Холодная мечта

Глава 1

Анастасия Пырченкова

Холодная мечта

В лицо ударил порыв ледяного ветра, сорвав капюшон с головы, и я, натянув шапку пониже на глаза, поспешила спрятать лицо в поднятом вороте куртки. Наверное, нужно было пойти, как все нормальные люди, по тротуару вдоль дороги, но через заброшенную стройку было быстрее. Вот ещё бы ветер так не задувал жалобно и страшно. Будто кого-то мучают неподалёку.

Хотя почему будто? Так и есть. Стоило осмотреться, как у ворот на территорию строящегося здания, заметила две тонированные машины. А возле них в нешуточной драке сошлись четверо, двое из которых по итогу упали замертво. Снег вокруг них окрасился тёмным багрянцем. И мне бы уйти, но ноги к земле как приросли. Как заворожённая, следила за происходящим. Разум кричал, чтобы я бежала, а тело онемело и не позволяло сдвинуться с места. Естественно, в какой-то момент меня заметили.

— Тебе разве мама не говорила не гулять в неположенных для этого местах? — послышалось холодное за спиной.

На плечи легли чужие руки. Вздрогнула от неожиданности. Горло от охватившего ужаса сжалось так плотно, что и звука выдавить из себя не получалось. Мысленно орала и отбивалась, а на деле стояла и не двигалась.

— Не учила, что ты можешь нарваться на маньяка, а то и не одного?

Медленно обернулась.

Взгляд тут же упёрся в затянутую тёмной водолазкой грудь. Хорошая такая грудь. Накачанная. С широкими плечами, скрытыми чёрным зимним пальто. Даже шарфик имелся. Правда всего лишь для вида. Висел двумя ненужными полосками по бокам, совершенно не защищая горло от зимнего холода. Подняла взгляд выше и наткнулась на подбородок с трехдневной щетиной, не меньше. На мужских губах играла жуткая ухмылка. Нос прямой без горбинки. А вот его цвет глаз рассмотреть не удалось. Фонари не давали достаточно света для того, чтобы их увидеть. Отметила только длинные ресницы, прямые и колючие.

Совсем не похож на убийцу. Скорее, на успешного бизнесмена. Впрочем, бандиты все такие, прикрывают свои делишки легальным бизнесом, не подкопаешься. Не удивлюсь, если и трупы здесь же закопают. Всё равно сюда никто не ходит, разве что алкаши да подростки.

— Нам с подругой реферат нужно было доделать по географии, — выдавила из себя через силу едва слышное.

Тут же стушевалась, уставившись в землю под ногами.

Ну, какое ему дело, откуда я иду, и почему так поздно?

Вот и мужчина явно о том же подумал.

Или нет.

— Ну и как? — спросил он.

— Что как? — растерялась.

— Доделали? — всё так же насмешливо уточнил… чёрт знает кто.

— Д-да, — выдохнула дрожащим голосом.

Странное общение выходило у нас. И я точно не ожидала, что он внезапно предложит следующее:

— Умница. А теперь марш домой и забудь, что видела здесь что-то, — отступил, убирая свои руки с моих плеч.

Я осталась стоять на месте в полнейшем замешательстве.

— А вы разве меня не… того?

— Чего того? — развеселился мужчина.

— Ну… Не убьёте? — прошептала, в красках представив обозначенное.

— А надо? — переспросил незнакомец в свою очередь, осматриваясь.

Я же наоборот, искренне старалась не смотреть никуда, кроме него. И без того в сознании четко отпечаталось увиденное ранее, не стереть.

— Так я же вроде как свидетельница преступления, и всё такое. Странно оставлять меня в живых. Нет?

Отлично, Светик, ты ему ещё идеи для своего умерщвления предложи! А то ж сам не справится!

Вот и мужчина примерно также подумал.

— В самом деле, что это я? — произнёс с усмешкой. — Может тогда и способ подскажешь?

— Способ? — пробормотала непослушными губами.

— Ну да. Могу перерезать горло, могу пристрелить. Но тут лучше выбирай сердце, глаза или голову. Пуля или нож в животе — такая себе смерть. Долгая и мучительная.

Меня заколотило. То ли, наконец, накрыло из-за увиденного ранее, то ли из-за его слов и того, насколько спокойно и обыденно он предлагает мне способы умереть, не знаю. Скорее всего, от всего сразу.

— Н-не надо. Я всё поняла, честное слово. Сейчас уйду и никому ничего не расскажу, обещаю!

— А вот я уже что-то в этом не уверен, — призадумался мужчина.

Тут же согласно закивала.

Ну, пожалуйста! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

— Я никому, никогда, правда-правда!

Мужчина вздохнул. Причём как-то устало. Будто он каждый день нечто такое слушает и уже надоело. Хотя о чем это я? Наверняка так оно и есть. Но сердце всё равно колотилось с надеждой на лучшее.

— Сперва ходите в сомнительных местах, а потом удивляетесь, когда попадаете в неприятности и умоляете о спасении. Чего тебе не шлось по нормальной дороге?

Он прав. Во всём. Но чего уж теперь, вляпалась, не изменишь.

— Холодно. Хотела поскорее добраться до дома. Через стройку на десять минут быстрее, — призналась, едва не плача.

Так страшно мне ещё никогда не было.

Незнакомец вздохнул повторно.

— Холодно ей, — проворчал, вновь осматриваясь. — А мне теперь думай, как лучше с тобой поступить.

Точно решил убить и здесь же с другими по-тихому прикопать, хоть и говорит обратное!

И видимо, до мозга всё-таки дошло, что его хозяйке так скоро и правда каюк придёт и пора уже что-то начинать делать, потому что тело вдруг ожило, и я, поняв это, быстро рванула прочь от мужчины обратно туда, откуда пришла.

Мне удалось без проблем добежать до лаза, через который попала на стройку. Юркнула в него, не заботясь о целостности одежды, лишь бы поскорее добежать до безопасного места, откуда можно будет позвонить родителям и попросить забрать меня. Конечно, они будут ругаться, но это такая ерунда в свете всего остального.

Пустырь за оградой встретил знакомым порывом ветра, но сейчас я едва обратила на него внимание. Как и на сугробы вокруг, в один из которых упала, запнувшись о кочку под ногами.

Чёрт, как же не вовремя она попалась!

— А ты шустрая, — заметил непонятно когда и как оказавшийся рядом незнакомец.

Не успела. Не сбежала. По щекам полились слёзы обречённости, когда мужские руки подхватили под руки и подняли обратно на ноги. Зажмурилась. Не хотела смотреть в лицо смерти. Пусть только сделает это быстро и безболезненно. Но время шло, а ничего не происходило. Не выдержала и открыла глаза. На мужском лице застыла маска сосредоточенной задумчивости.

— Это была глупая идея, но попытка засчитана, — вдруг улыбнулся мой душегуб.

— А?

— Б, — передразнил. — Говорю, больше так не делай. Будь на моём месте кто-нибудь другой, и ты словила

Вздрогнула, в красках представив нечто подобное.

— А вы?

— Что — я?

— Вы что сделаете?

— Я? А чего ты хочешь? — заинтересовался он, склонив голову набок.

— Вы сказали, что я могу уходить. Так отпустите, — попросила, набравшись смелости. — Пожалуйста…

— Не так же просто, ну? — разнёсся по пустырю его тихий смех.

Он смеялся, а я стала злиться. Ладно бы убил и забыл, а то ведь специально изводит. Издевается. Играется, как кошка с мышкой.

— Если не собираетесь отпускать, зачем раньше предлагали уйти и сейчас спрашиваете? Делайте уже, что задумали, и разойдёмся. Я — на тот свет, вы — дальше по своим делам!

Сказала и выругалась про себя. Определённо, со мной что-то не так, раз вместо того, чтобы умолять отпустить меня, я только больше его провоцирую. Вот и мужчина не оценил моего порыва умереть. Красивые черты приобрели оттенок мрачности. Но в ответ опять не последовало никаких действий, как я ждала, только одно единственное:

— Идём.

Незнакомец развернулся и направился обратно к дыре в железобетонной стене. И правда ждёт, что я за ним последую? Серьёзно? Разбежался!

— Не стоит, — остановил от нового побега его голос. — Мы ведь уже выяснили, что это бесполезно.

И ведь даже не остановился. Просто зашкаливающая самоуверенность!

— А ещё у меня есть пистолет, — добавил как бы между прочим.

— Которым вы могли воспользоваться, но так и не сделали этого? — съязвила разочарованно.

— Понадеялся на твоё благоразумие. Зря?

Вот теперь он остановился и обернулся. Полы его пальто разъехались открывая вид на кобуру с упомянутым в беседе, и я нервно сглотнула. И правда ведь вооружён. Когда я почти убедила себя в обратном.

И вот как быть? Идти за ним или всё же попытаться снова сбежать? А если и впрямь выстрелит? Что бы я ему ни наговорила, это не значит, что я готова и хочу умирать. Но и идти с ним куда-то тоже не тянуло. Может по кругу и не пустит, как заявил ранее, но это не значит, что сам ничего такого со мной не сотворит. И никто ему не помешает. Мелькнула глупая мысль о том, что это не самое страшное, если по итогу я останусь жива, но тут же оказалась отброшена.

— Да не трону я тебя, — вздохнул мужчина устало. — Просто до дома провожу.

И узнает, где я живу…

— Спасибо, я сама, — отказалась от подобной перспективы.

— Я и так могу узнать о тебе всё при желании, ты теперь вообще домой не пойдёшь из-за этого? — как мысли прочитал.

И все равно не понятно.

— Зачем вам это делать?

— Я не воюю с детьми.

Хороший ответ. Хотя на слове «детьми» я едва не скривилась.

— Вообще-то мне уже семнадцать, — проворчала, все-таки двинувшись за ним следом.

— Это, конечно, всё меняет, — хмыкнул мужчина, пропуская меня вперед.

Промолчала. Обошла его застывшую на месте фигуру, в очередной раз отметив высокий рост и мощное телосложение, и юркнула в дыру в железобетонной стене.

Наверняка это самый опрометчивый поступок в моей жизни, довериться убийце, но ведь не оставит в покое, иначе бы уже это сделал. Вот и приняла его предложение. Может и впрямь не совсем изверг? Хотя в любом случае убийца. Но красивый, этого не отнять. Мог бы вполне себе зарабатывать моделью. Или сниматься в фильмах. А он выбрал криминал. Почему?

— Спрашивай, — разрешил великодушно.

Ага, счас!

Чтоб у него точно появился повод меня прибить?

Нет уж, обойдусь.

— Нам налево, — сообщила вместо этого, первая сворачивая в нужную сторону.

Стройку мы покинули через очередной лаз. Дальше по протоптанной тропинке дошли до моего дома.

— Что ж, спасибо, что проводили, — поспешила попрощаться я тут же и сбежать.

Не тут-то было. Рука вмиг оказалась в плену чужой, и я вновь испуганно замерла. Мысли одна хуже другой понеслись вскачь. Передумал? Или сейчас напросится домой и там и убьёт? Или ещё что похуже… Последнее скорее всего. Не зря смотрит так пристально. Скользит взглядом с головы до ног и обратно. И пусть только смотрит, меня уже трясёт от ужаса, стоит представить, чем это может закончиться.

— Как тебя зовут?

Точно решил не отпускать так просто.

И вокруг как назло никого, когда надо!

Фонари тоже уже отключили, что значило время уже перевалило за час ночи. Что ж всё как неудачно всё сегодня?

— Светозара, — ответила вынужденно, потянув руку в надежде получить свободу.

Мужчина как-то странно усмехнулся и руку сжал крепче в своей, а затем свободной ухватил выбившуюся из-под шапки рыжую прядь моих волос и принялся с интересом её разглядывать в свете луны.

— В общем, сделаем так, Светозара…

От того, как он произнёс моё имя, по коже побежали мурашки.

Что задумал?

Блондин отпустил прядь и перехватил вторую мою руку. Так и застыли мы лицом к лицу, держась за руки и глядя друг на друга: он — насмешливо, я — опасливо.

— Ты, кажется, сказать что-то хотел, — напомнила я ему, в очередной раз стараясь ненавязчиво освободить ладони.

— Хотел, — подтвердил незнакомец, склонив голову на бок. — Ты выглядишь старше своих лет.

А то я не знаю. Мне это все с пятнадцати лет говорят. Не забывают упомянуть и о том, что рыжим обычно свойственно обратное. Поэтому я до сих пор не крашусь. Макияж визуально только добавляет возраста, какой ни наложи. Даже самый естественный. Благо чистая кожа без прыщей позволяет это. А вот то, что мужчина заинтересовался мной с этой стороны категорически не понравилось. Все мои ранние опасения по этому поводу принялись расти и множится. Настолько захватили в свою власть, что я отшатнулась от него. Чёрт его знает, до чего сейчас додумается, несмотря на все заверения, что детей не обижает. И когда сильные руки притянули меня к себе, обняв за плечи, я едва не расплакалась. Остановил злой шёпот, раздавшийся у самого уха:

— Запомни этот момент и этот страх. Сегодня я тебя отпускаю, но если узнаю, что ты кому-то проболталась об этой встрече, вернусь. Но тогда не только тебе, но и твоим близким и всем, кто тебе дорог, не поздоровится. Я не буду лгать или строить из себя доброжелательность. Я не такой хороший, как ты могла себе вообразить, только потому, что позволил тебе жить и проводил до дома. Радуйся, что у меня хорошее настроение, и больше не попадайся мне больше на пути.

С этими словами

Долго я ещё стояла на улице, успокаиваясь, прежде чем бегом кинулась домой. И только в тишине квартиры, стоя в душе под тёплыми струями воды, смогла расслабиться окончательно и выплакать весь ужас прошедшего вечера.

* * *

Северьян сидел на заднем сидении машины и размышлял о рыжем чуде, заставшем его и ребят за не самым лицеприятным занятием. И куда только смотрят родители? Кто куда-то отпускает малолетнюю дочь одну в такое позднее время суток? Будь на его месте кто другой, не стал бы с ней телится. По кругу и в ближайшую яму. Повезло девчонке. Главное, чтобы теперь никто не узнал о ней. Не хватало ещё навлечь беду на эту мелочь. Тем более выглядит она и впрямь старше своих семнадцати. И чертовски привлекательно, несмотря на безразмерный пуховик и детскую шапку с помпоном. Одни глаза чего только стоят. Большие, обрамлённые длинными ресницами, в которых застыли слёзы. Пухлые губы и вовсе как отдельный вид искусства. Сочные, манящие, вынуждающие фантазировать о них вновь и вновь.

«Докатился, на малолеток потянуло», — скривился внутренне Северьян, поймав себя на очередной пошлой мысли.

— Дим, — обратился к одному из своих ребят, сидевших рядом. — Собери мне на эту девочку всю, какую сможешь достать, информацию. Хочу знать о ней всё. И присмотрите за ней, что ли. Мало ли… Только так, чтобы никто ни о чём не догадался. Ну, не мне тебя учить.

— Хорошо, Северьян Олегович, — кивнул тот послушно.

Не хорошо, но ладно. Да и присмотреть за ней всё же не помешает. Не хватало ещё, чтобы подружкам проболталась, а там недолго и впрямь до неприятностей дойти.

Да, всего лишь перестраховка и ничего кроме. Всё правильно. Остальное — глупость полнейшая.

Глава 2

Утром я проспала школу. Вскочила без десяти восемь и с криками под удивлённые взгляды вернувшихся с ночной смены родителей принялась носиться по квартире. О завтраке и речи не шло. А первым уроком была как раз география, где нужно было предоставить злополучный реферат.

У-у, теперь точно двойку словлю!

Что за невезение?

Прошедший ночью снегопад оставил после себя множество заносов. И пусть дороги почистили, но легче идти не стало. Так что к школе я прибежала вся раскрасневшаяся и растрёпанная. Одним словом — красотка! Естественно, в кавычках. А в фойе столкнулась с очередной проблемой — забыла вторую обувь. Простонав от огорчения, устало уселась на одну из лавочек, расставленных в рекреации раздевалки. А потом подумала, почему я не могу взять и просто помыть свои ботинки и в них же ходить по школе?

Перебежками, скрываясь от нашей уборщицы, тёти Маши, добралась до туалета в конце коридора, где быстро осуществила задуманное и с улыбкой отправилась на урок, от которого уже прошло минут двадцать.

Но, наверное, провидение всё-таки решило меня пожалеть — у нашей Морковки, как мы за глаза называли училку, сегодня было просто изумительное настроение, что бывало раз в год и то если повезёт. Мне даже позволили реферат сдать вместе со всеми, а не влепили двойку как обычно. Более того, одета Морковка была сегодня необычайно привлекательно. Белая широкая юбка длиной до колен добавляла ей грациозности и воздушности. Жёлтая блузка и лёгкий кремовый пиджак подчёркивали стройность тела. Ещё бы вечный пучок распустила и очки сняла… И весь урок она пребывала будто в прострации, периодически зависая на полуслове с глупой улыбкой на лице.

— Ну, капец, — заявил Черняев Глеб на перемене, когда мы все вышли в коридор. — Видали, что с Морковкой творилось?

— Ага, влюбилась походу наша географичка, — поддержал друга Ваня Тёмный (это реально фамилия такая, если что).

— Ну, может, перестанет, наконец, нас изводить? — хмыкнула Василиса Романова, краса нашего класса.

Все тут же бросились обсуждать, кто этот несчастный. И настолько это было естественным и привычным, что я позволила себе представить, что вчерашний случай мне просто приснился. Сон! Это просто обычный дурной сон!

Остаток учебного дня прошёл, как и всегда. А по его окончанию я отправилась к воротам, ждать подругу. Лиза училась в параллельном классе, но не заставила себя ждать. И конечно же, до неё дошли слухи о влюблённости Морковки.

— Это правда, что ваши говорят? — поинтересовалась первым делом, обматывая вокруг шеи красный шарф.

В сочетании с жёлтой курткой смотрелось очень эффектно и привлекательно. Как и светлые кудри, что рассыпались по плечам. Зелёные глаза сверкали привычным озорством и любопытством. Я в своей чёрной куртке терялась на её фоне. Бы. Рыжие волосы всё портили. Бросались в глаза не хуже одежды подруги.

Окинула ярко разодетую девушку усталым взглядом и пожала плечами.

— Не знаю, но вела она себя очень странно, — сказала как есть. — Слушай, я жутко голодная, давай по дороге обсудим это всё? — попросила, глядя на неё глазами кота из «Шрека».

Я вообще когда голодная зачастую злая и раздражительная. Лизка это тоже знала.

— Что с тобой поделаешь, идём, — подхватила меня под руку и потянула прочь от школы.

Правда мы едва ли прошли пару шагов, когда за нами следом школьную территорию покинула и Морковка.

— Ирина Алексеевна? — послышалось отовсюду.

И не удивительно. На себя она походила очень отдалённо. Словно мысли мои в начале урока прочла про смену причёски, так светлые волосы сейчас были действительно распущены и спускались волной до самой поясницы поверх зимнего коричневого пальто. И очки она тоже сняла, позволяя всем разглядеть сочную зелень её глаз. Или это линзы, не знаю. Да и не важно. А вот то, что она вдруг так резко изменилась, и впрямь очень интересное явление.

— Я и не думала, что они у неё такие длинные, — шёпотом заметила подруга, и я мысленно с ней согласилась.

Внимание женщины тем временем сосредоточилось на подъезжающем к нам чёрном внедорожнике. А вместе с тем и моё сердце в испуге замерло. Ещё не видя пассажира, я знала, кто именно приехал за нашей Морковкой.

Да он, блин, издевается!

Стоило моему ночному кошмару выбраться на улицу, как наша учительница поспешила к нему подойти. А как только та приблизилась, блондин достал из машины огромный букет белых роз. Штук двадцать, не меньше.

— Ой, Светка, кажется, я влюбилась! — простонала еле слышно рядом Лизка.

Я вздрогнула от такого заявления. Нет, если смотреть непредвзято, то мужик действительно красив. Я это ещё вчера в темноте

Мужчина что-то сказал нашей учительнице и помог забраться внутрь внедорожника, но прежде, чем уселся сам, вновь обернулся в мою сторону и подмигнул. Мне стало страшно. И на этот раз не за себя. Вдруг блондин и её убьёт? Ну, мало ли что она увидит. Это меня ему стало жалко, глупую малолетку, а Ирину Алексеевну вряд ли. И что делать? Сказать ей, кем в действительности является этот гад или не стоит? Но ведь действительно страшно. Это же ужасный человек. И то, что мне сохранили жизнь, нисколько не обманывало меня о настоящем лике этого чудовища.

Всё хорошее настроение кануло в бездну.

Лизка всю дорогу от школы до дома щебетала про «потрясающего мужика». Её восхищение им просто зашкаливало. А мне же хотелось закричать: «Люди, ну посмотрите же вы! Он не человек! Он убийца!». Но я стойко молчала, понимая, что после такого заявления долго не проживу. Но за Морковку действительно переживала и пообещала сама себе, что непременно постараюсь ей хоть как-то помочь. Иначе никогда не прощу себе, если с ней и впрямь случится что-то плохое. Правда весь вечер убила на поиски подходящего варианта, но так ничего особо и не придумала.

Я уже почти спала, когда зазвонил мобильник.

Лизка, как же ты не вовремя…

С закрытыми глазами потянулась рукой к телефону, лежащему рядом с подушкой, и приняла вызов.

— Да?

— Спишь уже? — хмыкнули в динамике. — Придётся отложить это полезное занятие. Выходи, поговорим, — раздались короткие гудки.

Какой сон после такого⁈ Я буквально подскочила на постели. Тело затрясло мелкой дрожью, страх сковал сердце, а горло сдавил спазм, мешающий полноценно вдохнуть.

Что ему нужно?

Передумал и решил всё-таки от меня избавиться?

На деревянных ногах поднялась с кровати и направилась на выход, предварительно накинув на себя куртку. При этом совершенно не подумала о том, чтобы переодеть пижаму или хотя бы сменить шорты на штаны. Сперва сделала все это, потом только опомнилась. Так и замерла в подъезде.

Что я творю? С ума сошла что ли? Бегу по первому зову убийцы. С другой стороны, если не выйду, мало ли, сам припрётся в квартиру, что ещё хуже. Телефон же вот узнал, значит и остальное ему тоже известно.

Ну почему я? Может я и не самая примерная дочь и ученица, но и не настолько плохая, чтобы меня так наказывать.

Вновь зазвонил телефон. Уставилась на него со всем переполнявшим меня сейчас страхом и отчаянием. Ай, ладно, была не была. Все равно ж не здесь, так в другом месте перехватит, раз приспичило пообщаться. Тут хотя бы я рядом с домом.

Успокоив себя подобным образом, вышла на улицу.

Он стоял сбоку, за дверью, и я не сразу заметила его присутствие. Только когда мужчина окликнул. От неожиданности испуганно подскочила на месте и чуть не упала с лестницы, балансируя на краю ступени.

— Эй, куда? Я ещё не давал отмашки прыгать, — поймал блондин меня за руку, притянув к себе.

— А что, скоро меня ожидает нечто подобное? — нервно выдохнула в ответ, от неожиданности цепляясь за полы его пиджака в расстёгнутом пальто.

— Хм… Интересная мысль, — протянул он задумчиво.

Нет, я точно с ним так поседею. Шутник, блин!

— Вам так нравится надо мной издеваться?

— Не исключено, — ушёл от ответа незнакомец.

Промолчала, выжидающе посмотрев на своего несостоявшегося убийцу. Пусть уже говорит, зачем позвал, и разойдемся.

— Для твоего возраста свойственно делать всякие глупости во благо, поэтому решил предупредить, чтобы у тебя не возникло желания сделать какую-нибудь глупость, вроде той, где ты могла бы пойти и рассказать своей учительнице правду обо мне. Хуже будет не мне. Ей. Ну и тебе с твоей семьёй, естественно. Помни это. В общем-то, на этом всё.

С этими словами блондин отпустил меня и, не дожидаясь ответа, спустился с крыльца, уселся в стоящий на обочине внедорожник, который тут же сорвался с места. И только когда тот исчез за поворотом, я поняла, что замёрзла. До этого ужас вытеснял все остальные чувства.

Нет, ну надо же было так встрять!

Глава 3

Конечно я его послушалась. Ну а кто бы на моём месте поступил иначе? Подставлять родных ради никому ненужной правды… нет уж! Но чем больше проходило дней, тем сильнее меня мучила совесть при виде счастливого вида Морковки. Приходилось себя фактически заставлять проходить мимо, не открывая рта.

Ужасный выбор. Но правильный. Это выяснилось через несколько дней, когда я в очередной раз наблюдала за тем, как Морковка радостно выбегает ему навстречу после уроков. Правда в этот раз они всего лишь перекинулись парой фраз, и та вернулась обратно. А вот блондин не уехал.

Решив, что он остался её ждать, я отвернулась и направилась домой. У Лизки сегодня дополнительные занятия от университета, так что идти предстояло одной. Или нет…

Прошла от силы метров пятьдесят, когда дорогу преградил знакомый внедорожник. Мысленно взвыла. Опять он! Что ещё ему от меня надо? Я же молчу! И слова никому не рассказала.

Ответом на мои мысленные вопли стала открытая дверца с пассажирской стороны и сухое:

— Садись.

Вот же гадство!

Но делать нечего, сделала, как велено.

— Правильный выбор, — похвалил меня мужчина, одарил насмешливой улыбкой, велел пристегнуться и, как только я это сделала, сорвался с места подобно заправскому гонщику.

Ему б еще вместо строгого костюма комбинезон подходящий, машину раскрасить и чисто он.

— Ваши предупреждения трудно игнорировать, — отреагировала запоздало на его раннее заявление, отвернувшись к окну. — Вы умеете убеждать.

— Верно, — кивнул тот довольно. — Не забывай этого в будущем.

— Знаете что! — вдруг вспылила я.

Достал своими угрозами, честное слово! Ну, сколько можно? Не дура, всё отлично понимаю!

— Что? — заинтересовался блондин, отвлекаясь от дороги, вновь одаривая меня нахальной улыбкой.

Невероятно ему шла. С ней он совсем не походил на бандита. А глаза у него оказывается голубые-голубые, как безоблачное небо. Очень красиво. И все это у такого отвратительного человека! О том ему и сообщила:

— Вы меня

— Сколько патетики, — фыркнул он. — А знаешь что, давай-ка пообедаем вместе.

И по тону его голоса было понятно, что это далеко не просьба. Очень хотелось отказаться, но боялась разозлить. Мало ли что он сделает за такое самоуправство и непослушание. С такими людьми лучше не шутить. Поэтому просто молча позволила себя везти, куда ему там вздумалось. А привёз он меня в кафе «Лесное».

Обстановка соответствовала названию: столы в виде грибов, стулья-пеньки, повсюду зеленели растения в кадках, а стены были отделаны деревянными панелями тёмно-коричневого цвета, пол напоминал траву. Ни разу здесь ещё не была.

Мы уселись за дальний столик, и блондин заказал нам обоим обед. Я даже спорить не стала, тем более он угадал мои любимые блюда. Если, конечно, угадал. О том, откуда он мог о них узнать, постаралась не задумываться.

— Не знала, что у нас в городе есть такое кафе, — завела разговор ни о чём вместо этого, как только официант оставил нас наедине.

— Ничего, скажешь родителям, они тебя сводят сюда ещё раз, — мягко улыбнулся мужчина.

Нет, ну какая же у него всё-таки красивая улыбка. Преступная, как он сам.

— Вряд ли, — нахмурилась, пожалев о заведённой теме.

— Такие занятые? — удивился светловолосый.

— Хирурги оба и трудоголики, — пожала плечами.

Посмотрела на соседний столик, за которым расположилась большая семья: родители и их трое детей — мальчик с девочкой и ещё совсем маленькая малышка, сидящая у мамы на ручках. На мгновение стало завидно, но я тут же поспешила откинуть плохие мысли.

В отличие от них, мои родители спасали людей ежедневно, и ими можно только гордиться. Ну а то, что мы никуда не ходили, так не такая уж это и важная деталь в отношениях. Я знаю, что они меня любят. Мне нужно к ним лишь прийти и попросить — оба тут же отодвинут свои дела ради меня, но не видела в этом смысла. Их работа важнее моих капризов.

— Понятно, — кивнул каким-то своим мыслям мой спутник.

И мне это не понравилось. Решит ещё, что у меня плохие отношения с родителями, а это не так.

— Лучше скажите, как мне к вам обращаться, — перевела тему на него самого. — Не называть же вас убийцей или незнакомцем?

Не то, чтоб мне было прям интересно, но и молчать не могла. Так было проще переживать его близость и контролировать собственный страх.

На мой вопрос мужчина удивлённо посмотрел на меня, а после покачал головой.

— Даже не знаю, нравится мне твоё бесстрашие, или пугает.

Вот тут я озадачилась.

— Почему пугает?

— Потому что может привести к нежелательным последствиям. Ты права, я далеко не ангел, но детей не трогаю. А вот будь на моём месте кто-нибудь другой, уже бы давно избавился от тебя.

Его слова мне не понравились.

— А тех, на стройке, за что убили?

О, боже! Я правда спросила его об этом?

Да я и правда отчаянная!

Вот и мужчина примерно об этом, видимо, подумал, потому что вместо пояснений задал мне встречный вопрос:

— Надо было дать им убить меня?

Нет, конечно. Наверное. Не знаю. Я только знаю, что мне пора валить от этого мужчины как можно дальше. Но я зачем-то продолжала сидеть и смотреть на него. Размышляла. Может ли служить оправданием то, что те первыми напали, если верить сказанному? Кому ж хочется умирать? Никому. Но и убивать ответно ведь тоже не обязательно. Да? Или нет? Что я вообще знаю о том, как живут в их мире? Да я бы вообще предпочла ни о чем таком не знать. Но он вынуждает. Опять же, зачем?

— Вам виднее, — ответила по итогу как можно абстрактней.

— Да расслабься ты, — устало вздохнул мужчина. — Не стану я тебя убивать. Иначе бы просто не выпустил со стройки. С детьми не воюю. Расскажи лучше, ты уже думала, куда хочешь после школы поступать?

Умеет он разворачивать разговор сразу на сто восемьдесят градусов от текущего. На я этому даже порадовалась.

— Не знаю, — ответила честно. — Было время, я мечтала быть хирургом, как родители, потом ветеринаром, а сейчас как-то пока неопределённо всё. Хотя пора бы уже, да, но что-то пока никак, — поморщилась.

Все, кому не лень задают этот вопрос в последнее время, и смотрят как на дурочку, когда я говорю, что не определилась еще с профессией. Тем удивительней стало услышать:

— Ничего, у тебя ещё полгода впереди, успеешь определиться. Я, помнится, своё призвание нашёл, уже будучи в армии. До неё тоже никак не мог понять, куда меня тянет больше.

Напрашивающиеся вопросы о том, как же он додумался до преступной жизни, я вынужденно проглотила. И не только потому, что не хотела знать ответы на них, а просто вернулся официант с набором заказанных нами ранее блюд. За столиком воцарилась тишина на то время, пока он выставлял перед нами тарелки.

— Приятного аппетита, — произнёс мужчина, как только мы вновь остались одни и первым принялся за обед.

— Приятного, — отозвалась, следуя его примеру.

Умопомрачительные запахи напомнили, что я сегодня не завтракала, да и булочка с чаем в обед за еду едва ли могли сойти, так что да, отказываться не стала. И на некоторое время между нами воцарилось молчание. Я бы даже сказала, уютное, как бы странно то ни звучало.

— Что ж, с тобой было приятно пообедать, но мне пора, — отложил приборы блондин, посмотрел на часы и бросил на меня хмурый взгляд. — А ты будь хорошей девочкой и не влипай больше в неприятности, ладно?

— Будто я их искала, — пробурчала недовольно.

— Понимаю, но всё же постарайся… Удачи, Светозара, — улыбнулся мужчина мягкой улыбкой и направился на выход.

Мне же оставалось только сидеть на месте и глупо хлопать ресницами, глядя ему вслед. Странная вышла встреча. Я только что общалась со своим несостоявшимся убийцей и вполне даже мирно и хорошо провела время. В голове, словно небо и земля местами поменялись. Решила забить на это дело и просто радоваться тому, что жива, и, кажется, так и будет дальше. Или нет…

Стоило покинуть кафе, как передо мной тут же вырос высокий мужчина размером со шкаф и ненавязчиво предложил сесть к нему в машину.

Глава 4

Незнакомец появился до того внезапно, что я в первый миг к земле

— Не бойся меня, Светозара, — заговорил этот шкаф.

Ага, конечно. Как нет-то? Подумаешь, тип бандитской наружности тебя за руку хватает и требует к нему в машину сесть. Вообще обычное дело, что такого-то?

Брюнет же на мою реакцию как-то устало вздохнул. Так и напомнил блондина.

— Хол… — начал и осёкся. — Северьян Олегович, — поправился, — попросил отвезти тебя домой во избежание возможных проблем по пути, если окажешься одна.

— А-а-э-э, кто? — всё, что смогла произнести.

— Тот, с кем ты обедала, — пояснил незнакомец.

Не сказать, что стало понятней. В смысле я поняла, что это блондина зовут Северьян, но с чего бы ему вдруг просить кого-то меня домой отвезти? Ну и пусть еще раньше я сама его ругала за невоспитанность. Блондин хотя бы знакомое зло, а этот… Откуда мне знать, что он не врёт?

— Чем докажете? — осторожно поинтересовалась.

Тот посмотрел на меня с такой обречённостью и, вздохнув, достал телефон, сразу набирая какой-то номер.

— Скажи девочке, что я от тебя, а то она не верит и готова уже удариться в панику, — не здороваясь, произнёс он в трубку и тут же передал мобильник мне.

Телефон я взяла, хоть и не очень хотелось.

— Да?

— Прости, я совсем забыл тебя предупредить. Это Дима. Не бойся его, он будет следить за твоей безопасностью, раз уж ты умудрилась связаться с криминальным миром. Мне так спокойнее будет, ладно?

Нет, конечно! Совсем не ладно! Но кто меня спрашивает?

— Хорошо, — вынужденно согласилась. — Но в следующий раз предупреждай, пожалуйста. Откуда мне было знать, что он от тебя?

— Моя вина, согласен, — хмыкнул блондин и добавил язвительно: — Девочке памперсы сменить не надо?

Сказала бы я, кому и что нужно лучше сменить. Например, мозги в одной блондинистой голове. Но понятное дело, промолчала. Просто сбросила вызов.

— Поехали что ли? — пробурчала, даже не пытаясь казаться милой.

Вместо ответа мужчина распахнул передо мной дверцу внедорожника, и я послушно уселась на заднее сидение, не забыв пристегнуться. И уже будучи дома, принялась анализировать происходящее.

Итак, что мы имеем?

Что Северьян не такой уж конченный маньяк и садист. Если только моральный. В остальном… вряд ли притворяется. Нет смысла. Да и если бы хотел убить, уже сделал это. А он вместо этого в кафе детское таскает. Совсем не вяжется с нарисованным ранее образом. Или я просто уже сама себя убеждаю. Одно непонятно… зачем ему это всё? Нет, понятно, что я свидетельница его преступных деяний, и меня лучше держать в поле зрения, но не настолько же при этом нужно сближаться? Вот к чему эти постоянные встречи, попытки подружиться? Теперь ещё и защитой обеспечил в лице своего сподручного. Будто до меня и правда есть кому-то дело… Скорее, просто новый способ следить за тем, чтобы я не проболталась никому о произошедшем. Да, это больше похоже на правду. Но да ладно, возможно, если буду вести себя хорошо, то и слежку блондин по итогу отменит, а там и вовсе пропадёт с горизонта, и всё вернётся на круги своя. Да, буду верить в лучше!

Мои размышления прервал телефонный звонок от Лизки.

— Привет, — выдохнула устало в трубку.

— Ага, виделись уже, — хмыкнула та. — Что делаешь?

— Уроки, — отозвалась уныло, бросив взгляд на всё ещё не разобранный рюкзак.

— О-у, ты ещё не сделала? — удивилась подруга.

— Ага… Что-то лень одолела…

Под названием Северьян.

Имечко ещё такое… прям как у меня.

И чего я о нём думать продолжаю?

Дура, что сказать.

— Ты чего хотела-то? — уточнила у Лизки, отгоняя ненужные мысли.

— Погулять, — с энтузиазмом выпалила она.

«Спасибо, нагулялась», — чуть не ляпнула, но сдержалась, не иначе, как чудом.

С другой стороны, то наверняка поможет отвлечься от непонятностей собственной судьбы в последнее время.

— Идёт, — согласилась, пока не передумала, и в скором времени мы с Лизой сидели на карусели на детской площадке.

И всё бы ничего, но я уже сто раз пожалела о решении с ней прогуляться, ибо её не интересовало ничего кроме отношений Северьяна и Морковки. Она говорила о них, не переставая. Я же мечтала потерять слух. Я ведь отвлечься от мыслей о блондине собиралась, а вышло…

Кажется, я начинаю его ненавидеть. Ровно пропорционально тому, сколько восхищения к нему испытывала подруга.

— Он как ожившая мечта всех моих грёз, — восхищённо вещала подруга, отчего я едва не морщилась.

Интересно, думала бы она также, зная правду?

— Угу, холодная, — всё же дополнила её ответ со скепсисом в голосе.

Ну, а что? Внешность очень даже вписывается. Как и имечко. Реально холодная мечта. Опасная. Запретная. Раз попадёшь в её руки, и не будет тебе никакого спасения.

— Ой, да ну тебя, — обиделась Лиза. — Ещё скажи, что он тебе не понравился. В жизни не поверю. Я видела, как ты на него смотрела, тогда, у школы.

«Ничего ты не видела», — вздохнула про себя.

Вслух же:

— Ты видишь лишь его внешность, а дифирамбы поёшь, будто знаешь его, как человека.

Хотя не сказать, что она не права. Будь ситуация иной, я бы, наверное, точно также среагировала на Северьяна. Всё же, положа руку на сердце, он реально красивый мужик. И ухаживать умеет, судя по поведению с Морковкой. Да и в принципе не чета нашим школьным идиотам, мнящим себя крутыми соблазнителями. Такому и стараться не надо, один взгляд чего стоит: полный насмешки и вызова. Невозможно проигнорировать и не принять. Наверное, поэтому я ещё вела себя с ним так безрассудно. Он сам к этому склонял постоянно.

Да, очень удобное оправдание собственной глупости…

Но одно я благодаря ему точно поняла: внешность — это ещё не всё. За красивым фасадом может скрываться ужасный внутренний мир. Хотя опять же, не сказала бы, что мой несостоявшийся убийца настолько плох. Мужчина оказался довольно внимательным и обходительным. Немного ироничный и ехидный, но в целом это нисколько не портило впечатления о нём. Неудивительно, что все девчонки поплыли: и молодые, вроде Лизы, и постарше, вроде Морковки.

— Ты вообще меня сегодня не слушаешь! — ткнула в бок подруга. — Признавайся! — уставилась на меня в непреклонном ожидании.

— В чём? — уточнила осторожно.

— Ты мне

Понятней не стало.

— Кто? — вновь переспросила.

А у самой от страха сердце застучало как сумасшедшее. Но ведь она не могла знать обо мне и Северьяне. Никак не могла. А если всё-таки как-то прознала? Ой, что тогда будет…

Взгляд тут же заметался по двору, но на первый взгляд рядом с нами никого не было. Ну да, нормальные люди зимой на детской площадке не тусят, а ходят на катки или горки. Это мы две отмороженные на всю голову.

— Тот, о ком ты весь вечер думаешь!

То есть, не в Северьяне дело?

Слава богу!

— С чего ты взяла, что я о ком-то думаю?

— С таким выражением на лице только о парнях мечтают. Так что колись давай, кто он?

И ведь в точку попала. Вот только я не мечтала, а скорее просто раздумывала. И Северьян — не парень, а одна сплошная проблема.

— Вот о ком, а о парнях точно не думала, — заверила подругу, нисколечко не солгав.

А то, что умолчала… так это же для Лизкиной безопасности. И так завтра, скорее всего, вся школа знать будет, что я уходила домой в сопровождении кавалера Морковки.

Ох, ё…

Как-то раньше я о таком исходе не подумала.

Говорю же, проблема он сплошная, а не…

Не важно, в общем, кто!

А если Морковка приревнует? Вот зачем я села к нему в машину? Испугалась. Напрасно, как оказалось. Но ничего, завтра вот будет всё, что мне обещал блондин раньше. Порвут меня все на множество маленьких Свет. Ой, бли-ин!

— Ли-из, — протянула, умоляюще посмотрев на подругу. — Кажется мне, что завтра меня будут бить!

— С чего вдруг? — опешила та от резкого поворота диалога.

— Я с твоей мечтой сегодня вместе школу покидала, — простонала обречённо, накрыв лицо ладонями.

Лиза с несколько мгновений молчала, а после выдала своё любимое «ну, капец» и расхохоталась. Теперь настала моя очередь удивляться такой реакции.

— Как бы тебя тогда сама Морковка не поколотила, — выдала эта… даже не знаю, как назвать.

Умеет поддержать, нечего сказать!

— Вот ни разу не смешно. Он меня сегодня до дома подвозил, — снова простонала. — Нет, это же надо было так вляпаться!

Вот тут Лиза резко успокоилась, глядя на меня в немом шоке.

— И с чего это вдруг он тебя подвезти решил? — прищурилась Лизка. — Ну-ка, выкладывай подробности! — потребовала строгим тоном.

— Да просто так. Я выходила с территории школы, как и он. Ну предложил подвезти, когда узнал, что нам в одну сторону, — оправдалась, как смогла.

— И ты такая сразу согласилась? — съехидничала подруга. — А говоришь, что не интересен, — укорила. — Ну и как?

— Что как?

— Какой он? Вы целовались?

Я только у виска пальцем покрутила на её домыслы.

— Ты совсем что ли? Какие поцелуи, Лиз? Нафига ему семнадцатилетняя девица? Он педофил, что ли, по-твоему? Тем более, у него Морковка есть. Просто подвёз, потому что по пути было, и всё.

Конечно, Лиза не поверила. Да я бы на её месте тоже себе не поверила. Не нужно было ей рассказывать. Но что уж теперь…

— Ну, фигуркой ты не обделена, — прошлась подруга по мне оценивающим взглядом, будто под зимним пуховиком что-то видно. — И почему сразу педофил? Тебе совсем скоро восемнадцать. Да и вряд ли он согласился тебя подвезти, только потому что ему по пути было. Такие просто так не подвозят. Да и если по обоюдному согласию…

— Всё, хватит! Не желаю это слышать! — вскочила я на ноги, в нежелании выслушивать всякую ересь. — Совсем уже помешалась на своём Северьяне! Чушь несёшь полную!

Ответа дожидаться не стала. Пылая возмущением и гневом, поспешила уйти домой.

— Северьяне?.. — донеслось мне вслед, и я выругалась про себя.

Язык мой — враг мой.

Но это же надо было выдумать такую глупость!

Я и Северьян!

Да я лучше девственницей навсегда останусь, чем с ним сделаю это! Да ни за что! Брр! Как Лизка вообще могла додуматься до такого? К тому же, зная меня. А-а, к чёрту всё! Вообще больше не буду общаться с блондином. Даже смотреть в его сторону. Хватит. Пообщалась, пора и честь знать. А там, глядишь, он и сам от меня отстанет.

Глава 5

Новый день проходил, как я и предрекала, в конфронтации со школьным населением слабого пола моей параллели. Отовсюду слышались шепотки, а некоторые и вовсе в коридорах специально в меня врезались, а потом ещё и глумились, если я падала. А ведь они Северьяна видели всего три раза, кажется. Что за истерия такая массовая? Только потому, что он подвёз меня, а не их? Идиотизм!

Парни, наслушавшись разговоров, смотрели теперь на меня с недвусмысленным интересом, отчего я лишь ниже опускала голову и старалась как можно незаметнее дойти до следующего кабинета. Только спасало это мало. Одноклассники хоть и не особо активничали, но косились с тем же интересом. В дополнение ко всему до Морковки также дошли слухи о моих якобы близких отношениях с её дружком, и та на сегодняшнем уроке меня терроризировала, как никогда. А учитывая, что домашку я вчера так и не сделала… Все лишний раз утвердились, что это из-за Северьяна, будь он неладен. И даже попытки Лизки как-то исправить ситуацию не принесли плодов. Ей никто не верил, что мы вместе провели вечер. Сказали, что подруга специально меня выгораживает. Апофеозом всего стала Василиса — наша красавица класса, присвоившая мне ярлык легкодоступной девочки. Естественно, эта весть распространилась по школе со скоростью света. Уходила домой я, провожаемая десятками осуждающих взглядов.

Вот только если я думала, что, наконец, смогу выдохнуть спокойно, то чёрный внедорожник у школы со стоящим возле него Димой опроверг данные мысли. Из глаз брызнули злые слёзы. Мало мне проблем из-за его работодателя, так теперь ещё и это?

— Что случилось? — нахмурился охранник, поравнявшись со мной.

— Ничего особенного, — процедила сквозь зубы. — Но буду благодарна, если вы свалите.

Не дожидаясь ответа, направилась дальше сквозь аллею школьного двора. Благо, Дмитрий, похоже, оказался понимающим, а потому догонять не стал. Солёные дорожки на щеках быстро высохли на морозном воздухе и теперь неприятно стягивали кожу на щеках. Но я не обращала на это никакого внимания, спеши поскорее добраться до дома.

Нет, ну это надо же!

Зачем? Зачем я с этим Северьяном попёрлась в ту кафешку? Зачем вообще села в его машину?

Дура!

Стоило догадаться, что народ сделает свои выводы, далёкие от лицеприятных.

И как мне теперь доказать

Да это невозможно, учитывая сегодняшнее появление Димы.

Нет, его я ни в чём не виню. Он ведь просто исполнял веление своего начальника. Которого бы я как раз с большим удовольствием придушила собственными руками.

Ну почему судьба так решила надо мной поиздеваться, послав этого гадкого человека? Ему же всё равно, а страдаю я!

Мои мысленные разглагольствования прервал звонок в дверь. Оказалось, пришла Лизка. Впустила подругу в квартиру и проводила к себе в комнату.

— Ты как? — с сочувствием поинтересовалась она у меня, как только мы расположились на кровати.

— Нормально, — отрывисто ответила ей, погружаясь с головой в домашние задания.

— Свет, мне жаль, что так вышло. Да не слушай ты их вообще. Что с тупиц взять? И вообще это же банальная зависть!

На это заявление я зло ухмыльнулась.

Да и было бы чему завидовать. Да пусть хоть растащат его на множество маленьких Северьянов, раз так надо, я-то здесь причём? Я нашего общения не желала, только разве докажешь теперь кому это?

— И вот чего ему вообще понадобилось тебя подвозить? Он ведь точно ничего неприличного не предлагал? — уточнила, прищурившись, подруга.

Возникло неприятное ощущение, что Лизка тоже мне не верит.

— Например, переспать с ним за деньги? Или что вы себе там навыдумывали все? — не выдержала обвинений ещё и от неё. — Он просто подвёз меня до дома. Всё. Просто подвёз, и всё. А если ты мне не веришь, то и приходить не нужно было. Потому что другого ты ничего всё равно от меня не услышишь.

— Да верю я тебе, верю, — поспешила успокоить меня Лиза. — Просто согласись, выглядит это всё и правда странно. Да и сама ты тоже хороша, знаешь ли. Зачем села к нему в машину? Да ещё вот так, при всех? Конечно, все надумали. Как, кстати, урок у Морковки прошёл?

Они надумали, а я виновата? Зашибенная логика! Даже оправдываться не стала. Всё равно правду рассказать не могу, а без неё все остальное только усугубит. Вот и сосредоточилась на последнем вопросе Лизы.

— Отвратно. Я вчера домашку так и не сделала же, вот она меня сегодня и терроризировала как могла, а мне даже предъявить ей нечего. Ума не приложу, что теперь делать со всем этим, — вздохнула, стараясь сдержать слёзы.

— Не переживай, Светик, мы обязательно что-нибудь придумаем, — поддержала меня подруга, положив свою ладонь поверх моей.

— Угу, — согласилась, не особо веря в подобное.

Дальше мы не вспоминали о моих проблемах, делая уроки на завтра. К приходу родителей как раз закончили со всеми.

— Привет, девчат, — улыбнулась нам мама, глядя на наручные часы. — А вы куда так поздно?

— Здравствуйте, Лидия Андреевна, — поздоровалась подруга. — Я домой.

— Привет, мам, — улыбнулась и я ей. — Я провожу немного Лизу, до дороги и сразу вернусь.

— Хорошо, только тут же потом домой, поняла? — велела она. — Ты хоть ужинала? — крикнула, когда мы уже заходили в лифт.

— Нет ещё. Приду, поем, — отозвалась и покачала головой, закатив глаза.

Лизка хихикнула и постучала меня по лбу кулаком. Между нами завязалась небольшая потасовка. Когда двери открылись, нашей соседке предстали две взъерошенные девицы, быстро поправляющие волосы и куртки. Со смехом выбежали из подъезда, толкая друг друга в бок. На последней ступени крыльца я чуть не упала, но вовремя удержалась на ногах, да и Лиза подстраховала, ухватив меня за руку. Правда, как оказалось, совсем не для этого она в меня вцепилась. Стоило перевести взгляд вперёд, как я внутренне застонала.

Он издевается, что ли⁈

Краем глаза заметила, как удивление на лице Лизы сменяется многозначительной ухмылкой, и захотелось вообще закричать. Что за невезение? Зачем Северьян сюда приехал? Снова. Что ему ещё от меня нужно?

Но вместо того, чтобы задать все эти вопросы вслух, я шумно выдохнула и… сама перехватила опешившую Лизку за локоть, потащив за собой в сторону её дома.

— И ты говоришь, что между вами ничего нет? — возмутилась подруга.

Спасибо, хоть тихим шёпотом!

— Ну, хоть ты не выдумывай, а? — процедила едва слышно. — Понятия не имею, зачем он здесь, и знать не хочу.

— Угу, — кивнула Лиза, оборачиваясь назад. — Именно поэтому он идёт за нами следом?

Тоже невольно обернулась. Северьян и впрямь следовал за нами, отставая буквально на тройку шагов. Чтоб его!

Вот чего припёрся? Почему не отстанет от меня? Или Морковка уже доложила обо всём? Мать моя, а если она ему скандал закатила⁈

От такой мысли я даже споткнулась.

Ой-ёй…

Надеюсь, Северьян не думает, что это я пустила слухи о нас с ним, чтобы рассорить их с географичкой⁈

Снова обернулась назад, встречаясь с холодным и надменным взором небесной синевы. На мужских губах скользнула не менее ледяная усмешка. Правда вместо того, чтобы испугаться, я вдруг отчего-то смутилась и тут же поспешила отвернуться. В итоге и сама не заметила, как дошла с Лизой до её подъезда. А стоило той скрыться за дверями подъезда, как рядом со мной припарковался знакомый внедорожник. Обречённо вздохнула и потопала к нему, усевшись на заднее сидение. Северьян устроился рядом и велел водителю ехать в сторону моего дома.

Ну, сейчас начнётся…

Не ошиблась.

— Что творится в вашей безумной школе? — обратился он ко мне.

— Зачем спрашивать, если и так знаешь ответ? — буркнула мрачно, складывая руки на груди и отворачиваясь к окну.

Не хотелось мне с ним говорить. Да и не была уверена, что не сорвусь и не накричу на него. Мне было обидно, и злость искала выхода. А рядом со мной сидел человек, из-за которого надо мной теперь вся параллель издевается. И это мало способствовало контролю. Да и вообще, почему я должна молчать? Он это всё начал, пусть сам и решает мою проблему! Но, прежде чем успела хоть что-то высказать мужчине, тот развернул меня обратно к себе, обхватывая лицо руками и заставляя смотреть на него.

— Я спросил, что произошло в школе, — спокойно, но с отчётливой яростью в голосе, повторил свой вопрос.

Тут же вспомнила его равнодушие к позавчерашним убийствам и испугалась. Сейчас Северьян вновь напомнил того ночного злодея. Захотелось убежать и спрятаться, а ещё плакать.

Ну как я могла так глупо встрять? И почему я?

— Мне повторить?

Глаза блондина сузились, и я сглотнула вставший в горле ком, настолько его взгляд сейчас глубоко резал, доставая до самой души.

— Не надо, — прошептала в ответ. — Я расскажу. Только отпусти.

Мужчина ещё пару мгновений всматривался в мои глаза, словно выискивая что-то в их глубине, а после выпустил моё лицо из рук.

— Слушаю, — надавил словесно.

Ну я и рассказала. Повествование длилось ровно до самого моего дома. Правда выпускать из машины меня никто не спешил, Северьян вообще молчал, чем знатно нервировал.

— Я подумаю, что можно сделать, — произнес, наконец. — Если будут проблемы с учительницей, звони мне, разберусь. И вообще если возникнут какие-то проблемы.

От его ровного и бесстрастного тона по моей спине поползли мурашки ужаса. Его слова окрасились для меня в кровавый цвет. Ни за что не позвоню! Но на деле согласно кивнула.

Северьян ещё с минуту вглядывался в моё наверняка бледное от страха лицо, а после махнул рукой, давая дозволение уйти. К себе домой я даже не заметила, как попала. Показалось, что вовсе переместилась телепортом, настолько спешила. И на шестой этаж пешком добиралась, не став дожидаться лифта.

Отдышаться и прийти в себя смогла только в тишине собственной спальни. Совершенно забыла о том, что была довольно голодна. Сейчас меня не волновало ничего, кроме последних слов мужчины. Они словно отпечатались в моём сознании. Даже не сразу поняла, что ладонями сжимаю какую-то маленькую картонку. Посмотрела на неё и отшвырнула в сторону, будто это была ядовитая змея, а не визитка с номерами и адресами.

Дрожащими руками переоделась, после чего легла в постель и завернулась с головой в одеяло. Так я чувствовала себя хоть немного защищённой.

* * *

— Ну и что ты думаешь по этому поводу? — поинтересовался у своего друга Северьян.

Двое мужчин сидели в кабинете, как часто бывало свободными вечерами, и обсуждали сложившуюся ситуацию.

— Я тебе уже говорил, — укоризненно заметил охранник. — Ты виноват, что так всё получилось.

