Максим де Потёмкин

Записки душного человека

Пролог

рассказанный от лица Макара Антоновича

***

Не понимаю я стариков. Особенно, эту их привычку умирать. Чего умирать-то? Живите! Радуйтесь жизни! Нет, проще лечь и умереть. Ответственность брать не надо, о будущем думать не надо — взял да и помер! Люди не понимают, что жизнь — великое благо.

***

Как-то был я в гостях. Народ только подтягивался. За столом находилось несколько человек. Один из них, мужичок лет семидесяти, сидевший напротив меня, жаловался на жизнь.

— Отжил я свое… — говорит он.

— И что же предлагаете делать? — вступил я в разговор.

— Только и остаётся, что умереть…

— То есть как это "умереть", извините за любопытство?

— Все мои достижения в прошлом, — продолжал он, совершенно не слыша моего вопроса.

— Так создайте новые достижения. Сидеть и сопли жевать каждый может, а вы рискните — вдруг что получится. Я понимаю, сдался — и проблем никаких. Но жизнь для того и дана, чтобы бороться, сопротивляться. Без неудач не бывает счастья, а счастье — цель каждого человека. Вы меня понимаете?

Но мой собеседник меня не понял. Уткнулся в свой чай и размешивал что-то ложкой. Если человек туповат — никакие советы ему не помогут. Такой человек только и может, что жаловаться на жизнь. А я вновь совершаю старую ошибку: стараюсь вытащить таких людей из бездны уныния.

***

Среди пришедших гостей объявилось такое ничтожество, что я даже имя ему давать не буду — настолько это ничтожество. И как же меня раздражает, когда его слушают с раскрытым ртом да с таким тупым выражением на лице: "ну-ка, ну-ка, чего же интересненького он нам сегодня приготовил?". Так и хочется иногда встать и закричать, стуча кулаком в грудь:

— Чего вы смеетесь над шутками этого подлеца? Вот! Умный человек сидит. Начитанный, образованный. Давайте его о чём-нибудь спросим? Он нам много интересного расскажет. А этот… Только и может, что анекдоты травить. Достали уже эти анекдоты! В печонках сидят!…

Но я сижу тихо. Не высовываюсь. Знаю, что будут смеяться, не воспримут всерьёз — это самое страшное. Припоминать будут — это ещё страшнее… Специально ведь сел у окна. Думал солнечный свет подчеркнет мой негласный статус лидера компании, а вот как вышло. Ничтожество, что сидит в тени, привлекает гораздо больше внимания.

Умные тянутся к свету, дураки — к тени…

***

Я ищу повод вклиниться в разговор, вставить что-то остроумное, чтобы не забывали меня, чтобы помнили: я — тут! Напрасные усилия. Ничего не приходит на ум. Я в панике. Скоро все решат, что я пришел к ним чай попить. Не хочется показаться нахлебником. Я ведь к чаю конфет принес. Сидят, довольные, лопают мои конфеты, слушают анекдоты этого засранца. Нужно сказать что-то умное, показать им, что не просто так сижу.

Я тихо шепчу себе под нос: "Да, Древний Рим был великой державой…".Гениальный ход. Прозвучало достаточно громко, чтоб услышали все, кроме ничтожества. Жду реакции. Полный провал. Никто не услышал. Дышать становится всё труднее. Я помешиваю чай ложкой, чтобы успокоиться. Почему меня не замечают? Меня, умного и доброго человека.

***

Навыки коммуникации — это полезно, но сегодня я устал. Вскоре я ушел домой. Дома я продолжаю злиться, но недолго. Стою у зеркала и повторяю: "Общество ещё не доросло до таких людей, как мы". Людей глубоких, начитанных, интеллектуально одарённых.

Нас любят называть "душнилами",не задумываясь о подлинном значении этого слова. Душнила — это человек, который имеет критический взгляд на действительность; способный размышлять и рассуждать, он во всём ищет правды.

Прогнившие в серости обыватели старательно нас не замечают. Мы напоминаем им, что жизнь — не малина, что жизнь наполнена страданиями. Обыватели много думают о мишуре. Для каждой вечеринки они готовы покупать новый комплект одежды, который после выбросят на помойку. Пускать пыль в глаза — дело их жизни.

