1274

От автора

Эмери Крофт

1274

Информация

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Автор: Эмери Крофт

Название: «1274»

Перевод: Юлия

Обложка: Юлия

18+ (в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера) Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО! Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Книжным девчонкам, которые любят брызги крови так же сильно, как и пошлую эротику…

Дорогой читатель, С возвращением. Если ты уже читал мои книги, то знаешь, чего ожидать. Если же это твоя первая книга, пожалуйста, внимательно ознакомься с предупреждениями о содержании, прежде чем погрузиться в чтение. Спасибо и приятного аппетита!

— Эмери Крофт

Тропы

Инцест между кровными родственниками — брат и сестра

Одержимый / ревнивый и властный герой (OTT/JP)

Графичные сексуальные сцены

Графичное насилие

Экстремальный гор (расчлененка/кровавые подробности)

Убийства в кадре

Хоррор-романтика

Расчленение

Бладплей (игры с кровью)

Хэппи-энд (HEA)

Глава 1

Я неловко поерзала и уставилась на отца, Германа Джерарда. Его яростный взгляд был прикован к моему двадцатиоднолетнему брату Максу.

В кабинете компании «Джерард Шиппинг» атмосфера была натянутой до предела. Отец и Макс были похожи как две капли воды — внешность, манеры, характер. Вероятно, именно поэтому они так часто сталкивались лбами.

— С меня, блядь, хватит, Макс! Этот академический отпуск, на котором ты так настаивал, меня больше не устраивает.

Я прищурилась, впиваясь взглядом в брата. Густая иссиня-черная прядь упала ему на лоб, закрывая глаза. Его длинные ноги в джинсах были аккуратно скрещены в лодыжках, а расслабленная поза так и говорила: мы нагло вторглись в ЕГО личное время.

Он ни разу не взглянул на разъяренного отца, даже чтобы просто обозначить, что слышит его; его тонкие пальцы с молниеносной скоростью порхали по клавиатуре телефона.

— Макс, это серьезно. С вечеринками пора завязывать. Это переходит все границы!

Я убрала волосы с лица, не сводя глаз с брата. Неужели даже он не понимает, что на этот раз мы зашли слишком далеко? В полосе тягостного молчания пискнул мой телефон.

— МАКС! — вспылил отец, и это было по-настоящему опасно.

Я шевельнулась — пора было вмешаться.

— Макс, ты что, оглох?

Он поднял голову, услышав резкость в моем тоне. Внутри у меня всё перевернулось. Его глубокие орехово-зеленые глаза несколько мгновений удерживали мой взгляд. Сердце затрепетало, но я осталась непреклонна — отца нужно было умилостивить.

Мне чертовски нравилась моя жизнь в апартаментах 1274, и я не собиралась возвращаться в скучный Хейвенс-Фоллс только из-за того, что у него нет дисциплины.

Он вздохнул — ну конечно, мы тратили его время.

Он перевел взгляд на отца.

— Ладно, пап. Никаких больше вечеринок.

Вот так просто.

Гнев отца тут же улетучился.

Своего единственного сына он любил больше, чем собственную правую руку.

Тон Германа резко смягчился. Чертов Макс знал свое дело.

— Я не хочу быть грубым, сынок, но я занятой человек, и мне до смерти надоел мистер Уилсон...

— Уолтерс, — холодно вставила я, свайпая экран телефона.

Отец сердито фыркнул, и я чуть не прыснула от смеха. Удивительно, что он вообще помнит НАШИ имена.

Он вдохнул:

— Мистер УОЛТЕРС уже на яйца мне наступает!

Я нахмурилась.

— Папочка, фу!

Он виновато мне улыбнулся.

— Прости, дорогая. Но ты не могла бы, пожалуйста, приглядывать за братом, чтобы он не влипал в неприятности?

Я кивнула.

Губы Макса растянулись в порочной ухмылке. Сообщение было от него, и я не посмела его открыть — кто знает, что там внутри!

Герман тяжело вздохнул.

— Иначе вам обоим придется вернуться к матери в...

Я встала.

Это должно было прекратиться немедленно.

— Нет, папа, хватит драмы. Серьезно, мы с Максом просто позвали пару друзей — всего несколько раз. Ничего особенного, этот мистер Уолтерс преувеличивает!

Я провела руками по синему галстуку отца, поправляя его.

— Мы молоды. Мы совершаем ошибки, но этот козел тоже сгущает краски, пап.

Отец тепло улыбнулся и нежно поцеловал меня в лоб.

— Знаю, милая, но вы можете хотя бы вести себя прилично?

Он полез в карман и выудил две платиновые карты. Я радостно захлопала в ладоши. Взятки от отца — это лучшее, что может быть!

— Это нам?

Он кивнул, и я обняла его.

— Люблю тебя, папочка.

Макс улыбнулся мне, и я подмигнула ему в ответ. Всё улажено.

Макс вдавил педаль газа в пол, и великолепная черная «Шелби» 65-го года с ревом понеслась по Эммерсон-авеню.

Голова раскалывалась.

Встречи с отцом в последнее время давались тяжело. Я достала пачку «Мальборо» из центральной консоли и вытащила сигарету.

— Подожди.

Я с любопытством посмотрела на Макса.

«Мустанг» дернулся и замер у больших ворот с дистанционным управлением, когда мы шумно подкатили к жилому комплексу «Террасы».

Макс заглушил ревущий мотор на нашем частном парковочном месте. Сверху над нашей угловой площадкой зловеще мерцала люминесцентная лампа.

Макс наклонился ко мне, и его дыхание коснулось моей щеки. Следом последовала нежная ласка его тонких пальцев. Я едва могла смотреть в его темные глаза, боясь утонуть в этой зеленой бездне.

— Я не целовал тебя несколько часов, Миа.

На самом деле, мы весь день были в окружении людей.

Я с нетерпением подалась вперед, но он усмехнулся и отстранился.

— Нет. Пошли.

Мои соски затвердели, а он всего лишь коснулся моей щеки.

— Всего один поцелуй, Макс.

Он уже вышел из машины и шел к лифту. Я недовольно проворчала — вечно Макс со своими дурацкими играми!

Глава 2

Апартаменты 1274 представляли собой пентхаус в «Террасах». По размеру они были как два целых дома — великолепные, роскошные и безумно дорогие. С такой высоты вид на город Стэнфорд открывался просто потрясающий. Благодаря бескрайней панораме казалось, будто находишься на самой вершине мира. Ночные клубы, знаменитые рестораны и магазины одежды — всё было буквально в паре шагов. В этой современной квартире было всё необходимое, и, поскольку это была элитная недвижимость, отцу она влетела в копеечку.

Макс запер дверь и почти сразу притянул меня к себе.

Его пальцы скользнули к моему горлу, а губы жадно накрыли мои. Одного властного движения его языка в моем рту было достаточно, чтобы я «поплыла».

Я застонала.

Он прижал меня телом к стене, и его губы терзали мои в долгом, глубоком поцелуе. Мои руки переместились на его талию, и я нетерпеливо притянула его к себе.

— Макс.

Это был горячий шепот.

Его рука переместилась с горла на мою грудь, и пальцы сжали её. Я впилась взглядом в его темные глаза; на сжатую челюсть.

— Я так пиздецки возбужден, дорогая сестричка.

Его пальцы снова задержались на моем горле.

— И я думаю, что сейчас выебу тебя так, что ты мозги растеряешь.

Я рассмеялась, и он тоже.

Я залюбовалась едва заметным, таким милым наклоном его нижнего зуба. Я жадно прикусила его нижнюю губу.

Мое тело оживало от его прикосновений, вспыхивая под его блуждающими губами. Я закрыла глаза и застонала, когда его губы скользнули по моему горлу.

— Звучит как отличный план.

Макс стянул футболку, когда мы вошли в нашу комнату, и мои пальцы скользили по его поджарому телу, пока его губы неутомимо ласкали мою шею.

Наталья Кремнёва

МАРИОНЕТКИ. НЕСВЯТАЯ ТРОИЦА

— Смотри, как хорошо я придумал! Я создал их, они будут счастливы, я дам им любовь!

— Малыш, ты немного ошибся. Они в разных мирах, им не встретить друг друга.