— Знаю, — поморщился Северьян, откинувшись на спинку кресла. — Подумать не мог, что эти тупые детишки так вывернут нашу поездку. Ещё Ирина сегодня скандал закатила по этому поводу. Приревновала, — жёстко усмехнулся. — Дура! Я, по их мнению, на педофила похож, что ли? — возмутился.

Дима нагло заржал.

— Нет, на педофила не похож, — покачал головой. — Лишь на совратителя малолетней девчонки. Вот, правда, ну чего ты за ней таскаешься? И так понятно, что молчать будет. Или всё-таки виды имеешь на неё? — уже серьёзнее воззрился на друга.

— Да нет никаких видов нескромного характера, если ты об этом. Просто мне любопытно, — мягко улыбнулся Северьян. — Она интересная. Храбрая. Вот вроде смотрит на тебя и трясётся как листок на ветру, а чуть надавишь, и тут же преображается, даёт отпор. За ней любопытно наблюдать, — пожал плечами, прикрывая глаза.

— Игрушку себе нашёл, стало быть, — проворчал Дима.

— Что-то типа того. Брата сюда вызвать, что ли? — произнёс задумчиво. — Или самому сначала попробовать?

— Ты о чём?

— Буду исправлять, что натворил, раз уж так вышло.

Глава 6

Уроки следующего дня я бессовестно прогуляла. Не хотелось идти и снова выслушивать ото всех насколько я распутная. Но и дома оставаться не могла. Мама была со смены, а значит на работу ей лишь через пару дней. Отец вроде как сегодня вечером должен был завершить свою смену. Правда иной раз он мог остаться там, заменить кого-нибудь или из-за срочной операции. Во время наплыва больных могли и маму вызвать внеурочно. Я уже привыкла к их отлучкам, даже не обижалась. Мне с детства объясняли, почему родители не могут постоянно быть дома. Наоборот, я ими гордилась и старалась лишний раз не напрягать.

Вот и в этот раз предпочла уйти из дома, чтобы не объяснять маме, почему пропускаю уроки в школе. Лучше по парку погулять. Тем более, погода сегодня выдалась не особо ветреной.

Я почти добралась до выбранного места, когда путь мне преградил чёрный внедорожник. Задняя пассажирская дверца знакомо приглашающе открылась.

Да вы серьёзно? Опять? Да сколько можно!

Наверное, глупым был мой жест неповиновения, но всё же я вскинула голову повыше и, проигнорировав приглашение, обошла капот автомобиля, направляясь дальше к входу в парк.

Позади меня послышался хлопок двери и со мной поравнялся Северьян. Он хмурился и смотрел вперёд. Приподнял воротник, а руки спрятал в карманы пальто. Я всё ждала, что он что-нибудь скажет, но он просто шёл и молчал. Мы уже вошли в парк, а он по-прежнему не спешил заговаривать. А я что? Хочется ему таскаться за мной, пусть таскается. Тем более, если и дальше молчать собрался.

— Будешь теперь всё время прогуливать? — наконец, заговорил мужчина.

Ну, вот, накаркала…

— Вам-то какое дело? — решила указать на нашу разницу в возрасте.

А то мало ли, вдруг Лизка права?

Подумала и тут же внутренне передёрнулась. Нет уж, не надо мне такого счастья.

— Не поверишь, чувствую себя виноватым, — хмыкнул Северьян. — А я такое испытывал… — задумался, подняв лицо к небу. — Да не помню уже когда, если честно, — сдался в итоге.

— Не удивлена, — проворчала я, невольно усмехаясь.

Вот как ему это удавалось? В один момент он пугал до чёртиков, напрягал и раздражал, а в следующее — смешил и заставлял неосознанно улыбаться ему в ответ.

— Да? — наигранно удивился блондин. — Я что, так предсказуем?

— У плохих людей вообще нет совести, по-моему.

Сперва ляпнула, потом испуганно покосилась на мужика. А ну как разозлится на мои слова. И почему мне не молчится никогда в его присутствии? Как проклял кто. Вот и мужчина нахмурился.

— Считаешь меня настолько плохим?

Промолчала, отвернувшись.

Он сам-то понимает, насколько глупый вопрос задал?

Я ещё не совсем с ума сошла отвечать утвердительно.

— Молчание — знак согласия. Так, кажется, говорят? — хмыкнул тем временем Северьян, не дождавшись от меня хоть какого-то отклика.

Вздохнула. Вот к чему этот разговор? Зачем он меня преследует? Ведёт себя, будто и впрямь не так плох, как мне кажется, хотя мы оба знаем правду.

— Считаю вас ещё хуже, чем плохим! — раздражённо огрызнулась, тоже засовывая руки в карманы куртки. — Скажите честно, что вам от меня надо? Вот не верю, что настолько понравилась! Так чего вы за мной таскаетесь? — остановилась и обернулась к своему спутнику.

Северьян вздохнул, задумчиво уставившись куда-то поверх моей головы. Отвечать не спешил.

— Я не знаю, — выдал по итогу.

Гениально!

Я даже не нашлась с тем, как на такое реагировать, и стоит ли.

— Ты меня смешишь, чего не случалось уже очень давно. Мне любопытно, — признался мужчина, чуть погодя. — Наверное, будь у меня младшая сестра, то я бы хотел, чтобы она была хоть немного похожа на тебя. На деле же у меня есть только младший брат. Думаю, вы с ним поладите, — улыбнулся под конец.

Поладите? Это он собирался меня

Волна гнева затопила рассудок, не давая мыслить здраво. Честное слово, достал!

— А не пойти бы вам, господин убийца, куда подальше со своими желаниями? Я не собираюсь ни с кем знакомиться. Как и с вами продолжать это общение. Сделайте милость, просто уйдите. Хватит меня уже преследовать!

С этими словами я развернулась и направилась обратно на выход из парка. Уж лучше действительно в школу сходить, выслушать обидные слова от одноклассников, чем вести разговоры с этим гадом!

И кто бы сомневался, что меня так просто не отпустят. Не успела пройти и пары шагов, как чужие руки ухватили за талию и перекинули через плечо их обладателя. От испуга громко завизжала.

— Пусти меня! Пусти!

Я не хочу умирать!

— Не ори! — холодно отозвался Северьян. — Думаю, пришло время нам с тобой поговорить куда более обстоятельно.

Шёл мужчина быстро и буквально за минуту дошёл до своей машины, возле которой и сгрузил меня. Запихнул внутрь салона тоже без особых церемоний, уселся рядом.

— В офис, — отрывисто приказал шофёру, отвернувшись в сторону окно, и автомобиль почти сразу плавно тронулся с места.

Ой, мамочки!

Ну вот чего я психанула? Нормально же общались до этого. Глядишь бы ему надоело по холоду гулять, он бы и ушёл, оставив меня. А теперь… вдруг решил, что от меня лучше избавиться? После всего, что я ему наговорила совсем недавно.

Дура, ты Светик, причем полная! Сама себя подставила. Вот говорили тебе, молчание — золото, а ты…

Теперь вообще скоро говорить не будешь…

Всю дорогу я сидела и молчала, глядя на свои соединённые в замок ладони. Боялась даже мельком посмотреть на того, кто сейчас меня вёз непонятно куда. Да просто на пейзаж за окном.

Когда автомобиль затормозил, я всё же обратила своё внимание на пункт назначения. Оказалось, приехали мы в старую часть центра города. Двухэтажный деревянный дом, окрашенный в тёмно-коричневый цвет, ничем не отличался от других таких же по этой улице. Лишь стёкла вместо обычных имели зеркальное покрытие. Мы въехали во двор через автоматические ворота и остановились у крыльца с чёрной бронированной дверью.

Северьян выбрался первым, я же осталась сидеть на месте. Не хотелось никуда с ним идти. Тем более что это его вотчина, где он закон, судья и палач в одном лице. Вот только моё мнение здесь никого не интересовало. Открылась дверца с моей стороны, и мне протянули руку в приглашающем жесте.

Прям сама галантность!

Жест всё же приняла. Что-то мне подсказывало: не стоило мужчину злить ещё больше.

— Умница, — подтвердил он мои догадки.

Закусила губу и вылезла из салона. Благодаря закрытой высоким забором территории, ветер здесь практически не ощущался. Меня схватили за запястье и повели внутрь здания. Попутно отметила несколько охранников, обходящих периметр и множество камер видеонаблюдения. Будто все ожидали нападения с минуты на минуту.

Чёрт возьми, во что я встряла по собственной глупости?

Хочу домой!

Паника накатила внезапно. Северьян как раз открыл дверь внутрь здания, когда я принялась вырываться. Спроси меня, что я говорила и делала — не вспомню. Лишь обуявший меня страх — это было важно. Память подкинула произошедшее на стройке и стало совсем жутко. Кажется, я кусалась и царапалась, покрывала его матом, какой только вспомнила на тот момент.

В себя пришла от внезапной и резкой боли в левой щеке. Ошеломлённо уставилась в холодные голубые глаза. До меня не сразу дошло, что блондин меня ударил.

— Успокоилась? — меланхолично уточнил он.

Кивнула. Всё ещё пребывая в шоке от его выходки. Но надо сказать это помогло, эмоции улеглись, как не было.

Северьян вздохнул, качнул головой и потащил за собой наверх. На этот раз я не сопротивлялась, послушно следуя за ним, как на привязи.

Стены обоих этажей были обиты деревянными панелями. Двери кабинетов настолько сливались с ними, что я не сразу распознала, что они есть. Воображение тут же нарисовало холодильные камеры с множеством висящих на крюках трупов, подобно тушам животных. Сглотнула, затравленно посмотрев на своего спутника. Тот в свою очередь смотрел прямо перед собой. И не понять, насколько сильно он на меня зол. И зол ли вообще.

— Куда мы идём? — поинтересовалась осторожно, рискнув.

Даже не обернулся, не говоря о том, чтобы ответить. Впрочем, уже вскоре мы остановились возле одной из дверей. Северьян толкнул ее внутрь и отошёл, пропуская меня вперёд. Неуверенно переступила порог, ожидая увидеть, что угодно, но не просторный рабочий кабинет, со множеством книжных стеллажей вдоль всех стен. А как же трупы?

Боже, Светик, ты точно едешь крышей! Ну, какие трупы? Кто будет хранить мертвяков в месте, куда каждый посетитель может попасть?

Обернулась посмотреть на хозяина кабинета и замерла, растерянно глядя на мягкую улыбку блондина. Тот, похоже, с интересом следил за мной всё это время.

— Что, правда ждала чего-то мрачного и кровавого?

Смутилась. Не говорить же ему правду?

— Просто не ожидала, что здесь будет всё так… по-домашнему, — оправдалась, как смогла, смутившись больше прежнего на его понимающий взгляд.

— Если не нравится, могу отвести в подвалы. Там антураж будет менее домашним.

— Нет, не надо, — тут же отказалась, отступив от него. — В смысле, и здесь нормально, — демонстративно огляделась.

У окна стоял большой дубовый стол. В середине комнаты приткнули угловой диван кофейного цвета с низким столиком перед ним. И книги. Здесь было просто огромное количество книг. Начиная от классики и заканчивая современными романами. И всё же:

— Зачем я здесь? — задала волнующий меня вопрос.

— Ну не на улице же тебе бродить все те шесть часов, что идут уроки? — с насмешкой посмотрел на меня мужчина и прошёл к столу, встав у окна.

— Мог просто отвезти меня в школу или домой.

— Мне казалось, ты не хочешь ни туда, ни туда. Вот я и подумал, что лучше тогда тебе побыть здесь, чем слоняться по холоду в парке. Не волнуйся, после Дима отвезёт тебя домой, — ровным, ничего незначащим тоном ответил Северьян, продолжая вглядываться в окно, за которым кружились снесённые ветром с крыш снежинки.

В чём-то он, конечно, прав, но стоило бы и у меня поинтересоваться, чего я хочу.

— Тогда бы просто пригласил по-нормальному, а не вот так, пугая меня и утаскивая к себе, как пещерный человек, — проворчала.

— Ну, предложи я тебе это, и что бы ты ответила? — повернулся он и

Промолчала. Что-что… Послала бы куда подальше. Вот и Северьян многозначительно хмыкнул.

— Ладно, располагайся. Библиотека в твоём распоряжении. А мне немного поработать нужно.

Мужчина отвернулся от окна и уселся в рабочее кресло, принявшись рассматривать какие-то бумаги, что до этого покоились в верхнем ящике стола.

Я краем глаза следила за его действиями, не спеша следовать его предложению. К тому же меня волновал ещё один вопрос.

— Ты меня ударил, — заметила, следя за тем, как пальцы мужчины отстукивают незатейливый ритм ручкой по столешнице.

— Ты впала в истерику и не реагировала ни на какие мои слова и действия, поэтому пришлось прибегнуть к такому способу, — сухо отозвался Северьян. — Чего ты, кстати, так переполошилась? Я ведь говорил уже, что не собираюсь тебя убивать, — откровенно укорил.

Сказал и развернулся вместе с креслом в мою сторону, недобро посмотрев на меня исподлобья. Захотелось накричать на него и швырнуть что-нибудь в его сторону. Он правда не понимает? Или прикидывается.

— А чего ты от меня никак не отстанешь? Да ещё в машину свою силком затащил. И это сразу после моих слов. Что я должна была подумать? То, что любая бы подумала на моём месте: что ты везёшь меня убивать.

Сложила руки на груди и поджала губы в недовольстве. А вот мужчина захохотал.

— Ты неподражаема, — еле выдавил он из себя, сквозь приступы смеха.

— А ты… Ты идиот! — обиженно закричала на него.

Вот и чего я с ним тут сижу?

Уж лучше, и правда, на улице погулять. И ведь специально провоцирует, а потом ещё и смеётся. Тоже мне развлечение нашёл. Вон пусть со своей Морковкой предаётся радости жизни, а не за мой счёт!

Развернулась и быстрым шагом двинулась в сторону двери. Правда, ручки коснуться не успела. На мои плечи легли две тяжёлые ладони мужчины, пригвоздившие к месту.

— Обиделась? — словно уточнял он.

Промолчала. Ну, его. Я больше вообще ни слова ему не скажу.

— Обиделась, — констатировал со вздохом хозяин кабинета. — Извини. Просто ты такая забавная, когда растерянная или злишься. Хочешь мороженое? Или ещё что-нибудь вкусненькое? — стал подмазываться в итоге.

Посмотрела на него со скепсисом.

Нет, он действительно думает, что вот так запросто можно решить возникшие проблемы между нами? Лучше бы предложил реальную помощь в их решении!

— Если бы у тебя была сестра, я бы ей посочувствовала, — буркнула, не спеша прощать этого наглого индивидуума.

— Но у меня её нет, — усмехнулся Северьян, вставая передо мной. — Будешь за неё? — предложил и лицо сделал такое умилительно-просящее, что я со вздохом сдалась.

— И мороженым покормишь?

— Если скажешь, какое любишь.

— Фисташковое.

— Договорились. Только не сбегай, ладно? — подмигнул и вышел в коридор, оставив меня одну.

И вот отчётливо понимала, что я дура полная, и стоило бы бежать без оглядки из этого места, но я осталась. Да и всё равно территория охраняется, а значит так просто мне её покинуть не получится. Вот и уселась на диван с обречённым вздохом.

— Я попала в сети, в которые ты метил… — напела тихонько себе под нос старую песенку, чувствую себя как раз именно в таком положении.

Глава 7

Северьян вернулся довольно быстро, неся в руках две тарелки с мороженым, а в зубах у него был зажат пакет с сухофруктами и орешками.

Смешок сорвался с губ раньше, чем смогла себя остановить. Просто сейчас мужчина выглядел настолько комично, разрушая весь сложившийся у меня о нём образ делового монстра.

Нет, всё-таки я ненормальная…

— Что есть, то есть, — согласился с таким заявлением блондин, ставя на стол принесённую сладость.

Выругалась про себя. Не заметила ведь, что вслух произнесла последнюю мысль. Одарила мужчину многообещающим взглядом и потянулась к своей порции десерта.

— Ну, ты же сама сказала, я лишь согласился, — усмехнулся Северьян на мою реакцию.

Невыносимый тип!

— Гад ты, как есть гад, — пробурчала обиженно.

— И ты ещё удивляешься, почему я считаю тебя забавной? — ухмыльнулся он, придвигая ближе ко мне тарелку. — Кушай, куколка.

Поморщилась от такого обращения, но возражать не стала. Всё равно бесполезно. Для этого мужчины закон не писан, а уж чужое мнение — и вовсе.

А мороженое оказалось выше всяческих похвал. Явно не из простого супермаркета. Наполнители не люблю, а потому ела сладость просто так, без сухофруктов и орехов. А вот Северьян наложил их себе чуть ли не с размера порции молочного лакомства. С интересом следила за тем, как он увлечённо поедает полученное блюдо, по-детски облизывая ложку каждый раз со всех сторон. Глупая улыбка сама по себе расплылась на моих губах. Сейчас мужчина совсем не выглядел взрослым. Наоборот, я бы не дала ему больше двадцати. Интересно, а сколько ему на самом деле?

— Сколько тебе лет? — решила узнать мучавший меня сейчас вопрос.

Блондин оторвался от поедания мороженого и посмотрел на меня каким-то рассеянным взором.

— Двадцать восемь, а что? Надеюсь, ты не решила мной увлечься? — настороженно поинтересовался в свою очередь, чем позабавил.

— Боже упаси! Я ещё не настолько с ума сошла, — поспешила его успокоить. — Вот если бы тебе было лет двадцать, тогда я может быть и повелась на твои голубые глазки, а так — не, и не надейся.

— Вот и отлично, — обрадовался мужчина.

Как по мне, так слишком даже. Причину этого он тоже не забыл озвучить.

— Я всё равно не люблю рыжих.

Мороженое поперёк горла встало. А ещё стало очень обидно.

— А чем тебя не устраивают рыжие? — поинтересовалась, нахмурившись.

— Ничем, — пожал он плечами. — Просто предпочитаю блондинок, — признался, как бы, между прочим, уделяя всё своё внимание остаткам лакомства. — Рыжие слишком вульгарные.

Вульгарные, значит…

— Трагедия на любовном фронте? — съязвила недовольно.

Взгляд, которым меня наградил мужчина, мог, наверное, заморозить все водоёмы нашей планеты. Упс, кажется, угадала…

— И-извини, — выдавила из себя. — Сказала, не подумав.

— Ты, я смотрю, часто забываешь это делать, — сурово отозвался он в ответ. — Следи за речью в следующий раз. Ты мне, конечно, симпатична, но это не значит, что можешь говорить всякие глупости безнаказанно.

Достал мобильник и отправил кому-то сообщение. Я демонстративно, хотя больше от греха подальше, молча доедала свой десерт. А через минуту наш тет-а-тет разбавил Дмитрий.

— Пойдёшь с ним, — пояснил приход охранника Северьян. — Пусть он тебя стрелять поучит, что ли, не знаю. Главное, чтобы два часа никого на этаже не было ни слышно, ни видно. Понял меня? — обратился уже к своему сотруднику.

— Нет проблем, — согласился тот, кивнул и поманил меня за

Я бросила последний взор на блондина, но тот на меня больше не смотрел, уставился в стену перед собой и о чём-то сосредоточенно думал. Внутри снова шевельнулась совесть, но я решила ей не поддаваться. В конце концов, он тоже не отличается особой дипломатичностью. Вот и направилась следом за Дмитрием.

А привёл он меня в подвальные помещения…

Здесь, на нижних уровнях, народа было больше, чем наверху. Точнее, на втором этаже вовсе никого не наблюдалась. Казалось, весь рабочий контингент сосредоточился там, куда мы пришли. Чем ближе я подходила к месту назначения, тем громче становились крики, выстрелы и хохот. Причём, среди всего этого шума и гама я сумела различить и несколько женских голосов.

— Что это за место? — поинтересовалась я у своего сопровождающего.

— Холод не рассказал? — удивился мужчина.

— Ммм… Мы не обсуждали работу.

Дмитрий заинтересованно посмотрел на меня, ожидая продолжения, но рассказывать о своей глупости и длинном языке я не собиралась. Лишь пожала плечами и отвернулась. В ответ послышался шумный вздох, а после мои плечи приобняли и подтолкнули в сторону ближайшей двери.

— Нам сюда, — толкнул он створку и пропустил внутрь.

За порогом обнаружился средних размеров зал, условно поделённый на четыре секции с помощью бетонных колонн. На полах лежали маты, и по ним скакало несколько сошедшихся в тренировочном поединке малышей. Чуть поодаль им вторили уже достаточно взрослые ребята.

— Северьян владелец охранного агентства, к которому прикреплена школа боевых искусств. Конкретно в этом зале проводится обучение рукопашному бою, — пояснил Дима.

Сказать, что я была удивлена, значило ничего не сказать. В жизни бы не подумала. Хотя…

— Очень удобно.

— Что именно? — отозвался Дима.

— Прикрытие, говорю, у вас очень удобное.

Дима почему-то рассмеялся.

— Можно и так сказать. Ладно, идём дальше.

И мы вышли обратно в коридор, чтобы войти в дверь напротив. За ней тоже оказался зал, но для тренировки навыков стрельбы из пистолетов. Здесь было очень шумно, и я знаками попросила Диму увести меня отсюда.

— Понял, огнестрел не твоё, — усмехнулся он уже будучи в коридоре. — Идём тогда дальше.

Новый зал был, как и первый, поделён на четыре секции, но повсюду были установлены мишени, в которые целился находящийся здесь народ. Кто-то из лука, а кто-то бросал ножи и прочую подобную атрибутику. Лично меня заинтересовали сюрикены. Красивые, маленькие, похожие на стальные снежинки с острыми гранями.

— Э, нет. Их я тебе в руки не дам, — тут же перехватил меня за запястье Дима, когда я потянулась потрогать один из них, аккуратно разложенных на специальных стойках. — Порежешься ещё, Северьян с меня три шкуры потом спустит.

Я на это только глаза закатила. Спрашивается, зачем вообще было приводить меня сюда?

— Он ведь сам сказал, чтоб ты научил меня стрельбе, — припомнила.

— Стрельбе, а не метанию ножей.

— Пф, — фыркнула насмешливо, развернулась и направилась на выход.

Смысл здесь торчать, если ничего нельзя?

— Не расстраивайся, я знаю, чем тебя порадовать, — догнал меня мужчина.

И в целом и впрямь порадовал. Новый зал был больше предыдущих в несколько раз. А ещё здесь находилось три полосы препятствий. Каждая обозначена своим цветом.

— Синий — для новичков, красный — для уже более-менее освоившихся, а чёрный — для экспертов, — пояснил мой спутник. — Если хочешь, можешь попробовать пройти синюю.

Отказалась. Не потому, что не хотелось, а потому что одета была не для подобных экспериментов. Дима настаивать не стал, продолжив объяснять расстановку секций, и я с интересом слушала. Никогда не дружила со спортом, если честно, но Дмитрий умел вызвать любопытство одним предложением. Так легко и живо обо всём рассказывал. Словно презентацию проводил. Улыбнулась этой мысли.

Так мы и бродили от бокса к боксу и следили за тем, что там творится, пока в зале для тренировок рукопашного боя не заметили драку двух парней. Оба точно не новички. Да и одеты были на манер военных, даже жетоны на шеях висели. То, что драка не учебная, было заметно с первого взгляда. Дима тут же подошёл к ним и нокаутировал обоих одним быстрым движением.

— Ого! — восхищённо выдохнула, следя за его действиями.

Но стоило перевести взор на окровавленное лицо одного из участников драки, как к горлу подступила тошнота и закружилась голова. В ушах резко зашумело и пришлось зажмуриться, потому что перед глазами заплясали чёрные мушки. Кажется, кто-то что-то говорил и тряс меня за плечо. Не уверена. Я вновь видела только мёртвых мужчин и собравшуюся вокруг них алую влагу, что тут же впитывалась в снег.

В себя пришла на диване в кабинете Северьяна. Последний, кстати, сидел возле меня и гладил по волосам, задумчиво глядя в окно, за которым до сих пор моросил дождь. Я лежала, не шевелясь, подглядывая за ним из прикрытых век. Он хмурился. Губы были сжаты в тонкую полоску, выдавая напряжение. Из-за меня? Или что-то другое его расстроило?

Пока размышляла о всяких глупостях, блондин заметил, что я пришла в себя. Всё его внимание тут же переключилось на меня.

— Ты как? — тепло улыбнулся он мне.

Отчего-то на душе потеплело от такого неприкрытого беспокойства, что ему не всё равно.

— Хорошо. Что случилось?

Попыталась сесть, но блондин не позволил.

— Ты сознание потеряла в тренировочном зале. Дима тебя сюда принёс.

Точно. Вспомнила.

— Да. Там кровь была у одного. И я… — замялась, не зная, как обойти неловкость момента от того, что вспомнила день нашего знакомства.

Но Северьян и без того всё прекрасно понял.

— Жаль, что ты видела всё это тогда, — сказал и перевёл внимание на журнальный столик, на котором стояла кружка чая, а на блюдечке рядом лежала целая плитка шоколада. — Это тебе. Поможет вернуть давление в норму.

— Спасибо, — поблагодарила, предпринимая новую попытку сесть.

На этот раз Северьян не стал запрещать, но и посодействовал.

— Ты как? Сможешь побыть немного одна. Мне нужно отойти ненадолго.

— Да, конечно, — улыбнулась ему благодарно. — Мне намного лучше.

Мужчина кивнул, одарив пристальным взглядом, и поднялся с дивана. Ещё раз посмотрел на меня уже с высоты своего роста, затем развернулся и направился на выход из кабинета. Через мгновение я осталась одна в помещение. Уселась удобнее на диване и потянулась к чашке с наполовину остывшим напитком. Кажется, за сегодня я превышу недельную норму сладкого. Не то, чтобы я волновалась о своём весе, но родители приучили заботиться о своём здоровье. Мне никогда ни в чём не отказывали, но чётко давали понять, что есть рамки дозволенного. А много сладкого есть вредно. Приходилось терпеть. Ну и ради веса

Эх… Была не была… Да и съем ведь всего чуточку. Наверное…

— Угу… Совсем чуть-чуть, да, Светик? — бормотала недовольно себе под нос, разглядывая пустую обёртку от плитки шоколада минут десять спустя.

В расстройстве смяла бумажную упаковку и швырнула обратно на стол. Сложила руки на груди и откинулась на спинку дивана. Такой меня и застал вернувшийся Северьян.

Что случилось? — недоуменно посмотрел он на меня.

— Ничего, — как можно безразличнее ответила, рассматривая ногти.

От них правда одно название. Давно пыталась избавиться от дурной привычки грызть их и, вроде, даже достигла прогресса в этом нелёгком деле, но стоило только занервничать, как тут же начинала кусать. А теперь вот даже стыдно стало, что мужчина видит мои некрасивые руки.

И чего я вообще переживаю из-за таких пустяков в его присутствии? Мне вообще бежать надо от него, а я сижу и ем шоколад у него в кабинете. И не сказать, что испытываю какой-то негатив по этому поводу. Наоборот. Мне понравилась его забота.

— И всё же? — настойчиво продолжил расспрашивать он меня.

— Просто задумалась о своём девичьем, — сделала вид, что вообще ни о чём не думала.

— Иногда мне кажется, что вам, женщинам, лучше вообще не думать, — проворчал на это мужчина.

Усмехнулась.

— Говоришь, как мой папа.

Меня непонятно с чего вдруг одарили мрачным взглядом. Я даже растерялась от такой резкой смены настроения. Но уже через миг он добавил мягко и дружелюбно:

— Посиди тихонько немного, ладно? Мне пару звонков надо совершить.

Ещё и улыбнулся тепло и как-то ласково, окончательно введя меня в ступор. С чего он вдруг мне так улыбается? Что задумал? Или мне уже просто мерещится?

— Хорошо, — автоматом ответила на его вопрос.

— Вот и умница, — опять улыбнулся.

На этот раз совсем обезоруживающе.

Вот же…

В общем, отвернулась я от него, сделав вид, что рассматриваю названия ближайших ко мне книг. Смешок блондина предпочла не заметить. Благо Северьян тоже не был настроен играться дальше, тут же переключив внимание на телефон. Поначалу я старалась прислушиваться к его разговору с клиентами, но вскоре мне надоело это скучное занятие, и я решила понаглеть. Подошла к стеллажам и выбрала первую попавшуюся книгу неизвестного мне автора. Уселась обратно на диван и погрузилась в чтение.

Минут десять спустя поняла, что ничего не поняла из прочитанного. Слишком много описаний, в которых я быстро потерялась и то и дело забывала, кто и что до этого говорил.

Нет, вот чтобы сначала ответ написать героя, а после уже вдаваться в прострационные размышления ни о чём? Да ещё со всякими французскими словами вперемешку. Ужас же!

— Что читаешь? — раздался рядом со мной мужской голос.

Вздрогнула от неожиданности. Перевела гневный взор на блондина, на что тот лишь хмыкнул. Вздохнула показательно и закатила глаза, мысленно махая рукой на чудачества этого недобандита.

— Как ты это читаешь? — поинтересовалась я в свою очередь.

— А кто сказал, что я это читаю? — приподнял он брови, одновременно с этим заглядывая в название на обложке. — Ты где вообще нашла эту чушь? — поинтересовался тот в свою очередь.

И столько любопытство сквозило в голосе, что я невольно улыбнулась в ответ.

— Ты у меня спрашиваешь? — удивилась.

— Ну а кого же ещё? Ты же это откопать умудрилась! — наигранно возмутился Северьян.

— Так у тебя в библиотеке ведь нашла!

— И что? То, что она здесь, не значит, что я её читал. Ребята натаскали уже давно, как только мы открылись. Посчитали, что кабинет так солиднее смотрится. Впрочем, я не возражал. Жалко, что ли? Нравится, пусть будет. Некоторые даже сам почитываю на досуге.

Всё это он говорил с такой теплотой в голосе, что становилось понятно — работу свою этот человек любит и сотрудников уважает.

— Так чем ты занимаешься? — решила узнать побольше о нём, раз уж представилась такая возможность.

Нет, я помню рассказ Димы, но сейчас мне хотелось услышать обо всём именно от Северьяна.

— Ну, это моё охранное агентство, — показательно обвёл руками свою вотчину. — Так же веду и детективную деятельность, но там скорее сбор информации, ничего такого.

— То есть тебя из-за информации хотели… — замялась, не решаясь произносить правильное слово.

— Умная девочка и глупая одновременно, — щёлкнул он меня по носу, за что получил от меня по рукам. — Не забивай свою милую головку ненужными мыслями. Ни к чему это, — вздохнул устало. — Хочешь помочь? — вдруг предложил.

— Чем?

— На звонки отвечать будешь и записывать всех, кто звонит, — послал мне лукавый взгляд и подмигнул, кивая на своё рабочее кресло. — Там ежедневник лежит. В нём проставлены все мои встречи, но есть и свободное время. На него запишешь новеньких. Только следи, чтобы выходило не больше пяти встреч в день, и не позже четырёх часов. Дальше у меня другие дела.

— Какие?

На мой вопрос Северьян лишь загадочно улыбнулся. Ответа я так и не дождалась. Зато зазвонил телефон. Посмотрела на хозяина кабинета и получила от него утвердительный кивок. Взволнованно поднялась с дивана и подошла к столу. Подняла трубку и поняла, что не знаю, как нужно отвечать. Послала мужчине беспомощный взгляд, на что получила весёлый хмык с его стороны.

— Охранное предприятие «Шерхан», — тихонечко подсказал он мне.

— Охранное предприятие «Шерхан». Добрый день, — промямлила в трубку.

— Э-э-э… — раздалось на том конце связи.

Очень информативно. Но вслух этого не сказала.

— Вы что хотели? Представьтесь. Пожалуйста, — отрывисто проговорила.

Тот, кого называли Холодом, смотрел на меня с весёлым прищуром и явно сдерживал смех. Провела ребром ладони по шее, грозя тем самым ему разборками. Блондин уже вовсю безмолвно хохотал.

Я, усмехаясь, выслушала нового клиента, записала его на послезавтра и повесила трубку. После этого быстрым шагом подошла к Северьяну и стала его душить. Он в ответ лишь громко хохотал и даже не пытался меня остановить.

— Ну ты и гад! Развлечься решил за мой счёт, да? Вот я тебя сейчас придушу и тоже развлекусь, заставляя твоих подчинённых тебя закапывать! — причитала, сильнее сжимая руки на мужской шее.

— Нет, Свет, я, честно, просто забыл сказать, как надо приветствовать звонящих! — продолжил он хохотать, в то время как я продолжала делать вид, что душу его, поставив колено ему на живот. — Свет, хватит! Я больше не могу смеяться!

На самом деле, я уже и сама вовсю хихикала.

— Ладно, живи! — милостиво позволила ему, прекращая свои попытки удушения. — Но только сегодня!

Надо же было сохранить мнимые остатки гордости?

— Ты — это нечто!

— Обхохочешься, — проворчала, усаживаясь рядом с ним.

— Холод, я, конечно, не тонкой душевной организации, но это даже для меня слишком, — выдал охранник непонятную фразу.

Не особо понятно отреагировал и сам Северьян.

— Ты бы хоть думал, что несёшь! — вмиг разозлился.

— Точно? — прищурился брюнет.

Вместо ответа Северьян одарил его брезгливым взглядом. Дима вздохнул. Виновато.

— Извини. Со стороны это выглядело однозначно.

— Забыли, — отмахнулся блондин, продолжая хмуриться, пока я рассматривала что одного что другого.

Всё хорошее настроение мужчины кануло в небытие, словно и не он смеялся ещё минуту назад.

И вот что такого имел в виду Дима, чем так разозлил своего шефа?

Поймав мой вопросительный взгляд, оба сделали вид, что ничего не произошло, и резво переключились на обсуждение дальнейших планов на сегодня. Я же осталась сидеть на диване растерянная и обиженная.

И вот что это только что было?

Глава 8

В офисе Северьяна мы пробыли до обеда. Всё это время я продолжала отвечать на звонки. В итоге мне даже понравилось. Боковым зрением ловила на себе его задумчивые взгляды, но делала вид, что ничего не замечаю. Хотя такое пристальное внимание жутко смущало. И не только оно. Вот что ему нужно от меня на самом деле? В то, будто я его веселю, как-то слабовато верилось. Мне показалось, что мужчина даже сам не знал или не понимал, почему прилип ко мне как банный лист. И сейчас пытался это выяснить, привезя к себе в офис. А, может, наоборот, строил дальнейшие планы с участием моей персоны. Ещё бы знать, какие они — эти его дальнейшие планы…

Сестры у него нет, но всегда хотелось? И он увидел её в первой встречной? Так бывает? Хотя, кто их, психов, разберёт… А то, что данный светловолосый субъект нормальным не являлся, доказывали его поступки. Ну, кто в здравом уме стал бы преследовать школьницу? Да ещё так настойчиво добиваться встреч с ней, вплоть до принуждения.

В общем, к часу дня я уже успела себя накрутить и успокоить с десяток раз. А когда хозяин фирмы сообщил, что меня сейчас отвезут домой, внезапно для себя расстроилась. Ну не дура ли? Впрочем, дома делать было нечего, только уроки, а здесь… Здесь мне было хорошо все эти часы. Одновременно с этим у меня возникло желание запрыгать от радости. Вот и пойми саму себя от таких метаний.

Кажется, я тоже ненормальная. Под стать Северьяну. А может у меня этот… как его? Стокгольмский синдром⁈ Когда жертва становится зависима от маньяка. Только в моём случае — не маньяк… Да и на жертву я не тяну. Наверное…

Нет, не буду о таком размышлять. Домой лучше поеду, как и положено нормальной девушке, пусть и очень хотелось задержаться.

— Куда тебя отвезти? — поинтересовался Дима, как только мы выехали за пределы ворот.

И вот вроде собиралась домой, но:

— К подруге.

Сказала и вспомнила, что она теперь единственная, кто со мной продолжала общаться. Вздохнула расстроенно и обняла себя руками, прислонившись лбом к прохладному стеклу. Реальность, отступившая в пределах кабинета блондина, теперь обрушилась на меня, погребая под собой.

Я изгой! И все из-за этого светловолосого бандюги!

И зачем я вообще с ним связалась?

Могла ведь просто состроить из себя обиженную и просидеть весь день в сторонке с учебником в руках. А я с ним общалась, даже дурачилась. Последнее вовсе в собственном сознании не укладывалось.

Точно ненормальная!

До Лизки мы доехали за какие-то пятнадцать минут, которые за своими мыслями я даже не заметила. Дима отлично знал город и легко объезжал все проблемные участки дорог.

— Спасибо! — поблагодарила я его и выбралась из автомобиля.

Подруга ранее прислала сообщение, что уже дома, потому я бодро поднялась на четвёртый этаж и смело нажала на кнопку звонка. То, что меня ждали, не стало открытием, а вот фанатичный блеск в глазах девушки насторожил.

— Ты с ним была, да? С ним?

— С кем?

— С Северьяном, конечно!

— С чего такие мысли?

Даже удивление получилось сыграть искренним.

— Ну, ты же на его машине приехала! — ткнула она в сторону окна.

Ага, значит, специально поджидала меня, чтобы узнать, каким способом я к ней добралась.

— Меня подвёз его охранник — Дима, — постаралась сказать, как можно безразличней.

Вот только стоило подумать о бешеной фантазии подруги.

— Так ты с ним, а не с тем? — опешила Лизка. — Или ты с двумя? Погоди, — выставила руку вперёд в останавливающем жесте, — я запуталась.

— Да ни с кем я! — рявкнула, не сдержавшись. — Откуда у тебя взялись такие мысли? Что за идиотизм вообще? Или мнение толпы — это заразно?

Развернулась, чтобы уйти, но в мой локоть вцепилась рука хозяйка квартиры.

— Прости! Я иногда много лишнего говорю, — покаялась та. — Но ты хоть понимаешь, что со стороны понять иначе данную ситуацию очень сложно? А этот Дима за тобой присматривает по просьбе своего друга, да? — продолжила трещать девушка. — Как это романтично!

А я видимо настолько сильно устала, что и спорить не стала. Молча разулась, разделась и прошла на кухню. Из её окна и правда была видна вся подъездная дорожка.

И как я могла об этом забыть?

Теперь оставалось только расхлёбывать.

Ну, за что мне всё это?

Простонала и буквально упала на табурет. Положила руки на стол и уткнулась в них лбом.

Что за невезение?

Всего три дня, а ощущение, что прошло гораздо больше времени. Я просто устала. И уже не казалась здравой идея проводить больше времени с Северьяном. И любопытство не терзало, как ещё час назад. А стоило лишь вспомнить об истинной составляющей нашего знакомства и вовсе хотелось себе по голове настучать за свою дурость.

Послышался звук отодвигаемого стула напротив, а после ладонь Лизы легла на моё плечо в жесте поддержки.

— Расскажешь мне, что происходит? — уже серьёзнее спросила она.

Из голоса подруги исчезла вся игривость и веселье. Теперь в нём сквозило столько участия, что я расплакалась. Беззвучно. Просто так и сидела, уткнувшись лицом в свои руки и лишь слегка вздрагивала. По щекам текли слёзы, пропитавшие рукава водолазки.

— Я не знаю, что мне делать, — отозвалась совсем тихо, поднимая голову и глядя на хозяйку квартиры. — Я с ним познакомилась всего три дня назад.

— Осталось это дело до народа донести, — вздохнула та, принимая озвученную версию нашего общения с Северьяном.

Я даже вздохнула с облегчением. Всё-таки неприятно обманывать близкого человека, но и правды рассказать не могла.

— Три дня, Лиз, всего три дня! А я так устала, — призналась шёпотом.

— Ну ладно тебе. Ты же сама говоришь, что нет в его интересе ничего такого. Так чего переживаешь? Тем более что он же сам пообещал всё уладить, — мягким голосом стала успокаивать меня девушка.

— Да, ты права, — согласилась с ней, вяло улыбаясь.

— Чай будешь?

— Спасибо, — кивнула я на её предложение.

Пока подруга накрывала на стол, я сходила в ванную, умыться. Посмотрела на себя в зеркало и скривилась. Глаза опухли и покраснели, как и нос. Даже холодная вода не помогла избавить лицо от последствий моей слабости.

— Красотка! — сыронизировала, продолжая хмуро себя разглядывать.

Волосы растрепались, и теперь я была как никогда похожа на ведьму. Намочила ладони ещё раз и стала их пальцами расчёсывать.

И вот чем Северьяну не нравятся рыжие?

Вполне себе обычный цвет. И не такой уж он у меня и яркий. Даже, скорее, тёмный. И чего я вообще об этом подумала⁈

— Точно ненормальная, — буркнула себе под нос.

Остервенело принялась приглаживать свои непослушные локоны. В итоге психанула и оставила как есть. А вернувшись на кухню, застала Лизу наливающей чай в две чашки.

— Ты вовремя, — улыбнулась она мне. — Садись. Я, кстати, у Костика вашего сегодня домашку тебе переписала, — подмигнула и уселась напротив, ставя напитки на середину стола.

— Да ладно? Ты моя спасительница! — пискнула счастливо и кинулась обнимать подругу. — Чтобы я без тебя делала!

— Что, что, — усмехнулась девушка, — страницы в дневнике вырывала.

Да, помнится, был у нас такой период в своё время. Когда получали плохую оценку, выдирали из дневника страницу и заполняли его вновь. Оценки нет — ругать некому. Конечно, по итогу родители об этом узнали и устроили нам разбор полётов. Не то чтобы меня это проняло, но в итоге скрывать оценки перестала.

Раз уж родители и так могли узнать, смысл их прятать?

— А может чего покрепче? — вырвало из воспоминаний предложение Лизы.

Признаться честно, даже не сразу поняла, о чём она. Только когда подруга достала бутылку коньяка из буфета, до меня дошёл смысл её слов.

— Не уверена, что это хорошая идея, — осторожно ответила, следя за действиями той.

Девушка уже достала и бутылку, и рюмки, и теперь споро разливала алкогольный продукт. После чего протянула одну рюмку мне, вторую сама подняла.

— Ну, за то, чтобы всё было хорошо, — сказала и выпила махом.

Проследила за ней с интересом, но подруга либо хорошо скрыла своё состояние, либо не в первый раз так выпивала. Я не знала. Да и какая разница? Не долго думая, повторила её манёвр. Прохладная жидкость обожгла горло, вынудив закашляться и потянуться к чаю в стремлении избавиться от неприятного послевкусия.

— Гадость, — призналась честно.

Лиза весело рассмеялась.

— Ещё? — предложила.

Молча протянула ей свою рюмку.

От новой порции внутри принялось растекаться тепло, а ещё через пару рюмок в голове появился дурман. Захотелось смеяться и сотворить какую-нибудь глупость. Стала в уме перебирать, как можно повеселиться. Дома сидеть не хотелось. Уроки делать — и подавно.

— Слушай, Лиз, а давай в клуб сходим?

Идея возникла внезапно и захотела быть озвученной. Подруга вздохнула и… разлила ещё нам по рюмке.

— Без допинга я на такую авантюру не решусь точно, — пояснила она свои действия.

Так и получилось, что к девяти вечера мы обе, не переставая хихикать, вышли из подъезда на улицу, где нас поджидало заказанное ранее такси.

— В клуб! — сходу заявили, усевшись на пассажирские места.

— И в какой вас клуб, девушки, везти? — уточнил, хмурясь, водитель.

А мы призадумались. Посмотрели друг на друга и глупо захихикали. Голова у меня кружилась от выпитого, и впервые в жизни я поняла, почему взрослые пьют. Да чтобы поймать вот это чувство куража, когда все проблемы становятся неважными, и остаётся лишь единственное желание — кутить дальше.

— А я не знаю, в какой нам надо, — пробормотала сквозь смех Лизка.

— Щаз всё устроим, — успокоила я её, доставая из кармана куртки мобильный и карточку с номером телефона Северьяна.

Визитку я ещё утром отыскала на полу и сунула в карман куртки. Зато сейчас вот пригодилось. После нескольких длинных гудков раздался голос вызываемого абонента.

— Эт я, — начала без предисловий.

На том конце связи воцарилась тишина. Говорящая такая. И, наверное, будь я трезвой, испугалась этого, но пьяной мне оказалось всё равно. Как говорится, пьяному и море по колено. Я даже не подумала, что человек мог меня и не узнать, или и вовсе был занят, или на свидании.

В общем, не стала размениваться на предисловия.

— Короче, мы едем в клуб. Нам нужно название, — выдала, путаясь в словах.

— Не напомнишь, где вы? — спокойным голосом уточнил Северьян.

А я что? Мне не жалко признаться!

— В такси, — честно ответила.

— А не передашь таксисту трубочку? Я ему адрес продиктую, — вкрадчиво продолжил мужчина.

Я нахмурилась.

Вот он меня за кого принимает? За дурочку, что ли?

— Не-е, — протянула недовольно. — Ты ему сейчас прикажешь нас к себе везти!

— Я? Да зачем ты мне нужна в моём доме в таком состоянии? Тем более что я не один, — насмешливо возразил он.

Последнее мне совсем не понравилось.

— И с кем ты? — нахмурилась.

— Свет, езжай домой, а? Ты где вообще так напилась?

Тут я уже приуныла.

— Там больше не наливают, — вздохнула грустно.

Послышался шумный выдох и тихий мат.

— Тебе плохо? — посочувствовала блондину.

— Клуб «Наутилус», — сдался тот.

В трубке послышались короткие гудки. Отняла телефон от уха и уставилась на него с негодованием.

— Да чтоб у тебя не встал! — выругалась на Северьяна.

Водитель закашлялся, Лизка расхохоталась.

— Бедный мужик! — выдавила она сквозь смех.

— Нашла, кого жалеть! — обиделась на неё.

Подруга промолчала, лишь послала мне весёлый взгляд и отвернулась к окну. Я не

Ну, что, Северьян Олегович? Настала моя пора вам нервы трепать!

Если я хоть немного правильно поняла его реакцию, то мужчина разозлился на моё состояние, а, значит, не заставит себя ждать! Особенно учитывая его гиперответственность за меня! Не всё же мне из-за него психовать и нервничать? Пусть побудет на моём месте!

Намёки сознания на совершаемую глупость отогнала тут же прочь. Нечего мне портить вечер такими глупостями! Да здравствуют танцы!

Глава 9

Когда мы с Лизой собирались в клуб, то совсем не подумали о том, что нас могут не пропустить. И теперь мы ожидаемо стояли у входа в «Мираж» и со скепсисом разглядывали длинную очередь из ожидающих.

— Мы здесь до утра простоим и не факт, что пустят, — недовольно пробурчала подруга, кутаясь в короткую шубку.

Мы вообще с ней оделись довольно легко и как можно по-взрослому. Сделали причёски и нанесли на лицо яркий макияж.

В общем, всецело постарались соответствовать восемнадцати годам.

Правда это не спасало нас от предъявления паспорта, которого не было с собой, и по которому мы являемся пока еще несовершеннолетними.

Облом обломский! Вот так и умирает женское счастье. Я, может, там своего будущего мужа должна сегодня встретить. А они… Эх.

— Что, девчонки, не пропускают? — раздался внезапно веселый голос за спиной.

Я как стояла, так и подпрыгнула, с разворота махнув рукой в стремлении оттолкнуть и бежать. Не вышло. Мои руки оказались тут же перехвачены нарушителем спокойствия, и я неожиданно для себя окунулась в темный омут чужого взгляда. Или мне так в ночи казалось, не знаю. Но светловолосый парень точно имел темные глаза, которые смотрели на меня с неприкрытым интересом.

— Неожиданно, — произнес он, возвращая в настоящее, где я некрасиво пялилась на незнакомого парня, позабыв обо всем.

— Что именно? — нахмурилась, отступая от него.

— Просто со спины представлял тебя другой. А ты как лисичка, оказывается.

Ну, хоть не белка, и на том спасибо.

Но то я оставила при себе. Вслух же… ничего не сказала.

— Так что, провести вас внутрь? — не спешил сдаваться парень, не сводя с меня заинтересованного взгляда.

И вот зачем так смотреть? Аж неловко стало из-за столь пристального внимания. Нет уж, с ним я точно никуда идти не хочу. Но то я.

— А проведи, — кокетливо вставила Лиза, накрутив на палец светлый локон своих волос.

Парень тут же переключился на нее, и я облегченно выдохнула. Не то, чтоб он меня пугал, вовсе нет, но без его взгляда стало как-то легче дышать.

А в клуб он нас действительно провел. И даже пригласил за свой столик, где находился его друг. И я опять не успела отказаться, Лизка все решила за нас обеих, согласившись к ним присоединиться. Пришлось со вздохом усаживаться рядом.

— Андрей, — тут же поспешил представиться наш пропускник. — А это Глеб, — ткнул в своего темноволосого друга с голубыми глазами.

Тот кивнул, салютнув своим бокалом с пивом.

— А меня Лиза зовут, — представилась подруга, вмиг позабыв об Андрее, бросив все свои силы на охмурение Глеба.

Мне же ничего не оставалось, как поддерживать беседу с Андреем.

— Пить что-нибудь будешь? — поинтересовался блондин.

Первым порывом было отказаться, но потом я вспомнила, что пришла отдыхать, да и сидящий рядом вроде не особо активничал в отношении меня, а значит:

— Почему нет? Что-нибудь клубничное, — попросила.

Мой заказ принесли уже через пять минут. Сам же Андрей и принес. А дальше… И не вспомню, когда последний раз я так веселилась. И самое главное, тот, кого я поначалу опасалась, и стал катализатором этого самого веселья. Мы много танцевали, смеялись и пили. И казалось, этот вечер уже ничего не может испортить, но как же я ошибалась!

Я как раз присела передохнуть от танцев, когда внезапно заметила в толпе Северьяна. Тот стоял посреди танцующей толпы и осматривался в поиске кого-то. Впрочем, не трудно догадаться по чью душу он сюда заявился. За мной.

— Вот блин! — с досадой простонала и… нырнула под стол.

Не самое надежное укрытие, но лучшего не нашлось. Да и может всё-таки не заметит в толпе? Хоть бы, хоть бы, хоть бы…

Парни с Лизой с удивлением посмотрели на меня.

— Здесь мой старший брат, — ляпнула первое, что пришло в голову.

Ну а что? Хотел им быть? Вот! Я исполняю!

— Я — фея! — хихикнула над своими мыслями. — Фея!

Зажала рот руками и продолжила беззвучно хохотать. И вот пойми, то ли из-за выпитого меня так накрыло, то ли из-за страха. И ведь больше чем уверена — блондин меня ищет.

И как только сумел так быстро узнать, куда я отправилась отдыхать? Специально же сменили маршрут. Или он здесь не из-за меня?

Последняя мысль откровенно не понравилась, но я не успела её толком зафиксировать сознанием, когда ко мне под столом присоединилась Лиза.

— А ты чего? — удивилась.

— Так там твой ходит. Меня увидит, явно не слезет, пока не выпытает, где ты. Что я ему скажу? К тому же он злющий! Я его взгляд как увидела, прям почувствовала, как побледнела, — поёжилась девушка.

Тут я её понимала. Северьян и впрямь одним взглядом способен заставить покаяться во всех смертных грехах. Подумала и устроилась на полу поудобнее. Дёрнула ближайшего парня за штанину, привлекая внимание того.

Показалось лицо улыбающегося Андрея.

— Коктейль не подашь? — попросила с улыбкой.

— Держи, красавица, — весело проговорил он, протягивая мне запрашиваемое.

— Спа-асибо, — важно кивнула. — Ты — настоящий друг.

— Должна будешь, — подмигнул он.

— Не переживай, я всем прощаю, — махнула рукой и залпом выпила остатки коктейля.

И тут же чуть через нос не вернулся. В момент, когда внезапно смолкла музыка. Я в испуге вся сжалась. Неужели Северьян решил разогнать толпу для того, чтобы найти меня? Да ну, бред! Ведь бред, да?

Да!

Убедилась в том, когда послышался голос ведущего, вынудивший облегчённо вздохнуть. Пришла пора какого-то конкурса. Его суть я благополучно прослушала, но поучаствовать захотелось. И раз уж Северьян меня в скором времени найдёт — это без вариантов — так почему бы не повеселиться напоследок?

Сказано — сделано!

Вылезла из-под стола и, схватив опешившего Андрея, побежала в сторону сцены, куда приглашали всех участников. Пять пар уже было выбрано, и как раз подыскивали последнюю — шестую. Ею и стали мы.

— Свет, а ты уверена, что хочешь участвовать в этом конкурсе? — с беспокойством в голосе уточнил мой напарник по конкурсу.

— Почему нет? — удивлённо посмотрела на него.

— Так что делать-то надо? — поинтересовалась.

А то вдруг и впрямь лучше не стоит?

Парень с пару секунд смотрел на меня в шоке, а потом вдруг закашлялся в кулак. Судя по вздрагивающим плечам, смеялся.

— Я тебя сейчас стукну! — пригрозила я ему.

Ответить, правда, он не успел. Его опередил ведущий. Нас поставили всех в ряд и попросили представиться. Я с замиранием сердца ждала повторного озвучивания конкурса, глядя в толпу, в центре которой со сложенными на груди руками застыл Северьян.

Мрачный и злой, как тысяча чертей, он скользил по мне своим холодным взором, отчего с каждым пройденным мгновением становилось всё больше не по себе. Ну да, одета я сейчас была далеко не как примерная девочка — в чёрное короткое платье в обтяжку с одним оголённым плечом, а на лице красовался яркий макияж, увеличивающий мне возраст года на два. Но это же не повод так пялиться⁈ Захотелось оттянуть подол наряда ниже и вообще прикрыться. Особенно, стоя на сцене под прицелом чужих не менее пристальных взглядов.

— Итак, напоминаю условия конкурса! — вернул меня к насущному голос ведущего. — Как только я скажу «старт», девушки оголяют спину, а парни рисуют на ней красивый рисунок горячим шоколадом. Победителя выбираем по реакции всех присутствующих в этом зале.

Вот чёрт! Это фиаско! Полное и безоговорочное. Я же без верха от нижнего белья!

А отказываться и бежать со сцены уже глупо. Хотя очень хотелось. Ибо Северьян теперь напоминал настоящую грозовую тучу. Того и гляди психанёт и перебьёт всех. Ой, мама…

Да только поздно.

