимает.

Хотя, возможно, она, как всегда, права.

У меня невеста, другая жизнь, а все эти шалости ни к чему хорошему не приведут.

— Матвей Романович, а чего не кушаете? — вернула меня на землю Агафья Прокопьевна. — Не нравится?

— Ну, что вы! Очень вкусно!

Для убедительности наколол на вилку маринованный грибок и закинул в рот.

— И называйте меня, пожалуйста, просто по имени, — попросил бабушку, чувствуя неловкость, когда пожилая женщина старательно выговаривает моё отчество.

— Матвей. Матвеюшка. Хорошее имя, — задумчиво, словно что-то вспоминая, пробормотала женщина.

Колибри бросила на меня быстрый взгляд и снова уткнулась в свою тарелку.

— Женюш, а ты чего совсем примолкла. Чего болит?! — Агафья Прокопьевна явно решила поболтать за ужином.

— Нет, бабуль. Просто устала. Не высыпаюсь последнее время.

— Что, работы много?

Это камушек в мою сторону.

— Нет. Соседи ночами музыку слушают.

Соловейчик отвечала с неохотой, но игнорировать бабушку тоже нельзя.

— Это плохо. Сон в молодом возрасте очень полезен, — нравоучительно изрекла женщина.

— Баб, да сон в любом возрасте полезен, — вроде как, между прочим, вставила Колибри, доедая жареную картошку. — Всё. Я спать.

— Уже?! Тебя же обычно раньше полуночи не загонишь?! — искренне удивилась бабушка.

Та в ответ лишь пожала плечами.

— Точно не заболела?!

— Нет, бабуль! Здорова, как твой бык Боря, — убирая грязную посуду со стола, девушка продолжала меня не замечать.

Я в таких вопросах не силён, поэтому тоже молчал. Женя фактически растворилась в воздухе, исчезая где-то в глубине дома.

— Вы не обращайте внимания. С ней такое бывает. Творческие натуры они такие … эээ … тонкие, — успокоила меня женщина. — Кушайте и, если захотите, сходим в дальнюю часть моих владений.

Согласился.

Надеюсь, меня там не прикопают под смородиновым кустом.

Когда пришли, то не пожалел ни грамма.

— Это мне внучка подарила на юбилей три года назад. Сказала, что денег на хорошие подарки у неё особо нет, так что пусть у меня будет красивый сад.

Я слушал Агафью Прокопьевну одним ухом, отвлекаясь на дорожки из разноцветных камней, искусственные мини водоёмы и буйство ярких цветов. И много-много зелени.

— Это всё искусственные растения? — спросил я, пока мы подходили ближе.

— Неё … только часть. Всё-таки с нашими зимами не всё может выжить. Весной же Женечка приезжает и обновляет эту красоту. Да и в течение лета тоже … вон рано утром, часов в пять-шесть, уже тут будет ковыряться. Мне остаётся только поливать и следить. Ко мне вся деревня ходит любоваться.

Гордость за внучку рвалась на свободу из, вроде бы, строгой советской женщины.

— И я их понимаю. Тут есть чем полюбоваться! — не стал скрывать, что тоже немного поражён талантом девушки.

Даже стало совестно, что я вначале нашего знакомства думал о её никчемности и хотел уволить.

— Вы только не говорите, что это я вам показала, — попросила бабушка в ответ. — Она считает это заурядной работой. Тем более вам … её начальству, — тут же пояснила она, срывая с моих губ удивлённое «почему?».

— Хорошо.

На сеновал меня, слава богу, не уложили, так что спал в достаточно удобной кровати с пуховой периной. Жарко, конечно, но необыкновенно мягко. Теперь мой супермодный ортопедический матрас покажется булыжной мостовой.

Хотя ещё не было и одиннадцати, спать хотелось ужасно. Думал, как всегда, по привычке, обдумаю в постели все сложные моменты прошедшего дня, но фиг. Меня вырубило, наверное, на второй минуте горизонтального положения.

Открыл глаза только утром.

Яркое солнце светило прямо в глаза, что, скорее всего, и разбудило меня, как выяснилось, в такую рань.

Половина шестого.

Сначала хотел перевернуться на другой бок и дальше поспать, но на ум пришли слова Агафьи Прокопьевны насчёт её внучки.

Встал. Оделся. И, как идиот, попёрся к саду.

Бабуля не ошиблась. Голые ноги и мелькающие ягодицы, что не скрывала длинная футболка при наклонах, приветствовали меня.

Отличный вариант «доброго утра»!

Хотел незаметно уйти, но, пока смотрел на ноги и утихомиривал свои сексуальные фантазии, запнулся за лейку.

Соловейчик аж на месте подпрыгнула и в ту же секунду обернулась в мою сторону.

Та-дам! Я со скрежетом проворачивал в голове варианты возможного диалога, но в итоге всё выходило очень пошло.

— О! Доброе утро, Матвей Романович. Замечательно, что вы уже встали.

Колибри с привычным ей оптимизмом и улыбкой на манящих меня губах всё решила.

— Ваш мобильный телефон разрывался с четырех утра. Я взяла на себя смелости и ответила на звонок, так как имя абонента был «Ад».

Вашу святую инквизицию! Бабуля!

Конечно, по сути, девушка сделала правильно, но там будет большое «НО».

— Я так понимаю, она в курсе наших вчерашних приключений?!

— Неприятностей, если быть точнее. Вчера у вас сломалась машина, мы на электричке доехали до моей бабушки, где благополучно переночевали.

Очень короткий пересказ, лишённый каких-либо возможных вопросов со стороны слушателей.

— Спасибо, Евгения. Так сказать, никакого драматизма, — похвалил девушку, делая пару шагов в её сторону.

Уж очень хотелось увидеть эмоции на этом личике при моём следующем вопросе.

— Так всё правда, Матвей Романович.

Практически сама невозмутимость.

— А всё остальное?!

— Остальное?! — Колибри запнулась и отвела взгляд в сторону. — Остальное — это всё мелочи. Можно сказать, что более ничего и не было.

Если я сейчас правильно понимаю, мне намекнули, а точнее, громко заявили, что все мои попытки соблазнения полная чушь и они её никак не заинтересовали.

Собрался возмутиться, но Соловейчик меня перебила.

— И вам лучше пойти начать собираться домой. Скоро за вами приедет ваша бабушка Ад.

Что?! Я поперхнулся слюной.

— В смысле?! — прокашливаясь, переспросил девушку.

Может, чего не так понял!

— Так в прямом! Когда она услышала, что вы в такой глуши без машины, то сказала, что вскоре будет. Заберёт своего внучка.

Цирк продолжается. Вот только состав сменится!

Наверное, я всё-таки где-то недавно сильно согрешил! Очень сильно!

Глава 28

Женя

Права бабушка! Моя неугомонная натура доведёт меня до беды.

Вот она и пришла! Беда.

Целовашки с боссом — это раз, наличие у него невесты и приезд грозной

Всё! В монастырь!

Это ж надо так опуститься, что полезла с поцелуями к практически женатому человеку.

Он сам был не против! И даже больше!

Во! Голос моего грехопадения! Ищет себе оправдания. Только со мной этот номер больше не пройдет!

И пусть сейчас Мирский в простой одежде и с лохматыми волосами выглядел как милый домашний котик, это лишь мираж.

В понедельник на работе всё будет как всегда. Всё, кроме меня.

Чёртова командировка!

Пока шеф переваривал «радостную» новость о приезде его бабули, я решила слинять в дом обходным путём. Подальше от мужчины.

— Женя, а ты далеко собралась?

Вопрос вдогонку.

Это его «Женя» пробивало мозг и дальше шло через позвоночник.

Махнула рукой в сторону дома, не останавливаясь. За спиной послышались быстрые шаги, так что тоже прибавила ходу.

Как можно незаметнее.

— У тебя сто процентов разряд по спринту на короткие дистанции, — раздалось сзади, и в это же время произошел жёсткий захват моего запястья. — Притормози, садовая фея.

У Мирского тоже, по всей видимости, разряд, так как этот гад даже не запыхался.

— Я не фея. Я дизайнер, — решила поправить начальство. — Не надо заблуждаться на мой счёт.

— Не сомневаюсь. Только поговорить придётся в любом случае.

Мы стояли напротив друг друга, желающие абсолютно противоположного. Меня держали его жёсткие пальцы, и уйти я смогу, если только устрою борьбу.

Сомневаюсь, что буду в ней победителем.

— Слушаю вас, Матвей Романович.

— Прекрати. Мы сейчас не на работе, а в огороде. И с учётом вчерашнего этот официоз уже неуместен.

— Значит, на работе всё будет… уместно?!

Знакомое начало песенки. Интрижка. Брр …

Мужчина тяжело выдохнул. Хорошо, что ему этот разговор тоже мало нравится. Быстрее закончим.

— Женя, нам просто нужно спокойно всё обсудить. Уладить все недопонимания, — спокойным тоном вещал босс, но я уже знала этот приемчик.

— Ну, уж нет! Не надо со мной как с душевнобольной разговаривать. И мне не пять лет, чтобы я не смогла понять очевидного.

Мирский нахмурился. Не понимает начальство, на что это я намекаю.

— Вам просто захотелось сменить лошадку на вечерок. Вчера жизнь вас изрядно потрепала, и нужен был стимул для самоутверждения.

Сказала, но сама не поверила. Вот что-то мешало причислить Мирского к разряду сволочных кобелей. Зато для отмазки само то!

Босс оскорбился.

— Теперь мы всё выяснили. И забыли! Так что, может, отпустите мою руку?! Мне надо идти к бабушке.

— Я …

Что именно хотел так страстно сказать мне шеф, теперь я не узнаю. Раздались громкие аплодисменты.

Мы оба, как дрессированные собачки в цирке, повернули головы на звук.

— Да неужели это мой внук?!

Импозантная женщина в годах с седыми волосами в косе вокруг головы, солнцезащитными очками, бриллиантами в ушах, элементами шкуры леопарда в одежде и знакомой ухмылкой на ярких губах.

Это точно бабушка Мирского. Тут ошибиться просто невозможно. Ад.

— Аделаида Львовна, как неожиданно и рано для вас.

Мою несчастную конечность отпустили, но вместо того, чтобы дать поскорее уйти, закрыли. В натуральную.

Босс встал передо мной, и теперь я могла только лицезреть его широкую спину и слушать диалог родственников.

Может, у бабушки проблемы со зрением, и таким образом он меня прячет?!

— А я сегодня и не ложилась. Как можно?! Внук пропал!

— Я не пропал. Тебе, между прочим, это прекрасно известно, иначе вместо тебя тут бы отряд быстрого реагирования расположился. Обложил этот огород со всех сторон.

— Много ты знаешь!

— Вас, милая леди, достаточно!

Это называется ссорой?! Я никак не могла понять этих интеллигентов.

— В любом случае милая девушка Женя любезно рассказала, где пропадает мой дорогой внучок.

— О! И тебя это так впечатлило, что ты в шесть утра уже стоишь у чёрта на куличках?!

— Не выражайся, дорогой!

Ого! Это уже называется «выражаться»?! Надо бы проследить, чтобы эта чудная бабушка не встретила местное население. Иначе инфаркт.

— Прости! Это эмоции! Удивительно просто, как быстро ты добралась. Неужели вызвала свой самолёт?!

— Ну, конечно, нет. Я на машине. И прекрати менять тему. Зачем прячешь девушку?!

Ой! Всё! Со зрением у старушки явно всё отлично.

— Я не прячу.

Да неужели?!

— Это я от тебя защищаю. Вдруг и её возьмёшься воспитывать, — продолжил босс.

Мне стало неудобно скрываться, так что хотела шагнуть в сторону, но фиг.

У этого человека глаза, наверное, и на затылке имеются. Как только дёрнулась, тут же задвинули обратно.

Как мебель в угол.

— Ну, всё! Матвей, прекрати мучить девочку. Я не кусаюсь.

Женский голос звучал вполне миролюбиво. Так что решительно оттолкнула мужскую руку.

— Доброе утро. Женя, — на всякий случай ещё раз представилась.

— Доброе, моя дорогая. Очень приятно. Аделаида Львовна. Будем теперь знакомы.

Ага, будем. Вот только к добру ли это знакомство?!

Самый верный вариант — это отделаться как можно скорее от обоих господ Мирских.

— И мне очень приятно. Сожалею, что вам пришлось ехать в такую даль. Матвей Романович просто очень спешил. У него срочные дела.

Да-да. Это с моей лёгкой подсказки эта женщина решила спасать внука. Она хотела узнать, как у него дела, а я предложила забрать несчастного босса.

— Да всё замечательно. Я хоть немного проветрилась, выбралась из четырёх стен, — немного с грустью в голосе успокоила меня Аделаида Львовна.

Стало немного её жаль. Наверное, не такая уж она светская львица.

— Бабуль, ты три дня назад как вернулась из Эмиратов. Неужели уже запылились в своём пентхаусе?!

Я удивлённо посмотрела на женщину, потом на шефа. Она врала. Я же всегда чувствую ложь!!! Или теперь нет?!

— Она актриса, и по ней плачет сцена. Не ведись, — это уже сказано было мне. — Значит, Евгения, мне тебя благодарить за организацию выезда?!

Ой! Пристальный взгляд мужских глаз меня беспокоил. Внутри я видела знакомый огонёк расправы надо мной!

Значит, пора линять!

— Всё, что ни делается, — всё к лучшему! Не буду мешать вашим сборам, — и резко понеслась по узкой дорожке в дом.

— Далёко собрались, Евгения Ивановна?

Мирский упрямо меня преследовал. Бабушку он бросил в огороде и, практически дыша в мой затылок, зашёл следом в дом.

— Далеко. Не нужно меня преследовать, — как можно убедительнее попросила я.

— И не собирался! Иду забрать свои вещи. Жду вас через пятнадцать минут на улице, а потом прихожу помогать.

— В смысле?!

Я почти запнулась за коврик. Причём тут я?!

— В прямом! Ты едешь со мной в город. Никаких отговорок. — прихватывая свой портфель, босс пошёл обратно на выход. — Пятнадцать минут. Время пошло.

Громко возмутилась,

Я ещё мало знакома с противным боссом, но попой чувствовала, что если не выйду сама, то из вредности он вынесет меня из дома на плече.

Если данное представление увидит кто-нибудь местный, то слава на год вперёд мне обеспечена.

Уж лучше сама!

— Бабуль!!! — позвала свою неугомонную старушку, высовываясь наполовину в окно. — Ты где???

— Угадай.

От неожиданного ответа чуть не выпала наружу.

Мирский, как моё личное проклятие, как раз проходил мимо.

Символично указательным пальцем показал на свои часы. Вроде как, время тикает.

Фыркнула и спряталась в доме. Начальник великий! Вот как расскажу всем про его побег от якобы гризли в русском лесу …

Поскорее переоделась и, чуть не забыв свои баулы- сумки, выскочила во двор. Пропажа моей бабули меня сейчас волновала больше угроз шефа.

Как бы она не пошла встретить городскую гостью!

Ой, чего будет-то!

Забежала в огород, но и там ни одной живой души, кроме птичек и бабочек. Зато с улицы доносились громкие голоса. Женские.

Не чувствуя земли под ногами, понеслась на шум.

От увиденного за воротами у меня даже рот приоткрылся. Кажется.

