Айрат Гильманов

Зов

Часть первая Глава 1

История о преданости Часть 1 Потеря и приобретение

Глава 1

Не так Артем представлял себе похороны. Зловещие черные тучи, нависающие над головой, мерзопакостный дождь, подгоняемый ветром, угрюмые лица, проступающие сквозь густой туман, черные зонты, гнилостный запах болота, атмосфера безысходности и уныния — вот как он это видел.

Но миру было плевать, что у Артема внутри мрак. Все вокруг продолжало жить и радоваться. Солнце светило так высоко, что пляжи наверняка тонули в море отдыхающих. Ветер играл с листвой на деревьях, птицы радостно пели. Подвыпившие могильщики, засыпая две прямоугольные ямы (одна обычного размера, вторая вдвое меньше), тихо перекидывались похабными шуточками и сдавленно смеялись.

Будто никто не умер. Будто не его жену и дочь хоронили.

Артем с ненавистью смотрел на могильщиков и чувствовал, как ярость подступает к горлу. Кулаки конвульсивно сжались. Не помня себя, он шагнул вперед. Один из могильщиков заметил разъяренное лицо заказчика и сделал жест остальным. Ухмылки исчезли, работа продолжилась молча.

«Уроды…» — злость, словно закипевшая вода, все еще плескалась внутри, хотя конфорку с огнем сбавили на минимум.

Через пять минут два деревянных ящика с самым дорогим, что было у Артема, навсегда исчезли под землей. Могильщики, вскинув лопаты на плечи, удалились к сторожке, и Артем подошел к двум холмикам из рыжеватой земли.

Говорят в первые дни после потери близкого, еще не осознаешь, что случилось. Что боль утраты приходит позже. Что настоящие муки еще впереди…

И правда. Боли Артем не чувствовал. Лишь черную пустоту, которую уже ничем не заполнишь. Он посмотрел на могилы тупым, бессмысленным взглядом и понял, что это конец. Родные под землей, и он больше никогда не увидит любящие глаза жены, не обнимет дочь, не поцелует своих девочек на ночь. Артему хотелось что-нибудь сказать, но в горле встал ком кладбищенской земли, а в голове эхом повторялась одна и та же фраза: «Все, кого ты полюбишь, будут умирать…»

Голос цыганки, подошедшей к нему в детстве, доносился из бездны, поселившейся внутри, и Артем ничем не мог его заглушить.

Он опустил цветы, положил ладони на каждую из могил и посидел так немного. Затем встал и пошел прочь.

Артем знал, что некоторые из родственников поднимут шум из-за того, что он никому не сказал, где и когда пройдут похороны, тем самым лишив их единственной возможности попрощаться, но у него была причина. И она без конца звенела в голове.

«Больше никто из-за меня не умрет…»

***

Месяц спустя в небольшой, но уютной кухне сидел рано лысеющий мужчина и задумчиво ковырял вилкой салат. Рука его слегка подрагивала, но он старался не показывать этого. Округлые бока и живот уже пару лет как стали выпирать из-под футболки, а потому жена заставила его сесть на диету. Он ненавидел эти дурацкие овощи, которыми все равно никогда не наешься. Но теперь салат остался не тронутым по другой причине.

— Виктор, что с тобой? Ты уже десять минут сидишь и не положил в рот ни кусочка… — беспокоилась всегда внимательная жена.

Женщина не первой молодости, но все еще красивая стояла у плиты и варила борщ. Чудесные, каштановые волосы, собранные в хвост, словно конская грива, свисали до талии. Стройную фигуру украшал желтый фартук с надписью «заботливая хозяюшка».

— Маша, я…

— Что такое?

Виктор бегло взглянул на жену и снова уронил взгляд в тарелку.

— Я навестил его сегодня…

Услышав слова мужа, Маша замерла с половником в руке. Она повернулась и медленно опустилась на стул. Во взгляде внимательных глаз скользнуло осуждение.

— Все-таки пошел… Я знала, что ты будешь первым, кто его простит.

— Да, да… я знаю и не оправдываю, но… Он совсем один, Мари. Нельзя оставлять человека одного в таком горе.

— Ты прав. Просто она была твоей сестрой и… — заметив бледность Виктора, она запнулась. — Прости, наверное, у него были причины…

Она замолчала, но обратив внимание на нарастающее беспокойство в движениях мужа, осторожно спросила:

– Как он?

— Ох, Маня… — у Виктора задрожали губы. – Это ужасно! То, что я там видел…

Маша примирилась с тем, что муж, человек мягкий, сильно впечатлительный, может даже несколько слабохарактерный, и отчасти полюбила его именно за эти качества. Она привыкла, что Витя мог расстроиться даже от такого пустяка, как мертвая мышь в зубах кошки. Но сейчас явно случилось что-то серьезное. Таким подавленным она видела его впервые.

— Что с ним?! – по спине пробежала невольная дрожь.

— Я долго звонил, но никто не открывал. Затем не выдержал и нажал на ручку — дверь оказалась не заперта. С порога на меня сразу же обрушился отвратительный запах, словно внутри кто-то умер. Мне вдруг стало страшно и захотелось уйти, но я нашел в себе силы сделать шаг за порог. Внутри творился настоящий хаос. Повсюду пустые бутылки из-под водки, осколки и разбитая мебель. Ковер мокрый и липкий, стены забрызганы чем-то похожим на кровь... Но когда во всем этом кошмаре я, наконец, отыскал Артема… Он… Он…

— Да говори уже! – не вытерпела Маша. Все ее мышцы окаменели, лицо стало мертвенно-бледным.

Витя глубоко вдохнул, чтобы собраться с духом и мыслями.

— Я думал, что он мертв, Мари… Настолько он походил на труп. Но когда подошел проверить пульс, он вдруг раскрыл глаза и уставился на меня бессмысленным остекленевшим взглядом. Очень страшным взглядом… Затем стал шарить руками вокруг, будто что-то ища. Не глядя на меня, он сказал: «Уходи… Или тоже умрешь», — Витя закрыл лицо руками. – Не знаю, что он имел в виду, но от этого голоса… мне показалось, что я уже мертв, Мари! Мне ужасно стыдно, но я испугался и сбежал…

Виктор всхлипнул, а Маша пододвинула стул и обняла мужа.

— Ну-ну, ничего страшного, просто запой. Завтра мы поедем вместе и приведем его в чувство.

Виктор вмиг приободрился. Мысль о том, что ему не придется (а он собирался) разгребать это в одиночку очень его ободрила.

— Правда? Ты поможешь ему?!

Мари кивнула, и он радостно обнял ее.

— Я люблю тебя, Мари!

***

— Милый, ты готов?

Катя стояла в дверном проеме и выжидательно смотрела на мужа. Прекрасное белое платье отлично подходило к ее задумчивым лазурным глазам. Артем не смотрел на жену и не слышал вопроса. Все внимание юного, но одаренного программиста устремилось на экран новенького компьютера. Системный блок, клавиатура, мышь и монитор, похожий на снежную гору, если положить его экраном вниз, поблескивали свежей краской. Компьютер с недавно вышедшим процессором «Intel Pentium 4» выделила фирма, чтобы Артем мог работать из дома. Ведущему специалисту «Компьютер-коммуникатионс» предоставлялись многие льготы.

— Артем?!

Голос жены, наконец, прорвался сквозь забор цифр, формул и уравнений. Артем писал новую программу, на которой мог заработать отличные деньги.

— Да?.. – рассеянно произнес он.

— У Лизы сегодня выступление. Ты забыл?

Артем нахмурился. Он обожал своих девочек, и, конечно же, хотел присутствовать на концерте, к которому Лиза так усердно готовилась. Но сейчас не мог бросить работу… Когда перед ним вставала сложная задача, он не мог думать ни о чем другом, пока не решит ее.

— Солнце, я сейчас никак не могу… Возьми видеокамеру, а вечером вместе посмотрим запись, — он подарил жене свою особенную улыбку, от которой, по его мнению, девушки таяли. – Хорошо?

Катя равнодушно пожала плечами и, ничего не ответив, вышла из кабинета мужа.

— Папа не поедет? – раздался из коридора тоненький голосок.

— Нет, зайчонок. У папы много работы…

Артем почувствовал себя последней мразью, но ничего не мог с собой поделать. Если сейчас мысль ускользнет от него, то весь программный код полетит к чертям. И пять дней кропотливой работы будут потрачены впустую.

А потому он отбросил негативные мысли и снова устремил взгляд в монитор.

Если бы он только знал, что видит жену и дочь живыми в последний раз…

— Возьми машину… — пробормотал Артем, заливая в рот едкую жидкость прямо из горла бутылки. – Вечером посмотрим запись… Так ты сказал, кусок дерьма?!

Последний вопрос он прокричал в полумрак пустых комнат. Или точнее прохрипел. Артем сидел на полу, прислонившись к стене. Сидел очень давно, потому как не мог встать уже несколько дней. С самых похорон он ничего не ел. Только пил, пил, пил… Не хватало сил даже на то, чтобы сходить в уборную, а потому он справлял нужду под себя. Артем чувствовал отвратительный запах, но ему было наплевать. Он знал, что конец уже близок, и эта мысль радовала.

«Скоро я снова увижу их», — думал он, беспрестанно прокручивая в уме тот роковой день.

Вина пожирала его изнутри. Острая, жгучая, бесконечная, она черным ядом растекалась по телу, отравляя душу и разум.

Если бы только он в тот день бросил работу и сел за руль сам…

На этой мысли со зловещим скрипом отворилась входная дверь, и в прихожей возникли две фигуры. Артем их видел, потому что сидел на полу против дверного проема, который вел в прихожую.

«Снова он. Еще и жену притащил… Неужели они не понимают, что со мной нельзя иметь дело?»

— Я несу смерть! — хотел крикнуть он. Но изо рта вышло лишь неразборчивое мычание.

Глава 2

Маша готовилась к худшему, но то, что она увидела, превзошло самые страшные ожидания. Виктор не преувеличивал, вместо привычного зятя на полу сидел почти что скелет. Как в школе на уроке анатомии. Бледный, обросший, с впалыми щеками и кожей обтягивающей кости, он смотрел на них мутным, бессмысленным взглядом.

То ли от увиденного, то ли от ужасной вони у Маши закружилась голова и подкосились ноги. Не придержи муж, она бы точно упала. Виктор стиснул ее за плечи, что значило: «Я предупреждал!»

Маша с ранних лет отличалась повышенной устойчивостью к стрессовым ситуациям, а потому уже через секунду взяла себя в руки, и, не разуваясь, прошла в дом.

Первым делом она раскрыла шторы, и в комнату лавиной ворвался солнечный свет, от которого Артем недовольно зажмурился и прикрыл глаза ладонью. Маша распахнула все окна настежь, и в комнате сразу стало легче дышать.

«Уже кое-что», — подумала она.

Артем безразлично наблюдал за ее действиями и продолжал прихлебывать из бутылки. Маша подошла к нему и присела на корточки.

— Ты меня узнаешь?

Вместо ответа, он хотел запрокинуть бутылку, но Маша, не дав ему опомниться, резким движением вырвала водку из слабых рук. Артем протестующе потянулся за своим сокровищем, но Маша уже встала и отошла на шаг. В попытке подняться, Артем повалился на пол и его тут же вырвало. Изо рта вяло стекала мутная жижа без намека хотя бы на крупинку какой-либо пищи. Артем пробормотал что-то нечленораздельное и потерял сознание.

Виктор все это время так и стоял на пороге, испуганно таращась на происходящее. Марья бросила на него недовольный взгляд.

— Не стой столбом! Тащи его в ванну и облей холодным душем. Если придет в себя, напои водой.

Виктор судорожно сглотнул, но все же прошел в комнату и, подхватив Артема подмышки, потащил в ванную. Тем временем Маша принялась за уборку. Собрала в мешки весь мусор и осколки с пола. Затем сложила в раковину остатки уцелевшей посуды, разбросанной по комнате, и все перемыла. В поисках какой-нибудь тряпки она открыла шкаф и застыла – половина полок занимали бутылки с дешевой водки.

— Господи… — вырвалось у нее.

Маша догадывалась, что совсем недавно водка стояла и на остальных полках. Впрочем, догадки и не требовались – пустые бутылки валялись по всему полу. Она закрыла шкаф и, схватив с дивана грязную футболку зятя, направилась в ванную набрать в ведро воды. Там Виктор безуспешно поливал бесчувственное тело холодной струей.

— Так и не приходил в себя?

Витя покачал головой. Маша поставила два пальца Артему на шею. Пульс есть.

— Ладно, достаточно. Вытри его и переодень.

Она вышла из ванной и принялась намывать пол, стены, шкафы. Когда все приобрело более-менее сносный вид, Маша заставила холодильник продуктами, которые они привезли с собой, и сварила куриный суп. Через час мрачная свалка превратилась в уютный домик, наполненный свежим воздухом и ароматом пищи.

Еще через час Артем пришел в сознание и жалобно застонал. Он с трудом открыл глаза и оглядел присутствующих.

— Воды…

Ему дали стакан, и он трясущимися руками с трудом осушил его. Затем схватился за голову и снова застонал:

– Водки...

Марья кивнула мужу, и тот налил половину граненого стакана. Артем выпил. Дрожь в руках стала меньше. Он протянул пустой стакан Виктору.

— Еще.

Виктор потянулся, чтобы взять стакан. Но Маша перехватила его.

— Хватит, — сказала она.

Артем бросил на нее злобный взгляд.

— Я сам решу, когда хватит, — повернулся он к Виктору, зная, что того убедить легче. — Налей еще.

Виктор стал взволнованно переводить взгляд с зятька на жену и обратно. Маша вздохнула.

— Хорошо, Витя, налей ему, но на этом все.

Артем выпил, и бледное, хмурое лицо говорило, что он хочет еще. Но поза Маши выражала категоричный отказ, а потому он отвернулся к стенке и уснул.

***

Восьмилетний Артем и его старший брат Дима стояли на вокзале и ждали автобус до дачного поселка, в котором жили. Отец их захворал, и они ездили в город купить лекарства. На улице стояла такая жара, что футболки прилипли к телам, а подошва на обуви грозила расплавиться. Старший сказал, что сбегает купить им мороженое, и наказал Артему не сходить с этого места ни на шаг. Он кивнул и, брат ушел в ларек через дорогу. Дима родился всего на три года раньше Артема, но воображал себя взрослым и нянчился с младшим братом как с ребенком. Артем провожал брата взглядом, когда кто-то окликнул его сзади.

— Малчик, хочиш погадаю?

Артем обернулся и увидел женщину со смуглой кожей, черными, как уголь глазами и такими же волосами.

— Дай ручку, мой хороший.

Любопытство с рождения сопровождало Артема, и он протянул руку. Женщина взяла ее в свою, и изучающе посмотрела на ладонь. Вдруг глаза ее округлились, и она отдернула руку, словно обожглась.

— Смерт! Печат смерти на тебе, — лицо ее исказилось от страха.

Артем испуганно таращился, то на цыганку, то на руку.

«Что? Что там не так?!» — хотелось ему закричать, но язык и губы парализовало от страха.

— Лучш бы тебе не рождатся малчик… Все кого ты любиш будут умират!

Артему захотелось заплакать, но за спиной раздался голос брата:

— Что вам надо?! А ну, отойдите от него!

Цыганка перекрестилась и засеменила прочь.

Артем все видел со стороны и пытался закричать:

— Нет! Это неправда, ты лжешь! – но изо рта не донеслось ни звука.

Он открыл глаза и почувствовал, как по щекам текут слезы. Знакомая потолочная плитка свидетельствовала, что Артем снова в настоящем… Последний месяц прошлое снилось ему ежедневно.

До него донеслись голоса, и Артем понял, что в комнате не один. Смутно припомнил, что накануне видел шурина с женой.

«Неужели это не было очередным бредом?»

Артем прислушался. В комнате находился кто-то еще.

— Удивительно, что он вообще жив. Ему крупно повезло, что вы приехали сегодня. Еще пару дней, и, я думаю, сердце бы не выдержало.

Артем украдкой огляделся. Посреди комнаты разговаривали двое — Маша и высокий человек с коричневым саквояжем. Он заметил, что подключен к капельнице, и сообразил, кем является незваный гость.

«Еще и доктора притащили…» — злость забурлила в нем, как вскипевшее молоко. Врач никак не входил в его планы.

— Пить спиртное больше не давайте. После раствора, который я ввел, сильного похмелья не будет. Если начнет жаловаться на головную боль, дайте это, — доктор протянул Маше белую коробочку с лекарствами. Тут он заметил, что Артем очнулся и таращится злобным взглядом. Врач сделал вид, что ничего не заметил и снова обратился к Марье. – Ну, я пойду. Если что звоните.

На пороге он задержался.

— И да, накормите его. Смотреть страшно…

— Спасибо вам, Степан Семенович!

Доктор махнул рукой, мол: «Пустяки какие», — и вышел.

Закрыв за врачом дверь, Маша заметила, что Артем не спит, и подошла к дивану. Присев на краешек, невестка стала ждать, что он скажет. Но Артем не произнес ни слова. Он молча сверлил Машу взглядом. Его обуревала злость. Он так долго и мучительно убивал себя, а тут пришли они и…

— Так и будешь молчать? – поинтересовалась Маша.

У Артема на шее вздулись желваки.

— Кто вас просил?..

Маша пожала плечами.

— Никто.

— Тогда какого черта вы приперлись и мешаете мне спокойно… — он не договорил и отвернул лицо.

— Спокойно упиться до смерти? Ты для этого никому не сообщил о похоронах? Чтобы тебе никто не мешал?

Артем молчал, и Маша взяла его за руку.

— Это не выход… Я понимаю, что ты чувствуешь, но…

— Ни черта ты не понимаешь! – он хотел закричать, но сил не хватило, и вместо крика вырвался лишь слабый хрип.

— Тише-тише. Не трать зря силы.

Артем задыхался от бессилия и злости. Маша права. Он никому не сообщил о похоронах, потому что хотел остаться один. Хотя в его планы и не входило упиваться до смерти. У Артема еще по молодости возникли проблемы с алкоголем. Если хоть капля спиртного попадала ему в рот, он пил до тех пор, пока не потеряет сознание. На момент похорон он не пил уже десять лет. Но вернувшись с кладбища в пустой, одинокий дом, Артема охватила такая тоска, что он сказал себе: «Только пару рюмок…» Конечно же, пара рюмок превратилась в бутылку. А за бутылкой пошла вторая, третья и т. д. Через несколько дней ему надоело бегать в магазин, и, купив сразу несколько ящиков, он заставил водкой весь стенной шкаф.

Скоро, когда Артем пребывал в пьяном угаре, к нему начали приходить призраки жены и дочери. Словно живые, они стояли в другом конце комнаты и взглядом приглашали к себе. Артем сначала испугался, что у него поехала крыша, но поразмыслив, решил, что это знак. Что его ждут. Он мог использовать более простой способ самоубийства, но к этому времени уже так ослаб, что не смог бы связать даже эшафотный узел или подняться на второй этаж за пистолетом в сейфе.

Артем продолжал пить и чувствовал, что вот-вот все закончится, и он обретет покой, но пришли эти двое и…

«Глупцы! Разве они понимают, во что влезают?..»

Артем сделал слабую попытку образумить невестку.

— Маша, ты не понимаешь… Вы должны уйти. Все, кто со мной связывается, в итоге погибает.

— Артем, перестань. Ты ни в чем не виноват.

«Не поверит, если расскажу про цыганку. Сочтет психом…»

Внезапно Артему пришла отличная мысль. Он знал, как заставить их уйти, и постарался вложить в слова как можно больше яда.

— Ты ни черта не сможешь меня понять, потому что у тебя никогда не было детей!

Сработало. Маша открыла рот, чтобы ответить, но, побледнев, тут же закрыла. Артем видел, как дрогнули ее губы.

Маша страдала бесплодием… Когда она вышла за Виктора, то никак не могла забеременеть и обратилась в клинику. После тщательного обследования доктор усадил ее на кушетку и сообщил страшный результат – она никогда не сможет иметь детей.

Артем прекрасно понимал насколько жестоко поступает, и чувствовал себя отвратительно. Но только так он мог добиться, чтобы незваные гости ушли. Он хотел закончить начатое…

Вопреки его ожиданиям Маша проглотила обиду и слегка подрагивающим голосом сказала:

— Да, ты прав. Я понятия не имею, что ты чувствуешь, и, надеюсь, никогда не узнаю… И все же ты должен держать себя в руках. Они бы уж точно не хотели видеть тебя таким.

При последних словах Артем вздрогнул.

Не дожидаясь ответа, Маша поспешно вышла из комнаты.

***

— С ним все будет в порядке? – спросил Виктор в другой комнате.

— Думаю да. Только нельзя давать ему пить, — Маша уже взяла себя в руки, и лицо ее приняло задумчивый вид. – Нам придется пожить какое-то время здесь и дежурить по очереди. Иначе он наверняка убьет себя.

— Убьет себя?! – Виктор от неожиданности всплеснул руками.

— Да, он не хочет жить, это читается в его глазах. Доктор сказал, если бы не мы, то завтра, послезавтра его бы уже не стало, — она ласково посмотрела на мужа. – Ты молодец, что поборол гордыню и пришел сюда. Считай, что ты спас ему жизнь.

Виктор стоял бледный и не знал, что сказать.

— Он будет всячески пытаться надавить на нас, чтобы мы ушли, но ты не слушай. Он обвинил меня в том, что я не смогу понять его, потому что бесплодна… — Маша судорожно сглотнула и ненадолго замолкла. Затем добавила. — Если мы тут останемся, то мне нужны вещи.

Она набросала на листке список всего необходимого и велела мужу съездить домой. А сама осталась сторожить Артема от самого себя.

Глава 3

Целых три недели Артем находился под неустанным надзором шурина и его жены. Он чувствовал себя маленьким мальчиком, которого наказала мама и запретила идти во двор играть с другими ребятами. Это дико раздражало, но он так ослабел, что не мог сопротивляться.

Пока Артем пил, он постоянно находился в полубессознательном состоянии, и мысль об утрате заглушала водка. Теперь же воспоминания стояли перед глазами постоянно. Многочисленные ошибки, сделанные в погоне за карьерным ростом, не давали покоя ни ночью, ни днем. Они кровожадной толпой окружили его разум, и острые как ножи удары сыпались со всех сторон. Удары воображаемые, но боль причиняли самую настоящую…

Артем сначала ругался, потом просил, проклинал, грозил, в конце даже умолял дать ему выпить, но Виктор с женой оставались глухи к мольбам. Тогда он притворился, что желание пить ушло. Артем перестал просить, иногда разговаривал со своими «тюремщиками», а иногда даже выдавливал из себя подобие улыбки. К тому же он начал набирать вес и приобретать человеческий облик.

Марья купилась на его удочку. Ей самой изрядно поднадоело играть роль строгой мамочки, и, собрав вещи, супруги уехали обратно в город, пообещав проведывать Артема каждые выходные.

Стоило их машине скрыться из виду, Артем тут же направился в магазин.

***

Чудесный ландшафт рассекала быстрая бурлящая река. На берегу рос древний могучий дуб, а под ним на зеленой траве расположились Артем, его жена и дочь. Они устроили пикник. Лиза рассказывала про забавный случай в школе, и они вместе смеялись. Голосок у Лизы тонкий и мелодичный, а смех заливистый и звонкий.

Артем улыбался и с наслаждением смотрел на дочь. Такая маленькая, а рассказывает истории совсем как взрослая. Артем похвалил Лизу, и она поцеловала его в щеку. Поцелуй теплый и влажный. Неожиданно она лизнула его. Раз, еще раз, потом еще и еще. Он не мог понять, что происходит и пытался отстраниться, но тело сковали невидимые путы. А шершавый язык продолжал ходить по лицу, которое быстро покрывалось вязкой, теплой слюной. Она в глазах, во рту, в носу. Артему стало трудно дышать и…

Он открыл глаза, и первое, что увидел, это мордочка щенка. Тот лизал его лицо с таким остервенением, будто на него намазали яблочный джем. Артем машинально откинул щенка в сторону, и тот, больно ударившись, жалобно заскулил.

Приподнявшись и оглядевшись, Артем понял, что находится не дома и даже не у себя во дворе. Попытался припомнить, что вчера произошло, но от каждого умственного усилия голова норовила расколоться надвое, и он отбросил эту затею.

Артем поглядел на щенка. Серый, как городской асфальт, он опасливо посматривал на Артема и зализывал ушибленную лапку. Кончики маленьких ушей забавно свисали по сторонам. Такие уши бывают у овчарок, и когда особь подрастает, они начинают стоять торчком. Трудно было определить возраст и породу щенка, но размером он уже перемахнул кошку.

— Прости, я не хотел делать тебе больно, — промямлил Артем.

Он попытался встать, но не вышло. Мир вокруг кружился, как чертово колесо фортуны, которое завлекает переливающимися цветными лампочками и громкой музыкой прохожих на ярмарках.

— Который час? – обратился он к щенку. Тот склонил голову набок и недоуменно поглядел на говорившего. Артем махнул рукой. – А, ну да, собаки не носят часов...

День стоял ясный. Солнце пекло так, что Артему казалось, кто-то направил на него гигантскую лупу. Он пытался понять, где находится, но из-за высокой травы, в которой беззаботно стрекотали насекомые незнающие «прелестей» похмелья, ничего нельзя было разобрать. Во рту кто-то устроил канализационный отстойник, а под черепной коробкой рок-концерт.

— Как же хочется пить...

Щенок позабыл про ушибленную лапу и весело гонялся за бабочкой. Услышав слова Артема, он отвлекся от игры и посмотрел на него маленькими, озорными, но умными глазами.

— У тебя, случайно, не найдется глоточка воды? – обратился Артем к мохнатому и сам себе усмехнулся. – Надо домой идти, а я с щенком разговариваю…

Щенок вдруг вскочил с места и нырнул в густые заросли.

— Эй, ты куда? Ну вот, и он меня бросил…

Артем сделал еще одну попытку встать, но ноги предательски подкосились. Он снова распластался на земле и громко застонал. Ему показалось, что голова все-таки треснула, и из трещины вот-вот вытечет расплавленный мозг.

Несколько минут Артем лежал ничком и приходил в себя. Услышав движение рядом, он приподнял гудевшую голову. Перед ним сидел все тот же щенок, держа в зубах пол-литровую пластиковую бутылку воды.