Ведущий дал отмашку на начало, и я несмело, но потянула платье вниз, повернувшись спиной к залу, прикрывая руками грудь.

Надо отдать должное Андрею, который с виду никак не отреагировал на то, что я без нижнего белья, шустро принялся рисовать какой-то узор на моих лопатках.

Если честно, поначалу думала, что будет больно. Шоколад же горячий. Но нет. Щекотно вот было, отчего я то и дело дёргалась и хихикала.

Мой напарник по конкурсу начал своё художество от шеи, но постепенно спускался к пояснице. Местами даже переходил к животу. Причём всё это он делал настолько чётко и уверенно, что я диву давалась.

— Ты художник? — не выдержала и поинтересовалась по ходу дела.

— Десять лет художественной школы, — подтвердил мои слова он.

— Повезло, — усмехнулась.

— Со мной не бывает иначе, детка! — пафосно изрёк тот, измазав мою щёку шоколадом.

Точнее это я так подумала сначала, пока не поняла, что всё это лишь продолжение рисунка. Под конец минуты я была изрисована вся, вплоть до кистей рук. А ещё очень хотелось посмотреть на себя в зеркало. Было ужасно любопытно, что же такого натворил этот несостоявшийся писатель.

— Три, два, один… Стоп! — выкрикнул ведущий. — Ну что ж. Приступим. Пара номер один, — послышались аплодисменты, выкрики и свист.

То же самое повторилось и со второй парой. Третья и пятая получили в ответ вялые хлопки. Четвёртая пока лидировала. Остались лишь мы.

— И-и-и, наконец, последние наши участники…

Договорить мужчина не успел, послышались бурные овации. В полном неверии посмотрела на своего партнёра, а после с визгом бросилась тому на шею, совершенно позабыв о том, что стою с оголённым верхом.

— Ой, — пискнула, отстраняясь и вновь прикрываясь руками.

Блин, и как теперь быть?

Растерянно оглядела толпу в поисках подруги. Но если она и была где-то там, то я её не увидела. Зато Северьян нашёлся на прежнем месте всё такой же хмурый. От желания себя пожалеть меня отвлекло поздравление ведущего и вручение сертификата на ужин для двоих во французском ресторане.

— Ну что? Сходишь со мной в ресторан? — усмехнулся Андрей, вертя в руках бумажный прямоугольник, где были вписаны наши имена.

— Конечно, — согласилась, не особо раздумывая.

В конце концов, когда мне ещё выпадет такой шанс?

— Тогда в субботу? — довольно улыбнулся парень.

— В субботу, — кивком подтвердила я, пытаясь надеть обратно платье и не размазать шоколадную красоту. — Слушай, а сфоткай меня, а? Очень хочется посмотреть, но не идти же к зеркалу в таком виде через весь зал?

— Не переживай. Твоя подруга уже всё сделала. Потом у неё на телефоне посмотришь, — успокоил меня новый знакомый, помогая натянуть платье на плечи и попасть в вырез для руки.

— Спасибо, — выдохнула ему благодарно. — А теперь мне пора, — вздохнула грустно, следя за тем, как к нам идёт злой блондин.

Андрей проследил за моим взглядом.

— Брат?

— Ага. Всем братьям брат.

В этот момент мимо нас проходил какой-то парень с бутылкой водки в руках. Её я и схватила, отвинтила крышку и сделала большой глоток прямо из горла.

Чтоб уж наверняка. Помирать так пьяной и счастливой. То есть с песней и красиво, я хотела сказать.

Северьян, наконец, приблизился. И я поймала себя на мысли, что любуюсь им. Всё-таки он, без ложной скромности, по-настоящему красив. Особенно, сейчас, в светло-серых брюках и чёрной рубашке. Отчего голубые глаза казались ярче обычного. А может всё дело в цветных прожекторах. Или моём помутневшем рассудке, что вернее. Иначе, с чего вдруг в моём мозгу взялись подобные мысли? Уж точно не потому, что мужчина мне нравится. Вовсе нет. Нисколечко! Как вообще может нравиться такой человек? Брр! Вот ещё бы перестал меня преследовать по делу и без. То и озвучила.

— Слушай, я вот не понимаю, — начала раньше, чем он стал бы мне выговаривать что-то за моё поведение. — Тебе что, заняться больше нечем или некем? У тебя же свидание, вроде как, было? Чего ты тогда здесь-то забыл?

И неожиданно для себя покачнулась. Упс, кажется, водка была лишней.

— Вот даже спорить с тобой сейчас не буду, — хмуро проговорил Северьян.

Схватил за плечо, помогая устоять на своих двоих, и потянул за собой на выход.

— Да что ты себе позволяешь? — тут же возмутилась я, на ходу пытаясь вывернуться из его хватки. — Появляешься в моей жизни весь такой мрачный и красивый и думаешь, что я должна склониться перед тобой на колени? Не будет этого. Кто ты вообще такой? Да ты мне никто! Я тебя и знать не хочу! Вот что ты за мной ходишь? Достал, честное слово. Только проблемы одни от тебя. Ни прогулять, ни погулять, ни поучиться нормально. Меня же все девчонки ненавидят. А всё ты-ы! Вот что ты здесь делаешь? Сидел бы со своей блондинкой дома, занимался тем, чем обычно занимаются взрослые наедине. А мне теперь

Мужчина молча слушал мои словесные излияния и продолжал вести на выход. Но так как я то и дело спотыкалась, приходилось ему трудно. В итоге он не выдержал и подхватил меня на руки. Так мы и вышли на улицу, и дошли до его автомобиля. В этот раз это была ауди, но опять же чёрного цвета.

— Ладно хоть одеваешься не во всё чёрное, — пробормотала, мысленно восхищаясь красивым автомобилем.

Северьян шумно вздохнул и усадил меня вперёд на пассажирское место. Даже ремень безопасности сам пристегнул. Затем закрыл дверцу с моей стороны и быстро обошёл капот, усаживаясь за руль. Завёл двигатель и выехал со стоянки.

— Стой, а где Лиза? — занервничала я, вспомнив о подруге.

— С Димой. Они вперёд уехали, ещё когда ты в конкурсе участвовала, — сухо отозвался этот бандюган.

— А ты чего такой бука? — ткнула я его в плечо.

— Свет, давай мы просто доедем до дома спокойно, а? — почти взмолился он.

И я ему даже посочувствовала. На несколько секунд. Но это чувство быстро затмило собой любопытство.

— А Морковка всё ждёт тебя, бедняжка, да? — не удержалась от подколки.

— Свет…

— Ну что Свет? Я уже почти восемнадцать лет Света. Трудно ответить вот, что ли? — обиделась на этого сухаря и отвернулась, сложив руки на груди.

Рядом послышался шумный выдох.

— Нет её у меня дома, — ответил Северьян.

Заинтересованно посмотрела на него в ожидании продолжения, но того не последовало.

— Но была? — уточнила, прищурившись.

— Не было.

— Почему?

— Потому что не было.

— А кто была?

— Никто.

— Но ты же сам сказал, что ты не один. Значит с кем-то был. С кем?

— Тебе не всё равно?

— Нет, отвечай.

— И почему же тебе не всё равно?

— Потому что мне любопытно.

Что тут не понятного?

— И почему тебе любопытно, — непонятно чему развеселился мужчина.

— А почему ты не отвечаешь?

— А с чего я должен отвечать?

М-да, разговор глухих какой-то…

Совсем мне не нравился.

И на вопрос он так и не ответил.

А ещё почему-то вспомнилось, что ему рыжие не нравятся. То есть, я не нравлюсь.

— Останови машину, — потребовала хмуро.

Северьян на мой вопрос явно озадачился.

— Зачем? Тебе плохо? Тошнит?

— Нет. Я просто хочу уйти, — сказала, как есть.

Мужская озадаченность никуда не пропала.

— И почему ты хочешь уйти? — поинтересовался вкрадчиво.

Аж мурашки по спине поползли из-за звучания его голоса. Будто кот мурлыкающий.

— У тебя такой красивый голос, — вздохнула довольно. — Скажи ещё что-нибудь.

Северьян опять вздохнул. Обречённо.

— Свет, а давай ты помолчишь, и я спокойно довезу тебя до дома?

— Не хочу домой. Там всё равно никого нет. Там никогда никого нет.

Так жалко себя стало. Прямо до слёз. Которые я и не сдержала. Пролились на щёки вместе с всхлипом.

— Свет? — тут же забеспокоился мужчина. — Не плачь, слышишь?

— Угу, — всхлипнула повторно.

— Ну, не хочешь домой, не поедешь.

— Угу, — продолжила плакать. — А куда поеду?

— Хочешь, просто покатаемся?

— Хочу. Правда покатаешь? — посмотрела на него с восхищением.

— Правда. Если перестанешь плакать, — улыбнулся он ласково.

— Я уже, — тут же утёрла слёзы.

— Вот и умница, — похвалил Северьян. — Тогда поехали, — свернул на центральную полосу, ведущую в центр.

И я тут же уставилась в окно, готовая наслаждаться видом ночного города и множеством разноцветных огоньков, от которых постепенно стало рябить в глазах. Пришлось прикрыть их. А открыть уже не получилось. Я заснула.

Кому-то вскоре будет очень стыдно за своё поведение))

Глава 10

В себя я пришла под ледяными струями воды, удерживаемая Северьяном. Голым Северьяном! Ну, ладно, не совсем голым, трусы на нем присутствовали. Но всё равно! Ткань белья прекрасно подчеркнула всю выступающую часть.

— А-а! Извращенец! Ты что творишь⁈ — завопила тут же, шарахаясь от него в сторону, прикрываясь руками.

Воображение сразу нарисовало последствия такого душа и стало совсем страшно.

— Да успокойся ты, дура пьяная, — осадил меня блондин. — Сто лет сдалась мне. Ты вся в шоколаде. Мне тебя грязную надо было уложить спать? Ну, если только на улицу. В моем доме ты в таком виде ночевать не будешь.

— Да? А это тогда что? — ткнула в его пах, где все было очень даже не спокойно, как он меня уверял.

— Не поверишь, у мужчин такое бывает от холода, — скривился Северьян. — Сказал же уже, не интересуешь ты меня. И раз уж пришла в себя, то сама дальше и домоешься. На двери синее полотенце. Оно чистое. Можешь использовать.

Не дожидаясь ответа, нажал кнопку на стене, выбрался из кабины и скрылся в недрах виднеющейся впереди спальни. Ледяной поток сменился теплым, на что я мало обратила внимания, больше поглощенная тем, что смотрела в спину ушедшему мужчине. Похоже, моя реакция его оскорбила.

Тоже мне неженка какой, вы посмотрите! То есть раздеть меня и мыть ему совесть позволила, а при намеке на то, что он из-за этого возбудился, — вдруг пробудилась?

— Пф!

Облокотившись спиной о перегородку кабины для устойчивости, стала смывать с себя шоколад. Попутно и волосы помыла мужским шампунем. Теперь пахла совсем как хозяин дома. То, что я находилась у него, не оставляло никаких сомнений. Отчасти это было даже хорошо. В любом случае я маме позвонила ещё до клуба и предупредила, что останусь ночевать у Лизки. Волноваться обо мне никто не будет. Но вот о подруге стоило расспросить.

— Она спит в комнате для гостей на первом этаже. Дима позвонил её родителям и сказал им от имени твоего отца, что вы на вечернем сеансе кино и останетесь ночевать у тебя, — пояснил блондин, как только я показалась в комнате и задала волнующий меня вопрос.

— Спасибо, — выдохнула с облегчением.

Честно говоря, хотелось прилечь уже. Голова кружилась и стояла я из последних сил. Плохая была идея напиться и куда-то отправиться в таком состоянии.

— Моя футболка в твоём распоряжении, — кивнул Северьян на кровать, где на белом одеяле для меня был заготовлено обозначенное. — Сама наденешь или помочь?

Посмотрела на него как на сумасшедшего. Он приподнял брови и усмехнулся, после чего вышел из комнаты. И вот пойми мужика… То его оскорбляют мои намёки на интим со мной, то веселят…

А смущаюсь в итоге всё равно я!

У-у, гад!

Вытерлась полотенцем и раза с третьего всё-таки надела на себя футболку, после чего нырнула под одеяло, облегчённо выдохнув. Сил не осталось совершенно, только желание уснуть, что я и постаралась поскорее сделать. Вот только через пять минут поняла тщетность этого действия. А

На шум прибежал Северьян. Оглядел мою композицию с унитазом в обнимку и устало вздохнул.

— Горе ты, а не ребёнок, — выдал, прежде чем уйти.

А мог бы предложить помощь в виде таблеточки или ещё чего-нибудь такого! Чурбан бесчувственный!

Вернулся мужчина минут пятнадцать спустя, когда меня перестало тошнить. Я как раз умылась и улеглась обратно в постель. Молча протянул мне бокал тёплого чая.

— Это для желудка, — пояснил, когда я дрожащими руками пыталась забрать принесённое.

Северьян с несколько мгновений следил за тем, как я пытаюсь трясущимися руками выпить принесённое. А после уселся рядом со мной и стал придерживать стакан снизу, чтобы я не уронила его или не пролила жидкость на кровать.

Чай оказался не в меру сладким. После нескольких глотков почувствовала, как к горлу вновь подступила тошнота. Пришлось в срочном порядке бежать обратно в ванную. Вот только блондин не сдался, пока я не выпила всё до последней капли. Как ни странно под конец даже полегчало.

— Спасибо, — пробормотала еле слышно, падая на подушку.

Сил не осталось никаких. Но надо отдать должное мужчине. Он, казалось, прочитал мои мысли. Аккуратно укрыл одеялом и провёл рукой по всё ещё влажным волосам.

— Всё, теперь должна уснуть. Доброй ночи, куколка.

Всё это я уже слышала сквозь сон. Даже не была уверена, что мне это не показалось.

* * *

Двое мужчин находились на террасе дома Холодовых. Северьян уселся боком на перила, облокотившись спиной о столб и свесив одну ногу. Дима сидел на ступенях в сад и курил.

— Уверен в том, что делаешь? — поинтересовался последний, затягиваясь табачным дымом.

— А что я делаю? — усмехнулся Северьян. — Или, считаешь, нужно было бросить их в том гадюшнике, чтобы они вляпались куда-нибудь на свои нижние девяносто.

Да и какая теперь разница? Дело сделано. Смысл обсуждать? Но так считал только он, не друг.

— Они не настолько маленькие, чтобы не понимать последствия своих решений, — пожал плечами Дима.

И не сказать, что не прав. Вот только стоило только представить, что смешную девчонку с необычным именем Светозара кто-нибудь обидит, хотел убивать самым жестоким образом. Вот будь на её месте та же подружка, он бы даже не подумал что-то делать и как-то вмешиваться, но Светозара… Эта мелкая рыжая бестия будила в нём что-то первобытное, давно позабытое и настолько сильное, что игнорировать не получалось, как бы ни убеждал себя в обратном. Северьян ведь не задумался, когда сорвался с места после её звонка, подняв по тревоге всех парней, что были доступны и свободны этим вечером. И лучше не представлять, что те теперь о нём думают. Когда он и сам считал себя тем ещё психом.

— А я тебе говорил, чтобы ты оставил девчонку в покое, — опять завёл старую пластинку Дмитрий, вызывая в блондине глухое раздражение.

— Да я и собирался! Так кто же знал, что она может учудить подобное? — разозлился хозяин дома.

Но опять же, не на кого-то, на себя злился. Что даже сейчас, зная, что девушка в безопасности и нет смысла о ней беспокоиться, всё равно мучился желанием пойти и проверить, как она там. И кто сказал, что иметь младших сестёр — это счастье? Да и по правде говоря, младшую сестру он в ней видел постольку-поскольку. Сестре бы он не позволил подобного поведения. Давно ремня раздал.

— Действительно, — съязвил, не скрывая веселья, Дима, за что получил в ответ мрачный взгляд. — Хорошо, что наши наткнулись на твою подопечную, а не кто-то ещё, — поспешил сгладить ситуацию.

— Да уж…

Повезло, так повезло. Хотя и правда бы по шеям обеим надавать, да только смысла в этом не было никакого. Захотят, всё равно ещё раз повторят сегодняшний загул. Да и он им не отец, не брат и не нянька, чтобы предъявы кидать по данному поводу. Достаточно того, что и так помог. И всё-таки друг прав. Пора заканчивать с этим балаганом.

— Закруглять наше общение с ней завтра будем, — вздохнул устало Северьян.

— И как будешь закруглять?

— Раз уж она с Андрюхой подружилась, пусть он при ней пока и остаётся. У них там как раз поход в ресторан намечается, вот и пусть отведёт подозрения от меня, — пожал он плечами.

— А если реально сойдутся по итогу? — продолжал докапываться брюнет.

Северьян поджал губы в недовольстве.

— Не сойдутся. Андрей предупреждён, что в её сторону даже смотреть не стоит. Никому.

— Ну-ну, — с сомнением протянул Дима.

Но так тихо, чтобы его эмоциональный друг не услышал. Не хватало ещё распрей внутри их группы из-за одной рыжей девчонки, которая сейчас спала крепким сном и совершенно не подозревала, что стала настоящим камнем преткновения в жизни одного блондина.

Глава 11

Утро встретило меня сильнейшей головной болью.

Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь. В голове царил сумбур из мыслей, а память отказывалась восстанавливать вчерашние события. Плюс ко всему перед взором всё кружилось и расплывалось. Пришлось снова зажмуриться. Казалось, болело всё моё тело. Словно я не пила вчера, а сдавала всевозможные нормативы по физкультуре.

За своими страданиями не сразу поняла, что уже не одна. Лишь когда меня стали трясти за плечо, заметила сей факт. Организм на такое явление ответил протестом в виде резкой вспышки очередной боли в голове. Невольно застонала и попыталась отбиться от мешающего моей дрёме самоубийцы. Хотя с таким эпитетом я явно погорячилась, учитывая, что сил не было даже открыть глаза.

— Да блин, Светка, просыпайся ты, а то пропустишь всё самое интересное! — раздался над головой требовательный голос подруги, который набатом отозвался в сознании, отчего из меня вырвался новый стон.

— Сгинь, исчадие ада! — промямлила, отворачиваясь.

Вот зачем я вчера пила? Да ещё и столько много? В жизни больше ни капли алкоголя в рот не возьму!

— Да блин! Светка! Я серьёзно говорю! Всё пропустишь же! Там Северьян…

О, боже! Вот только о нём мне не хватало с утра пораньше восхищённых речей!

— Лиз, отстань, а? И так плохо…

— А я тебе о чём? Ты обязана это увидеть! — продолжила трясти меня девушка. — Он там подтягивается не хуже твоей

— Да плевать мне на него, — отмахнулась повторно.

Но всё-таки села в кровати. Голову вновь прострелила острая боль. Схватилась за неё руками и стала глубоко дышать.

Однозначно, это был первый и последний раз, когда я пила!

— Совсем плохо? — сочувственно отозвалась рядом подруга. — Ой, я же тебе аспирин принесла. Мне Димка дал, — вновь защебетала она и сунула в мои дрожащие руки стакан с водой, в которой растворялись как раз две таблетки.

— Спасибо, — поблагодарила её, тут же вливая в себя живительное средство.

Только я допила, как Лиза тут же схватила меня за руку и потащила прочь из комнаты, на первый этаж. Препираться и сопротивляться сил не было, потому следовала за ней послушной марионеткой, стараясь не сойти с ума от всё ещё мучившей головной боли.

Привела меня девушка в просторную и уютную гостиную. Подвела к окну и ткнула куда-то в сторону. Проследила взглядом в указанном направлении и обомлела.

Там и правда находился Северьян. Голый по пояс. Из одежды на нем были лишь шорты до колен. И это при том, что на улице зима! Но не суть. Права была Лизка, говоря, что мужчина ничем не уступает моему любимому герою сериала «Стрела». Схожее телосложение и так же умело подтягивался на брусьях. Причём этот снаряд мало чем отличался от того, что в фильме.

Чёткими движениями блондин будто отталкивался от воздуха, перемещая железную перекладину на верхние зубцы. Я заворожённо следила за его действиями, пребывая в молчаливом шоке. В рассветных лучах это выглядело особенно впечатляюще.

Никогда бы не подумала, что он так умеет!

Впрочем, что я о нём знала? Да ничего. Лишь то, что Холодов Северьян Олегович позволил выяснить.

— Я же сказала, — восхищённо прошептала подруга. — Ничем не хуже твоей Стрелы. А может даже лучше.

Отвечать или спорить, да и вообще что-то доказывать, не собиралась. Все равно её уже было не переубедить. Тоже мне нашла себе кумира… Да Стрела в сто раз круче Северьяна!

По крайней мере, он убивал за дело и то лишь в единичных случаях. В основном, ловил и оставлял преступников полиции. А этот…

В сознании, если честно, царил раздрай. Как бы я себя ни уговаривала, нутром чувствовала, что мужчина не так уж виновен в произошедшем тем вечером. Почему-то я верила его словам: он лишь защищался. Странно, но факт.

— Подсматриваем, девочки? — раздался над ухом тихий шёпот.

Взвизгнула от неожиданности и шарахнулась в сторону, неловко завалившись на окно, больно ударившись локтем о стекло.

— Простите, напугал, да? — покаялся Дима, появление которого мы с Лизой обе пропустили.

— А ты как думаешь? — отозвалась недовольно подруга, с прижатой к сердцу рукой. — Кто же так подкрадывается! Чуть инфаркт не схватили!

— Ну, вы так увлечённо следили за Холодом, что грех было не воспользоваться ситуацией, — обезоруживающе и по-мальчишески улыбнулся Дмитрий, разведя руками.

Просто невозможно было не ответить тем же.

— Не делай так больше, — всё же попросила его. — Я неадекватно реагирую на такие шутки с некоторых пор.

Всё веселье брюнета пропало вмиг.

— Прости, — покаялся он. — Не подумал. Я вообще вас искал, позвать на завтрак. Там всё готово, — явно попытался сгладить осадок от плохих воспоминаний.

— О, это я вовремя значит, — раздался сбоку от нас бодрый голос четвёртого участника нашего внепланового собрания. — А вы чего здесь все стоите?

— Да вот, — лукаво усмехнулся Дима, — тобой любовались.

— Да? — протянул блондин, глядя на нас с Лизой с привычной насмешкой.

Лиза тут же принялась строить глазки, я же наоборот потупила взор и покраснела. Просто вспомнила, что я ему вчера наговорила, и как он меня… мыл?

Ой, мамочки-и-и…

Он реально меня раздел и мыл!

Какой кошмар!

Что я там говорила про стыд? Вот когда меня им накрыло в полной мере. Вот бы провалиться сквозь пол, под землю.

— Честно! — восторженно отозвалась подруга. — Это было неподражаемо! Вы как любимый Светкой Стрела, только круче и настоящий!

Провалиться сквозь землю захотелось еще больше, особенно, когда голубой взор сосредоточился на мне. Спас ситуацию Дима, за что я его расцеловать готова была.

— Ладно, идемте уже позавтракаем. За едой пообщаться можете, — прервал он всеобщие гляделки и восторги.

Мы прошли в небольшую столовую, объединённую с кухней. На столе был накрыт завтрак, при виде которого я не сдержалась и поморщилась.

— Тебе плохо? — с беспокойством в голосе тихонечко поинтересовался брюнет.

Посмотрела на него жалобно и согласно кивнула. Северьян с Лизой о чём-то довольно переговаривались между собой, ничего не замечая вокруг, отчего я почувствовала себя лишней.

Ах, да… Он же мне сам вчера говорил, что предпочитает блондинок. И на них, похоже, возрастные ограничения также не распространяются. И чего за мной тогда таскается, не пойму?

— Если не хочешь есть, иди тогда, одевайся. После завтрака в школу вас отвезу, — сообщил Дима, давая мне возможность сбежать из столовой. — Пакет с вещами в той комнате, где ты ночевала. Холод ещё на рассвете принёс.

Растерянно посмотрела на того, о ком говорилось, но тот в нашу сторону даже не смотрел. Исключительно Лизкой любовался. А та, заслышав последние слова Димы, виновато ойкнула.

— Прости, я забыла тебе сказать, что ты можешь переодеться.

И посмотрела на меня так хитро, что сразу стало понятно: специально промолчала.

Ещё бы понять, для чего.

Хорошо хоть футболка Северьяна мне почти до колен в длине. Не стыдно в ней находиться. А вот подруга была одета в джинсы и мягкий белый свитер, под тонкой вязью которого виднелся топ в тон. А я даже и не заметила обновок на ней до этого мгновения.

— Зато про себя не забыла, — съехидничала в ответ.

Все трое посмотрели на меня в недоумении. Да я и сама не поняла, с чего мне вдруг так это не понравилось. Наверное, просто не хотелось быть обязанной хозяину дома ещё больше. Вот и поспешила уйти в комнату, в которой ночевала. Правда, поднявшись на второй этаж, застыла в растерянности, глядя на длинный коридор. Из комнаты меня вывела Лизка, и запомнить её местоположение я не успела. И что теперь делать? Не возвращаться же?

— Так и знал, что потеряешься, — раздался позади насмешливый голос.

Северьян обошёл меня по дуге и направился дальше по коридору.

— Идём, провожу, горе ты моё.

Пришлось следовать за ним. Как оказалось, мне отвели самую дальнюю угловую комнату с двумя окнами, выходящими на две разные стороны. Ночью я её не рассмотрела толком из-за своего невменяемого состояния. Про утро вообще молчу… Потому сейчас с интересом всё разглядывала.

Довольно светлая и

— Там несколько вещей, выбери, что тебе подойдет больше, — махнул в сторону окна Северьян.

Там, на полу, и правда, находились два пакета с маркой известного бренда. Я в них совершенно не разбираюсь, но было видно, что Северьян не поскупился на то, чтобы приодеть нас с подругой. С чего бы вдруг? Чем дальше, тем больше я не понимала этого человека. Он был сплошной ходячей загадкой. Восьмым чудом света. Серьезно, кто просто так одевает незнакомых ему девиц? Вот то-то и оно, что никто. А значит… Что ему от нас с Лизой нужно? А вдруг подруга права, и он реально решил просто таким образом подкупить, а потом затребовать компенсацию? От подобной мысли стало жутко не по себе. И мы ещё сейчас наедине в спальне его дома, где мужчина может делать со мной, что захочет, а мне и помочь некому.

— Ты чего зависла? — пощёлкал перед моим лицом блондин, отчего я резко шарахнулась в сторону.

В голубом взоре проявилось напряжение.

— Ну и что ты себе вновь надумала? — поинтересовался мрачно.

— Ничего, — заверила, покачав головой в подтверждение.

— Я вижу, — скривился мужчина. — Успокойся, вещи покупала моя помощница. Так что я к ним не притрагивался. Даже не знаю, что внутри.

Не то, чтоб успокоило… но успокоило. Он ведь, похоже, и мысли не допустил, что меня испугало несколько иное. И хорошо! Значит, точно в мою сторону ни о чем таком не помышляет.

— Спасибо, — поблагодарила, вяло улыбнувшись.

Блондин на это только головой покачал.

— Удивительно, как две такие разные девушки смогли подружиться, — протянул задумчиво.

Я на это только плечами пожала.

— Может, потому что мы не такие уж и разные, как ты считаешь? — предположила.

И не соврала. У нас с Лизкой действительно много общего.

— Не разные? — улыбнулся Северьян, покачав головой. — Давай посмотрим. Ты наивная, чистая, открытая, неискушённая во многом, пусть и старательно это скрываешь за своим наглым поведением. И твоя подруга… — призадумался на мгновение, подбирая слова. — Она довольно откровенна в своих желаниях, несмотря на юный возраст. Даже излишне легкомысленна. В то время как ты намного серьёзнее. Но при этом именно ты на деле из вас двоих по-настоящему безбашенная. Уверен, с клубом была твоя идея, а не Лизы, — ответил Северьян, отходя к окну и глядя вдаль горизонта.

И вроде последнее произнёс так, будто корил, но воспринималось больше комплиментом.

В общем, опять я из-за него растерялась и засмущалась.

При этом мне совсем не понравилось сравнение с Лизой. Зачем он вообще нас сравнивает?

— Можно я уже переоденусь? — решила уйти от ответа и избавиться от надоедливого собеседника, отвернувшись от него.

Зря. На плечи тут же легли две горячие мужские ладони.

— Давай только без новых глупостей, ладно? — тихонько попросил мужчина, выдыхая мне в волосы.

— Это каких например? — уточнила, напрягаясь от столь близкого присутствия.

— Какие только тебе придут в твою хорошенькую голову, — хмыкнул он, и я опять покраснела, припомнив свои вчерашние выходки.

— Хорошо, — закусила губу в смущении.

А ещё он назвал меня хорошенькой. Точнее не прям меня, но… улыбка всё равно расплывалась на моих губах, как бы я не старалась ее сдержать.

— Вот и умница, — отозвался Северьян, отстраняясь.

Обернулась посмотреть на него через плечо. И тут же обхватила себя за плечи. В голубом взоре несмотря на теплоту в голосе царила лютая стужа. Настолько явная, что и самой стало резко холодно. Вот уж действительно говорящая фамилия и имя. Как и позывной.

— Жду тебя внизу, — бросил на прощание, прежде чем покинуть мою спальню.

Я же ещё с некоторое время смотрела на закрытую дверь, размышляя о том, что это самый непонятный человек, которого только можно было встретить в своей жизни. Вроде и ведёт себя достаточно открыто, но на деле та ещё шкатулка с секретом. Который лучше совсем не узнавать. И вместе с тем, так и манил копнуть глубже.

Глава 12

В школу мы опоздали. Успели только к третьему уроку, благополучно пропустив физкультуру и литературу. В чём-то я этому была даже рада, ибо совершенно не была готова бегать и сдавать нормативы, да даже играть в баскетбол, а уж про то, чтобы слушать чью-то биографию или философствовать на тему сюжета обсуждаемого романа — речи подавно не шло.

По пути мы заехали домой к Лизе за её школьной сумкой и моим рюкзаком. Подруга, кстати, всю дорогу только и делала, что флиртовала с Северьяном. Причем так открыто, что я то и дело недоверчиво косилась в ее сторону. Она ведь не серьёзно увлеклась им, да? Взрослым мужчиной, которому мы обе чуть ли не в дочери годимся. Ладно, возможно, с дочерями я слегка переборщила, но он же всё равно намного нас старше, а Лиза… Она же сама меня в это тыкала ещё недавно. Теперь же, как с ума сошла. Или это я преувеличивала? Мужчины вполне себе добродушно реагировали на её поведение и с радостью отвечали на все её провокационные вопросы, умело уходя от прямых ответов. И самое обидное, Северьян — тоже! В то время как со мной едва ли парой слов перебросился. Да и до этого не особо стремился к общению между нами. А тут…

Из плюсов — я узнала, что же такого вчера нарисовал на моей спине новый знакомый — лиственный орнамент с цветками лилий вдоль всего позвоночника — от небольших у шеи до крупного на пояснице. Безумно красиво. Почти пожалела, что это не татуировка. Так и рассматривала картинку до конца нашей поездки.

На улицу я выбралась первая. И бросив всем на прощание «спасибо, я пошла, пока», поспешила в сторону ворот, ведущих на территорию школы. Лизу и ту дожидаться не стала. Зачем? Если она всё равно особо не спешила расставаться с мужчинами.

Да и ладно! Пусть хоть на весь день с ними зависнет, мне всё равно!

Вот только у кое-кого было иное мнение.

Я уже почти дошла до школы, когда меня нагнал Дима.

— Свет, погоди! —

— Не позавтракала ведь, да и сушняк мучить ещё долго будет, — улыбнулся по-доброму тот мне, протянув бутылку воды и контейнер с едой.

И я как-то враз растерялась от такой неожиданной заботы. Да ещё от того, от кого не ждала.

— Спасибо, — пробормотала негромко, благодарно улыбнувшись.

— Пожалуйста. И больше не пей, ладно? По крайней мере, так много, — ухмыльнулся мужчина.

А я покраснела.

— Не буду, — буркнула, отводя взгляд.

— Ладно, беги. Хорошего дня.

— И тебе.

Тут же отвернулась и почти бегом направилась в школу. Обернулась лишь на крыльце. Дима всё ещё стоял на том месте, где я его оставила, задумчиво глядя перед собой. И выглядел он в этот момент так притягательно, что я не удержалась и сфоткала его на телефон. Зачем? А просто так! Симпатяга же, ну? Правда взгляд почти сразу наткнулся на появившихся из-за угла Северьяна и Лизу, продолжающих о чем-то беседовать. Судя по их виду, о чём-то весёлом и интересном. Точнее, что-то весёлое и интересное рассказывала подруга, а Северьян внимательно слушал и улыбался, что-то отвечая. Но вот его взгляд наткнулся на меня, и лицо заметно посмурнело. И вновь такая обида разобрала, что с другими он открыт и доброжелателен, а со мной вечно хмур и недоволен.

Неужели, реально настолько не нравятся рыжие? Или ему не нравлюсь конкретно я? Нет, возможно, у меня не самый сладкий характер, но и не настолько же с ним всё плохо? Или что? Почему он себя так ведёт? При этом ведь хорошо всё было вчера утром, пока… что? Что произошло? Что я сделала не так? Из-за чего мужчина теперь возводил дистанцию? Из-за моей выходки с клубом? Но я же не прочила его приезжать за мной и везти к себе домой. Вообще ни о чём не просила. Это была его собственная инициатива. Так почему он на меня злился⁈

Не понимала. Ничего уже не понимал. Например, то, почему меня вообще волнует чужое настроение. Пусть ходит недовольным и дальше, раз ему так нравится. А я буду наоборот счастливой! Вот и улыбнулась ему от всей души, и даже решилась на воздушный поцелуй, после которого, правда, тут же поспешила сбежать в школу. Так что реакцию Северьяна я уже не увидела.

Зато её в красках описала Лиза.

И не только Северьяна. Но и тех, кто стал свидетелем этой моей глупой выходки.

— Так что готовься ко второй волне сплетен, подруга, — похлопала меня по плечу Лиза, прежде чем удалиться в сторону своего класса.

Я же осталась стоять у раздевалки, с мысленными стонами коря себя за безрассудство.

Что на меня только нашло…

Вообще в последние дни едва узнавала себя.

Словно во мне что-то надломилось и из этого разлома теперь лезла что-то доселе спавшее, а теперь разбуженное. Злое. И что хуже всего, это влияло не только на поведение в общении с Северьяном, но и Лизой. Особенно сегодня раздражение вышло на новый уровень. И кажется, Лизе тоже это не нравилось, судя по холодному прощанию минуту назад.

Ладно, потом разберусь с этим, после уроков. Пока же, я расправила складки на юбке-солнышко яркого песочного цвета, длиной чуть выше колен, и воланы на белой блузке. Слегка оттянула пиджак, чтобы сидел ровно на плечах. И только после этого поспешила на урок русского. Конечно, такой вид — не по школьному уставу, но один день, думаю, погоды не сделает.

Ох, и попадёт мне сейчас от учительницы за опоздание!

По пути пыталась выдумать правдивую отмазку, почему отсутствовала на предыдущем уроке. Ничего путного в голову не пришло. А потому, когда спросили, почему меня не было, ответила как можно беспечней, что сегодня проспала, и вчера плохо себя чувствовала.

Послышались смешки одноклассников, но на них я постаралась не обращать внимания.

— Мы писали сочинение, — обрадовала Полина Георгиевна в итоге.

— Я могу после уроков задержаться и написать, — робко предложила той.

Как ни странно, разрешила. Я даже не сдержала шумного выдоха облегчения. Эта женщина славилась жёстким и строгим характером. Но я никогда не понимала, почему её боятся. Да, именно таковой являлась учительница, но при этом всегда была справедлива.

— Исключительно за твой правдивый ответ, — пояснила, когда я уселась за парту. — Учись, Белов. А то «к врачу ходил, и даже на приём не успел из-за очереди», — передразнила ответ Кости она.

Посмотрела на своего одноклассника и ухмыльнулась. Мы с ним вечно соперничали по оценкам. С первого класса. Почему-то ему постоянно надо было меня во всём обогнать. Исключением являлась физкультура, в которой я еле набирала до четвёрки нормативы. А вот по остальным предметам… Мы с ним, конечно, не ботаники, но старались получить лучшую отметку, чем у другого. И при этом совершенно не общались никогда. Такая вот молчаливая борьба шла на протяжении уже девяти лет. Костя вообще мало с кем из класса общался. Его друзьями в основном были ребята постарше из компании брата.

Парень в ответ мне подмигнул и тут же сделал вид, что ничего не произошло. В общем, странный он. Отвернулась от него и сосредоточилась на уроке. Предстояло отрабатывать пропуски. Хорошо хоть родители не в курсе моих похождений или точнее прогулов.

Жаль, не долго я радовалась. После последнего урока — физики — столкнулась с Морковкой.

Увидев её, я знатно стушевалась. Уж слишком злым взглядом она меня одарила. Неужели, из-за Северьяна так страдает? Видимо, так. Потому что стоило двери в её класс закрыться, как изнутри донеслись сдавленные рыдания, которые вызвали в душе злость и протест. Захотелось найти блондина и высказать всё, что я думаю о его поступке. Вот только сознание услужливо подкинуло образ веселящегося за мой счёт Северьяна, и вся моя бравада сдулась напрочь. Нет уж! Пусть сами разбираются!

В общем, откинула от себя дурные мысли и поспешила домой. И так уже от родителей достанется за то, что ни разу не позвонила, ни вчера, ни сегодня. Ну и что, что отпросилась с ночёвкой к подруге? Как и то, что мобильник разрядился. Есть же домашний Светловых и мобильный Лизы.

Ох, чую, попадёт мне по приходу домой…

Пообещала же перед сном отзвониться и не сделала. Мама с отцом, конечно, дают мне достаточно свободы, но и до этого момента я их ни разу не подводила. Потому они мне достаточно доверяли, чтобы верить на слово.

Именно поэтому я нисколько не удивилась, обнаружив обоих родителей на кухне в ожидании меня. Сглотнула, понимая, что сейчас меня станут по-настоящему ругать. Вот

— Где ты была, Свет? — начал отец.

— Только не говори, что у Лизы, — отмахнулась мать, как только я открыла рот, чтобы ответить. — Мы знаем, что она так же не ночевала дома. Как и у нас, — выделила последнее предложение родительница.

Ох, ты ж…

И вот что им сказать? Не правду же в самом деле⁈

Хотя… Да простит меня подруга!

— В клубе, — еле слышно ответила, покаянно опустив голову вниз.

В красках представила, что сейчас начнётся. И не ошиблась.

— В клубе? — взвизгнула мама. — Ты совсем свихнулась, Свет? Какой клуб? Как вас вообще туда пропустили⁈

Я на это только покаянно вздохнула и ниже опустила голову. Какая разница, как, если пропустили?

На кухне воцарилась тишина, разбавляемая тяжёлым дыханием родителей.

— Свет, скажи честно… — начал отец и замялся, явно подбирая слова.

— Ты спишь с мальчиками уже, Свет?

Да-а, в отличие от папы, мама никогда не страдала чувством такта. Но у меня и мысли не было, что они сделают такие выводы. Посмотрела на обоих возмущённо и даже обиженно. Они за кого меня вообще принимают? За девицу лёгкого поведения, что ли?

Первым взгляд отвёл папа, понявший, что их предположение — верх глупости. Кажется, даже облегчённо выдохнул. А вот мама не спешила сдаваться или каяться.

— Ну, а как ещё мы могли понять ваше отсутствие? А теперь ещё ты заявляешь, что вы были в клубе и, похоже, не одни, раз вас отпрашивал незнакомый мужик! Кто вообще это был⁈

Вот тут я, признаться честно, окончательно стушевалась. Но и разозлилась. На себя, в первую очередь. Потом на одного блондина, с появлением которого в моей жизни начался настоящий хаос! Это ведь по его указке Дима звонил и отмазывал нас перед родителями!

— Светозара, отвечай! — приказала мама, не дождавшись моего ответа. — Ты эту ночь провела с мальчиком?

— Да! Провела! Но это не повод обвинять меня, чёрт знает в чём! — возмутилась, срываясь на крик. — Ничего плохого я не сделала! Ни в клубе, ни потом! Всего лишь потанцевала и в конкурсе поучаствовала, в котором выиграла, и с одним из участников иду в субботу в ресторан! Так что не надо придумывать себе непонятно что!

— Какой ресторан, Светозара? — закричал в свою очередь отец. — И с кем ты туда собралась?

— Да какая разница, с кем? Я уже достаточно взрослая, чтобы начать встречаться с мальчиками! Почему нет? Тем более что Андрей неплохой парень. Художник и учится…

Договорить не успела. На моё лицо обрушилась пощёчина от матери. Посмотрела на родительницу со злостью и шоком.

Как она посмела? За что?

Ну, сходила я в этот клуб, ну пообщалась с парнями… Что такого? Ничего плохого я не делала! Можно подумать сами паиньками были в моём возрасте! Сами поженились по залёту! А я теперь плохая? Потому что сходила в клуб?

— Ты не пойдёшь ни в какой ресторан, Светозара! Ты вообще больше никуда, кроме школы, ходить не будешь! Видимо мы зря тебе доверяли и оставляли одну! Поверить не могу, что из милой и понимающей девочки ты превратилась в столь безответственную особу! — продолжала тем временем мама.

— Ненавижу тебя, — прошептала, отворачиваясь. — Ненавижу! — закричала и бросилась в свою комнату, где и просидела до самой ночи.

Дождалась, пока родители лягут спать и, крадучись, отправилась на кухню на поиски еды. По большей части встречаться не хотелось с мамой. Было ужасно стыдно, что наговорила ей все те слова, но гордость не позволяла подойти к ней и извиниться. Тем более что в ресторан я идти вознамерилась в любом случае.

В конце концов, это мой приз! Да и когда ещё мне доведётся побывать во французском ресторане?

Глава 13

Последующие дни меня провожала и забирала из школы мама. Она взяла отпуск за свой счёт и теперь ни на мгновение не оставляла одну, не считая моей личной комнаты. Ощущала себя настоящей затворницей. Ни разу ещё до этого со мной так не носились, как теперь. Нет, я, конечно, понимала, что виновата, но это не значило, будто меня надо охранять подобно церберу врата в Царство Аида. И вообще с родительницей я так и не помирилась. Никак у меня не получалось пересилить себя и извиниться. И дело было даже не в гордости, а в банальном стыде. Проще оказалось сделать вид, что ничего такого не произошло.

В общем, мы с мамой не общались вот уже два дня.

Так же за всё это время я ни разу не видела и не слышала Северьяна. Он не приезжал, не звонил и не писал сообщений. Несколько раз я сама порывалась узнать, как у него дела, но в последний момент одёргивала себя. И всё же, лёжа по вечерам в постели, ловила себя на мысли, что чуть-чуть скучаю по этому человеку. Он внезапно ворвался в мою жизнь и так же внезапно исчез, оставив на своём месте странную зияющую пустоту. Даже ссора с родителями в эти минуты отходила на второй план. Поэтому на свидание с Андреем я намеревалась точно отправиться.

Правда, суббота наступила, а я так до сих пор и не придумала, как избежать родительской опеки и выскользнуть из дома. А ведь я даже наряд себе уже выбрала и подготовила. Мне к выпуску девятого класса мама купила потрясающее изумрудное коктейльное платье с рукавами три четверти и широкой юбкой до колен. Сверху можно накинуть тонкую кофту с длинным рукавом в цвет. И я была бы готова.

Вот только толку не было никакого: уйти же не получалось! Это невероятно бесило, отчего я лишь сильнее злилась на родителей. Почему я вообще должна это терпеть? С каких пор их стало волновать, где я и с кем? Раньше не особо интересовались. Хотя раньше я и не выкидывала ничего подобного. Может и правда стоило бы просто извиниться? В конце концов, сама ведь виновата в происходящем…

По квартире разнёсся дверной звонок, заставив вздрогнуть, а затем послышались голоса отца и того, кого ждала. Вскочила с кровати и застыла, кусая губы в нетерпении. Прогонят, нет?

В комнату заглянула мама. Увидев меня, стоящую в середине комнаты, она недовольно поджала губы. И заговорила далеко не сразу.

— Там к тебе пришли, — наконец, соизволила сообщить она. — Я так понимаю, это тот, с кем ты должна идти в ресторан.

Сердце сделало кульбит и замерло.

Разрешат или нет?

— Смотрю, уже подготовилась, — неодобрительно заметила мама, завидев висящее на вешалке на двери платье,

И чего я его вытащила?

Теперь точно можно не ждать согласия.

Тем удивительнее стало услышать:

— Хороший выбор.

И я застыла в искреннем изумлении, глядя на неё с открытым ртом. Она же не имеет в виду, что мне можно пойти?

— Правда? — переспросила недоверчиво.

Мама устало вздохнула.

— Знаешь, ты ведь права, — произнесла со слезами на глазах. — Мы с отцом действительно не замечали, что ты выросла. Видели в тебе всё ту же маленькую девочку. В то время как ты давно уже превратилась в прекрасную девушку. Ты просто пойми, Свет… Мы очень волнуемся за тебя. И то, что ты выкинула несколько дней назад… Это… Ты могла пострадать, понимаешь? Вы с Лизой могли наткнуться на каких-нибудь уродов, которые… — родительница запнулась, но, вздохнув, всё же продолжила: — Мы просто переживаем, чтобы с тобой не случилось чего-то плохого. Если бы ты видела, сколько таких вот доверчивых девочек попадает к нам постоянно… Это действительно страшно!

Вот теперь я действительно устыдилась своего поведения. Не выдержала и подошла к маме, обнимая ту за шею.

— Я знаю. И… вы тоже простите меня, — выдохнула виновато. — Тот поход в клуб… Это действительно было глупо с моей стороны. И опасно. Просто… Не знаю, что на меня нашло, если честно. Я обещаю больше такого не делать и без вашего разрешения никуда не ходить. Ну, по крайней мере, пока мне восемнадцать не исполнится, — обозначила рамки на всякий случай своего послушания.

Мама рассмеялась. Отстранилась от меня и стала поправлять мои завитые в кудри волосы.

— Какая же ты у меня красавица, — произнесла с гордостью. — Обещай, что будешь осторожна?

Ох! Неужели?

Я с надеждой смотрела на родительницу, которая вытирала слёзы со своего лица.

— Ну, он показался довольно милым, — пожала она плечами немного растерянно. — Вот только ему ведь двадцать лет. Не слишком ли он взрослый? В его возрасте не гуляют за ручку по парку, ты ведь понимаешь, о чём я, да?

Вот никогда бы не подумала, что мама решит провести со мной лекцию о происходящем между мужчиной и женщиной!

Невольно вспомнила Северьяна, который старше меня вообще на двенадцать лет. Вот при виде кого родителям точно плохо стало бы. Смешок сдержать не удалось.

— Всё хорошо, мам, — поспешила успокоить женщину. — Мы просто выиграли сертификат на ужин в ресторане в художественном конкурсе. Никаких отношений между нами нет. Андрей, конечно, милый, но как-то на роль парня я его не рассматривала.

— Ох, Светозара, если бы ты только знала, как я боюсь. Мы ведь с отцом никогда тебе больно ничего не запрещали, но и ты раньше не выкидывала такие фортели…

— Прости. Я просто… Не знаю, почему сделала это. Так захотелось там побывать. Просто не удержалась. И Лизку тоже я потащила туда…

— Как вас вообще туда пропустили? — нахмурилась моя мамочка.

— Ну, — протянула, подбирая слова, — мы накрасились. Да и провели нас внутрь. Как раз Андрей с другом и провели. Они даже не поняли, что нам нет восемнадцати, — повторно вздохнула виновато.

— Дурочки вы две, — по-доброму отозвалась мама. — Ладно, собирайся давай. Ждёт ведь, — и сама подтолкнула меня к платью.

И я не стала терять времени. Собралась вовсе за считанные минуты. Благо изумрудный бархат не имел особых сложностей с застежкой. Оправила юбку, рукава и поспешила в зал, откуда доносились тихие голоса.

Стоило мне показаться в дверях, как папа с Андреем одновременно поднялись на ноги. И если мой кавалер на сегодняшний вечер открыто улыбнулся мне, подмигнув, то вот папа нахмурился, глядя на моё одеяние.

— Надеюсь, молодой человек, я не пожалею, что позволил вам меня уговорить, — сурово отозвался он.

— Можете не сомневаться, — заверил мой знакомый.

Еле сумела скрыть победную улыбку.

Ура! Я иду в ресторан!

С родителями я распрощалась в считанные минуты, буквально утащив Андрея прочь из квартиры.

Мы вышли из подъезда, и я замерла на месте, глядя на белую тойоту, к которой подвёл меня Андрей.

— Ну, прям принц на белом коне, — хмыкнула, продолжая разглядывать белоснежный корпус автомобиля.

Совсем не похоже на огромный внедорожник Северьяна. Куда меньше. Не только снаружи, но и внутри. Хотя не менее удобный.

— Принцесса одобряет? — поддержал Андрей мою шутку.

— Принцесса предвкушает, — внесла я уточнением, отмирая и переставая пялиться на машину.

Андрей рассмеялся и помог мне удобно расположиться в кресле рядом с водительским. Пока пристёгивалась, он тоже устроился рядом.

Доехали мы быстро. Попутно Андрей рассказывал о смешных случаях на практике учёбы и службы в армии. Оказалось, что он на юридический поступил уже после того, как отдал долг своей стране.

В общем, входила я в ресторан в прекрасном настроении.

Внутри оказалось очень уютно. Во всём интерьере проглядывались французские нотки. Множество круглых столиков были покрыты белыми скатертями. Посередине красовались маленькие вазочки с небольшими букетами цветов. И вообще здесь было большое количество растительности. В глубине главной залы виднелся помост с музыкальным оборудованием. Уж не знаю, когда тут выступления происходят, но сейчас из динамиков лилась тихая музыка в стиле джазовых романсов.

К нам подошёл одетый в специальную чёрно-белую форму администратор, приветствуя, и мой спутник протянул ему наш клубный выигрыш на ужин в их заведении.

— Прошу за мной, я покажу вам ваш столик, — приглашающе махнул рукой работник ресторана, первым направившись в указанном направлении.

Провёл он нас за столик у самой сцены. Андрей сразу же заказал воды, пока мы выбираем основные блюда. Его просьбу исполнили довольно быстро. Я же сидела, смотрела в меню и пугалась цен. Сертификат, конечно, давал нам возможность поесть бесплатно, но, учитывая, насколько здесь дорогие блюда…

— А ты уверен, что стоит тут оставаться? — пробормотала едва слышно.

В конце концов, парень хоть и одет нескромно, но ведь студент… Вряд ли у него есть такие деньжищи.

— Да, нескромные, — усмехнулся мой спутник. — Но раз уж пришли, надо пользоваться моментом. Думаю, можно раз в полгода себя побаловать чем-то дорогим, как считаешь? — подмигнул и снова вернулся к просмотру меню.

Считаю, что он прав. Но всё равно постаралась выбрать что-то не самое дорогое. А ещё отчего-то подумалось, что тот же Северьян даже заморачиваться не стал бы ценами. И мне не позволил.

И вот чего я о нём вспомнила?

Тряхнула головой и отогнала от себя ненужные мысли, сосредоточившись на реальности.

— Выбрала? — поинтересовался Андрей.

Я согласна кивнула и перечислила свой выбор. Он подозвал официанта и бодро отрапортовал названия всех блюд.

— Так чего забыли две малолетки в клубе посреди недели? — полюбопытствовал мой спутник, когда нас снова оставили одних.

— Дни выдались не очень. Лиза предложила выпить, а дальше… сам понимаешь. Девочкам захотелось повеселиться, — усмехнулась, морщась от воспоминаний.

— Н-да, — хмыкнул Андрей. — Даже представить боюсь, чем для вас могла окончиться в действительности та авантюра, будь на нашем месте кто другой…

— Да-да, я уже всё поняла и раскаиваюсь, как могу, — проворчала недовольно, хватая в руки салфетку и сминая её.

— А брат? — уточнил парень.

— А что брат? — нахмурилась я на его вопрос.

Переход темы не понравился.

— Кто он тебе? Только не говори, что и вправду брат. Не поверю. Смотрел он на тебя далеко не как родственник.

Салфетка в руках порвалась. Прямо как сердце сейчас рвалось прочь из груди от воспоминаний того вечера. В частности, нашего совместного принятия душа.

— Он просто знакомый, — отозвалась, опустив взгляд в тарелку. — Он у моей мамы лечился в своё время, — повторила ложь для Лизы. — Родители у меня хирурги оба, вот и… познакомились как-то в больнице. Подружились. С тех пор он за мной присматривает по-своему. Так сказать по виду деятельности. Он владелец охранного предприятия.

— Понятно, — протянул мой спутник с улыбкой.

Так и не поняла, поверил он мне или нет, но продолжать тему не стал. Я — тем более. Так что даже обрадовалась, когда наш разговор прервало появление официанта. За столиком воцарилось молчание на время сервировки. Андрей выбрал рыбу в каком-то соусе, я — жульен с грибами.

Дальнейший вечер пролетел незаметно и быстро. С Андреем оказалось легко и весело общаться. Казалось, мы с ним обсудили всевозможные темы для разговоров, начиная от погоды и заканчивая хоккеем, который я терпеть не могла. Зато парень был ярым его болельщиком и часто бывал на играх в нашем городе. В его описаниях даже я нашла эту разновидность спорта привлекательной для себя и согласилась сходить с ним на игру в следующие выходные.

Андрей проводил меня до самых дверей и передал, можно сказать, с рук на руки. Подмигнул на прощание и ушёл. Я же, как только дверь закрылась, с тихим писком бросилась маме на шею.

— Смотрю, встреча удалась, — улыбнулась она, когда я отстранилась.

— Да. Было очень здорово. Но цены там, конечно, такие, что едва ли я во второй раз соглашусь туда пойти, — рассмеялась. — Поэтому в следующие выходные мы идем на хоккей.

Отец, знавший, как я не люблю этот вид спорта, закашлялся от такого заявления. Покачал головой и пробормотал что-то о ненормальных подростках, после чего ушёл дальше смотреть телевизор. А вот мама тут же утащила меня на кухню и стала расспрашивать о том, как всё прошло. Пришлось поведать ей обо всём подробно. Мама слушала внимательно и то и дело вздыхала.

