Елена Безрукова

Брак с боссом. Ничего личного

Елена Безрукова

МАКСИМ.

— Очень жаль, что Сергей Михайлович нас покинул. Мы провожаем нашего вождя, не побоюсь этого слова, на пенсию и заслуженный отдых. Нам предстоит выбрать нового президента компании. Пока Иван Михайлович будет восстанавливать своё здоровье в лечебном профилактории.

Мы собрались в привычном конференц-зале, который обычно нагонял на меня тоску. Однако повод сегодня был нетривиальный: отец, который с основания фирмы управлял ею, решил уйти на отдых. Теперь бразды правления должны перейти кому-то другому.

Сыну — кажется самым логичным. Однако, не всё так просто.

В числе держателей пакета акций есть также и мой двоюродный брат, который также метил на место гендира. И решать, кто всё-таки займёт место управляющего будет совет директоров после того, как все желающие выдвинут свои кандидатуры.

Нас собрал юрист компании спустя несколько дней после проводов отца, чтобы поднять важный вопрос о том, кто и как будет дальше вести дела фирмы…

— Пока что исполняющим обязанности генерального директора назначен сын Ивана Михайловича — Максима Сергеевича Малинина.

— Согласно договору, составленному Сергеем Михайловичем, кандидат должен быть членом совета правления, знать фирму и работать в ней, а также — иметь семью. То есть, супруга или супругу. Это связано с тем, что с холостыми предпринимателями многие наши зарубежные партнёры не рискую сотрудничать, так как считают их ещё юными и не умеющими нести ответственность за свои поступки. Условия всем понятны?

— Да.

— Кто-то прямо сейчас готов выдвинуть свою кандидатуру на рассмотрение?

— Я готов, — встал на ноги двоюродный братец и насмешливо посмотрел на меня. — Все условия у меня выполнены. Даже наличие супруги.

Подкалывает меня. Я-то не женат, а значит претендовать на кресло гендира не могу.

Если срочно не женюсь, конечно.

— Кандидатура Никиты Павловича принимается, — кивнул юрист, явно одобряющий Никиту в роли управленца. — Кто-то ещё готов претендовать?

К моей радости, кроме нас с Никитой никто и не мог бы занять этот пост. Но и я не то, чтобы могу… Неужели так просто взять и отдать ему победу? Это моя компания, я тут с детства самого! Именно мой отец её создавал и был идейным вдохновителем. А родители Никиты, которые, к сожалению, до сегодняшнего дня не дожили, вошли в бизнес несколько позже — отец продал им часть акций и получил деньги на развитие бизнеса. Однако теперь он может претендовать на кресло самого главного в компании человека наряду со мной. Даже больше, чем я. Потому что он уже женат.

— Я хотел бы претендовать тоже, — поднялся я на ноги, и взгляды сотрудников устремились на меня.

— Но… Вы не женаты, насколько мне известно, Максим Сергеевич, — заметил юрист. — А значит, не можете получить это место согласно договору.

— Но финальные выборы когда у нас?

— Через десять дней.

— Ну вот через десять дней если я буду женат, то смогу посоревноваться за кресло президента, так?

— Ну-у-у… Теоретически, так. Но только сделка не должна быть фиктивной. Вы это понимаете?

— Ну что вы… Я просто скрывал от вас свою возлюбленную.

— Неужели? И кто же она?

— Об этом вы узнаете позже. Сюрприз, так сказать.

— Но вы не успеете сыграть свадьбу в течение десяти дней.

— Почему? Успеем. Мы шустрые. А пышная свадьба нам и не нужна.

— Что ж… Если этот вопрос будет решён за десять дней, то не вижу смысла отказывать вам в выдвижении вашей кандидатуры на место президента фирмы. Но имейте в виду — если всё ещё останетесь в статусе холостяка, будете автоматически дисквалифицированы, а место де факто достанется Никите Павловичу, и это будут не выборы, а уже коронация нового президента, потому как больше кандидатур, кроме вас двоих, не имеется.

— Я понимаю.

— Тогда на этом можно закончить. Исполняющий обязанности генерального директора у нас имеется — Максим Сергеевич. Его заместитель — Никита Павлович. Все отделы могут продолжать работу в штатном режиме, ну а на выборы постоянного президента компании мы с вами соберёмся ровно через десять дней. Всего доброго!

Все разбрелись по своим отделам.

Брат подошёл ко мне с наглой ухмылочкой.

— Ну и где ты найдешь не фиктивную жену за десять дней?

— А твоё какое дело? — огрызнулся я.

— А такое. Что я в курсе о том, что никого у тебя нет. И ты приволчишь фальшивую невесту. А я тебя раскрою перед всеми, и плакало твоё место президента.

— Невеста есть, — пожал я плечами. — Просто прятал её от таких, как ты. Чтоб не сглазили.

— Да что вы говорите… Ну, посмотрим, родственничек. Я буду за тобой внимательно смотреть.

— Глазки не сломай только, братец.

— Не переживай, не сломаю. Главное, чтобы ты в финале истории обломался по полной. Адьос!

Я ослабил галстук и выдохнул.

Братец-то прав. Никого у меня нет.

Я жениться и надевать на себя кабалу не собирался.

Но отцу приспичило составить договор таким образом, что без жены я не увижу и кресло гендира… Впрочем, не могу не согласиться с его логикой и доводами: всё действительно так, как прописано в договоре, отец это требование не с пустого места придумал или в старческом маразме…

Однако вопрос остаётся открытым: где мне резко найти себе жену, которая готова будет послушно изображать любящую супругу, которую я просто скрывал от любопытных глаз?

— Проходите. Пока что это ваш кабинет. Кабинет президента компании.

Администратор открыла передо мной дверь и пропустила первым.

Конечно, я уже не раз бывал в этой просторной комнате с большими окнами.

Но никогда — в роли генерального директора. Пусть и временно занимающий эту должность. Я надеялся решить проблему с женитьбой и занять это кресло уже на постоянной основе.

Неужели я себе девушку для такой роли не найду? Ерунда какая. Всё решаемо.

— А вот и Марьяночка.

— Здравствуйте, Станислав Григорьевич. Добрый день, Максим Сергеевич.

— Здравствуйте.

Я устремил взгляд на светловолосую, довольно молодую девушку, которая явно служила тут секретарём. Но я никогда не видел её возле кабинета отца. У него работала Светлана, женщина в очках и в летах… Они и её спровадили куда-то?

— Марьяночка пошла на повышение из отдела маркетинга и получила это место на конкурсе среди сотрудников, — пояснил администратор. — Она будет вашим секретарём. Ну и президента после, когда выберут постоянного… Ну а пока что — Марьяночка,

— Наслышана, — кивнула девушка, окидывая меня любопытным взглядом зелёных глаз.

— А куда вы дели Светлану? — спросил я Станислава.

— Светочка решила тоже уйти на отдых. Сказала, что ждала только Сергея Михайловича.

— Ну да, она тоже не молода…

— Увы, все не молодеют. А что такое? У вас есть какие-то претензии к Марьяночке? Она очень исполнительная и аккуратная. Подбирали для вас секретаря с любовью, так сказать.

— Какие у меня могут быть претензии? — снова уставился я на девушку, которая будет мне помогать в решении дел фирмы. — Я её впервые вижу.

— Не пересекались разве с ней в стенах фирмы? Она давно у нас работает.

— Нет. Не пересекались.

— Ну, ничего страшного. Познакомитесь. Сработаетесь. А коли нет — заменить секретаря будет можно. Если вы останетесь в кресле директора и пожелаете получить замену. Но вы сначала приглядитесь. Марьяночка — истинный бриллиант.

— Не сомневаюсь… — хмыкнул я, раздумывая о том, что девчонка, похоже, запала в душу нашему администратору — вон как нахваливает её. А может, в самом деле она толковая работница. Не просто же так она выиграла конкурс на это место. Уверен, это не было легко и просто. Как минимум, она умнее других претенденток, целеустремлённая и с крепким характером. Скоро узнаем.

— Тогда оставляю вас знакомиться и обживаться в вашем новом кабинете. Если что — звоните, я всегда на связи.

— Да, хорошо.

Администратор ушёл, а мы с девушкой уставились друг на друга.

— Может быть, хотите кофе? Или чай, — предложила Марьяна, нарушая затянувшуюся неловкую паузу.

Всё это время я стоял и разглядывал девушку.

А ничего она. Ладная, симпатичная. Если ещё умная и кофе варит не поганый — цены ей не будет.

— Кофе. Отличная идея, — ответил я.

— С молоком, сахаром? Какой кофе вы любите?

— А какой вы сносно готовите?

— Кофемашина всё хорошо готовит, — улыбнулась она. — Мне остаётся лишь нажать кнопку. Надеюсь, с этим я справляюсь сносно.

— Что ж, — улыбнулся я в ответ. А общение с ней пока что складывается довольно комфортно, чувством юмора Марьяна не обделена. Не люблю скучных селёдок… — Тогда закажите машине капучино с двумя ложками сахара.

— Конечно. Сейчас принесу. А вы пока располагайтесь. И добро пожаловать.

— Спасибо…

Я прошёл к столу и сел в кресло президента компании, положив ладони на стол.

Моё царство. Никому не отдам.

— Если вам нужна статистика отдела маркетинга, то делаете шаг назад и видите все отделы по папкам, — щёлкала она мышкой в компьютере на моём рабочем столе. — Всё просто. Но если нужна моя помощь — зовите. Я рядом.

— Да уж… Сегодня я с вами прямо расстаться не могу, — пробурчал я.

Вроде всё это знакомо мне, но как точно организовано я мог узнать только в кресле директора. Вот и узнаю. Марьяна знает о нашей работе больше меня — она действительно исполнительна, умна и аккуратна. Мы провели с ней целый рабочий день и я не заметил, как пролетело время. Она очень много мне помогала и я остался ею доволен. Пожалуй, оставлю её работать здесь, когда займу кресло гендира уже официально. Только жену найду — делов-то!

— Ничего, это с непривычки, — улыбнулась девушка, пытаясь меня поддержать морально. — Скоро вникните и сами всё будете находить. А если нет — то найду я. Я ведь для этого здесь и нахожусь.

— Да… Ну что ж… Уже перевалило за шесть часов. Я начинаю вас нагло эксплуатировать, Марьяна. Пора отдыхать.

— Ну что вы… — рассмеялась она. — Какая тут эксплуатация… Ничего удивительного нет, что в первые дни мы можем провести в офисе больше времени, пока вы вникаете во всё. В моих же интересах ввести вас в курс дела скорее.

— Да. Чтобы я меньше звал вас сюда и вы могли передохнуть от работы минутку.

— Именно. Но если вы меня уже готовы отпустить, то я, пожалуй, всё же оставлю вас.

— Да… Можете быть свободны. Завтра к девяти, не опаздывайте, пожалуйста — не люблю этого.

— Не имею привычки опаздывать и подводить босса, — отозвалась она. — Буду вовремя. До завтра, Максим Сергеевич.

— До свидания, Марьяна… Идите, я ещё немного поковыряюсь в папках…

— Да, конечно. До свидания.

Она ушла и прикрыла за собой дверь.

Я ещё немного походил по папкам на рабочем столе.

Да, информации много, за вечер не освоить.

Надо бы мне тоже поехать и отдохнуть, а завтра с новыми силами продолжить работу.

— Алло, — принял я звонок, поступивший на мой смартфон. — Да, мам. Да, конечно, не забыл, что вы ждёте меня на ужин. Еду. Ну, пока ещё в офисе, поэтому ты не слышишь шума езды… Да, всё уже бросил, компьютер выключаю и бегу к вам, ма! Не переживай. Скоро буду. Купить в магазине твоего любимого? А, папа купил уже. Тогда сразу к вам. Да. Еду.

Я повесил трубку и засобирался. Совсем забыл за работой, что меня мама с папой на торжественный ужин ждут. Таким образом они меня хотели поздравить за моё назначение на место И. О. президента компании, пусть и пока что временно. Они тоже надеяться, что я получу этот пост согласно уставу, который придумал мой же отец.

На парковке я столкнулся с братцем…

— Ну что? Как тебе кабинет президента компании? — спросил он, когда мы поравнялись.

— Отличный. Очень удобный. Как для меня прямо, — ответил я.

— Это ненадолго. Когда президентом назначат меня, я всё переделаю так, как нравитсямне.

— Сначала стань президентом, потом уже ремонтируй кабинет.

— Стану. Ты в этом сомневаешься, братец? — Никита опёрся об открытую дверь машины и смотрел мне в глаза.

— Сомневаюсь, — ответил я насмешливо. — Есть кандидаты получше тебя.

— Это какие? Неженатые кандидаты, да? У них нет шансов выиграть это место.

— Это поправимо.

— Как же ты планируешь поправить отсутствие жены так скоро?

— Не твоего ума дело, братец, — елейным голосом ответил я. — Поправлю. За меня можешь не переживать. О себе беспокойся. Потому что ты продуешь, понял?

— Ой какие жаркие речи, — хмыкнул Никита. — Жаль, что всё это так и останется словами. Потому что ты проиграешь. Никакой невесты у тебя нет.

— Есть.

— Тогда познакомь её с родственниками. А то ты жениться собрался, а мы её знать не знаем, видеть не видели. Пригласи её на ужин к нам с супругой. Послезавтра.

Захотелось матюкнуться. Громко.

Где я ему невесту найду до послезавтра? Когда ещё работы так много.

Братец загоняет меня в угол. Впрочем, ничего удивительного, ведь он тоже

Но во мне взыграл азарт, упрямство, нежелание проигрывать.

— Хорошо. Придём с невестой к вам на ужин, так и быть, — ответил я, садясь в машину. — И ты поймёшь, что я не лгал.

— Ждём с нетерпением! — усмехнулся брат, тоже сел в автомобиль и резко стартовал с места.

И я тоже поехал в сторону дома родителей.

Сроки на поиски невесты всё сокращались и сокращались…

Ну, в крайнем случае, я могу сказать, что она заболела, её прихватил жуткий понос, и она не смогла пойти со мной. Но слишком долго скрывать враньё не выйдет и искать невестушку надо было.

Только где? Обратиться в брачное агентство?

Нужна была девушка, которая мне не близка и не знакома с моим окружением. Потому что иначе она держать язык за зубами не будет… Значит, знакомые девушки и дочери друзей моих родителей точно исключаются.

Тогда кто?

Новый день был снова очень насыщенным и плодотворным.

Вот только я совсем забыл про поиски невесты за работой…

А к вечеру заявился братец — напомнить мне об ужине.

— Ждём вас с невестой завтра, в семь вечера, — говорил он мне, рассевшись словно вальяжный кот в кресле для посетителей.

Он чувствовал мою ложь и вынюхивал, ждал момент, когда я оступлюсь и он опозорит меня перед всем советом акционеров, заявив, что я всех обманул и женитьба моя — фикция. Но я не дам ему этого сделать!

— Мы придём, обязательно.

— Так кто она? Может, уже расскажешь? Где ты мог найти невесту, если живёшь в стенах этого офиса? Неужели кто-то из сотрудников?

— Именно так.

— Вот как… Служебный роман?

— И что такого? Ты сам на Жанне как женился?

— Не осуждаю. Просто — не верю.

А мне в голову пришёл план. Возможно, не очень хороший, но уж больно хотелось утереть нос братцу.

— А я тебе сейчас её покажу.