На фоне ярко жёлтой машины — кубика стояли женщины прошлого века и отчаянно спорили.

Босс, закрыв глаза ладонью, опирался задней точкой на капот чудо-агрегата. Кажется, он изображал статую.

Его эмоции за рукой и на расстоянии я толком рассмотреть не могла. То ли плачет, то ли смеётся? А может, вообще спит.

— Бабуль … — осторожно позвала свою любимую родственницу, делая пару шагов в сторону спорящих.

Женщины, словно по команде «фас», развернулись в мою сторону. Даже мой мраморный шеф оживился, открывая лицо. Замученное, но с горящими глазами.

Ужас!

— Ба-аб, а чего происходит?! Что за крики? Сейчас полдеревни соберётся. В зрители, — как можно спокойнее начала я, хотя хотелось обратного.

— Ничего, внучка. Вот с Адой беседуем.

— С Адой? — как тормозок переспросила я, всё ещё не понимая настроения бабушек.

— Ага. С Аделаидой Львовной.

И снова тишина и изучающие взгляды. Обе женщины смотрели на меня так, словно оценивали и взвешивали перед продажей и покупкой. Ещё бы подошли, зубы и ногти проверили да хвост покрутили. Хороша ли кобылка?! Молода ли?! Здорова?!

— Агафья Прокопьевна! — не выдерживая этих смотрин, я ринулась в бой. — Чтобы ты там ни задумала, немедленно прекрати и выкинь из головы, пожалуйста! Иначе …

— Иначе что? — оживилась моя родственница, складывая руки на груди.

Она не любила, когда ей угрожали.

— Иначе … — я не знала, чем посильнее уколоть сильную и независимую. — Иначе правнуков не покажу.

Вот! И тоже сложила руки на груди. Если верить матери, то характером я пошла в бабку.

— Вот видишь, Ада! Вот она неблагодарная молодежь! В наши времена такого не было.

— И не говори, Агафья! Беспредел! Мы в юности перед старшими лишь головы в почтении склоняли, даже взглядом перечить не смели. А теперь и угрозы, и неповиновение. Сплошная смута. Мой-то тоже хорош! Ну, ты ж вот слышала.

— Ну, у тебя хоть мужик. Ему, вроде как, положено перечить, а тут ты ей слово- она тебе два в ответ. Девка на выданье, а на уме одна работа.

Бабульки, теряя интерес ко мне, сконцентрировались на проблемах воспитания нынешнего поколения. Периодически поминая своих неблагодарных внучков.

Пребывая в тихом шоке, тихо подгребла к начальству.

— Это что за фигня? — спросила у него, продолжая наблюдать за дамами.

— Старческий маразм, — как-то грубовато ответил он. — Я точно скоро рехнусь.

Посмотрела на мужчину. Он выдохнул и устало потёр переносицу.

Неожиданно накатила жалость, такая, когда видишь несчастного маленького котёнка под дождём. Его бросили, и он теперь не знает, как дальше жить.

— Матвей Романович, вы не волнуйтесь. Я сейчас разберусь, — повинуясь рефлексу защиты обделенных, я легонько погладила мужское плечо.

Горячая голая кожа обожгла мои пальцы, так что сразу отдернула руку.

— Я сейчас, — смущаясь своего жеста, отошла в сторону.

Надо бы закончить это представление.

— Итак, дорогие мои партийные старушки! Обсасывание наших с Матвеем Романовичем хлипких натур объявляю завершённым! — громко заявила я и решила начать со своей родственницы. — Бабуль, солнце уже встало, а огурцы ещё не политы. Сгорят ведь малохольные!

И снова все взгляды на меня. Прокаженную.

— Боевая такая! — то ли восхитилась, то ли поругала меня Аделаида Львовна.

— Женя у нас такая! Настоящая русская девушка, не то что некоторые … городские … без обид, Ада.

Та хмыкнула, наверное, подтверждая, что не обижается.

Господи, боюсь, тараканов этих двух сумасшедших ни одним средством не возьмёшь.

— Ладно, Агафья. Поедем мы. Я теперь адрес знаю, скоро заскочу, — попрощалась Мирская, целуя мою старушку в морщинистую щёку.

— До встречи, Ада.

Я только руками развела. Это ж когда они успели?! Подружиться до поездок друг к другу?!

— Ну, что, молодежь, в машину. Рванем в город с ветерком.

— Вот в эту машинку?! Все?!

Мое удивление просто выскочило из меня, как салют в день Победы.

— Да, дорогая. А что?! Привыкла ездить на лимузине?

Я ответить не успела.

— Действительно, почему это сегодня ты без своего?! — это в диалог вступил мой шеф.

— Водитель ещё спал. Рано же, я же не зверь, — тут же пояснила женщина.

— А заставить меня ехать с тобой в этом кубике — не зверство?!

— Всё будет отлично!

Аделаида Львовна нас подбодрила и сама активно пошагала за руль.

Что-то страшно мне!

Глава 29

Матвей

Так не бывает! Нет, я понимаю вчера был не мой день. Это, если верить астрологам, моя планета вошла не в ту фазу.

В фазу полной задницы.

Но, когда день вчерашний плавно перетекает в день сегодняшний, начинаешь подозревать нехорошее.

Может, кто меня сглазил или порчу напустил?!

Бабушка в качестве подставы от Жени, её уверенный «досвидос» мне и нашим приключениям, а теперь ещё тащиться пару часов в кукольной машине. К этому надо прибавить стиль вождения Ады и её длинный монолог в мою честь.

Я люблю бабушку, но своё прозвище она регулярно оправдывает на все сто процентов.

Меня нереально штормило от всех этих событий. Хотелось хоть немного передышки. Покоя.

А он мне, походу, только снится!

Открывая дверь этого автомобильного кубика, я мечтал «дивно» расположиться и ни в чём себе не отказывать на крошечном заднем сиденье, предназначенного для перевозки багажа.

Облом.

Там стоял диванчик с королевскими вензелями.

Для животных. Для Амурчика. Мать его крольчиху!

Противный грызун с видом короля лицезрел меня. Моя физиономия в восторг его не привела, и потому он

Рядом с диванчиком стоял чемодан.

ЧЕМОДАН!!!

Зачем он? Из него ещё мило торчал зонт.

Ненавижу зонты.

— Дорогая Аделаида Львовна, а зачем вам чемодан?! А кролик без дивана сразу, наверное, сдохнет?!

— Не бурчи! Амурчика укачивает в транспорте, так ему легче, и это не чемодан, а моя косметичка … дорожная.

Ну, да, последнее слово всё объясняло!

Оставалось место только спереди.

— Ой, а места нет! Тогда я на электричке вечером приеду, — радостно пропела девушка, маяча за моей спиной.

Нет! Она эту кашу заварила, значит, будет со мной ехать и страдать.

Тем более у бабушки салон машины был переделан, вместо двух обычных сидений было установлено одно большое. Места хватит.

Плотненько сядем. На ручки, если что, возьму, но Колибри разделит эту кару со мной.

— Никогда. Вперёд, — распорядился я, ухватывая локоть моего почти сбежавшего дизайнера. — Поменьше радости на лице.

Понимая, что отвертеться от поездки не получилось, Соловейчик в миг погрустнела. Моя садистская сторона души ликовала.

Ад с видом королевы, взошедшей на трон, села за руль, а Женя вывернулась из моей хватки, чтоб пойти попрощаться с бабушкой.

Я прощаться ни с кем не хотел! Я хотел домой!

— До свидания, Агафья Прокопьевна! — коротко и быстро полез в салон этого жёлтого рубика.

— До свидания, Матвей! До новых встреч!

Я промахнулся и ударился лбом о крышу автомобиля. Не хочу скорых! Насчёт дальних надо ещё подумать.

Выдохнул. Сел.

Моя бабушка подмигнула мне и с радостной улыбкой завела двигатель.

Я не понял! А чего счастья-то столько?!

Девушка, напрощавшись, подошла к нам, замирая перед открытой дверцей.

— Матвей Романович, может, не надо?!

— Надо, Женя, надо! — строго ответил я, стараясь не обращать внимания на жалостливые нотки в женском голосе.

— Но, Матвей Романович …

Достала!

— Голову побереги! — приказал я, обхватывая руками талию девушку и затягивая девушку к себе на колени.

Вместе с сумками. С термосом. Эта металлическая дрянь славно приложилась об моё колено.

— Бабуль, мы готовы! Гони! — просипел я, стараясь не обращать внимания на боль, женскую попу на моих ногах и искрящуюся улыбку родственницы.

Рванули.

Впервые я был рад лихачеству престарелой женщины. Хоть как, только бы побыстрее!

Я был в аду. И в этот раз бабушка была ни при чём!

Колибри.

Её голые ноги, попка, яблочный запах, и вообще вся она сводила меня с ума. Когда сил не осталось, под унизительные комментарии Аиды о слабости моих ног с рождения, я ссадил девушку.

Теперь сидели рядом. Настолько тесно, что чувствовал даже её дыхание. Перед глазами снова голые ноги, которые Женя постоянно пыталась прикрыть, чем ещё больше привлекала моё неудовлетворенное внимание. На каждой неровности дороги сзади по плечу, стремясь сделать там дыру, стучала костяная ручка бабушкиного зонтика.

— Я сейчас выкину твой противный зонт, бабуля! — не выдерживая этой долбёжки, воскликнул я.

— Да ты что! — изумилась Соловейчик — повелительница зонтов- убийц.

— Молчи, внучок! Ты сегодня какой-то нервный!

И правда! С чего бы это?! Ведь жизнь прекрасна!

— Женечка, у тебя необычный парфюм. Тебе очень идёт.

Это Ада решила меня добить. Я и так дышал через раз.

— О, спасибо большое, Аделаида Львовна! Я всегда трепетно отношусь к выбору запаха. Приходится несколько раз послушать, прежде чем определиться с конечным выбором.

Бабуля пришла в восторг от ответа девушки.

— Вот видишь, внучок! Это врождённое. Неважно, откуда ты и где рос! Не то, что твои куры офисные! — возмущённо пыхтела женщина, отражая свой гнев на резкости поворотов. — Дарят мне всякую дрянь, так ещё приговаривают: «Мол, были в Париже и всё там ПЕРЕНЮХАЛИ, пока смогли выбрать вам презент». Ужас! Они там колбасу что ли выбирали?!

После пояснения до меня дошло, о чём толковала госпожа Мирская. И правда! Немного удивительно!

— Наконец-то, внук, у тебя в офисе хоть одна нормальная девочка появилась! Неужели научился отличать серпентарий от нормальных людей! — завершила женщина свой монолог.

Вопрос был риторическим, так что промолчал. Но …

— Ой, что вы, Аделаида Львовна, я работаю в другом месте. Матвей Романович у нас заказал ландшафтный дизайн- проект для его нескольких объектов.

Прикрыл глаза.

— Эх-х … Матвей! А счастье было так близко … — расстроено вынесла вердикт моя старушка. — Но ничего! Надежда умирает последней!

Дайте мне пистолет! Уверен, что теперь Ада не успокоится, пока я Соловейчик не заберу в свою компанию. Это она ещё не в курсе, что я это чудо хотел уволить в первый рабочий день.

Пока не в курсе.

Колибри открыла рот, но я быстро сжал её руку, что была зажата между нами. Рот закрылся.

Через несколько минут тишины девушка дернула свои пальцы из моего захвата, но я не позволил.

Во-первых, это прекрасный способ контроля речи этой пташки.

Во-вторых, что скрывать от самого себя, мне нравилось держать её за руку. Тайком от бабушки.

Да здравствует подростковый период!

Глава 30

Женя

Вот уже пару дней я прячусь дома и высылаю все работы на почту шефа.

Официально у меня простуда. Так сказать, «надуло», пока катила с ветерком верхом на боссе в машине его бабушки.

В реальности же позорная трусость!

Но мне было жизненно необходимо посидеть парочку дней дома. Успокоить нервы и убедить себя и свой организм, что Мирский — это зло! Вредный и противный грызун. Мышиный король и не более.

И если разум мне подчинялся, то моё подсознание жило своей жизнью! Оно эгоистично продолжало рисовать Мирского в разных позах да частенько без одежды. Подлянка!

Единственным источником связи с офисным миром была Катюша.

— Жень, ты уверена, что тебе ничего не надо привезти? Лекарства там? Фруктов? Или сразу колбасы?!

— Уверена, и ты об этом уже спрашивала утром. Меня уже пугает твоя забота. Или есть подтекст?!

Отложила карандаш в сторону и символично громко захлопнула блокнот для рисования. Всё!

Секретарь Мирского меня действительно настораживала. Чего это она так в гости набивается?! Тоже хочет заразиться?!

Ага! Мнимой простудой?! Обчихаться можно!

И снова голос совести. У меня, наверное, шиза. Ну, разве нормальный человек слышит голоса в голове?!

— Немного, — ответ девушки вернул меня к нашим гостевым баранам.

— Немного?! Это как?!

— Это много!

Господи, как всё сложно!

— Кать, давай прямо. Я сейчас плохо в ребусах соображаю, — как можно жалостливее попросила я, слегка зажимая нос пальцами.

Имитация заложенности носа была так себе, но я надеялась на искажение телефонной связи.

— Босс тут икру мечет, — еле слышно и словно в трубу прошептала она в ответ.

— Ты там под

— Почти. Если Матвей Романович услышит мои жалобы, то расстрел произведёт на месте.

Ого! Какие страсти творятся в Мадридском дворе!

— Что-то случилось с заказами? — решила поискать причинно-следственную связь плохого настроения Мирского.

— Нет. «Яртрест» счастливы и поют дифирамбы в твою честь, желали скорейшего выздоровления. По комплексу в деревни, что вы катались, тоже радостно кивали боссу после просмотра макетов. И самое странное, чем радостнее заказчики, тем сильнее рычит глава компании. Ты случаем не в курсе?!

— Я?! — так удивилась вопросу, что забыла нос пальцами зажать.

— Ну, да! Ты права. Причём тут ты. Просто очень хочется куда-нибудь отъехать из офиса в рабочее время. Хотя бы на пару ближайших часов. Единственная достойная отговорка — это помощь заболевшему сотруднику.

— Я официально не ваша сотрудница. Ты знаешь.

— Неважно. Это распоряжение Мирского. Оказывать тебе посильную помощь.

Любопытно.

— А что будет в ближайшие часы? — продолжила выведывать информацию.

— Ой, приедет невеста шефа. Святая Полина.

Я нахмурилась. Упоминание об этой даме неприятно черкнуло по сердцу.

— И что она хочет?!

— Как всегда — хочет Мирского в своё полное распоряжение. А если конкретно, то хочет свадьбу. И поскорее.

Всё правильно.

Врёшь. Неправильно!

— Вот только мисс Полина недовольна чем-то. Трезвонит жениху уже два дня. Дошло до того, что Матвей Романович попросил с ней не соединять. Вроде как, сильно занят.

Вот тут стало страшно! А вдруг ей доложили о моих поцелуях с боссом?! Или, может, Аделаида Львовна чего сказала?! Они же наверняка общаются между собой. Ведь скоро породнятся.

Кажется, тут я действительно заболела. Меня бросило сначала в жар, потом в холодный пот. Я даже перестала слышать, что там говорит Катя. Уловила лишь её «ой, мне пора».

