"Я пойду..." (Крылья над перевалом)

Глава 1

Привалившись спиной к нагретой Солнцем скале, командир отделения жадно пил теплую воду из фляги под мрачными взглядами подчиненных. Бойцы прекрасно понимали, почему лейтенант тянет время, и с каждым мгновением это понимание все сильнее давило им на плечи. Немного в стороне стоял и нервно грыз пыльные потрескавшиеся губы ефрейтор Линёв. Только недавно вернувшийся с вылазки, он лучше остальных знал истинное положение дел и радовался, что на месте командира находится не он. При очередном неудачном покусывании губа лопнула, и язык ефрейтора ощутил солоноватый железистый вкус. За поворотом тропы вновь зазвучал треск коротких очередей, вызвав отголоски насмешливого эха.

– Значит, так. Дела швах. Прорваться не получится. Никак.

Слова командира падали скупо и грузно, как срывающиеся со скалы альпинисты.

– Будем уходить по карнизу. Там – пройдём.

Пытливый серый взгляд командира медленно скользнул по лицам бойцов. Посеревших насчиталось три, побелевших – четыре, покрасневшее одно. Неловко шаркнула чья-то подошва, вызвав лёгкий звонкий шелест ручейка осыпающихся камешков.

– Командир…

Сиплый голос сержанта Хмелева сорвался, но тут же окреп вновь.

– Командир, мы там как на ладони будем. Снимут, как воробьёв.

Неторопливо завинтив крышку опустевшей фляги и повесив её на пояс, командир медленно покачал головой.

– Эта скала прикроет. Не снимут.

– А кто прикроет эту скалу?

Низкий голос Линёва звучал с мрачной иронией. Подобный вариант и все его особенности ефрейтор уже просчитал, когда возвращался с разведвылазки. В самом лучшем случае выходило минус один. В самом лучшем.

Жёсткий взгляд командира едва не просверлил в Линёве дырку. Слишком рано тот поднял вопрос. Но, и правда, тянуть время дальше – пустое расточительство.

– Тот, кто останется. Нужно продержаться минут сорок. Кто возьмётся?

За поворотом послышался шорох быстрых приближающихся шагов. Бойцы подняли оружие, но тут же опустили, узнав рядового Поликарпова. Тот легонько хлопнул ладонью по висящему на плече автомату.

– Я пуст. Они пока залегли, но это ненадолго. Ещё метров двести. Что решили?

Командир быстро вынул из подсумка два полных магазина и положил их в вещмешок. Вытянул его в сторону своих бойцов.

– Уходим. По карнизу. Прикрываю я. У кого остался запас патронов и гранат – давайте.

Действовали быстро, глухой металлический стук звучал меньше минуты, но вещмешок значительно потяжелел. Поправив на поясе малую саперную лопатку, вперёд шагнул новичок – рядовой Павел Крылов. Несуразная, но крепкая фигура на мгновение заслонила командиру палящее Солнце. Рука бойца вцепилась в горловину вещмешка и потянула.

– Остаюсь я. Как доброволец. Встретимся на базе. Спорить бесполезно. Не тратьте время.

… Карниз оказался много уже, чем командир предполагал. Вжимаясь в раскаленный камень скалы, бойцы медленно продвигались вперёд, удаляясь от тихих коротких автоматных очередей и хлопков взрывов. Они звучали много дольше сорока минут и затихли лишь тогда, когда последний из бойцов убрал дрожащую ногу с карниза.

Видимо, Павел оставил несколько гранат напоследок – грохнуло много громче, чем раньше. Эхо истерично и торжествующе заметалось между скал, вспугивая тяжело взлетающих орлов. Звон навалившейся затем тишины оглушал. Единым движением бойцы и командиры сдернули с голов береты и несколько секунд стояли недвижно.

Возвращение на базу нельзя было назвать героическим. Даже успешно выполненное задание не стирало из памяти излишне яркие фрагменты: колотящиеся, словно у загнанных зайцев, сердца, раскаленный камень скалы под кончиками дрожащих пальцев, тяжёлое хлопанье орлиных крыльев и звенящую тишину. Они не ощущали себя победителями. А вот вышедший им навстречу, сытый, умывшийся и довольный рядовой Павел Крылов – ощущал.

– Долго вы.