Writober '25

1. Книжный за углом

Привет! Многие из вас точно знают меня. Не раз проходили мимо на улице или даже заглядывали внутрь, чтобы взять или положить одну-две вещицы. Вы наверняка встречали кого-то из моих родственников. Возможно, заходили в небольшой магазинчик или почти терялись между полок огромного зала. В отличие от всех моих родственников, я не настолько велик и не могу порадовать большим разнообразием, но вы точно натыкались на меня. Меня прозвали Книжный за углом, хотя на самом деле я больше похож на шкафчик, где любой желающий может взять книгу или положить туда ту, что уже прочитана.

Впервые Книжный за углом меня назвала Тина, худенькая, невысокая девочка лет двенадцати. Она бежала из школы, завернула на свою улицу и обнаружила меня, стоящим сразу за углом. Ее раскрасневшееся от быстрой ходьбы и легкого морозца лицо выражало одновременно недоумение и заинтересованность. Тина тряхнула головой, смахнув с глаз отросшую челку, и осторожно открыла мою дверцу. В первый раз она даже дольше, чем ей было нужно, и обстоятельнее рассматривала то, что я мог ей предложить. Затем взяла что-то приключенческое и шустро зашагала домой.

Тина вернулась через неделю. Вернула на место книгу, которую брала, но и добавила две своих. Только после этого своеобразного обмена ко мне потянулись другие жители улицы.

Основательный мистер Симмонс, дотошно рассматривающий каждую книгу и читающий аннотации. Суетливые близнецы Паркс, забегавшие на минуту и чуть резковатыми движениями выхватывавшие книги из моих недр, но возвращавшие что-то свое. Нерешительная мисс Картер, которая брала одно издание, затем приносила его назад, следом проделывала то же самое с другим и все равно останавливалась на самом первом выборе. Увлекающиеся мистер и миссис Баркли, начинающие читать книги, еще не до конца закрыв дверцу и уж тем более не дойдя даже до ближайшей скамейки. И многие другие жители небольшой улицы. Все они стали моими хорошими знакомыми. Приход каждого из них радовал меня. Их лица, их глаза, с надеждой смотревшие на полки, были моими спутниками. Каждый из них возвращался, чтобы вернуть прочитанное или добавить в мою коллекцию что-то от себя...

После полудня, в тот момент, когда осень перевалила за середину, Тина почти бежала домой. Она надеялась взять в Книжном за углом новое произведение. Повернув на свою улицу, она резко остановилась и осмотрелась. Ровно на том месте, где должен был стоять тот самый шкафчик, оказалось пусто. Девочка все еще оглядывалась, когда из-за угла показалась мисс Картер. Она держала в руках пакет, в котором по очертаниям угадывалась книга. Мисс Картер остановилась рядом с Тиной, так же удивленно разглядывая место, где еще накануне располагался Книжный за углом.

Следом из дома напротив вышел мистер Симмонс. Он тоже держал в руках книгу. Чуть позже присоединились мистер и миссис Баркли, прибежали близнецы Паркс, подошли несколько других жителей улицы. Никто не знал, куда мог деться книжный шкафчик. Его исчезновение будто нарушило заведенный за месяцы его пребывания на улице распорядок. Каждый хотел знать, кто и, главное, зачем забрал такую нужную вещь!

Импровизированное собрание завершилось оформившимся желанием не только выяснить все подробности, непременно вернуть книжный шкафчик на место, но и наказать того, кто посмел посягнуть на что-то столь важное для жителей улицы. Расследование всех обстоятельств длилось несколько дней и, к несчастью, ни к чему не привело. Казалось, что теперь жители улицы так и продолжат жить без своего маленького книжного, а все связанное с ним останется лишь в воспоминаниях...

В ночь со среды на четверг, когда только были убраны все украшения ко Дню Всех Святых, а Рождественские еще не успели достать, на улицу завернула неприметная машина. Она остановилась у того самого места, где располагался шкафчик с книгами.

Тина вышла из дома, намереваясь направиться в школу. Она неспешно шагала по улице, наступая на покрытые тонким льдом лужицы. Ее заставило остановится то, что заметила лишь краем глаза. Девочка повернула голову...

Я снова стоял на своем привычном месте. Обновленный, покрашенный и подремонтированный. Книжный за углом, на который прямо сейчас удивленно распахнутыми глазами смотрела Тина. За моей дверцей ее, впрочем как других жителей улицы, ждали новые книги. Тихий первый снежок почти укрыл всю крышу, будто начиная мою историю здесь с самого начала.

2. Иди сквозь туман

Гулять на болото меня никогда не пускали. А тянуло меня туда жуть как! Да и кого не потянет, когда столько историй рассказано про кикимору, лешего и волшебные ягоды! Хотя те самые ягоды я и так ела. Ох и неприятными они были на вкус! На вид-то красивые - красно-бордовые с глянцевым блеском, а как в рот возьмёшь, так и скривишься вся. Так ещё и горковато-кислый вкус потом долго во рту остаётся. Но мне же непременно надо было попасть на болото самой да набрать этих ягод!

Сначала запрещали и объясняли, что опасно, что змеи, что вода. Баба Дуся так и повторяла:

- Не вздумай, Танька, на болото ходить! Потопнешь, что век искать будем, а все одно не найдем!

Потом подключились и соседки. Вот они уж откровенно пугали байками про лешего, который уведет и съест, или про кикимору, которая так напугает, что век заикаться будешь да шороха каждого бояться. Только истории эти все зазря рассказывали. Ребенком-то я была шебутным. Потому все байки возымели обратный эффект и на болото мне захотелось ещё больше.

В то утро встала я раньше всех в доме. Оделась основательно (все же в лес собиралась): натянула свитер, резиновые, повязала косынку на голову как бандану, даже дождевик накинула. Собрала сверточек с яблоком, пирогом вчерашним, прихватила корзинку, закрыла дверь осторожно и пошла по дорожке, что прямо к лесу вела. Да только мешал туман. Он заполз, казалось, во все щели заборов, оплел собой кустарники и деревья, устелил всю тропинку. Еле-еле проглядывала она сквозь белесую дымку. Повернуть бы назад, да не под силу никому остановить меня было тогда.

Вот и шла я по еле видимой тропинке. Помня слова бабы Дуси про топь, сломала сучок подлиннее, чтобы проверять, где земля, а где вода лишь тиной да ряской зелёной прикрытая. Прошло немало времени, прежде чем я оказалась у болота. Туман все так же сопровождал меня. Тропинку стало совсем не видно, только слышались чей-то стрекот и кваканье лягушек. Прошла я совсем немного, когда я увидела не то полянку посреди воды, не то кочку, не то островок. Туман будто выпустил меня именно туда, куда так хотелось попасть. Весь островок был усыпан зелёными кустиками и ягодами. Теми самыми, красно-бордовыми. Казалось, в воздухе витал терпкий, кисло-сладкий и немного травянистый запах ягод. Он будто манил, зазывая подойти скорее поближе. Да и вот они, ягодки, - рукой подать, два шага сделать.

Не мешкая ни мгновения, забыв и про болото, и про опасность, и даже про сучок в руках, шагнула вперед. Тут же правая нога соскользнула по мокрой траве. В резиновый мгновенно набралась вода. Сучок сломался от одного усилия удержаться за него. Только вторая нога пока крепко стояла на земле, но грозила вот-вот последовать за правой и утащить меня под воду. Испугавшись, я дернулась всем телом туда, где, как мне казалось, твердая поверхность. Дернуться-то я дернулась и даже выскочила на землю, но вот сапог мой болото решило себе оставить.

Переведя дыхание, поняла, что стою я на той самой ягодной полянке. И хоть жалко было утопленного сапога, не до него уж стало. Аж дух захватило от яркости вокруг, от запаха, от количества ягод. И неважно стало, что стою я в одном сапоге и в носке мокром. Не задумываясь, начала собирать в корзинку ягоды. Сама я была несильно велика, потому и корзинку свою маленькую до верха набрала быстро.

Посмотрела я с удовлетворением на свой труд, отдышалась и тут-то и поняла, что дороги назад не помню. Оглянулась, а туман так не рассеялся. Даже вроде как гуще стал, что сметана, хоть ложкой его мешай. Сразу вспомнились все рассказы и страшилки, что от деревенских соседок слышала, и слова бабы Дуси. Некстати всплыли в голове образы, тут же детской яркой фантазией нарисованные. Не казалась теперь мне полянка приветливой и красивой. Чудилось, будто из тумана смотрит на меня кто-то, справа тяжело дышит, а слева и вовсе подвывает - тихо так, утробно и жутко. И ягоды мне стали не нужны, и нога замёрзшая про себя напомнила. Покрутилась я на месте, но никаких признаков тропинки не обнаружила. В глазах защипало, захотелось расплакаться, так ещё и желудок решил напомнить, что не завтракала сегодня. Присела я на корягу какую-то, из земли торчащую, пирог достала. Лягушки притихли, ни души вокруг. Болото, туман да ягоды эти проклятые. И я посреди всего, сидящая на коряге, плачущая и пирог жующая.

Вдруг показалось, что ветерок подул и птичка какая-то засвистела. А потом шепот послышался, тихий такой, спокойный:

- Иди сквозь туман. Прямо.

Ещё пуще я испугалась да побежала. Прямо, как голос и сказал. Бежала, не разбирая дороги и не обращая внимания на мокрую, замерзшую ногу, на болото, что вокруг, на туман и тишину. Остановилась только, когда уж на опушке леса, у самой деревни, оказалась. Встречали меня тогда почти все соседи с бабой Дусей во главе. Уж на поиски отправились, как поняли, куда я лыжи навострила.

После того раза на болото я ни ногой одна. Ходила только с бабой Дусей да соседками. Они не раз надо мной посмеивались, что не выбралась бы я сама, если бы болотный дух меня, дуреху, не пожалел. Удивлялись только, как я корзинку не потеряла да ягоды не рассыпала...

Ягоды те до сих пор люблю. И название давно знаю - клюква. А пироги-то какие вкусные с ними получаются! Много лет назад эта история произошла, а я все равно, как пойду на болото, так всегда не забываю тихо прошептать: "Спасибо".

3. Иногда достаточно вдоха

Из объятий сна ее вырвал стук. Тихий, но очень отчетливый. Тук, тук-тук, тук. Элис распахнула глаза и села на кровати. В окно сочился бледный утренний свет и стучала ветка дерева. В комнате было холодно и неуютно. Элис подумала: "Надо было оставить включенным обогреватель".

Чтобы не замёрзнуть ещё больше, девушка поднялась с постели и спустилась на кухню. Хотелось кофе. Ну или хотя бы чая. Главное, горячего. Элис плотнее запахнула кофту и сунула руки в подмышки. Пока грелся чайник, она смотрела каким-то отсутствующим взглядом в окно. Там виднелся крошечный сад с облетающей листвой, изгородь, овитая плетьми дикого винограда. Его темно-бордовые листья контрастировали с бледностью неба и дома, что стоял дальше.

Чайник закипел, напомнив о себе тихим свистом, но Элис все смотрела в окно. Ее накрыли мысли. Она думала о том, как все переменилось за полгода. Как все неожиданно навалилось. Какие-то проблемы, какие-то заботы, нервотрёпка... Не хотелось ничего. Только чтобы все закончилось. Но, как сама Элис понимала, ничто просто так не решится. Что где-то там, в нескольких сотнях миль, ее ждут люди. Ждут ее решений.

Откинув все неприятные мысли подальше, Элис позавтракала пустым тостом и кофе и направилась одеваться. Хотелось выйти из помещения, где, как казалось самой девушке, все давит, где даже дышится будто тяжелее.

Холодный ветер трепал волосы и забирался под шарф и шапку, пока Элис шла по неухоженной дорожке. Девушка переставляла ноги, не замечая пейзажа вокруг. Ей вспомнилось, что когда-то давно в детстве она тонула. Она ещё плохо плавала, но все равно зашла слишком глубоко в озеро. Дно ушло из-под ног, а вода сомкнулась над головой Элис. Она не могла вдохнуть, а только барахталась. Потом ее вытащили на берег. Сейчас Элис казалось, что она снова там, под толщей воды. Что она снова не может вдохнуть. Только сейчас ее никто не вытащит.

Дома остались позади. Перед Элис возвышался небольшой холм, за которым слышался тихий звук набегающих на берег волн. Девушка зашагала быстрее и вскоре оказалась на вершине. Перед ней в обе стороны простирались бледного цвета пляж и бескрайний океан. Элис прошагала по песку, не обращая внимание на ледяной, пронизывающий ветер. Она оказалась у океана. Наклонилась и опустила руку в набегающую волну. Ладонь обожгло холодом. Элис шагнула назад и села на песок, вдохнула свежий, холодный океанский запах.

Океан, в отличие от того озера не внушал страха. Больше некоторое благоговение. Поэтому Элис приезжала в этот дом. Здесь можно было пройти совсем немного и оказаться у океана. Он помогал ей думать и принимать решения. Или ей только хотелось так считать. Девушка вдыхала свежесть океана и успокаивалась. С каждым поступлением воздуха в лёгкие приходило умиротворение, а в лабиринте мыслей находились ответы на самые каверзные вопросы.