Это ужасно, мерзко и просто отвратительно стать причиной разлада будущих супругов. Пусть даже не специально и не всегда по твоей инициативе. Это неважно, так как на поцелуи отвечала я, и никто с розгами надо мной не стоял и не принуждал.

Может, как-то исправить?! Позвонить этой Полине и всё честно рассказать?! Пока до неё слухи не дошли?!

Страшно! И ещё неизвестно, что будет лучше.

Слезла с любимого подоконника на кухне, пребывая в полной растерянности.

Вот как я попала в такой тупик?!

Как? Как? Элементарно. Беспечность.

Не обращая внимания на внутренний голос, решила поддаться слабости и быть страусом. Авось мимо пронесёт?!

Надо завтра вернуться на работу, как будто ничего не было. Вроде как, моя хата с краю …

Решено!

И сразу на душе полегчало. Осталось только избавиться от мыслей о шефе, и дело в шляпе!

Матвей

Как можно в разгар летней жары простудиться?! Колибри ничего холодного не пила и не ела, ветерок в машине был тёплым.

А чувство собственной вины всё равно не давало мне покоя.

Нутром чую, что это мои приставания стали причиной резкой болезни. Напугал птичку.

Неудовлетворённость собственным поведением и раздрай, полученный в поездке, нашли выход в плохом настроении.

А ещё добавилась Полина с её телефонными звонками. На один из которых я всё-таки решил ответить.

— Ты где был? Твой номер был вне сети два дня, а потом ты просто не отвечал на мои звонки и даже не перезвонил. Я же звонила, наверное, раз двадцать!

Если быть точным, то сорок три раза, это только когда я был вне зоны действия сети. Дальше я не считал. Это детский сад.

— Я был за городом, в командировке, там плохо ловит связь. Я предупреждал тебя, — отчитался по всем вопросам, дабы избежать скандала.

Настроения и так нет.

— Это правда?!

— Что правда, Полина?!

Если правильно оценил интонацию вопроса, то сейчас последует очередной вынос мозга. В последнее время это участилось. Достало!

— И для начала можно поздороваться, а уж потом задавать вопросы. И уж если на чистоту, то концерта по заявкам я сегодня не планировал! — грубо начал я, но сил терпеть и быть вечно рассудительным тоже не было.

— Нет, ты, наверное, специально выводишь меня из себя?! — уже с нотками истерики, но ещё сдерживая голос, спросила Полина.

— Даже не думал. У меня есть более серьезные дела.

— Да, конечно! Есть! Кто бы спорил! Ты … ты … ты …

— Что я? — уставая от её заикания, перебил обвинительную речь девушки.

— Ты позволил этой деревенской выскочке, какой-то девке с улицы, вертеть собой?! Позволил нарушать корпоративную этику?! — срываясь на истерические вопли, она наконец-то выдала пояснения.

Поля любила в разговор о наших отношениях вплести мою фирму. Это всегда шло комплектом. Два по цене одного!

— Кому и что я позволил?! — уточнил, хотя ответ знал заранее.

Надо пристукнуть одну женщину, и мир станет спокойнее и, возможно, чище. От гнусных личностей.

— Этой … как её …

Я не помогал с именем, это будет себе дороже.

— Этой Евгении! — Полина назвала имя, словно яд выплеснула.

Бинго! Стало интересно, в чём именно меня обвиняют.

— Продолжай, Полина, но только если уверена, что говоришь правду, а не чьи-то пересказанные тебе бредни.

Пауза, но она не прислушалась к моим словам. И понесла.

— Ты запираешься с ней в кабинете, полуголой. Я отказываюсь комментировать, чем именно вы там занимались.

От её комариного писка звенело в голове, но, может, это просто так динамики искажают женский голос.

— Зато я могу, — встрял с репликой, вроде бы, это был диалог. — Мы работали. Все остальное лишь стечение обстоятельств. Это всё?!

— Нет! И я тебе не верю! А то, что она сменила эмблему в корпоративном чате?! Поставила какой-то дурацкий зонтик. Это вообще к чему? Мы что, компания по производству зонтов?! Или что?!

Я на секунду улыбнулся. Женя и её зонт — это почти песня.

— Это длинная история, — стараясь скрыть улыбку, как ни в чём не бывало ответил девушке.

— Ага, я так и поняла! А оскорбление заслуженных сотрудников нашей фирмы, самоуправство и откровенное соблазнение наших клиентов? С каких пор у нас работают проститутки?! Или всё это тоже просто длинная история?!

О! Поля пошла в разнос! И это её У НАС и МЫ …

— Ты перегибаешь палку!

Она меня уже не слышала.

— Это же возмутительно! Непрофессионально! Где это видано?! Ты такого никогда себе не позволял! Матвей, неужели свои прихоти нельзя удовлетворять вне стен нашей компании?!

ВСЁ! Моё терпение лопнуло. Если задуматься, что брак с ней уже не так актуален, как год назад. Взаимно выгодное сотрудничество не должно вредить моему психическому здоровью.

— Что на тебя нашло?! Да ладно бы хоть красивая была?! А то заурядная девка, ничего особенного! Я

— Только посмей её тронуть. Девчонка здесь абсолютно ни при чём! Только твоё больное воображение, — как можно спокойнее произнёс в ответ свою угрозу.

— У тебя разум помутился? — немного опешив, прохрипела Полина, видимо, сорвав голос.

— Да! Помутился! — громко, дабы завершить затянувшийся монолог Поли, прорычал я. — Помутился, когда связался с тобой! О чём крайне сожалею! — и бросил трубку.

Мы не здоровались, так что можно и не прощаться!

И чтобы больше не слушать бабьих истерик, попросил Катю не соединять с моей бывшей невестой. Однозначно, эти отношения сведут меня в могилу досрочно!

Теперь надо разобраться с Колибри. Если это чудо не придёт завтра на работу, то поеду к ней домой.

Так сказать, буду лечить!

Грязный пошляк!

Глава 31

Женя

Сегодня пришла на работу практически первая. Раньше меня были только охранники, новая смена.

Уселась за свой рабочий стол и превратилась в глухую, немую, ещё бы хотелось и в слепую, но никак. Работать-то надо.

Так я и просидела несколько часов подряд, не отрывая взгляда от монитора. И так меня засосал очередной проект, что очнулась только тогда, когда перед лицом промелькнуло что-то тёмное и выключило монитор.

Это была рука, а точнее, рукав тёмно-синего пиджака с белой полоской рубашки и серебристой запонкой.

В дополнение мужской парфюм слева от меня и недовольное бухтение на тему «так и ослепнуть можно».

Подняла глаза на блюстителя здоровья моих глаз.

Мирский.

Собственной персоной и без приглашения. Такой весь бодрый, красивый и абсолютно не мой.

Вот иногда именно так приходит озарение. И коту под хвост все два дня самозаточения. Достаточно одного взгляда на объект желания, и чувства вышли из-под контроля.

Печати сорваны!

— Добрый день, Евгения! Как это замечательно, что именно сегодня вы решили поправиться и зайти к нам в гости.

ООО! Права была Катюша! Босс демонов изгоняет! Из всего коллектива по очереди. Видимо, моя подошла!

— Добрый день, Матвей Романович. Вот вылечилась, — не обращая внимания на его тонкие намёки, поприветствовала начальство. — Активно работаю.

— Вижу. Даже как-то чересчур стараетесь! Не дай бог, снова сляжете с простудой в тридцатиградусную жару.

Отвела взгляд от мужчины и как бы невзначай огляделась вокруг.

Тишина. Ещё две девочки и мужчина средних лет сидели как декорации. Мирно смотрели в мониторы и изредка щёлкали по клавиатуре и мышками. Идиллия!

— И над чем так трудитесь?! Может, покажете? — опираясь одной рукой на спинку моего кресла, шеф склонился надо мной.

Второй рукой снова включил монитор.

— Может, не надо! — вставила я, стараясь не поддаться большому желанию скукожиться в кресле до размера изюминки.

— Женя, мы это уже проходили, — тихо в ухо, обдавая дыханием нежную кожу.

Господи, где ты там?! Порази молнией этого беса-искусителя.

Капкан из мужских рук меня волновал и заставлял фантазировать.

Неприлично. До горячих щёк.

Если этот гад сейчас хоть слово скажет про моё горящее как олимпийский факел лицо, снова заболею. Скажу, что температура, и сбегу.

— Неплохо, Соловейчик! Мне, в общем, нравится. Вот тут и здесь надо изменить, — тыкая пальцем в монитор, вынес вердикт босс.

Стараясь запомнить, что он там указал, согласно покивала головой.

— До вечера надо всё доделать и показать ещё раз мне. Завтра едем на объект. С вами.

Не-е-ет. Ни за что! На стройку, в командировки или ещё куда-нибудь в компании Мирского я больше не поеду.

— Всё будет готово, но, Матвей Романович, я не поеду на объект. Вдруг снова чего случится, — так заботливо и мягко начала я, слишком мягко. — С вами.

— Звучит как угроза!

— Нет, что вы! — вроде как, изумилась я и для убедительности подняла глаза на мужчину.

Большая-пребольшая ошибка! Мужские глаза, обычно холодные, сейчас были полны красноречивых эмоций. Порция адреналина резко поступила в мою кровь, заставляя сделать быстрый вдох.

Это пытки. Пытки чувствовать, как его взгляд обжигает кожу лица, губы …

— Тогда завтра вы едете со мной. И это больше не обсуждается, — немного хрипло вывел заключение шеф.

Капкан был снят. Я выдохнула.

Мирский тихо ушёл, оставляя меня на пепелище своих запретов и табу.

Мысль об очередной болезни пришлось отмести в сторону. Моя плохая игра была разгадана. Во второй раз фокус не сработает, и Мирский, пыхтя огнём, прибудет ко мне домой.

Это вообще опасный вариант развития событий.

Остаток дня думала, как избавиться от наказания в виде поездки на объект. Ничего оригинального на ум не приходило. Хоть головой в стену долбись для усиления генерации новых идей.

Вместо травмирования мозга решила его подкормить, так сказать, задобрить. Достала свой любимый термос с кофейком и прямо за рабочим столом принялась смаковать напиток. Вокруг никого, все ушли на перерыв. Я же не хотела лишний раз рисковать и встретить любимое руководство.

Революция! Всем указам начальства. И пусть он скажет, что это подростковое бунтарство.

— Чудный запах.

Святые угодники! Глоток кофе, что я не успела проглотить от неожиданной реплики, выплеснулся прямо на стол.

— Ой, Женечка! Прости, что напугала!

— Ну, что вы, Аделаида Львовна. Это я сама.

Всё ещё пребывая в лёгком шоке от появления бабушки Мирского, я тормозила.

Наконец-то прекращая пялиться на наряд старушки и её широкую улыбку, принялась за уборку.

Выхватила из сумки бумажные платочки и, старательно промокая коричневые лужицы, вспомнила о правилах гостеприимства.

— Здравствуйте! Присаживайтесь, пожалуйста! — как можно любезнее предложила я, подвигая своё кресло к женщине.

— Здравствуй! Спасибо, не откажусь. А ты присядешь?!

— Ой, нет. Если вы не против, я постою. Целый день просидела.

Это тоже верно, но и свободных стульев в этом кабинете больше не имелось. Брать же кресла других сотрудников я не решусь. Мало ли они какие?! Вдруг суеверные? Или ещё чего?! Они со мной особо не общались, ну, и я не лезла в их души.

Завершила уборку и пристроилась краешком попы к столу. Вроде, и не стою, и не сижу.

Госпожа Мирская продолжала молчать и таинственно улыбаться, при этом не сводя с меня своих прозорливых глаз.

От такого пристального внимания хотелось тут же посмотреться в зеркало, дабы убедиться, что с лицом и одеждой всё в порядке. Я мужественно терпела и лишь заправила прядку волос за ухо, что настырно щекотала мою щёку.

— Я, дорогая, вроде как, к тебе за помощью, —

Мысленно выдохнула, что игра в молчанку завершена, но, уловив смысл обращения, поняла.

Рано радуюсь!

— Конечно, Аделаида Львовна, если я могу вам чем-то помочь, то обязательно помогу.

От скомканного выражения собственных мыслей нахмурилась. Обычно я не паниковала в присутствии людей, особенно безобидных старушек.

— Женечка, да ты не волнуйся. Я человек мирный, и дело у меня пустяковое.

Вот теперь я реально начала паниковать. Ад и мир по логике вещей несовместимы.

Дружелюбно покивала головой, заранее соглашаясь на всё.

Всё-таки это же бабушка босса. Причём у них с ней есть контакт, а мне сейчас лишнее внимание шефа во зло, особенно отрицательное.

— Ты не могла бы взять на себя Матвея?

Кого? На что взять? Эмоции на моём лице, как всегда, говорили сами за себя.

— А зачем? — стараясь не заикаться, задала первый пришедший в голову вопрос.

— Ой, тут у меня небольшая проблема. Внук дал мне денег на операцию, будто иначе я помру. Вот только я вместо этого сделала себе тату.

Что-то у меня сегодня со слухом. Может, и правда переработала?!

— Тату?! — так спокойненько переспросила я, ожидая, что меня сейчас поправят.

— Да.

И улыбается, чертовка! Словно миллион, ну, пару миллионов выиграла.

— Офигеть! — вырвалось у меня. — Простите.

Она махнула рукой. Это точно та ужасная львица, которую все боятся?! Может, это клон?

— Хочешь покажу?!

Я ещё больше подофигела, даже дар речи пропал. Просто, словно китайский болванчик, покивала головой.

— Смотри, какая милая вещица! — лицо бабули таки светилось гордостью, когда она скинула летний пиджак и продемонстрировала мне голую до половины спину.

Топ у Мирской был откровенно смелым.

— Мило, — скупо повторила я, вглядываясь в изображение под левой лопаткой.

Ёж.

Ну, точнее, персонаж из мультфильма «Ёжик в тумане». Такой изумлённый и с авоськой на палочке через плечо.

— А как же операция? — продолжая разглядывать тату, поинтересовалась я.

Даже поближе подошла. Работа мастера была прекрасной. Животное казалось удивительно реальным. Хотелось потрогать, но вовремя одернула руку.

— Ну-у, я немного преувеличила масштаб бедствия, когда разговаривала с Матвеем. На самом деле, изначально я планировала сделать коррекцию груди, но потом подруга меня отговорила.

Коррекция груди … мамочка, забери меня домой …

— А что вы сказали внуку?

— Да что у меня нашли уплотнение в груди и надо сделать биопсию.

Ужас!

— Да, это мелочи! — прокомментировала Аделаида Львовна мои мысли.

— Но Матвей Романович, наверное, очень волновался, — нахмурившись, предположила я.

Это я ещё мягко высказалась. У меня, скажи мне моя бабушка такое, вообще бы приступ паники случился. Не хочу даже думать о болезнях или потери своих близких.

— Согласна, Женечка, что я немного перемудрила. Но Матвей сам виноват. Повяз в своей работе и ничего вокруг не замечает.

В общем, я её понимала. Желание быть нужной и любимой в любом возрасте остаётся актуальным.

Мирская, одевшись, присела обратно. Теперь её радостная улыбка вновь стала загадочной.

— А тебе, значит, не всё равно?

— Что? — не понимая, переспросила я.

— Не всё равно на Матвея? Вот волнуешься за него?

Вот это я попала! Лучше сразу под поезд!

— Ну-у, это …

— Вот ты где! Можно было бы сразу догадаться!

