Забытые мечты

Глава 1. Забытые мечты

- А я не считаю это искусством! Это… это насмешка! Вот искусство: Рембрандт, Шишкин, да хотя бы и Дали. А твой обожаемый "Чёрный квадрат" - отличный пример того, как какую-то фиговину можно представить в виде шедевра благодаря известности и деньгам. И всё! - Лаура ткнула пальцем в грудь собеседника и повторила: - И всё!

- У тебя просто примитивный взгляд на современное искусство, - развёл руками оппонент. - Ты воспринимаешь только то, что тебе понятно, а ...

- То есть я глупая? - взвилась девушка. - То есть ты считаешь меня недалёкой? Давай, Карлос, так и скажи: ты глупая, Лаура, и ничего не понимаешь в искусстве!

- Но ты и правда не понимаешь... - едва Карлос произнёс эти слова, как Лаура сбросила с плеч его куртку и с размаху швырнула её на землю.

- Знаешь, что я тебе скажу, мой милый? Пошёл ты! - и девушка быстро, как только позволяли высокие каблуки, пошагала прочь по вечерней аллее.

- Лаура!

- Не вздумай за мной ходить, понял? За кем-нибудь другим побегай, за какой-нибудь зубрилкой, которая "понимает в искусстве"! - и девушка умчалась, чудом сохраняя равновесие в неудобных туфлях.

Если бы Карлос догнал подругу, то увидел, что вместо обиды и злости на лице её сияет довольная улыбка.

Дойдя до остановки, Лаура со стоном упала на ближайшую скамью и скинула туфли - эти инквизиторские орудия до крови натёрли ей ноги и к тому же были слишком узкими.

Ну почему даже в проекции туфли не могут сесть идеально? Реалистичность программы каждый раз изумляла, хотя Лаура провела здесь целую вечность.

“В следующий раз кроссовки надену,” - подумала девушка, - “Карлосу всё равно, хоть голая приду. Кстати, это было бы забавно,” - хихикнула она. - “Жаль, по правилам нельзя.”

Время от времени Лаура смотрела в сторону аллеи, но Карлос не появлялся. Она знала, что любимый не придёт, но всё же каждый раз сердце привычно сжималось от неутихающей надежды.

Звякнул старенький трамвайчик, и Лаура, как была босиком, запрыгнула в дребезжащий вагон. Бежевые туфли так и остались лежать под закатным солнцем.

- Лаура? Я сразу понял, что вы и есть та самая удивительная девушка, о которой рассказал наш клиент. Это вам, - широко улыбаясь, курьер протянул букет пахучих белых лилий. Лаура закрыла глаза, наслаждаясь головокружительным ароматом, и в который раз удивилась, как Карлосу удалось тогда так быстро организовать доставку цветов - после ссоры в парке прошло едва ли двадцать минут.

Привычным жестом нащупала в букете конверт. Всё те же слова, ровным, угловатым почерком: “Прости, любимая. Хочешь, я перекрашу Чёрный квадрат в розовый? Или лимонный? Жду тебя завтра в восемь в нашем ресторане. К.”

Лаура прижала послание к губам. Уже два года она не была в их любимом ресторане - без мужа он казался безжизненным и только в воспоминаниях оставался всё тем же уютным, умиротворённым, старомодным местечком.

Пожалуй, хватит ностальгировать, завтра Карлос сделает ей предложение, наверное, уже в тысячный раз.

Нужно привести себя в порядок, сделать макияж, выбрать новое платье. В этот раз пусть будет синее, с соблазнительно открытой спиной, мягкое, струящееся, словно летняя парижская ночь.

- Лаура, любимая, - Карлос взял девушку за руку, немного помолчал, собираясь с мыслями, вздохнул и, глядя ей прямо в глаза, продолжил: - Ты знаешь, как сильно я тебя любил, как сильно я хотел прожить с тобой долгую и очень счастливую жизнь. Завести детей. Построить для тебя дом. Но жизнь порой так непредсказуема...

- Что случилось? - Лаура обеспокоенно огляделась по сторонам, но ресторан привычно гудел праздными беседами и ненавязчивой классической музыкой.

- Лаура, я всегда мечтал только об одном: чтобы ты была счастлива.

- Карлос, что происходит? - сердце Лауры неровно колотилось, словно затихающий дождь стучал в незакрытое окно.

- Стань счастливой, любимая, ради меня, ради нас! Твоя жизнь продолжается, прошу тебя, живи, - муж поцеловал её руку и вышел из ресторана.

Что происходит? Что происходит? Что...

С пронзительным криком Лаура вскочила, перевернув кресло, и сорвала с себя проекционные очки.

- Какого чёрта это было? Это не мои воспоминания, это какой-то сбой в вашей хвалёной программе! Или вирус! По вашему недосмотру! Вы понимаете, что нанесли непоправимый вред моей психике? Я ваше долбаное агентство затаскаю по судам и разорю к чёртовой матери!

Сотрудник АПВ* слушал Лауру, растерянно крутя в руках проекционный планшет с её воспоминаниями - вставить хоть звук в яростные потоки брани было невозможно.

Внезапно, оборвав себя на полуслове, Лаура разрыдалась. Тоска, злость, все невыплаканные слёзы разом хлынули наружу. Потолок медленно поплыл, пол под ногами закачался, словно Лаура оказалась на яхте, как тогда, в Ницце, во время медового месяца. Тогда они ещё не знали, что им осталось совсем немного, что болезнь Карлоса уже перешла в последнюю стадию, что его уже невозможно спасти, но они этого ещё не знали, они плыли на маленькой яхте по бирюзовым волнам, смеялись над крошечным Коди, который боялся морских брызг и громко лаял, если его окатывало водой, и строили поистине наполеоновские планы на жизнь, с тремя детьми и большим домом на побережье…

Лаура пришла в себя в тихой уютной комнатке для персонала, сотрудник агентства сидел рядом и успокаивающе гладил её по плечу.