Элис просидела на берегу, пока совсем не замёрзла и не поняла, что хочет есть. Она отряхнулась и побрела назад. В голове было пусто, а на душе спокойно. Все мысли оформились в идеи и четкий план, а проблемы уже не казались такими неразрешимыми. Подумалось, что иногда достаточно вдоха. Вдоха запаха океана, чтобы почувствовать его мощь и спокойствие. Чтобы понять, как ничтожно малы проблемы, которые надо решить. Чтобы решить для себя, как жить дальше, пока океан все ещё будет волнами набегать на бледный берег.

4. Костер в ночи

Случилось как-то заночевать в одной глухой деревне. Маленькой, где путники редкость, а гостеприимство в крови. Замёрз я тогда сильно: под снегопад попал. Поселили меня у бабушки, которой и возраст определить не могу. Будто жила она с начала века в своем домишке, очаг разжигала и путников привечала.

Я сидел на лавке, отогревался снаружи теплым лоскутным одеялом, а внутри - чаем с какими-то местными травами. Старушка же ходила по дому, споро собирала нехитрую еду на стол. Приметил я, что в один момент она чуть налила молока в старческую ладонь и выверенным движением брызнула на огонь в очаге. Меня сие действие удивило и заинтересовало. Что за обряд такой странный? Недолго думая прямо спросил, зачем да почему. Бабушка, будто и не было ничего необычного в ее действии, ответила:

- От-Эне подкармливаю.

Естественно, ничего не поняв, я уточнил:

- От-Эне*?

- Да, Мать-огонь, - произнесла старушка, расставляя на столе нехитрый ужин.

Мне все ещё было ничего не понятно, и я уже думал, как и какой вопрос задать, чтобы удовлетворить мое любопытство, когда бабушка продолжила:

- Есть у нас такое поверье, что очаг молоком или чаем окроплять надо. Тогда и огонь в нем никогда не погаснет, и здоровье семье будет, и удача. Многие так делают. Повелось ещё со времён, когда и домов никаких не было. Все в юртах жили. Аил** по-нашему. Помню только историю. Ее мне ещё бабушка рассказывала...

Жила семья: муж, жена да детей двое. Но никак не получалось огонь в очаге поддерживать. Потухал постоянно. А потому и дети болели, и скот хворал, и удачи не было. Шаман ритуалы велел провести: приготовить животное, съесть его, а кости снова в огонь кинуть. Сделали, как сказано было, да не помогло... Подумали, что боги против этой семьи и не будет им житья и счастья. Как поперек них идти? Отчаялись уже, а тут шаман вспомнил, что был ещё один обряд.

Провести его должна была женщина. Уйти далеко, да не очень, чтобы не мешал никто. Огонь развести и ночь подкармливать его. Но не просто так, а салом. Так и сделали. Костер разожгли, сало приготовили. Половину ночи все было спокойно, а потом из темноты приблизилась фигура. Женщина уже испугаться успела, да увидела, что идёт к ней неизвестная. Вроде и не старше ее самой, и одета по-местному. Только наряд белее и украшения на голове вроде как из языков пламени состоящее.

Женщина хотела произнести слова, чтобы к огню позвать, да вымолвить ничего не могла. Будто не умела. И к месту приросла, будто держал кто. А неизвестная меж тем заговорила. Сказала, чтобы домой женщина шла, к семье. Чтобы очаг разожгла сама. Чтобы кости больше не жгла, а молоко и отвар травяной на огонь с ладони пролила. Чтобы повторяла ритуал каждую новую луну. Произнесла и исчезла.

Там уж и рассвет пришел. Женщина все, как велела неизвестная, сделала. Очаг разожгла и молоко с ладони пролила. Больше не погас огонь в их аиле. И здоровье в семью пришло, и удача. А шаман как услышал про неизвестную, что пришла к костру, так сразу и сказал, что была то Мать-огонь или От-Эне. С тех пор мы подкармливаем огонь не салом и костями, а молоком и чаем.

Старушка замолчала. А я потихоньку прямо на лавке погрузился в забытье. И снился мне костер в ночи, чье пламя до небес поднималось, женщина, что ради семьи своей готова на все, и величественная и и великодушная Мать-огонь, От-Эне, в белых одеждах, что услышала мольбы, и пришла на зов того, кто в ней нуждался.

___________________

*От-Эне (Мать-огонь) - светлое божество в мифологии алтайцев.

**Аил - кочевое или полукочевое жилище алтайцев.

!!! Обряд с подкармливаем огня существовал в реальности, но все, связанное с историей возникновения, исключительно авторский вымысел. Картинка - результат генерации нейросети.

5. На кухне

Дверь легко открылась. Щёлкнул выключатель, и большое помещение озарилось белым светом. Серые хромированные поверхности, плиты, стеллажи с посудой - все новое, нетронутое. Совсем скоро оно должно наполниться шумом, звоном, шипением, шкворчанием, перекрикиванием. В воздухе начнут витать запахи. Одни мощные, будто сбивающие с ног, другие нежные, мягкие, будто обволакивающие, от третьих и вовсе будет кидать в жар.

Я стоял посреди этой чистоты и новизны и не понимал, все ли сделал правильно. В голове то и дело возникал вопрос: "Ничего я не забыл?" Сама идея открыть ресторан пришла ко мне не так давно. Конечно, когда учишься в кулинарной школе (и не в одной), временами приходишь к мысли о собственном деле. Но когда проводишь часы на кухне, то погрузиться в мечты или даже построить хоть какие-то планы, времени не остаётся. Потом обучение и даже практика остаются позади. Конечно, я нашел место, где хотелось бы работать, но в голове неожиданно родилась идея открыть собственное заведение. Опущу все скучные подробности, связанные с финансами, помещением и огромным количеством проблем, с которыми столкнулся, ведь вас, конечно, интересует кухня.

Выбор того, что готовить, оказался самым сложным. Побывав во многих странах, попробовав кухни разный мест, я не нашел универсальной. То есть не хотелось взять все и начать готовить. Одно блюдо мне нравилось в одной кухне, другое в другой. А ведь есть ещё и базовые блюда. Например, пицца. На тонком тесте или не очень, с ярким томатным соусом, тянущимся сыром... Или рыба на шкворчащей сковороде. Запах масла, легко отделяющиеся косточки и тающие кусочки на языке. Или мясо, томящееся с овощами и приправами. И это момент, похожий на волшебство, когда гость открывает крышку горшочка, а аромат захватывает все внимание! Или даже простейшие булочки с корицей, которые так невероятно пахнут. А как забыть потрясающие ощущения, когда отрываешь кусочек нежнейшего, воздушного, будто дышащего теста!

Но все это было каким-то известным, понятным и привычным... А хотелось чего-то другого. Когда я в какой-то момент закрыл глаза, из глубин памяти всплыла картина: маленькая кухня, старый деревянный стол, мука, пахнущая чем-то терпким и немного кисловатым, бульканье в кастрюльке чего-то странного, баночки варенья на полке. Это была бабушкина кухня. Хотя нет, прабабушкина. Тут же в голове созрел план. Был сделан звонок бабушке, куплен билет. Меньше чем через сутки ехал я в небольшой городок на берегу Ладоги.

К моему приезду был накрыт стол. Современный, но блюда, стоявшие на нем, складывались годами. Пахло рыбой, картошкой, немного ягодами, витал тот самый терпкий запах. Следующие дни я пробовал, готовил, записывал рецепты. Рецепты той самой, для меня прабабушкиной, а для всех просто карельской, кухни. Мне стали ближе сканцы и рыбники, оказавшиеся просто лепешками с пшеном и пирогами с рыбой. Невыговариваемые какрискука, майтокалакейто открылись мне как выпечка с репой и тушенная в молоке форель. А тесто на калитки (тип местных открытых пирожков) теперь мог замесить с закрытыми глазами. Вернулся я с огромным количеством идей, новыми рецептами и четким планом, какой должна быть еда в моем заведении...

Где-то щелкнула дверь. Значит, пора было начинать делать заготовки: обрабатывать рыбу, мясо, чистить картошку и другие овощи и, конечно, замешивать тесто, ингредиенты для которого отпечатались в моей памяти: мука ржаная и пшеничная, простокваша, сливочное масло, сметана, сода и соль.

Через некоторое время все было готово, что-то кипело на огне, что-то шкворчало на сковородке, что-то тихо и почти незаметно поднималось в духовке. На мгновение закрыв глаза и отрешившись от шума вокруг, я перенесся на много лет назад туда, где витали такие же запахи, где было очень комфортно и невероятно вкусно. Перенесся в старый дом, к прабабушке на кухню.

____________________

Рецепт теста тех самых калиток

Тесто:

500 г пшеничной муки

500 г ржаной муки

200 мл простокваши

1 ст. ложка сметаны (20%)

1/2 ч. ложка соды

1 ч. ложка соли

Смешать муку с солью и содой, добавить простоквашу, масло и сметану. Замесить тесто. Должно быть тугим. Разделить тесто на колодки и раскатать скалкой как можно тоньше. Выкладывая начинку на тесто, чуть приподнимайте края и защипывайте.

Выпекайте в духовке при температуре 180° 30 минут.

6. Слишком много

Воодушевление сменилось паникой. Хочет сбежать! Зачем, куда? Непонятно...

Споро сменив место его дислокации, мы наблюдали тщетные попытки нового побега. Посмотрим, как ситуация развернется дальше.

Ненадолго оставив все как есть, мы занялись другими не менее важными делами. Приготовили ножи, расстелили специальную клеенчатую ткань, чтобы не заляпать все вокруг. На полу уже расползалось несколько красных капель. Мы быстро замыли их тряпкой, надеясь, что следов не останется.

Снова попытка побега! Что дальше?

Не видя смысла больше тянуть, мы разложили его на столе. Впереди нас ждало расчленение...

"Много, его слишком много. У нас не хватит сил", - проносилось в голове.

Не знаю, как долго все длилось, но мы очень устали. Пол был в свежих красных каплях, а наши руки ломило. Мы смотрели друг на друга, тяжело дыша. Наши раскрасневшиеся лица были в каплях пота.

- Слишком много, - синхронно произнесли мы с сестрой, наблюдая за тем, что теста в огромной кастрюле совсем не убавилось, хотя в духовке выпекался уже третий противень пирогов с брусничным вареньем.

7. Кошмар наяву

Вся история Элинор тут: https://author.today/work/506005

Минул месяц после странного случая в лесу. Элинор до сих пор помнила заброшенное капище, поляну и незнакомца, скрывающегося в тени. Его голос всплывал в голове часто, настораживая и даже пугая. Про ту встречу девушка так никому и не рассказала, а ее магия так и не проявила себя, несмотря на слова незнакомца.

Вот и сегодня ее день должен был начаться с самых обычных домашних дел, перейти к обеду в помощь старой кайлех и подготовки к вечернему ритуалу посвящения. Еще одна девушка, даже младше Элинор, отыскала дорогу к своей магии и должна была вступить во взрослую жизнь. Теперь она могла сама проводить ритуалы. С этого момента в деревне ее воспринимали не как подростка, а как равную, с которой можно советоваться, просить помощи.

Элинор с завистью смотрела на приготовления. Ее терзали сомнения: возможно, стоило рассказать о случае в лесу хотя бы старой кайлех. Уж она-то должна знать, что тогда произошло. И, кто знает, быть может, завтра сама Элинор будет стоять в круге посвященных.

Вечер выдался тихий, безветренный. Не было слышно ни стрекота сверчков, ни чириканья птиц.

- Это хорошо, никто мешать не будет, - проговорила старая кайлех, помолчала, а затем продолжила, обращаясь к той самой девушке, Венн, ради которой и затевался весь ритуал. - Сама природа за тебя.

Венн в ответ кивнула, продолжая обматывать пучок травы бечевкой. Что-то внутри Элинор неприятно кольнуло. То ли все та же зависть, то ли предчувствие.

Вопреки странным ощущениям Элинор обряд прошел без неожиданностей: Венн окропили водой, окурили дымом трав, дали выпить отвар. По традиции старая кайлех подготовила с помощью кузнеца амулет, который посвященная девушка будет носить всю свою жизнь. Пока Венн не стала вешать его на шею, а обернула вокруг запястья.

Ночь полноправно вступила в свои права, когда вереница из девушек потянулась к домам. Элинор шла последней. Ее тревожило, что она отстаёт от всех, что так не нашла свою магию. Девушка не заметила, как с ней поравнялись Венн, виновница сегодняшнего обряда.

- Хэй, не расстраивайся! Уверена, совсем скоро и ты найдешь то, что ищешь, - произнесла она участливо.

Эта дружеская поддержка подействовала на Элинор противоположно: в голову закрались мысли, что Венн ее всего лишь пожалела.

- Тебе меня не понять, - пробубнила в ответ девушка, останавливаясь на дорожке.

- Не говори глупостей! Скоро мы будем для тебя проводить обряд!

- Не будем! Ничего не будем!

Венн тоже остановилась и недоуменно смотрела на Элинор. Они не заметили, что остались на тропинке совсем одни.

- Я уже месяц назад нашла дорогу к магии, но ее нет. Он сказал, что нашла. Но пользоваться ей так и не могу! - повышая голос, выпалила Элинор.

- Кто сказал?

- Не знаю кто! Этот у старого капища! Это я должна была сейчас участвовать в обряда! Это моя ночь!