Мирский. Радость моя!

Сейчас я бы расцеловала шефа за столь удачное появление у меня в кабинете. Необходимость ответа на щекотливый вопрос отпала сама собой.

— Ой, здравствуй, внучок! Мы тебя как-то и не ждали! — уверенно откидываясь на спинку стула, Аделаида Львовна на четверть оборота повернулась к мужчине.

Теперь она нас обоих держала в поле зрения.

Мне же её громкое «мы» резануло по уху. Мы??? И самое главное, босс это «мы» тоже заметил. Со слухом-то у него полный порядок.

— Значит, теперь вы совместно моей смерти хотите? Я вас по отдельности боюсь, а тут вообще не знаю, куда спрятаться!

Вначале его фразы я мысленно приготовилась бежать, но к концу поняла, что это шеф так юморит. Немного по-чёрному, но всё равно такой его подход к увиденному радует. Мало ли чего Мирский мог про меня подумать?! Что я его бабушку тут обрабатываю против него или чего похуже …

— Матвей, это грубо. Но ты шутишь на работе?! Нет, ты вообще шутишь?!!! — удивлённо спросила бабушка, элегантно закидывая ногу на ногу.

Теперь её изучающий взгляд остановился только на внуке.

У меня же стало появляться чувство, что мы с шефом в лаборатории, причём в образе подопытных мышей.

Свободу попугаям!

— Аделаида Львовна, не меняйте тему. О чём это у вас тут беседы? Надеюсь, ты не пытаешь моего дизайнера? Она у меня по ландшафту одна на всех, а вид у Евгении какой-то … замученный?

У меня что ли? Да уж, комплимент так себе …

— Нет, я просто зашла поздороваться.

Ответ Мирской её внука не удовлетворил. Он ждал продолжения.

— И я заодно похвалилась, что сделала тату и операция мне не нужна, так как на УЗИ всё было хорошо. Доктор сказал, что можно не волноваться. А ещё мы хотели сходить перекусить и …

— СТОП!!!

И правда, она так складно пела, что и сама почти поверила и забыла начало. А шеф нет.

— Тату?! Ты совсем … — он замолчал, явно подбирая приличные слова.

Выражение лица Аделаиды тоже резко изменилось. Губы поджались, а взгляд стал острым.

Я тут сразу вспомнила, о чём меня просила женщина.

— Ну, что вы, Матвей Романович. Вышло очень замечательно. Вы сами посмотрите.

Я подскочила к Мирской, взглядом намекая снять пиджак.

Мой намёк был принят. Тату продемонстрировано.

— Ёж?! В честь чего? Что ты у меня сверху колючая?! И к тебе лучше не подходить? — поглубже вдыхая, сквозь зубы спросил мужчина.

— Можно и так сказать, но в действительности недавно на вечере встреч мы с подругами вспоминали молодость, включая мультик про это милое создание.

Выражение лица моего босса было неописуемым. Тут даже «Рафаэлло вместо тысячи слов» не поможет.

— Бабушка, но если этот ёжик так тебе … мил, зачем клеймить им своё тело?!

И если первые три слова были произнесены сдержанным тоном, то потом Мирского понесло. Это я с ним тоже проходила. Сейчас будет война.

— Иногда этого требует душа! Ты ставишь знак не только на теле, сколько на душе!

Праведный взгляд божьего карателя обратился на меня.

— Соловейчик, что я слышу?! Вы так, Евгения Ивановна, щебечете, словно о себе рассказываете.

Я молчу.

— У вас тоже есть тату?!

Вот почему его вопрос прозвучал как обвинение.

— Какое вам до этого дело?! Есть у меня или нет! — прежде, чем он успел ответить, а мужчина явно хотел, добавила. — В трудовом договоре

Мирский открыл и закрыл рот.

Значит, я угадала рычажок его давления. Работа.

Противный трудоголик. Только одно мерило — рабочий договор.

Матвей Романович закипал как советский чайник, ещё чуть-чуть, и раздастся свисток. Я, уверенная в своей правоте, тоже не собиралась отступать от своей точки зрения.

— Угомонитесь, молодёжь. Ещё успеете! — между нами, как барьер, подскочила бабушка Ад. — И Матвей, с чего столько шума. Сам спонсирует благотворительные фонды для животных, включая бездомных собак и кошек. Неужели для бабушки пожалел кусочек счастья?!

— Что спонсирует?! — переспросила я, поглядывая на госпожу Мирскую.

— Фонды для …

Её прервали.

— Вообще-то это была личная информация. Сугубо … Ты же знаешь, только среди членов семьи, — босс недовольно оборвал пояснения женщины.

При этом красноречивый взгляд был адресован в мою сторону.

Ох, Божечки мои! Я нарушила семейный завет. Не больно-то и хотелось!

— Простите, мне действительно пора. Удаляюсь. До свидания, Аделаида Львовна. Всего вам хорошего, включая внука, — вздернув нос, прихватила свой ридикюль и бодро двинула на выход.

Шеф что-то попытался пикнуть, но, видимо, передумал. Да и фиг с ним! Переживём и это!

Глава 32

Матвей

Обижать девушку в мои планы совсем не входило. Только эта бабушка с длинным языком … и её тату! Да и сама Колибри тихой мышкой не была! Они вдвоём превысили предел моего терпения!

— Матвей, ну, разве так можно?!

Ответить мне не дали. Пожурили пальцем и отошли обратно к стулу.

— Ладно, разберёшься! Женя — девочка умная, всё поймет.

Ага. Умничка. Она …

— Как у вас дела с Полиной?

На этот вопрос мне точно не дадут промолчать.

— Всё сложно! Поля в принципе меня не слышит, — сознался я.

Смысла врать я не видел. Пора готовить бабушку, что этой свадьбы не будет!

— Не получается достучаться до человека, не стучи, вдруг дома никого нет.

Я удивлённо вскинул брови.

— Мне казалось, ты хотела нашего скорейшего союза.

— Ага, и именно поэтому ты так затянул помолвку. Уже второй год пошёл.

Удар в яблочко.

— Я занят. Полина хотела красивую свадьбу с множеством составляющих. Это сложно.

— Не оправдывайся! Это пустые слова. Если любишь, то такие преграды преодолеваешь за секунды, — недовольно прервала меня бабушка. — Тем более с твоим упорством. Весь в деда.

Она как-то в миг состарилась и отвернулась от меня.

Я деда плохо помнил, он умер от инфаркта достаточно молодым. Бабушка до сих пор по нему скучала.

— Прости.

Я присел перед ней на корточки, захватывая морщинистые ладошки в свои руки. Я бесконечно любил этого человека. Кажется, даже больше матери. Она всегда и во всём была со мной, несмотря на свою активную жизнь. Ад про меня никогда не забывала.

— Прости, — снова повторил я, даже толком не понимая, за что извиняюсь.

Просто чувствовал, что где-то накосячил.

— Всё хорошо, Матвей. Я в порядке.

Она глубоко вздохнула, словно возвращаясь к жизни. Стряхнула с себя пыль горького прошлого и пошла дальше. Вот с кого я всегда брал пример.

— Значит, тебе понравился мой ёжик? — лукавый взгляд бабушки, как солнечный свет во тьме, стёр мои переживания.

— Да, понравился, — не выдерживая, я засмеялся.

Только она могла вызвать у меня такие яркие и абсолютно противоположные чувства. От гнева до смеха и наоборот за секунды. Она и … ещё Колибри.

Я даже замер от собственного открытия.

— Да, мне тоже показалось, что у Женечки есть тату. Даже интересно, где она?! — словно понимая, что я вспомнил о своём чудо- дизайнере, поделилась своими мыслями бабушка.

— Тебе надо это непременно выяснить?!

Ад согласно покивала головой, счастливо улыбаясь.

— Это может быть крайне интимное место. Тебе стыдно не станет? — вроде как, тоже пожурил свою любимую родственницу.

— А тебе?!

Убит.

— А мне нет, — пытаясь сделать серьёзное лицо, ответил я.

— Ох, и какого пошляка я вырастила! — пробубнила бабушка, вставая с кресла.

Поправила длинную юбку и пиджак, пока направлялась к выходу.

— Ты только с поиском на год не затягивай. Я не молодею. Arrivederci, внучок! — Ад уже на пороге дало своё напутствие — благословение.

И покинула кабинет.

А что теперь делать мне?! Надо подумать!

Размышлял до самого вечера, ровно до той секунды, пока не прочёл сообщение в телефоне.

От Колибри.

К: Добрый вечер, Матвей Романович. Меня завтра на стройке не будет. Проект готов, отправила Катерине. Она всё распечатает и подготовит к вашей встрече.

Стиснув зубы, начал писать ответ.

Я: Вечер уже не перестал быть добрым! А где, простите, будете вы?!!!!

И грозный смайлик в конце.

Спустя пару бесконечных минут получил ответ.

К: Дома. Болею.

Да что вы говорите!!!

Я: Неужели?! Значит, я прямо сейчас приеду к вам домой и быстро изгоню всю хворь. Завтра будете здоровее здоровых!

И я действительно сейчас поеду. В этот раз ответ пришёл мгновенно.

К: Нет. Я не дома.

Посмотрел время.

Я: Можно узнать, где это мы больные поздно вечером ходим?!

К: Раз спросили, то нельзя!

Я: Женя, где ты?!

К: В гостях.

Очень информативно, ещё пара таких ответов, и телефон будет в стене.

Я: Женя …

И много грозных смайликов.

Убью её завтра. Придушу. Нет, лучше зацелую до смерти. Мне кажется, вперёд я уже собирался это сделать.

К: У подруги. Занята. Меня завтра не будет. Вы справитесь сами.

Вашу мать … Мне надо, чтобы она там завтра была. Это было не только моё желание, но и наших клиентов. Этот старый хрыч «хотел видеть фею»! Я бы ему показал фею, но желание клиента — это закон. Особенно, если оно совпадает с моим. А фее в руки дам зонт, тогда никто из злодеев не выживет.

К: Договорились?!

Я: Нет. Тебя хотят видеть клиенты. У них есть к тебе вопросы.

К: Вопросы? Что-то не так?! Не устраивает цвет или формы?

О! Когда дело касается работы, Колибри тоже сама внимательность, и время уже нашлось. Ещё на меня говорит!

Я: Не волнуйся. Всё отлично. Хотят воздать тебе похвалу.

Облегчил страдания девушки.

К: Фух! Тогда ехать необязательно!

Нет! Я её точно придушу!

Я: Что я должен сделать, чтобы ты поехала?

К: Я поеду одна. Без вас.

Бинго. Девчонка меня конкретно динамит.

Я: Чем это я так тебе не угодил?!

К: Переживаю за ваше здоровье, ещё не выдержите накала страстей.

Мои глаза расширились. Ещё сильнее, когда сообщение удалили из чата.

Я: Я успел прочитать.

К: Простите. Это я не вам.

И извиняющийся смайлик. Первый

Я: Интересно, а кому?

К: Неважно.

Офигеть!

К: Просто у меня плохие воспоминания о стройке. Я суеверная.

Это, я так понимаю, ответ на мой вопрос.

Я: Хорошо. Я останусь в офисе. На месте тебе поможет Беркут.

Пока печатал, аж палец жгло. Не хочу.

К: О! Алёша?! Это было бы замечательно!!!

И радостный смайлик! Вот же … Я, значит, не нужен, а эта гора мускулов пожалуйста!!!

Я: Значит, согласна?

К: Да-да! С ним всё получится. Он, если что, меня спасет из очередной ямы.

Сейчас телефон точно полетит в стену.

Я: А я, по-твоему, тебя спасти не смогу?

К: Из ямы?

Я: Да хоть откуда!!!!

К: Не знаю. «Думающий смайлик». Вы, Матвей Романович, больше по прыганью в ямы. Но бегаете отлично. Занимались лёгкой атлетикой в универе?

Я сейчас найду эту птичку и покажу, чем я занимался в универе. На моём счету не одна кровать.

Я: Нет. Другим видом спорта. При встрече покажу.

К: Ну, что вы! Не стоит! Не надо разглашать семейные тайны.

Ага! Значит, обиделась! И теперь мне мстит.

Я: Женя, я извиняюсь, что нагрубил.

К: Всё в порядке. Вы абсолютно правы. Я лезу в не своё дело.

И тут же следом.

К: Мне пора. Спокойной ночи.

Покинула чат.

Спокойной??? Да я сейчас могу электростанцию своим зарядом подпитать. До утра точно хватит.

— О! Матвей! Привет! Давно тебя у нас не видел. Где пропал? Неужели всё небоскрёбы и торговые центры клеишь?

Денис Золотов. Мой практически единственный друг. Причём друг исключительно по отдыху. Он владелец ювелирной сети, что дико банально, если учесть его фамилию.

Но когда мы встречаемся, то оставляем свои заслуги и миллионы за стенами этого здания. Вроде тайного клуба по интересам.

Комната психологической разгрузки или по-простому комната ярости.

У Дениса двое детей, как он называет, «возраста разрушителей». И однажды в состоянии глубокого стресса он, читая им сказку Джанни Родари «Дворец, который можно ломать», тоже захотел иметь такое волшебное место.

Когда рассказал мне, я посоветовал ему просто взять отпуск. Спустя пару месяцев Золотов приводит меня в тайное место, обещая сюрприз.

Оказывается, такие «дворцы» уже давно популярны в Европе и Америке, да и в России тоже имеются. Так что друг решил расширить свою сферу бизнеса.

С тех пор, вложившись в это начинание, я тоже пристрастился сюда ходить. Скинуть стресс.

— Ты почти угадал. Много работы, — ответил я, надевая обратно защитный костюм.

— Что, решил ещё один круг разрушения устроить? — немного удивлённо спросил друг, складывая руки на груди.

Обычно мне хватает одного захода. Ну, тогда я не был знаком с одной противной птичкой.

— Да. Накопился негатив, — недовольно проворчал я.

Золотов рассмеялся.

— Вот это ты зарядился!

Сделал ему неприличный жест из пальцев, чем ещё больше его изумил. Гора мышц на его плечах и бицепсы, кажется, тряслись в унисон его смеху.

— Мот, ты меня реально поразил. Кто ты?! И где мой занудный друг Мирский?

— Сгинул в русском лесу в неравном бою с медведем.

Прихватывая из угла любимую биту, направился ко входу в «игровую». Ушел, не обращая внимания на добрые издевательства Дениса.

Наверное, именно такие большие и мускулистые, как Золотов, приводят в восторг моего ландшафтного дизайнера.

Вот же … и звук ломающегося дерева прозвучал музыкой в моих ушах.

Глава 33

Матвей

Вчерашняя разгрузка дала свои результаты. Утром я был по-деловому собран и максимально сдержан.

Пока принимал душ, в голову пришла мысль, что тороплю время. Всему виной Колибри! И желание поскорее её увидеть! Пора признать, что она плотно вошла в мою жизнь. И самое важное, я этому радуюсь, как ребёнок при виде пакета сладостей.

Хотя мы с ней знакомы всего ничего, ей каким-то чудом удалось перевернуть все мои устои, и я не сильно на это жалуюсь. Парадокс!

Посмотрим, что будет дальше!

Совещание и пару телефонных переговоров прошли в штатном режиме, ничего не предвещало бури … в стакане.

А потом позвонил Беркут.

— Матвей Романович, тут такое дело. Заказчики хотят Женю … Евгению Ивановну забрать с собой на их объект.

