За люпинами

Глава 1

Люпины я заметила из окна электрички. Среди однообразного пейзажа перед глазами внезапно появилось поле, усыпанное разноцветным ковром. Здесь было все: густой бордовый, насыщенный фиолетовый, светло-голубой, лазурно-синий, бледно-розовый и даже какой-то фантастически-малиновый. Красота невероятная. Мгновенно промелькнула мысль – раз они растут в чистом поле, к тому же, неподалеку от станции, можно прийти сюда и выкопать немножко. Хотя, почему немножко – можно выкопать много. Цветы ведь ничьи, а мне действительно нужно, очень.

О люпинах я мечтала давно. На кусочке земли, который я уже лет пять пытаюсь привести в приличный вид, выжить способно далеко не каждое растение. Из-за южной стороны солнца здесь много, но, одновременно с этим, почва очень бедная и тяжелая. Поэтому когда долго стоит жара, поверхность превращается в камень, которой даже лопатой не проломить. С поливом тоже с самого начала было очень сложно, поэтому я целенаправленно выбирала растения, которые смогут выдержать спартанские условия: жару, обилие солнца, бедную и плотную почву, недостаток влаги и мою природную лень. То есть, они должны быть многолетними или, на худой конец, самостоятельно, без моего участия, размножаться семенами и ежегодно появляться на том же месте.

Как ни странно, таких растений оказалось довольно много. Но люпины… люпины были в моем списке на одной из первых строк. Они идеально соответствовали всем заявленным требованиям, красиво и долго цвели и были неприхотливы. К тому же, везде о них писали как о злостных сорняках, что просто необходимо на участке, где даже трава растет с большим трудом. Разумеется, то, что получить их я никак не могла, делало цветы еще более желанными.

Один раз у меня почти получилось. Семена нашла в садовом центре. От радости купила несколько упаковок – мечта моя приближалась. По инструкции, нужно было сеять осенью или весной. Но так уж вышло, что покупка состоялась в январе, а зимы в том году у нас практически не было, потому я решила посеять в феврале и представить, что сделала это осенью. Не нужно смеяться, о том, что зимой цветы не сеют, я знаю прекрасно. Февраль был такой, что под окнами густо зеленела травка и чуть не одуванчики уже собирались зацветать. В общем, я февральским вечером вышла во двор с лопатой, под изумленные взгляды бабушек в окнах, сняла с земли слой дерна, чуть прорыхлила и посеяла свои ненаглядные люпины, внутренне ликуя. Это была победа! Весной они, как и полагается, взошли. Маленькие листочки я сразу заметила – четыре или пять чахлых всходов, которым я радовалась как ребенок. Дальше требовалось их пропалывать, удобрять, холить и лелеять, что я и делала довольно успешно, пока моя соседка по доброте душевной и слабости зрения не посадила прямо в них огромный пион, похоронив навсегда.

И тут я еду на электричке и вижу это разноцветное поле. Разумеется, необходимо было срочно что-то предпринять.

Вернувшись домой, я сразу же написала сообщение подруге: «На станции «Покровское» в поле растет много «ничейных» люпинов. Вот прямо в поле!». Подруга среагировала лаконичным «Поехали». И в тот же вечер в 19:00 мы с лопатой и сумкой-тележкой стояли на железнодорожной станции.

Выглядело это, должно быть, подозрительно: вечер, две женщины, с виду – вполне приличные, с лопатой и телегой уверенно бредут от вокзала в направлении, где цивилизация начинает заканчиваться. Поскольку точно никто из нас не знал, как именно попасть к вожделенному полю, маршрут выбрали условный – то есть, просто перешли пути по мостику и направились в нужную сторону.

Солнце садилось. Мы уверенно двинулись по асфальтной дорожке, которая терялась в густых зарослях деревьев и вела неведомо куда. Мне в голову упорно лезли мысли о маньяках-расчленителях, успокаивало лишь то, что две тетки в длинных юбках без макияжа с телегой и лопатой – навряд ли очень возбуждающее зрелище. Слева от нас лес совсем сгустился, где-то под пологом деревьев угадывалась речка, радостно щебетали птицы, а мы продолжали свое движение, по-прежнему понятия не имея, куда же все-таки идем. Справа показалось невысокое кирпичное здание, огороженное по периметру жидким покосившимся забором. «Лыжная база «Вымпел» - прочла моя подруга». Где они катаются, оставалось загадкой – вокруг кроме леса, ручья по щиколотку и железнодорожной развилки не было ничего.

За лыжной базой в кустах стояла припаркованная машина «Росгвардии». Я подумала, что, в случае чего, объяснять им, куда и зачем мы идем, наверное, будет не очень просто. То есть, просто, но не слишком правдоподобно. К счастью, мужики у машины не обратили на нас никакого внимания. Дорожка шла все так же прямо и мы, оставив позади и лыжную базу и «гвардейцев» продолжали по ней вышагивать.

Через некоторое время стало понятно, что приближаемся к гаражному кооперативу. Впереди показались ровные ряды одинаковых бетонных коробочек и это, почему-то, меня успокоило. Дорожка здесь была широкой и хорошо утрамбованной и проходила вдоль всех гаражей насквозь. К счастью для автолюбителей, мы пошли за люпинами довольно поздно, поэтому радости лицезреть наше триумфальное шествие удостоились всего двое. Они молча глядели нам вслед, а мы, делая вид, что так и нужно, уверенно шли вдвоем навстречу тупику, забору с воротами, запертыми на огромный висячий замок и очевидному концу всей местной цивилизации. С лопатой и тележкой, навстречу закату.