— Серьёзно? — встрепенулся Никита.

— Конечно. Одну минуту… Переговорю с ней, а то она стесняется афишировать наши нежные отношения… Пересуды будут и всё такое прочее.

Я оставил брата одного и вышел в приёмную.

— Марьяна, идите сюда, — поманил я её в переговорную, которая примыкала к приёмной. — Мне нужно вам кое-что сказать.

Девушка послушно проследовала за мной. Я закрыл за ней дверь, убедился, что нас в кабинете президента компании не слышно, и обратился к ней.

— Марьяна… Я понимаю, что моя просьба покажется вам сейчас странной, но… Вы должны меня выручить.

— Что вы имеете в виду? — захлопала она длинными ресницами.

Девчонка в самом деле смышлёная. Сразу поняла, что я не о работе говорить собрался. Не знаю точно, откуда у меня появилось такое понимание, но уверен был, что мы оба понимали, что речь пойдёт не о работе сейчас.

— Марьяна, — подошёл я ближе к ней и встал рядом. Смотрел в её зелёные глаза. — Подыграйте мне. Будто вы — моя девушка.

— Что, простите? — рассмеялась она.

Марьяна решила, что я шучу… Понимаю, что выглядит всё по-идиотски, но я, увы и ах, вовсе не шутил.

— Подыграйте мне, что вы — моя любимая девушка, невеста.

— Невеста? — совсем обалдела Марьяна и отступила от меня на шаг. — Что за шутки, Максим Сергеевич?

— Нет времени объяснять сейчас, — обратился я к ней. — Подыграйте мне, и всё. Я потом всё вам объясню.

— Но…

— Подыграйте. Вы хотите тут работать? Или нет?

— Хочу.

— Тогда делайте, что я говорю — изобразите со мной любовь. И зовите меня Максим, на ты. Иначе странно будет.

— Ох… Я попробую, только не понимаю, зачем вам это нужно.

— Потом всё. Провалите это маленькое шоу — на работу можете завтра не приходить.

Марьяна побледнела. Она боится потерять это место. Это хорошо. Значит, будет играть то, что я попрошу. Потому что я тоже своё место потерять не хотел бы.

— Идёмте. Делаем вид, что вы стесняетесь огласки и афиширования наших отношений. И постарайтесь молчать, я сам всё сделаю и спроважу братца.

— Ну… Хорошо.

— Извините… — развёл я руки в стороны и слегка приобнял её за талию.

Девушка тут же дёрнулась в сторону от меня.

— Тише. Мы же пара, вы забыли уже?

— Н-нет… Извините.

— Расслабьтесь. Я всего лишь вас приобнял. Большего не будет, обещаю.

Она выдохнула и перестала пытаться убежать из моих объятий.

— Ну улыбнитесь же. А то я вас словно на казнь веду.

Она постаралась придать лицу безмятежное выражение. Ну, это лучше, чем хмурое, напряжённое лицо.

— А вот и мы, — зашёл я в кабинет в обнимку с Марьяной, которая явно чувствовала себя неуютно, но предвидя это я придумал легенду об очень стеснительной невесте.

— Ничего себе, — встал на ноги брат. — Марьяна?

— Да. Марьяночка — моя невеста, — прижал я к себе её крепче. — Мы не хотели объявлять о наших отношениях и помолвке до назначения меня президентом. Но раз уж такие условия договора, чтобы занять это место, то пришлось нам показать наши отношения.

Плохой. Сердце вдребезги

— Значит, вот кто твоя невеста? — продолжал удивляться Никита. Хотя судя по его глазам он на не поверил… Может, моя затея и не выгорит, но пока я буду играть роль до конца. Если Марьяна не подведёт, конечно. Но если она не хочет потерять это место, то придётся ей немного поплясать под мою дудочку и побыть невестой.

— Ну, познакомился? — спросил я, отпуская Марьяну. — Иди милая, собирай вещи. Скоро отвезу тебя домой.

Она неловко улыбнулась, но ничего не сказала. Попрощалась, спрятала глаза и тихо ушла из кабинета.

— Ну всё? Убедился?

— Ты мог просто пообещать девушке денег, чтобы она подыграла тебе, — отметил Никита.

Да. Или запугать увольнением… Так себе я начальник. И человек… Но на войне все средства — хороши. Цель оправдывает средства.

— Можешь думать, что угодно, братец. А невеста у меня есть. И мы придём к тебе на ужин завтра.

— Будем ждать с нетерпением.

— Ага. Ну, не задерживаю тебя. Извини, много дел.

Я взял ключи от машины и вышел из кабинета.

— Марьяна, ты собралась? Поехали, я тебя отвезу.

Плохой. Сердце вдребезги

— Д-да. Хорошо…

И она послушно пошла следом за мной к лифтам.

— Простите, но что это было? — спросила Марьяна меня в лифте.

Логично, что надо дать какие-то объяснения ей.

Решил рассказать

— Да, я полагаю, что должен объясниться с вами, — сказал я, доставая ключи из пиджака. — Давайте я вас подвезу, раз уж обещал. И заодно расскажу всё.

— Ладно, — пожала плечами она. — Променять душный автобус на ваш автомобиль я с радостью готова.

Я невольно рассмеялся. Всё-таки с чувством юмора у неё вовсе неплохо. Да и в целом разговаривать с ней комфортно. Редко такое бывает, что человека почти и не знаешь, вчера буквально познакомились, но с ним отчего-то беседовать и находиться в одном помещении легче и проще, чем с теми, с кем знаком не первый год… Удивительно иногда всё выходит в этой жизни.

Мы сели в машину и выехали с подземной парковки.

Марьяна послушно заняла пассажирское место рядом со мной и молча ехала, смотрела в окно.

— Э-э… Так вот, — заговорил я когда машина набрала скорость. — Насчёт этого цирка. Простите меня. Я понимаю, что выглядел идиотом в ваших глазах, наверное.

Она продолжала молча слушать. Не перебивала.

— Мне этот спектакль понадобился для брата двоюродного. Никита Павлович, который вечером заходил — мой двоюродный брат. Ему хотелось увидеть прямо сейчас мою невесту. И проблема в том, что никакой невесты у меня нет. Пришла в голову, возможно не самая лучшая идея, но уж какая появилась — показать вас и представить невестой. Довольно логично, что мы знакомы давно, работаем в одной компании и могли закрутить роман. Никто же не знает точно, когда мы на самом деле познакомились. Мы могли просто не афишировать наши отношения и вообще наличие знакомства. Понимаете?

— Ну… Да. Только цель этого спектакля мне пока не ясна, — отозвалась она. — Для чего вашему брату видеть вашу невесту и как его в принципе беспокоит наличие её у вас?

— Да, понимаю… Всё это из-за устава, который написал мой отец.

— Устава?

— Да. Ты ведь знаешь, что Сергей Михайлович, мой отец, ранее руководил компанией, но теперь ушёл на пенсию?

— Конечно. Обо всех важный кадровых перестановках в компании мне известно. Я и… вас знала и видела. Это вы меня не замечали среди тысячи других. Так что если скажете, что мы знакомы давно, то почти и не соврёте.

Мы оба рассмеялись. Действительно, наполовину — правда.

— Ну вот. Теперь, когда отец покинул компанию, кому-то надо ею управлять.

— Но… Я думала, вас назначили.

— Назначили временно исполняющим обязанности.

— Правда? Я считала, этот вопрос решён… Ну, точнее, вы с отцом это обговорили… Ну, без всех.

— Нет, — покачал я головой. — Мой отец — очень честный человек. К тому же брата двоюродного уважает и пророчит место директора компании не мне, а ему. Родители Никиты погибли, пакет акций достался Никите. И отец считает, что его стоит поддержать в выборах на место президента, а не меня.

— Понятно, — кивнула она и снова замолчала, ожидая, что я продолжу рассказывать.

— В общем, будут выборы на пост советом акционеров. Через десять дней.

— А причёт тут наличие невесты у вас?

— При том, что в уставе отец прописал, что занять пост директора компании может только женатый акционер фирмы.

— А-а… Поняла. Поэтому вы придумали невесту, чтобы иметь шанс выдвинуть свою кандидатуру?

— Да. Но вот беда — невесты нет. И найти её надо очень быстро.

— А я так удобно подвернулась вам сегодня под руку, — сузила она зелёные глаза.

— Ну… Да. Брат так настойчиво требовал показать невесту ему. Не верил, что это всё не фальш.

— Но ведь на самом деле — фальш.

— Да. Полная…

— И что вы будете делать дальше?

— Пока не знаю. Но теперь вам придётся подыгрывать мне. Пока я не выиграю эту гонку за кресло.

Девушка нахмурилась. Идея целых десять дней притворятся моей невестой, кажется, ей не очень понравилась. Но теперь уже нам не выкрутиться.

— Марьяна, — посмотрел я на неё, остановившись возле дома, в котором она жила. Обычная серая пятиэтажная “панелька” в спальном районе. — Я уже сказал, что мы — пара. Представляете, какими теперь идиотами мы будем с вами выглядеть, если я скажу завтра, что пошутил?

— Да, не очень… кхм… умными.

— Подыграйте мне. Я хорошо вам заплачу за услугу.

— Десять дней? — смотрела она меня в ответ.

— Да. Десять дней.

— А потом?

— После выборов, вы имеете в виду?

— Да. Что будет со мной потом?

— Мы расстанемся, — сказал я и заулыбался сам. Всё-таки звучит всё это максимально глупо, хоть я и сам заварил эту кашу. — Но останемся друзьями. И продолжим работать. Погорюем немного, конечно, но не сильно.

— Не знаю, Максим Сергеевич… Ну и придумали вы, конечно.

— Обратного пути уже всё равно нет. Подыграешь мне — получишь хорошую премию.

Открыла дверь ключом, зашла в коридор тесной квартирки и устало присела на пуфик.

Скинула туфли на каблуке и вытянула ноги.

Целый день бегать на них было довольно трудно… Обычно я носила удобные мокасины или балетки, но сейчас дресс-код требовал именно туфли. С непривычки ноги гудели…

Да ещё устроенный внезапно цирк от Максима меня совсем из колеи выбил.

Целых десять дней изображать его избранницу… Не уверена, что смогу и ничего не напортачу…

Мы совсем ничего друг о друге не знаем. Наш обман вскроется на раз-два…

С другой стороны, десять дней не так уж и много. Можно продержаться.

А хорошая премия мне, конечно, не помешает. Всей нашей семье.

Может, стоит попробовать подыграть ему? От меня не убудет, спать нас вместе никто не заставляет… Соблюдать приличия я, думаю, Максим будет. Кажется, я вовсе не в его вкусе. А значит, и приставать ко мне ему в голову не придёт, даже если я буду изображать влюблённую в него девушку.

— Марьяночка, — встретила меня мама, вытирая руки кухонным полотенцем.

Я заметила, что глаза у неё красные. Она плакала.

Я нахмурилась. Неужели опять?

— Мам, Димка… Ему снова плохо было?

Прямо сейчас он находился в стационаре больницы.

Он часто стал падать в обморок, плохо ел, температурил.

Врачи заподозрили у него тяжёлое заболевание, на лечение которого у нас денег не было. Сейчас его осматривали врачи, оказывали, какую могли помощь, но пока ситуация только ухудшилась.

— Диагноз подтвердили, — сказала мама, закрыла лицо кухонным полотенцем и разрыдалась прямо в него.

В горле тут же встал ком.

Это диагноз — практически приговор моему младшему брату.

Такое заболевание в России не лечат… Таких денег у учительницы старших классов и у её дочери-секретаря нет.

Но сейчас мне раскисать нельзя. Маме плохо, Димке плохо. Я должна держать себя в руках и быть сейчас

— Мам… — гладила я её по спине, пока она прижималась ко мне и плакала. — Ну, может, всё-таки ошибка? Ещё какие-то анализы сдать надо.

— Не ошибка. Анализы все взяли несколько раз… Надо его везти оперировать в Израиль. А где мы такие деньги возьмём? У нас даже на билет туда не наберётся…

— Фонд помощи, — взяла я её за плечи. — Мы обратимся в фонд помощи и попробуем собрать деньги на эту операцию. Выход обязательно найдётся. Мы не дадим ему погибнуть, ты слышишь?

— Мы… можем… ох… Не успеть… — Мама села на пуфик и разрыдалась ещё горше. — Сейчас надо. Ещё можно спасти его… Через полгода будет уже последняя, неизлечимая стадия.

От таких страшных слов я и сама словно онемела, и только и могла что сидеть на полу возле убитой горем мамы и гладить её, чтобы хоть немного успокоить.

Но как после таких новостей успокоишься? Мы понимали по симптоматике, что с Димкой что-то нехорошее творится, но такое страшное заболевание не предполагали. Ему всего одиннадцать… Ещё жить да жить.

Но как же ему помочь?

Мама в отчаянии. И я недалеко от этого…

— Я попробую всё-таки сбор организовать, — сказала я маме. — И параллельно буду пробовать взять кредит в банке.

— Такую сумму не дадут тебе. Вот…

Мама протянула мне информацию с примерными ценами на подобные операции и реабилитацию, лечение после операции…

Да уж, сумма внушительная. Очень внушительная.

Никто из нашей семьи таких денег никогда в руках не держал, а теперь мне откуда-то надо достать эту сумму.

— Мы постараемся частями собрать. И квартиру… Мам, выставляй её на продажу.

— А жить где будем? — плакала мама. — Боже мой, какой ужас! Как же её быстро продать, и куда мы потом пойдём?

— Будем снимать… А быстро продать можно по сниженной цене. У нас выхода нет, мам.

— Ладно. Конечно, я понимаю… Я и сама об этом думала, но как это делать я даже не знаю.

— Оставь это мне. Ты Димке готовишь?

— Да. И тебе тоже. Сейчас доделаю и повезу ему в больницу. Он не хочет есть больничное питание…

— Ещё бы. Оно там никакое.

— Да.

— Ну… Готовь и вези. Я займусь продажей квартиры и сбором средств для Димки.

В горле опять появился ком, когда я произносила эти слова. Не думала, что когда-то окажусь в такой ситуации…

Чтобы не терять времени впустую, я быстро ополоснулась в душе, проводила маму в больницу к брату, на скорую руку поужинала и села за ноутбук — впереди ещё целый вечер работы…

К девяти я уже была на рабочем месте несмотря на своё разбитое состояние и бессонную ночь. Я слышала, как плачет мама, пыталась её успокоить, себя успокоить, плакала с ней в обнимку…

Тяжело это всё, и помочь ничем нельзя. По крайней мере, так скоро.

В фонд на сбор средств я подала заявку, даже в несколько фондов. Теперь они проверяют документы, я выслала им сканы. Один из банков предоставил мне кредит под залог квартиры — достаточно большой. Заодно продавать её и снимать другое жильё надобность отпала. Мы можем продолжать жить в нашей квартире, только юридически она временно будет принадлежать не нам… На срок, пока кредит не будет выплачен. Дали мне его на целых семь лет, но ничего — справимся, выплатим… Лишь бы брат был здоров. А деньги… Даст бог — заработаем.

Ещё у меня появилась мысль поговорить с новым боссом о выдаче ссуды от компании… Такое практиковалось для проверенных сотрудников, у которых договор действует ещё долго с компанией.