Карандаш в руке сломался ровно посередине грифеля.

— В смысле забрать?!

— Так в прямом. Вы же сказали следить за ней, ни на шаг от … я и подслушал, как они переманивают её к себе. Сотрудничать. Обещают горы золотые и тележку бриллиантов в подарок.

Вот гавнюки!

— А что Соловейчик?!

— Она улыбается и вежливо поясняет, что не работает на вас. Официально у неё договор с другой фирмой, где вы являетесь заказчиком на vip — условиях.

— А что эти хмыри?!

Я уже собирал свои вещи. Всё-таки придётся скататься на стройку. Главное-не устроить там комнату, а точнее, площадку психологической разгрузки.

— Они ещё больше радуются и ещё настойчивее предлагают.

Ясно. Упорные.

— Со стройки никого не выпускать! Придумайте там чего-нибудь. Обвал, потоп, прорыв. Мне всё равно.

И сбросил вызов. Не зря всё утро хотел поехать и тайком проверить горе-девушку.

Мчался на максимальной скорости, так что на пару штрафов я пополнил общегосударственную казну.

На счастье или беду, когда я подлетел к заказчикам, Соловейчик с ними не было.

— О, Матвей Романович! А мы вас сегодня не ждали! — удивлением встретил меня старший из команды, Майкл.

— Здравствуйте, я и сам себя не ждал. Так вышло.

Мужчины переглянулись. Беркут сделал пару шагов назад.

— Был неподалёку, вот решил заехать и проверить, как у вас дела здесь, — как можно сдержаннее начал я, но аж зубы сводило от желания дать в нос любителю девочек.

— О! Дела … да всё замечательно! Женечка нам всё чудесно рассказала, показала.

Наверное, что-то отразилось в моём взгляде. Этот старый хрыч замолчал и начал собираться.

— Ну, нам уже пора. Ещё столько дел.

— Не смею задерживать. В следующий раз встречаемся у меня в офисе. И да! — громким восклицанием я притормозил уходящих. — МОЙ ДИЗАЙНЕР переходит на другой объект, так что отныне все вопросы по ландшафту прошу ко мне. Если что, я с ней сам проконсультируюсь.

Немецкие морды были опечалены. Ещё бы, я лишил их десерта.

Попрощались и разошлись.

Когда клиенты были на достаточном расстоянии от нас, ко мне обратился Беркут.

— Ну, Матвей Романович, вы бы себя со стороны видели. Я думал, вы их сейчас взглядом воспламените.

М-да! Называется, полный контроль над эмоциями!

— Хорошего дизайнера в наше время днём с огнём не найдёшь, — вроде как, я пояснил свою бурную реакцию на

— А так ей передали ваше распоряжение. Нужно проверить какие-то сметы.

— Сметы?! — задумчиво переспросил я, не вспоминая ничего такого.

— Да. Она толком не пояснила. Ушла в ваш временный кабинет после звонка из офиса.

Кабинет! Даже смешно, как местные называли комнатушку на первом этаже без окон и дверей. Напоминанием рабочего кабинета там служили пара старых стульев и такой же ветхий большой стол, но были и удобства — рабочий туалет и раковина с краном.

— Я решил, это вы специально её отвлекли от наших приставучих мужчин.

— Нет. Я ничего не передавал: ни сам, ни через кого-либо.

В груди как-то неприятно щёлкнуло. Кто и зачем мог звонить Колибри?!

— Я проверю, а вы, пожалуйста, убедитесь, что на территории нет гостей и закройте на всякий случай ворота.

Шёл быстро, не слишком разбирая дороги. Мимо меня прошла строительная бригада на обед, значит, в той части дома теперь никого.

Кроме Жени.

Кожу на затылке начало покалывать. У меня всегда так, когда чувствую неприятность.

Колибри одна среди недостроенного здания. Можно сказать, практически смертельный лабиринт для неё. Это создание лучше вообще дальше пуховых подушек не отпускать!

До входа было бежать далёко. Решил заскочить через окно, благо невысоко от земли.

Когда зацепился руками за подоконник и подтянулся, первое чувство, которое я испытал, бросая взгляд внутрь помещения, это шок.

Да что там … я охренел.

Во-первых, стоя ко мне спиной, Соловейчик оттирала с себя краску ядовито оранжевого цвета, во-вторых, и это главное, она была обнаженная. Если не считать за одежду трусики с кошкой на всю пятую точку и какой-то надписью. В принципе, трусы в её стиле … весёлые и очень позитивные.

Дабы продлить прекрасное зрелище, я как можно тише взобрался на подоконник и спрыгнул на пол.

Только Колибри, видимо, была настороже, услышала шум и резко попыталась обернуться, прикрывая руками голую грудь.

Её резкое «ой» при виде меня в аккурат совпало с моментом скольжения босой ступни по полу, тоже улитому краской.

Я рванул вперёд, представляя в голове масштабы падения на цементном полу. Еле успел подхватить бесконтрольно падающее тело.

— Вот скажи мне, пожалуйста, тебе подарить детские ходунки, чтобы ты прекратила падать на ровном месте?! А?! — всё ещё пребывая во власти страшных видений, в случае если бы я не успел, меня тянуло на грубости.

Она подняла на меня большие глаза, полные испуга и удивления.

— Что ты, ой, блин, вы тут делаете?!

Замечательно! То есть её сейчас интересует только этот вопрос?!

— Да тут такая история. Еду мимо и думаю, а вдруг Соловейчик решит упасть и в лучшем случае сломать ногу, а в худшем проломить башку. Не хочу пропустить такой цирк, поэтому я здесь.

Колибри пошевелилась в моих руках, пытаясь найти ногами опору на скользком полу. Зря!

— Лучше не дергайся! А то у тебя руки съезжают с голой груди. Я сам справлюсь.

Очередное «ой» и румянец на щеках стали подтверждением, что я услышан.

Сделал пару шагов в сторону чистого участка пола и отпустил свою добычу.

Как только женские ноги коснулись пола, Соловейчик отскочила от меня. И снова я лицезрел только красивую и голую спину, хотя был бы совсем не прочь осмотреть достопримечательность полностью.

И мне ни капельки не было стыдно.

Опустил глаза ниже и прочитал надпись на трусах и заржал.

— Женя, серьезно?! Значит, действительно, чужие здесь не ходят?!

Девушка фыркнула недовольно, продолжая копошиться в испачканном сарафане.

— А на другой белоснежной паре «Создана для любви»?! — меня продолжало юморить. — Не-е-т! Что это я?! Наверное, там надпись: «Я не ищу лёгких путей!!!» и три восклицательных знака в конце!

Девушка практически зарычала от недовольства после моих шуток.

— Нет, Матвей Романович, специально для вас я завтра надену с надписью: «Я останусь только твоей мечтой!» и один восклицательный знак. Жаль, что вы их так и не увидите!

Пока она выступала, я ещё кое-что заметил у неё на попе, но огромный камень в мой огород прервал процесс разглядывания.

Колибри снова давила на моё больное мужское достоинство.

Я ухватил её за плечо и с лёгкостью развернул к себе. Девушка даже пискнуть не успела, как её поцеловал.

Причём так как мне нравится и хочется! Её нотации потом послушаю!

Я чувствовал, как мои пальцы прилипают к коже на её испачканных краской плечах, и на задворках сознания понимал, что сейчас цвет моего костюма станет тоже ядовитым.

Вот только плевать я хотел на такие мелочи. Только не в эту секунду, когда желание обладать и укрощать пересилило все остальные запросы.

— Матвей Романович … — прошептала Соловейчик, едва я оторвал рот, давая секунду на вдох.

— Женя, не сейчас, — прервал я её, снова продолжая поцелуй.

Между нами были её руки, прикрывающие грудь, что мешало и тем не менее немного меня тормозило. А ещё краска …

Эта мерзость липла к рукам, мешая вдоволь насладиться прикосновениями к женскому телу.

Когда поцелуй дошёл до нашего предела, я сделал вдох. Руками сильно сжал плечи Колибри, пытаясь так восстановить дыхание и найти мозги. Они сейчас были в отпуске.

— Матвей Романович …

Поднял веки и тут же попал в бездну эмоций глаз напротив.

— Матвей, — попросил я. — Просто Матвей.

Вот почему-то именно сейчас мне до одури хотелось прочувствовать своё имя на её губах.

— Матвей.

Тихо, как шелест травы. Моя послушная Колибри.

— Замечательно. Полную форму моего имени оставим для развратных игр в моём кабинете.

Глаза Жени расширились в изумлении. И снова румянец на щеках. Почувствовал себя серым волком, развращающим прекрасную и юную красную шапочку после её совершеннолетия, конечно.

— Теперь, пока я не передумал, надо бы разобраться с твоей наготой.

Вздохнув, начал снимать пиджак. Как же не хочется!

— Ты уже передумал? — полюбопытствовала Женя, поднимая свой сарафан с пола.

— Не искушай! Я как никогда близок к этому, — предупредил Соловейчик.

Повесил пиджак на спинку стула в шаге от меня и стал снимать рубашку, бросая короткие взгляды в сторону моего чудо дизайнера.

Она, прижав испачканную одежду к себе, не отрываясь смотрела на меня. И блеск вожделения в её глазах явно не был бликами солнца.

— Женя, утихомирь, пожалуйста, свою фантазию. В данный момент это рискованно.

— А что с ней не так?! С моей фантазией?

— Она чересчур бурная, и вся отражается у тебя на лице.

Я даже мимо пуговицы на рубашке промахнулся.

— Женя!!!

Колибри улыбнулась и закрыла глаза.

— Просто тогда в электричке ты сказал проводнице, что не стриптизер!

Боже! Воспоминания о

— Всё правильно! Я не стриптизер!

— Жаль … хорошо получается!

Негодница хоть и стояла с закрытыми глазами, всё равно действовала на меня как лучший афродизиак в мире. И этот тембр голоса …

Раньше я такого от неё не слышал.

— А тебе, смотрю, сегодня мой поцелуй понравился?! — поддел Соловейчик, накидывая свою рубашку на её плечи.

Она резко открыла глаза.

— Ну, я же тебя научила. Теперь вполне сносно.

Ох, этот взгляд! Сплошной разврат. Сглотнул слюну и отошёл. С пуговицами на голой груди я сейчас точно не справлюсь.

— Соловейчик, накажу! Одевайся давай!

— Слушаюсь, босс!

Господи! Порази меня на месте!

Сцепил зубы и надел пиджак обратно. Конечно, на голое тело даже итальянская ткань была неприятна. Ну, ради благого дела можно и потерпеть.

— Я готова.

Развернулся к девушке.

М-да! Рубашка едва доходила до середины бедра. Очередной разврат.

Колибри закатала рукава, а талию перехватила тонким ремешком от своего испорченного сарафана.

— Так лучше?!

Ну теперь рубашка немного напоминала платье, но разврат остался. Может, это только в моих глазах?! Я-то видел лишь то, что теперь скрывала ткань.

— Лучше! — соврал я. — А теперь можно разобраться, что с тобой приключилось!

Глянул на часы, время обеда подходило к концу.

— Но будем это делать на ходу, так как в таком виде показываться строителям опасно.

— Для кого опасно?!

Ещё раз посмотрел на девушку.

— Для них!

Колибри нахмурилась и стала себя осматривать.

— Да, вроде, всё нормально! — вроде как, недоумевая, произнесла Соловейчик.

— Всё пошли, не будем доводить до инфаркта рабочих … и меня заодно, — в конце уже тише добавил я.

— Хорошо, я сейчас только сумку свою возьму.

Её привычный гигантский ридикюль, стоящий на письменном столе, я только теперь заметил.

Она шагнула в миллиметре от лужицы с краской.

— Божечки, Женя, аккуратнее. Всё! Стой! Я сам!

Быстро подхватил сумку в одну руку, а чумазую девушку за талию другой.

— Уходим.

Вышли на улицу, где я уже окольными путями повёл девицу на выход с площадки. Скорее в свою машину подальше от чужих нахальных глаз.

Знаю я этих строителей!

— Итак, теперь короткий рассказ о случившемся, — потребовал я у Жени, точно зная, что это не её природная невезучесть.

Краски такого цвета на объекте сто процентов никогда не было!

— Так не знаю! Она просто упала сверху.

Просто?! Как манна небесная?! Вдох- выдох!

Придётся разобраться, почему это у меня на стройке краска сама по себе летает.

Глава 34

Женя

Ох! И попала я в переплёт!

В мужской рубашке, вся в краске и с распухшими от поцелуя губами на переднем сиденье дорогого автомобиля моего несносного босса.

А ведь день начинался неплохо. Даже приставучие клиенты не сильно портили настроение.

А потом звонок из офиса, и всё!

— Кто тебе позвонил?

Дознаватель Матвей ведёт дело!

— Ящерица … блин, в смысле Ангелина Сергеевна.

Мужские брови нахмурились, как грузовые тучи на тёмном небе.

— Ясно. Дальше.

Суровый и колючий! Такой контраст.

— Она передала распоряжение от тебя, что мне нужно проверить план на расположение детской площадки. Чертежи в той-то комнате. Захожу, открываю единственную на том этаже дверь и умываюсь оранжевой краской. Понимаю, что дело дрянь и в таком виде возвращаться к заказчикам никак нельзя. Увидела раковину, решила попытаться умыться и застирать немного сарафан.

— И? — подхлестнул мой пересказ мужчина, притормаживая у светофора.

Теперь колючий взгляд сконцентрировался на мне.

— И всё! Появился ты, как рыцарь, но без коня, — совсем тихо закончила я.

Краешки его губ дрогнули. Мне даже сразу как-то полегчало. Мирский не хочет меня прибить, ну, хотя бы пока.

— Соловейчик, ты со своим юмором скоро заработаешь по пятой точке!

Ой, ну, хоть теперь уволить не грозится!

Пожала плечами, вроде как, сама не ведаю, что творю. Мы тронулись дальше.

А ведь и правда! Я в последнее время совсем не своя. Босс мне так мозги припудрил, что, кроме его «прекрасного», ничего вокруг не замечаю, будто на нём сошёлся клином белый свет.

— Починили? — вспомнила свой вопрос, когда пришли на парковку. — Что было-то с машиной?!

Может, если попытаться отвлечься от воспоминаний недавно произошедшего, то я успокоюсь и найду верное решение?!

— О, да! Это был сахар в топливном баке.

— Сахар?! — удивилась я, игнорируя недовольство моего водителя.

Этих богатых не поймёшь… зачем сахар-то в движок?!

— Да-да, именно он сладенький! И подсыпали мне его твои поклонники!

Вся в сомнениях посмотрела на Мирского. Может, я его тогда всё-таки сильно зонтиком огрела.

— Женя, почти сто процентов, что это сотворили те самые мальчишки из твоего двора.

Месть! Ну, хоть не кровная.

— Вполне возможно. Мне очень жаль. Надеюсь, теперь с машиной всё в порядке?!

— Если верить господам из сервиса, то всё отлично.

Выдохнула. Вроде бы, не я, но всё равно чувство вины витало в моём сознании.

— Куда едем?

— Есть разница?

Удивлённо посмотрела на мужчину. Тот сосредоточенно крутил баранку и делал вид, что его нет. Любопытно!

— Не особо, но если учесть моё общее состояние, то хотелось бы конкретики.

— Не спешишь?

