Выбор

Глава 1

– Алёнка, ну что ты такая мрачная? – тормошил подругу веснушчатый Пашка.

– Не мешай. Я думаю, – отмахнулась от него девушка. – Бросай, тебе это не идёт. Пойдем лучше в кино, – расхохотался парень, раскуривая сигарету. И тут же схлопотал подзатыльник и за эти слова, и за дурную привычку. Алёнку раздражал запах тлеющего табака. – Сам бросай, – огрызнулась она, имея в виду Пашкино курение. – Уже вторая за полчаса.

Девушка пересела на другой конец деревянной скамейки и, наморщив лоб, продолжила сосредоточенно думать. В своих мыслях Пашке признаться она не могла, потому что он был в них одним из главных фигурантов.

Она, Алёнка, уже целую неделю была взрослая. Семнадцатилетие было отпраздновано в прошлую среду, и пора было определяться с личной жизнью. Всю неделю девушка металась в мыслях между мистером иксом и мистером игреком, сравнивая их достоинства и недостатки.

Мистером иксом был Пашка, её неразлучный вихрастый друг с первого класса. Наверное, Алёнка никогда бы и не посмотрела на него иначе, чем по-дружески, если бы он сам вдруг не стал проявлять к ней недвусмысленный интерес. В его вечно шутливых обнимашках стало проскальзывать что-то еще, более нежное, чувственное, заставившее Алёнку смутиться и задуматься об их отношениях.

Мистером игреком был Мишка Платов из соседнего подъезда. Самоуверенный, даже скорее наглый, он считал себя неотразимым. Все окрестные девчонки думали также. Алёнка исключением не была. И вот уже целый месяц Мишка то и дело возникал у неё на пути, отвешивал комплименты килограммами, называл цыпочкой и даже поставил лайки под всеми фотографиями в соцсети. А вчера позвал на свидание. Он нравился Алёнке до дрожи в пальцах, но пополнить собой список его бывших она не хотела, поэтому отшучивалась и тянула с ответом. Принять Мишкино приглашение мешал не только страх возможного предательства, но и мысли о Пашке. Разбивать сердце другу не хотелось. Он не простил бы этого. Слишком гордый. Поэтому жертвовать их проверенной годами дружбой стоило только ради настоящей взаимной любви. С Мишкой...или с Пашкой?..

От тягостных размышлений о светлом будущем отвлек металлический грохот. На улицу вышел Мишка. Он никогда не придерживал сломанную дверь подъезда, наоборот, придавал ей ускорения, оповещая громким звуком двор о появлении своей сиятельной персоны.

Увидев Алёнку, он довольно улыбнулся, сорвал ромашку с ближайшей клумбы и подошёл к слегка покрасневшей девушке и моментально нахмурившемуся Пашке: – Привет, сестрица Алёнушка и братец Иванушка! – и вложил в руку девушке цветок. Пашка помрачнел ещё больше, то ли из-за прозвища, прилипшего в детстве, когда он был на полторы головы ниже Аленки, худой и нескладный. То ли из-за Мишкиной руки, которую тот, садясь на скамейку, моментально закинул девушке на плечо. Заметив Пашкино недовольство, Мишка расхохотался: – Глянь, надулся как! Я же тебя не Иванушкой дурачком назвал. Или ты боишься, что козленочком станешь?

Но, заметив, что Аленка шутку не поддержала, смеяться перестал и серьезно спросил: – Цыпочка, в кино пойдем?

Второе приглашение за пару минут. И какое принять? Не идти же втроем? Алёнка стала обрывать лепестки у ромашки приговаривая: – Пойдем, не пойдем, пойдем, не пойдем... – Ну, цыпочка, это не смешно, –отбирая цветок, возмутился Мишка, – ты бы ещё к гадалке сходила или в гроб заглянула на косточках поворожить. – Вот и загляну, – Алёнка стряхнула с плеча Мишкину руку, встала, протянула раскрытую ладонь и решительно потребовала, – давай! – Что давай? – не понял Мишка. – Алёнка, ты совсем сдурела? Не пущу! – одновременно с ним возмутился сразу догадавшийся о замысле подруги Пашка. – Волос давай, – пояснила девушка Мишке, и он, оторопевший от такого напора, послушно выдернул темный волос из модной челки и положил в протянутую ладонь. Затем Алёнка подошла к Пашке и со словами: – Сам говорил, что мне думать вредно, – не спрашивая разрешения, выдернула волос из непослушного светлого вихра. Зажав добычу в кулак, она, не попрощавшись, пошла домой. – Что это было? – спросил по-прежнему ничего не понимающий Мишка. – "Что, что?" – передразнил Пашка. – Думал бы, что говоришь. Теперь она из-за тебя в гроб ляжет.

