
Кавказский папа по(не)воле, или Двойняшки для Марьяшки
Три года я была его тенью, голосом разума и личным календарём. Бронировала столики для его свиданий, покупала подарки его пассиям и тихо ненавидела его за цинизм и вечные костюмы-тройки. Мурад Хаджиев — мой босс, мой персональный кошмар и, увы, самый гениальный ресторатор Москвы.
В этот момент в гостиную, словно вихрь, входит Патимат с огромным подносом, на котором дымятся осетинские пироги.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Лена ХартКавказский папа по(не)воле, или Двойняшки для МарьяшкиМУРАДГолова раскалывается так, будто внутри черепа поселилась не просто строительная бригада, а целый симфонический оркестр перфораторов, исполняющий вальс апокалипсиса. Вчерашняя вечеринка в клубе была эпической ошибкой.Звонок в дверь врезается в сознание, как сирена пожарной тревоги.Игнорирую. Может, рассосётся.Звонок повторяется. Настойчивее. Будто кто-то исполняет на кнопке похоронный марш для моего мозга.Приоткрываю один глаз. Часы на прикроватной тумбочке показывают 6:47. Воскресенье. Шесть сорок семь утра. Воскресенье.Кто-то сейчас умрёт. Медленно и мучительно.Звонок не прекращается. Кто-то буквально врос пальцем в кнопку, и этот кто-то, очевидно, бессмертный горец, решивший проверить свою удачу.Сажусь на кровати, и комната совершает изящный пируэт. Ладно. Возможно, игристое после янтарного было не лучшей идеей…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0