Его голос в конце дрогнул, словно боится или сомневается в правильности.

— Нет. Я-то, вроде как, на работе. Босс у нас ты.

Мирский улыбнулся.

— И правда. Тогда предлагаю кино.

От неожиданности предложения не сразу нашлась с ответом.

Свидание???

— Матвей, ты серьёзно? В таком виде?!

— А мы не будем никому показываться.

— Ты купил кинотеатр?

Ну, мало ли… мужчина он, как ни крути, необычный.

— Практически купил.

И сидит такой довольный. Напоминает мне нашего деревенского Рыжика на завалинке под солнышком.

— Прекрати шутить. Мне и так не очень комфортно, а ещё и в твоей рубашке.

— Почему «ещё и в моей»? — возмутился Матвей.

— Потому что я знаю, что она стоит, — призналась я. — Это как будто сорокалетние алтайские женщины пряли ткань из шерсти молочного единорога при полной луне.

Брови Мирского удивлённо подскочили. Он даже на меня посмотрел.

— А кто такой этот… — замолчал мужчина, подбирая слова.

— Единорог? — он кивнул, и я продолжила. — Красивое сказочное животное.

— Ого! Теперь буду знать, что я сказочный.

Я засмеялась. От скромности этот человек точно не умрет, но мне всё равно он нравился.

Даже смеяться перестала. Нравится? Или больше?

— Так что насчёт фильма?

— Матвей …

Он снова заулыбался.

— Что смешного?

— Моё имя … просто непривычно, — немного скомкано пояснил Мирский, но я поняла.

Самой до сих пор дико! И контролирую себя, чтоб отчество не приляпать.

— Ну, там из машины выходить не надо

— Автокинотеатр? — вдруг поняла я. — Это так прикольно, наверное. Я ни разу на таком не была.

Босс что-то ещё хотел добавить, как трелью разразился его мобильный телефон. Я даже дернулась.

Он недовольно посмотрел на дисплей и скинул. Только абонент, скорее всего, был настроен решительно. Музыка возобновилась.

Матвей кинул быстрый взгляд в мою сторону.

— Извини, пожалуйста! Мне придётся переговорить!

Согласно кивнула.

— Я тебя слушаю! — без всяких приветствий начал мужчина. — И, пожалуйста, без истерик и по существу! Я занят!

Этот тон я уже слышала. Да и крики, доносящиеся из аппарата, были слышны на расстоянии. Почти сто процентов, что его сейчас невеста беспокоит.

— Я сейчас не могу! И неважно, с кем и где я! Тебя теперь это мало касается.

Они ещё секунд десять обменивались репликами, а потом Мирский закончил разговор.

Мне становилось всё неприятнее. Вот куда я лезу?! Надо быть полной дурой, чтобы пойти против собственных правил и получить по морде ещё разок.

— Хорошо, я буду в офисе примерно через час. Жду тебя там, — резко высказался Матвей и выключил телефон.

— Полина, — То ли спросила, то ли сама себе подтвердила.

— Да. Она. — совсем невесело буркнул босс. — Прости, нашу поездку в кино придётся отложить.

Да кто бы сомневался!

Я полная дура!

— Женя, я … — начал мужчина, но я его перебила.

Слушать объяснения мне не хотелось. Вот ни грамма!

— Всё правильно. Я понимаю, — спокойно отозвалась я и даже выдавила подобие улыбки. — Всё равно в таком виде не очень хотелось!

Мужчина снова задумался.

— Ты уверена?!

— Абсолютно! Только можно меня домой забросить?

— Естественно! Я же не буду тебя в офис с собою тащить.

Жаль! Я бы поехала. Хоть на северный полюс. Если с ним! И плевать я хотела на внешний вид, это лишь отговорка для меня.

Сопли распускать меня отучили ещё в детстве. Я собралась и успокоилась. Время для грусти будет, но не сейчас.

На мою удачу, мы были неподалёку от моего района, а мужчина явно спешил.

Поскорее от тебя отделаться!

Фу, молчать! Противный!

— Предлагаю вечером созвониться и куда-нибудь сходить. Нам нужно обстоятельно поговорить, — перед тем как мне выйти из машины, Мирский поймал мою ладонь.

Конечно, надо! Предложить стать его тайной радостью в несчастливом браке?!

Вот же! Эти ужасные мысли всплывали из ниоткуда, как из чёрной ямы.

Холодной и ужасной.

— Хорошо, Матвей. Я буду ждать, — соврала я, стараясь как можно быстрее покинуть автомобиль.

Мне не хватило воздуха. И пространства.

Помня, насколько я плоха в искусстве лжи, не поднимая глаз, бросила короткое «пока» и, практически вырвав свою ладонь из его захвата, сбежала.

Трусишка — зайка серенький!

У-у-у! Завтра пойду к врачу! Ещё не знаю к какому, но пусть меня вылечат!

Не оглядываясь, шла к подъезду мимо переговаривающихся бабулек. До меня долетели лишь обрывки их фраз «что за мода!», «волосы чем попало малюют», «а ведь раньше была хорошей девочкой», «деньги всех погубят».

Пошла быстрее, так как сейчас было обидно. Наверное, я просто устала, не выспалась, а может действительно заболеваю. Обычно меня мало трогали чужие суждения!

Мирский, взревев двигателем, уехал, как только моя рука коснулась ручки подъезда.

Вот и всё!

Заткнись!

Поднялась в квартиру, планируя как можно скорее попасть в душ, а уж потом немного пореветь и поесть.

Но, ещё когда вставила ключ в замок, услышала надрывный звон городского телефона.

Пока провозилась с замком, молясь, чтобы его снова не заклинило, звук прекратился.

Расстроенно вползла в квартиру, бросая сумку и своё тело на пол. Сил нет!

Телефон снова загремел, отчего я подскочила как ужаленная.

— Алло, — осторожно произнесла, так как не имела понятия, кто мог позвонить в такое время.

Среди рабочего дня.

— Женечка, ты дома! Как хорошо!

Мама!

— Что случилось?!

— Ой, беда, доча! Бабушка наша, Агафья …

Я даже дышать перестала. Руки и ноги резко онемели.

— Что с ней? — чужим голосом прохрипела я.

Горло стянуло спазмом.

— Слегла она. Уже и доктор местный был. Руками разводит- ничего не поймёт, а Агафья Прокопьевна говорит, что всё — пришёл её срок! Тебя просит!

Матерь Божья! Нет! Нет!

— Я еду! Так быстро, как только смогу!

— А как же работа?

— Мам, да плевать на неё! Всё равно меня, скорее всего, скоро уволят. Не подхожу я им! — горестно бросила я, не в силах скрыть своё разочарование в жизни.

— Пчёлка моя, что случилось-то?!

Голос мамы стал совсем никаким!

— Мамуль, всё отлично! Не бери в голову! Я скоро буду и всё будет отлично! Вот увидишь! — как можно бодрее поддержала мать. — Скажи бабушке, чтоб ждала меня. Я еду.

И положила трубку.

Сейчас разговаривать я просто не могла. Меня на мелкие кусочки рвали эмоции. Словно фантик от конфетки в руках трехлетнего малыша. Так спешит слопать сладость, что в нетерпении рвёт обёртку.

Сразу рвануть в деревню, конечно, не получилось! Ехать оранжевой-это получить ещё миллион вопросов.

Душ и быстрые сборы.

В итоге половину вещей, включая рабочий мобильный, я оставила дома. Ну, и фиг с ним!

Значит, такова судьба!

Глава 35

Матвей

Я был зол. На себя, на мир, на Полину, даже не знаю на кого больше!

Просто пребывал в такой ярости, что на парковке захлопнул двери машины со всей силы. Спасибо производителю, она выдержала.

У охранника, отдыхающего неподалёку, выпала сигарета из рук, когда мы встретились взглядами. Ещё бы, я почти Зевс, метающий молнии.

Поэтому решил остыть и пройтись по лестнице. Пока поднимался по ступенькам, вспоминал, как мне было хорошо ещё час назад. Так легко и свободно я уже давно себя не чувствовал. Достал телефон и написал то, чего сам от себя не ожидал.

«Женя, я разберусь и всё тебе объясню. И я благодарен тебе, что ты очень вовремя появилась и уберегла меня от самой большой ошибки в моей жизни! Касаюсь пальцами твоих щечек и целую тебя. Береги себя, пожалуйста, пока я не рядом!».

Зашел в приёмную и сразу наткнулся на удивленный взгляд секретаря.

— Матвей Романович, звонила ваша невеста в очень нервном состоянии. Извините, конечно, но в мои обязанности не входит выслушивать истерики ваших дам, — возмущённо высказалась девушка, видимо, тем самым поясняя своё нервное состояние.

— Всё нормально, Катерина. Отныне и до конца веков я тебе разрешаю вешать трубку при первых визгах со стороны Полины и других моих дам.

— Хорошо, это было бы замечательно! Спасибо.

Уже немного успокаиваясь, Катя

Я задумался, что сегодня работать толком не получится, поэтому отпустил девушку домой. Хотелось тишины и немного одиночества, чтобы всё обдумать. Заварить чай я в принципе и сам могу, пока буду разгребать текучку.

Ну, это после того, как переживу нашествие своей невесты. Она должна прибыть с минуты на минуту.

Вошёл в свой кабинет и понял, что сил нет. Я просто хочу, чтобы Полина отстала и оставила меня в покое, но, к сожалению, это невозможно.

Заглянул в телефон, проверяя отправленное Колибри сообщение.

Не читала! Черт, она всё-таки обиделась.

Успокаивало только то, что она умная и не истерит. Я же ей всё вечером объясню. Мне просто надо завершить старые отношения, какие бы они ни были, чтобы начать нечто новое. Замечательное.

Пока думал, пропустил момент, когда главная истеричка нашего города стояла у меня в дверях. Полина с лицом оскорбленной невинности прошла в кабинет и, как обычно, без приветствия сразу начала орать.

— С каких это пор у тебя нет на меня времени? Я требую к себе уважения! Я тебе не случайная девка! Кем ты себя возомнил?

Теперь главное, не сорваться мне. Надо просто решить эту большую проблему.

— Во-первых, сядь, во-вторых, не ори!

Женские глаза заметно округлились. Не понравилось!

— Ты, да ты… ты вообще!

Поля очень коротко высказалась о моих новых правилах. Наверное, слов «от радости» подобрать не смогла.

— Да, я вообще! Ты вот совсем и абсолютно права! Только пока ты снова не начала орать, я хочу сказать лишь одно! Я разрываю наши отношения! И потому видеть и слышать тебя не желаю. Хватит, Полина! Ты переиграла свою партию!

Девушка подскочила со стула, на который присела только пару секунд назад. Она с перекошенным от злости лицом подлетела ко мне в два шага.

— Ты думаешь, что меня можно вот так легко выкинуть из своей жизни? Да кем ты себя возомнил?

— Полин, ты повторяешься в вопросах. Я никем, в отличие от тебя, себя не мнил. Я всего лишь мужчина, который бросает тебя. Отныне мне не интересно всё, что с тобой связано. Так достаточно понятно?!

Сложил руки на столе домиком, стараясь сохранить холодное лицо до окончания беседы.

Полина, слегка качаясь, отошла на несколько шагов в сторону дверей.

— Тогда и ты запомни мои слова. Это ещё не конец!

И гордо вышла из кабинета, хлопнув дверью. Рядом со стены упала рамочка и звонко разбилась.

На счастье, подумал я.

Угроз в свой адрес я никогда не боялся, но теперь у меня был тот человек, за которого я боялся.

Соловейчик так и не отвечала на сообщение. В принципе, как и на звонки. Ни городской, ни сотовый номер не помог мне найти их хозяйку.

Решил дать время. Наверное, ей, как и мне, просто хотелось небольшого покоя. Слишком круто всё завернулось. Мы оба не были к этому готовы!

Но спустя два дня моё терпение лопнуло, как пресловутый мыльный пузырь.

Где моя Колибри???!!!

Это вопрос на пару миллионов баксов. Ответ же может сильно удивить, если вспомнить её способности к привлечению неприятностей.

Начал потихоньку проводить опрос среди коллектива.

Нуль! Даже Катерина разводила руками, хотя все наши ссылались именно на неё, аргументируя это их с Соловейчик дружескими отношениями.

В квартире тоже было пусто. Я заезжал несколько раз в разное время, даже провёл допрос сторожевых бабулек, но тоже ничего. Когда надо, эти партизанки молчали! Остаётся только разбить лагерь во дворе, прямо на детской площадке.

Ещё, как вариант, можно поехать в деревню, к бабушке. Вот только если её там нет, а она ничего им не говорила, то перепугаю всю родню. В реальности же Колибри может сидеть, как в окопе, у какой-нибудь подруги, о которой я знать не знаю в виду короткого периода нашего знакомства.

И вот когда на ум ничего более оригинального не пришло, я поехал в фирму, где официально работает моя птичка.

Звонить заранее не стал, чтобы не успели подготовиться к нашей встрече. «Оазис» и её сотрудники всегда вызывали у меня желание почесаться, всё там было слишком гламурно.

Даже для меня!

Но это до появления в их рядах Соловейчик. Она явно разбавила это болото пижонов.

— Матвей Романович! Не ожидали вас! — воскликнула Алла Анатольевна чуть ли не в километре от меня.

Врёт! Всем нутром, или как это место в моём теле называется, чувствую, что ждали.

Женщина плыла мне навстречу, а за ней её верный щенок Олег. Никак не могу взять в толк, почему в их фирме оформлением договоров и работой с клиентами занимается специалист отдела кадров и её помощник.

— Добрый день, вот пришёл узнать, как продвигаются наши дела.

— Дела??? Это вы про ландшафтного дизайнера? Соловейчик?

Я старался изо всех сил не показывать своей глубокой заинтересованности.

— В том числе, — вроде как, между прочим, ответил я.

— Так она уволилась. Вчера ещё. Она сказала, что вы в курсе.

Сказать, что я удивлён, это вообще ничего не сказать. У меня мозги всмятку стали. Нацепил любимую маску полного безразличия и пытался поддержать беседу.

— Я не в курсе.

— О! Странно, — вроде бы, искренне недоумевала женщина. — Евгения сказала, что вы не сошлись во мнениях по некоторым позициям.

— И кто теперь будет заниматься моими последними проектами?

— Соловейчик скинет ваши наработки, а остальное доделает наша новая сотрудница. Большая умница, специализируется на комплексах, подобных вашим. Она уже приступила к работе. Так что, Матвей Романович, можете не переживать, — к концу почти радостно пропела женщина.

А кто сказал, что я переживаю?! Моё ошалелое состояние на данный момент просто не поддаётся описанию.

Поток новой информации настолько меня огорошил, что я просто скупо кивнул, то ли прощаясь, то ли соглашаясь, и ушёл.

Без единого вопроса.

Зато в голове случился мини взрыв и, кажется, рождение новой вселенной, а имя ей Женя!

Как она могла меня бросить?! И не только меня, но и свою работу… Колибри жила тем, что творила.

Всё это дурно пахло! Но теперь я уже ни в чём не был уверен.

Растерянно стоял перед машиной, не зная, куда теперь мне податься и что делать. И самое главное, что об этом всём думать?!

Женя не хочет меня знать и потому сбежала, поджав хвост?! Хотя на неё это никак не похоже. Или существует нечто, мне неизвестное, которое подвигло её на такой поступок?!