У ног девушек заклубился не то темный туман, не то дым. Они, забыв о беседе и не сговариваясь, побежали в сторону деревни. Договорить можно было потом. Они бежали, но тропинка будто петляла и уводила их совсем в другую сторону. Элинор и Венн останавливались только иногда, когда дышать было совсем тяжело, а ноги неприятно болели.

- Мы заблудились?

- Нет, мы же шли по знакомой тропе. Ой, у тебя кровь на щеке, - сказала Венн, указывая на царапину.

Элинор прижала рукав в лицу. Щеку неприятно защипало, а на ткани остался красный след.

"Заживёт. Домой бы побыстрее добраться", - подумала девушка.

Они с Венн оглядывались по сторонам. Темный туман, что так напугал обеих, теперь окружал со всех сторон. Элинор присмотрелась к дымке вокруг и вскрикнула. Она увидела, что черная мгла вокруг них состоит из множества духов, которые хотят дотронуться.

- Бежим! - крикнула Элинор, схватила за руку Венн и побежала туда, где, как ей казалось, тьмы была менее плотной.

В какой-то момент Венн споткнулась и упала. Элинор успела обернуться. Она не помнила, когда они расцепили руки, но теперь девушка была в десятке шагов от подруги. Темные тени кружили над Венн, не давая ей встать, все больше закрывая ее. Яркая луна освещала лишь мелькавших черных духов. Элинор стояла, будто приросла к земле. Не получалось ни бежать, ни кричать, ни тем более помочь. Мертвую тишину нарушил вскрик ужаса Венн, а следом закричала Элинор. Она не могла остановиться. Горло нещадно саднило, а силы будто выкачали, но девушка продолжала кричать. Темные тени начали растворятся.

Когда Элинор пришла в себя, то вокруг был лишь лес и свет луны. В руке она держала торт самый амулет, который Венн не успела завязать на шее, а обернула вокруг запястья. Кошмар и ужас, испытанный Элинор рассеялся, будто его и не существовало вовсе. Позади послышались окрики деревенских...

Где-то в лесу, у капища старых богов, темный силуэт лишь усмехнулся и произнес:

- Маленькая кайлех, как тебе твоя сила? Темные помыслы, темные желания всегда привлекают темных духов...

8. Что ты знаешь?

Целиком история про остров: https://author.today/work/497347

Вечер четверга стал одним из таких дней, когда Эбби совершенно не хотелось готовить, а потому она, закрыв больницу, бодро направилась в кафе. Ещё свеж был в памяти образ киша с курицей, грибами и сыром. Его девушке принесла Джоан, официантка. Тогда на острове Эбби жила всего несколько дней. Теперь ей нравилось здесь. Нравился запах моря, свет маяка в ночи, пациенты, долгие прогулки по пляжу и вечер четверга в компании Джоан.

Они устроились за столиком у стены, как и всегда. Джоан, как обычно, предложила, что лучше заказать:

- Сегодня киш. Да, как в тот самый раз, когда я напросилась к тебе в гости.

- Да неправда! Ты спасла меня от голода, - ответила Эбби, размышляя о том, как неожиданно синхронно они мыслят. Ведь она сама только недавно вспоминала тот вечер.

- О! Но я должна тебе признаться, что мне было просто интересно. Но вернёмся к сегодняшнему кишу. Он с рыбой и шпинатом. И, поверь мне, ты такого точно не пробовала!

Дальше разговор под киш, большую чашку кофе и десерт потек легко.

- Как так получилось, что ты оказалась на острове? Ну, то есть тебе достался дом. Но почему тебе? - спросила Джоан.

- Хммм... Понятия не имею... Просто так решила родственница.

Удивительно, но Эбби ни разу не задумывалась, почему дом на этом отдаленном острове достался именно ей.

- И все?

- И все. Не думала об этом.

- Это как-то неинтересно, - запротестовала Джоан. - Давай подумаем, что ты знаешь?

Эбби знала, что однажды очень-очень давно была на острове, но это все только со слов родителей. Сама она ничего из путешествия не запомнила. Дом ей показался незнакомым, как и пейзаж.

Вечер закончился на обсуждении, что ещё можно посмотреть на острове, но в голове у Эбби засел вопрос "Что ты знаешь?"

9. Не засыпай

Фонари, стоящие вдоль дороги, мелькали быстро, отмеряя расстояние до места. Женщина, что сидела за рулем, покрутила ручку для чуть большего нагрева и нажала кнопку включения музыки. Странно и совершенно не в тему (всё-таки было ещё только первое октября) заиграла популярная новогодняя мелодия. Мысли повернули в сторону праздников и того, как отмечали в детстве.

Раньше во время новогодних праздников Ингу, как и ее брата и ещё нескольких детей, всегда отправляли спать. Когда били куранты и звон бокалов разносился по квартире, они уже мирно спали в соседней комнате. Столько раз они дружно пытались досидеть, но также дружно засыпали. Став чуть старше, они начали друг друга будить. Инга, как самая младшая, клевала носом раньше всех. Но ее будил голос брата: "Не засыпай. Не засыпай, все пропустишь!" Забавнее всего было то, что после всех увещеваний брат погружался в сон сам.

Сейчас на дороге в родительский дом эти воспоминания всплыли в голове вереницей кадров, частичками ощущений, брызгами эмоций. Радио продолжало играть незамысловатую мелодию, сдобренную звоном колокольчиков. Она так не подходила темной, сырой дороге. Инга почувствовала, что все глубже погружается в воспоминания. Они утягивали ее куда-то далеко.

Вдруг на границе сознания прозвучал голос брата:

- Не засыпай!

Инга резко открыла глазки и успела повернуть руль до того, как съехать в кювет. Машина вильнула, но осталась на своей полосе. Женщина переключила радио на заводную волну и сосредоточилась на дороге. Захотелось позвонить брату. Но вспомнилось, что он еще далеко и у него уже за полночь. Телефон зазвонил сам.

- Привет! Ты далеко? - раздался в динамике голос брата.

- Далеко, поздно выехала. Ты чего не спишь?

- Просто проснулся и неудержимо захотелось тебе позвонить.

- Да?! Тогда ты поверишь в то, что я тебе сейчас расскажу...

10. Пуговица

Значимые события "нанизываются" на нашу память как бусины. Или как пуговицы, которые собирают по цветам. А что если пуговица - сама символ того, что когда-то произошло? Или напоминание о ком-то?

Именно таким символом была обычная на первый взгляд металлическая пуговица, что лежала на полу аэропорта. Два сантиметра в диаметре, с двумя отверстиями для пришивания. Но носили ее на цепочке в компании с медальоном. А необычной она была тем, что на лицевой стороне выгравированы лесные орешки.

Хейзел* Торн торопилась на свой рейс. Как на зло ремешок сумки зацепился за цепочку на шее. Крошечная ниточка попала между звеньями и никак не хотела отцепляться. Резкое движение - цепочка лопнула. Торн краем уха услышала лёгкий дзынь, но не придала этому значение. Теперь ее маленький талисман лежал на полу посреди аэропорта Нью-Йорка. Пуговицу эту ей подарил дедушка, когда было ее первое выступление на большой сцене. Тогда рояль казался огромным, а сама Хейзел чувствовала себя крошечной. Дедушка сказал, что пуговицы всегда были символами удачи в их семье, поэтому ей нужен свой такой талисман. Много лет прошло, но на цепочке так и висел необычный подарок. Теперь же талисман лежал на полу аэропорта Нью-Йорка. Пуговице грозило попасть с мусорку...

Габриэл Диас опаздывал. По закону подлости именно сегодня рейс в Бразилию не задержали. Мужчина перемещался бегом к нужной стойке для регистрации. Так удачно проведенная сделка заняла не так много времени, но друг Габриэла предложил отметить. В итоге бар, чуть больше алкоголя - и вот Диас опаздывает на самолёт. В какой-то момент ногой в ботинке он наступил на что-то маленькое. Чуть не повалившись на пол и не совсем цензурно ругнувшись, Габриэл все же удержал равновесие. Под подошвой оказалась металлическая пуговица. Не тратя время на размышления, мужчина ловким движением руки отправил ее в карман и чуть осторожнее направился к стойке регистрации.

Перелет в Сан-Паулу прошел в штатном режиме. Габриэл успел вздремнуть, что положительно сказалось на его настроении. Про пуговицу в кармане он благополучно забыл, поэтому не заметил, как она выскочила, когда мужчина доставал деньги, чтобы расплатиться с таксистом.

Анн-Мари Лемье плюхнулась на заднее сиденье такси и наконец расслабилась. Поездка выдалась нервной. Цикл передач про Сан-Паулу должен был стать одним из самых ярких в ее карьере, но все время что-то шло не так. Даже сегодня сначала проблема с водой в отеле, теперь задержка такси. Хорошо, что Анн-Мари заказала его заранее. Оставалась надежда, что перелет пройдет спокойно, а в Париже ее встретит Этьен. Две недели отпуска! Женщина почти погрузилась в мысли, но ее отвлек блеск на другом краю сиденья. Анн-Мари потянулась к нему и успела ухватить предмет, решивший все-таки юркнуть в щель около двери. Приглядевшись, Лемье обнаружила, что это металлическая пуговица с выгравированным рисунком лещины. Решив, что будет забавно написать небольшую заметку и придумать предысторию этому предмету, женщина сунула свою находку в карман рюкзака и расслабилась на сиденье.

В Париже было прохладно. Анн-Мари сидела за столиком кафе, дожидаясь свою подругу, с которой появилась возможность пересечься только сегодня и только в небольшой промежуток времени. Лемье думала, что повезло заехать домой, кинуть вещи и переодеться. С подругой они прекрасно поболтали и перекусили. В конце встречи Анн-Мари вспомнила про пуговицу, которую взяла с собой. Она прекрасно знала про любовь подруги ко всяким необычным находкам. Эта ей показалась заслуживающей внимания. И была права! Бережно положив пуговицу в сумку, подруга отправилась домой.

Хана Нозаки летела домой. В Токио ее ждал любимый магазинчик антикварных и просто сувенирных предметов, которые она частенько собирала по всему свету. Даже маленькая пуговица, полученная от подруги в Париже, могла стать отличным дополнением коллекции.

Совсем скоро Хана расположила свои новые находки в одной из небольших витрин. На специальной подложке оказались запонки в виде цветов нарцисса, крошечные подвески, формой напоминавшие ловцы снов, и пуговица с гравировкой лесных орешков. Мягкий свет падал на них, привлекая внимание местных и туристов.

Аутентичные улочки уже не так впечатляли, а желание наконец уехать пересиливало тягу к новому. Магазинчик привлек Тима Хармона случайно. Хотелось уже наконец купить хоть что-то в подарок дорогому человеку. Да, он помнил про лежащие в чемодане спицы для прически ручной работы, но будто чего-то не хватало. Пробежав взглядом по витринам, мужчина заметил небольшую пуговицу. Глаза загорелись интересом. Тим тут же уточнил цену, а приятная хозяйка магазинчика с удовольствием запаковала предмет в бумагу. Так пуговица снова пересекла океан.

После концерта в гримерке можно было немного отдохнуть. Снова публика, снова аплодисменты и снова натянутая улыбка. Пианистка была расстроена, хоть и старалась это скрыть. На столике ее ждал букет и среднего размера коробочка. Хейзел прочитала открытку: "Есть три вещи, которые ты любишь больше всего: каллы, необычные украшения для волос и свой маленький талисман. Кажется, сегодня я попал во все. Тим".

Хейзел торопливо открыла коробку: на подушечке лежали утонченные спицы для волос и маленькая металлическая пуговица с гравировкой лесных орешков.

Значимые события "нанизываются" на нашу память как бусины. Или как пуговицы, которые собирают по цветам. А иногда пуговица - сама символ того, что когда-то произошло. А иногда она напоминает о ком-то. О ком-то важном в прошлом и о ком-то важном в будущем.

___________________

*Хейзел означает "лещина".

11. Те, кого нет

Вся история Элинор: https://author.today/work/506005

В памяти всплывали лишь обрывки: дорога в деревню, родной дом, перепуганные лица родителей... Минуло две недели, прежде чем Элинор смогла прийти в себя. Голос восстанавливался, но медленнее, чем хотелось бы. По рассказам тех, кто нашел ее в лесу, девушку без сознания принесли домой. У нее начался жар и отсутствовал голос, поэтому даже болезненный бред невозможно было разобрать.

Теперь Элинор понемногу выходила из дома. По-прежнему мало говорила, боялась каждой тени. Ночь же стала временем кошмаров. Девушка просыпалась в мокрой от пота рубашке и с немым криком на губах.

Венн так и не нашли. От нее сохранился лишь амулет, про который знали все. Элинор "на память" подруга оставила ещё и свой вскрик, но этот сувенир девушка благоразумно оставила при себе.

В это утро в дверь дома, где жила семья Элинор, постучали. На пороге стояла старая кайлех. Ее морщинистое лицо не выражало никаких эмоций, а голос звучал ровно и уверенно:

- Что случилось в лесу?

Элинор, и не думая утаивать хоть что-то, рассказала все. Лишь о той встрече с незнакомцем так и не решилась.