Максим Малинин показался мне неплохим человеком. Несмотря на то, что мы с ним разного поля ягодки, я не чувствовала от него снобизма и чего-то мерзкого, высокомерия какого-то, как от многих других богачей. Может, в нём ещё не всё человеческое пока что атрофировалось и он войдёт в положение моей семьи и поможет получить за йм от фирмы?

Платить всё, что я планирую занять, мне будет очень трудно, но выбора мало.

К тому же, если всё получится, то собирается около семидесяти процентов необходимой суммы на лечение, но я надеялась, что нам поможет дособрать недостающие средства фонд помощи.

В общем, буду действовать по ситуации. Может, мы сможем как-то управиться в ту сумму, которую удастся выручить…

— Марьяна, вы меня слышите? — прорвался голос Максима сквозь мои невесёлые мысли.

— А… Ой. Простите. Что вы сказали? — вскочила я на ноги, словно мне за шиворот льда накидали.

— Я с вами поздоровался, — ответил мужчина, внимательно меня разглядывая. — С вами всё в порядке?

— Да. А что такое?

— Вы бледная. И не обратили внимания, когда я зашёл и поздоровался с вами.

— Простите, пожалуйста. Я… задумалась. Хотите кофе, Максим Сергеевич?

— Хочу. И себе сделайте, пожалуй… Не помешает.

— Да. Хорошо. Сейчас принесу.

День потёк своим чередом. Я старалась не выключаться из работы из-за личных проблем. Это не должно отображаться на делах фирмы и на моей работе. Нельзя сейчас разочаровать босса, который, возможно, будет решать, оставаться ли мне на этом месте или нет. Сейчас разозлю его своей нерасторопностью на фоне расстройства и потеряю ещё и хорошее место, и хорошую заработную плату… Не дай боже!

Надо собраться и делать свою работу на отлично!

И я держалась молодцом, пока к окончанию рабочего дня не перешла в теме займа…

— Максим Сергеевич, можно с вами поговорить? — спросила я, закрывая папки и готовясь их убрать на полки, чтобы затем покинуть стены офиса — рабочий день закончился.

— Да, слушаю, — оторвал мужчина взгляд умных серых глаз от монитора и остановил его на мне. — Может, завтра уже? Половина седьмого уже.

— Это очень важно. Можно я сегодня задам свой вопрос?

— Валяйте, — указал он рукой на кресло для посетителей с другой стороны его огромного дубового письменного стола. — Что там?

— Это личное. Я… хотела бы попросить вас подписать разрешение для бухгалтерии на этот… займ.

Я робко протянула ему листок А4 с заявлением от моего имени. Сумму я указала ту, которую по моим ощущениям, мне могли бы предоставить.

— Хм-хм… — покашлял Максим, проглядев информацию в заявлении. — Сумма достаточно большая, чтобы я сразу не дал вам ответ.

Я закусила нижнюю губу и опустила глаза. Всё-таки перегнула с суммой…

Компания не готова мне её предоставить.

— Я согласна изменить сумму на меньшую, — подняла я глаза. — Если это… много.

— Вы знаете, Марьяна, — вздохнул Максим Сергеевич. — Сейчас в целом

— Да. Знаю. Но мне очень нужно.

— Я понимаю. Иначе бы вы не стали просить займ.

— Но вы хотя бы подумаете? Я готова на сумму меньшую. Ту, какую готова предоставить мне ваша компания.

— Хорошо. Я подумаю, но обещать, что подпишу, даже на меньшую сумму, к сожалению, не могу.

— Понимаю… — почти прошептала я, чувствуя как ком в горле стал совсем невыносим и по щекам побежали слёзы, хоть я и старалась их сдержать.

Без этого займа денег совсем ни на что не хватит…

Что же мне делать? Бедный Димка. Бедная мама…

Что ж я ей скажу? Ведь она надеялась на этот займ, также, как и я.

— Ну вот… Марьяна. Ну вы что?

Максим поднёс мне салфетки, чтобы я вытерла слёзы.

— Я вас обидел, что ли, чем-то?

— Н-нет… Конечно, нет… Просто… Мне очень нужны эти деньги.

— У вас что-то случилось? В семье?

— Д-да…

— Серьёзное?

— Очень. Вопрос жизни и смерти.

— Что ж… Тогда я подумаю, чем вам можно помочь, — ответил он, протягивая мне новую салфетку.

— Спасибо… вам, — я смотрела ему в глаза.

— Я обязательно подумаю, чем помочь, — повторил он. — А теперь — домой. Отдыхать.

— Да… Да.

— Марьяна… — Он вдруг подошёл ко мне ближе и дотронулся до лица. — Не плачьте. Я постараюсь помочь.

— Спасибо, Максим Сергеевич.

Его тёплая ладонь лежала на моём лице. Мне так не хотелось, чтобы он её убирал…

Боже, не хватало мне ещё влюбиться в своего босса!

Но разве нам под силу управлять своими чувствами?

— Я… подвезу вас.

— Да не стоит. Я сама доберусь.

— Вам явно не очень хорошо. Позвольте мне помочь вам хотя бы так.

— Что ж… — невольно улыбнулась я. — Я снова только рада поменять автобус на вашу прекрасную машину.

— Тогда едем. У меня ещё планы на вечер…

— Может, я сама доеду, если я вас как-то стесню?

— Марьяна, собирайтесь быстрее.

Больше я спорить не стала. Переобулась в уличные туфли, накинула плащ и вышла следом за Максимом.

Как и в прошлый раз мы молча выехали с парковки.

Я смотрела в окно. Потом стала разглядывать машину.

Да, она определённо лучше душного автобуса.

Жаль, что каждый день так не напроситься меня катать.

Хотя, если я в статусе его невесты, то, наверное, странно, что я катаюсь на автобусе после работы… Может, он и покатает меня эту неделю. Тоже неплохо.

Но лучше бы с кредитом помог… Вот тут я была бы ему премного благодарна.

Старалась не думать о грустном, а то слёзы сразу на глаза наворачивались.

Не хотела портить своими слезами настроение другому человеку и грузить личными проблемами снова. И так много ему рассказала того, что его, по сути, вовсе не касается.

— Чёрт… Совсем про него забыл, — пробурчал недовольно Максим и принял звонок, поступивший на его смартфон. — Да. Э-э… Нет, Никита, мы не приедем. Только что хотел позвонить тебе и сказать, что, увы, мы с невестой быть у вас на ужине не сможем. Ей стало нехорошо, везу её домой. Не до гостей… Да, конечно, вызовем врача. Извинись перед Жанной, она, наверное, с ужином старалась. Да, спасибо. Обязательно передам, чтобы Марьяна поправлялась. Ладно, не могу больше говорить, я за рулём. Пока.

— Кажется, мы прогуляли ужин у вашего брата? — подколола я его.

— Да. Тебе стало плохо, и мы не явились. Но Никита желал вам скорейшего выздоровления.

Мы оба спрятали улыбки. Ситуация всё-таки забавная.

И у нас словно есть общее дело, общая тайна. В этом что-то было…

— Да чего туда таскаться… Мы толком не знаем друг друга… Спалимся.

Я снова подавила улыбку. Вроде бизнесмен крупного ранга, но в силу молодости выражается иногда весьма эпично… Впрочем, мне это нравится. Я всегда считала, что миллионеры — снобы и сухари без чувства юмора. Но этот точно не такой… Даже как-то жаль, что то, что мы с ним пара — сказка для устава компании.

Ой. О чём это я думаю? Наверное, не стоит таким мыслям поддаваться…

Нельзя мечтать о том, чего никогда не достигнуть.

Это — опасные мечты. Они потом разбивают глупое сердце.

Как говориться, гусь свинье — не товарищ.

Вот и я Максиму — не товарищ, и мой удел — носить ему кофе.

Но его тёплые руки на моей талии никак не выходили из моей головы со вчерашнего дня, даже несмотря на то, что это был элемент нашего шоу.

Я ругала сама себя за то, что вспоминала это, но картинки снова и снова всплывали в голове. Точнее, даже не картинки, а именно сами ощущения… Едва закрывала глаза, снова чувствовала его пальцы на ткани своей сорочки…

— Марьяна.

— А? Да? — вынырнула я из дрёмы.

— Мы приехали. Как спалось?

— Ой. Я заснула, да.

— И даже чуть-чуть храпели.

— Ого… Простите.

— Ничего страшного, мне не мешало это вести машину.

Я не очень поняла, юморит он или серьёзно говорит. Но скованно улыбнулась и стала собираться на выход.

— Что ж… Спасибо, что подвезли.

— Марьяна. Я хотел поговорить с вами кое о чём ещё.

— Да… Слушаю, — потёрла я глаза.

Устала за день, да ещё наревелась… Это тоже не прибавляет сил. Но если босс желает поговорить, придётся слушать.

— Н-да… — хмыкнул он. — Вы совсем устали. Ладно, давайте тогда перенесём разговор на завтра.

— Буду очень благодарна… Глаза в самом деле слипаются просто, — ответила я.

— Идите отдыхать. Потерпит до завтра.

— Спасибо вам… За понимание.

— Доброй ночи, Марьяна.

— Доброй ночи.

Я вышла из машины и проводила взглядом его машину, выезжающую со двора.

Интересно, куда он поедет отсюда?

Максим сказал, что у него есть ещё какие-то планы на вечер.

Ну, наверняка с девушкой встречается. Должна же быть у него девушка.

Всем нужна… любовь. В том или ином её проявлении.

Только вопрос: отчего он не женится на той девушке, с которой встречается?

Какая-то странная ситуация с этим уставом и условием быть семьянином…

Что ж, у богатых свои причуды…

Мы, бедняки, рабочий класс, ищем пропитание, возможность одеть и обуть детей, накормить родителей, оплатить свою хижину. А богатые ищут себе фиктивных невест и врут братьям, что не привезут её на ужин потому что та вдруг занедужила. В каждой игрушке свои погремушки…

Мамы дома снова не было. Она была в больнице у

Когда я шла по гостиной взгляд упал на фотографию.

Наша семья.

Мама, папа, ещё живой, и брат, ещё здоровый.

Неужели я потеряю ещё одного близкого человека? Ребёнка семьи?

Я не могу этого допустить! Никак не могу.

Слёзы сами собой полились из глаз.

Закусив до боли собственный кулак я плакала над фотографией, где все были здоровы и счастливы, и клялась:

— Я найду эти чёртовы деньги. Я сделаю всё, что угодно, чтобы спасти тебя, Димка… Папу не уберегли, небо его призвало к себе. Но тебя и маму я никому не дам в обиду, слышишь меня, мелкий? Живи. Пожалуйста, живи…

Пока плакала не сразу услышала вибрацию смартфона.

Тут же подскочила и полезла в сумку за телефоном. Вдруг, что-то важное? Мама звонит, может…

Но увидела незнакомый номер на дисплее. Обычно такие звонки я не принимаю, но что-то дёрнуло меня нажать кнопку “принять вызов”.

— Алло…

— Марьяна, — услышала я мужской голос на том конце провода. — Это Максим… Максим Малинин.

Босс? Мы же только недавно с ним расстались. Успел соскучиться?

— Узнали меня? — спросил он.

— Нет, — честно ответила я.

Как я его должна была узнать, если ни разу не слышала по телефону до сегодняшнего дня? Всё же голос по телефону и вживую сильно отличается.

— Ну, теперь вы знаете, как я звучу в трубке телефона, — снова заговорил он. — Я хотел попросить вас завтра приехать в офис пораньше.

— Насколько… пораньше? — уточнила я.

— На полчаса хотя бы.

— Хорошо, я приеду на полчаса раньше.

— Отлично… Марьяна.

— Да?

— Вы опять плачете?

— Нет.

— Не лгите. Я слышу по голосу.

— Значит, плачу.

— Не надо. Знаете, я решил, что наша компания в силах вам помочь.

— Правда? — Я даже перестала плакать от удивления.

— Да. Я так решил.

— Всю сумму дадут или… часть её?

— Раз вы просили такую сумму, то дадим вам именно её. Она явно вам нужнее…

— Спасибо… Максим Сергеевич, вы даже не представляете себе, что вы для меня делаете.

— Ну ладно вам… Взаймы же, не подарил.

— Всё равно. Спасибо вам огромное.

— Вот… Поэтому прекращайте плакать, слышите? И ложитесь отдыхать. Завтра же подпишу я вашу заявку и получите деньги в самые ближайшие сроки.

— Да. Конечно… Я сейчас возьму себя в руки и… Сделаю, как вы сказали.

— Да. Что ж… На этом всё. До завтра, Марьяна. Выспитесь хорошенько, завтра у нас сложный и ответственный день.

— Конечно. Спасибо. До свидания.

Звонок завершился. И я поняла, что в самом деле не плачу больше.

На душе словно теплее стало. Словно раны души затянулись.

Потому что Максим Малинин её щедро полил сейчас оздоровительным бальзамом.

Очень надеюсь, что он сдержит своё слово. И я действительно вскоре получу эти деньги, плюс кредит мне уже зачислили на счёт. Этих денег хватит, чтобы начать лечение Димки. А остальное мы доберём в фонде.

— Ты поправишься, малой, — сказала я брату на фото. — Ты поправишься…

Я поцеловала фото своей семьи, вернула её обратно и решила сходить в душ и укладываться.

Максим сказал, что завтра будет сложный день, и ему, наверняка, понадобиться моя помощь, потому что пока что я знаю о делах фирмы больше, чем исполняющий обязанности президента компани. Надо отдохнуть как следует!

Утром я приехала пораньше, как и обещала.

Максим ещё не приехал. Я переобулась и решила сварить себе кофе пока жду босса.

Когда машина начала приготовление напитка в приёмной появился и сам босс…

— Доброе утро, Марьяна, — остановился он возле кофе-машины.

— Доброе утро, Максим Сергеевич. Хотите кофе?

— А я думал, вы мне делаете.

— Себе. Вас же тут не было… Но могу и вам сделать.

— Очень любезно с вашей стороны, — усмехнулся он. — Жду вас с кофе в кабинете.

Я кивнула и продолжила готовить вторую порцию напитка для Максима.

Когда обе чашечки были наполнены кофе, я поставила их на небольшое блюдце и понесла в кабинет начальства.

— Можно? — постучалась я и заглянула в кабинет.

— Да, конечно. Заходи.

Я поставила поднос на край большого письменного стола. Его чашку придвинула к нему ближе, свою — к другому краю стола, где располагалось кресло для посетителей. Я села в него. И стала в ожидании смотреть на Максима.

Мужчина поднял голову, оторвавшись от чтения новостей в телефоне, и смотрел на меня.

— Как вы? — Он заблокировал экран смартфона и отложил его в сторону, полностью сосредоточившись на мне.

Надо же, разговор и в самом деле будет важный для него.

Будем обсуждать условия шоу для сотрудников офиса под названием “Марьяна — невеста босса?”

— Нормально, — ответила я. — Спасибо, что спросили.

— Вы вчера выглядели такой печальной. И когда я звонил, слышал, что вы плачете.

— Это всё из-за той ситуации… Я вас рассказала в машине. Но я бы не хотела вас грузить личными проблемами… Не обращайте внимания.

— Ну как-то некрасиво пройти мимо человека, у которого горе случилось, — ответил он. — И я ведь уже всё равно узнал, что тебе нужна помощь.

— Вы… очень благородны, — сказала я без доли иронии.

В нашем современном обществе так редко кто-то протягивает руку помощи, что такой жест, какой делает Максим в мою сторону, расценивается как маленькое чудо. Для меня это так и было.