— Серьезно? Это мне?

В подтверждение щенок бросил бутылку и задорно гавкнул.

— Господи, да ты теперь мой самый лучший друг!

Артем сел, откупорил крышку, на всякий случай понюхал содержимое и жадно напился. Оставшуюся воду вылил себе на голову. Стало немного легче. Он сделал еще одну попытку встать — в этот раз удачную. Огляделся, понял, где находится и поплелся домой.

Всю дорогу щенок семенил рядом, но Артем, погруженный в уже привычные мрачные мысли, ничего не замечал вокруг. Он обратил внимание на спутника, только когда закрывал калитку и чуть не прижал его.

— Ой, а ты чего тут? Иди домой, мне гости не нужны…

Щенок сел и склонил голову набок. Черные глаза с непониманием и как показалось Артему, даже с обидой, уставились на него. Он почувствовал, что обязан отблагодарить своего спасителя за воду.

— Хитроумный ты парень, воспользовался моим положением, а теперь вымогать вздумал?

Щенок гавкнул.

— Ну, заходи. Чего-нибудь может и найдется. Но на шикарный обед я бы на твоем месте не рассчитывал, — приоткрыл он калитку, впуская гостя внутрь.

Щенок радостно заскочил во двор и сразу же принялся обнюхивать все вокруг.

— Жди тут, сейчас чего-нибудь вынесу, — сказал Артем и скрылся в доме.

***

В шкафу нашлись консервы. Вскрыв банку ножом, Артем вывалил содержимое в тарелку и вынес незваному гостю. Тот, забравшись в старую, ржавую лодку, что-то там старательно вынюхивал.

«Похоже, запах рыбы никогда не выветривается до конца» — подумал Артем, вспоминая, как они с отцом удили в детстве. Казалось, что это происходило в другой жизни.

Увидев хозяина дома с угощением в руках, щенок завилял хвостом и вприпрыжку направился к крыльцу.

Артем заметил, с какой жадностью щенок набросился на консервы. «Давно не ел». — подумал он с жалостью, но вдруг почувствовал, что у него есть собственный голод, который заключался не в еде…

Он зашел в дом, налил себе добрых сто грамм и залпом выпил. По телу разошлось приятное тепло, боль в голове сразу стала отходить на задний план, и Артем почувствовал настоящее блаженство. Он налил себе еще, потом еще и вскоре все углы сгладились, мысли поутихли, душевную боль заволокло туманом.

***

Грохот грома заставил Артема вздрогнуть. Сердце его гулко стучало. Сидя на полу, прислонившись к стене, он держал в одной руке пистолет, в другой фотографию.

На снимке со счастливыми лицами, приобняв друг друга, сидели трое. Слева он сам. Правее расположилась жена в вязаном свитере, со светлыми волосами и лазурными, радужными глазами. Между ними пятилетняя дочь, с чертами лица отца, но глазами матери – такими же ясными и проницательными. Она с нежностью прижимала к себе плюшевого мишку, которого папа подарил ей на день рождения.

Из карих глаз струились слезы. Словно утешая Артема, в окно забарабанил дождь. Артем положил фотографию на пол лицевой стороной вниз.

— Не надо вам видеть это, — прошептал он.

Артем поднес к виску пистолет и поставил на курок палец. Весь сжавшись от напряжения, он зажмурился и закричал. Палец уперся в курок, начал на него давить и… Раздался грохот. Но не от выстрела, а от очередной вспышки грома.

Артем бессильно опустил пистолет. Это уже вторая попытка за вечер. Оказалось спустить курок не самое простое дело, когда дуло направлено тебе в весок… Ну ничего. Сейчас он соберется с духом и в третий раз все получится как надо. Говорят, Бог любит троицу.

Он усмехнулся последней мысли. Есть ли Бог на земле?

Собравшись с духом, он снова поднял пистолет. За окном в очередной раз бабахнуло, и Артем услышал, как кто-то, моля о помощи, завыл у входной двери. Он опустил пистолет и прислушался. Жалобный вой не прекращался.

Артем только теперь вспомнил, что днем кормил щенка во дворе. Он встал, вышел в прихожую. Не успел он еще до конца открыть дверь, как внутрь влетел серый комок, оставляя на деревянном полу грязные следы.

— Эй, ты куда?!

Артем поспешил за нарушителем, но тот уже скрылся за одним из поворотов. Следы привели в спальню дочери, и Артем замер на пороге комнаты. После ее смерти он еще ни разу не входил сюда.

— Приятель, а ну, быстро выметайся!

В ответ тишина.

– Со мной шутки плохи! Если ты сейчас же не выйдешь, я тебя на колбасу пущу.

Но щенок и не думал выходить. Артем тяжело вздохнул и щелкнул выключателем. Загорелась лишь одна лампа из трех, и комната наполнилась тусклым светом. Розовые обои, которые они клеили вместе с Катей, когда Лиза еще носила подгузники, при слабом освещении производили мрачное впечатление. Слева небольшой гардероб. Справа вдоль стены протянулся стеллаж со всевозможными куклами и детскими книжками. В углу расположился маленький столик с аккуратно сложенными учебниками для первого класса.

Каждый предмет вызывал определенные воспоминания и отдавался резкой болью в груди, а потому Артем старался не глядеть по сторонам. Следы привели его под детскую кровать. Он наклонился и заглянул под нее. Щенок, свернувшись в комочек, поджал уши и закрыл глаза хвостом. Он весь дрожал.

— Эй, ты чего? Я же пошутил…

Грянул гром, и щенок, подскочив на месте, взвизгнул. Артем все понял.

— Боишься грома? Моя дочь тоже боялась…

Артем вспомнил, как Лиза во время каждой грозы просилась к ним в кровать. И невозможно было отказать этому крохотному ангелочку.

Щенок спустил с глаз хвост и поглядел на Артема.

— Не бойся, гром не опасен. Это всего лишь отзвук молнии. Вот молния страшная штука, она может ударить по тебе и превратить в пепел. Но у меня стоит молниеотвод, потому нам ничего не грозит.

То ли щенок понял смысл слов, то ли его успокоил убаюкивающий голос Артема, но он перестал дрожать и с любопытством приподнял голову.

— Идем, я тебя вытру. А то ты насквозь мокрый.

Щенок медленно и неуверенно, но все же покинул укрытие. Артем взял его на руки, и понес в ванную. Снова прогремел гром, но в этот раз щенок не взвизгнул. Он лишь спрятал мордочку между телом и рукой Артема и слегка задрожал.

— Вот видишь, ты уже почти взрослый пес, — улыбнулся Артем.

В этот вечер он больше не пил.

***

Солнечный свет заглянул в окошко и разбудил Артема. Он зевнул и потянулся. Щенок, свернувшийся у его ног клубочком, тоже понял голову. В черных глазах читалась благодарность.

— А я думал, ты мне приснился, — сказал Артем, протирая глаза.

Щенок встал, размял лапки и, подскочив к Артему, лизнул ему лицо. Артем отстранился и засмеялся. Впервые за последние месяцы.

— Это еще что за страсти? – он встал с кровати.

Похмелья не наблюдалось, и это радовало. Живот требовательно заурчал, напоминая хозяину, что тот не ел уже больше суток.

— Пойдем, — обратился Артем к щенку. — Посмотрим, что можно перекусить.

На пороге кухни он замер – на столешнице холодной сталью блестел пистолет. В голове отчетливо пронесся вчерашний вечер, и внутри у Артема все покрылось льдом.

«Если бы не щенок, я, скорее всего, уже не застал бы это утро», — промелькнуло в голове.

Он представил собственное тело, распростертое на полу среди лужи крови. Дрожь пробежала по спине. Артем подошел к столешнице и, быстро спрятал пистолет в один из кухонных ящиков. Отгоняя подкравшийся туман из серых мыслей, принялся за готовку.

Сообразив нехитрый завтрак из яичницы с засохшим хлебом, Артем выложил половину гостю и сел за стол. Оба с большим аппетитом умяли свои порции.

— И что мне с тобой делать? – спросил Артем, когда с завтраком покончили.

Щенок склонил голову набок, и черные глаза впились Артему в душу. Он отвернул взгляд. Разве можно выкинуть малыша на улицу, где тот будет один во всем мире? Скоро зима. Вряд ли он выживет…

«Папа, давай заведем собачку!» — голос дочери донесся из закоулков памяти.

Артем обещал подарить ей собаку на девятый день рождения. До которого она не дожила каких-нибудь полгода…

После долгого раздумья он уже почти решился оставить собаку, но в голове прозвучал еще один голос. Грозный и далекий…

«Все кого ты любишь, умрут!»

Артем сжал голову руками, будто ее разрывало от боли. Щенок заскулил и ткнулся влажным носом в ногу возможного хозяина, словно почувствовал его страдания. Артем приподнял голову. Черные глаза с беспокойством рассматривали его.

— Что же мне с тобой делать?..

Щенок лизнул ему ногу, и Артему пришла мысль.

— Ведь умирают только те, кого я люблю… Если я буду заботиться о тебе отстраненно, то с тобой ничего не случится!

Щенок гавкнул, будто поддерживая такое решение.

— Будешь жить во дворе, сторожить дом, — продолжал развивать мысль Артем. – А я за это буду тебя кормить. Так сказать, деловая сделка и ничего личного.

Щенок снова утвердительно гавкнул.

— Значит решено – остаешься. Но надо дать тебе имя. Есть предложения?

— Арч, — не то гавкнул, не то рыкнул пес.

— Похоже на Арчи. Так и буду тебя звать. Ну что ж, добро пожаловать, Арчи.

Часть вторая Глава 1

Часть 2 Надежда на новую жизнь

Глава 1

В волшебном зимнем лесу тихо покачивались высокие, стройные сосны, переговариваясь характерным для них скрипом — будто ветер расшатывает старую дверь на ржавых петлях. Температура по Цельсию чуть ниже нуля, и белки повыскакивали из своих убежищ на поиски пропитания. Где-то вдалеке дятел отбивал барабанную дробь. Все здесь пребывало в естестве и умиротворении. Лишь детские возгласы нарушали гармонию:

— Получай, вонючка!

— Ах, так? А как тебе это?! – послышалось в ответ.

Школьников вывели кататься в лес на лыжах. Но несколько сорванцов не сделав даже круга, побросали инвентарь, отошли от трассы и затеяли игру в снежки.

Битва проходила два на два. Как это всегда бывает, в начале игры каждый действовал максимально осторожно. Прячась за многовековыми деревьями, они высовывали нос из укрытия лишь, для того чтобы запустить снаряд. Потом стали перебрасываться прямо на ходу, бегая меж толстых стволов. Постепенно они подходили друг к другу все ближе, ближе, ближе… И, в конце концов, перешли врукопашную. Ближний бой представлял из себя вольную борьбу. Если одного клали на лопатки, то второй старался прийти к товарищу на помощь. Побеждала та команда, чьи бойцы одновременно оказались поверх своих противников.

Одному из мальчиков удалось опрокинуть соперника в специально подготовленную яму и даже присыпать сверху снегом, чтобы тот не смог выбраться. На всякий случай он сел на пойманного сверху и стал ждать, пока союзник тоже не одержит победу.

— Смотри, Вася, вот оно ваше пораже… — недоговорив, он вдруг замер.

Вася, которого засыпали, заметил, застывшее лицо товарища, и почувствовал неладное.

— Что там?

Мальчик, сидевший поверх, вдруг вскочил и побежал прочь. Вася увидел, что другие два мальчика перестали бороться и тоже побежали. Васю сильно засыпали снегом и он не мог выбраться. Уже издалека до него донеслось:

— Вася, беги! Вася, волк!

«ВОЛК?!» — паника захватила его, и он судорожными движениями стал откапываться. Вася уже почти освободился, когда увидел.

Огромный, с густой серой шерстью, крупными, мускулистыми лапами к нему не спеша подбирался хищник. Проницательный взгляд темно-карих глаз впился в Васю из-под кустистых бровей. В этом взгляде читался ум. Зверь явно понимал, что он застрял и не может выбраться.

Лицо Васи стало белее снега. Ему хотелось закричать, но дыхание сперло, и он не мог издать ни звука. Перед глазами пробежала вся увы, недлинная жизнь, и по щекам покатились слезы.

Тем временем зверь медленно приближался, аккуратно ступая по рыхлому, притоптанному детьми, снегу. Когда волк подошел вплотную, Вася уже успел мысленно попрощаться с мамой, папой и младшей сестренкой и попросить у Господа прощения за все его шалости.

Морда зверя приблизилась к лицу Васи, и тот подумал, что волк сейчас одним щелчком отхватит ему всю голову. Но вместо этого он почувствовал, как большой и шершавый язык прошелся от подбородка и до самой шапки. Он думал, что уже умер и не понимал, что происходит.

— Что?.. Эй, хватит, прекрати! Фу-у-у, я весь в слюнях!

Издалека послышался чей-то голос:

— Арчи! Ты чего там делаешь? Опять ешь какую-то тухлятину?! Оставлю без ужина!

Услышав голос хозяина, зверь отвернулся от Васи и виновато посмотрел на говорившего, мол: «Никакой тухлятины, только свежий мальчик!»

Вася хоть и понял, что опасность миновала, но все еще дрожал от охватившего ужаса. Он увидел спешащего к нему мужчину.

— Господи, парень, ты в порядке?

Бледный Вася вымученно кивнул. Мужчина обратился к волку.

— Арчи, посмотри, как ты его напугал… Сколько раз я говорил, чтобы ты не убегал далеко?!

Волк поджал хвост и, виновато опустив голову, кротко посмотрел на человека.

— Как тебя зовут? – обратился мужчина к мальчику.

— Вася…

— Почему ты тут один и зарыт в снегу?

— Мы играли с друзьями, а потом они увидели… в общем, они убежали.

— Давай-ка, я помогу тебе встать.

Мужчина схватил мальчика за подмышки и, одним рывком вытащив из снега, поставил на ноги.

— Я Артем, — он снял перчатку и протянул мальчику руку. Вася пожал ее. – А это Арчи.

Вася только теперь заметил пробивающийся через длинную и густую шерсть ошейник.

— Вы приручили волка?!

Артем засмеялся. На его лице промелькнуло удовольствие. Он погладил пса.

— Не знаю, что у него за порода, но он не волк. Я подобрал его еще щенком, — а потом вспомнив их первую встречу два с половиной года назад добавил. – Или скорее он меня подобрал… В общем, мы нашли друг друга.

— А вдруг вы взяли детеныша волка? — сказал изумленный Вася.

— Вряд ли. Волк выглядят немного иначе. Хотя по силе и ловкости, я думаю, он ничем не уступит самому быстрому волку.

Вася смотрел с неподдельным детским восхищением. Глаза сверкали, а бледность на лице сменилась румянцем.

— Если хочешь, можешь погладить, — и, заметив неуверенность мальчика, добавил. — Не бойся, он самый добрый пес на свете.

Вася хоть и с опаской, но протянул руку к псу, который в сидячем положении достигал его роста. Арчи поджал уши и сам подставил голову под руку мальчика.

— Какой ласковый! — обрадовался Вася, подошел ближе и стал гладить без всякого страха.

Арчи лизнул Васю в лицо. Тот отвернулся и засмеялся.

— Ты ему нравишься, — сказал Артем.

— И он мне нравится!

Вася предвкушал, как появится среди друзей живым и невредимым, когда они наверняка уже мысленно похоронили его. Представлял, как будет рассказывать им, что подружился с волком, и что тот облизнул его и даже дал себя погладить.

«Не поверят», — с грустью подумал он через секунду.

***

— Почему вы играли в лесу? Я думал, в этой части никто не ходит. Здесь даже тропинок нет.

— У нас урок физкультуры. Мы отошли с трассы, чтобы учитель не видел, что мы не катаемся, а играем тут в снежки.

Артем только теперь заметил побросанные лыжи. Легкая улыбка коснулась губ. Давно ли прошло его детство? Казалось, очень давно. Так давно, что память о нем успела истлеть, как клочок бумаги, оставленный под солнцем на тысячу лет. После тяжкого горя невольно стареешь душой на десятки лет вперед. И видит Бог, горя в его жизни было предостаточно.

Он посчитал лыжи – всего оказалось четыре пары.

— Хороши же твои друзья, что бросили тебя здесь одного…

— Они мне не друзья, а так… просто одноклассники. Настоящие друзья большая редкость…

Артем вздрогнул от тона, с которым говорил малец. На секунду ему показалось, что перед ним не десятилетний мальчик, а взрослый мужчина.

— Другое дело Арчи. Такой друг никогда не бросит, — продолжил он немного помолчав.

— Ты прав, собака — лучший друг человека. Но это лишь одна сторона медали. Собака это еще и большая ответственность. Ты должен быть для него таким же другом, как и он для тебя. Отдавать не меньше, а даже больше. Заботиться о нем, как о родном человеке…

— Знаю-знаю… Мой папа говорит тоже самое, потому и не разрешает мне заводить собаку. Думает, что я еще не готов.

Артем умилялся глядя на это хмурое от досады детское лицо. Чем-то малец напоминал ему самого себя.

— Слушай, папу. Он плохого не скажет.

— Знаю, но я все равно заведу пса, когда вырасту. Такого же большого как Арчи!

Артем звучно рассмеялся.

— Непременно! А теперь нам пора, — сказал он, заметив любопытные лица, выглядывающие из-за деревьев. – Кажется, твои друзья не такие уж и плохие, раз вернулись.

— Вася проследил за взглядом Артема.

— Ага… Вернулись посмотреть на мой обглоданный труп! – закричал он и показал товарищам язык.

— Ну, Вася, не хворай. А мы пойдем.

— До свидания! Пока, Арчи.

Глава 2

Артем с Арчи вернулись домой. Они гуляли целых четыре часа и, Арчи вдоволь набегавшийся, сразу улегся возле дровяной печки. «Как будто замерз» — усмехнулся Артем. Он принес поленья и разжег огонь. У него давно провели водяное отопление, но его никогда не хватало, чтобы прогреть большой дом, и Артем дополнительно разжигал дровяную печь. «Когда-то она одна справлялась» — подумал он, переносясь в детство.

Он вспомнил, как они с братом сидели возле этой самой печки и делали уроки. Ему нравилось слушать потрескивание хвороста и все время хотелось открыть дверцу, чтобы посмотреть на мерцание пламени. Но старший брат не разрешал. «Детям огонь не игрушка» — говорил он, хотя был старше на каких-нибудь три года. Он умер на тринадцатом году жизни. Утонул в речке.

Это случилось через несколько месяцев, после встречи с цыганкой, и в сердце Артема навсегда поселился леденящий душу страх. Он отлично запомнил бледное, распухшее лицо брата, когда тот лежал в открытом гробе. Нижняя часть тела находилось под покрывалом. Наружу виднелись лишь скрещенные на груди руки и голова. Люди заходили в дом, немного сидели у гроба и выходили. Некоторые плакали. В основном только женщины. Отец ходил с измученной улыбкой на бледном лице и принимал от всех соболезнования. Казалось, он постарел в те дни на много лет вперед. Морщины стали глубже, глаза потускнели.

Мать Артем никогда не знал. Она умерла при его рождении. Он видел ее лишь на фотографиях. Красивая женщина с кудрявыми волосами и усталым взглядом.

Артем долго жил в страхе из-за слов цыганки и последующего происшествия с братом. Но взрослея, убедил себя, что это всего лишь совпадение. Он вспомнил о страшном предсказании, лишь когда захворал отец – рак поджелудочной железы. Тогда Артему уже исполнилось девятнадцать. Отец долго лечился, страшно мучился, но чуда не случилось. Он умер, оставив еще один кровоточащий рубец и зарождающееся семечко волнения у Артема в душе.

Все эти воспоминания пронеслись у него в голове, пока он разжигал печь.

«Мама, брат, отец, Катя и Лиза… я всех их погубил…»

Арчи почувствовал навевающую грусть хозяина и ткнулся носом ему в руку. Это как будто развеяло дым в голове, и Артем улыбнулся.

— Не переживай, тебя я никому не дам в обиду.

***

Артем прошел в кабинет, сел за стол и включил ноутбук. Он с волнением наблюдал, как на экране идет загрузка. Ему не терпелось проверить почту.

Когда компьютерные технологии стали быстро развиваться, Артема не на шутку увлекла эта сфера. Как только в продаже появились первые модели, Артем сразу же стал копить деньги. Он часто ходил голодным и много работал. И вскоре в деревенском доме, доставшемся ему от отца, появилось чудо технологии, которое даже далеко не все городские могли себе позволить.

Умные машины занимали все воображение Артема, и он прочесывал их возможности от и до. Скоро он нашел работу программистом, очень востребованную в то время из-за дефицита кадров, и стал неплохо зарабатывать.

На новой работе он и познакомился с будущей женой Катей. Артем с первого взгляда влюбился в постоянно смеющиеся глаза, в веснушчатый нос и легкую безмятежную походку. Ее жизнерадостность невольно заражала, и рядом с ней хотелось находиться.

Катя работала бухгалтером в той же фирме, что и Артем, и возле нее все время кружили мужчины. Ей уже не раз предлагали, кто в шутку, а кто всерьез, руку и сердце, на что она по обыкновению отшучивалась, не давая определенного ответа.

Когда Артем впервые решился к ней подойти, она сидела за столом в легком ситцевом платье – синем в белый горошек. Катя завязала в узел волосы, что ей очень шло, и перебирала бумажки на столе. От нее только что отошел один из безнадежных ухажеров, и Артем, дождавшись, пока парень скроется за дверью, ровной походкой направился к столу Кати.

— От женихов отбоя нет? – улыбнулся он и протянул ей отчет о проделанной работе.

Ее щеки слегка порозовели и в уголках губ появились ямочки. Бирюзовые глаза светились мягким лунным светом.

— Хотите встать в очередь? – спросила она, обнажая чудесные белые зубы.

— Если бы я знал, что у меня есть шанс хоть один на миллион, то обязательно встал. Даже если бы эта очередь доходила до северного полюса. Но как может заинтересовать простой программист такую девушку, как вы?

Она собрала бумажки в стопку и постучала ими об стол, чтобы выровнять края.

— А если я скажу, что шанс у вас есть?

— Тогда я скажу вам, что жду вас у входа в конце рабочего дня, чтобы проводить домой.

— Я живу достаточно далеко, — она подмигнула.

— Пешие прогулки полезны для здоровья, а если вы устанете, я понесу вас на руках.

— И не уроните?

Артем согнул руку в локте, продемонстрировав бицепс.

— Будьте уверены.

Комичность его фигуры очень позабавило Катю. Она рассмеялась и дала ему согласие.

Они стали гулять. Артем ей рассказывал о фантастических возможностях, которые когда-нибудь принесут миру компьютеры. Катя слушала с большим интересом, не пропуская ни одного словечка. Он описывал роботов, которые будут убирать дома, готовить еду и возить людей на работу.

— Что же тогда будем делать мы? — глаза, как всегда, смеялись.

— Как что? Наслаждаться жизнью, конечно!

— А если роботы откажутся выполнять работу и поднимут восстание? Как в «Терминаторе»?

Фильм Джеймса Камерона про вернувшегося из будущего робота в роли Арнольда Швацнейгера, чтобы убить мать будущего главаря повстанцев, наделал много шумихи. А вторая часть вообще вызвала огромный восторг у публики.

— Терминатора сняли просто, чтобы развлечь людей. Восстание роботов невозможно, хотя бы потому, что у них не будет цели. Их просто запрограммируют на выполнение определенных задач, и они будут их делать.

На самом деле Катю не беспокоило восстание машин. Она вообще не верила, что то, о чем рассказывает Артем когда-нибудь случится. Ей просто нравилось его дразнить, наблюдая, как он распаляется, пытаясь ей что-нибудь доказать. А потом целовала его в щеку. И о чудо! Он замирал как громом пораженный. Эта игра никогда ей не надоедала.

***

Загрузка наконец завершилась, и Артем первым делом проверил почту. Как он и предполагал, во вкладке входящие его ожидалосообщение. В строке отправителя значилось по-английски «Jacob Taylor – представитель компании Google». Текст письма тоже был на английском, но Артем без труда прочел его. Он еще в школе понял, что английский это передовой язык всего мира и отдавал этому предмету не мало времени. Позже, когда он обзавелся семьей, знания притупились, но он легко вспомнил основы и через много лет.

В письме говорилось:

«Уважаемый Артем Николаевич С. я обсудил вашу просьбу с начальством, и они с готовностью сообщили, что перевозка вашего четвероногого друга не составит проблем. Если вам все еще интересно наше предложение, то мы забронируем вам место в самолете на 23 марта. Собаке, так как вы сообщаете, что она крупной породы, придется полететь в грузовом отсеке в специальной переноске.

С уважением ваш друг Джэйкоб Тэйлор».

Артем закрыл ноутбук и прижал к себе. Он улыбался. Неужели это правда? Представители такой серьезной организации как Google сами предложили ему работу!

«Тебя пока еще позвали лишь на собеседование», — отдернул он себя мысленно. Но Артем уже знал, что его возьмут. Они бы не стали так заморачиваться, чтобы оплачивать ему билет вместе с Арчи, если не собирались нанять его.

Дело в том, что три недели назад, Артем бродил по просторам интернета и обнаружил системную ошибку в поисковике Google. Он нашел их контактную информацию и сообщил им об ошибке. Кроме того, Артем подробно описал, как ее можно исправить. Когда он отправлял сообщение, то делал это без всякой мысли, даже не надеясь, что письмо прочитают. Но его прочитали. И более того, ему ответили. Его похвалили за внимательность, поблагодарили за сотрудничество и, что самое главное — поинтересовались есть ли у него опыт в программировании!

Артем описал свой опыт работы, дополнив сообщение подтверждающими документами. И о чудо, некий Тэйлор Джэйкоб, предлагает ему пройти собеседование в их организации. Он сообщает, что компания с готовностью оплатит все расходы по перелету и временному проживанию в городе Макнтин-Вью, штат Калифорния.

У Артема сперло дыхание, когда он увидел это сообщение. Сердце гулко застучало, а по телу пробежалась мурашки. Арчи обеспокоенно взглянул на хозяина.

— Арчи, представляешь, меня пригласили работать в Америку! – в восторге он встал с кресла.

Арчи радостно гавкнул. Не потому что понял, сказанное хозяином, а потому что видел, что тот в отличном расположении духа.

Немного поразмыслив, Артем плюхнулся обратно в кресло. В письме также спрашивали, есть ли у него семья и возможен ли переезд.