- Эта проекция была перезаписана по просьбе вашего мужа, миссис Феличи, незадолго до его смерти. Вот документы. Он попросил показать эту версию на третью годовщину его кончины, если вы придёте сюда. Там в конце послание для вас, - мужчина протянул Лауре прозрачную пластинку проектора и вышел.

Согласие на проекцию, внесённые поправки, оплаченные счета - она быстро пролистала документы. Вот и видеописьмо.

До слёз родное, измождённое длительной болезнью лицо Карлоса, его любимая клетчатая рубашка, а вот и Коди тычет носом в камеру. Коди умер вскоре после Карлоса, наверное, от тоски. Так же, как умерло и её сердце.

Лаура прибавила звук.

"Милая, привет. Ты сейчас наверняка не в себе после последней проекции и вряд ли поймёшь, что я хочу тебе сказать. Посмотри это видео потом ещё раз, ладно?

Знаешь, что было моей мечтой с момента нашего знакомства? Я хотел, чтобы ты была счастлива. Каждый день, каждую секунду! Счастлива безудержно и шумно, счастлива тихо и уютно, чтобы ты чувствовала радость всюду, где бы ни была. Счастлива и за меня тоже! Счастлива вдвойне!

Мне так жаль, что я не смог исполнить эту мечту до конца, прости.

И если ты смотришь эту запись, значит, ты тоже не смогла. Спряталась в воспоминаниях, бросила себя и наши мечты.

А ведь ты обещала, помнишь? В маленьком лесном домике под шум ночного дождя. Это был невероятный август, самый счастливый.

И я прошу тебя, Лаура, исполни мою мечту, стань счастливой, как тогда, в августе. Обещаешь?"

- И посетить Эрмитаж - надо наконец тебя окультурить, ха!

- Милый, у меня бутылка вина в руке, лучше не зли бескультурную женщину.

- Всё, всё, прости. Но Эрмитаж оставляем, хорошо? Так, что дальше?

- Моя мечта: увидеть Большой Каньон. И ещё: весь день смотреть классные киношки, прямо в постели есть пиццу и пить томатный сок с солью, вот!

- Ну ты и извращенка. Меня быстрее убьёт томатный сок, а не эта болячка.

- Скорее мы убьём твою болячку. Сразу всё бросим и уедем! Сколько там уже?

- Девяносто четыре.

- Ого! Как думаешь, успеем до конца жизни?

- До конца чьей?

- Обеих. У нас ведь две жизни: твоя и моя.

- Успеем. Так, теперь клятва.

- Мы, Карлос Феличи и Лаура Феличи, обещаем исполнить все наши мечты из этого списка до конца жизни. Клянёмся хвостом Коди. А иначе не видать нам пиццы. Во веки веков.

- Скрепим кровью?

- Лучше вином. Где бокалы?

Голос любимого мужа такой неизбывной болью звенел в душе Лауры, что трудно было дышать. Она ещё долго плакала в полутёмной тишине, а потом попросила удалить её проекцию с сервера АПВ.

- Коди, безобразие ходячее, а ну иди ко мне! И не лезь в помойку, вот я тебе, - бурчала Лаура, пытаясь разобраться в непонятном маршруте, высветившимся на мониторе навигатора. Неуклюжий большеухий щенок глянул на хозяйку, тявкнул и вытащил из урны полосатый пакет.

- Коди! А ну в машину! - Лаура затащила пса в салон автофлаера, выбрала новый маршрут, подмигнула: - Ну что, погнали?

Автофлаер на мгновение завис над дорогой, а потом рванул с места и помчал на запад. Лаура ткнула в прозрачный экран планшета:

- Ну вот, Большой Каньон посмотрели, вычёркиваем. Отличное начало, правда, Коди?

Она весело улыбнулась, позволила непоседливому спутнику забраться к себе на колени и отложила гаджет в сторону.

На прозрачном плазматике ярко высветились слова "94 мечты Лауры и Карлоса: успеть до конца жизни".

*Агентство Проекционных Воспоминаний

Глава 2. Пёс моего сердца

Пса я нашла случайно. Опаздывала на работу, бежала с остановки и решила срезать через тупичок - там в заборе лаз есть, нырнёшь в него и ты на территории АПВ. А там до входа для персонала рукой подать. Правда, если в том углу кто автофлаер припаркует, то всё, не пройти. Но я решила рискнуть, так и так штраф светил.

И вот в этом тупичке - пёс! Небольшой такой, рыжий, лохматый, сидит в уголке, смотрит.

Я опешила. Вернее, обалдела. Представляете, собака! Ничья! Это уже позже я разглядела, что ни ошейника, ни чипа у него нет. Но и так было понятно, что пёс бездомный, выглядел он грязным, неухоженным, видно, не первый день на улице живёт.

И так мне захотелось его погладить! Я только в детстве собаку гладила, лет десять назад. Мы тогда в Джобс-сити жили, и у соседей был маленький милый пёсик, такса, звали его Джонни. Мне разрешали с ним играть. Какой же он был классный!

Я так мечтала о своём собственном щенке, но собачья лицензия стоит чертовски дорого, у нас не было таких денег. Когда мы переехали, я сильно тосковала по Джонни, и родители в утешение купили мне плюшевого сенбернара, я его даже выгуливала, как настоящего.

И вдруг - такой замечательный, лохматый и совершенно ничей щенок! Я даже взвизгнула от восторга.