Вообще, я думала, что все миллионеры — бессердечные сухари. Но, познакомившись с Максимом, понимаю теперь, что это не так. Далеко не всех испортили деньги… И все мы очень, очень разные. И среди миллионеров встречаются сердечные, способные сопереживать люди, что не могло не радовать.

Тяжело это всё для меня и нашей семьи. И когда кто-то просто даже ободряет добрым словом и морально поддерживает, то и переживать все перипетии жизни проще.

Ему не всё равно, что у его сотрудницы горе в семье. Он пытается помочь, и это как бальзам на израненную душу…

— Да ну, что вы… Какое тут благородство, — отмахнулся Максим и отпил из чашки, которую ему принесла я. — Всегда надо оставаться людьми просто. В любой ситуации.

Что ж, прекрасные жизненные принципы. Я их поддерживаю и соглашаюсь молча.

Максим, видимо, красив не только внешне, но и душой. И на это тоже очень приятно смотреть. Как мало сейчас таких людей…

Он взял в руки мою заявку, которая так и осталась вчера лежать у него на столе и размашисто подписал её.

Но не

Я смотрела на него. Он смотрел на меня.

— Вы знаете, Марьяна. А вы ведь тоже мне можете помочь.

— Вам требуется помощь? — удивилась я.

Сложно представить себе, что существует что-то, чего не в состоянии решить этот смелый, уверенный в себе, молодой мужчина со стальным характером…

Я читала о нём заметки и наблюдала за его делами в офисе, кое-что о его личности успела понять. Максим не тот, кто пасует перед трудностями. И это мне в нём очень импонирует.

— Да. Представьте себе, — кивнул он, задумчиво постучав пальцами по столу. — Ваша помощь, Марьяна.

Представить себе не могла, на что я ему могла бы сгодиться. Он может всё. А я — ничего. Просто маленькая офисная мышка… Чем же я могу помочь вольному, сильному льву?

— И… чем же я могу быть вам полезна? — спросила я, теряясь в догадках.

— Я предлагаю вам выгодную для нас обоих сделку, Марьяна.

— И в чём она заключается? Кроме того, что мне нужно вам подыгрывать в роли невесты?

— Этого недостаточно, чтобы получить кресло президента компании, увы. Нужно идти дальше и играть уже серьёзно. Ставки высоки.

— А что же ещё?

— Свадьба.

— Какая свадьба?

— Наша с вами. Ведь вы — моя невеста. Выходите за меня замуж, Марьяна.

— Ч… что? — подавилась я кофе, который как раз отпила из чашки.

— Моё предложение: вы выходите за меня замуж, а я решаю ваши проблемы с лечением брата. Отдаю вам подписанную уже заявку на кредит. И более того, я погашу его сам.

— Куда выхожу? — опешила я. — Мы с вами знакомы неделю. Я вас… не люблю!

Такого развития событий я точно не ожидала.

Играть невесту — это одна. А заключать настоящий брак — совсем другое.

А босс неожиданно рассмеялся.

— Я предлагаю вам фиктивный брак, Марьяна. Какая любовь? Только бизнес и ничего личного.

— Чтобы получить место президента фирмы?

— Именно. И мне кажется, что ваша кандидатура — самая подходящая. Десять дней игры в супругов. Вы получаете деньги на лечение брата, а я — картинку семьи. По рукам?

Я задумалась.

Что я, собственно теряю? Быть настоящей женой босс меня не заставляет.

Не заставляет же?

— А каковы условия роли вашей жены, Максим Сергеевич? Могли бы вы озвучить их сейчас, сразу, на берегу. Что будет входить в мои… обязанности?

— Деловой подход, — похвалил он меня и улыбнулся. — Собственно, ничего нового. Точно также, как и раньше просил, я прошу отыгрывать роль моей любимой.

— Насколько достоверно? — спросила я, не зная, как деликатно коснуться щепетильной темы…

— Чтобы все поверили, — пожал плечами Максим. — Возможны объятия… Ласковые слова. Общение на “ты”, опять же, иначе странно будет выглядеть. Я могу подвозить вас домой после работы… Собственно, проведение самой свадьбы, отыгрывание на ней роли счастливой невесты. Возможно посещение ужина у родных или родителей… Ну и всё, наверное. Все расходы я беру на себя, естественно: от покупки свадебного наряда до заколки в волосы…

— А… Брачная ночь? — спросила я тонким голосом, вытянувшись струной.

— Мы в неё отлично выспимся, — подмигнул он мне. — Но другим об этом ничего не скажем. Интим исключён, если вы об этом, Марьяна.

Я выдохнула. Слава богу, что он этого и не думал требовать.

Наверное, я ему всё-таки как девушка не нравлюсь. Ну и не надо — проблем меньше будет!

— Так что? По рукам? — снова спросил Максим и протянул мне руку, чтобы я скрепила своё согласие рукопожатием…

Я смотрела на его руку и думала…

Шли секунды. Я принимала решение…

Возможность вылечить брата заглушила все мои морали и принципы.

Что мне стоит поиграть роль жены красивого, богатого мужчины? Не так уж это и плохо, наверное…

— По рукам, — кивнула я, ещё не зная, что это решение станет судьбоносным для нас обоих.

Бизнес всё-таки смешается с личным, хотя начиналось всё совсем не романтично…

— Что ж… Тогда берите заявку, — протянул он мне лист А4. — Отнесите в бухгалтерию, кредит вам выдадут в течение пары дней.

— А дальше что с ним будет? — поинтересовалась я, забирая заявку из рук босса.

— Дальше я его погашу сам. При условии, что вы выполните условия нашей с вами сделки.

— Ну… Я считаю эти условия выполнимыми, — прокомментировала я.

— Значит, кредит будет погашен, — улыбнулся он и откинулся на спинку кожаного кресла.

Как оно всё-таки ему идёт… Уже и сама не представляю на этом месте другого директора. Ведь, по сути, могут выбрать и другого претендента — Никиту. Интересно, почему всё-таки отец Максима столь категоричен насчёт него и хочет голосовать за его брата Никиту? Только ли из-за того, что он пытается компенсировать деньгами и положением потерю Никитой родителей?

Сергей Михайлович будто считает себя обязанным помогать сыну погибших друзей, ведь он остался без поддержки, какая есть у Максима. Может, это и логично, хотя я так, наверное, всё-таки не сделала. Но однозначно — благородно и красиво. Однако этот столь благородный жест может лишить родного сына Малинина-старшего места директора компании.

Или тому, что отец Максима планирует голосовать на собрании не за своего отпрыска, есть иные причины?

— И это будем вам большое, человеческое “спасибо” от меня, — закончил свою мысль Максим.

Я скромно улыбнулась. Всё же добрый он мужик. Помочь решил незнакомой девушке… Пусть и за довольно специфическую услугу с её стороны. Но об этом не обязательно всем знать.

— Договор о том, что я погашу кредит при условии, что вы не сбежите и не проколетесь раньше, чем в ближайшие десять дней, уже готов.

Максим протянул меня тонкую стопку листов А4.

Я вопросительно на него посмотрела.

Уже готов? Заранее подготовился? Потому что знал, что я в таком плачевном положении, что отказываться мне не на руку? Хитрец…

Наверное, такими и должны быть бизнесмены. Иначе он бы не был тем, кем является.

Я просмотрела условия. Договор очень необычный в плане вещей, которые в нём прописаны в обязанностях, но во всём остальном довольно типовой: обязанности, плата (сумма взятого кредита), неустойки.

Хм, если проколюсь или пожелаю разорвать контракт сама — буду лишена платы и стану должна ровно такую же в качестве неустойки.

Сурово. Если сделаю что-то не так, буду должна ещё один такой же кредит, и тот останется не оплачен…

Если же договор будет расторгнут с его стороны, то мне положена небольшая компенсация за неудобства…

Впрочем, справедливо. Я кроме времени ничего на него не трачу.

Я поставила

Тот сделал тоже самое. Отложил контракт в сторону и устремил взгляд на меня.

— С этого момента, Марьяна, любая ваша ошибка будет стоить вам такой же кредит, какой вы уже взяли.

— Я поняла, — кивнула я.

— Так что отнеситесь к делу со всей серьёзностью, каким бы курьёзным оно вам ни казалось, — отметил он.

— Я отношусь к нему серьёзно, — пояснила я. — Мне понятно, почему вы делаете именно так.

— Да. Для этого я и рассказал вам про условия устава компании.

— И я вас прекрасно поняла.

— Вот видите… — снова улыбнулся он. — Как вы отлично меня понимаете. Я верно поступил, когда остановил свой выбор на вас. То есть, на тебе — если позволите. Пора переходить на “ты” и привыкать, иначе на нас будут косо смотреть. Вы не против?

— Да, конечно. Надо перейти, — согласилась я. — Максим Сергеевич…

— Кхм-кхм, — покашлял он, напоминая мне, что я забылась и обратилась к нему снова на “вы”. Что поделать — привычка…

— Э-э… То есть, Максим, — поправилась я. — Позволь задать вопрос. Он прямо мучает меня, если честно.

— Прямо мучает? — окинул он меня изучающим взглядом. — Что это во мне могло тебя так заинтриговать?

— Можно спросить?

— Да спрашивай уже. Теперь твоя очередь держать интригу?

— В общем… Мне интересно, почему вы…

— Кхм-кхм…

— То есть, ТЫ. Почему выбрал меня на эту роль?

— А ты против? — заломил он одну бровь.

— Нет, но… Просто мы знакомы неделю, а ты выбираешь на роль жены, пусть и… фальшивой, — сказала я шёпотом на всякий случай. Вдруг его вездесущий брат Никита именно сейчас ходить возле кабинета и подслушивает… Так и проколюсь глупо, в первые же сутки контракта… — А ты выбираешь именно меня. Неужели не нашлось девушки, которой ты бы доверял, и которая сыграла бы с удовольствием роль твоей жены?

— Хм… — снова откинулся Максим на спинку кожаного кресла. И стал играть в руках с простым карандашом, подбирая слова. — Ты думаешь, так легко найти девушку, которая сыграет роль моей невесты, никому ничего не скажет, не заинтересована именно в отношениях со мной, которую не волнуют мои деньги, которая не станет светить “романом” в социальных сетях перед подружками, и которая потом тихо и мирно просто уйдёт, когда выборы состоятся, я получу кресло президента компании, и контракт закончится? Он ведь всего на десять дней.

— Ну… — пожала я плечами. — Вообще, я думала, что ничего сложного в этом нет…

— Ты очень неправа, Марьяна. Такая девушка в моём окружении, на которую я смог бы положиться в таком вопросе, нашлась только одна — ты.

Как странно… Почему вдруг именно я оказалась ему ближе и понятнее других в такой момент? Удивительно… Хотя, конечно, понятно.

Я не лезла к нему, не начала вешаться на шею или флиртовать в первый же час нашей совместной работы. Я не рассчитываю на какие-либо отношения, хоть длинные, хоть короткие, с Максимом: я — не пара ему, и прекрасно это осознаю. Соответственно, и надежд никаких не питаю. Я буду чётко следовать условиям контракта и не более того.

Я буду хранить всё в тайне, потому как мне самой не нужно, чтобы кто-то из моих близких знали, что я участвую в какой-то сомнительной авантюре и решила сыграть в опасную игру с богачами.

У меня нет соц сетей… Я ими не пользуюсь толком. По-крайней мере, не публикую там фото. Их у меня вообще нет. Не люблю светить ни лицом, ни своей жизнью в соц сетях.

Тем более, что ничего необычного в ней не происходит. Мне и показывать нечего.

Утром ела заварную кашу из пакетика. Вот эта квашня — она. Любуйтесь.

Потом почистила челюсти зубной пастой “365 дней” — самой дешевой линейкой популярной сети продуктов питания.

Затем обула тапочки “Абидас” и почапала садиться в машину, стоимостью более миллиона рублей — в автобус. И это единственная дорогая вещь в моей жизни.

Так себе был бы блог…

Помереть со скуки можно.

Моё унылое селфи в офисе не добавило бы ему шарма однозначно.

Так что за публикации в блогах “отношений” с миллионером, Максим может не бояться в моём случае — их точно не будет.

Да, стоит согласиться с боссом — я в самом деле очень даже подхожу на эту роль. А ещё — могу неплохо заработать на роли невесты самую большую премию в моей жизни.

Пожалуй, оно того стоит.

— И… Мы будем делать свадьбу? — спросила я.

— Да. Будем, — ответил Максим.

— И когда же?

— Скоро. Дай мне несколько дней.

— Ты будешь сам заниматься подготовкой?

— Ты будешь.

— А… Ну да. Ясно.

— На самом деле свадьбы как таковой у нас не будет, — произнёс босс. — Просто роспись, но платье мы тебе, конечно, купим. И букет. Гостей особенно звать не будем, но мои родители будут, брат с женой — иначе не поймут меня. Но больше — никого. Только самые близкие родственники.

— Как скажешь, — пожала я плечами.

Это его фальшивая свадьба. Какую скажет, такую и организую.

— А что насчёт моих родственников? — спросила я.

— А что с ними?

— Их не будет. Я не собираюсь впутывать свою семью в этот спектакль.

— Ну… Скажем, что ты — сирота и из другого города приехала.

— Ладно. Скажем так… Тогда вроде бы всё логично. Но у меня не будет даже подруг на церемонии.

— И не надо. Скажем, что зовём исключительно родственников, не друзей.

— Да, хорошо. Так и сделаем.

— Кольца тоже нужно будет приобрести.

— Я займусь этим, — ответила я, помечая в блокноте все важные моменты, чтобы ничего не забыть сделать. — Сколько у меня времени?

— В загсе договорюсь насчёт времени регистрации и скажу точно, — сказал он. — Дня три-четыре есть.

— Купить платье, кольца и букет за три дня вполне можно.

— Именно так. Начинай подготовку. И помни — на людях я буду звать тебя ласково и могу обнять. Не дёргайся, ладно?

— Постараюсь, — хмыкнула я, закрывая блокнот. — Можно идти? А то ещё текущие дела компании помимо нашей свадьбы. Дорогой.

— Да, конечно. Иди. Дорогая… И ещё. Вечером ничего не планируй. Мы с тобой идём в ресторан.

— Зачем это? — пожала я плечами.

— Нужно посветиться немного, что мы ходим куда-то вместе, — пояснил Максим. — И нам надо сочинить общую легенду: где, когда мы познакомились. Чтобы не сказать разное, если кто-то об этом спросит. Никита может попытаться нас на этом подловить. Нельзя дать ему

Я согласно кивнула. Всё понятно.

— Также обсудим такие мелочи, как любимый цвет и любимая книга. В общем, нужно немного узнать друг друга, чтобы потом не попасть в неловкое положение.

— Да, я понимаю.

— Ну вот. Так что вечером поедем ужинать с невестой. А пока побудь моим секретарём и поработай.

Я снова кивнула и вышла из его кабинета и прикрыла дверь.

Остановилась в раздумьях, с чего начать: со свадебных дел или с “текучки” фирмы?

Выбрала “текучку”. Работа — прежде всего.

А позже, когда основная часть задач на сегодня была выполнена, я взялась за второе поручение босса — стала искать кольца на сайтах ювелирных магазинов.

Забронила несколько пар, чтобы посмотреть их после работы.

Планировала привлечь к этому и Максима — он сам сказал, что надо нам вместе показаться. Нет повода лучше, чем поход в ювелирный салон и покупки обручальных колец вместе.