— Ой… Но я так хочу сделать их счастливыми…

— Не плачь, все в твоих руках. Ты можешь все исправить — это же твои создания.

— Тогда… Тогда… Придумал! Я сделаю вот так! Смотри, теперь они будут счастливы? Я устроил им встречу!

— Малыш, ты все слишком упростил.

— Но разве так не должно быть? Я перенес её для него, дал им любовь — ведь это все, что нужно!

— Ты прав, Малыш. Но люди не ценят то, что дается им слишком легко. Зато сущую безделицу они будут беречь как зеницу ока, если она нелегко им досталась.

— Но я так хотел как лучше…

— Добавь им трудностей, Малыш. Люди не ценят дары.

— Но… Вдруг они не справятся?

— Справятся. Стремление к мечте придает им сил. Добивающийся желаемого человек обретает невиданную мощь. Способен перевернуть мир и совершить невозможное. Но если ты боишься, то дай им помощника. Ненавязчивого. Пусть думают, что добились всего сами.

— Как все сложно… А я просто хотел дать им счастья…

— Не расстраивайся. Преодолев трудности, они станут счастливы вдвойне.

— Но они просят иного!

— Не меняй ничего, не слушай их просьб. Люди быстро разочаровываются в желаемом. Отказывая в малом, помогай в большом. И тогда они будут благодарить тебя.

— Они ругают меня…

— Не плачь. Люди слепы. Им не понять, что кажущееся лучшим таковым не является. Терпи, Малыш. Люди будут осуждать тебя за то, что не даешь им ошибаться. Обвинять в том, что бросаешь их. Они просто не понимают, что ты всегда рядом.

День первый

Солнце бесстыдно щекотало ресницы, ослепляя даже сквозь закрытые веки. В общем-то от этого я и очнулась. Некоторое время не шевелясь блаженствовала под теплыми лучиками, прислушиваясь к шороху листвы… Листвы? Минуточку! Я резко открыла глаза. Зря! Прежде ласковое солнце резануло по глазам не хуже лезвия, вызвав слезы и заставив отвернуться. Боль тут же тисками сжала голову, усиливаясь при малейшем движении. Кажется, последняя бутылка вина была лишней… И что, собственно, вчера было? Я вообще что? Вернее, кто? Хотя нет, сейчас «что» будет точнее…. Попытка залезть в память окончилась неудачей — память возмутилась и выпихнула обратно. А уж пить-то как хочется! Все, больше никакого алкоголя! Даже вина! Особенно вина! Хотя нет, вина иногда можно по чуть… Вот! Вино! Красное, клубничное, мое любимое… Костер… Хаотично мечущиеся силуэты… Крики… Хм, похоже, память сжалилась и подбрасывает сцены вчерашних суток. Постепенно картина вечера сложилась.

Если по порядку, то вчера я встретилась с подругами. Звучит обыденно, не спорю, но есть несколько обстоятельств. Этих подруг я не видела довольно давно, поскольку раскидало нас по разным городам и весям. Но вчера мы все-таки добрались до мест былой боевой славы, даже почти в полном составе. С выбором места для лагеря проблем не возникло, с организацией — тоже, поскольку процесс сопровождался поминутными тостами. К вечеру мы окончательно пришли в благодушно-влюбленное состояние и даже искренне обрадовались заглянувшим на огонек старым знакомым. Вечерок вышел веселым: теплая компания, костер, шашлычки, шутки, танцы, ну и, конечно, весьма приличное количество спиртного, от излюбленного мной вина до невесть откуда взявшегося самогона «по уникальному рецепту». В общем, типичное легкое времяпрепровождение с тяжелыми последствиями. Похоже, доползти до палатки у меня не получилось. Ну и ладно, так даже лучше.

Но как же пить хочется! Хотела окликнуть кого-нибудь, но издать смогла только тихий стон. При попытке пошевелиться возник вполне уместный вопрос: какая смерть легче — от жажды или от боли? Кажется, от жажды все же дольше. Все, встаю на счет три! Раз. Два….

На лицо упала тень. Я обрадовано раскрыла глаза. Ого! Взгляд уперся в обнаженную мужскую грудь. Даже ошалевшее сознание прояснилось, позволив в полной мере оценить увиденное. Красивое тело. Крепкое, в меру мускулистое, загорелое…

— Как ты себя чувствуешь?

Смысл фразы до меня не дошел. Я попросту не вникала в значение слов, растаяв от звуков бархатистого голоса. Усилием воли оторвав взгляд от тела, перевела его на лицо незнакомца. Четко очерченные губы, нижняя чуть полнее верхней, слегка изогнуты в улыбке, темно-карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, что-то восточное в чертах. Общее впечатление от лица — АХ! Прямые темные волосы до плеч. Вот тут я выпала в реальность. Резко. Обрадованная боль с утроенной силой вгрызлась в виски, снова выжав стон и заставив закрыть глаза. Ну не люблю я длинноволосых парней. Это подсознательно, объяснению не подлежит, пониманию тоже.

Вдруг стало немного трудно дышать и появилось вполне реальное ощущение, что на груди находится нечто весомое. Да еще и нагленько так лапками перебирает по моему четвертому! Нервное у него что ли? Не топчи святое, охальник!

Забыв о боли, я распахнула глаза. На мне действительно сидело нечто белое, пушистое и объемное. В лицо упиралась остренькая мордочка, покрытая мехом, с длинными усами и кошачьими ушками. Черные бусинки глаз с вертикальными щелочками ярко-алых зрачков смотрели прямо мне в глаза. Существо сморгнуло, отчего глазки стали непроницаемо-черными, и приветственно чирикнуло, лизнув меня за нос шершавым раздвоенным язычком…. Такого потрясения моё замученное сознание не выдержало, и я мирно отчалила к розовым слоникам…

Что день грядущий нам готовит? Я снова очнулась. На этот раз сознание сопротивляться не пыталось, и я все помнила. Глаза не открывала исключительно из страха, поскольку уже поняла, что меня посетила белочка и как-то не горела желанием лицезреть очередные фокусы сего милого зверька. Жаль только жажда никуда не делась…

Руку обдало потоком теплого воздуха, потом коснулось нечто влажное и прохладное. С тяжелым вздохом я открыла глаза. Да, а белочка-то прогрессирует… Нечто оказалось носом, принадлежавшим морде коня. Но какого коня! В жизни не видела подобного красавца! Заметив мой взгляд, зверь выронил вытянутый из-под руки клевер, брезгливо выпрямился и гордо отошел, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Темнее ночи, статный, высокий, величественный, порода чувствуется за версту, чувство собственного достоинства — еще дальше. Царственная особь презрительно игнорировала меня, лишь изредка настороженно кося глазом. Распознав в моем взгляде искреннее восхищение, красавец слегка расслабился и с выражением необычайного презрения неторопливо стал вкушать траву. Да-да, именно вкушать. Кстати, а откуда он взялся?

Наталья Кремнёва

МАРИОНЕТКИ. НЕСВЯТАЯ ТРОИЦА

— Смотри, как хорошо я придумал! Я создал их, они будут счастливы, я дам им любовь!

— Малыш, ты немного ошибся. Они в разных мирах, им не встретить друг друга.

— Ой… Но я так хочу сделать их счастливыми…

— Не плачь, все в твоих руках. Ты можешь все исправить — это же твои создания.

— Тогда… Тогда… Придумал! Я сделаю вот так! Смотри, теперь они будут счастливы? Я устроил им встречу!

— Малыш, ты все слишком упростил.

— Но разве так не должно быть? Я перенес её для него, дал им любовь — ведь это все, что нужно!

— Ты прав, Малыш. Но люди не ценят то, что дается им слишком легко. Зато сущую безделицу они будут беречь как зеницу ока, если она нелегко им досталась.

— Но я так хотел как лучше…

— Добавь им трудностей, Малыш. Люди не ценят дары.

— Но… Вдруг они не справятся?

— Справятся. Стремление к мечте придает им сил. Добивающийся желаемого человек обретает невиданную мощь. Способен перевернуть мир и совершить невозможное. Но если ты боишься, то дай им помощника. Ненавязчивого. Пусть думают, что добились всего сами.