Даже если принять второй вариант, то всё равно ответа на вопрос: «Где моя Колибри???» нет.

Зазвонил мобильник.

Женя.

Но высветилось совсем другое имя абонента.

Глава 36

Женя

Пока добиралась до деревни, прокляла всё! Включая себя!

Это мне в наказание, чтобы с чужими женихами не целовалась и потом в них не влюблялась! Наука жизни!

Страх рисовал мне такие картины, что хотелось выть белугой. Так что в дом бабушки входила еле дыша. Как призрак.

— Бабуль?! Мама?! — тихонько позвала я, пытаясь сообразить, где искать родню.

Навстречу из спальни вышел отец без тени улыбки на лице.

Значит, всё-таки это не прикол родственницы.

Ринулась в комнату, едва чувствуя ноги.

Моя несгибаемая Агафья лежала на кровати белее простыни, что была поверх неё, и, кажется, спала. Её руку держала мама.

Всё! Тихо прислонилась к стене и сползла по ней на пол. Голова кружилась, и жутко тошнило. Наверное, если бы я сегодня хоть что-то ела, то меня немедленно бы вырвало. Хотела утереть взмокший от пота лоб, но руки так тряслись, что я попала пальцем в глаз.

— Пчёлка моя, что с тобой?! — встревоженный голос матери вывел меня из ступора.

Я открыла глаза, обнаружив родное лицо напротив.

— Мам, а бабушка …? — дальше не могла.

Горло схватило спазмом.

— Ага. Спит. Доктор поставил лекарство, и ей полегчало. Она тебя ждала, но уснула.

Спит!

Мне, кажется, тоже сразу полегчало, но слабость в теле не проходила. Пришлось опереться на маму, чтобы подняться с пола.

— Доченька, ты в порядке?! Такая бледная, — снова беспокойно начала мама.

— Да-да! Я переволновалась просто. Прости, — успокоила её, стряхивая на пол сумку с плеча.

До этого не могла разжать пальцы на лямках.

— Женя?! Ты приехала? — раздался слабый голос бабушки.

Кинулась к кровати.

— Конечно! Привет! Как я могла не приехать?! С ума сошла?! — стараясь сдержать неожиданные слёзы радости и облегчения, шутливо поругала свою старушку.

— Ну, всякое случается. Я вот тоже не собиралась …

Накрыла ладонью её рот.

— Тихо! Не буди лихо! Всё будет хорошо. Поедем в город, тебя там подлечат.

Так как моя ладонь мешала ей говорить, то бабушка просто отрицательно покачала головой.

— Здрасьте! Поедешь! А кто меня замуж собирался отдать и правнуков понянчить?! А?! Хочешь отвертеться?!

Я нахмурила брови, как это делает Агафья Прокопьевна, когда сердится.

Бабушка сняла мою руку, оставляя короткий поцелуй в ладошку. Улыбнулась.

Потом глубоко выдохнула и закрыла глаза.

Мама, стоящая позади меня, громко ойкнула, а я не поверила.

— Бабуль?! Бабулечка … — позвала её.

Несколько секунд тишины, а потом она резко открыла глаза.

— Нет. Ещё рано. Дед сказал, чтобы ещё землю немного потоптала. Да и дел у меня много.

Я ещё не пришла в чувство, как это чудо-женщина собралась вставать с постели.

— Агафья! Ты куда?! — прикрикнула на неё мама, выскочив из-за моей спины.

К моему огромному облегчению, она уложила активистку обратно.

— Действительно, бабушка, куда побежала-то?!

— Так огород и твой сад не политы, а с утра жара стоит, — пояснила свою прыть старушка.

— Я всё сделаю, отдыхай!

Агафья Прокопьевна всё-таки села в постели, отталкивая заботливые руки моей мамы.

— Это как же?! Я ещё сама могу! — возмутилась бабушка, но под нажимом наших осуждающих взглядов прилегла обратно. — А тебе, Женечка, разве не надо на электричку в город.

Я отвела глаза в сторону.

Ещё по дороге сюда решила, что надо бы прекратить общение с боссом. Болезнь бабули будет прекрасной отговоркой.

Наверное, Агафья немного колдунья. Она, прищурившись, посмотрела на меня.

— А чего мы не на работе?! Неужели Матвей вот так просто тебя отпустил?! Или он сам тебя и привез?!

— Какой Матвей?!

ООО! Это папуля! Включился режим охраны.

— Пап, да никакой! Это мой начальник, Матвей Романович, — быстро пояснила я, пока меня к стенке не приперли своими вопросами.

Вот откуда он взялся в спальне?! Вроде, его вообще не было.

— И я приехала сама, у Мирского и так много работы и забот выше головы! И домой не поеду, пока ты не поправишься. Надо ещё проконсультироваться с хорошими специалистами. Возможно, это сердце, а с ним шутки плохи.

Решила я, и, как ни странно, моя любимая Агафья Прокопьевна тут же угомонились.

— Хорошо, возможно, ты и права. Я ещё действительно немного слабость в руках и ногах чувствую.

Я нахмурилась. Что-то странное было в её поведении, но я никак могла понять, что именно меня смущает.

Родителей я отправила домой, сама занялась хозяйством.

Так странно, но всё делала словно на автопилоте. Оказывается, несмотря на жизнь в городе, я не позабыла того, чем занималась с детства. А ещё мой любимый сад … моя душа в каждом его кусочке.

Бабушка мирно жужжала и строго выполняла мои и врача рекомендации в течение двух дней. Казалось, этой идиллии не будет конца.

До утра третьего дня.

Не успела я встать с постели, как меня взяли в оборот.

— Женечка, а может, ты пока у меня побудешь?! Что-то ночью мне снова не здоровилось. Можно позвонить Матвею и предупредить, что побудешь у меня.

— Позвонить не смогу! Забыла мобильный дома. А ночью сильно плохо было?!

Ага! Так плохо, что при этом на завтрак уже готовы каша и оладьи.

Наверное, мой взгляд на стол был красноречивее любых слов.

— Просто мне так легче! Я пока готовлю, забываю про хворь.

Угу! Но нет!

— Баб, ты не подумай, что мне наплевать на тебя. Вот только сегодня я поеду в город, а вечером тогда вернусь. У меня остались незавершённые дела, и ты сама учила, что так поступать неправильно.

Действительно, я все эти ночи думала, как мне быть с моей работой. Решила поехать в фирму и отвезти макеты, а работать можно и дистанционно. Между прочим, в Европе такой вариант давно используется на отлично!

Я уверена, Мирский одумается и знать про меня забудет. Мне же терять рабочее место из-за собственной дурости вообще не с руки.

А сердце?!

А оно затянется! Время лечит! Год, два … и будет другая жизнь.

Вот такая я умница! Всё придумала!

Слава богу, Агафья призадумалась и не стала пытаться меня задержать. И славненько!

На удивление спокойно добралась до города, материалы у меня были с собой, так что прямо с вокзала рванула в «Оазис», и, как говорится, приехали!

— Евгения Ивановна, вы у нас больше не работаете, — вот так буднично и меланхолично поприветствовала меня девушка на ресепшене.

— Это с каких

— Так со вчера.

— Ммм … да что вы говорите! — практически искренне изумилась я. — Мне нужно встретиться с Аллой Анатольевной. Немедленно.

В конце добавила громкости. Меня тихо уволить не получиться!

Девушка фыркнула, но связалась с отделом кадров.

— Проходите в её кабинет. Вас ждут, — недовольно пробурчала девица, махнув рукой за свою спину.

Там, естественно, была просто стена и полки с папками.

— Куда именно идти?! — настырно спросила я, мечтаю немного поправить златовласке прическу.

— Второй этаж, первая дверь налево, — выплюнула в ответ, не удостоив меня даже взглядом.

— Чуть больше позитива, дорогуша! Пара улыбок, и, возможно, мир к тебе потянется. Иначе морщины на лице через пару лет появятся, и не факт, что поможет гиалоурановая кислота.

Моё прощальное напутствие заставило-таки эту грубиянку поднять голову.

— Что?!

Закатила глаза и сделала грустную моську. Пусть подумает! Ей не повредит.

Когда наконец-то попала в нужный мне кабинет, то гадости продолжились.

Алла Анатольевна сегодня была на коне! С шашкой наголо!

— Соловейчик, мне ПОЧТИ тебя жаль! Святая простота! Вот спрашивается, куда ты полезла?! Сидела бы тихонько, несла яички в виде проектов Мирскому, и всё было бы замечательно. Так нет! На служебный роман потянуло?!

— Я поняла вашу мысль, Алла Анатольевна. Вы её прекрасно донесли. Теперь хотелось бы узнать причину моего увольнения.

— Всё просто! Невеста твоего босса крайне тобой недовольна.

И подёргивание бровями в конце. Такое многозначное. Вроде как, «а дальше сложи сама».

— А Мирский?

Мне стало интересно, что сказал он. Вот так просто согласился?!

— А ему знать не положено! Незачем! Пикнешь ему или ещё кому-то, что мол ты хорошая, то сразу пойдёшь под суд.

Ого! Уже и суд!

— Это ещё за что?!

— За нарушение деловой тайны, подлог, кражу документов, измену Родине. Суть уловила?!

Женщина явно спешила от меня избавиться, даже встала со своего трона, чтобы проводить меня к дверям.

— Конечно, как тут не уловить! — энергично подтвердила я, собираясь тоже сказать, куда именно она может засунуть свои обвинения.

Открыла рот и закрыла. А зачем?!

Может, так оно и лучше?!

— Мне нужен расчёт за отработанные дни и рекомендации. Хорошие.

Женщина аж споткнулась и слюной тут же поперхнулась.

— Что за наглость?! — преодолев кашель, просипела Алла Анатольевна.

— Наглость обыкновенная! Вам ли не знать?! Вы её на завтрак и обед подаёте, а на ужин лопаете вместе с хамством!

Возможно, я бы сейчас много чего нового о себе узнала, но в кабинет влетел мужчина. Олег, кажется …

— Аллочка… Анатольевна! Нам надо идти, — запинаясь на имени женщины, прямо с порога начал верещать мужчина.

Зато при виде меня сразу заткнулся, как будто батарейку выдернули.

— А я могу и подождать! У меня теперь много свободного времени.

Я пребывала в такой злости! Ууу! Кажется, со мной такое вообще впервые.

Не собираюсь преклонять колени перед этими мудилами.

— Хорошо, — процедила сквозь зубы женщина. — Я сейчас позвоню в бухгалтерию и дам распоряжение насчёт оплаты, а завтра на почту скину рекомендации. Хорошие.

Сколько пафоса, как будто кусок себя отдала. Бесплатно!!!

— Замечательно, а то я могу и вернуться!

Мою угрозу не прокомментировали, думаю, я была услышана.

— А теперь мне пора работать! — напомнила мне Анатольевна, что ей надо идти. — Соловейчик, надеюсь, теперь вы довольны.

— Безмерно!

Парочка ушла, а я вслед за ними пошла в бухгалтерию. Как говорит моя бабушка: «С паршивой овцы- хоть клок волос!». Мне деньги сейчас не помешают.

Впереди «светлое» будущее: неразделённая любовь, поиски работы и вечерняя поездка в переполненном вагоне электрички.

Наверное, если бы не моя врождённая оптимистичность, то сейчас был тот момент, где пора бежать с разбегу головой в стену.

Не буду!

Надо просто выдохнуть и выпить крепкий и объемный кофе. В любимой кофейне!

А там, возможно, и жизнь наладится.

Глава 37

Женя

Сегодня погода была солидарна со мной.

Тучки, серость, дождик.

Я, как художник, вижу прелесть в любом проявлении, но как человек, у которого неприятности по всем фронтам, будто по спецзаказу, не очень счастлива этому унынию.

Медленно выдохнула, допила последний глоток кофе и поняла, что мало. Надо чего-то сладенького!

Выползла из своего скромного закутка в самом дальнем углу кафе и поплелась к стойке заказов.

— Что желаете?

— Кокосовый раф, пожалуйста, — устало озвучила я, сдабривая своё уныние небольшой улыбкой. — Написать, Женя.

Бестолочь.

Фу, молчать!

Так как девушка бармен не виновата в причинах моей кислой физиономии, улыбнулась ещё шире.

Заказ приняли, а идти обратно было уже неохота.

Людей было немного, так что можно и тут поразмышлять над ошибками и составить план действий.

Вначале надо бы завернуть домой. Взять одежды, телефон … О! Который надо вернуть!

Матвей!

И всё! Круг моих мучений снова замкнулся!

До сих пор не понимаю, каким макаром я успела втюриться в своего босса. Вроде бы, он только периодически меня бесил, регулярно раздражал и эпизодами целовал.

Божечки! Если бы не общественное место, то побилась бы лбом о прекрасную деревянную столешницу.

Прозвучал номер моего заказа.

— Могли бы и в руки отдать! Все равно я тут одна! — пробурчала себе под нос, ощущая себя недовольной старушкой у подъезда.

— Ваш заказ? — улыбаясь, спросил молодой человек в окне выдачи.

Удивлённо на него посмотрела. Толпы вокруг меня точно не было.

Издевается что ли?! Но психовать по таким мелочам — это вообще себя не любить.

Тоже улыбнулась в ответ и демонстративно подняла стакан с напитком до уровня глаз, где должна была быть надпись.

Привлекло внимание слишком длинное слово. Явно больше четырёх букв моего имени.

Мирская.

Зажмурила глаза на секунду и снова прочитала.

Мирская.

Посмотрела на продолжающего улыбаться парня. Вижу всё хорошо, никаких галлюцинаций нет.

— Это не мой. Вы ошиблись, — стараясь побороть ком в горле, ответила я.

Уже собралась поставить ужасный и противный стакан обратно, как из-за спины раздался вопрос.

— Ты уверена?!

Голос Матвея.

Я закрыла глаза снова. Зрительные и слуховые галлюцинации бывают при сильном стрессе, я читала про такое.

Открыла глаза.

Стакан с не той надписью по-прежнему в руке, парень напротив улыбается пуще прежнего, а сзади точно кто-то стоит.

Причем этот «кто-то» имеет не только голос Мирского, но и его парфюм.

Резко, не меняя положения поднятой вверх руки с рафом, развернулась.

Матвей. Это был действительно он.

Единственное, боссу пришлось экстренно от меня отскочить. Ему вообще повезло, что на стакане была крышка, иначе я бы испортила его очередной супердорогой костюм.

— Соловейчик, хотя на улице дождь, ты сегодня без зонта?! И

У меня не было слов.

— Матвей?! — тихо прошептала я, до сих пор не веря своим глазам.

Мирский озарил меня улыбкой во все красивых и белых тридцать два зуба. Даже не знала, что этот человек способен так улыбаться.

— Вот, не только тебе меня в шок вводить! Я тоже умею! — гордо сказал он, выдирая стакан из моих скрюченных вокруг него пальцев.

— Справился на отлично, — похвалила мужчину, не переставая разглядывать его.

Но это точно был мой босс. Только очень счастливый какой-то.

— Надеюсь, на «отлично с плюсом»? — поигрывая бровями, спросил он.

Мирский в одной руке держал мой «Кокосовый раф», а другой обхватил меня за талию, пытаясь увести от стойки.

Я от неожиданной радости вообще туго соображала.

— С тремя плюсами.

