Жертва

Глава 1

Макар Григорьевич силился улыбнуться, держа в слабеющих с каждой секундой руках ладонь Лизаветы. Сегодня она венчалась с Василием – местным текстильным фабрикантом.

В прошлом её жених был статным красавцем, осыпавшим своё имя славой на полях сражений Крымской войны. Но лучшие его годы закончились ещё во времена правления Александра II. Сейчас же он был грузен, неповоротлив, лицо его покрывали рытвины, что остаются после оспы, а узкий шрам пересекал правую щёку. Голову мужчины венчал неизменный цилиндр, ввиду практически полного отсутствия волос. Маленькие мышиные глазки вечно бегали из стороны в сторону, активно анализируя и оценивая стоимость окружающей обстановки. От былого интересного мужчины остался только высокий, по тем временам, рост и офицерская выправка. Вернувшись с войны победителем, он вложил весь свой полученный капитал в местную мануфактуру, выпускающую множество видов тканей, но специализирующуюся на равендуке разных сортов. Василий считался завидным женихом.

Теперь отец смотрел на свою красавицу дочь, у которой всё утро стояли слёзы в глазах. Она утверждала, что это от волнения и счастья, которые, якобы испытывала сегодня. Но он многое повидал на своём долгом веку, и понимал, что она не говорит ему всей правды. Несмотря на болезнь и старческую слабость глаз, ум его оставался острым, как в молодости.

Сейчас мужчина потратил последние сбережения для того, чтобы Лиза в этот день была ангельски прекрасна и мила, хотя при её внешности это не требовало больших усилий. Денег как раз хватило на закрытое платье цвета слоновой кости из муарового шёлка, да на лёгкое облако фаты, длиной не больше трёх локтей. Когда она вошла в комнату, Макар Григорьевич как раз читал Псалтырь, а именно возносил просительные молитвы, дабы его единственная дочь была счастлива и любима в браке. Он надеялся, что девушка не заметила очередного кровавого пятна на его платке, который спешно положил на книгу рядом с очками. Ему не хотелось волновать её в этот важный день.

А день для неё был действительно важным. Лизавета Макаровна приняла это тяжёлое решение, когда отец первый раз сплюнул кровь в платок, и врач сказал ей после осмотра, что кроме гор Кавказа с его минеральными водами и благостным солнцем, ему теперича ничего больше помочь не сможет. Лиза была поражена этими словами - таких сбережений в их семье не то, что не было, и не водилось отродясь. Но после того, как она несколько лет назад потеряла мать от холеры, девушка не могла теперь ещё лишиться и отца.

Первое время папеньке помогали пилюли из смеси кардамона, морского лука и аммониака. Также врач советовал принимать настои наперстянки и цикуты. С последним следовало быть особенно осторожным, ведь это было самое ядовитое растение в мире. Пары капель хватало, чтобы снять приступы кашля и немного успокоить родителя. Девушка тщательно выполняла все рекомендации врача, ворох лекарств виднелся за отцом на столике, а она следила, чтобы он принимал их все вовремя, не пропуская ни одного. Но имевшиеся деньги подходили к концу, да и организм, по словам врача, больше не отзывался на такое лечение. Поэтому ей ничего не оставалось, как принять предложение давно оказывающего ей знаки внимания престарелого Василия. После того, как он услышал согласие, сорвавшееся с её губ, тут же договорился со священником о венчании, выбрав ближайшую возможную дату, будто боялся, что она передумает. Если бы она могла...

Сейчас Лизавета стояла, чувствуя еле теплящуюся жизнь в своей ладони. Она смотрела в трёхстворчатое окно, где видела подъездную дорогу, на которой её ожидал экипаж, рядом с которым нетерпеливо расхаживал будущий супруг. Он не стал подниматься вместе с ней, оставив девушке возможность попрощаться с отцом - ведь сюда она больше не вернется - чем несказанно обрадовал её. Лиза никак не могла отнять руки от отца и двинуться навстречу уготованной ей судьбе. Глаза предательски заволокло слезами, и она старалась не шевелиться, чтобы они не сорвались с ресниц, и не упали на её прекрасное платье - последний подарок отца. Девушка пыталась улыбнуться отцу, но это было тяжело сделать, постоянно видя перед глазами безрадостные картины своего ближайшего будущего.

Она последний раз окинула взглядом скромное убранство комнаты родителя: желтоватые дешёвые обои; ширма, за которой стояла отцова кровать, где он временами метался в горячечном бреду; над ложем висела икона Богородицы в богатом убранстве; рядом стоял столик со склянками и порошочками. Завершало картину отцово кресло, в котором он проводил большую часть времени. Отец... Такой слабый, измождённый болезнью и с вечно мёрзнущими ногами, сейчас завёрнутыми в тёплый плед. Он сидел и бормотал ей что-то успокаивающее, хотя она не слышала ни слова.

Ей оставалось сделать последний шаг. Она была обязана осуществить задуманное. Девушка должна была совершить подвиг, ради родного человека. Лиза резко выпрямилась, хотя казалось, что быть прямее уже не возможно, улыбнулась отцу и нежно поцеловала его в лысую макушку. Теперь всё. Настало время быть сильной.