- Это были духи. Не те, кто помогает и защищает. Они более светлые и появляются по-одному. Это те, кого нет. Кого не помнят или хотят быстрее забыть. Духи мрачные, темные. Люди, их породившие, совершали страшное: убивали, грабили, издевались над другими. Их имена предали забвению, как и память о них. Поэтому и называют теми, кого нет.

Старая кайлех замолчала и задумалась. На ее лице застыла маска скорби и непонимания. Время шло, а старуха все молчала. Элинор хотела уже задать вопрос, как кайлех заговорила:

- Скажи, что было!

- Когда? - только и сумела прошептать девушка.

- Ты сама знаешь, - спокойно, но настойчиво произнесла старуха. - О чем ты задумывалась не раз за эти недели?

Голос старой кайлех пугал и завораживал одновременно. В голове Элинор крутилось только одно воспоминание: ночь, тропа, старое капище, незнакомец в тени. Девушка рассказала, что помнила. Что долгое время казалось ей сном. Что она откладывала в самый дальний угол сознания, потому что боялась.

- Ты та, кто может управлять теми, кого нет. Но цена этого дара высока - капля твоей крови и жизнь.

- Венн... Она... Из-за меня...

- Верно. Теперь ты будешь жить с этим, - жёстко констатировала старая кайлех.

Молчание затягивалось. Элинор не могла вымолвить ни слова. Но теперь не из-за отсутствия голоса, а из-за навалившегося тяжёлым грузом понимания. Прошло немало времени, прежде чем у девушки хватило сил заговорить:

- Как мне теперь жить?

- Никто не узнает про Венн. Не твоя в том вина, а незнание,- ответила кайлех. Она будто заготовила ответ заранее, но ждала, когда Элинор спросит. - Что до твоего дара? Его можно оставить как есть или избавиться от него...

Девушка, готовая согласиться, закачала головой, но старуха остановила ее:

- Подожди. Путь этот непростой и опасный. К чему он приведет, никто не знает.

- Но я не смогу жить с даром! Не смогу!

- Кто знает... Возможно, ты та, кто осилит бремя власти над теми, кого нет. Приходи ко мне, когда решишь, по какому пути тебе идти.

Старая кайлех, не дожидаясь ответа, встала и тихо вышла за дверь, оставив Элинор наедине с тяжёлыми мыслями.

12. Мрачный полдень

За окном было светло, но сумрачно. Октябрьские дни не радовали солнцем. Хотелось одного - спать. А ещё лучше закуклиться в плед и засмотреть какой-нибудь сериал. Такие мысли одолевали едва ли не весь офис. Ирма сидела за компьютером, пытаясь вникнуть в суть документа, открытого на экране. Впереди не ждало ничего хорошего: до выходных ещё четыре дня, а до отпуска минимум четыре месяца.

- Очередной мрачный полдень, - произнес кто-то из коллег, продолжая клацать клавиатурой.

До обеда оставался ещё час, но Ирме нужно было отнести некоторые документы в другой офис, а это всего дорогу перейти. Вот и способ взбодриться! И курьера гонять не придется. Девушка решительно встала и вышла из-за стола.

На улице тот самый мрачный полдень был не лучше. Серые тучи нависли над городом, будто старались придавить любые всплески радости и хорошего настроения. Ирма направилась было к пешеходному переходу, но ее остановила вспышка яркости: справа расположилась кофейня. Ее вход украшали яркие листья, гирлянды с фонариками и тыквы. Много тыкв. Взгляд девушка буквально приковал к себе буйный оранжевый цвет. Одернув себя, Ирма быстро перешла на другую сторону.

Документы были отданы быстро, поэтому спустя всего пять минут девушка возвращалась назад. И снова оранжевое безумие у входа в кафе приковало к себе ее взгляд. Рассудив, что она предупредила о получасовом отсутствии, Ирма нырнула внутрь. Ее буквально сбил с ног запах шоколада, специй и кофе. Под ложечкой тут же неприятно засосало, напоминая об отсутствии завтрака. Улыбчивая бариста, будто ее не беспокоит вся эта унылая серость за окном, спросила, чего Ирма желает. Очень некстати подумалось, что желает девушка двенадцатичасовой сон, билет на море и новое платье, но вслух лишь попросила посоветовать что-нибудь.

- У нас сегодня три лучшие вкусняшки этой осени: шоколадный торт с орехами и карамелью, морковный рулет и тыквенный тарт с крем-чизом, - бодро отрапортовала бариста.

"Мда. Ну и выбор..." - мелькнула мысль в голове девушки. Шоколадный торт ее как-то не привлек, морковные рулеты не нравились, а тыквенный тарт она и вовсе никогда не пробовала. Идея зайти в кафе уже не казалась такой интересной. Переборов себя и постаравшись включить тягу к экспериментам, Ирма попросила тыквенный тарт. А затем ещё и чашку какао. Гулять так гулять! Кто-то там уже начал худеть к Новому году, но точно не Ирма.

Совсем скоро заказ принесли за столик, где расположилась девушка. Какао было самым обычным на вид, а вот тыквенный тарт точно привлекал. Оранжевый бисквит с белой шапочкой крема и невероятным запахом! Ирма попробовала кусочек. Затем ещё один. И ещё, ещё, пока тарелка не опустела. Приятный вкус бисквита, в котором совсем не угадывалась тыква, крема, легкого, нежного и обволакивающего, и чуть приторноватое какао, отдающее вкусом детства, будто совершили маленькую революцию. Девушка подумывала заглядывать в кафе почаще. А пока она возвращалась в офис в приподнятом настроении и пакетиком, в котором лежал ещё один кусочек тыквенного тарта.

13. Ты с нами?

Целиком история про остров: https://author.today/work/497347

День приближался к вечеру. Пациентов в островной больнице и так было немного, а сегодня все и вовсе решили остаться дома. Мелкий, противный дождик постукивал по стеклу. Эбби занялась составлением списка для доставки медикаментов с материка. Начался сезон штормов. А значит, пора было максимально пополнить запасы. Как предупредили местные, иногда неделями паром мог не ходить из-за погоды.

- Живём между дождем и снегом, поэтому топи чаще, чтобы трубы не замёрзли, а в комнатах не пахло сыростью, - сказал Нильс Эклунд, когда ремонтировал кран в доме у Эбби пару недель назад.

Девушка тогда мысленно записала себе ещё одну фразочку из обихода местных жителей и покивала головой в знак согласия. Она уже столкнулась с неработающим котлом и постоянным ознобом, поэтому понимала, как важно поддерживать тепло.

Заполняя список, Эбби краем уха услышала, как чуть скрипнула дверь. Сэнди, расположившийся на лежанке, даже не поднял головы. Значит, свои. И точно, на пороге появилась Рут, дочь местной портнихи. Эбби помнила, что ей двадцать три и она помогает матери шить и ремонтировать одежду. Если закрыть глаза, то врач легко представляла себе невысокую девушку с миловидными чертами лица, ее чуть рыжеватые волосы, забранные в хвост. Вспоминала поездку на остров неподалеку в конце сентября. А ещё Эбби живо представляла рану на ноге, которую Рут получила, подскользнувшись на грязи у самого дома: несколько швов и огромный синяк.

Но сейчас Рут была озабочена явно не поиском медицинской помощи. Она без стеснения зашла в кабинет и присела на стул напротив Эбби.

- Привет! Неделя до Хэллоуина. Ты с нами?

Ох уж этот местный формат разговоров, к которому мисс Холл хотя и почти привыкла, но никогда не была готова! Задавать вопросы влоб, не задумываясь, поймет ли тебя собеседник, а тем более кто-то не здешний, было стандартным поведением.

- Привет! Возможно, если объяснишь, о чем речь, - ответила Эбби.

Девушка уже поняла, что проще было согласиться или почти согласиться, а уже потом уточнять, на что ты подписался. А ещё она знала, что сейчас ей все выложат быстро и четко, будто все фразы подготовили заранее.

- Так как через неделю Хэллоуин, то на острове будет праздник. Не очень большой, но весёлый. Всё-таки жить между дождем и снегом придется долго, поэтому это такие неофициальные проводы теплого сезона. Потом, конечно, будет ещё Рождество, но тридцать первое октября - праздник особенный. Все стандартно: украшаем дома и наряжаемся сами, дети помладше ходят по домам. А в баре проходят танцы. Бывает небольшой фейерверк. Так ты с нами?

Эбби задумалась. Она никогда особо не отмечала Хэллоуин. Помнила только студенческие вечеринки по этому поводу, но они казались теперь настолько далёкими, что потеряли очертания и в голове всплывали лишь пятнами в виде каких-то клубов и коктейлей невообразимых цветов.

- Хорошо. Мне что-то нужно будет сделать?

- Только прийти на примерку платья завтра к моей маме. Ты же знаешь, где мастерская?

- Вроде бы знаю. Мне Джоан показывала.

- Отлично! Тогда мама ждёт тебя завтра у нас. Пока! - сказала Рут и, не дожидаясь ответа, скрылась за дверью.

На следующий день Эбби, как и обещала, направилась в мастерскую матери Рут. В помещении толпились дети и стоял гам. Девушка подумала, что она не вовремя, но миссис Рау споро сняла мерки и попросила прийти ещё раз через день.

В следующий приход Эбби в мастерской было на удивление пусто. Миссис Рау, как и сама Рут, сидела за столом и пришивала пайетки на костюм ведьмы. Мать и дочь закружились вокруг девушки, быстро подкладывая ткань. Когда с примеркой было покончено, втроем переместились на кухню, чтобы выпить чай. Беседа о не очень важных вещах перетекла в плоскость приезда Эбби на остров. Тут девушка вспомнила, что было бы неплохо хоть немного узнать про дом и женщину, которая в нем жила.

- Помню я тебя, - сказала миссис Рау. - Ты приезжала с родителями. Маргарет тогда вместе со мной дожидалась паром и объяснила, что родственники едут на денек-два. Но вы вернулись на материк в этот же вечер.

- Интересно почему?

- Не знаю, что у вас там случилось, но ходила Маргарет потом ещё долго как трава на ветру.

- Это как?

- Грустная значит, - пояснила Рут. - Трава на ветру сильно по земле стелется, вот и человек вроде как от переживаний склоняется.

- А какой была Маргарет? Ведь я её совсем не помню.

- Обычной. Жила как все. Помогала в магазине, потом на ферме. Общительная, добродушная... Но я не знала ее близко. Так, знакомые. Всё-таки и по возрасту мы не настолько близки...

- То есть Вы не видели, когда она приехала на остров? - уточнила Эбби.

- Нет. Да и не могла, ведь я родилась не здесь, а переехала после свадьбы.

- А ты у нотариуса, мистера Треда, спроси, - предложила Рут. - Он здесь родился. Наверняка помнит что-нибудь.

Утро следующего дня тянулось для Эбби непозволительно долго. Она никак не могла дождаться окончания приема. Поэтому, когда за последним пациентом закрылась дверь, девушка быстро собрала вещи и почти бегом направилась к нотариусу.

Мистер Тред, как обычно, сидел в своем кабинете и заполнял какие-то бумаги. Он не удивился, когда в дверях появилась запыхавшаяся Эбби.

- Мисс Холл! Добрый день! Какие-то вопросы, связанные с домом?

- Здравствуйте! Нет, все в порядке. Или не совсем с домом.

Мистер Тред жестом предложил девушке присесть, а затем терпеливо дал ей отдышаться.

- Скажите, Вы знаете, почему Маргарет Холл оставила дом именно мне?

- Ох, мисс Холл, не моя это тайна. И я обещал, что Вы обо всем узнаете, но не раньше, чем проживете здесь полгода. Потерпите всего три недели...

Пролетели дни до Хэллоуина. Разговор с нотариусом все ещё интриговал и заставлял возвращаться к нему каждый вечер, мешая засыпать. Но и Эбби не оставляла попыток хоть что-нибудь найти в доме. Были обшарены все укромные уголки, ящички и шкафчики. За очередными раскопками в кладовке ее и застали Рут и Джоан.

- Эй! Это ни в какие ворота! Так ты с нами?!

- Да! - уверенно ответила Эбби.

В этот вечер она решила отложить все дела и просто повеселиться. В компании подруг она будет танцевать в красивом платье, которое сшила миссис Рау. А тайны, даже если они семейные, Эбби отложит на завтра.

14. Ветер в глубине души

Вся история Элинор: https://author.today/work/506005

Она стояла на дороге, ведущей в лес. Осталось несколько шагов до того, чтобы безвозвратно поменять все. Ее волосы ворошил лёгкий ветерок, перебирал складки платья. Руку она обвила шнурком с амулетом. Не ее, но той, кого погубила. Несколько шагов, и ее фигура стала удаляться все дальше в лес...

Элинор просидела ещё несколько дней, боясь выходить из дома, боясь говорить. Вдруг любое ее слово сможет закрутить события, когда погибнет кто-то ещё. Вечером она снова никуда не пошла. Элинор стояла перед зеркалом, пытаясь понять, что она такое. Вроде никаких внешних изменений не было. Но внутри все же что-то изменилось. Внутри все холодело, будто душа стала покрываться тоненькой корочкой льда. В какой-то момент поверхность зеркала потемнела, а затем в нем вместо отражения самой Элинор появилась Венн. Она выглядела так же, как в день ритуала посвящения. Элинор на мгновение застыла, а затем протянула руку к зеркалу. Мутноватая поверхность была прохладной и твердой, а дотронуться до подруги девушка так и не смогла. Венн на действия Элинор только покачала головой, а затем разомкнула губы:

- Ты не виновата, - голос звучал будто через толщу воды. - Сейчас у тебя есть выбор. Иди по той дороге, что ближе. Ты сильнее, чем кажешься.