Иногда я бываю на таких вечеринках, смотрю на танцующих людей, и думаю: вот бы потолок обвалился и всех их придавил за то, что они над хорошим человеком издевались.

Пора садиться за записки.

Записки

Современное искусство — это канализация.

Сейчас ценность художника определяется его известностью. Важно уметь подать себя, привлечь внимание. Рисовать — второстепенное.

Это актуально для всех видов искусства: музыка, литература, кинематограф. Знаменитости соревнуются друг с другом в эпатаже.

В обществе кричащих людей выделяется тот, кто молчит.

"Гораздо больше труда уходит на перетолкование толкований, чем на толкование самих вещей, и больше книг пишется о книгах, чем о каких-либо иных предметах; мы только и делаем, что составляем глоссы друг на друга. Комментаторы повсюду так и кишат, а настоящих писателей — нехватка".

Эти слова оставил Мишень Монтень в XVIвеке.

Сыпать цитатами позволено только классикам. Им простят любые противоречия. Попробуй скажи что-то умное, когда ты молод. Тебя съедят живьём.

Сравнивать классическую литературу с современной — бессмысленно. Классика проверена временем. XIX век — это тысячи творцов, среди которых уцелели единицы. Судить о современной литературе можно не раньше, чем через пятьдесят лет.

Автору не следует окружать себя толпой почитателей — это мешает росту. Страх критики — признак слабости. Писатель, если он хочет развиваться, должен прислушиваться к любому мнению, вне зависимости от того, есть у критикующего диплом филолога или нет.

Автору не следует подражать манере XIXвека и писать нарочито витиевато. Упрощай там, где это возможно, и не усложняй, если в этом нет необходимости. Следует искать баланс между этими двумя крайностями и поменьше любоваться собой — думать нужно о тексте, а не о себе.

Обыденность наполнена красками. Нельзя описывать её скучно.

Интересный и вкусный — бестолковые слова. Они ни о чём не говорят.

Не существует и не может существовать правильного мнения о книге. Каждый волен понимать произведение по-своему.

Жан-Люк Годар как-то сказал: "Ван Гог важнее плотника, который сделал ему мольберт, даже если этот мольберт был сделан идеально". Раньше меня очень прельщала эта фраза. Но что будет делать Ван Гог, если плотник таки не сделает ему мольберт?

Я не брошу читать Толстого только потому, что в личной жизни он был тираном. Важно отделять личность от его творений.

Страдающий творческий человек — это обывательский миф. Человек не обязан страдать, чтобы создать шедевр.

Смотря какой-нибудь старый фильм, я обращаю внимание на задний план, на актеров массовки. Имена этих людей даже не указаны в титрах. Мне нравится представлять, как сложилась их жизнь потом. Так и представляю себе лысого старика в кресле-качалке, который собрал всю родню вместе, чтобы показать фильм, в котором он принял участие шестьдесят лет назад. Видите того парня, который несет корзину с фруктами? Это я.

Я люблю смотреть фильмы в оригинале с субтитрами. В этом нет ничего сложного.

Мне не нравятся люди, что гордятся своим широким словарным запасом. Люди, что называют сахар белым ядом, но продолжают класть его себе в чай с противной ухмылкой.

Соседи, круглый год делающие ремонт. Закон это никак не запрещает. Почему-то считается, что выходной день — повод пилить, стучать, сверлить. Как гласит древняя китайская пословица: когда в голове пустота — человек делает ремонт.

Я считаю, что за терпение мне, как соседу, должны выплачивать компенсацию — и чем выше уровень шума, тем выше компенсация. Сам я ремонт делать не собираюсь. Максимум, что мне нужно — раз в год забить гвоздь в стену, чтобы повесить картину.

Бездарность считает, что литература умерла.

Самая банальная игра слов: "муж пил и бил жену". Авторы второсортных романов верят в магическое свойство этой фразы.

"Хорошему товару реклама не нужна", - считает человек, который ничего не смыслит в рекламе.

"Чтобы достичь успеха — нужно родиться в правильном городе", - любимое оправдание неудачника.

Никогда не понимал выражения: "Он увёл мою девушку". Девушка — не овца и не собака, чтобы её мог привязать на поводок и увести любой желающий. У неё есть выбор, представьте себе.