Отметила для себя несколько бутиков свадебного платья…

Платье буду брать скромное. Зачем тратиться сильно, если всё это костюмированный спектакль для родственников Малинина? Смысла нет.

— Закончили? — спросил Малинин вечером, когда часы перевалили за шесть вечера. — То есть, закончила?

— Почти, — подняла я голову, оторвавшись от папок на столе. — Одну минуту, босс…

— Зови меня Максим, — поправил он меня.

Да, точно. Чёрт возьми, никак не могу перестроиться и начать к нему обращаться по имени и на “ты”.

— Да, конечно. Максим…

— Марьяна, ну давай скорее… Есть хочется — жуть.

— Да-да, уже заканчиваю.

Я сделала необходимые пометки в папке и закрыла её. Собрала целый ворох папок на своём столе и поставила их в шкаф.

Всё это время Максим наблюдал за мной, сидя на краю стола, и крутил в руках ключи от машины.

Я переобулась в сапоги и накинула пальто на плечи.

— Я готова.

— Идём.

Мы вместе, плечом к плечу, прошли по коридору офиса до лифта. Максим нажал на кнопку вызова кабины и мы молча ждали её приезда.

И пока мы с Максимом шли к лифтам, и уже возле них, на нас сворачивали головы сотрудники… Пялились на нас во все глаза.

— Они так… смотрят… — негромко сказала я Малинину.

— Ну… А вы как думали? — отозвался он. — Разглядывают пристально девушку, которая стала часто меня сопровождать.

Я недовольно цыкнула языком. Никогда не любила сверхвнимание к своей персоне, но теперь невольно привлекла его к себе. А что будет, когда они узнают, что я невеста Максима. И жена в скором времени… Совсем тогда шеи свернут нам вслед, и все кости перемоют.

Приехала кабина, мы отправились в ней на первый этаж.

Ряды сотрудников к этому времени уже успели поредеть, и мы ехали вдвоём.

— Значит, они меня оценивают уже как вашу… пассию возможную? — спросила я в лифте.

— Естественно, — усмехнулся Максим и провёл пятернёй по волосам. — Ну и денёк был. Устал, если честно… Ну а насчёт пассии… Так меня в офисе в принципе впервые видят с женщиной. Я был против слубежных романов… До ситуации с уставом.

— Всё ясно, — хмыкнула я. — Для ваших сотрудников это целое событие, выходит.

— Выходит, так.

— Как же я потом тут работать буду? Когда мы… расстанемся, — поинтересовалась я. — Обо мне буду судачить.

— Ну и пусть. Разве закроешь людям глаза и рты?

— Нет, но… Всё же мало приятного.

— Тебе не стоит обращать на это внимание, Марьяна, — сказал Малинин. — Люди всегда судачат, они всегда все недовольны. И что ж теперь — не жить?

— Да жить, конечно…

— Вот и всё. Пускай болтают, что хотят. А вы будете смотреть в свой банковский счёт и чувствовать выше этого.

Да. Думаю, сумма, которой так не хватает на лечение Димки, будет греть душу как ничто иное. Ради этого я готова стерпеть многое, и пересуды — тоже.

— Вы, кстати, заявку отдали в бухгалтерию? — спросил Максим.

— Да, — кивнула я. — Почти сразу, как от вас вышла утром, так и отнесла.

— Сказали, когда деньги переведут?

— Завтра после обеда.

— Быстро.

— Да. Но ведь это вы их попросили ускориться.

— Ты.

— Да, ты… Прости. Забываюсь.

— Если забудешь на людях, то будем говорить, что на работе общаемся на “вы”, чтобы не афишировать наши отношения, — предложил Максим. — Потому и дома не всегда удаётся перестроиться. Привычка — страшная вещь.

— Отлично придумано, — одобрила я. — Так и сделаем.

Лифт открыл свои двери на первом этаже и мы отправились на парковку, снова провожаемые любопытными взглядами, преимущественно — женскими.

Удивительно, что Максим с его внешностью, манера и банковским счётом, не заводил романов на рабочем месте — наверняка желающие находились.

Впрочем, это делает ему честь. Хотя бы принципы какие-то есть у мужчины — уже неплохо.

Мы сели в комфортабельный салон автомобиля Максима Малинина и отправились в ресторан, в который решил “выгулять” меня мой “жених”...

Надеюсь, я не опозорюсь. В таких ресторанах, в каких привык бывать Малинин, я никогда не бывала.

Посмотрю хоть, как живут люди.

— Как вам эти кольца? — стала показывать я выбранные ювелирные изделия на сайте магазина. — Мне кажется, изящные и недорогие… Зачем тратиться сильно на фальшивую свадьбу?

— Хорошие, — кивнул Максим, разглядывая в полглаза кольца. — Мне, если честно, всё равно и на ценник, и на дизайн… Лишь бы были явно обручальные.

— Не практичный вы мужчина, — покачала я головой, убирая телефон. — Но, если честно, мне тоже всё равно на дизайн, потому как свадьба не настоящая. Пусть будут эти?

— Пусть.

— Ну и хорошо.

Нам принесли наш заказ, и каждый принялся за еду. У обоих к тому времени в животе урчало от голода…

— Ну что ж… Теперь обсудим то, зачем мы тут собрались, — сказал Малинин, отпивая из чашки чай.

— Судя по тому, сколько вы съели, Максим, вы тут как раз именно из-за еды, — уколола я его.

— Ты съел. Не вы, — снова напомнил мне Малинин.

— Ай, да… — мягко хлопнула я себе по лбу. — Никак не получается привыкнуть… Ты, Максим, здесь в первую очередь из-за прекрасной отбивной, не так ли?

— Не без этого, — улыбнулся он, сытый и довольный. — Но, увы, есть ещё кое-что, что меня тут задерживает.

— Срочная необходимость узнать мой любимый цвет? — рассмеялась я.

— Именно, — кивнул, улыбаясь, Максим. — Так и? Какой же?

Он достал ежедневник. Будет записывать мои предпочтения? Забавно…

— А ваш где ежедневник? — спросил он меня. — Вы-то куда записывать марку любимых мною трусов будете?

— Ну уж трусы мой жених в состоянии купить себе сам, и эту информация может остаться при нём, — ответила

— Очень хорошо. И так, если вопрос неловкий, вы не помните, что отвечать, пытайтесь скинуть вопрос на меня, уйти от ответа, отшутиться.

— Логично, — кивнула я. — Надеюсь, таких ситуаций много не возникнет. Нам общаться-то всего ничего… Уже менее десяти дней, до совета директоров.

— Да, но однако вопросы задавать вам будут, — отозвался Малинин. — Например, мой дотошный братец.

— М-м, а это кстати, не он? — указала я глазами ему за спину.

Максим коротко обернулся и затем закатил глаза.

— Он. Сейчас начнёт донимать нас с вами вопросами. Вы приготовились?

— Я не успела узнать ваш любимый цвет. Сомневаюсь теперь в успехе нашего дела, — фальшиво грустно сказала я, и мы невольно стали хихикать.

— Фиолетовый.

— Серьёзно?

— Да. А что?

— Или первый попавшийся цвет назвали?

— Первый попавшийся. Но запиши потом.

— Хорошо. Но у тебя что — нет любимого цвета?

— Все нежно люблю.

— Ты очень странный человек…

— Уж какой уродился, — хмыкнул он.

— Добрый вечер, — до нас наконец дошёл Никита. — Какая вы прекрасная пара всё-таки…

— Добрый вечер, Никита, — встал ему на встречу и протянул руку Максим.

Мужчины якобы дружелюбно поздоровались друг с другом, но между ними явно сквозил холод. Братья, а самые настоящие враги по сути. — Какими судьбами? С Жанной ужинаете?

— Нет, с деловыми партнёрами, — ответил он. — Жаль, правда? А то пригласили бы вас к нам, поболтали бы. Познакомились бы ближе с твоей невестой.

— Да. Жаль, очень жаль, — фальшиво сожалел Максим.

Интересно, слышит ли эту фальш Никита. Он явно лучше знает брата, чем я. Впрочем, может, и слышит, но предъявить ему было нечего. Пока что. Если мы с Максимом не допустим ошибок в наших ролях…

— Твоя невеста всё же весьма прелестна, — обратил на меня взор Никита. — Даже странно, что такой ангел связался с тобой. Марьяночка, вы уверены, что хорошо знаете того, с кем планируете связать судьбу? Мой братец — далеко не подарок.

— Ну что вы, — улыбнулась сдержанно я, смело глядя в глаза Никиты. — Я нисколько не сомневаюсь в том, что Максим — прекрасный, порядочный человек.

Никита вздохнул.

— Жаль будет, если мой брат вас разочарует уже после свадьбы.

Мне очень не понравился тон Никиты. Что он себе позволяет?

И он что — желает расстроить свадьбу собственного брата? Это низко — давать подобные советы. Мы с Максимом — взрослые люди, и сами разберёмся, насколько мы узнали друг друга и готовы ли обручиться.

— Я уверена, что Максим меня не разочарует, — сказала я, глядя пристально на Никиту. — А вот вы меня успели разочаровать, знаете ли, Никита Павлович.

— Да вы что? — усмехнулся тот. — Чем же я успел вас обидеть?

— Вашим неуважительным тоном к собственному брату, — ответила я. — Мне кажется, или вы пытаетесь отговорить меня от свадьбы с Максимом? Позвольте узнать, для чего вы делаете такие провокации?

— Не делаю я никаких провокаций, милейшая Марьяна, — сузил глаза Никита. — Просто… предупреждаю вас, что вы можете заблуждаться насчёт моего брата.

— Своими предупреждениями вы бросаете тень на Максима Сергеевича. Мне хотелось бы понять, зачем вы это делаете? Мы взрослые люди, и сами в состоянии разобраться, достаточно ли знаем друг друга. Извините.

— Ого, какая защитница, — хмыкнул Никита и обратился к Максиму. — Я уж не знаю, кто она — реальная сотрудница, которой ты просто заплатил за роль невесты на недельку, или нанятая тобой актриса, но явно вижу одно: она в тебя влюблена по-настоящему, Макс. Вон как рьяно защищает… Так что имей это в виду.

Меня бросило в жар.

Влюблена?

Что за вздор?

Впрочем, он не было вовсе не прав: Максим, в самом деле, мне очень нравится.

Красивый, статный, статусный мужчина… С прекрасным чувством юмора и острым умом… Кому такой не понравится?

Но чтобы прямо влюбиться…

К чему вообще было поднимать эту тему? Никите просто хочется насолить Максиму хотя бы так, а меня он задевает по той причине, что я — с Максимом, на его стороне и защищаю его.

Но про подставу он догадался верно, между тем.

Понял, что невеста я нанятая… Так что теперь надо быть особенно осторожной — не хотелось подводить Малинина и лишаться денег, которые он обещал мне за правдиво исполненную роль.

— Никита. Закончили, — сказал твёрдо Малини. — Марьяна, — уже мягче обратился ко мне Максим. — Ты что-то разошлась, дорогая. Ничего страшного, мы с Никитой тоже сами в состоянии разобраться. Тем более, Никита уже уходит. Его заждались партнёры деловые.

— На свадьбу-то позовёте? — переводил взгляд Никита с меня на Малинина.

— Обязательно, — пообещал Максим. — А теперь — извини, оставь нас. Мы очень хотим поужинать спокойно и наедине.

— Лямур-тужур, — поддел нас Никита и ушёл в другой конец зала, где сидела его компания.

Тут он нас слышать уже не мог.

— Какой он… неприятный. Извините…

— Да я понимаю.

— Он ваш брат, не хочется говорить о нём плохо, но как-то не получается, если честно, — сказала я.

— Вы ему неплохо нос утёрли, — улыбнулся вдруг Максим. — Я даже удовольствие получил от этого зрелища.

— Правда?

— Братец зарвался, берегов уже не видит. И так редко его ставят на место. Особенно — девушки.

— Он просто ещё не встречался со мной, — усмехнулась я. — Я — мастер по части поставить хама на место. Вот только…

— Что?

— Не сживёт ли меня со свету Никита Михайлович за эту выходку в офисе? — спросила я. — Мне ведь там ещё с ним работать.

— Не переживай, — улыбнулся мне Малинин. — Я сделаю так, чтобы вы не пересекались.

— Спасибо. Будет весьма актуально…

— Так. А теперь продолжаем, — снова открыл ежедневник Максим. — На чём мы остановились? Ах да… Твой любимый цвет, Марьяна.

— Фиолетовый, — ответила я, играя чайной ложечкой.

Несмотря на странность ситуации, наша беседа меня забавляла и даже доставляла какое-то странное удовольствие.

Максим — приятный мужчина, и мне приятно быть в его обществе.

И по-женски приятно, что все думают, будто бы именно я — его женщина.

Тщеславие моё довольно мурчало…

— Как? Тоже фиолетовый? — спросил он.

— Нет. Мне тоже всё равно на цвета, — ответила я. — Никогда не задумывалась о таких глупостях, как цвет… Цвет и цвет, я всякие уважаю. А фиолетовый назвала, чтобы не путаться. Пусть совпадает с вашим.

— Ну да… Умно, — похвалил меня Максим. — Допустим, с этим разобрались… Цветок?

— Роза, конечно. Самое стандартное, трудно будет ошибиться, — улыбнулась я.

— Отлично, — кивнул Максим и даже не помечал ничего. — С вами приятно иметь дело… Марьяна, если всё пройдёт

— Что ж, я не откажусь, — игриво ответила я. — И постараюсь вас не подвести.

— И на самом деле, я бы хотел, чтобы вы остались работать со мной даже после того, как мы… расстанемся с вами.

— Не будем смешивать личное и работу.

— Да. Не будем, — усмехнулся он. Максим тонко ловил все мои намёки и шутки. — Я не могу упустить такого прекрасного сотрудника из-за того, что у нас не сложилось на личном фронте.

— Понимаю. И соглашаюсь.

Чувство юмора у нас весьма схожее, что приятно, если приходится проводить с человеком много времени. Босс — почти как семья, его тоже очень много в жизни прямого подчинённого.

— В случае, конечно, если я смогу победить на выборах.

— Я в вас нисколько не сомневаюсь, — подбодрила я его. — Не могу представить, что Никита займёт это место.

Я заметила, что Максим действительно переживает насчёт получения места президента компании на постоянной основе, и решила его поддержать. Тем более, что я в самом деле искренне считаю, что лучшей кандидатуры на эту роль нет.

Никита слишком подвержен страстям, он злится на брата, пытается плести какие-то интриги… Не очень хорошие качества для руководителя огромной компании…

В Максиме черт, нужных достойному руководителю, гораздо больше, чем у брата.

На мой взгляд.

— Спасибо тебе, Марьяна, — мягко улыбнулся он мне. — Ты правда думаешь, что я на эту роль больше подхожу? И вообще — подхожу? Всё-таки такая ответственность…

— Конечно, — ответила я. — А вы в себе сомневаетесь? Откуда такие сомнения вдруг?

— Дело в том, что… — принялся задумчиво объяснять Малинин. И мне было приятно, что он доверяет мне так, делится своими переживаниями… В короткий период я стала ему другом, стала ближе к нему, чем многие женщины до меня. — Когда человек чего-то очень сильно желает, у него может связь с реальностью утратиться. Понимаете?