— Как-то ты быстро повзрослела, — пояснила она свои охи. — Наверное, я ещё не скоро привыкну к мысли, что моя дочь уже вполне себе взрослая девушка.

Родительница встала из-за стола и ушла в ванну, подозреваю, чтобы никто не видел её слабости, то есть слёз.

И вот чего развела сырость на пустом месте?

Всё же ведь хорошо. По крайней мере, теперь.

Не стала задумываться, довольная отправилась в комнату, где долго слушала музыку и не могла уснуть, ворочаясь на кровати с бока на бок, вспоминая прошедший вечер. Который продолжился во сне. Но почему-то в обществе Северьяна, что сидел на стуле, сложив руки на обнажённом торсе и смотрел на меня своими искрящимися смехом голубыми глазами. А я, стоя перед ним, стыдливо прикрывала руками не менее обнажённую грудь и почему-то не спешила уходить. Вокруг плескалась вода. Она же капала на нас сверху, стекала по телу на пол, оставляя круги под ногами.

Дурацкий сон.

Дурацкий Северьян.

Дурацкое моё сознание.

Будто больше думать не о ком…

Глава 14

Сегодня мой день рождения, и я вскочила раньше привычного, за полчаса до будильника. У родителей снова совпали рабочие дни, но я знала, что их подарок, как и всегда, дожидался меня в зале на столе. Они всегда так делали, если случались такие ситуации.

Вот и сейчас я вбежала в комнату, и мой взгляд тут же наткнулся на небольшую прямоугольную коробку. Она была обёрнута белой бумагой и перевязана синим бантом. В нетерпении просто разорвала упаковку и коротко взвизгнула от радости.

Они всё-таки это сделали!

Теперь у меня был планшет известной яблочной фирмы. Тут же включила технику, с ожиданием глядя на экран. А пока ждала, не удержалась и запрыгала от счастья по всей квартире.

В итоге, заигравшись, чуть не пропустила момент выхода в школу. Уже по дороге на учёбу позвонила матери и поблагодарила их с отцом за бесценный дар. Заодно ответила на сообщение с поздравлением от Андрея. Тому пришлось ещё на прошлой неделе уехать по делам. Но на хоккей мы с ним до этого сходили. Не сказать, что я прониклась этим видом спорта, но атмосфера на стадионе зацепила настолько, что домой я пришла с сорванным горлом и хрипела на протяжении нескольких дней. А ещё Андрей помог мне избавиться от слухов о романе с Северьяном. И более того, все девчонки просили меня познакомить их с моим «парнем». Я и знакомила, старательно пряча смех, когда Андрей с вежливой улыбкой их всех отшивал и уходил со мной, после чего мы шли в какое-нибудь кафе обедать и весело проводили время.

В общем, новый знакомый оказался замечательным другом, и не важно, что парень.

А вот с Лизой мы в последнее время отдалились, что очень угнетало. Она всё время где-то пропадала с утра до вечера и не говорила, где. Надеялась, что может хоть сегодняшний день подруга проведёт со мной, но на уроках она вновь отсутствовала, отчего я заволновалась.

Неужели, заболела? Или что-то ещё случилось? Но что?

И лишь присланное к полудню от неё сообщение заставило меня успокоиться. Лиза должна была зайти после всех уроков ко мне в гости.

Ура!

После учёбы я чуть ли не летела обратно домой.

Подруга уже ждала меня, сидя на лавочке у подъезда. Схватила её за руку и потащила в квартиру. Та лишь посмеивалась, видя моё нетерпение. Оказавшись внутри, мы прошли в мою комнату, где я с ожиданием уставилась на Лизку.

— Вот, это тебе! — со смехом протянула она мне небольшой бумажный пакет красного цвета.

Заинтересованно посмотрела на неё и тут же полезла доставать презент. Внутри оказался купальник с рисунком из бусинок яркого и в то же время нежного голубого цвета. Такой холодный цвет… Невольно провела аналогию с

И вот чего я о нём постоянно вспоминаю⁈

Был и был он в моей жизни. Да и всего-то три дня, а веду себя, словно кто-то близкий мне с самого рождения уехал куда-то далеко.

Кто б ещё сказал, почему…

— Тебе не нравится? — нахмурилась подруга.

Похоже, я вновь задумалась, и Лизка превратно восприняла это. Поспешила уверить её в обратном.

— Ну что ты, Лиз, он очень красивый. Я так понимаю, это намёк, что этим летом мы будем посещать пляж ещё чаще, чем прошлым?

Насмешливо посмотрела на блондинку, и та радостно закивала в согласии с моими словами.

— Родители отправляют меня к бабушке в деревню — ты едешь со мной! — безапелляционным тоном поставила она меня в известность. — Твоих родителей я уже уговорила!

— И когда успела-то? — опешила от такого напора. — И кто сказал, что я согласна? — ухмыльнулась.

Хотя мы обе знали, что я согласна. Я обожала наши летние поездки за город.

— Когда не важно, а то, что согласна, даже не обсуждается! — важно сообщила девушка.

Рассмеялась.

— Да, Лиз, с таким напором, ты далеко пойдёшь, — подвела итог нашему диалогу.

Да и в любом случае поеду ведь, смысл спорить?

В городе торчать всё лето не хотелось. Тем более бабушка подруги живёт в непосредственной близости от леса. А его я очень люблю. Особенно гулять по утрам, когда солнечные лучи только-только трогают зелень травы и листвы деревьев, подсвечивая их и отражаясь от капель росы. Даже зажмурилась от приятных воспоминаний.

— Алё-алё, земля вызывает небо! Приём! — пощёлкала перед моим лицом пальцами Лиза.

— Да ну тебя, — отмахнулась от неё, продолжая посмеиваться.

— Прям уж так и ну? — хитро прищурилась девушка. — То есть другой подарок тебе не отдавать? Этих достаточно?

— Ещё подарок? — удивилась.

Нет, подруга, конечно, у меня замечательная и любит баловать, но два подарка — это даже для неё слишком. Поэтому я с неподдельным любопытством проследила за тем, как она достаёт из сумочки бархатный квадратный футляр чёрного цвета. Тот самый, который для ювелирных изделий. От неожиданности даже закашлялась.

— Это что? — решила всё же уточнить.

А то вдруг шутить её блондинистое сиятельство изволит?

— Подарок! — радостно отрапортовала Лизка.

— Да это я вижу, но ты его на какие шиши приобрела?

В жизни не поверю, что ей родители столько денег одолжили.

— Да какая разница! Открывай уже! Я тоже хочу посмотреть! — практически впихнула футляр мне в руки.

По инерции ухватила коробочку, чтобы та не упала. Вновь взглянула недовольно на девушку, но открыла крышку, чтобы тут же застыть на месте с открытым ртом.

— А-а-а… — только и смогла из себя выдавить.

— Ага, — протянула за мной не менее удивлённая Лиза.

Внутри лежала цепочка, если не ошиблась, то из белого золота, и наикрасивейший кулон в виде бабочки с красивой завитушкой под ней, похожей на один из вензелей, которые раньше вырисовывали в письмах, инкрустированный небольшими голубыми камнями и…

— Топазы и алмазы, — со знанием дела отметила Лиза.

Посмотрела на неё и вновь вернула своё внимание маленькой бабочке с загогулиной в виде небольшой буквы «С». Провела по ней пальцами, ощущая подушечками неровную поверхность камней. Не удержалась и всё-таки взяла полностью украшение в руки. Хотя надевать по-прежнему не спешила.

— Примеришь? — предложила подруга, пристально разглядывая подвеску.

— Я… Не знаю… — надломленным голосом отозвалась, нерешительно прикладывая к шее и одновременно с этим подходя к зеркальной двери шкафа.

В нём отражалась высокая рыжая девушка с лихорадочным румянцем на лице и нетерпеливым блеском в синих глазах. Всё-таки мне очень хотелось примерить этот подарок. Поэтому я дрожащими руками принялась расстёгивать замочек. Получилось раза с третьего только. А застёгивать уже помогала Лизка.

Кулон на моей шее смотрелся очень здорово. Длина цепочки оказалась идеальной, будто специально для меня вымеряли. И не короткая, и не длинная. Бабочка удобно устроилась чуть ниже яремной ямки.

— Безумно красиво, — выдохнула, не переставая трогать внезапный презент. — Спасибо, Лиз, — поблагодарила подругу от всей души.

— Ну, вообще-то это не от меня, — ухмыльнулась та внезапно, отворачиваясь от меня и направляясь в сторону окна. — Это от Северьяна, — добавила, пока я пыталась осознать сказанное ею ранее.

— Северьяна? — повторила непослушными губами негромко. — Но… Как? Зачем?

— Как? При встрече передал. А зачем? Наверное, чтобы поздравить, — ухмыльнулась девушка повторно.

Вот только в её голосе слышалась отчётливая злость, природу которой я понять никак не могла. Да и всё равно мне на это было в тот момент. Гораздо важнее для меня оказались её слова об их встрече.

— Вы встречались? — удивилась вновь.

— Да, Свет, мы всё это время встречались, — устало вздохнула Лиза.

— Но… Но почему ты мне ничего не говорила? — непонимающе уставилась на неё.

В голове царил сумбур. Вспомнилось, как мужчина со мной прощался, как я расстроилась, много раз хотела позвонить ему, но останавливала себя в последний момент. А стоящая рядом со мной, как оказалось, всё это время общалась с блондином, как ни в чём ни бывало. И такая злость вдруг меня обуяла…

Значит, с Лизкой можно продолжать знакомство, а со мной нет? И почему? Только из-за того, что она блондинка? Он же так не любит рыжих! Неужели и на банальное общение это распространяется?

К глазам подступили злые слёзы. Пришлось сжать кулаки до онемения и до следов от ногтей, чтобы сдержать рвущиеся наружу рыдания.

И почему меня вообще это так тронуло?

Даже Лиза заметила.

— Свет, что с тобой? — осторожно поинтересовалась она.

Бросила на неё взгляд, полный обречённости, наверное.

— Всё хорошо.

Собственный голос показался самой себе глухим и безжизненным.

Вот ведь…

Нашла из-за чего переживать! Ну, общаются они, и что теперь? Видимо с Лизкой ему интереснее. Кто я такая, чтобы осуждать его за это? Ну и что, что подарок через подругу передал? Ведь поздравил, не забыл. Это лучше, чем если бы вовсе сделал вид, что знал и забыл, правда же? И почему меня это не успокаивает?

Закусила губу от отчаяния и быстро сняла с себя украшение. Дрожащими руками вернула его на место в футляр и захлопнула крышку.

— Свет…

Натянула на лицо радостную улыбку и обернулась к блондинке, возвращая презент от мужчины.

— Она очень красивая, правда. Просто потрясающая. Но я не могу принять столь дорогой подарок от малознакомого человека. Поэтому верни ему это, пожалуйста. Я очень ценю его жест, правда, но принять не могу.

На самом деле все эти красивые слова я говорила больше себе, чем ей. Буквально уговаривала себя вернуть подарок отправителю. Наверное, приди и вручи его

Не могу, и всё!

И эти топазы в цвет его глаз…

Ненавижу этот оттенок!

— Свет, ты шутишь? — опешила подруга. забирая коробочку. — Он ведь специально для тебя заказывал, сам эскиз рисовал… Ты…

— А я не могу принять! — безжалостно перебила её. — Хватит, Лиз! Это моё решение! Всё! Точка!

— Дура! — выдала по итогу Лизка. — Зря он решил вообще тебя поздравить! А я его предупреждала, что это плохая затея с его стороны, что ты не оценишь! Но он так хотел тебя порадовать…

— Вот и отлично! Иди и порадуй его тем, какая ты умная и догадливая! — не сдержалась и сорвалась на крик. — И подарок пусть тебе отдаст, мне всё равно! Убирайся! — толкнула её от себя.

Та, с кем мы с детства были дружны, как никто, посмотрела на меня с неподдельным осуждением, а после и правда вышла из комнаты. Через минуту послышался хлопок входной двери. А я осталась стоять на месте, рыдающая в голос.

Глава 15

Со дня моего дня рождения прошла неделя. Я пережила Новый год, и теперь радовалась десятидневным каникулам. За это время мы с Лизой так больше и не общались: не созванивались и не списывались. Глупая ссора, но слишком сильно меня задело то, что подруга общалась с Северьяном, и тот ей это позволял, в то время как меня оставил. Тем более, Лиза и сама не спешила мириться. К тому же у меня был Андрей, с которым мы, правда, больше пока так и не виделись, хоть и регулярно списывались. Но да ладно, мне не привыкать быть одной. Да и в один из праздничных дней со мной случилось то, что круто изменило мою жизнь и помогло забыть про господина Холода.

В тот вечер я каталась на коньках на школьном стадионе. И так получилось, что мне наперерез выкатилась маленькая девочка. Чтобы её не снести, пришлось резко сворачивать в сторону. В тот момент мимо как раз катился Белов с друзьями. В него-то я и врезалась на всём ходу. Тот, естественно, не удержался на ногах, и мы вместе повалились на лёд. Уж не знаю, как парень умудрился при этом извернуться, но по итогу я оказалась лежащей на нём. Весь основной удар одноклассник принял на себя.

— Чёрт, Ларина, ты меня убить решила, что ли? — прокряхтел он подо мной.

— Не моя вина, что ты такой неустойчивый! — возмутилась я в свою очередь.

— Это не я неустойчивый, это просто кому-то надо меньше есть, — ухмыльнулся Костя, принимая сидячее положение вместе со мной.

— Офонарел? — опешила на такое заявление. — Хочешь сказать, что я толстая?

— Нет, что ты, само пёрышко, — продолжил ехидничать парень.

— Ну, ты и…

Толкнула его в грудь, отчего тот вновь упал на спину, утягивая меня с собой. Попыталась встать, но ничего не вышло. Ноги разъехались, и я упала обратно на Костю.

— Да ты издеваешься, — просипел он подо мной.

— Прости, я не специально, — повинилась, принимая новую попытку встать.

Чтобы тут же снова упасть.

— Свет, лучше замри, — смеясь, попросил одноклассник.

Конечно же, я его не послушала, продолжив попытки слезть с него.

И почему лёд такой скользкий?

— Ай, ой, уй, — то и дело доносилось со стороны одноклассника. — Свет, больно же. Зар-раза! Марк, блин, убери от меня эту ненормальную, пока она меня не убила…

Меня и правда ухватили за плечи и помогли подняться. В первый миг ноги опять разъехались в стороны, но благодаря другу Кости я смогла сохранить вертикальное положение.

— Спасибо, — выдохнула благодарно, принимая устойчивую позу.

— Да не за что, — хмыкнул Марк в ответ. — Стоишь?

Я согласно кивнула и тут же получила свободу, поспешив откатиться в сторону. Костя тоже уже поднялся на ноги и принялся отряхиваться. И всё бы ничего, но пока я пыталась встать с него, умудрилась порвать ему коньками штаны.

— М-да, — прокомментировала я виновато, почесав нос.

— Гадство! — выругался одноклассник. — Ларина, я тебя прибью нафиг. На кой чёрт тебя дёрнуло кататься именно здесь сегодня?

— Я каждый день здесь катаюсь вообще-то, — парировала я в свою очередь. — Так что это ещё подумать надо, кого из нас чёрт дёрнул оказаться в этом месте в это время, — сложила руки на груди.

Парень осмотрел себя ещё раз, послал мне укоризненный взгляд и покатился к выходу со школьного стадиона. Я же осталась стоять на месте, неловко глядя ему вслед. Как-то нехорошо получилось, если честно. Поэтому, недолго думая, поспешила догнать Белова.

— Чего тебе ещё, Ларина? Падать со мной вместе понравилось? — прокомментировал одноклассник моё присутствие.

— Нет. Хотела извиниться. Прости, что так вышло. Я не специально.

— Да ладно, забей, — отмахнулся Костя. — Зато мы в кое-то веке с тобой, наконец, общаемся, — усмехнулся под конец речи.

— Да, — поддержала я его. — Какое-то молчаливое у нас противоборство с тобой вечно.

— Ну, ты не спешила со мной общаться, если уж на то пошло, — пожал парень плечами.

— Можно подумать, ты спешил и падал… — проворчала.

Сказала и рассмеялась, учитывая, что недавно мы как раз с ним упали и теперь вот общаемся. Одноклассник меня в этом поддержал.

— Слушай, Ларина, а можно вопрос задать? — поинтересовался он чуть позже.

Я сразу же напряглась. Просто, кажется, примерно представляла, о чём тот меня сейчас спросит. Но вопреки моим опасениям, Костя спросил вовсе не о Северьяне.

— А тот, кто тебя из школы забирал, кто он тебе? Действительно твой парень?

— А тебе зачем знать, с кем я общаюсь и встречаюсь? — нахмурилась тут же.

— Просто интересно, — пожал он плечами.

— Ну раз просто интересно, я просто промолчу, — повторила его действия.

— Какая же ты всё-таки, Ларина…

— Какая? — воинственным тоном уточнила у него.

Остановилась и засунула руки в карманы куртки, нахохлившись.

— Упёртая, — припечатал Костя, продолжив свой путь.

Пришлось мне опять догонять его.

— Тоже мне удивил, — фыркнула в ответ.

— И всё же? Не слишком парень для тебя старый? — продолжил допрос Костя.

За Андрея стало искренне обидно.

— Почему сразу старый? Любви все возрасты покорны — слышал такую пословицу?

— Слышал. И всё же? — не сдавался парень.

— А тебе какая разница? Ну, парень он мой, и что с того? — задрала подбородок в гордом жесте.

— Ясно, ничего, — пошёл на попятную Белов.

— Нет уж! Говори! Что тебе ясно? — перешла на командный тон.

Терпеть не могу, когда из меня дуру делают!

— Да что никакой он тебе не парень, — ровным тоном отозвался одноклассник.

— С чего такая уверенность?

Нет, он, конечно, прав, но…

Домыслить не успела, Костя

— Повтори? — попросила повторить, совсем неуверенная в том, что правильно расслышала его предложение.

— Будешь моей девушкой? — заново произнёс Костя терпеливо свой вопрос.

— Я? Твоей девушкой? Шутишь? — бестолково пялилась на него, так до конца и не осмыслив сути вопроса.

Он ведь не серьёзно?

— Почему сразу шучу? Ты мне давно нравишься, парня у тебя нет, так что никто и ничто нам не помешает быть вместе, — с пафосом изрёк этот… ненормальный.

Да-а, самоуверенности ему не занимать!

— А то, что ты мне, возможно, не нравишься, как-нибудь вписывается в твои размышления? — уточнила на всякий случай.

— Да, — кивнул он и хитро заулыбался. — Понравлюсь! — выдал в итоге, вконец обескуражив.

— А ты, я смотрю, не промах, — хмыкнула в ответ на такое заявление.

— Есть такое, — усмехнулся Костя, отпуская меня и возобновляя свой путь. — Просто если я чего-то хочу, не вижу смысла себе в этом отказывать. В конце концов, попытка — не пытка. Я же тебя не заставляю, а лишь предлагаю.

— И почему у меня ощущение, что это предложение из разряда тех, от которых не отказываются? — проворчала недовольно.

Впрочем, с моей стороны было бы ложью сказать, что мне был неприятен интерес со стороны одноклассника.

Ещё как приятен!

Даже по-настоящему взрослой себя почувствовала.

И вообще, это же первый раз, когда мне кто-то предложил встречаться!

А-а!

Главное, не показать своих истинных эмоций перед Костей. Засмеёт ещё…

— Наверное, потому, что я всё равно не оставлю попыток тебя уговорить быть со мной, — прищурился парень, чем вызвал у меня смех.

Одно не вписывалось во всё это.

— Почему сейчас, а не раньше?

Вот теперь Костя заметно смутился.

— Да как-то повода не было. Мы же не общались и вообще…

Пришлось закусить губу, чтобы не разулыбаться слишком широко.

— Ладно, я обещаю подумать, — согласилась. — Такой вариант устроит?

— Пока что — да. За ответом приду завтра, — в ультимативной форме заявил он. — Мы пришли. Твой же дом? — кивнул в сторону подъезда.

И правда, мой. А я и не заметила за разговором, в какую сторону мы шли.

— Заболтал, — проворчала недовольно.

— Какая ты оказывается легко отвлекаемая, — съехидничал одноклассник. — Приму это к сведению, — подмигнул и, весело насвистывая, направился дальше по своим делам, игнорируя мой шокированный вид.

— Обойдёшься! — в итоге выкрикнула ему вслед, задетая такой наглостью.

— Посмотрим, — донеслось в ответ, прежде чем одноклассник скрылся за поворотом.

Догонять его не стала. Слишком много чести. Как и предложение с ним встречаться мысленно уже отклонила.

Кто же знал, что Костя действительно не умел сдаваться? И на следующий день в самом деле поджидал меня у подъезда с милым букетиком незабудок. Где он их достал, понятия не имею, но я впечатлилась. Хотя всё равно демонстративно отвернулась и быстренько укатила на коньках от подъезда и своего ухажёра подальше. Но Костя упрямо покатился за мной. И через полчаса я всё-таки сдалась.

— Ладно, Белов, твоя взяла. Давай сюда свои цветы, — протянула руку.

Нет, о том, чтобы с ним встречаться, речи не шло, но и не общаться было глупо. Так изо дня в день Костя всё больше пробирался ко мне ближе. Я и сама не заметила, как стала с нетерпением ожидать наших ежевечерних встреч. Всё меньше я вспоминала блондина, всё чаще стала думать о Белове.

С Костей было весело и интересно. Он умел меня заинтересовать даже самой банальной ерундой. В его исполнении любая глупая шутка становилась чем-то особенным. Под стать её рассказчику. А ещё он умел удивлять. Взять хотя бы выходку с корзиной колокольчиков привязанную к воздушным шарам. Всё бы хорошо, но из-за порыва ветра мой презент отлетел в сторону, и его поймал куривший на балконе сосед из другого подъезда.

Ох, сколько много нового для себя наслушался Костя… Но того ни на грамм не проняло. Он даже сходил к этому мужику, чтобы всё объяснить. Ко мне вернулся уже с цветами и… заплывшим глазом. Сразу договориться явно не получилось. Я смеялась и одновременно обрабатывала повреждённое веко специальной мазью. Благо мама была в тот день дома и тут же развела кипучую деятельность. Я даже испугалась, что одноклассник больше ко мне не придёт в гости. Но нет. Он отлично поладил с моими родителями, хотя папа всё равно продолжал относиться к нему настороженно, что очень веселило.

В таком настроении и проходили мои каникулы. По-настоящему влюблённой и любимой оказалось быть очень приятно. Правда, если Костя чувств не скрывал, то я немного пасовала и всё никак не решалась сказать ему о своих.

О чём вскоре очень сильно пожалела…

Глава 16

Зима подходила к концу, когда моя жизнь сделала новый виток, изменив меня навечно.

В тот день мы с Костей решили сходить в кино на ужастик. Я их на самом деле не очень люблю, но мой так называемый парень очень даже уважал. Поэтому так и получалось, что если мы и ходили в кинотеатр, то фильмы выбирали по очереди. В смысле, в прошлый раз это была мною любимая фантастика, а сегодня собирались смотреть что-то жуткое.

Порой мне казалось, что Белову просто нравилось меня пугать, чтобы была возможность поцеловать лишний раз. Нет, мне это дело нравилось, но всё равно я как-то стеснялась при всех. Все же смотрят. Потому Костя всегда выбирал укромные места для этого занятия. А на ужастиках мои мысли вечно заняты тем, что сейчас кто-то выпрыгнет или ещё что-то такое, потому поцелуи были даже избавлением от страха.

Знал, гадёныш, на что меня ловить!

Вот и в этот раз фильм оказался настолько жутким, что большую его часть я то и дело закрывала глаза ладонями. А после мне вовсе стало не до него. Поцелуи Кости были явно приятнее и предпочтительнее.

После мы неспешно шли по тёмной улице, освещённой фонарями и фарами постоянно проезжающих автомобилей, держась за руки.

И то ли судьба меня так не любит, то ли закон подлости наоборот благоволит…

Мы почти дошли до дома, свернув в сторону арки, когда на дорогу выскочили какие-то ребята едва ли старше нас самих по виду. И у каждого в руках были кастеты. Костя тут же задвинул меня себе за спину.

— Как только скажу, сразу беги, — велел тихонько, не сводя глаз с тех, кто явно решил развлечься за наш счёт в количестве пяти человек.

Я даже

— Беги, — велел он громко, отталкивая меня от себя.

По инерции прошла спиной первую тройку шагов, но и затем не остановилась, продолжив пятиться. Слишком жутко выглядело происходящее, где пятеро уродов практически избивали одного единственного. И пусть Костя довольно успешно уворачивался от большинства ударов, некоторые его всё равно достали, снизив скорость действий. А я стояла, смотрела на них широко открытыми глазами и не знала, что делать дальше. То ли помочь, то ли бежать, как велел Белов чуть ранее. Я будто вернулась на месяцы назад. Вот только рядом со мной не было никого способного меня по-настоящему защитить. Особенно остро ощутила это, когда передо мной буквально из ниоткуда вырос один из нападающих. Высокий, широкоплечий, в легкой черной куртке и с ножом в руках. На его лице расплылась неприятная ухмылка, и по моей спине поползли мурашки страха. Сознание тут же выдало несколько вариантов развития событий, один кровавее другого.

— Куда-то торопишься, малышка?

— Д-да, домой…

Ответом стала новая ухмылка и очередной шаг ко мне, вынуждая отступать дальше. Рука против воли потянулась в карман за телефоном. Что не осталось без внимания со стороны незнакомца.

— Очень не советую. Конечно, предпочтительней, чтобы ты была целой и невредимой, но, думаю, сломанная рука не особо помешает нашему делу.

Угрозой я прониклась, руку из кармана вытащила, но все равно опять отступила. Взгляд метнулся в сторону Кости, но он с остальными скрылся в кустах, и мне в вечерней мгле было не особо видно, что за ними творится, несмотря на отсутствующую листву. Зато бугай передо мной сократил расстояние между нами очень скоро, схватил за локоть и прижал к себе вплотную.

— Подождем моих друзей и пойдем.

— Куда?

— А это секрет. Вы же, девушки, любите сюрпризы? Считай, это он и есть. Не переживай, по итогу он тебе очень даже понравится, — ухмыльнулся глумливо.

Стало еще страшнее. О, как же много я сейчас отдала, чтобы на его месте был Северьян. Его я хоть и опасалась, но в глубине души всегда знала, что не обидит. Скорее просто убьет, но заставлять страдать не станет. Вновь покосилась на кусты. Так надеялась, что Костя вот-вот появится из них, и это все закончится.

— Что вам нужно? — попыталась узнать хоть что-то у бугая.

— А сама как считаешь? — явно издевался надо мной незнакомец.

Никак не считаю. И не хочу. Ни считать, ни знать. Ничего. Как и находиться здесь.

Рядом послышалось шуршание, и на дорогу, наконец, вышел Костя. Из моей груди вырвался шумный выдох. Вот только недолго длилась радость. Он шатался и был весь в крови, а в руках держал нож. Металл поблёскивал в отсветах фонарей, пугая больше прежнего. Казалось бы, этот предмет — верный атрибут каждой женщине на кухни, но вот в данной ситуации он мне показался самым страшным оружием из всех.

Костя размениваться на разговоры не стал. Просто молча и внезапно кинулся на противника. Тот среагировал мгновенно. Оттолкнул меня в сторону, отчего я упала прямо на дорогу, и легко отбил удар. Я вскрикнула, решив, когда вместе с отводом руки Кости, он развернул его к себе спиной. Но обошлось. Костя тоже явно не в первый раз участвовал в таких мероприятиях и быстро исправил сложившееся упущение

За что, почему, зачем, и где остальные?

Вопросы роились в голове и терялись под видом ужасающего боя.

Чёрт! Какая же я всё-таки везучая на такие ситуации!

А драка завязалась нешуточная.

Я, не мигая, следила за потасовкой и беспрестанно молилась, чтобы с Костей всё было хорошо.

В какой-то момент металл сверкнул в отсветах фонарей в последний раз, и оба драчуна одновременно упали на дорогу. Сердце сделало кульбит и замерло в ещё большем испуге.

— Костя? — позвала друга, старательно избегая смотреть на недвижимого бугая.

Ползком добралась до Белова и перевернула того на спину. Он тяжело дышал, но был жив. Приоткрыл глаза, попытался что-то сказать, но скривился от боли. Перевела взгляд на его живот и тихо выдохнула в ужасе. Замок куртки разошелся, открывая вид на рваную футболку, всю пропитанную кровью. В районе солнечного сплетения обнаружилась глубокая колотая рана.

Я тут же схватилась за шарф и прижала его к месту ранения, чтобы затормозить кровотечение.

— Костя? — прошептала, не зная, что делать.

Скорую вызвать. Нужно вызвать неотложку. Надо. Вот только воспользоваться телефоном я не смогла. Сенсор никак не желал реагировать на испачканные в крови пальцы, и бесполезный гаджет по итогу полетел в ближайший сугроб. Из груди вырвался всхлип.

— Ты только не умирай, — шепнула я Косте. — Слышишь? Я сейчас что-нибудь придумаю, — пообещала, принявшись осматриваться.

Но в позднее время на улице, как назло, не было никого, кто мог бы помочь. И мне оставалось только дальше прижимать шарф к ране Кости, чтобы он не истёк кровью.

— Погоди, я сбегаю в ближайший подъезд за помощью, — предупредила я его, схватила за руку и прижала его ладонь к месту ранения. — Вот так пока сам подержи, ладно? Только не отпускай. Я скоро вернусь, — пообещала.

— Нет, — выдохнул Костя, крепко ухватив меня за запястье.

А ведь едва дышит, но хватка по-прежнему стальная. Из глаз моих давно катились слёзы, падая на его кожу, оставляя за собой кровавые разводы. Он попытался ещё что-то сказать, но не вышло. Лишь уголки губ приподнялись в намёке на улыбку, а после взгляд карих глаз остекленел. Последний выдох вырвался из груди Кости, и время для меня будто замерло.

— Нет-нет-нет…

Я трясла парня, уговаривая очнуться и посмотреть на меня. И пусть в глубине души осознавала, что ничего уже не исправить, но перестать тормошить не могла. А после вовсе уселась прямо на асфальт, уткнувшись лицом в согнутые колени и закрыв ладонями уши. Лишь бы только не видеть и не слышать. Ничего. Хотелось тоже умереть. А может я уже умерла? Не знаю…

Я не знаю, сколько прошло времени, но очнулась я от того, что меня трогают за плечи. От ужаса, что это дружки напавших на нас подтянулись, завизжала и отшатнулась назад. Сквозь слёзы не получалось разглядеть лицо того, кто находился передо мной, и лишь по голосу определила, что это Северьян. Не знаю, откуда он здесь взялся, но я тут же бросилась ему на шею. Глупо, но его присутствие вселило в меня так не хватавшую мне до этого твёрдость и уверенность. И вместе с тем сделало на порядок уязвимей.

— Они его убили. Убили…

— Всё хорошо, куколка, тише. Я рядом. Рядом…

— Не уходи. Только не уходи… — прохрипела непослушным голосом, малодушно уткнувшись лицом в его плечо, чтобы не видеть ничего и никого.

Ответить блондин не успел. Со всех сторон донеслись как приговор слова его людей: «Мёртв, мёртв, мёртв…»

Дальше для меня восприятие смазалось. Кажется, я выла в голос и даже пару раз ударила Северьяна, когда он отказался меня отпустить, не важно. Мне уже ничего не было важно. Меня, наконец, догнало осознание произошедшего. Костя действительно умер. Нет его больше. И меня больше нет.

— Отвези её домой. Родители помогут, — сквозь шум в ушах услышала приказ мужчины.

Хотела удержать его возле себя, но он аккуратно и настойчиво убрал мои руки от его одежды. Хлопнула дверца, заурчал двигатель. Я даже не заметила, кто и когда передал меня в руки моей родительницы, что стояла у подъезда…

Глава 17

Утро встретило меня тишиной квартиры. Никого не было дома, что странно, — сегодня мама вроде бы ещё должна была отдыхать. Решила выйти внепланово? Или у них там наплыв больных и её вызвали для помощи?

В окно светило яркое солнышко, поднимая настроение ещё больше. Особенно учитывая, какой жуткий сон мне приснился.

Кстати, о последнем!

Надо бы договориться с Костей о сегодняшней встрече. Можно прогуляться в парке как раз или сходить в кино. Вроде как его очередь выбирать фильм. Хотя после ужасов ночи совершенно не хотелось смотреть нечто подобное. До сих пор в пот бросает, как вспомню о своём сне. Приснится же такое, что Белов умер. Чушь какая!

Вот сейчас позвоню ему, и мы с ним сходим погулять в парк. Улыбнувшись своим мыслям, вскочила с постели. Вот только мобильник как назло куда-то подевался. Ведь точно знала, что должен лежать на столе, где и всегда его оставляла, но сегодня его там не обнаружила. Перерыла всю квартиру, но так и не нашла. Ещё и мамы не было дома.

Ну что за гадство такое?

В момент, когда я уже была готова идти без предупреждения в гости к Косте, послышался щелчок замка входной двери, и на пороге показалась мама. Увидев меня, она почему-то настороженно замерла.

— Доброе утро, мамочка, — первая заговорила. — Я гулять с Костиком, — заявила сходу о своих намерениях. — Кстати, ты мой телефон не видела? Найти нигде не могу.

— Гулять? С Костиком? — растерянно переспросила она, нахмурившись, поставила пакеты с покупками на пол и закрыла дверь.

— Ну да, — подтвердила я свои слова кивком.

— Ты хоть завтракала? — всё так же недовольно уточнила родительница.

— Не хочу, — попыталась отмахнуться, но та была неприступна.

Пришлось разворачиваться и идти на кухню.

— Сделай бутерброды, — попросила мама. — А я заварю чай нам с тобой. Тоже ещё не завтракала. Проснулась и сразу в магазин отправилась.

Послушно стала выполнять указания. К тому времени как я исполнила свою часть, мама расправилась со своей. Чай имел какой-то странный привкус, но я не стала заострять на этом внимания. Мама любила добавлять всякие ароматные травы, по типу мяты или листьев малины.

Быстренько позавтракав, я вновь кинулась обуваться на улицу. И снова была остановлена родительницей.

— Мам, ты издеваешься? Я хочу поскорее увидеться с Костей, — захныкала. — Если ты про уборку в комнате, то я, честное слово, обязательно уберусь вечером. Специально приду сегодня пораньше для этого.

— Нет, Свет, это не поэтому. Ты просто не можешь пойти к Косте. Ни сегодня, ни завтра, никогда…

— Это шутка такая, да? — опешила от такого заявления. — И почему, если не секрет?

— Солнышко, давай в комнате твоей поговорим об этом? — предложила она.

И это напугало больше, чем если бы она скандалила. Вспомнился мой сон и волна липкого страха пробежала по спине. Деревянными движениями вернулась к себе в комнату и уселась на краю кровати. Мама вошла следом, но осталась стоять возле двери. Заговаривать она не спешила, глядя в окно, будто обдумывала, что и как лучше сказать мне.

— Мам, мне страшно, — призналась честно.

Та в ответ вяло улыбнулась и приблизилась, присев передо мной на корточки.

— Свет, как прошёл твой вчерашний день? — задала она в свою очередь вопрос.

Озадачила. Я ведь рассказывала уже о нём перед сном. Но послушно повторила, раз так надо. Что угодно, лишь бы скорее увидеть Костю.

— Мы с Костиком гуляли по набережной, а что?

— А сегодня куда собирались вечером?

— Он предлагал сегодня в кино сходить, вот собиралась принять его идею с фильмом… Мам, что происходит? — не выдержала давящей атмосферы.

И почему у родительницы лицо такое, словно она собиралась мне сказать нечто ужасное?

— Свет… А какой, по-твоему, сегодня день? — продолжился мой непонятный допрос.

— Четверг, — тут же ответила, не думая.

Мама замялась и присела рядом со мной, обняв за плечи. Меня почему-то заколотило. Создалось ощущение, я сейчас услышу то, что не хочу. Попыталась вырваться из объятий, но хватка дорогой мне женщины лишь усилилась.

— Свет, — начала она осторожно, — сегодня пятница уже…

— Пятница? — переспросила, не до конца осознавая происходящее. — Нет-нет, ты ошиблась. Сегодня четверг. Мы с Костей идём в кино. Наверное, он снова выберет эти глупые ужастики, и я буду бояться. Знаешь, мам, он это специально делает. В такие минуты я не стесняюсь, когда он меня обнимает и целует при всех, и Костя этим нагло пользуется, представляешь? Правда, нечестно?

Я говорила и говорила. Каждое предложение было пропитано различными эмоциями, но в глубине души по мне начинала бить истерика. Она нарастала подобно снежной лавине, грозя похоронить под собой. Но я со всей отчаянностью бежала от этого, цепляясь за то светлое, что ещё тлело во мне. Мама сидела рядом, слушала меня и плакала.

— Правда, — сквозь слёзы прошептала она. — Свет, мне так жаль, так жаль…

Она крепче прижала к себе, постоянно целуя в макушку, пока потоки воспоминаний не прорвались сквозь оплот, выстроенный подсознанием. Я вспомнила всё: и как мы сходили в кино, и как вернулись оттуда, как встретили каких-то уродов, но Костя со всеми справился, хоть и умер сам, как появился Северьян и приказал Диме отвезти меня домой… А вот дальше была пустота.

— Прости, дочка, мне пришлось тебя усыпить. Ты постоянно порывалась вернуться обратно и никак не реагировала на мои слова и действия, — пояснила мама мой провал в происходящих событиях.

— Так

* * *

Северьян с хмурым видом сидел в кабинете своего офиса и крутил магнитные шарики в руках, сосредоточенно размышляя.

Светозара…

Девочка, которой пришлось за короткий промежуток времени пережить слишком многое. Словно сама судьба испытывала её на прочность. Сначала он в тот поздний вечер напугал эту малышку до ужаса, а теперь ещё и это…

— Что ж ты такая невезучая, куколка? — пробормотал себе под нос блондин.

А ведь он так надеялся, что, если исчезнет, то жизнь девочки станет в разы спокойнее и безопаснее.

Ошибся.

Как и парня пропустил. Хотя его команда вроде тщательно прошерстила всю его биографию и друзей. И всё равно пропустили связь с Кавказцем. Одна мелочь, но такая фатальная. Нашли бы раньше, смогли спасти ещё и Белова. Да и куколка уцелела чудом. Да и то лишь потому, что мальчишка, похоже, и впрямь в неё влюбился, раз сцепился со своими же, зная, чем ему это грозит. Впору радоваться, но на душе было всё равно чересчур муторно. И чувство вины не отпускало. Хотел, как лучше, а получилось… всем известно как. Кавказцу тоже уже наверняка доложили о произошедшем во всех подробностях. Дерьмовое обстоятельство, но решаемое.

Его размышления прервал приход Дмитрия и Зои, ещё одной его сотрудницы, которая теперь жила в подъезде Светозары, незаметно присматривая за той.

— Как она? — поинтересовался Северьян первым делом.

— От допросов ты её отмазал, а так… как она, по-твоему, должна себя чувствовать? У неё на глазах парня убили, тут взрослый человек замкнётся и впадёт в депрессию, что уж говорить о впечатлительной малолетке, — тут же отчиталась Зоя со вздохом. — Подругу бы ей, выговориться…

— Подруга… В гробу я видел таких подруг! — зло усмехнулся блондин, открывая ящик стола и кидая в него магнитные шарики.

— Может подруга она и не самая лучшая, но, если бы ты их не столкнул, у твоей девочки сейчас была бы хоть какая-то моральная поддержка, — укорила Зоя.

Как Северьян выше сообщил, в гробу он видел такую поддержку. А то, что столкнул, передав подарок своей подопечной через её завистливую подружку… Да, это было осознанное решение, хоть, уверен, и болезненное для Светозары. Но зато теперь за её спиной точно нет никого, кто мог подставить. Хотя и это не показатель, как оказалось.

— Надо бы эту Лизу тоже, кстати, проверить. Мало ли, чего могла с обиды учинить эта завистливая дрянь, — додумал уже вслух.

— Проверим, без проблем, — тут же отреагировал Дмитрий.

— Только на этот раз тщательней. Чтоб не вышло, как с Беловым, — одарил он мрачным взглядом сослуживцев, отчего те виновато отвели свои.

Прокололись они и знатно, оба понимали это. Как и понимали то, что ещё одной такой ошибки Холод не простит, несмотря на вроде как спокойный тон.

— Навестил бы ты её, — внёс неожиданное предложение друг.

— Согласна, — поддержала Зоя. — Девочка к тебе тянется. Может, стоит сыграть на этом?

— И подставить её ещё больше? — криво усмехнулся хозяин кабинета, отворачиваясь к окну. — Нет.

— Мы и так засветились в этом деле. Если это была проверка, то ты её завалил, примчавшись к ней по первому зову, — напомнил Дима, отчего Северьян едва заметно сморщился.

— Я не стану делать из неё приманку для нашего дела только потому, что она, по вашему мнению, идеальная кандидатура на эту роль.

В кабинете воцарилась тишина.

— И что тогда ты предлагаешь?

— Вот это мы сейчас с вами как раз и обсудим…

Глава 18

Говорят, вся наша жизнь — игра, а мы в ней все актёры. Если это действительно так, то мне выпала поистине жестокая роль. А ведь раньше я мечтала о приключениях. Правда, совсем не таких. И уж точно не грезила о том, чтобы парень, которого я успела полюбить за два месяца, умер у меня на руках.

Как-то это слишком нечестно: ни по отношению ко мне, ни уж точно ни по отношению к нему!

С того дня прошла неделя…

Я побывала на похоронах Кости, где только чудом не скатилась в истерику. Вообще не понимала происходящего толком. Стояла под ручку с мамой и смотрела на чёрный гроб, обитый красным бархатом изнутри, в котором покоился Костик. Кожа его была бледна, а лицо хранило безмятежное выражение, словно тот спал.

Помню, как половина присутствующих взирала на него с полнейшим равнодушием во взорах.

Как мне хотелось накинуться на них и выцарапать им глаза! Лицемеры!

Волна неприязни была так высока, что я поспешила уйти оттуда, как только церемония прощания была окончена. Естественно, ни на какие поминки я не поехала. Насколько знаю, родители Кости так же отправились домой оплакивать своё горе наедине друг с другом. Разница в том, что у них были они сами, а у меня — никого. От мамы я устала ещё в первые два дня, заперевшись в комнате, чтобы та только больше не лезла ко мне. Папа… это папа. Он пропадал на работе. Как и всегда. Только однажды подошёл и попытался убедить меня в том, что жизнь на этом не закончена и надо двигаться дальше. Вот только на словах это всегда так выглядит легко и просто, а на деле… Мне будто в сердце вонзили тупой нож и медленно проворачивали, засовывая глубже.

Я не понимала, зачем я живу…

Почему я жива, а Костя — нет.

Это ведь за мной они приходили. Я им была нужна. И умереть должна была тоже я. Не он. А я… Зачем я выжила? Да и выжила ли? Можно ли назвать жизнью оболочку без души и чувств? Даже спустя месяц я так и не смогла вернуться к обыденной жизни. С каждым днём ощущение пустоты и ненужности росло во мне всё больше.

Я вернулась в школу, но не чувствовала себя больше к ней причастной. Место, где все либо делали вид, будто ничего не произошло, либо доставали расспросами о произошедшем, стало адом.

Идиоты!

Услышав подобное в первый раз, я затеяла драку и из школы меня забирала мама, прямо из кабинета директора. Мне было всё равно. Как и в последующие разы, которых было не мало.

Мама пробовала со мной говорить, запирала дома, но я всё равно сбегала на улицу, где в одиночестве долго бродила по местам, где мы часто бывали с Костей. Меня даже к психологу записали. Будто эта старая карга могла хоть отдалённо понять, что я чувствую. Даже когда я ей рассказала, посмотрела на меня с лицемерным сочувствием и дала

Врут те, кто говорят, будто время и разговоры лечат. Нет. Они просто глубже загоняют твою боль, не давая ей разрастись шире. Слабаки! Я же пропитывалась ею насквозь. Она текла по моим венам, концентрацией чистейшего яда, отравляющего разум своими токсинами. И как бы странно то ни звучало, именно так я чувствовала себя живой. В моменты, когда физическая боль перебивала душевную.

Я познакомилась с компанией парней и девчонок не самой приятной наружности, став пропадать с ними чуть ли не с утра до позднего вечера. Иногда вовсе не возвращалась домой. С ними мне было хорошо. Они не лезли в душу, отвлекали своим шумом и помогали забыться. Не без помощи алкоголя, конечно. Пару раз меня доставляла домой полиция. А может и не пару. Мне было плевать. Пусть просто не трогают меня. А ещё у меня появился особенный друг.

Кирилл совсем не похож на Костю. Но в этом его плюс. Он зовёт меня своей малышкой и позволяет делать всё, что хочется. Старше на два года и немного не в ладах с законом, но при этом по-своему заботливый. Между нами ничего нет, и это к лучшему. Не уверена, что вообще теперь когда-нибудь смогу посмотреть на другого парня.

Кирилл любитель рассекать город на байке, и я часто сидела на нём за его спиной. И это ни с чем не сравнимое ощущение. Когда под тобой рычит железный зверь, ветер дышит в лицо, того и гляди столкнёт на асфальт, а ты, раскинув руки в сторону, летишь навстречу свободе.

Благодаря ему, я стала зависима от адреналина. И вскоре мне стало мало его. Но, каким бы Кирилл не был плохим парнем, у него имелись свои пунктики насчёт безопасности. В какой-то момент я поняла, что для меня он слишком осторожным.

Так я лишилась ещё одного друга. Но едва ли о том жалела.

В конце концов, рисковать можно по-разному. Например, бродить одной по тёмным улицам района. Раз я кому-то нужна, пусть приходит и забирает. Вот только за мной так никто и не пришёл. Родители и те больше не скандалили со мной как раньше, просто смотрели на меня с неприкрытым разочарованием. Злило ли это меня? Нет. Абсолютно плевать. Не нравится если, я всегда могу уйти насовсем.

Всё изменилось в начале апреля, за несколько дней до каникул.

В один из особенно тёплых дней я блуждала по окраине города. С одной стороны подмигивали окнами новостройки, а с другой до самого горизонта располагался пустырь, поделенный длинной и широкой магистралью.

Я шла, не особо разбираясь, куда именно. Просто топтала обочину дороги с малочисленными автомобилями. Пока мой путь не преградил чёрный внедорожник с незнакомыми номерами. Невольно обернулась назад, раздумывая, успею ли сбежать.

Не успела. Открылась дверца в приглашении, а затем изнутри послышался голос:

— Садись.

Чуть сердце в пятки не ушло, пока я не признала в мужском голосе Северьяна.

— Мне долго ждать? — поторопил меня блондин.

И я, тяжело вздохнув, полезла в салон.

И как только узнал, где я? Или просто мимо проезжал, увидел и остановился? Всё может быть, но в совпадение не верилось от слова совсем. Хотя сидящий напротив незнакомец вполне вписывался во вторую теорию. При близком рассмотрении он оказался довольно взрослым дядькой. Наверное, по возрасту был как мой отец. Высокий, мощный, широкоплечий. Тёмные волосы коротко стрижены. Цвет глаз рассмотреть в темноте салона не удалось, но вроде как тёмные. Наверное, карие. Одет он был в дорогой классический костюм. Как и Северьян.

— Она? — вдруг поинтересовался незнакомец, одарив меня внимательным взором с головы до ног и обратно.

— Она, — поморщился Северьян. — Магнит ходячий для неприятностей.

— Эй, — возмутилась тут же. — Я не виновата, что всё плохое происходит там, где я хожу.

— Я и говорю, магнит ты.

Блондин приподнял брови, насмешливо глядя на меня, а я… предпочла промолчать. В конце концов, он прав, только не обязательно мне об этом напоминать. И без того не забывала… Повернулась, чтобы уйти, и тут же оказалась прижата за плечи к сильному телу мужчины. Пришлось послушно замереть на месте.

— Уверен, что не хочешь рискнуть? Так и правда было бы проще. Тем более, он уже заинтересовался.

— Я уже сказал, — напрягся Северьян, а ладонь на моём плече сжалась почти до боли.

Пришлось губу прикусить, чтобы не выдать себя. И вообще дыхание затаила в ожидании продолжения. Уж слишком интересно стало понять, о чём ведётся речь.

— Ты понимаешь, что срываешь операцию своим упрямством? — уже сурово ответил его друг.

— Добавь мне ещё пару лет отработки, — нисколько не проникся Северьян.

— Учти, если из-за твоих привязанностей мы провалим дело, даже я не смогу тебя защитить.

— Я помню.

— Надеюсь, — ещё больше помрачнел незнакомец и, не дожидаясь ответа, выбрался из автомобиля, оставив меня наедине с блондином. С ним и его водителем. Который не спешил заводить двигатель и возобновлять движение.

— Теперь ты, — задумчиво протянул Северьян, ослабляя хватку, но не убирая руку с плеч. — Расскажешь?

Я горько улыбнулась и отвернулась к окну, глядя на проплывающий по ту сторону пейзаж. Что ему говорить? И сам всё знает. Удивительно, что при таком раскладе его люди не мешали мне катиться в бездну. И почему он сам не пришёл, если его так уж волновала моя судьба?

— Не хочешь, значит, — правильно расценил мой молчание Северьян. — Обиделась на меня? — поинтересовался уже тише.

Показалось, с нотками вины даже.

— А есть за что? — полюбопытствовала, вновь взглянув на него.

Но внешне мужчина выглядел, как и всегда, безучастным к происходящему.

— Думаю, есть. Например, из-за того подарка, что я передал с твоей бывшей подружкой, — выдал он неожиданную для меня вещь.

Я ведь и не вспоминала о том всё это время. Вот и пожала плечами. Да, когда-то была обижена, наверное, но сейчас меня это мало волновало.

— Да знаю я всё, — вздохнул он, притягивая к себе ближе. — Знаю, что ты злишься на меня, что не защитил сразу. Но ты просто пойми, Свет, я ведь тоже не могу постоянно находиться рядом с тобой. У меня есть свои дела. И я подумать не мог, что с тобой может случиться такое…

Холодов потёр ладонью лицо, а я только сейчас заметила, насколько уставшим он действительно выглядел.

— Мы из кино возвращались, — неожиданно даже для самой себя стала ему пересказывать события того вечера. — Мама должна была нас встретить у дома. Костя предложил перебежать дорогу прям от

Мой голос задрожал и пропал вовсе. Я обхватила себя руками за плечи и беззвучно заплакала. Даже не обратила внимания, когда мужчина пересадил меня к себе на колени, прижимая к своей груди. Он что-то шептал, но мне было всё равно. Я не понимала ни слова, лишь слушала его тихий и уверенный тон, благодаря которому не позволяла себе скатиться до откровенной истерики. Прижалась теснее к его груди и прикрыла глаза. В его объятиях было тепло, уютно и спокойно. А ещё Северьян пах лесом. Точнее не он, а его туалетная вода. Но мне нравился этот аромат. Мягкий, ненавязчивый запах успокаивал, как и сам его обладатель.

— Ты не виновата, Свет, — расслышала его слова. — Не виновата. Не там, так в другом месте это случилось бы. У мальчишки не было и шанса избежать своей участи, — с сожалением проговорил блондин. — Он подставился. И сильно. Связался не с теми людьми. За что и поплатился.

— Подставился? — непонимающе уточнила.

— Да. Ему дали задание, и он его не выполнил. А люди, кому он дал обещание, такого не прощают. Этот город опутан паутиной криминала, куколка. Простым жителям этого не видно, а вот знающим… Жаль, что ты оказалась поймана в её сети, — вздохнул мужчина, коротко поцеловав меня в висок.

Кажется, даже сам не понял, что сделал это, пребывая в своих мыслях. Я же замерла в его руках, боясь спугнуть момент. Не хотелось, чтобы Северьян снова надел привычную ему маску отстранённости. Только сейчас поняла, что действительно ждала его прихода все эти недели. Надеялась на его появление, на помощь… Так глупо и так… глупо!

— Северьян? — позвала его тихонько.

— Что, куколка?

— Что за задание?

Северьян вот уже второй раз за встречу заметно напрягся.

— Ты не захочешь этого знать, — произнёс глухо. — Да и не нужно тебе лезть в это дерьмо. Живи на своей чистой половине.

— А если я не хочу? Если тёмная половина мне больше нравится?

— Ты сама не понимаешь, о чём говоришь, — уже с металлом в голосе отозвался Холодов. — У тебя есть возможность прожить спокойную жизнь. Так живи её. Не нужно лезть в петлю. И только потому, что жаждешь мести.

Что ж, я бы удивилась не пойми он истинную подоплёку моей невысказанной просьбы. И всё же.

— Научи меня.

С рук меня Северьян спустил. Не забыл и ремнём безопасности пристегнуть. И только после этого ответил надоевшее:

— Нет.

Рассмеялась, отвернувшись от него к окну.

— Я ведь и так уже в этом дерьме, — обозначила ситуацию его словами. — Так хоть защитить себя при случае смогу. И… мне страшно, — призналась едва слышно.

— Ты столько дней гуляла по всевозможным злачным местам, даже в компанию умудрилась забрести неподходящую. Не страшно было? — хмыкнул Северьян с грустью.

— Нет, — покачала головой. — Мне было всё равно.

Мужчина молчал некоторое время, а после всё же произнёс:

— Тебе не нужно учиться защите. Я тебя больше не оставлю, обещаю.

Можно ли удивить больше, чем Северьян этим своим заявлением? Нет. Хотя бы потому, что совершенно не ясно, для чего ему теперь нужно со мной возиться. В тот раз понятно, я стала свидетелем его злодеяний. А теперь…

— Почему?

Подняла на него взгляд, но в темноте салона рассмотреть ответный взор не было возможности. Его слова вновь разбередили рану и вернули надежду, которую я всячески уничтожала в себе всё это время. И это мне одновременно не нравилось и согревало душу.

— Потому что ты всё равно уже привлекла внимание кого не надо, — со вздохом признался Северьян. — Уж лучше ты будешь официально под моим присмотром, чем достанешься кому другому. Не все такие хорошие и благородные, как я, — фыркнул под конец.