Фраза из газеты: "Они убивали даже женщин и детей". Никто никогда не напишет: "Они убивали даже мужчин".

За полтора века в России мало что изменилось. По крайней мере, в философском дискурсе.XIX век — это война "западников" и "славянофилов". Нынче они называются либералы и ура-патриоты. Первые обожают запад, вторые — ненавидят. Извечная борьба жабы и гадюки.

Я считаю, что нужно видеть не только черно-белое, а реальную картину мира. Поэтому я не причисляю себя ни к одному из политических течений — их последователи ограничены.

Наши ура-патриоты верят в исключительное богатство русского языка. В этом вопросе они ссылаются на знаменитую цитату из американских лекций Владимира Набокова, где тот упоминает, что русское словоtoskaнельзя корректно перевести на английский — того самого Набокова, которого они считают педофилом за публикацию "Лолиты".

Я же верю, что нет языков бедных, все языки по-своему богаты. Каждый обогащен своей собственной историей и культурой, но это не делает его ни лучше, ни хуже остальных. Только глупый человек может ставить "своё"всегда выше "чужого".

Иностранный язык нельзя выучить. Родной — тоже. Нет той черты, по достижении которой можно уверенно сказать: "Я знаю язык на все сто процентов".

Моё любимое слово в русском языке: "который". Меня откровенно раздражают наши сложные окончания на "-щийся".Карабкающийся, носящийся, вьющийся и так далее. Прошедшее время женского рода это вообще ужас: карабкавшаяся, носившаяся, вившаяся.

За что нам такие окончания? Ни произнести, ни записать толком. Я в редком случае напишу" вившаяся" или "носившаяся", скорее "которая вилась" и "которая носилась".

Но есть у моего любимого слова один недостаток — оно слишком длинное. Ладно бы нам, как во французском, простое и лаконичное qui (ки).Конечно, во французском и своих загонов хватает (все эти "лишние" буквы), но родное сердцу "который" кое в чем таки побеждает коллегу — перед "который" всегда ставится запятая, а я запятые просто обожаю. Мне нравится, как элегантно они вырисовывают структуру в предложении.

Из двух девушек всегда выбирайте иностранку.

Иностранец — это символ. Статус "иностранца" наделяет человека мифическим свойством. Национальность превращается в черту характера, повод для пересудов и сплетен.

В другой стране ты выделяешься уже просто потому, что не такой, как остальные. Люди судят о тебе через призму стереотипов. Тебя могут осуждать, а могут оправдывать.

Когда я думаю о Франции, всегда вспоминаю Сальвадора Дали. Он — идеальный француз. Я знаю, что он каталонец, но это не имеет значения. У него французские усы.

Новость:"Мужчина убил любовника жены". Спрашивается, почему не жену? Он сядет в тюрьму, она найдет другого.

Забудьте о таком понятии, как "настоящий мужчина".Это манипуляция.

Детские сказки воспитывают в девушках подстилок патриархата. Добрая, бесхарактерная героиня всегда добивается своего. Наглая и настойчивая получит роль злой мачехи.

С чего вы взяли, что летающие автомобили — это прогресс? Они и на земле умудряются столкнуться, а в небе? Я бы не хотел собирать падающие автомобили головой.

Нужно мечтать об экологичном, зеленом будущем. Чтобы везде росли деревья, чтобы люди ухаживали за цветами. По крайней мере, стремились к этому.

Масочный режим — лакмусовая бумажка для общества. Некоторые отказывались носить маску, потому что: "Маска не спасёт от болезни. Она нужна для того, чтобы других не заражать". Каждый считает себя здоровым и заражает других.

Хотите покормить голубя — покрошите ему хлеб, не кидайте целый батон. Что птице делать с огромным куском?

День рождения — самый лицемерный праздник. Весь год тебя знать не знали, а тут вспомнили. Выслушивать все эти натянутые поздравления — что может быть хуже? Наверное, только военный геноцид мирного населения.

Детство — идеальная пора. Тебя удивляет абсолютно все. Например, светофоры. Подходишь близко — они большие, отходишь — маленькие.

Но как тогда узнать размер? Как надо смотреть: вблизи или издалека?

