Ж..ртва созвучий

Глава 1

Соседи – они не только там, наверху, но и рядом, в соседнем офисе, а то и за противоположным столом.

Была у меня коллега, назовем ее Анжелой, крутобедрая дама в возрасте от девушки до женщины – то есть по-нынешнему около сорока. Ярко окрашенная, разговорчивая, из породы во всякой бочке затычка, Анжелочка, будучи в скромной должности инженера, была весьма улыбчивой… э-э-э… ну ладно, девушкой. Меланхоличную Зулечку на ее фоне никто не замечал; между тем, когда Зуля явилась с новой прической – просто убрала волосы наверх, чем открыла враз похорошевшее личико, – серпентарий разахался: оказалось, с тихони Зули можно картины писать.

Попутно выяснилось, что у Зули молодой, на девять лет юнее, супружник, а потому оголять скульптурное личико ей нет необходимости. На следующий день она снова развесила по щекам прямые, без малейшей игривости пряди, растеряла половину привлекательности и превратилась в прежнюю унылую офисную моль.

Анжела красила волосы в два цвета, накладывала макияж в несколько слоев, отчего ее мордочка, в свою очередь, теряла половину привлекательности, смахивая на погребальную маску, однако Анжела пребывала в полной неуверенности в своей красоте, а посему не могла остановиться. Сомнений ей добавляла и изрядная полнота, но если начальница Фраля Балаковна была просто толстой теткой с некогда фарфоровым, а теперь оплывшим личиком, то у Анжелы имелись и талия, и внушительный бюст, чьи сокровенные прелести она порой приоткрывала – на беду заблудшим мужеским инженерным душам, – и не менее внушительные чресла, под которыми кресло еще не трещало, но уже робко постанывало. Четвертой в комнате была фаворитка Балаковны Оленька, смешливая, злобненькая и чуть менее крутобедрая, чем Анжела, девица. Оля обладала двумя талантами: она умела смешить начальницу и подставить ближнего, отчего все успехи офиса ставились ей в заслугу, а все неудачи – в вину остальным.

Но нет ничего вечного на Земле, и однажды пришлось проводить на пенсию рыдающую Фралю Балаковну, причем маленькая Оля подхныкивала ей в тон, а девицы усиленно изображали отчаяние, и никаких сомнений не возникало, кого еще более вышестоящий начальник (по совместительству муж Балаковны) поставит во главе осиротевшего офиса.

Однако нет беспредельной незыблемости и в более высоких инстанциях, и молитвами уже шести отделов и четырех офисов убрали и Фралиного супруга, а Олечка совершила фатальную ошибку: ушла в отпуск по графику – и крайне не вовремя. Новый начальник, сухой и поджарый, с недовольством косился на Анжелин бюст, но, поскольку та замещала Олечку, дела офиса он принимал из ее рук. А так как талантов у Анжелы имелось ничуть не меньше, успехи отдела она безмятежно приписала себе, а промахи – фаворитке Балаковны, кою и обскакала в последнем предвыборном туре на две головы. Когда Оля вернулась, все ее надежды сесть на Фралино место развеялись. В отпуске она потеряла не только лишние килограммы, но и апломб.

Подсидев конкурентку, Анжела построжела, подобрала крупные губы на манер Джозефины из фильма «В джазе только девушки» и перестала улыбаться не только новообретенным подданным своего небольшого, но все-таки королевства, но и посетителям конторы. Те жаловались на отборный мат со стороны новой руководительницы и стенали:

- Ох нет, надо было этому козлу Олечку ставить…

История, которую расскажу, относится к тем временам, когда Анжела только что устроилась в наше королевство, и Оля была безусловной вице-царицей, и мастера, заместители, инженеры неиссякаемой очередью тянулись в ее уголок, минуя стол еще милой, еще очень улыбчивой Анжелы. Девушка провожала гостей глазами, болтала еще громче, улыбалась зазывнее… тщетно.

Однажды, когда наплыв посетителей был особенно изобильным, она не сдержалась.

- Петь! Давай ко мне! – прошипела она мастеру, который стоял последним и в некотором изнеможении подпер угол Анжелиного стола. - Чего вы все – к Оле??

Был конец месяца, подбивали бабки, и Петька отмахнулся:

- Анжел, ну, у Оли ж...па-то больше.

Анжела притихла, оглядела чресла и, ради дела готовая на все, хлопнула себя по обширным ягодицам:

- Я бы так не сказала! – раздался ее звонкий голос, и все обернулись. Несколько изумленный Петя приоткрыл рот.

И только тут до Анжелы дошло, что он сказал: у Оли ж опыта больше… В пылу усердия она перевела фразу на обычный бабский язык.