— Но конечно же, я никуда полечу. Моя семья это ты, и без тебя мне никакая Америка не интересна.

Он тогда еще не знал, что животных тоже можно перевозить на самолете. Арчи подошел и положил голову на ногу хозяина. Артем мечтательно почесал ему за ушком.

В голове, словно в кинопроекторе, неслись картинки возможного преселения в Калифорнию. Тихая, размеренная жизнь у океана. Аккуратный двухэтажный домик в американском стиле, пальмы, пляж и ровные, без единой выбоины, дороги. Сказочные закаты и зима без снега.

Все это ясно ему представлялось. Но он ни за что не променял бы Арчи ни на жизнь у океана, ни на все золото мира. А потому оставил предложение без ответа.

Через неделю после приглашения на собеседование, Артем привел одному из товарищей по работе «чисто гипотетическую ситуацию» про перелет с крупными собаками. Он с большим удивлением узнал, что такое возможно, и что просто нужно доплатить.

Артему, никогда не летавшему на самолете и не располагавшему большими деньгами, и в голову не пришло, что при их помощи можно решить все.

В тоже день, вернувшись после сервиса, Артем написал Тэйлору Джэйкобу о своей ситуации. Он один-одинешенек во всем мире (что было не совсем правдой, потому что Виктор с Машей продолжали его навещать) живет с единственным и верным четвероногим другом. Он с огромным удовольствием принял бы предложение, но никому не может оставить пса даже на время собеседование, а про то, чтобы уехать насовсем, бросив единственного друга, за которого он несет ответственность, не может быть и речи. И так далее и тому прочее.

Отправив письмо, Артем стал ждать с большим нетерпением. Каждый день утром и вечером он проверял почту. Но каждый день разочарованно закрывал ноутбук. Прошла уже неделя с того момента, как он отправил письмо, и Артем стал отчаиваться. Но сегодня ему улыбнулась удача. Все вышло, как он и ожидал. Работодатель сам предложил взять Арчи с собой. И Артем мог лететь со спокойной совестью.

Глава 3

Виктор с Машей стали частыми гостями в доме Артема. С остальными родственниками он по-прежнему не общался. Не то, чтобы он не хотел наладить общение. Но все, казалось, позабыли про него, и Артема это вполне устраивало.

Арчи так полюбил Виктора, что каждый раз, когда тот приезжал в гости, чуть не сносил его с ног. Если Вите удавалось устоять, Арчи вставал на задние лапы, клал передние на плечи и облизывал лицо. В одно мгновение нос Виктора забивался слюной, и тот начинал чихать. Эта сцена никогда не надоедала ни Маше, ни Артему. И они всегда дружно хохотали под причитания Вити.

Сегодня Артем как раз ждал их в гости. Небо заволокло облаками, но день стоял теплый. Воробьи тучей метались с дерева на дерево и высматривали чем бы поживиться. Через дорогу от дома Артема мужчина в вязаной шапке ушанке чистил дорожку от снега деревянной лопатой и что-то ворчал себе под нос. В доме слева стояла тишина, а во дворе справа дети лепили снеговика. Мальчик лет десяти и девочка восьми. Три шара по убыванию уже лежали слепленными, и дети водрузили их один на другой. Мальчик надел снеговику на голову ведро, вставил две пуговицы вместо глаз и морковку вместо носа, а девочка сделала из веток руки. Рот они ему приделать забыли или решили, что без него лучше. Не произведение искусства, но для детей очень даже ничего.

Легкие снежинки посыпались с неба, когда старая «девятка» (Витя каждый год обещал Маше избавиться от нее и купить новую) выглянула из-за поворота. Дорогу так и не расчистили после вчерашнего снегопада, и машина под яростный рев мотора еле пробиралась по снежной каше. Виктор не отличался хорошими навыками водителя, и, не доехав до дома зятя каких-нибудь пятнадцать метров, забуксовал и застрял на месте.

Артем как раз накрывал на стол, когда услышал завывания знакомого двигателя. Он выглянул в окно и увидел шурина с женой.

— Пойдем, Арчи. Кажется, они застряли. Опять.

Накинув теплую куртку из бараньей шерсти и валенки, он выскочил во двор. Виктор уже вышел из машины и заглядывал под колеса. Арчи, завидев гостя, побежал вперед со всех ног.

— Нет, нет, нет… — закричал Виктор и выставил перед собой руки.

Но поздно. Через секунду он лежал на снегу, утопая в собачьих слюнях.

— Арчи, ну все, хватит с него, — засмеялся Артем.

Арчи обернулся на голос хозяина. Хвост у него вращался, как пропеллер самолета, а из пасти вырывались клубочки пара. Он стал носиться по снегу туда и сюда просто для того, чтобы выпустить энергию и радость.

Артем подал руку шурину.

— Жаловаться надо на ваш дом управления, — сказал он, вытирая слюни с лица рукавом куртки. — Никогда не чистят вовремя!

— И тебе привет, дружище, — Артем обнял Витю и помахал Маше, оставшейся в машине.

— Крепко застрял? – спросил он после приветствий.

— Капитально сел…

— Прыгай за руль, я попробую толкнуть.

Виктор послушно вернулся в машину и включил первую передачу. Артем встал сзади и уперся руками в крышку багажника. Варежки он взять не подумал, и холодный металл обжег кожу. Когда Витя нажал на газ, Артем изо всех сил налег на машину. Девятка не сдвинулась ни на сантиметр. Артем заглянул вперед и увидел, что колеса лишь еще больше ушли под снег.

— Мда, крепко сел… — пробормотал он и сделал знак шурину, чтоб тот оставался в машине, — Жди, сейчас вернусь.

Через пару минут он вышел из дома с двумя предметами в руке. Один из них оказался обычным тросом с карабинами на концах, а второй предмет Витя никак не мог разглядеть. «Зачем ему трос, если он не подогнал машину?»

Артем подозвал пса и стал надевать на него второй предмет, который оказался шлейкой.

«Серьезно?» — усмехнулся Виктор.

Затем он зацепил один карабин за крюк под передним бампером, а второй за шлейку Арчи. Сам встал сзади и стал командовать:

— Насчет три – Витя жми на газ, Арчи тяни!

Все члены команды проявили готовность.

— Раз, два, три!

Витя дал по газам, Артем начал толкать, а Арчи сделал рывок, трос натянулся, и машина дернулась с места. Совсем на немного, и снова застряла.

— Еще раз, — скомандовал Артем. – Раз, два, три!

Машина дернулась и тихо-тихо начала продвигаться по рыхлому снегу. Мышцы на лапах Арчи напряглись и стали каменные. Шаг за шагом он продолжал тянуть. Наконец машина выбралась из ямы и пошла свободно. Арчи счастливо загавкал, что сумел выполнить поставленную задачу и бросился к хозяину, радостно виляя хвостом.

— Умница, дружок, ты самый сильный пес! – сказал Артем, отстегивая карабин.

Арчи гордо поднял голову и сел в ожидании. Вдруг снова потребуется его помощь! Но она не понадобилась – автомобиль благополучно заехал во двор, и гости вышли с машины.

Машу Арчи любил ничуть не меньше Виктора, но Артем строго-настрого запретил прыгать на нее. Поэтому он просто потерся об нее головой и облизнул руку, когда та протянулась, чтобы погладить его.

— Мне кажется, или он еще вырос с прошлого раза?

— Куда уж еще больше, — улыбнулся Артем и расцеловался с ней.

***

Прошли в дом. С порога в нос ударил запах свежеиспеченного хлеба. Артем пек прекрасный бездрожжевой хлеб из цельнозернового зерна ржи. Комнаты сияли чистотой. Все предметы на своих местах и аккуратно сложены. Нигде ни пятнышка и ни пылинки. Артем стал очень хозяйственным, а Арчи ему во всем помогал. Артем, как-то продемонстрировал, как его пес умеет мыть пол. Он намочил половую тряпку, выжал и положил перед Арчи. Тот уперся об нее передними лапами, сгорбился, как волосатый мост и, толкаясь задними, стал скользить передними по полу. Зрелище очень позабавило гостей, и все захлопали в ладоши. Еще он таскал дрова и любые другие предметы обихода. У него развилась потрясающая память, и он быстро запоминал название любых вещей.

Артем говорил: «Принеси мне тапочки», и он их приносил. Просил принести полотенце и через минуту он уже сидел рядом с полотенцем. Всего он знал около ста разных названий предметов, а больше Артему и не требовалось.

Разувшись и раздевшись, Артем пригласил гостей к столу. Стол украшали вазочка с фруктами, пара нехитрых салатов, бутерброды с консервами и тарталетки с грибами и сыром. На первое Артем приготовил солянку, а на второе картофельное пюре с курицей.

— Ты, как всегда, устроил целый пир, — улыбнулась Маша.

— Кроме вас, гостей у меня не бывает, потому иногда можно и постараться.

— Кстати, об этом… Ты ни с кем случайно не завязал знаком…

— Не начинай, — перебил ее Артем, — не надо.

— Хорошо, хорошо, я поняла, — немного сконфузившись, сказала Маша.

Артем никогда не позволял говорить с ним ни о прошлом, ни о личных отношениях. Наступило неловкое молчание, которое прервал Виктор.

— Как вообще дела? Что нового?

Лицо Артема засияло радостью.

— Новость как раз таки имеется. И пир, как выразилась Маша, я устроил не просто так.

Он загадочно улыбнулся, взял тарталетку и бросил в рот. Выждав, когда на лицах гостей проявится нетерпение, он продолжил.

— Как вы знаете, я давно стал увлекаться компьютерами и в прошлом… — тут перед глазами мелькнуло ситцевое платье жены, и он на секунду запнулся, — …работал программистом.

Маша сразу поняла его заминку и чтобы избавить его от дальнейшего объяснения, коротко сказала:

— Да, мы помним.

— Так вот, — продолжил он, благодарно взглянув на Машу, — недавно мне повезло заметить системную ошибку в браузере Google. Я решил сообщить о ней в их поддержку. Ошибка оказалась не очень сложная, я знал, как ее исправить и написал им, как это сделать. И представьте себе, они мне ответили! Да непросто ответили, а предложили работу!

— Как это работу? Google, насколько я знаю, это американский браузер, — недоумевал Витя.

Он уже доел первое и активно принялся за второе. Дома Маша по-прежнему пичкала его одними лишь салатами… А езда на автомобиле зимой отнимала у него много энергии и нагоняла зверский аппетит.

— Совершенно верно! Они пригласили меня на собеседование за их счет. В Калифорнию! Представляете? Я думал, такое бывает только в кино.

Маша, напротив, ничего не ела. И задумчиво водила вилкой в салате. При упоминании американского штата она взглянула на Артема с интересом.

— И что же? Ты собираешься лететь?

— Почему бы и нет? Это ведь шанс. К тому же в Америке совершенно другой уровень жизни, чем здесь… про дом у океана я вообще молчу!

— А как же Арчи? – при звуке своего имени пес поднял голову. — Кто будет смотреть за ним? Мы не можем взять его в нашу крохотную квартирку…

Артем ожидал этого вопроса и торжествующе улыбнулся.

— А я и не собирался его оставлять. Он полетит со мной!

— Собака на самолете? – засмеялся Виктор. – Это что-то фантастическое.

— Я тоже сначала сомневался. Но знающие люди убедили меня, что это вполне разрешено, и что просто надо доплатить. Я уже поинтересовался у человека, который держит со мной связь, могу ли прилететь с собакой. И он уверил меня, что это не составит никаких проблем.

— И что? Они посадят его рядом с тобой на соседнее сиденье? – усмехнулся Виктор.

Он уже доел второе и, откинувшись на спинку стула, сидел с довольным лицом.

— Нет, ему придется лететь в грузовом отсеке, причем в клетке, — немного грустно сказал Артем. – Но я думаю, он справится, правда, малыш?

Арчи положил голову на колено хозяину, и тот почесал ему за ушком.

— Ну что ж, если так, то мы будем за тебя только рады, — вставила Маша.

«Может хоть там тебе улыбнется какая-нибудь красавица» — читалось на ее лице. Артем заметил это выражение, но промолчал. Не хотел портить торжественность момента.

Вечер был долгий, теплый и уютный. Они проговорили обо всем и всяком до глубокой ночи. Затем супруги ушли в комнату, где он раньше спал с женой. А Артем расположился в гостиной на диване. С тех пор как он потерял близких, спал только здесь. Арчи растянулся рядом на полу.

— Правда забавно вышло, Арчи? Я ведь ни о чем таком не думал, когда писал им.

Пес дотронулся влажным носом до свисающей руки с дивана.

— Как же я тебя люблю дружище… Даже не представляю что бы сейчас делал, если ты меня не нашел…

Артем задумчиво погладил собаку. Лицо его стало немного грустным. Страх перед предсказанием никуда не делся. Каждый вечер, когда он ничем не занимался, рой скверных мыслей начинал кружить над головой. Артем с ужасом думал о том, что может лишиться Арчи, Виктора или Маши. Он не имел права подпускать их так близко… Но разве можно сопротивляться доброте, заботе и ласке этих людей? Что я могу сделать, если любовь сама рвется к ним наружу? А Арчи? Да он души во мне не чает… Уверен, он пошел бы за мной и в огонь, и в воду. Так как я могу их не любить?

Суеверный страх преследовал его повсюду, и он ничего не мог с этим поделать. Лишь стараться не думать…

Артем помотал головой, пытаясь отогнать непрошеные мысли. «Надо уснуть», — решил он и повернулся к Арчи.

— Спокойной ночи, мой друг, — сказал он и погасил настольную лампу.

***

Число вылета приближалось, и Артем стал собирать вещи. Его без конца мучили сомнения – стоит ли брать Арчи с собой? Хотя Артем почти не беспокоился, что его возьмут, все же ему пока предложили лишь пройти собеседование. А что если по какой-нибудь причине я им не подойду? Зачем тогда мучить Арчи этим перелетом? К тому же, даже если его возьмут, все равно придется вернуться сюда, чтобы продать все имущество. Но оставить Арчи здесь хотя бы на время он тоже не решался. От одной лишь мысли, что с ним может, что-то случиться в его отсутствие у него внутренности сворачивались узлом. В общем какой-то замкнутый круг сомнений без просвета на верное решение.

Благо работа в автомастерской отвлекала от ненужных мыслей. Артем давно заметил, когда требуется сосредоточенно работать руками, то ни одна злая мысль до тебя не доберется. Сегодня как раз наступил один из авралов. Все боксы и так стояли занятыми, а машины все подъезжали и подъезжали. У Артема сложилось впечатление, что директор сервиса ночью прошелся по ближайшим районам и выкрутил у машин, все, что плохо прикрутили.

— Артем, передай головку на двадцать два, — попросил Петрович.

Артем передал. Ему нравилось работать с Петровичем. Грубо сложенный, с жесткими короткими волосами, с загрубевшими от постоянной физической работы руками и неизменной сигаретой во рту он сперва производил отталкивающее впечатление. Но стоило узнать его поближе, то это была добрейшая душа на свете, к тому же много пережившая и много видевшая. Петровича также называли слесарным мудрецом. И не потому что Петрович все знал от «А» до «Я» в автомастерском деле, а потому, что он всегда давал дельные советы. С какой бы, на первый взгляд, неразрешимой задачей ты к нему не подошел, он всегда указывал правильное направление, и у тебя в этот момент с глаз спадала пелена.

Артему хотелось поговорить с ним о мучащих сомнениях, но времени не хватало даже на спокойный перекур. Им еще предстояли поменять опорные подшипники на «Волге» и перебрать коробку передач на «Опель Астра». А чтобы перебрать одну лишь коробку, уходит больше половины дня. Потому разговаривать было некогда, и они оба погрузились в работу.

Они закончили, лишь когда солнце склонилось к закату. Артем грязным, промасленным рукавом смахнул пот со лба и сел на асфальт у ворот рядом с Арчи. Петрович тоже вышел с бокса и закурил (уже, наверное, сотую за сегодня) сигарету. Артему иногда казалось, что все заработанные деньги Петрович тратил на одно лишь курево.

— Славненько поработали, не правда ли? – пробасил густым, словно патока, голосом Петрович.

Артем потрепал Арчи за ушами.

— Да уж.

— Я заметил, что тебя сегодня весь день что-то гложет. Хочешь поговорить?

Артем вздрогнул. Неужели так заметно?

— Да есть кое-что… — неуверенно начал он.

— Выкладывай.

— В общем мне предложили работу. Хорошую.

— И в чем же проблема? Ты так любишь автосервис? – усмехнулся Петрович и сплюнул под ноги.

-Нет, конечно. То есть мне нравится здесь работать. Но проблема не в этом.

— Так в чем же?

— Работать меня пригласили в Америку.

Артем взглянул на напарника. Если он и удивился, то никак не показал этого.

— Вот как? – задумчиво произнес он, — И кем же тебя туда зовут?

— Программистом.

— Ну что могу сказать – ты парень у нас шаристый и нет ничего удивительного, что тебя вызвали туда. Хотя я и не очень это понимаю – что у них там своих специалистов не хватает… Езжай и даже не думай. Здесь жизни нет. Если и есть будущее, то оно за Америкой.

— Да, меня тоже посещали такие мысли. Они меня пока зовут только на собеседование, и я не знаю, брать ли мне с собой Арчи. Даже если они меня примут, мне придется вернуться и продать здесь все, прежде чем уехать насовсем. С одной стороны, мне не хочется его мучить перелетами, тем более что ему придется лететь в грузовом отсеке совсем одному. С другой стороны, как бы это глупо ни звучало, я не могу оставить его здесь. Не говоря уже о том, что нет никого, кто смог бы присмотреть за таким большим псом.

— Видит Бог, ты сам себе накрутил проблемы. Можешь взять с собой Арчи, и если тебя возьмут, а я уверен, что возьмут, то ты можешь продать все прямо оттуда. Насколько я знаю, у тебя здесь живут шурин с женой. Напишешь заранее на них доверенность на имущество. Они все продадут и перешлют деньги за бугор. В двадцать первом веке живем все-таки. Вероятно, ты потеряешь небольшой процент на переводе. Но летать туда-сюда, да еще и с собакой тоже не дешево.

У Артема будто огромная глыба съехала с плеч.

— Спасибо, Петрович. Ты воистину слесарный мудрец!

— Снова это глупое прозвище...

Глава 4

Дата вылета подкралась незаметно, а вместе с нею и весна. Март для их краев выдался теплым. Обычно минус держался до самого апреля, но в этом году зима дала слабину. И каждый день тонны снега таяли под неустанно палящем солнцем, заливая дороги и тротуарные дорожки водой. Птицы весело щебетали, предвкушая весну. Местами появились первые подснежники.

Артем собрал вещи с вечера, и теперь они лежали аккуратно сложенные лишь в один небольшой портфель. Сменное белье, пара футболок, бритва, зубная щетка и портативное зарядное устройство. Еще Артем взял с собой старый томик с сочинениями про Шерлока Холмса. Не то чтобы он обожал читать детективы, но лететь предстояло десять с половиной часов, и себя нужно было чем-то занять. Он снова подумал об Арчи. На такое долгое время, один, запертый в клетке, в грузовом отсеке. От этих мыслей у Артема каждый раз сжималось сердце, и он как можно быстрее старался их отогнать.

Прежде чем лететь на самолете, ему предстояло доехать до Московского аэропорта, что составляло еще шесть часов на машине. Виктор сам вызвался на роль водителя, хотя Артем уверял его, что может взять такси.

— Да какой таксист возьмет тебя с таким чудищем лохматым?! Если только ты наймешь грузовик… Нет уж, я сам тебя отвезу, и даже не думай спорить со мной.

На такую тираду Артем скорчил гримасу и поднял руки над головой в знак капитуляции.

Поставив портфель к порогу рядом со складывающейся клеткой для Арчи (он выбрал самую большую, какая только продавалась), Артем вздохнул.

— Ну что ж, вроде бы все уложено. Готов к поездке? – обратился он к Арчи.

Тот молча вильнул хвостом.

— Знаешь, я только теперь подумал, что тебе будет там жарко с такой густой шерстью… Имею в виду в Калифорнии. Впрочем, и у нас летом достаточно жарко…

Артем переживал за друга, как за маленького ребенка. Ему все время казалось, что Арчи будет страдать в этой поездке. Нехорошее предчувствие не покидало, сколько бы он ни отгонял его.

— Будем надеяться на лучшее. Да дружок?

Арчи подпрыгнул и лизнул хозяина.

***

Взлет самолета планировался на 20:00. С учетом времени в дороге, возможных пробок и того, что прибыть в аэропорт полагалось за два часа до взлета, шурин заехал за Артемом в десять утра. Клетку привязали к специальному багажнику на крыше. Артем уселся на переднее пассажирское сиденье, а Арчи устроился на заднем. Ему открыли окошко, и он тут же высунул голову наружу.

Виктор перед тем как тронуться тщательно протер очки для вождения. Он еще никогда не ездил на дальние расстояния и заметно нервничал.

— Если хочешь, могу повести я, — участливо предложил Артем.

— Нет-нет, — улыбнулся Виктор, — все в порядке. В любом случае мне придется ехать обратно одному.

При этих словах он побледнел.

— Уверен, что справишься? Я все еще могу кого-нибудь нанять.

— Все нормально, я справлюсь.

И чтобы больше не продолжать этот разговор, он повернул ключ зажигания и тронул машину.

С города выехали без всяких проблем. Знак, означающий черту населенного пункта, промелькнул, словно искра, и исчез позади. Артем ощутил щемящее чувство, которое всегда испытываешь, покидая родные края. Здесь за чертой все ему казалось чужим, странным и неестественным. Он не помнил, когда в последний раз выезжал за пределы города. А выезжал ли вообще когда-нибудь? Наверное, нет. Все необходимое всегда имелось под рукой, а о путешествиях Артем как-то не задумывался, потому что на них попросту не было денег.

Теперь жизнь выдала ему шанс, а он грустит.

«Надо взбодриться», — обратился он к себе мысленно, а вслух сказал:

— Чего там нынче интересного на радио играют?

И не дожидаясь ответа Вити, включил примитивный магнитофон, в котором есть отверстие для кассет. На современных магнитолах уже давно имеются разъемы для флеш-карт, но Виктору таких «наворотов» не требуется. Он редко слушал музыку. Обычно только в пробках. Но они в их маленьком городе бывают редко, а потому он и не заморачивался.

Магнитофон затрещал, прокашлялся и выдал мелодию. Играл Цой, песня «Мы ждем перемен».

«Вот уж в тему» — подумал Артем.

Он взглянул в боковое зеркало на Арчи. Длинный язык развивался на ветру и брызгал слюной, словно «автополивалка» газона.

«Хоть кому-то весело» — подумал он с улыбкой, глядя на своего любимца.

За Цоем началась какая-то неизвестная Артему грустная песня, и он переключил волну. Потом еще раз и еще раз. Ничего не нравилось. Он вздохнул и выключил радио.

— Переживаешь? – поинтересовался Виктор, не отрывая внимательного взгляда от дороги.

— Есть немного, — не стал кривить душой Артем, — Я тут пытался вспомнить, выезжал ли когда-нибудь из города и не нашел в памяти ни одного случая... А теперь собираюсь покинуть не только страну, но и континент!

— Такой шанс выпадает не каждому. Глупо было бы упускать его.

— Знаю, знаю… и ты, несомненно, прав. Но все равно тоскливо почему-то.

— Понимаю, — ответил Витя, продолжая вглядываться в дорогу.

Казалось, его лоб вот-вот упрется в лобовое стекло.

Артем снова подумал, что зря он согласился, но говорить ничего не стал. Отвернул голову и глядел на проплывающие мимо поля, леса и деревушки. Вскоре он задремал и ему приснился сон.

Он лежит на пляжу и глядит, как Арчи плещется в волнах. Вода быстро убегает в море, и Арчи гонится за ней. Затем она заворачивает в гребень и теперь уже Арчи спасается бегством, высунув язык и прижав уши. В глазах его светится радость и вопрос: «Почему ты мне раньше не показывал это райское место?»

— Я сам про него не знал… — отвечает Артем.

Вдруг мир начинает переворачиваться, и Артем падает.

Проснулся. Это Виктор резко затормозил. Впереди пробка.

— Приехали, — сказал он и с досадой и легонько ударил по рулю.

— Что там? Кажется, авария.

Машины не двигались. Артем вышел из машины, чтобы поглядеть. Пробка растягивалась на несколько километров.

— Не зря выехали раньше. Похоже, это надолго.

Артем открыл заднюю дверь и выпустил Арчи, пользуясь возможностью, чтобы он сходил по своим делам. Остановились они где-то посреди трассы. Ни впереди, ни сзади не просматривалась ни одна деревня. Лишь в тридцати метрах от дороги с обеих сторон растянулись рощицы берез.

Они ехали уже несколько часов, и было приятно размять косточки. Арчи носился как угорелый, чтобы выпустить как можно больше энергии. Артем уже подумывал пройтись вдоль вереницы машин и посмотреть источник пробки, как вдруг движение тронулось.

Виктор махал Артему, призывая вернуться в машину. Тот свистнул, и Арчи ракетой влетел в открытую дверцу.

Прошло около сорока минут, прежде чем они увидели аварию, перегородившую дорогу. Раскуроченная Газель лежала в кювете и мало чем походила на автомобиль. Казалось, на ней как на гармони, сыграл гигантский великан. На обочине тоже лежала груда металлолома. Похоже, что этот некогда бывший автомобиль и заграждал дорогу, потому что к нему прицепили трос с крюком, каким Артем пару недель назад вытягивал девятку шурина. На обочине также стояли две машины скорой помощи, пожарные и экипаж ГИБДД. Артем заметил два тела на земле, накрытые простынями.

Вдруг внутри у него все сжалось. Жгучий комок подкатил к горлу и грозил запачкать салон. Дыхание сперло, сердце на миг остановилось. Артему показалось, что под простынями его жена и дочь.

***

Артем словно снова очутился в том кошмарном дне, когда ему позвонил неизвестный номер, и глухой голос сообщил, что его жена и дочь попали в аварию. Голос не сказал, что они мертвы, но назвал адрес происшествия. Это случилось недалеко от школы, где училась Лиза.