И в воздухе повисло напряжённое молчание.

Следующие три дня, пока Алёнка собиралась с духом перед своей авантюрой, Пашка отговаривал ее: – Ну зачем тебе это? Знаешь же, что без крайней нужды в него лучше не ложится. Алёнка знала. Несмотря на новизну, эта процедура быстро обросла огромным количеством страшных слухов, тем более что отважившиеся улечься в гроб подробностями делились неохотно, предпочитая уходить от ответов.

Но девушке казалось, что в ее жизни этот самый крайний случай уже наступил. Провожать ее на процедуру, словно в последний путь, пошли оба поклонника. – Вперёд, цыпочка! Убедись, что я лучший, и пойдем вечером в кино, – напутствовал с усмешкой Мишка. Пашка молчал, только пальцы его от переживаний за подругу сами собой сжимались в кулаки до белизны костяшек. Ребята довели Алёнку до двери в бетонный куб с панорамными окнами. В них отражалось небо и лениво ползущие облака, не позволяющие разглядеть то, что происходит внутри.

В просторный холл девушка вошла одна. Консультант центра приветливо улыбнулся и спросил: – Биоматериал принесли?

Алёнка кивнула, достала из сумки связанный узлом носовой платок, развернула его и показала два волоса: темный и светлый. Потом, спохватившись, выдернула свой и положила сверху. Консультант достал три пробирки, поместил в них волосы и загрузил все это в стоящий на столе непонятный прибор. На его стенке засветились разноцветные лампочки, и холл сразу наполнился мерным гудением. Под этот монотонный звук весь следующий час Алёнка отвечала на вопросы психологического теста, выбирая ответы на экране врученного консультантом планшета. Потом женский мелодичный голос, лишенный какой-либо эмоциональности, произнес: "Геном расшифрован", – и гудение стихло. Консультант подошёл к Алёнке, убедился, что она ответила на все вопросы и, забрав планшет, предложил пройти в следующую комнату. "Гроб должен быть там," – подумала девушка и поспешила в открытую дверь, стараясь всем своим видом показать, что ей совсем не страшно.

Генератор реальностей объективного будущего народ очень быстро сократил до его аббревиатуры. Модель ГРОБ -5 была месяц назад смонтирована в центре психологической помощи. Первые четыре модели не прошли паспортизацию и финишные испытания, поэтому в эксплуатацию запустили только пятую версию.

Цилиндрическая капсула из прозрачного пластика могла показаться похожей на гроб только человеку с очень буйной фантазией. Консультант помог Алёнке поудобнее улечься, поправил подушку под головой и, цепляя к ее рукам ногам разнообразные датчики, проводил последний инструктаж: – Все данные о геноме, полный биохимикоэнергетический анализ и ваш психологический портрет уже загружены в базу. Сейчас на основе этих данных генератор смоделирует возможные варианты вашего будущего. Затем он вручил ей пульт с одной большой кнопкой и несколькими маленькими и одел на глаза очки. Их оправа настолько плотно прилегала к коже, что мир сразу сузился до размера линз. – Когда ответ на важный для вас вопрос будет найден, – продолжал консультант, – нажмите на большую кнопку в центре пульта, иначе будущее будет генерироваться до естественного финала. Маленькие кнопки – стандартное управление. Сейчас вам предстоит ответить ещё на несколько вопросов. Рекомендую выбрать опцию "забыть увиденное через час". Приятного просмотра.

Консультант закрыл крышку гроба. Линзы очков Аленки стали темнеть и полностью скрыли от нее окружающий мир. На них возникла надпись: "Имя: Алена" и две кнопки: "подтвердить" и "нет". Девушка щёлкнула пультом: "Подтвердить". Надпись сменилась новой: "Модель 1 генерирует ответ на вопрос: буду ли я счастлива с объектом Михаил". Подтвердить. "Модель 2 генерирует ответ на вопрос: буду ли я счастлива с объектом Павел". Подтвердить.