Мой начальник одарил меня ещё одной сносящей мозг улыбкой.

— Ты как … почему здесь?! И …

Я путалась в вопросах, не зная, что хочу спросить в первую очередь.

— Я здесь потому, что моя Колибри пропала.

Мы шли по проходу между столиками с редкими посетителями в сторону моего прежнего укрытия. Сделав ещё шаг после его ответа, я тормознула.

— У тебя есть КОЛИБРИ? — офигевая от этой новой информации, я в полном изумлении посмотрела на мужчину.

Этот богатей загадочно улыбался.

— Теперь есть.

Эту самодовольную моську моего босса можно было бы в рамочку заключать.

— Есть?! Господи, зачем она тебе?! И где ты её держишь? В клетке?

— Нет. Она летает везде, где ей только вздумается. Мне теперь, главное, за ней поспеть.

— Она ручная что ли? — задумалась я, не припоминая таких историй.

— О! Нет! Она всегда сама себе на уме. В этом, Женя, и прелесть!

Мирский явно утомился от моих расспросов про его диковинную птичку. Он обхватил меня сильнее, прижимая к своему телу вплотную.

— Это ты! Моя Колибри! — прошептал он на ухо, оставляя лёгкий поцелуй возле него, а потом ещё один в висок.

Я?! Колибри?!

— Почему именно эта птичка? — тоже тихо спросила я, наслаждаясь мужскими объятиями, о которых десять минут назад могла только мечтать.

— Не знаю. Когда познакомились, ты мне её напомнила. Тысяча движений в секунду, и такая же необычная.

Уткнулась носом в лацкан его пиджака, понимая, что меня накрывает волной эмоций. До слёз.

Вдыхая его запах и чувствуя, как быстро бьётся под моей рукой его сердце, я снова верила в чудеса — в единорога с молочной шерстью и пегаса с золотым рогом.

— Ты от меня больше не будешь улетать?

Тихий шёпот в мои волосы где-то в макушку.

— Буду, — честно созналась я, но тут же добавила, почувствовав, как напряжение прошло сквозь тело Матвея. — Только всегда буду возвращаться, пока меня ждут.

Обхват на моей талии немного ослаб.

— Тогда я согласен. Бабушка всегда говорит, что я очень хороший ждун.

Я улыбнулась и от счастья, как кошка, готова была тереться об своего любимого человека.

Бабушка … меня пронзило озарение памяти.

— Ой, мне надо в деревню! У меня же бабуля приболела, — засуетилась я, наконец-то отлипая от Мирского.

— Не надо!

Вот тут я даже нахмурилась.

— Это ещё почему?!

— Потому что с Агафьей Прокопьевной всё в порядке, как и с моей бабушкой. Эти две актрисы без театра спелись и решили угробить нас раньше времени выдуманным предсмертным состоянием.

— Не может быть!

— Может-может! Пошли присядем за столик, и я всё тебе расскажу, пока ты будешь наслаждаться своим ароматным напитком, — пообещал Матвей, утягивая моё безвольное тельце в уголок.

— Моя Ад тоже «порадовала» скорым приближением её конца, — начал мужчина, когда мы сели за столик. — Я чуть не поседел, пока нёсся к ней домой.

Матвей захватил в свои руки мою свободную ладонь, так что нежно сжала его пальцы в знак сочувствия. Этот страх я, как никто, понимала.

— Сначала суетился, практически организовал борт сан авиации для перелёта в столицу к моему хорошему знакомому врачу. Вот тут она и спалила всю контору, выдав все тайны заговора во имя любви.

— Во имя любви??? — удивлённо повторила я, всё ещё не понимая смысла.

Особенно если тебя очень и очень отвлекают поглаживанием ладони. Я, непривычная к таким открытым прикосновениям Мирского, пребывала в собственном мини раю.

— Ага. Это высказывание бабушки, а в действительности эти божьи одуванчики решили поскорее получить долгожданных правнуков, ускорив наше с тобой сближение.

Ого! Наполеон просто отдыхает.

— И как, по их мнению, смерть должна была нас сблизить?

— Сыграть на жалости и отправить меня в деревню для твоей моральной поддержки, а там и всё остальное.

Даже не стану сейчас уточнять, что именно скрывается под понятием «всё остальное», так как градус моего тела и так сильно возрос.

— Ты покраснела, — чуть ли не радостно заявил Мирский, поглаживая мою щёку.

— Ой, не надо! Спишем это на мою богатую фантазию, — смущаясь, я постаралась как можно скорее сменить тему.

— Мне нравится ход твоих мыслей, Колибри.

И одобрительно потрепал меня за подбородок. Если он продолжит ежесекундно прикасаться к моему лицу и рукам, я его поцелую, дабы прекратить эту сладкую пытку.

— Значит, бояться нечего?! — на всякий случай переспросила я.

— Да. Мы немного спутали их планы, а ещё твоё неожиданное увольнение. Я не мог понять, что случилось, почему же ты решила от меня избавиться.

Между мужскими бровями пролегла глубокая морщина. Моему боссу было явно неприятно. Провела указательным пальцем по непрошенному следу печали, стараясь стереть всё плохое из его головы.

— Матвей, это не я. Меня уволила твоя невеста, — спокойно пояснила я, завершая сеанс релаксации, взъерошив ему волосы.

— Бывшая невеста, — чётко и без следа сомнения в голосе поправил меня мужчина.

Мою ладошку снова отвоевали в своё единоличное владение. Я даже не сопротивлялась.

Свою радость от его простых слов попыталась скрыть за большим глотком напитка.

— Расскажи мне подробности, пожалуйста. После освежающей мой мозг беседы с Адом я понял, что всё не так, как мне преподнесли. Хотя и до этого меня посетили глубокие сомнения насчёт твоего экстренного увольнения. Не в твоём духе сдаться на полпути.

Он прав! Не в моём!

Я коротко пересказала встречу с Аллой Анатольевной, поездку в деревню с забытым телефоном.

— Я тебе писал, — признался Матвей. — Просил не торопиться с выводами.

— Прости. Так вышло. Это просто я.

Легонько улыбнулась. Он должен понимать, что со мной всегда сплошные приключения.

— Я не против. Думаю, вполне способен справиться, — словно читая мои мысли, абсолютно серьёзно заявил Мирский. — Неприятности в твоём исполнении меня очень хорошо тонизируют.

Мы оба замолчали, продолжая общение лишь глазами.

И да, нам надо многое обсудить. «Важные признания» еще не сделаны, но я чувствовала его как себя. Я готова лететь далеко и высоко.

Его Колибри.

Эпилог

Женя

Первое настоящее свидание.

Вот, вроде бы, чего мне бояться?! Я знакома с Матвеем уже практически три недели, вместе работаем и даже вместе убегали от русского гризли.

Но волнение охватило меня с первой секунды сегодняшнего дня, как только открыла глаза. Может, это потому, что вчера попросила Катю очень тихонько поставить мой подарок на стол шефа.

Девушка, узнав содержимое коробки, сначала в изумлении смотрела на меня, а потом после моих пояснений пять минут ржала. Ей в итоге понравилось.

А вдруг Матвей не оценит мой юмор, и первое официальное свидание будет испорчено. Вечно бегу впереди паровоза!

Оглядела себя в зеркале и с размаху закрыла дверцу шкафа. Бесполезно! Мне всё равно ничего не нравится, а этот уже шестой вариант наряда.

Главное-это остаться чистой и сухой до свидания и во время него. Особенно если учесть, что я не знала, куда именно мы пойдём.

Скрестим пальчики в надежде, что всё пройдёт просто замечательно!

Матвей

Удивить девушку на первом свидании у меня в этот раз точно не получится. Мне мою Колибри невозможно переплюнуть!

Хотя уже наступил новый день, а я всё также в шоке поглядывал на фыркающий в своей коробке подарок от моей птички. Надо отметить, что этот чих уж очень походил на недовольство Жени.

Ёж! С запиской. Эта негодница даже имя ему дала. ПЛЮЩИК.

И что-то мне подсказывает, если я посмею дать этому божьему созданию другое имя, меня занесут в чёрный список.

«Мой скромный подарок в напоминание, что у любой колючки есть и должно быть мягкое пузико. Плющик самый милый домашний ёж.

PS. Чтобы у вас с бабушкой было что-то общее. Ёж ежа видит издалека. Женя»

Во всей этой маленькой приписке меня больше всего радовало сердечко в конце.

Да-да! Я дожил до того дня, что радуюсь смайликам и сердечкам. Кретин, но влюбленный. Меня, наверное, можно простить.

Особенно, если об этом никто не будет знать!

Вместо посещения по плану комнаты разгрузки пришлось весь вечер читать про уход за моим питомцем. У меня даже хомячка или рыбки никогда не было, о кошке вообще можно не говорить.

А тут ёж.

Хотя Плющ радовал меня своей воспитанностью, только очень шумный.

Пока стоял у подъезда в ожидании Колибри, меня посетило беспокойство.

А вдруг не понравится?!

Я ходил на свидание обычно в ресторан, когда был моложе — в кино, но там было всё понятно и просто. Сегодня же я шёл с мисс Само приключение и Необычайность.

Упомянутая дама чуть ли не вылетела из своего подъезда, а следом за ней свора кошек. Можно и не спрашивать, что там случилось. По-любому Женя просто проходила мимо, и всё само закрутилось.

Я улыбнулся, наверное, до самых ушей. При виде Колибри меня всегда тянуло на такие улыбки. Скоро завязочки к ушам буду пришивать. Она любит мои улыбки.

— Боже, Матвей, прости! Я тут немного задержалась, — затараторила Соловейчик, влетая в салон машины на прежней скорости. — Представляешь, стая кошек в нашем подъезде окружили маленького птенчика. Я еле его спасла, так эти полоумные за мной погнались. Ужас какой-то!

От возмущения у нее, кажется, даже нос подергивался, как у Плющика, тьфу ты, то есть Плюща.

Говорить с ней в таком состоянии бесполезно, проходили. Просто обхватил её лицо обеими руками, заставляя смотреть только на меня. И поцеловал так, как хотел. Она смирилась с моей техникой поцелуев.

Я очень скучал, не видя это чудо почти двадцать четыре часа. Мне нужно было снова от неё зарядиться светом и радостью, а то моя батарейка была почти на нуле.

Пора прекращать столь длительные перерывы в питании, а то по истечении заряда я снова превращаюсь в «угрюмую колючку». Это вывод псевдопсихолога Соловейчик Евгении Ивановны и моего любимого ландшафтного дизайнера.

— Это, значит, ты меня простил?! — широко улыбаясь припухшими губами, спросила Колибри.

— Это значит, что мне пофиг. Я могу и вас подождать.

— Ой-ой! Какие словечки у вас, Матвей Романович!

Женя в притворном изумлении прикрыла ладошкой рот и заодно оттолкнула меня на своё место, за руль.

— Колибри, не начинай! Это знаешь, с кем поведёшься …

— Ну, даже не знаю, о ком это вы, — пристёгивая ремень, девушка сделала вид полной невинности. — Я готова. Надеюсь, мой наряд подходит к месту, куда мы отправимся?!

Я бы, конечно, предпочёл наряд из сказки «Новый наряд короля», но оставим этот вариант на попозже и без свидетелей.

— Не волнуйся, Соловейчик! Твой чудный сарафан никто не увидит. Ну, кроме меня.

Я тронулся в путь, заметив, как девушка наморщила лоб. Думает.

— Неужели снова яма и гризли? — невинный голоском подколола меня Женя.

— Никогда не забудешь?!

— Не-а. Прости, Матвей! Это лучшее приключение, что было со мной в жизни.

Надо отметить в памяти новое приключение в компании Колибри, чтоб круче истории с лжемедведем.

— Ну, если не яма, то может какой-то погребок?! Винный?!

Да, фантазия у моей девушки бурная. И всё только для меня.

— Нет.

— Ой, ну, не знаю тогда! Сдаюсь!

— Секрет. Всё сама увидишь.

Колибри в предвкушении потерла ладошки и смиренно села на своем месте. Послушная птичка.

Когда подъехали к автокинотеатру, Женя радостно захлопала в ладони.

— Ура! Я так хотела!

У меня, кажется, гора с плеч и заодно с сердца упала. Угодил!

После парковки автомобиля на свободном месте перед большим экраном почти сразу начался фильм — что-то о любви.

Достал припасенный заранее попкорн. Восторг девушки помножился.

— А кола?! Вкусная и вредная?!

Достал и стаканчик с газировкой.

Всё! В её глазах прочитал, что я лучший на свете!

Ради таких глаз я готов хоть литрами пить эту гадость и ещё сверху кофе запивать. Только ради ЭТИХ счастливых глаз, других мне никогда не надо!

Девушка положила голову на моё плечо, я обнял её за талию, вдыхая до одурения запах яблок.

Это теперь мой любимый фрукт.

— Мот, ты прости, если я вдруг усну. Просто всю ночь плохо спала, наверное, волновалась из-за свидания и подарка.

— Плющ прелесть! Но я честно был в шоке.

Она тихо хихикнула.

— Я рада, что он тебе понравился.

— Ага, но спала ты плохо, потому что без меня, — смело продолжил я, поднимая старую тему.

— Матвей, я согласилась работать у тебя в фирме, а ты, что я буду жить

Было дело! Но на тот момент я был готов хоть почку продать, только бы Соловейчик себе присвоить. И как классного специалиста тоже.

— Так теперь всё поменялось!

— Это что ещё?!

— У нас теперь общий воспитанник. Плющик.

Это был мой козырь.

— А вдруг я не справлюсь, забуду покормить, и он, несчастный, умрет голодной смертью. Бабушка мне этого не простит! Я ей только сказал, что у меня теперь питомец.

— Ты хитрец, Мирский! Ведь и дураку понятно, что теперь этот клан «Божий одуванчик» с меня живой не слезет, пока я не соглашусь на переезд к тебе.

О да! Уж я постараюсь!

Я молчал, наслаждаясь обстановкой.

— Я подумаю.

Молчу.

— Сильно подумаю.

Молчу.

— О, Господи! Хорошо, на следующей неделе перееду.

Поцеловал в макушку.

— Женечка, ты у меня такая умница заботливая, — ласково пробормотал я, оставляя короткие поцелуи на волосах.

— Угу. И не отвлекай, пожалуйста, я фильм смотрю, тиран.

Да пофиг! Я хотел её рядом всегда! И хоть Женя недовольно бубнила, на самом деле она была непротив переезда. Моя Колибри боялась.

Глупый страх, мы его поборем вместе.

— Я самый счастливый человек на свете, — тихо прошептал я.

Наверное, скорее самому себе, чем ей.

— Ой, не надо только отбирать у бедной птички оливковую ветвь победы.

Я засмеялся.

— Хочешь сказать, это ты самая счастливая?!

— Конечно! И не спорьте, пожалуйста, Матвей Романович! А то завтра на работу зонтик с собой принесу.

— О! Угрозы! А я зелёный пиджак надену и рубашку зелёную!

Один- один.

— Ничья, — озвучила вслух мои мысли Колибри.

После увольнения Ангелины Сергеевны в офисе живёт шутка про зелёный цвет, а история о миссис Ящерице рассказывается новичкам.

Женя всё-таки уснула. Ну, можно сказать, первое свидание удалось.

Пусть спит, потом я её разбужу поцелуем. Пусть привыкает, теперь так будет всегда!

Конец!