— Ах, как это мило с вашей стороны, ваше благородное сиятельство, — елейным голоском протянула я в ответ.

— Тоже мне актриса, — рассмеялся Холод, расслабляясь.

— Скажешь мне, чьё внимание я привлекла? — задала интересующий меня вопрос.

— Нет, — ожидаемо послышалось от него. — Ни к чему. Меньше знаешь, дольше проживёшь. И больше я не хочу говорить с тобой на эту тему, — суровым тоном припечатал под конец речи.

Я же обиделась. Это ведь меня касается, значит, имею право знать. Сложила руки на груди и послала блондину хмурый взгляд, на что тот снова рассмеялся и даже по носу щёлкнул.

— Не дуйся, куколка. Я ведь правду говорю, не стоит тебе знать. Это опасно не только для тебя, но и для твоей семьи, — и прежде чем я успела хоть как-то переварить услышанное, продолжил: — Ты была когда-нибудь в лагере?

— Нет, а что?

— А хотела бы?

— Не знаю, — совсем растерялась.

— Тогда у тебя будет прекрасная возможность это узнать, — весело заявил Северьян. — А теперь давай уже вернём тебя домой. И, пожалуйста, Свет, давай без новых глупостей, ладно? Не рискуй больше своим здоровьем. Мои парни уже скоро выть начнут от того, что вместо дела, они ходят по пятам за тобой. Я им, конечно, пообещал увеличить выплату за прошедший месяц, но вырубать всяких извращенцев им уже порядком надоело.

— А я и не просила, — пробурчала, отворачиваясь.

Северьян не ответил. Вместо этого достал телефон и кому-то набрал. Уже вскоре к нам присоединилась какая-то женщина. Представилась она Зоей и всю дорогу развлекала всех нас всякими историями из своей, как она выразилась, молодости. Довольно прикольная тётка оказалась, в общем. Я даже расслабилась.

А вот домой заходила с ощущением содеянного преступления. Стыд заполонил разум, а память раз за разом подкидывала мне всё, что я успела натворить и наговорить родителям за последние недели. И если бы не сжимающая моё плечо рука Северьяна, то, наверное, позорно сбежала обратно в темноту ночи.

Мужчина, можно сказать, передал меня с рук на руки. Даже задержался, чтобы убедиться, что я не сбегу. В итоге приятных снов я желала троим: маме, папе и своему новому покровителю. Знала, что он ещё ненадолго задержался, даже после того, как я легла спать, потому что слышала его тихий голос, о чём-то беседующий с моими родителями. Так и заснула, под приглушённый разговор взрослых.

* * *

— Ты переводишь меня в обычную школу? С чего бы вдруг?

Хороший вопрос. Холод и сам им задавался. Зачем, правда, он лезет во всё это дерьмо. Тот же Захар ему прямо сказал, что нужно использовать выпавший шанс, а он… Оправдывал себя чувством вины. И впрямь ведь виноват перед

— Ты же сам постоянно жалуешься на учителей и придурков одноклассников, — пожал плечами. — Вот. Считай, я проникся.

Идиотская отмазка. Которую и Максим не оценил.

— Раньше тебя это не волновало. С чего вдруг сейчас забеспокоился? — усмехнулся брат скептически, сложив руки на груди, и откидываясь на спинку дивана гостиной, в которой они находились.

Старший из братьев ненадолго замолчал. Но в итоге сказал, как есть.

— Там учится одна девочка. Хочу, чтобы ты за ней присмотрел.

— Замечательно. Теперь я ещё и нянькой должен стать при какой-то малолетке, — скривился парень.

— Не волнуйся, она тебе понравится, — усмехнулся Холод. — И не малолетка она уже. Восемнадцать под Новый год стукнуло, как и тебе. Но не смей ей ни одного неприличного намёка сделать, понял? Лично удавлю!

— Для себя хранишь? — понимающе улыбнулся младший брат.

И Северьяну бы возразить и пацану доступно на пальцах всё объяснить, но он не стал. Зачем? Если так даже проще. Так Макс точно за ней присмотрит, как за собой.

— Что-то типа того, — заявил по итогу.

О том, как это воспримет сама Светозара, если брат вдруг проболтается, мужчина старался не задумываться. Тем более, впервые за последнее время он не жалел о сказанном. Всё остальное… и потом решить можно.

Глава 19

— Обалдеть, как вы похожи, — выдохнула я ошарашенно.

Я стояла и переводила удивлённый взгляд с одного на другого. Впрочем, мой интерес был понятен. Несмотря на возраст, братья были очень похожи между собой. Единственное, Северьян оказался немного выше и шире в плечах. На лицах обоих появились одинаковые снисходительные улыбочки.

— Есть такое, — согласился Северьян. — В общем, знакомьтесь, общайтесь, а мне пора. Макс, я тебя предупредил.

Младший Холодов от него отмахнулся, продолжая пристально разглядывать меня. На его лице появилось брезгливое выражение, отчего мне стало не по себе. Посмотрела вслед блондину и захотелось побежать за ним, но порыв всё же сдержала. Лишь закусила губу и тяжело вздохнула.

Всю эту неделю, после того вечера, мужчина постоянно присутствовал в моей жизни. Я пропадала у него на работе, иногда даже проводила вечера в его доме за просмотром какого-нибудь фильма. Не то чтобы Холод каждую минуту крутился возле меня, скорее я просто знала, что он где-то рядом. Но мне и этого хватало, чтобы не чувствовать себя одинокой и в безопасности. Тем более что я отлично знала, стоит только позвать, и Северьян тут же придёт. Единственное, что не нравилось, так это то, что блондин по-прежнему видел во мне ребёнка. Это было… обидно. В такие моменты я особенно остро ощущала нехватку Костика рядом. В эти дни меня никто не мог расшевелить, кроме Холода. Он будто знал, что я чувствовала. Хотя с его-то образом жизни он, наверное, не одного близкого человека потерял.

И вот зачем тогда участвует во всём этом?

Риторический вопрос.

— Пойдём, покажу, где нас заселили, — первым направился в сторону нужного корпуса Максим, на ходу поясняя всё остальное. — Мы в одном корпусе и на одном этаже будем жить, только у тебя крыло другое. Смена одна и та же, так что везде будем мотаться вместе. Скажу сразу, мне не улыбается следить за шлюхой своего брата, но он уж очень просил за тобой присмотреть. Только не думай, что из-за того, что ты спишь с Яном, я стану хорошо к тебе относиться.

Чего⁈

— Я не шлюха твоего брата!

Хотела ещё добавить… много чего. Но не стала. Объяснять ему ещё что-то, тратить силы… Да пошёл он! В конце концов, узнать корпус и этаж с комнатой я могу и у какого-нибудь работника лагеря. Одного не понимала, почему Северьян не объяснил своему тупому родственничку положение вещей?

Потянулась за телефоном в задний карман, чтобы позвонить мужчине и высказать ему всё, что я о нём думаю, но потом решила, что при встрече будет вернее. А после всё-таки набрала номер одного блондинистого гада, который оказался недоступен.

— Ну ладно, — прошипела себе под нос. — Сама разберусь.

Убрала гаджет обратно в карман шорт и направилась искать вожатую своей смены. Та нашлась внутри моего корпуса на первом этаже в обществе высокого и лысого мужчины. И вот уж чего не ожидала, так это того, что моей искомой окажется Зоя.

— Ты же не думала, что Холод оставит тебя одну без присмотра? — уточнила она с улыбкой. — Ладно, идём покажу, где ты будешь жить ближайшие недели, — приобняла меня за плечи и повела в нужную сторону. — Соседки тебе, конечно, достались те ещё, придётся проявить характер, но, уверена, ты справишься. Но, если что, моя комната в конце коридора на вашем же этаже.

Мы поднялись по лестнице, свернули направо, прошли мимо трёх дверей, остановившись возле четвёртой.

Внутри комнаты обнаружились три девушки из разряда тех, кто помешан на своей внешности. Три блондинки в розовом сидели на одной из кроватей и обсуждали какой лучше использовать лак для ногтей. Вокруг них валялось с десяток раскрытых журналов, а поверх лежало множество предметов косметики.

Вот действительно, повезло, так повезло…

Что, такие как они, вообще забыли в спортивном лагере?

— Ты издеваешься? — прошептала еле слышно.

В ответ Зоя лишь сильнее сжала руку на плече.

— Итак, это твоя комната. С соседками, думаю, сама познакомишься. Девочки, помним о поведении, да? Наказание для всех одинаковое, никаких привилегий.

С этими словами моя знакомая оставила меня одну барахтаться

Так прошло утро, наступило время обеда.

В столовую шла вместе со всей толпой. А на входе в здание общепита замерла. Все были в основном разбиты на компании, и лишь мне досталась роль одиночки, для которой здесь не было места.

— Ну и, чего ты потерялась, — раздался позади меня насмешливый голос.

От неожиданности вздрогнула и резко обернулась к говорящему, попутно снеся поднос с едой проходившей мимо девушки. Как в итоге оказалось — одной из моих соседок. Её до этого момента безупречный спортивный наряд розового цвета, состоявший из штанов в обтяжку и короткого топа, радовал жёлтыми и коричневыми пятнами от супа и чая.

— Прости, я не хотела, — извинилась.

Блондинка открывала и закрывала рот, явно не уверенная в том, что хотела сказать. Точнее подыскивала подходящие слова, чтобы не скатиться в истерику.

— Ты-ы… Ты-ы… Ты хоть знаешь, сколько стоит этот костюм? Хотя о чём это я говорю? Откуда такой деревенщине, как ты, знать это?

Конечно, я могла бы возразить и даже сказать примерную стоимость её одеяния, но предпочла благоразумно промолчать. Нечего накалять обстановку ещё больше. В столовой и без того стало слишком тихо. Все ждали развития событий.

— Рит, да ладно тебе, — вмешалась подружка пострадавшей. — У неё же на лице написано, что она тупая. Откуда ей знать? Пойдём лучше переоденемся.

Та, что вмешалась, окинула меня презрительным взглядом и потянула подругу на выход.

— Ты ещё пожалеешь об этом, — заверила меня… Рита и чуть ли не бегом бросилась на выход.

Я же обернулась к тому, кто меня так удачно подставил. Брат Северьяна подарил мне нагловатую усмешку и, насвистывая, поспешил присоединиться к своим друзьям за ближайшим столом. Похоже, парень не первый раз в этом лагере.

Послала ему убийственный взгляд и с гордо поднятой головой взяла поднос и стала расставлять на нём подаваемые поваром тарелки с едой.

Мало проблем было, так теперь ещё и это!

Впрочем, не я заварила эту кашу, так что…

Не долго думая, с самой милой улыбкой на лице присоединилась за обеденным столом к Максу и его друзьям.

— Не припомню, что я приглашал тебя за наш столик, — произнёс он мрачно.

Я же с самым невозмутимым видом пожала плечами, перемешала суп и только после этого подняла на него свой взгляд.

— А что не так? Ты меня подставил, тебе меня и защищать. Я всё-таки девушка слабая, боевым искусствам не обученная, а ты, судя по виду, способен постоять за честь не только собственную, но и невинной девы…

Под конец потупила взор в мнимом смущении, из-под ресниц подсматривая за реакцией брата Северьяна. Тот чуть ли не с открытым ртом смотрел на меня, в глазах светилось неверие озвученному. После чего его губы искривила злобная ухмылка.

— Прости, я, кажется, не расслышал: какой-какой девы? — ласково проговорил он. — Может невинной я бы и помог, а шлюхе своего брата помогать не намерен, — выплюнул. — Вообще не понимаю, чем ты могла его привлечь. Помнится, он всегда предпочитал блондинок и постарше, а рыжих, наоборот, терпеть не мог, — добавил совсем задумчиво, разглядывая меня по-новому.

Спорить с ним и вновь доказывать, что не имею никаких сексуальных отношений с Северьяном, не стала.

Нравится ему строить из себя идиота, да пожалуйста!

А вот про блондинок и рыжих заинтриговал.

— Всё меняется, вкусы в том числе, — улыбнулась я мило, вместо того чтобы опровергнуть все его домыслы.

Зачем, если всё равно не поверит?

— Погодите, я правильно понимаю, что эта девчонка с твоим братом старшим мутит? — недоверчиво уточнил один из друзей моего нового недруга.

На такое заявление я не удержалась и поморщилась, но и в этот раз ничего отрицать не стала.

— Кажется, малышка недовольна таким определением, — хохотнул ближайший ко мне сосед по столу и даже приобнял за плечи.

Тут же поспешила сбросить с себя его конечность.

Терпеть не могу, когда меня лапают.

— За эту малышку тебе Северьян оторвёт всё, что нужно и нельзя, — ухмыльнулся Макс, и все его друзья поспешили отодвинуться от меня подальше.

Хм… А может и не так уж плохо, что все будут считать меня любовницей Северьяна. Жить точно будет легче в этом месте.

Мило улыбнулась окружающим и молча принялась, наконец, уже обедать. Всё это время младший брат блондина смотрел на меня с заметной брезгливостью. При этом я отчётливо видела его интерес, но гордость не позволяла ему показать эту эмоцию в полную силу.

Тоже мне какой самолюбивый нашёлся! Павлин-недоросль!

Дальше разговор перетёк в опрос обо мне. Я отвечала вскользь, стараясь больно не распространяться о себе и знакомстве с Северьяном. В итоге постаралась доесть как можно скорее и побыстрее сбежать от этой компании любопытствующих. Что порадовало, ребята ни один не сделали ни единого пошлого намёка в мою сторону. То ли сказалось, что я якобы принадлежу Холодову-старшему, то ли просто ещё не приняли решения, как ко мне стоит относиться в действительности. Да и ладно, мне же лучше.

Вот никогда бы не подумала, что буду рада таким слухам, но отбиваться от нападок старших парней просто не смогла бы постоянно сама. А тут Максим меня, надо сказать, выручил. Только я так и не поняла, почему он сам так взбесился из-за меня. Неужели из-за того, что ему навязали присмотр за мной? Так я и не просила, хоть и была благодарна блондину за проявление такого рода заботы.

Я прекрасно понимала, почему он это делает и чего хочет добиться. Вот только смерть Кости это не изменит и не заставит забыть о том, как это произошло, или уменьшить долю моей вины… Именно поэтому не собиралась распалять свои эмоции на ни к чему ненужный спор и доказательства своей непричастности к личной жизни Холодова-старшего.

Плевать!

С такими мыслями закончила с обедом и направилась на выход, по пути поставив поднос на стол для грязной посуды. И вообще раньше я не была никогда в лагерях, и мне было интересно посмотреть, что

В любом случае, нам же вместе минимум две недели жить придётся в одной комнате, да и Зоя вряд ли позволит мне переселиться в другую. Если только с кем-нибудь познакомиться и договориться самой.

Вся троица нашлась там, где и ожидалось. На моей кровати красовался испачканный спортивный комплект одной из них.

— Раз уж ты такая неуклюжая, будь добра исправить свою оплошность, — поставила условие пострадавшая сторона.

И я бы может даже согласилась, если бы чувствовала за собой вину, но так как по сути это было делом рук одного идиота с мозгами с грецкий орех, то следовать выдвинутым условиям не стала. А учитывая, что помимо прежних пятен на ткани виднелись следы помады и лака, то меня сейчас пытались подставить по полной программе.

Ну, уж нет!

Прежняя я, может, и согласилась на это, лишь бы её оставили в покое, но нынешней мне претило подчиняться.

— В таком случае тебе стоило бы отнести это настоящему виновнику событий, — пожала плечами.

— Да неужели? Это ведь ты меня толкнула, — в один миг взъярилась соседка.

— Не специально. Меня напугали. Причём сделали это специально, зная, что я непременно тебя задену при обороте. Так что ничем помочь не могу.

Да, это было нагло. Необдуманно и глупо. Но мне вдруг так захотелось с кем-нибудь поскандалить, что слова срывались с губ раньше, чем я успевала их обдумать.

— Ты, правда, думаешь, что меня это волнует? Необязательно при этом было размахивать руками. Не хочешь по-хорошему, значит заставим по-плохому, — усмехнулась злобно явная предводительница этой троицы.

Её подружки стояли чуть позади и мерзко подхихикивали. А после, я даже не ожидала, все дружно покинули комнату, оставив меня одну.

И вот что это значило бы?

Нет, я понимала, что нарвалась на крупные неприятности, и спать мне сегодня лучше вовсе не ложиться, но и сдаваться просто так была не намерена. Зато, как ни странно, вся эта завязавшаяся катавасия хорошо помогала отвлечься о мыслях о Костике.

Так я и просидела до самого вечера в комнате, читая «Парфюмера» Зюскинда Патрика.

Мои соседки вернулись лишь к ужину, на который я не пошла, не желая больше подставляться и позволять издеваться одному индивидууму. Как и не пошла на вечернюю дискотеку в честь открытия новой смены. Смотреть на то, как все будут радоваться и весело смеяться? Спасибо, обойдусь. Да и в том, что соседки мне отомстят, сомнений не оставалось, несмотря на то что все трое больше ко мне не лезли, даже в сторону мою не смотрели. По-хорошему, стоило бы подготовиться к их действиям, но как решаются такие дела в данном месте — не знала. Я вообще ничего не знала о лагерной жизни.

Когда раздался стук в дверь, я напряглась. Мои соседки точно не стали бы спрашивать дозволения на вход, а значит это кто-то иной. Кто? Мелькнула мысль, что это брат Северьяна, и открывать перехотелось еще больше.

Нет никого в комнате!

— Свет, я знаю, что ты там, — послышался из-за двери голос Зои.

Я мысленно застонала.

Нет, неужели нельзя оставить меня в покое? Хотя бы на один вечер? Я ведь и так согласилась приехать в этот лагерь!

В общем, зов сотрудницы охранного агентства «Шерхан» я оставила без ответа. Впрочем, даже не удивилась, когда ручка двери повернулась, и в помещение вошла наша вожатая. Её взгляд выражал осуждение, которое не произвело на меня никакого впечатления. Зато я оценила её наряд. Жёлтое платье-футляр очень шло спортивной Зое, подчёркивая её смуглую внешность. Волосы были заплетены в необычную косу, перекинутую через плечо на грудь.

— Ты не сможешь прятаться ото всех вечно, — вздохнула она, присаживаясь рядом со мной на кровать.

Ничего я ей на это не ответила. Потому что могу и буду. А если им всем это так не нравится, то я никого не заставляю со мной нянчиться. Наоборот, буду рада, если оставят в покое.

— Знаешь, ты зря думаешь, что одна такая несчастная, — вздохнула Зоя. — Вокруг полно людей, у кого в жизни было и есть всё ещё хуже. Я понимаю, что тебе наплевать на чужое горе, когда ты в своём варишься, но я, например, в твоём возрасте потеряла родителей. Банальная автокатастрофа. И тоже подалась во все тяжкие. Только вместо Северьяна я встретила Захара. Он тоже забрал меня под своё крыло, как Холод — тебя. Пристроил к себе в спортивную школу, где я ежедневно сбрасывала свой гнев, часами избивая боксёрскую грушу. Там же я познакомилась с Северьяном и Дмитрием. Только в то время их было трое. Был ещё один парень — Алексей. Такой тихий, в отличие от друзей, и излишне серьёзный. Мало улыбался и только для избранных. Смешно, но я влюбилась в него с первого взгляда. Как идиотка постоянно цепляла его, надеясь вывести на эмоции. Как я его только не доставала, — улыбнулась с нежностью, глядя мимо меня, явно вспоминая прошлое. — Даже подставы устраивала. Стыдно вспомнить, если честно. И клей вместо шампуня наливала, и вещи портила, и хамила, и много чего ещё вытворяла, а он терпел, ни разу не высказал мне своё недовольство. Хуже того, продолжал игнорировать, будто я пустое место. Как меня это бесило, у-у, — фыркнула весело, и я тоже невольно улыбнулась. — И в один момент я просто не выдержала. Оскорбила его, как только смогла, а под конец расплакалась и заявила, что такое бесчувственное чудовище не стоит того, чтобы я его любила…

Зоя замолчала ненадолго, продолжая смотреть в никуда и грустно улыбаясь.

— И что было дальше? — не выдержала я затянувшейся тишины.

— Он успокоил меня. Просто обнял и так и стоял, пока я не перестала плакать, а затем проводил меня домой. Я у тётки жила, которой, в общем-то, не было до меня никакого дела. С тех пор он стал каждый день провожать меня домой. Двадцатилетний парень семнадцатилетнюю соплю. Мы поженились, когда мне исполнилось двадцать. Я училась на юридическом факультете, посещала тренировки по рукопашному бою в школе Захара, и даже помогала обучать новичков. Лёша, Северьян и Дима тогда уже работали в команде Захара. И на одном из заданий, как оно бывает, случился один просчёт, приведший к множеству трупов. Террорист дождался, пока к нему приблизятся, а после взорвал себя и всех вокруг. Северьян и

— Вот как, — призадумалась. — А если я захочу присоединиться к вам, можно? — посмотрела на неё серьёзно.

— Нет, — покачала головой женщина. — Эта профессия точно не для тебя. Да и Северьян не позволит. Скорее из страны выпроводит и заставит учиться в школе для девочек, чем подпустит к этому ремеслу. И, поверь, тебе там точно не понравится.

— Почему все думают, что знают лучше меня, что для меня лучше? — отложила книгу на подушку и поднялась с постели.

Внутри опять начинала клокотать злость.

— Это не запрет, — мягко поправила меня Зоя. — Это правда. Для нашей работы нужен особый психотип, ты не подходишь. Так что не нужно обижаться. Лучше пошли прогуляемся? — предложила, поднявшись следом. — Если не хочешь танцевать, не надо, но и быть одной тоже не вариант.

Может быть она и права, но идти куда-то всё равно не хотелось. И всё же я согласилась. Не знаю, какой психотип нужен для их работы, но это не значит, что мой не подходит. Не настолько я и слабая, какой они меня все видят. И я им это докажу.

Глава 20

Дискотека по случаю открытия смены была в самом разгаре, когда мы с Зоей присоединились к развлекающимся. Отовсюду слышались радостные выкрики и смех. Веселье било ключом в этом месте. Я смотрела на них всех, а в душе меня буквально выворачивало наизнанку. Каждый громкий возглас бил по нервам, пробуждая злость.

— Как ты с этим справилась?

Вопрос сорвался с моих губ раньше, чем я сама его осознала и смогла бы точнее сформировать. Но Зоя поняла меня и так.

— Мне помогли, — мягко отозвалась она, осматривая округу пристальным взглядом. — А у тебя, в отличие от меня, есть преимущество.

— Да? И какое же? — сложила я руки на груди, уставившись на усеянный конфетти асфальт под ногами.

— Твой возраст.

— И что с ним не так? — нахмурилась.

— Наоборот, с ним как раз всё так, — улыбнулась Зоя. — Просто ты в силу возраста воспринимаешь всё острее и намного ближе к сердцу. С годами это притупляется. На самом деле, если ты призадумаешься, то поймёшь, что твоя влюблённость к Косте навеяна детскими мечтами и овеяна романтизмом, верой в прекрасное будущее. Вот скажи, какие у Кости были недостатки?

— У него их не было.

Мне совсем не нравилось, что говорила сотрудница Холодова. Ведь всё не так. Совсем не так.

— Вот видишь, — ухмыльнулась она. — А мой Лёшка был немногословен, упрям, как баран, эгоистичен, не особо красив и временами излишне мнителен. Он редко когда считался с чужим мнением, действуя всему наперекор. Если не по его, то вовсе никак. Понимаешь? Ты бы вот смогла быть с таким человеком вместе?

— Абсолютно точно нет, — заявила тут же.

Меня даже передёрнуло от перспективы иметь такого парня.

— Вот видишь, — рассмеялась Зоя. — А я любила его именно таким. Да и ради меня он старался быть лучше. Иной раз перегибал палку, но всё равно, это был мой Лёшка: самый нежный, заботливый и болтливый. И никто кроме меня не знал его таким. Я это к чему веду-то. К тому, что Костя был для тебя парнем, которого ты любила, но ты его совсем не знала, как и он тебя. Только мелкие привычки друг друга. Ваши розовые очки не давали разглядеть сути друг друга. А когда ты полюбишь по-настоящему, тебе не нужен будет этот аксессуар, чтобы понять — это он. Тем более даже самый жестокий убийца способен любить так, что остальные обзавидуются, если только он конечно не псих, — усмехнулась та, что строила из себя сейчас моего психолога.

— А Дима и Северьян? Расскажешь о них? Как они попали в команду Захара? — решила перевести тему.

Всё внутри меня противилось мысли о том, что я не любила Костю. Любила! Очень! И ничто не изменит этого факта. Тем более какие-то глупые заверения о том, что я ещё не знаю, каково это.

— Не уверена, что имею право об этом рассказывать, — покачала головой Зоя. — Но если поверхностно, то Димка постоянно сбегал из дома, пока как-то не попался на глаза Захару. В самом начале парень буквально на всех кидался с кулаками и не терпел, когда ему указывали, даже если это делал тренер. Тяжело с ним пришлось учителям. Это сейчас он весь такой спокойный, рассудительный и одним своим видом вселяет уверенность. А раньше это был ещё тот сорвиголова. Я его даже боялась, помнится.

— А Северьян? Почему Холод? Из-за фамилии?

— И из-за неё тоже. Но вообще он наш лидер не просто так. Из всей команды Ян был самым благоразумным. Все свои шаги просчитывал наперёд. Не терпел ошибок. Его можно было постоянно найти совершенствующимся в том или ином деле, будь то практика или теория. Одним словом ботаник, но только ни у кого язык не поворачивался назвать так этого парня. Лучший из лучших. Ему постоянно требовалось контролировать каждый аспект своей жизни. При этом если одна половина девчонок была влюблена в Димку, то вторая как раз в Северьяна, — хмыкнула Зоя. — И вот в этом кроется отгадка его прозвища. Северьян ко всем был равнодушен. Нет, как любой здоровый мужик он, конечно, проводил с женщинами время, но ничего серьёзного. Он на всех смотрел равнодушно, холодно, оценивающе, что становилось жутко и пробирал озноб. За что и получил такое прозвище. Он, кстати, тоже сбежал из дома, чтобы жить, как хотелось ему. Родители его были довольно богаты. Вот только отец его промышлял криминалом, а наш босс вариться в этом не хотел…

— Но варится, — ухмыльнулась.

— Как видишь, — пожала плечами Зоя. — Когда его родители умерли, он вернулся обратно сюда и взял бразды правления состоянием Холодовых в свои руки. Некоторые из нас предпочли уйти с ним от Захара.

— Умерли? Так рано? — удивилась я.

Вот тут Зоя ответила не сразу. На её лице отразилось сомнение.

— Думаю, про это тебе лучше узнать у него, — произнесла наконец. — Лучше расскажи, чего вы с Максимом не поладили?

— А ты не знаешь? — посмотрела на неё пристально, пытаясь угадать, обманывает она меня или серьёзно не в курсе произошедшего.

Но весь вид женщины выражал искреннее недоумение.

— Если бы знала, не спрашивала, как считаешь? — приподняла она брови.

— Не сошлись характерами, — чуть помедлив, ответила в итоге.

Не хватало ещё,

— Странно, — пробормотала задумчиво моя мнимая вожатая. — Обычно он чуть ли не сам стремится перезнакомиться со всеми новичками и помочь им освоиться здесь. Не понимаю, что такого вы могли не поделить. Тем более что Северьян должен был с ним обсудить твоё появление в этом лагере.

О, он и обсудил. Так обсудил, что некоторые теперь думают невесть что. Впрочем, я не в накладе. Так даже лучше. Проблем меньше.

— Ладно, пойду я пройдусь, — поспешила уйти от Зои, пока та не принялась выпытывать у меня правду.

— Хорошая идея. Отвлечься тебе не помешает.

— Ага, — махнула рукой и скрылась в толпе танцующих.

Но не успела пройти и десяти шагов, как была перехвачена за талию незнакомым парнем. С испугу рефлекторно двинула коленом тому между ног. Жаль, удар вышел смазанным, не причинив наглецу никакого вреда. Нечего ко мне лезть без разрешения.

— А ты с огоньком, мне нравится.

Это был брюнет с хитро прищуренными карими глазами, по виду мой ровесник. Не сказать что высокий, чуть выше меня самой, где-то на полголовы, худощавый, но довольно жилистый. Впрочем, учитывая спортивный уклон лагеря — не удивительно. Здесь иных и не водилось. Если только среди новичков, как я. В целом довольно симпатичный, но не для меня.

— А ты мне — нет, — парировала, выворачиваясь из его объятий.

— Типа недотрога? — хмыкнул он, удерживая всё так же за талию.

— Типа не люблю, когда меня трогают всякие непонятные личности. Хоть бы руки помыл, прежде чем ко мне прикоснуться, — огрызнулась, продолжая вырваться из рук незнакомца.

— Да ладно тебе, — непонятно чему развеселился парень, но отпустил. — Ничего я тебе не сделаю. Всего лишь на танец хотел пригласить, но ты так быстро стремилась пройти насквозь эту толпу, что я не придумал ничего лучше, как задержать тебя силой. Кстати, меня Ванёк зовут, — склонился в шутливом поклоне.

Как назло, именно в этот момент заиграла медленная композиция.

— Теперь ты просто обязана со мной потанцевать! — пафосно изрёк этот ненормальный.

— С чего вдруг? — отступила от него подальше.

Мало ли реально опять силу применит. Танцевать с ним мне совсем не хотелось. Есть люди, кто с первого взгляда не нравится. Этот как раз из таких.

— Ну, ты же не бросишь меня посреди толпы на глазах у всех?

И прежде чем я опомнилась и впрямь утащил силой танцевать. Попыталась вырваться и не получилось.

— Или ты меня сейчас отпускаешь, или я тебе кастрацию обеспечу, — прошипела злобно, стараясь не сорваться и не устроить прилюдный скандал.

Не хватало ещё привлечь ненужное внимание…

— Расслабься, девочка, ничего такого нового я для тебя и не делаю, — усмехнулся этот… смертник.

— Так уверен? — съязвила я в свою очередь.

Парень недоверчиво прищурился и окинул меня однозначным взглядом. Я тут же внутренне поморщилась. Понятно, и этот туда же. Что хочу, то и вижу.

— Да ладно тебе ломаться, проведём хорошо время и разойдёмся. Ничего нового я тебе не предлагаю, — выдал этот, простите, дебил.

И в общем, сам напросился. Злобно ухмыльнулась, после чего пнула его сперва под коленку со всей дури, а потом ещё и каблуком на ногу наступила, заставляя выпустить меня из объятий. Тут же отпрыгнула в сторону и, развернувшись, бросилась сквозь толпу, выискивая Зою в надежде на её помощь.

Нет, жаловаться я не собиралась, но рядом с ней мне, по крайней мере, нечего было опасаться. Сзади слышались крики задержать меня и некоторые даже послушно пытались исполнить просьбу моего недавнего кавалера по танцу, но большинство расступалось, с интересом следя за тем, что будет дальше.

Тоже мне нашли себе развлечение!

Обернувшись в очередной раз, чтобы увидеть, как быстро меня нагоняет Иван, не заметила стоящего на пути другого действующего лица. На всём ходу врезалась в него, ощутимо приложившись о грудь моего препятствия.

— Ай! Ты каменный, что ли? — вырвалось прежде, чем поняла, к кому обращаюсь.

Потёрла плечо, на которое пришёлся основной удар, и задрала голову вверх. С губ сорвался стон разочарования. Из огня да в полымя, честное слово. Только брата Северьяна мне до кучи и не хватало этим вечером!

Придержавший за плечи Макс хмуро осмотрел меня с головы до ног и обратно, а после перевёл взгляд на моего преследователя.

— Ты в порядке? — поинтересовался хмуро, чем изрядно удивил.

— Вполне, — отозвалась все также растеряно.

— Хорошо, — кивнул Макс, убирая руки и пряча их в кармане джинс.

На меня тоже больше не смотрел. Исключительно в сторону Ивана. Тот как раз приблизился к нам.

— Макс, — холодно поприветствовал он младшего Холодова.

— И тебе не доброго, Ванюш. Снова девушек гоняешь? — усмехнулся Максим, склонив голову набок. — Что просто так уже не получается привлечь их внимание?

Ого! А эти двое между собой не ладили, похоже.

— Не твоё дело, — огрызнулся Иван. — Вали по своим делам, а в мои не вмешивайся.

— Боюсь, в данном случае это ты в мои дела влез. Эта девочка со мной.

— Не припомню, чтобы ты заявлял на неё права.

— Она тебе игрушка что ли, чтобы на неё права заявляли? — нахмурился Макс. — Вали давай отсюда, и чтобы я тебя рядом с ней больше не видел. А если всё-таки полезешь… Ты меня знаешь, я два раза не повторяю.

И сказано это было таким равнодушным тоном, даже с некоторой долей ленцы, что я бы на месте этого Ивана свалила и думать забыла о человеке. Здоровье как-то дороже. В данную минуту Максим мне очень напомнил своего старшего брата. Я даже поёжилась. Вот уж воистину родственнички.

— Да чёрт с тобой, — сплюнул мой несостоявшийся кавалер по танцу и, бросив короткий последний взор в мою сторону, скрылся в толпе.

И я только сейчас отметила, что почти не дышала всё это время. И что меня потряхивает от произошедшего. Потёрла ладонь о ладонь, пару раз вдохнула, выдохнула, прикрыв глаза на мгновение в попытке успокоиться. Немного, но подпустило.

— Спасибо, — выдохнула благодарно.

Макс на это лишь закатил глаза.

— Ты нигде не можешь появиться, не нарываясь на проблемы, да? — поинтересовался с тяжёлым вздохом. — Неудивительно тогда, почему брат к тебе столько нянек приставил. Просто ходячая неприятность.

— Эй, я бы попросила, — возмутилась я на такое заявление. — Между прочим, с моими соседками я поссорилась из-за тебя. Это ведь ты меня подставил.

За что словила взгляд «ну, что за дура?».

— Да на кой чёрт мне тебя подставлять надо? Откуда я мог знать, что ты такая нервная и сразу руками размахивать начнёшь во все

Тут, что говорится, небо и земля поменялись местами в моём сознании. То есть я ещё и сама во всём виновата? И мне бы ответить ему, поставить на место, но голос пропал. Потому что… Он ведь прав — я и правда нервная. Вздрагиваю от каждого шороха, боюсь вида крови, пугаюсь собственной тени, и все эти внезапные появления за спиной меня чуть ли не до икоты доводят. А так же я действительно являюсь ходячей неприятностью и приношу окружающим одни проблемы. Перед глазами встало счастливое лицо Кости с остекленевшим взором. Горло сдавило спазмами, перекрывая дыхание, а из глаз брызнули слёзы.

— Ты прав, — пробормотала, еле слышно, что парень вряд ли разобрал сказанное. — Это всё я. Сама. Я виновата…

Тут же развернулась и, не глядя ни на кого, побежала в свою комнату. Хватит с меня этих развлечений. Кто бы что ни говорил, боль нисколько не притуплялась, лишь утихала на время, чтобы потом с новой силой начать сжигать меня изнутри. И зачем тогда вообще всё это? Зачем я стараюсь, если с каждым днём всё становится только хуже?

— Стой ты, твою мать! — послышался за спиной резкий окрик, и я прибавила в беге.

Не хочу никого слушать. Тем более, его.

— Светозара!

Нырнула глубже в толпу, слегка сгорбившись, чтобы рыжие волосы не выдавали моего присутствия. Вот только сегодня явно не мой вечер. Уже через пару шагов столкнулась со своими соседками.

Сговорились они тут все что ли?

— А ну стой! — схватила меня за руку та, кому я испачкала блузку. — Ты что, плачешь? — нахмурилась. — Кто обидел? — поинтересовалась следом.

Я аж икнула от неожиданности. И про свои проблемы забыла. Слишком неожиданное добродушие.

— Всё в порядке. Это так, плохое настроение, — оправдалась, как смогла, утирая слёзы.

— Слушай, если кто обидел, лучше сразу говори. Так-то у нас здесь все с головой дружат, но есть и отдельные экземпляры, которым периодически не помешает напомнить, что кошельки их родителей здесь не имеют значения.

— Учту. Спасибо.

Так мы и застыли напротив друг друга, не спеша продолжать разговор. Слов не находилось.

— Ты что-то хотела? — уточнила я первая.

Иначе зачем она меня останавливала.

— Ты знакома с Зоей, — констатировала девушка.

— Знакома, — кивнула, настороженно косясь на ее двух подружек.

— Значит, успела пожаловаться, — постановила одна из них, шагнув ко мне ближе.

— Нет, — ответила честно.

Да я вообще уже почти забыла про дневной инцидент с одеждой.

— То есть ты простояла рядом с нашей вожатой около двадцати минут и не нажаловалась на нас? — уточнила та, кому я испортила вещи.

— Да на что жаловаться-то? — искренне удивилась я. — На то, что испачкала твою одежду, а ты решила заставить меня её стирать со всеми вытекающими? О, да, великая жалоба. Может мне сразу заявление директору лагеря написать? Бред какой!

Девушки одарили меня недоверчивыми взглядами.

— Директору нет смысла писать, — наконец, заговорила всё та же. — Он такие заявки не рассматривает. Только его заместитель. Хотя, учитывая, что ты привлекла внимание его младшего братца… — призадумалась. — Ладно, живи уж. И осторожнее ходи в общественных местах, не махай руками. Не все такие добрые как мы, — усмехнулась под конец, и все трое вернулись в толпу празднующих.

Я же осталась пребывать на месте, переваривая полученную информацию.

Значит, этот лагерь принадлежал Северьяну⁈

Интересно, сколько всего ещё мне предстояло узнать об этом человеке. Что ни день, то сплошное удивление. М-да… Не ожидала. Даже жалость к себе отошла на второй план после узнанного.

Бандит, финансирующий спортивный лагерь для детей.

Театр абсурда какой-то.

Нет, я определённо точно не понимала этого человека и его отношение к жизни.

Глава 21

Я бродила по лесу больше двух часов и готова уже была выть от отчаяния.

Ну, вот как так?

Только я могла заблудиться в трёх соснах. А всего-то отошла в сторону в кустики по делу, а когда вернулась, никого уже не было. Точнее были слышны голоса вдалеке, на звук которых я и побежала. Только вместо того, чтобы найти свою группу, ещё больше затерялась.

В лагере мы все жили уже неделю. Со второго дня для нас наступили дни ада. Нет, для тех, кто дружен со спортом, это всё пустяки, но для меня даже ежедневная утренняя зарядка казалась издевательством. Хорошо хоть с соседками я всё-таки более-менее подружилась. Как потом сказала Рита, на которую я опрокинула обед в первый свой день пребывания здесь: «С кем не бывает?»

В общем, наше утро начиналось с зарядки, после шёл завтрак, а вот дальше все разбредались по своим занятиям. Кто-то посещал уроки самообороны, кто-то ориентирование на местности, ещё было преодоление всевозможных препятствий, вплоть до скалолазания, а также стрельба из лука и фехтование.

Я с дуру записалась на все кружки. Зоя помогла мне распределить их по дням между собой. Так рукопашный бой мне нужно было посещать три раза в неделю, ориентирование на местности — через день, стрельба из лука — ежедневно, а вот прохождение препятствий и фехтование моя вожатая отменила, решив, что хорошего помаленьку. Так и я и оказалась в этом чёртовом лесу, где вот уже битый час бродила между деревьев, периодически крича это идиотское «ау», но так ни разу никого и не дозвалась.

Что за жизнь?

Мало того, что после всех этих тренировок у меня буквально болело всё тело, так ещё мне теперь приходилось топать по неровной земле, спотыкаясь о сломанные ветки и густую траву, пытаясь с помощью компаса и природных подсказок выбраться обратно к лагерю. И уже находилась на грани истерики, когда столкнулась с Иваном и его компанией из пяти человек, что-то тихонько обсуждающих в кругу.

Ну, вот за что мне это?

Хорошо, хоть на помощь звать перестала. А то, боюсь, помощь, после встречи с этими ребятами, потребовалась бы мне уже иная. Из рассказов всё тех же соседок я знала, что эта компания не представляла из себя ничего хорошего, и мне очень повезло столкнуться с Иваном в толпе, а не там, где нет свидетелей. Зачем позволять таким ребятам посещать лагерь мне тоже было непонятно, но, подозреваю, на них просто ещё никто в открытую не жаловался, вот и всё. И теперь я наткнулась на эту шестёрку в одиночестве. Так себе перспектива. Но и уйти не смогла. Уж слишком любопытный разговор происходил у парней.

Улеглась на траву и ползком стала подбираться к ним ближе. Глупое решение, будто проблем в моей жизни мало, но всё равно, упорно

— Я не уверен, что это поможет, — с сомнением на какую-то раннюю фразу отозвался один из друзей Ивана.

— Ты ещё скажи, что боишься, — брезгливо отозвался предводитель этой компании.

— Опасаюсь, — поправил Ивана всё тот же парень.

Интересно, о чём речь?

— Мы всё продумали до мелочей, должно сработать, — отмахнулся третий участник заговора.

Остальные молчали, обдумывая своё решение.

— Ну, давайте, повторите мне свою задумку, — прошептала я еле слышно себе под нос, боясь даже пошевелиться лишний раз и пропустить хотя бы слово.

— Если всё получится, то Макс нам больше будет не указ. Остальные сами от него отвернутся.

— Не уверен, — всё же продолжил сомневаться всё тот же парень.

Да в чём дело-то⁈

Заговорщики, как назло, понизили голоса, отчего я едва разбирала, о чём они говорят. Чуть подумав, решила подползти ещё ближе. Рискованно, но уйти незамеченной у меня всё равно не вышло бы, так что осталось только идти ва-банк. Надеюсь, оно того стоит. И позабыла я об этов всём. Сразу, как только сбоку послышалось насмешливое:

— Так, так, так, ну и кто это у нас тут?

Подняла голову и нервно сглотнула.

Доподслушивалась…

Сбоку от меня, за кустами застыл вожатый парней нашей смены Листьев Артём Васильевич. И был он человеком… своеобразным, как и уверяла меня ранее Зоя. Когда я увидела в первый раз этого исполина свыше двух метров роста, то некрасиво застыла на месте с открытым ртом. Чем-то он мне внешне напомнил актёра по прозвищу Скала. Лысый, мускулистый, высокий, с карими глазами и обаятельной улыбкой, которой просто невозможно не поддаться. Вопреки своей внешности говорил он тихо и тягуче, так что мурашки бегали по телу. И всё это великолепие ужасно смущалось при виде моей знакомой. Та это замечала, но стойко делала вид, что ничего не происходит. И вообще рядом с этим мужчиной высокая и спортивная Зоя казалась особенно хрупкой. Да рядом с ним даже Дима с Северьяном выглядели, наверное, мелкими. И вообще подавлял одним своим видом.

Я несколько дней привыкала к его присутствию. А ведь именно Артём обучал нас боевым искусствам, стрельбе и прохождению препятствий. Когда он в первый раз стал показывать нам приёмы, я готовилась увидеть нечто несуразное. Что-то типа медведя-акробата, а на деле все движения нашего учителя были настолько плавными и чётко выверенными, что я просто зависла, следя за каждым выпадом.

Это было удивительно. Но только со стороны. А на деле оказалось ужасно трудным и надоедливым. И всё же я старалась выполнять все упражнения. Правда, с растяжкой до сих пор не дружила. С детства не переношу боли, а здесь приходилось её терпеть и не несколько секунд, а по минуте. И это я молчу ещё про всякие стойки, отжимания и подтягивания. К концу первого урока я уже готова была бежать оттуда без оглядки. К концу недели проклинала себя и своё упрямство. Приспичило мне доказать некоторым личностям, что я не такая уж и слабая. Дура ненормальная!

А вчера Артёму вообще пришёл помогать Максим. Естественно, я получила максимальный разнос моих способностей и тысячу поправок своим действиям.

Вот обязательно унижать меня при всех?

Стало обидно до слёз, но я всё-таки сдержалась и послушно выполнила все его требования. Главное, к другим он так строг и требователен не был, только ко мне. На мой вопрос после тренировки, чего ему надо, тот с ухмылкой ответил, что ему будет интересно посмотреть на лицо Яна, когда я засвечу тому по роже, после такой подставы. Сразу видно, какие отношения у братьев, да? И вообще Максим больше меня не цеплял, не обзывал, помогал, если был рядом и имел такую возможность, но при этом всё равно продолжал делать вид, что меня не существует. Лишь иногда я ловила на себе его задумчивые взгляды издалека, от которых становилось не по себе.

— Итак, мне нужно спрашивать, что вы все здесь забыли? — поинтересовался Артём тем временем.

Не у меня. У Ивана с дружками. На меня мужчина вовсе не смотрел. Не замечал. И это тогда, когда я чуть в обморок не отправилась, заслышав его голос. Хоть бы говорил потише, дабы добропорядочных девушек инфаркт не хватил.

Парни что-то проворчали и поспешили разбрестись, а я так и продолжала лежать. Даже когда они ушли. Ведь Артём, в отличие от них, как раз не думал покидать поляну. А потом сделал то, чего я ожидала меньше всего.

— Выходи, они ушли, — прямо глядя на меня, проговорил.

Не стала спрашивать, когда и как он меня заметил, послушно поднялась на ноги и подошла к нему.

— Ну, привет, пропащая, — хмыкнул он, осматривая меня с головы до ног и обратно.

Подозреваю, на возможные ранения. И я покраснела, вспомнив, что предшествовало моей пропаже.

— Я не хотела, просто отошла ненадолго, а после не смогла догнать свою группу, — оправдалась виновато.

— Так и понял, — кивнул Артём. — В лесу сложно на голос ориентироваться без должной подготовки и привычки. Идём, — повернулся в сторону, куда ушли ребята.

Ничего не оставалось, как последовать за ним.

— В следующий раз лучше предупреди главного своей группы, что тебе нужно отойти в кустики, — чуть погодя дал он мне совет, от которого я совсем засмущалась.

Вожатый парней, заметив это, негромко рассмеялся.

— Да ладно тебе, не ты первая, не ты последняя. Все мы в своё время это проходили. Хорошо хоть не попала в ловушки. Старшие ребята учатся искать по следам и ставить ловушки. Так что тебе крупно повезло, что ты не забрела в тот сектор, — голос его под конец приобрёл суровые нотки.

— У вас тут прям подготовка к выживанию в любых условиях, — пробормотала поражённо, оценив возможные последствия для себя.

— Так и есть, — подтвердил мою мысль Артём. — Потому будь осторожна. Ты новенькая и многого не знаешь. Кстати, а почему ты от парней спряталась? Подслушивала? — бросил мужчина на меня лукавый взгляд.

Я снова засмущалась.

— Так получилось, — пожала плечами. — Не хотелось с ними встречаться.

— Не хотела она, — проворчал мужчина. — А если бы это были действительно плохие люди и заметили тебя? — укорил меня мой провожатый.

Я в ответ только плечами пожала. Не говорить же, что мне стало просто любопытно? Самая нелепая и глупая отмазка, ни разу не оправдание.

— Но ты, кстати,

— Но вы заметили.

— Я просто умею хорошо подмечать детали, — усмехнулся Артём. — Всё же разведка — моя основная специальность.

О, как…

— А у Зои?

— У неё сбор информации.

— Понятно. А…

— Мы пришли, — перебил меня мужчина.

И действительно в расступающихся перед нами деревьях открывался проход непосредственно в зону лагеря.

В общем, я бродила рядом с лагерем, но всё время сворачивала в другую сторону. Лох — это судьба, что тут ещё скажешь.

— Спасибо, — благодарно выдохнула.

— Да не за что, — хмыкнул мой сопровождающий, не скрывая веселья. — Беги. Вон и Зоя явно тебя уже ожидает на крыльце, — кивнул в сторону нашего корпуса.

Ой…

— А может я это… в столовую там, а?

Встречаться с разгневанной женщиной не хотелось. А судя по виду той, мне сейчас крепко влетит.

— Ладно, беги, — дал добро Артём. — Отвлеку я твою надзирательницу.

Не стала задерживаться, бегом бросившись к дверям спасительного помещения. Вот только я совсем забыла о том, что, помимо Зои, Северьян приставил ко мне и другую наседку в лице своего брата. Именно в последнего я и врезалась на всём ходу. А пока в очередной раз ругалась на все лады на излишне твёрдое тело некоторых индивидуумов, меня утащили в боковой проход, где втянули в какие-то двери, за которыми оказалась лестница. На её середине мы и встали. Из оконных проёмов под потолком лился дневной свет, разгоняя сумрак площадки, позволяя видеть то, насколько же зол Максим. На меня даже Северьян никогда так не злился, как он. Впрочем, с Северьяном я и не позволила бы себе грубить.

— Какого ты творишь? — выразила в трёх словах своё недовольство происходящим.

Ну заблудилась я в лесу, так со всеми бывает, с чего вдруг такая острая реакция?

— Нет, это какого ты творишь? — зло рыкнул Макс, нависая надо мной подобно грозовому фронту.

— Да что я сделала?

— Что? Ты издеваешься? Ты хоть представляешь, что здесь было, когда обнаружилась твоя пропажа? Ты вообще способна думать, что творишь? Зачем ты отошла от своей группы? — схватил он меня за плечи. — Ты хоть понимаешь, что было бы, случись с тобой неприятность какая? Да Ян бы здесь всех, как минимум, поувольнял! Минимум! А максимум… тебе вообще лучше не знать, что было бы! Здесь же почти каждый несёт за тебя ответственность! Идиотка безмозглая!

И не сказать, что он не прав, но его тон вывел из себя.

— Да пошёл ты! Тоже мне нянька нашёлся! — взъярилась уже я. — Я не просила за мной следить! Я не просила впутывать меня в ваши проблемы и вводить в свою жизнь! Да мне и без вас всех неплохо жилось, если хочешь знать! Да если бы не твой брат, за мной вообще не пришлось бы никому следить! Это он виноват! Во всём! Если бы не он, меня бы не было здесь! И Костя был бы жив! И я — тоже жила бы, как раньше! Так что не нужно меня теперь учить, как мне жить! Лучше о себе подумай, а то Иван ваш замыслил какую-то подставу для тебя, мало ли что он там придумал!

Вырвалась из его рук и убежала обратно в столовую, теряясь в толпе. Макс за мной не последовал, что порадовало. Хотелось побыть одной и в то же время хоть кому-то выговориться, вот только не было ни одного человека, с кем я могла бы обсудить всё. Да и смысла нет. Разговоры ничего не изменят. Наоборот, каждый раз усугубляют. Поэтому когда после обеда я вернулась в свой корпус, а мне путь преградила Зоя, я опять не стала сдерживаться.

— Хватит! Я только и делаю, что слушаю чужие наставления! Вам всем от меня нужно лишь беспрекословное подчинение, но я так не умею и не хочу! Вас приставили ко мне лишь следить? Вот и делайте это, а нотации оставьте при себе! Они мне не нужны! Вы все мне не нужны! Достали! И братцу своего начальника передай, чтобы держался от меня подальше, и самому начальнику скажи, чтобы катился со своей заботой туда же! Потому что если бы не он, она мне и не понадобилась бы!

Последние слова я уже кричала на грани истерики, вся в слезах. Ответа дожидаться не стала, побежав прочь из корпуса обратно на улицу, к воротам. Мне хотелось уйти из лагеря, от них всех, от их мнимой заботы. Вот только снова не заметила, что на пути кто-то есть, и врезалась в него, по инерции отлетев назад и упав на землю.

— Света? Ты как? — присел рядом со мной… Дима? — Эй, ты чего? — заволновался он, увидев мои слёзы. — Кто обидел?

И как-то разом исчезла вся моя ярость, оставив на своём месте ощущение душевной пустоты и усталость. Подтянула к себе колени, обняла их руками и так и осталась сидеть на месте. Я смотрела вперёд, на ворота, но не видела их. Взор застилала пелена слёз, отчего окружающее пространство расплывалось.

— Ну что снова случилось, девочка? — участливо поинтересовался Дмитрий, усаживаясь рядом и обнимая за плечи.

— Он тоже приехал, да? — прошептала, всхлипнув.

— Да, — последовал ожидаемый ответ.

И я всё-таки расплакалась.

Глава 22

Я стояла на берегу озера, обняв плечи руками, и смотрела на зеркальную поверхность воды. Неподалёку виднелся небольшой деревянный домик, больше похожий на лесную сторожку. Впрочем, наверное, таковой она и являлась когда-то, пока в этой местности не построили лагерь. Северьян расхаживал в стороне и разговаривал по телефону, но я затылком чувствовала его частые взгляды, бросаемые в мою сторону.

Не знаю, почему мужчина решил привезти меня именно сюда, но я не сопротивлялась, когда он подошёл к нам с Димой и без слов поднял меня на руки, унося в свой внедорожник. На нас смотрели все с интересом и шоком, но мне было абсолютно всё равно.

Да и какая разница, что скажут другие?

Их мнение меня не волновало. В прошлом я бы действительно распереживалась из-за такого компрометирующего действия, но после пережитого…

Пусть их думают, что хотят. Главное, что Северьян приехал.

Я цеплялась за присутствие старшего из братьев, как за соломинку. Рядом с ним мне, как ни странно, всегда становилось легче. И не так страшно. Я ведь на самом деле для вида перед всеми храбрилась и себе не позволяла думать о страхе, что преследовал меня везде, куда бы я ни шла. А Северьян был воплощением силы и твёрдости, которая передавалась и мне. Вот

— Ну, ты как? — тихо поинтересовался, зарываясь своей рукой в мои волосы и массируя затылок.

— Честно? Не знаю… — продвинулась ближе к его боку, кладя голову на плечо. — Иногда кажется, что всё прошло, а потом снова накатывает такая ярость, бессилие что-то изменить, что я начинаю ненавидеть весь мир, всех вокруг и себя в частности. Мне кажется, что не будь меня, Костя остался жив. И его родители бы сейчас не страдали из-за смерти сына. И мои. И тебе не приходилось бы возиться со мной, как с маленькой. А самое ужасное, что именно такой я себя и ощущаю: маленький и ничтожной. Никому не нужной.

Если начинала я говорить нормально, то с каждым словом громкость моего голоса понижалась. Последнее я произнесла вовсе едва слышно.