Элинор проснулась в своей кровати. То ли сон, то ли явь, которые произошли ночью, повлияли на девушку. Она решительно направилась в сторону дома старой кайлех. Когда та открыла дверь, Элинор произнесла:

- Я выбрала. Мне не нужен этот дар. Что я должна сделать?

Она стояла на дороге, ведущей в лес. Осталось несколько шагов до того, чтобы безвозвратно поменять все. Ее волосы ворошил лёгкий ветерок, перебирал складки платья. Руку она обвила шнурком с амулетом. Не ее, но той, кого погубила. Несколько шагов, и ее фигура стала удаляться все дальше в лес.

Элинор шла, держа в голове слова старой кайлех:

- Ты должна помнить, что после этого ритуала станешь обычной. Больше не сможешь быть кайлех. Но это только часть. Все, что ты сделаешь, может привести к гибели.

Девушка все равно согласилась. Теперь вместо льда, который покрывал все внутри, в глубине души поселился ветер, который будто умчал с собой все тревоги, но привнес ощущение свободы и умиротворения. Лишь одна деталь настораживала. Накануне в зеркале снова появилась Венн, которая сказала странную фразу, которая с каждым шагом звучала в голове Элинор все громче:

- Не верь старой кайлех!

15. Если закончится

На мне была самая важная задача. Было страшно, но я держался, стараясь не показывать виду. В голове крутились мысли: "Что, если не успеет? Что, если не получится?"

Не хотелось думать, что будет, если все закончится. Да и что бы это поменяло? Я не мог ничего...

Единственное, что мне оставалось делать, - смотреть на то, как все меньше и меньше остаётся тех, кто отделяет меня от провала. И не было никого, кто мог бы помочь и поддержать.

Если закончится, то что мне делать? Куда бежать? Кого звать? Как поступить?

Стремительно приближался момент икс. Все внутренности сводило от страха и неизвестности.

Стоя на краю, я понял, что винить некого. Надежды ни на что не осталось.

Я зажмурил глаза и, отрешившись от всего, был готов принять свою судьбу...

- Фух! Успела! - сказала, подбежавшая мама. В руках у нее была бутылка молока, за которой она вернулась в отдел, оставив меня одного в очереди в кассы.

16. Слишком много думаешь

Ужасно хотелось есть! Нет, не так. Ужасно хотело съесть что-нибудь вкусное! Весь последний урок просто мечтала о чем-нибудь сладком или просто необычном. Вроде бы дома были молочный коктейль и глазированный сырок. Осталось выбрать, что схомячить.

Дорога домой показалось вечностью, а долго не приезжавший лифт вызвал раздражение, на седьмой этаж я добралась по лестнице.

И вот знакомая дверь, прихожая. Где-то в недрах квартиры играла музыка - не иначе младший брат, раньше вернувшийся из школы, смотрел какое-то видео.

Как я и предполагала, в холодильнике обнаружились сырок и коктейль в коробочке. И тут встал вопрос: что же съесть?

Сырок оказался с вареной сгущенкой и в шоколаде, а коктейль - карамельный. Конечно, больше мне нравится варенка с ее приторной сладостью! А сверху ещё и хрусткий корпус! Ммм... Но вкус молока с карамелью люблю не меньше. И коктейль можно забавно сёрбать через трубочку. Вот это дилемма, так дилемма!

Я серьёзно зависла у холодильника. Съесть все было бы неправильно: всё-таки надо было что-то оставить младшему брату, но и выбрать никак не получалось.

Сгущенка или карамель? Карамель или сгущенка? Сырок или коктейль? Коктейль или сырок?..

Когда я, вроде бы наконец решившись, открыла холодильник, то снова засомневалась. Рука потянулась сначала к одному, а затем к другому. Попыталась вспомнить, что больше любит брат - вроде всё из представленного. Да и я сама порадовалась бы вкусу любой из вкусняшек.

- Слишком много думаешь! - сказал скользнувший под моей рукой брат и выхватил прямо у меня из под носа глазированный сырок.

Что ж, значит, сегодня буду пить карамельный молочный коктейль. Вот так бы сразу все легко решилось!

17. Сияние

Ехать в эту командировку мне категорически не хотелось. Конечно, край земли мало кого привлекает. А в компании морозов проводить время желания и вовсе не было. Да, сбор статистических геоданных нужен везде, но уникальные природные условия делают некоторые регионы наиболее интересными. Но исключительно с научной точки зрения. А еще меня особо никто не спрашивал, и потому уже через сутки я летела бог знает куда.

В общем, как я и сказала, ехать туда, где шанс замёрзнуть насмерть или повстречать белого медведя куда выше, чем мог бы быть, желания не было. Потому и работа казалась мне долгой и нудной. Все не клеилось. Не привлекали меня ни зимние красоты, ни холодное северное море, ни просто доброжелательная атмосфера вокруг, ни легенды, коих здесь было в достатке.

Так что не было ничего удивительного, что на третьей неделе моего пребывания случилось из ряда вон выходящее событие: я потерялась. До сих пор не понимаю, как такое могло произойти. Выходила в ясную ночь, да и до соседнего здания было рукой подать. Но налетевшая метель спутала все карты. Она появилась неожиданно, закружив ветром, засыпав глаза снегом. Не было не видно ни зги. Сколько шагов тогда сделала, даже не знаю. Все мои попытки отыскать здания вокруг оказались безуспешными. В какой-то момент мне показалось, что я так и останусь замерзать. Обиднее всего стало от осознания того, что заблудиться в крошечном исследовательском поселке было попросту негде. А мне это неожиданно удалось. Потрясающее невезение!

Сколько я бродила в метели, не могу даже представить. Только руки и ноги замёрзли сильно. В какой-то момент, когда меня уже накрывало отчаяние, вдруг справа мелькнуло что-то белое. И нет, это был не снег, а пушистый хвост. Полярных лис мне ещё видеть не доводилось, но под описание существо попадало идеально. В мгновение метель прекратилась так же быстро, как и началась. Оказалось, что я стою на окраине поселка, вокруг меня только ночь, снег и холод. Никакой полярной лисы. А затем мое внимание переключилось на небо. В темноте ночи происходило что-то невероятное. Будто кто-то пускал цветные световые волны. Они струились, извивались и переливались оттенками зелёного и немного фиолетового. Казалось, кто-то там, наверху, играет со струящимся светом. Не хватало только музыки. Вокруг были лишь тишина и всполохи на небе...

Забыв про холод и замёрзшие конечности, я простояла на снегу довольно долго. Это было мое первое в жизни северное сияние.

А когда вернулась и рассказала про все, то один из моих коллег, который намного больше проработал здесь, ухмыльнулся и с видом знатока объяснил:

- Приняла тебя местная природа. Вернула и показала свой самый красивый секрет. Теперь все хорошо будет.

Мне было не совсем понятно, а потом я узнала, что местные народы верят, что северное сияние - это искры от хвоста полярной лисы, пробегающей по снегу. Верят, что нового человека природа обязательно испытает. И если он достоин, то обязательно покажет свой самый большой и красивый секрет - северное сияние.

18. В мутной воде

Журнал исследований.

День 1.

Первый раз вышли в море. Погода идеальная. Надеемся на скорый прогресс.

День 10.

Больше недели пытаемся выходить в море. Результаты нет. Вода у дна настолько мутная, что поиски продвигаются дольше, чем хотелось бы. Но время ещё есть. Хотелось бы быстрее, но условия становятся не самыми благоприятными.

День 15.

Кажется, что-то есть. Завтра проверим теорию. Ил, поднимаемый со дна, очень мешает, но наша техника подходит для таких исследований. Странно только, что периодически теряем сигнал. Не хотелось бы на этом этапе спускаться самим. Надеюсь, пока и не придется.

День 18.

Нашли! Сегодня сделали первые кадры. С завтрашнего дня начинаем работу не только техникой, но и сами.

День 20.

Первые фото получились на удивление четкими. Спуск члена команды тоже прошел без накладок. Случился кратковременный перебой со связью. Водолаз сказал, что судно сохранилось неплохо. Во время тишины в эфире были странные помехи. Как обычно, техника начинает барахлить. Срочно проверить все системы!

День 22.

Мы потеряли водолаза... Не знаю, что случилось. Сначала пропала связь, а затем снова те звуки помех или не знаю чего.

День 27.

В наушниках только помехи. Техника отказывает. Системы корабля пока работают, но... Не знаю, что происходит... Это место...Оно пугает...Я столько лет потратил на поиски... Потеряли ещё троих. Они спускались вместе. Наверное, у меня так и будет стоять в ушах этот странный гортанный вой перед исчезновением водолазов... Капитан хочет сниматься с якоря. Погода портится.

День 28.

Закрылся у себя в каюте. В рациях только этот непрекращающийся вой. Это не киты. Не знаю, кто... Временами мне кажется, что схожу с ума... Уйти в другое место не смогли. Что-то с якорем... Что-то (или кто-то?) держит корабль на этом месте...

День 28. Ночь.

Вот опять. Опять этот звук! Звук, от которого переворачиваются внутренности и цепенеешь сам. Он пугает и одновременно зовёт. Это проклятое место... Проклятый корабль в проклятой мутной воде...

День 29. Ночь.

Оно не даст нам вернуться домой. Что мы наделали?.. Что потревожили своими поисками?.. Что бы это ни было, оно идёт за нами... Корабль будто вымер. Команда вся сидит по каютам. Связи нет...

ОНО ИДЕТ!

***

В портовом городке ранние посетители кафе прислушивались к работающему телевизору.

- Исследовательское судно найдено. Оно дрейфовало недалеко от берега. На борту не найдено ни одного члена экипажа или ученого. До сих пор остаются без ответов вопросы: как судно попало в эти воды и где все люди, находившиеся на борту. Подробности выясняются.

- Анки-Киеле*. Он никому не даст открыть свои тайны... - произнес один из старых посетителей кафе.

___________________

*Чукотский и эскимосский дух моря.

19. Где никто не искал

Целиком история про остров: https://author.today/work/497347

Утро неделю спустя встретило шумом моря и тонким белым покрывалом снега. Было понятно, что к обеду он, скорее всего, снова растает, но неожиданный пейзаж вызвал у Эбби какое-то странное воодушевление. Встала она до невозможного поздно - почти в полдень. Даже Сэнди, будивший девушку всегда не позднее девяти, сегодня без зазрения совести спал на лежанке, забавно растопырив лапы и высунув язык.

Подумалось, что стоит заняться чем-то полезным, но в голову ничего не шло. Зато где-то на задворках сознания шевелилась мысль, которая никак не хотела оформиться во что-то четкое.

Эбби налила в термос кофе, захватила контейнер с сэндвичами и направилась вместе с собакой на маленький пляж на другой стороне острова. Погода была переменчивая, а ухватить ещё парочку вот таких прогулок очень хотелось. Сидя на песке, Эбби все крутила в голове слова нотариуса, свои поиски в доме, разговор с миссис Рау. Море неторопливо набегало на берег, облака стремительно двигались по небу, предвещая не то скорый дождь, не то и вовсе ещё снег, резвился у кромки воды Сэнди. Всплыл в памяти похожий день. Тогда казалось, будто лето украло его у осени. Солнце слепило и припекало, море играло с барашками волн, нагоняя волну прямо к ногам Эбби и лапам радостной собаки. Тогда приехала последняя коробка с материка. Ее каким-то неведомым образом отправили в другое место. Там были книги, которые Эбби купила на распродаже, но никак не могла до них добраться, слушая в основном аудио. Девушка вспомнила, что не успела разобрать коробку и поставила ее в кладовку под лестницей.

Дожевав сэндвич и глотнув кофе, Эбби подозвала Сэнди и направилась домой, где тут же пошла к той самой кладовке. Скоро из нее были вызволены коробка с книгами, швабры, пылесос, которым девушка практически не пользовалась, поскольку местный пол оказалось удобнее просто мыть. Последним на свет Эбби пыталась вынести контейнер со всякими инструментами, который стал просто находкой в старом доме, но оступилась. Доска под ногой предательски хрустнула, и ступня тут же провалилась под пол. Когда же девушка вытащила ее из образовавшейся дыры, то обнаружила тайник. Внутри стояла небольшая коробка.

"Удивительно, как я ее ещё не раздавила", - подумала Эбби, вынимая свою находку.

Позже коробка была вытерта и расположилась на кухонном столе. Конечно же, мысли открывать или нет девушку даже не посетили. Внутри лежала небольшая записная книжка и конверт. Переплет с тихим похрустыванием распахнулся. Под обложкой оказалась фотография женщины в платье и с прической пятидесятых годов. На первой же странице красовались витиеватые буквы: "Записи Маргарет Холл".

Тут же вспомнилось, как ещё неделю назад Эбби хаотично обшаривала весь дом, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. Невольно подумалось, что Маргарет знала толк в тайниках, ведь все это время эта коробка лежала фактически под носом.