Щенок испугался и как рванул в сторону! Молодец Флоренс, испугала беднягу. Наверняка он натерпелся страху, ещё и голодный небось жутко, здесь даже помоек нет, где он кормится? Оставила для него в уголке контейнер с тушёной курицей - свой обед - и бегом помчалась на работу.

Решила завтра пораньше приехать и проведать найдёныша. Кстати, не опоздала - проскочила турникет за секунду до звонка, ура!

Назавтра привезла собачёнышу две миски, воду, корм… правда, самый дешёвый, ну да всё равно еда. Прибежала в тупичок, смотрю, контейнер, вылизанный дочиста, с обгрызенными краями, валяется, а его нет. Я испугалась, что он убежал и больше не вернётся, даже слёзы выступили. Я толком и не спала ночью, всё о щенке думала, как бы было здорово забрать его себе, воспитать как приличного пса, выгуливать на специальной площадке и играть с ним…

Я с детства не очень общительная, друзей у меня нет, так, приятели да знакомые. А чтоб прямо дружить, душой за кого-то болеть - таких нету, да и не было никогда. В школе меня невзлюбили сразу из-за моей инвалидности - я глухая, ношу слуховой аппарат почти с рождения. Дешёвенький громоздкий наушник, потому что на гаджет получше денег у родителей не было. Вечная история… Меня не гнобили, нет, просто избегали, не звали на вечеринки, не разговаривали со мной на переменках, ничего такого. Я была отдельным параллельным миром, сама по себе. Родителей это не особо волновало, они много работали, чтобы хоть немного облегчить моё будущее. Папа и мама сделали всё, что могли - у меня своя собственная квартирка, крошечная, но очень уютная, люблю свою коробочку безумно. Работаю в хорошем месте, в АПВ, клинером проекционных залов, график работы удобный, денег вроде хватает, так что я не жалуюсь и не реву по пустякам.

А тут заплакала, совсем как в детстве, когда с Джонни прощалась.

Потом подумала, может, пёс ушёл пропитание искать? Или воду? Насыпала корм, воды налила, в тенёк миски поставила, подождала минут десять, щенок так и не появился.

Зато на следующее утро захожу в тупичок, он тут как тут - сидит, хвостом виляет, скалится дружелюбно. Я так обрадовалась, что на радостях джигу-дрыгу станцевала, честно!

Правда, близко он меня не подпустил, но пушистым задом так приплясывал, что я засмеялась, очень уж было забавно.

Дней пять я кормила собакена, разговаривала с ним, даже коробку ему притащила, чтоб он от дождя прятался, и наконец он позволил себя погладить. Давно я так не радовалась, правда! Запускала пальцы в его густую шерсть, мягкую, словно пух, за ушами ему чесала, трепала по спине. Так этот хитрец разнежился, на спину шлёпнулся и мохнатое пузо мне подставил. Я снова разревелась, слёзы водопадом, не остановить. Я же понимала прекрасно, что забрать его не могу: лицензия на содержание стоит больше моего годового заработка, а ведь ещё собаку надо к врачам водить, корм покупать, ошейник там, поводок...

И на улице ему оставаться нельзя, найдут бездомного пса и тут же застрелят, никто разбираться не станет, что да почему.

У меня сердце разрывалось от безысходности, а мохнач знай мне лицо облизывает, думает, хозяйку обрёл.

Пришла на работу, лицо от слёз опухшее, глаза красные, прямо жертва слезоточивки, которую полицейские дроны над митингами распрыскивают.

Джеральд, оператор проекций, спросил, всё ли в порядке. Думала рассказать ему про щенка, но осеклась. Вдруг он зачистку вызовет? Хотя вроде дяденька нормальный, только молчит всё время и на меня внимания особого не обращает, но если надо, всегда поможет. Когда я простыла сильно, он два раза уборку в моё расписание не ставил, сам порядок наводил, а мне ни слова не сказал. Потом наша менеджер шепнула: поблагодари, мол, Джеральда, он тебя выручил. Я ему тогда баночку хорошего кофе купила, дорогого, натурального. Джеральд только по плечу меня похлопал и банку эту в общей комнате оставил, чтобы все могли угоститься.

И всё равно не могла я довериться, ни ему, ни кому другому. Боялась за рыжего, решила, сама справлюсь.

Ещё неделя прошла, а решения я не находила. Вернее, оно было одно-единственное: чипировать рыжего да хозяина ему поискать, может, кому и понравится такой вот красавчик неизвестного происхождения. Я фото собакена в анализатор вбила, судя по результату, он был метис, наверное, потому и не нужен оказался предыдущим хозяевам.

Узнала про стоимость чипирования и совсем расстроилась - для меня просто космические деньги. А если кредит брать, так у меня ещё за слуховой аппарат не выплачено. В общем, везде безнадёга. По ночам плохо спать стала, всё мерещилось, что рыжего обнаружили, загнали в угол и...

В общем, решилась: возьму кредит на чипирование и буду искать хозяина, полгодика без выходных поработаю, не страшно, зато мохначу найду дом!

Приезжаю в тупичок, он бросается мне навстречу, на лапы передние припадает, тявкает весело, скачет вокруг мячиком, радуется! Подрос, шерсть я ему вычесала, такой лохматый шар получился, только уши торчат да хвост пропеллером крутится.

Я ему планы свои рассказываю, пёс будто понимает, сидит рядом, голову на колени положил, слушает.

На работу окрылённая примчалась, решение найдено, можно выдохнуть. А ближе к обеду Джеральд мне говорит:

- Флоренс, в тупичке за парковкой собаку нашли. Бобби автофлаер парковал, услышал гавканье, выглянул в дыру в стене, а там бездомный пёс.