Когда пролезали через дыру в воротах, подруга заметила в кустах большой пластиковый пакет и высказала предположение, что в него хорошо поместится труп. Я согласилась и мы пошли дальше. Цель уже была близка. Мы оказались под опорой автомобильного моста, который нужно было пересечь и пройти еще немного вдоль железнодорожных путей. Кусты и густая поросль, которые до этого момента почти полностью загораживали железнодорожную насыпь, под мостом внезапно совсем исчезли – видимо, местные гопники собирались здесь вечерами и вытоптали всю растительность подчистую. Мы втащили тележку на насыпь и бодро поплелись по одному из путей, надеясь, что нас не размажет поездом.

Поле оказалось небольшим, но симпатичным. Разъезд железной дороги находился от него достаточно далеко, поэтому здесь густо росли не только люпины, но и много других цветов. Трава была нам примерно по пояс. Я отругала себя за то, что надела уличные туфли. Подруга сказала: «Здравствуйте, клещи!», я сказала: «Интересно, есть ли здесь змеи?» и мы начали копать.

Конечно, процесс и результат я представляла себе несколько иначе. Отчего-то, вспомнился мультфильм «Трое из Простоквашино», а именно та его часть, где дядя Федор, Матроскин и Шарик ищут клад. Когда лопата ударяется во что-то твердое и с характерным «дзынь», отлетает дальше. Они там еще долбили сундук с сокровищами киркой, выбивая искры. Кирки у нас не было. Тупая лопата грустно бренчала по самой поверхности земли, игнорируя все наши попытки воткнуть ее хоть на пару сантиметров поглубже. Несколько часов назад прошел сильный дождь, а до этого он шел накануне и тоже обильный, но то ли в этом месте туча решила пролететь мимо, то ли что-то было не так с нами двумя – совершенно каменная земля упорно не хотела нам поддаваться. Я крутилась вокруг куста люпинов, пробовала рыхлить то, что удалось немного подкопать, руками, запрыгивала на лопату обеими ногами одновременно, чтобы хоть под собственным весом загнать ее в землю – все напрасно. Подруга наблюдала за моими жалкими потугами, прихлопывая комаров, которые поднялись из травы и с большим воодушевлением полетели к нам. Меня пока не кусали или мне просто было не до них – проклятый люпин, казалось, издевался. Я посмотрела на свои изящные розовые босоножки из тонкой кожи и снова пожалела, что не надела нормальную обувь, представляя, во что они превратятся к концу нашей копки. Подруга шла с работы, потому одета была почти празднично, но, в отличие от меня, догадалась утром обуть кроссовки. Теперь я молча ей завидовала.

Через десять минут бессмысленных мучений тактику решили сменить: лопату взяла подруга, а я встала в стороне и принялась наблюдать. Комары тут же начали кусать меня, а проклятый люпин ни на сантиметр не выдвинулся из земли, даже на бок не накренился. Мимо проехала электричка. Мы молча проводили ее печальными взглядами, представляя как люди припали к стеклам и таращатся на двух теток, которые поздним вечером что-то закапывают в поле между железнодорожными путями.

Становилось прохладно. От нечего делать, я огляделась: с обеих сторон от нашего поля чуть поодаль проходили ветки железной дороги. С одной стороны, намного ниже, шли еще одни пути, а сбоку от них за густыми зарослями кустарника начинались частные домики. Если смотреть прямо перед собой, можно было различить очертания пролеска – далеко-далеко за ним находилась следующая железнодорожная станция, а еще дальше, в пяти остановках от нее – наш дом. Над полем поднялась вечерняя свежесть. Еще не прохлада ночи, но уже и не сухой и жаркий воздух летнего дня. Комары, словно почувствовав свое превосходство, налетели на нас с удвоенной силой. Я накинула поверх платья джинсовую куртку и снова перехватила у подруги лопату.

Наконец, люпин сдался. Мы, победно вереща, вытащили его из совершенно сухой земли и положили в пакет. Начало было положено! Как ни странно, дальше стало легче. То ли мы привыкли, что выкапывание дается с таким трудом, то ли первый наш кустик оказался как-то неудачно расположен, но с каждым последующим растением, получалось у нас все бойчей. Радость от процесса, соединенная с азартом, что называется «будоражила ум и разогревала кровь». Комары, к которым в эту беспросветную глушь, видимо впервые пришли теплокровные животные, радовались вместе с нами. Мы вяло размазывали их по лицу и рукам вместе с комьями земли и продолжали копать. Набрали всех цветов: розовых, красных, почти белоснежных с легким бежевым оттенком, сиреневых и голубых в нескольких тональностях. Электрички продолжали проезжать мимо, но нас это больше не тревожило.

Солнце давно село, погрузив нас в то неповторимое летнее время, когда даже после заката еще светло и совсем не чувствуется ночь. Мы возвращались обратно той же дорогой: по путям, вдоль блоков гаражного кооператива, мимо пролеска и лыжной базы. Из тележки во все стороны торчали разноцветные люпины, высотой чуть меньше, чем мы с подругой. Было тихо и как-то невероятно хорошо.