Взлёт

Глава 1

Взлёт — это рождение полёта. Самолёт создан для неба. Земная твердь, даже специально подготовленная поверхность аэродрома неуютна обитателю заоблачных высот. Посмотрите, как он неловок и зависим он от различных помощников и устройств на перроне. Сколько различных механизмов и людей требуется от начала подготовки к рейсу до момента, как он, запустив двигатели, уже самостоятельно, но всё ещё неуклюже начинает движение к взлётной полосе.

Весь наземный транспорт останавливается, уступая дорогу. Все понимают: здесь, на земле, воздушному лайнеру сложно, тесно и неуютно. Поэтому и безоговорочно пропускают туда, где займёт он свою очередь на взлёт.

И вот уже в одном ряду в предвкушении предстоящей любимой работы обитатели неба, всё ещё неуклюжие, но приосанившиеся средь себе подобных. В них уже живёт предощущение радости встречи со средой, где они дома. А временное нахождение вне родной стихии есть исключительно ожидание настоящего бытия, которое возможно только в небе.

И наконец, тот, кто имеет это право, позволяет занять исполнительный старт. И это значит, что через считаные секунды будет дано добро, и впереди будет: взлётная полоса, полёт и небо. Но близость желанной стихии только кажущаяся. Ещё необходимо ни много ни мало преодолеть земное притяжение. Сделать это предстоит на небольшом клочке земли, закатанном в бетон специально для таких, как мы, кому в нормальной жизни не хватает ещё одного измерения — высоты.

И стало быть моторы должны обеспечить нужную мощность, и тогда мы сможем на собственных крыльях почувствовать силу большую, чем определено природой для нашего пребывания на этой планете.

Двигатели делают свою работу, и самолёт начинает плавное, немного ленивое движение, в котором увидеть, почувствовать предстоящий полёт может только тот, для кого небо есть рабочее место, кто знает, как заставить лайнер получить от набегающего потока именно то, без чего невозможен полёт, — подъёмную силу. Для этого привычный нам воздух должен стать плотным и превратиться в надёжную опору 230-тонной машины, раскинувшей крылья, готовясь положить их на набегающий поток. До этого момента предстоит прожить ещё долгих сорок — пятьдесят секунд, когда наиглавнейшим для нас будет выдерживать направление и быть готовым в любой момент прервать взлёт, если проявится нечто, делающее наш путь в небо небезопасным.

И так каждый раз. Изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год.

Рука на рычагах управления двигателями готова установить малый газ для прекращения взлёта или увеличить режим до максимального при необходимости, когда скорость принятия решения пройдена.

Эта скорость есть тот рубеж, за которым только продолжение взлёта.

За которым только полёт.

За которым только небо.

На этом рубеже рука, сжимавшая рычаги управления двигателем как страховка на случай «если что», становится свободной. Уже через мгновение мы превращаем набранную в процессе разбега скорость в полёт. Самолёт, будто бы не желая того, начинает отрываться от земли, хотя мы знаем, что именно там, в небе, его стихия и среда обитания. А неторопливость происходит не от нежелания, а от понимания, что место, где опорой является обычный воздух, просто не терпит суеты и поспешности.

Самолёт поднимает нос, отрывая переднюю стойку шасси от бетона, как бы проверяя надёжность необычной опоры, и готовится весь свой вес положить на крыло, которое — ещё миг — и изогнётся в полётное положение и незначительным, практически неуловимым, проседанием фюзеляжа, скажет своему пилоту:

«Я лечу! Мы в небе! Мы дома! Радуйся!»

И нужно хоть раз ощутить этот момент рождения полёта, увидеть и почувствовать, как самолёт, пробив облака, останавливается в восторге от неба невиданной на земле голубизны. Или от звёзд такой величины и столь близких, что, кажется — одно неловкое движение и ты зацепишь крылом какую-то из них.

Когда небо ясное, то самые удивительные и потрясающие виды нам представляет наша планета, которая уже с небольшой высоты, спрятав все шероховатости и несовершенства свои, дарит невиданные краски днём и необыкновенные огни ночью. И это всё ни сфотографировать, ни описать. Только увидеть, восхититься и хранить в памяти, как драгоценную жемчужину, счастливый момент пережитого. Коих ещё нас много ждёт, пока мы летаем...

Но взлёт закончился, и мы в родной стихии, встречающей привычными разговорами, знакомыми голосами, дружелюбной атмосферой и радостью дальнейшего полёта.