- Сэнди, представляешь, я облазила все шкафы и полки, а все хранилось там, где и не подумаешь. Где стоят всякие банальные хозяйственные вещи. Там, где никто не искал.

20. Ты увидишь листопад

- Скажи, а как долго ещё ждать осени?

- Совсем недолго, ведь будет ещё столько всего необычного.

- Например?

- Сначала будет мороз января и февральская метель. Потом редкие оттепели, запах мимозы и предчувствие чего-то нового в марте. Капель, пригревающее солнце и помадка с кулича, ведь будет апрель.

- А потом?

- Потом? Потом начнем замечать зелёные клейкие листочки, радостные птичьи голоса, врывающийся в окно свежий ветерок, приносящий белые лепестки вишен и яблонь. Это все в мае. А затем наступит июнь и принесет опьяняющие запахи сирени, жужжание шмелей, короткие ночи и, конечно, клубнику. Она перейдет в яркую черешню, свежесть моря и лаванды. Так будет в июле. Август же закружит в вихре подсолнухов, ослепляющего закатного солнца, напитает запахами и вкусами арбузов и дынь. Вот после этого и наступит осень, ведь придет сентябрь.

- Что в сентябре?

- В сентябре будет предчувствие, что все меняется. Чуть больше дождей, чуть холоднее ночи. Но и тепло с бабьим летом. Запах пожухлой травы и какие-то особенные голоса птиц.

- А что я увижу в октябре?

- В октябре? В октябре ты почувствуешь запах тыкв и яблок и увидишь самое невероятный, яркий и впечатляющий спектакль природы. Ты увидишь листопад.

21. Возьмёшь меня за руку?

Сколько Габи себя помнила, ей всегда хотелось заниматься каким-то спортом. Были гимнастика, теннис, футбол, но на первом месте оказались зимние виды. В четыре ее поставили на лыжи. Восторг, испытанный на склоне, оказался настолько ярким, что стал первым воспоминанием детства.

А самым интересным видом спорта было фигурное катание. Но именно оно как раз Габи и не давалось. Она столько раз выходила на лёд, падала, вставала и снова падала. Получалось только в некоторые моменты. Когда кто-то из родителей уверенно подъезжал к растроенной девочке и, протягивая ладонь, спрашивал: "Возьмёшь меня за руку?"

Вот тогда все складывалось в идеальную картинку! Коньки предательски не разъезжались, равновесие, подводившее именно на льду, волшебным образом возвращалось, шапка и шарф совсем не мешали, а ушибы не болели. Вот тогда Габи получала истинное удовольствие! Восторг, когда скользишь на катке!

Но все заканчивалось ровно в тот момент, когда девочку отпускали в свободное плавание среди других посетителей. Поэтому Габи никогда не ходила на каток и не пыталась встать на коньки. Конечно, попытки были! Но все они заканчивались разочарованием, подкрепленным ушибами и растяжениями. Все приглашения провести время на катке отклонялись или и вовсе воспринимались в штыки.

Исходя из все этого Габи не понимала, как оказалась в этот зимний день в коньках на невзлюбившем ее льду. Она не знала, как подругам удалось уговорить ее. Хотя в какой-то степени девушка понимала, что согласилась, чтобы доказать в первую очередь себе, что она взрослая, а падения - это стечение обстоятельств, а не глупые предрассудки или какая-то магия. Но в этот момент ее решимость растаяла. Габи стояла, держась за бортик, не решаясь сделать и шага. Вокруг весело катались дети, подруги скользили уверенно и спокойно, кто-то из посетителей даже умудрялся изобразить профессиональные элементы.

Габи вдохнула поглубже, вспомнила все уроки с инструктором и сделала шаг. Первые несколько скользящих движений прошли как по маслу. Успех! Но, увы, он продлился недолго. Вот девушка поняла, что ноги разъехались и пятая точка стремительно приблизилась ко льду. В следующий момент она, расстроенная, сидела в полном отчаянии. Габи хотелось расплакаться, а затем хотя бы отползти за борт, а лучше сразу уехать домой.

- Нет смысла позориться ещё больше... - пробубнила девушка себе под нос, пытаясь встать.

- Возьмёшь меня за руку? - произнесли прямо над ней.

Габи подняла глаза и встретилась взглядом с улыбающимся молодым человеком, протягивающим ей свою ладонь. Девушка только и сумела, что кивнуть.

Когда через добрых полчаса подруги выискивали глазами Габи на катке, то с удивлением обнаружили ее, скользящую в компании молодого человека и мило болтающую с ним. Похихикав, они оставили девушку с новым знакомым. У Габи же в голове крутилась только одна мысль: "Возьмешь меня за руку не только на катке?"

22. Старый телефон

Барахолка в одном из переулков безумно нравилась! И хотя найти ее было непросто, однажды мне посчастливилось заблудиться и наткнуться на нее совершенно случайно. Неприметная дверь, а за ней царство необычностей и интересностей! В первый раз я бродила по небольшому помещению пару часов точно. Смотрела, выбирала, приценялась, придумывала. А купила всего одну чашку, зато какую! Из тончайшего фарфора и с витым цветочным узором! Как эта прелестная вещица оказалась на барахолке, для меня загадка... А потом я стала забегать туда раз в несколько недель. И всегда находила что-нибудь интересное!

В этот раз я по привычке заглянула на барахолку. Бродила между полок, шкафов, старых вещей. Думала, что уйду без "улова". А так нужен был подарок на день рождения подруги! А если учитывать, что в прошлый раз расписанная вручную укулеле вызвала восторг, то сейчас она от меня ждала чего-то не менее впечатляющего. Но все сложилось так, что презент найден не был, зато прямо перед выходом я увидела его. Старый телефон! ОРАНЖЕВЫЙ! Сразу в моей голове созрел план: поставлю на столик в прихожей, рядом свечи, ваза с цветами...

Пока ехала домой, думала о том, кто и зачем покрасил телефон в такой яркий и очень осенний цвет. Ещё пришли мысли, что сейчас все меньше тех, кто пользовался стационарным телефоном. А следом вспомнила, сколько всего замечательного связано именно с этим устройством! Переговоры с подружкой, когда притулился на табуреточке, трель звонка на всю квартиру, поворачивающийся циферблат, длинный спиралькой провод, который можно бездумно накручивать на палец и забавно растягивать, трубка, которую так удобно придержать плечом... Ох уж эта ностальгия!

Первым делом дома убрала все на столике в прихожей. Расположила сам телефон, добавила вазу, в которую поставила не цветы, а просто листья, которые насобирала по дороге, к декору добавила гнома и свечу в виде тыквы. Идеально и очень по-осеннему! И только потом подключила аппарат к сети. Мне всегда казалось правильным иметь именно стационарный телефон, ведь это особая атмосфера. Да и все знакомые знали, что если на мобильный я не отвечу, то, если дома, обычный сто процентов услышу. Хотя не раз "получала" от друзей: "Марин, зачем тебе этот технический рудимент?!"

Весь вечер, проходя мимо, я любовалась своей композицией. Поговорить по обновке так и не пришлось. Зато на следующий день неожиданно старый телефон стал гвоздем программы. Друзья, что пришли в гости, воспроизвели свои детские фотографии с трубкой около уха. И казалось бы, на этом можно было закончить историю. Если бы не одно НО...

Почти месяц спустя выдался сложный период, когда от моих решений зависело много всего. День прошел только наполовину, а вечер не обещал приятных моментов. Приболевшая, я сидела над документами, размышляя, как поступить. Зазвонил телефон. Его трель разнеслась по квартире неожиданно и резко. Я сняла трубку:

- Алло!

- Поступи, как год назад, - пробубнил мне в ухо странный голос, раздались гудки.

В тот раз я не придала этому значение, но решение действительно оказалось правильным. Ещё через пару недель история повторилась: такой же звонок, такой же голос, такой же неожиданный обрыв связи. В телефонной компании ответили, что никакого соединения и вовсе не было...

Но осень заканчивалась, и пришло время убирать сезонный декор, а значит, и телефон. Тут и появилась дилемма: что с ним делать? Мысли о том, что придется отключить оранжевый телефон мучили меня. Не хотелось отказываться от странных звонков, которые помогали. И что интересно, только в самые сложные моменты. Промучилась бы я долго, если бы не очередной звонок:

- Сходи в то же место, - пробубнил голос.

На следующий день я уже бродила по барахолке. И там нашелся старый телефон абсолютно нейтрального белого цвета! Так и стоят теперь у меня два неожиданных помощника-телефона. Только звонки по ним со странным голосом стали достаточно редкими, чтобы ими злоупотреблять. А совсем недавно я поняла, что они лишь подтверждали мои решения, хотя в тот момент казалось, что они приходят мне на помощь.

23. Там, где нет слов

Вся история Элинор: https://author.today/work/506005

Шаги по траве и листве были почти беззвучными. Девушке казалось, что стук ее сердца перебивает все вокруг. Она не знала, сможет ли найти путь туда, где должна была решиться ее судьба. В голове Элинор наперебой спорили два голоса: старой кайлех, который обещал избавление, хотя и опасным способом, и Венн, которой умолял не верить той.

Невероятно, но старое капище девушка нашла довольно быстро. За мыслями она не очень думала, куда идти, ноги будто сами вели в нужное место. Все было так же, как и в прошлый раз, только сейчас ночь ещё не вступила в свои права. Элинор с любопытством рассматривала остатки каменных идолов и заросшую травой середину. Именно на ней проводились кровавые ритуалы. Сегодня девушке нужно было решиться на похожий...

- Запомни: ты должна сделать все именно так, как я сказала, - наставляла старая кайлех. - Разведи костер в центре, но подкинь ветки к каждому идолу в круге. Не забудь сжечь травы, что я дала. Тебя будут испытывать. Будет казаться, что кто-то просит прекратить. Не слушай! Действуй! Когда костер разгорится, подожги все ветки около идолов. Они должны быть опалены огнем. А затем тебе предстоит самое сложное. Сначала выпей снадобье, что дала. Потом порежь руку и окропи каждого идола. Делай быстро, но ничего не забудь! Только после этого твоя кровь должна попасть в костер. И тут я не ведаю, сколько тебе понадобится времени. Быть может, тебе не хватит сил. Быть может, дар твой окажется сильнее. Быть может, крови уйдет слишком много... Но знай, это единственный способ. Иного пути нет, коли решила точно.

Теперь, стоя на капище старый богов, Элинор уже не была так уверена в своем решении. Ей было страшно. Страшно не сделать все правильно. Страшно не отказаться от дара, который грозил многим. Страшно уйти в никуда после ритуала. Страшно не суметь его провести, потому что боязно...

И все же девушка шагнула в круг. Обошла всех идолов и только потом стала собирать ветки для костра. Справилась быстро. Даже быстрее, чем хотелось бы. Как раз взошла луна, тускло подсвечивающая все вокруг. Решительно достав огниво, Элинор поднесла его ближе к костру. Ее остановил голос. Тот самый, что в первый ее приход сюда обволакивал и заставлял оставаться на месте, а не бежать, сверкая пятками:

- Остановись!

"Не слушай! Действуй!" - всплыли тут же в голове слова. Но, несмотря на все предостережения старой кайлех, Элинор замерла.

- Ты пришла провести ритуал, - не вопрос, а утверждение.

Девушка лишь кивнула.

- Не делай этого, - говорящий так скрывался в тени, но голос его был спокойным, а не угрожающим. - Обман. Он вокруг тебя. В словах той, кому ты доверяла.

- Я хочу избавиться от дара! Он не нужен мне! Он опасен! - решительно возразила Элинор.

- Опасен? Или тебя заставили так думать? - в голове незнакомца послышалась ухмылка.

- О чем ты?! Скажи или я начну ритуал! Мне нет нужды ждать, когда не пойми кто на...

Перед глазами девушки мелькнул черный силуэт, а затем все погрузилось во тьму.

Когда Элинор открыла глаза, ее окружал свет закатного солнца. Она была все на том же капище, но выглядело оно совсем иначе: идолы были без мха, омыты и даже украшены лентами да венками, на поляне было заготовлено все для костра. Вокруг стояла оглушающая тишина Вдруг из леса показалась девушка. Она воровато озиралась. Держа в руках нож и огниво, направилась прямо к костру. Она что-то шептала, разводила огонь, но кайлех ничего не слышала, будто все звуки исчезли.

Тем временем девушка полоснула по ладони ножом. Кровь тут же закапала на траву, а затем в огонь. Незнакомка обошла идолов и приложила к каждому из них свою руку. Алые отпечатки, как уродливые отметины, покрыли все каменные столбы с вырезанными ликами богов. Тут же появилась тень. Та самая, что говорила с Элинор. Этот неизвестный явно что-то произносил, но слышно ничего не было. Лицо же девушки у костра превратилось в гримассу гнева, ее рот беззвучно открывался, но понять труда не составило, что незнакомка в ярости. В итоге она просто перемотала пораненную ладонь поясом и, не затушив огонь, направилась в сторону Элинор. Только в этот момент стало понятно, кто такая незнакомка. У нее на шее девушка рассмотрела до боли знакомый амулет.

Видение прекратилось. Элинор все так же стояла на капище.