— Т-ш-ш, — раздалось над ухом.

В следующее мгновение я оказалась прижата к сильному телу Северьяна, уткнувшись лицом ему в грудь.

— Тише, куколка, ты снова себя накручиваешь. Мне казалось, ты поняла, что твоей вины в происходящем нет, — мягким тоном укорил меня блондин, проводя ладонью по всей длине моих волос. — Это не ты напала на меня, не ты убила Костю. Слышишь? Не ты! Просто в жизни часто случаются жестокие вещи, и не все из них у нас получается предотвратить. Хоть всю солому мира постели себе под ноги, — чуть отстранился, заглядывая в мои глаза. — И ты не одна. Я с тобой, помнишь?

— Потому что вынужден, — отвернулась от него, вновь глядя на зеркальную поверхность ого озера.

— Потому что хочу быть рядом, — поправил он меня. — Не хотел бы, бросил тебя ещё в начале нашего знакомства. И это было бы самым правильным решением, — вздохнул устало.

— Но не бросил.

— Но не бросил, — повторил за мной Северьян.

— Почему? — вернула к нему всё своё внимание.

Мужчина шумно выдохнул.

— Сперва хотел удостовериться, что ты никому ничего не сболтнёшь, потом… как-то затянулось всё. Я привязался к тебе, куколка. Или… не знаю. Придумай сама, почему взрослый мужик пристаёт к малолетке, — хмыкнул.

— Он все-таки извращенец? — развеселилась против воли.

Мужчина мои слова усмехнулся и промолчал, задумчиво уставившись вдаль. В голубом взоре отразилось небо, делая его ярко-бирюзовым. Очень красиво, и я поймала себя на мысли, что, как и раньше, любуюсь им. И цветом, и самим мужчиной. Вот и уткнулась обратно в его плечо, пока он этого не заметил, чувствуя вину еще и перед Костей из-за этой слабости.

— Я не знаю, как жить дальше, — призналась через паузу. — У меня не получается двигаться вперёд. Ощущение, что я топчусь на месте. Иногда думаю, что лучше бы я умерла в тот день вместо Кости. Всё равно от меня никакой пользы. Только сплошные проблемы.

В мои плечи до боли впились пальцы Северьяна. Он отстранил меня от себя, прожигая гневным взглядом.

— Ты никогда, слышишь, никогда больше не скажешь такого! — прошептал с яростью, встряхивая меня. — Не смей думать о смерти! Ничто не может быть дороже твоей собственной жизни! И никто! Поняла? Поняла меня, спрашиваю?

— Д-да, — с болезненным стоном выдохнула я.

— Прости, — повинился мужчина, шумно выдохнул, отпустил мои плечи и вновь прижал к себе. — Прости, — повторил. — Тебе просто нужно время. Оно не вылечит, совсем нет, но боль притупится и тебе станет легче. Костя дал тебе возможность жить дальше, так не обесценивай его выбор подобными мыслями. Лучшее, что ты можешь сделать для него — прожить долгую и счастливую жизнь за вас обоих.

И я расплакалась. В очередной раз. Но теперь это были тихие слёзы. Полные надежды. Мне вспомнилось лицо Кости в момент его последнего вздоха. Его улыбка. И он бы непременно согласился с Северьяном. Они вообще в этом плане очень похожи. Раньше не замечала, а сейчас призадумалась. Может поэтому мне с Холодовым так хорошо и спокойно? Потому что в нём я вижу тень Кости…

— Так что у вас сегодня произошло, что ты собралась сбежать из лагеря?

Вздохнула.

— Я не знаю, — призналась честно. — Я заблудилась, а потом Максим наорал на меня, и я сорвалась, — вздохнула виновато, но тут же вспомнила ещё кое о чём и резко передумала быть жертвой. — И знаешь что, — подняла голову, чтобы видеть его бесстыжие глаза. — Это ты мне лучше ответь. Почему твой брат считает, что я твоя любовница?

Мужские ладони на моих плечах опять сжались почти до боли.

— Ты моя… кто? — переспросил недоверчиво.

— Твоя любовница, подстилка, шлюха и всё такое, — охотно перечислила все термины, которыми со мной щедро делился его брат.

Северьян глубоко втянул в себя воздух, прикрыл глаза, выдохнул.

— Я разберусь, — спокойно отозвался через паузу, глядя на меня с привычным спокойствием, хотя я нутром чуяла, что далеко не эту эмоцию он сейчас пережёвывает.

Скорее боролся с собой, чтобы не пойти и не устроить своему родственничку взбучку.

— Да всё в порядке, — поспешила я его успокоить. — Я, конечно, удивилась, после разозлилась, а потом даже нашла в этом нечто положительное, — пожала плечами и пояснила на вопросительный взгляд: — Ко мне никто не лезет, — хмыкнула, приняв невинный вид.

Блондин ожидаемо опешил. Сперва. После чего расхохотался. Да так заливисто, что я и сама невольно улыбнулась.

— Ты — это нечто, куколка. А не боишься? — ухмыльнулся лукаво.

— Чего?

— Что я и впрямь решил сделать из тебя свою любовницу? — выгнул он брови. — Увёз вот на другой конец лагеря… чтобы совратить…

Теперь уже смеялась я, уткнувшись лицом ему в плечо.

— Знаешь, мне тебя не хватало, — призналась. — Без тебя так одиноко. А забери меня с собой обратно в город, а? — подняла голову и посмотрела в лицо моего благодетеля. — Я буду опять помогать тебе в офисе. Пожалуйста… — попросила, скатившись на шёпот.

— Свет… — хрипло произнёс мужчина, растерянный моей просьбой.

— Я не хочу здесь оставаться, — состроила самое страдающее лицо и всех возможных.

Мужские объятия стали крепче.

— Я знаю, куколка, я знаю. Но не могу тебя забрать, — прошептал виновато. — У меня сейчас много дел, и в офисе я почти и не бываю. Не волнуйся, я поговорю с Максом, он больше не будет нести всю эту чушь про нас с тобой.

— Да пусть его несёт, — вздохнула обречённо. — Мне всё равно.

— И это не верная позиция. Я взрослый мужчина, а ты школьница, такие отношения неприемлемы. Представляешь, что будет, если слухи дойдут до родителей, в том числе и твоих?

— Так ведь нет никаких отношений же?

— Не важно. Слухи — такая вещь, которая найдёт сто причин

— Мне уже восемнадцать, — напомнила я ему хмуро. — Я имею право сама выбирать, с кем мне общаться и строить отношения.

— Нормы морали при этом никто не отменял.

— С каких пор тебя волнует моральный облик? — съязвила, отстраняясь.

А то же нормы у него ведь! А он тут меня обнимает весь такой правильный и законопослушный.

— Меня волнует твой моральный облик, — укорил Северьян. — Вспомни, каково тебе было, когда в твоей школе все посчитали, что мы с тобой спим. Хочешь повтора?

— Мне плевать, — пожала плечами.

Это было так давно, будто не со мной. Да и какая разница, кто и что подумает?

— Для всех хорошей всё равно не быть, хоть всю жизнь проживи целомудренной девственницей.

Жаль, что я к этому выводу пришла так поздно. Сколько бы нервов себе сохранила, настигни это понимание меня раньше…

Северьян опять вздохнул.

— Верно. Но лучше бы всё равно исключить эти слухи. Если плевать на мнение родителей, вспомни, что я веду не самый лучший образ жизни и тебе самой безопаснее не быть со мной никак связанной.

— Но я ведь уже под ударом, сам говорил.

И снова мужчина вздыхал.

— Не надо усугублять, куколка.

— Ой, да просто скажи уже прямо, что я тебя не интересую, как девушка, вот и всё, — передёрнула плечами, скидвая с них чужую руку, и отошла к воде, у кромки которой росли камыши.

За одним из них я и потянулась, отвлекая саму себя от свербящего изнутри тянущего ощущения обиды и неприятия.

— Кстати, ты почему не сказал, что это твой лагерь? — поинтересовалась, заодно уводя тему разговора в иное русло.

— Ну, сказал бы, и что это поменяло? Ты бы не поехала сюда? — донеслось угрюмое в спину.

— Поехала бы, конечно, но…

Не стала договаривать. И сообщать о том, что мне было бы приятно узнать немного о нём и его жизни больше.

— Его основала моя мама, — вздохнул Северьян, подходя ближе, перехватывая мою руку, которой я пыталась оторвать камыш, делая это сам. — Не без помощи отца, конечно. Они вообще были довольно странной парой. Он, погрязший в криминале, и она — добрейшей души человек. Я, можно сказать, вырос в лагере. Как и Макс. Поэтому он не очень любит здесь бывать. Для него это место — лишнее напоминание о том, что он потерял, — закончил с грустью, отдавая мне сорванное растение.

Вот только я о нём уже едва ли помнила. Приняла на автомате. Обняла бы ещё, но на поляне появились Дима и Максим.

— Намиловались? — вместо приветствия ехидно вопросил младший Холодов.

— Я его ненавижу, — пробормотала еле слышно.

Старший из братьев усмехнулся.

— Нет, идите ещё погуляйте, — серьёзно так кивнул, чем поверг в шок новоприбывших.

Теперь уже хихикала я, уткнувшись лбом в его плечо. Уж слишком примечательный вид был у ошалевшего охранника.

— Я вот что-то не понял, — серьёзно и недовольно произнёс Дима.

— Да я вот тоже, — ухмыльнулся Северьян. — С фантазией моего брата вообще сложно что-то нормально понять.

— Вот только не надо строить из себя правильного, — скривился Максим. — Ты сам сказал, что бережёшь её для себя.

— А ещё велел ни одного подобного намёка не делать в её сторону, — сурово отчитал мужчина младшего родственника, пока я переваривала узнанное.

— Бережёшь… для себя? — пробормотала, шокировано глядя на блондина.

Северьян едва заметно поморщился.

— Видишь ли, Светозара, мой брат — упрямый осёл, и начни я оправдываться, стало бы только хуже. Поэтому иногда мне действительно проще согласиться с его словами, только бы он перестал спорить. Так что, да, ты права, это моя вина, что вы не поладили. Хотя я надеялся, что мой восемнадцатилетний брат уже научился пользоваться мозгом в достаточной степени, чтобы сперва думать, потом говорить и делать.

— Как сказал, так и понял, — отозвался Максим, нисколько не проникнувшись слышимым в голосе старшего брата упрёка.

— Я так и понял, — съязвил Северьян, после чего обернулся ко мне. — Побудь пока с Димой, пожалуйста, — велел. — Мне нужно наедине пообщаться с этой личинкой.

Не дожидаясь моего ответа, мужчина направился к своему родственничку, ухватил того за плечо, отчего тот выругался, съёжившись, и в таком положении оба пошли на другой берег озера.

Проводила обоих взглядом, пока те не скрылись за деревьями, после чего посмотрела на Дмитрия.

— Не повезло тебе встретить эту семейку, да? — понимающе усмехнулся он.

Риторический вопрос я оставила без ответа, только пожала плечами, слегка улыбнувшись. Потому что, если честно, думала я совсем иначе. По крайней мере, про одного из этой семейки.

* * *

— Ну и, что ты себе там надумал про меня и Светозару?

Суровый тон старшего брата заставил поёжиться младшего. Парень как никто знал, насколько его родственник может быть холоден по отношению абсолютно ко всем, но как-то раньше испытывать на себе такое давление ему не приходилось. А теперь из-за какой-то рыжей девицы Северьян готов рвать и метать.

— Да что в ней такого, что вы все здесь с ней так носитесь? — возмутился Максим, исподлобья наблюдая за ним, идя рядом и потирая плечо.

Холод вздохнул и сдавил двумя пальцами переносицу.

— Она за короткий промежуток времени стала свидетельницей двум убийствам, причём далеко не самым приятным. У неё на глазах её парня убили. Он умер на её руках. Я подумал, что лагерь её отвлечёт, — признался со вздохом.

— Почему не сказал?

— Потому что ей не нужна жалость, ей нужен друг. И даже если бы она действительно была моей любовницей, ты не имел права так с ней обращаться, Максим. С кем она, или я, спим, не касается никого, кроме меня и её. Не хочешь с ней из-за этого общаться, хорошо, я не заставляю, но и унижать её не смей своими домыслами. Ещё раз такое повторится, и я не просто верну тебя в твою закрытую школу, но и университет подберу такой же.

— Да пошёл ты, — огрызнулся Максим, отворачиваясь.

— Ты меня понял? — с нажимом уточнил Холодов-старший.

— Да понял я, понял, — выплюнул парень и ускорился в шаге.

Северьян вздохнул. Он и без того знал, что будет непросто, но не думал, что настолько. Поэтому пришлось выкладывать то, о чём изначально собирался умолчать.

— На неё объявил охоту сам Кавказец. Поэтому я тебя прошу, присмотри за ней. Хотя бы издалека, — попросил негромко. — Пока я не решу всё с ним. Мы подобрались достаточно близко, но нам нужно ещё время.

Макс замер. И отвечать не спешил. Северьян не торопил, прекрасно знал, как младшего бесит, что он встал во главе наследия отца,

— Присмотрю, — пообещал, наконец, Максим.

Собрался уже уйти, но Северьян задержал.

— Ты только сам не вздумай горячиться и кидаться в пекло в случае чего, понял? Если что-то заметишь, сразу идёшь к нашим и звонишь мне, — повелел командным тоном.

— Понял, — отозвался младший, помолчал и спросил уже тише: — Ты правда подобрался к нему?

— Правда.

— Хорошо. Я присмотрю за Светой, а ты… уничтожь его, Ян.

— Обещаю.

Глава 23

Я стояла и смотрела вслед уезжающему внедорожнику Северьяна. Рядом со мной находился Максим, который то и дело поглядывал на меня с непонятным выражением на лице. Вот вроде ничего такого, но при этом было ощущение, что меня сканируют.

— Я должен извиниться, — сказал по итогу.

Чем жутко удивил. Не ожидала, что парень так легко признает свою ошибку. Мне казалось, что он не из тех, кто вот так запросто станет приносить извинения. Впрочем, мы ведь толком и не общались. Возможно, что я не права. С другой стороны, как он повёл себя изначально, такое мнение у меня о нём и сложилось.

— Я прошу прощения, что позволил себе так о тебе высказываться, не прояснив ситуацию до конца. Я не имел на это права, — продолжал извиняться Максим. — Брат рассказал твою историю и… Мне действительно жаль. Просто в первый наш разговор Ян ничего не объяснил толком и не рассказал о тебе, поэтому…

— Ты сделал соответствующие выводы, — закончила я за него. — Забей. Мне плевать, кто и что обо мне думает. Это всё не имеет значения, — безразлично пожала плечами, хотя внутри всё кипело от негодования, что блондин вот так вот запросто рассказал мою историю постороннему человеку.

То есть, конечно, парень ему не чужой, но мне-то он никто. С другой стороны, не такой уж это и секрет. При желании, младший Холодов и так мог узнать о произошедшем. Другое дело, что ему это было не важно. Впрочем, не думаю, что и сейчас многое изменилось в его отношении ко мне. Поэтому не стала продолжать этот никому не нужный разговор и, развернувшись, направилась в столовую. Есть хотелось жутко. Правда не удержалась и поинтересовалась ещё кое о чём.

— Слушай, а если бы я действительно оказалась любовницей твоего брата, то, что в этом такого плохого? В смысле, почему ты так резко и негативно на это отреагировал? В конце концов, это ведь тебя никак не касается, только Северьяна и меня. Почему ты сразу готов был приписать мне худшее?

— Потому что все его пассии — шлюхи, — просто и коротко ответил Максим, присоединяясь ко мне в походе в столовую. — Им лишь бы найти, кого побогаче, и доить его. Нет, я в Яне уверен. Он никогда не позволит себя одурачить всяким тупоголовым курицам, но от этого лучше к ним относиться у меня не получается. Так что было закономерно и тебя отнести к их группе.

— Не думала, что похожа на такую девушку, — поморщилась от неприятного сравнения.

— Не похожа, это и выводило из себя ещё больше, — признался Максим.

— Всё равно не понимаю, какая тебе до этого разница, — нахмурилась я.

— Терпеть не могу двуличных сук. Причем с виду они все такие милые, а копнёшь глубже, там один перегной.

Усмехнулась.

— Между прочим, перегной полезная вещь. Применяется в качестве удобрения в садовой культуре.

Макс покосился на меня с сомнением.

— Это ты мне таким образом пытаешься втолковать, как я не прав?

— А получается?

— Вообще ни разу.

— Значит, не пытаюсь, — пожала я плечами.

Макс с ухмылкой покачал головой. Хотел что-то добавить, но впереди показался Иван со своей компанией, которые с плохо скрываемым интересом косились в нашу сторону.

— Держись от него подальше, — тихо проговорил идущий рядом парень. — Ванёк без тормозов, а меня особенно рьяно ненавидит. И, после сегодняшнего, будет пытаться достать меня через тебя.

— Почему? — заинтересовалась невольно.

— Девчонку у него увёл прошлым летом, — хмыкнул Макс. — А папочка у него не из простых. Просто так в случае чего морду не набьёшь. Не хочется брату проблем добавлять. Кстати, что ты сегодня говорила о подставе?

— Ой, точно! — быстро пересказала услышанный в лесу разговор.

— Понятно, что ничего не понятно, — проговорил в итоге Макс. — Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, — принял решение. — И первым делом предлагаю уже, наконец, поужинать, а то у меня мозги скоро откажутся работать.

Тут я с ним была безоговорочно согласна, поэтому прибавила в шаге. Всё-таки кормили в этом лагере очень вкусно, хоть и просто. И впервые за прошедшие дни, ужин выдался достаточно приятным. А после в комнате меня ожидал новый сюрприз. Соседки. Которые накинулись с расспросами, как только я вошла в помещение.

— Ты знакома с Северьяном?

— Давно?

— А как вы познакомились?

— Что между вами? Вы вместе?

— А куда вы уезжали?

— Расскажи!

От такого напора я растерялась, испугалась и решила малодушно сбежать, пока меня окончательно не припёрли к стене и не стали пытать.

— Да нечего рассказывать, — пробормотала, отступая к двери.

— И именно поэтому он таскал тебя на руках и увозил куда-то? — съехидничала Рита.

— Да там ещё и Макс был, и Дима, — попыталась зачем-то оправдаться.

— Но на руках они тебя не таскали, — заметила Ира.

— Да у меня истерика просто случилась. Я с Максом поругалась. А Северьян просто успокаивал…

— Целовал? — с придыханием уточнила Катя.

— Нет, конечно! Вы чего? — возмутилась. — Я вообще только недавно с парнем рассталась и не готова к новым отношениям, тем более что мужик старше меня на десять с лишним лет. Сами посудите, ну какие поцелуи?

— Самые лучшие, — мечтательно протянула Рита. — Он же уже опытный, знает, как доставить девушке удовольствие…

Уставилась на неё в ужасе.

— Даже представлять не буду! — открестилась.

Нет уж, не надо мне такого счастья! В том смысле, что я в принципе нас целующимися не представляла, не говоря о чём-то большем. Тем более, мужчина уже давно ясно дал понять, что я ему не интересна. К тому же, если я и хотела действительно с кем-то поцеловаться, то это Костя. Я бы что угодно отдала за то, чтобы просто увидеть его живым и здоровым. Хотя бы издалека. Лучше бы

— Девочки, ну Света ведь сказала, что недавно с парнем рассталась. Ну, какая любовь, когда тут такое! Он тебя бросил, да? — участливо вставила Ира.

Она вообще среди них была, по-моему, самой разумной, и по характеру мягче остальных.

— Д-да, — улыбнулась я ей через силу, не желая вдаваться в подробности своей личной жизни.

— Вот урод! Ну и чёрт с ним! Мы тебе лучше найдём! Нашла из-за кого переживать! — тут же начала выговаривать Рита. — Вот сегодня на танцах и начнём!

Я и понять ничего не успела, как оказалась захвачена в водоворот подготовки к дискотеке.

Лично я не стала мудрить и выбирать что-то особенное для танцев. Во-первых, весенние вечера ещё были достаточно прохладны, во-вторых… для кого мне наряжаться? Не для кого… Так что к восьми вечера я была уже собрана в простые джинсы, белый топ и чёрную толстовку на молнии. Ноги обула в белые кеды на толстой подошве. Волосы собрала в две шишки на макушке в виде ушек. Вкупе с ярким макияжем образ вышел довольно дерзким.

— Класс, — восхитилась Рита. — Просто отпад.

— Поверю на слово, — усмехнулась.

На самом деле мне и самой нравилось, как я выгляжу. Был бы Костя жив, никуда одну в таком виде не отпустил. Но его со мной больше не было. Как и другого, кто мог бы возмутиться подобному. Хотя Северьян вряд ли бы вообще что-нибудь сказал. Ему до меня дела нет, как до девушки. Это я непонятно с чего думаю о нём. Глупость какая-то. Вроде той, где я хотела бы ему понравиться. Это всё девчонки со своими ахами-вздохами по нему мне мозг перевернули!

— Ну, что, все готовы? Идёмте тогда, — скомандовала Катя, первая направившись на выход из комнаты.

Она и Рита, кстати, были в шортах. Отчаянные. А вот Ирина, как и я, не стала выпендриваться, одевшись похоже.

На закрытой площадке уже все собрались и радостно общались между собой, готовые развлекаться по-полной этим вечером. И я не стала исключением. Хотя по началу было очень неудобно и чувство вины не позволяло особенно сильно погружаться в танцы, но атмосфера веселья делала своё дело и в скором времени я, позабыв обо всём на свете, отдалась музыке. И как же это было приятно, не думать ни о чём, просто чувствовать. Как раньше. Когда я была простой девчонкой без криминала за спиной. До того рокового вечера, когда моя жизнь сделала резкий поворот не в ту сторону. И нет, не буду о том думать. Только наслаждаться вечером в окружении таких же отдыхающих.

В толпе мелькнула знакомая светловолосая шевелюра, и я стала следить за передвижениями Макса. Тот будто кого-то искал и не находил. Любопытненько! Подошёл к Зое и что-то спросил у неё, но та в ответ покачала отрицательно головой. Парень нахмурился и вновь стал оглядывать толпу. Меня ищет? Раз обещал присматривать, а я вот уже час как вне поля видимости в центре толпы… Я почти решила подойти к нему, чтобы дать о себе знать и избежать нового выноса мозга, но тут девчонки решили тоже переместиться, поэтому исполнить задуманное не удалось. Да и не до того стало — рядом кто-то затеял драку. Тут же смолкла музыка, а вожатые стали всех разгонять по корпусам. На сегодня культурный отдых был закончен. А жаль, мне понравилось.

— Пойдём, пока они заняты зачинщиками надо успеть переодеться и создать видимость того, что мы готовимся ко сну, — пояснила она на ходу.

Уставилась на неё с сомнением. То есть, драка не случайна, я правильно поняла?

— Ну, конечно, — усмехнулась девушка. — Делать нам больше нечего, как портить себе отдых просто так.

— Но он же всё равно испорчен, — нахмурилась.

Ответом мне стали три снисходительные улыбочки.

В общем, заинтриговали они меня знатно, потому дальнейший путь я шла не в пример шустрее них. В комнате мы тут же переоделись в повседневную одежду и расселись на кровати Кати. Сегодня я играла вместе с ними в карты. Вот только время отбоя приближалось, а девчонки даже и не думали куда-то идти или что-то объяснять.

— Всему своё время, — философски заметила Рита.

Настаивать я не стала, послушно ожидая, когда они сами мне всё прояснят. В коридоре послышались выкрики Зои про отбой, и мы, выключив свет, улеглись спать. Сотрудница Холода заглянула к нам, пожелала спокойной ночи и ушла.

— Теперь ждём полуночи, — прошептала Катя.

И почему время в ожидании идёт так медленно?

Казалось, что его специально замедлили. К полуночи я уже передумала сотню вариантов о том, что будет дальше и, когда раздался звук вибрации, подскочила с постели первой.

— Свет не включаем, одеваемся молча. Свет выбирай что-то тёплое и удобное, — скомандовала Рита.

Следующие минуты слышалось только шуршание одежды и тихие чертыхания, когда кто-то что-то сразу не находил. А потом случилось это…

— Вы что задумали? — зашипела я в ужасе, когда Катя открыла окно, тем самым дав понять, как именно девушки собрались покидать комнату.

На меня уставились три снисходительных взгляда. В темноте я их не видела, но остро ощущала. Да и чёрт с ними! Они же спускаться собрались по водосточной трубе! Сумасшедшие люди!

— Не волнуйся, мы не первый раз так сбегаем, так что всё будет норм.

Я так не думала. И вообще думать о таком не хотелось. Если крепления не выдержат, без травм не обойтись. Да ни одна вечеринка того не стоит! Я, конечно, отчаянная, но не настолько! Но, конечно, как и все, уже через три минуты медленно спускалась по трубе вниз. Любопытство, чтоб его!

Глава 24

Пришли мы на отдалённую от основных объектов лагеря поляну в лесу. Рядом протекал небольшой ручей, который я приметила лишь из-за лунных бликов на поверхности. Посреди поляны горел костёр, вокруг которого собралось около пятнадцать человек. Кто-то сидел на лежащих стволах деревьев, кто-то прямо на траве на расстеленном покрывале, а были и те, кто стоял. Один парень играл незатейливую мелодию на гитаре. Все тихонько общались между собой и смеялись.

В общем, обычная сходка старых друзей. А ещё здесь была выпивка в виде пива. Откуда оно взялось, судить не берусь, но подозреваю, что многие привезли его с собой ещё в самом начале.

— А что за повод?

— А он обязательно должен быть? — отозвалась Ирина.

— Нет, наверное. Но зачем тогда было портить вечер в лагере и сбегать сюда?

— Потому что так веселее, малая, — послышалось за спиной.

Обернувшись, я увидела Макса,

— С днём рождения, Макс! — выдала она и вытащила из кармана тонкий прямоугольный футляр.

— Спасибо, — поблагодарил он её, открывая коробочку, в которой на синем бархате покоился золотой браслет из толстых звеньев с небольшой пластиной посередине. — Вы трое всегда знаете, как меня порадовать, — оценил дорогой презент.

Девушки мило заулыбались и принялись поочерёдно его обнимать. Мне же оставалось только топтаться в стороне, ощущая себя полной дурой. Мало того, что без приглашения, так ещё и подарка нет.

— Почему мне не сказали? — шепнула Кате на ухо, как только та закончила обнимать именинника и отошла от него, встав рядом со мной.

— А смысл? Ты бы всё равно подарка нигде здесь достать не смогла, — пожала она плечами в полнейшем безразличие. — Да расслабься ты. Ну, без подарка ты, и что такого? Мы здесь, чтобы веселиться, вот и веселись. Да и если бы Максу были важны одни подарки, он бы не попросил захватить тебя с собой.

Только потому, что обещал своему брату присматривать за мной…

Хотя тогда и впрямь мог оставить в комнате, где со мной под присмотром Зои уж точно ничего не могло случиться.

В общем, отмахнулась я от всех сомнений, решив, что раз уж здесь, то буду и впрямь веселиться. Северьян прав, нельзя себя хоронить в тоске и горе. Костя навсегда останется для меня важным человеком, но пора начинать жить дальше. Чем не повод?

Вместе с нами пятерыми я насчитала ещё человек десять. Все были расслабленными и даже не думали вести себя тихо. На мой вопрос, не боятся ли они быть застуканными, Макс только рассмеялся.

— Ты, правда, думаешь, что наши вожатые не в курсе? — ухмыльнулся он. — Поверь, они даже сейчас за нами присматривают, просто дают видимость уединения от взрослых.

И как тогда отдыхать? Лично мне стало не по себе, что взрослые будут смотреть, как я тут напиваюсь. Но то только мне, остальные и не думали париться по этому поводу. Ещё и обсуждали их, не таясь.

— И главное специально выжидают момент, когда ты возбуждён до предела и весь кайф ломают! — возмущался кто-то из парней.

Я от такой откровенности аж покраснела. Понятное дело, что в восемнадцать лет многие уже давно не девочки и мальчики, но всё равно было очень неловко слушать подобного рода разговоры. Ещё более неловко стало, когда сидящий рядом со мной на лежащем дереве Максим это заметил и не преминул подколоть.

— Ведёшь себя так, словно раньше с парнями не общалась и не знакома с возбуждением.

— Не твоего ума дело, — огрызнулась в ответ.

Попыталась уйти, но брат Северьяна не отставал, последовав за мной следом.

— Так ты реально девственница? — уточнил этот идиот.

— Отвали!

— То есть правда девственница? — продолжил он допытоваться.

— Да, блин, я девственница! Доволен? Теперь отстанешь? — заорала на него, не сдержав эмоций.

Вокруг тут же стало тихо, и лишь Макс хихикал.

Чёрт!

Почему с ним вечно всё через одно место?

И чтобы избавиться от чужого интереса и дальнейших возможных расспросов, развернулась и направилась вглубь леса.

— Идиот! — приговаривала себе под нос, переступая подсвеченные фонариком ветки.

— Да погоди ты, Свет, стой, — догнал меня именинник, хватая за руку. — Прости. Я правда не думал, что ты кричать станешь. И вообще прости. Ну, дурак я, есть такое. Иногда ляпаю, не подумав.

То есть всегда…

— Ладно, — буркнула, возобновляя шаг…

Не охото было спорить ещё и по этому поводу. Видно же, что всё равно не оставит.

— Можно просьбу? — поинтересовался Максим, следуя за мной.

— Какую?

— Расскажи мне про своего парня.

Споткнулась о собственную ногу. Ожидала услышать, что угодно, но не это. Так и застыла на месте, глядя перед собой. Только не лес видела больше, а остекленевший взгляд Кости и прощальную улыбку на губах. На глазах вновь проступили слёзы. Смахнула их, не глядя. И не ответила ничего. Дальше пошла.

— Чёрт, Свет, прости. Я не хотел. То есть хотел, но не про его смерть узнать, а про то, каким он был. Как вы с ним познакомились?

Втянула в себя воздух и опять промолчала. На этот раз парень настаивать не стал. Тоже молча шёл дальше. И если раньше я собиралась найти подходящие кусты для личных нужд организма, то теперь просто шла вперёд. Бесцельно. А потом… не знаю почему, но я заговорила.

— Мы учились вместе в одном классе.

— Понятно, — с улыбкой отозвался Максим.

И даже настаивать не стал на продолжении. Но я всё равно продолжила.

— А мне не понятно. До сих пор не понятно, что он во мне нашёл такого. Мы с ним не особо и общались. Точнее, вообще никак. Даже не здоровались. А в тот день я каталась на коньках и врезалась в него, уронила, а сама сверху упала, наставив кучу синяков. Тогда мы впервые с ним завели прямой диалог, — помолчала и добавила: — Он сказал, что я буду с ним теперь встречаться, потому что он, видите ли, так решил.

— Наглый, — уважительно прокомментировал идущий рядом.

— Да. Очень, — согласилась я с ним с улыбкой.

Было приятно вспомнить тот момент, пережить его заново. В тишине ночного леса легко оказалось представить вокруг иное окружение. Городские улицы, высотки домов и парня на скамейке с цветком в руках.

— Но эта была хорошая наглость, добрая, — пояснила.

Так себе пояснение, но лучше я вряд ли смогу придумать. Да и не стала пытаться.

— Он был весёлым, чуточку нахальным, ироничным, вечно подшучивал надо мной и постоянно таскал меня в кино на ужастики. Я их не люблю.

— Продуманный, — хмыкнул Макс.

— Точно, — кивнула. — С одного такого мы тогда и возвращались, когда на нас напали. Им нужна была я. А Костя… он…

Не договорила. В горле привычный ком образовался. Максим остановился, придержав меня за руку, ухватив ладонь.

— Не продолжай, я понял, — произнёс хмуро. — Твой Костя герой и просто молодец. Защитил тебя, как положено настоящему мужчине.

— Да, наверное. Только мне от этого не легче, — отвернулась я от него.

Вообще не понятно, с чего я тут перед ним душу раскрываю. Но рассказала, поздно давать заднюю. Тем более, Максим неожиданно меня понял.

— Это нормально, винить себя. Я тоже виню. Что меня не было рядом с мамой, когда её убили. Возможно, тогда бы она

Я сжала крепче его ладонь. Чтобы он знал, что не одинок.

— Или бы ты погиб вместе с ней, — противопоставила, покачав головой, вновь глядя на него. — Знаешь, я только недавно это поняла, благодаря твоему брату. Мы не можем изменить прошлое, но в наших силах жить дальше так, чтобы смерть наших близких не была напрасной. Жить не только за себя, но и за них.

— Что ж, теперь понятно, почему ты так тянешься к моему брату, — вздохнул он. — Хотя, надо сказать, что ты первая, кого он вообще пустил в свою жизнь со стороны. Чтоб ты понимала, даже меня он к себе никогда не подпускал настолько близко. Появлялся по необходимости и исчезал, когда пропадала надобность. Но и в такие редкие моменты мы с ним едва ли перекидывались парой фраз.

— Печально это, — вздохнула. — А ты не думал, что ему тоже не просто? Что он как и ты переживает потерю родителей. Просто ты можешь себе позволить погрузиться в горе, а он — нет. Ему нельзя проявлять слабость. И поговорить не с кем. Ты сам-то пытался с ним общаться?

Максим ответил не сразу. Отвернулся, уставившись перед собой.

— Он сразу после этого закрыл меня в интернате без права покидания его даже на каникулах.

— Он тебя защищал.

— Я знаю. Только он забыл спросить меня, нужна ли мне эта защита.

— Зачем, если и так понятно, что бы ты выбрал? — поморщилась и решилась признаться ещё кое в чём. — После смерти Кости я подалась во все тяжкие. Разругалась с родителями, почти не бывала дома, примкнула не к самой лучшей компании, постоянно рисковала здоровьем. Ментам пару раз в руки даже попалась. И знаешь, сейчас, возвращаясь назад, я была бы рада, если бы твой брат вмешался сразу и запер меня где-нибудь здесь изначально. Тогда бы не пришлось моим родителям страдать вместе со мной.

Желательно с собой, но о таком приходилось только мечтать, к сожалению.

— Я мог бы ему помочь.

— А ещё пострадать, возможно, что и умереть. Сам сказал, что испытываешь вину за смерть матери. А Северьян бы испытывал вину за смерть всех вас, так получается? Ты действительно готов его обречь на такое?

В темноте чужое лицо не особо было видно, несмотря на свет наших фонариков, но показалось, Максим задумался над моими словами. Правда, как оказалось, если и задумался, то совсем не о том, на что я его толкала.

— Ты его так защищаешь… — протянул.

И я как-то растерялась.

— Просто пытаюсь поставить себя на его место.

Так себе оправдание. Вот и Максим не особо им проникся.

— Ну да, — хмыкнул. — Смотри не влюбись только в него, как все те дурочки, — кивнул в сторону костра.

— П-ф, даже не думала, — отмахнулась от такого совета.

А у самой в памяти возникло лицо блондина с хитрым прищуренным взглядом и открытой улыбкой, от которой моё сердце всегда начинало биться чаще. Всё-таки очень красивый и обаятельный он мужчина. Но и я не идиотка, чтобы не понимать, что такой, как я, с ним рядом не место. Мы слишком разные. Да и не видит он во мне девушку. Так что влюбляйся, не влюбляйся, итог един.

— Вот и отлично, — кажется, облегчённо вздохнул Максим.

И я не удержалась от уточнения.

— А если бы влюбилась, то что?

— Я бы тебе посочувствовал. Или забыла, как закончила наша мать?

И я передёрнула плечами от прошедшего по спине холодка. С другой стороны:

— Всё равно когда-нибудь умру. Костя вот погиб в простой драке. Я могу завтра погибнуть из-за пьяного идиота за рулём. Что же теперь, не ходить никуда?

— Я просто предупредил, решать тебе, — не стал ни соглашаться с моими словами Максим, ни отрицать их.

Верно. Мне. Только соглашаться не с чем. Вот и направилась дальше, оставив его последние слова без ответа.

Больше мы не говорили тем вечером. Казалось бы, Макс меня избегал, а я и сама не спешила искать его общества. И не столько от разговора, сколько из-за бросаемых им иногда взглядов на меня. Почему-то я чувствовала себя виноватой в такие мгновения. И вот кто бы мне объяснил, почему?

Глава 25

Остаток ночи прошёл довольно весело. Правда я общалась с кем угодно, но только не с братом блондина. Если остальные и заметили напряжение между нами, то не показали этого. В свои комнаты мы тоже все вернулись беспрепятственно. А вот утром на зарядке пришло время расплаты за самодеятельность — пять кругов вокруг построек лагеря. Это была месть: красивая и изощрённая. Последний круг я уже практически доползала на животе. Так и упала на спину возле Зои.

— Н-да, — прокомментировал это безобразие знакомый мне голос.

Подскочила на ноги в считанные секунды, чтобы тут же ошалелым взором уставиться на Северьяна.

— А ты чего здесь делаешь?

— Да вот заехал брата поздравить, а тут вы… бегаете, — ухмыльнулся он. — Тяжко? — поинтересовался следом, одаривая меня весёлым взглядом. — Ничего, сейчас мы это исправим.

И ведь исправил же!

В наказание за самовольную отлучку из лагеря и распитие запрещённых напитков всем были назначены общественные работы. Нам с девочками досталась уборка коридоров и гостиной нашего этажа, а парням — уборка территории. Не так уж и плохо. Могло быть хуже. Так что следующие два часа мы мыли окна и полы, протирали пыль, пылесосили. А пока занималась делом, всё думала.

Зачем Северьян вернулся? Только ли ради подарка Максу? Ведь наверняка подарил его ещё вчера. И сам же вчера сказал, что у него дела в городе. Или что-то случилось? И Макса я не видела ещё сегодня, кстати…

Стоило о нём подумать, как на лестнице появилась наша пропащая душа. За ним следовал его хмурый брат. Конечно же, девчонки тут же забыли о работе, глядя на того, кому принадлежал лагерь. Блондин, заметив взгляды женской аудитории, улыбнулся так, что даже у меня сердце сбилось со спокойного ритма, а собственные губы поползли в стороны в ответной улыбке. Заметив которую, Северьян тут же нахмурился и отвернулся.

Ну и пожалуйста, не больно-то и хотелось!

Хотя по-прежнему, как и раньше, неприятно. Ну, подумаешь, кто-то и правда решит, что мы любовники. Не в первый раз. И вообще мне уже восемнадцать, имею право спать, с кем хочу. А то, что в школе учусь, так это временно. В любом случае ведь не обязательно же меня теперь сторониться? А ещё… Почему меня так постоянно клинит на его отношении ко мне? И

— Какая глупость!

Решительно вернулась к прежнему занятию. Но мысли назойливой стаей птиц всё вертелись и вертелись вокруг его персоны.

— Точно дура, — сделала выводы о своём психическом состоянии.

— И с чего вдруг такое самобичевание? — послышался за спиной весёлый голос того, кого не ожидала услышать.

Не ожидала, но была очень рада его появлению.

— Дима! — обернулась с улыбкой.

Ещё бы и обняла, но мокрая и грязная одежда не располагала к подобного рода проявлению чувств.

— А сколько счастья-то, — хмыкнул мужчина, подходя ближе. — Неужто соскучилась?

— Ага, — не стала скрывать своего отношения к нему, согласно кивнув.

Краем глаза заметила, как за нами наблюдают другие, но решила не реагировать. Одной сплетней больше, одной меньше — всё равно от всех не избавишься.

— Да вроде только вчера виделись, — протянул Дима с усмешкой, обходя меня и останавливаясь у подоконника.

— И что? По хорошему человеку не грех и лишний раз поскучать, — отметила я важным голосом, чем развеселила своего знакомого.

— Без тебя, и правда, в офисе скучно, — признался Дима.

— Убеди своего начальника забрать меня с вами обратно в город, и я обещаю радовать тебя своим присутствием ежедневно с утра до вечера, — уцепилась за его слова.

— Что-то я вдруг резко передумал, — пошёл на попятную Дима.

— Поздно! Тебя больше ничто и никто не спасёт! — ответила я с пафосом, пряча улыбку.

— И от чего его надо спасать? — послышался сбоку голос вернувшегося Северьяна, а затем они с Максом подошли к нам.

— Всё тебе скажи, да расскажи, — ухмыльнулся Дима, подмигнув мне. — Тем более, у тебя и без нас есть, кому рассказывать секреты, — добавил непонятное.

Чем заинтересовал. Ещё больше любопытство во мне вызвала реакция самого Северьяна. Он бросил на меня быстрый взгляд и тут же его отвёл.

— Нам пора, — поспешил уйти.

Дима, глядя вслед своему другу, только тяжко вздохнул и тоже поспешил покинуть нашу обитель.

— Берегите себя оба, — бросил на прощание нам с Максом.

— Пока, — пробормотала вслед задумчиво, после чего перешла на другую сторону коридора, откуда из окна открывался вид на дорогу к воротам лагеря.

И лучше бы я не смотрела. Там, прогулочным шагам, вдоль аллеи бродила, одетая в бордовый плащ и туфли на каблуках, симпатичная блондинка, которая при виде Северьяна тут же расплылась в лучезарной улыбке и шагнула ему навстречу. Не знаю, как отреагировал сам мужчина, но ухватить за локоть он ей себя позволил. Шедший за ними Дима обернулся, посмотрев наверх, в мою сторону, будто знал, что я слежу за ними. Именно в этот момент его намёк о рассказчице секретов обрёл смысл. Если сперва я решила, что это всего лишь какая-то сотрудница, то теперь стало ясно, что девушка рядом с Северьяном находилась по личным причинам. И это оказалось настолько неприятным и неожиданным открытием… Как если бы мне тупым лезвием по сердцу провели.

— А говорила, что не влюблена, — произнёс негромко Максим, о котором я совсем позабыла.

Вздрогнула. И резко отшатнулась от окна.

— Глупость, — отозвалась.

Хотя посмотреть на Максима так и не смогла. Как и ничего больше ему не сказала. Зачем? Если всё равно не поверит ни одному моему слову. Да что уж там, я и сама уже себе не верила.

Ладони против воли сжались в кулаки. Ноги развернули прочь от окна и понесли на выход из корпуса. Возникло вообще стойкое желание бежать из этого места, из самого лагеря, и я бы так и сделала, не будь эта идея заранее обречена на провал. Именно поэтому вместо исполнения желаемого завернула за угол, где меня никто не мог увидеть. Туда, где я могла прижаться спиной к стене и дать выход эмоциям. Хотя на деле просто прикрыла глаза и постаралась ни о чём не думать. Нет меня. А вместе со мной и ненужных чувств. И Макс совершенно не прав. Не поэтому мне больно. Просто их парочка напомнила мне прогулки с Костей. Когда я вот так же цеплялась за его руку, болтая всякие глупости, а он с улыбкой слушал и шутливо подкалывал меня. То, чего в моей жизни больше никогда не случится. Да, только это и ничего кроме.

И это самое нелепое оправдание, какое можно только придумать!

— Невозможно…

Не могла я снова так тупо поддаться его обаянию. Ведь да? Или могла? Иначе с чего мне вдруг так плохо? От одной только мысли о нём с другой. А может это всё-таки помощница какая-нибудь? И сама же усмехнулась своим мыслям.

Ну, конечно, это его помощница, Света!

С которой он гуляет под ручку по аллее лагеря подобно влюблённой парочке…

Лучшего ты и придумать не могла!

Захотелось кричать. Но вместо этого я просто накрыла лицо ладонями. Нет, не плакала. Просто так было проще отстраняться от реальности. Которая всё равно догнала меня. Вместе с прикосновением к моим волосам. А как только взглянула на того, кто потревожил мой покой, захотелось сквозь землю провалиться.

Северьян.

Что он вообще здесь забыл?

— Макс сказал, что ты расстроена чем-то. Пришёл узнать.

Вот же… Макс!

— Он ошибся, — отозвалась холодно. — В любом случае, тебе не стоило возвращаться из-за такой ерунды, — оттолкнулась от стены и собралась уйти, но оказалась перехвачена за руку.

Как огнём обожгло прикосновение его горячих пальцев к моему запястью, и я невольно дёрнулась прочь в стремлении избежать контакта. Северьян отпустил, но вместе с тем окончательно посмурнел.

— Я тебя чем-то обидел?

Да! И в то же время нет. Вообще это всё так глупо! И не понятно, почему меня так задело, что у блондина вновь появилась девушка. Не должно ведь, но будто кто-то продолжал проворачивать тупое лезвие в моём сердце. И чем дольше я смотрела на мужчину, тем хуже мне становилось.

— Нет. Просто отходняк после вчерашнего, — соврала как можно более правдоподобно.

— Врать ты не умеешь, — покачал он головой и шагнул ближе.

Я шагнула от него. Голубые глаза неприветливо прищурились. Северьян вновь шагнул ко мне. А я вновь отошла. В чужом взоре вспыхнул азарт и его обладатель опять сократил между нами расстояние. Я опять повторила свой ранний манёвр. При этом на губах против воли расползалась улыбка. Чёрт его знает, из-за чего. Но представила со стороны, как мы выглядим, и не сдержалась. Северьян тоже улыбнулся. И вновь приблизился. А вот мне отходить было больше некуда — и шага ступить не смогла, как врезалась спиной в стену. Северьян навис сверху, закрыв собой небо и солнце, погрузив нас

Улыбаться резко перехотелось. Я вжалась телом в каменную кладку, но конечно же это никак не помогло увеличить между нами дистанцию.

— Итак, — протянул он негромко, но от того не менее страшно. — Что на этот раз?

— Ничего, — покачала головой. — Говорю же, самочувствие плохое.

— Не ври мне, Светозара. Будь это так, ты бы не сбегала на улицу, за угол здания, и уж точно Макс бы не стал меня этим отвлекать от дел.

— Вот и иди занимайся делами, — отозвалась мрачно, злясь на Максима.

Не мог, что ли, промолчать?

— Пойду. Как только услышу, что не так.

И я не сдержалась.

— Женские дни у меня, раздражет всё, и ты меня сейчас чертовски сильно раздражаешь, достаточное основание?

Похоже, мужчина о таком если и думал, то услышать не ожидал, а потому несколько растерялся. Заметно так. Чем несколько повеселил. Определённо, мне стоило ляпнуть эту глупость, чтобы увидеть растерянность на его обычно отстранённом лице.

— Всё, теперь я могу идти?

— Нет.

— Нет?

Настала моя очередь удивляться. Да что ему ещё от меня надо? С чего вообще вдруг столько внезапного интереса к моему настроению?

— А разве тебя там не ждёт твоя девушка? Пока ты тут другую лапаешь… — усмехнулась брезгливо.

Мрачность на мужском лице стала заметнее.

— Причем здесь Анна?..

— Ой, только не говори, что вы с ней под ручку ходите чисто по-дружески, — перебила я его, не желая слушать оправдания.

Они меня в любом случае не касаются. Хотя эта его девка всё равно жутко бесит. Ведь припёрлась сюда зачем-то, спотыкаясь на своих высоченных каблуках о ветки и рытвины в земле.

— Северьян, мы опаздываем, — протянула капризно, останавливаясь от нас в паре метров.

— Да, Северьян, иди. Негоже заставлять девушку ждать, — улыбнулась я ему самой милой из арсенала своих улыбок. — Упадёт ещё, ногу сломает, придётся ещё и на ручках её тогда нести. Хотя, — одарила блондиночку модельной внешности оценивающим взглядом, — она явно легче меня, надорваться не должен. В общем, удачи, — похлопала ладонью по широкому плечу и поспешно отпрыгнула в сторону, чтобы поскорее свалить от этих двоих.

За спиной послышалось ругательство. Но догонять меня Холодов не стал. Ну и… хорошо! То, чего я как раз и добивалась. Вот бы ещё избавиться от удушающего чувства разочарования, что опутало самым крепким объятиям. Такое гадкое и отравляющее, что я едва не сорвалась на ждущего меня у входа в общежитие Макса. Нечего смотреть на меня с такой жалостью! Но как же всё-таки бесит! Неужто нельзя было приехать одному? Обязательно было притаскивать с собой эту модельку? Будто я не насмотрелась в своё время на него с другой. И пусть потом оказалось, что это его помощница, да и то Северьян её уволил сразу по возвращению в город, нисколько не успокаивало. И чтобы хоть как-то успокоить себя я сливала всю свою злость в каждодневные лагерные тренировки.

Правда драки мне всё так же давались с трудом — явно не мой вид спорта. Зато мне легко давались пробежки и растяжки, а также прохождение линии препятствий. Вот на этих занятиях я ловила кайф. Второе, что у меня не получалось изучить — ориентирование на местности.

В общем, я официально заявляю, что страдаю географическим кретинизмом. Вот честно! Дошло до того, что меня Макс забрал в свою группу и стал водить за собой за ручку.

С младшим Холодовым мы действительно сдружились. Я даже рассказала свою историю знакомства с его братом и последующие события. В ответ узнала о его детстве, о том, что Северьян сбежал из дома ещё в студенческие годы, не желая продолжать дело отца.

Так понемногу мы с Максом всё больше сближались. Многие стали думать, что у нас роман, а мы и не отрицали. Хотя это были очень странные выводы в свете того, что ещё недавно все точно так же говорили про меня и Северьяна, и того, что мой новый друг ночи проводил в соседнем корпусе у другой девушки.

Впрочем, у нашей дружбы была и другая сторона медали. Иван — завистник Макса — не давал мне прохода и постоянно цеплял обидными словами. Нет, до откровенных оскорблений тот не скатывался, но вот намёки… изрядно бесили. Сильно так бесили.

К концу смены, парень меня достал так, что я уже мечтала его огреть чем-нибудь тяжёлым и отвезти вглубь леса. Пусть потом оттуда как хочет выбирается. От расправы спасал Максим, у которого за долгие годы общения выработался иммунитет к этому бестолковому индивидууму. Вот только события, произошедшие накануне отъезда домой, заставили пересмотреть наше поведение по отношению к Ивану…

Глава 26

Сегодня я проснулась как никогда рано. Последний день пребывания в лагере и радовал, и навевал грусть. Вечером должна была состояться прощальная вечеринка, к которой готовилась вся смена. У ребят это был последний лагерный год — старшая смена прощалась с детством, как не скажет Макс. Так же должен был приехать Северьян и напутствовать во взрослую жизнь всех нас. С последней нашей встречи прошло две недели, столько же мы не виделись, и, честно признаться, я соскучилась по этому наглому типу. По его глазам, так похожим на зимнее небо, и уверенности, что исходила от него, даже если он ничего не делал.

Так что вечера я ждала с особым нетерпением, тщательно готовясь к нему. Выбрала из своих вещей клетчатую юбку-шотландку красного с чёрным расцветки длиной чуть выше колен и чёрную футболку. На ноги натянула гольфы чёрного цвета и высокие летние кеды со стразами. На шею повесила кулон в виде красного солнца. Волосы забрала в два высоких хвоста. Девчонки, оценив мой ход, сделали мне макияж под стать. Почувствовала себя японкой.

Макс, завидев меня, впал в ступор, прошёлся взглядом по всему моему телу, после чего взлохматил волосы.

— Не отходи от меня сегодня, — велел и направился на выход.

— Эм… Ладно, — не стала спорить. — Что это с ним? — уточнила у девчонок, но те лишь пожали плечами.

— Да кто ж его знает? — пожали те плечами не менее недоумённо.

М-да, а вечер перестаёт быть томным…

Мы вышли из здания и направились к сцене. Там уже собралась большая часть народа. Некоторые стояли возле помоста, а другие прогуливались по территории лагеря. Наша компания не стала исключением. Только в отличие от остальных решили прогуляться в лес.

— Да ну эту речь, — отмахнулся Макс на моё заявление, что не стоило бы отлучаться перед выступлением его брата. — Лучше прогуляться напоследок. А

Остальные — это три его друга по школе: Денис, Павел и Виталий. Я с ними не то, чтобы много общалась, скорее придерживалась нейтралитета.

Денис — потрясающе красивый брюнет с синими глазами, предпочитающий неформальный стиль в одежде и панк-рок в музыке.

Павел — блондин с зелёными глазами и спокойствием, которому даже Северьян, наверное, позавидует, настолько умело он контролирует все свои эмоции. И есть лишь один камень преткновения, который способен пробить панцирь этой каменной глыбы — моя соседка Ира. Когда эти двое встречаются, с уверенностью девяносто процентов из ста можно сказать, что вечер завершится скандалом. Ибо вместе эти двое — настоящая бомба с отложенным таймером, для активации которой достаточно одной неудачной шутки.

А вот Виталий — типичный избалованный женским вниманием бабник, ловелас, повеса, Казанова и прочее, прочее, прочее. Брюнет с карими, почти чёрными глазами и самой обаятельной улыбкой на свете. Он же первым и среагировал на слова Максима.

— Ого, какие подробности. Ребят, а точно между вами ничего нет?

Я на это лишь закатила глаза. Каждый раз одно и то же. Иногда возникало ощущение, что все вокруг только и мечтают, что свести нас с Холодовым-младшим, хотя мы и повода особого не даём с ним так думать о нас.

— Значит, будешь учиться в обычной школе с обычными людьми, — задумчиво протянул Павел.

Больше он никак не прокомментировал усвоенную новость, продолжая изучающе осматривать местность, словно решал про себя какую-то задачу. Странный он, порой, всё же.

— Ага, сбылась мечта идиота, — хохотнул Максим.

— А что? Мне нравится идея, — вставил свои пять копеек Денис. — В какой вы, говорите, будете учиться школе? Впрочем, какая разница… Слушайте, народ, а давайте все в одной школе доучимся? — внёс неожиданное предложение этот безумец.

— Ага, так родители тебя и перевели под конец года из частной школы в простую, да ещё в чужом городе, — фыркнула насмешливо Катя.

— Вечно ты всё портишь, — проворчал на это парень, на что все только заулыбались.

Я же, глядя на них, в очередной раз призадумалась, каково это — не только в одной школе всем учиться, а вообще везде бывать вместе. Наверное, здорово. Хотя по рассказам, как я поняла, именно сдружились они здесь, в лагере. До него даже не знакомы друг с другом были. Виделись на уроках, в коридорах, но между собой не общались. Всё изменилось после общей смены в лагере.

— Но я н спорю, было бы и впрямь здорово, если бы Света училась с нами, — сгладила свой ответ Катя.

