Ярик

Глава 1

Если остановиться на бегу, умоститься на бульварную скамейку и остановить сумасшедший ритм, то время начинает течь плавнее и есть возможность оглянуться на окружающий мир.

Вот маленькая кучерявая девчушка гордо ведёт за руку свою маму. Как сложится её жизнь? Любовь, карьера, слава, позор?

Или, этот спокойный седой мужчина, лет пятидесяти. Всё ли случилось, как мечтал? О чём жалеет? Что уже упущено безвозвратно?

Два старичка идут, аккуратно и медленно. Видно, очень давно вместе. Настолько давно, что стали похожи. Двое, слившиеся в единство.

Жду на скамейке. У меня тут встреча со старым приятелем. Знаете, есть такая стадия дружбы, когда знакомы всю жизнь и нет тайн. Вместе со знакомством с горшка уходит стеснение. Не нужно наводить лоск, держать лицо и можно просто быть собой.

И болтать часами ещё.

Правда, не сейчас.

Эта встреча на бегу – прикоснуться, выпить кофе и выкурить по сигарете.

Но, волшебство бульвара способствует. Время остановлено и остановки хватает для короткого разговора по душам.

- Что нового?

- Всё то же. Замдир. В компании ценят. Генеральный говорит: «Правая рука». Работаю сутками. Но, и оплата соответствующая. Могу себе позволить не смотреть на ценники. – смеётся.

- А Ярик как?

Ярик, его брат-близнец. Внешне точная копия, но, совершенная противоположность по характеру.

Ник – целеустремлённый трудоголик. Он всегда чётко знал, чего хочет и куда идёт.

Ник никогда не мечтал. Он ставил цели, по пунктам и ступенькам. И добивался. Мальчик, родом из глухого села, покоряющий город.

А Ярик после института вернулся в село, и, на удивление всей родне и друзьям, устроился водителем на рейсовый автобус. Так и живёт там до сих пор.

- Так что там у Ярика? Ты по-прежнему выносишь ему мозг нравоучениями, как он неправильно живёт?

Замолкает.

А ведь выносил, искренне считая, что брат прожигает свою жизнь, занимаясь недостойным делом. До ссор выносил, до молчания годами. И хвастался демонстративно новой машиной, крутой поездкой или модным гаджетом. Часами мог разглогольствовать о непрактичности и неприспособленности Ярослава, о его хатинке и племянниках, которых, когда они вырастут, придётся учить в ВУЗе ему, Нику, конечно, потому как у этого бессребреника на институт точно никогда не насобирается. И ещё много чем выносил.

Только, сейчас молчит.

Курит, пуская дым колечками.

А потом: «У Ярика весной гипертонический криз был. Думали, не откачают. Я, понятное дело, сразу туда. Порешал со скорой, чтобы его в платную клинику, все дела. Прилетаю, а врач этот из районки: «Сами на ноги поставим. У нас медицина не хуже, чем в вашей платной. Там он чужой, никому не нужен будет».

- А тут? – спрашиваю.

Врач ухмыляется: «Оставайтесь, сами увидите».

- И?

- И увидел. То жиночка прибежала, которой он передачки для её дочки в город возил регулярно просто так. Бульончик принесла из домашней курочки. То парень зашёл, которого Ярик из села в больницу возил, когда тот ногу сломал. Прикинь, крюк с маршрута делал, под дом его подъезжал, чтобы пацан по гололёду с костылями на остановку не тащился. То дед с бабкой… Да и врач этот сам. Когда-то со своей поругался, нарезался крепко и заснул в автобусе. Так Ярик его домой до двери довёл. И идут и идут. Каждый с историей. А он, прикинь, даже помнит не всегда. У него этих случаев столько накоплено за жизнь, что всё и не помнит. Улыбается и плечами пожимает только. Жена рядом, дети, движ и волнение. Как будто звезда какая-то. А я, знаешь, сижу и вспоминаю, как год назад в клинике в Германии операцию делал. Только шеф и позвонил и то, с вопросом, когда на работу выйду. Вот и получается со всех сторон, что жизнь прожигал он, а выжег я. Начисто.

Ник замолкает.

- Ну, хорошо, что хоть сейчас. Ещё ведь не поздно.

- А что изменится? Я уже такой.

- Брата долбать не будешь. Это уже много.

- Факт.

Допиваем кофе.

- Ну всё, пока, пора бежать.

Время вступает в привычный ритм и мир обретает прежние краски. Волшебство бульвара уходит. Я стою на оживлённой улице, по которой спешат люди.

Только вот кудрявая малышка крепко вцепилась в маму. Она ещё чистый лист и кто знает, какие линии судьбы вычертит ей мироздание.

Два старичка продолжают свой путь, бережно поддерживая друг дружку под локотки. Они пока ещё есть друг у друга.