Или вот глаза. Левым глазом видишь одно, правым — другое. Какая из этих картин настоящая?

С годами такие вопросы перестали меня волновать. Но стал ли я от этого счастливее?

Старшее поколение гордится "детством без интернета". Они так рады этому, что пишут посты… в интернете.

Родители — эгоисты. Хотите завести ребенка? А вы спросили у него разрешения?

Ненавижу провинциальную привычку спаивать гостя.

Алкоголик пьёт потому, что жизнь сурова, но жизнь его сурова потому, что он пьёт.

Разговор лучше начинать с хорошей новости.

Почему у жизни должен быть смысл?

Единственный способ стать миллионером — заработать миллион. Единственный способ стать миллиардером — заработать миллиард.

Одно время была мода фотографировать свою задницу, измазанную мёдом. На что ушла жизнь пчелы…

Интроверты любят одиночество. Социофобы боятся людей. Социопатам плевать на людей. Не путайте одно с другим.

Что про наш век скажут через сотню лет?

Эпилог

рассказанный от третьего лица

***

На выходе из магазина Макар наткнулся на бывшую одноклассницу. Они не виделись больше двадцати лет, но сразу узнали друг друга. В ходе разговора, Макар услышало планировавшейся назавтра встрече выпускников — придут все. Выходит, остальных уже позвали, и если бы не эта случайная встреча — никто бы про Макара и не вспомнил.

Во время разговора наш герой поймал себя на мысли, что никогда не видел в этой однокласснице человека. Их внутренние миры никогда не соприкасались, несмотря на долгие годы, проведенные в одном классе. Расскажи она ему о своих достижениях — он не сумел бы ни поздравить её, ни позавидовать.

***

Он мечтал об этом вечере со школьных лет. Макар Антонович, уважаемый бизнесмен, заезжает на территорию школы на своем красном Ferrari. На крыльце уже выстроилась завистливая толпа — его одноклассники, отбросы и неудачники.

Мечты так и остались мечтами. Макар мог часами доказывать собеседнику, что успех не может свалиться с неба, но сам он желал быстрого обогащения. Что-то в глубине души говорило, что ещё немного потерпеть, и наступит "настоящая" жизнь.

Все свои деньги, оставленные на "чёрный день", Макар потратил на шубу — шубу из настоящего меха. Красуясь перед зеркалом, герой представлял себя в образе генерала Кутузова. Эта шуба немного бодрила его, когда он вспоминал об упущеннойFerrari.

***

Макар проснулся к обеду. До вечера встречи оставались считанные часы.

***

Крыльцо школы пустело. Ничего не говорило о назначенном празднике. Неужели над Макаром злобно пошутили? Затаились в кустах, снимают, смеются над ним. Макар огляделся. Никаких кустов поблизости нет — да и ветки все голые. Наш герой толкнул дверь. К его удивлению, та поддалась.

— Куда? - раздался голос вахтёрши.

— Я это… на вечер… встречи выпускников! - дерзко начал Макар.

— А, выпускник. Вам в актовый зал. Только не забудьте шубу снять.

Макар снимал шубу так, как сдирают кожу. Рыцарь остался без доспехов. В своём костюме — белая рубашка, чёрный пиджак — он чувствовал себя голым.

***

Поднимаясь по лестнице, что вела к актовому залу, Макар вспоминал свой первый день в этой школе. Полное безразличие одноклассников показалось ему странным.

В детских книжках о дружбе ребята всегда обступают новенького, задают вопросы. Никто не подходил к Макару Антоновичу, будто он не новенький, а старенький.

Набравшись смелости, он сам подошёл к компании ребят.

—Всем привет… я, кстати, новенький… зовите меня Макар Антонович…

—А мы уже уходим! — бодро заявил один из мальчиков.

— Понятно… ну ладно… — ответил Макар и поплелся к своей парте.

Он еще долго сидел за партой, смотрел на часы, а ребята всё никуда не уходили…

***

— Макарошка, ты чего встал на пороге? — чья-то рука легла на плечо Макара Антоновича. Он сразу узнал этот голос. Данил по прозвищу "а мы уже уходим".

—Да я это… осматриваюсь!