— Слушай, Макс, а поговори с братом, пусть он посодействует, — вставила уже Ирина.

Я аж споткнулась от неожиданности.

Кто посодействует? Северьян? Моему переводу в школу для богатых и избалованных детишек? Да ну нафиг! Не надо мне такого счастья! Тем более до конца года осталось всего ничего, какие-то жалкие два месяца! Обойдусь!

О том же, слава богу, подумал и Максим!

— Тем более, насколько знаю, Ян уже подготовил бумаги о моём переводе на дистанционное обучение, — привёл последним аргументом.

Я даже вину ощутила за то, что из-за меня парень вынужден бросить учёбу в элитной школе и своих друзей.

— Я могу сама с ним поговорить. Чтобы он тебя не переводил никуда, — предложила.

В ответ получила такой взгляд, что не по себе стало.

— Если бы я не хотел, брат бы и не стал этого делать. Я сам попросил.

— Но…

— Не обсуждается, — пресёк все мои возражения он, и я мысленно чертыхнулась.

Иногда Максим Холодов был не лучше своего старшего родственника. Такой же упрямый и непримиримый. Аж зла на них обоих не хватало.

— Ну, если не в школе, то всегда можно поступить в один университет, — предложил Виталий. — Свет, ты уже выбрала факультет? — поинтересовался у меня.

Хороший вопрос. И очень сложный для меня.

— Я, наверное, возьму паузу на год, — отозвалась неуверенно. — Я точно знаю, что не хочу быть медиком, но и ничего другого для себя я пока не выбрала. Не хочу поступать куда-то, потому что так надо. Хочу сделать осознанный выбор. Поэтому пока поработаю, подумаю ещё.

— Но куда-то же всё равно тянет, — заметил Паша.

Как всегда не спрашивал, а утверждал.

— Возможно, — отозвалась уклончиво. — Но это не точно.

— И куда? — тут же принялись выспрашивать девчонки.

— В небо, — запрокинула голову, глядя вверх, где вокруг бледно-жёлтого светила ярко горели холодные точки далёких звёзд.

Нет, не космосом я бредила, но полётами.

— Хочу быть пилотом, — призналась.

Воцарилось молчание.

— Это… неожиданно, — наконец, высказалась за всех Рита.

— Вот потому и думаю. Родители будут наверняка против, да и для меня самой это большая ответственность, если решусь. К тому же, на эти факультеты бешеный конкурс, а я не то, чтоб настолько хорошо учусь. Так что, наверное, лучше выбрать что-то более приземлённое. Подумаю, в общем.

— Ты всегда можешь взять частные уроки, если вдруг захочется посидеть за штурвалом, а профессию выбрать более приземлённую, — подбодрил меня Паша. — Хотя я бы попробовал победить в этом бешеном конкурсе. Чтобы в будущем не жалеть об упущенном шансе.

Тоже верно.

— Подумаю я в общем, — подвела итогом.

Дальше мы продолжили болтать ни о чём, пока шли к месту уже привычного отдыха. На поляне мы быстро развели костёр, и вся наша компания удобно устроилась на брёвнах. Ребята достали из заначек по бутылке пива на каждого. И всё было хорошо ровно до тех пор, пока на поляну не пришёл Иван со своими дружками.

— Началось, — пробормотала Катя.

Тем удивительнее стало, что никаких грубых замечаний в наш адрес не последовало. Вообще ничего плохого.

— Да ладно вам, последний день в лагере, больше и не свидимся. Так давайте расстанемся на хорошей ноте.

Конечно ему никто не поверил, но спорить не стали. В конце концов он прав, это последний вечер. Да и что они нам сделать могут? Нас восемь человек, их всего трое.

В общем, вечер проходил довольно весело и непринуждённо.

Пару раз Пашка с Иркой ругались, но быстро мирились, а после второй бутылки пива оба сидели уже в обнимочку. Я невольно залюбовалась ими. В свете костра они неплохо смотрелись вместе. Как чёрное и белое или молоко и шоколад. Естественно, чёрное и шоколад — это темноволосая Иринка, а белое и молоко — светловолосый Павел.

— И не надейся, — усмехнулась на мои озвученные мысли Рита. — Это лишь временное перемирие. Выпили, подобрели. Погоди, они ещё целоваться

— И почему они тогда не встречаются? — заинтересовалась.

— Потому что гордые идиоты, — присоединилась к нам Катя.

И мы втроём тихонько рассмеялись.

Через некоторое время мне приспичило отойти в кустики. Предупредила девчонок и направилась в тень ночного леса. Поляну-то озарял свет от костра, а за её пределами приходилось пробираться на ощупь. Крона высоких деревьев скрывала лунный свет, не позволяя разглядеть, что попадалось под ноги. Ещё и телефон оставила в комнате, так как карманов у юбки не было, а в руках таскать мобильник было не совсем удобно. Наверное, стоило бы просто отдать его тому же Максу, но в тот момент я об этом не подумала. А зря, как оказалось.

Возвращаться назад было проще. Глаза уже привыкли к мраку ночи и увереннее различали образы веток, кустов и стволов деревьев. Но сосредоточившись на своём зрении, позабыла о других органах чувств, потому не сразу расслышала посторонние звуки. Лишь когда меня обхватили сзади за талию и зажали рот ладонью. Испуг буквально парализовал тело, заставляя замереть на месте.

— Вот мы и остались с тобой наедине, девочка. Я уж думал, ничего не получится. Тебя же никогда не оставляют одну, — раздался над ухом чей-то ласковый шёпот.

Ласковый до обледенения тела. Приморозил к месту, не пошевелиться. По спине побежал холодок из многочисленных мурашек. Чьи-то руки аккуратно развернули меня лицом к себе, но едва ли я могла рассмотреть лицо незнакомца в вечерней мгле леса. Поняла только, что это кто-то огромный, сильный и злой, несмотря на белозубую улыбку.

— Не кричишь, умничка.

Потому что голос пропал от страха. Я только и могла, что смотреть в тёмный взор напротив, не в силах пошевелиться даже пальцем. Да и кого звать? Ребят? Чтобы их убили, как Костю? Нет уж. Пусть меня забирает, раз так нужна, только других не трогает.

Он и не тронул. Как и не сказал ничего больше. Я лишь почувствовала холод возле шеи, короткое мгновение боли, затем небольшое тепло в районе укола. Почти сразу разум опутало лёгкостью и странным чувством эйфории. На душе стало весело и хорошо, хотелось смеяться и танцевать. Меня подняли на руки, перекинули через плечо, отчего я всё-таки захихикала, настолько забавным показалось это действо. Так мы и пошли… куда-то. Я, он и переливающийся радужным светом лес.

* * *

Северьян приехал за пять минут до выхода на сцену. Пришлось задержаться из-за пробитого на полпути колеса. Уже тогда в душу закрались мрачные подозрения. Успокаивало только, что Макс со Светозарой находились в лагере и с ними всё было в порядке. Но оставшийся путь машину вёл он сам. И чем ближе подъезжал к лагерю, тем муторней становилось на душе. Плохое предчувствие никак не отпускало, наоборот, усиливалось с каждым пройденным мгновением. Он едва выдержал эту чёртову речь, да и не запомнил, что говорил. Как только было произнесено последнее слово, соскочил со сцены и направился искать Светозару с братом. Ему нужно было воочию убедиться, что с этими двумя всё в порядке.

Вот только среди отдыхающих его девочки-осень не оказалось. Сколько не выискивал в толпе, так и не нашёл её огненную макушку. Как и своего непутёвого младшего братца с его друзьями. Чтоб эту молодёжь! Ведь просил быть осторожнее и не уходить никуда одним без предупреждения. Тем более, когда у одного из них топографический кретинизм цветёт и пахнет. Хотя и охрана могла быть более внимательной.

— Успокойся, — попытался вернуть хладнокровие начальству Артём. — Макс предупреждён, так что не думаю, чтобы он стал вести их туда, где опасность велика для твоей девочки.

— А вам никому и не надо думать, — злобно пророкотал Северьян в ответ, игнорируя выпад по поводу его девочки. — Ваше дело было за ней следить! Только я почему-то этого не наблюдаю с вашей стороны!

— Северьян, ты перегибаешь палку, — напряжённо отметил Дима.

Холодов-старший на это лишь мрачно ухмыльнулся и достал из внутреннего кармана пиджака смартфон. Ткнул в быстрый вызов и стал ждать ответа, немигающим взглядом уставившись вперёд себя. Всё внутри сжималось от предчувствия беды.

Максим ответил на звонок не сразу, словно надеялся отсрочить неизбежное. Достаточно было услышать его глухой и виноватый голос, как блондин сразу понял, что опоздал.

— Да какого хрена, Макс? — не сдержался и повысил голос Северьян. — Я ведь просил! Просил!

Со злости нажал кнопку отбоя, чтобы не продолжать срывать на парне своё бессилие и ярость. Даже больше — страх. Сейчас этот взрослый, по-своему циничный и холодный человек очень боялся не успеть.

— Дим, ты со мной, — окликнул он своего сотрудника, чуть ли не бегом направляясь к внедорожнику.

Втопил педаль газа в пол до упора сразу, как только друг оказался рядом внутри салона.

Будучи неплохим стратегом, Северьян примерно представлял, в каком направлении могли увести девочку, чтобы избежать случайных встреч. Именно в ту сторону дороги он и вывернул руль, прямо через лес. В темноте ориентироваться на ней было сложно, но ничего невозможного, поэтому уже через полчаса он вовсю нёсся по асфальтированной трассе вслед за похитителями Светозары.

Когда впереди показался одинокий автомобиль, мужчина прибавил скорости. Дмитрий, молчавший всё это время, подготавливал оружие. Стоило приблизиться на расстояние выстрела, тут же высунулся из окна и пустил несколько пуль по колёсам впереди едущей машины. Чёрный внедорожник занесло, и он съехал с обочины, перевернувшись на бок.

— Поаккуратнее нельзя было? — огрызнулся Северьян.

— Не я за рулём той тачки, — парировал Дмитрий тем же тоном.

— Бесишь! — рявкнул блондин, забирая второй пистолет и выбираясь на улицу.

Встал перед автомобилем и принялся ждать. Рядом остановился его друг. Из пострадавшего транспорта со стонами выбирались похитители. Завидев перед собой того, кто за последние месяцы стал отлично известен в определённых кругах с криминальным уклоном как самый хладнокровный и не церемонящийся со своими врагами человек, все четверо немного струхнули. В голубых глазах полных стылого льда не читалось ни единой эмоции, лишь холодный расчёт и обещание смерти. Словно и не живой человек находился перед ними, а бездушная марионетка самого дьявола.

— Четвёртый пусть тоже выбирается, — приказал Северьян, оценивая внешний вид противников. — И не советую делать глупостей, тогда, возможно, я оставлю одного из вас в живых для курьерских услуг. Впрочем, могу этого и не делать. Выбор за вами.

Не простые нанятые отморозки, обученные парни из явно приближённых к Кавказцу людей. Что ж, так даже лучше. Не придётся сожалеть о своём дальнейшем поступке.

На слова блондина, трое переглянулись между собой, а потом синхронно достали оружие, наставив его.

— Не вам диктовать условия, — самоуверенно отозвался один из похитителей.

— Думаешь? — поинтересовался Холод, разглядывая его исподлобья.

— Мужик, ты ослеп? Нас четверо, а вас всего двое. К тому же у нас твоя девочка, а ты ведь не хочешь, чтобы она пострадала? Нам ничего не стоит пристрелить или свернуть её тонкую шейку. Как тебе такой расклад?

— Пожалуй, я выберу тот, где вы все умираете в муках.

— Тёмный, тащи сюда девчонку, раз он не понимает по-хорошему, — крикнул один из наёмников.

На лице блондина промелькнула довольная усмешка. Но это действие было настолько мимолётным, что противники не заметили. Тот, кого назвали Тёмным, выбрался из пострадавшего автомобиля, вытащил пленницу и передал её одному из своих дружков.

Холодный прищуренный взгляд Северьяна с ног до головы просканировал явно накаченную психотропными препаратами довольную всем девушку, а после в его глубине вспыхнул ярко различимый огонь ярости.

— Вот мы как поступим, — вновь заговорил лидер этой четвёрки. — Вы сейчас отходите в сторону и даёте нам уехать на своей тачке, тогда нам не придётся кончать с девчонкой. А у вас будет возможность перекупить её у нашего нанимателя.

— Правда, что ли? — наигранно удивлённо произнёс довольный Холод.

— Да, — кивнул мужик в маске.

Ему не нравилось, что, несмотря на их козырь в лице рыжеволосой девчонки, противник чувствовал себя хозяином положения. Он никак не мог понять, что они с друзьями могли упустить. Ведь тех всего двое против них четверых. Лишь когда на их груди одновременно вспыхнули красные точки от лазера, до него дошла вся плачевность ситуации.

— Отзови своих ребят, иначе она умрёт, — тут же наставил он оружие на девушку.

Холодная улыбка растянула губы блондина, а после похитители одновременно упали на землю, так и не успев понять произошедшего. Из леса вышли снайперы, среди которых была и Зоя. Вот только их появление не произвело на Северьяна никакого впечатления. Все его мысли занимала лежащая на земле весело хихикающая Светозара.

— Холод, ты идиот! — произнёс недовольно Дмитрий за спиной. — Какого хрена ты их всех убил? Они всего лишь пешки, а нам нужно знать…

— Мы и без того знаем имя заказчика, — тут же отшил друга блондин, исследуя пострадавшую подопечную на возможные травмы и избавляя её от пут в виде скотча.

— Что с ней? — подбежала взволнованная Зоя.

— Под психотропными, — отозвался глухо Холодов. — В остальном всё хорошо.

Он аккуратно вытащил её из-под убитого, поднял на руки. Та тут же обняла его обеими руками.

— Ты пришёл, — прошептала, утыкаясь ему лицом в шею. — Хорошо. Без тебя было плохо.

Северьян невольно вздрогнул. То ли от горячего дыхания на коже, то ли от слов своей подопечной. Не стал разбираться, только крепче прижал к себе свою ношу.

— Надо убираться отсюда, пока не нагрянули полицейские и очевидцы, — заметил Дима.

И Северьян с радостью переключился на насущное, согласно кивнул и первым направился к машине.

— Север, ты уверен в том, что делаешь? — напряжённо уточнил Дмитрий, когда они ехали обратно.

— Нет, но это ничего не меняет, — устало вздохнул мужчина, сидя позади и по-прежнему держа на руках спасённую.

— Когда уже только это всё закончится? — вздохнул устало водитель.

Тот, кого в криминальном мире многие знали как Холода, промолчал. Скоро. Скоро всё закончится. И его последним мыслям вторил громкий взрыв за спиной.

Глава 27

Просыпаться было тяжело. Всё тело болело, в горле першило, тошнило, а в голове словно били набатом в колокол. Неподалёку слышались приглушённые голоса. Вот только друзья это или чужие разобрать замутнённым сознанием не удавалось. Я то приходила в себя, то вновь ускользала во тьму беспамятства. Окончательно осознала, что жива, когда за окном была ночь.

Сколько прошло времени? Один день, два, неделя, месяц?

В голове никак не получалось воспроизвести последние события, но незнакомая обстановка маленькой комнаты, где я лежала на односпальной кровати у стены, заставляла цепенеть от страха.

Где я, с кем, что со мной?

Вопросы роились в сознании, пока я осматривалась вокруг. Стены помещения были оклеены бежевыми обоями. Два окна были открыты, и с занавесями на них весело игрался лёгкий ветерок. Я находилась в углу, возле постели стояла небольшая тумбочка с настольной лампой на ней. Дальше стояла ещё одна кровать, на которой спал… Северьян?

Попыталась приподняться на постели, но всё вдруг закружилось перед глазами, а ещё затошнило. Пришлось вернуться в прежнее положение. Чуть-чуть отдышавшись и придя в себя, попробовала вновь принять вертикальное положение корпуса. Медленно и аккуратно у меня всё же получилось исполнить задуманное. Но далось мне это очень сложно. Передохнув немного, спустила ноги с кровати на пол и снова замерла.

Что произошло? Отчего мне так плохо? Сколько бы ни старалась, но так и не могла вспомнить, что со мной случилось. Помню, что меня куда-то уводили от лагеря, а дальше пустота. Ни кто это сделал, ни для чего — ничего не могла понять. И лишь присутствие блондина вселяло уверенность, что ничего страшного не случилось. Вот только почему так плохо?

— Да что ж такое? — пробормотала, схватившись за голову.

Перед глазами всё кружилось, и я, не удержав равновесия на краю постели, полетела на пол. Моё падение сопроводил глухой стук, от которого резко подскочил на ноги Северьян. В одной руке его был зажат пистолет, во второй — нож. От неожиданного зрелища даже забыла, что только что страдала от плохого самочувствия.

Мужчина ещё несколько секунд рассматривал меня лежащую на полу, а после вдруг шумно выдохнул, откинул оружие в сторону на собственную постель и легко поднял меня на руки, усаживая обратно на кровать.

— Ты как? — поинтересовался он тихонько, убирая растрепавшиеся волосы с моего лица.

И столько в его голосе было участия, что я не удержалась и крепко обняла его. Мужские ладони аккуратно и не очень уверенно, но легли на мою спину, слегка поглаживая.

— Всё хорошо, Свет. Всё закончилось, — успокаивающе проговорил Северьян, отстраняясь.

Я всматривалась в его лицо и с прискорбием понимала, насколько же сильно я оказалась зависима от этого человека: от его заботы, внимания и просто присутствия в моей жизни. Смотрела в холодные голубые глаза, наполненные сейчас небывалым беспокойством, и упивалась моментом нашей нечаянной с ним близости. Так хотелось прикоснуться к блондину, почувствовать тепло кожи.

Ничего такого я конечно не сделала.

— Свет, всё хорошо?

— Да, — поспешила уверить, кивнув, за что поплатилась давящей

Шумно задышала, стараясь успокоить взбунтовавшийся организм.

— Я вижу, — недовольно отозвался Северьян, поднимаясь с постели. — Старайся не двигаться. Я принесу лекарства, — отдал распоряжение тоном, не терпящим возражений.

Впрочем, такой ерундой я и не собиралась заниматься. Лишь уточнила, что со мной случилось.

— Наркотик, — только и ответил, выходя из комнаты.

Я же осталась лежать и осмысливать ситуацию. То есть меня украли и накачали наркотиками, потому я ничего не помню? Но как меня спасли? Каким образом Северьян узнал, где меня искать? Ответы на свои вопросы я получила немного погодя. Когда мужчина вернулся через несколько минут со сладким чаем и таблетками от боли. Даже помог мне приподняться, усевшись позади и прижав к своей груди. Обхватил руками чашку с напитком, чтобы я её не уронила. Так мы и сидели, пока я медленно пила.

— Расскажешь, что произошло? — попросила, стараясь не шевелиться лишний раз в его руках.

Мужчина вздохнул и с ответом не спешил.

— Что ты помнишь? — наконец, переспросил он.

— Помню, как мы сидели привычной компанией у костра на той поляне в лесу, — начала восстанавливать события в хронологическом порядке, что было несколько затруднительно на самом деле. — Потом я отошла ненадолго, и… дальше никак, — вздохнула, сдаваясь.

— Я приехал по времени в момент твоего похищения. Макс сказал, в какую ты сторону ушла. Труда понять, куда тебя увели, не составило. С той стороны можно выйти только на одну дорогу, — Северьян замолчал, то ли обдумывая, что говорить, то ли просто задумавшись, что-то вспомнив. — Мы вас догнали и забрали тебя у тех наёмников, — закончил в двух словах свой рассказ.

— Наёмников? — удивилась. — Зачем я им понадобилась? — задала давно терзавший меня вопрос.

Мужчина вздохнул, пощекотав своим дыханием мою шею, а после и вовсе поднялся с постели, аккуратно уложив меня на подушку.

— Не им. Тому, кто тебя им заказал, — поджал губы и прежде чем успела возмутиться, продолжил: — Тебе нужно отдыхать.

— Кто заказал? — пробормотала растерянно.

Северьян ответил не сразу.

— Я слишком приблизил тебя к себе, — пояснил, но как-то абстрактно. — Некоторые решили, что тебя можно использовать против меня.

— Меня? — удивилась. — Но мы ведь почти не общаемся даже, только иногда и вынужденно, — нахмурилась.

— Кто-то посчитал этого достаточным и решил, что это что-то значит. Не волнуйся, я разберусь.

Голубые глаза затянуло стужей, стирая любой намёк на теплоту.

— Разберёшься как? — уточнила осторожно.

Хотя и без того догадывалась об ответе. И он мне откровенно не нравился. Не хватало ещё, чтобы из-за мести за моё похищение, Северьян сам пострадал.

— А вот это тебя уже точно не касается, — грубо отозвался Холодов, поднялся с постели. — Отдыхай, набирайся сил, после я верну тебя домой, — ушёл.

Я осталась лежать на месте, обиженная его ответом и тоном.

Невыносимый мужчина!

— Ну и ладно, у Макса спрошу потом, — пробурчала себе под нос.

Уж он-то мне всё расскажет, что знает!

Вот только кое-кто явно решил держать меня в изоляции. Дима — единственный, кто к нам приходил. Да и он появился в домике только утром следующего дня. Я к тому времени вполне сносно себя чувствовала. Общая слабость ещё присутствовала, но не давила, как в первые часы. Я даже с удовольствием поела куриного бульона, который блондин приготовил собственноручно. Не думала, что он умеет готовить в принципе. Сперва вовсе было жутко неудобно, а потом… я вошла во вкус. Ведь заботился. Сам. Постоянно пребывая возле меня.

— А где ты научился готовить? — поинтересовалась, собирая губами с ложки пюре из овощей.

— Когда тебе некому помочь, невольно научишься делать всё сам, — пожал плечами мужчина. — К тому же не так уж это и сложно.

Я затаила дыхание в ожидании продолжения его рассказа, но его не последовало. Пришлось на корню душить своё любопытство. И вот так всегда: начнёт говорить, а в итоге вопросов становится ещё больше, чем было.

Нет справедливости в этом мире!

Зато в доме нашёлся роман Джейн Остин «Гордость и предубеждение», и Северьян читал мне его по вечерам. Это было одновременно дико странно и забавно, но мне нравилось слушать тихий и чуть хрипловатый голос, сидя рядом с мужчиной, плечом к плечу.

— «Холостяк, если он обладает солидным состоянием, должен настоятельно нуждаться в жене, такова общепризнанная истина», — зачитывал он.

Фразу подкрепил его тяжкий вздох, и я не удержалась, рассмеявшись на такое проявление эмоций.

— Не, ну вообще так оно и есть, даже сейчас. Что это за мужик, у которого нет жены? — подколола вслух. — Значит с ним что-то не так. Вот ты почему не женат до сих пор? — чуть развернулась к нему лицом, чтобы лучше видеть.

— Ну уж точно не потому, почему ты подумала, — проворчал Северьян, вызвав на моих губах ещё одну улыбку.

— Я даже боюсь уточнять, о чём же я, по-твоему, могла подумать, — посмотрела на него заинтересованно. — А я, между прочим, чтоб ты знал, подумала, что твой образ жизни мешает тебе завести семью. А не то, о чём подумал ты, — съязвила ответно.

На мужских губах расплылась не менее довольная усмешка.

— Вообще-то я подумал как раз об этом, — парировал он. — А не то, о чём подумала ты, о чём я мог подумать, но не подумал, в отличие от тебя.

Вот же… зараза белобрысая! Опять переиграл. И так каждый раз. Стоило мне ввязаться в спор с этим вредным мужчиной, я по итогу всегда оказывалась в проигравших, даже там, где, казалось бы, это невозможно. Вот и сейчас. Запутал и вывернул всё в свою пользу, оставив меня смотреть на него и кипеть от возмущения.

— Выдохни уже, а то точно лопнешь, — хмыкнул Северьян на моё недовольное пыхтение.

И я действительно выдохнула. От новой порции возмущения.

Нет, ну до чего же он иногда бесячий! Просто невыносимо! Улыбочка его ещё эта… Так и тянуло дотронуться до мужских губ, пальцами очертить контур, а затем податься вперёд, оставляя на них нечаянный поцелуй… С каждым пройденным мгновением хотелось всё больше.

Громкий хлопок закрытой книги вынудил вздрогнуть. И резко шарахнуться прочь от мужчины. Я же ведь… Я ведь реально чуть не воплотила в жизнь своё желание. Стыд-то какой! Вот и в голубых глазах теперь царили лёд и холод по отношению ко мне.

— Тебе надо отдыхать, а мне работать, — сухо произнёс Северьян, поднимаясь с постели.

На меня больше не смотрел, положил книгу на прикроватную тумбочку и направился на выход из дома. Я же накрыла лицо обеими ладонями. Ну, что за бестолочь? Надо же было так глупо

Зато я, наконец, выяснила, что произошло после того, как я пропала. Особенно меня интересовал Иван со своими дружками. Помнится, он планировал подставу для моего друга.

— Да ничего он не сделал. Да нам и не до того стало, как поняли, что ты пропала. Он, кстати, помогал тебя искать. А когда в лагерь вернулся, остался с нами, пока не выяснилось, что с тобой всё в порядке. В общем-то, на этом мы и расстались, — коротко обрисовал ситуацию парень.

В итоге, в домике у озера я пробыла в целом около недели, после чего блондин самолично довёз меня до дома, но из машины так сразу не выпустил.

— Я тебе кое-что приготовил, — сообщил негромко, доставая из внутреннего кармана пиджака знакомую мне цепочку с кулоном бабочки. — Прости, некрасиво тогда вышло с Лизой, — вздохнул. — Стоило самому приехать и подарить, но подумал, что ты не захочешь меня видеть. В общем, возьми его. Он всё равно изначально создавался для тебя, так что…

Показалось или Северьян действительно нервничал?

— Ты общался с Лизой, в то время как от меня шарахался, почему? — задала давно волнующий меня вопрос, раз уж речь зашла об этом.

Мужчина вновь поморщился.

— Я с ней не общался, — покачал он головой. — Скорее она не оставляла мне выбора. Но это уже не важно, — отмахнулся от воспоминаний. — Возьмёшь? В него встроен датчик передвижения, чтобы я мог в любой момент отследить твоё место расположения.

И если сперва я готова была возмутиться, потому что мне как раз было очень важно это знать, то, после последнего заявления, растерялась.

— Думаешь, похищение повторится? — уточнила нервно, забирая из его рук свой подарок.

— Тебе правду или солгать? — в свою очередь переспросил блондин.

— И так понятно, — вздохнула я обречённо.

— Я постараюсь больше не появляться рядом с тобой. И присмотр уберу, чтобы никого тем не провоцировать. Постараюсь отвлечь всех от тебя.

— Каким образом?

Северьян помедлил с ответом, после чего добавил неохотно:

— Найду себе постоянную девушку.

Послышался глухой шмяк об асфальт. Это моё жалкое сердце так некрасиво упало к ногам. Глупо. Я ведь знала, что между нами ничего не может быть, так почему сейчас вдруг стало так больно? До невозможности смотреть на него.

— Понятно, — выдохнула, резко отвернувшись. — Что ж, я пойду.

— Свет…

Громкий хлопок дверцей заглушил все его дальнейшие слова.

Какая разница, что он собирался сказать, если сути это все равно не изменит?

Лучше бы вовсе молчал…

Но будто специально снова и снова топтался по моим чувствам. Невыносимо терпеть больше. Вот и поспешила уйти, скрыться в подъезде. Нет меня больше. Не для него. Надеюсь только, что и впрямь больше не увидимся.

Глава 28

Надо признаться, слово своё Северьян сдержал. Никак о себе не напоминал все дальнейшие недели. Если, конечно, не считать присутствия Макса, который перевёлся в мою школу и класс. И честное слово, нехорошо так говорить, но лучше бы друга не было рядом. Глядя на него, я постоянно вспоминала Северьяна. Сравнивала и думала, что было бы, не будь мужчина таким принципиальным. И правду говорят: мечтайте осторожней, так как через пару недель я получила ответ на свой вопрос в полной мере.

Был вечер. Начало мая радовало теплом, но изводило подготовкой к ЕГЭ. Я шла от репетитора по английскому языку, когда наткнулась на сгорбленную фигуру Максима на одной из лавочек возле дома. Но напрягло меня не это. А то, что у него в руках была початая бутылка коньяка, да и сам он был заметно пьян. И это всего лишь в девять вечера.

— Максим? Что случилось? Ты почему здесь?

Да еще в таком виде…

Классический костюм тройка с галстуком смотрелся на друге до того странно, что я не сразу поняла, что он мне ответил.

— Надоело.

— Что надоело? — уселась рядом с ним.

Чуть подумала и отняла бутылку, отставив на край.

— Все, — не очень понятливо отозвался Максим. — Школа, брат, вся эта ситуация с тобой…

— А что со мной? — озадачилась. — Если помнишь, я с твоим братом уже две недели не виделась.

— Вот именно, — вздохнул друг. — Надоело.

Понятно, что ничего не понятно.

— А где он сейчас? Твой брат…

— Дома. Празднует.

Ага, значит, одежда в честь какого-то мероприятия.

— Что празднует?

— День рождения, — скривился Макс.

Замерла от неожиданности. День рождения? У Северьяна? А я даже не знала…

— И почему ты не там?

Зачем-то же он пришёл ко мне. Опустим вопрос, почему он мне о нём раньше не сообщил.

— Надоело, — повторил Максим.

И вообще как-то подозрительно склоняться на бок стал. Уж не собрался ли он здесь спать?

— Нет, так не пойдёт, — придержала я его за плечи. — Давай, вставай, — поднялась сама и потянула его за собой следом. — Идём, у меня отоспишься.

И если сперва он безропотно мне повиновался, то затем уселся обратно на лавочку.

— Не пойду. К тебе не пойду.

— Ладно, — не стала спорить, — а куда пойдёшь?

— Никуда. Мне некуда идти, — рассмеялся парень.

Я же всё на свете прокляла. А ещё подумала, что если я вот так же себя вела в ту ночь, когда напилась с Лизой, то понятно, почему Северьян был так раздражён. Меня состояние Максима сейчас тоже раздражало.

— Почему не хочешь вернуться домой? — задала я новый вопрос.

— Там эти все… подхалимы. Улыбаются тебе, а на деле нож в спине уже невидимый торчит. Бесит, — повторно скривился он.

— И что дальше? Будешь на лавочке ночевать?

— Нет. Вернусь, как уйдут.

— И когда они уйдут? — уточнила, призвав себя к терпению.

— Не знаю.

— Понятно, — вздохнула, усевшись обратно.

Чуть подумала и тоже взялась за бутылку. Раз уж сидим…

— С днём рождения твоего брата, — произнесла негромко, делая долгий глоток.

Горло опалило, а следом и в желудке разлилось тепло от горячительного напитка. А на смену ему пришла злость и обида на блондина. Ведь не сообщил о празднике. Ладно, понятно, не хочет подставлять, девушку себе завёл постоянную, но неужели мне и поздравить его теперь нельзя?

Интересно, какая она…

— Кто? —

Не стала останавливать на этот раз. Тем более, нужно было переварить, что я только что сказала вслух. А потом плюнула и уточнила:

— Новая девушка твоего брата.

— А-а… брюнетка какая-то. Одна из сотрудниц «Шерхана».

Вот же…

— Да забудь ты его уже, — вдруг разозлился Максим, подскакивая с лавки. — Сколько можно страдать по моему брату? Вот что в нём такого, чего нет в других? — обернулся ко мне.

— Я не…

— Ага, а я Алиса в стране чудес, — перебил меня Максим. — Пошли, — протянул руку.

— Куда? — уставилась на него с опасением.

— Посмотришь своими глазами на моего брата с его девушкой. Может тогда перестанешь страдать по несбыточному.

— И вовсе я не страдаю, — пробурчала.

Поднялась на ноги, но руку не приняла. Никуда идти с ним я не собиралась.

— Я домой, а ты как знаешь.

— Струсила? Боишься увидеть правду? Что не нужна ему.

— Мне всё равно, — бросила через плечо.

Главное — не слушать его и не дать понять, как меня задело сказанное им.

— Ты поэтому сбегаешь сейчас?

Да!

Но никогда вслух в этом не признаюсь. Даже самой себе.

— Иди проспись, — только и сказала, отворачиваясь и спеша к подъезду.

Наболталась.

А Макс… пошёл, да. Куда-то дальше, продолжая заливать в себя прямо на ходу.

Чтоб тебя, Макс!

Всё на свете прокляла, но отправилась следом. Как догнала, так обратно и забрала бутылку.

— Эй!

— Тебе хватит, — отрезала зло.

А мне надо набраться храбрости перед возможной встречей с его братом.

Ну, и самому Максу хватит. О том, насколько вменяема сама буду после такого количества выпитого, думать не стала. Я бы вообще вылила, но кое-кто вряд ли позволит. Так мы и шли. Он, я и бутылка с нами. Её я, кстати, опустошала с завидной поспешностью, частично сливая в кусты, когда Макс не видел.

— Значит, у Северьяна день рождения?

— Угу.

— А что ты ему подарил?

Я вот иду без подарка… но что уж теперь. Я вообще не собиралась к нему идти, если уж на то пошло, как и о празднике не знала. Хотя нет, один подарок у меня есть — брат целый и невредимый, доведённый самолично мной до их дома. Интересно, хоть спасибо скажет? Вот и узнаю.

— Пошёл он, — отозвался Максим запоздало.

Честно говоря, удивил, но спорить не стала.

— Пошёл он, — согласилась я с ним безропотно, делая новый глоток под пристальным взглядом.

— Не думал, что ты пьёшь.

— Ты удивился бы…

…узнай, как я провела месяц после смерти Костика, когда даже жить не хотелось, а не только ещё о здоровье думать…

Макс хмыкнул и приобнял меня за плечи. Так мы и дошли до их с братом дома. К тому времени, бутылка опустела, а в моей голове прилично так помутилось. Я уже не понимала, кого из нас на самом деле шатает. Так что, когда увидела знакомые ворота, даже обрадовалась. Правда, радость моя поутихла стоило оказаться за калиткой.

— Ой, Дима. Привет… — стушевалась, наткнувшись на мрачный взгляд карих глаз.

Потом подумала, а чего я, собственно, тут переживаю? Он мне кто? Никто. Даже не друг, как оказалось. Вычеркнул из своей жизни вместе с Северьяном. Предатель. Вот и отвернулась от него, оставив решать сложившуюся ситуацию Максу.

— Она ко мне, — заявил тот нагло, ближе придвигая меня к себе.

Мрачность на лице Димы стала заметней.

— Холод знает?

— Нет. И не вижу ни единой причины говорить ему об этом. А теперь извини, мы пойдём. Устали очень, — ухмыльнулся нагло Максим и повёл меня за угол дома.

— Пройдём через кухню, чтобы не встречаться с гостями и братом.

Что ж, здравая мысль, а потому сопротивляться не стала. И вообще пыталась справиться с взметнувшимися в душе эмоциями.

Холод…

Всего одно слово, а внутренности как кипятком ошпарило, сердце застучало подобно мечтающей вырваться из клетки птице. Быстро-быстро. И чем ближе мы были к заднему входу дома, тем сильнее оно лупило по рёбрам. Вот-вот пробьёт.

Я всё-таки дура, да. И мазохистка, раз припёрлась сюда после всего. А если я, и правда, увижу его сейчас? С его девушкой…

Хоть бы нет, хоть бы нет!

— Как насчёт задержаться и посмотреть со мной какой-нибудь фильм? — предложил неожиданно Максим, отвлекая от несуразных мыслей.

— Боюсь, мне нужно домой, Макс.

— Да брось, время ещё детское. К тому же, у тебя предки, вроде, в ночную смену сегодня, нет?

— Да, но мама будет проверять.

— Так позвони сейчас и предупреди. Скажи, что ты со мной. Или это могу сделать я.

Не стала ему ничего отвечать. Хотя бы потому, что и так знала, что скажет мама. Она в восторге от Максима. И кажется, по-настоящему думает, что между нами что-то есть, хотя я не раз убеждала её в обратном.

— Сегодня вы дружите, а завтра уже встречаетесь. У нас с твоим отцом так и произошло. Да и Максим славный парень, не чета остальным.

Будто уже забыла, что ещё два месяца назад я встречалась с другим, который на минуточку погиб у меня на руках!

Да и Макс… Вот кто-кто, а я ему не особо интересна. Несмотря на то, что в школе все уверены, что мы встречаемся. И только потому, что мы сидим за одной партой, приходим вместе в школу и уходим из неё, а ещё обедаем, и Макс часто приобнимает меня за плечи.

В общем, друзья так не делают, вот и весь сказ. Глупцы!

Впрочем, я не спорю. Мне так даже лучше. Никто не достаёт. Одна лишь Лиза смотрит волком. Я пыталась с ней поговорить, кстати, но та лишь обдала меня презрительным взглядом и, отвернувшись, ушла.

— Кто такая? — заинтересовался тогда Макс случившимся.

— Подруга. Бывшая.

— Ммм… понятно, — протянул он насмешливо.

— Что тебе понятно?

— Что не нужна тебе такая подруга. У неё на лбу написано стерва. А ещё она ко мне свои дыни подкатывала на днях.

Уставилась на него во все глаза.

— А ты?

— А что я? Сказал, чтобы она шла к кому-нибудь другому, кому плевать, кого… кхм… ну, ты поняла, — быстро свернул он тему.

А я поняла, да. И обомлела ещё больше. Не думала, что Лиза на такое способна. Нет, она, конечно, девчонка без комплексов, но чтобы настолько? Как-то не верилось. Но и спорить не стала. В конце концов, мы не общались с декабря, мало ли… после всего случившегося я не то, что не удивлюсь, а мне, если честно, откровенно плевать. Со своими проблемами разобраться бы. Например,

Хорошо, не пришлось выбирать.

Мы вошли на кухню, а оттуда на скрытую лестницу, поднялись на второй этаж, попав сразу в коридор с хозяйскими спальнями, в одну из которых и свернули.

Спальня Максима оказалась небольшой и на мой взгляд несколько мрачной. В тёмных оттенках синего и коричневого.

Стоило нам переступить порог, как тут же загорелся автоматический свет.

Скинув в стороне от двери кроссовки, я ступила белыми носками на паркетный пол цвета ореха. В дальнем левом углу стояла широкая кровать, застеленная синим постельным бельём. У окна с рулонными шторами того же оттенка приткнулся стол, переходящий в открытый стеллаж, а тот в угловой шкаф.

Макс стянул с себя пиджак, оставшись в белой рубашке, и я невольно оценила ширину плеч. Не то, чтоб я до этого не замечала, что он хорошо сложен, но как-то наедине дома мы с ним ещё не оставались. И уж тем более в спальне. И мысли как-то сразу принялись работать в этом направлении, где мы одни наедине друг с другом, пьяные, а рядом кровать… большая такая… наверняка, очень удобная. По крайней мере, Макс упал на неё с блаженным стоном.

— Наконец-то… — устроился удобнее у стены. — Ты чего там застыла? Падай, — похлопал по второй половине кровати. — Обещаю, я не кусаюсь, — усмехнулся и потянулся рукой под подушку.

— Да я, наверное, пойду лучше, — промямлила.

Не хватало ещё, и правда, столкнуться с его братом. Лучше сразу уйти и не отсвечивать. Вообще непонятно, зачем пришла сюда. Хотя знаю, конечно… в глубине души я ждала нашей встречи с ним. Но именно поэтому мне лучше уйти сейчас, пока её не произошло.

— Да брось, чего ты в самом деле? — озадачился Максим и тут же подозрительно прищурился: — Из-за него, да? — поджал губы недовольно.

Стало даже немного стыдно. Да только… ну, что мне сделать? Ну, не получается у меня иначе. С самого начала. И сама понимала, насколько мои чувства ко взрослому мужчине глупы и несбыточны. Всё понимала, но исправить не удавалось. Как проклял кто. А уж находясь в его доме и вовсе… с ума сходила от желания пойти, найти и посмотреть на него. Хоть одним глазком взглянуть на него. И не важно, что у него другая. Просто ещё один разочек побыть с ним рядом.

— Нет, Макс, я лучше пойду. Так будет правильно, — развернулась к двери.

Сзади послышалось шуршание и следом злой голос друга:

— Правильно для кого? Для тебя или всё же для него?

Замерла, не зная, что ответить.

— Почему он? — совсем тихо поинтересовался Максим.

Обернулась. Он застыл посреди спальни, глядя на меня исподлобья, и вместе с тем казался таким уязвимым. Наверное, поэтому я не стала врать.

— Я не знаю. Просто он.

Красивый, сильный, смелый, готовый всегда прийти на помощь, по-своему благородный, хоть и временами суровый и даже жестокий. И вместе с тем мягче и заботливей я ещё никого не встречала. Возможно, что я приукрашиваю в силу чувств, но он ведь с самого начала мог избавиться от меня и забыть о моём существовании, но он этого не сделал. Что и стало фатальной ошибкой для нас обоих.

— Не думала заменить эти чувства другими?

— Какими, например?

Да и… пробовала. И пробовала, и заменила. Только если в тот момент мне казалось, что всё получилось, то теперь я знала, что просто загнала их на подкорку сознания, перенесла их на другого человека, заставила себя поверить в невозможное. А правда в том, что я никогда не забывала его. Ни разу. Просто внушила себе, обманул и себя, и Костика. Вот такая вот я дрянь. Впору ненавидеть себя.

— Свет…

— Ты хотел кино посмотреть, — перебиваю его хриплым голосом. — Давай посмотрим.

Заодно тем самым даю понять, что разговор окончен. Лучше и правда фильм смотреть, чем продолжать наш разговор. Ни к чему хорошему он не приведёт. И да, теперь мне ещё больше домой хочется, но я не пойду. Потому что точно знаю, что там мне станет совсем худо. А я не хочу ни помнить, ни знать. И без того глаза на мокром месте теперь. Вот и усаживаюсь на чужую постель, приняв безразличный вид.

Макс явно хочет возразить, но по итогу так ничего и не говорит больше, спасибо ему.

— Что выбираешь? — уточняет, вернувшись на свою половину у стены и достав пульт из-под подушки.

Я призадумалась. С учётом, что особого энтузиазма у меня не было, решила выбрать то, что точно зайдёт.

— Дом у озера.

Максим тяжко вздохнул, пробормотал что-то про сентиментальных девиц и нажал кнопку включения. Несколько манипуляций с вкладками фильмов и вот перед нами уже заставка выбранной мной киноленты.

Всё-таки любила я Киану Ривза больше других актёров, что поделать. Клёвый он. Как и фильм. Безумно романтичный. И я всегда плакала в моменте, когда героиня решала прекратить переписываться с героем. Мне так за него обидно. Но не сегодня. Сегодня он являлся отражением моей безутешной любви. Вот и мы так же с Северьяном — из разных миров, с пропастью в десяток лет. Только в отличие от героев нам не суждено её преодолеть. Параллельным мирам не дано соединиться. Никогда…

Глава 29

Проснулась от громкого мужского голоса. Он резким звуком ворвался в сознание, вырвав из блаженной неги сна. Мозг тут же зафиксировал работающий телевизор, и я потянулась вбок в поисках пульта. Правда стоило только пошевелиться, как лежащая на моей талии рука сжалась крепче, придвинув ближе к своему обладателю.

Какого?..

Остатки сна осыпались пеплом в сознании, оголяя инстинкты. Дёрнулась прочь до того резко, что грохнулась на пол. Со стоном и шипением перевернулась на четвереньки и уселась, осматриваясь.

Синие и коричневые цвета в интерьере в свете работающего телевизора выглядели настолько неестественными, что я на пару мгновений зависла, пытаясь сообразить, где нахожусь. И только спустя долгие мгновения в разум вернулись воспоминания о вчерашнем вечере.

Вот же блин!

Заснула. В доме Холодовых. Вместо того, чтобы уйти, как только Макс вырубился. Потревоженный друг, кстати, перекатился на спину, но не проснулся, продолжив тихо сопеть, как и прежде. Хмыкнула, глядя на него. Длинные изогнутые ресницы на зависть любой девчонке веером разложились под нижним веком, оставляя тени на щеках. Губы приоткрыты, будто в ожидании поцелуя. И в целом

Не стоило здесь оставаться до утра. Тогда точно от встречи с блондином не отмахаюсь. А встречаться с ним… Нет уж, увольте. Хватит того, что я находилась сегодня в его доме. Благо, он достаточно большой, чтобы можно было легко разминуться. Поэтому я легко сбежала с лестницы на кухню и выбежала на улицу. Втянула полной грудью весенний воздух и тут же поморщилась, когда лёгкие забил табачный дым. Аж закашлялась от неожиданности.

— Прошу прощения, — донеслось со стороны негромкое мужское. — Не думал, что могу кому-то помешать здесь в такое время.

Приятный баритон, полный спокойствия и мягкости, вынудил обернуться. В паре шагов, возле урны, тушил сигарету высокий мускулистый незнакомец, одетый в классический костюм с белой рубашкой. Красивый. И даже очень. Несмотря на явную кавказкую кровь, что виднелась в каждой чёрточке его сурового лица. Тёмные волосы были уложены набок, а небольшая бородка придавала ему опасности и загадочности. Вопреки первому впечатлению чёрные глаза под широкими бровями смотрели с дружелюбным интересом, который неожиданно смутил.

— Вы не помешали, — отозвалась так же тихо. — Я просто не ожидала.

— Хотела подышать цветущими яблонями, а тут я всё испортил, — понимающе улыбнулся незнакомец.

— Ну, в общем, да, — не стала отрицать, заправив прядь волос за ухо, чувствуя, как щёки заливает румянцем. — Вы, простите, я спешу.

— Ночью? — удивился мужчина, а затем вовсе нахмурился. — Неприятностей захотелось найти?

И не то, чтоб он не прав…

— Как показала практика, неприятности можно найти и днём. Точнее, они тебя сами найдут, если надо. Ночью как раз проще спрятаться в тени и остаться незамеченной для них.

Брови собеседника приподнялись вверх.

— И кто же посмел обидеть такую милую девушку? Покажи мне его, и он больше никогда тебя не потревожит.

Ё-моё… умеет этот мужчина заинтересовать и напугать одновременно. Сразу видно, что друг Северьяна. От которого лучше поскорее свалить, пока меня кто-нибудь ещё не заметил. Например, сам хозяин дома.

— Не стоит. Я бы не хотела, чтобы из-за меня кто-то пострадал. А теперь извините, но мне, правда, пора, — шагнула с низкого крыльца на асфальтированную дорожку.

— Может, всё же скажешь хотя бы здешней охране, чтобы тебя подвезли, раз не хочешь принимать мою помощь? — предложил он.

— Так и собиралась поступить, — заверила я его с улыбкой. — Что ж, хорошего вам вечера. И не курите много, говорят, это вредно для здоровья, — бросила напоследок, поправила рюкзачок и потопала в сторону ворот.

— Учту, — донеслось тихое мне в спину, на что я махнула рукой, не оборачиваясь.

Правда, не успела сделать и пары шагов, как из-за угла дома вышел Дима. Завидев меня, он нахмурился, а затем и вовсе помрачнел. Не сразу я поняла, что он смотрел уже не на меня, а на всё ещё пребывающего на прежнем месте незнакомца.

— В кабинет Северьяна, сейчас же, — приказал едва слышно, как только я с ним поравнялась.

Чего?

Настолько растерялась от выданного мне приказа, что застыла на месте, глядя на него во все глаза.

— Это с чего это? — возмутилась следом.

Но вместо ответа Дима ухватил меня за руку и потащил в сторону парадного входа. Правда, мы в него не вошли. Прошли мимо. Обошли дом с другой стороны, где располагался сад и двери в тот самый кабинет. Мужчина втолкнул меня в него, после чего вовсе запер. Сколько бы ни пыталась открыть двери, так и не получилось. Ни эту, ни ту, что вела в коридор.

— Да чтоб тебя! — пнула по итогу по деревянному полотну и отвернулась, принявшись осматривать комнату на наличие того, что могло бы мне помочь.

Первое, что бросалось в глаза, это панорамное окно, скрытое белым тюлем, и много-много дерева. Стеновые панели, пол, массивная резная мебель… Справа от входа стоял широкий стол размером с односпальную кровать с кучей канцелярских мелочей, двумя лампами и закрытым ноутбуком. К нему прилагалось удобное кожаное кресло без подлокотников.

Впрочем, я не особо разглядывала эту часть, меня больше заинтересовало то, что слева — встроенный книжный стеллаж с электрическим камином по центру, а на полке выше — многочисленные кубки, медали и грамоты. Подойдя ближе и присмотревшись, я различила на последних имя Северьяна.

Кандидат в мастера спорта по пулевой стрельбе из пневматической винтовки, из лука, а ещё по борьбе и рукопашному бою.

М-да…

Хотя чему я удивляюсь? С их-то семейным образом жизни и упорством самого мужчины. При таком раскладе странно, что не мастер…

Впрочем, если вспомнить рассказы Зои о его побеге из дома, то просто не успел.

Вздохнула и отступила от шкафа, задев бедром небольшой круглый столик, на краю которого лежала книгу. Как во сне потянулась к ней, беря в руки. Не для того, чтобы читать — чтобы убедиться. И да, стоило её перевернуть названием вверх, как я шумно выдохнула.

— Забрал, значит… — протянула обиженно, глядя на потрёпанную обложку романа Остин Джейн. — А мне не позволил.

Рассматривать что-то ещё резко перехотелось. Да и не успела бы. Щёлкнул замок и дверь отворилась, показывая на пороге того, о ком думала. Быстро вернула книгу на место, развернулась лицом ко входу.

Собиралась сказать всё, что думаю о происходящем, но… зависла.

Я и забыла, насколько он красив, хоть и видела ежедневно его младшую копию. Увы, Максиму не доставало его харизмы, уверенности и ауры власти, от которой у меня каждый раз мурашки по коже пробегали. Особенно когда он смотрел на меня, как сейчас: тяжело, давяще, зло…

Замок щёлкнул повторно, оповещая о своём закрытии, а Северьян шагнул ближе, на ходу принимаясь расстёгивать манжеты.

Ой, мама…

— Вот скажи мне, куколка, что из моих слов о том, что нам нельзя видеться, тебе было не понятно?

— Всё понятно.

— Да что ты? — неожиданно ласково улыбнулся он, но всего на мгновение. — Тогда какого чёрта ты припёрлась сегодня сюда? — заорал не своим голосом, после чего с громким рыком бросил снятые с себя запонки в сторону.

Те врезались в стену, отскочили от неё и покатились по полу в разные стороны.

Я же от такого крика аж подпрыгнула.

— Макса провожала, — отозвалась, невольно отступая.

— Что, прости? — кажется, ещё больше разозлился Северьян.

— Твой брат напился и пришёл ко мне. Я пыталась отвести его к себе, чтобы он не шлялся, но он не захотел.

Северьян пару раз вздохнул и выдохнул. Я же едва дышала, с непониманием следя за тем, как блондин до хруста сжимает кулаки. Да что не так? Ну, подумаешь, пришла, так не к нему же!

— А знаешь ли ты, куколка, с кем столкнулась, уходя вот так по-тихому? — вновь перешёл он на сласковый шёпот.

Стало ещё больше не по себе. А что до сказанного… Это он про того брюнета у входа на кухню?

— Я просто закашлялась от табачного дыма, а он просто проявил вежливость…

На мужских губах расплылась до тошноты понимающая улыбка. Он медленно шагнул ко мне, вынуждая-таки отступать, пока я не уткнулась спиной в стекло, а он не приблизился ко мне вплотную.

— Этот вежливый, чтоб ты знала, и приказал тебя тогда похитить из лагеря, — прошептал, склонившись надо мной ниже, выставив оба кулака по обе стороны от моей головы.

Вдох и никакого выдоха. Смотрела в голубые глаза и пыталась уложить в голове сказанное их обладателем. Не укладывалось. Едва ли я вообще в достаточной степени оценила посыл его слов. Не тогда, когда он так близко, обжигает своим дыханием мои губы, и всё, о чём я могу думать, это о том, как просто податься вперёд и коснуться их. Узнать, наконец, каковы они на вкус. Такие же терпкие, как коньяк, который он употреблял весь вечер, или чуть горьковатые от привкуса табака с мятными нотками? А может, вовсе не такие, а… сладкие, например, от конфет, чей шоколадный след остался в уголке губ, и который меня так и тянуло стереть своим языком.

— Светозара! Ты вообще слышишь меня?

— Нет, — ответила честно и оторвалась, наконец, от его губ, возвращая внимание глазам.

И, ох, что это был за взгляд. Такого шторма я у него в них ещё не видела. Дыхание вовсе стало рваным. Он приоткрыл рот, глотнуть побольше воздуха, и я не выдержала.

— Поцелуй меня, — попросила.

— Что?

— Всего один разочек.

— Ты издеваешься?

— Нет.

— А, по-моему, да, Светозара. Я тебе только что сообщил, что ты чуть опять по собственной глупости не вляпалась в проблемы, а ты просишь тебя поцеловать? — посмотрел на меня в явном сомнении в моей адекватности.

А я даже спорить не стала. Из адекватного во мне, и правда, сейчас было… ничего. Всё затмило желание хотя бы на миг почувствовать его своим. А себя — нужной ему. Действительно, так глупо… Но чёртово сердце продолжало стучать, перекачивая кровь на максимальной мощности, отчего в голове с каждым пройденным мгновением всё больше мутнело.

— Я…

— Вот именно, ты, Светозара! Та, кого здесь вообще быть не должно! Какого хрена ты сегодня сюда припёрлась на самом деле?

И так мне обидно стало. Можно подумать, я хотела быть здесь. То есть, хотела, конечно, но это не значит, что я бы стала так специально нарываться. Я же и искать его поэтому не стала, хотя могла. Потому и поспешила уйти при первом удобном случае. А он…

— Я просто привела домой твоего пьяного брата. Я не собиралась с тобой встречаться. И хотела уйти. Не моя вина, что тот мужик решил покурить на заднем дворе. И это ты его пригласил, а не я. Откуда мне было знать, что он — это он? Ты же мне сам ничего не рассказываешь, а теперь ругаешь, будто я и правда виновата. А я не виновата, ясно тебе? Не виновата. А ты…

Только не плачь, Светозара! Не вздумай перед ним разрыдаться!

