Вот в наше время

Вот в наше время

****

Смотрела Катерина на родителей своих классных детей и грустно как-то становилось.

Нет, не то...

В школе она работала уже около двадцати пяти лет. Пришла совсем молодой девятнадцатилетней девчонкой в класс с одними мальчишками. Почти по распределению, в село совсем чужого городского округа.

Это сейчас она работает в большом мегаполисе...

Да речь не об этом.

И не о школе совсем...

Чего уж о ней говорить... Катерина и сама понимала весь ужас образовательной системы со всеми ее новшествами, нововведениями, проектами и прочей лабудой.

Порой только прочитаешь очередное послание от администрации, зубы сожмешь по-крепче...

И к черту всё.

Систему не сломать... А вопить попусту... Как говорится, собака лает, ветер относит.

Но вот устала от школы. Да вся жизнь ею пропитана... Куда бы ни шла, всегда мысли косвенно, но возвращаются в школу.

На море поехала... Камней набрала, потому что первый класс, надо развивающее пособие сделать, тактильные ощущения... Эх! И так всегда и во всем... В деревню приедет, а там старушки при разговоре какое-нибудь словечко ввернут из старого местного диалекта... Надо запомнить, потом детям в пример привести...

Ах, да не о школе же речь... Хотя, косвенно, конечно, и здесь о ней.

При очередном разговоре с мамочкой или папочкой своего ученика часто слышала фразу "Вот в наше время, было все по-другому"... Или "В Союзе такого не было! Учили так учили! А сейчас чего?! Все на родителей свалили!"

И сколько бы ни говорить, что "Союза" нет, что "наше время" уходит, что наступили совсем другие реалии в жизни, что мир не топчется на одном месте, а развивается. Нравится нам это развитие или нет...

Но мир прекрасен, если к нему так относиться. А если все плохо и все сволочи... То и мир сволочной...

Шла Екатерина домой и думала, что ж хорошего было в "наше время"...

Школа? Да как не любили дети в школу ходить в основной своей массе, так и сейчас не любят... Да, родители не учили с детьми уроки, так тогда другие силы вкладывали! Трудом воспитывали! Своим примером!

Труд, уважение, желание быть лучше, а не богаче... Не было меркантильности и жесткого высокомерия...

В основной своей массе...

И фраза эта "Вот в наше время" коробила Катерину до глубины души...

Помнила она это "время"...

Детство, юность...

Не хотела туда Катерина возвращаться. Даже фильмы о том времени, которые сейчас по веянию моды на патриотизм, не смотрела. Грустно, до слез...

А помнилось оно, время...

В деревне детство ее прошло.

Може тогда в городе-то и по-другому было. Но эти деревенские воспоминания были её, Катериниными.

Сумасшедшие очереди в один единственный магазин, когда несешься со всех ног, чтобы к приезду автолавки успеть записаться в эту самую пресловутую очередь. Циферки на запястье написать.

Сто тридцать восьмая.

Когда очередь дойдет, ничего уже от привезённого товара не оставалось. Брали то, что осталось, не глядя, не выбирая, потому что выбирать не из чего. Ситцевый халат, да банки трёх литровые огурцы закатывать.

Блииинн, как обидно было до слез... Когда увидела на прилавке кофточку. Мохеровая, сиреневого цвета. Мягкая. И вот стояла Катерина и пальчики за спиной скрещивала, загадывая, только бы не купили, только бы не купили...

Не повезло.

А продукты по талонам...

Уроки родители не учили, но у всех были свои обязанности. Катерина обязана была следить за чистотой в доме, лет с десяти. Это даже не обсуждалось. Ужин готовить. Простой, непритязательный. Белье на речку ходила с матерью полоскать.

Скотину во двор загонять, тоже не обсуждалось. Должна.

А летом... Отдых в лесу. За время каникул нужно наделать заготовок грибов, ягод, яблок насушить. А потом огурцы, помидоры...

Отдельная песня про сенокос... Зимой скотину чем-то кормить надо. Сначала косили, руками...

Размах, эх!

Упала сочная трава.

Валочки у отца шли ровные, а у Катерины кривенькие... Он ещё и фыркнет, что до пятнадцати доросла, а косить не научилась...

Словно сейчас ей это умение помогает.

Руки болят, плечи тянет, ноги через траву запинаются.

А потом эту всю траву руками развалить тонким слоем... Комары, мошки, пауты и слепни... Ерунда... Их почему-то не замечали. И ни каких брызгалок и мазей.

Через день - полтора перевернуть - поворочать, чтобы досушило солнышко.

А дальше грабли в руки и вперёд.

Наваливали большие кучи на две жердины-носилки и несли на сеновал. Раскладывали, уминали, распределяли...

Не хотела Катерина возвращаться в то время. Даже вспоминая, чувствовала усталость, когда нет сил, но ты должна, потому что родители тоже устали. Скотину зимой кормить надо.

Родителям нужно помогать.

Поговорка "Кто не работает, тот не ест" - собственным горбом прочувствована.

Эти воспоминания были с ноткой горечи. Тяжело было, но не жаловались. Каждый выполнял свои "обязанности". Нормально, обычно. Все так жили.

А сейчас что?

Какие обязанности есть у нынешнего поколения детей по дому? Дай Бог свою постель убрать да чашку в раковину поставить?!

Конечно, в этом виноваты современное поколение родителей. Сейчас столько новомодных помощников по дому... Только на кнопки нажимай...

А вот воспоминания о конце рабочего сезона, Катерину всегда грели... Вот к этим бы традициям она вернулась...

Обычно огородные работы шли волнами: посадка огородов, сенокос, уборка картошки... Отработкой называлась...

Вот если одни соседи работу заканчивали раньше, то обязательно шли на помощь к тем, кто ещё возился... Как-то дружно, вместе убирали огороды, и силы в уставшей спине появлялись, и энергия находилась...

А потом накрывали на улице деревянные столы тем "что есть в печи, все на стол мечи"... Мало кто ковырялся и говорил "это не вкусно"

В воспоминаниях всплывала бабка Дуня, которая доставала балалайку и выкрикивала частенько матерные частушки... Смеялись, пели, дружили семьями... Помогали друг другу просто так. Потому что это по-человечески.

А сейчас...

Катерина шла домой и понимала, что не знает даже, как выглядят соседи по площадке, не то что помогать кому-то... Сами виноваты или время такое? Бог знает!

Только в каждом времени есть свои и плюсы, и минусы... И постоянно говорить "Вот в наше время" это расписываться в собственной лени или беспомощности, что собственно говоря одно и то же.