— Вот оригинал! Ну проходи, чего стоишь? Лена, чё он тут стоит, мнётся, чё вы его не зовёте?

— А чё его звать-то? Пусть сам идёт. Мы и не заметили, как-то совсем увлеклись.

Ребята как раз заканчивали расставлять тарелки. От класса на праздник пришла четверть. Макар аккуратно прошёл вперед и сел во главе стола, как бы закрепляя за собой статус негласного лидера компании.

Очень хорошо, что пришел он так поздно, не пришлось с посудой помогать. В собственных глазах Макар Антонович выглядел барином, вокруг которого суетятся слуги. Только вот они вместе, а он — отдельно. Как всегда в отрыве от коллектива.

***

Сколько на столе было всего. И шарлотки собственного приготовления, и пиццы, и салаты, а кто-то даже жареную курицу притащил. Только наш герой ничего не принёс, последние деньги ушли на шубу, которая пылилась в гардеробе.

Макару хотелось как-то оправдаться, но всем, кажется, было без разницы — это безразличие злило его. Но ещё больше злило, что эти люди успели забыть когда-то нанесенные ему обиды. Макар не знал, как отомстить. Вот и пришлось сидеть в сторонке и бубнить проклятия под нос…

Беседа шла в самом разгаре. Вспоминали учителей, забавные случаи, одноклассников, которые не смогли прийти. Плохое не вспоминали совсем, как будто плохого и не было, как будто праздники существуют для того, чтобы веселиться.

***

Игорь: Я вот механиком работаю, машины чиню.

Коля:

Я на заводе, с восьми до пяти.

Славик:

Торгую машинами.

Наташа:

Эти клиенты меня просто достали.

Гоша:

Никогда бы не подумал, что стану поваром, как отец.

Вика:

Мать на пенсию вышла, я вместо неё за цветочным магазином слежу.

Лена:

Я бухгалтером выгодно устроилась.

Макар Антонович:

А вот я птица свободного полета.

Серёжа:

Ты же на юриста вроде училась?

Лена:

Да, училась, только надоело.

Макар Антонович:

Непостоянство — бич нашего поколения. Сегодня хочу одно, завтра хочу другое. Не хочу учиться, хочу жениться. Так что ли? Кажется, что так. Я уж не знаю, где закончит наше общество с таким отношением к жизни.

Вика:

Как летит время. Еще недавно мы учились в школе, а теперь наши дети.

Данил:

Я детей терпеть не могу.

Лена:

Как же так?

Данил:

А вот так! Толку от этих спиногрызов, только деньги на них тратить.

Коля:

Ну ты и циник!

Данил:

Какой есть.

Макар Антонович:

Ремонтник, психолог, флорист — как люди только не обзовут собственное безделие. Что же до детей? Воспитать ребенка — это целое искусство, к постижению которого многие идут годами. Вот потому у меня и нет детей.

Маша:

Но ведь ты и сам был ребенком?

Данил:

Меня и тогда дети раздражали.

Серёжа:

Наверное, это какая-то детская травма.

Коля:

Да что там за травма может быть?

Серёжа:

Травма отверженности, наверняка. Я так-то психолог.

Данил:

Мозгоправ, понятно.

Серёжа:

Как угодно.

Макар Антонович:

Я, знаете ли, птица свободного полета, всегда в поиске, всегда в пути. Да, крупным директором пока не стал, а кто же стал? Легко с высокой колокольни взирать, презирать, а попробуйте влезть в мою шкуру и чего-то добиться? Ну! Сможете? Тут можно привести отличный пример из истории Древнего Рима…

Женя:

Был у меня один случай на работе, вы будете ржать.

Макар Антонович:

Ну-ка ну-ка, давайте послушаем.

Коля:

Давай уже рассказывай.

Серёжа:

А я этот рассказ слышал, не такой он и смешной.

Женя:

Нормальный он. Так вот. Был у нас один тип.

Данил:

Слушайте-слушайте!

Макар Антонович:

Так-так.

Женя:

… И вот этот тип заходит значит к директору, а портфель с собой не взял, а директор ему еще за неделю сказал, чтобы презентация была к сроку готова. И вот он мычит и не знает что сказать, а там все главные собрались, сидят с недовольными лицами, не понимают, что происходит.