— Я? Да я защитить тебя стараюсь, дура! А ты только и делаешь, что подставляешься! — окончательно психанул Северьян.

А за ним и я.

— Я подставляюсь? Да если бы не ты, мне бы вообще не пришлось ничего переживать! — толкнула его от себя. — Это ты за мной зачем-то ходить начал! Преследовал, куда бы я не пошла! Сам привлёк ко мне внимание своих врагов! А я теперь виновата⁈ Да… да пошёл ты, Север! — толкнула повторно. — Ненавижу тебя! И уйду, понятно тебе? — ударила обоими кулаками по мужской груди. — Уйду и больше никогда не вернусь, даже если на коленях умолять станешь! — снова ударила. — Живи, как и раньше, один! Никому не нужный и всеми нелюбимый! — ударила и толкнула, но, конечно же, бестолку. — Отпусти меня! — потребовала.

Пока я точно не заплакала, как идиотка…

А он… Нет, не отошёл. Хотя и орать больше не стал. Наоборот, резко успокоился, глядя на меня с виноватым видом.

— Свет… — выдохнул растерянно.

Щеки коснулись его пальцы, и я только теперь поняла, что, оказывается, давно уже плачу. Сама не заметила, как так вышло. Чёрт! Поспешила утереть самостоятельно пролитые слёзы, больше не глядя на мужчину.

— Уходи, — увернулась от его очередного прикосновения. — И я уйду. Обещаю больше сюда не приходить. Даже к Максиму.

— Свет…

— Уходи! — повторила настойчивей прежнего.

И он ушёл. Мазнул губами по той же щеке на прощание и ушёл, оставив меня одну: жалкую и бестолково льющую слёзы по нему.

Ну, почему так больно-то?

А он? Что он за человек такой? Появляется, душу выворачивает, а потом так же внезапно исчезает, будто не было. А ты остаёшься одна безутешно рыдающая в голос, не знающая, как быть дальше. Потому что невозможно так жить. Без него. Но и с ним не получается. А я, и правда, дура, раз позволила себе опять поверить, пусть и на краткое мгновение, что могу что-то изменить между нами. Не могу. Потому что не нужно оно ему. Я не нужна. И никогда не буду нужна. Так почему эта простая истина никак не хочет отпечатываться в моём сознании? Почему я снова и снова наступаю на одни и те же грабли? Когда они уже только сломаются… Или я. Что вернее. И быстрее.

* * *

Она плакала. А он стоял. Прислонившись к двери, слушал, как его куколка белугой ревела из-за его жестокости. Он и сам был готов себе сердце вырвать за то, что довёл её до такого состояния, но и иначе не мог. Она должна понять, что это путь вникуда. А пользоваться её чувствами, чтобы потом всё равно обречь на боль —

— Идиот, — буркнул себе под нос Северьян и, наконец, отлепился от двери.

Нужно было вернуться и закончить текущий вечер, как планировал. А там и со всем этим дерьмом покончить.

«Прости меня, куколка…»

Глава 30

Ветер трепал распущенные волосы и шёлк выпускного платья, пока я, стоя у борта теплохода, вглядывалась в закатные краски горизонта, вертя в руках пустой бокал из-под игристого вина. Сверху и с боков доносились весёлые голоса празднующих, в небе гремели салюты, шампанское текло рекой. Все отдыхали. Даже Макс на сегодня снял с себя маску интроверта и развлекался по полной программе. Одна я… тут. Стояла и ждала, когда же закончится весь этот бардак. Настроение которую неделю пребывало на нуле и никакой алкоголь не мог этого исправить.

Новый порыв ветра бросил в лицо волосы, на что я только вздохнула. На обнажённые плечи опустился чей-то тёплый пиджак. Впрочем, мне нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто это.

— Мне не холодно, — сообщила, не оборачиваясь.

— Ветер обманчивый. Сейчас не холодно, потом заболеешь.

Едва заметно поморщилась. В последнее время между нами с Максом всё стало совсем сложно. И раньше не легко было общаться с ним, а после той ночи — и подавно. Смотрела в его тёплые лучистые глаза, а видела в них лёд и стужу, присущие Северьяну. Вот и старалась как можно меньше смотреть на него. И промолчала. Уставилась на блики закатных лучей на стекле бокала.

Вот так и моя душа медленно догорала, постепенно обращаясь тьмой и ненавистью ко всему и в первую очередь к самой себе. Зря я тогда поддалась провокации стоящего рядом. Надо было просто идти домой, как собиралась изначально. А он… он бы и сам дошёл до дома. Не маленький. Но что уж теперь, сама виновата.

Выпрямилась, собираясь уйти. Но стоило только потянуться к чужому пиджаку, чтобы снять и вернуть его владельцу, как моя ладонь оказалась перехвачена самим Максимом.

— Поговори со мной, Свет, — попросил. — Пожалуйста.

Почувствовала себя настоящей дрянью. Но ничего не могла с собой поделать. Понимала, что друг здесь совсем не причём, но он слишком сильно похож на своего брата, чтобы у меня получалось игнорировать их сходство. А мысли, что иногда посещали по этому поводу, усугубляли моё состояние. Так и хотелось закрыть глаза, податься вперёд и… приходилось постоянно себе напоминать, что со мной лишь копия того, с кем бы я действительно хотела зайти так далеко. А он смотрел на меня с таким ожиданием…

— Прости, мне не хочется общаться. Не только с тобой. Вообще.

Сама не знала, зачем согласилась на это празднество. Ах, да, потому что всё оплачено заранее и деньги не возвращались. Вот и не стала обижать родителей, которые радовались за меня, как если бы это не я школу закончила, а они.

Счастливые…

И я им улыбалась. Постоянно. По малейшему поводу. Лишь бы не поняли, не догадались, что их дочь снова находилась на грани очередного срыва. Иногда такая злость распирала, так и толкала пойти и сотворить какую-нибудь глупость, чтобы привлечь внимание Холода. А потом, когда явился бы, высказать ему всё, что я о нём думаю. Да только глупо это и безрезультатно, ни к чему не привело бы. Точнее, может и привело, но совершенно не к тем последствиям.

— То есть ты теперь из-за него и меня избегать будешь? — послышалось злое вслед. — А я думал, мы друзья.

Стыд и злость смешались во мне после его заявления. Слились в самый терпкий и высокоградусный коктейль, после приёма которого мозг уходил в несознанку.

— А мы друзья? — обернулась, не сдержавшись, заглядывая в голубые глаза. — Ещё два месяца назад ты меня ненавидел, считал шлюхой, а теперь говоришь, что мы друзья? Как быстро ты переобуваешься, — усмехнулась. — Или, может, ты поэтому меня заставил пойти к тебе домой, чтобы я могла собственными глазами увидеть, какой твой брат козёл? Из дружбы, да, Максим?

Чёрт! Не стоило ему всё это выговаривать… Только себе хуже сделала в очередной раз.

— Я просто хотел, чтобы ты перестала уже мечтать о несбыточном. Чтобы…

— Ну, поздравляю тебя, умник, — перебила я его. — Я больше не мечтаю. Всё, как ты хотел. Доволен?

Повела плечами, сбрасывая с себя пиджак и направилась ко всем, ставя тем самым точку в нашем разговоре.

Наверное, не стоило на нём срываться, но не получалось. Стоило только посмотреть в его глаза и опять оказывалась в том кабинете, глядящая в точно такие же, но другие. Куда более близкие. И вместе с тем далёкие и холодные, безжалостно режущие своими морозными гранями на куски моё бедное сердце.

Такая она — любовь?

Если да, то я не хочу больше никогда её испытывать. Лучше всю жизнь одной, чем вот так. На грани смерти и жизни.

Оставшееся до прибытия в порт время я провела, заливая в себя шампанское. Чертовски неудачное решение, но иного не находилось. Макс больше ко мне не приближался. Я вообще его не видела. Лишь изредка искала глазами и не находила, чему, признаться честно, радовалась.

Потом извинюсь…

А как только мы пристыковались к причалу, поспешила покинуть теплоход в числе первых. Спустилась с трапа и, не дожидаясь остальных, направилась вдоль по Набережной. Всё равно сейчас час свободного времени будет на фотографирование, а потом уже кто куда хотел: домой или продолжать гулять дальше, кому родители позволяли. Ни того, ни другого делать не хотелось. Вот и брела себе по асфальтированной дорожке в сторону центрального пляжа. Было ли мне одиноко? Нет, ни сколько. Мне было тихо, спокойно и хорошо. Плеск волн расслаблял, отвлекая от ненужных мыслей, и я спешила скорее добраться до места, где смогу скинуть с себя надоевший наряд и окунуться в прохладу реки.

Июнь

— Светозара, — донеслось за спиной, и я мысленно взвыла.

Ну, что ещё ему от меня надо?

Прибавила в шаге.

Не хочу ни с кем общаться, сказала ведь уже.

— Света, стой, — раздался голос Макса совсем близко, и я побежала.

Никогда не думала, что на высокой шпильке могу так быстро передвигаться, но нужда и не такому научит. Жаль, парень всё равно меня догнал. Ухватил за руку, вынудив остановиться.

— Да что с тобой не так?

— Со мной? — резко развернулась, глядя на него, больше не скрывая гнева. — Нет, что со всеми вами не так? Что вы с братом за мной постоянно ходите? С самого начала. Всё зачем-то ходите и ходите, заставляете общаться с вами. А я, может, не хочу⁈ Но вы никак не желаете этого понять, почему? Почему я должна это терпеть? Вас! Оставьте меня в покое! Оба! Исчезните из моей жизни! Неужели я так много прошу? Это ведь совсем не сложно на самом деле: уйти и не возвращаться. Вон, у твоего брата отлично получилось. Почему бы тебе не последовать его примеру? Что непонятного в том, что я хочу побыть одна? Одна, Макс! Понимаешь?

Да, я опять сорвалась, но… достали! Правда! Не хочу я их видеть. Не хо-чу!

В голубых глазах мелькнуло нечто такое, чему я не смогла дать название, а потом пропало. Полный штиль. Ни единой эмоции. Но это даже порадовало. Мне и самой стало неожиданно спокойнее.

— Понимаю, — отозвался друг спокойным тоном. — Но ты же понимаешь, что я не могу тебя оставить? Не потому, что не хочу, а потому что так безопаснее для тебя. Уж потерпи ещё немного. Северьян почти закончил со всеми своими делами в вашем городе, мы скоро уедем, так что больше не будем тебе надоедать, не волнуйся. Но до тех пор, извини, но я не оставлю тебя одну.

Рассмеялась. И не знала толком чему. Просто…

Ну, смешно же!

И ужасно больно. Невыносимо. Словно мне вновь тупым ножом по сердцу вели, оставляя рваные раны.

— Свет…

— Как вы с ним меня достали, — скривилась.

Ничего больше говорить не стала, развернулась и пошла дальше, но уже неспешным шагом.

И вот чего не оставят в покое? Ах, да, потому что за мной охотится какой-то псих. Непонятно только, с чего вдруг, если мы с блондином уже давно не общаемся. Почему он решил, что моё похищение сильно заденет Севера? Не настолько он ко мне и привязан. Тот же Макс, например, куда больше мог принести пользы в подобного рода мести. Не то, чтоб я желала идущему рядом такой участи, но не логично же!

— Почему я, а не ты?

— Что именно? — не понял Максим меня так сразу.

— Почему Кавказцу нужна я, а не ты? — повторила более развёрнуто свой вопрос.

— А ты не догадываешься?

— Да брось, мы с ним общались в последний раз лет сто назад, чтобы нас можно было принять за пару. Последние два месяца и вовсе почти не виделись, на пальцах одной руки можно пересчитать эти встречи. Так почему я? Ты — его брат. Вполне логично, что через тебя проще добраться до Севера, разве нет?

Заметила, как Максим поморщился. И отвечать не спешил.

— Проще, — заговорил, наконец. — Но, во-первых, я достаточно натренирован, чтобы суметь защитить себя при случае, а во-вторых… — вновь скривился, заметней прежнего, не договаривая.

— Что? — подтолкнула я его.

— Всегда проще причинить кому-то боль, забрав у него то, что ему по-настоящему ценно, — вытолкнул кое-как своё признание Макс.

Я даже с шага сбилась, заслышав подобное. И опять рассмеялась. Хотя сердце принялось стремительно залечивать раны, пока за спиной вновь распускались крылья надежды. Вдруг?.. правда…

— Глупость какая, — наравне со словами отвесила себе ментального подзатыльника. — Если бы я была дорога твоему брату, он бы не шпынял меня от себя каждый раз, как видел.

— Другой причины, почему тому мудаку понадобилась именно ты, я не вижу.

— Он просто ошибся. Да, мы обащались поначалу и достаточно неплохо, но затем-то мы вовсе не виделись очень долгое время, а я так вообще начала встречаться с одноклассником.

— Это тот, который должен был узнать, насколько вы с Яном близки?

Чего?

Одарила парня далёким от дружелюбия взглядом.

— Что за чушь? Мы с Костиком с началки вместе, так что ему нечего было про меня узнавать, — неприязненно передёрнула плечами.

Надо же было такое придумать! Чтобы Костик был со мной только ради информации! Чушь! Он любил меня! А я любила его! Пусть не в той степени, что должна была бы, но любила! И я никому не позволю осквернять его память подобными домыслами! Тем более тому, кто совершенно не в курсе ни о чём!

— Боюсь, что нет, Свет, — тихонько отозвался Максим, сбавляя шаг.

— И слушать ничего не желаю, — перебила я его и тоже остановилась. — Костик — единственное светлое пятно за всё время со встречи с твоим братом. И ты его совсем не знаешь, а значит не тебе его судить. Костик бы никогда… — запнулась. — Никогда понял?

И пусть понимает, как хочет. Не мог Костик так со мной поступить. Не верю!

— Понял, — кивнул Холодов-младший. — Но он это делал, нравится тебе или нет. Собирал для Кавказца всю информацию о тебе. Он же спалил, что брат выставил присмотр за тобой, тем самым подтвердив, что ты ему важна.

— Заткнись! Не смей! А ещё лучше убирайся! — толкнула я его от себя.

Что у них за привычка такая — постоянно рушить всё хорошее, что у меня имелось? И надо же было такое придумать!

— Костя бы никогда так не поступил. Он умер за меня. Разве так делают те, кто рядом только из надобности, а не по любви?

— Я не говорю, что он тебя не любил. Как я понял, его самого шантажировали. Точнее, его отца. Он просто спасал семью. Но и тебя любил. Потому и не отдал тебя, когда за тобой пришли.

— Неправда.

— Увы.

— Зачем ты мне это говоришь? Почему сейчас?

— Потому что в отличие от брата считаю, что ты должна знать правду. Он слишком тебя оберегает, что большая ошибка. Если бы ты знала всё изначально, то была бы в разы осторожнее. И не доверилась бы так легко тому, кто тебя всё-таки предал. Не веришь

Бред! Не верю! Максим просто придумал себе что-то в очередной раз, вот и всё. А то, что ему известна фамилия Кости… Так он вполне мог узнать её от одноклассников. Хотя не припомню, чтобы они обсуждали при нём ушедшего из жизни друга. Чёрт! Нет. Невозможно. Такого просто не могло быть. Но память услужливо напомнила слова одного из тех, кто напал на нас с Костей тем вечером, когда я полезла в карман за телефоном в надежде вызвать Северьяна.

«Очень не советую. Конечно, предпочтительней, чтобы ты была целой и невредимой, но, думаю, сломанная рука не особо помешает нашему делу».

Тогда я это всё восприняла, как намёк на будущее насилие, но что если?..

Да нет! Бред! Тогда бы он сказал что-нибудь вроде: «Нам велено доставить тебя живую, но сломанная рука — это ведь не смертельно?» А не вот это всё.

— Врёшь, — повторила, замотав головой. — Ты всё врёшь.

— Зачем мне это?

— Не знаю. Может, чтобы мне насолить, что не желаю с тобой больше общаться? Или… Не важно. Я просто тебе не верю.

— Ну, ок. Не веришь мне, давай спросим у Яна. Ему-то уж точно нет смысла тебе лгать, правда же? — съязвил парень, достал из кармана телефон и протянул мне. — На, позвони и спроси.

Не взяла. Мне почему-то стало страшно. Страшно, что всё это и впрямь могло оказаться правдой. Что всё то хорошее, что у меня было с Костей — это лишь ширма. Спектакль, призванный меня отвлечь. Что я зря убивалась по тому, кто… что? Что он сделал? Правда не любил, а просто использовал? Но тогда зачем защищал от тех ребят? Перебил их всех, чтобы только они до меня не добрались. Передумал, что ли?

Кажется, моя голова сейчас точно вспухнет и лопнет от роя мыслей, что пробудили во мне слова Максима. Громким эхом отражались в моей голове. Наравне с тихим выдохом схватившегося за грудь Максима и глухим стуком упавшего к моим ногам его тела, вокруг которого принялась растекаться лужа крови.

Какого чёрта⁈

Глава 31

Невольно отступила на шаг. И ещё один. Во все глаза глядя на алую лужу, что с каждым пройденным мгновением становилась только больше. А я смотрела на неё как заворожённая и никак не могла перестать этого делать.

— Макс, — позвала шёпотом зачем-то.

Но он, как упал, так больше и не шевелился. А я не знала, что делать. Парализовало. Я будто вернулась на три месяца назад. Но там я могла хотя бы шевелиться, а сейчас даже немного пальцами пошевелить не получалось. Только стоять и дальше смотреть, как тот, с кем я только ругалась и спорила… что с ним? Что. С. Ним. Такое? Он ведь не умер, правда? Нет, конечно. Это же Максим. Не мог он. Он просто… привторяется! Точно! Решил разыграть меня с другими одноклассниками. Дурная шутка, но да чёрт с ней. Главное, что это просто шутка.

— Максим. Максим, вставай, — голос всё же предательски дрогнул. — Максим, — позвала повторно. — Это уже не смешно. Если ты сейчас же не встанешь, я… Я не знаю, что сделаю, но обязательно придумаю что-то такое, что тебе точно не понравится. Слышишь, Максим? Вставай, говорю! Вставай!

— Не утруждайся, — вдруг раздалось за спиной, и я вытянулась как по струнке, особенно, когда почувствовала прикосновение к своей спине. — Он тебя не слышит, — добавил шёпотом знакомый незнакомый голос.

Волос коснулась чужая рука, убирая их с моего плеча. оголяя шею.

— А теперь побудь ещё немного хорошей девочкой и поспи.

И, прежде чем я успела опомниться и уклониться, в шею вонзилась игла, оставляя на ней болезненный прокол.

— Что вы…

Хотела обернуться, но стоящий за спиной мужчина, на которого я по-прежнему опасалась взглянуть, не позволил.

— Спи, — послышалось, а затем сознание и правда окутало тьмой.

Очнулась я уже в незнакомом мне месте.

Небольшая комнатка с двуспальной кроватью, на которой я пребывала, была задрапирована алым шёлком, на полу лежал цветастый ковёр, а неподалёку стоял столик с вазой с фруктами и графином с водой. Пить, к слову, хотелось, и очень. Но едва ли я могла сейчас до него добраться. Даже в положении лёжа я чувствовала себя недееспособной. В голове всё ещё плыл туман, тело плохо слушалось, а в горле стоял ком, тошнило. Но я, честно, старалась не поддаваться этому. А ещё пыталась вспомнить, как оказалась здесь. И где это — здесь.

Помнила сборы в школу на вручение аттестатов, как потом мы всей толпой ехали на причал, после чего до самого вечера катались на теплоходе. Все веселились, а я пребывала в стороне, чтобы никому не портить настроение своей мрачной физиономией. Помнила Максима. Кажется, мы поругались. Да, точно. Потом мы сошли с судна, и я поспешила ото всех сбежать подальше. Ко мне опять пристал Максим. А потом…

О, нет!

Мигом позабыла о своём плохом самочувствии, вспомнив, что предшествовало моему здесь появлению. Уселась в кровати, принявшись более детально осматривать помещение, куда угодила, по не своей воле. Хотя осматривать особо было нечего. Да и все мысли занимал Макс. Где он? Что с ним? Он же не умер, да? Ведь не мог он в самом деле?.. Хотя я чётко помню, как много крови было вокруг него. И слова моего похитителя о том, что он меня не слышит.

Нет-нет-нет! Этого не может быть! Не может! Не верю! Не хочу! Кто угодно, только не Максим. Он же… А я… А он…

Запустила руки в волосы, оттягивая их до боли, чтобы хоть как-то себя сдержать от намечающейся истерики. Как погрузила пальцы в пряди, так и замерла, глядя на свою грудь…

Какого?.. Я голая!

Голая!

Мамочка моя, почему я в таком виде? Что произошло?

Прикрывающее ноги одеяло сползло ниже, и я затаила дыхание… но на первый взгляд и ощущения ничего страшного не случилось. Пока что…

Хотя о чём это я? Случилось! С Максимом! И почему мне не шлось гулять со всеми? Будь я в толпе он бы не пострадал. Никто бы не пострадал. А теперь… Что с ним теперь будет? Хорошо, если нашли. А если нет? Когда народ опомнится? Да и кому помнить? Всем друг до друга дела нет. Разбились на компании, а на остальных побоку.

Никогда не была особо верующей, но сейчас готова была молиться всем известным и неизвестным богам, чтобы с другом всё было хорошо. И уже даже не важно, что будет со мной. Только бы он остался жив.

Внутреннюю истерику прервал звук открывающегося затвора. Я тут же напряглась, подтянула одеяло к себе ближе и укуталась в него до самого подбородка, готовая ко всему, кроме того, что увидела.

— Ты… — только и смогла выдавить из себя, глядя на… Андрея.

Какого чёрта происходит? Почему он здесь?

Обязательно бы спросила, но следом за моим как бы другом в помещение вошёл тот, кого все звали Кавказцем, и я вынужденно прикусила язык.

— Очнулась, — постановил, проходя вглубь комнаты, останавливаясь в изножье кровати. — Хорошо, — вновь принялся меня изучать, пока я куталась в одеяло, пряча от него свою наготу. — Так понимаю, ты ещё не ела? — бросил взгляд на нетронутые фрукты.

Он же шутит? Какая еда в текущей обстановке? Сейчас мне и вода поперёк горла встала бы.

— Кто вы? Где я? Зачем? — забросала я его встречными вопросами.

Хотела ещё спросить про Макса, но побоялась услышать ответ. А так есть надежда, что тот жив, пусть и не совсем здоров.

— Кто я — не так уж важно. Где ты? В моём клубе. Зачем? Отрабатывать моё гостеприимство, естественно.

Естественно…

— Спасибо, я бы лучше вернулась к себе домой. Тем более, я сюда не напрашивалась и посещать ваш клуб не собиралась.

Мужчина неприятно усмехнулся.

— Я бы удивился, если бы собиралась. Впрочем, уже вечером ты будешь говорить совсем иное. А там и вовсе умолять тебя здесь оставить.

Его слова мне не понравились от слова совсем. Удерживающие одеяло руки дрогнули.

— Что вы намерены со мной сделать?

— А это зависит от того, насколько честна ты будешь в своих ответах на мои вопросы. Точнее, на один из них.

Нервно сглотнула. Вот чуяла, что ничего хорошего не услышу, но согласно кивнула. А мужчине большего и не нужно было.

— Ты девственна?

И опять вперил в меня свои тёмные глаза. А я…

— А вам зачем это знать?

У самой в голове десяток догадок родилось, одна хуже другой.

— За девственницу дают больше, — пожал он безразлично плечами.

— В к-каком с-смысле?.. — пробормотала испуганно, переводя взгляд с Кавказца на Андрея и обратно.

Это ведь не правда, да? Я просто не так всё поняла, да? Не может же это в самом деле происходить? Но оба с виду вполне серьёзны. У Андрея вовсе какой-то пустой и безразличный взгляд. И не скажешь, что ещё недавно он являлся моим другом. А вот у старшего из присутствующих наоборот — он с каким-то маниакальным блеском в глазах следил за моей реакцией.

Зажмурилась на всякий случай. Глядишь, проснусь и всё окажется страшным сном.

Не оказалось…

Только хуже всё стало.

Один знак со стороны моего похитителя, и в комнату с чемоданчиком в руках вошёл приземистый некрасивый старичок восточной внешности. Он прошёл к моей постели, положил на край свою ношу, поправил квадратные очки на переносице с горбинкой и застыл в ожидании, подозреваю, приказа.

— Это Заир, он врач. Он осмотрит тебя.

Осмо… что?

— На предмет твоей девственности, — пояснил следом мужчина.

— Я девственница! — выпалила тут же с некоторой истошностью в голосе. — Не надо меня никак проверять!

Как представила, что старик будет смотреть на меня, а возможно и совать всякие штуковины, не дай бог пальцы, чтобы удостовериться в обозначенном… опять затошнило.

— Неужели? — усмехнулся Кавказец. — И неужто Холод даже ни разу не пытался тебя соблазнить?

Чуть не рассмеялась. Так и хотелось ляпнуть, что, кто кого ещё соблазнить пытался, но смолчала. Мне вообще всё это стало напоминать сюрреалистичный сон. Ну, бред же! Кто в наше время ворует девушек, чтобы сплавить их в бордель, да ещё с продажей девственности? Мне казалось, хватает и тех, кто по собственной воле идёт заниматься подобным. Да и зачем вообще оно надо, если и без того каждая вторая с удовольствием проводит выходные с первым встречным ради простого развлечения? И платить не надо.

— Я не настолько важна Холоду, как вы себе придумали, — усмехнулась с горечью на деле. — Просто так сложились обстоятельства. Я… я с его… братом… встречалась… — закончила совсем тихо, опустив голову вниз.

Соврала, да, а что ещё мне оставалось? Хотя стоило упомянуть Макса, как снова вспомнилось его с виду безжизненное тело в луже крови. Аж затрясло. Почувствовала, как на ресницах собираются слёзы, вот-вот прольются на щёки.

Воцарилась тишина, которую нарушил мой всхлип. Один, второй, третий, а затем я банально разревелась навзрыд. От ужаса, страха и понимания, что это всё моя вина. Прав был Северьян, называя меня бестолочью. Я она и есть. Ведь могла же выслушать Максима, поговорить с ним нормально, прямо объяснить всё, а я просто психовала, как идиотка, пытаясь прогнать от себя. А он только больше переживал за меня и тянулся, и пошёл за мной тоже поэтому. Не пошёл бы, остался жив.

Щеки коснулись чужие пальцы, и я вздрогнула, резко вернувшись в настоящее, где мой похититель теперь сидел рядом и с ласковой улыбкой стирал с моего лица слёзы. Замерла, глядя на него во все глаза, чувствуя себя кроликом перед удавом.

— Прости за парнишу. Но он сопутствующий ущерб. Я не мог его оставить в живых, иначе бы он тут же поднял тревогу.

— Вы могли просто его усыпить так же, как и меня.

— Не мог. Парень хорошо натренирован на ближний бой. А это опять бы привлекло внимание других. К тому же… — снова улыбнулся чересчур мягко, чем напряг. — Ты мне соврала, девочка, — прошептал мне в губы, подавшись вперёд.

Я только и смогла что вздохнуть, но не выдохнуть, в ужасе ожидая продолжения.

— Ты не встречалась с младшим Холодовым. А вот со старшим…

Не договорил, сместил пальцы с моей щеки ниже, на горло, обхватив его всей ладонью. Пока ещё в предупреждении, не сильно, но я уверена, что дальше он таким милым уже не будет. Стало совсем жутко.

— Ничего не было, — прошептала ответно. — Я вам клянусь. Для него я просто назойливая школьница, приносящая одни лишь неприятности. Он никогда не видел во мне девушку.

Скорее младшую сестру, о чём не раз упоминал, а я не желала принимать.

— Да, Холод хорошо умеет прятать эмоции, подменяя их другими. Но запомни хорошенечко, ни один мужчина не станет срываться с места, бросать все дела, нарушать закон ради той, на

И всё это он говорил, почти целуя меня. Его дыхание обжигало мои губы, нечаянные прикосновения заставляли трястись от страха, что он может зайти дальше. Из-за чего я даже не сразу осознала всё сказанное. А когда вникла…

— Пожертвовал? — переспросила, саму себя не слыша, пытаясь переварить только что узнанное.

— Ты же не думала, что за тобой присматривал один лишь Холодов-младший сегодня?

Сердце стукнуло и осыпалось пеплом, стоило только понять, о чём речь. То есть Макс не единственный, кто сегодня пострадал?

— Нет, — помотала головой, не в силах уложить такую правду. — Нет. Вы ведь врёте, да?

— Увы. Впрочем, не веришь мне, мы всегда можем спросить у того, кто это всё совершил, — отстранился он, обернувшись в сторону Андрея.

Тот, наконец, сбросил с себя маску безразличия и пожал плечами, ядовито усмехнувшись.

— Это было не сложно. Они не ждали.

— Но… ты… зачем? Почему?

В голове не укладывалось, что Северьян доверял ему, а он… предатель, как оказалось. Поэтому он так резко пропал?

— Отец Северьяна многим насолил, — ответил зло Андрей. — И если ты думаешь, что Холод лучше, то ошибаешься. Вся их семейка только и может, что причинять боль другим. Для них мы все просто пешки. Но даже у самого сильного всегда найдётся слабость.

— Верно, — подхватил мой похититель. — И в нашем случае — это ты.

— И что дальше?

— Как я уже сказал, ты будешь выставлена на торги. Точнее не ты, а твоя девственность. Этой ночью. Но сперва надо убедиться в её наличии.

— А если нет?

— Если нет… — хищно улыбнулся сидящий рядом. — Я заберу тебя себе. Поиграем немножко с тобой вместе.

— Почему бы вам тогда сразу этого не сделать? Зачем отправлять меня на аукцион?

Господи, что я несу? Что спрашиваю? Совсем что ли свихнулась на фоне стресса? Сейчас как согласится… и что мне тогда делать? А так хоть есть шанс оттянуть ситуацию. Вдруг мне повезёт, и Северьян всё-таки найдёт меня здесь? Придёт за мной…

— В целом ты права. Но уж больно много платят за девственность всякие извращенцы, а я в первую очередь бизнесмен. Но не переживай, я потом обязательно тебе компенсирую все страдания. Да и те пройдут мимо тебя, не волнуйся. Обставим твой первый раз, как надо.

С этими словами мужчина поднялся с кровати и кивнул ждущему в стороне врачу.

— Будешь брыкаться или ещё как-то мешать, отдам тебя в общее пользование, — предупредил как бы невзначай. — В конце концов, не обязательно лишать тебя девственности, чтобы повеселиться с твоим телом. У вас девушек достаточно других отверстий для этого.

Так что, когда ко мне приблизился старик с чемоданчиком, я просто крепко зажмурилась и заставила себя вытерпеть эту неприятную процедуру. С этого дьявола станется исполнить сказанное…

Глава 32

Мужчина и его помощники ушли, оставив меня одну, но я долго ещё не решалась встать с кровати. Свернувшись калачиком, я очень старалась не расплакаться от страха и безысходности.

Если Север не успеет… что мне делать тогда? Или решит вообще не приходить? Решит, что хватит с него проблем из-за меня… Хотя нет, его брат пострадал, за него он уж точно будет мстить, так что придёт в любом случае. Вопрос в том, насколько рано или поздно для меня…

Не знаю, сколько я так лежала и медитировала. Всё закончилось с приходом Андрея.

— Идём, пора тебя подготовить к аукциону. И без глупостей, а то и правда пустят по рукам.

Очень хотелось послать его, но, вопреки желаемому, я послушно встала и последовала за ним на выход, кутаясь всё в то же одеяло. Да, не смогла с ним расстаться, пусть идущий впереди совсем недавно видел меня и в ещё более унизительном положении.

Несмотря на ковровую дорожку и неплохой ремонт коридора, выглядел он всё равно неуютным из-за многочисленных дверей с обеих сторон. Так и навевал мысли о том, что за ними находились такие же пленницы, что и я. И скольких из них сегодня выставят на торги вместе со мной…

Господи, как же это всё мерзко!

И очень-очень страшно…

Хотелось бежать, да только куда? Я ж не дура, понимала, что Андрей не единственный здесь смотрящий. Тем более не факт, что других будут так же сдержанны и не станут приставать. Помнила ещё о предупреждении и обещании в случае чего пустить меня по рукам. Вот и следовала за бывшим другом дальше послушной тенью.

Пришли мы в небольшую купальню. Большая круглая ванна уже была полна воды и пены, а в воздухе витал аромат роз. Неподалёку стоял небольшой круглый столик с перекусом и водой, подозреваю, для меня. Рядом с вазой с фруктами я заметила большие песочные часы. По центру комнаты с опущенными головами застыли две улыбчивые девушки в одних трусиках. Обе жгучие брюнетки со смуглой кожей.

Что-то мне опять дурно стало…

— Это Айгуль и Динара, они помогут тебе с подготовкой, — представил их Андрей, пройдясь по их обнажённым телам в полнейшем безразличии. — Вернусь через три часа, — добавил уже для девушек.

Те согласно кивнули, и парень ушёл. Я же осталась стоять под пристальным вниманием двух пар карих глаз.

— Начинайте, что ли, — оборвала первая наши гляделки.

Меня начинало откровенно потряхивать от того, к чему всё идёт. И веры на лучшее становилось всё меньше во мне. Пусть лучше поскорее всё закончится. Нет ничего хуже ожидания.

Девушки, видимо, подумали о чём-то таком же. Жестами указали, чтобы я лезла в воду, а одна из них перевернула песочные часы. так понимаю, отсчёт пошёл.

Я залезла, куда сказано, не забывая настороженно поглядывать на выделенных мне помощниц. Те, как только я погрузилась в воду, тут же поднесли ко мне тарелки с едой и принялись кормить. Когда же я потянулась к подносу самостоятельно поесть, меня тут же ударили по рукам и заставили вернуть их под воду. Спорить не стала, хотя чувствовала я себя просто ужасно. Обращались, как с куклой, или что вернее — с дорогой игрушкой. Ею я, в общем-то и была, если так подумать. А они пихали и пихали в меня еду, не желая слышать ни единого отказа.

— Да не хочу я! — психанула в какой-то момент, вскакивая на ноги.

Нервы откровенно сдавать начали.

Только не плачь, Светик, не плачь!

Слава богу, настаивать больше никто не стал,

Не нужно было приходить к Северьяну в дом тогда. Или, раз уж пришла, стоило оставаться в комнате Максима. А я… Саму себя подставила, дура!

Андрей вернулся, как и обещал, через три часа ровно. Последние крупицы песка как раз упали на дно нижней чаши весов. Меня к этому времени успели не только высушить, но и облачить в какое-то персиковое безобразие под названием платье, которое больше открывало тело, подчёркивая все его достоинства, чем скрывало. Волосы оставили распущенными, хорошенечко расчесав.

При виде меня Андрей на мгновение застыл. затаив дыхание, после чего крепко поджал губы.

— Отлично постарались, девушки, — кивнул он стоявшим за моей спиной, после чего развернулся, бросив мне через плечо: — Идём.

И мы снова пошли. Обратно в сторону моей камеры, но мимо неё, дальше по коридору, до ведущей наверх узкой лестницы, вдоль очередного коридора в маленькую комнатку, где собрались другие участницы сегодняшнего аукциона.

Небольшая, неуютная, пустая, с дверью, ведущей, подозреваю в помещение, где проводились торги. По бокам от неё застыли два лысых бугая в чёрных одеждах, которые с пристальным вниманием следили за всеми присутствующими. Было тихо, как в склепе. Лишь тихие всхлипы изредка нарушали это безмолвие.

Я так и застыла на пороге, нервно сглатывая образовавшийся ком в горле. Почему-то только сейчас до меня в полной мере дошло, что будет дальше. Как дошло, так и накрыло паникой.

— Андрей, — позвала своего сопровождающего шёпотом. — Андрей, не надо, пожалуйста, — уставилась на него, больше не скрывая слёз. — Я тебя очень прошу, давай уйдём отсюда. Ну, не можешь же ты, по правде, оставить меня здесь? Ты же не такой, Андрей, я знаю, — обеими ладонями вцепилась в его запястье.

Андрей на мои слова только обречённо вздохнул.

— Не закатывай истерик, Светозара. Этим ты только себе хуже сделаешь. Всё уже. Смирись. Ничего не изменить. Ты здесь. И никто тебя не отпустит. Могу посоветовать только не отказываться от напитка, что тебе потом дадут. Легче пережить будет происходящее.

И ушёл.

Будто и не было того месяца, что мы общались с ним и даже ходили на свидание.

Действительно притворялся?

Да и к чёрту его! Всех к чёрту! И Северьяна в том числе! Будь проклят тот вечер нашей первой встречи! Ненавижу!

Помимо меня в комнате находилось ещё девять девушек. И все одетые в безобразия подобно моему. Одна так совсем девочка лет четырнадцати. Светловолосая, с фарфоровой кожей, пухлыми губками и потрясающе синими глазами, облачённая в голубое полупрозрачное платье — она забилась в угол и смотрела оттуда на всех широко распахнутыми глазами, в которых плескался страх. И я, как представила, что с этой малышкой сегодня будет, так аж перед глазами потемнело на мгновение, настолько воздуха резко стало не хватать.

Подонки!

Да как так вообще можно? Она же совсем мелкая ещё! Ладно взрослых девиц, но у этой даже грудь толком не выросла! Это ж каким извращенцем надо быть, чтобы возбудиться на ребёнка⁈ Я даже о собственном страхе позабыла, глядя на неё, такую маленькую и уязвимую. Ноги сами понесли в её сторону.

— Привет, — поздоровалась я с ней, присаживаясь рядом прямо на пол, зеркально отражая её позу.

Где-то читала, что это помогает располагать к себе собеседника. Вот и узнаем.

— Меня Светозара зовут, — представилась следом. — Я посижу с тобой, ты не против? Может, вдвоём будет не так страшно?

Ничего она мне не ответила, да и ладно, сидя рядом с ней мне и правда спокойнее. Наверное, действовал факт того, что я старше и должна показывать пример. Что, конечно, довольно смешно, учитывая, что меня саму заметно трясло от ужаса перед предстоящим аукционом.

Нас правда будут продавать, как каких-нибудь племенных кобыл? Показывать и представлять публике, а они назначать цену за нашу красоту? Ой, то есть девственность!

Господи, что за бредовый сон, и как мне поскорее из него выбраться?

Разбудите меня уже кто-нибудь, я выспалась!

Конечно же, никакого пробуждения не последовало. Наоборот, с каждой минутой всё становилось только хуже. Постепенно из комнаты уводили всех претенденток на продажу. Обратно уже ни одна не возвращалась. Атмосфера накалялась. В воздухе всё отчётливей чувствовалось напряжение, вот-вот комнату озарит молнией. И не факт, что не по моей вине.

В очередной раз щёлкнул замок аукционной комнаты, заставив всех нас вздрогнуть, и на пороге показался охранник. Не Андрей. Тот, как привёл меня сюда, так я его больше и не видела. Очередной лысый бугай во всём чёрном.

— Ты, — ткнул на одну из стоящих у входа блондинку в белом. — Твой черёд.

И без того светлокожая, она, казалось, побледнела ещё больше. Закачала головой, отступая.

— Нет, — произнесла едва слышно. — Нет. Не надо. Пожалуйста. Я не хочу.

Охранник продолжил смотреть на неё с безразличием.

— Либо сама, либо помогу, выбирай, — только и сказал.

Та всхлипнула и вновь покачала головой, отступая. А затем вовсе побежала от него. Прямо в стену.

Я в шоке смотрела на то, как блондинка врезается в стену, а затем её по инерции швыряет назад, отчего она чуть не падает. Но не падает. Всё тот же охранник помогает ей устоять на своих двоих.

Послышались шаги и к нему присоединился ещё один, такой же лысый бугай в чёрном, в руках которого я заметила шприц. Тонкая игла вошла в тонкую шею с такой лёгкостью, что враз не по себе стало. Девушка ещё немного побрыкалась, после чего обмякла, повиснув головой вниз в мужских руках.

— Эту на перевоспитание, а ей на замену брюнетку из десятой, — приказал последний.

Первый кивнул, поднял девушку на руки и понёс на выход, через который меня сюда привели. Мы все проводили их полнейшим молчанием под пристальный взгляд оставшегося бугая.

— Ещё кто-то хочет выразить протест? — оглядел он нас поочерёдно, задержав внимание на нас с девочкой.

Я тут же прижала её к себе за плечи, глядя на него, не скрывая мрачности.

Нагло? Опасно? Да. Тысячу раз да. Но и иначе не получалось.

Охранник тоже понял, прищурился, осматривая меня с интересом,

— Её очередь, — кивнул на сидящую рядом со мной.

Ребёнка закономерно затрясло. Да так сильно, что и мне передалось.

— Нет. Я пойду, — воспротивилась.

Понимала, что просто оттягиваю неизбежное для неё, но и пустить вперёд себя не могла. Не хотела видеть, как она уходит, чтобы больше не вернуться. Вот и поднялась с места, не позволяя ему отказаться от моего выбора. Да и не хотел он. Просто издевался над нами. Пропустил к выходу с самым довольным видом.

— Она всё равно окажется на твоём месте уже вскоре, — послышалось тихое в спину.

Проигнорировала.

Окажется, да…

Но я этого не увижу. И возможно, к этому времени самые извращенцы выберут одну из нас, старших, а ей достанется кто-то более мягкий. Глупая вера, но иного у меня не было. Поэтому, бесшумно выдохнув, ступила под лучи прожекторов импровизированной сцены.

Боже помоги мне…

Глава 33

В зале находилось человек двадцать. Из-за яркого света на сцене и темноты в зале они мне видны не были, только очертания их тел, но жадные взгляды ощущались очень отчётливо. Хотелось зажмуриться, но я не позволяла себе этой слабости. А ещё пристально вглядывалась, стараясь рассмотреть потенциальных покупателей. Да, искала среди них фигуру того самого нужного, кто бы мог меня спасти от происходящего. Но я либо слишком понадеялась на свою память, либо его и впрямь здесь не было.

Да и, если так подумать, разве ему сейчас до меня? С учётом произошедшего с Максом. Кто я ему? Никто. Так, глупая влюблённая девочка, которая вечно доставляет неприятности. С самой первой встречи. А если и есть дело, не факт, что за какие-то несколько часов он смог узнать, куда меня определили. Так что, Светик, если тебе и есть на кого рассчитывать теперь, то только на себя. В конце концов, вдруг мне повезёт, и меня никто не купит?

«И отправишься ты тогда сразу в руки Кавказца», — заметило мрачно подсознание.

Нервно сглотнула.

Неизвестно, что хуже…

Разница лишь в том, что своего похитителя я хотя бы знала.

Дурная мысль, но чем дольше я стояла перед всеми собравшимися, тем больше она мне казалась куда более привлекательной.

Похоже, от стресса я окончательно поехала мозгами.

— Итак, господа, перед нами очередная прекрасная девушка, — донеслось из динамиков по бокам, хотя ведущего я не видела.

Да и разве есть разница? Достаточно того, что говорил обо мне.

— Восемнадцать лет, девственница и о-очень непокорная, — перечислял мои якобы достоинства. — Для тех, кто любит погорячее. Начальная ставка сто тысяч евро.

Кажется, он ещё что-то говорил, но я его уже не слышала.

Сколько-сколько евро?

От названной суммы глаза на лоб полезли.

И это за одну ночь?

Да они точно здесь психи все! Такие деньги, и за что⁈ За какую-то девственность? Да за такие деньги я сама себя продать согласна, без всяких там аукционов, напрямую, тому, кто мне самой понравится, и при условии, что деньги мне в карман упадут, а не вот так… Право, обидно.

И о чём только не подумаешь, чтобы не впасть в истерику…

— Сто тысяч, — тут же отозвался, сидящий на первом ряду, мужчина.

Высокий и мощный, больше Северьяна. И это всё, что я могла о нём сказать.

— Сто пятьдесят, — вскинул руку кто-то с последнего ряда.

Его мне вообще никак не было видно. Я и руку не столько увидела, сколько движение уловила.

— Сто семьдесят, — послышался выкрик ещё одного покупателя, а у меня закружилась голова.

Малодушно представила в мыслях картину того, как все убивают друг друга, а я сбегаю из этого ужасного места. Никогда никому не желала зла, а тут…

— Двести тысяч, — ворвался в сознание голос из первого ряда.

— Триста, — вновь мужчина с последнего ряда.

— Пятьсот, — тут же повысил ставку первый.

Ой, мама…

Мне всё казалось жутким сном, который затянулся. Мечтала проснуться, но не выходило. Я то и дело зажмуривалась и вновь осматривала зал в надежде увидеть спасение хоть в ком-то. Но, конечно же, не находила. А выкрики всё продолжались и продолжались.

— Продано! — отозвалось набатом в моём сознании. — Мужчине с номером двадцать три за девятьсот тысяч евро.

Киллера, наверное, дешевле заказать, а тут за какую-то преграду организма такие деньги выложили…

Кто? Кто меня купил? И что меня с ним ждёт? То же, что ли, об стену убиться попробовать? Жаль, я о том слишком поздно задумалась, меня к этому времени уже схватил очередной лысый амбал и потащил прочь со сцены, в неприметную дверцу сбоку.

Мы оказались в длинном коридоре. Он сменился ещё одним, перешёл в лестницу, а та в уже знакомый коридор со множеством дверей по обеим сторонам. Так и дошли до выделенной мне комнаты, где нас уже ждал знакомый старичок-врач. И ничего хорошего от его появления я не ждала. Особенно, с учётом, что в руках он держал шприц, наполняя его каким-то веществом из небольшой ампулы.

За спиной лязгнул замок, отсекая меня от возможной свободы. Сам амбал остался стоять перед дверью.

— Что это? — не удержалась от вопроса, глядя на то, как старик избавляется от воздушной прослойки в шприце.

— Одно интересное психотропное, поможет тебе расслабиться, — отвлёкся он от созерцания жидкости и развернулся ко мне.

— З-зачем? Не надо, — качнула головой, отступая, не скрывая ужаса в голосе. — Я буду самой послушной, сделаю, что хотите, только не надо пичкать меня этой гадостью, пожалуйста.

Не хочу снова потом мучиться при отходнике. Мне и одного раза хватило.

— Конечно, будешь, — согласно кивнул старик и бросил взгляд на бугая за моей спиной.

Я и опомниться не успела, как оказалась в руках последнего. Тут же принялась брыкаться, но слишком крепко держал меня он, а я слишком слабая. Игла проткнула в вену. Я тут же напряглась, готовая к тому, что вот сейчас меня накроют какие-то ощущения, но на первый взгляд всё было, как прежде.

— Ну, вот и всё, — улыбнулся мне врач, убирая шприц и заклеивая место прокола пластырем. — Поверь, ты ещё спасибо скажешь за эту услугу. Да, потом немного потошнит, но зато никаких болезненных ощущений не испытаешь.

— Да пошли вы, — выдохнула зло, отстраняясь от них.

Те и пошли. Как только доктор местного разлива собрал свой чемоданчик. Щелчок замка возвестил о том, что я снова одна. Но это уже прошло мимо моего сознания. То ли препарат начал действовать, то ли я психологически вымоталась так сильно, но всё, на что меня хватило, это дойти до кровати и упасть

— Светозара…

Какой же у него красивый голос. Вечность бы только его и слушала вместо всяких песен. И смотрела в его потрясающе голубые глаза. Они у него и впрямь на звёзды похожи. Ярко сияющие и такие далёкие.

— Мне без тебя так холодно, — призналась, не сдержавшись.

Ну, и пусть не слышит, пусть это всё только в моём воображении, мне и того достаточно. До встречи с ним я вообще не знала, насколько сильными могут быть эмоции и чувства к кому-то. Что может быть так одновременно больно и хорошо. И что одна мимолётная улыбка может подарить тебе самые большие крылья за спиной, поднять ввысь. Да, падать больно, но этот момент, когда ты зависаешь над землёй, того стоит. И я готова пожертвовать всем на свете, чтобы хоть ещё разочек оказаться с ним на этой высоте.

— Не надо жертвовать. Никогда и ничем. Ни ради меня, ни ради кого-то.

— Но я так хочу…

Вновь прикоснуться к нему. Провести ладонями по его сильным плечам. Хоть раз. Не во сне. Наяву. Чтобы он тоже обнял меня. Крепко-крепко. Укрыл от этого мира и их проблем. Подарил нужное забвение и тишину моему измученному разуму.

— Я тебя так люблю. Сильнее ветра и выше неба.

И это была последняя мысль, после которой разум отправился в тот самый полёт. Несколько странный. Будто я не летела, а плыла. Но чувство тепла и защищённости перекрывали всю необычность ощущений. Да и зачем думать о подобном, когда так хорошо и надёжно? Будто я находилась в руках Северьяна. Думать о том, что я просто подменяю ощущения, а на деле со мной кто-то иной, не хотелось. Не важно. Всё не важно. Пусть это просто не заканчивается никогда…

* * *

— Я тебя так люблю. Сильнее ветра и выше неба.

Господи, дай ему сил это пережить и никого не убить в процессе.

Мало того, что он едва успел на устроенный этими ублюдками праздник девственности, так ещё и Светозара опять не в себе. А это её признание… Не слова — пули. Целая обойма и чётко в сердце. Маленькие ладошки, скользнувшие по его плечам, — цепи, от которых больше не избавиться. Приковала к себе, не вырваться. Не отпустит, сколько ни пытайся освободиться. Вокруг шеи намотала, заставляя дышать через раз. Аромат роз забил лёгкие, отравил разум, кровь и та загустела, напоминая расплавленный свинец по своему составу. Ядовитая куколка. Чьи губы всё ещё продолжали шептать романтичные бредни, жалили мозг подобно операционной игле.

Гадство!

Северьян честно старался абстрагироваться от её признаний, манящего шёпота, идеального тела, прижимающегося к нему так плотно и откровенно, что он выть готов был от несправедливости. Потому что… ну, не монах он, не монах. А его девочка в этом персиковом безобразии нереально красивая. И так откровенно подаётся навстречу, обнимает его уже не только руками, но и ногами, трётся бёдрами, так бесстыдно раскрываясь навстречу…

— Мать вашу! — выдохнул он в очередной раз и потянулся к простыне.

Завернуть и не смотреть.

«Не смотри, Холод, помни о том, зачем ты здесь, и что девочка не в себе. Не твоя. Не для тебя. Как бы тебе того не хотелось».

Мантра не спасала, но помогла взять себя в руки достаточно, чтобы исполнить задуманное.

Да, так, определенно, легче. Не видеть её, не чувствовать. Обнимать его она тоже теперь не могла. Чисто большой младенец. Смешно. Только весело совсем не было. Прижав свою драгоценность крепче к груди, он направился на выход, стараясь не смотреть по сторонам, чтобы не видеть, сколько ещё таких же, как его куколка, находилось в этом месте. И кому помочь не смогли или не успели.

Навстречу попался Андрей, но, заметив своего начальника, отвёл взгляд. Явно чувствовал себя виноватым. Зря. Ведь если бы не он, всё бы вышло куда как хуже. Отлично сыграл свою роль. И Макс с парнями благодаря ему живы и относительно здоровы. Все пули прошли навылет, не задев жизненно-важных органов. А то, что брат его теперь ненавидит… ерунда. Переживёт. Он и без того ненавидел Холода, ничего особенно не поменялось. Куда сложнее будет пережить ненависть Светозары…

А она будет ненавидеть, как поймёт, на что он пошёл, чтобы накрыть это место. Да, подставил. Осознанно. Но не мог он по-другому, не мог. Не было иного выхода. Они уже перебрали сотни вариантов, но Кавказец слишком осторожный, слишком продуманный, каждый раз менял дислокацию, зато не забывал кружить вокруг Светозары. А прилетевший Захар и вовсе добил.

— Холодов, это приказ. Мы не можем больше оттягивать операцию только потому, что ты влюбился в жертву обстоятельств.

— Поэтому ты собрался ей пожертвовать? Отправить девочку, как скотину, на убой, да? Когда ты стал настолько бездушным, Захар? Она ведь ребёнок, а ты предлагаешь мне отправить её к этим упырям? А если мы не успеем? Мы же ей жизнь сломаем, ты это понимаешь? — впервые в жизни сорвался Северьян.

— Я-то как раз понимаю всё, Ян, а в тебе говорит страх за неё. Он ослепил тебя, заглушил разумную часть. Напомню, что пока ты бережёшь одну, там гибнут десятки других. Их тебе не жалко?

Так. Всё так. Но кто бы знал, как сложно ему далось это решение. И как сложно сейчас было идти на выход, зная, что уже через несколько минут ему придётся совершить ещё одно предательство — отпустить ту, что стала дороже жизни. Отпустить и уйти, чтобы, возможно, больше никогда не вернуться.

— Я за ней присмотрю, — как издалека раздался голос появившегося рядом друга.

Северьян кивнул, продолжив путь.

Вокруг шныряли сотрудники группы зачистки и простые полицейские, за оцеплением на улице толпились пронырливые журналисты и простые зеваки.

— Я подогнал машину к заднему выходу. Вас никто не увидит. Захар разрешил тебе отвезти её самолично.

Северьян вновь лишь кивнул, свернув в нужную сторону.

Дальнейший час, что они ехали к дому девушки, он всё так же молча, крепко и осторожно прижимал её к себе. И домой не просто занёс под удивлённые и обеспокоенные взгляды и вопросы родителей, а дошёл до спальни куколки и уложил на кровать, не забыв укрыть

— Что пр…

— С ней всё хорошо, — отозвался Северьян, перебив все намечающиеся вопросы. — Она под воздействием психотропных, но к ней никто не успел прикоснуться. Но после пробуждения ей будет очень плохо. Позаботьтесь о ней.

— Что это всё значит? — возмутился отец семейства.

Ничего хорошего. Поэтому Северьян даже дослушивать не стал, развернулся и направился на выход, но в дверях задержался.

— Передайте ей, что мне жаль. И что я бы очень хотел, чтобы всё сложилось иначе, но, к сожалению, это невозможно. Впрочем, нет, не говорите ей ничего. Скажите, что её привёз Дима, а меня вы не видели и не слышали.

Дверь за его спиной захлопнулась с тихим щелчком. Глухой стук обуви по ступеням стал завершающей точкой в их со Светозарой истории, у которой и не могло быть иного финала.

Вот и всё.

Финита ля комедия…