- Ты была там, где нет слов, - произнес незнакомец, - поэтому ты видела, но не слышала. Это то, с чего все началось.

- Но почему? Почему она это делала?

- Ты все спешишь... Что ж, я расскажу тебе, но сначала покажу.

Снова тень и снова место, где нет слов. Но теперь это лес, две девушки, бегущие от темных духов. А в тени поодаль кто-то ещё, двигающий руками, возделывающий их к небу и к земле. Только сейчас Элинор не была участницей, а смотрела со стороны. Ее искаженное страхом лицо, Венн, упавшая на землю. Все выглядело иначе: темные духи защищали ее. Они отгородили от тени, которая приблизилась к подруге и варварски воткнула нож.

Видение померкло.

- Что это? Я не понимаю...

- Маленькая кайлех, твой дар опасен, но его можно держать в узде. Твою подругу убила не ты. Но умерла она из-за тебя и той, что так жаждет твою силу. Давно жаждет. Ритуал, что ты желаешь провести, не избавит от дара, а лишь передаст его. Но ты жить уже не сможешь.

Элинор всерьез задумалась. Слова Венн в это мгновение обретали новый смысл, а ситуация открывалась совсем с другой стороны. Путь, который казался чуждым, показал новые возможности.

Нужно было решаться, кому верить и что делать. Девушка не знала, насколько правда все то, что сказал незнакомец, но Венн... Ее предостерегающее выражение лица в зеркале стояло перед глазами. Элинор решительно кивнула сама себе и заговорила:

- Как управлять силой? Что сделать?

- Выкинь зелье и травы. У подножия идола напротив собери ягод. Разомни их в руке, приложи к каждому из каменных богов. Разожги костер. Порежь руку, которой сминала ягоды. Собери губами пару капель сока и крови. Окропи огонь из раны. Жди. Действуй быстро. С момента, как появится пламя, она найдет тебя.

Элинор делала все споро. Будто сама ночь и луна помогали ей отыскать ягоды и обойти всех идолов, ни разу не споткнувшись. Перед костром девушка замешкалась. Она поймала себя на ощущении того, что все правильно, что так и должно быть, что именно сейчас происходит ее инициация. Элинор чувствовала себя настоящей кайлех.

Кровь в сочетании с ягодами была странной, но не мерзкой на вкус. Умиротворение накрыло от капель, падающих в огонь. В этот момент Элинор услышала вопль за своей спиной:

- Не смей! Он не твой! - голос старой кайлех разнёсся по капищу старых богов.

Она на удивление резво направилась к девушке у костра. Старуха занесла нож над Элинор, для которой в это мгновение мир погас.

24. Другая сторона времени

Целиком история про остров: https://author.today/work/497347

Эбби расположилась на диване перед камином. Перед ней на столике лежала фотография, конверт, в котором оказались листочки с рецептами, записную книжку девушка держала в руках. Она не была какой-то дорогой и уникальной. Просто обычный ежедневник небольшого формата, чтобы помещался в руке, твердый переплет. Обложка без изысков: синий фон и что-то вроде открытки с букетом цветов, приклеенной по центру...

Надеялась ли Эбби получить все ответы сразу? Конечно! В груди зародилось предвкушение открытия. Но перелистнув первую страничку, она получила лишь список покупок, затем имена и даты рождения, снова список покупок, записи о делах... Девушка переворачивала листочки, надеясь, что на следующем будет ответ на ее вопрос. Половина книжки осталась позади, а ничего полезного так и не нашлось. В какой-то момент Эбби оторвалась от записей и откинула их на столик. Разочарование накрыло сильнее, чем хотелось бы.

Сварив себе кофе, девушка вернулась на диван и открыла записную книжку на той странице, где читала до этого. Пришлось пролистать ещё часть листов, чтобы наткнуться на что-то стоящее.

"Сегодня мне пришлось уехать. Глава закончена, страница перевёрнута... Его больше нет со мной... Остров станет мои избавлением".

Перелистнув добрый десяток страниц Эбби нашла ещё запись:

"Мой мальчик. Мой Мэтью. Как бы он мог расти здесь, со мной..."

Больше в записной книжке ничего полезного не оказалось. Эбби вернулась на страницу со списком дней рождения и нашла: "Мэтью - двадцать четвертое января".

- Сэнди, гулять! - бодро скомандовала дремавшей на лежанке собаке девушка.

Сделав небольшой крюк, чтобы зайти к нотариусу, Эбби открыла дверь кафе. Джоан радостно поприветствовала подругу:

- Сегодня не четверг, но ты решила забежать. Что случилось?

Рассказ хотя и получился коротким, вызвал бурные эмоции у Джоан и так удачно зашедшей Рут.

- Думаешь, Маргарет оставила дом тебе, потому что ценила родственные связи?

- Не знаю. Но я никогда не слышала про то, что у нее был ребенок. Она вроде и замужем-то не была...

- Да ну, все логично, - поделилась мыслями Рут. - Возможно, Маргарет была замужем, родила ребенка. Он умер, а она развелась, взяла свою девичью фамилию и приехала на остров. А дом оставила просто потому, что ты прямой потомок ее брата.

- Это выглядит очень правдоподобно, - поддержала Эбби.

- Когда ты идёшь к мистеру Треду? - спросила Джоан.

- Через полторы недели. Мне удалось уломать его и сократить срок на семь дней. На большее он не согласился. Осталось подождать совсем немного...

Полторы недели пронеслись настолько быстро, что Эбби не успела оглянуться. За это время на остров налетел снегопад, который оставил свои белый следы на улочках, холмах и пляжах, все жители будто одновременно утеплились. Травм, связанных с обледеневшими ступеньками или лужами, стало резко больше, а чай из трав, что приносила миссис Бонем, уходил быстрее, чем мог бы.

Эбби тоже не отставала и теперь носила утепленную флисом шапку, большой уютный шарф и варежки, которые именно сейчас не надела, потому что слишком торопилась к мистеру Треду. Он, кстати, встретил ее все также неторопливо, просматривая бумаги. От нетерпения уже не сиделось на месте.

- Мистер Тред, я надеялась, что Вы мне все расскажете... - неуверенно начала девушка.

- Да, конечно! Потерпите всего пару минут.

Затем все также медленно сложил бумаги, достал из ящика стола большой пухлый конверт и только потом заговорил:

- Мисс Холл, Маргарет хотела, чтобы Вы обо всем узнали, но точно не сразу. Она очень любила остров и свой дом. Ей не нравилась возможность того, что больше никто никогда не приедет сюда из ее семьи. Она желала, чтобы вы остались здесь. Возможно, после моих слов Вы захотите уехать, но тут уж не в моей власти держать Вас. С моей стороны будет оказана любая поддержка по продаже или присмотру за имуществом. Итак. Маргарет Холл оставила дом на острове именно Вам, потому что Вы, Эбигейл Холл, ее внучка.

- Мистер Тред, это я и так знала. Я ее внучатая племянница, а это вполне сойдёт за внучку.

- Нет, Вы не поняли. Вы ее прямая наследница и дочь ее сына. Вашего отца усыновил его собственный дядя.

Эбби сидела напротив нотариуса в полном недоумении.

- Зачем? - задала вопрос девушка. - В смысле зачем такие сложности?

Мистер Тред вздохнул, будто собирался с мыслями, как разъяснить ребенку очевидные вещи, а затем сказал:

- Это особенность времени. Другая его сторона. Многие видели лишь хорошее, но существовали вещи, которые скрывались. Например, женщина забеременела вне брака. Ее вполне могли положить в специальную лечебницу или увезти в приют, где она рожала. Ребенка отдавали на усыновление, а мать продолжала жить и работать в заведении. Это была довольно распространенная практика в то время. Так поступали, чтобы скрыть позор, который могло вызвать такое событие.

- Да, я слышала что-то такое... Но это же варварство!

- Никто не говорит, что это было правильно. В Вашей семье поступили более чем гуманно. Дедушка, брат Маргарет, с женой усыновил ее ребенка. Насколько мне известно, их родители были не против такого решения. В итоге поменяли лишь дату рождения с двадцать четвертого января на четвертое февраля и имя. Все сложилось удачно: Ваш дедушка женился и многие подозревали, что в семье будет прибавление. А время года только сыграло на руку, ведь Ваши родственники жили уединенно. В результате ребенок получал все выгоды от фамилии и семьи, а не был незаконно рожденным. Маргарет регулярно получала письма от брата, но видеть не хотела, чтобы не бередить рану. Она уехала сюда, чтобы жить уединенно. Лишь раз, когда Вы уже родились, Маргарет захотела увидеть сына. Не представляю, чего ей это стоило. Она не рассказала все ему только потому, что объявили штормовое предупреждение и вы уехали в этот же день.

В кабинете повисла тишина. Только часы продолжали отсчитывать время. Затем раздался шорох бумаги. Это мистер Тред подвинул к Эбби тот самый конверт, который достал из ящика стола.

- Мисс Холл, здесь письма Вашего деда к Маргарет и ее письмо к Вам. Она хранила их и перечитывала. Что с ними делать, решайте сами. Впрочем, как и со всей этой непростой историей, но очень типичной для того времени...

25. Первый ход

- Итак! Первый ход - дом у дороги.

Фишка оказалась на той самой клетке. Кости брошены.

- Дом на той стороне пруда. Отлично!

Снова бросок костей и возглас:

- Вечеринка в особняке на углу!

- Эй, так нечестно! Слишком просто!

- Почему? Вы ж сами предложили!

- Ладно. Кто там дальше?

Снова бросок.

- Те, что живут за углом.

- Ой, этих не надо, пропускаешь ход.

- Эх, неважно сегодня...

Ещё несколько бросков, и вот заняты таунхаусы на ближней стороне пруда и самая окраина.

- Осталась одна мелочь!

- А кто виноват? Это все удача!

- Ладно, давайте уже быстрей, а то работать ещё...

Так, раскидывая кости скелета с местного кладбища, над картой городка играли в странную "Монополию" привидения. Решали, кто кого пугать будет. Вот такие игры в Хэллоуин.

26. Обитатель

Начиналось все замечательно: прогулка в горы, отдых на природе, ночь под звёздами. А сейчас все это уже не воспринималось как привлекательное времяпрепровождение. Начавшийся так не вовремя дождь испортил планы. Уверенный гид предложил переночевать в пещере неподалеку.

Так они и оказались в каменном зале. Гид предупредил, что это только начало хода под землю. На скептичные реплики о том, стоит ли здесь ночевать, он отвечал, что бывал здесь уже не раз, поэтому и опасаться нечего.

Расположились хорошо, с удобствами: теплые и мягкие спальники, потрескивающий уютный костер, разговоры ни о чем под аккомпанемент дождя. Когда все наконец улеглись, была глубокая ночь.

Спали недолго. Когда первые лучи выползающего из-за горизонта солнца подбирались к пещере, из глубины тоннеля послышалось шарканье. Тихое, неторопливое. Будто кто-то медленно перебирал ногами.

Через некоторое время неведомое существо вылезло в пещеру. Большое, с мордой летучей мыши, оскалом. Оно стояло на задних лапах, вытягивая передние перед собой. Путешественники, разом проснувшиеся, с испуганными лицами наблюдали за приближением существа к ним. Оно же потянулось, осмотрело людей перед ним и только открыло рот, обнажив ряд острых зубов, как в это мгновение все путешественники резво повскакивали на ноги и с криками бросились прочь из пещеры, побросав свои вещи.

Существо недоуменно направилось за ними к выходу. В удаляющиеся спины полетело:

- Ребят, вы куда?! Я завтрак приготовил!

27. Если они подойдут

В детстве меньше, а намного больше в подростковом возрасте (лет так в тринадцать-четырнадцать) очень хотелось, чтобы поскорее наступила суббота. Почему? Все очень просто: в субботу был рынок. Нет, Рынок с большой буквы Р. Плейсмаркеты ещё никто даже представить себе не мог. Помню, как мама собиралась утром, одевала меня и говорила:

- Юлька, едем закупаться!

Выбора особого не было, но иногда могло попасться что-то интересное и, можно сказать, эксклюзивное, если тетя Галя из дальней палатки "съездила за шмотками", как называли это все, куда-то в Турцию. А так дети 90-х точно помнят одинаковые куртки, одинаковые шапки и шубы в детстве. Удивляюсь, как в детском саду всех детей не путали!

Но самое классное, что там можно было купить джинсы. Настоящие! Самое сложное - найти те самые, которые подойдут. А остальное не очень-то и важно! Ради них была готова потрястись в автобусе в соседний городок. Немного нетерпеливо идти между рядами палаток, чтобы увидеть ту самую.

И, конечно, мне нравились одни, а маме совершенно другие.

- Хорошо, купим те, что понравятся тебе, но только, если они подойдут.

В мамином понимании - это те, что можно взять навырост. Так себе, конечно... И в первую секунду в голове возникало желание запротестовать, но, поразмыслив, я согласилась и на такие. И вот мы стоим у палатки (а тогда это был просто тент в каких-то жутких полосках). Осень, уже, мягко говоря, холодно. Вокруг толкается народ, желая урвать себе что-нибудь поинтереснее, а я высматриваю джинсы, которые хочу. Вижу! Прошу именно их. Вот тут-то наступает момент истины - некоторого неудобства, в котором нет места стеснению, - примерка. Если вы представили себе уютную кабинку с зеркалом и пуфиком, то жестоко ошиблись. Мерить надо было на каком-то огрызке картона, лежащем прямо на земле за палаткой. А все потому, что слишком много желающих, а дети и подростки вполне могут быстренько прикинуть и так. Когда одни джинсы не подошли, то все так и стояли в носках, светили голыми коленками и растирали покрытые куриной кожей ляжки.

