Я не хочу возвращаться

Глава 1

Я не хочу возвращаться

Вокруг темно. «Как и всегда». Бежать некуда. Некуда возвращаться. Он здесь.

Достаю карманный нож, нажимаю на кнопку. «Вжик». «Полунержавейка». Я слышу, как он улыбается. Мне некуда возвращаться.Всё только начинается, как и тысячу раз назад.

Не помню, когда мы с ним впервые встретились, встречались ли вообще или мне снилось это каждую ночь. Но всё всегда одинаковое. Тот же серый капюшон, те же чёрные джинсы и тот же карманный нож из полунержавейки. На лезвии«Папа», чувствую пальцами.И каждый раз ничего не видно. Это переулок? Подъезд? Камера? Почему-то хочется подпевать слова одного давно забытого в прошлом трека.

- Ам беееегин, бегин юююююю…

Молиться уже поздно, поздно возвращаться. «Мы рождаемся из темноты и к темноте приходим». Записывал это во второй дневник, не помню когда.

В левую щёку подул ледяной ветерок. Пора двигаться.

Медленно начинаю шагать в сторону ветра, попутно вглядываясь в темноту. Очертания не рисуются, всё такое же чёрное, как и всегда. «Будто так и должно быть».

Я не помню когда мы встретились, но помню его лицо, которое я увидел в самый последний момент. Эту улыбку и шрам над левым клыком я узнаю везде. Растрёпанная чёрная чёлка на глазах, измазанная то ли в саже, то ли в крови. И я знаю только одного человека, которому она принадлежит.

«Не торопись». «Подумай». «Вспомни». Одни из тех фраз, что я не забываю, потому что слышу их постоянно. «Они не помогают» и пачку в урну. И всё начинается снова.

Левое плечо упёрлось в стену, пришлось остановиться. Мы всё-таки взаперти. Особо не размахнёшься, но какая разница, если он знает все мои движения. Он всегда на шаг впереди.

Не помню, как мы познакомились, помню только тёмную квартиру. Отражние. «Прими себя таким».

Я не сплю до утра уже давно. Ненавижу свой организм. По ночам нагнетает тишина, поэтому включаю музыку на максимум. Это, по крайней мере, даёт ощущение присутствия. Себя в этой квартире. «В этом мире» и жалкая улыбка.

«Тяжело жить людям, которые ничего не помнят». Мне не тяжело, все записи в блокноте. 9:53 завтрак. 11-19 работа. «Что за чушь?». 20:01 ужин. «Сверял по часам» и долгий зевок. Бог знает, когда проснулся, чёрт знает, когда уснул. «Сегодня без странного». «Без приступов?». «Да, без приступов». И каждый раз дверь не заперта. Уходил.

Давно ли принято считать болезнью её отсутствие? «Старики никогда не жалуются». 32 года. Не много не мало. Не все доживают. Лучше бы и я.

Не помню, когда это всё началось, помню только ночь и тёмную квартиру. Пол второго, надо бы перекусить. «День даёт человеку пищу, а ночь голод». Каждый раз вспоминаю и ухмыляюсь. Будто каждый раз нет других мыслей. И записываю во второй дневник. «В конце концов перед ликом скуки даже Боги слагают свои знамёна» и улыбаюсь так тупо, будто не писал никогда до этого.

Почему «Папа» на лезвии? Потому что мы встречались в детстве. Холодный металл и моя щека. Шрам на память. То немногое, что я никогда не забывал.

Иногда среди пропавших людей я вижу своё лицо. Потом моргаю и оно пропадает, так же как и надежда, что меня ищут. «Когда-нибудь обязательно изобретут службы по поиску «потерянных» людей, не один же я об этом думаю». Так и запишу. «Побрали бесы», кто-то ответит.

Не знаю с чего всё началось, я отвечал уже тысячу раз. Но, кажется, что всё так и должно быть. Везде есть свои плюсы, даже в их отсутствии. Например, что к ним не привыкаешь. Хотя я бы и так не привык.

- Ты искал это место? - спрашиваю, будто через пару минут мы не кинемся, чтобы убить друг друга.

«Случайно выбрал».

- Искал, долго.

Сбежать не получится, я же не знаю, где я. Зато он знает. «И как я в тот раз увидел его лицо в кромешной темноте?»

- Тебе пора подстричься.

«Вжик». «Полунержавейка». Во второй раз. «Папа», наверняка. Чувствует пальцами. Не помню, чтобы я курил, но запах дыма чувствую отчётливо.

- Не переживай, это я.

И когда он успел?.

Не помню как сюда попал, но это не кошмар, так просто не проснёшься. Самое время поверить в бога. «Если это не он». От дыма заболела рука, но страх так и не появился, напомнило детство. Первые шрамы, ещё до ножа. Не помню, остались ли ожоги. Давно не проверял.

Всё так, как должно быть.

- И долго стоять собираемся? - спрашиваю, чтобы заглушить давящую тишину.

«Музыка всегда помогает». Но здесь её нет.

- А ты торопишься?

«Пафос никому не к лицу». Это слова отца. Наверное.

Что-то неприятно кольнуло в голове. В таких случаях должны возвращаться воспоминания. «Если мне не изменяет память». Изменяет.

Я никуда не торопился. И возвращаться мне не хотелось. Всё равно ничего не вспомню. Даже если проснусь этой ночью.

Никогда не читал свои дневники. Мне кажется, они нужны, чтобы всё записывать, а не перечитывать. Ненавижу прошлое, потому что меня в нём нет. Есть только мои записи и музыка.

- Ничего не меняется… - с горестью сказал он так, будто понимает меня, а я его.

«Всё равно всё закончится как обычно». «Мы никогда друг друга не поймём». «За столько лет не поняли». И откуда эти мысли?

Он докурил. «Главное верить». «Ничего не вернётся назад». Память подбрасывает фразы, как теннисные мячики. Слышал это сегодня. Думал записать в дневник. Второй, конечно. «Флуоксетин 2 по 20».

Долгий вдох. Он опять улыбается. Резко провожу краем лезвия себе от щеки до уха. «Папа» на лезвии, чувствую пальцами. Всегда так делаю, чтобы почувствовать боль. Как будто её и так не хватает. И откуда у меня эта привычка?

Я не хочу возвращаться. Всё не закончится. «Ничего не вернётся назад». И сколько раз я умирал? Надеюсь, следующий проживёт подольше. «Главное верить». Эта фраза отлично подходит. Под эту темноту и тишину.

«Когда-нибудь всё закончится». Забудь. Как и тысячу раз назад. Навечно.