- Не бездомный он, мой! - выпалила я, душа в пятки ушла, в ушах дроны зачистки уже вовсю жужжали, ещё секунда - и в обморок грохнусь.

- Твой? - Джеральд очень удивился, позвонил Бобби по внутренней связи: - Бобби, пёс не бездомный, Флоренс хозяйка.

Тут же в комнату набилось человек двадцать, почти вся смена, кто не занят был, смотрят на меня, ждут объяснений - шутка ли, у уборщицы собака собственная!

Как ни страшно мне было, пришлось всё рассказать. Как же я боялась, что они начнут смеяться надо мной, наперебой звонить в службу зачистки или ещё хуже, заставят звонить меня...

Какая же я была дурочка! Сейчас вспоминаю и стыдно: я боялась людей, которые мне помогали, обо мне заботились, а я, привычная к чужому равнодушию, законопатилась сама в себе и совсем этого не замечала.

И пока я приходила в себя, Джеральд организовал всё в лучшем виде. Договорился о чипировании, причём со скидкой - у главного менеджера сестра работала в ветклинике. Все ребята скинулись на процедуры, сфотографировали рыжего и во всех местных сетях дали объявление о поиске дома для моего щенка.

Джеральд потом подошёл ко мне:

- Фло, ты же в курсе, что если за два месяца для пса не найдётся лицензированный владелец, его усыпят?

Да, я была в курсе, но ведь за два месяца точно найдётся, я была в этом уверена на тысячу процентов!

С каждым днём моя уверенность таяла - хозяева рыжему никак не находились. Он жил в приюте, по государственной программе защиты собак, потерявших хозяев. Я несколько раз приходила навестить лохматого, но смотреть в его глаза сил не было: этот вопрошающий взгляд выворачивал меня наизнанку. Я интересовалась у знакомых и незнакомых, писала всем подряд в соцсетях, расклеивала фотографии рыжего на спецплощадках. Бесполезно, безродный пёс никому не был нужен.

Коллеги подбадривали меня, утешали, я улыбалась и кивала: всё будет хорошо, но дни шли впустую. За неделю до окончания срока из приюта уведомили, что такого-то числа в такое-то время рыжего утилизируют в рамках государственной программы бла-бла-бла… Я проплакала всю ночь, на работу приехала чуть живая от переживаний, ребята меня уже не утешали, им самим было горько, но что мы могли поделать?

В тот день в агентстве разразился скандал: буянила ВИП-клиентка. Она кричала на Джеральда, обвиняла его в халатности, сыпала угрозами. В проекции, которую она пересматривала, наверное, в тысячный раз, произошла путаница, которая очень сильно её потрясла. Спустя часа три Джеральд проводил бледную женщину до автофлаера, а после рассказал её историю. Сказал, что у неё умер муж несколько лет назад. И был пёс, похожий на рыжего, он тоже умер. Она очень тяжело переносила своё горе, проводила в воспоминаниях десятки часов подряд, а теперь ей нужно возвращаться к реальной жизни, и вот что он подумал: рыжий стал бы ей отличным другом, той самой соломинкой, благодаря которой она снова обретёт вкус к жизни.

И мы написали ей письмо. Рассказали о судьбе рыжего, о том, как все вместе отсрочили его гибель в надежде найти ему дом, и о том, что дальнейшая его судьба, увы, не в наших руках, и о том, что он наверняка неслучайно появился рядом с агентством, в котором хранились её проекции.

Пять дней письмо висело в сети непрочитанным. Я уже даже не плакала, думала лишь об одном: как послезавтра я буду смотреть рыжему в глаза, как смогу признаться в том, что не смогла его спасти, хотя обещала тысячу раз?

На шестой день конвертик письма замигал зелёным - прочитано!!! Я молилась про себя всем известным богам, давала мыслимые и немыслимые обещания себе, силам всемогущим и всей бескрайней Вселенной, лишь бы эта женщина, Лаура Феличи, услышала, поняла и забрала рыжего.

А на следующий день Лаура прислала нам короткое письмо: “Спасибо! Мы с Коди исполнили вашу мечту и едем исполнять наши!” И фото: Лаура, красивая до невозможности, с лёгкой грустинкой в глазах, но улыбающаяся, обнимает нашего рыжего, а он прильнул к ней так доверчиво, так ласково, что я не выдержала и разрыдалась. Да что я, вся наша смена плакала от счастья.

Вот такая история. Даже и не знаю, я спасла рыжего или он меня вытащил из одиночества. И кстати, у меня сегодня свидание с Бобби, держите за нас кулачки!

Глава 3. (Не)правильный выбор

- Эта сказочная история произошла не так уж и давно, всего тысячу лет назад.

- Мам, ты как маленькая, - хихикнула Элис. - Тысяча лет - это ужасно много.

Мама улыбнулась, поправила одеяло:

- Кажется, ты лучше меня знаешь эту сказку. Спокойной ночи!

Девочка испуганно округлила глаза:

- Неееет, мам, рассказывай! Я буду молчать, правда!

- Хорошо, итак, в одном волшебном королевстве жила прекрасная принцесса. Слава о её красоте разнеслась так далеко, что во дворец съехались храбрейшие рыцари со всех концов земли. Каждому хотелось увидеть самую красивую девушку на всём белом свете, завоевать её сердце и стать королём. В королевском замке проходили бесчисленные балы и турниры, на которых женихи показывали свою учтивость, образованность и доблесть. Ведь принцесса искала достойнейшего из достойных!

Диана просматривала старые журналы, когда на улице прогремел гром, да так раскатисто и зычно, что у неё заложило уши, а в высоких цветных витражах зазвенели стёкла. Яркие молнии осветили тяжёлое небо, раз… другой… и на землю бархатной занавесью упал серый июльский дождь.