Но это того сто́ило! Ведь домой ехали с пакетом (тем самым с черными полосками и овалом по середине, в котором нарисован силуэт женщины и что-то написано), где лежали новые классные джинсы. И мамина фраза "купим, если они подойдут" уже не казалась такой ужасной.

28. На фото

Однажды я попал в дом родственников своих друзей. Это был особняк девятнадцатого века. Он впечатлял как размером, так и убранством. Широкая парадная лестница, коридоры со множеством дверей, большие окна с тяжёлыми шторами. Мне по нему хотелось бродить как по музею! Заглядывать в каждую комнату и смотреть, запоминать, впечатляться. Особенно мне запомнились столовая, библиотека и комната портретов.

Небольшая гостиная, где стояли всего две софы, а стены были увешаны портретами и фотографиями. До посещения этого особняка подобных комнат мне видеть не доводилось. Впечатление она произвела ещё то! Два узких окна с тяжёлыми темными шторами, коричневые или черные прямоугольники - овалы, обрамляющие портреты и фотографии. Услышавшая мои шаги и зашедшая спросить, не нужно ли чего, служанка объяснила, что везде изображены родственники хозяев дома. Также она уточнила, что их сделать было непросто. Мне подумалось, что это видно по самим портретам и фото. Особенно по фото. На них все люди сидели или стояли очень напряженно и временами казалось, что неестественно. Сразу вспомнились история фотографии и сам процесс, когда недостаточно было нажать одну кнопочку.

Вдоволь насмотревшись на лица незнакомых мне людей, я отправился на ужин в столовую. Она представляла собой огромную комнату, напоминающую зал, с длинным столом, стульями с разными спинками, невероятно красивым буфетом, изготовленным на заказ. Даже сервировка отдавала аристократизмом и утонченностью: белые салфетки в красивых кольцах с гравировкой, подсвечники, добавляющие атмосферы... Ужинать там было очень необычно!..

В библиотеке я засиделся допоздна. Ещё бы! Стеллажи от пола до потолка, удобные кресла и книги, книги, книги! Определенно, я был бы не против поселиться в библиотеке навсегда, но в итоге просидел до ночи. Когда же возвращался в комнату, которую мне выделили, то снова заглянул в гостиную с портретами. В ночном мраке и приглушённом свете ламп портреты казались ещё более зловещими, а люди, изображённые на фото, ещё более странными и даже пугающими. Они будто смотрели сквозь меня, пытаяясь рассмотреть что-то позади. Тряхнув головой, я быстрее, чем мне хотелось бы, потому что действительно испугался, вернулся к себе.

Утром пришла пора покидать этот необычный и интересный дом. Сидя на пассажирском сидении машины друга, я рассуждал об архитектуре, дизайне интерьеров и немного истории. В какой-то момент тема коснулась той самой комнаты с портретами:

- Видел ее? Конечно, очень хорошо придумано, но ты хоть раз заходил туда вечером или ночью?! Это же жуть! Никогда не считал себя трусливым, но сегодня не на шутку испугался.

Друг рассмеялся в ответ и сказал:

- Зачем ты пошел туда ночью? Ты что, такой фанат post mortem? Ладно портреты, но фото не просто фото. Все люди на них мертвы. Это галерея тех, кого не случилось запечатлеть живыми...

Ещё час я не мог произнести и слова, прокручивая в голове лица тех людей, что были на фото.

29. Что скрывает окно?

Звонок застал Алису на обеде. Трель телефона раздавалась в сумке довольно долго, что коллеги даже пошутили, мол, пообщаться хочет кто-то крайне настойчивый. Но на экране высветился номер прораба бригады, которая делала ремонт в новой, а точнее, купленной по обмену квартире. Вопрос, прозвучавший в телефоне, поставил в тупик:

- Так что с окном делать будем?

Теперь Алиса стояла перед стеной, где часть была заложена кирпичами, и размышляла, как поступить. Когда ей предложили этот вариант на обмен, то она почти сразу согласилась. Импонировал старый, тихий и знакомый район, удобное расположение и ближайшая остановка транспорта, но больше всего радовала возможность жить не в типовом человейнике, а в исторической квартире, хотя и меньше той, что была раньше. Две комнаты, кухня и санузел идеально вписывались в представления Алисы. Некоторое время терзали сомнения по поводу расположения - угловая. Точнее, угловой была лишь одна комната, но по заверениям бывших хозяев, у которых в ней располагалась детская, никаких проблем с отоплением не было.

И вот сейчас Алиса стояла в той самой угловой комнате и пыталась понять, зачем заложено окно. Если для тепла, то трогать точно не стоит. Если из чисто эстетических моментов, то появлялось непреодолимое желание сломать все и добавить света. Мучиться особо не пришлось, потому что прораб со знанием дела пояснил, что при том проекте, который выбрала Алиса, ещё одно окно не добавит проблем с обогревом.

Решено! Но вопрос, зачем заложили окно, остался. Что за ним скрыто. Алиса припомнила: окно смотрит на стену соседнего дома, испещренную ветками какого-то растения.

- В любом случае свет не помешает, - утвердила девушка и покинула квартиру.

Загадка "Что скрывает окно?" не беспокоила Алису вплоть до момента переезда. Ремонт был доделан, когда лето перевалило за середину. Вид на соседний дом открывался не самый плохой: стена, увитая девичьим виноградом. Подумалось, что летом будет ещё живописнее. А это и было нужно Алисе, ведь именно в этой комнате она запланировала сделать студию. Как художнице, ей давно хотелось иметь нечто подобное.

Неделю или чуть больше спустя того, когда последний коврик, последний стул и последняя занавеска заняли свои места, Алиса возвращалась из магазина. Она поднималась по лестнице, когда дверь квартиры на этаж ниже осторожно приоткрылась. Оттуда выглянула приятная старушка. Девушка по привычке поздоровались, хотя и знакомы они не были, но все же жили в одном доме.

- Добрый вечер, - сдержанно ответила женщина, приоткрыв дверь шире. - Открыли окно?

Алиса не совсем поняла, о чем она, поэтому уточнила:

- В каком смысле?

- Окно в угловой комнате. Оно же заложено было.

- Ну да. Пусть будет так, - ответила девушка.

- А знаешь, почему заложили?

- Нет. А там какая-то история интересная?

- Не скажу, что интересная, но, думаю, стоящая, чтобы ее кто-нибудь узнал. Ты на чай ко мне заходи, как дела закончишь.

Оказавшись девушкой любопытной, Алиса этим же вечером, прихватив только что приготовленный пирог, направилась к соседке. И совсем скоро сидела на кухне у Анны Николаевны.

- Тут история давняя... Ещё в войну случилась. Я совсем девочкой была. Зима стояла холодная и голодная. Мы ждали эвакуацию. А из соседей и остались только те, что над нами. Да и то только Катя двадцати лет да сестрёнки ее на десять лет младше. Остальные умерли. Девчонки ждали каждый день в пустой квартире и смотрели в то самое окно. Наша семья помогала им чем получалось. А потом нас отправили в эвакуацию, а их должны были следом. Я помню только два детских личика в окне, заклеенном крестом...

Анна Николаевна замолчала на некоторое время, аккуратно прокручивая чашкой на блюдце. Алиса тактично не нарушала тишину, ожидая продолжения. С минуту ничего не происходило. Затем соседка вздохнула и заговорила:

- Все что я знаю, мне рассказали родители. Через две недели Катя в очередной раз возвращалась домой. Наконец-то появилась возможность эвакуироваться. Но в квартире ее встречали лишь холодные стены. Сестрёнки лежали в кровати около потухшей печки... Катя не успела всего на несколько часов. Тогда такое часто случалось... Через несколько лет, когда многие вернулись в свои дома, начали восстанавливать то, что было разрушено. Катя тоже вернулась. Через некоторое время она вышла замуж, но осталась в этой квартире. Окно заложили почти сразу после Катиной свадьбы. Она только раз сказала, что оно напоминает ей о сестрах...

Алиса никак не могла заснуть. В голове так и крутилась история двух девочек. Оставив попытки погрузиться в царство Морфея, она направилась в мастерскую, к мольберту. К утру на холсте появились контуры. А ещё через сутки с него смотрели два маленьких личика. Два личика девочек, укутанных в платки, с красноватыми от холода щёчками, с немного потрескавшимися губами и большими глазами, в которых не безысходность, а надежда и узнавание. Надежда на то, что сестра вернется, и узнавание, будто девочки видят ее, идущую забрать их туда, где не будет опасности, не будет войны, а будет только детство.

30. Странные соседи

Сегодня суббота. Совсем светло: семь. Слушал Сибелиуса - стала скулить соседская собака, скандировал Северянина - стучали. Скучно... Сыграл саксофоном соло - стучали, сказали стукнут скалкой. Странные соседи...

31. Посреди нигде

Вся история Элинор: https://author.today/work/506005

Вокруг Элинор была лишь чернота, непроглядная и беззвучная. Но она не пугала, а успокаивала, заставляла не думать ни о чем. Хотелось остаться в ней навсегда. Элинор помнила только свое имя. Как она оказалась здесь, в этой тьме? Сначала это было неважным, но потом пришла тревога. Будто кто-то где-то ждал от девушки что-то важное, но она не знала, что именно. Она была посреди нигде. Отголоски чьих-то слов вспыхивали и затухали. Одни были о месте, где нет ничего, другие - о пути к дару, третьи - предостерегали не верить.

Элинор не знала, сколько времени уже провела в этом месте. Не хотелось ничего, но тревога все так же вспыхивала ярко. В какой-то момент девушка услышала тихий голос, который звал:

- Вернись...

Он становился то громче, то совсем на уровне еле различимого шепота. Элинор пошевелила одной ногой, затем другой, сделала шаг и ещё шаг. Голос снова позвал. Девушка медленно направилась в сторону, где, как ей казалось, он становился громче.

Долго ли она шла, Элинор не знала, но к тому первому мужскому голосу добавился женский, девичий. Шаг за шагом от зова к зову. Как заблудившийся путник из старых легенд, искавший дорогу по вспыхивающим огонькам, Элинор медленно двигалась.

...нись... Вернись... Вернись!.. ВЕРНИСЬ!

Резкий вдох. Над головой светлеющее рассветное небо, редкие голоса просыпающихся птиц. Холодно и больно. Элинор очнулась на капище старых богов. Костер прогорел и погас. Роса пропитала платье, что заставило девушку дрожать. Левая рука была перевязана. Сесть удалось только со второго раза. В первый предательски закружилась голова.

- Что случилось? - хриплым, не похожим на собственный голос спросила Элинор. Она надеялась, что дух наблюдает.

Она поняла, кто он, только сейчас. Тот, о ком ей рассказывали в детстве. Проводник, дух, который помогает душам найти путь к предкам. Он, как девушка и подумала, оказался рядом. Все ещё в тени, за деревьями, но уже не незнакомец:

- Ты вернулась. Это хорошо.

- Где старая кайлех?

- Показывать не буду. Сейчас у тебя слишком мало сил. Скажу, что она не с нами, но и не с предками.

- С теми, кого нет?

- Нет. Она не достойна быть ни там, ни там. Старая кайлех бродит посреди нигде.

- Я была там же? - все так же безымоционально уточнила Элинор.

- Верно. Но ты выбралась. Нашла путь.

- Меня ведь звали Вы и Венн?

- Тоже верно. Но если бы тебе не хватило сил, то ты так и осталась бы блуждать там.

- Что мне теперь делать? Кто я?

- Ты кайлех. Тебе нужно идти домой.

- Нет! - попыталась крикнуть девушка.

Она вскочила на ноги, но закачалась от слабости. Все-таки присев на колени, Элинор продолжила:

- Я не вернусь в деревню, пока не буду знать, что не опасна.

- Ты не опасна. И твой дар тоже. Теперь он подчинится тебе. Не на темные помыслы и темные желания будет отвечать он, а на твой зов. Зов твоей крови. А теперь иди. Вернёшься, когда отдохнёшь.

Элинор поднялась и нетвердой походкой зашагала прочь. Вслед ей понеслись с шелестом ветра в кронах и опадающей листве слова:

- Тебе не нужно видеть меня. Достаточно лишь знать, что я рядом, что всегда жду тебя. Ты можешь приходить сюда, когда нужен совет. Когда нужна помощь. Когда будешь стоять перед выбором.

Девушка ничего не ответила и даже не обернулась. В деревню вернулась уже не та девочка, которая ждала свой ритуал и завидовала подруге, не та маленькая мечтательница, что искала дорогу к своему дару. Вернулась кайлех, которая боролась и достойна своей силы.

Конечно, пройдет немало времени, прежде чем Элинор научится в полной мере пользоваться своим даром. Но она все же станет той самой кайлех, которой и не мечтала быть. Той, что не просто помогает и защищает, а и той, что может говорить с Проводником душ и властна над Теми, кого нет.