— Да, — пожала плечами я. — Наверное, такое у всех хоть раз в жизни да бывало.

— Ну вот. И я просто могу неверно понимать ситуацию, очень сильно желая получить это кресло. Точно ли я подхожу для этой роли? Справлюсь ли с ответственностью, которая ляжет мне на плечи?

— Вы задумались об этом уже после того, как выдвинули свою кандидатуру на эти выборы? — поинтересовалась я, доедая наивкуснейший чизкейк.

Готовят в этом ресторане превосходно. Не сравнить с теми местами, в которых я бывала раньше… В таком шикарном ресторане я впервые. А вот Максим тут явно бывает часто… К нему подошёл сам метрдотель и назвал по имени. Значит, постоянный гость.

Живут же некоторые…

— Нет, конечно… Я уверен, что справлюсь, и это моё, — ответил он. — Я мечтал с детства занять место своего отца, вести и развивать его бизнес. Но… Иногда меня всё же одолевают сомнения. Достоин ли я этого. И смогу ли достойно вести дела.

— Я вас ещё плохо знаю, конечно… — произнесла я, когда он задумался и замолчал. — Но мне кажется, что вы сможете и удержать бизнес, и дать ему новый виток развития.

— Ты.

— А, да. Ты. Ты сможешь.

— А Никита? — задал он вопрос и сконцентрировал внимание на мне.

Ему в самом деле важно моё мнение? Надо же…

— Никита на мой взгляд слишком горяч, подвержен страстям и увлечён интригами. Не самые хорошие качества для руководителя большой, серьёзной компании, — ответила я честно.

Увы, даже если бы у Максима с братом были бы прекрасные отношения, но в сторону других людей я бы увидела то же хамство, что он проявил ко мне и к брату, то всё равно высказалась бы довольно критично в его сторону.

Не приучена врать с детства.

— Вы подходите больше. Я так думаю, — закончила я мысль.

— Спасибо, Марьяна, — улыбнулся мне Максим, смущённо поправляя причёску пятернёй. — Вы ещё и тактичная.

— Я в самом деле так считаю.

— Можете подрабатывать психологом на полставки.

— Ну, примерно так и выходит. С тобой.

— Да уж… У меня работа нервная.

— А у меня — нервная, потому что у тебя — нервная.

— Да-да… Именно. Слушай, — посмотрел он на меня внимательно. — А как же пересуды? — спросил Малинин. — Буду болтать и насчёт свадьбы, и уж тем более о скором расставании. Переживёшь?

— Да пошли они к чёрту, — пожала я плечами и поставила пустую чашку на блюдце. — Если мы всё обсудили, я бы хотела отправиться домой.

— Да, да… Уже поздно. Я подвезу тебя, Марьяна. Счёт, пожалуйста.

Дома я оказалась ближе к позднему вечеру.

А мы с Максимом сами не заметили как провели много времени в ресторане…

Мама была уже дома. Уставшая уснула прямо на диване под бубнёж телевизора.

Я осторожно укрыла её пледом. Совсем худая стала от горя она…

Больно на это смотреть.

Но ничем, мам. Скоро будет тебе радостная новость.

Я обязательно Димке помогу.

Вытянула счастливый билетик… Подвернулась под руку Малинину, которому нужно было помочь устроить маленькое шоу, и я за это шоу получу неплохие деньги.

Думая о том, как получаю деньги на банковский счёт, я провалилась в сон.

* * *

Открыла глаза и поняла, что будильник звенит не первый раз. В настройках он повторяется каждые десять минут, но я услышала его только с четвёртого цикла…

— Чёрт… — простонала я, увидев, что проспала на целых тридцать минут больше, и теперь мне придётся собираться в спешке, чтобы не опоздать.

Привела себя в порядок очень быстро, а затем пришлось потратиться на такси, иначе к девяти мне никак не успеть. Про завтрак и думать было нечего… Перекушу что-нибудь на работе.

Ровно в девять я залетела в приёмную.

Только успела переобуться, снять пальто и выдохнуть, как в офисе появился и Максим.

— Доброе утро, — обратился он ко мне. — Представляете, едва не проспал.

— Да уж… Представляю, — выдохнула я. — Кофе?

— Буду благодарен. Спасибо. Я у себя буду.

— Ага.

Готовилась забирать второй кофе, как за спиной раздался голос:

— Марьянка, доброе утро!

— О господи, напугал… — вздрогнула я.

Заглянул Коля. Мой коллега по бывшему отделу.

Я пошла на повышение, он остался в отделе. Но сегодня впервые после перевода на новое место забежал поболтать и принести мне пончики к кофе, которые я очень люблю.

— Извини… Не планировал пугать. Я тебе пончики принёс.

Живот в ответ заурчал от голода.

— Мои любимые…

Я тут же открыла коробочку, в которой лежало угощение. И откусила. Так сильно есть хотелось! Со вчерашнего вечера ни крошки во рту…

— Тебе кофе налить? — предложила я.

— Не откажусь, — улыбнулся он.

Коля сел

— Эту чашку боссу понесёшь?

— Да. Он просил.

Я отнесла капучино Малинину и вернулась, чтобы выпить кофе с приятелем.

Можно сказать, мы дружили. Могли вместе сходить в кафе, кино, но ничего особенного. Коля вроде как понимал, что ухаживания его я не принимаю, но мне интересно с ним проводить время как с другом, и смирился.

— Как у тебя дела? Как новое место и должность? — спросил Коля.

— Марьяна, — вышел в приёмную Максим. — Где у нас данные по… Оу. Здравствуйте, Николай.

— Здравствуйте, Максим Сергеевич, — встал на ноги Коля.

Малинин окинул Колю, принесённые им пончики, а затем и меня оценивающим взглядом. Ему явно не понравилась устроенная нами столовая в приёмной…

— Вы к нам по делу? Какие-то вопросы у вашего отдела возникли? — уточнил Максим у Коли.

— Да собственно, нет… Мелкие вопросы, я передам по электронной почте Марьяне.

— Будьте добры. И еду прошу сюда не носить. Для приёма пищи у нас есть кухня для сотрудников и столовая.

Я тут же убрала коробочку в шкафчик.

— Извините, — обратилась я к руководителю.

— Марьяна, когда закончите свою интересную беседу, зайдите ко мне. Мне нужны данные о поставщиках, — сказал Малинин и ушёл в кабинет.

— Слушай, давай в перерыве встретимся в столовой, — тихо сказала я, глядя на дверь, за которой меня ждал Малинин. — Спасибо тебе за пончики.

— Да, я, наверное, пойду…

— Ага.

— Ты на обед придёшь в столовую?

— Да-да, и там поболтаем. Беги, а то я сейчас ещё больше нагоняя от шефа получу.

— Давай, увидимся.

Коля ушёл.

Он совсем забыл, что я теперь не обычный сотрудник, хоть и старший специалист, одного из отделов компании, а личный помощник генерального директора. Ответственности на мне теперь куда больше, и пончики в приёмной и поедающий их секретарь в самом деле смотрятся не очень хорошо.

Я поправила причёску и вошла в кабинет Малинина.

— Вы хотели найти какие-то данные о поставщиках, — напомнила я ему, когда он оторвал взгляд от монитора и устремил его на меня.

— Да. Я вам информацию отправил на рабочую почту. Пришлите мне в ответ данные.

— Хорошо, — кивнула я. — Сейчас сделаю.

— Марьяна.

— Да?

— Вы не должны устраивать на рабочем месте столовую, — сделал он мне замечание.

— Я понимаю. Прошу прощения ещё раз, — ответила я. — Такого больше не повторится.

— Я надеюсь, — с укоризной смотрел он на меня. — Мне казалось, вы понимаете, что приёмная — это лицо компании. Здесь не должно быть еды и посторонних людей.

— Я вас поняла, — кивнула я. — Я скажу Коле, чтобы больше вот так без дела не забегал.

— Именно. Все личные контакты в обеденный перерыв. Но… Не в этом случае.

Что? Малинин хочет запретить мне общаться с приятелем? С чего бы этого.

— А… Что вы имеете в виду? — уточнила я. — Как понять — не в этом случае?

— Мы снова забыли, что перешли на “ты”, — заметил Максим. — Марьяна… Ты забыла, что уже моя невеста?

— Нет, но…

— Ну и как будет выглядеть моя невеста, которая ходит на ланч с другими мужчинами?

Ой. Действительно. Совсем об этом не подумала.

Если все узнают, что я выхожу замуж за Малинина и в тоже время в столовой обедаю с другим мужчиной, то поймут не так, и это выставит Максима не в лучшем свете.

— Не очень хорошо, — ответила я.

— Верно. Так что… Пока с контактами с мужчинами вам придётся повременить, Марьяна, — смотрел он на меня. — Извините за доставленные неудобства. Я готов за них вас щедро наградить после того, как вы выполните все условия договора. Неконтакт с мужчинами туда тоже входит — по крайней мере, на людях. Иначе наш план попросту соврётся.

— Да, я согласна с вами, Максим Сергеевич. И…

— С тобой, Марьяна. С тобой.

— С тобой. Согласна с тобой, Максим. Я напишу Коле, что не смогу с ним увидеться.

— И надеюсь, ты не додумаешься сказать ему правду?

— Что выхожу фиктивно замуж?

— Да. То, что известно троим, скоро будет известно всем.

— Нет, я… Не скажу, что всё розыгрыш, — ответила я. — Пусть считает, что я по-настоящему вышла замуж. А потом развелась — не сложилось у нас.

— Да, так будет лучше всего, — кивнул одобрительно Максим. — Говорите всем своим знакомым, что выходите замуж за Максима Малинина.

— Вот уж новость будет…

— Ну… Пусть наслаждаются.

* * *

Я вышла из кабинета Максима и написала смс Коле с просьбой встретиться на коротком перерыве до обеда.

Так нас мало кто увидит, и я смогу ему объяснить, что пока мы не сможем общаться.

Совсем не пойти на встречу с ним я посчитала некрасивым поступком со своей стороны — Коля так добр ко мне. Но вместо обеда, на котором в самом деле нас могут увидеть десятки сотрудников, я предлагаю ему кофе-брейк.

Он ответил, что не против, и будет ждать меня в половину одиннадцатого в небольшом уголке отдыха на этаже моего бывшего отдела. Там есть кофейный аппарат, но почти никто туда не заглядывает, и меньше шансов напороться на знакомых.

В назначенное время я была уже там, а вскоре подошёл и Коля.

Мы купили два капучино и присели на диванчик.

— Ну так как тебе новое место? — спросил он. — Босс у тебя строгий, конечно…

— Куда деваться, — пожала я плечами. — Нормальный он. Если нас не гонять, то мы и делать ничего не станем. Сам знаешь.

— Ну-у-у… Может, и так. Лишь бы не обижал тебя. Не обижает же? — спросил Коля.

— Нет, — улыбнулась я и решила, что самое время рассказать ему “правду” про нас с боссом… Всё равно он скоро узнает и так. Мы ведь сыграем настоящую свадьбу. Для всех — самую настоящую. — Он ко мне вполне хорошо относится. И мы… Ну, как бы тебе сказать…

Коля испытующе смотрел на меня и ждал, что я скажу дальше.

— В общем, я это скрывала, потому что меня просил Малинин, — продолжила я. — Но тебе сообщаю заранее: я выхожу замуж. За Малинина… Поэтому бегать к тебе на кофе больше не смогу. Мой благоверный нас видел, и ему не понравилось моё желание пойти попить кофе с тобой. Но, в принципе, оно и нормально, наверное, еслим мы в паре…

— Постой, — остановил Коля поток моих мыслей. — Ты выходишь замуж?

— Да, — кивнула я.

— За Малинина?!

— Да.

— За своего босса?

— Да.

— Капец.

— А что такое?

— Да ничего, — бросил Коля в урну стаканчик с недопитым

— А какие все? — уточнила я.

— Продалась за бабки, — ответил он. — Ты спала со своим боссом. И уже потом стала его невестой. И хорошо, что невестной, а не просто… Но это ничего не меняет. Для меня, по крайней мере.

— Так вот какого ты мнения обо мне…

— Да. Именно такого. Извини, больше не о чем с тобой говорить.

Он ушел.

Я чувствовала себя облитой помоями.

За что он так со мной?

Потому что выбрала другого, круче и богаче?

Так это его комплексы неполноценности. Причем тут я?

Конечно, всё это на самом-то деле неправда. Но для Коли это не игра, а реальность — я выбрала босса, а не его. И поэтому я продажная…

Что ж. Пусть думает, как хочет. Мне теперь это уже неважно.

Он посчитал себя проигравшим и сам хотел на место моего парня, но я такой возможности ему не дала и выбрала другого. Однако это не давало ему права меня оскорблять.

Я отправилась на свой этаж. Попыталась заняться привычными делами, но чувство гадливости от произошедшей ситуации меня не покидало.

Я ещё не успела и женой босса стать, и деньги не получила, и вообще — всё это вроде как игра, не по настоящему. Однако неприятные моменты у меня по причине этого “брака” уже самые реальные…

— Вот, я договорился, — положил Максим передо мной свадебное приглашение.

Я сосредоточилась на написанном в нём.

— Шестнадцатого ноября, в двенадцать ноль-ноль приглашаем вас в отделе загс… — Я подняла глаза на него. — Нам назначили время и дату регистрации?

— Именно, — кивнул босс.

— Послезавтра? — округлила я глаза.

Я, естественно, понимала, что такой, как Максим, крупный предприниматель сумеет договориться о скорой росписи без всяких на то положенных законом причин, что, в принципе, не криминал, и что наша “свадьба состоится” очень скоро, но всё равно испытала странные эмоции, когда увидела точную дату…

— Да. Платье выбрала уже?

— Присмотрела.

— Завтра купи. Но если не выберешь, то одень любое свое нарядное платье.

— Хорошо. Я поняла, — кивнула я.

— Мне кажется, или у ты чем-то расстроена? — вгляделся в меня Малинин. — Кто посмел?

Я осторожно глянула на него. И как он почувствовал, что я в расстроенных чувствах? Или у меня так ярко прописаны эмоции на лице?

В любом случае, не стоит втягивать в мои проблемы босса.

— Да нет… — отмахнулась я. — Просто за брата переживаю.

— А-а… Как он, кстати?

— Пока также. Нужно лечение.

— Деньги должны прийти скоро. Я позвоню в бухгалтерию, постараюсь ускорить процесс. Как же так… Ребёнок ведь совсем.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Хорошо бы у него получилось ускорить процесс. Каждый день на счету. Каждый час…

— Не беспокойтесь, у врачей всё под контролем, — решила я смягчить и перевести тему. Ни к чему его так сильно вовлекать в свои проблемы… — Всё будет хорошо.

— Будем надеяться на лучшее… Вот что, Марьяна… Сегодня у тебя вечер снова занят.

— Да? Чем?

— Ты идёшь на ужин к моим родителям, — сказал Максим. — Мы должны сообщить о помолвке и скоро свадьбе, пригласить их на церемонию.

Да, конечно, нужно оповестить и пригласить родителей Максима. Но даже не представляю степень их удивления о такой скорой, спонтанной свадьбе их сына…

А меня они точно не примут. Видно, что я из того слоя общества, что их ребёнок. Наверняка, они желали лучшей невесты для своего сына.

— Максим, я поняла, но… — подняла я глаза на него. — Я должна тебя предупредить. Впрочем, думаю, ты и сам это должен понимать. Я… вряд ли понравлюсь твоим родителям. Ты к этому готов?

