Вы из левого полушария

Глава 1

На красивой стороне города Санкт-Петербурга был незамысловатый граффитист, считавший — чем страннее райтер изображает свои мысли, тем ценнее он перед миром. В его работах не было смысла, зато много интересных цветов и линий. В общем, работы «Помешанного», как все его звали, отличались от остальных своей нахальностью, заходящей на чужие художества, но тут ничего не поделаешь: жестокая насмехающаяся конкуренция.

Никто и не знал тайны Помешанного, что во всех его работах присутствовала иная сила, называемая довольно просто — Чувачком — его другом из правого полушария (и вам лучше не знать о том втором, из левого: жутко скучный человек). Чувачок жил на стенах города, гулял от рисунка к рисунку, стараясь оживить каждый из них, но ничего не получалось. У него не было такой силы, зато была у Помешанного.

В очередной раз Помешанный закрашивал чужую работу своим новым рисунком, пока Чувачок все «исправлял». Помешанный рисовал примерно (с натяжкой) анатомическое лицо какого-нибудь прохожего с «забавной моськой» (его выражения оставляли желать лучшего), затем Чувачок брался за дело и избивал это лицо — выбивал зубы, подрезал нос, вытягивал лоб, вытаскивал глаза наружу, пока не получалась та самая «очень странная» картина, за которые Помешанный был так известен. На самом деле его никто не знал: он из того рода людей, который каждый день сам на себя не похож, то есть легко подвергаемый изменениям. Пример простой: лег на диван, прижавшись носом к жестковатой стенке, натянув волосы куда-нибудь не туда, а потом с утра как чучело с пятаком, чем-то заинтересованным, а потому смотрящим направо. За это он был знаменит.

Он был доволен тем карикатурным ядом из его поломанной головы, но немой Чувачок, все еще грустивший от одиночества, бесшумно заплакал, как мим с завялым букетом цветов. Из его огромных глаз, размером с линзы гиганта, посыпались ледяные слезы, разбивавшиеся о кирпичи, как снег об огонь.

«Чувачок, что с тобой, гороховая ты рожа?»

Словно в спектакле, Чувачок развернулся и стал приближаться к Помешанному, увеличиваясь в размерах, пока не достиг светлой своей лысой макухой о потолок мраморной крыши, а стопами босыми в сырую землю великой Исландии. Не желая успокаиваться от своего часового смеха, он показал Помешанному формы женщины, которой ему не хватало с самого начала. Помешанный записывал каждое слово, произнесенное им, чтобы запомнить образ того прекрасного мужчины. Ради друга из правого полушария ему пришлось залить все свои рисунки бежевой однотонной краской, но чего не сделаешь ради такой кучерявой моськи.

И было лишь одно условие у Чувачка — любовь его должна быть анатомически правильной, идеальной и без изъянов. Помешанный, конечно, не одобрил и с радостью занялся нелегкой работой, когда не нужно было ломать свое творение. И в этот раз он создал целое, женское тело, посмотрел на него, ожидая ударов от Чувачка, но нет, тот очарованно парил над бордюром, пуская слюни на свои кожаные сапожки. Все, что оставалось — использовать силу и оживить ее. Она была нетерпелива и очень сильно этого ждала.

К несчастью, произошла непредвиденная ситуация: когда это прекрасное, совершенное создание, наконец, сделало свой первый глоток вкуснейшего воздуха, оно взглянуло на уродливого, непропорционально сделанного Чувачка с отвращением и на предложение жениться сразу фыркнуло. Он показался ей несерьезным и уморительным, но лишь в плохом понимании этого чудного слова. Она поцеловала Чувачка в щеку, а затем удалилась — навсегда.

История закончилась счастливо, ведь нет ничего плохого для двух друзей правого полушария — их не сломает логика, им не важно, что произошло секунду назад и что будет дальше — они довольствуются жизнью и смеются над вами, жутко скучными людьми из левого полушария.