Артем тогда, как сумасшедший выскочил из дома, в чем сидел за компьютером и побежал к шоссе. Его чуть самого не задавили, когда он пытался поймать машину. Разъяренный водитель даже вышел из машины, чтобы набить сумасшедшему морду. Но заметив растерянное лицо Артема, смягчился и спросил, что случилось. Артем рассказал и умолял отвезти его по адресу. Он клялся заплатить водителю любую сумму, хотя не захватил с собой ни копейки, так как выбежал из дому в домашнем халате. Водитель оказался не последним человеком и довез Артема до места, ничего с него не взяв. Но Артем позабыл про него, как только захлопнул дверь автомобиля. Именно тогда, он увидел тела, накрытые простыней. Рядом вверх тормашками лежала его машина, на которой уехали жена и дочь.

На ватных ногах он направился к накрытым телам. Звуки вокруг померкли, и он не слышал, как его окликнул сотрудник ГИБДД. Не дыша, он упал на колени и отдернул простынь. Из гортани вырвался звук, будто нутрии у него что-то треснуло. Бледное, словно из воска, лицо дочери, слипшиеся от запекшейся крови волосы и зияющая страшная рана на виске. Вот что он увидел.

— Что же это?.. Нет, нет, нет… это не взаправду… не взаправду!

Артем ощупывал лицо и тело дочери, будто что-то искал и повторял одну и ту же фразу: «Это не взаправду… не взаправду… не… »

На плечо тихонько опустилось сопереживающая рука.

— Артем Николаевич?

Артем обернулся к сотруднику и уставился тупым бессмысленным взглядом.

— Не взаправду… нет, нет. Это просто кошмар… Я сейчас проснусь.

— Артем Николаевич, мне очень жаль, но это не сон…

***

— Не взаправду… не взаправду… — Артем пребывал в прошлом, но повторял эти слова в настоящем.

— Артем! – Виктор отъехал как можно дальше от аварии и остановился на обочине. Очнись, это не они!

Он пощелкал перед глазами зятя, и Артем наконец, начал реагировать.

— Ну, слава Богу… Я уж думал ты все, того…

Артем часто заморгал глазами и огляделся. Он не помнил, как они проехали последние двести метров. В зеркале заднего вида все еще сверкали проблесковые маячки. Арчи чувствуя, что хозяин расстроен, сочувственно поскуливал.

— Извини, — обратился Артем к шурину. – Я будто снова очутился в том кошмарном дне.

Арчи высунул морду между сидений и лизнул хозяина.

— Все нормально дружок, просто привиделось…

— Они сейчас в лучшем мире, — сказал Виктор и положил руку на плечо друга.

— Да, ты прав.

Но Артем сомневался в этом. Есть ли жизнь после смерти? Он долго думал и пришел к выводу, что люди верят в перерождение душ лишь оттого, что без этой веры им совсем невыносимо. Страшно думать, что дальше ничего нет… И все же на горьком опыте Артем знал, что даже пустота порой более привлекательна, чем жизнь.

Потеря любимых это всегда страшная рана. Внутренняя, жгучая, никогда не заживающая боль, которая следует за тобой по пятам, куда бы ты ни пошел. И избавиться от этой боли можно лишь одним способом…

Так он думал, но оказался неправ. Лекарство существовало. И этим лекарством стал для него Арчи. Хотя Артем и не замечал этого, рана постепенно затягивалась. И смена обстановки могла воздействовать полному исцелению. Он инстинктивно чувствовал это, и потому теперь ехал в аэропорт.

Дальнейший путь прошел без пробок. Они лишь раз остановились, чтобы поесть в придорожном кафе и в шесть вечера добрались до аэропорта.

Глава 5

Виктор помог Артему разгрузить и собрать клетку. Арчи послушно залез в нее, но когда дверца закрылась, посмотрел на хозяина грустным взглядом. Дома Артем уже собирал клетку и запускал туда Арчи, чтобы он попривык. Но запертого в одиночестве, он его еще не оставлял ни разу.

— Все нормально дружок, все это временно, — Артем старался не показывать волнения, но голос все равно подрагивал.

Виктор проводил Артема до стойки регистрации и взглянул на часы – время бесплатной парковки заканчивалось.

— Ну что ж? Будем прощаться? – сказал он.

— Спасибо тебе за все, Витюш. Ты воистину лучший друг…

— Да брось ты. Всего лишь довез до аэропорта, — улыбнулся он.

— Нет, не просто довез. Если бы не ты и твоя прекрасная жена, то везти сейчас было бы некого. И Арчи вряд ли нашел бы дом. А потому ты спас целых две жизни!

Виктор покраснел и ничего не ответил. Тогда Артем подошел и обнял шурина.

— Береги себя, — сказал он.

— И ты. Обязательно позвони, как приземлишься.

— В первую очередь это и сделаю, — улыбнулся Артем.

Виктор наклонился к дверце клетки и просунул пальцы сквозь прутья.

— Прощай дружок, позаботься о хозяине.

Арчи пару раз лизнул пальцы Виктора, что верно означало: «Никаких проблем!»

— Ну, удачи, — и он пошел быстрой походкой к выходу.

Артем достал все необходимые документы. Для себя загранпаспорт, для Арчи ветеринарное свидетельство и паспорт с прививками. Очередь медленно, но шаг за шагом продвигалась. Люди с любопытством поглядывали на большую клетку с колесиками, в которой спокойно лежал не то пес, не то волк. Некоторые интересовались у Артема, что это за порода, на что Артем пожимал плечами. Арчи спокойно лежал, положив голову на передние лапы, и наблюдал за происходящим снаружи.

Мало-помалу Артем добрался до стойки регистрации. Симпатичная девушка с усталым видом молча взяла документы. Увидев клетку, она сказала, что необходимо поставит ее на весы.

— Я не подниму ее один, — Артем учтиво улыбнулся.

Тогда девушка позвала работников, и они сами загрузили переноску на весы. На табло, сбоку стойки высветились цифры 69,4.

— Ничего себе песик, — изумился один из сотрудников. – Вы его надеюсь, не людьми кормите?

Второй сотрудник издал короткий смешок. Артем ничего не ответил, и они, сняв клетку с весов, ушли заниматься другими делами. Девушка поставила необходимые печати и выдала Артему билет.

— Переноску сдайте в отдел живых грузов, сейчас туда подойдут сотрудники, — и она указала на конвейерную ленту в тридцати шагах справа. – Счастливого пути.

Артем поблагодарил ее и направился к указанному конвейеру. Пришло время сдавать Арчи в грузовой отсек. Артем присел на уровень клетки и тихо сказал:

— Сейчас нас разделят, но ты не переживай. Я обязательно за тобой вернусь.

Арчи понимающе моргнул, и клетка уехала по эскалатору за резиновые шторки.

Артем сел в зале ожидания и стал ждать посадки. Нехорошее предчувствие усилилось. На душе скребли кошки. Артема будто кто-то предупреждал, чтобы он не садился в этот самолет. В один момент он уже собирался встать и пойти сказать, что передумал и никуда не полетит, но удержался. В конечном счете Артем все списал на волнение из-за необычности путешествия.

Чтобы отвлечься, он достал потрепанный томик с Шерлоком Холмсом. Перелистал на рассказ про собаку Баскервилей (его любимый), и углубился в чтение. Из таинственного мира его вырвал голос девушки, доносящийся из динамиков на стенах:

— Начинается посадка на рейс D142 Москва — Маунтин-Вью, — и затем то же самое, но на английском.

Артем встал и поспешил к выходу, указанному на билете. Снова выстроилась очередь. Артем оглядывал людей. В основном стояли бизнесмены, в дорогих костюмах и ни на минуту не отрывающих мобильника от уха. Шумно галдела компания туристов. Прямо перед Артемом ожидала своей очереди семья, которая, похоже, переезжала в Америку насовсем. Отец семейства держал за руки двух симпатичных мальчуганов лет восьми ничем не отличающихся один от другого. Его супруга держала на руках совсем еще крохотную девочку в розовом комбинезоне. Девочка, вытаращив глаза, оглядывала все вокруг и сосала большой палец.

«Лиза тоже страдала этой привычкой…» Артем вспомнил, как они с Катей отучали ее от этого дела, и невольно улыбнулся. Малышка глядя на него тоже заулыбалась.

Самолет оказался небольшим – по три сиденья с каждой стороны и проходом между ними. «Е24» — прочел Артем на билете и прошел почти до самого хвоста. Дойдя до нужного ряда, Артем прочел под полкой для ручной клади буквы «D/E/F». У окна сидел мужчина из категории бизнесменов и до сих пор разговаривал по телефону.

— Да, да, продавай. Я буду завтра утром и все улажу. Я тебе говорю — продавай…

Артем бросил рюкзак на полку и уселся рядом. Через минуту на месте у прохода села девушка с той самой девочкой, которая жадно изучала мир вокруг.

Стюардессы прошлись по рядам и проверили, все ли пристегнули ремни. Затем они разделились на равные расстояния в самолете, чтобы все видели, и под запись стали показывать, что делать при аварии.

«В самолете расположено семь аварийных выходов» — вещал диктор из динамиков. – «При разгерметизации самолета кислородные маски выпадут автоматически. Внимание – сначала наденьте маску на себя. И лишь потом на ребенка…», «…жилет находится под вашим сиденьем…». Голос сначала говорил по-русски, а затем повторял все то же самое по-английски.

Артем заметил, что на спинке сиденья перед ним написано все то же самое, что говорил голос, и перестал слушать. Затем с короткой речью выступил главный пилот, и самолет пришел в движение. Теперь пути назад не было. Металлическая птица пошла на взлет.

***

Когда самолет начал ускоряться, у Артема все сжалось внутри. Он слышал, что у людей бывает страх полета, но так как никогда не летал, не знал, боится ли сам. У него сперло дыхание, когда самолет оторвался от земли, но страха он не почувствовал.

Мир в окошке быстро отдалялся. Артем как маленький ребенок с любопытством заглядывал в окошко через недовольного бизнесмена. Зрелище захватывало дух. Деревья, автомобили, дома становились все меньше и меньше. Очень скоро они стали настолько крошечными, что Артем перестал их различать.

Сильно закладывало уши, будто Артем нырял на глубину. Он давил на них ладонями, надеясь привести их, таким образом, в порядок. Девушка слева заметила это и улыбнулась. Она достала сосательную конфету и протянула Артему.

— Возьмите, это поможет.

Артем молча взял конфету, развернул шуршащий фантик и забросил карамельку в рот. Во рту образовалась слюна, он сглотнул, и уши сразу же разложило. У Артема округлились глаза. Девушка, глядя на него, засмеялась.

— В первый раз летите?

— Что так заметно? – Артем тоже улыбнулся.

— Вы похожи на дикаря, который попал в двадцать первый век.

— Да, вы правы. Это все для меня в новинку.

Девушка переложила дочку с одного колена на другое. Девочка тоже выглядела изумленной. На ее лице читался вопрос: «Что происходит?» Артем подумал о том, какая она храбрая. Даже не плачет.

— Ничего, скоро привыкните, — подбодрила девушка.

— Очень на это надеюсь.

Артем одарил девушку благодарной улыбкой. Он только теперь разглядел ее. Выглядела она лет на тридцать. Но посмотрев на нее, ни за что не поверишь, что она мать троих детей. Стройная, с чуть раскосыми голубыми глазами. Короткие до плеч волосы пахли жасмином и вызывали желание зарыться в них лицом. Артем отнес бы ее к категории красивых. Даже очень.

— Я Лиля, кстати, — сказала она после некоторого молчания.

— Артем.

Прозвучал звуковой сигнал, и табло со знаком «пристегните ремни» погасла. Артем взглянул в окно и увидел, что они поднялись выше облаков.

— Летите в Калифорнию по делам?

— Да, мне предложили работу.

— Что за работа?

— Ничего особенного – программистом.

У Лили округлились глаза, и вытянулось лицо.

— Правда?

Теперь удивился Артем. Он вопросительно пожал плечами.

— А что не так?

— Моему мужу тоже предложили эту работу. Как их там... Goоgle, кажется. Подумать только! Возможно, вы будете коллегами! – она так обрадовалась и перегнулась через проход к супругу, — Ваня, познакомься, это Артем. Возможно, вы будете коллегами.

Ваня без особого восторга протянул руку новому знакомому. Артем подумал, что общительность жены с незнакомыми людьми не совсем ему по душе.

— Я думала, что такой шанс, как моему мужу выпадает один на миллион…

Артем поерзал на кресле.

— Я тоже так думал.

— А вы летите один?

Артем только теперь вспомнил, что в грузовом отсеке, запертый в непривычную для него клетку, сидит его лучший друг. Необычность новых ощущений и болтливость соседки совсем отвлекли его от беспокойных мыслей. Но теперь они вернулись, и лицо его посерело.

— Что с вами? Вам плохо? Может позвать стюардессу? – забеспокоилась Лиля.

Артем выдавил из себя улыбку.

— Нет, нет. Все хорошо. Я лечу не один. Со мной пес, но он в грузовом отсеке и я беспокоюсь за него.

— А так это были вы… я видела вас издалека, когда клетку ставили на конвейерную ленту. Мне показалось, там сидит волк, и подумала, что его отправляют в какой-нибудь цирк... Не люблю цирки, мне жалко животных, — она поморщилась.

— Многие принимают его за волка, но этот самый добродушный пес, какой только есть на свете.

— Познакомите нас, когда мы приземлимся?

— Конечно, — ответил Артем.

Но он не знал, что приземлиться в Калифорнии им не суждено.

***

Артем отложил книгу. Глаза от чтения устали и покраснели. По московскому времени стрелка достигла пяти часов утра, и Артему очень хотелось спать. Но от долгого сидения разболелась спина, и уснуть не получалось. Он уже несколько раз вставал и ходил по проходу, но это не очень помогало.

Свет давно приглушили и большинство людей спали. Сзади кто-то без наушников смотрел фильм на ноутбуке. Похоже на боевик, потому что до Артема доносились звуки выстрелов и взрывов. Лиля не спала. Она отдала малышку Ивану и тоже читала книгу в мягкой обложке. — «Джейн Эйер». Артем прочел название, когда Лиля отходила в туалет.

Артем встал и, потеснив соседку, вышел в проход.

— Не спиться? – спросила Лиля.

Артем скорчил лицо.

— Ума не приложу, как вообще люди могут заснуть на таких неудобных сидениях…

— У меня такая же проблема.

Артем увидел на лице Лили странное свечение. Он перевел взгляд на окно и резко побледнел. Глаза наполнились страхом.

— Что с вами? Снова вспомнили про собаку?

Артем мертвецким движением указал на окно. Лиля повернула голову и вскрикнула. Один из двигателей горел ярким пламенем.

От крика Лили, ближайшие люди проснулись, в том числе и бизнесмен у окна.

— Что такое? Прилетели? – пролепетал он сонным голосом, но стояло ему повернуть голову к окну, как тут же вскочил. — Какого черта?!

На крик поспешила стюардесса.

— Пожалуйста, займите свои места, пристегните ремни и сохраняйте спокойствие.

— Что это значит орал бизнесмен?! Самолет горит!

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и не кричите. Сядьте и пристегните ремень.

— Я не сяду рядом с горя…

В этот момент двигатель взорвался, самолет тряхнуло, и Артема бросило, но толстую женщину. Люди стали кричать, началась паника. Сверху выпали кислородные маски.

Первая мысль, промелькнувшая у Артема: «Мне нужно попасть в грузовой отсек…» Но здравый смысл подсказал ему сесть на место. Он ничем не поможет Арчи, если погибнет еще до того, как они коснутся земли.

— Да что же это такое?! – кричала женщина, на колени которой бросило Артема, — Слезьте с меня!

Артем поспешил встать. В проходе без сознания лежала стюардесса, пытавшаяся успокоить крикливого бизнесмена. С виска стекала темная струйка крови. Бизнесмена на месте не оказалось. Артем успел заметить, как он запирался в туалете хвостовой части самолета. Он попытался поднять девушку с пола, но самолет снова тряхнуло, и его швырнула на пол. Тогда Артем обратился к Ивану, который с ужасом наблюдал за тем, что происходит вокруг. Лицо его было белее вспышки молнии.

— Давайте посадим ее на ваше место, а вы садитесь на место того мужчины у окна.

Иван вымучено кивнул и, отдав малышку шокированной жене, встал.

Близнецы запротестовали:

— Папа, не уходи!

— Я не ухожу, а сяду вот тут,— он указал на место бизнесмена. Он старался говорить спокойно, но голос его все равно дрожал. – Вы сможете видеть и меня, и маму. Эту тетю необходимо усадить.

Мальчики умоляюще посмотрели на него, но больше спорить не стали.

Самолет постоянно трясло, но вместе им удалось усадить и пристегнуть девушку. Затем они сели сами и потуже затянули ремни. Артем взглянул в окно, от взрыва крыло покорежило, но не сломало. Это немного успокаивало. Возможно, они смогут где-нибудь сесть.

Из динамиков послышался голос капитана.

— Говорит первый пилот Васильев. Произошла непредвиденная ситуация, прошу всех сохранять спокойствие и оставаться на своих местах. Будем совершать аварийную посадку. Приземление будет жестким, а потому пристегните ремни и покрепче затяните.

Самолет быстро снижался и, казалось, что спуск этот никак не контролируется. У Артема в животе щекотало, словно он наглотался перьев. Лиля стиснула зубы и крепко прижимала ребенка. Кто-то молился, кто-то рыдал. Кое-кто даже крикнул, что они все умрут. Но в основном все сидели тихо и напряженно вглядывались в окно. На улице уже рассвело, и Артем видел в окне бескрайний зимний лес.

«Господи, они что, собираются сесть здесь?»

Земля быстро приближалась. Артем весь сжался и так вцепился руками в подлокотники кресла, что побелели костяшки пальцев. Он почувствовал сильный удар, от которого у него перебило дыхание. Затем яркая вспышка и мир завертелся как адская центрифуга.

Глава 6

На залитой солнцем прогалине Артем слышит смех дочери. Он оборачивается и видит Лизу, сидящую верхом на Арчи.

— Но! Но! – кричит она и звонко смеется.

— Это не лошадка, Лиза. Это волк! – говорит Катя, только что вышедшая из-за деревьев.

Артем хочет выйти к ним на свет. Он делает шаг из-за деревьев и наступает правой ногой в гигантский капкан. Ногу охватывает огненная боль, и Артем падает. Он пытается закричать, но изо рта не вылетает ни звука. К нему подходит Катя, держа Олю за руку. Она склоняется над корчащимся от жгучей боли Артемом и говорит:

— Тебе здесь не место… — она переходит на крик, и голос ее меняется до мужского, — Очнись! Очнись! Очн…

Артем открыл глаза. Мужчина с окровавленным лицом тряс его за свитер.

— Слава Богу, вы живы.

— Что произошло? — слабым голосом произнес Артем.

У него ужасно болела правая нога.

— Пилот пытался посадить самолет, но попал на скалистую местность, при ударе об которую самолет разлетелся на куски.

Артем стал осматриваться. Он по-прежнему был пристегнут к креслу, только вот сидений перед ним не оказалось, как и всего остального. Самолет разорвало пополам прямо перед ним. За мужчиной Артем заметил гигантские ели опорошенные снегом. Он повернул голову влево, ни Лили, ни стюардессы, ни близнецов. Повернул вправо, и увидел Ивана. Голова его безжизненно повисла, а из груди торчал здоровенный кусок металла.

— Сколько пальцев я показываю? – мужчина загнул большой и указательные пальцы.

— Три…

— Отлично, сотрясения мозга нет, или незначительное.

С каждой секундой Артем все больше приходил в себя и чувствовал, как жгучая, огненная боль растекается по ноге, на которую он боялся опустить взгляд. Он застонал.

— Вы врач? – спросил Артем.

— Да.

— Что у меня с правой ногой?

— Вы главное не волнуйтесь…

— Что с ней?! – Артем чуть не кричал.

— Судя по ее неестественному положению, перелом большой и малой берцовой кости…

Артем не выдержал и наклонился, чтобы посмотреть. Его стопу вывернуло на сто восемьдесят градусов.

— Твою же мать! – застонал Артем и откинулся на спинку кресла.

— Спокойно, спокойно. Сейчас я попробую повернуть ее в нормальное положение. Возможно, от этого станет немного легче.

Артем хотел сказать, чтобы он ничего не трогал, но не успел. Ногу ниже колена пронзила дикая боль, словно голодные тигры рвали ее на части. Он даже не знал, что может так громко кричать.

— Все, все. Сейчас полегчает. Я схожу, подыщу что-нибудь, из чего можно сделать шину.

Врач сделал движение, чтобы уйти, но Артем схватил его за рукав.

— Постойте…

— Да?

— Кто-нибудь еще выжил?

— Пока что я обнаружил три человека. Они без серьезных травм. Возможно, есть еще выжившие, но самолет, как я уже сказал, разлетелся на несколько частей. Где нос я не знаю, может быть, от него ничего не осталось. А вот хвост в паре километров от нас. Я видел его с пригорка.

Врач снова обернулся, чтобы уйти.

— Как вас зовут?

— Константин Дмитриевич, — не оборачиваясь, сказал врач. – Но думаю, в сложившихся обстоятельствах можно просто Костя.

Он ушел, и Артем почувствовал себя самым одиноким человеком на свете. Слова цыганки отдавались гулом в голове. Артем думал об Арчи. Выжил ли он? В порядке ли? Клетка его состояла из достаточно крепких прутьев и могла послужить ему защитным каркасом. Но это слабо утешало Артема.

Адреналин понемногу стал покидать кровь. Боль в ноге усилилась, и Артем начал замерзать. На нем был лишь тонкий свитер, а судя по снегу перед ним, на улице стоял минус. Но, несмотря на холод, на лбу у Артема от боли и напряжения выступили крапинки пота.

Чтобы хоть как-то отвлечься, он стал оглядываться. Крыша представляла страшное зрелище – сильно искорежена, а местами совсем отсутствовала, и Артем видел синее небо. Позади осталось еще четыре ряда сидений, а дальше такая же дыра, как и спереди. Большинство кресел стояли пустыми, но было и несколько трупов. У одного из тел отсутствовала голова. Артем почувствовал, что его сейчас вырвет и быстро отвернулся.

— Господи, что же это…

Откуда-то сбоку появился доктор. В руках он держал две металлические трубки разной величины и длинный кабель.

— На первое время пойдет. Позже сделаю получше.

Он подставил трубки к ноге и под стоны Артема, связал их кабелем. Затем отстегнул ремень и хотел помочь ему встать, но тот сделал жест рукой.

— Мне холодно, там на полке должна быть моя куртка.

Костя встал и осмотрел полку.

— К сожалению, здесь пусто. Нет даже крышки, — он осмотрелся. – Сейчас вернусь.

Он прошел к задним рядам и, заметив, что Артем хочет оглянуться, велел ему не смотреть. Артем вспомнил обезглавленное тело и решил, что лучше послушать доктора. Через минуту Константин вернулся с курткой. Запачканной кровью, но без дыр.

«Он снял куртку с безголового!.. — с ужасом подумал Артем, когда доктор помогал ему надеть ее. – Не думай об этом…»

Но мысль эта сама испарилась, как только Артем попытался встать – в ногу снова вцепились саблезубые тигры. Он вскрикнул и хотел упасть обратно в кресло, но доктор его поддержал.

— Потерпите. Нам надо идти.

Артем вымученно кивнул. Подогнув как можно выше правую ногу, чтобы она не волочилась по снегу, он оперся на доктора всем телом и при помощи него заковылял.

Они завернули за уцелевшую часть самолета, и вдалеке Артем заметил горсточку людей. Человека три, не больше. Когда они подошли ближе, Артем увидел, что двое – это Лиля и стюардесса, которую они с Иваном пристегнули к креслу. Кроме того, Лиля держала на руках малышку. ЖИВУЮ малышку. Артему это показалось настоящим чудом, и не смотря, на весь ужас вокруг он улыбнулся.

— Вы живы, — прошептал он, протягивая руку к малышке.

Лиля выдавила из себя подобие улыбки.

— И я рада, что вы живы. А вот мой муж… — она всхлипнула.

— Что с близнецами? – спросил Артем.

— Я не знаю… Они исчезли. Когда все перестало вращаться, их уже не было, — всхлипы превратились в рыдания. – Кажется, они отстегнулись перед самым столкновением с землей…

Артему хотелось сказать что-нибудь в утешение, но в горле встал ком.

Стюардесса сделала шаг к Артему и протянула руку.

— Я хотела поблагодарить вас. Лиля сказала мне, что вы и ее… муж… усадили меня в кресло, когда я потеряла сознание. Похоже, что я жива лишь благодаря вам…

Артем пожал ее руку.

— На нашем месте так поступил бы любой, — сказал он, вспомнив про запершегося в туалете бизнесмена.

— Я Саша, можно Алекс. А это, — она указала на стоявшего в стороне мужчину, — Джо. Он Американец. С доктором я думаю, вы уже познакомились.

Джо поднял руку в приветственном жесте.

— И это все? Все, кто остался жив? – спросил шокированный Артем.

На борту их находилось не меньше пятидесяти человек, а теперь осталось всего пятеро. Пять человек посреди зимнего леса на чужом континенте…

— Пока что, да, — ответил Константин. — Надо добраться до хвостовой части и проверить, есть ли там выжившие.

Артем кивнул, и они тронулись в путь.

Глава 7

— Где мы рухнули?

Артем не сказал «приземлились», потому что они именно рухнули. Словно бестолковый мальчик запустил игрушечный самолет из окна и тот, ударившись об асфальт, разлетелся на мелкие кусочки. Разница лишь в том, что мальчику купят новую игрушку. «А вот наши жизни нам никто не купит», — подумал Артем.

— Джо говорит, что мы не долетели до соединенных штатов и находимся в Канаде. Предположительно в лесах Квебека, – ответил Константин.

Они с Джо подменяли друг друга по мере усталости, чтобы помогать Артему идти.

— Нас ведь найдут? Я имею в виду, в самолете должен быть какой-то передатчик, который указывает где мы?

— Да, должен быть в хвостовой части.

— Как долго нас будут искать?

Костя пожал плечами. Выглядел он лет на сорок пять. Может, сорок восемь. Среднего роста, крепкого телосложения. Волосы некогда светлые из-за крови стали бурыми. Глаза ясные, голубого оттенка. «Очков только не хватает и белого халата. Тогда точно вылитый доктор», — подумал Артем. И мысленно добавил, — «А может и были очки. Да улетели…»

— Не знаю. В зависимости, насколько мы далеко от населенных пунктов, — сказал Костя, немного поразмыслив.