— Э-э… Да. Думаю, они не останутся в восторге. Потому что хотели слияния капиталов семей, а у тебя их нет, — ответил он. — Но им придётся смириться с моим выбром. Ведь я безумно люблю свою невесту из простой семьи.

— Ну да, ну да… — хмыкнула я. — Тогда я не буду огорчаться, если они будут сидеть с кислыми лицами. Слава богу, что я не твоя невеста на самом деле.

— Родители тоже потом порадуются этому факту, когда мы “расстанемся”.

— Не сомневаюсь в этом.

— Ладно. Планы на вечер ты поняла. А сейчас — работа. Марьяна, соедини меня с покупателями из Крыма.

— Одну минуту, Максим.

Офисный день потёк своим чередом…

Вечер с родителями проходил довольно спокойно.

Конечно, происхождением я не удалась, но образование, опыт работы и умение общаться делали меня куда более значимой, чем казалось поначалу.

Они очень удивились новости о скорой свадьбе Максима, но не стали его осуждать или отговаривать, постарались проявить гостеприимство, хоть и явно были в шоке. Держали себя в руках, но, конечно, засыпали меня вопросами. На которые, впрочем, я прекрасно отвечала, подготовленная Малининым-младшим.

— Но… Как же так вышло, что у вас, оказывается, роман с Максимом, а мы ни сном, ни духом об этом? — спрашивала мама Максима, наливая мне ещё чая.

— Мы не хотели афишировать, — ответила я. — Пошли бы сплетни, вы же понимаете… К тому же, Максим задумал меня перевести к себе в помощницы. Представляете, что говорили бы обо мне тогда?

— Но о вас всё равно станут судачить и если вы поженитесь, — резонно заметила она.

— Да. Но в статусе жены мне уже не будет дела до пересудов. Я буду выше этого. А изменить того, что мы теперь женаты, никто не сможет.

— Мудро, — улыбнулась она. А затем повернулась к сыну: — Мне нравится эта девочка, Максим. Хоть ты и скрывал её от нас, но я вижу, что она действительно тебе подходит.

— Ты так думаешь? — удивился Максим.

И думаю, он не играл. Он в самом деле совсем не ожидал, что мама решит благословить этот брак. И поверит нам. От этого как-то даже неприятно стало… Такая женщина хорошая, мне она тоже понравилась, а мы её берём и обманываем… Но цель оправдывает средства. Наверное.

— Уверена. Серёж, ты что думаешь по этому поводу?

— Сыну решать, Люба. Они взрослые, сами знают, кто им подходит. Мы, конечно, ждали, что Максим заведёт скоро семью, но не думали, что это произойдёт столь внезапно… Но… Желаю вам счастья.

— И внуков поскорее! — добавила мама Максима, а я смущённо опустила голову.

Они так верят в эту любовь… Даже странно, что же такое они увидели в нас? Ведь мы любовь разыгрывали…

Вечером Максим отвёз меня домой.

Он благодарил меня за вечер, я прекрасно отыграла свою роль и несмотря ни на что умудрилась понравиться его родителям. Теперь осталось самое главное — отыграть свадьбу и дождаться собрания акционеров, на котром решиться судьба Максима.

И в этот вечер я не знала о том, что на этом совете решиться ещё одна судьба — моя.

* * *

Следующее утро встретило меня радостной новостью: я получила уведомление на смартфон о том, что на мой счёт зачислена большая сумма денег.

Максим выполнил свою часть договора. Деньги пришли.

На дрожащих ногах я пошла в спальню мамы.

Она уже не спала и расчесывала волосы у зеркала. Собиралась в больницу, как и всегда. Диме нужна была мама рядом…

— Мам, у меня есть новость, — улыбнулась я.

— Доброе утро… Хорошая, надеюсь? — посмотрела она на меня.

— Ну раз улыбаюсь, значит — хорошая.

— Слушаю. — Мама отложила расчёску в сторону и внимательно смотрела на меня.

— Смотри.

Я открыла онлайн-банк и показала маме сумму на своём счету.

— О боже… Откуда? — взметнула она брови.

— Кредит, мам… Точнее, займ без процентов от нашей компании, — ответила я. — Я взяла для Димы.

— Милая, — расплакалась мама у меня на плече. — Девочка моя… Ты наша спасительница!

— Ну ладно, мам… Я Димку люблю не меньше, чем ты… Лечи его, слышишь? Возьми эти деньги и оплати начало лечения. А позже мы найдём еще. Мы его вылечим.

— Марьяночка… Ты моя девочка.

Больше мама ничего сказать не могла, просто плакала и целовала меня.

Когда она успокоилась, я отдала ей свою карту, чтобы она оплатила ею первые процедуры для Димы, и она поехала в больницу, впервые не такая убитая горем, как все дни до этого. И у меня тоже на душе стало куда светлее…

Очень здорово, что Максим вошёл в моё положение, потому положение фирмы в самом деле сейчас не такое крепкое, чтобы раздавать кредиты… Но мне он помог, и это ценно для меня.

Я никогда не забуду ему этой доброты.

И помочь ему получить место генерального директора — самое малое, что я могла бы для него сделать.

Поэтому сегодня до обеда я на работе не появляюсь: я иду покупать наряд на свадебную церемонию.

Хоть свадьба и фальшивая, но родители Максима в неё верят, и мы не планируем и позже раскрывать обман, поэтому наряд для церемонии всё-таки придётся приобрести как для настоящего торжества. Ещё в мои задачи предстояло купить розетку для Максима на его пиджак — чтобы были и у него атрибуты свадьбы на одежде.

Прямо из дома я поехала в бутик свадебного платья.

И хоть всё это спектакль и фальшь, я всё равно испытывала приятный трепет.

Наверное, каждая девушка мечтает побыть принцессой рядом с красивым и молодым принцем… Пусть даже и на несколько дней.

— Объявляю вас мужем и женой!

Зазвучали негромкие аплодисменты, ведь людей на нашей церемонии было не так много. Родители Максима и Никита с женой и сыном.

— Жених может поцеловать невесту, — продолжал звучать голос церемонимейстера.

Я не замешкалась. Конечно, мы обговаривали это с Максимом — что будет поцелуй на церемонии. И также они могут быть и в ресторане после, где мы устроим небольшой банкет для родных Малинина. И я должна быть к этому готова и изображать любовь и желание целоваться. Единственное условие — без языка. Это уже что-то большее, чем поцелуй. Поэтому соблюдаем рамки приличия.

Я улыбнулась и подалась навстречу “жениху” и он мягко коснулся моих губ своими, застыв на месте на время.

Наверное, это тоже элемент спектакля для него, но я застыла тоже, и уже сама по себе.

Эмоции вдруг нахлынули на меня. Поцелуй был тёплый, губы Малинина — мягкими, и в моём животе неожиданно для меня заплясали бабочки…

Это был наш первый поцелуй, и я всё-таки испытывала некоторое смущение, но еаши “зрители”, конечно, решили, что я просто стесняюсь делать это на людях и большего не требовали.

После мы станцевали танец молодых. Первый танец супругов.

Я смотрела в его синие глаза и представляла, как мы красиво выглядим со стороны: я в длинном белом свадебном платье, простом, но всё-таки свадебном, и Максим в красивом фраке с белой, свадебной розеткой.

Настало время ехать в ресторан.

Украшения там были милимистичными — то, что я успела подобрать в агенстве проведения свадеб и привезти сюда утром, заплатив сотрудникам ресторана за то, чтобы они эти украшения развесили.

Достаточно милый ужин в кругу семьи Максима мне даже понравился.

Гости кричали громко несколько раз, но сильно не напирали, словно уловив моё смущение. Они приняли его за благочестие и не стали ставить меня в неловкое положение.

— Поздравляю вас, Марьяна, ещё раз, — обратился ко мне Никита, который планировал со своей женой уже ехать домой после ужина. — Совет вам да любовь.

— Благодарю, — кивнула я, сжимая невольно руку Максима. Как-то меня настораживал его братец. Или просто я приняла сторону Максима, не заметив сама того. Но он мне тоже теперь не очень нравился.

— Надеюсь, что после собрания акционеров вы внезапно не разведётесь, — улыбнулся нам обоим Никита, словно питон, задумавший сожрать зазевавшегося кролика. — А то я потребую пересмотра решения.

— Конечно, нет, — улыбнулся ему Максим такой же улыбкой. — У нас любовь. Как ты мог такое подумать? Это низко.

— Низко — обманывать совет акционеров, — отметил его двоюродный брат.

— А с чего ты взял, что я этим занимаюсь? — с вызовом посмотрел на него Максим.

— Потому что ты так сильно хочешь получить кресло вождя, что пойдёшь на что угодно.

— Нн не на обман собственной семьи.

— Поживём — увидим…

— Доброй ночи, — хмыкнул Малинин и протянул руку брату. — А нам пора ехать в отель. Родители подарили нам прекрасный номер для новобрачных.

— Хорошей брачной ночи, — хмыкнул в ответ Никита и отбыл восвояси вместе со своей супругой.

— Достал, — негромко сказал мне Максим. В его голосе явно слышалось раздражение. — Всё ходит вынюхивает… Сам не прочь кресло получить!

— Естественно. Вы потому и схлестнулись.

— Ну да… Ладно, поехали отдыхать. Этот грёбаный смокинг меня уже замучил…

— Да, я бы тоже избавилась от платья. Корсет ужас как душит.

— Тогда поехали. Выспимся хоть…

— Это точно. Я мечтаю об этом.

Мы попрощались с родителями Максима, которые нас тепло провожали и желали начать рожать им внуков сразу после этой брачной ночи, и мы отправились на праздничной машине в шикарный отель, где нас ждал люкс для

— Здесь красиво, — отметила я, блуждая по номеру, придерживая длинный подол платья рукой.

Оно было довольно свободное, хоть и не пышное, а на спине застёгивался тугой корсет. Вот от него я бы избавилась с удовольствием… Только пока мало представляла себе, как всё это будет происходить. Ведь никакой брачной ночи у нас быть не может на самом деле, как и спать в одной постели мы вряд ли будем.

На столике нас ожидала тарелка с фруктами и напиток в ведёрке со льдом, бутылка которого была красиво украшена свадебными украшениями…

— Да. Красиво, — отозвался Максим и откупорил бутылку с напитком. — Родители сделали нам милый подарок… Жаль, что незаслуженный, ну да ладно. Они об этом никогда не узнают. Ну что? Давай? За нас.

Я приняла бокал из его рук и поддержала Малинина.

За нас. Мы справились.

Врачи начали лечить моего брата. Мама воспряла духом, словно обрела второе дыхание и даже, кажется, стала моложе выглядеть. Наверное, счастливый человек, или хотя бы тот, у кого есть надежда, всегда выглядит сильно лучше того, что чувствует себя в полнейшей безысходности, и в этом нет ничего удивительного.

Максим выполнил свою часть уговора. Теперь дело за мной — просто подыгрывать ему и пару недель пожить в его квартире.

Мои вещи уже отвёз курьер в квартиру Малинина. Завтра, как проснёмся, мы поедем из отеля к нему домой и будто бы начнём семейную жизнь.

Меня это, конечно, смущало, но я верила, что Максим — достойный мужчина, и не сделает ничего, чего я бы сама не хотела. Эти пару недель пролетят незаметно, и скоро я вернусь к себе домой с ещё одной такой же суммой, какую уже получила в кредит от компании. Этих денег должно хватить на лечение Димки. И поэтому я готова была изображать жену Максима на людях столько, сколько ему это потребуется. Слава богу, никаких больших, непосильных для меня сроков он не называл. Ему нужна была лишь победа на совете акционеров, и мне казалось, что он её обязательно получит.

Каждый получит пользу от другого, и это хорошо.

— Что будешь делать? — спросил он меня.

— Хочу в ванну залечь, — ответила я, отпивая напиток из бокала. — И первым делом — скинуть это платье!

— Ты знаешь, мы с тобой совпадаем желаниями, — хмыкнул Максим.

— Ты тоже хочешь в ванну? — рассмеялась я. — Только после меня. Я первая сказала!

— Да нет… — вдруг стал он серьёзным. А потом поставил свой бокал на столик и подошёл ко мне. Забрал и мой бокал и тоже убрал его куда-то в сторону. И мягко взял меня за талию, притянув к себе. — Я тоже хочу скинуть с тебя это платье.

Сказать, что я обалдела от складывающейся ситуации — ничего не сказать.

Только и могла, что удивлённо хлопать ресницами, ощущая, как он в самом деле довольно быстро и ловко расстёгивая крючки корсета на моей спине…

— Максим… Я не…

— Т-с-с-с… — приложил он большой палец к моим губам, заставляя замолчать. — Ты такая красивая невеста, Марьяна. Очень секси.

Боже, что он делает? Он с ума сошёл? Или напиток в бутылке какой-то волшебный оказался?

— Весь день смотрю на тебя и умираю от желания, — сказал он мне, проводя большим пальцем руки по моей нижней губе.

Это было очень нежно, ласково и… возбуждающе.

Я поняла, что откликаюсь на каждое его слово, каждый жест…

И Максима тоже распалило это действие. Он прижался теперь уже губами к моим и стал медленно вести меня куда-то…

Вскоре я оказалась в полностью растёгнутом платье, брошенной на кровать.

Конечно, я понимала, что сейчас произойдёт. Но я не смогла отказаться.

Я принимала его ласки и отдавалась ему вся без остатка, наслаждалась этими яркими эмоциями наравне с ним. Не ощущала никакого смущения или смятения, приняв за факт, что мы просто этого захотели. Оба.

Может, это начало момента, когда фиктивный брак мог бы перерасти в настоящий?

Где-то на краю сознания я ловила себя на мысли, что, наверное, хотела бы попробовать с ним отношения. Только захочет ли он или эта ночь для него будет ничего не значить?

Но все эти мысли придут потом. Утром. А сейчас…

Сейчас я принимала и дарила сумасшедше сладкие ласки.

Лучик солнца, пробившийся из-за плотных портьер, заставил меня сморщиться и открыть глаза.

Я увидела потолок с лепниной и даже не сразу поняла, где я нахожусь.

А потом вспомнила… Я же в отеле. После нашей брачной ночи, которая внезапно стала самой настоящей…

Только я до сих пор не знаю, как к этому всему относится сам Максим. Так всё неожиданно случилось…

Я осторожно повернулась на бок и посмотрела на соседнюю подушку.

На ней мирно спал Малинин.

Он спал, а я улыбалась и разглядывала его.

Красивый он всё-таки. По-мужски красивый.

Черты лица очень точные, яркие. Мужественные губы, непокорная щетина, которая стала пробиваться всего спустя ночь, потому что перед церемонией её точно не было ещё… Ничего себе скорость роста щетины. Тестостерон во все стороны от него — это чувствуется.

И любовник он отличный. Едва я вспоминала нашу ночь, как тут же ноги начинали дрожать от желания повторить. Но я не знала, будет ли у нас когда-то ещё хотя бы одна ночь, похожая на ту, что мы пережили.

Вдруг он будет холоден, когда проснётся, или будет делать вид, что ничего не произошло.

А что мне тогда делать, если так и произойдёт? Как себя вести?

Тоже делать вид, что мне всё равно?

Не уверена, что смогу.

А с другой стороны — какие претензии могут быть к нему? Я ведь сама на всё согласилась, никто меня не заставлял принимать его так близко.