Макар Антонович:

А что? Посмеялись над человеком, обмыли ему все косточки и довольные спать легли — или, как здесь, обжираться до поросячьего визга, точно свиньи. Вот он, венец творения человечества. Мне жаль людей, которые могут найти счастье только на дне бутылки. И хоть бы один нет да встал и сказал: "Чего вы смеетесь над шутками этого ничтожества. Вот! Образованный человек сидит, начитанный, умный, понимающий, давайте его о чем-нибудь спросим, он нам интересного расскажет". И хоть бы один спросил, увлекаюсь ли я историей Древнего Рима…

Данил:

Макарошка, а ты всё про Рим свой вспоминаешь?

Макар Антонович:

Да, вспоминаю, чему рад и чем горд. Не всякий, как я, способен, выбрав увлечение, пронести его через всю жизнь. Чаще люди меняют увлечения, как перчатки, им не хватает усердия и постоянства, чтобы доводить начатое до конца. Проще гоготать, веселиться, закрывать глаза на проблемы человечества и устраивать праздники. На большего ума многим не хватает. Да и есть ли у них ум?

Коля:

Ну какой же он Макарошка? Это как-то не современно. Макарун! Во как придумал.

Женя:

Какой ещё макарун?

Коля:

Печенье такое. Миндалевое.

Данил:

А, это ты классно придумал. Ну слушай тогда, Макар Антонович, больше Макарошкой тебя дразнить не буду. Отныне ты у нас Макарун.

Женя:

Звучит как обезьяна какая-то.

Коля:

Нет-нет. Это правда печенье такое.

Макар Антонович:

А я отвечу. Нет ума у таких людей. Нет. Нет — и точка! Крошки есть вместо мозгов, это да, а большего нет. Телевизор есть, компьютер — большего не надо. Умных личностей слушать в обществе не принято. Проще послушать бездарей, которые анекдоты рассказывают. Это ведь так весело! Так смешно! Ха-ха-ха. Как нам весело, как весело!

Лена:

Мальчики, ну зачем вы с ним так?

Серёжа:

Да мы же шутя.

Данил:

Вот именно. Нечего обижаться. На обиженных воду возят.

Макар Антонович:

А весело нам потому, что в мозгах у нас пустота! Но вы потерпите, я вам отомщу, обязательно отомщу, покажу вам, кто тут человек культуры. Вот отсюда веселье и берется, вот отсюда вся главная суть и есть, вот так, а вы все идиоты, уж извините, не мог я вам сказать незаметно, намеком, так сказал прямо вам козлам недоразвитым, идиоты вы все и умрете как собаки под забором, потому что лучшей участи вы не заслуживаете. Жребий брошен. Попомните мои слова.

Вика:

Вот смотрю на вас всех и поверить не могу, что двадцать лет не виделись.

Маша:

Двадцать два года, если точнее.

Вика:

О, уже двадцать два.

Данил:

А те, кто после девятого ушли, так все тридцать.

Серёжа:

Ну! Не выдумывай.

Лена:

Давайте что ли совместное фото сделаем.

Макар Антонович:

Потому что такой человек, как я, он иначе не может. Его не завлечь тупыми анекдотами. Он понимает, что люди вокруг него — пустота. Нищие, бездуховные, тупые. Как бараны, как овцы, а меняться не хотят. И твердят, твердят свои анекдоты, пока голова не лопнет. Уж извините. Гусь свинье не товарищ. Оставайтесь в своей грязи, в своём болоте, а я улетаю. Улетаю подальше от этих мест, где балом правят глупость, серость и криминал…

***

Присутствующие удивленно смотрели на Макара Антоновича. Развалившись на стуле, он что-то шептал, будто переговаривался с невидимым собеседником под столом. Можно было предположить, что он разговаривает по телефону, если бы не руки, которыми он активно размахивал из стороны в сторону, точно пытался взлететь.

Ничего не соображая, ничего не видя перед собой, Макар выскочил со стола, едва не уронив несколько тарелок, и выбежал из актового зала. Ребята, кто-то бегом, кто-то быстрым шагом, последовали за ним, но, когда они вышли в коридор, никакого Макара Антоновича уже не было.

FIN

Спасибо за чтение

Вернуться к книге