"Срок действия прогноза: - забыть через час; - забыть через день; - забыть через год; - не забывать."

Алёнка нетерпеливо щёлкнула пультом, практически не читая. Девушка хотела как можно быстрее прикоснуться к своему будущему, а не тратить время на глупые вопросы. И будущее не заставило себя ждать. Надпись растворилась на экране, темнота вокруг словно загустела, сковала по рукам и ногам, не давая ни шанса пошевелится, а потом вдруг стала резко светлеть. И вот уже она, Алёнка, идёт за руку с Мишкой на зависть всем окрестным девчонкам, которые напрасно ждали, что он бросит ее через неделю, две, год. Он строил им глазки, шутил, любовался ножками в коротких юбках, но за руку водил только Алёнку. Белое платье, фата и размазанные по щекам слезы из-за того, что Мишка слишком пылко обнимался со свидетельницей. Ласковые слова и мольбы о прощении, улыбки и объятия. И вот уже малыш в смешной шапочке сидит в коляске, а рядом бегает пятилетний темноволосый мальчуган, хватает за руку, показывает найденный камешек и называет мамой. Поздние возвращения мужа, чужая помада на воротнике рубашки. Зал суда и унизительная делёжка имущества. Казалось бы, ответ на вопрос о будущем с Мишкой был получен, можно нажать на кнопку и перейти к следующей модели. Но Алёнка, проживая эту жизнь, совсем забыла о пульте, зажатом в руке. Череда бесконечных будней проносилась перед глазами: уроки, готовка, ссоры с бывшим, свадьбы сыновей, работа, старость, смерть в окружении детей и внуков с так и ненайденным ответом на вопрос: "А была ли она в жизни счастлива?" И темнота, которая, достигнув своего пика, сменилась светом.

И вот уже Алёнка и Пашка, забыв обо всем, целуются на скамейке во дворе. И снова белое платье, и слезы из-за фаты, прожженной сигаретой. Вот две маленькие светловолосые девочки лепят куличики, а потом, увидев папу, бросаются ему на шею. Он подхватывает их, стараясь не помять зажатые в руке цветы. Потом приговор врача: "Рак лёгких, курение, знаете ли..." Побледневший, похудевший Пашка, и череда больниц, которые она прошла вместе с ним. Кладбище и бесконечные слезы, уроки, готовка, свадьбы дочерей, работа, старость, смерть в окружении близких. И так и не полученный ответ на вопрос о счастье.

Алёнка очнулась от прикосновения консультанта, который помог ей снять очки и выбраться из капсулы. Да, генератор не даром прозвали гробом. Это и правда была смерть. Ее, прежней Аленки, бестолковой, наивной дурочки. Вместо нее на свет появилась Алёнка новая, умудренная преждевременным, возможно, совсем лишним опытом.

Груз прожитых жизней давил на плечи. Хотелось сорвать его с себя, но он так глубоко проник внутрь, что избавиться от него казалось возможным только вместе с кусками кожи. Светленькие веснушчатые девочки, темненькие мальчики, нерождённые, но бесконечно любимые... Две абсолютно разные судьбы, обе счастливые и несчастливые по-своему, стояли перед глазами.

Алёнка вышла на улицу. Парни так и слонялись рядом со входом, ожидая ее. Девушка взглянула на Пашку. "Живой!!! Какое счастье – живой! Стоит, улыбается!.. Вот гад! Она из-за него все слезы выплакала, а он... Улыбается... Да как он посмел умереть и оставить ее одну!" – Видеть тебя больше не хочу! – крикнула ему Алёнка, развернулась и направилась в сторону дома.

Дорогу ей заступил Мишка, с самодовольной улыбкой взял за руку и промурлыкал: – Цыпочка, идём в кино. – Нет, спасибо, насмотрелась, – огрызнулась девушка, отняла ладонь, обогнула стоящего на дороге парня и продолжила движение в сторону дома. В ее голове каруселью вертелась только одна мысль: "А нажала ли она галку, позволяющую забыть этот, хоть и свой, но такой чужеродный опыт?"

Мишка крутанул пальцем у виска и пошел в противоположную сторону. Пашка несколько мгновений смотрел в след удаляющейся девушке, а потом со словами: – У, дура... И ради нее я бросил курить, – кинулся догонять подругу.