Он открыл глаза, и мы встретились взглядами.

— Привет, — улыбнулся он сонно. — Вот и утро наступило.

— Да. Наступило.

— Не жалеешь?

— О… ночи?

— Да.

— Нет. Не жалею.

— Извини, не удержался. Ладно, поехали домой.

Я немного растерялась от этих извинений. Что это могло означать?

Но стала тоже собираться.

Номер для новобрачных нужно было освобождать…

Мы вместе позавтракали, беседую о делах компании, словно мы снова только начальник и подчинённая, а затем поехали в квартиру Малинина.

Больше о ночи, что случилась между нами, мы с ним не говорили.

* * *

— Ну… Будь как дома, — развёл руками Максим, когда

— Да, хорошо. Что-то случилось?

— Пока не знаю… Еду выяснять, но, кажется, случилось, иначе не собирали бы собрание в выходной.

— Хм… Надеюсь, всё нормально будет и тревога ложная.

— Я тоже на это надеюсь. Ладно, до вечера… Полотенца и простыни в спальне в шкафу — вдруг я не скоро вернусь, сама возьми, что нужно. Вторая дверь в конце коридора — спальня. Можешь воспользоваться ею.

— А ты?

— Я на диване в гостиной посплю.

— Ну, хорошо. Спасибо.

Он уехал. Я разложила вещи и стала бродить по небольшой холостяцкой квартире.

Спальня, гостиная, совмещённая с кухней, санузел. А зачем свободному человеку большие апартаменты? Ему одному хватало места.

В спальне были его личные вещи, которые я невольно рассматривала, словно это могло мне дать возможность узнать его получше, стать поближе…

Ничего необычного в его вещах не было, но мне казалось, что они точно особенные какие-то. И пахнут им. Теперь я очень хорошо знаю его запах и не спутаю ни с каким другим.

Сама не заметила, как стала всё чаще и чаще думать о нём, а ведь нам вскоре предстоит расстаться. По крайней мере мы перестанем играть любовь. А мне даже как-то жаль это осознавать…

Максим не приехал. Сообщил по телефону, что срочно вылетает на один из объектов строительства в другой город и прилетит уже буквально на собрание. Один из строителей упал с высоты, и теперь там происходят разбирательства… Максим вернётся только для того, чтобы поучаствовать в выборах президента компании.

Мне как-то грустно стало от мысли, что мы с ним ни дня в его квартире вместе и не были… Он улетел сразу, едва мы сюда зашли…

С другой стороны, так даже к лучшему — нечего привыкать к нему.

Я понимала, что несмотря на запреты для самой себя и понимание, что всё это не по-настоящему, влюбилась в Малинина. Втрескалась по самые ушки…

А для него всё это, похоже, ровным счётом ничего не значит.

Его волнует только победа на выборах президента компании.

О нашей с ним ночи мы больше никогда не заговаривали.

Вероятно, Максим выбрал тактику делать вид, что ничего не произошло. И мне пришлось ему подыграть и здесь, что я могла бы сделать иначе?

Моя мама новость о скоропалительном решении со свадьбой не приняла радушно, отнеслась настороженно. Я рассказала ей всю правду, не удержалась: мне просто необходимо было с кем-то этим поделиться. Мама точно никому не скажет ничего, а о свадьбе всё равно бы узнала — все газеты пестрели нашими фотографиями с бракосочетания.

Также я ей объяснила, что именно за эти услуги для босса я и получила сумму на лечение Димы и могу получить ещё столько же. Мама, конечно, была рада, что теперь есть деньги на лечение брата и большие шансы поставить его на ноги, но всё же хмурилась и качала головой.

— Ну почему же тебе приходится это всё решать? — гладила она меня по голове. — Мне жаль, что я ничем не могу помочь.

— Мам, главное, что деньги на лечение есть. А откуда они — не так важно. И кто из нас решил этот вопрос, — ответила я. — Самое важное, что Дима будет жить. Ведь мы — одна семья.

— Я надеюсь, тебе судьба ещё отмерит счастья за твои старания, милая, — поцеловала и обняла меня мама.

Спустя почти неделю я всё еще жила в квартире Малинина и навещала брата и маму вечерами после работы.

Сегодня настал тот самый день — соберётся совет акционеров, на котором будет выбран уже официально президент компании.

Я выехала на работу пораньше: нужно было подготовить конференц-зал, проконтролировать, чтобы привезли обеды акционерам, расставить питьевую воду и распечатать все необходимые документы, а затем разложить их в девять папок — по количеству членов совета.

Когда стали собираться в зале акционеры, всё было готово.

Не было только Малинина. Он всё ещё ехал из аэропорта.

Сразу с самолёта он планировал ехать на совет, но попал в пробку.

— Ну что же, господа? — обратился Никита ко всем сидящим в зале.

Пришли все, кроме Максима. От начала собрания прошло уже пять минут.

Я нервничала и смотрела на часы на стене, потом на двери лифтов, надеясь, что из них вот-вот выскочит запыхавшийся Малинин. Но его всё не было и не было…

— Предлагаю начинать наше мероприятие, — продолжил говорить он. — Кто опоздал — сам виноват. Будем считать, что он самодисквалифицировался!

— Никак невозможно, — вмешалась я. — Мы не можем провести собрание без всех участников, заявившихся на должность президента компании. И мы будем ждать Максима Сергеевича. В крайнем случае собрание будет перенесено согласно уставу компании.

— Верно, Никита. Надо ждать Максима. Куда ты так торопишься? Если тебе суждено выиграть — выиграешь. Остынь.

Я нервничала всё больше, но надеялась, что ничего плохого не случилось с Максимом, кроме пробок на дороге, из-за которых Малинин так опаздывает…

— Может быть, кофе, господа? — предложила я и под одобрительный гул пригласила официантов внести кофе и перекус гостям.

Они пили кофе, беседовали, и под конец почти целого часа от начала собрания, двери лифта распахнулись, и я увидела Максима.

Выдохнула. Цел, невридим… Просто дико злой.

Опоздание из-за пробок не порадовало и его. Обычно таким Малинин не грешит и всегда был достаточно пунктуален.

Я поспешила к нему навстречу. Я хотела узнать, что произошло, пока мы идём к конференц-залу по длинному коридору.

— Что случилось? Почему так долго? — спросила я. — Все уже нервничают.

— Авария была на мосту. Никак не проехать было… Ждали, когда приедет техника и уберёт сломанный грузовик, — ответил уставший Максим. — Ничего, сейчас зададим им жару!

Настрой у него был боевой, и я была этому рада. Я от всей души желала ему победы.

— Ну что, дамы и господа? — обратился он к сидящим за круглым, большим столом. — Начинаем наше увлекательное мероприятие.

— Ваш выбор, Сергей Михайлович, — обратились к отцу Максима, который специально приехал на голосование. — И спешу напомнить, что ваш голос будет решающим. У вас одинаковое количество голосов на данный момент — четыре и четыре. Один голос решает, кто станет президентом компании.

В этот момент я особенно разволновалась. А если отец Максима проголосует не за него? Тогда Максим не получит кресло президента…

Я посмотрела на него. Он в напряжении ждал решения отца, глядя куда-то

Я не могу представить даже, что с ним будет, если сейчас Малинин-старший отдаст голос за Никиту по старой памяти о его родителях. Отец Максима — мужчина довольно экстравагантный, и такой поступок от него, в общем-то, можно было ожидать, но всё-таки хотелось верить в лучшее.

Неужто отец своего сына так огорчит?

Или же дело и бизнес превыше всего, и Сергей Михайлович посчитает двоюродного брата Максима лучшим управленцем, чем их сын?

Отец Максима заговорил, и все буквально вытянулись в струну.

Все ждали его решения.

Пока что невозможно было предсказать исход собрания акционеров: голоса так интересно разделились — поровну. И один голос решал всё. Голос Сергея Михайловича.

— Друзья, — говорил он. — Прошу отнестись к моему решению с пониманием. Я долго думал, за кого же отдать свой голос. За дельного, проворного Никиту или за горячего, упорного в труде Максима. Решение было принято, дамы и господа. Оно далось мне как нельзя сложно, потому как я считаю, что оба молодых человека достойны места президента компании и достойны вести компанию вместо меня дальше по заданному курсу. А также, и Максим, и Никита мне одинаково дороги. Я думаю, вы понимаете… С отцом Никиты мы развивали это дело. Я никогда не забуду этого вклада в наш общий бизнес. Однако это тоже не явилось тем, что повлияло на моё решение в выборе президента компании. На самом деле, я не думал, что голосование будет течь так, что мой голос окажется решающим, но… как уж вышло. И я выбираю осторожность и холодную голову против слишком горячей: столь спонтанная свадьба моего сына в очередной раз доказала мне, что передавать ему бразды правления ещё пока рано. Никита, мой голос за тебя.

В зале повисла тишина.

Все открыли рты и переводили удивлённые взгляды с Максима на его отца, который всё-таки выбрал в кресло президента собственной компании не его…

На Максима было страшно смотреть. Он сидел с таким лицом, белым как простынь, словно ему нож в спину вонзили.

В полной тишине он просто молча вышел из конференц-зала.

Я поспешила за ним.

В зале зазвучали аплодисменты и поздравления с получением должности Никиты.

— Чёрт… — устало провёл рукой по лицу Максим. — Ничего у меня не получилось.

— Ну… Не расстраивайся так. Ты всё равно можешь занять место его зама, например. Или какое ещё хорошее место. Ты — хороший специалист.

— Да нет, Марьяна, — ответил Малинин. — Я буду работать тут только в роли главного управленца. На случай проигрыша у меня есть план.

— Какой… план?

— Узнаешь. Для начала надо перевезти твои вещи домой… Ни к чему больше этот спектакль. Развод оформим дистанционно… Без детей это очень просто.

Ну да. Мавр сделал своё дело. Мавр может уходить…

Спектакль больше продолжать не нужно, и я тоже стала больше не нужна.

От этого стало как-то пусто.

Едва мои услуги больше стали не нужны, меня тут же выкинули как ненужную вещь.

— И да… Насчёт денег, — снова обратился он ко мне. — Я всё переведу сегодня же. То, что обещал — ты всё получишь. Едем, соберешь вещи и я вызову тебе такси.

Вот и всё. Просто соберу вещи и уеду.

* * *

Вещи я собрала. Максим вызвал мне такси, и я поехала домой.

На душе была тяжесть. Отчего-то всё это вызывало горечь во рту.

Я же знала, что не нужна ему, и что он избавиться от меня, когда ему больше не нужна будет фальшивая невеста, но всё произошло так резко, неожиданно, на фоне проигрыша на выборах Максима, и от этого вдвойне горько и больно.

Меня не оставляла мысль, что я — не человек, а просто какая-то вещь, которую использовали и выбросили, когда стала не нужна…

Максим уехал. В Европу.

Оказывается, ему давно предлагали контракт управленца в одной и европейских фирм. Он решил принять их предложение, раз уж отец ему фирму не доверил.

Я осталась работать в фирме. Меня даже не стали снимать с должности.

Никита остался мною доволен и позволил продолжать работать в приёмной, но уже с ним. Несмотря на прошлое, мы сумели сделать вид, что никаких ссор между нами не было, хотя он пытался разведать, отчего мы так резко расстались с Максимом. Я сказала, что не смогла поехать с ним в Европу, и поэтому было принято решение о разрыве. Не знаю, поверил ли он мне, но в покое оставил.

Дима с мамой поехали на лечение в Израиль. Прогнозы врачей были очень хорошими.

Деньги мне Малинин перевёл, как и обещал. И это был последний привет от него.

Их должно хватить на весь курс лечения и реабилитации брата, и это очень грело душу на фоне одиночества, которое вдруг образовалось после того, как Максим покинул фирму и страну.

Я тосковала по нему, ничего не могла сделать с собой. И никак не могла отделаться от мысли, что поступил он со мной жестоко: провёл со мной ночь, наутро сделал вид, что ничего не было, потом будто дистанцировался, а затем и вообще улетел в другую страну. Наверное, болезненнее что-то сложно найти для такой наивной, влюблённой дурочки, как я.

Да, он ничего мне не обещал, кроме денег за услуги. А в постель с ним лечь я пожелала сама.

Просто я надеялась, что мои чувства получат ответ от Максима.

Я их получила от него. Но только на одну ночь. Ни во что серьёзное это не вылилось, увы.

Вышла на остановке своего автобуса утром и согнулась у ближайшего дерева.

Меня отчего-то укачало и просто выворачивало прямо на улице.

Дрожащей рукой я достала салфетки и вытерла губы.

Хотелось пить. Откуда эта дурацкая тошнота? Никогда меня не укачивало в автобусе.

— Ну что, милая? Так и плохо тебе? — подошла ко мне сердобольная старушка и протянула бутылку воды. Она ехала со мной в автобусе, и ещё там отметила, что я позеленела. Да, меня стало дико тошнить ни с того ни с сего. Еле доехала до своей остановки. — Попей водички.

Я сделала пару глотков и вернула бабуле воду.

— Спасибо.

— Оставь себе.

— Как скажете, — пожала я плечами, пытаясь отдышаться и прийти в себя.

— Какой же срок у тебя? — спросила бабушка.

— Что? Какой срок? — не поняла я.

— Беременности твоей же, ну.

— К… какой беременности? — захлопала я ресницами.

— Э-э-э, милая, — покачала та головой. — Ты что,

— Тяжёлая?

— Понесла дитя.

— С… чего вы взяли?

— Я милая, многое знаю, я жизнь пожила, — мягко хлопнула она меня по плечу. — А ещё я — повитухой всю жизнь в нашей деревне была. Помяни моё слово — ребёночка тебе бог дал. Не веришь? Тест купи для определения беременности, сама всё увидишь. Небось тошнить чай не первый день стало, и задержка началась. Так всё?

Я задумалась.

А в самом деле! У меня задержка. Я уже даже записалась к гинекологу на осмотр, но думала, что это просто с нервным потрясением связано. А тошнота, которая в самом деле, тоже стала появляться часто в последние недели две, из-за голода: я почти ничего не ела. Вялость тоже из-за голода. Я просто не придала этому какое-то значение…

А ведь бабушка может быть права. Больше месяца назад у нас была ночь с Максимом, в которую теоретически я вполне могла забеременеть…

О ужас. Не дай бог!

Как я буду растить этого ребёнка? Одна?

Бабушка попрощалась и ушла, а я пошла в аптеку, которая была по дороге в офис.

Купила два теста для определения беременности, и едва на месте появилась, пошла в уборную. Терпения не было ждать вечера. Хотелось всё узнать сейчас.

А если бабуля всё верно увидела, и я в самом деле, как она сказала, дитя понесла?

Нет, не могу ждать!

Сделала тесты и еле выждала три минуты, чтобы увидеть результат.

Сидела на крышке унитаза с закрытыми глазами, держа в руках две палочки, зажмурив глаза.

“Только не две, только не две…” — твердила я про себя.

По моим ощущениям три минуты истекли и я открыла глаза, чтобы узнать результат.

Было страшно смотреть на палочки. Они дрожали в моей руке.

Но всё равно ведь неминуемое не отвратить?

Я опустила взгляд на тесты.

Четыре яркие розовые полоски.

По две на каждой палочке…

Бабушка была права.

Я беременна!

Продолжение следует...

Спасибо за чтение

Вернуться к книге