Над входной дверью резко звякнул медный колокольчик, и в лавку заскочил вымокший до нитки парень.

- Ну и дождище! - воскликнул он, приветственно кивнул Диане, а потом с любопытством огляделся. - Надо же, книжный магазинчик… я думал, что в нашем городе их больше не осталось.

- Это магазин моей бабушки, ему почти восемьдесят лет! - в голосе Дианы звучала неподдельная гордость. - Она завещала его мне. Но после её смерти тяжело было сюда приходить, вот он и стоял закрытым почти два года. В итоге даже самые упёртые книголюбы про него забыли. А теперь восстанавливать магазин и вовсе нет смысла, - она развела руками, усмехнулась невесело. - Теперь все, кто ещё читает, делают это в сайтридерах*.

- У меня нет сайтридеров, зато… - парень порылся в объёмном рюкзаке и достал потрёпанный томик "Божественной комедии", - вот. Осталось двенадцать страниц. Потом вам оставлю, хотите?

- Хочу, - Диане вдруг стало необъяснимо весело, захотелось обнять незнакомца, стукнуть кулаком ему в грудь и воскликнуть: и ты, дружище! И ты любишь настоящие книги, как же это здорово, просто невероятно! - А взамен, пожалуй, предложу "Сто лет одиночества", читали?

- О нет! - парень шутливо замахал руками. - Избавьте меня от этой нудятины! Дайте мне экшена, приключений, дальних странствий в конце концов!

Диана расхохоталась:

- Тогда выбирайте сами! И кстати...

- Джеральд, можно просто Джерри.

- Джерри, хотите кофе?

***

- Постепенно то один, то другой рыцарь проигрывал состязание и покидал стены дворца. И вот осталось всего двое женихов. Они были красивы, храбры, красноречивы и влюблены! И никак не могла принцесса выбрать из них одного.

- По-моему, принцесса состарилась, пока выбирала, - пробурчала Элис. - Я бы вышла замуж за самого красивого, и всё! Чтобы девчонки обзавидовались.

- Наша сказочная принцесса хотела большой-пребольшой любви. Огромной как небо, жаркой как огонь, яркой как самые диковинные цветы в королевском саду. Принцесса думала, что настоящая любовь только такой и должна быть. Она не знала тогда, что любовь бывает разная.

Случайная встреча перевернула мир Дианы с ног на голову. Она твёрдо решила сохранить бабушкину книжную лавку, а Джеральд, со смехом представившийся ей свободным как ветер бродягой, вызвался помочь.

Почти каждый день встречались они среди захламлённых стеллажей и полок, и в эти часы Диана из элегантной чопорной леди превращалась в бойкую, непосредственную девчонку, будто из мрачной дождливой осени с головой ныряла в солнечное лето.

Они разбирали старые журналы, хихикая над модными трендами полувековой давности, вслух читали отрывки из любимых произведений и бережно подклеивали прохудившиеся переплёты старых пожелтевших томиков.

Джеральд предлагал безумные и озорные идеи для привлечения посетителей, придумывал уморительные продолжения любимых сюжетов и составил каталог персонажей, куда вносил данные о главных и второстепенных героях каждой учтённой ими книги.

С Марком она никогда так не веселилась. С ним нужно было блюсти приличия, давно покрытые плесенью, но неукоснительно соблюдаемые в высшем обществе: нельзя громко смеяться, нельзя пить напитки с помощью трубочек, нельзя самой открывать дверцу автомобиля и ещё тысячи нелепых нельзя, в которых Диана не видела ни смысла, ни логики. А все эти приёмы и вечеринки, на которых не танцевали, а только чинно прогуливались по залам с бокалом шампанского в руке? “И обязательно в перчатках, дорогая моя! Неприлично даме из высшего общества касаться кого бы то ни было, кроме супруга и своих детей”. Светская жизнь изрядно утомляла Диану, её деятельная натура, стиснутая строгими рамками, требовала свободы, и порой девушка боялась сорваться и натворить что-то из ряда вон выходящее, чтобы стряхнуть со своей жизни пыль благопристойности. И лишь привитые с детства ответственность и учтивость сдерживали эти вовсе не благородные порывы.

***

- И что это за тип? - Марк внимательно смотрел на Диану, стараясь уловить малейшее изменение в её лице.

- Знакомый любитель книг, помогает мне в бабушкином магазине, - девушка взяла со столика бокал с прохладительным, размешала напиток яркой коктейльной палочкой.

- Моей будущей жене не к лицу копаться в пыльном хламе. Ты говорила, что продашь его, разве нет?

- Жене… - задумчиво протянула Диана, проигнорировав вопрос о продаже магазина.

- Жене, - повторил Марк. - Наша официальная помолвка через два месяца, забыла?

Официальная помолвка… Надо признаться, Диана совсем перестала об этом думать с тех пор, как… На душе стало зябко, словно осенний сквозняк прошёлся. Никто никогда не спрашивал, хочет ли Диана выйти замуж за Марка. Об этом событии ей внушали с самого детства, впрочем, как и Марку говорили о том, что его наречённая - Диана. Они провели вместе всё детство, юность, и вот настало время стать мужем и женой, хотя им обоим казалось, что они женаты ещё с пелёнок. Свадьба виделась абсолютно ненужным и суетным мероприятием, которое расстроит спокойное и привычное течение жизни, хотя был в ней один несомненный плюс - теперь они будут засыпать и просыпаться в одной постели.