Лиля замедлила шаг и обернулась. Малышка у нее на руках недавно перестала плакать и уснула безмятежным сном.

— Они пришлют вертолет?

Костя снова пожал плечами.

— Вероятно. Я не эксперт в таких делах… — он кивнул на Сашу. – Вероятно, она больше знает.

Но когда все взоры, так внимательно подслушивающие, обратились на нее, она покачала головой.

— Я устроилась в авиакомпанию совсем недавно и знаю не больше вашего. Черный ящик находился в хвосте и от удара начал транслировать сигнал о помощи. Ближайшие спасатели его получат и начнут искать, если…

— Что если? – спросили все разом.

— Если сигнал дойдет… У него определенный радиус действия. К тому же если нас окружают горы, а я вижу горы, то они могут заглушить сигнал.

— Sheet, — выругался Джо.

— Не сквернословь. Тут как минимум двое понимают английский, — сказал Костя, имея в виду себя и стюардессу.

— Трое, — сказал Артем.

Костя с любопытством взглянул на него, но ничего не сказал.

Из-за Артема продвигались медленно, но через полтора часа все же увидели хвост самолета. Он стоял под наклоном на большом валуне задней частью кверху. Хвост пострадал значительно меньше, чем та часть, в которой находились Артем и остальные. Однако здесь никто не подавал признаков жизни. Впрочем, они все еще находились достаточно далеко, и с такого расстояния не скажешь наверняка.

Когда же они подошли ближе, из отсека для персонала выскочил тот самый бизнесмен, который покинул свое место и заперся в туалете. В одной руке он держал открытую бутылку с водой, а во второй железную трубу. Увидев непрошеных гостей, он закричал:

— Идите в другое место, это я уже занял! Воды и еды на всех не хватит…

— Ты откуда взялся такой умник? – бросил ему Костя.

— Оттуда. Я все сказал. Уходите или вам не поздоровиться, — он угрожающе помахал железкой.

Все стали переглядываться. Такого явно никто не ожидал. Роль переговоров взял на себя Костя:

— Да ты не кипятись, спустись сюда, поговорим.

Толстяк сделал движение вперед и поднял трубу над головой:

— Я сказал — убирайтесь!

В этот момент хвост заскрежетал и поехал по валуну вниз. Он врезался в наст, и толстяк по инерции полетел вперед. Не дав ему опомниться, Костя навалился на него сверху и крикнул:

— Дайте мне что-нибудь, чтобы связать этого идиота.

Саша сняла с шеи платок и протянула Косте, который немедля связал за спиной бизнесмену руки. Тот извивался, ругался матом и грозился всех перебить.

Но вдруг послышался другой звук, который отвлек всех. Откуда-то издалека доносился отчаянный лай, временами переходящий в вой. И без того бледное лицо Артема, превратилось в сплошной гипс.

— Арчи! Малыш, я иду! – забыв про сломанную ногу, он отпустил державшего его Джо и сделал движение на звук.

Боль молнией прошлась от пятки до самой макушки. Артем вскрикнул и рухнул на снег. Несмотря на адскую боль, он пополз. По лицу струились слезы. Слезы тревоги и в то же время радости — Арчи жив! И ему нужна помощь…

— Полегче, парень. Что с тобой? – спросил недоумевающий Костя, когда Артем, несмотря на вопросы, продолжил одержимо ползти вперед.

— Спятил? – спросил Джо по-английски и покрутил пальцем у виска.

Артема хотели поднять, но он продолжал ползти.

— Я знаю! – воскликнула Лиля, — Это его пес лает! Он говорил мне, что тот летит в грузовом отсеке.

До Артема наконец дошло, что ползком он будет добираться дольше. Разум вернулся к нему, и он попросил, чтобы его подняли. Костя вместе с Джо подхватили Артема и поставили на здоровую ногу. Отчаянный лай не замолкал ни на секунду.

— Пожалуйста, помогите мне добраться до него! – Чуть не умоляя, сказал Артем, снова опершись на Костю. — Ему нужна помощь.

— Хорошо, хорошо. Ты главное успокойся.

Костя велел остальным ждать здесь, а Джо поручил следить за агрессивным толстяком. После чего они с Артемом пошли на звук. Артем так энергично прыгал на левой ноге, отчего казалось, что это он тащит Костю, а не наоборот. Лай становился ближе.

Через десять минут они поднялись на небольшой пригорок. За ним оказался отвесный склон и глубокая впадина. Далеко внизу среди елей виднелась смятая клетка, а в ней диковинный зверь.

— Арчи! Я иду! – крикнул Артем.

Лай ненадолго затих. А затем возобновился только уже с радостной ноткой.

— Артем, мы не сможем здесь спуститься. Слишком круто.

Он задумался.

— Положите меня. Я скачусь на спине.

Костя покачал головой.

— У тебя разовьется огромная скорость. Деревья стоят близко к склону и есть вероятность, что ты налетишь на одно из них. А нога твоя и так в плохом состоянии. К тому же, если ты спустишься, то потом уже не выберешься.

Но по взгляду Артема Константин понял, что спорить с ним бесполезно. Он вздохнул.

— Хорошо… Но пока я не вернусь не спускайся. Я сейчас что-нибудь придумаю.

Константин ушел к деревьям, что стояли здесь же на пригорке, а Артем остался послушно ждать, вглядываясь в глубину чащи, где виднелась клетка. Радость распирала изнутри, и он мысленно повторял снова и снова: «Лишь бы с ним все было в порядке… Лишь бы с ним…» Через несколько минут вернулся Костя с двумя толстыми палками в руках. Одну отдал Артему.

— Используем их, как тормоз, — сказал он.

Артем кивнул и подполз к обрыву.

— Я первый, — сказал, Константин.

Он сполз с края, перевернулся на живот и быстро заскользил вниз. Снег сверху покрывал наст, и Костя скользил как по ледяной горке. Он сразу же воткнул палку в снег, и движение замедлилось. Через несколько секунд он остановился совсем. Расстояние до низа составляло около двадцати метров, и Константин завис примерно в середине.

— Теперь ты, – крикнул он.

Артем начал спуск на спине, чтобы можно было приподнимать сломанную ногу. Он очень быстро набрал скорость, но когда попытался воткнуть палку, у него ничего не вышло. Он попытался еще раз. Палка воткнулась в наст, но он не удержал ее. Когда он пролетал мимо доктора, тот схватил его за шиворот. Куртка треснула по швам, но он удержал Артема. Костя подтянул Артема к себе, и тот почувствовал недюжинную силу.

— Держись за меня, а я буду управлять тормозом, — сказал доктор.

— Хорошо.

Мало-помалу они добрались до низа. Артем уже видел Арчи. Тот тоже заметил хозяина и перестал лаять. Он слегка поскуливал и, высунув язык, тяжело дышал. Когда они подошли ближе, у Артема сжалось сердце. Клетка сильно смялась и зажала Арчи. Кроме того, один из прутов загнулся и вонзился ему в спину.

— Вот это песик… — удивленно протянул Константин, когда они приблизились.

Артем просунул пальцы сквозь прутья и погладил зажатого зверя.

— Держись, дружок, сейчас мы тебя вытащим.

Артем пытался отдернуть шпингалеты, но их заклинило.

— Сейчас, — сказал Костя.

Он ушел и спустя минуту вернулся с булыжником. Пара ударов и шпингалеты отошли, но дверца все равно не открывалась, так как ее сильно деформировало. Тогда Константин воткнул меж прутьев палку и использовался как рычаг. Первые несколько попыток оказались безрезультатными. Арчи терпеливо ждал, высунув язык и тяжело дыша.

— Давайте вместе, насчет три, — Артем схватился за край палки вместе с доктором и начал считать. – Раз, два, три!

Они надавили всем весом и повалились на снег – дверца отворилась. Арчи хотел выскочить, но вонзенный в спину прут от движения вперед вошел еще глубже. Арчи взвизгнул от боли.

— Погоди, дружок, давай я тебе помогу, — сказал Костя и сунул руку в клетку, но Арчи до смерти напуганный не захотел пускать к себе доктора и угрожающе заклацал зубами.

Доктор отдернул руку.

— Арчи, прекрати. Он хочет тебе помочь, — подал голос Артем.

Пес тут же поджал уши и успокоился. Константин снова полез в клетку, но в этот раз настороженно. Когда он схватил за прут и стал толкать, Арчи завыл сквозь сжатые зубы.

— Сейчас, сейчас. Еще чуть-чуть…

Наконец окровавленный прут полностью вышел. Целых восемь сантиметров вошло в плоть. Арчи тут же бросился к хозяину, но тот остановил его.

— Арчи, нет! У меня сломана нога, осторожнее.

Арчи остановился, внимательно осмотрел хозяина, обнюхал, и, обойдя сбоку, стал поскуливать и облизывать Артему лицо. Артем не сопротивлялся. Он обнял пса.

— Господи, как же я рад тебя видеть. Я уже думал, что больше никогда тебя не увижу…

Доктор был человек практичный и, дав друзьям минутку, прервал их восторженную встречу.

— Нам надо идти к остальным. Тем же путем не выйдет. Надо искать другой.

Артем кивнул, и они двинулись в путь.

Глава 8

Когда они двинулись, Константин хотел подхватить Артема, но тот заверил его, что пес прекрасно справиться с этой задачей. И теперь Арчи шел преисполненный гордости, что служит опорой для хозяина. Они шли вдоль склона уже пару часов, но тот и не думал становиться более пологим. А тем временем солнце склонялось к горизонту, и начинало темнеть.

— Придется заночевать здесь, — сказал Костя, останавливаясь.

— Мы можем пройти еще немного, пока не стемнеет.

— Нет, надо собрать хворост и разжечь костер. Нам тепло пока мы двигаемся. Но стоит остановиться, кровь начнет быстро остывать, и без костра мы замерзнем. К тому же мы ничего не ели уже семь часов.

Артем развел руками.

— Как скажете, — он облокотился на дерево и осел на землю.

Только сев, он почувствовал, насколько устал.

— Арчи вам поможет. Да, дружок? – Арчи навострил уши и ожидал команды, — Собери дров для костра.

Арчи с готовностью бросился на поиски. И в десять минут набрал в два раза больше Кости.

— Удобный помощник, — улыбнулся Костя.

Он достал из кармана блокнот, скомкал пару листов, сунул их под наломанные сучки и поджог.

Ветки оказались достаточно сухие, и пламя быстро разгорелось.

К тому времени, как костер заполыхал, уже совсем стемнело. Костя нарвал веток с ближайших деревьев и протянул Артему.

— Вот, подложи под себя, чтобы не сидеть на снегу.

— Спасибо.

Артем, сморщившись от боли, приподнялся на одной руке и подложил под себя ветки. Арчи лег позади, чтобы Артем мог облокотиться на него.

— Настоящий санаторий, — улыбнулся он.

— Как нога?

— Болит… но это уже не важно, — сказал он многозначительно и погладил Арчи.

Тот сам подставил голову под руку.

— Сколько ему? – спросил Костя.

— Точно не знаю. Я подобрал его на улице еще щенком, и с тех пор прошло два с половиной года.

— Молодой еще. Семья есть?

— Только он… Жена с дочерью погибли за пару месяцев до того, как я его взял…

— Соболезную, — сказал доктор, подкидывая палку в огонь. – Животные лечат наши души. По статистике люди с домашними питомцами на пятнадцать процентов счастливее тех, у кого их нет.

— Это точно, — улыбнулся Артем. — А у вас? Есть семья?

— Да. Жена и двое сыновей.

Он достал из внутреннего кармана куртки бумажник, вытащил фотографию и протянул Артему. На снимке стояла красивая для своих лет женщина в обнимку с двумя молодыми парнями.

— Старшему двадцать один. Пошел по моим стопах и поступил в мед институт. А младшему недавно исполнилось восемнадцать, и он до сих пор не знает чего хочет от жизни. Слоняется целыми днями на улице и неизвестно чем занимается… Ветер в голове, да и только.

— Зря вы так. Может, парень просто еще не нашел себя.

— Может быть, — вздохнул Констя.

Его лицо в свете костра казалось особенно уставшим.

— А зачем вы летели в Калифорнию?

— Я хирург. В своей области хороший специалист, и мне предложили поехать в Штаты по программе обмена. Для нового опыта. Я обучаю их студентов, американский специалист обучает наших.

— Обмен опытом это хорошо.

— Да, только вот я не долетел малость, — улыбнулся доктор.

— Не стоило вам спускаться со мной… — Артем чувствовал вину за то, что они попали в западню из-за него.

— Да брось. Помогать людям моя работа. И Прекрати называть меня на Вы. Мы с тобой в одной лодке.

— Хорошо… Костя.

От тепла костра на Артема нашла сонливость и, глаза стали сами закрываться.

— Поспи. Я посторожу на случай, если прилетит вертолет.

Артем хотел, что-нибудь ответить, но силы вдруг оставили его, и он провалился в глубокий сон.

***

Артем открыл глаза. Сквозь еловые ветки просачивался солнечный свет. Костер потух и слабо тлел. Но Артем ни разу не замерз ночью. Арчи свернулся вокруг него полукругом и, таким образом, грел. За всю ночь он ни разу даже не шелохнулся, так как чувствовал, что хозяину больно и необходимо отдохнуть. Но заметив, что Артем проснулся, он встал и с удовольствием потянулся.

Артем огляделся. Кости нигде не было. В голову уже закрались мысли, что доктор решил бросить его пока непоздно, но в этот момент Костя вышел из-за деревьев.

— Ходил осмотреться, — сказал он, поймав вопросительный взгляд Артема. — Забрался на одно из деревьев. Кажется, в паре километров подъем достаточно пологий, чтобы ты смог взобраться.

— Отлично, тогда не будем терять время.

Артем попытался встать самостоятельно, но скорчившись от боли, сел обратно.

— Спокойнее. Дай посмотрю.

Костя опустился перед ним на корточки, развязал шину и приподнял штанину. Нога сильно распухла и стала синей, как антарктический лед.

Артем посмотрел на Костю, и выражение его лица не сулило ничего хорошего.

— Все так плохо? – спросил он.

— Будет, если срочно не доставить тебя в больницу.

— Сейчас, только карту леса с больницами достану, — усмехнулся Артем.

— Чувство юмора не утрачено, это хорошо, — улыбнулся Костя.

Он снова наложил шину и помог Артему встать на ноги. Они двинулись в путь.

Лес наполняла живность. Они видели пару зайцев, лису с пушистым хвостом, и разок вдалеке промчался лось. Когда доктор подменил Арчи, чтобы поддерживать Артема, тот вдруг погнался за здоровым серым зайцем. У путников даже возникла надежда, что у них будет обед. Но Арчи не обладал навыками охотника и воспринимал погоню просто как игру. Потому возможный обед очень скоро ускакал в глубину леса. Артем подумал, что здесь вполне могут водиться и волки, и медведи. Встреться им кто-нибудь из них, и они, скорее всего, сами станут чьим-то обедом.

Чаща в основном состояла из елей и сосен. Отчего воздух пропитался хвоей. Иногда встречались и голые клены.

Красота леса очень завораживала. Если бы не сломанная нога и пустой желудок, то Артем вполне мог бы наслаждаться прогулкой.

Скоро они дошли до, как выразился Константин: «Более пологого места». Но поверхность покрывал лед, и чтобы взобраться по нему не было и речи.

Артем устало опустился на снег. Ногу будто обвили колючей проволокой и тянули то вверх, то вниз.

— Оставь меня. Незачем нам пропадать вместе.

— Перестань.

— Мы лишь отдаляемся от того места, где нас могли бы найти…

Вдруг раздался странный, наводящий страх звук. У Артема захватило дыхание, когда он понял, что этот звук издает Арчи. Он припустил голову, оскалил зубы и рычал… Никогда еще Артем не слышал, чтобы Арчи рычал. Он проследил за его взглядом и заметил направляющегося к ним зверька.

Неуклюжая косолапая походка напоминала медвежью. Да и сам зверь походил на медведя, только в несколько раз меньше. Бурая густая шерсть колыхалась на ветру. Широкие лапы с острыми, как пики, когтями уверенно ступали по снегу. Зверь обнажил крупные, мощные челюсти и издал звук, напоминающий шипение. Он явно не приветствовал незваных гостей.

— Артем, замри. Это росомаха. Один из опаснейших представителей лесной чащи.

— Что ей нужно?

— Возможно, мы зашли на ее территорию или находимся вблизи спрятанных припасов.

Зверь медленно приближался. Арчи встал перед людьми, и по мере приближения хищника, рычал все громче. Стоило Арчи залаять, как росомаха сделала резкий рывок вперед. Арчи отскочил назад, но острые когти успели полоснуть по морде. Выступила темная кровь. Арчи рассвирепел и сам бросился на наглого зверя, который по размеру уступал ему в два раза. Но росомаха оказалась проворнее собаки. Она изогнулась и резво отскочила в сторону, снова полоснув Арчи когтями.

Артем так переживал, что ему показалось — когти прошлись и по нему. Он даже попытался встать, чтобы помочь другу, но Костя остановил его.

— Я сам.

Он схватил палку и зашел с другой стороны, чтобы окружить зверя. Росомаха поняла, что происходит, и решила действовать быстро. Она бросилась на Арчи и, вцепившись в него когтями, пыталась укусить в горло. Но у нее не вышло, потому что Арчи завертелся как волчок и мотал головой из стороны в сторону, пытаясь сбросить врага. Наконец ему это удалось. Росомаха свалилась на землю, и тут же подоспел Костя. Он со всего размаху опустил тяжелую палку на агрессивного зверя. Та взвизгнула и решила отступить. Через несколько секунд она уже скрылась за деревьями.

— Она может вернуться. Надо уходить отсюда.

Константин помог встать Артему. Но тот вместо того, чтобы идти, подозвал Арчи и осмотрел его. В основном раны оказались поверхностные, но нашлось и пара глубоких.

— Ты наш защитник… — Артем обнял свободной рукой пса и поцеловал в макушку.

Арчи радостно завилял хвостом. Такая похвала от хозяина лучшая для него награда. Ради этого он готов сразиться хоть с тысячью росомах!

Они снова двинулись вдоль пригорка. Доктор молчал, погруженный в свои думы. Артем исподтишка любовался мохнатым другом, который, гордо подняв голову, шел рядом. Его торчащие уши, как локаторы поворачивались на каждый посторонний звук, готовые сообщить о любой надвигающейся опасности.

Вдруг лицо доктора напряглось. Он остановился и стал прислушиваться.

— Что такое? Снова росомаха? Или теперь медведь? – кисло улыбнулся Артем.

— Лучше!

Костя ускорил шаг, и Артем с трудом за ним поспевал. Он уже хотел сказать Косте, что тот его так угробит, но вдруг услышал сам — шум реки.

— Речка! – воскликнул он.

— Да. Можно будет наконец-то напиться и сделать привал.

У Артема так пересохло во рту, что теперь он скакал быстрее доктора. Через несколько минут они вышли к небольшой, но бурной речке, примерно в десять метров шириной. Чистая, бурлящая вода быстро неслась по гигантским камням.

Костя достал бутылку и наполнил. Сначала дал напиться Артему, потом напился сам. Арчи залез передними лапами в реку и пил прямо из нее. Ледяная вода могла застудить горло, но Артем не думал об этом. Он пил большими жадными глотками.

Вдруг послышался не то стрекот, не то гул. Все трое прислушались.

— Вертолет! – закричал Артем.

И действительно в небе показался летательный аппарат. Чтобы получше разглядеть невиданную птицу, Арчи забрался на одну из глыб, опасно нависавших над рекой. У Артема неприятно сжалось сердце. Вертолет летел в их сторону. Доктор встал и замахал руками.

— Сюда! Сюда!

Даже Арчи залаял от радости. Он стал подпрыгивать, приподнимая передние лапы.

— Арчи нет! Уйди от туда.

Но из-за гула вертолета, Арчи не слышал хозяина. Кроме того, зараженный радостным криком Кости, он разошелся вовсю.

— Арчи… — закричал Артем и почувствовал, как у него немеет под лопатками.

Вдруг глыба треснула, и Арчи, взвизгнув, полетел прямо в реку. Течение подхватило его и понесло прочь

— Нет! – Артем вскочил, но тут же упал.

Константин бросился вдогонку. Но течение оказалось слишком быстрым. И отчаянный лай уносился, словно ветер.

Тем временем вертолет уже подлетел и стал спускаться. Он завис в каком-нибудь полуметре над землей, и с него спрыгнули два спасателя с носилками. Они сразу же направились к Артему.

— Вы ранены? — спросил один из них по-английски.

— Да, но это не важно… Вы должны помочь моему псу! Его только что унесло течением, — сказал он на ломанном английском.

Спасатели переглянулись.

— Сначала люди, — сказал один, и они стали расстилать носилки.

— Я не полечу без него!

— У нас мало топлива, едва хватит, чтобы вернуться.

— Плевать мне на ваше топливо! – кричал разъяренный Артем из-за того, что они не хотели понять его. В этот момент вернулся Костя. — Забирайте доктора и проваливайте! Вы мне не нужны.

Несмотря на крики, спасатели стали перекладывать Артема на носилки. Он закричал от боли и замахал кулаками. Его отпустили.

— Артем. Они вернутся за ним. Позволь им сделать свою работу.

— Нет! Я не брошу его!

Один из спасателей решил, что у Артема горячка из-за сильной боли, и вколол ему морфий. По телу Артема растеклось тепло, и оно сразу обмякло. Язык стал заплетаться. Он пытался сопротивляться, но его быстро погрузили на носилки и втащили в вертолет.

— Нет… нет… вы не можете… — мямлил он, тяжело ворочая языком.

Из глаз струился водопад слез. Он посмотрел на Костю, глазами полного горя. Тот стиснул его руку, на лице читалось безграничное сожаление.

Вертолет взмыл воздух. Артем в последний раз бросил взгляд на быструю реку, и потерял сознание.

Часть 3

Из домашнего приюта в дикие дебри

Мир вдруг перевернулся, и жгучий холод охватил все тело. Вместо воздуха в пасть залилась вода. Свет! Инстинкт подсказывал, что надо плыть к свету!

Арчи вынырнул из воды, быстро уносящей его в неизвестную даль. Хозяина пропал из виду, но Арчи слышал, как он кричал. Арчи попытался залаять, чтобы подать хозяину знак – я здесь! Но почти сразу же захлебнулся водой. Он погреб к берегу, но налетел на порог. Больно ударившись об камень, снова ушел под воду. С трудом вынырнув, Арчи увидел впереди нависающую над водой ветку дерева. Не думая, он подскочил, насколько смог и схватился за спасительный шест зубами. Река сама прибила его к берегу, и, не выпуская ветки, Арчи вскарабкался на лед.

Он отряхнулся и увидел, как гигантский железный жук улетает. Мощные лапы понесли грузное тело вверх по реке быстрее ветра. Добравшись до места, откуда упал, он обнаружил, что хозяина нет. Арчи решил, что тот пошел его искать и стал обнюхивать местность, чтобы пуститься следом.

Крупные ноздри поползли по снегу. Вот здесь сидел хозяин, когда Арчи в последний раз его видел. В нос ударил запах тревоги хозяина. Вот он встал, но сразу же упал. С этой стороны появляются еще два запаха — незнакомых. Есть еще – доктор. Какое-то время они находились в одном месте, а затем все четверо прошли на холм и… исчезли! Растворились в воздухе!

Сердце Арчи забилось быстрее. В глазах появилась тревога. Он заметался на месте в надежде, что мог что-то упустить. Но нет – след кончался на холме. Он завыл. Так громко, что каждый сидящий в вертолете, который летел уже в десяти километрах, услышал душераздирающий вой. Глубокое горе пропитывало этот протяжный звук.

Арчи лег на то место, где терялся след. Уши бессильно свесились, хвост мертвенно лежал на земле. Глаза увлажнились, и несколько горьких капель стекли по серой шерсти.

«Хозяин не мог меня бросить… — думал Арчи, — он бы никогда так не поступил. Но почему его нет?..»

Вдруг он вскочил.

«Знаю! Его похитил тот железный жук!»

Уши – локаторы встали торчком, пытаясь уловить почти исчезнувший гул вертолета. Определив направление, Арчи рванул, что было духу. Он несся словно метеор, преодолевая препятствия и овраги. Без страха врывался в заросли кустарника, пробивая их мохнатой грудью. Ветки царапали морду, но он ничего не замечал. Ничего не имело значение. Кроме удаляющегося гула. Лишь бы не упустить железного жука!

В какой-то момент он увидел его – маленькая точка в небе. Тело горело огнем, язык свисал чуть ли не до земли. Дыхание сбивалось, но Арчи все равно поднажал. Он догонит жука! Спасет хозяина! Он никогда его не оставит!

Арчи видел, что деревья впереди кончаются, и обрадовался — на открытой местности жуку точно не уйти! Но выбежав из леса, он остановился как вкопанный. Огромный утес возвышался на десятки метров от земли и далеко простирался в обе стороны.

Сердце Арчи упало. Он снова завыл. Еще горестнее прежнего.

Ни одно человеческое слово не смогло бы описать всю боль этого воя.

Арчи понимал, что проиграл погоню, но все равно не хотел сдаваться. Выбрав путь направо, он собрал последние силы и бросился бежать.

Гул вертолета давно стих, но Арчи все равно продолжал перебирать лапами. Конец утеса по-прежнему пропадал далеко впереди. Арчи бежал, пока передние лапы не подкосились, и он, вконец обессиленный, не рухнул.

Черная апатия всего мира навалилась на усталого, изможденного и раненого пса. День сменился ночью, ночь днем, а он все так же лежал равнодушный ко всему.

Погода стояла солнечная, и снег вокруг таял прямо на глазах. Мелкие животные выбрались из убежищ на поиски еды. Любопытные белки наблюдали за недвижимым зверем и, весело вереща, скакали с дерева на дерево. Пару раз в поле зрения проскакивал заяц, но погоня у Арчи больше не вызывала интереса. Один раз подошел любопытный койот, решив, что Арчи при последнем издыхании. Но когда тот поднял голову и оскалился, койот понесся прочь.

Арчи поднялся с места лишь к вечеру третьего дня. Замучила жажда… Которую снег нисколько не утолял. Он лениво встал и пошел искать ручей.