— Как все сложно… А я просто хотел дать им счастья…

— Не расстраивайся. Преодолев трудности, они станут счастливы вдвойне.

— Но они просят иного!

— Не меняй ничего, не слушай их просьб. Люди быстро разочаровываются в желаемом. Отказывая в малом, помогай в большом. И тогда они будут благодарить тебя.

— Они ругают меня…

— Не плачь. Люди слепы. Им не понять, что кажущееся лучшим таковым не является. Терпи, Малыш. Люди будут осуждать тебя за то, что не даешь им ошибаться. Обвинять в том, что бросаешь их. Они просто не понимают, что ты всегда рядом.

День первый

Солнце бесстыдно щекотало ресницы, ослепляя даже сквозь закрытые веки. В общем-то от этого я и очнулась. Некоторое время не шевелясь блаженствовала под теплыми лучиками, прислушиваясь к шороху листвы… Листвы? Минуточку! Я резко открыла глаза. Зря! Прежде ласковое солнце резануло по глазам не хуже лезвия, вызвав слезы и заставив отвернуться. Боль тут же тисками сжала голову, усиливаясь при малейшем движении. Кажется, последняя бутылка вина была лишней… И что, собственно, вчера было? Я вообще что? Вернее, кто? Хотя нет, сейчас «что» будет точнее…. Попытка залезть в память окончилась неудачей — память возмутилась и выпихнула обратно. А уж пить-то как хочется! Все, больше никакого алкоголя! Даже вина! Особенно вина! Хотя нет, вина иногда можно по чуть… Вот! Вино! Красное, клубничное, мое любимое… Костер… Хаотично мечущиеся силуэты… Крики… Хм, похоже, память сжалилась и подбрасывает сцены вчерашних суток. Постепенно картина вечера сложилась.

Если по порядку, то вчера я встретилась с подругами. Звучит обыденно, не спорю, но есть несколько обстоятельств. Этих подруг я не видела довольно давно, поскольку раскидало нас по разным городам и весям. Но вчера мы все-таки добрались до мест былой боевой славы, даже почти в полном составе. С выбором места для лагеря проблем не возникло, с организацией — тоже, поскольку процесс сопровождался поминутными тостами. К вечеру мы окончательно пришли в благодушно-влюбленное состояние и даже искренне обрадовались заглянувшим на огонек старым знакомым. Вечерок вышел веселым: теплая компания, костер, шашлычки, шутки, танцы, ну и, конечно, весьма приличное количество спиртного, от излюбленного мной вина до невесть откуда взявшегося самогона «по уникальному рецепту». В общем, типичное легкое времяпрепровождение с тяжелыми последствиями. Похоже, доползти до палатки у меня не получилось. Ну и ладно, так даже лучше.

Но как же пить хочется! Хотела окликнуть кого-нибудь, но издать смогла только тихий стон. При попытке пошевелиться возник вполне уместный вопрос: какая смерть легче — от жажды или от боли? Кажется, от жажды все же дольше. Все, встаю на счет три! Раз. Два….

На лицо упала тень. Я обрадовано раскрыла глаза. Ого! Взгляд уперся в обнаженную мужскую грудь. Даже ошалевшее сознание прояснилось, позволив в полной мере оценить увиденное. Красивое тело. Крепкое, в меру мускулистое, загорелое…

— Как ты себя чувствуешь?

Смысл фразы до меня не дошел. Я попросту не вникала в значение слов, растаяв от звуков бархатистого голоса. Усилием воли оторвав взгляд от тела, перевела его на лицо незнакомца. Четко очерченные губы, нижняя чуть полнее верхней, слегка изогнуты в улыбке, темно-карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, что-то восточное в чертах. Общее впечатление от лица — АХ! Прямые темные волосы до плеч. Вот тут я выпала в реальность. Резко. Обрадованная боль с утроенной силой вгрызлась в виски, снова выжав стон и заставив закрыть глаза. Ну не люблю я длинноволосых парней. Это подсознательно, объяснению не подлежит, пониманию тоже.

Вдруг стало немного трудно дышать и появилось вполне реальное ощущение, что на груди находится нечто весомое. Да еще и нагленько так лапками перебирает по моему четвертому! Нервное у него что ли? Не топчи святое, охальник!

Забыв о боли, я распахнула глаза. На мне действительно сидело нечто белое, пушистое и объемное. В лицо упиралась остренькая мордочка, покрытая мехом, с длинными усами и кошачьими ушками. Черные бусинки глаз с вертикальными щелочками ярко-алых зрачков смотрели прямо мне в глаза. Существо сморгнуло, отчего глазки стали непроницаемо-черными, и приветственно чирикнуло, лизнув меня за нос шершавым раздвоенным язычком…. Такого потрясения моё замученное сознание не выдержало, и я мирно отчалила к розовым слоникам…

Что день грядущий нам готовит? Я снова очнулась. На этот раз сознание сопротивляться не пыталось, и я все помнила. Глаза не открывала исключительно из страха, поскольку уже поняла, что меня посетила белочка и как-то не горела желанием лицезреть очередные фокусы сего милого зверька. Жаль только жажда никуда не делась…

Руку обдало потоком теплого воздуха, потом коснулось нечто влажное и прохладное. С тяжелым вздохом я открыла глаза. Да, а белочка-то прогрессирует… Нечто оказалось носом, принадлежавшим морде коня. Но какого коня! В жизни не видела подобного красавца! Заметив мой взгляд, зверь выронил вытянутый из-под руки клевер, брезгливо выпрямился и гордо отошел, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Темнее ночи, статный, высокий, величественный, порода чувствуется за версту, чувство собственного достоинства — еще дальше. Царственная особь презрительно игнорировала меня, лишь изредка настороженно кося глазом. Распознав в моем взгляде искреннее восхищение, красавец слегка расслабился и с выражением необычайного презрения неторопливо стал вкушать траву. Да-да, именно вкушать. Кстати, а откуда он взялся?

Наталья Кремнёва

МАРИОНЕТКИ. НЕСВЯТАЯ ТРОИЦА

— Смотри, как хорошо я придумал! Я создал их, они будут счастливы, я дам им любовь!

— Малыш, ты немного ошибся. Они в разных мирах, им не встретить друг друга.

— Ой… Но я так хочу сделать их счастливыми…

— Не плачь, все в твоих руках. Ты можешь все исправить — это же твои создания.

— Тогда… Тогда… Придумал! Я сделаю вот так! Смотри, теперь они будут счастливы? Я устроил им встречу!

— Малыш, ты все слишком упростил.

— Но разве так не должно быть? Я перенес её для него, дал им любовь — ведь это все, что нужно!

— Ты прав, Малыш. Но люди не ценят то, что дается им слишком легко. Зато сущую безделицу они будут беречь как зеницу ока, если она нелегко им досталась.

— Но я так хотел как лучше…

— Добавь им трудностей, Малыш. Люди не ценят дары.

— Но… Вдруг они не справятся?

— Справятся. Стремление к мечте придает им сил. Добивающийся желаемого человек обретает невиданную мощь. Способен перевернуть мир и совершить невозможное. Но если ты боишься, то дай им помощника. Ненавязчивого. Пусть думают, что добились всего сами.

— Как все сложно… А я просто хотел дать им счастья…

— Не расстраивайся. Преодолев трудности, они станут счастливы вдвойне.

— Но они просят иного!

— Не меняй ничего, не слушай их просьб. Люди быстро разочаровываются в желаемом. Отказывая в малом, помогай в большом. И тогда они будут благодарить тебя.

— Они ругают меня…

— Не плачь. Люди слепы. Им не понять, что кажущееся лучшим таковым не является. Терпи, Малыш. Люди будут осуждать тебя за то, что не даешь им ошибаться. Обвинять в том, что бросаешь их. Они просто не понимают, что ты всегда рядом.

День первый

Солнце бесстыдно щекотало ресницы, ослепляя даже сквозь закрытые веки. В общем-то от этого я и очнулась. Некоторое время не шевелясь блаженствовала под теплыми лучиками, прислушиваясь к шороху листвы… Листвы? Минуточку! Я резко открыла глаза. Зря! Прежде ласковое солнце резануло по глазам не хуже лезвия, вызвав слезы и заставив отвернуться. Боль тут же тисками сжала голову, усиливаясь при малейшем движении. Кажется, последняя бутылка вина была лишней… И что, собственно, вчера было? Я вообще что? Вернее, кто? Хотя нет, сейчас «что» будет точнее…. Попытка залезть в память окончилась неудачей — память возмутилась и выпихнула обратно. А уж пить-то как хочется! Все, больше никакого алкоголя! Даже вина! Особенно вина! Хотя нет, вина иногда можно по чуть… Вот! Вино! Красное, клубничное, мое любимое… Костер… Хаотично мечущиеся силуэты… Крики… Хм, похоже, память сжалилась и подбрасывает сцены вчерашних суток. Постепенно картина вечера сложилась.

Если по порядку, то вчера я встретилась с подругами. Звучит обыденно, не спорю, но есть несколько обстоятельств. Этих подруг я не видела довольно давно, поскольку раскидало нас по разным городам и весям. Но вчера мы все-таки добрались до мест былой боевой славы, даже почти в полном составе. С выбором места для лагеря проблем не возникло, с организацией — тоже, поскольку процесс сопровождался поминутными тостами. К вечеру мы окончательно пришли в благодушно-влюбленное состояние и даже искренне обрадовались заглянувшим на огонек старым знакомым. Вечерок вышел веселым: теплая компания, костер, шашлычки, шутки, танцы, ну и, конечно, весьма приличное количество спиртного, от излюбленного мной вина до невесть откуда взявшегося самогона «по уникальному рецепту». В общем, типичное легкое времяпрепровождение с тяжелыми последствиями. Похоже, доползти до палатки у меня не получилось. Ну и ладно, так даже лучше.

Но как же пить хочется! Хотела окликнуть кого-нибудь, но издать смогла только тихий стон. При попытке пошевелиться возник вполне уместный вопрос: какая смерть легче — от жажды или от боли? Кажется, от жажды все же дольше. Все, встаю на счет три! Раз. Два….

На лицо упала тень. Я обрадовано раскрыла глаза. Ого! Взгляд уперся в обнаженную мужскую грудь. Даже ошалевшее сознание прояснилось, позволив в полной мере оценить увиденное. Красивое тело. Крепкое, в меру мускулистое, загорелое…

— Как ты себя чувствуешь?

Смысл фразы до меня не дошел. Я попросту не вникала в значение слов, растаяв от звуков бархатистого голоса. Усилием воли оторвав взгляд от тела, перевела его на лицо незнакомца. Четко очерченные губы, нижняя чуть полнее верхней, слегка изогнуты в улыбке, темно-карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, что-то восточное в чертах. Общее впечатление от лица — АХ! Прямые темные волосы до плеч. Вот тут я выпала в реальность. Резко. Обрадованная боль с утроенной силой вгрызлась в виски, снова выжав стон и заставив закрыть глаза. Ну не люблю я длинноволосых парней. Это подсознательно, объяснению не подлежит, пониманию тоже.

Вдруг стало немного трудно дышать и появилось вполне реальное ощущение, что на груди находится нечто весомое. Да еще и нагленько так лапками перебирает по моему четвертому! Нервное у него что ли? Не топчи святое, охальник!

Забыв о боли, я распахнула глаза. На мне действительно сидело нечто белое, пушистое и объемное. В лицо упиралась остренькая мордочка, покрытая мехом, с длинными усами и кошачьими ушками. Черные бусинки глаз с вертикальными щелочками ярко-алых зрачков смотрели прямо мне в глаза. Существо сморгнуло, отчего глазки стали непроницаемо-черными, и приветственно чирикнуло, лизнув меня за нос шершавым раздвоенным язычком…. Такого потрясения моё замученное сознание не выдержало, и я мирно отчалила к розовым слоникам…

Что день грядущий нам готовит? Я снова очнулась. На этот раз сознание сопротивляться не пыталось, и я все помнила. Глаза не открывала исключительно из страха, поскольку уже поняла, что меня посетила белочка и как-то не горела желанием лицезреть очередные фокусы сего милого зверька. Жаль только жажда никуда не делась…

Руку обдало потоком теплого воздуха, потом коснулось нечто влажное и прохладное. С тяжелым вздохом я открыла глаза. Да, а белочка-то прогрессирует… Нечто оказалось носом, принадлежавшим морде коня. Но какого коня! В жизни не видела подобного красавца! Заметив мой взгляд, зверь выронил вытянутый из-под руки клевер, брезгливо выпрямился и гордо отошел, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Темнее ночи, статный, высокий, величественный, порода чувствуется за версту, чувство собственного достоинства — еще дальше. Царственная особь презрительно игнорировала меня, лишь изредка настороженно кося глазом. Распознав в моем взгляде искреннее восхищение, красавец слегка расслабился и с выражением необычайного презрения неторопливо стал вкушать траву. Да-да, именно вкушать. Кстати, а откуда он взялся?

Наталья Кремнёва

МАРИОНЕТКИ. НЕСВЯТАЯ ТРОИЦА

— Смотри, как хорошо я придумал! Я создал их, они будут счастливы, я дам им любовь!

— Малыш, ты немного ошибся. Они в разных мирах, им не встретить друг друга.

— Ой… Но я так хочу сделать их счастливыми…

— Не плачь, все в твоих руках. Ты можешь все исправить — это же твои создания.

— Тогда… Тогда… Придумал! Я сделаю вот так! Смотри, теперь они будут счастливы? Я устроил им встречу!

— Малыш, ты все слишком упростил.

— Но разве так не должно быть? Я перенес её для него, дал им любовь — ведь это все, что нужно!

— Ты прав, Малыш. Но люди не ценят то, что дается им слишком легко. Зато сущую безделицу они будут беречь как зеницу ока, если она нелегко им досталась.

— Но я так хотел как лучше…

— Добавь им трудностей, Малыш. Люди не ценят дары.

— Но… Вдруг они не справятся?

— Справятся. Стремление к мечте придает им сил. Добивающийся желаемого человек обретает невиданную мощь. Способен перевернуть мир и совершить невозможное. Но если ты боишься, то дай им помощника. Ненавязчивого. Пусть думают, что добились всего сами.

— Как все сложно… А я просто хотел дать им счастья…

— Не расстраивайся. Преодолев трудности, они станут счастливы вдвойне.

— Но они просят иного!

— Не меняй ничего, не слушай их просьб. Люди быстро разочаровываются в желаемом. Отказывая в малом, помогай в большом. И тогда они будут благодарить тебя.

— Они ругают меня…

— Не плачь. Люди слепы. Им не понять, что кажущееся лучшим таковым не является. Терпи, Малыш. Люди будут осуждать тебя за то, что не даешь им ошибаться. Обвинять в том, что бросаешь их. Они просто не понимают, что ты всегда рядом.

День первый

Солнце бесстыдно щекотало ресницы, ослепляя даже сквозь закрытые веки. В общем-то от этого я и очнулась. Некоторое время не шевелясь блаженствовала под теплыми лучиками, прислушиваясь к шороху листвы… Листвы? Минуточку! Я резко открыла глаза. Зря! Прежде ласковое солнце резануло по глазам не хуже лезвия, вызвав слезы и заставив отвернуться. Боль тут же тисками сжала голову, усиливаясь при малейшем движении. Кажется, последняя бутылка вина была лишней… И что, собственно, вчера было? Я вообще что? Вернее, кто? Хотя нет, сейчас «что» будет точнее…. Попытка залезть в память окончилась неудачей — память возмутилась и выпихнула обратно. А уж пить-то как хочется! Все, больше никакого алкоголя! Даже вина! Особенно вина! Хотя нет, вина иногда можно по чуть… Вот! Вино! Красное, клубничное, мое любимое… Костер… Хаотично мечущиеся силуэты… Крики… Хм, похоже, память сжалилась и подбрасывает сцены вчерашних суток. Постепенно картина вечера сложилась.

Если по порядку, то вчера я встретилась с подругами. Звучит обыденно, не спорю, но есть несколько обстоятельств. Этих подруг я не видела довольно давно, поскольку раскидало нас по разным городам и весям. Но вчера мы все-таки добрались до мест былой боевой славы, даже почти в полном составе. С выбором места для лагеря проблем не возникло, с организацией — тоже, поскольку процесс сопровождался поминутными тостами. К вечеру мы окончательно пришли в благодушно-влюбленное состояние и даже искренне обрадовались заглянувшим на огонек старым знакомым. Вечерок вышел веселым: теплая компания, костер, шашлычки, шутки, танцы, ну и, конечно, весьма приличное количество спиртного, от излюбленного мной вина до невесть откуда взявшегося самогона «по уникальному рецепту». В общем, типичное легкое времяпрепровождение с тяжелыми последствиями. Похоже, доползти до палатки у меня не получилось. Ну и ладно, так даже лучше.

Но как же пить хочется! Хотела окликнуть кого-нибудь, но издать смогла только тихий стон. При попытке пошевелиться возник вполне уместный вопрос: какая смерть легче — от жажды или от боли? Кажется, от жажды все же дольше. Все, встаю на счет три! Раз. Два….

На лицо упала тень. Я обрадовано раскрыла глаза. Ого! Взгляд уперся в обнаженную мужскую грудь. Даже ошалевшее сознание прояснилось, позволив в полной мере оценить увиденное. Красивое тело. Крепкое, в меру мускулистое, загорелое…

— Как ты себя чувствуешь?

Смысл фразы до меня не дошел. Я попросту не вникала в значение слов, растаяв от звуков бархатистого голоса. Усилием воли оторвав взгляд от тела, перевела его на лицо незнакомца. Четко очерченные губы, нижняя чуть полнее верхней, слегка изогнуты в улыбке, темно-карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, что-то восточное в чертах. Общее впечатление от лица — АХ! Прямые темные волосы до плеч. Вот тут я выпала в реальность. Резко. Обрадованная боль с утроенной силой вгрызлась в виски, снова выжав стон и заставив закрыть глаза. Ну не люблю я длинноволосых парней. Это подсознательно, объяснению не подлежит, пониманию тоже.

Вдруг стало немного трудно дышать и появилось вполне реальное ощущение, что на груди находится нечто весомое. Да еще и нагленько так лапками перебирает по моему четвертому! Нервное у него что ли? Не топчи святое, охальник!

Забыв о боли, я распахнула глаза. На мне действительно сидело нечто белое, пушистое и объемное. В лицо упиралась остренькая мордочка, покрытая мехом, с длинными усами и кошачьими ушками. Черные бусинки глаз с вертикальными щелочками ярко-алых зрачков смотрели прямо мне в глаза. Существо сморгнуло, отчего глазки стали непроницаемо-черными, и приветственно чирикнуло, лизнув меня за нос шершавым раздвоенным язычком…. Такого потрясения моё замученное сознание не выдержало, и я мирно отчалила к розовым слоникам…

Что день грядущий нам готовит? Я снова очнулась. На этот раз сознание сопротивляться не пыталось, и я все помнила. Глаза не открывала исключительно из страха, поскольку уже поняла, что меня посетила белочка и как-то не горела желанием лицезреть очередные фокусы сего милого зверька. Жаль только жажда никуда не делась…

Руку обдало потоком теплого воздуха, потом коснулось нечто влажное и прохладное. С тяжелым вздохом я открыла глаза. Да, а белочка-то прогрессирует… Нечто оказалось носом, принадлежавшим морде коня. Но какого коня! В жизни не видела подобного красавца! Заметив мой взгляд, зверь выронил вытянутый из-под руки клевер, брезгливо выпрямился и гордо отошел, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Темнее ночи, статный, высокий, величественный, порода чувствуется за версту, чувство собственного достоинства — еще дальше. Царственная особь презрительно игнорировала меня, лишь изредка настороженно кося глазом. Распознав в моем взгляде искреннее восхищение, красавец слегка расслабился и с выражением необычайного презрения неторопливо стал вкушать траву. Да-да, именно вкушать. Кстати, а откуда он взялся?

Наталья Кремнёва

МАРИОНЕТКИ. НЕСВЯТАЯ ТРОИЦА

— Смотри, как хорошо я придумал! Я создал их, они будут счастливы, я дам им любовь!

— Малыш, ты немного ошибся. Они в разных мирах, им не встретить друг друга.

— Ой… Но я так хочу сделать их счастливыми…

— Не плачь, все в твоих руках. Ты можешь все исправить — это же твои создания.

— Тогда… Тогда… Придумал! Я сделаю вот так! Смотри, теперь они будут счастливы? Я устроил им встречу!

— Малыш, ты все слишком упростил.

— Но разве так не должно быть? Я перенес её для него, дал им любовь — ведь это все, что нужно!

— Ты прав, Малыш. Но люди не ценят то, что дается им слишком легко. Зато сущую безделицу они будут беречь как зеницу ока, если она нелегко им досталась.

— Но я так хотел как лучше…

— Добавь им трудностей, Малыш. Люди не ценят дары.

— Но… Вдруг они не справятся?

— Справятся. Стремление к мечте придает им сил. Добивающийся желаемого человек обретает невиданную мощь. Способен перевернуть мир и совершить невозможное. Но если ты боишься, то дай им помощника. Ненавязчивого. Пусть думают, что добились всего сами.

— Как все сложно… А я просто хотел дать им счастья…

— Не расстраивайся. Преодолев трудности, они станут счастливы вдвойне.

— Но они просят иного!

— Не меняй ничего, не слушай их просьб. Люди быстро разочаровываются в желаемом. Отказывая в малом, помогай в большом. И тогда они будут благодарить тебя.

— Они ругают меня…

— Не плачь. Люди слепы. Им не понять, что кажущееся лучшим таковым не является. Терпи, Малыш. Люди будут осуждать тебя за то, что не даешь им ошибаться. Обвинять в том, что бросаешь их. Они просто не понимают, что ты всегда рядом.

День первый

Солнце бесстыдно щекотало ресницы, ослепляя даже сквозь закрытые веки. В общем-то от этого я и очнулась. Некоторое время не шевелясь блаженствовала под теплыми лучиками, прислушиваясь к шороху листвы… Листвы? Минуточку! Я резко открыла глаза. Зря! Прежде ласковое солнце резануло по глазам не хуже лезвия, вызвав слезы и заставив отвернуться. Боль тут же тисками сжала голову, усиливаясь при малейшем движении. Кажется, последняя бутылка вина была лишней… И что, собственно, вчера было? Я вообще что? Вернее, кто? Хотя нет, сейчас «что» будет точнее…. Попытка залезть в память окончилась неудачей — память возмутилась и выпихнула обратно. А уж пить-то как хочется! Все, больше никакого алкоголя! Даже вина! Особенно вина! Хотя нет, вина иногда можно по чуть… Вот! Вино! Красное, клубничное, мое любимое… Костер… Хаотично мечущиеся силуэты… Крики… Хм, похоже, память сжалилась и подбрасывает сцены вчерашних суток. Постепенно картина вечера сложилась.

Если по порядку, то вчера я встретилась с подругами. Звучит обыденно, не спорю, но есть несколько обстоятельств. Этих подруг я не видела довольно давно, поскольку раскидало нас по разным городам и весям. Но вчера мы все-таки добрались до мест былой боевой славы, даже почти в полном составе. С выбором места для лагеря проблем не возникло, с организацией — тоже, поскольку процесс сопровождался поминутными тостами. К вечеру мы окончательно пришли в благодушно-влюбленное состояние и даже искренне обрадовались заглянувшим на огонек старым знакомым. Вечерок вышел веселым: теплая компания, костер, шашлычки, шутки, танцы, ну и, конечно, весьма приличное количество спиртного, от излюбленного мной вина до невесть откуда взявшегося самогона «по уникальному рецепту». В общем, типичное легкое времяпрепровождение с тяжелыми последствиями. Похоже, доползти до палатки у меня не получилось. Ну и ладно, так даже лучше.

Но как же пить хочется! Хотела окликнуть кого-нибудь, но издать смогла только тихий стон. При попытке пошевелиться возник вполне уместный вопрос: какая смерть легче — от жажды или от боли? Кажется, от жажды все же дольше. Все, встаю на счет три! Раз. Два….

На лицо упала тень. Я обрадовано раскрыла глаза. Ого! Взгляд уперся в обнаженную мужскую грудь. Даже ошалевшее сознание прояснилось, позволив в полной мере оценить увиденное. Красивое тело. Крепкое, в меру мускулистое, загорелое…

— Как ты себя чувствуешь?

Смысл фразы до меня не дошел. Я попросту не вникала в значение слов, растаяв от звуков бархатистого голоса. Усилием воли оторвав взгляд от тела, перевела его на лицо незнакомца. Четко очерченные губы, нижняя чуть полнее верхней, слегка изогнуты в улыбке, темно-карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, что-то восточное в чертах. Общее впечатление от лица — АХ! Прямые темные волосы до плеч. Вот тут я выпала в реальность. Резко. Обрадованная боль с утроенной силой вгрызлась в виски, снова выжав стон и заставив закрыть глаза. Ну не люблю я длинноволосых парней. Это подсознательно, объяснению не подлежит, пониманию тоже.

Вдруг стало немного трудно дышать и появилось вполне реальное ощущение, что на груди находится нечто весомое. Да еще и нагленько так лапками перебирает по моему четвертому! Нервное у него что ли? Не топчи святое, охальник!

Забыв о боли, я распахнула глаза. На мне действительно сидело нечто белое, пушистое и объемное. В лицо упиралась остренькая мордочка, покрытая мехом, с длинными усами и кошачьими ушками. Черные бусинки глаз с вертикальными щелочками ярко-алых зрачков смотрели прямо мне в глаза. Существо сморгнуло, отчего глазки стали непроницаемо-черными, и приветственно чирикнуло, лизнув меня за нос шершавым раздвоенным язычком…. Такого потрясения моё замученное сознание не выдержало, и я мирно отчалила к розовым слоникам…

Что день грядущий нам готовит? Я снова очнулась. На этот раз сознание сопротивляться не пыталось, и я все помнила. Глаза не открывала исключительно из страха, поскольку уже поняла, что меня посетила белочка и как-то не горела желанием лицезреть очередные фокусы сего милого зверька. Жаль только жажда никуда не делась…

Руку обдало потоком теплого воздуха, потом коснулось нечто влажное и прохладное. С тяжелым вздохом я открыла глаза. Да, а белочка-то прогрессирует… Нечто оказалось носом, принадлежавшим морде коня. Но какого коня! В жизни не видела подобного красавца! Заметив мой взгляд, зверь выронил вытянутый из-под руки клевер, брезгливо выпрямился и гордо отошел, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Темнее ночи, статный, высокий, величественный, порода чувствуется за версту, чувство собственного достоинства — еще дальше. Царственная особь презрительно игнорировала меня, лишь изредка настороженно кося глазом. Распознав в моем взгляде искреннее восхищение, красавец слегка расслабился и с выражением необычайного презрения неторопливо стал вкушать траву. Да-да, именно вкушать. Кстати, а откуда он взялся?

Наталья Кремнёва

МАРИОНЕТКИ. НЕСВЯТАЯ ТРОИЦА

— Смотри, как хорошо я придумал! Я создал их, они будут счастливы, я дам им любовь!

— Малыш, ты немного ошибся. Они в разных мирах, им не встретить друг друга.

— Ой… Но я так хочу сделать их счастливыми…

— Не плачь, все в твоих руках. Ты можешь все исправить — это же твои создания.

— Тогда… Тогда… Придумал! Я сделаю вот так! Смотри, теперь они будут счастливы? Я устроил им встречу!

— Малыш, ты все слишком упростил.

— Но разве так не должно быть? Я перенес её для него, дал им любовь — ведь это все, что нужно!

— Ты прав, Малыш. Но люди не ценят то, что дается им слишком легко. Зато сущую безделицу они будут беречь как зеницу ока, если она нелегко им досталась.

— Но я так хотел как лучше…

— Добавь им трудностей, Малыш. Люди не ценят дары.

— Но… Вдруг они не справятся?

— Справятся. Стремление к мечте придает им сил. Добивающийся желаемого человек обретает невиданную мощь. Способен перевернуть мир и совершить невозможное. Но если ты боишься, то дай им помощника. Ненавязчивого. Пусть думают, что добились всего сами.

— Как все сложно… А я просто хотел дать им счастья…

— Не расстраивайся. Преодолев трудности, они станут счастливы вдвойне.

— Но они просят иного!

— Не меняй ничего, не слушай их просьб. Люди быстро разочаровываются в желаемом. Отказывая в малом, помогай в большом. И тогда они будут благодарить тебя.

— Они ругают меня…

— Не плачь. Люди слепы. Им не понять, что кажущееся лучшим таковым не является. Терпи, Малыш. Люди будут осуждать тебя за то, что не даешь им ошибаться. Обвинять в том, что бросаешь их. Они просто не понимают, что ты всегда рядом.

День первый

Солнце бесстыдно щекотало ресницы, ослепляя даже сквозь закрытые веки. В общем-то от этого я и очнулась. Некоторое время не шевелясь блаженствовала под теплыми лучиками, прислушиваясь к шороху листвы… Листвы? Минуточку! Я резко открыла глаза. Зря! Прежде ласковое солнце резануло по глазам не хуже лезвия, вызвав слезы и заставив отвернуться. Боль тут же тисками сжала голову, усиливаясь при малейшем движении. Кажется, последняя бутылка вина была лишней… И что, собственно, вчера было? Я вообще что? Вернее, кто? Хотя нет, сейчас «что» будет точнее…. Попытка залезть в память окончилась неудачей — память возмутилась и выпихнула обратно. А уж пить-то как хочется! Все, больше никакого алкоголя! Даже вина! Особенно вина! Хотя нет, вина иногда можно по чуть… Вот! Вино! Красное, клубничное, мое любимое… Костер… Хаотично мечущиеся силуэты… Крики… Хм, похоже, память сжалилась и подбрасывает сцены вчерашних суток. Постепенно картина вечера сложилась.

Если по порядку, то вчера я встретилась с подругами. Звучит обыденно, не спорю, но есть несколько обстоятельств. Этих подруг я не видела довольно давно, поскольку раскидало нас по разным городам и весям. Но вчера мы все-таки добрались до мест былой боевой славы, даже почти в полном составе. С выбором места для лагеря проблем не возникло, с организацией — тоже, поскольку процесс сопровождался поминутными тостами. К вечеру мы окончательно пришли в благодушно-влюбленное состояние и даже искренне обрадовались заглянувшим на огонек старым знакомым. Вечерок вышел веселым: теплая компания, костер, шашлычки, шутки, танцы, ну и, конечно, весьма приличное количество спиртного, от излюбленного мной вина до невесть откуда взявшегося самогона «по уникальному рецепту». В общем, типичное легкое времяпрепровождение с тяжелыми последствиями. Похоже, доползти до палатки у меня не получилось. Ну и ладно, так даже лучше.

Но как же пить хочется! Хотела окликнуть кого-нибудь, но издать смогла только тихий стон. При попытке пошевелиться возник вполне уместный вопрос: какая смерть легче — от жажды или от боли? Кажется, от жажды все же дольше. Все, встаю на счет три! Раз. Два….

На лицо упала тень. Я обрадовано раскрыла глаза. Ого! Взгляд уперся в обнаженную мужскую грудь. Даже ошалевшее сознание прояснилось, позволив в полной мере оценить увиденное. Красивое тело. Крепкое, в меру мускулистое, загорелое…

— Как ты себя чувствуешь?

Смысл фразы до меня не дошел. Я попросту не вникала в значение слов, растаяв от звуков бархатистого голоса. Усилием воли оторвав взгляд от тела, перевела его на лицо незнакомца. Четко очерченные губы, нижняя чуть полнее верхней, слегка изогнуты в улыбке, темно-карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, что-то восточное в чертах. Общее впечатление от лица — АХ! Прямые темные волосы до плеч. Вот тут я выпала в реальность. Резко. Обрадованная боль с утроенной силой вгрызлась в виски, снова выжав стон и заставив закрыть глаза. Ну не люблю я длинноволосых парней. Это подсознательно, объяснению не подлежит, пониманию тоже.

Вдруг стало немного трудно дышать и появилось вполне реальное ощущение, что на груди находится нечто весомое. Да еще и нагленько так лапками перебирает по моему четвертому! Нервное у него что ли? Не топчи святое, охальник!

Забыв о боли, я распахнула глаза. На мне действительно сидело нечто белое, пушистое и объемное. В лицо упиралась остренькая мордочка, покрытая мехом, с длинными усами и кошачьими ушками. Черные бусинки глаз с вертикальными щелочками ярко-алых зрачков смотрели прямо мне в глаза. Существо сморгнуло, отчего глазки стали непроницаемо-черными, и приветственно чирикнуло, лизнув меня за нос шершавым раздвоенным язычком…. Такого потрясения моё замученное сознание не выдержало, и я мирно отчалила к розовым слоникам…

Что день грядущий нам готовит? Я снова очнулась. На этот раз сознание сопротивляться не пыталось, и я все помнила. Глаза не открывала исключительно из страха, поскольку уже поняла, что меня посетила белочка и как-то не горела желанием лицезреть очередные фокусы сего милого зверька. Жаль только жажда никуда не делась…

Руку обдало потоком теплого воздуха, потом коснулось нечто влажное и прохладное. С тяжелым вздохом я открыла глаза. Да, а белочка-то прогрессирует… Нечто оказалось носом, принадлежавшим морде коня. Но какого коня! В жизни не видела подобного красавца! Заметив мой взгляд, зверь выронил вытянутый из-под руки клевер, брезгливо выпрямился и гордо отошел, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Темнее ночи, статный, высокий, величественный, порода чувствуется за версту, чувство собственного достоинства — еще дальше. Царственная особь презрительно игнорировала меня, лишь изредка настороженно кося глазом. Распознав в моем взгляде искреннее восхищение, красавец слегка расслабился и с выражением необычайного презрения неторопливо стал вкушать траву. Да-да, именно вкушать. Кстати, а откуда он взялся?

Наталья Кремнёва

МАРИОНЕТКИ. НЕСВЯТАЯ ТРОИЦА

— Смотри, как хорошо я придумал! Я создал их, они будут счастливы, я дам им любовь!

— Малыш, ты немного ошибся. Они в разных мирах, им не встретить друг друга.

— Ой… Но я так хочу сделать их счастливыми…

— Не плачь, все в твоих руках. Ты можешь все исправить — это же твои создания.

— Тогда… Тогда… Придумал! Я сделаю вот так! Смотри, теперь они будут счастливы? Я устроил им встречу!

— Малыш, ты все слишком упростил.

— Но разве так не должно быть? Я перенес её для него, дал им любовь — ведь это все, что нужно!

— Ты прав, Малыш. Но люди не ценят то, что дается им слишком легко. Зато сущую безделицу они будут беречь как зеницу ока, если она нелегко им досталась.

— Но я так хотел как лучше…

— Добавь им трудностей, Малыш. Люди не ценят дары.

— Но… Вдруг они не справятся?

— Справятся. Стремление к мечте придает им сил. Добивающийся желаемого человек обретает невиданную мощь. Способен перевернуть мир и совершить невозможное. Но если ты боишься, то дай им помощника. Ненавязчивого. Пусть думают, что добились всего сами.

— Как все сложно… А я просто хотел дать им счастья…

— Не расстраивайся. Преодолев трудности, они станут счастливы вдвойне.

— Но они просят иного!

— Не меняй ничего, не слушай их просьб. Люди быстро разочаровываются в желаемом. Отказывая в малом, помогай в большом. И тогда они будут благодарить тебя.

— Они ругают меня…

— Не плачь. Люди слепы. Им не понять, что кажущееся лучшим таковым не является. Терпи, Малыш. Люди будут осуждать тебя за то, что не даешь им ошибаться. Обвинять в том, что бросаешь их. Они просто не понимают, что ты всегда рядом.

День первый

Солнце бесстыдно щекотало ресницы, ослепляя даже сквозь закрытые веки. В общем-то от этого я и очнулась. Некоторое время не шевелясь блаженствовала под теплыми лучиками, прислушиваясь к шороху листвы… Листвы? Минуточку! Я резко открыла глаза. Зря! Прежде ласковое солнце резануло по глазам не хуже лезвия, вызвав слезы и заставив отвернуться. Боль тут же тисками сжала голову, усиливаясь при малейшем движении. Кажется, последняя бутылка вина была лишней… И что, собственно, вчера было? Я вообще что? Вернее, кто? Хотя нет, сейчас «что» будет точнее…. Попытка залезть в память окончилась неудачей — память возмутилась и выпихнула обратно. А уж пить-то как хочется! Все, больше никакого алкоголя! Даже вина! Особенно вина! Хотя нет, вина иногда можно по чуть… Вот! Вино! Красное, клубничное, мое любимое… Костер… Хаотично мечущиеся силуэты… Крики… Хм, похоже, память сжалилась и подбрасывает сцены вчерашних суток. Постепенно картина вечера сложилась.

Если по порядку, то вчера я встретилась с подругами. Звучит обыденно, не спорю, но есть несколько обстоятельств. Этих подруг я не видела довольно давно, поскольку раскидало нас по разным городам и весям. Но вчера мы все-таки добрались до мест былой боевой славы, даже почти в полном составе. С выбором места для лагеря проблем не возникло, с организацией — тоже, поскольку процесс сопровождался поминутными тостами. К вечеру мы окончательно пришли в благодушно-влюбленное состояние и даже искренне обрадовались заглянувшим на огонек старым знакомым. Вечерок вышел веселым: теплая компания, костер, шашлычки, шутки, танцы, ну и, конечно, весьма приличное количество спиртного, от излюбленного мной вина до невесть откуда взявшегося самогона «по уникальному рецепту». В общем, типичное легкое времяпрепровождение с тяжелыми последствиями. Похоже, доползти до палатки у меня не получилось. Ну и ладно, так даже лучше.

Но как же пить хочется! Хотела окликнуть кого-нибудь, но издать смогла только тихий стон. При попытке пошевелиться возник вполне уместный вопрос: какая смерть легче — от жажды или от боли? Кажется, от жажды все же дольше. Все, встаю на счет три! Раз. Два….

На лицо упала тень. Я обрадовано раскрыла глаза. Ого! Взгляд уперся в обнаженную мужскую грудь. Даже ошалевшее сознание прояснилось, позволив в полной мере оценить увиденное. Красивое тело. Крепкое, в меру мускулистое, загорелое…

— Как ты себя чувствуешь?

Смысл фразы до меня не дошел. Я попросту не вникала в значение слов, растаяв от звуков бархатистого голоса. Усилием воли оторвав взгляд от тела, перевела его на лицо незнакомца. Четко очерченные губы, нижняя чуть полнее верхней, слегка изогнуты в улыбке, темно-карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, что-то восточное в чертах. Общее впечатление от лица — АХ! Прямые темные волосы до плеч. Вот тут я выпала в реальность. Резко. Обрадованная боль с утроенной силой вгрызлась в виски, снова выжав стон и заставив закрыть глаза. Ну не люблю я длинноволосых парней. Это подсознательно, объяснению не подлежит, пониманию тоже.

Вдруг стало немного трудно дышать и появилось вполне реальное ощущение, что на груди находится нечто весомое. Да еще и нагленько так лапками перебирает по моему четвертому! Нервное у него что ли? Не топчи святое, охальник!

Забыв о боли, я распахнула глаза. На мне действительно сидело нечто белое, пушистое и объемное. В лицо упиралась остренькая мордочка, покрытая мехом, с длинными усами и кошачьими ушками. Черные бусинки глаз с вертикальными щелочками ярко-алых зрачков смотрели прямо мне в глаза. Существо сморгнуло, отчего глазки стали непроницаемо-черными, и приветственно чирикнуло, лизнув меня за нос шершавым раздвоенным язычком…. Такого потрясения моё замученное сознание не выдержало, и я мирно отчалила к розовым слоникам…

Что день грядущий нам готовит? Я снова очнулась. На этот раз сознание сопротивляться не пыталось, и я все помнила. Глаза не открывала исключительно из страха, поскольку уже поняла, что меня посетила белочка и как-то не горела желанием лицезреть очередные фокусы сего милого зверька. Жаль только жажда никуда не делась…

Руку обдало потоком теплого воздуха, потом коснулось нечто влажное и прохладное. С тяжелым вздохом я открыла глаза. Да, а белочка-то прогрессирует… Нечто оказалось носом, принадлежавшим морде коня. Но какого коня! В жизни не видела подобного красавца! Заметив мой взгляд, зверь выронил вытянутый из-под руки клевер, брезгливо выпрямился и гордо отошел, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Темнее ночи, статный, высокий, величественный, порода чувствуется за версту, чувство собственного достоинства — еще дальше. Царственная особь презрительно игнорировала меня, лишь изредка настороженно кося глазом. Распознав в моем взгляде искреннее восхищение, красавец слегка расслабился и с выражением необычайного презрения неторопливо стал вкушать траву. Да-да, именно вкушать. Кстати, а откуда он взялся?

Наталья Кремнёва

МАРИОНЕТКИ. НЕСВЯТАЯ ТРОИЦА

— Смотри, как хорошо я придумал! Я создал их, они будут счастливы, я дам им любовь!

— Малыш, ты немного ошибся. Они в разных мирах, им не встретить друг друга.

— Ой… Но я так хочу сделать их счастливыми…

— Не плачь, все в твоих руках. Ты можешь все исправить — это же твои создания.

— Тогда… Тогда… Придумал! Я сделаю вот так! Смотри, теперь они будут счастливы? Я устроил им встречу!

— Малыш, ты все слишком упростил.

— Но разве так не должно быть? Я перенес её для него, дал им любовь — ведь это все, что нужно!

— Ты прав, Малыш. Но люди не ценят то, что дается им слишком легко. Зато сущую безделицу они будут беречь как зеницу ока, если она нелегко им досталась.

— Но я так хотел как лучше…

— Добавь им трудностей, Малыш. Люди не ценят дары.

— Но… Вдруг они не справятся?

— Справятся. Стремление к мечте придает им сил. Добивающийся желаемого человек обретает невиданную мощь. Способен перевернуть мир и совершить невозможное. Но если ты боишься, то дай им помощника. Ненавязчивого. Пусть думают, что добились всего сами.

— Как все сложно… А я просто хотел дать им счастья…

— Не расстраивайся. Преодолев трудности, они станут счастливы вдвойне.

— Но они просят иного!

— Не меняй ничего, не слушай их просьб. Люди быстро разочаровываются в желаемом. Отказывая в малом, помогай в большом. И тогда они будут благодарить тебя.

— Они ругают меня…

— Не плачь. Люди слепы. Им не понять, что кажущееся лучшим таковым не является. Терпи, Малыш. Люди будут осуждать тебя за то, что не даешь им ошибаться. Обвинять в том, что бросаешь их. Они просто не понимают, что ты всегда рядом.

День первый

Солнце бесстыдно щекотало ресницы, ослепляя даже сквозь закрытые веки. В общем-то от этого я и очнулась. Некоторое время не шевелясь блаженствовала под теплыми лучиками, прислушиваясь к шороху листвы… Листвы? Минуточку! Я резко открыла глаза. Зря! Прежде ласковое солнце резануло по глазам не хуже лезвия, вызвав слезы и заставив отвернуться. Боль тут же тисками сжала голову, усиливаясь при малейшем движении. Кажется, последняя бутылка вина была лишней… И что, собственно, вчера было? Я вообще что? Вернее, кто? Хотя нет, сейчас «что» будет точнее…. Попытка залезть в память окончилась неудачей — память возмутилась и выпихнула обратно. А уж пить-то как хочется! Все, больше никакого алкоголя! Даже вина! Особенно вина! Хотя нет, вина иногда можно по чуть… Вот! Вино! Красное, клубничное, мое любимое… Костер… Хаотично мечущиеся силуэты… Крики… Хм, похоже, память сжалилась и подбрасывает сцены вчерашних суток. Постепенно картина вечера сложилась.

Если по порядку, то вчера я встретилась с подругами. Звучит обыденно, не спорю, но есть несколько обстоятельств. Этих подруг я не видела довольно давно, поскольку раскидало нас по разным городам и весям. Но вчера мы все-таки добрались до мест былой боевой славы, даже почти в полном составе. С выбором места для лагеря проблем не возникло, с организацией — тоже, поскольку процесс сопровождался поминутными тостами. К вечеру мы окончательно пришли в благодушно-влюбленное состояние и даже искренне обрадовались заглянувшим на огонек старым знакомым. Вечерок вышел веселым: теплая компания, костер, шашлычки, шутки, танцы, ну и, конечно, весьма приличное количество спиртного, от излюбленного мной вина до невесть откуда взявшегося самогона «по уникальному рецепту». В общем, типичное легкое времяпрепровождение с тяжелыми последствиями. Похоже, доползти до палатки у меня не получилось. Ну и ладно, так даже лучше.

Но как же пить хочется! Хотела окликнуть кого-нибудь, но издать смогла только тихий стон. При попытке пошевелиться возник вполне уместный вопрос: какая смерть легче — от жажды или от боли? Кажется, от жажды все же дольше. Все, встаю на счет три! Раз. Два….

На лицо упала тень. Я обрадовано раскрыла глаза. Ого! Взгляд уперся в обнаженную мужскую грудь. Даже ошалевшее сознание прояснилось, позволив в полной мере оценить увиденное. Красивое тело. Крепкое, в меру мускулистое, загорелое…

— Как ты себя чувствуешь?

Смысл фразы до меня не дошел. Я попросту не вникала в значение слов, растаяв от звуков бархатистого голоса. Усилием воли оторвав взгляд от тела, перевела его на лицо незнакомца. Четко очерченные губы, нижняя чуть полнее верхней, слегка изогнуты в улыбке, темно-карие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, что-то восточное в чертах. Общее впечатление от лица — АХ! Прямые темные волосы до плеч. Вот тут я выпала в реальность. Резко. Обрадованная боль с утроенной силой вгрызлась в виски, снова выжав стон и заставив закрыть глаза. Ну не люблю я длинноволосых парней. Это подсознательно, объяснению не подлежит, пониманию тоже.

Вдруг стало немного трудно дышать и появилось вполне реальное ощущение, что на груди находится нечто весомое. Да еще и нагленько так лапками перебирает по моему четвертому! Нервное у него что ли? Не топчи святое, охальник!

Забыв о боли, я распахнула глаза. На мне действительно сидело нечто белое, пушистое и объемное. В лицо упиралась остренькая мордочка, покрытая мехом, с длинными усами и кошачьими ушками. Черные бусинки глаз с вертикальными щелочками ярко-алых зрачков смотрели прямо мне в глаза. Существо сморгнуло, отчего глазки стали непроницаемо-черными, и приветственно чирикнуло, лизнув меня за нос шершавым раздвоенным язычком…. Такого потрясения моё замученное сознание не выдержало, и я мирно отчалила к розовым слоникам…

Что день грядущий нам готовит? Я снова очнулась. На этот раз сознание сопротивляться не пыталось, и я все помнила. Глаза не открывала исключительно из страха, поскольку уже поняла, что меня посетила белочка и как-то не горела желанием лицезреть очередные фокусы сего милого зверька. Жаль только жажда никуда не делась…

Руку обдало потоком теплого воздуха, потом коснулось нечто влажное и прохладное. С тяжелым вздохом я открыла глаза. Да, а белочка-то прогрессирует… Нечто оказалось носом, принадлежавшим морде коня. Но какого коня! В жизни не видела подобного красавца! Заметив мой взгляд, зверь выронил вытянутый из-под руки клевер, брезгливо выпрямился и гордо отошел, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Темнее ночи, статный, высокий, величественный, порода чувствуется за версту, чувство собственного достоинства — еще дальше. Царственная особь презрительно игнорировала меня, лишь изредка настороженно кося глазом. Распознав в моем взгляде искреннее восхищение, красавец слегка расслабился и с выражением необычайного презрения неторопливо стал вкушать траву. Да-да, именно вкушать. Кстати, а откуда он взялся?