Диане всегда нравилась сдержанность Марка, его холодное спокойствие, незримая, молчаливая забота. Рядом с его незыблемостью она чувствовала себя надёжно и безопасно. Он никогда не тратил время на сантименты и красивые слова, молча делал то, что считал нужным, и делал это, надо признать, великолепно.

Почему же сейчас её это отталкивает?

Диана посмотрела на Марка. Он всё так же расслабленно лежал в шезлонге, прикрыв глаза.

- А если я скажу нет?

Марк в ответ только улыбнулся.

- А принцессе обязательно выходить замуж?

- Нет, совсем не обязательно. Но ведь нашей принцессе хотелось любви как в сказке, а когда такая любовь, всегда женятся.

- А как это - любовь как в сказке?

- Ну как… вот смотришь на любимого человека и хочется обнять, крепко-крепко, и никуда не отпускать. Отдать ему всё, что у тебя есть. Насовсем отдать.

Элис распахнула глазёнки:

- Насовсем? И кукол, и мистера Брауни, и даже платье с Китти?

- Всё-всё, что у тебя есть. И даже больше!

- Ну, я люблю Кевина, но отдавать мистера Брауни ему не хочу, он мне робота играть не даёт.

- Когда полюбишь по-настоящему, отдашь, это я тебе точно говорю.

***

- Пока принцесса раздумывала, а рыцари сражались на турнире, в волшебное королевство ворвался огромный злобный дракон! Он страшно всех перепугал, подданные тут же разбежались и попрятались по углам, а принцесса от страха упала в обморок.

Схватил её дракон и утащил за высокие неприступные горы, в своё логово.

- И рыцари пошли её спасать? - глаза Элис уже закрывались, и она изо всех сил старалась не заснуть.

Мама задумалась, помолчала немножко, рассеянно потрепала мистера Брауни по плюшевой шёрстке.

- Да, во весь опор поскакали они вслед за драконом, чтобы спасти девушку...

- Посмотрите, мисс Роджерс, опухоль пока не затронула вот этот участок мозга, и это даёт нам отличные шансы. Необходима операция, и срочно, - импозантный профессор показывал Диане мерцающие пятна на большом прозрачном мониторе. - Достаточно велик риск частичного паралича, но...

Диана глядела на снимки сквозь пелену слёз. Поверить не могла, что это происходит именно с ней.

Так оно всегда и бывает, правда? Живёшь с полной уверенностью, что ты избранный и смерть придёт к кому угодно, но только не к тебе. А потом - бац! И удар в спину. Корчишься от боли, оборачиваешься, а за твоей спиной стоит костлявая, подмигивает, смеётся издевательски, руки потирает. А ты, беспомощный, ошарашенный, молча принимаешь её затрещины.

Операция прошла именно так, как прогнозировал профессор. Опухоль была полностью удалена, Диана пересела в инвалидное кресло - ходить она больше не могла.

Теперь каждый её день проходил как в густом тумане: приём бесконечных лекарств, неловкие слова поддержки от родителей и друзей, боль, ноющая, вгрызающаяся тоненькими иглами в самое сердце. Марк был как всегда сдержан и целеустремлён. По утрам он привозил в реабилитационный центр цветы, её любимые лимонные пирожные, беседовал с докторами об изменениях в состоянии Дианы, давал указания и уезжал на деловые встречи и совещания. По его проекту больничный спортзал оборудовали спецподъёмниками и тренажёрами, и вечерами он без жалости и поблажек заставлял девушку выполнять сложные упражнения, а однажды сбросил её в бассейн и сказал, что ей лучше утонуть, чем жалеть себя до конца жизни.

Диане тогда удалось зацепиться за бортик. Дрожащая от ужаса и злости, наглотавшаяся воды, она поняла: он прав. Чертовски прав.

Джеральд тоже был рядом, хотя в клинику его не пускали. Каждый день он звонил Диане по видеосвязи из магазина, который преображался на глазах. Вместо пыльных стеллажей и высоких башен из книг, громоздившихся по всему помещению, в свежеокрашенном светлом зале красовались новенькие полки. Книги на них были расставлены в алфавитном порядке, аккуратные деревянные указатели блестели в свете ламп светлым лаком. Уютные плетёные кресла ждали читателей вокруг небольшого столика в центре магазина, мягкие подушки лежали тут и там, придавая помещению домашний вид. Сидя в одном из кресел, Джеральд читал ей вслух, и Диане становилось чуточку легче переносить изматывающие занятия, во время которых она рыдала в голос от боли.

И через полгода Диана сделала свои первые шаги.

***

- Дракон был повержен. Принцесса вышла из его логова целая и невредимая. Перед ней снова стояли двое отважных рыцарей и ждали, кого же она выберет.

Первый рыцарь преподнёс девушке всю свою непоколебимую силу и мощь. Он пообещал принцессе, что ни один дракон больше не посмеет проникнуть в королевство, что он будет защищать и оберегать её всю свою жизнь.

У другого же рыцаря не было огромной силы, зато он держал в руках своё горячее сердце, полное любви к принцессе, и с поклоном просил принять этот скромный дар.

- И кого выбрала принцесса? - отчаянно зевая, пробормотала девочка. - Второго рыцаря, да? Она же хотела любви, как в сказке...

- Спи, солнышко. У каждой принцессы свой выбор. Он не бывает неправильным....

Диана укрыла уснувшую дочурку, положила рядом любимого медвежонка и погладила округлый, уже заметный животик. Сына они с мужем решили назвать Джеральдом, в честь рыцаря, бескорыстно отдавшего прекрасной принцессе своё сердце.

*сайтридеры - очки для виртуального чтения

Глава 4. Любовь ко всему сущему

После смерти Мария стала ангелом. Что случилось с ней в той, далёкой земной жизни, девушка не помнила, да это было и неважно.