Медленно, еле волоча ноги, словно тащил за собой непосильный груз, он плелся по лесу. Он действительно нес тяжкий груз, только не физический, а душевный. Отовсюду слышалась жизнь. Ухал филин. Под снегом, словно фантиками от конфет, шуршали мелкие зверьки. Заливался песней соловей. Воздух наполняли сотни разных ароматов, среди которых Арчи чувствовал и росомаху — теперь навсегда заклятого врага. От воспоминания о недавней схватке раны жалобно заныли.

Он вышел к ручью, когда уже совсем стемнело. Напился. От ледяной воды желудок неприязненно сжался, но немного согревшись заурчал, требуя еды. В последний раз он ел в аэропорту, когда хозяин сунул в клетку пару пирожков с мясом. С тех пор прошло четыре дня. В уме Арчи это составляло целую вечность.

На небе сгустились тучи, и вдалеке грянул гром. Арчи вздрогнул. Страх грома никуда не делся и преследовал с самого детства. Арчи научился его преодолевать, но раньше с ним всегда находился рядом хозяин, а голову укрывала крыша. Теперь же он один, неизвестно где, среди чуждых для него созданий…

Полил крупный весенний дождь. Сверкнула молния, и снова громыхнуло. Арчи стало страшно. Он задрожал. Еще вспышка, и инстинкт подсказал Арчи искать укрытие. Он вернулся к утесу и нашел в нем небольшую расщелину. Забравшись как можно глубже, Арчи свернулся калачиком и прикрыл глаза хвостом. Он пролежал так, не двигаясь до самого утра.

Когда дождь перестал и начало светать, Арчи услышал писк. Совсем рядом. Оглядевшись, он заметил гнездо в небольшом углублении на стене. Внутри сидело шестеро крохотных птенцов и жалобно просили есть. Арчи принюхался. Ноздри наполнил ароматный запах, а из пасти потекли слюни. Пустой желудок снова напомнил о себе. В обычных обстоятельствах, Арчи никогда бы так не поступил. Но теперь он не принадлежал себе. Голод застелил разум, и Арчи, схватив одного из птенцов, раздавил мощной челюстью. Пасть наполнилась чем-то сладким. Такого Арчи еще никогда не пробовал. Он с жадностью набросился на остальных птенцов.

Не пиршество для такого здорового зверя, как он, но желудок на время прекратил свой протест. И Арчи остался доволен.

Очень скоро ему захотелось еще. Арчи никогда не охотился на живую дичь. Это всегда было для него всего лишь игрой. Но теперь другие правила. Теперь он голоден, и не на шутку! Инстинкт, заложенный далекими предками и подкрепленный кровью птенцов, стал пробуждаться.

Он поставил себе цель — во что бы не стало поймать первого попавшегося зверя и распробовать на вкус. Он уже жалел, что не напал на любопытного койота, который сам подошел к нему. Теперь добычу придется ловить, а от ран и голода, сил у него заметно поубавилось.

Очень скоро Арчи заметил сурка, что-то раскапывающего в снегу. Сурок не видел «новорожденного» хищника и спокойно занимался своими делами. Арчи низко нагнул голову и, медленно ступая по снегу, крался к зверьку. Когда он был в каких-нибудь пяти метрах от жертвы, под лапу попала сухая ветка и раздался треск. Арчи понял, что обнаружил себя и рванул вперед, но зверек оказался проворнее. Услышав предостерегающий звук, он тут же нырнул в расположенную рядом норку. Арчи клацнул зубами в тот самый момент, когда зверек скрылся в темном укрытии.

Арчи пробовал разрыть нору, но быстро понял, что это бесполезное занятие. От досады он рявкнул и пошел искать удачи в другом месте.

Дни потекли один за другим, и Арчи понемногу стал познавать искусство охоты. В основном он ловил мелких зверьков вроде сурков и бурундуков. Один раз ему все же удалось догнать зайца. Арчи сообразил, что он движется зигзагообразно и на одном из резких поворотов перехватил его и вцепился в шею. Потеряв равновесие, он полетел кувырком, но добычу не выпустил. Радость победы захватила все его существо, и он посчитал себя настоящим хищником.

Арчи также понял, что в лесу есть и другие хищники. Они тоже, как он, убивают и едят зверей. Хищники сильные. У них острые когти и мощные челюсти. С ними лучше не связываться. Росомаху он знал не понаслышке и старался обходить стороной. Несколько раз ему встречались пума и рысь. Хоть те и не выказали враждебности, Арчи инстинктивно понял, что с ними тоже лучше не связываться.

Однажды он наткнулся на стаю лосей. Эти звери не являлись хищниками. У них не имелось ни когтей, ни клыков. Но крупные, мощные рога внушали силу. И Арчи решил, что будет рад упустить возможность познакомиться с ними поближе.

Когда желудок наполняла еда, Арчи вспоминал о пропавшем хозяине. И черная туча наваливалась на него тяжким грузом. Он ложился и не двигался, до тех пор, пока голод снова не начинал мучить. А когда приходил голод, все остальное сразу уходило на задний план. С каждым днем прошлое все больше отдалялось. Зато инстинкты, заложенные предками, обретали все более отчетливую форму, и Арчи дичал день ото дня.

Прошло несколько недель. Арчи все больше и больше приноравливался к дикой жизни. Раны после крушения самолета и схватки с росомахой затянулись. Мышцы от постоянной охоты окрепли, а шерсть стала гуще. Он научился двигаться легко и бесшумно. Теперь поймать зайца для него не составляло никакого труда. В голове все больше и больше крепла уверенность, что он создан для такой жизни. Что его могучие предки жили так же. Что городская жизнь среди людей совсем не для него. Но он все равно безмерно скучал по хозяину. Бывало, он, питая слабую надежду, возвращался на то место, где железный жук украл Артема, и лежал там целый день. Арчи смотрел в одну точку пустым взглядом и ему казалось, что он все еще чувствует запах любимого человека. Но запаха не было, он давно испарился, под натиском южного ветра, оставив лишь призрак былых времен.

Арчи не ел уже несколько дней. Вся дичь куда-то попряталась, и одинокий пес бродил среди сосен с пустым желудком. Голодная злость распирала изнутри. Ему так хотелось есть, что он готов был снова сразиться с росомахой или даже пумой. Он представил, как вгрызается врагу в горло, и пасть заполняет сладкая, алая жидкость. У него даже слюни потекли от такой фантазии.

От размышлений о свежей крови его отвлек звук, раздавшийся сзади. Кто-то крался за ним. Арчи обернулся и увидел койота. Нет, не койота. Зверь был намного крупнее. Почти такой же крупный, как он сам. То был волк.

Когда Арчи обернулся, волк понял, что слежка провалена. Он сел и дружелюбно поглядел на Арчи.

Арчи принюхался, не сходя с места. До его чувствительных ноздрей донеслись женские феромоны. Это волчица! Кровь ударила ему в голову, и он невольно завилял хвостом. Арчи сделал движение к гостье, и та встала. Еще пару шагов и волчица неспешно побежала. Арчи засеменил следом. Иногда он настороженно останавливался, прислушиваясь к звукам вокруг. В такие моменты волчица тоже останавливалась, делала пару шагов навстречу, и заметив, что Арчи приближается, снова пускалась наутек. Так продолжалось некоторое время.

Наконец волчица остановилась. Она взглянула на Арчи, и тот заметил недобрый огонек в ее глазах. Со всех сторон послышались крадущиеся шаги. Арчи увидел множество волков, окружавших со всех сторон. Его провели, как щенка и заманили в западню. От этой мысли Арчи взяла дикая злость, и он так страшно зарычал, что волки приостановили наступление. Некоторые даже попятились. Но через секунду они снова стали приближаться.

Арчи вертелся из стороны в сторону. Если бы он умел считать, то насчитал бы не меньше пятнадцати волков. Зловещий круг становился все уже… уже… уже… Наконец он стал таким узким, что ближайший волк находился всего в трех метрах от Арчи. Он скорее почувствовал, чем услышал, что сзади кто-то прыгнул. Он хотел обернуться, но не успел. Острые зубы впились в мускулистую спину. Арчи попытался сбросить врага, но на него прыгнул еще один, потом еще один. И он понял, что это конец.

Перед глазами промелькнули лицо хозяина, его ласковые руки и нежный голос. По шерсти скатилась одинокая слеза.

Часть 4 Глава 1

Часть 4

Телепатическая связь

Глава 1

В момент, когда на Арчи набросилась стая волков, Артем почувствовал резкую боль в груди.

— Ему нужна моя помощь! – закричал он вдруг сам не свой.

Артем лежал на больничной койке с подвешенной в гипсе правой ногой. Рядом в кресле сидела медсестра и читала новомодный журнал. От крика Артема она вся всполошились.

— Что с вами? – спросила она на английском.

— Мне надо идти... — Артем сделал попытку встать с койки.

Медсестра забеспокоилась еще больше.

— Как? Куда идти? Я не понимаю!

Артему хотелось крикнуть: «Тебе и не понять дура ты напудренная». Но он молча отвязал ногу и взял костыль.

— Месье Артем, — от волнения она перешла на французский – основной язык жителей Квебека. Да, Джо не ошибся, и они разбились в лесах этого региона. – Вам не рекомендуется вставать…

— Плевать я хотел на ваши рекомендации, — тихо проворчал Артем.

Он стал ужасно раздражительным. Со всеми ссорился без повода и постоянно норовил сбежать из больницы.

Артем уже встал, но в палату вошел врач, привлеченный шумом.

— Что здесь происходит? – спросил он на французском медсестру.

— Месье Артем, ни с того ни с сего вдруг закричал и захотел уйти, — и подойдя ближе к доктору, как будто Артем мог понимать французский, тихо добавила, — Мне кажется, у него совсем стало плохо с головой…

Он поблагодарил девушку и попросил оставить их наедине. Медсестра вышла, бросив на Артема любопытный взгляд, и притворила за собой дверь.

— Вы снова за свое? – обратился врач на английском к нахмуренному пациенту.

— Почему вы меня здесь держите как в тюрьме? Зачем ставите ко мне охранников в виде медсестер?!

Доктор изобразил на лице самую добродушную улыбку.

— Никто вас здесь насильно не держит.

«Ну конечно», — зло подумал Артем, вспомнив, как впервые пытался выйти отсюда с только что поставленным гипсом. Его перехватили на выходе и проводили обратно в палату. Причем теперь у постели постоянно дежурила медсестра.

Артем пытался объяснить, что у него остался друг в том лесу, откуда его забрали. Персонал сначала забеспокоился, так как они слышали, что всех выживших нашли и вывезли. Но когда узнали, что так называемый друг Артема — собака, все стали улыбаться его героизму. Его считали слегка сумасшедшим, и Артем знал это. А потому больше никому из персонала ни слова не говорил про Арчи.

— Мы лишь хотим о вас позаботиться, — продолжал доктор, авиакомпания очень беспокоится о вашем здоровье и желает, чтобы вам оказали всевозможные услуги. В нашу больницу, знаете ли, не так легко попасть.

«Ага, и выбраться тоже…»

Все это Артем слышал уже тысячу раз, и кое-как сдерживал себя, чтобы не наброситься на доктора с кулаками. Он явственно чувствовал, что с Арчи что-то случилось. Артем никогда никому про это не рассказывал, но он давно заметил, что между ними образовалось что-то вроде телепатической связи. Арчи всегда понимал, что хочет от него Артем без всяких слов. А Артем чувствовал настроение друга. Когда он рад, и когда ему плохо, если он съел на улице какую-нибудь гадость.

И теперь он чувствовал, что Арчи не просто плохо. А что он попал в настоящую беду…

— Я не собираюсь подавать на авиакомпанию никаких исков, — он врал. Артем расчитывал вытрясти из них все, что можно. Слишком много бед они ему принесли. – Просто выпустите меня отсюда, я должен…

— Найти друга? Арчи, верно?

Артем вонзил в лицо доктора устрашающий взгляд. Доктор отступил на шаг, но продолжал.

— Допустим, вы отсюда выйдете. С гипсом на ноге… ваши кости будут срастаться еще минимум два месяца. И даже если за этот срок они заживут, вы все равно не сможете сразу наступать на ногу. Необходимы постепенные тренировки, лечение, массаж. Как вы поможете своему другу…

Артему нестерпимо захотелось врезать ему.

— …если даже ходить не можете?

— Я найду людей, которые помогут.

— Я не знаю, как у вас в России, но здесь никто не станет рисковать собственной жизнью, ради собаки…

«Которой уже не в живых… Так ты хотел сказать, чертов живодер?!» — кричал про себя Артем.

В голове снова заверещали слова цыганки: «Все, кого ты полюбишь, умрут». «Только после меня…» — подумал Артем и процедил сквозь зубы:

— Он непросто собака…

— Да, да извините. Я понимаю это, честно. У меня дома тоже есть кот, и я его очень люблю…

«Едва ли…»

— … но как бы питомцы ни были нам дороги, они остаются животными. Я думал те журналисты, что брали у вас интервью, ясно дали вам это понять.

Артем вспомнил двух чудаковато одетых репортеров. Оба нацепили на себя клетчатые рубашки и серые брюки на подтяжках. Артему подумалось, что у них такая униформа. Тот, что задавал вопросы, носил фетровую шляпу с черной лентой, а у второго на плече лежала огромная камера. «Килограмм на пятнадцать будет» — прикинул Артем, взглянув на оператора.

«Что вы чувствовали, когда очнулись после крушения? Вы летели один? Какой породы ваша собака?»

Вопросы сыпались один за другим. Когда Артем спросил, могут ли журналисты помочь в привлечении спасателей к поиску его пса, те лишь недоуменно на него поглядели.

«Я не думаю, что спасатели занимаются подобными вещами…»

Когда Артем понял, что ничего от них не добьется, то послал их к черту. И больше не стал отвечать ни на один вопрос. Журналистам пришлось довольствоваться тем материалом, который они успели собрать.

— Эти журналисты всего лишь болваны, — ответил Артем.

— Вовсе нет. Они известные люди в нашей области, и мне жаль, что у вас сложилось подобное мнение.

Артем ничего не ответил, и доктор продолжил.

— Как бы там ни было, я вас очень прошу не глупить. Дождитесь хотя бы пока кости срастутся, и вам снимут гипс. А дальше можете делать все, что хотите. Никто вам препятствовать не будет.

Он пожелал Артему хорошего дня и вышел.

***

Артем понимал, что врач прав. Что ему вряд ли кто-то поможет, кроме него самого. Но он ничего не мог с собой поделать. Внутренняя тревога терзала душу когтями дикого зверя. Он не знал как. Не знал, что может сделать. Не знал ничего, кроме того, что его другу нужна помощь. Что он зовет его. Что ему плохо.

Артем вздохнул и откинулся на подушку. В палате пахло антисептическими средствами. По левую руку почти на всю палату растянулось большое окно, из которого виднелась верхушка соседнего здания.

Под окном стоял небольшой диванчик из темно-зеленого дерматина, предназначающийся для посетителей. Левее дивана от пола до потолка вытянулся шкаф для личных вещей Артема, которых у него не было. Правее дивана расположился небольшой, круглой формы столик с телефоном. Тут же стояло кресло того же фасона, что и диван.

Справа от койки висела специальная аппаратура с выключенным монитором. Аппаратура предназначалась для фиксирования жизненных показателей у пациентов, пребывающих в коме. Под монитором стоял стул со спинкой, на котором еще недавно сидела, приставленная к нему, медсестра.

Койку так же оснастили выдвижным столиком, с которого Артем ел, когда приносили пищу. Над головой имелась специальная лампа, чтобы читать. Но все книги, которые ему приносили, были на французском, а потому лежали нетронутыми.

Все здесь сверкало чистотой и порядком. Артем с усмешкой вспомнил их российские палаты с облупившейся от стен краской и узкие пружинные койки.

Вдруг дверь распахнулась, и с пакетом фруктов вошел Костя. Он частенько заглядывал и представлял для Артема единственное развлечение, кроме лицезрения осточертевшей палаты. Пару раз заходила Лиля по-прежнему бледная с большими синими мешками под глазами, что Артема не удивляло. Он знал, как это потерять семью, и знал, что Лиля еще очень нескоро придет в себя. «Слава Богу, малышка осталась жива, — думал он тихими вечерами, — Это настоящее чудо, которое принадлежит одной лишь Лиле. Несмотря ни на что, она ни на секунду не выпустила ее из рук. Вот что значит материнская любовь…»

Один раз зашла Саша, но пробыла недолго. Поинтересовалась самочувствием, спросила, как скоро его поставят на ноги и сказала, что завтра улетает обратно в Россию. Американец Джо, Артема не навещал.

— Доброе утро, — сказал Костя, добродушно улыбаясь. – Ну как ты?

— А по мне не видно? — скривил лицо Артем.

Константин вздохнул.

— Твое настроение когда-нибудь бывает хорошим?

— Будет. Когда я выйду отсюда и найду Арчи.

Костя разделял мнение остальных, что Арчи, скорее всего, уже нет в живых. Да он крупный пес, но домашний. И вряд ли смог бы выживать так долго среди дикого и опасного мира лесных зверей. Потому он старался избегать этой темы и увлекать ход мыслей Артема в другое русло.

— Лиля просила передать тебе привет.

Всех выживших, убедившись, что у них нет серьезных травм, временно поселили в одной гостинице и они виделись каждый день.

— Ее мальчиков нашли. Они оказались в нескольких километрах от того места, где остановилась наша часть самолета. К счастью, дикие звери не успели добраться до маленьких тел, и они не обезображенные, как у некоторых… Она уже заказала гробы, и завтра улетает в Россию, чтобы похоронить их на родной земле.

Артем поморщился.

— Даже не знаю, радоваться ли таким новостям или плакать.

Костя развел руками.

— Радоваться или нет, но жить дальше надо. У нее осталась дочь, я думаю, что только она помогает ей держаться.

— Да уж…

— Джо отправился домой автобусными путями. Сказал, что больше никогда в жизни не сядет в самолет.

— Его можно понять. Что с тем ублюдком? – Артем имел в виду бизнесмена, который не хотел впускать их в хвостовую часть самолета и грозился арматурой.

Костя рассказал ему, что того звали Дмитрием. И что до того, как они пришли к хвосту, он прогнал двух выживших женщин, одна из которых была ранена. Женщин, слава Богу, также нашли. Одна из них лежала в этой же больнице, и Артем мельком видел ее, но не разговаривал.

Дмитрию оказали первую помощь и после показания многочисленных свидетелей о его преступлениях, закрыли во временный изолятор.

— Он нанял хорошего адвоката, и тот сделал так, что ему просто выписали штраф.

— Урод…

— Не будем о нем… Я принес шахматы. Сыграем?

— Почему нет? – пожал плечами Артем.

***

Дни текли один за другим. Скоро отбыл и Костя. Артем остался совсем один в незнакомой стране среди людей, разговаривающих на чужом языке. Иногда он созванивался с Виктором. Они с Машей сближали головы и ставили трубку так, чтобы оба слышали разговор. Сами говорили по очереди. Оба очень беспокоились.

«Что прогнозируют врачи? Будет ли он ходить? Как кормят? Заботятся ли о нем?» Виктор даже хотел взять неоплачиваемый отпуск и прилететь, но Артем его отговорил, заверив, что с ним все в порядке. Кроме того, если у Артема не получится уговорить местные власти устроить поиски Арчи, то Виктор понадобится ему в России, чтобы уладить одно дельце. Про Арчи они почти не говорили. Слишком тяжело было говорить об этом.

И тем не менее время шло — кости постепенно срастались. У Артема редко был аппетит, но он знал, что для скорейшего восстановления организма необходимы витамины. А потому проглатывал все, что ему приносили. Он восстановился гораздо раньше того срока, который предполагали врачи, что их немало удивило.

Как только сняли гипс и после первого курса реабилитации, Артем мог ходить с тростью, он сразу же направился в нужные органы. Без особой надежды, но попытаться стоило. Как он и предполагал, все вежливо улыбались, но никто не хотел помочь.

— Заведите другую собаку, — не один раз слышал Артем.

В такие моменты он становился красным, как стоп-сигнал светофора, а взгляд превращался в острие кинжала. Улыбка в мгновение слетала с лица глупого советчика, а глаза наполнялись страхом.

Но несмотря на беспредельный гнев, Артем никогда не позволял себе вольности. В чужой стране свои порядки, и если его упекут в тюрьму за какую-нибудь глупость, он уже точно никак не поможет Арчи. Потому он молча разворачивался и уходил.

Отказали даже наемные организации, аргументировав отказ тем, что место крушения самолета находится очень далеко. И что перевоз оборудования и провизии (кто знает, сколько по времени могут занять поиски), будет очень трудоемкой задачей. А трудоемкие задачи стоят очень дорого. Они, мягко говоря, намекнули Артему, что у него попросту не хватит денег, чтобы оплатить такую экспедицию.

Тогда Артем решился на то, о чем долго думал в больнице. Он позвонил Виктору и попросил продать все его имущество. На испуганный вопрос шурина «Зачем?», он отвечал, что так надо. Ему необходимы деньги и побыстрее. Артем произвел в уме примерный расчет, и назвал необходимую сумму.

— Не будут брать, продавай дешевле, главное быстрее.

— Артем, ты попал в какую-то беду?

— Я попал в нее, когда сел на тот чертов самолет…

Глава 2

Грузовик остановился у тупика трассы №167 вблизи самого крупного озера Канады – Мистассини. Из кабины вылезли бородатый мужчина в джинсовом комбинезоне и Артем. На длинном прицепе стоял прицеп поменьше и крупный квадроцикл. Прицеп был под завязку забит провизией, топливом и различным оборудованием, а сверху укрыт брезентом. Бородатый мужик опустил шасси, а Артем сел на квадроцикл и завел. Аккуратно нажимая на газ, он съехал с прицепа.

— Ну что? Будем прощаться? – сказал Артем, заглушив двигатель.

Во время пути они немало разговаривали с бородачом и успели подружиться. Артем рассказал ему свою историю от начала и до конца. Бородач всю дорогу слушал раскрыв рот от удивления.

— Похоже на то, — ответил он.

Затем почесал затылок и неуверенно обнял нового друга.

— Береги себя… Ты самый отбитый на голову психопат, какого я встречал в жизни. Я, конечно, слышал, что в России живут одни психи, но всегда считал это враками…

Артем рассмеялся.

— Обязательно позову тебя в гости и проведу экскурсию, когда вернусь из своей экспедиции…

— Договорились, — бородач крепко пожал руку Артема, еще раз пожелал удачи и, сев в кабину, стал разворачивать гиганта на колесах.

Через несколько минут задние габариты грузовика скрылись за холмом, и Артема остался в полном одиночестве. Смеркалось. Артем решил отъехать от трассы хотя бы на километр, пока полностью не стемнело. Он бы ехал и ночью, но существовал большой шанс угодить в болото или мелкое озеро, которые по словам Оливера, простирались здесь на каждом шагу. А провалить миссию в первый же день, он не хотел. Потому отъехав совсем недалеко, Артем остановил квадроцикл и залез под брезент. Он быстро отыскал палатку и разложил на более-менее ровном месте. Затем достал бутерброды, которые ему по-дружески одолжил Оливер. «Жена наготовила столько, что мне на обратном пути все равно все не съесть. Не пропадать же добру» — сказал Оливер, когда они подъезжали к концу трассы. Он также отдал Артему термос, и тот поужинал бутербродами с кофе. Затем взял спальник с прицепа, залез в палатку и лег спать.

Однако уснуть сразу не удалось. Он думал об Арчи, и сердце быстро билось. Слова цыганки крутились по бесконечному кругу, и Артем уже давно не пытаться их отогнать. Связь с Арчи пропала пару месяцев назад, но Артем верил, что его друг все еще жив. Не может быть, чтобы Арчи погиб… Он бы почувствовал.

— Нет, он жив… я знаю это и не позволю тебе забрать его! – обратился Артем к Богу. – Слышишь? Не позволю! Какую бы ты там печать смерти ни наслал на меня!

В последние месяцы Артем, часто говорил с Богом. То просил, то умолял, то обещал, то грозил. Он не знал, с кем еще говорить о своих чувствах. И хоть все эти разговоры не приносили толку, Артем после них чувствовал себя лучше. Вот и теперь, высказавшись, ему полегчало, и он быстро уснул.

***

Солнце вышло из-за горизонта, и лучи, пробившись сквозь густую листву, постучались в Артемину палатку. Воздух внутри быстро нагрелся, и Артем проснулся. Он потянулся и вылез из палатки. Снаружи было намного холоднее, и он, поежившись, надел легкую куртку. Затем собрал спальный мешок и принялся за палатку. Туча насекомых разбежалась в разные стороны, когда он поднял палатку с земли. Сидя на квадроцикле, он позавтракал все теми же бутербродами с кофе. Пока ел, разглядывал разложенную на руле карту. По зеленому ландшафту кто-то разлил целое море голубых клякс. Это и были те самые озера через, которые Артему предстояло пробираться. Всего по его подсчетам от тупика 167 трассы до места аварии самолета ему предстояло проехать около ста двадцати километров. И это по прямой…

«Не распускай нюни пока еще ничего не сделал» — сказал он себе, доедая последний бутерброд.

Сложив карту и убрав во внутренний карман, он приклеил к приборной панели компас – его главный путеводитель на ближайшие недели. Все остальное сложил в прицеп. Привязав сверху брезент, он завел двигатель и двинулся в путь.

Поначалу все шло неплохо. Земля шла относительно ровная, деревья росли не слишком густо. Но уже через шестьсот метров неторопливой езды он въехал в топкое место. Артем слез с аппарата и осмотрелся. Сообразив, что попал на некий полуостров, он вытащил и раскрыл карту. Эта топь не была обозначена…

— Выходит карта неточная… — пробормотал Артем.

Ему пришлось вернуться чуть ли не в то же место, откуда он начал.

Полдня он кружил вокруг озер и болот, постоянно сверяясь с картой и компасом, но продвинулся вперед на какой-нибудь километр.

— Такими темпами, я доберусь до самолета только к зиме…

Артем остановился под большим кленом, что стоял один-одинешенек посреди широкой прогалины. Он встал и размялся. Один из листьев слетел с дерева и приземлился Артему на плечо. Он взял его, и на ум пришли воспоминания, как они с братом в детстве собирали разные листья в лесу, а потом сушили в книгах. Когда они высыхали, Артем с братом клеили их в альбом, и получался лес. Он подумал, как это интересно, что каждый листок похож на само дерево, на котором растет.

День стоял ясный и солнце на открытой местности нещадно палило, а потому тень клена для обеденного перерыва падала как нельзя кстати. Семейство сусликов любопытно наблюдали за невиданным существом с безопасного расстояния. Когда Артем двинулся в их сторону, чтобы собрать дров и заодно разведать местность, они быстро попрятались по норкам.

Артем развел костер. Затем достал из прицепа кастрюлю, треногу для нее, пятилитровый баллон с водой, гречку и тушенку. Найти в этих краях гречку оказалось не так-то просто. Что в России принимали за обычную еду, у них оказалось лечебной и продавалась лишь в аптеках. Вскипятив воду, он насыпал в кастрюлю крупу. Когда гречка приготовилась, вывалил туда банку тушенки, перемешал и еще немного подержал на огне. Вышло очень вкусно, и Артем с удовольствием съел половину кастрюли. Остальное сложил в термос и оставил на ужин. Рассиживаться и лицезреть неописуемую красоту природы у него не было времени. А потому сполоснув кастрюлю в ближайшем озере и затушив костер, он снова отправился в путь.

Во второй половине дня Артему везло больше. В основном никаких препятствий не встретилось. Лишь пару раз прицеп не мог протиснуться между деревьев, но Артем предусмотрел такой вариант, взяв с собой бензопилу. У него также имелись топор и пила, так как он взял с собой бензина из примерного расчета и прекрасно понимал, что его может не хватить на весь путь.

Местные законы запрещали рубить деревья, но кто его тут увидит? Он в чертовой глуши!

— Ау, есть кто живой? Я рублю ваши проклятые деревья, жалкие вы трусы! Я один сделаю то, на что у вас всех, вместе взятых, не хватило духу. Будь вы прокляты!

И после этой тирады он срубил мешавшее дерево, а злорадства ради и еще несколько. Конечно, Артем понимал, что все это глупо и он теряет время. Но ничего не мог с собой поделать. Он чертовски злился. На эту дурацкую страну, на ее жителей, на спасателей, на авиакомпанию и даже на работодателей, которые, кстати, тоже отказали ему в помощи. Да, Артем писал даже им. Он просил помощи у всех, кого только можно было попросить, но ни один не подал руки...

К моменту, когда тени стали сгущаться, он проехал около пяти километров.

— Вот так уже можно жить, — улыбнулся Артем сам себе, принимаясь за ужин.

Поев и расположившись в палатке, он надел налобный фонарь и отметил путь на карте, который проехал. Вышел очень маленький отрезок, но Артем остался доволен. Движение началось и это главное.

«Лучше уж двигаться крохотными шажками, но точно знать, что ты идешь к цели. Чем лежать без дела на больничной койке и ненавидеть весь мир…» — подумал Артем и сразу отключился. День выдался тяжелым, и он спал без сновидений.

***

Раздался оглушительный грохот, оповестивший об опасности всех обитателей леса на протяжении нескольких километров. Только что взмывшая в воздух дикая утка безжизненно рухнула на воду. Артем в резиновых, сапогах хлюпая по воде и хромая на правую ногу, направился к добыче. Озеро вблизи которого охотился Артем, выбралось из своих границ и разлилось по поляне. А потому глубина воды здесь составляла каких-нибудь десять сантиметров.

Как Артем лишь примерно рассчитал топливо, также он запасся и едой. Запасы были не бесконечны, а потому он по возможности убивал дичь. Ружье Артем купил в Квебеке. Конечно, на него требовалась лицензия, но здесь оказалось так же , как и в России – дай на лапу, и получишь все, что хочешь. Виктор продал дом и машину за хорошие деньги, а потому Артем мог себе позволить дать взятку.

Охотится Артема научил отец, когда ему стукнуло пятнадцать. После его смерти Артем охоту забросил и увлекся компьютерами. Он снова взял ружье в руки, лишь когда у него появился Арчи. Артем без труда получил лицензию, и в разрешенное время года они охотились на диких уток, сапсанов и фазанов. Иногда ходили на кабана. Артем точным выстрелом убивал птицу, а Арчи находил ее среди высокой травы и приносил хозяину.

Еще из оружия у него лежал в кармане револьвер, который по доброте душевной ему одолжил все тот же Оливер.

— Когда водишь фуру, на трассе всякое может случиться, — сказал он, когда Артем вопросительно посмотрел на протянутый револьвер. – Бандиты любят легкую наживу. Потому я всегда вожу его с собой. На всякий случай… Мне он, слава Богу, до сих пор не пригодился, и надеюсь, не пригодится никогда. Но туда, куда направляешься ты бандиты другого рода. Им не нужны твои деньги или товар. Им нужна твоя жизнь.

Артем сказал Оливеру, что у него есть ружье, но тот лишь покачал головой.

— В ружье один патрон, а некоторых зверей одним патроном не убьешь. Пока ты будешь перезаряжаться, тебя уже сожрут. В револьвере шесть патронов и можно будет отбиться даже от стаи волков, или завалить медведя.

Артем крепко пожал руку новому другу. «Везде есть добрые люди, — подумал он в тот момент, — даже в этом дерьмовом городишке…»

Он разделал утку и пожарил на самодельном вертеле. Мясо отдавало специфическим запахом, но Артем проголодался и быстро съел половину. Оставшееся он затолкал в термос.

Шел четвертый день его путешествия. Июльское солнце нещадно пекло. Лицо и руки Артема сильно загорели и приобрели бронзовый оттенок. Он уже неплохо приноровился преодолевать препятствия. Где-то проезжал прямо по воде вроде этой затопленной поляны. Артем знал, что рискует, но думал, что лучше так, чем тратить несколько часов на то, чтобы делать крюк. Всего он проехал около тридцати километров. Запасы топлива и еды кончались быстрее, чем он думал и становилось ясно, что на обратный путь уже точно не хватит.

Крупные хищники ему до сих пор не встречались. Лишь раз издали он заметил рысь. Зато зайцы, суслики и всевозможные птицы попадались на каждом шагу. Если бы он оказался тут при других обстоятельствах, то славно бы поохотился. Но Артем здесь не за этим. Где-то там нуждается в помощи его верный друг.

В этот день он преодолел расстояние вдвое больше, чем в любой другой.

Глава 3

На девятый день у Артема случилась беда.

С самого утра путь ему преграждали одно препятствие за другим. То местность слишком затоплена. То деревья растут так густо, что пилить их пришлось бы целую неделю, то овраги с поваленными деревьями внутри. В этот день он продвигался хуже всего и даже не стал обедать, чтобы не тратить время.

Сделав очередной крюк, он наконец нашел проход и проехал беспрепятственно целых три километра. Но и здесь его ждала неудача. Он уперся в крутой пригорок, который напрочь закрывал путь вперед.

— Дьявол! – крикнул он горе, — Чертов с два я поверну обратно!

Он завел квадроцикл и до конца выжал ручку газа. Аппарат стал быстро набирать скорость, прицеп сильно подпрыгивал на каждой кочке. Когда Артем подъехал вплотную, он выжал ручку до конца. Квадроцикл по инерции продолжал ехать вверх. До конца оставалось всего пару метров и Артем ликовал. Но квадроцикл лишь задев край передними колесами вдруг встал на дыбы, и скинув Артема, покатился назад. Неуправляемый руль повернулся, тележка накренилась и вместе с квадроциклом покатилась кубарем с горы. В глазах Артема застыл ужас, когда квадроцикл стал разлетаться на куски.

Аппарат с прицепом наконец замерли в самом низу, и Артем осмотрелся. Все содержимое телеги разбросало по склону.

Он стал аккуратно спускаться, стараясь не сильно наступать на больную ногу. «Не хватало еще самому также скатиться и сломать себе что-нибудь» — подумал Артем.

Квадроциклу пришел конец. Одно колесо оторвало, руль загнулся баранкой, а от пластикового корпуса вообще мало, что осталось. Артем устало опустился на землю рядом с новоиспеченной рухлядью.

— Что я наделал… — прошептал он.

Он просидел так минут двадцать, без конца повторяя про себя: «Надо было вернуться, надо было вернуться, надо было…»

Наконец Артем вспомнил, зачем он здесь и тяжело поднялся на ноги. В прицепе у него лежал походный рюкзак. Он взял его с собой на всякий случай, если вдруг топлива не хватит и придется идти пешком, но и не представлял, что рюкзак может понадобиться так скоро. Артем помотал головой. Причитать не было времени.

Он отыскал среди разбросанных вещей рюкзак и стал собирать в него все самое необходимое: палатку, спальник, еду, воду, нож, запасные вещи и т.д. Когда Артем забил рюкзак под завязку и накинул на плечи, то чуть не упал. Ему показалось, что рюкзак весит целую тонну. Пришлось затаскивать его в гору чуть ли не ползком. От большой нагрузки очень скоро не на шутку разболелась нога. Тогда он выбросил треть вещей, в том числе и баллон воды, один который только весил пять килограмм. Он решил. Что будет пить из озер. Вода ему казалось достаточно чистой. Максимум, что ему грозило это кишечная палочка, но он старался об этом не думать.

Уже час, как стемнело, но Артем, нацепив на лоб фонарь, продолжал идти.

«Я не могу останавливаться. Без квадроцикла моя скорость замедлилась в разы…»

Ничего не евший с самого утра, он очень скоро лишился сил. Больная нога не выдержала нагрузки, и он рухнул наземь. Снова встать у Артема не хватало духу. Из глаз лились слезы. Он так и уснул, лежа на холодной земле.

***

Пока Артем пребывал в мире тяжелых снов, к месту крушения квадроцикла стянулись незваные гости, привлеченный запахом разбросанной еды. Стая волков. Серые, как тучи, с острыми зубами и хищным взглядами, они ворвались на поляну и, разогнав мелкое зверье, принялись кромсать пакеты со всем съедобным.

На поляну вошел вожак стаи. Мягкой поступью с горделивой походкой он прохаживался и искал взглядом, чем поживиться. Увидев пакет с бородинским хлебом, который пытался разорвать молодой волк, он зарычал. Что означало — эту добычу он присваивает себе. Но молодой волк не хотел уступать и рыкнул в ответ, за что быстро поплатился и навсегда усвоил урок. Вожак бросился на него и вцепился несущими смерть зубами в плечо. Темная кровь тут же потекла по серой шерсти. Молодой волк взвизгнул и пытался вырваться, но вожак не пускал. Он сжал челюсти еще пуще прежнего. Тогда молодой волк жалобно заскулил, признавая силу вожака и показывая тем, что усвоил урок. Вожак, довольный этим, отпустил глупца, и спокойно забрал пакет с хлебом себе. Полакомившись, он обнюхал останки квадроцикла. Запах людей вожак знал. Однажды он съел одного такого. От воспоминаний пасть волка наполнилась слюной. Они уже давно нормально не ели...

Он проследил за запахом и, взяв след, побежал на гору. Вся стая с поляны рванулась за ним.

***

Пот застилала глаза. Правая нога выла, как раненный дикий зверь. Спина грозила надломиться под тяжестью огромного рюкзака, а на плечах образовались кровяные бороздки от лямок. Но Артем продолжал упорно идти.

В ту ночь, когда он без сил рухнул и уснул прямо на земле, ему приснился сон. Арчи звал его. Он был жив и ему необходима помощь. Артем принял этот сон как вещий и энергия снова наполнила уставшее тело.

Первым делом он соорудил из подходящей ветки подобие костыля. Артем шел, опираясь на него, но это не особо помогало. Нога распухла, и Артему казалось, что сросшиеся кости снова треснули.

С того дня, когда он лишился квадроцикла, минуло четыре дня. Артем практически не останавливался и шел все дни напролет. Теперь ему не требовалось рубить деревья, объезжать топкие места и другие препятствия, а потому по скорости он двигался почти так же, как и на квадроцикле. По подсчетам он должен уже к вечеру добраться до места крушения.

Но на его пути снова образовалось препятствие. Он вышел из леса и чуть не рухнул с обрыва высотой в тридцать метров. Отвесная стена тянулась далеко в обе стороны и неизвестно, где заканчиваласи. То был тот самый утес, в который несколько месяцев назад уперся Арчи, когда гнался за вертолетом.

Артем сбросил рюкзак и сел на него. С сожалением вздохнул. Веревка у него была, да он выбросил ее, посчитав ненужной, когда освобождал рюкзак от лишних вещей.

— И что теперь делать?

Артем подполз к краю обрыва и оглядел стену. В детстве он неплохо карабкался по таким утесам. Но то было в юности, тогда он дышал здоровьем. А что теперь? Даже на ногу наступить не может…

Артем долго сидел на рюкзаке в нерешительности. То бессилие давило на него, то овладевала страшная ярость.

— Сколько ты еще будешь издеваться надо мной? – закричал он в небо.

Затем сполз с рюкзака на землю и с остервенением пнул его в пропасть здоровой ногой. Рюкзак полетел, сделал несколько оборотов и с глухим звуком рухнул где-то внизу.

— Я никогда не сдамся… — проскрежетал зубами Артем, лег на живот и стал сползать вниз.

Уперевшись здоровой ногой в выступ, он перехватился левой рукой ниже. Затем правой. Проверив надежность выступов, он повис на них и переставил здоровую ногу ниже. Затем повторил то же самое. Больной ногой он лишь слегка упирался, но не делал на нее никаких усилий, потому что боялся сорваться от резкой боли.

«Главное – не смотри вниз», — предостерегал он себя.

Шаг за шагом он спускался. Руки очень скоро начали ныть. Мышцы забились и стали твердыми как камень. Дыхание Артема с каждым метром ускорялось.

«Я смогу, смогу…»

Не выдержав, Артем взглянул вниз, чтобы узнать, сколько осталось. Он спустился только наполовину, а казалось, что уже на целый километр. У него закружилась голова. Он резко отвернулся и невольно прижался к стене. По лицу струился пот, ладони стали влажными. Он чувствовал, как пальцы соскальзывают, но не мог ничего поделать – страх сковал тело.

Вдруг выступ, на котором он стоял, отвалился, левая рука сорвалась, и он повис на одной лишь правой.

— Черт! – закричал Артем и стал судорожно искать, за что схватиться.

Адреналин выбросило в кровь, и у Артема открылось второе дыхание. Он ухватился левой рукой и стал быстро спускаться. Через несколько минут он достиг горизонтальной поверхности и обессиленно рухнул наземь. Мышцы рук горели огнем, во рту образовалась пустыня. Сердце так бешено стучало, что, казалось, сейчас поломает ребра. Артем поднял средний палец к небу.

— Выкуси… — сказал он, еле дыша.

С каждым днем он ненавидел Бога все больше. Ему без конца казалось, что тот специально измывается над ним. Проверяет на прочность. Делает ставки на сколько еще его хватит... Но Артем не сдастся. Он дойжет до конца, либо погибнет!

Пролежав минут десять и восстановив дыхание, Артем с трудом поднялся и накинул рюкзак, который, казалось, становится все тяжелее и тяжелее. Очень хотелось пить. Но как назло, теперь не встречалось ни одного проклятого озера, которых позади осталось целое море. Один лишь лес. Только чертов лес…

Артем решил, что если ему удастся отсюда выбраться, то он никогда больше не будет гулять по лесу.

Тяжело переставляя ноги (он уже не обращал внимания на тупую боль в правой голени, слишком устал для этого), Артем продолжал идти. День подходил к концу, а он ничего не ел с самого утра. Продуктов осталось всего на пару дней, но он не ел не от экономии, а оттого, что не хотел тратить время. Голова кружилась, и Артем почувствовал, что сейчас упадет. Но что это впереди?

Лес заканчивался и начиналась открытая местность. Вдалеке виднелось что-то белое.

— Это же обломки! Обломки самолета!

Вместо того чтобы упасть, Артем бросил рюкзак и ускорил шаг. Он бы даже побежал, если б мог. Да, действительно – это оказалась та самая часть самолета, в которой он сидел. Приблизившись, Артем поцеловал горячий, пыльный металл.

Добрался! Неужто добрался?!

В этот момент усталость навалилась на Артема всем грузом. Он сел на землю, прислонился спиной к самолету и моментально отключился.

***

Когда Артем вырубился, солнце еще даже не село, а теперь оно светило высоко. Он сначала никак не мог сообразить, сколько проспал, но взглянув на часы и припомнив последние события, понял, что прошло пятнадцать часов. Голова весела центнер, горло будто обернули наждачной бумагой. Необходимо срочно найти воды, или он умрет от обезвоживания. Умирать почти достигнув цели совсем не хотелось, и Артем, пошатываясь, встал на ноги.

Артем осмотрел салон самолета. Все здесь осталось так же, как он запомнил, за исключением тел, кончено. Их всех вывезли. Артем вспомнил обезглавленного и по телу пробежала дрожь.

— Надеюсь, они нашли голову… — пробормотал Артем, и сам удивился своим мыслям.

Какая ему к черту разница нашли они голову или нет… Артем обшарил салон в поисках воды, но ничего не нашел. Тогда он вернулся за брошенным рюкзаком и двинулся туда, где находился хвост самолета.

Артем вспомнил, с каким трудом они пробирались по рыхлым сугробам четыре месяца назад, и радовался, что сейчас лето. Через сорок минут, он уже стоял на месте. Ему повезло. Он нашел пару бутылок воды и одну из них сразу же осушил. Первый глоток больно оцарапал горло, но дальше пошло полегче.

Напившись, он почувствовал, как требовательно заурчал желудок. Артем не ел уже больше суток и решил, что заслужил паек. Он достал с рюкзака последнюю банку тушенки, вскрыл и съел прямо так, не готовя. Тушеное мясо с жиром тяжело опустилось на дно желудка и неприятно резануло. Артем подумал о том, что если выберется, то к больной ноге добавится еще и язва.

После еды и воды, у Артема снова появились силы. Накинув рюкзак, он направился тем же маршрутом, что и четыре месяца назад. Он спустился во впадину, так же как и весной – лежа на спине. Только теперь под ним был не наст, а земля, поросшая травой. Разрушенная клетка так и лежала на том же месте. Артем поглядел на нее с минуту, вспоминая, как напугано лаял Арчи в тот кошмарный день, а потом помотав головой, пошел дальше. Прошел мимо места, где Арчи доблестно сразился с росомахой и к вечеру вышел к речке, где его забрал вертолет. Арчи здесь, конечно же, не было.

Решив, что на сегодня достаточно, Артем разбил лагерь и разжег костер. У него осталось немного риса и столько же гречки. Буквально на несколько порций. Артем подумал, что неплохо было бы подстрелить зайца. В последние дни он много стрелял, но ни разу, никого не убил. Пока варился рис, он пересчитал оставшиеся патроны. Четыре в кармане и один в стволе. Еще револьвер Оливера, полностью заряженный, но без запасных патронов. И того одиннадцать – негусто.

Если он не найдет Арчи в ближайшие дни, то миссии конец. И ему тоже…

От мыслей Артема отвлек звук за спиной. Он обернулся и увидел в темноте силуэт волка, вставшего на холме. Пламя костра отражалось в хищных глазах. Артем быстро вскинул ружье, и тень исчезла.

— Ушел… — пробормотал Артем.

Это происходило уже не в первый раз. В последние несколько дней подобное повторялось каждый вечер. Артем видел то тени, рыскающие во мраке, то множество глаз, кровожадно глядящих из леса. Артем сразу понял, что его преследует стая волков. Причем очень голодных, иначе они не рискнули бы подбираться так близко к человеку.

С каждой ночью, они становились все наглее. Пару дней назад, Артем даже подстрелил одного, самого дерзского, что подошел к лагерю слишком близко. Но, видимо, пуля не задела жизненно важных органов, потому что волк лишь взвизгнул и унесся прочь.

«Да… — подумал, Артем. – Одиннадцать патронов явно не хватит, чтобы отбиться, если они вдруг решатся напасть».

Он вспомнил, как отключился вчера у обломков самолета и проспал больше половины суток.

«Вот же у них был шанс полакомиться мной… Наверное, долго обходили обрыв, по которому я спустился».

Рис сварился. Артем слил воду, посолил и стал есть. Он решил, что если выберется отсюда, то больше никогда не будет есть рис и гречку. Так они надоели за эти две недели похода.

После скудного ужина закинул еще дров в костер и залез в спальный мешок (палатку он давно выбросил), не забыв положить рядом ружье и револьвер, чтобы в случае опасности быстро ими воспользоваться. Перевернувшись на спину, Артем уставился на небо.

Звезды – единственное, что ему не надоедает на протяжении всего похода. Яркие, загадочные, далекие, они производили на Артема неописуемое впечатление. Возможно, там наверху, среди этой красоты сейчас вся его семья. Мать, отец, брат, жена и дочь. Ему казалось, что они зовут его.

«Прекрати бороться, расслабься и иди к нам» — шептали ему звезды.

И Артем бы пошел, если среди них находился Арчи. Но его там не было. А потому Артем не мог сдаться. Он должен найти его во что бы это ни стало. Даже жизни.

***

Артему снился один из тех дней, когда у Арчи еще не выпали молочные зубы. Артем сидел на полу и наблюдал, за тем, как его новый друг играется. Энергия в щенке бурлила. То он носился за мячом, гоняя его лапами. То совал Артему в руки веревку, чтобы потягаться силами. То изображал охотника на невидимых существ. Он опускал голову, и приподнимал зад, готовясь к прыжку. Но прыгал не вперед, а на сто восемьдесят градусов — резко развернувшись в противоположную сторону, как будто враг подкрался со спины.

Артема очень забавляла эта игра.

Еще Арчи в детстве обожал грызть носки хозяина. Артем не понимал, что ему в них так нравится, но парочку дырявых выделил. Один из носков лежал тут же рядом, но Арчи вместо того, чтобы взять дырявый, вдруг накинулся на ногу хозяина и стал снимать носок.

— Арчи прекрати, у тебя уже есть свой, — сказал Артем.

Но Арчи не слушал, он дергал и дергал за конец носка, а потом вцепился зубами прямо в ногу. Артем вскрикнул от боли и проснулся.

В свете догорающего костра он увидел, как один из волков вцепился в правую ногу прямо через спальник. Еще двое рвали на куски его рюкзак. Артем схватил ружье и выстрелил в того, что впился в ногу. Волк сразу рухнул замертво. Артем бросил ружье и, взяв револьвер, дважды выстрелил в оставшихся. Но попал лишь раз. Оба сразу после первого выстрела, пустились наутек. Один ускакал в несколько прыжков. А второй хромая и поскуливая. Артем хотел добить хромого, но боялся промахнуться и зря потратить драгоценный патрон.

Все стихло, но Артем чувствовал присутствие недобрых посетителей. Ощущал, как по телу рыскают кровожадные взоры.

— Ну, давайте! Идите же! Посмотрим кто кого…

В ответ тишина. Сердце немного успокоилось, и Артем только теперь ощутил боль в ноге. Он бросил взгляд на то место, куда вцепился волк. Спальник пропитался кровью. Артем полностью вылез из него, подкинул заготовленных с вечера дров в костер и поднес раненую ногу к свету. К счастью, рана оказалась неглубокой. Видимо, большинство крови на спальнике — волчья. Артем снял футболку, разорвал и перевязал ногу.

— Что же ты у меня такая невезучая? – обратился он к ней, а потом подумал, что так даже лучше.

Если бы волк отгрыз ему левую ногу, то он вообще не смог бы идти. В эту ночь Артем больше не спал.

Глава 4

Артем не спал три ночи. Волки больше не высовывались, но он чувствовал их присутствие. Днем он несколько раз видел мелькавшие тени в отдалении. Иногда это так раздражало, что Артем не выдерживал, прицеливался и стрелял. Не попав, громко ругался. Нервы его стали ни к черту. Еда закончилась. Он был голоден, истощен и подавлен. Три дня бродил по окрестностям, но никаких следов Арчи не обнаружил. Зато иногда ему мерещился гул вертолета, но он решил, что это от усталости.

Волки разорвали рюкзак, и он не стал его брать. Даже спальник оставил. Прихватил лишь ружье и револьвер. Всего у него остался один патрон в ружье и четыре в револьвере.

Хромая на правую ногу и пошатываясь, он шел как в бреду. Кругом лес… лес… лес… Что он здесь делает? Ищет… Кого ищет? Он остановился, напрягая догорающий мозг. Но не мог ответить на вопрос. Ему хотелось лечь. Лечь на землю и уснуть вечным сном. Он заслужил это. Он сделал все, что мог.

Артем облокотился спиной к дереву и сполз на землю. Свинцовые веки стали закрываться… но что это?! Мутный взор заметил что-то знакомое. Что-то до боли родное. Артем сделал усилие и открыл глаза.

— Неужели… — прошептал Артем. Он не мог поверить глазам. – Наверное, галлюцинации от недосыпа.

Но он все равно встал на четвереньки и пополз к противоположному дереву в десяти метрах. Чем ближе он подбирался, тем более уверялся, что предмет настоящий. Артем подобрал его и горько заплакал. Он держал в руках ошейник Арчи. Порванный и со следами крови. Артем прижал ошейник к щеке.

— Прости меня, друг…

Через пелену слез Артем заметил приближающихся волков. Тихой, настороженной походкой, следя за руками Артема, они наступали со всех сторон.

— Давайте… подходите же, не стесняйтесь, — шептал Артем обессиленным голосом.

В тот момент, как один из зверей пригнул голову к земле для прыжка, Артем вскинул ружье и выстрелил. Зверь распластался на земле.

— Сдохните твари!— заорал Артем и выхватил револьвер.

Раз выстрел, два, три… Остался один патрон. Артем подставил дуло к виску.

«Живым я вам не дамся…»

Артем зажмурил глаза, весь напрягся, точно так же, как пять лет назад в бушующую ночь у себя дома, но выстрелить не смог. Он услышал движение справа, закричал и вскинул пистолет. Но не выстрелил. Он замер и не поверил глазам.

— Арчи?..

Скалившийся зверь, услышав имя давно забытых времен, внезапно преобразился. Оскал пропал, прижатые уши встали торчком, а хвост взволнованно зашевелился. Пару секунд они смотрели друг на друга неверящими глазами. И вдруг зверь громко и протяжно завыл.

— Арчи!

Они бросились друг другу в объятия.

***

Когда волки бросились на Арчи со всех сторон, в памяти всплыло лицо хозяина. Желание еще раз увидеть, еще раз лизнуть добродушное лицо, еще раз услышать похвалу взорвалось внутри атомной бомбой и разошлось по телу сумасшедшей энергией. Он не умрет. Только не сейчас.