Статные, благообразные старцы Архангелы долго беседовали с Марией в приёмном покое Небесной канцелярии, где она чувствовала себя зябко и очень неуютно. Невпопад отвечая на странные вопросы вроде "В чём тайный смысл смены времён года" или "Что появилось раньше - человек или его судьба", девушка оглядывалась вокруг и совершенно ничего не понимала. Наконец самый длиннобородый величаво возвестил, что новоприбывшая душа нарекается именем Мэй Лин, что в переводе с древнеангельского означает "Вся нежность небесная", и направляется в Академию Ангелов изучать премудрости человеческого душехранительства.

Мэй Лин. Мэй Лин… она в тысячный раз повторила своё новое имя, нежное, звонкое, словно первые капельки весёлого летнего дождя. В душе Мэй Лин звенели хрустальные колокольчики и пели среброголосые птицы, хотелось обнять весь мир своими белоснежными мягкими крыльями, укрыть от забот, подарить всем на свете свою беспредельную нежность.

- Вот получишь диплом Ангела-Хранителя, спустишься к людям и будешь одаривать, а сейчас выучи формулу страдания да поживее, - бурчала Архангелица Алима, аккуратно взмахивая крыльями с тщательно уложенными пёрышками.

Мэй Лин усердно училась. Решала многочисленные задачки с муками выбора и счастливыми мгновениями. Выводила графики всплесков эмоций в условиях одиночества. Писала эссе на важнейшие темы: "Что делать?" и "Тварь я дрожащая или право имею?" и с благоговением поглядывала вниз - там, под облаками, сновали человеческие души, ожидающие своих дипломированных Хранителей.

По вечерам юные студенты собирались стайками на закатных облачках, болтали о сущем, играли в салки и просто отдыхали, любуясь далёкими ясными звёздами. Здесь, на этих беспечных ангельских собраниях, Мэй Лин познакомилась с Джоэлем, эксцентричным и весьма талантливым студентом последнего курса.

Он удобно возлежал в пуховых дождевых тучках, красиво сложив серебристые крылья, и вдохновенно вещал первокурсникам об особенностях человеческого бытия:

- Основа всего человеческого бытия, ангелы мои, любовь! Она и только она зачинает жизнь на земле, ведёт душу человечью через года, тернии и всяческие жизненные препятствия. И любовью же завершается путь, ибо тётушка Смерть любит каждого своего питомца...

- Любит, как же, - горько усмехнулась Мэй Лин. - Мы как раз катастрофоведение проходим, что-то во всех этих взрывах и авариях любви не видно. Только жертвы, невинные, - голос юного ангела сорвался, она всхлипнула и отвернулась.

- Ну-ну, детка, - Джоэль отечески погладил её по пушистым белоснежным перьям. - Поверь мне, тётушка Смерть вовсе не кровожадная старуха. Просто так, ради удовольствия, она никого не мучает. Сложно в это поверить, но… - Джоэль развёл руками и немного помолчал.

- Зачем тогда...? - вскинулась Мэй Лин, но Джоэль мягко её перебил:

- Мы учимся на Хранителей, наш долг - оберегать души. И конечно, мы протестуем против смерти, но лишь потому, что нам неведомы её мотивы. А ведь каждая смерть - это урок живым, запомни это.

Мэй Лин с упоением впитывала каждое слово умника Джоэля, обдумывала его видение мира и строила своё, кирпичик за кирпичиком. Порой спорила с Алимой, своей наставницей, пытаясь свести воедино все полученные знания.

- Почему люди так жаждут любви, но при этом ненавидят? Ищут дружбы и сомневаются? Почему им так сложно делать выбор?

- Ненависть, сомнения, жалость, гнев, забота - это всё проявления любви, её недостатка или избытка, - терпеливо объясняла ученице Алима. - У любви тысячи граней. И порой душе человеческой невозможно понять, что месть, ревность, злость, горе - это всё любовь. И задача Ангелов-Хранителей помочь разобраться в этих хитросплетениях.

- Это слишком сложно для меня, - вздыхала Мэй Лин. - Я никогда не постигну все тонкости душевной организации, так и останусь в вечных студентах!

Но время шло, Мэй Лин всё успешнее постигала ангельские науки, а однажды вдохновилась июльской грозой и написала потрясающее сочинение на тему "Роль страданий в человеческой жизни", которое Архангелица Алима вслух зачитывала очередному потоку первокурсников. "Как древо могучее крепко держится корнями за твердь земную благодаря ветрам бесконечным, так и душа человеческая растёт и обучается через страдания и боль, как телесные, так и духовные".

Приближались экзамены. Мэй Лин всё реже посещала студенческие посиделки и всё прилежнее штудировала старинные фолианты, стараясь запомнить бесчисленные нюансы человековедения.

Однажды к ней молча подсел Джоэль. Он закончил обучение ещё в позапрошлом году и числился теперь лучшим Хранителем из всего своего выпуска. Иногда Джоэль посещал Академию и делился со старыми друзьями важными наблюдениями и забавными историями, коими была пресыщена его деятельность среди людей. Ангел заглянул в книгу:

"Ангелам-Хранителям запрещено менять прошлое ныне живущих подопечных, какого бы великого блага это ни требовало. Можно лишь влиять на их выбор в настоящем, чтобы изменить будущее."

- Хммм, - задумчиво произнёс Джоэль и повторил: - Запрещено менять прошлое ныне живущих. Ныне живущих. Занятно, не правда ли?

- Ааааа… нуууу… - Мэй Лин смешалась и только хлопала ресницами, не понимая, что занятного нашёл Джоэль в общеизвестном правиле, которое первокурсники зубрили ещё в первом семестре. Ангел хмыкнул и удалился, не сказав растерянной студентке больше ни слова.

В день экзамена Мэй Лин была спокойна и предельно собрана, внутренняя паника внезапно улеглась, и девушка поняла: она справится.

Выпускникам раздали задания, Мэй Лин с трепетом оглядела своё.

На улицах города бродили три её экзаменационные души: вдова, раздавленная смертью любимого мужа, милая одинокая девушка и женщина, сомневающаяся в своей любви к жениху.

- Найдите связующее звено между этими тремя душами и подтолкните каждую к следующей ступени развития. Будьте внимательны к глубинным переживаниям: чего они боятся? А чего страстно желают? В чём их сила и слабость? Используйте их страхи и мечты для их же блага. Итак, приступайте.

Мэй Лин с недоумением уставилась на своих подопечных: ну что может быть общего между этими тремя людьми? Они даже не знакомы! Живут каждый своей жизнью, у них такие разные желания и боли, ничего общего, хотя… ангелица пригляделась: кажется, что-то есть… ближе, внимательнее… да, вот оно! Им всем нужен друг, человек-доверие, человек-опора, человек-надежда!

В её голове вдруг появился образ: сильный, ответственный, знающий цену словам и преисполненный любви, любви ко всему сущему. Мэй Лин воплотила видение, назвала его Джеральдом, что в переводе с древнеангельского означает "оберегающий", и аккуратно опустила на солнечный зелёный бульвар.

Посланник Мэй Лин подарил сомневающейся невесте своё сердце, до краёв наполненное любовью, и её душа, испив из него, поняла, что любовь - тысячелика, и каждый её лик прекрасен! И душа вправе сделать любой выбор, чтобы стать счастливой.

Со второй душой дело застопорилось. Юная девушка, обделённая вниманием и участием других людей, так глубоко ушла в своё одиночество, что не замечала отеческой любви и заботы Джеральда. Здесь нужно было что-то ещё, но что? Какой-то внешний фактор… Мэй Лин задумалась и принялась просматривать воспоминания девушки, пока не наткнулась на детские, такие светлые и одновременно грустные, что сердце ангела дрогнуло от жалости. Ах ты, бедняжка, подумала она и из рыжего закатного облачка создала забавного непоседливого пса. Оставила щенка на пути подопечной и стала ждать.

Чтобы найти бездомному щенку любящие руки, душе-одиночке потребовалась помощь. Она осторожно покинула свою тесную раковинку, с боязнью доверилась Джеральду, и Мэй Лин захлопала крыльями от восторга - получилось! Девушка-одиночество словно вернулась в детство, распахнула глаза, чудесная улыбка преобразила её милое личико, а душа засияла ярко, словно звёздочка!

Время экзамена подходило к концу, а душа убитой горем вдовы ни за что не хотела сиять и радоваться жизни. Внешние факторы не помогали, нужен был мощный внутренний всплеск, тайфун эмоций, буря чувств, но душа так плотно закрылась от всего мира, что ни один лучик ангельского света не проникал в её тёмные глубины. Вдова хотела только одного: умереть, воссоединиться с ушедшим супругом, и направить её энергию по светлому руслу никак не удавалось. Мэй Лин уже пала духом, когда вдруг вспомнила странный взгляд Джоэля, когда он процитировал правило из ангельского кодекса Хранителей: запрещено менять прошлое ныне живущих. “Ныне живущих. Занятно, правда?”

И в ту же секунду её озарило: нельзя менять прошлое живых, а чуть подправить прошлое уже умерших можно! Ну… или, по крайней мере, не запрещено. Мэй Лин глубоко вздохнула: а вдруг это будет ошибкой и она завалит экзамен? Не видать ей тогда диплома Хранителя, будет до скончания веков разбирать старый хлам в библиотеке или того хуже - объяснять первокурсникам правила райского общежития! Должен быть другой способ!

Но минуты мчались как сумасшедшие, а другого решения Мэй Лин не находила. Была не была, решилась она и отмотала время на три года назад. Со слезами на глазах вложила в душу умирающего мужа нужные слова и отвернулась от своей экзаменационной модели, не в силах наблюдать за угасанием яркой человеческой жизни.

Джеральд передал вдове послание от погибшего супруга с просьбой жить дальше без горя и сожалений, исполнить их общие мечты и стать счастливой ради него. Каким же ослепительным недоверием и горем вспыхнула её душа! Её страдания длились так долго, что вдова уже не помнила вкуса счастья...

Мэй Лин с трудом удалось приглушить тёмное свечение и вернуть ей покой. Душа вдовы неуверенно засветилась слабым, тусклым огонёчком, таким крохотным, что погасить его могла любая случайность. Нужно было подпитать свечение и срочно! Нужна любовь! Много бескорыстной, большой, совершенно необязательной любви, свежей и такой целительной…

Мэй Лин вспомнила про щенка, созданного из пушистого облака, и даже рассмеялась от радости - вот он, необходимый компонент!

Получилось!!!

Все души светились яркой жизненной энергией, Мэй Лин справилась!

- А как же Джеральд? - спросил Джоэль. - Он обрёл счастье?

Ангелы собрались все вместе в последний раз - завтра каждый Хранитель спустится к своей душе и будет с ней до конца, а сегодня они делились планами, поздравляли друг друга и прощались.

- Нет, - пожала плечами Мэй Лин. - Я создала его из перьев, выпавших из ангельских крыльев: белых и серебристых. Джеральду ни к чему зыбкое человеческое счастье. Всю свою жизнь он будет помогать другим, в этом его предназначение, а потом, после смерти, станет ангелом, как мы. Станет чистой любовью ко всему сущему.