Арчи зарычал так, что у вцепившихся в него волков внутри задребезжал инстинктивный страх. Арчи резко вскочил, встал на задние лапы и опрокинулся назад. Тем самым он обрушился всем весом на того, что повис сзади. Волк взвизгнул и расслабил челюсти. Арчи в секунду перевернулся на лапы и, дотянувшись до волка, что схватил его с краю, вгрызся в бурую шерсть. Этот тоже выпустил Арчи и отскочил. Последний смекнув, что ему сейчас не поздороваться, сам отпрыгнул в сторону. Первый волк, что был на спине, снова кинулся на Арчи, но тот перехватил его движение и схватил зубами за горло. Мощные челюсти прокусили артерию, и из горла волка хлынула кровь. Сделав пару неуверенных шагов, он рухнул на землю.

Теперь волки стояли чуть поодаль, не решаясь снова нападать, на такого крупного и одновременно быстрого противника.

Вдруг стая расступилась, и появился вожак. Он оценивающе оглядел диковинного зверя. Ему уже доводилось видеть собак, но этот пес превосходил всех. Крупный, быстрый и смекалистый. Такой пригодится в стае. Вожак повернулся к нему спиной, тем самым сделав знак, приглашающий в стаю.

Арчи никогда никто не учил подобным знакам, но тем не менее он понял вожака. Инстинкты предков пробуждались в нем день ото дня. И только что минувшая схватка окончательно пробудила в нем зверя.

Арчи в момент смекнул, что выжить в стае гораздо проще, чем в одиночку, и принял приглашение. Он стал одним из волков. И не просто членом стаи, а правой рукой вожака. Потому как никто не мог сравниться с ним ни в скорости, ни в силе.

Дни шли. Арчи убивал. Арчи ел слабых. Старая жизнь блекла. Для Арчи больше ничего существовало, кроме голода и желания его утолить. Раньше бы он никогда не напал на живое существо, но теперь его не мучили угрызения совести, когда они загоняли оленя и накидывались на него все стаей. Иногда перед взором всплывало лицо хозяина. Но и это стало происходить все реже и реже.

Июль выдался голодным. Вся крупная дичь куда-то мигрировала, и на их территории остались лишь мелкие звери. Такими не накормишь всю стаю. Тот, кто был попроворнее нет-нет, да ловил себе обед. Кто-то оставался голодным.

Однажды Арчи привлек какой-то шум. Он вышел из леса на поляну и обнаружил разбитый квадроцикл с прицепом. Повсюду лежали разбросанные вещи. Обнюхав местность, он почувствовал запах. Знакомый запах из далекого прошлого… Да прошло только четыре месяца. Но что для человека четыре месяца, то для собаки четыре года. Воспоминания колыхнулись в зверином мозгу, но не поднялись на поверхность. Арчи слишком голодал, чтобы думать, и принялся поедать разбросанную еду.

Скоро подоспела и вся стая. Съев все съедобное, вожак повел их по следу. Арчи видел человека, которого они преследовали, но всегда лишь издали. Он, как и вожак, видел ружье у человека и знал, что оно может ранить. А потому без надобности не совал нос близко. Волки помоложе и поглупее этого не знали, и уже ни раз чуть не лишились жизни, подойдя слишком близко. Вожак же с Арчи видели, что человек ранен и оставалось лишь ждать, пока он обессилит.

Когда этот день настал, и они решили действовать. Арчи впервые подошел к Артему вплотную. Раньше Артем всегда коротко стригся и ежедневно брился, а сейчас у него свисали волосы до плеч и безобразно торчала длинная борода. Некогда бледная кожа стала бронзовой, а во взгляде и движениях читалась бессильная ярость, которых раньше не было. Потому Арчи даже подойдя вплотную, не узнал прежнего хозяина.

Но когда он услышал голос и свое позабытое имя, все в нем перевернулось. Свет прорвался из темноты, и он все вспомнил.

«Это он! Хозяин пришел за ним!»

***

Арчи опрокинул наземь хозяина, заскулил и стал облизывать заросшее лицо.

— Арчи! Арчи! Господи, это правда ты?! Это не сон?! Если это сон, то я не выдержу…

Но это был не сон. Арчи живой и воплоти перед ним. Он его помнит. Артем задрожал всем телом.

Вдруг Арчи прекратил ласки и, насторожившись, прислушался. За спиной послышался угрожающий рык, и Арчи сразу узнал его. Вожак стоял за спиной, и рычание это означало, что добыча в первую очередь принадлежит ему. Арчи резко развернулся и зарычал в ответ. Вожак такого не ожидал и опешил. Но потом, сообразив, что его предали, рявкнул, и несколько волков бросились на Арчи. Вожак остался на месте и наблюдал.

Арчи налету перехватил первого, схватил зубами и отшвырнул в сторону. Второму он вгрызся в шею, позволив третьему вцепиться в бок. Прокусив артерию и почувствовав на зубах сладкую кровь, он выпустил волка и хотел схватить третьего, но тот отскочил в сторону.

Шерсть Арчи встала дыбом, и он казался в полтора раза больше чем обычно. Вожак снова рявкнул, призывая стаю нападать. Но никто из волков не осмеливался нападать первым, наблюдая за издыхающим телом товарища. Тогда он так грозно зарычал, что остальные попятились. Больше не делая лишних движений, вожак сам бросился на предателя.

Арчи привстал на задние лапы, чтобы отразить выпад, но вожак снес его с места. Они кубарем покатились по земле. Вожак наносил молниеносные укусы и пытался схватить Арчи за горло, но тот отскакивал и извивался.

Пока Арчи сражался с вожаком в смертельном бою, волки решили поживиться легкой добычей. Они подкрались сбоку, к увлеченному боем Артему и бросились на него. Один вцепился в ногу, другой в плечо. Артем вскрикнул от боли, и Арчи на секунду отвлекся. Вожак не медлил и сделал резкий выпад. Даже отточенная за месяцы реакция не спасла Арчи. Он успел лишь слегка отпрянуть, благодаря чему волк вцепился не в смертельную артерию, а рядом. Мощные челюсти сжались со страшной силой, и Арчи начал задыхаться. Вожак повалил его на землю и продолжал душить.

Артем колотил одного из волков рукояткой пистолета, но тот не выпускал. Услышав сдавленный хрип, он увидел поверженного Арчи. У Артема оставался лишь один патрон, и он больше ни секунды не раздумывал, как его использовать. Он поднял пистолет дрожащей рукой и изо всех сил сконцентрировался. Мутный взор затуманивал цель. Тянуть больше нельзя… Артем закрыл глаза и нажал на курок. Грянул выстрел.

Послышался скулеж. Открыв глаза, Артем увидел, что вожак рухнул наземь. Арчи тяжело поднялся, но увидев волков, рвущих хозяина, тут же бросился на помощь.

Волки заметив, что вожак мертв, и Арчи мчится на них, выпустили жертву и пустились наутек.

Веки у Артема вдруг отяжелели. Тело стало ватным и непослушным. Арчи облизывал его бороду и тихо поскуливал. Артем чувствовал, как жизнь утекает прочь. Собрав последние силы, он поднял руку и с улыбкой на лице погладил верного друга.

— Я знал, что ты жив…

Перед тем как потерять сознание, Артему снова показалось, что он слышит вертолетный гул.

Глава 5

Виктор, отослав деньги Артему, все никак не находил себе места. Что-то не складывалось в истории зятя. Дорогостоящая операция если и необходима, то обычно сразу после травмы. Почему она понадобилась только через три с половиной месяца, когда Артем почти поправился? И разве авиакомпания не должна оплачивать все расходы? Ведь до этого она именно этим и занималась. Что-то тут не так…

Виктор никогда не мог долго держать переживания в себе. Они словно активный вулкан, медленно созревали, а потом извергались наружу. На четвертый день Виктор поделился с женой.

— Так позвони в больницу, где он лежит, и узнай, действительно ли необходима некая операция или нет.

— Ты гений, — воскликнул Виктор и поцеловал жену в лоб.

Звонок на другой материк стоил денег, но Виктор не мог успокоиться, пока не проверит. Номер больницы ему продиктовал Артем в один из своих немногочисленных звонков. Виктора несколько раз переводили с одного человека на другого, а потом из трубки зазвучал легкий мелодичный голос:

— Hôpital central du Québec. Je vous écoute. (Центральный госпиталь Квебека. Я вас слушаю — французский)

— Do you speak English? – Виктор плохо знал английский, но объясниться мог.

— Seconde. (секунду)

С минуту в трубке стояло молчание. Затем другой голос, в этот раз мужской сказал по-английски:

— Алло?

— Здравствуйте. Меня зовут Виктор Степанович. Я родственник Синицына Артема Николаевича. Скажите, ему уже сделали операцию на ногу?

На том конце несколько секунд недоуменно молчали.

— Какую операцию? – наконец послышался ответ.

— Дорогостоящую… — сказал Виктор и покраснел как пожарный гидрант, почувствовав, что сморозил глупость. – Он звонил мне несколько дней назад и попросил большую сумму на операцию. Сказал, что у него появились какие-то осложнения на ноге.

Снова недоуменное молчание. Виктору показалось, что оно длится уже целую вечность, хотя прошло всего несколько секунд. Он ощутил, как на лбу выступили крупные капли пота.

— Меня зовут Самюэль Дэвис, и я был лечащим врачом Синицына. Артем Николаевич выписался две недели назад. Кости его благополучно срослись, и ему сняли гипс. Ему требовалось пройти курс лечения, за которое платит авиакомпания, которой он летел. Но Синицын отказался и самолично выписался. С тех пор я его не видел.

Виктор почувствовал, как похолодели пальцы на ногах.

— Алло? Вы все еще тут?

— Да… Спасибо, что уделили время, до свидания… — ответил он не своим голосом и положил трубку до того, как ему успели ответить.

Мрачнее тучи, Виктор вернулся домой. Маша, увидев лицо мужа, побледнела.

— Что случилось?

— Он выписался две недели назад…

Недоуменное молчание. Такое же, какое он слышал час назад по телефону.

— Но как же операция?..

— Не проводилось никакой операции.

— Тогда зачем ему такая большая сумма?

Виктор пожал плечами, и они оба задумались. Через мгновение оба посмотрели друг на друга и одновременно произнесли:

— Арчи!

— Ну, конечно, — сказала возбужденная Маша, — Он говорил, что спасатели не собираются искать его. Но неужели, он решил сам отправиться за ним?

— Похоже на то… Причем по телефону мне сказали, что нога его, как будто, и не зажила до конца. И что он выписался раньше времени.

— Но как он собирается найти его…

Виктор пожал плечами.

— Витя, немедленно беги и покупай билет на самолет. Он пропадет… Ох, я уверена, что он пропадет там один…

Виктор кивнул и пулей вылетел из дома.

***

Ближайшие билеты оказались только через неделю, но других вариантов не нашлось. Сунув мужу в потайной карман все их сбережения, Марья пожелала ему удачи и велела без Артема не возвращаться. Поцелуй наудачу и через десять часов Виктор уже в самолете.

Во время полета он думал о том, что Артем летел таким же рейсом. «Что творилось в его душе, когда он понял, что их самолет вот-вот разобьется?» — гадал Виктор. Но не слишком долго. Решив, что сам он не хочет этого узнать никогда, он потряс головой, отгоняя страшные мысли, и сосредоточился на цели.

Где искать? Куда в первую очередь обратиться? Как объясняться с местными? Вихрь вопросов кружил в голове.

Самолет вопреки суеверным страхам Виктора благополучно приземлился в аэропорту Квебека. Первым делом Виктор решил направиться в больницу, где лежал Артем. Может, доктор даст какие-нибудь подсказки, куда он мог направиться и где искать.

Виктор не знал адреса, но назвав водителю название больницы, тот понимающе кивнул. Таксист привез его к кирпичному шестиэтажному зданию П – образной формы. На крыше торчали две башни, напоминающие вышки. Во дворе расположилась большая стоянка с флагштоком по центру. На ветру невесело развевался флаг с белым крестом и королевскими лилиями в синих квадратах по краям.

На стойке регистрации, Виктор назвал имя врача, с которым говорил по телефону и жестом показал, что он не говорит на французском. Девушка что-то пролепетала на своем и удалилась. Через пять минут спустился упомянутый доктор.

— Самюэль Дэвис? – спросил Виктор.

Доктор кивнул.

— С кем имею честь говорить?

— Меня зовут Виктор Степанович, я вам звонил неделю назад насчет Синицына…

Доктор сразу же оживился.

— Ах да, я помню, помню. Вы говорили про какую-то операцию.

Лицо Виктора налилось вишневым компотом.

— Да… Я как раз насчет этого. Видите ли, почти две недели назад, Артем позвонил мне и сказал, что требуется крупная сумма. Якобы на операцию. Он отправил мне факсом доверенность и попросил продать все его имущество. Меня все это так смутило, что я позвонил сюда. И когда вы сказали, что никакой операции не проводилось… — Виктор говорил быстро, запинаясь и сильно коверкая слова.

Но Самюэль понимающе кивнул.

— И вы прилетели сюда разобраться в чем дело, — закончил он за разволновавшегося Витю.

Виктор бросил благодарный взгляд на доктора.

— Он ничего не говорил? О своих планах или почему выписался, не закончив лечения?

— Конкретным планами не делился. Но он все бредил своим псом, который остался в местной глуши. Ему все поголовно пытались объяснить, что из-за собаки никто не будет разворачивать такую крупномасштабную операцию по поиску. Но он никого не хотел слушать. Несколько раз порывался сбежать из больницы прямо в гипсе…

— Это очень на него похоже, — улыбнулся Виктор. – Этот пес очень дорог ему.

— Я заметил… Думаю, деньги он попросил для самостоятельного похода. И сейчас, скорее всего, готовится к нему. Если, конечно, уже не покинул город...

При последних словах Виктор вздрогнул. Он поблагодарил доктора, пожал ему руку и удалился.

***

Виктор второй день шел по следу Артема. По всем конторам, куда тот обращался и где ему отказывали. По магазинам, где он купил ружье, квадроцикл и прицеп. Собирая пазл по крупинкам, он наконец добрался до грузоперевозочной компании «KK Freight International». Да, русский, попавший в авиакатастрофу, обращался к ним. Да он перевозил квадроцикл с прицепом. Когда это было? Примерно с неделю назад. Может, немного больше.

«Значит он там один уже больше недели…» — еле дыша, прошептал Виктор.

Управляющий переспросил, что сказал посетитель. Но Виктор не ответил. Он спросил, кто перевозил груз.

— Кажется, Оливер.

— Он сейчас здесь?

— Нет, у него выходной.

— Я могу узнать его адрес?

Управляющий покачал головой.

— К сожалению, я не могу разглашать информацию подобного рода, — сказал мужчина, но, заметив расстроенное лицо Виктора, добавил, — Но если хотите, я могу позвонить и сказать, что его спрашивают.

— Я был бы вам очень благодарен.

Управляющий открыл раскладной мобильник и набрал номер. При каждом нажатии на клавишу телефон издавал мелодичные звуки. Здесь все ходили с мобильниками. В то время как у них в России лишь те, у кого имелись лишние деньги, могли позволить себе сотовый.

На том конце подняли трубку, и управляющий заговорил на французском. Виктор терпеливо ждал. Через минуту управляющий протянул ему телефон.

— Он согласен помочь вам и готов встретиться. Можете сами с ним договориться, он понимает по-английски.

Оливер знал историю Артема целиком и рассказал Виктору все, от начала и до конца. О плане Артема. О том, где его высадил. О том, сколько он взял с собой провизии.

Если верить словам этого человека, то Артем должен уже возвращаться. Иначе у него не хватит на обратный путь ни топлива, ни еды.

В любом случае Виктор решил действовать. Он пошел в те же конторы, куда обращался Артем. Сначала отказали, аргументируя тем, что сигнала о помощи не поступало, и возможно, Артем уже улетел обратно в Россию. Но Виктор не собирался уходить, пока не получит свое и пригрозил им судом. Тем более что человек потерпевший крушение самолета, будет принят везде благосклонно. В конце концов, конторщики поддались.

На то, чтобы все разузнать и убедить спасателей провести поисковую операцию, ушло три дня.

В ночь, когда Виктор физически и морально уставший спал безмятежным сном в гостинице, стая впервые напала на Артема, поранив ногу и уничтожив рюкзак.

На следующий день Виктор на вертолете со спасателями начали искать с того места, где Артема оставил Оливер. С тупика 167 трассы. Первый день оказался безрезультатным. Второй тоже. На третий они обнаружили обломки квадроцикла и спустились проверить. Но в округе не нашли никаких следов, кроме волчьих.

Спасатели хотели закончить операцию, убеждая Виктора, что его зять, скорее всего, уже мертв. Но Витя не сдавался.

Ближе к вечеру четвертого дня, когда даже у Виктора начала гаснуть последняя надежда, он что-то заметил внизу. Волк? Здоровенный волк делал круги на месте и подпрыгивал на задние лапы, как будто хотел, чтобы его заметили. Виктор указал пилоту на странные действия зверя. Тот лишь пожал плечами.

— От голода у любого крыша поедет.

— Спустись пониже. Я хочу посмотреть, — заметив недоумевающий взгляд пилота, он добавил. – Пожалуйста. Всего на минуту.

Пилот закатил глаза, но сделал знак «ОК». Зверь хоть и казался с высоты, не больше жука, но почему-то был до боли знакомым. У Виктора затеплилась слабая надежда: «Неужели это…»

Все сомнения разом улетели, когда зверь принял более явственные очертания.

— Это Арчи! – обрадованно закричал он. – Спускайся! Ну же скорее!

Спасатели переглянулись. Их взгляды говорили: «Спятил?»

— Какой еще Арчи? – спросил пилот.

— Да тот самый, которого мой зять уговаривал вас отправиться искать.

У медбратьев глаза из орбит полезли, а пилот как-то странно дернулся, но стал спускать вертолет на землю. Туда, где простиралась открытая местность, и имелась возможность сесть. Арчи прыгал и лаял как обезумевший.

Как только аппарат сел, Виктор выпрыгнул наружу. Арчи увидев Виктора замер. В глазах его загорелся радостный огонек, и Виктор уже думал, что тот сейчас, как всегда, сшибет его с ног. Но огонек тут же погас, и Арчи залаяв, сделал движение от вертолета. Затем остановился и поглядел на Виктора. Потом повторил снова.

— Он хочет, чтобы мы пошли за ним! – воскликнул Виктор.

— Ага, как же. Да это же настоящий волк! У него вон и шерсть вся в крови… — сказал один из медбратьев, — Он нас заманит в логово и нас сожрут…

Виктор никогда в жизни не дрался, но сейчас с трудом подавил желание врезать этому идиоту.

— Он не волк. Он лучший друг того. Кого мы ищем. И, возможно, хочет отвести нас к нему, — его голос звучал настолько властно, что спасатели, пожав плечами, двинулись вслед за псом, так похожим на волка.

Арчи завел их в лес, и через пять минут они оказались на месте схватки. Виктор стал белым как гипс. Один из спасателей невольно воскликнул:

— Твою ж мать…

Артем сидел, прислонившись к дереву, без сознания и весь в крови. На ноге и плече рваные раны. Рядом лежали три мертвых волка. Из ступора людей вывел Арчи, громко залаяв и напомнив истуканам, зачем они здесь.

Один из спасателей проверил пульс.

— Жив, но слабо дышит. Потерял много крови, долго не протянет. Надо срочно эвакуировать.

Они забинтовали раны и уложили Артема на носилки. Арчи семенил рядом, ни на шаг не отставая и не сводя с хозяина глаз. Виктор побежал вперед и сделал знак пилоту, чтобы тот заводил вертолет. Вертушка уже вовсю вертелась, когда носилки втащили внутрь. Арчи без приглашения запрыгнул в вертолет и сел возле носилок.

Вертолет взлетел и быстро набирал высоту. Виктор взял зятя за руку и тихо нашептывал:

— Ты сделал это, Артем! Не могу поверить, но ты смог… Теперь все будет хорошо. Ты главное держись…

***

Артем видел свет. Золотисто-белый он искрился звездами. Из света вышли Катя с Лизой. Они улыбались. Но когда Артем хотел сделать шаг навстречу, Катя подняла руку, что означало стой. Рот ее оставался закрытым, но Артем слышал, как она говорила.

— Мы скучаем любимый… но твое время еще не пришло.

А затем Артем услышал грубый мужской голос:

— Разряд!

Артем открыл глаза. Над головой светила яркая лампа. Вокруг суетились люди. По телу, словно жидкий металл, растекалась боль. Все это появилось на мгновение, а затем пропало. Артем провалился в темноту.

Эпилог

Одиночество — страшная штука. Неосязаемое, невидимое, неслышимое, оно всегда рядом, и готово въесться в твое сердце смертоносным паразитом в любую минуту. Лекарство от одиночества — люди, в частности семья. А иногда и животные.

Примерно такие мысли посещали Артема, пока он наблюдал, как Арчи носится по песку и гоняет чаек. Морские волны заворачивались в рулеты и шумно разбивались о песчаный берег. Легкий бриз шелестел пальмовыми листьями. Воздух наполнял аромат уходящего лета.

Арчи надоели чайки, и он, весело виляя хвостом, подбежал к хозяину.

— Что никак не догнать этих крылатых воришек? – улыбнулся Артем.

Арчи буркнул, что верно означало: «Ну их в лес». Он лег рядом и положил голову на здоровую ногу Артема.

Прошел год с того момента, когда Виктор нашел Артема почти мертвого в лесу. Раны, нанесенные волками, давно затянулись, оставив после себя лишь безобразные шрамы. Хромота же осталась с ним навсегда, так как он вовремя не долечил ногу. Но его не особо это волновало. Через юристов Артем совершил хорошую сделку с авиакомпанией — он не подает никаких исков, а они выплачивают единовременно крупную сумму. Этих денег Артему хватит, чтобы прожить до глубокой старости, ни дня не работая. Так что, чем заработать на хлеб ему думать не приходилось. На эту сумму он купил дом в Калифорнии. Самый близкий к океану, который только нашел. И теперь каждый день наслаждался невероятно красивыми закатами.

Но все это не имело значения. Важно было то, что Артем наконец примирился с Богом. Да тот послал ему тяжелые испытания, но Артем преодолел их и навсегда сломал печать смерти, наложенную при рождении. Ведь он смог! Он нашел Арчи и вытащил из беды.

Или же это Арчи спас его? Виктор рассказал, как они собирались возвращаться, но в последний момент увидели Арчи, призывающего на помощь.

— И это во второй раз… Я же с тобой никогда не расплачусь, — пошутил Артем и почесал за ухом любимца.

«Как бы там ни было, мы живы, и это главное…»

Солнце начало тонуть в море и окрасило все вокруг в ярко-оранжевое. Артем встал и отряхнулся от песка. Бросив последний взгляд на огненный океан, он обернулся, чтобы уйти, но чуть не наткнулся на девушку.

— Извините, я вас не заметил… — начал он, но когда рассмотрел девушку внимательнее, глаза его округлились. – Лиля?..

— О… — только и смогла выдавить из себя она.

— Вот так встреча, — улыбнулся Артем и бросил взгляд на маленькую девочку, что тянула руки к Арчи.

— Соня, нет. Сначала надо спросить разрешение у хозяина, вдруг она кусается.

— Нет, нет, не бойтесь. Арчи совсем безобидный, — а сам вспомнил, как тот безжалостно перегрызал глотки волкам. Но ведь то была защита и вопрос выживания… Он никогда бы не сделал подобного с людьми, если они, конечно, не угрожают его жизни.

Лиля отпустила девочку, и та радостно подбежала к Арчи. Он лизнул ее в лицо и, та звонко рассмеялась.

— Не знал, что вы тоже здесь, — сказал Артем.

— После того как я похоронила… — голос дрогнул, и она запнулась.

— Вам незачем рассказывать, — поспешил остановить ее Артем.

— Нет-нет, все в порядке. Уже больше года прошло, а я только еще начинаю отходить и учиться жить заново.

— Понимаю… — все в лице Артема говорило о неподдельном сочувствии.

— Так вот. Похоронив мужа и детей на родовом кладбище в России, мне стало совсем тоскливо. Только после похорон я начала осознавать, что больше никогда их не увижу… Прожила первый месяц у сестры, и, наверное, вы думаете, что лучше бы я там и осталась – все же родная кровь и есть кому утешить… Но я не могла. Там мне все напоминало о моих мальчиках, — голос ее снова дрогнул, но она продолжила. – Останься я там дольше, не знаю, что стало бы со мной. Наверное, зачахла бы навсегда. Авиакомпания, чтобы обойтись без суда, заплатила мне большую сумму, и я улетела. Не скажу, что стало легче, но новая обстановка все равно отвлекает.

Артем коснулся ее руки. И это прикосновении утешило больше, чем любые слова. Лиля бросила взгляд на Арчи, который лег, чтобы Соня могла его погладить.

— Значит, спасители все-таки нашли вашу собаку? – спросила Лиля, смутно припоминая, что Артем говорил, когда она однажды перед вылетом в Россию решила навестить его.

Артем скривил лицо от неудовольствия, но вспоминать весь тот кошмар не хотел и уж тем более рассказывать.

— Вроде того, — сказал он.

Солнце скрылось за водной гладью, и наступили сумерки.

— Сейчас совсем стемнеет. Давайте я вас провожу, — предложил Артем.

— Хорошо. Только перейдем на ты.

Артем развел руками – никаких проблем.

Оказывается, они жили всего в паре километров друг от друга. И Артема очень удивляло, что они до сих пор не встретились. «Возможно, мы еще не были готовы» — подумал он. Дорога заняла двадцать минут неспешной ходьбы. Но за эти двадцать минут они успели узнать друг друга лучше, чем некоторый семейные пары за двадцать лет. Их объединяло горе – оба потеряли семью, и они вместе пережили страшную катастрофу. А общее горе всегда сближает людей.

— Ну вот мы и пришли, — сказала Лиля, когда они остановились у небольшого двухэтажного дома, ничем не отличавшегося от всех соседних. – Зайти не предлагаю, но… Может, мы еще встретимся?

Внутри у Артема загорелся огонек. Огонек, который позже разрастется в пламя и изгонит одиночество из сердца навсегда.

«Печать сломана, не бойся…» — подумал он, а вслух сказал:

— С удовольствием, — и пожал слегка дрожавшую руку.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге