Вот такая, блин, музыка...

Предисловие ко второму изданию

Второе издание книги «Вот такая, блин, музыка» я некоторым образом изменил, а именно:

Переписал все главы, кроме предисловия, из настоящего в прошедшее время, этим подчеркнув, что всё это дела давно прошедшие и не надо из-за них так переживать, как некоторые мои герои и читатели.

С болью в сердце, но полностью заменил великолепные цветные иллюстрации художника Владимира Демьянова на фотографии, этим визуализировав героев и время (уговорили, спасибо!).

Перепроверил и уточнил фактологию (помогли, спасибо!).

Добавил ещё две главы: «Из-за музыки» и «Поющий мэр».

В «Эпилог» добавил раздел «А что было дальше?».

Существенно расширил приложения «Глоссарий» и «Справочное» (помогли, спасибо!).

И главное, написал ещё одну книгу, отчасти продолжение этой. Называется «Есть только музыка одна…» - истории новосибирских классических, джазовых и эстрадных музыкантов, рассказанные ими самими https://author.today/reader/437521/4227467

Ваш автор

Предисловие

Эту книгу "в бумаге" можно заказать: https://ozon.ru/t/uelFqsp

От Москвы не близко до Новосибирска, Мы живём с судьбой не споря, переживаем за Страну, По зубам - орехи, по колено - море, водка - по карману... (группа «Коридор»)

https://rutube.ru/video/c423c8f0c78b71f4b06f036304cf2b0b/

Плохого качества чёрно-белые, реже цветные фотографии и киноролики. Осыпавшиеся от времени катушки и кассеты с магнитофонной плёнкой. Ночные собеседники из Канады, Германии, Израиля, Новой Зеландии и Америки. Полвека уже прошло. Дела давно минувших дней. Кому это сейчас может быть интересно?!

Им же всем уже за шестьдесят, а кому-то и за семьдесят!

Но только это всё трогаешь... и тут же вспыхивает! Яркое, пузырящееся цветом, запахом и звуком. Простое человеческое счастье!

Центры притяжения

СССР. Новосибирск. 1973 год.

Июньская танцплощадка «клетка» в Сад Кирова, что на левом берегу Оби: касса, билетёр, дружинники с повязками, наглые «протырщики» - местная пацанва и девчонки десяти-двенадцати лет, «протыривающиеся» в калитку между ног взрослых дядь и тёть. Так и договариваются они между собой во дворах:

- Серёга, пойдёшь сегодня в Сад на «протырку?!»

Рядом с калиткой жёлтый милицейский «луноход».

Вообще-то он «Парк культуры и отдыха имени С.М.Кирова», но все называют его не «парк», а «сад». Впрочем, как и Сад Дзержинского, что на правом берегу Оби. Все остальные парки в городе: Центральный, Первомайский, Заельцовский и другие, называют «парками», как они и есть.

Почему так? Никогда не знал. Может кто подскажет?

Менты и дружинники лениво грызут семечки, а администратор танцплощадки по имени Люда с прозвищем «Морковка», потому что худая и рыжая, забирается на высокую сцену и в микрофон увещевает толпу:

- А ну-ка прекратите драться сейчас же! Это вам не что-нибудь, а парк имени культуры и отдыха!

Удивительно, но драка тут же прекращается! А реплика «про парк имени...» к Люде прилипает навечно!

Разные танцы

Колышущееся людское море. Пары, слившиеся в жарких объятиях. Это называется «медленное танго» - такое топтание на месте с редкими поворотами в сторону.

Расстояния между танцующими нет никакого, что небезосновательно вселяет надежду на яркое продолжение, объятия же. Парень берёт девушку за талию, она кладёт ладони ему на плечи и так они переступают с одной ноги на другую, плавно покачиваясь в такт музыке. Иногда и по полчаса, не обращая никакого внимания на смену ритма танцевальных композиций.

«Пионерским» называется расстояние между танцующими на вытянутых руках, но оно только для юных «протырщиков». Иногда ещё музыканты играют вальс для совсем старичков.

https://vk.com/video741385952_456240256

Ещё есть «быстрый танец», который танцуют кто во что горазд. Твист и шейк уже пережили популярность, парные быстрые танцы типа квикстепа и джайва, никто танцевать не умеет, и «быстрый танец» - это все подряд движения под лозунгом «Шизгару, давай!».

Визжать и кричать во время танца не рекомендуется, могут вывести.

https://vkvideo.ru/playlist/10805906_-4/video10805906_456239243

И они, музыканты, со своими гитарами, отрешённые от всего земного и сосредоточенные исключительно на исполнении песни собственного сочинения под Beatles. Не отличить...

***

И основные танцплощадки, как бы сейчас сказали - центры притяжения молодёжи Новосибирска, сейчас выглядят так:

В Сад Кирова работает легендарный состав:

Двое однофамильцев - Сергей и Игорь Сидоровы, Игорь Азолин (гитара, вокал), Анатолий «Пряник» Радохлебов (вокал), Вадим Лагутин (клавиши), Сергей Гриценко (барабаны).

https://ok.ru/music/track/125347319632221

Это Толя «Пряник» так поёт в семьдесят лет, а тогда, в свои двадцать... Ничего подобного здесь, на левом берегу Оби, раньше никогда не слышали. Дикий восторг и мурашки по спине!

А зимой танцы из Сад Кирова переезжают в Клару - соседний, ныне сгоревший ДК имени Клары Цеткин.

***

А в «Берёзовой роще» за три ставки на одного музыканта работают «Красные рыцари» - победители, лауреаты, номинанты и всё такое. Они «блатные» - креатура отдела культуры Горисполкома, и лишь поэтому...

***

А Сад Дзержинского вотчина «Гусляров». Эти, вообще, отвал башки со своими песнями «Листопад», «Люся» и множеством других:

https://rutube.ru/video/746191d45918463c2671f07c52067d86/?utm_source=embed&utm_medium=referral&utm_campaign=logo&utm_content=746191d45918463c2671f07c52067d86&utm_term=yastatic.net&t=35

И в тамошней «клетке» танцуют до двух тысяч человек ежедневно! И ещё столько же рядом - стоят и сидят на скамейках с магнитофонами, а то и лежат на травке. Водители троллейбусов задерживают выезд с конечной остановки, пока не доиграет очередная композиция.

***

А в парке «Центральный» красуется вокалист, гитарист и прекрасный человек Андрей Мякиш. И на него тоже прут толпами! Он такой, новосибирский George Benson, но к сожалению очень рано уходит из жизни, светлая ему память!

***

https://dzen.ru/video/watch/6184de68b50152750db97d79

https://vkvideo.ru/video-60958526_456273829?ref_domain=yastatic.net

А в «Клубе имени Ефремова» на Расточке «жарит» модный советский и западный музон Михаил «Евдоха» Евдокимов - Миша, будущий великий артист и алтайский губернатор. И ему тоже, светлая память!

***

И где-то же они взяли всю эту самопальную аппаратуру с лейблом Marshall. И звучит она не хуже, чем самый настоящий Marshall.

А потому, что советские ламповые «усилки» УМ-50 и КИНАП-овские динамики 2А9, 4А32, 25ГДН4 и другие, по своим характеристикам ничуть не уступают фирмė. Конечно, если к ним приложены умелые ручки охочих до денег студентов радиофака НЭТИ – Новосибирского электротехнического института.

А у «Гусляров» вообще уже оригинальный немецкий Regent, они побогаче.

***

Волшебное время ВИА - Вокально-Инструментальных Ансамблей, буквально захлестнувших СССР на волне популярности Beatles. Они везде! Каждое уважающее себя советское учреждение от ЖЭКа до союзного министерства имеет свой ВИА, не говоря про клубы, школы, ПТУ, заводы, воинские части и другие. И хорошие музыканты - гитаристы, барабанщики, клавишники и вокалисты, ценятся на вес золота. И многие из них только ВИА и занимаются, формально числясь чёрт-те кем и чёрт-те где. Как советские спортсмены-любители!

Новосибирские кабаки

Прошлый век – двадцатый, словно был вчера. Музыканты в сборе, начинать пора. Гости за столами, в вазочках икра И гулять готовы... до утра! (Лёв Шафир)

И во всех ресторанах и приличных кафе Новосибирска тоже работают ВИА. За редким исключением это одни и те же музыканты, что и в музыкальных коллективах на танцплощадках. Они так быстро и часто перетекают туда-сюда и между собой... И у каждого сейчас по длиннющему списку мест работы, имён, явок и паролей!

Это музыкальный коллектив ресторана«Обь» на улице Жданова в 1973 году.

Фирмý чуваки «снимают», как они говорят, «в ноль» или «в копейку». На слух! Вот с музыкальным материалом собственного сочинения похуже. Но он тоже есть и его играют в основном на танцплощадках. Как всем известные Гена Крайнов и Олег Курохтин. Ну не в кабаках же своё играть! В кабаках всё на «парнас» завязано - денежные заказы песен. А это только песни уже набившие натуральную оскомину по радио и ТВ. Бывает, что и по десять раз подряд играют:

«Барабан был плох, барабанщик – лох!»

Ну или «сдох», кому как нравится. Так а чего не сыграть-то, если за каждый раз по «лысому» платят музыкантам разгулявшиеся новосибирские цеховики со своими бабами?!

***

Некоторые особо нервные Новосибирские кабацкие музыканты почему-то не любят, когда их называют тёплым и ласковым словом «лабухи». Считают его оскорбительным:

- Это как немца фашистом назвать!

До драки доходит... И требуют, чтобы их называли «музыкантами». Но все их всё равно упорно называют «лабухами». Традиции, знаете ли...

***

И казалось, что счастью кабацких музыкантов Новосибирска не будет конца. Но, увы, он уже близок!

Сначала генсек Горбачёв в 1985-м году влезает со своим «сухим законом». Вот кабаки и закрывают. Что там делать без алкоголя? Соответственно, надобность в кабацких музыкантах отпадает сама собой.

К примеру, музыканты из ресторана гостиницы «Обь», что на Октябрьской пристани, до «сухого закона» получают по «штуке» в месяц «парнаса». Каждый! Там огромный ресторанный зал, потому вечерами крутятся огромные деньги. У них точно трагедия, потеряли такую кормушку! Как они потом ни пытаются продать свои замечательные инструменты и супер-аппаратуру... А просто некому покупать, никому это уже не нужно!

А потом пришли «святые девяностые» со своими дискотеками и караоке под «минуса»! И безжалостные новоиспечённые Новосибирские диджеи и певцы под «минус» слизали благородных лабухов из кабаков и танцплощадок, как корова языком. Быстро и жёстко!

И разъехались новосибирские лабухи по миру, кто куда. И для большинства из них музицирование как средство существования закончилось навсегда. Но не забыли они про эти свои золотые денёчки! Ну а как можно забыть юность, друзей, любовь, музыку? Правильно, никак!

Вот про них и для них, моих дорогих старых, а теперь уже и многих новых друзей юности - хорошо известных в своё время кабацких и музыкантов танцплощадок Новосибирска 70-80-х годов я и написал эту книгу, снабдив её для лучшего понимания двумя приложениями - ГЛОССАРИЙ и СПРАВОЧНОЕ.

Ваш писатель Михаил Востриков!

Рождение лабуха

Не имей Amati, а умей лабати!

Мама говорила, что я родился барабанщиком. Ещё когда не умел ни ходить ни говорить, то стоял в кроватке, держался за неё и приплясывал в такт музыке из радио на кухне. И барабанил по всему, до чего дотягивался. Добрейшему коту Филе по морде тогда здорово доставалось. А нечего было целыми днями валяться в кроватке у ребёнка!

- Артистом будет племяш, точно! – смеялась мамина сестра Галя, моя родная тётка, - Ещё и всех нас прокормит.

И ведь, как в воду смотрела. Ну не совсем артистом, а музыкантом, лабухом! Барабанщиком, бас- соло- и ритм-гитаристом, клавишником и вокалистом. В общем я за короткий срок школьного детства, буквально, самоуком освоил все музыкальные позиции в составе ВИА. И даже на дудках играть выучился - тромбон, труба, саксофон. Не в совершенстве, но всё же... народу нравилось.

Первые полстакана «Агдама»

1975 год. Новосибирск. Ресторан «Обь» на ул. Жданова, ныне Авиастроителей.

Туда, долгое время, чуть не каждый вечер заходил какой-то мужичок и просил музыкантов за пять рублей сыграть великолепный романс Валерия Агафонова «Капризная, упрямая, вы сотканы из роз…». Ему давали микрофон и он пел. Неплохо пел! В очередной раз он пришел, а электричество отключили. На предложение спеть за три рубля без микрофона а капелла, он согласился и его проход вдоль столов был принят публикой на ура!

В «Оби» на бас-гитаре играл Александр «Макс» Юрганов, который еще и учился в НЭТИ. Тогда он сдавал какой-то зачет и попросил меня, пятнадцатилетнего, поиграть часик за него.

Конечно, я согласился. Пришёл в ресторан к назначенному времени и не залезая на высокую сцену, с пола, «в копейку» отыграл весь первый тур музыкальной программы. Потом приехал Макс и привёз бутылку вина. В перерыве все сели за стол и гитарист Николай Свищёв открыл бутылку и разлил её по двум стаканам, приговаривая, что некоторым ещё нет 18 лет. А Макс уговаривал его налить мне тоже, ибо, я отработал целый час на его басу и надо бы меня как-то отблагодарить.

Тут неожиданно в ресторан ворвалась моя мама и устроив музыкантам грандиозный скандал за спаивание детей (что каралось!) забрала меня домой силой. Но свои полстакана «Агдама» я успел-таки засосать.

Николай Свищёв

Николай был старше всех и жил с нами по соседству. Замечательный гитарист, глубоко и небезуспешно интересовался гармонией музыки и импровизацией. После периферийной «Оби» играл в лучших кабаках и музыкальных коллективах Новосибирска.

А потом Николай уехал в Америку. И не вернулся. Как и многие тогда. И живет в Америке по сей день, играет на десятиструнной акустике в холле дорогого отеля и преподает классическую гитару в музыкальном колледже Чарлстона, штат Южная Каролина.

А его дочка от тамошнего уже брака (фантастически красивая девушка!) тоже играет на гитаре. Так же хорошо как и сам Коля. И ещё она классно танцует и поет бразильскую босанову! Я её видел и слышал, когда к ним заезжал погостить.

И пожалуй Николай единственный из всех новосибирских музыкантов того времени, кто живёт в Америке на деньги, получаемые им от своей игры на гитаре, а не от других занятий.

«Цирк на сцене»

- Что это за чувак, который постоянно возле музыкантов трется? - Да это ж барабанщик!

Самый первый коллектив, в котором в свои 17 лет (!) я начал официально работать именно как музыкант, это гастролирующий по Сибири и Дальнему Востоку «Цирк на сцене» Новосибирской филармонии. Рабочая позиция – барабанщик музыкального сопровождения.

И я сразу уехал работать по контракту, заключённому аж на год. А потому, что тупо сбежал от военкома, который вдруг с какого-то бодуна решил, что мне куда как будет лучше в военном училище ракетных войск. Вернее, вылетел на самолете в город Уссурийск вместе с органистом (так тогда называли клавишников) Сергеем Ромашевым.

И какое-то время мы жили в гостинице «Уссурийск» и репетировали в местном Цирке, что на Чичерина, 103. Сергей Ромашев совершенно по фирмė играл на электрооргане Weltmaster, производства ГДР. Бас-гитариста нам почему-то не дали и Сергею приходилось играть бас левой рукой. И роскошный по тем временам клавишный инструмент позволял ему это делать, разделяя клавиатуру на два разных поля: бас и все остальное. Класс!

С нами работали еще два музыканта - саксофонист Алекс Друцэ и подслеповатый гитарист без имени и очков, который совершенно не видел, куда ему идти, и сшибал все косяки по ходу следования. Так же, примерно, он играл и на гитаре. Из-за этого они иногда дрались с саксофонистом прямо на сцене во время репетиции.

По окончанию гастрольного тура коллектив вернулся в Новосибирск, где прошло его общее собрание. И на нём меня признали «лучшим барабанщиком года», вручили золотую медаль и довольно крупную денежную премию, чему я был рад бесконечно.

И как такое по довольно жёсткому советскому трудовому законодательству могло быть со мною в семнадцать лет? Неведомо! Хотя... и в шестнадцать лет я отработал всё лето подсобным рабочим на кухне пионерского лагеря «Имени братьев Янченко» под Тогучином. Мама устроила. Официально! На полную ставку. И никого это не озаботило. Ещё и сам радовался, что «за яйца» (налог на бездетность в СССР) не высчитали, мал ещё был.

Расстрел

В следующее гастрольное турне «Цирка на сцене» я поехал с широко известным в узких кругах новосибирских кабацких и музыкантов танцплощадок Александром «Аксёном» Аксёновым. На поезде, вместе с инструментами и аппаратом. Конечная станция - Чита-1! В вагоне было холодно и неуютно. Мы пили «Агдам» и беспрестанно курили в тамбуре. И говорили... говорили за музыку и новосибирских великих музыкантов. Аксён многих из них знал лично.

А в Чите нас встретил Сергей Реутов, классный гитарист, но пьяница, хулиган и драчун. Жаль его. Пошел ночью за бутылкой к какому-то барыге, поссорились, и тот его пнул в грудь в прыжке. Убил!

И так мы работали втроём несколько месяцев.

Пока всех нас не подвёл под монастырь наш администратор-гипнотизер Хайм Бейлин. В городе Красноярске он забрал кассу коллектива и свалил. И весь коллектив «Цирка на сцене» остался без денег в гостинице. А машины с реквизитом и двумя ручными медведями - Гришей и Мишей, стояли на заднем дворе. Долго уже стояли, а кормить медведей нечем, денег-то не было.

И местные дети по-тихому и по доброте душевной пробили маленькое стекло в окошечке прицепа и набросали медведям куриного и свиного мяса. А нельзя этого было делать категорически! После этого взрослый медведь Гриша сошёл с ума, сломал перегородку и съел маленького медвежонка Мишку.

Пришлось вызывать милицию с автоматом и везти медведя Гришу в горы на расстрел. Там его один из ментов, огромный дядька - охотник, и расстрелял в упор из автомата в голову. Прямо в машине! И всё, нет Гриши. А я отважно залез в машину и отрезал у мёртвого медведя один коготь. На память. Он до сих пор у меня хранится.

Потом мы выкопали огромную яму и похоронили в ней бедолагу медведя.

Джаз и Свинг

Ещё с нами какое то время, около месяца-двух, ездил совершенно фирменный саксофонист, армянин Лёва (фамилию уже не вспомнить). Мы с Аксёном итак играли сплошной джаз, но с Лёвой мы начали играть его же, но уже совсем другой.

Лёва играл необычайно технично, непринужденно, очень круто, увлекая всех в какой-то бешенный драйв! Саксофон у него был американский Bush. По тем временам это «вышка» и даже почитаемый всеми французский Selmer ему в подметки не годился.

И Лёва начал заниматься со мною свингом. Он долго и неторопливо объяснял, что такое свинг, показывал, наигрывал какие то кусочки в медленном и быстром темпе. Рассказывал, что свинг ритмически делится на триоли, а где то и на квартоли. И что когда саксофонист играет импровизацию, барабанщик должен слушать его игру и уделять внимание её ритмическому содержанию. И соответственно, аккомпанемент будет триольным, а где то и квартольным. Конечно, это всё вносило поправки в мою игру. И многое менялось и многое становилось мне понятно.

Особенно, всем нравилось, когда Лёва входил в раж и начинал применять атональные фразы. Звучало это просто по фирмė, как у Колтрейна.

Радио

А потом мне исполнилось восемнадцать лет. Это событие скромно отпраздновалось в той самой гостинице в городе Красноярске. Коллектив подарил мне радиоприемник WEF Рижского завода. И я начал слушать джаз по ночам на коротких волнах.

Его имя Уиллис Коновер и по ночам он выходил в эфир со своей программой «Jazz Houer» на «Голос Америки». Программа длилась час: полчаса шла пропаганда на русском языке и полчаса передавали настоящий американский Джаз!

Так я и познакомился с произведениями Бэнсона, Луиса Бэлсона, Уэс Монтгомери, Била Эванса, Оскара Питерсона и многих других джазовых гигантов. Интересно, что Бэнсона и Питерсона мне довелось увидеть воочию.

Возвращение в Новосибирск

За полгода гастролей мне всё же удалось накопить приличную сумму денег и по возвращению в Новосибирск я купил себе у Лёши Пикулина новый инструмент - барабаны Amati «в коробке». Или «в масле», или «муха не сидела...», так тогда говорили об абсолютно новых вещах. Барабаны были сыроваты, но необычайно красивы, в пластике с искрой.

Теперь я был настоящим барабанщиком со своим фирменным инструментом.

А через какое-то время гитарист Толя Марков повел меня по ресторанам и кафе Новосибирска. Познакомил с музыкантами и как результат, через некоторое время меня пригласили работать в известное кафе «Эврика» в центре города, где я и работал в трио следующие два года.

Александр «Аксён» Аксёнов

Аксён был бас-гитаристом и для очень многих новосибирских музыкантов, особенно с левого берега Оби, «папой». Он умел видеть и открывать таланты. Очень компанейский и приветливый чувак. Он жил с мамой - тёть Галей, и папой - дядь Мишей, на Телецентре. На втором этаже трёхэтажного деревянного дома барачного типа, их называли «мансардами». И я в таком жил и гитарист Вася Маринин. В то время такие дома были очень распространены в Новосибирске.

Двери в довольно большую квартиру Аксёна не закрывались никогда. Люди в ней толклись с утра и до вечера. Как в клубе по интересам... Смеялись, выпивали, играли на гитарах, договаривались, в общем, общались. Вино всегда приносили с собой. Тёть Галя только и успевала резать хлеб и колбаску, но никогда никого из дома не гоняла. Музыкантов она любила. Добрейший дядь Миша тоже.

Иногда, когда аппарат с очередной халтуры ночью выгружали дома у Сани, прямо во дворе устраивался спонтанный концерт. Ударную установку ставили на доминошный стол, рядом колонки и начиналось...

- Ho, hey, ho! Ho, hey, ho!

https://www.youtube.com/watch?v=4aEZU6HaAYo&t=11s

Народу с ближайших кварталов «Телецентра» на халявные уличные концерты набивалось немеряно. Танцевали, подпевали. Местные менты не препятствовали, Саню они знали и хорошую музыку тоже любили.

Саня был профессиональным музыкантом - валторнистом с дипломом новосибирского музучилища и отличным импресарио, всегда с халтурой и свободными деньгами.

У него был «нистагм». Он знал про эту свою болячку и частенько ею пользовался. При взгляде в упор любой собеседник всегда отводил свои глаза от его мелко-мелко бегающих и почему-то чувствовал свою глубокую вину перед ним. Это уже было что-то из области эзотерики. Ведьмак настоящий!

Мне Саня многое дал по музыке. Как падре Мартини для Моцарта, собственным примером. Консерваторий же при Моцарте в Европе не было.

Да и что в той Новосибирской консерватории в 70-80-х? Все, кого она выпускала, для популярных в городе ВИА никак не годились. Ну почти... Ну кому тогда нужно было классическое пение вне оперы и телевизора? А вот проорать фальцетом как Ian Gillan из Deep Purple… Но этому в консерватории не учили. Но некоторые новосибирцы так очень даже могли - Игорь Азолин, Саша Иванец, оба брата Бахманы, например.

Музыкант как гармония

Гармония - блаженное состояние души и тела - вот был мой идеал! Но чтобы ещё на алкоголь и девчонок хватало! Ничего более, кроме как играть музыку, я тогда не умел, да и не хотел уметь. И не я один был такой... гармоничный.

Ну да, дали по мордасам разик... так музыкантов всегда били. Всё уже было в моей жизни - халтуры, выпивка, тетеньки, опохмел, репетировал где-то как-то. В кабаках, бывало, и бандюги налетали, пьяные дебоши устраивали, ножами в лицо тыкали, на природу вывозили из пистолета пострелять. А я при этом дробь на малом барабане бил.

Ох-х как вспомнишь!

Но это всё ничего не меняло! Вольная вольница эта кабацкая и танцевальная музыкальная тусовка 70-80-х в Новосибирске. Ну почти вольная... Так как всё же нашёлся в городе тот, кто прогнул музыкантов-лабухов под себя и заставил их делать то, что хотел он, а не иначе.

Виктор Бударин и НОМА

Каким-то образом, Виктор - джазмен и тромбонист с мировым именем, вдруг заделался руководить Новосибирским ОМА - объединением музыкальных ансамблей при отделе культуры Горисполкома, организацией тогда весьма могущественной и суровой – ставки, утверждение репертуара, категории музыкантов, худсовет и всё такое.

Мало того, через короткое время после учреждения НОМА уже являло собой объединённый отдел кадров всех городских кабаков в части их музыкальных коллективов. Кроме кооперативных, «орсовских» кабаков - «Русь», «Океан» и других. Их Виктор тоже сначала хотел подмять под себя, но те отбились, у них был свой хозяин - могущественный и богатый ОРС - отдел рабочего снабжения Облисполкома.

Зачем ему, классному музыканту, это было надо, до сих пор не ясно! Про него ведь во всем мире знали. Да сам Armando Anthony «Chick» Corea лично у меня в 1993-м году на его сольном концерте в Торонто, когда я зашёл к нему в гримерку за автографом, спросив, откуда я, и узнав, что из Сибири, сразу спросил за Виктора Бударина.

Но пёрло тогда руководство НОМА, в смысле, порулить музыкантами-сибиряками, не по-детски. В других городах тогда ОМА тоже были... А вот таких притеснений музыкантов, как в Новосибирске, не было. Самого бы Бударина послушать на эту тему, а то, кто что говорит...

Естественно Виктор сразу же всех заставил играть джаз! Вот как есть, в Новосибирских ресторанах и кафе... джаз! Ну а всех вольных Новосибирских кабацких музыкантов Виктор загнал в музучилище. И без его студенческого билета или диплома просто не разрешал работать на «кормовых» точках города официально. А подпольно много было и не заработать. Это только свадьбы да школьные вечера окучивать по сорок рублей без всякого «парнаса».

Я джаз люблю, но не настолько, что бы не понимать, что в разгульных новосибирских кабаках он был не очень уместен. Но те музыканты, которые старше меня, они все по джазу подрывались... и их всё устраивало. И Бударин хотел, чтобы и остальные тот джаз играли - дудки, тромбоны, контрабасы, рояли и т.д.

Такое тогда в Новосибирске ожесточение и ненависть, как к самому Виктору с его НОМА, так и к джазу, получилось. Но деваться было некуда. И в Новосибирское музучилище имени Аскольда Мурова выстроилась очередь из патлатых абитуриентов. И дудки они поневоле тоже освоили. Ну хотя бы попытались...

И это всё продолжалось до 1985 года («сухой закон»). НОМА рухнуло, ей некем было больше рулить, и переехал Бударин по музыке сначала в Баку, а после, когда там начались погромы, еле ноги унёс, в Ростов-на-Дону, где и сейчас благополучно обретается профессором в местной консерватории.

И вожжи в Новосибирске отпустили... Как раньше. Только вот понукать ими было уже некого.

А диплом музучилища я тогда так и не получил. Да и чёрт с ним, с дипломом! Ну никак не Berklee College of Music это новосибирское музучилище имени Аскольда Мурова, не позволяло оно прыгнуть выше головы.

Гена «Гонтарь» Гонтаренко

Но были… были тогда в Новосибирске по-настоящему сильные гитаристы.

«Гонтарь» из «Красных рыцарей», а после, из клуба «Отдых», например. Он, действительно, был крут и многие приезжали даже из Москвы, просто, послушать его игру. Ну и взять уроки, конечно. И фамилии у этих московских гостей такие, запоминающиеся, Барыкин, например и другие.

Гена играл на простецкой гэдээровской Musima Elgita. Но боже, как она звучала в его руках. Пела! Сейчас Гена уже в почтенных годах, но ещё берет гитару в руки. Да ещё как...

И он вспоминает…

Какова была его досада и скрежет зубовный, когда отдыхая в сочинском кабаке, он воочию наблюдал, как местные музыканты, буквально, за час работы насобирали несколько сотен рублей «парнаса» под песню «Горький мёд», которую руководитель его ансамбля с дебильным названием, сцуко, месяц назад забесплатно не взял в репертуар у молодого Новосибирского композитора Олега Иванова, сказав тому:

- Да разве же это шедевр? Нет, не берём!

Наша сова, она всем совам сова!

... и вдруг в форточку залетела сова. Такая сибирская болотная неясыть. Небольшая, но чертовски красивая! И я лоханулся по неопытности… Взял сову и посадил её себе на руку. А она свои когти мне в руку преспокойно вонзила. Насквозь! Дикое животное… Кровь ручьём, а сова тупо таращилась на все происходящее и никуда не улетала.

А потаращиться сове было на что…

Высокий, стройный парень, всегда с красивой и ухоженной шевелюрой до плеч, я сейчас был лыс как кегля! Ибо по приезду из Сочи решил, что у меня акклиматизация (на голове сушняк и экзема) и мне нужно таким образом полечить кожу (укрепить волосы). Вот и попросил такую же неопытную подружку постричь меня налысо. А к ней сова в гости…

Молодой я ещё был, не знал, что всё это просто последствия стресса.

И вдрызг расстроенный, окровавленный и лысый я забрал сову к себе домой. Вот на фига, спрашивается?! А я и сам не знал, такая вот у меня была «плепорция». В общем рука болит, голова чешется, подружка обижается, что не остался, сочинский проект на паузе. Хоть караул кричи!

На следующий день ко мне пришёл мой друг гитарист Сергей Пермяков и чуть не обоссался от неожиданности и ужаса, когда эта сова с шумом взлетела с холодильника, полетала по квартире и уже пристроилась усесться у него на голове.

- Э-э-э, Серега! Ты, эта… голову побереги, когти у неё, пипец! – сказал я ему, выходя из комнаты и показывая другу руку, перемотанную окровавленным бинтом.

Теперь Сергей чуть не обоссался от меня! Он же помнил мня обладателем шикарных белых кудрей! У них в квартире висел плакат с Пьером Ришаром в роли «Высокого блондина». И дочка путала его со мной. Из-за белых кудрей. И когда я к ним приходил, она говорила Сергею:

- Папа, к тебе дядя Пьер пришел!

Но сейчас свою лысину я мотивировал глубокими религиозными убеждениями, дескать, принял буддизм и вегетарианство! И впоследствии, приходя к Сергею домой, когда чуял запах готовящегося обеда, говорил с укоризной:

- Опять труп варите?!

Но от предложенного куриного супа не отказывался. Видимо это у меня было особенное вегетарианство...

- Ну ты, б, бываешь, б, порой, б, оче-е-ень, б, оригинален! – закричал мне Сергей с перепуга, почему-то высоким штилем и с употреблением междометия «б» после каждого слова.

В итоге, эту сову, коллективно, с Сергеем и его семьей мы принесли в Новосибирский зоопарк. Удивительно, но взяли её туда без проблем. И когда совушка уселась на ветке в вольере, то на вид стала совершенно неотличимой от всех остальных своих товарок.

- У нас таких много есть, - сказал служитель.

- Не-е, наша сова, она всем совам сова. Вишь я ей на одной лапе латунный лад от гитарёхи загнул пассатижами? Музыкальная, б! Будем её навещать теперь, - сказал я.

***

А за пережитый ужас с той совой Сергей Пермяков со мною потом случайно, но рассчитался. Как-то он пришел навестить меня и позвонил в дверь:

- Кто там?

- Милиция! - не думая ответил Сергей.

- Сейчас... - сказал я и тихо-тихо пошёл в комнату.

Когда Сергей понял, что несколько переборщил, то постучал в дверь и закричал:

-Эй-й! Не бойся! Нет здесь никакой милиции! Это я, Сергей Пермяков!

Открылась дверь. А за ней стоял я - бледный, одетый в пальто (зима на улице) и с рюкзаком за плечами. Окно на кухне было открыто. Второй этаж! И я уже собирался прыгать из него и уходить в ленточные боры на Оби, только не в Советскую Армию! Я был очень недоволен шуткой Сергея и до сих пор её поминаю исключительно матом.

А просто время было такое! Телефонов-то в Новосибирске ни у кого не было, вот и ходили музыканты друг к другу без звонка, когда вздумается.

Кто это, ресторанный музыкант?

В то «золотое» время, в 70-80-е годы при СССР, ресторанный музыкант - очень престижная и уважаемая профессия. Из разряда - товаровед, рубщик мяса на рынке, таксист, автослесарь и т.д.

Во-первых, это деньги! Так, в новосибирском ресторане «Садко» музыкант получал, примерно, полторы тысячи рублей в месяц. Причём, это было почти официально, при филармоническом окладе девяносто восемь рублей в месяц. В отличие от спекулянтов, например! И за «парнас» тогда ещё не наказывали. И столько официально получали в городе только лётчики-испытатели с Чкаловского авиазавода! Гена «Гонтарь» шутил на кураже:

- Могу свою зарплату в «Фонд мира» отдать!

Но почему-то не отдавал.

Во-вторых, это возможность доступа в любые рестораны города. Всегда! Поэтому даже знакомство с ресторанным гардеробщиком было тогда престижно и полезно, а уж с музыкантом, тем более! В общем, музыканты, это была ресторанная элита в то время. У них в ресторане был свой стол, а официанты в перерыве носили им туда чай бесплатно.

И вдруг, в девяностые всё резко изменилось! И работа ресторанным музыкантом перестала приносить большой доход. И появилось много богатых людей. И музыканты превратились из элиты в обычную обслугу.

Причём, у нас в стране это падение ещё было не такое дно, как в Америке, например. Там музыкант в ресторане - это вообще низшая каста! Ниже посудомойки и уборщицы! Любой работник, и не только работник, но и посетитель, мог сделать замечание, а то и наехать на музыканта.

Новосибирец, а ныне американец, гитарист Василий Маринин рассказывал, как к нему во время работы в каком-то баре подошёл итальянец, которому он чем-то не понравился и совершенно безнаказанно отматерил его на своём итало-английском языке. Каково?!

И если раньше знакомство с ресторанным музыкантом было престижно и полезно, то потом оно стало не только непрестижным, но и в чём-то компрометирующим! Ну глупо же гордиться знакомством с уборщицей туалетов, например, да?

А у гитариста Сергея Пермякова в это время был такой случай...

К ним, в большой и престижный ресторан, его друг детства, бизнесмен, привел своих приезжих бизнес-партнёров. Отмечать сделку. И в перерыве, Сергей, в желании угодить другу, предложил ему «подарить» песню его гостям - сделать объяву со сцены в микрофон на весь зал. Ну как в «Мимино»:

«А эта песня посвящается нашему гостю из солнечного города Телави!»

Но друг буквально секунду подумав, сказал:

- Не надо!

Он понимал, конечно, что знакомство с ресторанным музыкантом не принесёт никаких дивидендов и не повысит его статус в глазах партнёров, а ровно наоборот!

И тонкая творческая психика далеко не каждого музыканта могла смириться с резким «падением социального статуса», отсюда и всяческие суррогаты-перфомансы.

Но об этом чуть позже.

Будем жить, Серёга!

Путч в «Праздничном зале»

Счастье без ума - дырявая сума: где найдёшь, там и сгубишь.

Как красиво… Ночь... Лодочная станция… Лодка... Река… Море… Океан… Нет, «Океан», это в следующем доме и туда точно никого не возьмут, занято!

Но обо всём по порядку...

***

В 70-80-х годах прошлого столетия в Новосибирске было одно музыкально-танцевальное заведение, где музыканты работали не как в обычном кабаке. Это «Праздничный зал», коротко ПЗ, что на Красном проспекте. Кстати стоял он в одном ряду с фешенебельными ресторанами «Океан» и «Садко». А что, и впрямь стоял... в одном ряду (это реально три дома подряд по Красному Проспекту Новосибирска).

И относился ПЗ к какому-то зачуханному тресту «НовосибирскГорБыт» (кажется…) по оказанию каких-то бытовых услуг населению.

А работал ПЗ так - пять дней в неделю этот огромный сарай из стекла и бетона на первом этаже жилой девятиэтажки стоял закрытым, а по выходным в нём проводились свадьбы.

Музыканты, постоянно работавшие в ПЗ, были официально устроены в этом тресте, где и получали зарплату за свои два рабочих дня в неделю. А поскольку это были сущие копейки, не считая «премий» от брачующихся в виде водки и закуски, претендовать на эту точку могли только совсем слабые музыканты, которые имели другую основную работу, не связанную с музыкой, и для которых музыка была просто хобби, а не кусок хлеба насущного.

И так продолжалось до того момента, пока директором ПЗ не стал молодой предприимчивый человек по имени Олег, который и произвёл в нем революцию.

Свадьбы по выходным остались, а остальные пять дней в неделю там теперь проводились вечера «Службы знакомств». То есть танцевальные вечера для взрослых, где незамужние и неженатые (а может быть и нет...) люди могли просто потанцевать, а заодно найти себе пару. Если и не на всю жизнь, то хотя бы на вечерок-другой.

Входной билет сюда стоил недёшево, но всё равно, это намного дешевле, чем посещение любого ресторана, что немаловажно. Желающие культурно накатить коньяка или шампанского могли сделать это в буфете на втором этаже. Там были удобные столики, стулья, закуски, лимонады и всё такое. А нежелающие выпить просто танцевали и общались между собой.

И началось...

Народа в ПЗ стало приходить столько, что музыкантам даже пришлось помогать женщине-контролёру сдерживать двери, когда открывалась касса по продаже билетов. Что бы эти двери, просто, не вынесли.

А музыканты теперь получали зарплату в виде процентов от проданных билетов. А это по тем временам была вполне приличная сумма. И «старые» музыканты сразу поняли, что они эту работу не тянут. А поскольку терять такую кормушку не хотелось, двое из них быстро переквалифицировались в начальников – администраторов. А в качестве рабочих лошадок пригласили профессиональных музыкантов, вполне приличный музыкальный коллектив.

Да, они были не звёзды, типа, гитариста Гены «Гонтаря», но они были крепкие профессионалы. И у них было ещё два преимущества - дружеские отношения между собой и большой музыкальный энтузиазм, свойственный молодым людям. Что и позволило им в итоге быстро сделать вполне достойный репертуар. И программу они успешно сдали тому же самому жюри, что принимало программы в НОМА под руководством Виктора Бударина.

И с этого момента работа эта стала напоминать им Рай! Вернее, Рай как его представляли себе все кабацкие музыканты. Так один очень хороший музыкант из ресторана «Центральный» рвался поменять свой ЦК на ПЗ, несмотря на существенную потерю в деньгах. Но был отвергнут коллективом.

- Занято, дядя!

И что же здесь было райского? А вот что:

- Очень приличная официальная зарплата - 300 руб/мес, в отличие от филармонической ставки через НОМА Виктора Бударина - 90 руб/мес.

- Процент от проданных билетов. Итого, до 1000 руб/мес. на каждого.

- Отсутствие пьяной достачи и необходимости играть «Мурку» или «Чито Маргарито» по нескольку раз за вечер для «дорогих гостей из солнечного Магадана».

- Возможность играть только то, что интересно и хочется самим музыкантам.

- Категорический запрет на курение в зале.

И ещё был один приятный нюанс…

Вечера эти делились по возрастным категориям – «Кому за 20…», «Кому за 30…» и «Кому за 40…! И крайняя категория оказалась достаточно требовательной к репертуару…, в самом хорошем смысле. Люди в возрасте подходили к сцене и робко просили исполнить танцы с незнакомыми названиями: «Падеграс», «Падеспань», «Падекатр», «Полонез», «Кадриль» и т.п.

Пришлось музыкантам искать ноты в нотной библиотеке и срочно восполнять пробелы в своём музыкальном образовании и репертуаре. Но оно того стоило! Так умилительно было смотреть, как пожилые люди становились в пары друг за другом и выполняли одни и те же танцевальные движения. Довольны были все, и музыканты, и благодарная публика. Музыкантов посетители любили и они чувствовали себя героями.

И в качестве вишенки на торте…

Большинство посетителей, вернее, посетительниц, составляли барышни «в поиске». И некоторые наименее морально устойчивые музыканты беззастенчиво пользовались этой ситуацией. Считай, каждый день у них было по новой подружке! А то и по две.

И если это был не Рай для музыкантов, то что тогда Рай вообще?

Но продолжался этот Рай, увы, всего полтора года. И закончился он тупо, глупо и грустно. В городском суде, где всем музыкантам в качестве компенсации за незаконное увольнение присудили зарплату за полгода и предложили работу сторожами на лодочной станции, тоже, кстати, подразделении треста «НовосибирскГорБыт». И тут же снова уволили. Уже законно.

**

А дело было в том, что один из двух «старых», ещё тех, первых музыкантов, которые стали начальниками-администраторами и начальство их сводилось к тому, что они получали зарплату наравне со всеми, ещё работал где-то в Прокуратуре. И у него созрел коварный план - как стать директором ПЗ?! Но для этого ему надо было «убрать» нынешнего директора Олега. И он задумал и провёл следующую комбинацию…

Довольно гнусную, кстати, комбинацию, но сплошь и рядом тогда применяемую. И у музыкантов не хватило, ни ума, ни воли, для того, что бы в ней не участвовать. Пообещал им «музыкант-прокурор» золотые горы и они на них повелись, хотя итак уже были в Раю.

Короче, музыканты тупо подпоили директора Олега, а музыкант-прокурор вызвал заранее предупреждённый наряд милиции. И Олега отвезли в вытрезвитель. В перспективе его за это должны были выгнать из Партии и уволить из директоров, а освободившееся место как-то там планировал занять «прокурор».

Но в итоге всё пошло наперекосяк! Олега не уволили, а обошлись «строгачом». Вся махинация вскрылась и Олег сам уволил всех путчистов «по сокращению штатов». Быстро и жёстко, хотя и не совсем законно.

А музыканты…

Понятно, что не они были главными путчистами. Они были, просто, как малые дети… жертвы чужой интриги. Правду же говорят, что кабацкие лабухи, как спортсмены, которые всю жизнь качали мышцы, а не мозги! Даже книжек толком не читали.

И одного из них, самого талантливого, несмотря на его участие в путче, даже снова пригласили на работу в ПЗ. Но уже с другими, более умными и лояльными музыкантами. И на других, уже менее «сладких» условиях. Вот он, под новогодней маской среди музыкантов.

Фамилия этого музыканта хорошо известна в Новосибирской музтусовке и по его просьбе я её не называю. И впрямь, кому охота про всё это вспоминать.

Пятачок и пытичка

Новосибирский ресторан «Садко». К виброфонисту Игорю Уварову, он ближе всех музыкантов находился к краю сцены, из группы танцующих подошёл мужичок:

- Сколько стоит заказать песню?

- Пятачок, - ответил Игорь.

- Всего-то? – ухмыльнулся мужичок и положил ему на виброфон монету двадцать копеек.

- Извини, мужик, сдачи нет! – выкрутился Игорь.

***

Кафе «Эврика». Разгар времени заказных песен. Шли одна за одной.

К гитаристу Лёве Шафиру подошёл маленький азербайджанец:

- Пытичка (птичка) хочу.

- Напеть можешь? - Лёва в недоумении пожал плечами.

- Джип джип джуджалярим, - радостно спел азербайджанец, приплясывая.

Это была широко известная тогда детская песня, где от имени мамы-квочки пелось о том, как она заботится, чтобы ее цыплята получили больше зерна и воды.

И Лёва пел...

***

Ресторан «Новосибирск» на улице Ленина. Скрипач Вова Сизенёв всем всегда говорил, что споёт песню на любом языке.

И вот как-то в ресторан зашёл итальянец, а с ним переводчик, который попросил спеть песню на итальянском языке. И Вова начал петь...

Mare bella donna, Che un bel canzone, Sai, che ti amo, sempre amo.

Donna bella mare, Credere, cantare, Dammi il momento, Che mi piace più!

Uno, uno, uno, un momento, Uno, uno, uno sentimento, Uno, uno, uno complimento E sacramento, sacramento, sacramento…

Сначала итальянец стоял открыв рот. Потом лёг на стол. И хохотал так…

Еле его откачали!

***

Кафе «Эврика». Грузин заказал песню из кинофильма «Мимино».

Спели...

Грузин подбежал к бас-гитаристу Игорю Денисенко и сказал:

- Ужасный акцент, генацвале, но это так мило звучит... Дай твои слова, я перепишу.

Любовь, Комсомол и Весна

Свою песню «Под интегралом» с повторяющимися словами в припеве «Любовь, Весна и Комсомол» Михаил «Майкл» Мамин написал еще в 1966 году. Видимо, Николаю Добронравову и Александре Пахмутовой песня известной новосибирской группы «Гусляры» тоже сильно понравилась...

https://youtu.be/n_pp2ee18iI?si=buO7TJV1bEs3MImr

Так в 1978 году в СССР и появилась знаменитая «Любовь, Комсомол и Весна!».

День шахтёра

Россия сильна традициями и Новосибирская область не исключение! Какая же у нас песня без баяна, зорька без росы, Марья без Ивана, сказка без обмана, горе без слезы, а «День шахтёра» без драки?

Гитарист группы «Застава» Сергей Пермяков рассказывал...

Когда им в конце августа предложили за хорошие деньги поиграть на празднике «День шахтёра» в посёлке Листвянка Искитимского района под Новосибирском, он сильно удивился, поскольку даже не подозревал, что в Новосибирской области были какие-то шахты и шахтёры.

Но шахты, действительно, были, и подъезжая к Листвянке они увидели по правую сторону шоссе большие холмы правильной формы – терриконы.

Сам праздник проходил по левую сторону шоссе, в красивой берёзовой рощице, на открытом воздухе. Посреди рощицы стояла большая крытая эстрада «ракушка», а перед ней была заасфальтирована довольно приличная по размеру площадка для танцев.

По обеим сторонам танцплощадки, прямо среди берёзок, были расставлены столики, на которых стояли водка и закуска. Других напитков - вина или лимонада, на столиках не было. Стульев тоже не было. Типа, фуршет!

Около столиков группками кучковались празднующие шахтёры и их нарядные шахтёрки. Слева и справа от танцплощадки стояли два жёлтых милицейских «лунохода».

Они выгрузились, расставились, подключились и начали играть. Им подпевали, желающие потанцевать выходили от своих столиков на танцплощадку, а потом возвращались назад, к водке и закускам, да и, просто, чтобы послушать хорошую музыку.

Сначала, всё было культурно и весело. Для обеспечения безопасной работы, им были приданы два местных, якобы, непьющих парня - шахтёра, которые заняли сторожевые посты рядом со ступеньками, ведущими на сцену. Но, видимо, эти местные ребята были не достаточно непьющими и через какое-то время они куда-то делись и их посты заняли пацаны из «группы поддержки», которые всегда болтались с группой по халтурам, помогали таскать аппарат, в статусе друзей музыкантов «клеили» в зале чувих и вообще, развлекались как могли. А в редких стычках с местными хулиганами, вообще, бывали незаменимы, сами были такие.

Минут через сорок после начала, на сцене появился монстр, киборг, танк - не совсем трезвая худенькая бабулька-шахтёрка в синих трениках и с холодным безэмоциональным взглядом. Она играючи смела со ступенек здоровенного охранника, поднялась на сцену и начала двигаться по диагонали через сцену к противоположному углу. Зачем? Да кто же это знал, кроме неё?! Так бы и ладно, пусть бы шла… но по ходу движения она с какой-то нечеловеческой силой и яростью сметала всё, что стояло на её неправедном пути!

Р-р-раз! И пюпитр певицы с толстенным талмудом улетел в конец сцены.

Два-а-а! И монитор, двадцать килограммов веса, вместе со стулом, на котором он стоял, приземлился в другом углу.

При этом бабушка не издавала никаких звуков и не проявляла ни малейших признаков агрессии, просто шла – механизм, машина. И уже было понятно, что она целенаправленно двигалась в угол, где стоял стол с самым ценным музыкальным имуществом – пультом, ревербератором из магнитофонной приставки «Нота» и перепаянными усилителями УМ-50 в самодельных кожухах с накладками Marshall. И если бы она сумела добраться до них, группе не только не удалось бы доработать вечер, но и пришлось бы долго потом зализывать финансовые раны. Но тут, к счастью, на сцене возникли охранники, и свои, и местные, и унесли бабку со сцены на руках.

Певица Мила Иванова в испуге отскочила назад и обернулась с немым вопросом:

- Эт-т-то чт-т-то т-а-а-акое сейчас было?!

Музыканты быстро водрузили её и пострадавшие вещи на свои места и сочли инцидент исчерпанным, ничего же не разбилось.

Но не тут-то было! Через полчаса ситуация повторилась с пугающей точностью! Бабка в трико на сцене, два движения, пюпитра и монитора нет! И опять халтурщики – охранники, её прозевавшие, в итоге, унесли бабку. Мила уже даже не обернулась, привыкла...

Через полчаса они увидели, что эта бабка лежит среди берёзок и быстро крутится на спине, отпинываясь от трёх ментов, безуспешно пытавшихся загрузить её в свой «луноход». Видимо, музыканты были не единственной её жертвой в этот летний воскресный вечер.

Но потом, стали вспыхивать и другие потасовки. В одном углу берёзовой рощицы кого-то дубасили менты, а в другом, дубасили уже самих ментов. Но удивительно было то, что все остальные, не задействованные в драках участники праздника, вели себя так, как будто ничего особенного и не происходило и для них всё происходящее было вполне нормальным и привычным! Они выпивали, танцевали и смеялись.

Всё шло по сценарию, написанному кем-то лет за триста до этого. Показалось, что время остановилось. Поменять одежду и лабухов с гитарами на духовой оркестр и можно было увидеть какое-нибудь народное шахтёрское гулянье в 1897 году или даже раньше.

Никаких юридических последствий эти потасовки в берёзках не имели и на следующий день менты и их обидчики, прикладывая лёд к синякам, вместе дружно похмелились, свои же, и продолжили праздновать. Об этом рассказал невесёлый ди-джей, который вёл в Листвянке ночную дискотеку и там заночевал. Хлебнул, конечно, отрицательных эмоций, бедолага. Но в общем, всё закончилось благополучно. Единственной потерей стала одна довольно дорогая колонка, которую пьяные шахтёры сумели-таки разбить, от чистого сердца помогая музыкантам грузится в автобус.

Будем жить, Серёга!

В 1980 году в Новосибирском клубе имени Ефремова Расточного завода, что на площади Сибиряков-гвардейцев на левом берегу Оби, работал музыкальный коллектив в составе:

Михаил «Евдоха» Евдокимов – вокал (будущий великий артист и алтайский губернатор), Олег Курдов – бас-гитара, Олег Курохтин – гитара (сейчас группа Алексея Глызина), Сергей «Тихон» Дмитриев – клавиши (сейчас «Группа Новосибирск»), Вячеслав Коновалов – барабаны.

Репертуар был стандартный – Дипы, Смоки, Рейнбоу и советская эстрада. В перерывах на сцену выходил Евдоха со своими пародиями на известных артистов – Папанова, Леонова, Милляра. И все присутствующие просто валились на пол от смеха.

На сцене они смотрелись шикарно. Слава Коновалов, профессиональный закройщик, сшил им всем из дешёвенькой, типа, джинсовой ткани, одинаковые концертные брюки с кантом. Плюс, обычные белые рубашки. Красота!

И работал этот коллектив, можно сказать, на износ. Сплошные танцы и халтуры – свадьбы, школьные вечера. Сказать, что музыканты уставали, ничего не сказать. В конце дня они еле ноги волочили от усталости. Попробуй-ка чуть не каждый день потаскай аппарат туда-сюда – колонки и усилители. Уже ни до чего и не до кого дела не было. Голову бы до подушки донести.

А Миша ещё с утра ходил учиться в свой Торговый институт и ещё подрабатывал ночным сторожем в «Кларе» - клубе имени Клары Цеткин. И хотя он был крепким парнем, но от жизни такой постоянно, как бы сказать, подсыпал. То на диванчике в гримёрке примостится, а то и прямо на стуле глазки прикроет. На четверть, на полчасика… и нормально.

Но вот спать стоя Миша не умел.

А метро в Новосибирске тогда ещё не было. А трамваи, автобусы и троллейбусы ходили гораздо реже, чем хотелось бы, но при этом всегда были забиты до невозможности. Прислониться в угол, чтобы не задавили, уже счастье. А чтобы ехать сидя, это вообще из области фантастики. А автобус «пятнадцатого» маршрута до конечной остановки от Расточки пилил больше часа. И поспать этот час в автобусе Мише нужно было позарез, а на конечной его по-любому разбудили бы.

И однажды, Сергей «Тихон» Дмитриев, когда они с Мишей садились в автобус вместе, стал свидетелем и участником вот такой театральной сцены в исполнении будущего великого артиста:

У Миши начался приступ! То ли эпилепсии, то ли судорог… На него страшно было смотреть. Он трясся, задыхался и упал бы, поддерживаемый только плечами зажавших его со всех сторон пассажиров. Имитация конечно, но какая талантливая…

- Воздуха, воздуха ему! – заорали сердобольные советские граждане.

С заднего сидения у окна мгновенно выкинули какого-то зазевавшегося мужичка, на его место усадили Мишу и сдвинули около его головы узкую полоску форточки:

- Дыши, давай, парень! Вишь, духота какая сёдня на улице…

Миша подышал в форточку и ему как бы действительно стало легче! Он быстро прижал к себе голову Сергея и шепнул ему на ухо:

- Будем жить, Серёга!

И блаженно улыбаясь, Миша Евдокимов заснул…

Сибирский капитан

Василий Маринин

Он мой сосед и друг детства. В этом самом детстве он пришёл ко мне домой, положил передо мной бумажный рубль и сказал:

- А ну, давай-ка, учи меня играть на гитаре и боксу!

Маленький, маленький, а уже знал волшебную силу денег. И я его учил! И в секции бокса насчёт него тоже договорился. Он был тогда ещё совсем мелкий и худенький, но отчаянный и бесстрашный. Защищая девочку из класса подрался с хулиганом в два раза крупнее его. За эту смелость его и взяли на бокс. И со временем он стал отличным гитаристом и боксёром.

Алиса Мон

Правильнее, конечно, было бы, если бы фамилия у Васи была не Маринин. Ибо, женщин с именем Марина в его насыщенной событиями Новосибирской музыкальной и вообще жизни не было. Ну может мельком. А вот Света, Света Безух, она же знаменитая Алиса Мон, была! И он даже на ней некоторое время был женат.

Тонкая и звонкая красавица Света приехала в Новосибирск из Иркутской области и пыталась устроится в городе певицей. Но для этого, по драконовскому правилу тогдашнего руководителя НОМА Виктора Бударина, ей надо было поступить в музучилище. И она пошла туда поступать. Но её не приняли. А потому что пела она хорошо, а вот нот вообще не знала, всё пела на слух.

И вдруг...

Её взял вокалисткой в свой джазовый оркестр при Новосибирском музучилище всеми уважаемый музыкант и педагог Сан Саныч Султанов. Повезло Свете! У него как раз выпускалась и уезжала из города певица и он искал ей замену. Нашёл! Недавно он смотрел телеинтервью Светы-Алисы, где она вспоминала юность, тот оркестр... А вот про него она даже и не вспомнила. Он, кстати, обиделся.

Так или иначе, но Света осталась в городе, а в музучилище поступила через год, когда выучила ноты. Правда, всё равно её оттуда потом выперли, за физкультуру, не ходила она на неё. Да и чёрт с ним, с училищем, не пригодилось!

Вася Маринин тоже на чём-то играл в этом замечательном оркестре, как и многие другие выпускники и студенты Новосибирского музучилища. Свету он, естественно, сразу срисовал и тут же зазвал на вечернюю подработку в музыкальный джазовый коллектив - трио, в известное новосибирское кафе «Эврика», где работал сам:

Василий Маринин - гитара, вокал Коля «Крючок» Крючков - барабаны, Владимир «Бледный» Коновалов - бас-гитара, вокал.

- Попрактикуешься! - сказал он Свете.

Ну а позже, Вася вообще женился на Свете, подарив ей на свадьбу аж пять красных гвоздичек. И тут же закинул свой чемодан в её съёмную комнату в коммуналке, где они с его одноклассником и барабанщиком Колей «Крючком» (на фото) потом частенько сиживали, пили пиво, пока Света училась, и на них жаловались соседи.

Пела Света шикарно! Народ брал «Эврику» приступом, только бы послушать Свету! Да, она просто отлично пела песни Чаки Хан и другие джазовые вещи.

Но директриса «Эврики» не любила джаз и частенько «под балдой» выходила в зал и молча вырубала розетки у сцены, наваливаясь на рубильник своей полной высокой грудью. Электрогитары и микрофоны замолкали, после чего рубильник опять врубался. И тогда Света «добивала» музыкальную программу советским «попом». И тоже, кстати, шикарно, народу и директрисе нравилось.

Естественно, в музучилище голосистую и стройную красавицу Свету ну никак не мог не заметить маститый Новосибирский «демон-плейбой», как его тогда называли - известный клавишник и композитор Сергей Муравьев. И с этого места началась бурная любовно-музыкальная история длиной в годы.

Вкратце, сюжет этой не совсем мелодрамы таков:

Света ушла от Васи, прошла любовь! Зимней ночью она просто вышла из дома и пошла… к сердобольному Коле «Крючку»! И некоторое время кантовалась у него. Спали они так - он на диване, а она на кровати через журнальный столик. Потом Света сняла «однушку» и выдыхнула:

- Свобода!

Но не тут-то было!

Упорный и деятельный Сергей Муравьёв из сразу всех музыкантов кафе «Эврика» создал знаменитый ВИА «Лабиринт» и женился на Свете. Она родила ему сына, а он на слова Михаила Танича написал для неё советский шедевр «Подорожник трава»:

https://vkvideo.ru/video134277424_456254483?ref_domain=yastatic.net

И с этой своей нетленкой Света выступила на Первом канале ТВ. И где только она потом не выступала! И вся страна восхищалась ей уже как Алисой Мон...

А отвергнутый ею Вася Маринин с горя ушёл в жесточайший запой и в итоге улетел в Америку, где и пребывает до сих пор в разных степенях благополучия и трезвости.

Сейчас Вася не пьёт вовсе! Ведёт здоровый образ жизни и приезжая в Новосибирск, даже к кофе просит мёд вместо сахара!

А тогда...

Москва

Для начала Вася переехал в Москву. По связям Сергея Муравьёва там он работал с известными московскими музыкантами, слушал новую свежую джазовую музыку и увлекался современной джазовой импровизацией в стиле Алана Холсворда.

И вдруг…

Вася записался на студии с известным московским музыкантом Андреем Давидяном и с его группой «Alter Ego» в клипе песни «Капли дождя»:

https://vkvideo.ru/video-112676746_456240315?ref_domain=yastatic.net

И внезапно Васина импровизация в этой песне была признана «Лучшим соло года». Про него в московской музтусовке заговорили. А с Васей даже начали здороваться!

Казалось бы, вот она, настоящая известность! Хватай и тяни её за хвост со всеми вытекающими...

Однако, один «злой гений», новосибирский барабанщик по имени Коля с погонялом «Крючок», одноклассник по пятьдесят седьмой школе, с кем Вася работал в «Эврике», пил пиво в комнате у Светы и этим навсегда отвратил её от себя, и у кого она ночевала, когда уходила от Васи... улетел по вызову в США и по приезду туда сделал вызов Васе.

Америка

И Вася-таки тоже поехал в Америку. Без копейки в кармане. Там же, типа, заработает...

Но в Америке начался полный кошмар! Работа где и кем придется. Заливка битумом крыш. Копание земли лопатой, когда экскаватор стоял рядом, тупо ржавея...

Ну и так далее.

И Вася с Колей «Крючком» собрали в Америке трио с басистом, тоже, естественно, новосибирцем, другим Колей с погонялом «Могила», который раньше был соло-гитаристом, но как-то перешел на бас, и у него на басу стало получаться.

Какие-то знакомые старые американские лабухи помогали им найти халтуры, но на них платили копейки и давали тарелку супа. А за поездку надо было залить бензин в вэн и получалось, что всё напрасно, никакого заработка не было.

В одном месте байкеры потребовали от них бодрой музыки, а они играли заунывную мелодию, которую сочинил Вася. Тогда пьяные байкеры начали кидать в музыкантов обглоданными костями! Было больно! Спас положение местный лабух - старый еврей. Он начал петь песню в стиле «панк» - что вижу, то и пою! Как наш чукча... или рэпер, по нынешнему.

И вдруг…

Байкерам - О, чудо! - это все уже понравилось и они начали кидать в Васю со товарищи смятыми стодолларовыми купюрами. Как Вася ловко уворачивался от костей, также ловко он ловил и эти купюры. И в этот вечер им удалось убраться восвояси без звездюлей и с полными карманами денег. Красота!

Клава

Но вскоре Вася понял, что одной музыкой ему в Америке на жизнь не заработать. И вообще, что бы он не делал в Америке, не шли дела! Всё было как-то кисло и всегда хотелось выпить! И так много лет.

И вдруг…

Васю познакомили с только что прибывшей в Америку девушкой из Приднестровья по имени Клава. Она тоже музыкантша, выпускница дирижёрско-хорового отделения тамошнего музучилища. Красивая! И Вася сразу взял ее с чемоданом к себе домой в съемную квартиру на Бруклине NY. Она была не против и там они начали свою совместную жизнь. Клава подала на беженство, а Вася шёл за ней прицепом. Клава выиграла кейс и у Васи после стольких лет нелегального жительства в США появился шанс нормально там обилетится!

Клава начала заниматься стрижкой собак и это дало ей неожиданно высокий доход. Финансовая ситуация молодой семьи выправлялась. Вася с Клавиной подачи тоже начал развозить газеты по Бруклину и всё вокруг становилось лучше и лучше...

Но стакан-то... тоже был где-то тут, рядом. И Вася налег на него. Бухал каждый день, везде. Клава гоняла его как могла. Они снимали тогда полдома в местечке Хантингтон, что на Лонг Айленд NY.

Катамаран

И тогда Вася купил старенькую лодку с парусом типа «Дракон», с килем и весом четыре тонны. Я на миллениум его посетил и был в восторге: лодка выглядела как новенькая. Трезвый, пьяный... но Вася работал с ней зимой. И он умел навести марафет на деревяшку ещё со времен самопальных гитар и сделал из лодки настоящую лаковую конфетку.

Мы с Васей пытались выпить привезённую мною канадскую водку, но суровая Клава настигала нас везде, и в лодке, и в гараже. И тому были причины…

Празднование миллениума не задалось, Вася напился пьян, Клава тоже, они ругались и дрались меж собой. И я уже вообще пожалел, что приехал.

Однако, через какое-то время я вновь приехал к Васе в Америку! Что поделаешь, долбила меня ностальгия по Новосибирским друзьям-музыкантам из юности. Да не один приехал, а со своим израильским товарищем по имени Даник, естественно, тоже клавишником из Ташкентского музыкально-циркового училища.

Вася к тому времени уже за бесценок продал свой «Дракон» Коле «Могиле». И задорого купил потертый льдами огромный катамаран на восемь спальных мест и человек так на тридцать общей вместимости на палубе. И он уговорил меня с Даником поехать посмотреть его огромный корабль и, возможно, покататься на нем.

Этот катамаран был главным элементом нового Васиного коммерческого проекта «Siberian Captain» - Сибирский Капитан. Выходить на нём в океан с группами отдыхающих, чтобы они там купались, загорали, выпивали, закусывали и слушали прекрасную гитарную музыку и пение в его исполнении. И у Васи на этот проект были большие надежды.

Время уже поджимало, я сопротивлялся, но Даник загорелся путешествием и мы поехали к заливу в New Jersey, где Вася на халяву парковал свой катамаран. А потому с него денег за это не брали, что катамаран стоял в заливе между двух торчащих из воды обгорелых деревьев и до него ещё надо было как-то добираться. Но у Васи в машине была небольшая надувная лодка с электромотором. Накачав, мы сели в неё, погрузив продукты, гитару и… коробку вина пять литров, производства США.

Хм-м, однако! Пьянство на воде, да еще и в океане?! Непозволительно это никому, вообще-то.

И мы благополучно выдвинулись в океан на огромном катамаране с двумя мощными навесными моторами Yamaha-120 прямо из бухты-залива. Вася стоял за штурвалом, а GPS у него был укреплен прямо у носа. Но он в него даже не смотрел, еще же, типа, светло, итак всё видно:

- Ну чё, чуваки, врежем винца?!

- Вася, бухать в океане верная смерть! – сказал я осторожно.

- Да отвали ты, б! Как моя Клава, б, говоришь...

И мы попробовали вино. Кислятина невероятная, в рот не взять.

- А все мерикосские вина кислые, ибо, виноград у них дерьмо, не вызревает! – резюмировал Вася, допив из коробки всё. Все пять литров!

- Ну так и зачем пить эту гадость? – проворчал я.

- А что ещё здесь пить?! Дешево и сердито! - развёл руками Вася.

И так мы на двух японских моторах очень быстрым ходом шли прямо к выходу в открытый океан. Все кайфовали от хорошей скорости и тихой воды. Я от нахлынувших чувств попросил Васю взять гитару и спел свою любимую военную песню:

- У незнакомого поселка...

И вдруг…

Погода резко изменилась. Налетел шквал! Ветер начал дуть со страшной силой, тучи мгновенно заволокли небо и серым одеялом навалились на залив...

А мы уже подходили к выходу в открытый океан. Вот как есть подходили - с пьяным Сибирским Капитаном Васей, серо-черным небом, волнами в полметра, и ветром, который уже сдул с палубного столика все пластиковые стаканчики.

БА-БАХ!

Катамаран со страшным треском сел на мель! Все попадали. А катамаран засел напрочь и дальше не шёл!

Н-да, ситуация… Вызвать бригаду спасателей в океан стоило десять тысяч долларов. Что же делать?!

И тут…

Пьяный храбрец Вася разделся и прыгнул в холодную океанскую воду:

- Да тут мелко! - радостно сообщил он, еле доставая цыпочками до дна.

Он попытался толкать катамаран, да куда там! Тогда в воду сполз я. Мне было по шею, и я тоже толкнул катамаран. И через какое-то время тот начал сдвигаться… И в итоге сполз с мели.

А моторы-то работали, их же никто не выключил!

Даник метался по палубе и не знал что делать! А катамаран, естественно, начал быстро удаляться от мели. Талантливый Даник, кое-как, но всё же выключил моторы. Потом снова их завёл и потихоньку подплыл к нам с Васей. Молодец парень, с перепуга разобрался, что к чему!

Но как нам было забраться на катамаран?! Ведь Вася, б, лестницу благополучно забыл в лодочке, сейчас привязанной к сгоревшему дереву в заливе! Около часа мы плавали в холодной воде Атлантики и никак. Залезть на скользкий катамаран нам так и не удалось. Лишь позже мы сообразили как… по крыльям мотора. И в итоге, как-то залезли.

***

Было уже темно и мы были черт-те где... А ещё Вася упал у штурвала и, просто, заснул. В нём же было без малого пять литров вина, не шутка.

И тут я увидел, что мы летим, прямо, в берег. А на берегу, на лавочке под желтым фонарем, сидит пара - дед с бабкой пенсионного возраста, и полощет в океане ножки. А за ними стоит дощатый домик - дача. И через пять секунд мы в этот домик влетели бы, как пить дать.

Я кинулся к штурвалу, отпихнул от него бездвижное тело Васи и резко отвернул от берега, заметив, что пенсионеров уже как ветром сдуло. И я повёл катамаран дальше, в кромешной тьме, около светящегося огнями берега. Обратно в залив. При этом я смотрел в GPS, видел все мели и спокойно их обходил, ничего сложного!

Облака расступились, выглянула огромная луна, и мы шли уже при её свете. Красота была немыслимая! Так мы зашли в бухту, нашли те обгоревшие деревья и пришвартовались между ними.

И - о, чудо! - проснулся Сибирский Капитан Вася. И совершенно спокойно сказал:

- Ох-х чуваки, что-то я подустал! Может не поедем сегодня кататься?

***

Мы свернули паруса, убрали моторы, сели в лодочку и поплыли к берегу в кромешной тьме. Хорошо покатались! А Вася так ничего и не вспомнил...

Время было двенадцать часов ночи. Наш автобус в Канаду да-а-авно ушел без нас с Даником. Вася подбросил нас на машине в Бруклин и часам к двум ночи мы сели в гремящее ночное метро на Брайтрон Бич. Доехав до станции «34-я улица - Хадсон Ярдсs» (линия 7), мы пересели на линию A и доехали до станции «42-я улица - Автовокзал Порт-Оторити». Отсюда мы сможем уехать первым утренним автобусом в Канаду.

Станция метро

Найти под землей выход наружу мы сразу не смогли и некоторое время бродили там туда-сюда в каком-то кромешном аду! Оказывается, здесь под землей постоянно жили тысячи людей! Они лежали везде: и справа, и слева, и над ними, и под ними, и на сколько глаз хватало, и впереди, и позади.

Это был какой то подземный город, где все сделано из крупных высеченных решёток с дырками в большой палец. И поэтому через них было видно все, на несколько этажей вниз. Люди стояли, сидели и лежали на картонных подстилках. Сверху на голову падала всякая гадость: хлебные крошки, клочки газет, целлофан… Люди спали, ели и даже читали в полутьме книги и газеты.

Некоторые лежали парами. Вот белый парень никого не стесняясь овладевал девушкой в миссионерской позе. При этом он целовал её в губы, а его длинные желтые волосы свисали паклями сквозь дырки в решетке. Сюр какой-то!

Было очень много белых, хотя негры тоже были. А вот свободных мест не было. Всё битком забито, как на пляже в советском Сочи!

- Пойдем на улицу, - сказал я обалдевшему от всего этого и хлопающему глазами Данику, - Пошли уже, говорю, не фиг тут смотреть, порнушку что ли никогда не видел?

Даник неоднократно бывал в Америке у родственников, но таких картин он действительно никогда не видел и даже не предполагал о возможности их существования.

Наконец нам удалось выбраться наверх и мы купили билеты на утренний автобус в Торонто. Теперь нам надо было как-то дотянуть до семи утра. На улице мы зашли в большой ночной супермаркет, который держали японцы. Как странно, японцы были мелкие, а супермаркет большой:

- Сэндвич? – спросил нас мелкий японец, - С каким мясом? С индейкой? ОК, пять минут. Пить будете?

- А можно?

- Да, конечно, если здесь. Что будете: коньяк, виски, водку или пиво?

- Пиво, - сказал я.

И вскоре мы с Даником уже ели огромные сэндвичи и запивали их пивом. Свежая зелень, картошка фри, индюшка, лук, огурцы, помидоры, все соусы мира и ещё все что хочешь можно было попросить положить или полить. Очень вкусно!

Уборка

На улице было темно и холодно. Осень. Но обратно в автовокзал зайти нам не удалось, пришло время уборки и всех попросили выйти на улицу. Оказалось, что и в метро был ночной перерыв на уборку и все должны были на час-другой выйти на улицу.

И началось что-то невероятное: из ворот метро вываливались крикливые скопища людей со своими манатками. Народ пёр толпами. Он мгновенно заполнил собою все улицы вокруг входа в метро. Тысячи людей со своими картонками, мешками, детьми, колясками и чемоданами, выходили в кромешной темноте на улицу. Зрелище было не для слабонервных!

Негры

К нам подошёл негр в кожаной куртке. Он распахнул полы этой своей куртки и показал нам тучу висящих там часов и золотых цепочек:

- Do you want to go to my deal? (Ты идешь на мою сделку?) No? Why? Don't need? Why don't you want to make a deal with me? You're a fucking idiot.

Стоявший рядом с нами гигант-полицейский слегка повернул голову и негра как ветром сдуло. Вот он только что стоял и вот его уже не было!

Буквально через несколько минут к нам подошёл другой негр. Под руку он вёл красивую девушку, одетую в пальто на голое тело. Вопрос у него был тот же самый и он так же ругался на ломаном английском. Потом он сделал знак девушке и та раскрыла полы пальто, показывая свое тело. Тонкая талия, девичий животик, крепкие груди и стройные ноги. И лицо, такое знакомое.

Определённо, я видел её в Москве, когда жил у Андрея Зуева и тусовался по музыке на студии Аллы Пугачевой и Александра Кальянова. Ну точно, она! Девушка-саксофонистка. А может и нет...

***

Прибыв в Торонто и наконец добравшись до частного дома, где я снимал первый этаж, Даник не выдержал напряжения и пустил слезу:

- Ну ты умеешь удивить... Не каждому в целой жизни доводится увидеть такое, что ты мне в Америке за три дня показал!

- Да оно как-то само собой вышло, - улыбнулся я.

Deep Purple

1. SOLDIER OF FORTUNE

Вообще-то он Александр «Сахар» Гусев. А «Сахаром» его нарёк школьный дружок Петя Исаев, чтобы он как-то отличался от других новосибирских Сашей-Сах. Так и прилипло. А он и не против, Сахар, так Сахар.

И в те годы он универсальный новосибирский вокалист. Танцы, кабаки, халтуры - вечера, свадьбы…, пожалуйста! Хорошо пел ВСЁ! Выпевал каждую ноту! «Мольто кочумато» (петь без отдачи) - это не про него. Девушки от его пения были без ума и меж собой шептались:

«Как разденется... весь в партаках... он же сидел»

А он и не сидел вовсе! А партаки… Ну да, есть… но это всё глупые детские шалости, за которые он в детстве сильно огрёб от родителей. Ничего такого, но уже никуда не деть.

Cахар взял, да и запел в двенадцать лет! Чисто, мощно, звонко. Видимо, сидело всё это в нём с рождения, да и прорвалось одномоментно! Дареное братом фото Beatles носил под сердцем, так его торкнуло их творчество. Самоуком освоил и бренчал на маленькой дамской гитаре. Бренчал и пел на лавочке во дворе. Соседям даже как-то пришлось отбивать его от дружинников, что громко пел. Но соседям его пение нравилось, стояли на балконах и слушали.

Срисовал его, такого голосистого, известный новосибирский музыкант Николай Свищёв. Срисовал и сразу приставил к делу, вывел на сцену!

- А ну-ка, Cахар, вот эту из SWEET и эту из AC/DC попробуй. Сможешь верхние ноты взять? Конгениально! Прямо, Робертино Лоретти.

Николай отпрашивал малолетку Сахара у его строгой мамы и возил с собою работать на халтуры - школьные вечера, свадьбы и т.д. Потом возвращал его маме в целости и сохранности. Вместе с денежками. Ох-х, как мама бывала довольна!

Потом, после школы, был ещё полусамодеятельный музыкальный коллектив в кафе «Рябинка» на Горской. Там их и вербанула командирша сводного городского студенческого стройотряда ехать на Сахалин, на рыбную путину, играть на танцах для студентов после работы.

А что, поехали играть на Сахалин! И там было всё, как у ребят на Шикотане (Глава «Наш! На-а-аш!»)

Шара

А потом была Советская армия. Музыкальная, Слава Богу. Служил Сахар Родине, считай, дома, в Новосибирске. Первый ВИА, в который его записали, был в медицинском батальоне у земляка. Потом его перевели в Ансамбль конвойных войск - ВВ, он же, гарнизонный оркестр, музвзвод, в просторечье именуемый «Шарой» (от «на шару», «шарить» и т.д.).

Кстати, «Шара» знаковое место, прямо, напротив стадиона «Динамо». В ней в разное время много кто из известных новосибирских музыкантов оттянул срочную: Гена «Гонтарь», Анатолий «Пряник» Радохлебов, Эдик Бахман, Анатолий «Сёмка» Семёнов, Василий Помелов, Александр Мшвелидзе, Андрей Шопен и многие другие. Когда один демобилизовывался, то тут же подтягивал на своё место товарища помладше. Начальство не было против, оно устраивало потенциальному новичку прослушивание - «смотрины», и если устраивал, подписывало на него в военкомат именную бумагу.

***

- Шара! Берло заготовлено! - проорал дневальный.

Потрапезничав, «дедушки» музвзвода разбрелись по своим коечкам на послеобеденный дрём и оттуда повели «высокоинтеллектуальные» беседы о музыке:

- Сахар, а ты хотел бы петь как Ian Gillan, но чтобы тебя приковывали цепями к батарее и объявляли: «Поет Александр Батареевич»?!

- Ага... меланхолично согласился полусонный Сахар.

- А если петь как Ian Gillan..., но только жопой?

- А-а-а-а! Ща убью, на!

В Шаре Сахар пел всё - Як Йолу, Deep Purple, Градского. Даже как-то «Солнечный круг» спел, попросили. Там он и стал профессиональным универсальным вокалистом с мощным тенором. Выучили там его правильно петь. Голос поставили. Спасибо, товарищам военным дирижёрам!

***

А по дембелю, тут же…

Здравствуй, кабак гостиницы «Северная»! Зазвали его попеть-поиграть туда друзья-товарищи! Согласился, конечно. А что, там неплохо выходило, примерно по «штуке» в месяц. На каждого, естественно.

- Сахар, спой «Первый тайм мы ещё отыграем!» Именно так: «… ещё отыграем!»

А чего же не спеть-то за «лысого»? Сколько-сколько?! Шесть раз подряд за «Катю»? Так ведь с нашим превеликим удовольствием, слушайте!

Но выдавили их из кабака «Северной», ох-х, выдавили... Грубо подставили под бухло на работе и прихватили, отвезли в вытрезвитель. Это сыночек директора гостиницы, гитарист, попросил маму его трудоустроить, и вот… Прямо на следующий день этот сыночек со своей командой уже работал на их месте, сцена была ещё тёплая…

Смурь!

Но тут...

Известный «левобережный» музыкант и продюсер Андрей Бахман объявил кастинг вокалистов в свой музыкальный коллектив, работающий на танцах в Саду Дзержинского. Временно, до прихода его брата-вокалиста Эдика Бахмана из армии.

Дальше всё было просто. Сахар пришёл на этот кастинг и «в копейку» спел Андрею и его чувакам Soldier of fortune:

https://www.youtube.com/watch?v=AjIL2BemqBY&t=4s

И его взяли!

Сад Дзержинского для Сахара был, можно сказать, родным. До армии он сюда на «Гусляров» как подорванный каждый день ходил, кроме понедельника. И вот теперь сам был здесь, на этой легендарной сцене и уже на него каждый день люди ходили! Очень много людей, тысячи. Более чем достаточно для правильной самооценки.

Работать с Андреем Бахманом и его командой было классно, реальное продвижение вперёд по музыке! Особенно, ему нравился гитарист Игорь «Шлёма» Реутов, симпатичный талантливый парень, самородок из «Ямы» - левобережного Станиславского жилмассива, музыкант от Бога.

Как и он? Да, такой же, как и он, Сахар!

Только вот с английским языком у Сахара было не очень. Но тут уж как у всех. Дома включал магнитофон на малую скорость и с паузами. И русскими буквами писал как слышал. И нормально, кстати, получалось, вообще никто ничего не замечал! А его русских абракадабр в «Талмуде» - общей тетради девяносто шесть листов за сорок шесть копеек с текстами песен... Всё равно их на пюпитре кроме него никто не видел.

Ай хэв ˈофэн тоулд ю ˈсториз эˈбaут зэ уэй Ай ливд зэ лайф ов э ˈдрифтэ ˈУэйтин фо зэ дей Уэн айд тейк ё хэнд энд син ю сонз Зен ˈмейби ю ууд сей «Кам лей уиз ми энд лав ми» Энд ай ууд ˈшуэли стей.

Правильно, это и есть текст первого куплета Soldier of fortune из той самой заветной тетради Сахара. До сих пор он хранит свой «Талмуд» в коленкоровой обложке, столько в нём его труда... А вдруг, понадобится?!

Но потом пришёл из армии Эдик Бахман и опять у Сахара начались поиски места вокалиста. Без обид, ведь, так они сразу с Андреем и договаривались, Эдик приходит, Сахар уходит. Но к тому времени он уже был музыкант опытный, людей знал и пошёл сразу в Клуб «Отдых» к Гене «Гонтарю». Там его тоже попросили спеть. И он опять спел им Soldier of fortune.

И его опять взяли!

Ура!

И работал Сахар в «Отдыхе», пока всё там не накрылось медным тазом. Чёртовы комсомольцы со своими дискотеками, удавили-таки живую музыку.

А потом пришёл 1985-й год с его «сухим законом».

И всё! Прокочумала живая музыка в новосибирских кабаках, вместе с самими кабаками. Говорили же, нет алкоголя, нет кабака! Правильно говорили.

Все друзья-музыканты тогда побежали за границу. Ну почти все... А он не побежал. Куда ему было в Израиль с такой фамилией и с таким английским... Так и крутил баранку до пенсии. Но всегда пел в дороге, считай, репетировал.

И вот ностальгирует, вспоминает юность! Кабаки, танцплощадки, девчонки... Весело было, башлёво, кильдымно - без бокала нет вокала!

И надо бы что ли напеть на телефон Soldier of fortune под минус. Счастливая же для него песня! Вдруг, ещё куда возьмут, попеть? Сейчас ретро в тренде! Он согласен, пойдёт!

А что, голос почти не изменился…

2. IAN GILLAN

Если прийти воскресным утром в новосибирский «ДК имени Чкалова» на еженедельную ретро-виниловую ярмарку грампластинок, то там всегда можно встретить этого колоритного седоватого мужчину. Его легко узнать, потому что он будет одет в серую кожаную куртку с красной надписью во всю спину, от плеча до плеча - Deep Purple. И «толкается пластами» он уже очень много лет, ещё со времён «Балки» (барахолки) и «Пятака у «Аккорда»(угол Советской и Гоголя). В общем его здесь знают все!

Это Леонид Латыпов, Лёня - широко известный в узких кругах новосибирских меломанов и музыкантов чел, который сделал смыслом своей жизни группу Deep Purple. Примерно, также, как всем известный питерский меломан-коллекционер Коля Васин группу Beatles.

И если к Лёне подойти и вежливо поздороваться, то вместо «Привет» или «Здравствуй» обязательно услышишь проверочный вопрос:

- А ты помнишь, как в семьдесят втором году Blackmore запилил соляк на стадионе?

Или:

- Задолбала же уже вся эта мурзятина?!

«Мурзятина» - это производное от слова Мурзик. Так Лёня ласково называет Steve Morse, нынешнего гитариста группы Deep Purple. И так он выражает своё крайне негативное отношение к этому гитаристу и человеку, который посмел заменить собой великого Blackmore.

Кроме как о Deep Purple, говорить с Леней ни о чём нельзя. Да и вообще нельзя говорить! Можно только слушать и благоговейно внимать тому, что говорит сам этот «Гуру от Deep Purple»

Лёня - ещё одна музыкальная легенда Новосибирска! И в первую голову он знаменит тем, что ещё во времена СССР, поставив себе целью воочию увидеть своих кумиров, он их увидел! И не только увидел...

Как это у него получилось?

Расскажу...

Поскольку тогда надеяться на приезд Deep Purple в СССР было так же безнадёжно, как попасть на Луну, Лёня решил действовать сам. И он отправился в далёкий путь, в Лондон!

Лёня, видимо, единственный человек в мире, который не имея загранпаспорта и виз, не зная никаких языков кроме русского, всё-таки умудрился пересечь границу СССР и ещё нескольких европейских стран, включая Великобританию... По ходу путешествия сидя некоторое время в различных тюрьмах, но он добрался до Лондона. И пришёл на концерт, а потом и на репетицию Deep Purple.

Появление Лёни на их репетиционной базе так потрясло музыкантов Deep Purple... Можно сказать, что они ох_ели до такой степени, что посчитали Лёню чем-то вроде своего русского талисмана. И с тех пор, когда приезжали на гастроли в Россию, выдавали Лёне бейджик с надписью «Член команды Deep Purple» и возили его с собой по всей стране.

А это, ведь, и был смысл жизни и простое человеческое счастье Лёни! И кто теперь скажет, что он не счастливый человек?!

И лишь однажды...

Но это личная драма! Она уже давно окончена и только поэтому... В общем, вот она:

Лёня, на вид мужчина весьма симпатичный и харизматичный, познакомился с барышней, которая ответила ему взаимностью. И они начали жить вместе. У него. Нормальная история.

И Лёня, естественно, начал заниматься музыкальным образованием своей Галатеи. И подробно рассказал ей историю группы Deep Purple и хард-рока вообще. Галатея благодарно внимала, это же так интересно!

Каково же было разочарование Лёни, когда однажды он обнаружил у Галатеи пачку дисков «Русский шансон»?! Ничего более оскорбительного по отношению к Deep Purple, хард-року, а стало быть, и к самому Лёне, нельзя себе и представить!

Пережив культурный шок, Лёня изгнал возлюбленную, не отказав себе в удовольствии слегка поколотить её перед разлукой за такое гнусное коварство.

Такая вот музыкальная любовно-драматическая история!

***

Когда Лёня в последний раз вернулся в Новосибирск с очередного турне с Deep Purple по России, он грустно сказал:

- А Gillan-то совсем петь уже не может!

И глаза у Лёни были потухшие. Умирал смысл всей его жизни...

3. HIT PARADE

Британская группа Deep Purple, в новосибирском обиходе Дипы, всегда была любима советским народом. А не советским... тоже.

Так российский Президент Д.А.Медведев даже сфотографировался с музыкантами в Кремле и прилюдно назвал их своей любимой группой!

И не было в мире ни одного гитариста, который не постарался бы хотя бы одним кривым пальцем изобразить риф из знаменитой Smoke On The Water. Поэтому неудивительно, что и новосибирские музыканты в 70-80-х годах уделяли этой песне большое внимание. Вот, например, один из вариантов её исполнения гитаристом и аранжировщиком Сергеем Пермяковым:

https://www.youtube.com/watch?v=xREQUdvlzrk

Дипы, как мы знаем, периодически претерпевали изменения в своём составе. Диповеды называют эти перемены термином Марк. Самый первый состав - Марк-1, второй - Марк-2 и так далее.

И на первом месте в новосибирском списке популярности песен Дипов всегда была рок-баллада Soldier of fortune из репертуара Марк-3. Грустное страдальческое произведение.

Здесь нужно отметить, что российский народ издревле тяготеет к песням в минорном ладу. Даже самые весёлые и разухабистые плясовые песни, типа, «Ах, Одесса!», «Конфетки-бараночки» или «Коробейники», написаны в миноре! В отличие от весёлых песен, например, французов или немцев, которые все мажорные. И этот феномен ещё предстоит изучить российским музыковедам и культурологам от музыки.

На втором месте в новосибирском Хит-Параде песен Дипов 70-80-х представлена, естественно, Smoke On The Water, состав Марк-2. Не зря же в США проходит ежегодный конкурс по её исполнению, где десять тысяч гитаристов на стадионе одновременно пилят соло из неё.

И эти две вышеупомянутые песни в Новосибирске 70-80-х играли практически все музыканты на всех площадках. Но дальше было уже не так просто! Дипы, это всё-таки не «Ах, Одесса!» и требовали высокой технической подготовки музыкантов!

Виртуозные гитарные пассажи Ritchie Blackmore из песни Lazy

https://www.youtube.com/watch?v=KnIgXtE4K5U

пытались изобразить многие новосибирские гитаристы.

Так, на «левом берегу» вспоминают о некоем загадочном гитаристе с погонялом «Кутарь» - всегда мятому, со спутанными волосами и горящими глазами, ни в чём, кроме гитары в жизни не нуждавшемуся, который иногда приходил в Сад Кирова и засаживал Laze так...

Но в полной мере это удалось только легендарному Гене «Гонтарю». Он играл Lazy легко и свободно, чем вызывал восторг слушателей и некоторую зависть коллег-конкурентов.

А не менее легендарный «Гусляр», клавишник Михаил «Майкл» Мамин виртуозно справлялся со сложной органной партией этой песни. Несколько позже, он «в копейку» сыграл «живой» концерт Machine Head:

https://www.youtube.com/watch?v=4NMut8McGcg.

От первой и до последней ноты. Но, увы, уже в Минске и с тамошним составом.

Таким образом Lazy заняла третью строчку нашего Хит-Парада.

А дальше пошёл эксклюзив. Это когда какую-то песню Дипов играла только одна новосибирская группа. Например Gypsy, состав Марк-3, играли только в Клубе «Отдых»

https://www.youtube.com/watch?v=W3aDVmOJeTA.

И опять с участием неподражаемого Гонтаря!

Вообще Дипы в Новосибирске того времени и Гонтарь, это были практически синонимы. Сейчас, конечно, количество хороших гитаристов в городе неизмеримо выросло и многие могут позволить себе сыграть Lazy, но тогда...

Из эксклюзива также можно отметить исполнение Олегом Колезневым - вокалистом группы «Застава» и участником знаменитой группы «Лабиринт» с певицей Алисой Мон, песни Lalena, состав Марк-1:

https://www.youtube.com/watch?v=IXLSd1kf5UY

И вишенка на торте...

Это всё те же «Гусляры» в Сад Дзержинского. На барабанах у них играл Валерий Куц. И он обладал виртуозной техникой! Координация движений у него была такая, что он не только легко копировал игру Ian Paice, но и имел возможность, не отвлекаясь от барабанов, спеть целых две песни из репертуара состава Марк-1.

Это песни:

https://www.youtube.com/watch?v=u1kZ9zYr7kk Hush!

https://www.youtube.com/watch?v=RfRJqBQ5eTM&t=41s Shasing Shadows

И делал он это классно! Барабанщик, поющий Дипов, были ещё такие?!

И наконец...

Исполнение «Гуслярами» песни «Speed King», состав Марк-2.

Невозможно забыть это ощущение тревожного восторга, когда звучал последний аккорд органно-гитарного вступления и все ждали, что вот... вот сейчас... И вся группа взрывалась в мощном хард-роковом рифе и звучал сильнейший голос Сергея Кривощёкова

https://www.youtube.com/watch?v=W_jfHvcAXRY

***

Наверняка были и другие интересные примеры исполнения новосибирскими музыкантами 70-80-х песен Deep Purple. Популярными тогда Юрой «Ароном» Булгаковым, например, или Хорошиловым. Но память, память.

Это наш! На-а-аш!

В далеком 1979-м году я от нужды подрабатывал ночным сторожем на стройке. С музыкой и деньгами у меня был полный голяк и облом. А мама с тетёй Галей, занявшие мне деньги на покупку новых барабанов, грустили. Но не убивать же им меня было, родную кровинушку, отдаст когда-нибудь.

И вдруг…

Ночью ко мне на стройку приехал Вася Маринин (нашёл же!) и зазвал меня поработать на подмене в различных ресторанах города, на два-три месяца. Ура, это были хоть какие-то деньги!

Ресторан «Сибирь» находился в самом центре Новосибирска. Это старенькая кирпичная гостиница, а при ней шикарный большой ресторан с высокой сценой. Мечта музыканта! Там мы работали таким составом (со мною):

Василий Маринин - гитара, вокал. Юрий Глотов – бас- гитара, вокал. Игорь Гулый - клавиши. Ирина «Ирка» Епишева - вокал.

Ресторан «Тулинка»

Следующий ресторан «Тулинка» на Сибиряков-Гвардейцев явно похуже. Маленький, стеклянный, грязный кабак. Бандиты, алкаши, хулиганы, бывшие спортсмены - могильщики. Контингент тот еще... В нём мы работали тем же составом, но постоянного клавишника не было и в этом качестве с нами в разное время работали: Игорь Зотов, Анатолий Шмаков и Виктор Сорокин.

Народу в «Тулинке» набивалось порядком и к вечеру, когда темнело, посадочных мест уже не было. Тогда в зал заносились дополнительные столы и стулья. А когда заканчивались и они, то затаскивали какие-то ящики, на которых очень даже удобно устраивались подвыпившие новосибирцы и гости города.

Частенько выпивший народ дрался между собой. Бывала и откровенная поножовщина. Тогда вызывали и приезжала милиция, на месте чинила лютые разборки и забирала нажравшихся водки хулиганов в кутузку.

Иногда музыкантам тоже доставалось...

Ирина «Ирка» Епишева

Ирка пела классно! «Старинные часы» Аллы Пугачёвой в её исполнении вообще был шедевр.

И вдруг...

Кто-то дернул Ирку за руку со сцены и потащил её танцевать в зал вместе с микрофоном. Вася Маринин и Юра Глотов буквально вырвали её у бухого бродяги и поволокли его в вестибюль, бить. Но там, этот сильно пьяный парень проявил качества бойца и со всей дури неожиданно врезал головой Васе в зубы, которые тот и выплюнул с кровью...

Тут вмешался Юра Глотов. Два-три удара и хулиган уже лежал на холодном полу без признаков жизни. Юра был огромной, нечеловеческой силы чувак и удары у него такие же. Прибывшая по звонку милиция забрала хулигана, а Вася Маринин, потеряв два передних зуба приобрёл в жизни огромную стоматологическую проблему. Навсегда!

Юрий Глотов

К тому времени Юра успел закончить Новосибирское музучилище по классу «Хоровое дирижированиеа», играл на бас-гитаре, слушал фирменную музыку, стал классным музыкантом, но про этом остался о-очень скромным человеком, хотя имел все права на «звёздность».

Кстати, именно Юра Глотов учил петь Алису Мон (Свету Безух), ставил ей голос.. Когда мы потом халтуряли с ним, он пел так громко, что заглушал все инструменты! И каждый втихаря подходил к пульту и «прибирал» ему микрофон. А Юра в него дул и говорил:

- Чуваки, у меня что-то микрофон не работает!

А ему его совсем убирали, до нуля.

Юра почти до самой пенсии отработал в Оперном театре. Он как-то пришёл ко мне в гости и пожаловался, что его заставили уволиться. В спектакле надо было по ходу действия лезть куда-то по верёвочной лестнице, а у него к тому времени образовался большой и круглый бемоль, и он не смог. В итоге уволили. Потом он устроился охранником в проходную Чкаловского завода, сидел там с наганом на боку, важный такой.

Остров Шикотан

Познакомились мы с Юрой на острове Шикотан в 1976-м году, где подрядились играть на танцах у сводного стройотряда из Новосибирска.

Из Новосибирска ехали поездом. В вагонах поезда висели бодрые плакаты: «Берегись, рыба, — студенты косяком идут!», предвкушая романтику и длинный рубль. Отряд был из разных институтов города — НЭТИ, педагогического, медицинского, торгового, легкой промышленности и др. Во Владивостоке пересели с поезда на корабль и отправились на Шикотан.

По прибытии разместились в поселке Малокурильское, в домиках студенческого городка по десять - двенадцать человек. Всего на Шикотане было два села — Малокурильское и Крабозаводское, они соединены между собой дорогой. Но никто не говорил «село». Все предпочитали вариант «поселок».

Между Малокурильском и Крабозаводском была дорога, которая со времен японцев была вымощена лиственничными чурками. Наши поселенцы эти чурки довольно быстро пустили на дрова, в результате ездить приходилось не столько по дороге, сколько по руслам мелких речушек и по склонам сопок, покрытых низкорослым бамбуком.

Бамбук рос повсеместно, но не в виде леса, а как трава высотой двадцать - тридцать сантиметров. Широта Шикотана как в Сочи, но под боком острова проходило холодное Курильское течение, и температура океана летом была около восьми градусов, а зимой он и вовсе замерзал. Так что пальмы там не расли, зато была тисовая роща, как в Карпатах.

Путина была бойкой. С сейнеров на транспортерах в ящиках шла сайра. Ее разгружали на рыбозавод, куда нас определили. В три смены работали, кто на укладке, кто на разделке. Работа была трудная, требовала внимания. Все было расписано: столько-то хвостиков рыбы уложить, столько-то брюшек...

Уставали за смену, но на танцы сил хватало. Сухой закон. Три четверти территории — запретная зона. С восемнадцати часов по местному времени на русском языке громогласно вещал «Голос Америки» с Филиппин. Из Токио можно было слушать американскую Far East Network, которая гнала музыку без остановок по 55 минут подряд, а потом пять минут передавала новости.

На Шикотане много живописных мест, заливы, водопады, мысы. Всего в десяти километрах от поселка Малокурильское за небольшим перевалом располагался мыс Край Света. Отсюда была видна Япония и открывался бесконечный Тихий океан.

Из облаков выглядывал вулкан Тятя-яма. Извержений вулкана увидеть не удалось, но это и к лучшему. А вот землетрясения и цунами были рядовыми явлениями. В обычные дни от них остров мерно покачивался незаметно для жителей, примерно, четыре кача в сутки.

Днем мы работали на рыбозаводе, а в конце недели два-три раза играли на танцах. На огромной деревянной танцплощадке, которая вмещала до двух тысяч человек.

***

Аппаратуру мы привезли с собой и работали на острове таким составом (со мною):

Сергей Никонов - бас гитара. Владимир «Тарас» Тарасов - гитара, вокал. Сергей Парфенов - гитара, вокал.

Вся аппаратура была сделана Тарасом, но таскали мы её, естественно, вместе. Колонки были, просто, неподъёмными! И всё это во Владивостоке нужно было погрузить на огромный корабль «Ильич», полученный СССР по репарациям из Германии. На море был легкий шторм и палуба «Ильича» уходила вниз от края пирса метра на полтора. А потом взлетала вверх! И по мосткам с канатными поручнями нам нужно было как-то занести на палубу колонки и другую аппаратуру.

Мы выжидали момент, когда мостки выравниваются с палубой, и с колонками бежали на корабль. Руки дрожали и разгибались. Выручили студенты и за какие то полчаса вся аппаратура уже была погружена на корабль, переименованный из Cabria. Не так давно этот корабль возвратился с капремонта из Японии и был совершенно невероятно отделан как изнутри, так и с наружи. И мы, открыв рот, любовались его шикарной отделкой - красное дерево, мягкий свет навесного потолка, ковры под ногами, позолота колонн ресторана и т.д.

Юра Глотов двигался в параллельном отряде с группой студентов из Пединститута. А Тарас, Никон и я – с группой студентов из Радиотехникума. Повстречались и познакомились с Юрой мы уже непосредственно на островной танцплощадке, где Юра а-капелла врезал своим уникальным тенором народную песню «Ночка темная». И все две тысячи человек замерли и слушали его. Как в Италии, когда на людях пел Лучано Паваротти. Позже Юра действительно поступил в Новосибирскую государственную консерваторию по классу оперного вокала, а по её окончанию - в Оперный театр, ныне НОВАТ.

Свадьба

На острове, повторюсь, был «сухой закон». Казённое бухалово не продавалось, но было много самогона. Лишь для проведения праздничных мероприятий и свадебных торжеств местные власти открывали свои амбары. И тогда «казёнка» текла рекой.

Однажды нас пригласили отыграть свадьбу. Я с уже принятым в состав группы Юрой были молодцы, стояли на ногах до конца. Играли и пели, но уже вдвоем и кто на чём. Но в двенадцать часов ночи нас попросили с вещами на выход. И опять мы таскали ночью колонки и инструменты. Но такова судьба любого музыканта, таскать аппарат и инструменты!

Зато после возвращения в Новосибирск у нас уже был готовый коллектив для работы по свадьбам, школьным вечерам и торжествам (со мною):

Анатолий Марков – гитара. Сергей Рябов - вокал, гитара. Юрий Глотов - бас гитара, вокал. Виктор Сорокин - клавишные.

Сергей Рябов

Сергей был классным вокалистом с высоким «серебряным» голосом. Он пел так удивительно и нежно, что все барышни в него сразу влюблялись. Еще он хорошо играл на гитаре и когда мы ездили на халтуры втроем, без клавишника, включал на педали эффект «ФУС», и играл соло на гитаре километрами. И народ угорал под наши импровизации барабанов и гитары. Такой забег с ритмическими переходами от рока к босанове, от блюза к тяжелому року и другому, народу о-очень нравился.

И люди подходили после концерта или танцев, пожимали нам руки и интересовались, как называлась эта музыка? Им отвечали, что это импровизация - игра по наитию. Но для этого надо иметь навык и возможность играть на инструменте совершенно свободно, пользуясь разными ритмами и техническими приемами как на барабанах, так и на гитаре.

Конкурс

На острове начальство студотрядов решило провести конкурс патриотических песен. И на нас навалилась обязанность составить программу. Местом проведения конкурса был назначен городок Малокурильск, что в двадцати километрах от нашего Крабозаводска.

И к нам пришли молодые студентки из разных институтов и техникумов со своими песнями и акустическими гитарами. Красивые! Студентки, конечно. Чем бы другим, но нам, увы, пришлось заниматься с ними вокалом и многоголосием.

А другим, мы с ними уже пытались заняться, поэтому были учёными! Всего-то пошли со студентками из Мединститута в недалёкий палаточный поход. И забыли, что по острову проходит государственная граница СССР. И наткнулись на вооружённый отряд пограничников. Ночью! И нас эти погранцы чуть не расстреляли.

С нами была одна девочка, кореянка, очень красивая, с горбатым носиком. И погранцы, увидев её, словно с ума посходили. Кричали на неё на японском языке, да так дико! В общем, кое-как разобрались.

Ещё две девочки полезли к кусту нарвать с него цветов. А это был куст ядовитой «Ипритки» и их лица разнесло в совершенно круглое тесто. И потом это ещё и повторялось у них каждый год осенью в течении пяти лет. И в итоге им вкололи какие то серьезные уколы, что бы они не задохнулись от отеков. Они ведь еще и нюхали эти красивые цветы на ветках. Потом, всем студентам даже провели на этот счет лекцию.

В общем, нафиг-нафиг такие походы с девочками!

Но у нас был великолепный Юра Глотов! Он и разбирался с ними со всеми. И программа была готова!

Особь статья, Надя Соловьева - голубоглазая блондинка, красивая как киноартистка, с обалденной фигурой и шикарными вьющимися волосами. Она сама играла на аккордеоне и пела лучше всех... Так и победила!

Учи парадитлы!

Концерт подходил к концу. Барабанщик из Малокурильского стройотряда, веселый талантливый парень, совершенно без всяких звездных болезней как у некоторых новосибирских барабанщиков старшего поколения, поставил на подставку свой малый барабан Amati и показывал мне свои технические секреты, которые я запомнил на всю жизнь.

Уже было темно и команду: «По машинам!», я прозевал, занят был барабанной техникой. И остался один на обитаемом острове. Я потерялся и не знал куда идти и что делать...

- Да ты не очкуй парень, пошли, я покажу тебе дорогу, за пару часов дотопаешь своим ходом.

Коллега-барабанщик вывел меня на единственную дорогу – колею, и указав направление, сказал:

- Учи парадитлы, братка!

Дорога... то ныряла в густой дальневосточный лес, то выходила к океану. И через каких–то пару часов я вышел к освещенному электрическими лампочками поселку Крабозаводск. И легко нашёл дорогу в свой студенческий городок, состоявший из пяти длинных бараков и огромной деревянной танцплощадки. Когда я зашёл в свою комнату, все уже давно дрыхли.

Барабанная техника

Гитарист Сергей Парфенов на гитаре играл хорошо и технично.

Он еще и пел... и с ним наш репертуар прирос песнями великого Пола МакКартни. А ещё Сергей обладал какой-то невероятной барабанной техникой и с упорством учил ей меня:

Двушки, трешки, четверки... С правой и с левой руки... Квинтоли, секстоли и парадитлы... Быстрые одиночные, переходящие в тремоло.

И я впитывал всю эту науку как губка.

За крабами

Вот и подошло время уезжать восвояси. В огромный, грязный, задымленный, но такой родной город Новосибирск. На работу ходить уже было не надо, но столовка работала и мы ходили туда по нескольку раз на дню. Отьедались на дорожку.

И тут знакомый студент-медик позвал меня за крабами в Крабовою бухту, что горела вдалеке красным цветом берега, усеянного панцирями королевских крабов. Ну, конечно же! И мы пошли туда по береговой линии, пробираясь сквозь кустарники и мелкую растительную чепуху, «все дальше дальше да-а-альше отдаляясь от земли» (с) Юрий Антонов.

А про здешние приливы-то мы и забыли!

Вдруг стало темно, солнце круто прыгнуло вниз за горы острова Шикотан и наш путь уже шёл сбоку и вверх, а вода начала прижимать нас к скале. И вскоре мы оказались отрезанными прибоем от берега.

Вода прибывала и мы шли по тропинке в скале все выше и выше... и эта тропинка вдруг кончилась. И мы шли уже по каким-то выбоинам в скале, оставленными нашими предшественниками из прошлых веков.

Всё! Под нами бушевал Тихий Океан!

Я оступился, сорвался со скалы и упал в ледяную воду. И сразу начал тонуть из-за рюкзака и резиновых сапог. Мой товарищ тут же нырнул в воду и начал меня спасать, поддерживая на плаву!

Мы осмотрелись... До берега было слишком далеко и мы поплыли в океан в надежде выплыть из бухты и выйти на берег. Мы долго барахтались, волны били нас, мы захлебывались соленой водой, но... в итоге вышли в океан и повернули к берегу.

Но выйти на берег не получилось!

Берег был отгорожен от океана трёхметровым бруствером из мусора, бочек, ящиков, рыбацких сетей, коробок, досок и ещё черт знает чего.

Мы долго искали возможность выйти на берег, пока не увидели прореху в бруствере. И через неё мы вышли на берег. Причём я потерял в воде резиновые сапоги и вышел босым.

Домой!

Ночью, через лес, кусты и каменистые гряды мы пошли в сторону студгородка. Без крабов, естественно! Не наловили...

Я был мокр, бос и осторожно ступал по каменистому грунту и дальневосточному стланику - таким карликовым соснам по колено, покрывающим весь остров. Когда мы добрались до студгородка... там никого уже не было, всех уже отвезли на корабль!

Внезапно, мой товарищ откинул свой матрас, а там... две бутылки «Агдама» по 0,7 литра! И стакан вина пришёлся как раз кстати: трясун от босого и мокрого путешествия несколько ослабел.

Но про нас не забыли! Радости не было предела и небольшой крайней группой мы сели в мотошлюпку и полным ходом пошли в открытый океан к кораблю «Мария Ульянова», который и увёз нас во Владивосток.

Владивосток

Во Владивостоке выяснилось, что билетов на самолет нет никаких и мы сидели на хате у Тарасовского родственника целую неделю в ожидании билетов на рейс в Новосибирск. Часть аппаратуры отправили поездом. Тарасов платил, ибо, успел заработать на Шикотане более тысячи рублей.

Мы ходили на пляж, загорали и купались в Японском море, ловили крабов и морских звезд, вкушали необычную, но очень вкусную местную пищу - кальмаров, гребешков, мидий, китовое мясо, рыбу, ещё рыбу, мелкие вьетнамские бананы, пили водку со змеёй или корнем (Жень-Шень?). Владивосток он такой... весь в сопках, гористый, холмистый и таксисты носились по нему как угорелые.

Я пошёл в «Морской Клуб» и купил у моряков японскую голубую джинсовую куртку и штаны.

«Деньги же ляжку жали!», - как говорил великий Василий Шукшин!

***

Так, отработав полтора месяца на острове Шикотан и заработав кучу денег я вернулся в Новосибирск уже в середине сентября. Я зашёл в свой десятый класс в этой своей голубой джинсовой куртке и в голубых джинсовых штанах.

Учительница не узнала своего ученика, но весь класс был в восторге и закричал:

- Это наш! На-а-аш!

Прорвался, б...

Бабки в руки, будут звуки!

Что это, кабак?

«Кабак» по словарю Владимира Ивановича Даля, это «питейное заведение». То есть этим словом можно называть любой ресторан. Ну или почти любой...

Алкоголь в кабаке заправлял всем. Не было алкоголя - не было кабака! И основная задача музыкантов-лабухов в нём - веселить поддатых посетителей, вытягивая из них денежные знаки сверх своего официального оклада.

В Новосибирске 70-80-х годов это делалось в четыре отделения, с двадцати часов до полуночи. Два крайних - веселуха, люди уже поели, выпили и им хотелось праздника. И тут не зевать! Наступало время «парнаса» - заказов песен за деньги.

У всех лабухов на сцене обязательно была «мама» — коробка для денег, а рядом с ней лежала тетрадка, куда записывали уже оплаченные, но ещё не сыгранные песни. Чтобы не забыть.

В новосибирском ВИА «Застава» парнас обычно собирала и делала записи в тетрадке певица Света Чеберяк, в отличие от музыкального таланта, на редкость безграмотная девушка, вместо «перрон» она писала «пирон», но жить ей это ничуть не мешало. Названия песен она писала, естественно, сокращённо. Один раз, она встала и пошла... Может быть курить в фойе, а может и в дамскую комнату... Это означало, что следующая песня - инструментал и певица не понадобится минут десять.

В тетрадке музыканты прочитали: «Лиз.». Перебрали все песни, которые могли бы начинаться с этих букв. Может, «Лиза»? Но не было такой песни у них в репертуаре, тем более инструментала! Так и ломали голову, пока не пришла сама Света и ресторанная публика уже начала шуметь, требуя музыку!

- Света, б, что это за песня, «Лиз.»?!

- Лизгинка.

Борьба с парнасом

Вообще, брать деньги за песни было нельзя, это называлось - незаконное обогащение. Просто, на это все закрывали глаза, как, например, на частный извоз. Вроде и нельзя, но и не преследовалось... Но так было не всегда! Во время Андропова на «парнас» начались гонения!

И первым «под раздачу», попал не какой-нибудь отъявленный лабух, пьяница и хапуга, а клавишник Артур Буш - немец, ныне живущий в Германии. Такой милейший интеллигентный человек, офигенный музыкант с консерваторским образованием. Именно его специально засланные в кабак менты поймали на приёме денег. Дело пахло тюрьмой! Я помню ту гнетущую тишину и ожидание, которое воцарилось тогда в среде лабухов! Все напряжённо ждали- чем закончится эта история. На Артура было больно смотреть, его было очень жаль! Но как-то всё это замяли. А потом, государству, видимо, стало уже не до лабухов, надвигалась Перестройка...

***

Для серьёзного классического музыканта с консерваторским образованием кабак - болото, если попал в него, уже не выбраться, слишком много там соблазнов, а человек слаб.

Но даже великий русский композитор, новосибирец Александр Зацепин играл в парижском кабаке на аккордеоне и «западло» для себя это не считал. Просто, на хлеб зарабатывал. Так жизнь сложилась. Наоборот, говорил шутейно, что для таких лягушек как он, болото дом родной.

Про лягушек так оно и было и любой труд благороден. Просто у кабацких музыкантов этот труд особый. Они отдельная каста, ныне уже вымирающий вид, ко всему прочему: неплохие психологи, импровизаторы, интуитивные поэты и композиторы.

Попробуй-ка сыграй и спой бухому колхознику за десять рублей «Комбайн косит и молотит», если ты такое название песни впервые слышишь... И ведь пели! Например, в стиле «рок», выкрикивая на два голоса единственно известную им фразу между гитарными рифами под Deep Purple. И отлично получалось!

И вообще, народу нравилось:

- Над тамбуром горит сиреневый туман... - Ясные красные глаза... - Над землёй летели лебеди, было тепло! - И сложив отважно крылья... он в канаву упал! - Ты прости меня любимая, что моё крыло... что твоё крыло... что его крыло... - Кто тебе сказал? Что тебе сказал? А может не сказал и почему сказал? - Стоша Говнозад («Сто шагов назад») - Где жиды, моя любимая? - Жид был художник один... - Лишь Толька-Подснежник распустится вновь... - А Любовь Каксон стороной прошла...

Настоящих кабацких музыкантов-лабухов уже почти не осталось, впрочем как и настоящих кабаков. Против них всё: караоке-вокалисты с минусовками, а то и вообще без вокалистов, просто караоке, мол, сами теперь пойте; хозяева кабаков (меньше платить!); технический прогресс.

Знаете как назывались электронные барабаны, когда они только-только появились в Новосибирске? Правильно, «увольнители кабацких барабанщиков». Сами же теперь эти барабаны могли барабанить не замедляя постоянно, как небезызвестный Юра Бунтов. И звук у них был такой... плотный! Хороший звук, только что не живой. А потом ещё и встроенные drum-секции в клавишных инструментах появились, и вообще хана пришла кабацким барабанщикам со всеми их барабанными «школами», «кухнями», триолями и так далее.

***

Историй о погибших и слетевших «с круга», в том числе спившихся, скурившихся, снюхавшихся и сколовшихся кабацких музыкантов-лабухов в Новосибирске - море. Но эта история не про такого!

А про какого такого? А вот про какого...

На кабацких музыкантов, как на писателей и поэтов, нигде не учат, ими рождаются и становятся. Редчайший типаж - серьёзный и перспективный юный музыкант, сознательно ушедший в кабак. Обычно происходило наоборот. Вся отечественная эстрада проросла из кабацких музыкантов. И мой герой прошёл этот путь до самого конца, пока ещё в новосибирских кабаках вообще требовались музыканты-лабухи, то есть до 1985 года, когда генсек Горбачёв объявил в стране «сухой закон» и одномоментно прикончил им и лабухов и сами кабаки. Без алкоголя, что в них было делать?

Великим музыкантом и композитором мой одарённый герой не стал, но и не погиб. Делал ошибки? Возможно...

Но обо всём по порядку.

«Медвежонок»

Как всегда, «сначала было слово». И слово это было тёплое и ласковое - «Медвежонок». Так тогда назывался крошечный детский клуб в клетушке трёхкомнатной квартиры-«распашонки» на первом этаже пятиэтажной панельной «хрущобы» в доме №22 по улице Немировича-Данченко. Это в «Яме», окраинном левобережном Станиславском жилмассиве города Новосибирска, месте, прямо скажем, неблагополучном во всех смыслах и отношениях.

Яма

«Яма» она была и есть «Яма»!

Сюда, в наспех построенные ряды жилых панельных коробок на месте огромного картофельного поля в начале 60-х буквально пинками переселяли весьма своеобразных жителей самых бандитских и уже идущих под ножи бульдозеров древних халуп с кривых улочек «Позор города!» – Нахаловки, Перевалки, «Рыжего» квартала, Восточного поселка, Матвеевки и иже с ними. Много тогда в Новосибирске было мест, куда таксисты отказывались ездить.

Дома уже были, а дорог в «Яме» ещё не было. И открытые военные гусеничные амфибии, набитые пьяными и орущими новосёлами с их тряпьём, балалайками и тараканами, споро спускались к подъездам новых домов прямо по крутым склонам огромной природной низменности (почему и «Яма»!). Видимо эвакуация населения объявлена была какая-то, что ли...

И старожилы «Ямы» ещё помнят хождения по выходным на кровавые месива - «стенка на стенку» с «кирзаводскими», перевёрнутые милицейские «луноходы» и толпы уличных бойцов в зимних стёганых штанах, шапках и фуфайках. Летом! А чтобы защитить тело и голову от ударов обрезками арматуры.

И везде носились пацаны на мопедах с шестами, на которых были привязаны… человеческие черепа. А это строители случайно старинное кладбище раскопали.

Василий Трофимович

Он был звездой «Медвежонка», всеми уважаемый в «Яме» мужик, герой войны, участник битвы за Берлин. Сколько же он жилмассивских пацанов отвадил от улицы своим аккордеоном и баяном (учил их играть на обоих инструментах) на 6-тиметровой кухонке той квартиры-клуба. Может и не стали они великими музыкантами, но и бандитами точно не стали.

Второклассника Андрюшу Кормановского заниматься на аккордеоне в клуб «Медвежонок» к Василию Трофимычу привёл его новый батя с красивым заграничным именем Арнольд (а до этого, спасибо маме-эстетке, у него был батя с именем Гарольд, а-ха-ха!) и все волновался, найдётся ли у них такой маленький размер инструмента?

Для Андрюши Кормановского размер нашёлся и уже через год он играл на том аккордеоне так, что Василий Трофимович вызвал его родителей и поставил перед ними вопрос ребром:

- И где же мы с вами это чудо малолетнее (музыкально одарённого Андрюшу) будем учить той музыке дальше?

... что бы больше его вообще не учить, вопрос даже и не стоял.

... ни клуб «Медвежонок», ни любой другой, ни обычная районная музыкальная школа, для этого уже не подходили, уж больно серьёзные результаты выдал мальчик на прослушивании у хорошей знакомой его бати Арнольда - опытнейшего новосибирского консерваторского педагога и пианистки-виртуоза Ларисы Алексеевны Силаевой.

... везти Андюшу в Москву к профильным специалистам? Возможно… Но это влекло за собой самые серьёзные пертурбации в жизни семьи, где были и другие, самые обычные дети.

Повезло!

14 марта 1969 г. в Новосибирске для музыкально одарённых детей Сибири и Дальнего Востока открылась «Средняя специальная музыкальная школа при Новосибирской государственной консерватории им. М.И. Глинки» (ССМШ). А это уже Мир Большой Музыки, вернее подготовка к нему. Вроде, как и десятилетка, но с консерваторскими преподавателями по множеству музыкальных предметов. Не слабо?!

Сначала эту школу вообще называли ШЮД - школа юных дарований, но потом всё же остановились на ССМШ. А неофициально - «школа гениев».

У выпускников этой школы путь был в основном один - собственно консерватория и затем… рукоплескания восторженной публики по всему миру, победы на крупнейших Международных и Всероссийских конкурсах, фраки, смокинги, звания, премии и т.д. И список лучших выпускников ССМШ такой и есть, и в нём все великие и известные музыканты.

Так, в это время в ССМШ пришёл учиться знаменитый скрипач новосибирец Народный артист России Вадим Репин, который в шестнадцать лет стал победителем на наиболее престижном конкурсе скрипачей в мире — Конкурсе имени королевы Елизаветы в Брюсселе, после которого получил в подарок от бельгийской королевы гражданство Бельгии и сейчас проживает в Швейцарии и Италии, где играет на скрипке работы Страдивари, изготовленной в 1733 году. Ко всему прочему, он женат на прима-балерине Большого театра Светлане Захаровой.

Но дом, это там где мама, а мама Вадима всегда жила в Новосибирске на площади Станиславского и благодаря этому город и заимел Транссибирский Арт-фестиваль, музыкальное событие планетарного масштаба.

Кларнет

Но в только что сформированной ССМШ ещё не было класса аккордеона! Такой вот облом! И тогда Василий Трофимович почесал затылок... и достал со шкафа небольшой потёртый футляр:

- Во-о-от! С войны остался! Кларнет - маленькая громкая оркестровая труба. Ну-ка, Андрюша, попробуй...

Так юное музыкальное дарование Андрей Кормановский в 10 лет стал… кларнетистом и этот инструмент ему тоже очень понравился. Талантливый мальчик, чем занялся, тем и увлёкся!

А в ССМШ Андрюшу, конечно, взяли. Но это опять было прослушивание, и опять его туда возил батя Арнольд, и опять он его легко прошел. Уже на кларнете!

И с ним тогда ещё прослушивали мальчика на ксилофоне, сына известного новосибирского композитора-хоровика Захара Львовича Бляхера. Так шепнул на ухо Андрюше эту фамилию батя Арнольд.

- Как же ты живешь с такой фамилией?! - начал было жалеть мальчика-ксилофониста сердобольный Андрюша, - У нас в «Яме» за такую...

- А что такого? Фамилия как фамилия, - не понял мальчик, - Винокуренко.

***

- А я в консерваторию поступил! - хвастался Андрюша в «Медвежонке» и не понимал, почему все над ним смеялись. Он же точно ездил с батей Арнольдом прослушиваться в здание с вывеской «Консерватория». Читать же он уже хорошо умел!

Школа гениев

Учился Андрюша в спецшколе хорошо и с удовольствием, на этом этапе приняв свою судьбу будущего классического оркестрового кларнетиста. И даже сама Стелла Сучкова - преподаватель обязательного для всех учащихся «общего фортепиано», а это для будущих музыкантов как «высшая математика» для инженерных специальностей, источник всяческих неприятностей вплоть до отчисления, им была довольна.

«Три грации» новосибирской элитарно-музыкальной спецшколы того времени, три близких подруги и великолепных педагога - Лариса Силаева (специальное фортепиано), Стелла Сучкова (общее фортепиано) и Любовь Труфанова (учитель немецкого языка), они поначалу и гранили из самородного алмаза по имени Андрюша Кормановский сияющий бриллиант. Впрочем, как и изо всех остальных своих музыкально одарённых учеников.

И ругали там Андрюшу не за учёбу... а за внешний вид:

- Андрей, запомни! У нас, музыкантов, в отличие, например, от заводчан, другая работа и выглядеть мы на ней всегда должны опрятно и красиво, - втолковывал ему его учитель по кларнету Виктор Анатольевич Алексеев, - А у тебя что?! На рубахе масляное пятно, грязь в ладони въелась...

Ну вот как объяснить учителю, что просто не успел он дома по-тихому переодеться, маму испугался. А потому что вчера весь вечер гоняли, а потом чинили с пацанами мопед «Рига».

Забегая вперёд...

И учился Андрюша в ССМШ вместе с ещё одним одарённым мальчиком на два года старше, Виктором Флахом, выпускником консерватории и в 1981 году волею судьбы - клавишником музыкального коллектива на танцах в Сад Дзержинского. А раньше Витя Флах ещё был замечен в Сад Кирова в составе коллектива «Легенд». Это к тому, что не одного Андрея в чопорной и элитарной ССМШ торкнула эстрада.

А потому что человек предполагает, а Бог располагает.

И понеслось!

Jesus Christ Superstar

В 1970 году английский композитор Andrew Lloyd Webber и либретист Tim Rice написали, а в 1971 выпустили пластинку с рок-оперой Jesus Christ Superstar, где заглавную партию исполнил знаменитый Ian Gillan - вокалист британской рок-группы Deep Purple.

Невероятно, но уже в 1972-м в ССМШ пришёл известный лектор-музыковед Новосибирской филармонии Владимир Михайлович Калужский. Он поставил на стул свой магнитофон и прочитал одарённым юным музыкантам большую и толковую лекцию по музыковедению данного произведения.

Про ту лекцию в городской музтусовке после, да и сейчас ещё, ходит множество слухов в виде версий. Мол, не могла она такая состояться в СССР, да ещё для детей! Но она была, факт.

И всё! Вот оно случилось! Свершилось, снизошло и накрыло!

И двенадцатилетний юный кларнетист Андрей Кормановский мгновенно забыл о карьере классического музыканта. Так его эта лекция торкнула. Заметим, всех тогда в основном на творчестве Beatles торкало, а Андрея торкнуло конкретно на Jesus Christ Superstar.

И хотел Андрей Кормановский теперь только одного - стать рок-музыкантом, играющим и пишущим продвинутую западную музыку с элементами классики. Не примитив всякий, а такую вот, как его английский тёзка Andrew. Ах-х сколько гениальных мыслей и мечтаний сразу же начало бродить в его музыкально одарённой голове!

Но кларнета в инструментальном составе группы Deep Purple и иже с ними, не было! И Андрей, к счастью родителей ничего не меняя в жизни, начал в своей замечательной ССМШ серьёзно налегать на фортепиано. И этому здесь не только не чинили никаких препятствий, а наоборот, оказывали всемерную поддержку и всяческую помощь. Только, учись! Только, играй!

Jon Lord из Deep Purple, тяготеющий к Баху и Чайковскому с его Hammond-органом. Вот кто Андрею теперь импонировал чрезвычайно. Тем более ему говорили, что он похож на английского музыканта чисто внешне. Да так оно и было, черты лица практически те же.

Александр «Аксён» Аксёнов

Но в пятнадцать лет в жизни Андрея появился «папа» многих новосибирских «левобережных» музыкантов Саня Аксёнов. И место этой встречи изменить уже было никак нельзя!

Это широко известный в узких кругах Новосибирской музыкальной молодёжи «Пионерский лагерь им. братьев Янченко» завода НВА, что рядом с деревней Гутово под Тогучином, и где директором служила родная тётка Андрея.

Кто там был, знает, что лагерь этот действительно какой-то волшебный. Огромный сосновный бор по-над речкой Иня, богатый и щедрый хозяин-завод, современные дачки с удобствами, стеклянная двухэтажная столовая, быстрее похожая на ресторан с прекрасным четырехразовым питанием «от пуза», парковые качели... и вечный праздник, разлитый прямо в воздухе. И днём и ночью. Попадали туда в любом качестве - пионером, вожатым, работником, гостем, и мгновенно растворялись в этом празднике и хотелось остаться в нём навсегда.

Огляднувшись назад, понимаешь, что в некоторой степени такой атмосфере способствовало и то обстоятельство, что лагерь этот, кроме необременительной идеологической мишуры - линейки, речёвки и всё такое, использовался ещё и под базу практики Новосибирского Культпросветучилища. А это были потрясающие и уже совершеннолетние красотки - будущие руководители сельских клубов Новосибирской области - плясуньи, певицы, музыкантшы, артистки, художницы, библиотекари и т.д., которые жили в лагере всё лето и реально практиковались там в своих профессиональных уменьях. Причём на всех до кого дотягивались. Понятно, что в эти девчачьи секции очереди стояли из детей и взрослых, желающих в них позаниматься.

И таких смотров художественной самодеятельности как в этом лагере больше не было нигде. Просто класс!

Саня Аксенов преподавал в Культпросветучилище, в просторечии «Кульке», какую-то музыку и на этом основании приезжал в лагерь в полном своём праве. Понятно, что просто отдохнуть и пообщаться со своими студентками в непринуждённой атмосфере. А заодно и поиграть на танцах, любил он это дело. И делал он его, великий импресарио, так...

Он устраивал экспресс-прослушивание на лавочке перед дачкой среди работников лагеря и пионеров старших отрядов. Тогда все подростки не только играли и пели под «банку», но и стучали на пионерских барабанах. И тут же сколачивал из отобранных ребят лагерный ВИА. Естественно под своим художественным руководством. Гитары и кое-какой аппарат в лагере был, а что-то довозил из города сам Саня.

Аксёнова в лагере любили все! Такой был замечательный парень - неизменно вежливый, приветливый, внимательный, да ещё и красавчик с мелко-кучерявой шевелюрой до плеч! Увы, теперь уже был, светлая ему память!

Танцверанда

И на круглой открытой танцверанде лагеря с махонькой крытой сценкой после ужина начинались танцы! Каждый вечер! Под шикарный ВИА с модным репертуаром! Все просто визжали от счастья! Полдеревни Гутово ещё приходило подёргаться. Их не гнали - пусть уж лучше танцуют колхозники, лишь бы не дрались.

«Плывут туманы белые, с моей тоской не справятся...»

А потом «Шизгара» и прочие хиты! До отбоя! А потом (для взрослых разумеется!) «горка» с видом на реку Иню за территорией лагеря и с одинокой сосной над грубо сколоченным столом с лавками, гитарой и баяном. До утра!

Да, да, алкоголь там тоже присутствовал, как с ним не боролись. А думаете только у Вадима Степанцова в песнях его «Бахыт-Компота» была героиня - «пьяная помятая пионервожатая»?! Шутка, конечно! И близко ничего такого не было. Только за ручки держались мальчики с девочками на пионерском расстоянии, а-ха-ха!

Когда спали? А даже и не помню. Я так кажется и вовсе никогда не спал, некогда было!

Так и выловил Саня Аксёнов в 3-м отряде тогда ещё пионера-девятиклассника - жилмассивского гитариста-самородка Игоря «Шлёму» Реутова. Он с закрытыми глазами проигрывал на гитаре любую только что услышанную мелодию. И уже тогда он крепко дружил и даже уже начинал играть в паре с кларнетистом-клавишником Андреем Кормановским, ибо, они соседствовали в «Яме» и в лагере Андрей тоже кем-то числился. Тётка же у него там была директором!

Так они все и организовались! Вокалистов братьев Бахманов (тоже из Ямы!) подтянули и с осени естественно с подачи Аксёнова начали вместе работать уже по-серьёзному, коллективом - на танцах в Кларе (клуб им. Клары Цеткин) и обслуживать свадьбы в «Девичьих слезах» (столовка - монополия Сани Аксёнова на улице Ватутина, рядом с Кларой), которую иногда путали с «Бабским монастырём» - женским общежитием завода НВА в этом же доме.

А в лагерь этот они ещё пару лет ездили отдохнуть и на танцах поиграть. Всё никак не могли расстаться с детством и со здешним волшебством. И заодно репертуар нарабатывали. Их там тогда многие пионеры знали и до сих пор помнят. Танцы же были - шик!

Кочумай!

В репетиционную заходит Саня Аксёнов. Двумя рукам он прижимает к груди небольшой усилитель. На усилителе, качаясь, лежит расчехлённая бас-гитара, поэтому Саня, чтобы её не уронить идет медленно и осторожно.

И тут...

К нему подбегает Игорь «Шлёма» Реутов и говорит типа обижено:

- А вот, Саня, мне сказали, что ты на меня волочёшь…

Тот смотрит на него недоумённо, а Шлёма хватает и начинает выкручивать Аксёну причинное место.

- Кочумай! Кочумай! - тонко визжит Аксёнов приседая, но гитару не бросает.

- Тьфу, ты, Господи! Опять черножопых топят! – восклицает прибежавший на Санин визг Андрей Кормановский.

У него уже есть теория, что если визжащих чернокожих вокалистов притапливать, то они будут визжать ещё громче и лучше, а-ха-ха!

Кабаки

В 1978 году Андрей благополучно закончил ССМШ и поступил в консерваторию, в обиходе «консу», «консерву» и т.д. И забил на неё! Аж на три курса хватило ему школьного запаса знаний. Но с четвертого курса его отчислили, не сдал специальность - кларнет (сдал потом, получил уже никому не нужный диплом).

Вот что у него было тогда в голове?!

Вокруг него бушевал уже целый вихрь событий - армия (музыкальная, Слава Богу), первая семья, его музыкальный коллектив - один, второй и... его первый кабак. Хороший кабак, денежный - кафе «Виринея» в ЦК (Ресторанный комплекс «Центральный», в обиходе «Центральный кабак»). И его смешное обещание, данное себе и коллективу:

«Вот только денег на аппарат заработаем и сразу прорвёмся куда-нибудь из этого кабака!»

Да, что-то они в том кабаке зарабатывали. Но не прорвались. Слишком уж размытое обещание было им дано - куда и с чем им прорываться было, а? Просто кайф ловили от процесса, да и всё. Как и большинство тогдашних кабацких и музыкантов танцплощадок. На жизнь хватало и ладно.

А потом «ветер перемен» снёс вообще всё и всех. В 1985 году ввели «сухой закон» и новосибирские кабаки закрылись почти все, а музыканты разъехались по всему миру. Искать лучшей доли разъехались. Нашли конечно, мир большой! Бахманы в Германии. Немеряно музыкантов из Новосибирска в Израиле и США.

Андрей Гарольдович Кормановский не уехал. Не спился. Не обкололся. Сильный и стойкий мужик. На вид настоящий уличный боец из «Ямы», поджарый, жёсткий, спокойный. Сохранил себя в телесном и душевном здравии. Недаром же, одарённый! В голодные годы и баранку и гайки крутил. Выживал как мог.

И видимо за эту его стойкость и неизбывную любовь к музыке вышло ему от Господа такое вот промышление на пенсион...

Прорвался, б...

Теперешний начальник Андрея, сам когда-то музыкант и такой же как все мы ретро-меломан, но богатый, купил на своё предприятие, где Андрей подрабатывал вахтёром, полный комплект эстрадной акустики Marshall, гитары, микрофоны, барабаны, клавиши, пульт, примочки и т.д. Всё как мечталось тогда, в юности, но всё новое и фирменное, самое лучшее! И предложил Андрею по старой памяти создать на предприятии свой ВИА. Даже денежные ставки для музыкантов выделил.

Андрей и создал. Набрал классный состав из старичков. Подобрал достойный репертуар - Beatles, Deep Purple, старенькое советское. И конечно же в репертуар этого своего ВИА Андрей вставил арии и мелодии из любимой Jesus Christ Superstar!

Сейчас репетирует постоянно. Сам играет на клавишах. Иногда ещё и берёт в руки саксофон, тоже кстати фирменный.

Не поверите, но у него теперь всё как раньше - корпоративы, школьные вечера, свадьбы, концерты. Ретро нынче в тренде! Люди в очередь стоят, приглашают, платят. Вот только аппаратуру уже молодёжь таскает, а не сам Андрей. Он своё оттаскал в юности. Он теперь стихи пишет, неплохие, кстати.

Прорвался-таки б Андрюха! Нам всем бы так!

Пожелаем ему... Счастья много не бывает! А что такое «счастье»? А вот что...

Любовь

И вышло так, что эта моя книга в рукописи, куда вошла и ранняя версия материала об Андрее Кормановском, широко обсуждалась в музыкальной и околомузыкальной тусовке города тех лет.

И два человека, сам Андрей и его бывшая одноклассница Нелли, давным-давно уже гражданка Германии, под это дело списались... созвонились... встретились... и в итоге поженились, с чем их и поздравляем от всей души! И немка Нелли уже переехала жить в Новосибирск к русскому мужу-музыканту Андрею!

Воистину:

Нам не дано предугадать, Как слово наше отзовется... (Фёдор Тютчев)

Да только ради этого стоит писать!

Amati и Premier

Amati

Итак, я приехал в Новосибирск с гастролей «Цирка на сцене», скопив кругленькую сумму денег. Она была, конечно, кругленькая... но ещё пришлось просить у мамы и маминой сестры тети Гали. В смысле, чтобы они мне добавили из своих до нужной суммы. Добрые наивные новосибирские женщины, они дали мне деньги взаймы!

И я в глубоких закромах у Лёши Пикулина в подвале Дома офицеров купил новую, «в коробках», ударную установку Amati.

Радости моей не было предела! Это как радость свежеиспечённого владельца новых «Жигулей». Ударная установка была ещё сыровата, но очень уж красива. Пластик в искру! Отвал башки! Тарелки новые, без всяких там отпечатков чужих пальцев... И всё лето я провёл в домашних репетициях и халтурах с коллективом, который сам же и создал:

Анатолий Марков – гитара. Сергей Рябов - вокал, гитара. Виктор Сорокин – клавиши. Юрий Глотов – бас-гитара, вокал.

Мы сделали расхожий репертуар из популярных песенок ABBA, Boney M и пр., и «чесали» с ним на школьных выпускных вечерах, распевая там на три голоса. За деньги, конечно. Мама была рада, сын, в основном, был дома, негромко репетируя с ребятами.

Виктор Сорокин

Виктор из нас был самый старший. Разница в пятнадцать лет. Он закончил музучилище, имел диплом профессионального музыканта и играл на клавишах совершенно по фирмė. Закладывал километровые импровизации и налегал на технику Jimmy Smith - тогдашнего героя американского Джаза.

Однажды мы приехали на халтуру в богатый частный дом, где отмечали День рождения хозяина, примерно, сто, а может и больше его гостей. И так случилось, что приехали мы без бас-гитариста. И Витя Сорокин совершенно спокойно повёл бас левой рукой, а аккомпанировал и импровизировал правой. Да так здорово, что не менее богатые чем хозяин гости аплодировали Вите беспрестанно и клали ему на инструмент не только красные «лысые», а и зелёные «пол-Кати», и песочного цвета «Катеньки», очень редкие и пасомые ОБХСС купюры в СССР («Катенькой» - до революции 1917 года называлась сторублевая банкнота с портретом императрицы Екатерины II).

Все были просто в шоке от такой игры Виктора, но я уже видел эту технику у Сергея Ромашова в «Цирке на сцене» и ей не удивился, а старался как можно меньше шуметь на своих барабанах, чтобы не мешать правильному процессу подкладывания денег на инструмент.

Витя Сорокин играл легко, все песни знал наизусть и вёл весь коллектив за собой как утлые кораблики за атомным ледоколом. И я чувствовал себя за его спиной очень комфортно, как может быть больше никогда в жизни и не чувствовал.

А Толе Маркову оставалось только аккомпанировать Вите на гитаре и он делал это хорошо. А пела весь концерт его жена Рая Маркова. Она была профессиональной певицей, но после рождения двух детей пение оставила и этот концерт для неё был «исключением из правил». Просто помогла мужу заработать денег.

Ко всему прочему, Толя был гитарным мастером. Одна его гитара, когда-то в семидесятых сделанная им из чертёжной доски, до сих пор «живёт» в профессиональной студии у Сергея Пермякова. Особый звук!

А Витя играл… Просто фантастически! Он создавал свои импровизации, доводя их до каких то неведомых высот, где они уже выходили из основной тональности, но… он менял гармонию и музыкальные фразы вдруг начинали укладываться в эти новые аккорды и песня изменялась на какое то время, звучала совершенно необычно, а потом легко возвращалась обратно и продолжалась пением Раисы. А потом заканчивалась улетной красочной каденцией. Или клаузулой. Или кадансом. Кому как нравилось говорить.

Удивительно, но Виктор всё это творил на простенькой маленькой органоле советского производства «Юность». И это не имело значения для его великолепной музыки и импровизаций. Он работал руководителем ВИА на заводе, где работал и Толя Марков. Отсюда и знакомство, очень удачное. Дружба на всю жизнь!

Витю Сорокина я несколько лет назад неожиданно встретил возле своего дома на Жданова. Он шёл из клуба имени Калинина. Оказалось, что в этот скромный детский ДК купили офигенно дорогой рояль Yamaha, а Витя осуществлял его плановое сервисное обслуживание! Он оказался ещё и настройщиком роялей! Поболтали немного...

Кафе «Эврика»

Один из отцов-основателей этого когда-то элитарного молодежного новосибирского джаз-клуба Александр Глебович Мездриков в прошлом был переводчиком с английского и прихрамывал. Выпивая, он традиционно проходил три стадии: первая - он начинал говорить на английском, вторая - он начинал танцевать и третья - у него проходила хромота.

Мездриков был уже в годах, но ещё иногда вёл концерты. Общительный такой, жил в центре города, недалеко. Тусовки у него дома были постоянно. Московские музыканты на них тоже присутствовали. Ира Епишева заходила туда разок пообщаться с Ларисой Долиной, голос ей показывала. И Лариса дала ей пару советов по звуку... И Ира сразу к ним прислушалась. А когда ей тоже самое говорили свои, новосибирские, только фыркала. Вот что значит, Москва!

Но время великих прошло, алкогольные традиции подзабылись и постоянный барабанщик музыкального коллектива «Эврики» Витя Скворцов, сходив на рыбалку, так там напился, что заснул в гримерке. И музыканты позвонили мне и я приехал. И играл с ними в трио аж целых два года:

Лёва Шафир – гитара, вокал. Игорь Денисенко – бас-гитара, вокал.

Лёва с Игорем были еще те старпёры. Они гораздо старше меня и огромных усилий стоило заставить их играть и петь современные песни, которые приносили немалый «парнас». Они совершенно не понимали, что на дворе уже настало другое время и люди ждут другой музыки.

Юрий Антонов где-то в московском кабаке уже спел свою новую песню «Золотая лестница» и эта «левая» запись мгновенно облетела весь СССР и в других кабаках страны эту песню уже вовсю заказывали. Игорь с Лёвой поупирались, не без труда, но разучили её.

И песня начала приносить хорошие деньги каждый день! Наравне с песнями Кикабидзе «По аэродрому» и «Читто мритто». Мы начали прилично зарабатывать, играли допоздна, а люди всё не хотели уходить… и платили, платили, платили.

Так я заслужено стал ответственным за подбор основного репертуара музыкального коллектива кафе «Эврика».

Чешские барабаны подсохли и начали звучать звонко и чисто. Но мне уже хотелось чего-то ещё более крутого и фирменного. Но, увы, в Новосибирске того времени кроме Amati и английского Premier за редким исключением, ничего не было! Однако, Premier стоил реально больших денег, которые кафе «Эврика» при всём желании ну никак не могло мне дать.

И Лёва Шафир предложил мне работать по понедельникам в известном новосибирском ресторане «Садко» на подмене, когда тамошний основной состав отдыхал, и где деньги, по слухам, лились полноводной рекой. И у меня не осталось вообще никакого свободного времени. Ведь днем, за 140 рублей в месяц, я еще работал на закрытом предприятии «Завод №32».

Через год такой жизни, от недосыпа, под глазами у меня появились темные круги, лицо обвисло как у алкаша и один мой товарищ по боксерской секции сказал мне:

- Как-то ты братка изменился… Тебя не узнать!

А военком все продолжал меня преследовать на предмет отдачи почётного долга. Или обязанности, как правильно? И тогда я обратился к директору «Завода №32»:

- Какого хера я у вас на заводе каждый день молоко стаканами глотаю от радиации? Вы будете меня бронировать от Армии или нет?

- Нет, - коротко ответил тот. - А потому, что ты шибко борзый, б!

Оказывается, информация о том, что я работаю по вечерам в двух кабаках и получаю в три раза больше денег чем директор завода, уже разошлась широкими кругами среди заводских масс.

И я тут же уволился с завода и начал уделять больше время музыке и домашним занятиям по барабанной теории и технике по американской школе Джима Чаплина.

В кабаках это сразу заметили и теперь, когда я играл соло на барабанах в традиционно-джазовых пьесах, ко мне начали поворачиваться лицом. И даже без всяких шуток великий буддийский целитель Игорь Дмитриев из ресторана «Садко», где я с Левой Шафиром и Арно Юстусом работали по понедельникам, воскликнул:

- Ой, б!

Он, Игорь, строил из себя великого джазового пианиста... да так оно и было:

https://vk.com/audio92778363_456239018_737a5cbe4bea8a696e

И он не мог себе позволить сказать про кого-то, что тот тоже великий! Звездная болезнь. Но вскрикнуть «Ой, б!» он мог и зачастую это делал, если ему кто-то нравился. Насмотрелся видео, где фирмачи всегда вскрикивали «Ой, б!», когда заводились в джазе от себя или от свинга. Он был очень неразговорчивый, Игорь, весь в буддизме и джазе.

Но если честно, Игорь не матерился. По религиозным соображениям. Будда не разрешал! И вскрикивал он как ребенок:

- Ах-х! Или: - Ох-х! Или: - Эх-х!

Да, как-то так.

***

И после этого меня начали приглашать на работу в различные рестораны города Новосибирска. Меня прослушивали в ресторане «Новосибирск», где работал Владимир Горкунов – орган, и Игорь Никулин – гитара, вокал. А также и на других точках, танцплощадках и клубах. Но смысла «менять шило на мыло» именно сейчас, когда в «Эврике» начали течь деньги, не было.

В «Эврике» же музыканты-старпёры тоже уже прислушивались к моим советам по репертуару. И в кафе начали звучать новые песни:

«Всегда не могут быть рядом люди», «Rasputin», «Золотая Лестница», «Hotel California» и другие...

Блатата

Блатату в новосибирских кабаках любили. И мне приходилось вводить в репертуар коллектива множество русских народных и блатных песен. Их активно заказывали. И мы даже репетировали знаменитую по многочисленным анекдотам «Комбайн косит и молотит» хора имени Пятницкого. На всякий случай. А вдруг попросят исполнить.

Комбайн косит и молотит И солому в копны вьёт, Комбайнёрка комбайнёру Через поле весть дает.

И дело шло... И музыка лилась... И денежки прилипали к рукам музыкантов!

Но тут же приходилось уворачиваться от своеобразных бухих посетителей, которые и заказывали весь этот блатной и колхозный репертуар.

Однажды какой-то здоровенный моряк из Владивостока так напился, что уже не мог говорить, а просто решил отметелить меня за то, что я не очень хотел петь ему блатные и морские песни за бесплатно.

Бой продолжался недолго. Моряк внезапно зажал меня в проходе и ударил мне кулачиной прямо в лицо. Я уклонился, но оглушительный звук удара кулака об косяк услышали другие музыканты и налетели на бузотёра. Однако, здоровяк одним движением плеча расшвырнул их по углам. Тогда, спортсмены, будущие рэкетиры, которые заседали в «Эврике» уже каждый вечер, выволокли моряка в вестибюль и там долго пинали, пока тот не затих. Нет, не убили! Моряк, вдруг, отрезвев, сел к себе за столик и как ни в чем не бывало продолжил выпивать и закусывать. А милицейский наряд, как всегда бухал в кабинете у директрисы... вместе с ней.

Шёл 1979-й год!

Premier

А мне уже нужен был фирменный инструмент. Дело в том, что меня пригласили работать не только по понедельникам (выходной тамошнего коллектива), а на постоянку в «Садко», сам Арно Юстус – руководитель тамошнего основного музыкального коллектива. А для этого надо было иметь хороший фирменный инструмент. И я решил покупать Premier. Но вот только где? В Москве их уже не продавали как раньше в знаменитом музыкальном магазине на Неглинной. Теперь они были только с рук.

И вдруг…

Виктор Сорокин мне сообщил, что некий музыкант-старпёр Юра Бунтов продаёт свой Premier. Задорого! Но после просмотра инструмент мне очень понравился. До этого я видел только убитые.

И я купил инструмент у Юры Бунтова на его условиях.

И с Юрой была связана ещё вот такая история:

Горе от НОМА!

... Ноты нас всех погубят! (Виктор Бударин)

А в «Садко» взяли не меня, а Бориса Друзя. А потому что уже наступил 1980-й год и в городе начала лютовать НОМА во главе с авторитетным тромбонистом Виктором Будариным со товарищи. На всех «кормовых» точках города появились их люди. А неугодных попросту просили на выход по формальным причинам – нет диплома или студенческого билета музучилища, не присвоена категория, не утверждён репертуар и т.д.

Повторюсь, НОМА - это Новосибирская организация музыкальных ансамблей, созданная при отделе культуры Новосибирского Горисполкома (реальная государственная власть!). Она была и раньше, но во многом благодаря товарищу Бунтову она и началась в виде неломаемой силы, а именно:

Юра Бунтов с детства мечтал стать барабанщиком. И он им стал! Даже закончил музучилище по классу ударных инструментов. И барабанил он себе по тихой радости простенькие мелодии добитловского периода в различных кабацких оркестриках Новосибирска. И даже приобрёл в Москве английский Premier. Когда-то это можно было сделать всего за одну тысячу пятьдесят рублей. Так Валера Куц из «Гусляров» купил эту замечательную установку в Москве именно за эту цену. Но в 1972 году случился дипломатический скандал между Россией и Англией, и поставки Premier прекратились.

И пришло время Битлз и ВИА только их и иже с ними игравших. И очень быстро выяснялось, что товарищ Бунтов играть умеет только по нотам, считай, вообще не умеет, и всё высиживает только жопой! Да лажак он был, Юра Бунтов, вот кто! Он просто засыпал во время работы, замедлял. Так же иногда делали и другие барабанщики, но Юра делал это всегда. Монотонное стучание по барабанам, видимо, утомляло чувака и он засы-па-а-ал... Или, например, играл свинг на 3/4, когда весь коллектив играл на 2/4.

И на тот момент Бунтов числился барабанщиком оркестра в кафе «Жемчужина» на ОбьГЭС. Но когда он приходил на репетиции, оркестранты отказывались с ним играть, ибо, это было невыносимо. А Юре это всё было пофиг - оклад шёл, он был оформлен официально, не опаздывал, не пропускал и уволить его за нарушения трудового законодательства было невозможно, не было оснований.

И тогда оркестранты обратились в НОМА и там устроили конкурс барабанщиков с жюри из городских музыкальных авторитетов под председательством Виктора Бударина. И Юре Бунтову на нем устроили прослушивание, в результате которого появилась бумага, в которой было написано, типа, «Профнепригоден. Уволить!». И на основании этой бумаги Юру преспокойно уволили. И куда он только потом не обращался, его уже не восстановили. И с музыкой он завязал, а свой Premier продал.

А вообще, Юра Бунтов был дерзким и чуть что, бил оппонента в глаз. Однажды Вова «Бледный» Коновалов, басист из группы «Лабиринт» — офигенный музыкант, сейчас живёт в Питере и занимается изготовлением мебели. Но когда-то он играл в новосибирской группе «Оле Лукойе» и пришёл в музучилище утром с фонарём под глазом. После расспросов выяснилось, что он оказался вчера на сцене вместе с Бунтовым в кафе «Жемчужина», на ОбьГэс, ну и сделал ему замечание по поводу игры. Бра возмутился и дал Вовке в глаз. Такие вот были «рабочие моменты».

***

Так, в Новосибирске и сформировался феномен НОМА, в обиходе, «Горе от НОМА» - суровой полугосударственной организации, писавшей вот такие бумаги и подпёртой реальными властными полномочиями отдела культуры Горисполкома. И очень быстро её руководитель Виктор Бударин и его заместители, похоже, вошли во вкус высшей власти и поставили музыкантов Новосибирска на уши (или раком?!). Но об этом периоде я уже рассказывал.

Объективности ради, следует заметить, что в Новосибирске и сейчас есть известный барабанщик старшего поколения, не согласный с такой трактовкой деятельности НОМА и считающий её белым и пушистым зайчиком, безобидным организатором джазовых фестивалей и т.д. Хорошо бы услышать по этому поводу самого Виктора Бударина. НОМА уж нет, а вопрос к нему у всех Новосибирских кабацких музыкантов того времени так и остался:

- А на фига тебе это было надо, Витя, нас всех тогда плющить?!

По этому поводу, практически в исходном виде, привожу свидетельство Андрея Бахмана:

- Насчёт НОМА... Когда я работал в ресторане «Новосибирск», с нами на полставки работал Владимир Грейсбург, он раньше а «Орионе» работал. Так саксофонист Михаил Евтушенко, заместитель Бударина по НОМА, который нас всех курировал, вышвырнул весь состав из «Ориона». А потому, что не поступали в музучилище. Так Вовка его как-то встретил на улице и хотел сказать ему, что тот «гандон». Ну Миша, то бишь! Но не успел он даже и рта открыть, как тот рванул от него, только пятки засверкали. А Вовка только и успел ему вдогонку крикнуть:

«Миша, да ты постой, я тебя бить не буду!»

- А вот Бударина все музыканты уважали, он шеф в НОМА был. И кстати, на барабанах у него работал Алексей Котляров, который тогда и барабанил в «Орионе», не даст соврать! Так же в «Новосибирске» на полставки и «Сява» Литвинов с нами работал. Так он рассказывал мне, что Бударин не давал Мише Евтушенко нас, Бахманов, трогать, а говорил, что Бахманы это музыканты. А то что Эдик нот не знал... так ноты, говорил, нас всех погубят, а-ха-ха!

***

А занятые у мамы и тети Гали деньги ещё за те барабаны мне надо было как-то отдавать…

Легенда, она и есть...

Риски и искусы

Новосибирские кабацкие музыканты в большинстве своём долго не жили. Каждый божий день они веселили народ на самом острие чужих праздников – днях рождения, свадьбах, корпоративах и т.д. В абсолютно ненормальных условиях и в та-а-аких зонах риска…

Вот лишь некоторые...

Во-первых, в кабаках курили! Да так, что иногда, если помещение было не очень большое, дым стоял коромыслом и можно было вешать топор. И если музыкант был некурящий, тем хуже для него. Доза никотина, получаемая им за вечер, по науке, значительно превышала дозу для самого заядлого курильщика. И никакая вентиляция его не спасала.

Так в духоте и тяжёлом табачном дыму одного кабака остановилось сердце талантливого бас-гитариста Петра Ржаницына. «Скорая» не успела.

Во-вторых, в кабаках выпивали. И очень крепко… А потому, что кабаки и были хранителями древних алкоголических традиций русского народа. А уж выпить с музыкантом, который только что исполнил для тебя любимую песню… вообще, святое дело! Как это он не пьёт?! Не уважает?! А по морде ему?! А стулом по голове?! А вилкой в глаз?! А нож к горлу и давай «… играй, паскуда, пой, пока не погубили!». И это не шутки. Бывало и такое.

Алкоголь, пожалуй, самый большой искус кабацкого музыканта на работе… И ладно бы пятьдесят грамм хорошего армянского коньячка употребить для смазки горла и суставов рук… Куда там! Ведь кабацкие музыканты это были такие же новосибирцы… А значит, в большинстве своём они были похожи на любимого героя шведской писательницы Астрид Линдгрен «Карлсон, который живёт на крыше». У этого Карлсона на спине был пропеллер, а на пузе большая красная кнопка. Если на кнопку нажать, то пропеллер начинал крутится и Карлсон улетал. Так и кабацкие музыканты, для которых пятьдесят грамм и являлись той самой красной кнопкой на пузе. Вмазали и полетели «за реку с цыганами».

И против многих фамилий в этой книге можно ставить – «спился и умер»! Но из уважения к памяти этих прекрасных людей и талантливых музыкантов я этого делать не буду. Но тем не менее… уже половины с нами нет. Не дотянули даже до «детского» возраста 60 лет! А причина? Никотин и алкоголь.

В-третьих, это пьяные женщины, всякий вечер бродившие по новосибирским ресторанам в поисках любви. Они были себе не хозяйки и делай с ними что хочешь, ибо, каждый мужик в Новосибирске знал - пьяная баба, что курица, отошла от дома на двадцать метров, значит, ничья. И ведь делали... выпившие же, и тоже себе были не очень хозяева! А думаете, зачем в каждой гримёрке диваны стояли? Ну конечно же, чтобы музыканты могли полежать-отдохнуть между турами, даже поспать немного. А вы что думали, а-ха-ха?!

А потом...

Без очереди... по знакомству бежали к джазовому барабанщику Сергею Беличенко, по основной специальности врачу-венерологу. Про него говорили:

«Он лучший барабанщик среди венерологов и лучший венеролог среди барабанщиков».

Скольких он спас, бр-р-р!

Или ещё похуже…

Приходил прямо в кабак какой-нибудь «брат» весь в партаках и приставлял сластолюбивому музыканту шило к печени:

- А женись-ка ты, б, на моей, б, сестре Лиде! Или, б, денег дай! А то она же, б, несовершеннолетняя, сам понимаешь...

Даже не говорю про жён и подруг музыкантов, к которым их «половинки» всякий раз приходили с работы не раньше часа ночи, пьяные, насквозь прокуренные и бог знает с кем имевшими сексуальные контакты. И потом до утра обнимали не жён, а унитазы. Да, с неплохими деньгами приходили. Только деньги эти они тратили не на семью, а на свою «чёртову музыку» - колонки, усилители, новые струны, примочки, микрофоны и т.д. Ещё и у родных занимали. Как я у мамы и тёти Гали на новые барабаны.

Кроме того, тогда кабаки - это были точки фарцовки всем подряд, продажи водки – бутылка по «лысому» после семи вечера, как у таксистов. И даже, увы, наркотиками.

Вот это всё, видимо, и имел в виду уроженец Новосибирска - великий русский композитор Александр Сергеевич Зацепин, когда называл кабаки «болотом», из которого музыканту не выбраться, а себя в них «лягушкой». Ясен пень, что ему это всё нравилось! И не ему одному! Но Зацепин от природы могучий мужик и ничего его не брало! Ему уже сто лет и он уникум во всех смыслах. Чего не скажешь об остальных...

Гена «Гонтарь» - великий и ужасный

Но нашёлся в Новосибирске музыкант, который этому всему не был подвержен и успешно противостоял. Нет, не в глобальном смысле, таких устремлений у него не было. Но он и сам не пил, не курил, и в коллективе, которым он руководит уже тридцать пять лет, ничего такого и близко не было! Только музыка.

Коллектив этот называется «Группа Новосибирск» или, в просторечии, «Гонтари», а его руководителя зовут Геннадий Гонтаренко – Гена, по прозвищу «Гонтарь».

https://www.youtube.com/watch?v=Et7Uy6qGPNM&t=2s

Икона стиля и легенда новосибирских кабацких и музыкантов танцплощадок 70-80-х. Все музыканты города полагают его «папой». Этаким Доном Карлеоне по музыке и музыкальной жизни. И к нему до сих пор идут за советом и помощью. И Гена помогает.

«Быть полезным всем!» - вот его девиз.

Совершенно точно Гена многих своих коллег в трудную минуту выручал - редкие врачи, дорогие лекарства, это всё откуда-то появлялось со скоростью звука. А некоторым он помогал... и после их смерти.

Так, всем известного Сергея Кривощёкова сперва похоронили на задворках Центрального кладбища, на печально известной «Козьей тропе». Ну как же, суицид… страшный грех и всё такое. И лишь благодаря деятельному вмешательству Гены и на его личные средства Сергея перезахоронили в гораздо более приличном месте кладбища, куда теперь приходят люди, знавшие этого замечательного музыканта.

И Вадима Шевелёва, этого новосибирского Gary Moore, Гена похоронил на свои средства. А потому, что никто не забирал его тело из морга и ещё чуть-чуть... и был бы номерной холмик за госсчёт на дальних кварталах Клещихинского кладбища среди таких же, неопознанных и невостребованных.

***

Гена уже в почтенных годах, на которые, скажем прямо, никак не тянет. Высокий, стройный, даже седины мало. Называть себя по отчеству молодым коллегам по цеху запрещает, только по имени! В профессии на себя одеяло не тянет, например, восхищается игрой юного гитариста Евгения Побожия

https://www.youtube.com/watch?v=Pdl2MKmv2MM

Прямой уверенный взгляд. Спокойный. Доброжелательный. Сказать, что он в коллективе за Карабаса-Барабаса... Нет. Все итак знают свой манёвр. И никаких штрафных санкций - за опоздание или пропуск репетиции, за пьянство на работе и т.д. им уже давно не применяются. Не за что!

Но как же так вышло, что Гена заделался в городе признанным авторитетом среди своенравных кабацких музыкантов? Ведь, новосибирские музыканты, они такие, помирать будут, а всё будут меряться, кто лучше играл, что можно, а что нельзя. А тут, прямо, всеобщее единение… Гена - лучший новосибирский гитарист! Гена – справедливый чел! Гена - поможет! Гена! Гена! Гена!

Начало музыки

Торкнуло Гену по музыке в детстве совсем не творчество Beatles, как других пацанов. Сначала взрослый гость соседа сбацал на гитаре. Да так… А в пионерлагере «Чкаловец» Гену добили отрядные вожатые. На двух гитарах по семь рублей пятьдесят копеек, один играл аккордами, а второй жарил соло, мелодию. В общем, Гена сидел, сложив ручки на коленях, и слушал их как заворожённый, представляя что это играл он. Даже про своё обычное хулиганство забыл, до того его эта музыка пробрала.

И понеслось…

Батя привёз ему в лагерь шикарную ленинградскую гитару за девять рублей и к осени Гена уже умел её настраивать и играл не хуже своих кумиров-вожатых. И аккордами и соло.

А потом они ещё полгода со старшим братом Виктором (стал крупным городским налоговиком) ездили на троллейбусе на курсы гитаристов в ДК имени Октябрьской Революции, что на улице Ленина. И всякий раз они держали чехлы с гитарами на поднятых вверх руках. А чтобы если и раздавили, то только их, а не гитары.

На курсах их профессионально научили нотной грамоте и играть на гитаре по-настоящему, не просто аккордами бренчать.

И вот восьмиклассник Гена Гонтаренко в составе школьного ВИА на самодельной электрогитаре со «звучками» из слегка модернизированных наушников трубок уличных телефонов-автоматов уже играл на школьном новогоднем вечере. А также и на всех других танцевальных вечерах и концертах самодеятельности в родной школе, чем заслужено обрёл любовь и уважение завуча по внеклассной работе.

Однако, на выпускной вечер родители и школа не стали жмотиться и за большие деньги пригласили поиграть на нём ВИА «Глория» под руководством Сергея Тетерина. И это уже был настоящий ВИА с фирменными инструментами.

Тогда-то всё и случилось…

Брат Виктор провёл Гену за сцену и попросил Сергея Тетерина заценить пацана. И ему первый раз в жизни дали в руки настоящую полуакустическую Musima Record. (Отсюда и первая устойчивая любовь Гены к различным моделям гитар именно этой фабрики, что находилась тогда в городе Маркнукирхен, ГДР).

- А ты не хочешь с нами поиграть? – спросил Гену руководитель «Глории», когда тот закончил играть задорный рок-н-рольчик.

Он что, издевался?! Хотел ли Гена играть в «Глории»?! Мог и не спрашивать…

«Гусляры» пришли...

Репетировал ВИА «Глория» в Торговом институте на Горской в следующем составе:

Сергей Тетерин (клавиши, вокал, руководство), Владимир Гросс (бас-гитара, вокал), Равиль Сунгатулин (гитара), Александр Марков (ударные), и примкнувший к ним пятнадцатилетний Геннадий «Гонтарь» Гонтаренко (соло-гитара)

Отношение к Гене со стороны взрослых музыкантов было самое хорошее. Ему даже разрешали брать домой японскую гитару Saturn. А гитара эта, ему сказали, принадлежала «Гусляру» Володе Смирнову. Что она делала у «Глории» неведомо, но она там была.

Гена, конечно, знал, что такое «Гусляры» и кто такой Володя Смирнов. Он тоже ездил на троллейбусе в Сад Дзержинского их слушать. Просто слушать. О, Боже, как они играли и пели! А после окончания танцев Гена специально задерживался, дожидался, когда выйдут музыканты, такие невозможно красивые, модные, и ехал с ними несколько остановок на троллейбусе, буквально, любуясь ими.

И апофеоз...

«Глория» очень неплохой ВИА. И когда открывается только что построенный ресторан «Росинка» (впоследствии переименованный в «Океан») на Красном проспекте, они в нём «садятся» работать.

И вдруг...

В зал заходят «Гусляры» в своём «золотом» составе: Сергей Кривощёков - Владимир Смирнов - Михаил Мамин - Валерий Куц - Александр Кузнецов. И они специально приехали послушать юного гитариста «Глории» Гонтаря, слух о талантах которого уже пошёл гулять по городу.

И Гена был счастлив без всякой меры!

Клуб «Отдых»

Но были в городе места и побашлёвей «Росинки». И через какое-то время «Глорию» пригласили в Клуб «Отдых». Да, да, тот самый. И там играл... духовой оркестр.

И директор Екатерина Фёдоровна Ковалёва понимала, что времена изменились и теперь кассовый план на одном алкоголе не вытянуть, нужна эстрада. И эстрада пришла в лице неподражаемого ВИА «Глория»! И народ в Клуб «Отдых» теперь валил та-а-ак! Касса ломилась от денег и все были довольны.

И вдруг...

Тяжёлый рок

Сразу двоих музыкантов из «Глории» забрали в Армию и ансамбль, увы, прекратил своё существование! Тетерин грустил, но замену потерям не видел. Тогда ещё не только играли вместе, но и крепко дружили.

И Гена повис в воздухе.

Опять идти в кабак? Но он ещё пока не настоящий кабацкий музыкант и не хотел до конца жизни играть популярные песенки за деньги. А хотел он играть тяжёлый рок. Как и все новосибирские пацаны того времени. Но это было возможно только на танцах. И Гена пошел играть на танцы.

В составе различных коллективов он играл на танцах в Сад Кирова, ещё где-то... пока не осел в Клубе «Прогресс» в группе с названием, тоже, естественно, «Прогресс»:

Юрий Евтропов - бас-гитара, Александр Марков - ударные, Евгений Жданов - вокал, ритм-гитара, губная гармоника, Геннадий Гонтаренко - соло-гитара, Владимир Сартаков - гитара.

В репертуаре группы - Jimi Hendrix, The Rolling Stones, Deep Purple и иже с ними. По легенде, на танцы в «Прогресс» тогда набивалось народу не меньше чем в Сад Дзержинского к сверх-популярным «Гуслярам». Но это вряд ли... физические размеры этих танцплощадок несравнимы. Но набивалось народу в «Прогресс» много, факт.

На танцплощадке всегда было весело! Девушки в джинсах в обтяжку на коленях стояли перед сценой и в такт музыке мели асфальт длинными волосами. Это у них были танцы такие...

И вся эта рок-вакханалия продолжалась до тех пор, пока в Армию не призвали самого Гену.

Служба в армии

Гена отдавал почётный долг Родине прямо в Новосибирске, считай, дома. А потому, что заранее подсуетился и договорился с правильным «покупателем». Знакомый гитарист Саша Макаров, кстати, двоюродный брат Сергея Кривощёкова, уже тянул срочную в оркестре местного Ансамбля песни и пляски МВД и знал там всё начальство. И им в оркестр через полгода нужен был хороший гитарист. И начальство, послушав игру Гены лично, отправило на него в военкомат именной запрос.

На дворе был май и вроде как весенний призыв уже закончен! Поторопились...

А Гена со спокойной душой уехал на гастроли с коллективом Тбилисской филармонии. До осени, как он думал, время было. И бомбили они солнечную Грузию и хлебное Запорожье со страшной силой!

А дома со страшной силой уже бомбили мать Гены, запрос-то пришёл, а Советская Армия сильна чем? Правильно! Своей исполнительностью...

- Где сын?! Где Вы его прячете от призыва? Это же подсудное дело! - орал на перепуганную женщину капитан из райвоенкомата, получивший приказ доставить Гену.

- На гастролях! Нет с ним связи. Он вообще-то осенью в Армию собирается. - отвечала мать.

- Какая-такая осень, весенний призыв аж до конца июня... Как появится, сразу ко мне! И пусть готовится на три года, в подплав Тихоокеанского Флота на Камчатке. Умник, б, бегай тут за ним!

И Гена, появившись дома в августе, сразу пошёл к этому, уже майору (!), мол, так и так, даже и не думал бегать, про июнь не знал, вот и уехал на гастроли до августа. И вот Вам тащ майор бутылочка грузинского коньячка. С повышеньецем Вас!

И оттаявший майор отпустил Гену до осени, весенний призыв уже действительно закончен.

***

Когда осенью Гене пришла повестка, всё как положено, к нему пришли друзья-музыканты во главе с Сергеем Кривощёковым и пили у него. Это в Новосибирске называлось «проводы друга в Армию». Чем это отличалось от других поводов выпить, неведомо, но так было принято.

На следующий день Гена прибыл в Райвоенкомат, нашёл того майора и доложил, мол, прибыл служить.

- Знаешь, - сказал майор, узнав Гену, - Звонили уже по тебе. У них машина сломалась, ты приходи через два дня, поди починят, заберут тебя.

- Есть прибыть через два дня! - по-военному чётко ответил Гена, развернулся через левое плечо и радостный убыл домой. Друзья-музыканты тоже были рады... и они провожались ещё два дня без перерыва. Мать была в шоке, но бражку молодёжи выдавала исправно. А что делать? На улицу гнать? Но так в Новосибирске не принято.

Когда непривычный к такому количеству самодельного алкоголя Гена через два дня кое-как добрёл до военкомата, майор ему сказал:

- Звонили уже по тебе. Машину они так и не починили, говорят чтобы ты на трамвае приехал. Вот твои документы, адрес знаешь?

- Знаю, ик..., - нечётко доложил Гена, приложив левую руку к пустой голове, в два приёма поворнулся через правое плечо и на нетвёрдых ногах убыл служить на трамвайную остановку.

Нормально он служил. Играл на гитаре в оркестре Ансамбля песни и пляски МВД. Кормили их там «от пуза». Никаких необоснованных притеснений со стороны начальства. Никакой «дедовщины». Не принято это было у музыкантов.

И единственное, что Гену тогда сильно беспокоило, как бы за эти два года не отстать по современной музыке. И сердобольный Сергей Кривощёков принёс ему на КПП магнитофонную плёнку с новым альбомом Deep Purple «Who Do We Think We Are» (1973)

https://www.youtube.com/watch?v=z_4u0uFiKqc&t=2s.

В казарме был магнитофон «Комета-209» и Гена «снял» этот замечательный альбом от первой и до крайней ноты, последовательно переключая скорость проигрывания с «родной» девятнадцатой на девятую. Так делали все. При этом транспонировать ничего было не надо, в голове тональность оставалась той-же, просто, всё звучало на октаву ниже, поскольку скорость менялась кратно, ровно в два раза.

«Красные рыцари»

Обманул кондуктора, взял билет и не поехал

Когда Гена благополучно вернулся из армии в 1974 году, его группы «Прогресс» уже не было. А Юрий Евтропов - один из самых техничных бас-гитаристов города, уже играл в блатном музыкальном коллективе со странным названием «Красные рыцари» - дипломанте, номинанте, лауреате, победителе и всё такое. Это была креатура всесильного тогда отдела культуры Горисполкома Новосибирска со всеми вытекающими приятностями.

И Гена занял в «Красных рыцарях» позицию соло-гитариста. С одной стороны неплохо получать две-три ставки одновременно, но сама музыка в «Красных рыцарях» была такая...

За 10 лет своего существования через этот коллектив прошло тридцать пять (!) чистых вокалистов и двадцать (!) инструменталистов. Для сравнения, в «Весёлых ребятах» за сорок пять лет поработало шестнадцать чистых вокалистов, включая Аллу Пугачёву, и это абсолютный московский рекорд.

И об этот коллектив уже обломали зубы большие новосибирские музыканты Аскольд Муров и Виктор Бударин. И ничего у них не вышло с их задумками и огромным опытом.

Ни-че-го!

А потому что даже представить себе такое невозможно...

В коллектив пришёл (был направлен из отдела культуры) молодой начинающий новосибирский композитор Олег Иванов и предложил им свою новую песню - абсолютный шедевр «Горький мёд»

https://www.youtube.com/watch?v=RaDMmiBknFo

- Да ну-ка! - сказали ему, - Ну какой это шедевр? Нет, не возьмём!

В итоге «Горький мёд» до сих пор поют «Самоцветы», «Акварели» и ещё пара десятков лучших исполнителей страны. Но среди них нет великих «Красных рыцарей» из города Новосибирска!

Однако неугомонный Олег Иванов не обиделся, земляки же, и опять принёс им свою новую работу. Ещё один абсолютный мега-шедевр «Девушка из Полесья»

https://www.youtube.com/watch?v=Ik1kny4IGKQ&t=5s

Та же история...

И только великолепную «Глухариную зарю»

https://www.youtube.com/watch?v=i8WgBeYXXps&t=35s

со скрипом, но взяли в репертуар. И тут же получили приглашение в Москву на съемки популярнейшей тогда программы «Шире круг». Именно с этой песней! И после этой передачи они бы сто процентов стали бы самым известным ВИА в СССР. Ну одним из самых... Гастроли, пластинки на «Мелодии», автографы поклонникам, радио, ТВ и всё такое.

Но не тут-то было! Они же итак, б, величайшие! И когда им из отдела культуры сообщили, что кто-то из обслуги лоханулся с их билетами в Москву... Гена, потеряв дар речи и просто остолбенев от ужаса, услышал от своего руководителя:

- Да и х_й с ней, с этой Москвой!

И всё! Опоздали. Уже бесполезно было выкупать билеты даже на свои. И никто никуда не полетел и даже не попытался.

Так и поёт прекрасных новосибирских «Глухарей» и «Олесю» белорусский ансамбль «Сябры» в лице расторопного Анатолия Ярмоленко. И хорошо ведь поёт, согласны?

А «Красные рыцари» с подачи Игоря Вербы (клавиши, вокал, аранжировка), экс-«Переполох», обосновались в знаменитом Клубе «Отдых». И там потеряли своё дебильное название. Теперь они были просто музыкальный коллектив Клуба «Отдых». Ну действительно, зачем им, чудакам на букву М, было своё название? Что бы люди смеялись и показывали на них пальцем?!

И того руководителя они тоже потеряли. Теперь музыкантами руководил Гена, наконец-то понявший - хочешь чтобы было хорошо, сделай сам, не надейся на других!

Вообще, так и рождается настоящий руководитель. Только через epic fail. Только когда мордой об асфальт и против шерсти! Хоть какой руководитель, но в данном случае, сложного музыкального коллектива.

Руководил Гена иногда жёстко, буквально выковыривая многолетнее надуманное величие и реальный расслабон из наглухо раскайфованных музыкантов. А у кого они не выковыривались - нах!

И всё бы ничего, только вот уже всесоюзно признанный композитор Олег Иванов, увы, больше к ним не приходил. И вообще никакой большой новосибирский композитор к ним не приходил. У Сергея Муравьёва была уже своя группа «Лабиринт» с женой-солисткой Алисой Мон, ему было не до них. А другие сочиняли джаз.

Учёба в музучилище

С появлением в Новосибирске ОМА – Объединения Музыкальных Ансамблей под формальным руководством Виктора Бударина, а фактическим - его ушлых заместителей, все кабацкие музыканты города мгновенно превратились в работников филармонии. Поэтому естественным образом встал вопрос об их музыкальном образовании. Как же это, филармонические, б, музыканты и без дипломов? Это в СССР было невозможно!

Как раз в это время в Новосибирском музучилище им. Аскольда Мурова и открыли Эстрадное отделение. Специально?! И тем не менее, все городские кабацкие музыканты дружно идут туда поступать «учиться на музыкантов». А куда деваться? Уволят же из их любимых кабаков... И про такие случаи уже говорили открыто: музыкальные коллективы ресторанов «Орион», «Рябинка» и других заведений, ушли на улицу всем составом.

И в потоке этих абитуриентов музучилища хромал и гитарист Геннадий Гонтаренко, ещё с семидесятых лучший гитарист города. И это уже было общепризнано. Действительно, лучший!

А хромал Гена потому, что незадолго до поступления в музучилище он в такси попал в автоаварию. Неопытный молодой водитель вместо пункта назначения привёз его в столб. В итоге, компрессионный перелом позвоночника, гипс, корсет, бр-р!

Плакать? Нет! И Гена научился жить стоя! У него сильно болела спина и ему легче было стоять, чем сидеть. Поэтому на уроках он просил разрешить ему... встать к подоконнику. Учителя не были против. Они все понимали, что его учёба – это просто формальность для получения им корочек диплома.

Но Гена всё это понимал по другому... Совсем по другому.

Феномен

Говорят, что Гонтарь реальный феномен в технике владения гитарой. Тем, кто слышал его игру в натуре, доверять можно, профессиональные музыканты же... А он и не спорит. Ну пусть он будет феноменом, что с того... И только его семья знает, каким трудом выковывалась эта феноменальность. Хотя и без таланта не обошлось.

На пятом этаже музучилища был репетиционный класс и там всегда находилась во включенном состоянии дешёвая чешская гитара Jolana. Иногда, подходя к двери репетиционного класса по коридору казалось, что кто-то там играет на самой дорогой в мире гитаре. Такой фантастически красивый звук издавала эта гитара. И сразу становилось ясно, это на ней играл Гена! Больше ни в чьих руках эта гитара так не звучала!

И поэтому, когда Гена собирался поменять свою личную гитару на более дорогую, его гитара продавалась мгновенно! А потому что покупатель был уверен, что и у него в руках эта гитара будет звучать так же божественно.

Новосибирский, а ныне уже давно израильский гитарист Лёва Шафир рассказывал, что когда в недоброй памяти 1985 году он прощался с рестораном «Обь», то попросил Гену помочь ему продать гитару и усилитель. Тогда музыка вообще не продавалась, никому ничего не было нужно. «Сухой закон» же, капец кабакам.

Гена не отказал и - о, чудо! - тут же привёл покупателя. Взял в руки Лёвину гитару и не подключая её выдал такое, что и Лёва и покупатель ох_ели. И покупатель тут же отсчита деньги. Не торгуясь.

Заниматься!

Во время учёбы в музучилище это самое распространённое слово в лексиконе патлатых студентов - «Заниматься!».

Ну типа:

«Ой, мне нужно срочно позаниматься!», «Поеду-ка я домой заниматься!» и т.п.

И все ведь действительно так и делали - ехали домой и фанатично терзали свои гитары часами в надежде повысить свой профессиональный уровень. Ну и повышали, конечно! Терпение и труд как известно всё перетрут.

Гена видимо по инерции тоже говорил:

- Поеду домой заниматься!

Но правда ли это была?! Ведь, все кто к нему заходил в это время домой, наблюдали одну и ту же картину - гитара, аккуратно накрытая тряпочкой, и её хозяин рядом валялся на диване. Он отдыхал! Но не из лени, как можно подумать. А потому, что полночи выучивал классические гитарные пьесы «на нейлоне», их же задавали... И занятия в музучилище в отличие от молодёжи он никогда не пропускал.

В общем, учился Гена «на музыканта» на совесть, а не только за корочки диплома. Такой человек.

Мистика

Все новосибирские гитаристы тогда скрупулёзно «снимали» каждую ноту модных гитарных партий с магнитофонов. Гена тоже так делал, но...

Иногда он играл что-то своё, но при этом очень чётко передавая манеру того гитариста, по мотивам которого... Когда это был Queen, тогда его гитара звучала как у Brian May. А когда Deep Purple, то как у Ritchie Blackmore.

И всё это на одной и той же гитаре в течении одного вечера.

А вот это уже была мистика!

Дни рождения

Один раз в году музыкально-ресторанный бомонд Новосибирска собирался на Дне Рождения Гонтаря, который щедрый хозяин всегда отмечал с размахом, не жалея денег на хороший алкоголь и угощение для гостей!

Приходили все! Ну почти...

И заканчивалось всё это отличным сейшеном! И это были настоящие праздники для всех кабацких музыкантов города!

Опять клуб «Отдых»

В то время моя одноклассница Марина с утра засылала в кассы Клуба «Отдых» свою бабушку. Та на сибирском морозе выстаивала длинную очередь и - о, чудо! - к обеду выкупала заветные билеты. Недешёвые, кстати! И другим способом простому человеку без блата в этот модный клуб тогда было не попасть.

Действительно, в Клубе «Отдых» была роскошная высокопрофессиональная музыкальная программа. Судите сами. Вот как Гена играл там на гитаре соло и работал с вокалистами:

George Banson - Мимоза https://ok.ru/music/track/125348483748237 George Michael - Jesus to a Child https://ok.ru/music/track/125348483752334 Queen - The Show Must Go On https://ok.ru/music/track/125348483760528 Morris Albert - Feelings https://ok.ru/music/track/125348483764625 Энгельберт Хампердинк - Последний вальс https://ok.ru/music/track/125348483768722 Ресторан «Садко», 1988 год https://www.youtube.com/watch?v=su_eIvapcBI https://www.youtube.com/watch?v=GCl8l_cJR9E

А ресторан «Садко» в этом списке потому, что в Клубе «Отдых» всё накрылось медным тазом и Гена с коллективом ушёл туда работать. А живую музыку в «Отдыхе» вездесущие новосибирские комсомольцы просто удавили своими электронными дискотеками. Сначала дискотеки там раз в неделю, потом через день, а потом уже и каждодневно.

Но это случилось не только с Клубом «Отдых». А дальше уже всё грустно... Рушилась страна... И опять у Гены с коллективом начались кабаки. Да, лучшие в городе, а потому ещё удерживающие натиск дискотек: «Садко», «Океан», «Созвездие рыб», «Восток» и крайний в его кабацкой карьере «Сибирская тройка». Но в итоге, пали и они.

Но спасибо им, кабакам, что хоть не дали с голода умереть и на старости лет позориться под «минуса»!

И всё! Больше им идти было некуда! Везде уже звукозапись и «минуса».

И опять их выручила Екатерина Фёдоровна Ковалёва, директор Клуба «Отдых», золотая женщина с хорошей памятью, ещё со времён «Глории». Она своей властью взяла их работать на один день в неделю! Маловато? Зато у них теперь была репетиционная база, а остальное... они добирали халтурами.

Их в городе знают, любят, а дни рождения, свадьбы, корпоративы, концерты, школьные вечера и так далее, никто не отменял! И «ретро» нынче в тренде! Очередь сейчас стоит на «живую» музыку.

Так и выжили! Так и живут! Вот что значит иметь правильного руководителя. В голодные годы он никого из музыкантов-старичков не бросил. Всех устроил по друзьям-начальникам. В основном вахтёрами... всё подспорье к пенсии и лекарство от депрессухи. Даже инструменты им сам купил.

***

Вообще, Гена счастлив, это видно. Но не совсем... А почему? Всё же у него есть. Любимая работа, любимая семья, машина, дача, друзей полгорода и в них, считай, всё нынешнее начальство.

А не совсем счастлив он потому, что прямо сейчас ищет новую большую репетиционную базу для своего коллектива «Группа Новосибирск», но никак не может определится с различными интересными вариантами.

В общем, легенда, она и есть...

Сочинский рубеж

Многие новосибирские кабацкие музыканты, кто постарше, в то время ездили в город Сочи. Отдохнуть, ненапряжно поработать-поиграть в тамошних питейных заведениях. За деньги, конечно.

Потом они всё это рассказывали дома, в Новосибирске. Естественно, несколько приукрашая действительность, чем воспламеняли неокрепшие умы отдельных младших коллег по цеху. Например, меня, так неосторожно влезшего в долги к маме и тёте Гале при коммерческих операциях со своими барабанами.

«Ну вот, и моё время пришло-таки ехать в Сочи, да!» – подумал я, подстёгиваемый острым чувством вины перед родными, поверившими мне, что деньги я беру у них ненадолго.

Мимо кассы

Уже наступил 1980-й год и теперь в новосибирском Кафе «Эврика» работал музыкальный коллектив в следующем составе (со мною):

Анатолий Семёнов – старший (гитара, вокал). Андрей Шопен (клавишные), Игорь Денисенко (бас-гитара, вокал),

Лёва Шафир к тому времени уже свалил в ресторан «Обь», музыкальных возможностей за счёт музыки Шопена (а-ха-ха!) с его немецким электроорганом Matador стало больше…

А вот деньги с «парнаса» делились, уже не как раньше, на троих, а на четверых. Проще говоря, их, денег, стало катастрофически не хватать И я, наслушавшись рассказов уже побывавших в Сочи старших коллег по цеху о тамошних «молочных реках с кисельными берегами», решил туда ехать. Пока один, без коллектива, мало ли что…

Но для этого мне нужно было уволиться. Уже из НОМА, в котором теперь числились все новосибирские кабацкие музыканты. Но, как ни странно, самым большим противником моего увольнения стал сам руководитель НОМА Виктор Бударин. Однажды мы ехали вместе в одном автобусе из Академгородка и всю дорогу Витя уговаривал меня остаться в «Эврике». Зачем? Да кто же его знал… Я отбивался нехотя и в глаза Вите не смотрел. И причина этому у меня была самая веская…

Меня ведь тогда приглашал работать в ресторан «Садко» сам Арно Юстус – руководитель основного музыкального коллектива. Под это дело я аж за четыре тысячи рублей купил установку Premier у Юры Бунтова, а в итоге получил отказ. Можно сказать, кидок. А в «Садко» взяли другого. И даже не извинились передо мною. И теперь как-то нужно было отдавать долги маме и тете Гале. И как можно скорее, я же им обещал.

И в одном кафе «Эврика» мне уже концы с концами было не свести...

Что-то сломалось в СССР!

И уже никто особо ничего не заказывал… И работа стала обыденностью… А денег просто не было... Как мы не старались… Какие бы песни не разучивали… Всё шло мимо кассы... То ли посетители изменились…, то ли песни…, то ли из-за Афганистана..., а то ли вообще из-за всего!

Выхода не было!

И я решился…

Я взял билет на поезд «Новосибирск-Сочи» и тёплым весенним вечером отправился в путешествие на юг. Со своей шикарной барабанной установкой, естественно. Всю её я легко разместил в купе. Английские барабаны в шикарных дерматиновых чехлах с ватной подстежкой... Они влезли под лежанку, а большой барабан встал под столик.

Всё! Можно было ехать!

И вдруг...

Вова

Ко мне в купе подсел попутчик. Худой, жилистый и веселый дядька, назвавшийся Вовой. Аж до самого Сочи. Отдохнуть туда ехал, покупаться, позагорать. В отпуск.

Вова быстро сообразил водки, пива и закусить. Отказываться было бесполезно, Вова был настойчив. Потом мы долго беседовали, курили в тамбуре, опять пили, опять курили, опять пили... и наконец, Вова признался, что он майор КГБ СССР.

И мне, недоверчивому, тут же предъявили ксиву. И по ней Вова оказался тренером на «Динамо» - рукопашный бой, каратэ и боевое самбо. И поддав, он естественно начал демонстрировать свои навыки в карате - проходки с ударами и так далее. И это всё в тамбуре поезда, мчавшегося на огромной скорости!

И наконец, бухой Вова лягнул ногой стекло двери. Есть! Вдребезги!

На звук разбитого стекла быстро-быстро прибежала проводница и начала орать на нас так, что заглушала звук поезда. На что Вова, вдруг, поднял с пола… булыжник. И спокойно ей заявил:

- Женщина! Вот этот вот булыжник сейчас влетел в окно и чуть нас с товарищем не поранил осколками стекла! И я прямо сейчас иду жаловаться на весь ваш поезд, что такое в нём происходит.

На мгновенно замолкшую проводницу было больно смотреть. А вот как тот булыжник тогда оказался в тамбуре поезда «Новосибирск-Сочи» для меня до сих пор осталось загадкой.

А Вова улыбался, но не рассказал.

День рождения

По приезду в Сочи мы с Вовой поселились не где попало, а в отеле «Сочи-Магнолия». Вовина ксива действовала безотказно.

А на следующий день был мой день рождения!

И мы с Вовой по этому поводу крепко сидели в ресторане «Магнолии». И я отметил, что местный гитарист играл джаз виртуозно. Я передал ему хвалебную записку через официанта и тот подошёл к нам. Выпили мы с ним, конечно, за мою днюху, побеседовали! Так и началась большая дружба по сию пору с музыкантом Игорем Додиомовым. Минск – Сочи – Israel.

Игорь был великолепным белорусским музыкантом с консерваторским образованием. Сидел за одной партой с Юрием Антоновым. Совершенно невероятно играл на фортепьяно и гитаре, лауреат международных фестивалей джаза, выпускник Минской консерватории сразу по пяти классам: баян, фортепиано, гитара, теория музыки, композиция.

И такое замечательное знакомство не прошло даром и быстро дало о себе знать. Буквально через день я вынул из-под двери своего номера записку:

«Приходи в ресторан «Платан» сегодня в 7 вечера»

Ресторан «Платан»

Я пришёл в «Платан» к указанному времени, сел за столик, заказал рыбу за пять рублей и начал её жадно поедать... Весь день не ел, голодный!

И тут ко мне подошёл колоритный возрастной дядька. Это был Виктор Бабий, руководитель и бас-гитарист местного музыкального коллектива и это он написал мне записку. И Витя сообщил, что их барабанщик попал в аварию. Его сбила машина, когда он ехал на велосипеде, и у него открытые переломы рук и ног. И теперь им в коллектив нужен барабанщик, а за меня авторитетно замолвил слово сам Игорь Дадиомов из «Магнолии».

Мы ударили по рукам, но пока временно, оба страховались. И на следующий день встретились уже на сцене ресторана «Платан», куда я привёз на такси свой великолепный Premier.

Фишка этого кабака была в том, что посреди него рос огромный необъятный платан и посетители сидели как бы под его кроной, но крыша у кабака тоже была. Кабак находился прямо на главной улице Сочи, Курортном проспекте. По ходу, третий дом слева.

Самое-самое начало сезона, народу тьма. Особенно много местных горцев.

Музыкальный коллективчик в кабаке подобрался отличный. На клавишах играет молодой азербайджанец Ильхам. Он в совершенстве знал все национальные песни и танцы, что давало, просто, бешеный «парнас». На гитаре играл местный русский чувак Серёга, маленького роста, но широкий и крепкий. Он был профессиональным оперным певцом с необычайно сильным и высоким голосом. И он тоже знал все национальные песни. Ещё Витя Бабий на бас-гитаре и я на своих «барабасах».

Денег у горцев было много. И видимо, они просто не знали, как надо этими деньгами распоряжаться. Поэтому они кидали их пачками в нас, когда мы судорожно играли «Шалахо», а сами бойко дергали ногами и руками в стиле «Лезгинка»

https://www.youtube.com/watch?v=0l1FuwS1cDI&t=2s.

Серёга пел удивительно хорошо и профессионально. Да громко так, по оперному. Однажды нас попросили поиграть после закрытия, когда директриса уже вырубила электричество. Бабий играл на баяне, я на малом барабане, а Серега пел. Да так пел, что закладывало уши. Тогда мы заработали особенно много.

Проект Сочи

Так и прошли несколько месяцев работы в ресторане «Платан». Я заработал реально кругленькую сумму, которой с лихвой хватало покрыть мои долги на несколько раз. А Игорь Дадиомов искал вариант, чтобы начать работать со мною в команде в крупном ресторане в центре Сочи, так мы импонировали и притёрлись друг к другу.

Это и был наш совместный музыкальный проект - с Игоря такой кабак, а команду музыкантов и аппаратуру я привез бы из Новосибирска.

Жизнь в Сочи

Конечно, в Сочи за это время много еще чего случилось. И хорошего и плохого.

Горцы... Они когда пачки денег в нас кидали, а когда и тарелки в лицо. А когда и палили в нас из ружья, завязав себе глаза. Оперный вокалист Серега тогда просто на глазах поседел.

Появилась туча знакомых музыкантов, например, Майкл Кульков - бас-гитарист из «Песняров». Комичные, бытовые, житейские, сексуальные и прикольные ситуации и истории..., чего только не происходило.

Однажды я познакомился с человеком лет сорока пяти с бородой до пояса. Его звали Сэнди Петров. Он был диссидент и по совместительству йог. Он совершал паломническую поездку в какой-то буддистский дацан где-то в Бурятии. Вот после общения с ним я и принял буддизм, но не надолго. Ему нужен был ночлег в Новосибирске и я договорился со своим другом гитаристом Сергеем Пермяковым, что бы он его у себя приютил на две недели.

Всё так и вышло, а через две недели постоялец от Сергея съехал. А через полгода ему неожиданно пришла посылка из ФРГ, от Сэнди, уже успевшего туда эмигрировать. В ней были детские колготки для его дочери (в СССР такие не делали), кусок мыла, ещё какая-то мелочь для его жены, и два маленьких флакончика немецкого одеколона «Кёльнише вассер 4711» - для Сергея и для меня. Мой флакончик быстро закончился, но его запах... настоящий мужской запах не для всех. Я часто им пользуюсь и сейчас, но никому из моих многочисленных подруг он почему-то не нравился. Дуры!

И вдруг…

Бумага от военкома

Меня вызвала к себе сама госпожа Милаева, руководительница Сочинского ОМА, коллега Виктора Бударина, но не такая жёсткая, как он. И сообщила мне, что к ней пришла бумага от моего «любимого» новосибирского военкома (разыскал-таки!). Чтобы она, Милаева, уволила меня из кабака нах и я бы поскорее ехал в Новосибирск в его, военкома, распоряжение. Для отдачи Родине почётного долга (или обязанности?!). А ей, Милаевой, как государственному человеку, предписано всё это организовать, проконтролировать и доложить в установленном порядке.

Мы к тому времени находились в прекрасных отношениях и Милаева сказала мне попросту:

- Знаешь... При таком раскладе игнорировать эту бумагу я не могу, обязана выполнить. Поэтому, увольняйся и ехай нах в свой Новосибирск. Сделай уже там себе «Белый билет» и приезжай снова. Мы все здесь уже тебя любим и будем ждать.

Какие это были хорошие слова, но этому, увы, уже не суждено было сбыться!

Домой!

И я вернулся в Новосибирск. И наконец-то рассчитался со счастливыми мамой и тётей Галей. Но к военкому не пошёл, вот ещё, бегать за ним.

Молодой я ещё был, глупый! Думал, что так пробегаю до двадцати семи лет, а после права не имели забирать. А ведь мне уже было двадцать лет! И мои ровесники уже возвращались со срочной службы. Это те, кого из них не убили в Афганистане! И только это печальное обстоятельство оправдывало мою беготню от военкома! Не хотел я тогда умирать молодым!

Дурка

Но одну попытку получить заветный «Белый билет» я всё-таки сделал. Для этого нужно было отлежать и получить соответствующий диагноз в «дурке» - психиатрическом стационаре. А чтобы туда попасть, нужен был веский повод. Таким поводом была, например, попытка суицида. И я её предпринял, обставив всё, на мой взгляд, довольно достоверно (подробности ни к чему). И меня забрали на Скорой и увезли в новую психиатрическую больницу №4. Это за Золотой горкой, практически, за городом.

Больница меня приятно удивила. Палаты больше походили на гостиничные номера. Никаких кроватей с панцирными сетками, только деревянные, свободное посещение.

Я лежал в двухместной палате вместе с ещё одним новосибирцем, «косящим» от армии - Славой Луцко, сыном самой первой дикторши новосибирского телевидения Лилии Луцко. Я её не помнил, мал ещё был тогда... А вот двух других, появившихся в новосибирских телевизорах позже, я уже помнил хорошо, этих двух русских красавиц - Елену Целищеву («черненькую») и Галину Батурину («беленькую»).

Слава Луцко был парень непростой. К тому времени он уже успел закончить Ленинградский Пединститут имени Герцена и поступить во ВГИК на киноведческий факультет - правда, на заочное отделение, но два раза в год он ездил в Москву на сессии, жил там во вгиковской общаге и тусовался со всякими киношными знаменитостями.

Картина была умилительная - симпатичная палата в «дурке», а в ней два несостоявшихся самоубийцы вели заумные беседы на разные философские темы. После выписки (изгнания без результата) обоих, мой контакт со Славой не прервался. Он поражал меня не только глубиной рассуждений, но и способностью при этом не спеша прихлёбывать неразведённый технический спирт, которого у меня тогда было много. Райончик-то был заводской, а на Чкаловском тогда делали Су-15, у которых локаторы имели спиртовое охлаждение. Это потом уже пошли Су-24 без спирта...

А ещё Слава варил совершенно необычный кофейный напиток... Клал в кастрюльку молотый кофе, сахар, соль, перец, и всё это ставил на плитку. Сахар плавился, смесь некоторое время в нём вываривалась, и тогда уже заливалась вода. Напиток получался... кайфовый!

И вдруг…

Есть тема!

Я получил из Сочи от Игоря Дадиомова, а он уже стал там музыкальным инспектором в Сочинском ОМА, то самое предложение - поработать в центральной точке Сочи на пятьсот (!) посадочных мест! Коллективом!

И это было уже совсем другое дело! И это была большая удача!

И я, так ничего и не решив со своим «Белым билетом», уже сломя голову несся впереди паровоза - начал подбирать новосибирских музыкантов, которые бы смогли выехать со мною в Сочи надолго.

Андрей Шопен

Мы вместе работали в Кафе «Эврика» и там Андрей показал себя настоящим и таким… очень коммуникабельным музыкантом и человеком. Образованным, и не только по музыке. Андрей читал ноты «с листа» и хорошо знал классику. Ну и вообще был музыкальным талантом! В общем, соответствовал фамилии. При том, что его родители преподавали в музучилище, а родная сестра Светлана Шопен уже закончила училище и шикарно играла на фортепиано. Таки музыкальная мишпуха!

И Андрей по моей просьбе тоже начал собирать в Новосибирске кабацких музыкантов, которые в погоне за длинным рублём и творческим ростом могли бы легко оставить аномально холодный родной город на несколько сезонов.

И вот он, результат их работы (со мною):

Андрей Бахман (вокал, бас-гитара). Анатолий Семенов-младший (вокал, гитара). Андрей Шопен (клавиши). Александр Иванец (вокал). Михаил «Евдоха» Евдокимов (конферанс, вокал).

Михаил Евдокимов

Миша, тогда ещё студент Новосибирского Торгового института, часто приходил на танцы в Сад Кирова - центр притяжения «левобережной» молодёжи города. Пообщаться, послушать музыку. Он ведь тоже очень неплохо пел в ВИА Клуба Ефремова, что на Расточке.

В перерывах Миша просил разрешения у музыкантов и веселил публику, оттачивая технику пародии и конферанса. В итоге, обалдевшая публика теперь толпами ходила и в Клуб Ефремова тоже! Там с ним и познакомился Андрей Бахман и так Миша оказался в Сочинском проекте. Даже концертный пиджак с блёстками под это дело приобрёл.

***

Сначала мы репетировали у меня дома, войдя меж собой в плотный человеческий и музыкальный контакт уже навеки. Всё просто, быстро, чётко и ясно. Никаких объяснений, никаких разборок и выяснений. Полная гармония! Каждый знал свою партию! И лучшего коллектива в этом смысле никто из нас больше никогда и нигде не встречал.

Дом Быта

К тому времени я устроился в «Дом Быта», что на Красном Проспекте - специалистом по автоматизации вентиляции, не хухры-мухры! И поэтому, там же мы и получили место для своих репетиций. За бесплатные выступления «по свистку» начальства.

Эх-х! Какой же в Доме Быта был шикарный Зал показов моделей! А при нём огромная гримерка для самих моделей. Девушки занимались своими делами совершенно не стесняясь нашим присутствием.

Шикарные длинные ноги, маленькие грудки, тонкие талии. И эти девушки, да, ну совершенно нас не смущали... С таким уровнем бурлящего тестостерона в крови, что аж из ушей капало. Да, мы их просто не замечали, а-ха-ха!

Концерт

И вот пришло время расплаты с начальством Дома быта. И к показу новых моделей женского нижнего белья приурочили концерт нашего ВИА. По центру города развесили афиши... Бесплатно!

Народу в Зал показов набилось как сельдей в бочку. Люди стояли, сидели друг у друга на коленях, висели на поручнях, как обезьяны, и лежали в три ряда на ступенях лестниц. Начальство пришедших людей сосчитало. В три раза больше паспортной вместимости Зала показов.

И началось…

Из зала на подиум залез «Евдоха» - великолепный Михаил Евдокимов, Миша! Он был в тулупе из своей алтайской деревни. И начал что-то дерзко декламировать в зал. Весь зал от хохота упал на пол и долго по нему катался. А потому, что Миша говорил голосом Анатолия Папанова. Очень похоже и смешно!

Директор Дома быта смеялся так, что чуть не лопнул. Он мужик был не мелкий, под два метра ростом, и с такими, выпученными «рачьими» глазами. А я, добрый юноша, сидя за барабанами, все посматривал на него:

«Дай тебе Бог, чтобы у тебя зенки не вывалились и не лопнули!»

И - о, чудо! - глаза у директора не вывалились и не лопнули.

Когда все более-менее успокоилось и Миша с подиума ушёл, Саня Иванец спел песню Валерия Леонтьева «Там в сентябре»

https://www.youtube.com/watch?v=8ca3yYHRFJg&t=1s.

И неожиданно начал в припеве гнуться назад. Все замерли от ужаса! Упадёт, не упадёт? Но Саня гнулся, гнулся, и встал на гимнастический «мостик». И при этом продолжал петь. Зрители в были совершенном восторге и только я заметил, как микрофон от волнения ходил ходуном в руке Сани.

Такого в Новосибирске ещё не видели, точно!

Александр Иванец

Однажды меня зазвал в студенческое Кафе «Под яблоком Ньютона» мой друг и коллега, тот самый, впоследствии знаменитый Олег Лапин (барабаны):

- Приходи, послушай нашего певца, не пожалеешь!

И я пришёл. И не пожалел.

Саша Иванец пел просто невозможно. Он как бы вынимал душу из слушателей своим пением. Он пел Аллу Пугачеву в родной тональности, то есть, очень высоко для парня. И народу на его пение набивалась тьма. Все столы и стулья Были заняты, а народ всё валил и валил. И слушали, раскрыв рты от удивления.

Саша Иванец был очень талантливый и дружелюбный парень. Он сам из Черепаново, это сто километров от Новосибирска, и поэтому ночевал у знакомых студенток в частном секторе. Позже, он частенько ночевал и у меня, а моя мама просто млела от его пения под гитару и угощала нас котлетками, несмотря на поздние ночные приходы.

Мы иногда занимались с ним его вокалом. Я прослушивал его пение по кусочкам и «зачищал» спорные места. И прорабатывал интервалы. Для Сани это оказалось сложным, ибо, он никогда этому не учился. И это было для него впервые в жизни. Но он старался, становясь при этом серьезным, внимательным и чувствительным к замечаниям.

Он легко и свободно брал высокие ноты и совершенно непонятно, как и чем он это делал… фальцетом или микстом? Когда его об этом спрашивали, он закатывал глаза и с улыбкой отвечал:

- А я знаю?!

Он с легкостью и даже с какой-то радостью согласился принять участие в Сочинском проекте и приезжал на репетиции в Дом быта, где Андрей Бахман и Андрей Шопен делали ему аранжировки песен Аллы Пугачевой, Валерия Леонтьева и других популярных исполнителей того времени.

Сборы закончены

Через какое-то время всё уже было готово для выезда. Репертуар отрепетирован, аппарат и провода собраны и упакованы, и все ждали только моей команды. Осталось взять билеты и вперёд, в город Сочи. За большими южными заработками и яркими впечатлениями на берегу тёплого Чёрного моря.

С Игорем Додиомовым мы постоянно были на связи, перезванивались по межгороду. Для Игоря это тоже был важный проект. Он спрашивал у меня про «Белый Билет», но я только отмахивался. Я жил сочинским проектом и ни на что больше не реагировал.

Ох-х, напрасно!

Несколько беспокоила меня только информация о появлении в Сочи неких местных вокалистов Гриши Лепсверидзе и Стаса Михайлова. Причём, по слухам, Гриша пел Deep Purple так, что вся местная публика носилась за ним стадом, где бы он сегодня не пел.

И вдруг…

Epic Fail

Я даже не успел отреагировать – убежать, закричать «ма-ма!» и так далее, как за два шага до двери собственного подъезда я оказался в железных объятиях двух здоровенных сержантов из комендантского патруля. Оказывается, они меня давно уже здесь поджидали, прячась за большим мусорным ПУХТО во дворе. Проклятые новосибирские мусорщики, они привезли это ПУХТО во двор пару дней назад и оно до сих пор там стояло, перегораживая проход к подъезду!

Ну, какого, б?!

Н-да, забыл я про военкома, которому уже который год морочил голову. Уверен был, что как обычно, фьюить, и нет меня, ищи ветра в поле. А вот военком про меня не забыл, злопамятный полковник попался! И вот такой бросок кобры. Ну а что я хотел?! Военкомы, они такие...

И уже через неделю, со свистом пролетев мимо Шары – гарнизонного оркестра, традиционного места спокойной и сытой срочной службы большого количества кабацких музыкантов Новосибирска, что напротив стадиона «Динамо», в полном оцепенении и с детским ужасом я осматривал суровые красоты городка Ангарск Иркутской области, что стоит на берегу Священного озера Байкал. В принципе, не так уж и далеко от Новосибирска. Не Курилы, чай, где я уже был. А потому, что добрый дядя военком дал мне выбор - или в Ангарск или в тюрьму. Вот я сам и выбрал.

***

И на этом сочинская история закончилась. Нет, нет, ничего страшного со мною не случилось. Меня-таки взяли в спортроту ЗабВО, недаром, вышло, я занимался боксом в детстве. И всех ужасов Советской Армии того времени, включая оголтелую дедовщину, беспредел и войну в Афганистане я, Слава Богу, избежал. В спортроте все были равны и требовали лишь по делу.

А что же мои друзья?

Миша Евдокимов стал тем, кем стал - знаменитым артистом, а потом и алтайским Губернатором. Светлая ему память!

https://www.youtube.com/watch?v=eNQx6pglGg4&t=1s.

Моей маме Миша сильно нравился в юности, взрослый, самостоятельный. И когда его потом показывали по ТВ, как он собачился с алтайскими депутатами, она всегда говорила:

- Ох-х, заклевали мальчишку, вороны!

Ещё родился популярный новосибирский ВИА «Метро» под управлением вокалиста и бас-гитариста Андрея Бахмана. И опять понеслось у них! Кабаки - Сад Дзержинского - Сад Кирова - Клара и др. Меня они тоже взяли к себе в состав после дембеля, не бросать же друга.

Но это уже совсем другая история.

Коля-Вася

В конце восьмидесятых новосибирцы: барабанщик Николай «Крючок» Крючков и гитарист Василий Маринин из кафе «Эврика» - закадычные друзья ещё с первого класса школы номер пятьдесят семь, ввиду различных предшествующих этому обстоятельств оказались в Москве и начали активно заниматься поисками работы по музыке.

Но хорошей работы для иногородних музыкантов в Москве не было.

Коля

Однако, Коле всё же удалось на два года пристроиться вторым барабанщиком в набирающую популярность рок-группу «Интеграл» Бауыржана Алибасова, кратко, Бари.

https://www.youtube.com/watch?v=ijTj_61doe8.

И там он добросовестно трудился на репетициях, проявлял свои лучшие музыкальные и артистические способности, чем заслужено завоевал уважение и доверие великого Бари.

Алибасов был умный и опытный музыкант. И он держал в группе именно двух барабанщиков, что никак не позволяло Коле, как он любил, загнать темп или вылететь из ритма при очередной синкопе, как бы он не старался…

В общем у Коли дело двигалось! «Интеграл» гастролировал по всему Советскому Союзу и музыканты прилично зарабатывали. Коля купил электронные барабаны, что тогда считалось «выше крыши», и барабанил… и трясся. Да так, что при игре его голова чуть не отваливалась от худенького тельца, язык вываливался, а глазки выпучивались и выкатывались из орбит:

https://www.youtube.com/watch?v=Mi3soy1M168

- Ты бы, Коля, лучше обратил внимание на свою неровную игру, чем на всё это понтярство! – резко сделал ему замечание выходец из Якутска, великолепный бас-гитарист и вокалист «Интеграла» Владимир Козак:

https://www.youtube.com/watch?v=6YoACjLEUlA&t=140s

Но Коля замечание коллеги проигнорировал. Наоборот: «Надо как можно больше понтяриться!», вот был его девиз.

Вася

А Вася…

После своего крайне неудачного прослушивания в «Интеграле», когда он тихо-тихо удалился из репетиционного зала с загадочной улыбкой, он забурился в московскую музтусовку и в основном торговал в ней музыкальной аппаратурой и инструментами, при этом используя свои обширные знакомства ещё со времён гастролей в составе новосибирского «Лабиринта» Сергея Муравьёва с солисткой Алисой Мон.

Но не только…

Ещё Васе удалось присесть в коллектив «Alter Ego» известного московского музыканта Андрея Давидяна. Но активной концертной работы и денежных халтур у Андрея почему-то не было и они часто и много репетировали, тратя всё время на мелкие детали и аранжировки.

Всё это для Васи было не очень приемлимо. Он же новосибирский кабацкий лабух и что угодно был способен сыграть на слух и с листа. А уж за денежку… Но тем не менее, он тоже репетировал.

И вдруг…

Сыграв удачную импровизацию в песне «Капли Дождя», попавшей в ТВ-ротацию,

https://www.youtube.com/watch?v=kgNiM8yZYsM&t=48s

Вася в Москве на некоторое время стал известным гитаристом. Некоторые даже говорили, что он уже был в пятёрке лучших гитаристов Москвы - после Виктора Зинчука, Владимира Кузьмина, Андрея Макаревича и Олега Курохтина, тоже кстати новосибирца. Но автор этого маловероятного слуха, похоже, был сам Вася.

А денег от исполнения музыки в Москве так и не было. Не было этих маленьких, металлических кружочков и купюр, кои он так любил. И теперь Вася все свое свободное время тратил на их добычу и преумножение, барыжа инструментами и аппаратурой лично, через знакомых, малознакомых и совсем уже незнакомых людей.

И дело пошло и денежки капали прямо в Васин карман.

А что же Коля?

Коля

А Коля тоже времени даром не терял, и получив гостевой вызов от знакомых из США, пошёл в американское консульство проходить интервью, до этого уже несколько лет небезуспешно отзанимавшись английским языком частным образом и с хорошим репетитором.

И эти занятия английским языком принесли свои плоды. Когда в Консульстве американская тетенька спросила его:

- А какова настоящая причина вашего визита в США?

Коля не задумываясь выдал ей заранее заготовленную фразу на чистейшем английском языке:

- Да вот хочу выпить «Будвайзера» и забыться!

Тётенька хохотала так... и Коля вышел из консульства с визой на въезд в США в паспорте. И туда улетел. Навсегда. А здесь пошли все нах! А Вася остался один в огромном и сразу ставшим почему-то чужим и таким холодным городе Москве.

Андрей Зуев

- Ну здравствуй, ещё один новосибирский гость столицы! – с доброй улыбкой сказал Андрей, широко и гостеприимно распахивая дверь в свою однокомнатную квартиру.

Он тоже когда-то пытался учиться на дирижёрско-хоровом отделении новосибирского музучилища им. Аскольда Мурова… однако был отчислен за прогулы. И затем он долго работал клавишником в новосибирских кабаках, отсюда и близкое знакомство…

Так я, только что прилетевший в Москву, и поселился у дружелюбного Андрея, но… с определенной платой за бесплатное проживание. Ему, Андрею, нужна была моя помощь в создании аранжировок к его песням для исполнителей большой эстрады.

Москва город жёсткий! Вот тебе оговоренные деньги и забудь про свою песню! За самим Андреем ещё кое-где милостиво и для заработка оставляли авторство текста или музыки, но его душа за созданные им музыкальные произведения всё равно болела в целом:

Наталья Ветлицкая - «Посмотри в глаза», «Магадан», «Василёк», «Скажи мне: до свидания» и др.

https://dzen.ru/a/YKIhbkuNgQZbolAw

Валерия - «Самолёт», «Побудь со мною», «Золотая рыбка», «Не уходи», «Над Москвою чистое небо», «Птицы летят на Юг»

https://vk.com/wall-99052_1303804

Иванушки International — «Давай закурим»

https://www.youtube.com/watch?v=lYMsDdDWXcs&t=25s

Группа «Девочки» - «Говорила мама (ху-ла-ла)» и большинство песен из альбома «Не надо жу-жу»

https://dzen.ru/a/YFiDKKMx6GJnb74R

И теперь мы долгими вечерами сидели на студии у Александра Кальянова и Аллы Пугачевой, где Андрей плотно работал, и записывали куски домашних заготовок на цифровой катушечный магнитофон TASKAM, который Алла Борисовна совсем недавно привезла из города Амстердам, всего (!) за сто десять тысяч долларов. И неплохо так у нас получалось…

Алла... она же такая, единственная, и просто красавица! И мы придумывали и писали для её песни «Мой голубь сизокрылый»

https://www.youtube.com/watch?v=MLaxqCGNlt0&t=11s

барабанные треки, бас, гитары, разрабатывали вокальные партии, делали гармонию более изящной. А Алла, когда выпивала и начинала танцевать, обращалась к нам так:

- Вы ж мои хорошие, русские, а то тут одни евреи вокруг...

***

Однажды мы собрались на кухне Андрея всей нашей новосибирской компанией музыкантов: сам Андрей, Вася Маринин, Олег Курохтин и я.

- А где же Коля «Крючок»? – спросил Андрей.

- А нету, - отвечал Вася, - В Америке он.

- Ох-х, глу-у-упенький, за-а-агнется он там! - глубоко затягиваясь ароматным конопляным дымом самодельной папиросы резюмировал сердобольный Андрей.

И почему-то всем казалось, что он прав.

В Америке

Позже Коля выслал Васе гостевой вызов и тот, недолго думая, и быстро как может, улетел в США. К другу Коле, по которому уже здорово соскучился!

Но как они не старались в Америке, играя по клубам и халтурам... Даже на бензин не хватало и приходилось им, буквально, за еду упахиваться на тяжелой физической работе. На стройке, в основном.

Но кто им обещал, что в Америке будет легко?!

И вдруг…

Buick

Однажды, Коле прямо в Америку позвонил сам маэстро Бари Алибасов. И нужно ему было, ни много ни мало, а десять или даже больше длинных люксовых лимузинов. Зачем? А вы бы стали его выспрашивать?

Конечно Коля согласился, таких лимузинов вокруг было как грязи. Бари прислал деньги и Коля начал покупать и аккуратно посылать Бари в Москву по одной машине. Всё ему делали «от» и «до», только плати.

И дело двигалось очень хорошо! Около пятнадцати машин было отправлено, как с куста! Бари доволен, а это было самое главное!

И Коля радостно потирал ладошки, уже не по-тихому мечтая о покупке для себя нового автомобиля Buick. Это, конечно, одна из самых недорогих машин в Америке, но Коля почему-то мечтал именно о ней. Да и денег было впритык.

Ну вот и все, наконец-то! Мечта сбылась! Коля к общему удовольствию закрыл выгодную сделку с Бари, от которой ему прилипла к рукам необходимая сумма. А так как документов (вид на жительство, грин карта, кредитная история) у него не было, то за вожделенную машину требовалось внести всю сумму целиком - стопроцентный аванс. И Коля его внёс. В автосалоне ему заказали Buick и он недолго ждал, томясь мечтаниями.

И вот пришёл тот самый долгожданный день.

Коля прибыл в автосалон как жених во Дворец бракосочетания. Он был в чистой одежде, в ботинках, начищенных до сияния и с ещё нестёртыми каблуками. На нём был галстук и свежая рубашка с проглаженным воротничком.

И ему, таки, да, устраили в автосалоне настоящий праздник (там всем покупателям так делают!). Звучала музыка, бахало шампанское, поздравления, яркий свет, красивые девушки с длинными ногами...

- Вот оно, счастье! - сказал сам себе Коля, закатывая глазки, - Американская мечта! Только ради этого стоило...

Шампанское лилось рекой. Наливали еще и еще. И Коля пил фужер за фужером. И смеялся, и хохотал вместе со всеми. А вечер уже наваливался темнотой и в автосалоне включили лампы дневного света. Но Коля не замечал этого, он был просто счастлив.

И вот в автосалон закатили его Buick, обвязанный накрест красной лентой. Коле вручили ключи, он в полной прострации сел за руль и медленно выехал из автосалона в широко распахнувшиеся ворота… в глубокую тьму.

Удаляясь, сзади гасли огни автосалона, а Коля ехал в кромешной тьме неизвестно куда. Он осмотрел салон машины и обнаружил стерео-систему. Нажал кнопку и началась настоящая сказка: в его личной машине звучала популярная группа «Земля Ветер и Огонь»!

https://www.youtube.com/watch?v=god7hAPv8f0&t=29s

Коля тихо балдел от всего этого и не заметил, что пошел легкий дождик и дорога стала черной и блестящей от воды. Он выехал на автостраду, выбрал нужное направление и начал двигаться в сторону своей съемной квартиры в Бруклине.

Машина была новой и ехала совершенно беззвучно. Хайвэй вел её уверенно, дорогу Коля примерно знал и несся по мокрому асфальту в кромешной тьме с бешенной скоростью. Он просто не чувствовал скорости. Коля слушал музыку, расслабился, он сегодня выпил слишком много шампанского.

И напрасно...

Полёт

Его голова упала на грудь. Тоненькая шейка не справилась с нагрузкой и голова уверенно упёрлась в ключицы. Коля боролся с дремотой, но тщетно. Голова все чаще и чаще опускалась. А хайвэй тем временем вывел машину в заезд на второй этаж автострады, вводя её в крутой поворот. Коля дремал, машину занесло, а шины отчаянно завизжали.

И Buick на всем ходу пробил легкое ограждение и машина взлетела как самолет и полетела в темноте куда-то вниз. А Коля уже крепко спал. Никогда он не любил шампанское, пучило от него...

И - о, чудо! - Buick на всем ходу приземлился на большое дерево. Ветки обвили и пронзили днище, корпус, двери. И машина повисла на дереве. И Коля во сне вывалился из машины в открывшуюся от удара дверь и каким-то чудом, не напоровшись ни на одну из этих веток, как-то сполз, стёк с дерева на землю и спокойно там заснул.

Сказано же в Писании:

«Господь любит и хранит дебилов и пьяниц!».

Это не в Писании? Ну неважно...

А несчастный Buick продолжал висеть на дереве, светить фарами и дико крутить колесами.

Пошёл дождь и стало совсем мокро. Коля проснулся, трясясь от холода и похмелья. Сверху на него светила фонариками Police и смотрела куча людей, при этом отчаянно жестикулируя. И тут Коля вспомнил, что он в США нелегал и что ему за пьяное вождение грозила депортация. И начал медленно… медленно... отползать в темноту, подальше от места аварии. Он полз по пластунски, встал на четвереньки, во весь рост, и побежал сломя голову. Куда глаза глядят.

К Васе!

Начинало светать и перед собой Коля увидел гладь залива сквозь маленькие домики-дачки. Он пробрался меж этих домиков к воде, увидел там чью-то лодочку с веслами и поспешно начал грести на ней подальше от берега. Греб он долго, пока не узнал прибрежные постройки. Это был залив NJ.

А вот и Васин домик, где они с Клавой недавно поселились и Коля бывал у них в гостях.

Вася сидел у себя на веранде, а Клава копошилась по дому, готовила легкий завтрак – суббота! И тут неожиданно для всех, к ним из океана на краденой лодочке подплыл Коля...

- Эй, ю! Какими судьбами? - окликнул его Вася.

Коля молчал и трясся.

- Может накатишь? - спросил расстроенного друга учтивый Вася?

- Да пошли вы все нах! - грубо ответил невоспитанный бывший владелец Buick, что сейчас висел на дереве под хайвэем, своему лучшему другу и земляку.

Ресторан «Океан»

Наконец, Коле как-то удалось устроится в ресторан «Океан», что на Брайтон Бич в Кони Айленд. Ресторан русский, большой, и народ туда ходил серьезный и не бедный. Взрослый народ. Шпаны там не было по определению. Не пускали.

Коля играл там под минус, слегка постукивая палочками по резинкам, разложенным поверх пластика. Пели певцы и певица, а музыканты делали вид, что играют. Все уже давно было сыграно и записано звукооператором Саней Майструленко. У него были отличные готовые минуса и надо было только петь. Что там делал Коля непонятно... Но платили ему триста баксов в неделю, чего на жизнь катастрофически не хватает.

Под Новый Год мы с Васей Марининым зашли в «Океан» и обалдели. На сцене стояла огромная ударная установка... Двойные бас-барабаны, один в другом... Куча тарелок и море всякого percussion. Видно было, что Коля отчаянно цеплялся за эту работу и как всегда понтярился, чтобы не загреметь на рынок труда...

Еще день на дворе и в кабаке музыкантов не было. Рано ещё. Мы осмотрелись. Красиво, много драпа, мебель под старину и запах такой… запах старости. Как в известном казино в Атлантик Сити.

- Ладно, поехали, - сказал Вася, - Нас Саня ждет уже...

Александр Майструленко

Саня – местная звезда звукозаписи. Он бывший москвич, работал электриком, лайсенс, типа, ай-ди, у него имелся и он зарабатывал в США неплохие деньги.

Мы заехали в домовую кухню, что на Брайтон Бич, под гремящим грязным мостом, сделали неслабый заказ еды и ждали полчаса, когда он будет готов. Саня жил тут же, в Бруклине, недалеко снимал двушку как «сталинка» – огромную квартиру в тёмно-красном кирпичном доме.

Мы уже явно припаздывали… Пока брали вино и водку, пока ждали еду. А это - украинский борщ, жирный бараний плов, манты, холодец, шуба, оливье, огурчики, красная икра, белый русский хлеб (еще горячий).

Саня терпеливо ждал приезда дорогих гостей - новосибирских музыкантов. И не выдержал - открыл бутылку полтора литра сухого красного французского вина. Отпил из хрустального стакана и тупо смотрел в окно в ожидании. Они ехали, они мчалися! И Саня налил еще фужер польского хрусталя и нетерпеливо его засадил. Они уже рядом, они уже подъехали...

Я позвонил ему со своего мобильника, но вот еще новость... Саня в другой комнате смотрел в окно, звонка не слышал и не ответил. Три фужера вина у него были уже в желудке! И мы начали ему сигналить. Услышал.

Саня выбежал нас встречать, помог вытащить из машины еду и бутылки. И мы медленно, что бы не расплескать украинский борщ, поднялись к нему на второй этаж.

Квартира у Сани и впрямь классная. Большая, уютная, набитая мебелью и аппаратурой. Колонки, компьютер, мониторы, гитары, бас, куча клавиш... Прямо-таки студия!

И мы начали выпивать и закусывать - украинский борщ, водку под холодец и соленый израильский огурчик, запивая всё настоящим Жигулевским пивом! Ну а как же..., у нас в Новосибирске это известно каждому пацану, что водка без пива – деньги на ветер! Всё было просто шик!

Саня поставил послушать свои записи. Они действительно были хороши и мы хвалили его беспрерывно... Салат «Оливье», холодец, красная икра на белом русском хлебе с маслом... Просто сказка!

И тут...

Босанова

Саня достал бас-гитару PEAVEY Milestone 4 BXP и попросил меня что-нибудь на ней изобразить. Подключил гитару в систему, включил её на запись… и послушал босанову «Девушка из Айпонемы» - сразу мелодию, аккомпанемент, соло и все что мне уже поддатому в голову пришло. И в довольно быстром темпе.

https://www.youtube.com/watch?v=rYJbSEah9t4.

Как-то так.

Саня побледнел, остановил запись и вышел из комнаты. А мы доели наш шикарный обед одни, выпивая и закусывая.

- А где же наш Саня? – спросил я.

А Саня сидел у окна во второй комнате, допивал свои полтора литра сухого красного вина и совершенно тупо смотрел в окно, приговаривая:

- Это просто невозможно! Как ты это делаешь? Так невозможно играть на басу!

- Э-э-э! Ты, Саня, просто не слышал, как у нас в Новосибирске по кабакам играют. Куда уж мне, - говорю ему скромный и смущённый я.

Бой

И тут Саня подхватился и со всей силы кулаком врезал в челюсть... Васе! Тот схватил его поперек и они начали отчаянно бороться, ломая и круша все на своем пути.

Вася был опытный новосибирский уличный боец. В детстве мы вместе занимались боксом. И не один хулиган был бит Васей в кабаках при исполнении им обязанностей музыканта. Через это он и два передних зуба потерял, спасая зазевавшуюся певицу Ирину «Ирку» Епишеву от пьяного бродяги в кафе «Тулинка».

И Вася применил борцовский приём - бросок через плечо. Саня полетел на свою этажерку с польским хрусталём, коллекцией дорогого фарфора, дисками и пластинками. И все это оказалось на полу между обломков мебели. Они упали на кровать и продолжили схватку в партере.

Я деликатно ретировался, сел в машину и терпеливо ожидал окончания боя уже на улице. Через некоторое время вышел Вася с кровавыми подтеками на лице и спокойно сказал:

- А мы так частенько с ним деремся по киру! Ну что, поехали к Коле в «Океан»?

Вася в 2007-м всё-таки получил гражданство США и приехал ко мне в гости в Канаду. И мы играли. Как в юности, в Новосибирске

https://www.youtube.com/watch?v=jCXa8o4IjwE

Коля

В «Океане» Коля так и лупасил по резине поверх пластика барабанов. Под минус. Со стороны смотреть на это было забавно.

И тут бас-гитарист повернулся к Коле и сказал:

- А ты можешь, сцуко, хоть по резине, но ровно колотить?

И вскоре Коле отказали в работе барабанщиком под минус в «Океане». И пришлось ему на старости лет переквалифицироваться в плиточники. Он окончил курсы по плитке и отделывал ею кухни. И без работы не сидел.

Трибунал в Гааге

Коля так до сих пор и не имеет никаких документов. А потому что они ему в Америке и нафиг не нужны, ибо, он знает волшебную новосибирскую формулу…

Его недавно выпустили из тюряги, где он полгода сидел за подделку иммиграционных документов… тридцать пять лет назад! А за что его там было держать? Ведь, срок давности давно истек... Пытались его депортировать, но ни одна страна, включая Россию, его не взяла. Из-за того, что он нарушал иммиграционные законы...

Тогда Колю попросту отпустили и посоветовали найти себе адвоката, чтобы направить жалобу о нарушении прав человека (незаконное лишение свободы) и получения гражданства США.

И что он им сказал? Правильно:

– Да пошли вы нах!

Жена им вторила:

- Коля, я найду денег на адвоката. Мы все сделаем быстро и недорого!

Догадываетесь, что он ей отвечает?

Сейчас дело «Крючка» находится в международном суде по правам человека в Гааге. Там есть специальная группа адвокатов, которые бесплатно рассматривают особо тяжкие случаи нарушения прав человека. Я связался с этой группой, написал им о проблеме «Крючка» и они поставили его дело на рассмотрение судом в ближайшее время.

И нужно было только подписать и по факсу отправить им разрешение на ведение дела в Международном Трибунале в Гааге. И всё было бы быстро и абсолютно бесплатно. А по их бумаге в США и гражданство дадут и неслабую компенсацию выплатят.

Вася на радостях позвонил Коле и рассказал другу эту тему, и чтобы тот быстро подписал факс. И услышал в ответ:

- Да пошли вы все нах!

В общем, наш он человек, новосибирский… и поэтому Господь его любит и бережёт так, без бумаги!

***

Но есть, есть в Новосибирске и другие, гораздо более корректные и тонкие в отношении иммиграционной системы США музыканты. И тоже небезуспешно использующие её... И о них, вернее о нём, будет далее.

А я и не лабух вовсе!

В Новосибирске того времени братьев Андрея и Эдуарда Бахманов знали все кабацкие и музыканты танцплощадок. И они знали всех. Бахманы, или как их ещё называли, Бахманá - это большая многодетная немецкая семья, без ярких и музыкально одарённых членов которой представить себе кабаки и танцплощадки как правого, так и левого берега Оби в 70-80-х годах невозможно.

Вот так в 1983-м на танцах в Сад Дзержинского пел и играл на бас-гитаре Андрей Бахман:

https://ok.ru/music/track/125347035615617.

Это песня «Войди в мой дом» ныне знаменитого новосибирца Олега Курохтина из группы Алексея Глызина. Он и играл на гитаре. На барабанах - Слава «Бледный» Коновалов, а вторым голосом пел Эдик Бахман.

Ещё у Бахманов был самый старший брат - Яков Бахман. Но он не был в музтусовке. Хотя как сказать... Валя Божнёв рассказывал, что когда он служит в десантных войсках, то пел там песенки под гитару. И один офицер говорил ему, как бы между прочим:

- Все равно лучше чем Яков никто тут никогда не пел!

- Яков Бахман из Новосибирска? - спросил Валя.

И офицер утвердительно кивнул головой. И всё это было в 1977 в «Казлу-Руда» - учебке седьмой дивизии ВДВ в Литве. Мир тесен!

А их младшенький - Вилли Бахман, до сих пор зажигает на музыкальных площадках Новосибирска и Германии

https://www.youtube.com/watch?v=2eGmbRCCyJQ

А тогда...

Правый берег

Да, да, «правобережные» считали, что на левом берегу и музыкантов-то не было. И надо признать, что некоторые основания так считать у них были.

На правом, значительно более старом и культурно развитом берегу Оби, откуда собственно и начался Новониколаевск, он же Новосибирск, музыкальных точек куда больше, чем на левом берегу - унылом промышленно-заводском и откровенно бандитском.

На правом берегу один только Сад Дзержинского с его «Гуслярами» чего стоил… А Клуб «Отдых»? А все центральные рестораны города?

Левый берег

А на левом берегу из заметного были только танцплощадки в Сад Кирова и Кларе - Клубе «имени Клары Цеткин», Клубе «имени Ефремова», кафе «Рябинка» на Горской и весьма средненькие рестораны «Дубрава», «Орион» и «Витязь». Да и всё, пожалуй. Остальное мелочь и ерунда.

Да, забыл... Был же ещё грязноватый кабак «Тулинка» на Сибиряков-Гвардейцев, где я работал со своими ребятами и певицей Ириной «Иркой» Епишевой. И старый-престарый ресторан «Россия» возле «Пяти гробов». В основном там гуляли таксисты и местные хулиганы, которые кидали в музыкантов вилки... Пока в тамошний музыкальный коллектив не пришёл работать Эдик Бахман и не сломал нескольким хулиганам челюсти.

Теперь, точно, всё!

Но строгих границ, конечно, не было. Так по подменам на точках с обоих берегов: «Скоморохи», «Эврика» и «Витязь» со мною три месяца работал сборный состав: Андрей Бахман - Олег Курохтин - Сергей «Тихон» Дмитриев. И все мы были с разных берегов.

Но были… были серьёзные музыканты и на левом берегу Оби.

«Легенды» Сад Кирова

О легендарном музыкальном коллективе в Сад Кирова - однофамильцах Сергее и Игоре Сидоровых, Вадиме Лагутине, Игорь Азолине, Анатолии «Прянике» Радохлебове, Викторе «Флане» Флахе, Сергее Гриценко, уже упомянуто в Предисловии. И эти парни реально были лучшие и никем впоследствии так и непревзойдённые. Мурашки по спине и душевная радость. Вот как они играли! Такое впечатление, что Bad Company Толя «Пряник» пел даже лучше, чем в оригинале. Не шучу!

https://www.youtube.com/watch?v=Ym9owdPcA0M&t=274s

Говорят, великолепный Игорь Азолин после уехал в Читу, а остальные... кто куда.

«Коллективчик»

Однако и после «легенд» в Сад Кирова и в Кларе работал нехилый состав, а в нём такие музыкальные глыбы того времени, именно с левого берега:

Владимир «Жигарака» Жигарев (клавиши) - он точно играл не хуже предыдущего клавишника Вадима Лагутина, виртуоза, ушедшего работать в кабак с барабанщиком Борисом Васейкиным. Кафе «Конфетка». Так тот кабак назывался.

Владимир «Кутарь» Кутарев (гитара) - его рифы способны были повторить лишь единицы. Он свободно играл Lazy. Вечно спутанные волосы, глаза горели и ничего ему не надо было, кроме гитары.

Игорь «Шлёма» Реутов (гитара) – уникальный станиславско-жилмассивский гитарист-самородок. Его подтянули в «Коллективчик» Сад Кирова уже после армии. И он буквально восхищался игрой Кутаря, хотя и сам запиливал Дипов «в ноль».

Но Игорь очень рано ушёл из жизни по болезни, светлая ему память!

Александр «Аксён» Аксёнов (бас-гитара) с Телецентра. Да, да, тот самый «папа» меня, Бахманов и ещё много кого из музыкантов в городе.

А на барабанах играл интересный такой чувачок, новоявленный бизнесмен - Виктор Елисеев. Он был армейским прапорщиком, у него был автомобиль «ИЖ-комби» и аппарат. И он всё это замутил, получая львиную долю заработка «коллективчика». Но как барабанщик он тоже был очень неплох.

И с ними работали два лучших левобережных вокалиста, старшие братья в семье - Андрей и Эдик Бахманы.

Вообще, говоря о музыкальных статях старших братьев Бахманов тех лет следует заметить, что в первую голову – это уникальные, чистые, сильные, удивительные по красоте и тембральной окраске голоса. Как у Freddie Mercury! Однако несколько поуниверсальнее. Братьям же, в отличии от Freddie, приходилось петь не только Queen, а вообще весь актуальный на тот момент репертуар западных и советских исполнителей. Всех без исключения! Представьте, как бы это делал Freddie Mercury и получите представление о голосах старших братьев Бахманов. Да, да, и Аллу Пугачёву они пели тоже. Очень, кстати, похоже получалось.

Однако, поиграть на инструментах братьям тоже хотелось. Вот на этом их и выдернул из Сад Кирова наш общий друг - великолепный кларнетист и клавишник Андрей Кормановский, сманив братьев поработать летом на танцах в хорошо известном в узких музыкальных кругах пионерском лагере НВА - завода низковольтной аппаратуры, «имени братьев Янченко», что под Тогучином, и где Андрея родная тётка была директором

https://ok.ru/pionerskoeleto

В лагерь они ещё взяли с собою Александра Илюхина, в то время весьма перспективного и креативного барабанщика из второго состава Клары.

И там...

На свежем воздухе и при хорошем питании, в тёплом обществе студенток Культпросветучилища, заводских вожаток и вполне созревших пионерок, они были намерены сделать хороший репертуар, а осенью сесть на какую-нибудь денежную точку. Таков был их план.

Собственно, так и произошло. И пионерки в лагере тоже были. Но Андрей до сих пор жалеет, что покинул тогда «Коллективчик» в Сад Кирова. А потому, что после этого у него наступили сплошные разочарования и нервотрёпка!

Андрей Бахман

Он второй старший сын в семье. И ему было шесть лет…

Они жили в бараке поселка «Южный» города Новосибирска и рядом с ними за колючей проволокой раскинулась Зона номер пять. Так вот один весёлый зоновский охранник - краснопогонник, его как-то спросил, заведомо зная, что в бараках жили немцы:

- А ты, мальчик, кто по национальности, русский или фашист?

На что не по годам умненький Андрей, специально коверкая слова, на ломанном русском ему ответил:

- А я есть всякий мальчик...

Вот так же сейчас и в Германии, в которой Андрей живёт уже тридцать пять лет. Только, наоборот! В России они фашисты, а здесь русские. Нет, ну конечно же это уже далеко не та Западная Германия, какой она была, когда они жили в советских бараках на «Южном». И вообще немцев здесь после войны почти не осталось. В отпуск в Турцию ездить не надо, вся Турция теперь здесь, в немецких городах. Да и в деревнях тоже.

Ну а если серьезно, то менталитет далеко не спрячешь. Конечно же Андрей Бахман советский, как и все мы! А бараки те на «Южном» и Зону номер пять давно сломали и Андрей как-то даже пытался найти то место. И не нашёл.

Семья Бахманов

Советская Власть немцев тогда уже не притесняла. Их с войны много было, немецких семей в Новосибирске. Только в «Яме» - на Станиславском жилмассиве, жили семьи Штумпф, Флах, Гауф, Гросс, Мальзам, Фогель, Ульбрехт, Бахман и другие. Обычные советские граждане и дети их, как дети, учились в обычных школах. Только вот посылки с новенькими фирмовыми джинсами и пластинками этим детям приходили из ФРГ... Русские пацаны завидовали, а бывало, и дрались с немцами.

А многодетных Бахманов после барака переселили на улицу Пархоменко, а после, дали большую, из нескольких, квартиру в «Китайской стене», длиннющем доме на самом краю «Ямы».

В их семье все любили на чём-нибудь поиграть и попеть. Батя вообще играл на многих инструментах. И маленького Андрея он приучал... к контрабасу. Ставил табуретку, что бы сын до колков доставал... а у него уже через пять минут игры пальцы начинали болеть и он жаловался.

Андрею тогда было девять лет...

На семиструнной гитаре он играл с семи лет. В десять перескочил на шестиструнную, а в двенадцать сам сделал свою первую в жизни электрогитару - выпилил корпус, приладил гриф от акустической гитары - «банки», звукосниматель, струны, воткнул это всё в папину магнитолу и бренчал на ней.

Но основным был вокал. Андрей полностью перепел «Весёлых ребят», Антонова, Градского, «Песняров» и... все блатные и подзаборные песни. Покорял ими сердца дворовых девчонок, но это пока не было самоцелью.

А по вечерам на Пархоменко он не мог уснуть от дребезжания стёкол в оконной раме, вошедших в резонанс с бас-гитарой на танцплощадке недалёкого Сад Кирова. И ему хотелось туда бежать! А потому, что это был его бальзам для души и ушей!

Валя Божнёв

А когда Андрей Бахман уже пришёл из армии, то вся толпа - пацаны и девчонки из «Ямы», включая меня, ходили с ним, как со старшим, на танцплощадку в Сад Кирова. Но не танцевать и выпивать, малы ещё были, а просто слушать музыку.

Да, в «Саду Дзержинского» на правом берегу Оби коллектив отличный работал, знаменитые «Гусляры» со своими песнями, но только Андрею в Сад Кирова больше нравилось.

И среди этой нашей толпы был девятиклассник Валя Божнёв, настоящий новосибирский рок-поэт. И он уже перевёл Роллингов:

https://youtu.be/nVrdXUHvsF0

Ты нарисуй мне небо чёрным как смола, Пусть будут чёрными зеленые глаза, Пусть будут чёрными озябшие листы, Пусть будут чёрными деревья и кусты...

Пусть даже солнце отливает чернотой, Пусть люди чёрные во тьме идут домой, Ушла любовь моя, навеки, навсегда, Пусть от неё не остаётся и следа....

Ты нарисуй мне чёрным что нибудь, прошу, Я в этот чёрный день все чёрное ищу, Ушла любовь моя, навеки, навсегда, Пусть от неё не остаётся и следа...

А вот его перевод известной песни группы Slade:

https://youtu.be/6gqCCAb8xbw

Мы покидали тёплый берег Миссисипи, Мы покидали наши фермы и поля, Мы покидали наши прерии родные навсегда, Плакала земля...

И уходили мы на берега Аляски, В края суровой и неведомой глуши, Индейцы дикие там жили, словно в сказке богачи, Золота не чли...

Только золота блеск, вновь наши души озаряет, И человек, твоим рабом он скоро станет, Только золота блеск, Горит в глазах и губит нас, и губит нас..,

Мы были первыми, упрямыми мы были, Искали золото, и мы его нашли, Мы пол-Аляски по пластунски исходили, пол-земли, К золоту мы шли...

Позже, Валя Божнёв приложит руку, в смысле, кое-что переделает, кое-что добавит, к знаменитой песне тоже выходца из новосибирской музтусовки Вячеслава Быкова «Любимая моя»

https://www.youtube.com/watch?v=c1sBLK_hjhs

Нам всем тогда было по четырнадцать - шестнадцать лет, но музыкальные вкусы у нас развивались правильные. И в том числе благодаря Андрею Бахману.

Забегая вперёд…

Знаменитый Сергей Кривощёков из «Гусляров», после их распада, в «коллективчике» Сад Кирова одно время тоже работал на клавишах. Но потом его пригласили в ресторан «Океан». А потом он сел с новым коллективом в ЦК (центральный кабак) - ресторан «Центральный» - Дима Павлов - Боря Левитский - Максим Новиков (вокал), а на басу играл сам Сергей. И так он там до самой своей смерти с ними и проработал.

Но главное место работы Сергея Кривощёкова было музучилище, где он преподавал бас-гитару. И Андрей Бахман даже умудрился немного побыть его студентом. Ему ведь тоже нужен был диплом, которые требовал у новосибирских музыкантов Виктор Бударин и НОМА.

Армия

До армии Андрей Бахман в ВИА никогда не играл. И не в оркестре он служит, а простым рядовым солдатом в Заполярье на радиолокационной станции - РЛС. А точнее, на дизеле, питающем эту РЛС электричеством. И лучшей службы, похоже, в Советской Армии тогда не было. Вообще делать ничего не надо было.

Дизель стучал себе, электричество давал, а он рядом заворачивался в «попону» - чехол того дизеля, и спал всю смену восемь часов с перерывом на обед, который ему приносили в судках. Воздух свежий, морской, в «попоне» было тепло... Красота!

Но Андрей молодой ещё был, так много спать не мог. И у него был свой магнитофон и куча плёнок с записями разных советских и западных групп. И за два года он все их перелопатил на предмет выучивания вокальных и, частично, инструментальных партий. Сколько он тогда красивых песен спел любопытным полярным песцам... Десятками они, бывало, собирались у дизеля, его слушали.

Дошло до того, что на конкурсе военных ансамблей в городе Тикси, за исполнение песни Робертино Лоретти «Мама» он занял первое место и его чуть-чуть не отпустили в отпуск. Однако за попадание на гарнизонную гауптическую вахту поощрение отменили. Ну да, за год он первый раз в был в городе. Победил на конкурсе! Немного отпраздновал... и прозевал патруль. Ничего особенного.

Эдуард «Эдик» Бахман

Вместе с братом Андреем они - сила! И оба это знали и оба ценили друг друга.

В 1976 году Андрей пришёл из армии, когда Эдику было четырнадцать лет. И он уже играл на ритм-гитаре и довольно неплохо пел! В «Яме» его тоже уже знали, и не только местные хулиганы, но и музыканты - Андрей Кормановский и Игорь «Шлёма» Реутов, с которым он учился в сто восемьдесят седьмой школе.

Так они все познакомились и даже вместе отыграли пару халтур - выпускные школьные вечера.

Через год, тусуясь со старшими, Эдик здорово вырос как музыкант и стал длиннющим и симпатичным парнем, нравившимся девочкам. Они ему тоже очень нравились и пел он с высокой сцены Сад Кирова только для них. А пел он в составе тамошнего «коллективчика», куда они с братом попали, естественно, через «папу» всех музыкантов левого берега Оби Саню Аксёнова, который их вычислил и пригласил на кастинг вокалистов.

Первым пел Андрей - Rainbow «The Temple Of The King». В копейку!

https://www.youtube.com/watch?v=DeLNVdRPY2Y,

после чего кастинг единогласно приостановили и объявили, что нашли нужного им вокалиста.

Но Андрей поставил условие, что он будет с ними работать, если они возьмут ещё и Эдика. Тогда прослушали ещё и Эдика, у которого уже появилась «бархатность» в голосе.

В итоге взяли обоих!

Владимир «Жигарака» Жигарев

Особенно, они все восхищались клавишником Володей Жигаревым. Что он выжимал из обыкновенной советской органолы «Юность- 70» с «квакушкой»... Иногда казалось, что он играл на Hammond, как у Джона Лорда, а иногда, что на крутейшем синтезаторе. К ним даже приезжали музыканты с правого берега Оби, чтобы просто его послушать.

Да, он производил большое впечатление. В том числе и на уникального консерваторского студента Андрея Кормановского, который сначала просто высматривал, а потом врубился в эту его технику и повторил её.

Вообще, Андрей Кормановский отличался хорошими организаторскими способностями и это была его идея - поехать в пионерский лагерь «имени Братьев Янченко» поработать музыкантами и сделать хороший репертуар. Тем более, что раньше он там уже работал в коллективе под руководством Сани Аксенова...

Однако была маленькая загвоздка. Теперь уже Шлёму призвали в армию и Эдику Бахману пришлось усиленными темпами осваивать ещё и гитару. Но он справился.

Лагерь

Ещё им был нужен барабанщик и они пригласили Сашу Илюхина. Он тогда работал в Кларе во втором составе в группе Сергея Миронова, сына тогдашней директрисы клуба «имени Клары Цеткин».

Коллектив получился спаянный и очень быстро споенный. Пацаны ведь они ещё были, поди удержи... и Андрею Кормановскому стоило больших усилий это делать. Они же постоянно что-то предпринимали, хохмили, но... иногда и репетировали.

В лагере было весело и интересно. К музыкантам ездили многочисленные гости из Новосибирска. Тот же Александр Аксенов... Почему-то на ГАЗ-51 и с какими-то девчонками в кузове. По дороге они задавили гуся, которого на берегу речки Ини вечером на костре зажарили и съели под водочку.

В общем воспоминаний о лагере у них много, можно написать отдельную книгу, но все это уже не про музыку!

Так они отработали в лагере три летних сезона, сделали большой репертуар, вернулись в Новосибирск, где у них и встал естественный вопрос - а что дальше? Поскольку на этот раз в армию пошёл Саша Илюхин!

Но тут же из Армии пришёл Сергей Гриценко. Он тоже из «Ямы» и он завёл их в Клару, где всех знал, работая в составе «Легенд». Было прослушивание, где Эдик просто покорил администрацию своим вокалом!

В общем их взяли.

Сад Дзержинского

А потом был Сад Дзержинского - абсолютная вотчина Сергея Кривощекова, но который никогда не вмешивался в их репетиции, а своим студентам в музучилище говорил:

- Вот в коллективе в Саду Дзержинского поет такой мальчик, ещё подросток, вот он подрастет и вам всем ещё покажет!

Этим подростком Сергей числит начинающего тогда вокалиста Вилли Бахмана

https://www.youtube.com/watch?v=RghldLs7pVM

А потому, что Эдик Бахман пошёл в армию и за него в Саду Дзержинского пел сначала Александр Мшвелидзе, а после него Александр «Сахар» Гусев - вокалист, известный всему городу. И пел он здорово, стройно и высоко!

«Рябинка»

И тут прошёл слух, что в Кафе «Рябинка» на Горской уходит весь коллектив за исключением барабанщика с весьма характерной для барабанщика фамилией - Николай Палкин. И он ищет молодых перспективных музыкантов. Какой-то у них с НОМА Виктора Бударина получился конфликт. В общем они все на НОМА обиделись и уволились!

И Бахманы пришли к Палкину...

Николай Палкин

Коля Палкин тоже жил в «Яме» возле кинотеатра «Искра». Он был постарше и его все знали. Будучи ещё школьником...

Как-то к ним на урок вместо их штатного «пеника» пришёл заменяющий его по болезни инвалид-фронтовик. С медалями, костылём и... мандолиной под мышкой.

А надо сказать, что в те годы уроки пения в обычных средних школах все так и называли:

«Пение - урок балдения!».

Дети весь урок орали, блеяли, катались друг на друге. В общем, развлекались, как могли. Как в фильме «Приключения Электроника». И всё это под популярную музыку. А потому, что «пениками» в школах, в основном, работали спившиеся баянисты и аккордеонисты. Народ они были музыкально подкованный, но которым, тоже всё уже было до балды. Пришёл, поиграл перед классом 45 минут, ушёл, и хоть вы все тут... Хотя, конечно, были и исключения, но редко.

Всего этого фронтовик не знал, не предупредили, и начал урок с опроса, кого как фамилия. Чтобы познакомиться с классом. Когда очередь дошла до Коли, тот представился:

- Коля Балалайкин.

Класс грохнул...

Фронтовик таких шуток не понимал! Он тут же поднял костыль... и как на фронте! На врага Колю, с палкой наперевес! Вернее, за Колей, потому что тот начал убегать, прыгая по партам. И носились они так минут пять.

Затем, опомнившись и взяв себя в руки, фронтовик сказал:

- Ну ладно, давай, Николай, мириться! Я свою палку убираю. Так как говоришь твоя фамилия?

- Коля Палкин... - дрожащим голосом честно признался не на шутку испугавшийся Коля.

И тут класс стал буен. В воздух полетели авторучки, тетрадки и портфели. Дети плакали и рыдали от смеха. Урок был сорван уже бесповоротно!

Фронтовик схватился за сердце, пошарил по карманам и положил под язык таблетку валидола! Больше он в школу не приходил!

А после этого случая Коля решил стать барабанщиком. Такая вот у него любовь к музыке проснулась!

***

В общем Коля не отказал. Так и началась трудовая жизнь новоявленных новосибирских кабацких музыкантов Бахманов. Потом ресторан «Орион», потом у Андрея Кормановского они работали в «Веринее», другие кабаки, другие составы, но уже всегда кабаки.

А в оконцовке всё как у всех кабацких музыкантов. Пришёл 1985-й с его «сухим законом» и всё стало совсем кисло. В частности, Андрей Бахман закончил свою ресторанно-музыкальную деятельность в 1989 году в ресторане «Новосибирск».

И в итоге, до свидания Новосибирск, здравствуй Германия!

И ещё Андрей Бахман не выносит, когда его называют лабухом. Считает это оскорблением. Почему? Да кто же его знает...

Хочу в Америку!

1995 год

Да! Они все хотели уехать из России и жить по человечески. Желательно, в США. И особо не скрывали этого. Ведь для кабацких музыкантов, кто остался в Новосибирске после введения «сухого закона» в 1985-м году к лучшему ничего не поменялось.

Ни-че-го!

Халтуры - школьные вечера, свадьбы и добавившиеся к ним корпоративы плотно оккупировали диджеи электронных дискотек. Во многих ресторанах и кафе города глухо забаррикадировались певцы «под минус» и караоке...

Но «живая» музыка в Новосибирске ещё живёт... и совсем уничтожить её, как праматерь и правду мира, конечно, невозможно и не под силу никому.

Никакой НОМА в городе уже, естественно, не было. Она самоликвидировалась ещё в 1985-м. Впрочем, как и весь СССР в 1991-м. В общем, сплошной «МММ» и каждый теперь сам за себя. Полная свобода творчества! Играй и пой, что хочешь...

В ещё уцелевшие и новые, но уже все частные кабаки с недобитыми кабацкими музыкантами вернулся алкоголь... но с ним пришло и новое явление — «Братва»! Она в новосибирских кабаках теперь гуляла всякий день. Как в последний раз! И тратила на это добытое «лавэ» очень активно.

«Владимирский централ», «Вези меня извозчик!», «Поручик Голицын», «Чубчик кучерявый», «Алешка» и так далее. Вот песенная основа тогдашнего кабацкого репертуара…

И всё бы ничего… Кабацким музыкантам, ведь, по большому счёту все равно что играть, лишь бы платили. Но почему-то братва иногда выбирала для своих кровавых разборок именно кабаки.

И работают теперь кабацкие музыканты в условиях легко сопоставимыми с полем боя, со всеми его атрибутами и свистящими над головой пулями, а сцену можно даже сравнить с окопами!

- Н-да! Была... Была огнестрельная ситуация в ресторане «Обь» на Октябрьской набережной, - обтекаемо и без подробностей рассказал гитарист Лёва Шафир, - Убегали мы тогда через окно подвального помещения.

И ничего особенного... конечно, убегали! Они же музыканты, а не менты, и у них бронежилетов не было! И ещё в памяти:

Расстрел весёлых (с музыкой!) поминок криминального авторитета в ресторане гостиницы «Сибирь»; убийство семьи владельцев ресторана «Космос», позже «Мариники», прямо, в зале красивой зеленой «сталинки» на углу Первомайской и Физкультурной; перестрелка братвы с агентами уголовного розыска (с жертвами с обоих сторон!) в «Свинокомплексе» - ресторане «Центральный» на Ленина, 1.

Почему «Центральный» числился «Свинокомплексом», а не старым добрым «ЦК» - Центральным Кабаком? Правильно, «ресторанный комплекс С ВИНОм». Юмор такой дебильный и для дебилов пришёл в Новосибирск в середине девяностых.

Нет! В кабацких музыкантов специально не стреляли. Не за что, вроде! Но каково это, каждый вечер по несколько часов находиться на гипотетической линии огня из автоматического огнестрельного оружия?! Или рядом с этой линией. Никакого «парнаса» ведь так не захочешь...

Коля Свищёв

Классическим кабацким музыкантом Колю тогда уже назвать было трудно. Он давно уже не работал в суровой ресторанной сфере Новосибирска с её стрельбой и прочими веселухами. Он уже всё больше ездил на гастроли со своим Диксилендом и другими проектами, преимущественно филармоническими. Чаще в Европу - Финляндию и другие прибалтийские страны. Неплохо себя чувствовал финансово и морально.

Но всё равно, он был плоть от плоти новосибирских лабухов и не на Луне жил, всё время в музтусовке.

И вот Саша Мездриков сообщил, что есть приглашение в США на джазовую конвенцию в Чикаго! И Коля сразу согласился лететь! В Америке он ни разу не был, но та музыка, которой он был увлечён в последнее время, она была оттуда, а значит ему было туда!

Визу дали ему, Саше Мездрикову и второму гитаристу Саше Накрохину. Басисту не повезло и они полетели без него. С единственной целью - там навсегда и остаться! Причем, официально и с разрешением на работу. В идеале, получить гражданство США. В крайнем случае, Грин-карту. Слишком уж они были социализированы, законопослушны и уже не в том возрасте, чтобы становиться в США нелегальными эмигрантами, годами прячась от полиции и мыть посуду в забегаловках, ожидая случая обилетиться.

А через несколько месяцев Мездриков вернулся в Новосибирск. Ни с чем, безрезультатно!

А Коля Свищёв остался в США, уже получив из Государственного Департамента по почте (!) United States Permanent Resident Card как «особо одарённый» музыкант, без которого США и жить-то нормально не смогут, если он, не дай бог, от них съедет!

Саша Накрохин тоже получил гражданство, женившись на американке. Прожил лет пять на Гавайях, а потом приехал в Новосибирск с американским паспортом и другой фамилией. Печатал объявления:

«Даю уроки гитары. Александр Грин. США»

Прожил в Новосибирске лет пятнадцать, но недавно опять уехал. Работает в Америке доставщиком посылок в DHL.

Начало пути

Коля Свищёв начал играть на шестиструнной гитаре в середине семидесятых, сразу по переезду семьи в Новосибирск из родного Приангарья. Любовь к музыке и от природы длинные и тонкие пальцы этому способствовали. С такими пальцами каменщиками на стройке не работали, опасно.

Сначала всё у него как у всех. Халтуры - свадьбы, школьные вечера. Удивительный соседский мальчик Саша «Сахар» Гусев, который пел как Робертино Лоретти и которого Коля «открыл» и быстро приспособил к делу, всякий раз выплачивая его маме гонорар за выступления сына на его халтурах и под его аккомпанемент. Пацан просто гениально брал самые верхние ноты во всех мировых хитах популярных исполнителей. И исполнительниц! Народ падал в обморок от его пения, так нравилось.

А потом пошла череда ресторанов.

«Обь». Нет, эта не та большая ресторация «Обь» на Октябрьской набережной реки Оби. А это маленькая такая «Обь» на улице Жданова, рядом с домом, где они каждый вечер играли с бас-гитаристом Саней «Максом» Юргановым. Народу их игра нравилась и без какого-никакого «парнаса» музыканты никогда не оставались.

Именно сюда к ним иногда и приходил помогать ещё юный барабанщик Артур Юдин, от лица которого и ведётся данное повествование. Там, где рассказывает барабанщик - это он. Артур тоже жил на Жданова.

Потом Николая приглашают поработать гитаристом в музыкальный коллектив «Винного Бара» в составе кабаков уже неоднократно упомянутого ЦК, удивительно уютного подвальчика в самом центре Новосибирска. Потом «Праздничный зал» и др. Типичные кабаки и коллективы того времени.

Филармония

В 1978 году Николая неожиданно пригласили на прослушивание в известную тогда новосибирскую группу «Сердца Молодых». Ничего необычного. Кто-то из музыкантов этой группы случайно услышал его игру в кабаке. Сколько так музыкантов подобрали на гастролях известные коллективы...

И после прослушивания его взяли в коллектив. А там работали такие… уже состоявшиеся музыканты - Вячеслав Бугаец, Вячеслав Преображенский, Юрий Батищев. И это был его первый опыт приобщения к профессиональной филармонической работе и джазовой музыке, где второе отделение в концерте пела звезда эстрады СССР, к сожалению, очень рано сошедшая с небосклона, Анатолий Иванович Королев (масштаб Магомаева, не меньше!)

https://dzen.ru/a/W9iCjqmpzACpQxXQ

Учеба на музыканта

Но пришла беда откуда не ждали…

В городе начала лютовать приснопамятная новосибирская ОМА - Объединение музыкальных ансамблей, с трамбонистом Виктором Будариным во главе. И уже проработав несколько лет в филармонии на графике Росконцерта с профессиональной группой, Коля решил пойти поучиться на музыканта.

А ещё бы он не пошёл... За него, ведь, фактически, это решили. Или иди учись, или не будешь считаться музыкантом! Со всеми вытекающими. Такова была тогда железная логика и воля Советского государства и его музыкальных функционеров. Без корочки, никак и никуда!

Случись... и Пушкина бы загнали сначала в Литературный институт имени Горького, а после, в Союз писателей СССР. А без этого:

- Ну какой же вы писатель, Александр Сергеевич? У вас и удостоверения-то поди нет...

- Вот моё удостоверение - книги и публикации в журнале «Современник»! Меня вся Россия знает!

- Вы, эта... не хулиганьте! Россия может Вас и знает, а удостоверение писателя предъявите, порядок такой!

И вместе с Колей Свищёвым, тогда же, вдруг, «решают» идти учиться на музыкантов на очень, кстати, вовремя открытое эстрадное отделении музучилища имени Аскольда Мурова, весь, можно сказать, цвет кабацко-музыкального сообщества Новосибирска: Валерий Сафаров, Андрей Мякиш, Василий Маринин, Геннадий «Гонтарь» Гонтаренко, Андрей Зуев, Андрей Бахман и все, все, все!

- Студент, Вы почему полгода на занятия в музучилище не ходили? - На гастролях был...

Поступали в училище, естественно, все, опыт же у них был! И кто-то это четырёхлетнее учебное заведение всё же закончил, а кто-то бросил или его выгнали. В основном, за прогулы. Но пока они в нём числились, НОМА их не трогало, видимо, полагая, что студенты, хоть и недоёба_ые, но тоже музыканты.

В итоге, Коля как бы проучился в этом училище три года, параллельно работая в ресторанах «Эврика» и «Русь»... и поступил в Институт культуры в Кемерово. Решил, что высшее образование куда как круче среднего специального! И учились они в институте с Олегом Петриковым - талантливым басистом (ныне преподает в Новосибирском музыкальном колледже) и барабанщиком Владимиром Кирпичёвым, продержавшимся с ними целый год.

Но вот ведь улыбка судьбы… Именно там и началось серьёзное образование Коли как джазмена. У Володи Кирпичева всегда была с собой коллекция лучшей джазовой музыки. И они её слушали и бесконечно играли джаз днями и ночами в тамошней общаге.

Американская дочь

У него чуть не остановилось сердце, когда в зале судебных заседаний американского суда, который рассматривал Колино дело о разводе, вдруг появился огромный негр - судебный пристав, который вёл за руку его маленькую дочь. И ведь даже не предупредили...

- А скажите-ка нам, young lady, - ласково обратилась к девочке женщина-судья, - С кем бы Вы хотели жить, если придётся выбирать, с мамой или с папой?

- С папой! - тут же выкрикнула девочка, вырвалась из лап пристава, подбежала к Коле и обняла его за колени...

И он заплакал:

- О, боже, ты есть!

... подхватил дочь на руки и зарылся лицом в её восхитительно пахнущие волосы.

В итоге, так судья и решила! И Коля стал «отцом-одиночкой», что в Америке, да и не только там, было редкостью.

https://ok.ru/video/510100771309

И сегодня дочь играет на гитаре не хуже чем Коля. И совершенно точно, значительно лучше его поёт и танцует!

Джазовые проекты

Кемеровский институт Коля закончил экстерном, это было несложно, одновременно работая в интуристовском ресторане «Сибирь». Тогда и почувствовал, всё! Устал он от кабаков и жизни такой. Отдушина была лишь в том, что на клавишах с ним играл великолепный Игорь Уваров - лучший джазовый вибрафонист в СССР.

И вдруг, как-то к ним в ресторан зашёл их приятель Боря Балахнин - основатель «Сибирского Диксиленда» и позвал его работать к нему в коллектив. И это уже была нормальная филармоническая работа с гастролями, в том числе и по странам Европы.

В общем Коле здорово повезло! Кроме лекарства от неминуемой депрессии, это был неоценимый опыт приобщения к «старому доброму» фундаментальному джазу и реальному свингу. Володя Кирпичев играл на барабанах, Петр Ржаницын на басу, а Женя Гимер на фортепиано. И они играли большие концерты и фестивали в Европе, в России, в Швеции, в Германии и так далее.

https://ok.ru/video/7929449482928

А в Европе в это время начался бум Gypsy Jazz. Это новая волна акустического свинга тридцатых и сороковых, так сказать, «по стопам знаменитого Django Reinhardt». И Коля, просто, им загорелся, так ему хотелось играть в этом стиле.

И он сразу начал работать над репертуаром, языком... и у него получилась этакая смесь старого свинга с элементами современных бибоповых гармоний. И также его тянуло к бразильской гитаре с влиянием Фламенко. Появилась потребность больше заниматься классической гитарой. Это в итоге всё и решило.

Петр Ржаницын ушёл из «Сибирского Диксиленда» и позвал Колю в свой «Сибирский Джазовый Проект». Приехал знаменитый трубач Валерий Колесников, присоединился пианист Игорь Гулый и барабанщик Володя Кирпичев. И на фестивале в Дрездене Коля играл в этом коллективе на гитаре и банджо.

https://www.youtube.com/watch?v=aFu-7iFUKn8

А потом у Коли появилось собственное трио «ЭлектроАкустик Бенд». В Новосибирске их заметили. Они выступали на радио, телевидении, играли много концертов и халтур.

Америка

В самолете «Москва-Нью-Йорк» новосибирцы летели с известным саксофонистом Игорем Бутманом. Они с ним крепко выпили и он дал Коле кучу телефонов басистов и барабанщиков в Нью-Йорке. Позднее, это ему здорово пригодилось, когда он почти год жил в Нью Йорке.

По прилёту их пригласил в Key West, штат Флорида, уже осевший в США Саша Назаров, известный джазовый продюсер и неплохой барабанщик. Они играли на большом курорте, у них было много работы, и их Gypsy Jazz оказался необычайно востребованным. Все хотели их слушать и даже подражать.

Натурализация

Среди поклонников российского коллектива и лично Коли оказалась известная местная писательница и журналистка Нэл Хюстед. Она обожала Gypsy Jazz и даже немного играла на саксофоне. А ещё она была хорошей знакомой всемирно известного гитариста Чета Аткинса (Chet Atkins). Они давно знали друг друга и она отправила ему Колино демо... И Чет сразу же позвал их на фестиваль в Нешвилл, штат Тенесси.

Там все и случилось! Президент Ассоциации Музыкантов США, тоже, кстати, гитарист, Гарольд Брэдли (Harold Bradley) и Чет Аткинс, естественно, с подачи красавицы Нэл, взяли, да и подписали напечатанные ею письма-рекомендации в Государственный Департамент США для Колиной натурализации. И всего лишь на этом основании его признали музыкантом с выдающимися способностями и прислали Грин Карту по почте! И больше с Гарольдом и Четом он никогда не встречался.

Собственно, всё! Коля стал американцем.

А рецепт этого прост - учи язык, как Коля, играй Gypsy Jazz на акустике, как Коля и дружи с кем надо именно в местном, а не только в русскоязычном сегменте народонаселения США, как Коля!

Чарльстон

И в итоге Коля в полном своём праве уехал не в Новосибирск, а в большой курортный город Чарльстон, штат Южная Каролина, на родину джаза. Там он создал трио из местных музыкантов и они играли, практически, по всему восточному побережью - концерты, корпоративы, фестивали. Удалось поиграть даже для Президента США, Короля Иордании и прочих не очень сведущих в музыке, но очень известных людей.

Параллельно Коля пошёл учиться в University of South Carolina in Columbia, семьдесят миль от Чарльстона. Восемь лет он туда мотался, учился и работал как бобик, занимаясь классической гитарой. У него была амбициозная идея - получить докторскую степень в Classical Guitar Performance.

Не срослось... И однажды он понял, что хочет играть импровизационную музыку с элементами Фламенко на джазовой основе. Он бросил учебу, начал делать сольный репертуар и играть на восьмиструнной гитаре. Сейчас, это уже десятиструнная «миди-гитара». Он играл много бразильской музыки и Новое Фламенко. Gypsy Jazz он тоже играл, но это отошло на второй план.

Также много лет Коля занимался преподавательской работой в Charleston Academy of Music на кафедре классической гитары. Но сейчас уже забросил, тяжело это, не по возрасту, и теперь у него только домашние ученики, аж четыре человека!

По их с дочерью жизни, денег им вполне хватает. Коля играет свою любимую музыку на своей любимой десятиструнке в холле большого респектабельного отеля, по очереди с тремя пианистами. Круглые сутки там звучит ненавязчивая прекрасная музыка. А потому что такой отель... Ставка для музыкантов сто долларов в час. Нормально...

А напротив отеля - ресторан, где Колю знают и частенько приглашают отыграть в нем халтурку - день рождения, корпоративчик. Да не вопрос! Там, конечно, можно и побольше заработать, причём, бывает, весьма значительно. Кабак есть кабак. Коля же новосибирский кабацкий музыкант и всеми нужными приёмами заработка в кабаках с юности владеет в совершенстве.

***

«Чтобы на хорошем уровне играть американский блюз и традиционный Джаз, нужно впитать его с младых ногтей и желательно родиться в США. А наша связь... она больше с французской культурой и музыкой (кстати родиной Gypsy Jazz), и позволяет более естественно играть «по европейски», чем «по американски». И особенно для нас непреодолим афроамериканский аспект! И здесь важно найти «свою» нишу и естественно в ней развиваться. Моей такой «нишей» стала импровизационная классическая гитара на основе бразильской/испанской музыки. Бразильская музыка имеет очень сильные европейские корни, в ней «меньше блюза», так как там не было такого сурового рабовладельческого периода как в США».

Гитарист Николай Свищёв

Вот так! Всё понятно?

«Гусляры» всё...

Что имеем не храним, потерявши плачем…

Представить себе музыкально-танцевальный Новосибирск 70-х без ВИА «Гусляры» невозможно! Атомный взрыв! Комета! Мелькнула, но не погасла. И до сих пор в городе помнят их самих, а их песни распевают поклонники, которых в то время, когда эти песни были написаны, ещё и в проектах-то не было...

И я... тогда совсем юный и всякий раз без билета ехал на троллейбусе на танцы в Сад Дзержинского, где «Гусляры» работали шесть дней в неделю кроме понедельника, об этом ещё даже и не думал! А думал я, как бы мне просочиться мимо контролёров, если они появятся. Бывало, ведь, и высаживали. И тогда пешочком...

Но ехал я не танцевать, мал ещё был, а просто слушать «Гусляров». И таких любителей музыки как я, у кого не было тридцати копеек на входной билет, на лавочках, а то и, просто, на траве, вокруг самой большой в городе танцевальной площадки-клетки на две тысячи человек, было полно. Никак не меньше, чем в самой клетке.

А с лавочек вокруг всё итак было прекрасно слышно и некоторые приходили даже с магнитофонами. Но сейчас я не понимал, куда делась в завершающей танцевальный вечер песне «Пойте, гусли», фраза:

... И шли бунты жестокие От песен «Гусляров»!

А её, эту фразу, оказывается музыкантам попросту запретили петь! Идеология-с... Какие-такие бунты шли от ваших песен, товарищи музыканты?!

И много ещё чего тогда с «Гуслярами» происходило, о чём никто, кроме них самих, не знал и даже не догадывался.

Расскажу...

***

1974 год - признанный апофеоз, «вышка» Советской Власти за всю её историю!

И когда в этом году официальные зарплаты «Гусляров» на танцплощадке в Сад Дзержинского составили тысяча восемьдесят рублей в месяц на каждого, всё и произошло. «Золотой» состав «Гусляров» почил в бозе.

Ничего особенного, они просто разошлись и разъехались каждый по своим личным делам, которые они посчитали важнее их музыки. Например, по решению распределительных комиссий учебных заведений, которые они в этот год позаканчивали. И спасти их было уже некому! И что там дальше и кто потом работал в Сад Дзержинского под брендом «Гусляры», их уже мало интересовало.

А таких было много...

Игорь Никулин - закончил музыкальную карьеру в кафе «Рябинка»; Геннадий Крайнов — до сих пор «ходит на шляпу» в метро «Площадь Маркса», Андрей Ефремов — застрял в кабаке Тикси; Анатолий Семёнов-младший; Андрей Бахман; Олег Курохтин; Андрей Зуев; Александр Зуинков; Ирина «Ирка» Епишева; Александр Куликов; Анатолий Сасса (гитара, вокал); Владимир Грейзбур (гитара, вокал); Валерий Сафаров (клавиши); Владимир Колесников (барабаны), «Леонардо» Плешаков (вокал) с Александром Овсянниковым и его роскошным белым Fender.

В общем, всем хватило славы тех, первых «Гусляров» в своём «золотом» составе.

Но сначала...

The Black Lines

Они называли себя «The Black Lines». Ещё со времён 5-й общаги НГУ - Новосибирского Государственного университета в Академгородке:

Михаил Майкл Мамин (клавиши, автор песен), Сергей Кривощеков (бас-гитара, аранжировки), Владимир Смирнов (гитара), Валерий Куц (ударные), Александр «Уилкинс» Кузнецов (гитара, вокал, автор песен).

Пять юных музыкантов и пять чёрных полос - музыкальная линейка на нотном стане.

И им всем это название, придуманное креативным Мишей Маминым, очень нравилось. Оно было красивое, брутальное и с глубоким смыслом. Но администрация Сад Дзержинского наотрез отказалась писать «Черные Полосы» на афишах, а тем более «The Black Lines», узрев в этом названии чуть ли не антисоветчину. И Администрация стояла на своём мёртво - переназывайтесь!

Так, опять же с подачи хорошо начитанного умника Миши Мамина, и появились «Гусляры» (типа, «Песняров»), что полностью устроило администрацию и вездесущий Комсомол. Но как это было о-отвратительно для некоторых из них! Потом правда привыкли. А Миша Мамин... да, он был настоящий поэт, мыслил рифмами и синонимами, что далеко не каждому дано.

Однако, нет худа без добра! До этого, ведь, они «жарили» исключительно Битлов, Роллингов, Кинкс, Дип Перпл и разные другие вещи в том же духе. Впрочем, как и все другие ВИА в Новосибирске. При этом тщательно всё копируя, до крайней ноты!

И катил их Сергей Кривощёков по музыкальной дорожке... А что, играли-то зашибись! Сергей в роли музыкального Карабаса-Барабаса ребят не сказать что шибко дрючил, но не терпел музыкальной фальши и так требовал - всё снимать до ноты, как звучит в оригинале! Мише Мамину это не очень нравилось, он был всегда в развитии, в движении, а тут статика, обычный повтор, но тоже «снимал», куда деваться.

В общем, отлично они копировали западные группы. Даже как-то по «Голосу Америки» удивлённо сообщили, имея ввиду именно их, что в далёкой Сибири появилась-таки русская группа очень прилично поющая на английском и неплохо оснащённая.

Рассказывают, что даже знаменитый Валерий Ярушин как-то привозил в Новосибирск свой челябинский «Ариэль» на гастроли, и приводил своих музыкантов в Сад Дзержинского, что бы те своими ушами послушали, как надо играть Дипов. То есть, чтобы Володю Смирнова послушали, играющего Ричи Блэкмора «в ноль». Похоже на правду!

И как это не удивительно, лишь благодаря жёстким идеологическим требованиям администрации и вездесущего Комсомола, в репертуаре «Гусляров» и стали появляться замечательные русскоязычные песни собственного сочинения, в короткий срок полюбившиеся всем. Именно эти песни теперь и отличают «Гусляров» от других ВИА, коих на танцплощадках Новосибирска всегда хватало.

Так появились: «Нина – мой рок-н-ролл», «АкадемРОКгородок», «Листопад», «Прощай, любовь моя», «Загадочный Восток», «На коралловом диком острове» и другие хиты, написанные Мишей Маминым и Сашей Кузнецовым как по отдельности, так и в соавторстве.

Но что же тогда произошло с «Гуслярами»?! Может деньги не поделили? Нет! Деньги они искренне любили, но шибко алчных в коллективе не было. К тому же зарплаты у них были огромные, да ещё капали официальные авторские. Это Миша Мамин постарался. Написал клавиры всех песен и заслал их в ВААП.

Может играть музыку надоело? О, Господи, конечно же нет, они ей жили.

Распад «Гусляров»

Так что же стало причиной распада сверхпопулярного коллектива, пожалуй, единственного в Сибири за все времена, имевшего роскошную собственную песенную базу и феноменальную слаженность игры участников, которую отмечали все?

Моя сугубо личная версия такова...

Перед «Гуслярами» тогда легла прямая и широкая дорога, которую они построили себе сами и по которой кроме них в Новосибирске никто так и не смог пройти… Ни до, ни после. И всё это - их собственные песни. Ещё чуть-чуть и они, без сомнения, стали бы одним из лучших и популярных ВИА Советского Союза!

Люди в очередь покупали в кассах билеты, танцевали, слушали и подпевали. Администрация потирала потные ручонки и мусолила-пересчитывала денежки. Итого, примерно, тысяча полновесных советских рубликов в день, половина из которых по договору выплачивалась музыкантам. Комсомол писал выспренные идеологические отчёты... но они свои ребята и всегда помогали. Погоны наблюдали за всем этим, но особо не вмешивались, лишь бы не было политики. А её и не было!

С тех пор как директор «Гусляров» Стёпа Пачиков в 1968-м году написал на заборе «Руки прочь от Чехословакии!», за что был отчислен из университета и уехал из Новосибирска в Тбилиси, «Гусляры» музицировали уже без него. А другого директора у них не было, всё делали сами.

Вот в этом, полагаю, одна из причин!

Степа... он был явно с задатками гениального импресарио (Сейчас он живёт в США, задатки реализовал в наукоёмком бизнесе, мультимиллионер). И вот не было такого импресарио рядом с «Гуслярами» летом 1974-го - «папы», который бы всё устроил, только играйте!

А была тогда сплошная девичья любовь, поэзия, музыка, рок-н-ролл, деньги, доверие властей и всеобщее обожание молодёжи Новосибирска! Денег у «Гусляров» было столько и, заметьте, без какого-либо кабацкого «парнаса», что захоти они купить себе по кооперативной квартире, машине и даче, легко бы это сделали.

Но они не хотели! Или не могли?! И вместо поступательного творческого движения по этой своей сияющей алмазами дороге, они разбежались по косым переулкам, натоптанным до них миллионами гораздо менее талантливых сограждан. И они, увы, в прямом смысле сдались без боя перед обстоятельствами - стали такими же совгражданами, разменяв прекрасных журавлей в небе на банальных синиц в руках. Это всё и погубило! И некому было их отговорить этого не делать и, просто, порешать за них все их мелкие проблемы! Ведь Стёпы рядом уже не было.

И практически одновременно...

Сергей Кривощеков - в своё время их всех музыкально объединивший, вдруг пошёл учиться в местную консерваторию и ему, просто, стало не до «Гусляров». И на фига ему, лучшему бас-гитаристу Новосибирска, тонкому аранжировщику и авторитетному музыкальному продюсеру это всё понадобилось?! Может, хотел стать великим классическим композитором и решил, что другого времени выучиться на него уже не будет? Кому он что доказывал?! Уже не спросить...

Великим композитором после «консы» Сергей не стал и вернулся в Сад Дзержинского! Но поздно... Всё изменилось. Другие люди. Другие условия. Так и пробавлялся он потом игрой на клавишах в чужих коллективах и преподавал бас-гитару в новосибирском музучилище. Пока в 1988-м году, ещё совсем молодым не лёг на «козьей тропе» ЦК - «центральном кладбище» города. Суицид… Злая ухмылка судьбы. До своего последнего дня он работал с известным в городе вокалистом Максимом Новиковым в ещё одном ЦК - «центральном кабаке» города, ресторане «Центральный». До кучи ещё рассказывают про неудачные попытки Сергея восстановить отношения со второй женой, длинноногой красавицей-фигуристкой Наташей, которая в прямом смысле была выше его на две головы.

Володя Смирнов - самый вежливый человек в мире, ко всем без исключения обращался на «Вы». Прекрасный универсальный гитарист, типа, Эрика Клэптона, с какого-то бодуна по окончании НЭТИ подался по распределению в обычные инженеры в закрытый «ящик» на 90 руб. зарплаты. Ну на фига?! Не мог отбояриться? Да ну! Не захотел. И некому было его остановить и поправить, Степы рядом не было! А сам ведь даже не дёрнулся и шёл туда, как на заклание. И в итоге, через некоторое время... Тяжелейшая депрессия, из дома не выходил, и тоже суицид.

Понять Сергея и Володю можно, но прощает только Бог. Трагические ошибки ими были совершены и вернуть уже ничего нельзя. Ка-та-стро-фа какая-то!

Валера Куц - пошёл служить в армию, а после, прибился к кабацким коллективам, да так и провёл в них много лет. Последняя точка - ЦК, приснопамятный «центральный кабак» Новосибирска, в смысле, ресторан «Центральный». Ну а куда ему было идти, если все уже ушли, кто куда? В роковом 1985 году он завязал с музыкой, устроился снабженцем на электроламповый завод и сейчас тихо живёт в Новосибирске, о музыке даже не вспоминая.

А талантливый от природы Саша Кузнецов - выпускник англоязычного сто тридцатого лицея в Академгородке, опорного лицея Академии наук СССР, поехал по распределению Новосибирского театрального училища работать в Вологодский молодёжный драмтеатр. Тоже на копейки. И тоже некому его было остановить. Такой вот маршрут у него выпал длиною в жизнь: Новосибирск - Вологда - Новгород - Украина – Тверь. И кто-нибудь сейчас знает его как артиста? А вот как поэта, композитора и мощнейшего гитариста, помнят все! Это ведь он тогда сочинил «Листопад» — визитную карточку «Гусляров». Да, все ему помогали, но потом, когда он её уже принёс на прослушивание всей группой.

Шепчет осень, шепчут листья, Жёлтый шёпот под ногами шелестит. Старый лес как в шубе лисьей Меж морщинистых дубов спокойно спит.

Солнце в липкой паутине, Грусть в уставших старых сгорбленных ветвях, Как и раньше, так и ныне Пыль струится в жёлтых солнечных лучах.

Эта осень - как и та, что тебя мне подарила… Вспомни, вспомни прошлый листопад! Он прошёл – и ты ушла, не забыть как ты любила Тех прекрасных дней нам не вернуть назад!

https://ok.ru/music/track/125352557318505

И только один неугомонный энтузиаст Миша Мамин продолжил верить в себя и «Гусляров». И уехав за родителями в Минск, набрал там новый состав с тем же названием и репертуаром.

Н-да! Сейчас, оглядываясь назад, понимаешь, что во всём этом был виноват наш тогдашний менталитет в подкорке! Сейчас бы, кто из музыкантов куда поехал, если не совсем дурак? Нет, конечно, уверен! От распределения откупились бы и играли бы себе, сочиняли бы свои замечательные песни до старости в статусе концертной группы. От добра добра не ищут! Но импресарио Стёпы, ещё в юности поднявшего руку на Систему, рядом с ними не было и Система победила всех их без боя!

Ведь то, чем занимались тогда «Гусляры» в советском обиходе нравилось, но не ценилось и в это дома не верили. Не было тогда ещё критериев оценки всего этого, кроме эмоций, типа, «Вау»! Не придумали ещё.

В том числе и сами «Гусляры» в себя, похоже, не верили, поэтому так глупо и спокойно разошлись. Музыкант на танцах – не профессия! Деньги – случайные! Поэт – Пушкин. Композитор – Пахмутова. А по распределению обязательно нужно ехать! Вот и поехали...

В ходу тогда были чисто советские ценности и стереотипы: институт; диплом; надёжная (не творческая!) профессия; стаж; партбилет; квартира от государства; сберкнижка; пенсия в сорок пять. И прочая такая шелуха… Я и сам этого всего в достатке тогда слышал от мамы и некоторое время даже ходил по этому пути, забросив любимую музыку, о чём до сих пор остро сожалею. Не ту жизнь прожил, вернее, не ту, которая мне нравилась! А когда родителей в 1991 году в очередной раз подчистую ограбил Сбербанк, я спросил их:

- А оно того стоило, мам?

И в ответ получил долгое молчание. Ну хоть так...

И каких-таких мудрых озарений относительно предначертанного им «пути» в СССР 1974 года кто-то ждал от гениальных по музыке и поэтике новосибирских пацанов в возрасте чуть за 20?! Они же не в лесу жили и у них тоже были родители… и мозги им парили за Советскую Власть, будь здоров! А потому что любили и хотели для детей, как лучше. Ну а как вышло, мы уже знаем.

Вот чего безумно жаль, что за редким исключением не сохранились оригинальные записи песен «Гусляров» того времени. Есть караоке, есть стихи, а вокала практически нет.

Когда-то по Новосибирскому радио журналист Сергей Астафьев, друг и одноклассник Саши Кузнецова, проигрывал «живые» записи «Гусляров» в весьма хорошем качестве. Но как их добыть?

Два диска «Гусляров» записанные в самиздате на рентгеновской плёнке, наклеенной на пластинки фирмы «Мелодия» и затем ими раздаренные, у кого они есть?

Хотя, ведь, Миша Мамин, спасибо ему, уже в наше время продолжил творчество группы, кое-что восстановил, кое-что записал заново:

https://dzen.ru/id/604139d18779ae7364dbb7a5

«Гусляры» всё?! Ну нет, конечно! Пока живы их песни, все они живы!

Михартни, Майкл, Миша

Рассказ о новосибирских «Гуслярах» был бы неполным, если ещё не рассказать отдельно об их гениальной творческой изюминке, стержне этого атомного реактора, которым и была группа.

Михаил Мамин. Как все и он сам себя называет - Майкл, Михартни, Миша.

Миша - это клавиши, вокал, авторство песен, аранжировка, генерация творческих идей и т.д. Он был одним из создателей «Гусляров».

Люда Злобинская

Вот он, Миша Мамин, собственной персоной, поёт свою замечательную песню «Июнь, год 1969-й» на стихи Люды Злобинской

https://www.youtube.com/watch?v=z65I8dR7DVw

Люда тогда была комсомольским лидером физфака НГУ, впоследствии серьёзным физиком, но и немного лириком, и Миша использовал ещё несколько её замечательных стихотворений в своём песенном творчестве:

«Нас уносят колеса» https://www.youtube.com/watch?v=h_LnjY7G3JU&t=1s

«Напротив меня» https://youtu.be/vm_Te6hnaLY?si=49QzH6ToZagTUpNd (вокал С.Кудрявцева)

***

Господь не жадничал, когда отсыпал стати маленькому Мише - папу-начальника, творческие таланты, брутальную мужскую внешность, адаптивность к любой ситуации, способность к сверхусилиям и другое.

Миша на «отлично» закончил музыкальную школу в Пензе, где безошибочно писал диктанты по сольфеджио, полифонические пьески, занял первое место на конкурсе пианистов и получил приз - «Сборник сонат Бетховена».

И в октябре 1965 года на физфаке НГУ - Новосибирского госуниверситета, возник гитарно-вокальный дуэт Yellow House Duo (Дуэт «желтого» дома, по цвету общаги) в составе:

Михаил Мамин (гитара, вокал), Александр Щадилов (гитара, вокал) - ныне профессор СПб госуниверситета.

.... и которым впервые спета сочинённая Мишей его первая песня на английском языке «I’ll tell you»

https://youtu.be/GG8aeD2mP3E?si=73-77M1fwV9xz2HX

А уже в декабре на танцевальных вечерах в холле пятого общежития НГУ играла группа «The Dawdles» (Бездельники) в составе:

Михаил Мамин (гитара, вокал), Александр Щадилов (гитара, вокал), Геннадий Храмов (бас-гитара), впоследствии замдиректора Института теплофизики СО АН СССР. Владимир Курбатов (ударные).

И с тех пор воронка музыкальных событий закрутилась вокруг Миши со страшной скоростью! А он и не скрывает… вечно он провоцирует окружающих на какую-нибудь бурную деятельность. И даже по прошествии полувека в его голове бродят гениальные идеи и присутствует неистребимое желание их реализации.

А тогда…

Группа «The Black Lines»

Декабрьским морозным утречком 1966-го года, на сто восьмом автобусе, Миша Мамин в валенках и варежках, в компании с таким же тепло одетым студентом-математиком Стёпой Пачиковым, отправились из Академгородка на Красный проспект Новосибирска, домой к тогда ещё студенту-строителю Сергею Кривощёкову.

Тот гостям был рад, не гнал и отогрел их чаем с малиновым вареньем. И вечером они слушали на танцах в ДК им. Попова джазовый состав, в котором Сергей участвовал как бас-гитарист и вокалист. Что сказать, великолепно тогда пел и играл Сергей!

А на следующий день они втроём собрались дома у родителей Миши в Кировском районе Новосибирска и до утра сидели за стареньким пианино. Соседи долбили им в стенку, а они, их не замечая, долбили по клавишам.

Наконец Степан решительно произнёс:

- Сразу после новогодних праздников сдаём сессию и начинаем репетиции в Универе. Я всё обеспечу!

29 декабря Сергей Кривощёков с Володей Смирновым – студентом НЭТИ, приехали в пятое общежитие НГУ на танцы, где выступали The Dawdles. Сергей сыграл на бас-гитаре и спел с Додлами «Blue Suede Shoes» Элвиса. Первая репетиция The Black Lines состоялась на следующий день 30 декабря.

Так и появился на свет легендарный новосибирский музыкальный коллектив «The Black Lines» в его начальном «золотом» составе:

Сергей Кривощёков - бас-гитара, вокал, аранжировка Валерий Куц - барабаны, вокал Михаил Майкл Мамин - клавиши, вокал, создание песен Александр «Уилкинз» Кузнецов - ритм-гитара, создание песен, Владимир Смирнов - соло-гитара.

И в их лице начался совершенно новый и достаточно длительный этап в музыкальной жизни ВИА Новосибирска - авторский. До этого, да и после этого, всё было исключительно исполнительским. Кто-то хуже, кто-то лучше, но все музыканты Новосибирска, за очень редкими исключениями тут же мгновенно перетекавшими в Москву (Алиса Мон, Вячеслав Быков и др.), исполняли не свои, а чужие музыкальные произведения.

Исключение, пожалуй, составляли только «Красные рыцари» - креатура Отдела Культуры Горисполкома Новосибирска, с которыми пытался сотрудничать известный новосибирский композитор Олег Иванов с его шедеврами «Горький мёд», «Глухаринная заря», «Олеся» и др. Но они... как бы сказать... были такие тяжёлые и неповоротливые... И в итоге, из-за своего надуманного величия они проеб_ли все свои потенциальные возможности и ушли работать в кабак - Клуб «Отдых». На том их самостоятельное песенное творчество и они сами закончились.

Однако, в 1968-м году, сразу же вслед за событиями в Чехословакии за участие в протестах Степан Пачиков, на тот момент результативный импресарио группы, вынужденно перевёлся из Новосибирского госуниверситета в Тбилисский. По крайней мере он сам так говорит. И уехал из города. И до сих пор трудится в США… мультимиллионером.

https://www.forbes.ru/forbeslife/425261-mechtatel-iz-sssr-kak-byvshiy-uchenyy-i-osnovatel-evernote-stepan-pachikov-pokoril

Убеждать и помогать людям Стёпа умел. Так он запросто зашёл к ректору НГУ и «выбил» у него деньги на аппарат для группы. Неслабый тогда аппарат был за неслабые деньги! Одна новенькая сверкающая немецкая ударная установка Trowa чего стоила.

Репертуар новоиспечённой The Black Lines состоял из песен c только что вышедших пластинок The Beatles «Sergeant Pepper’s Lonely Hearts Club Band», «Magical Mistery Tour», «Yellow Submarine».

Группа дала несколько концертов в Доме Учёных и клубе «Под Интегралом». На сцене ДК «Юность» новосибирского Академгородка группа успешно выступила в сезонах танцевальных вечеров. И «жарила» там так-а-ак, что даже «Голос Америки» сообщил слушателям, что впервые в Сибири появилась профессиональная рок-группа, исполняющая на хорошем английском языке западные хиты. Но они не были профессиональной группой, все её участники где-то ещё работали и учились, но, видимо, «Голос Америки» имел ввиду их музыкальный уровень.

Кроме песен на английском, а советская идеология этого требовала, в репертуар группы ввели песни на русском языке. Сергей Кривощёков, прекрасный аранжировщик и его многоголосые вокальные варианты советских песен не уступали битловским. Кроме того, этим был дан мощный импульс для собственного русскоязычного творчества и в репертуаре группы появились первые «хиты» собственного сочинения. А после выступления группы на новосибирском ТВ, сильные мира сего разрешили им регулярные выступления на танцах в Сад Дзержинского - самой больщой танцплощадке города, вмещающей две тысячи человек.

***

Есть привычка на Руси ночью слушать Би-Би-Си (Сева Новгородцев)

Музыкальной и нотной грамотой Миша владел прекрасно. Как и английским языком, мама педагог умела заставить учиться. Да и сам Миша языком занимался с удовольствием. Так запросто мог мгновенно перевести на русский песню Beatles с первого прослушивания, да ещё и в стихотворной форме. Это умение потом не раз их выручит. Худсоветы и различные идеологические комиссии млели... Песни-то у группы на русском, а говорили про них...

А у его деда Семёна был радиоприёмник СИ-235 - гордость отечественного радиопрома, и по нему Миша впервые услышал:

«This is the Voice of America. The following broadcast is in special english» и

«This is London, BBC World Service».

Эти две радиостанции вещали антисоветскую пропаганду и музыку. По расписанию. Но ещё одна крутила американские и британские эстрадные хиты всю ночь напролёт:

«This is Radio Lucksemburg, London, West One»

Билл Хэйли, Элвис Пресли, Петула Кларк, Клифф Ричард и группы с простенькими песенками «добитловского» периода. Но как всё это отличалось от того, что Миша слышал на нашем радио и смотрел на нашем, только начавшемся ТВ.

Битлов в радиоэфире ещё не было. А когда они появились, музыкальный мир юного Миши Мамина одномоментно обрушился и воздвигся вновь. Его привлекали не столько битловские рок-н-роллы с совершенно новым свежим звучанием, сколько их рок-баллады и просто песни в стиле блюз:

Love me do https://www.youtube.com/watch?v=0JWl_wUOQc4&t=1s Ticket to ride https://www.youtube.com/watch?v=SyNt5zm3U_M c её грустью неразделённой любви Восторженные She loves you https://www.youtube.com/watch?v=x7prHYwxWPY&t=2s Please, please me https://www.youtube.com/watch?v=q3NTVkHwD5I Yes, it is https://www.youtube.com/watch?v=xxVtYSFaUx0 с её неуловимым глубинным трагизмом.

И творчество Битлз навсегда овладело сознанием и подсознанием Миши. Впрочем не у одного него.

И уже в НГУ на репетицию его самой первой самодеятельной группы The Dawdles (Бездельники - ироничное созвучие к Битлс) приходит девятиклассник одной из школ Академгородка с углублённым изучением английского языка Александр Кузнецов. Он поёт под аккомпанемент акустической гитары что-то из Битлз на хорошем английском и немедленно зачисляется Мишей в состав группы.

И сейчас ещё у Миши хранятся написанные плакатным пером и тушью две старых афишы:

«Танцы. Холл 5-го общежития. Начало в 21-00. Играет группа The Dawdles»

Репертуар на танцах состоит в основном из Битлз. Особенно пользуется спросом

Dizzy Miss Lizzie https://www.youtube.com/watch?v=OFzjoWzq2AQ,

Money https://www.youtube.com/watch?v=_awAH-JJx1k,

Can’t buy me love https://www.youtube.com/watch?v=AIDMqq_fH8U.

И уже с Сашей Кузнецовым они поют хиты Роллинг Стоунз:

I can’t get no satisfaction https://www.youtube.com/watch?v=NEjkftp7J7I,

The Spider and the Fly https://www.youtube.com/watch?v=UhRjvYO-WsI

и исполняют инструментальные рок-н-роллы.

«Танцы. Холл 5-го общежития. Начало в 21-00. В последний раз играет группа The Dawdles».

The Black Lines

В мае 1967 года новоиспечённая группа The Black Lines уже давала концерты в Академгородке и играла в танцевальной клетке ДК «Юность». А на автобусной остановке, что рядом с ДК, пассажиры просили водителей задержаться с отправлением, чтобы дослушать очередной хит.

Есть множество фото... Студент Миша Мамин с певицей Радмилой Караклаич, с бардами Александром Галичем, Владимиром Высоцким, Юрием Визбором, Юрием Кукиным, Евгением Клячкиным, Анатолием Ивановым. В общем, все свои!

«Гусляры»

И у них опять новое название - «Гусляры». Под давлением осторожной и мнительной администрации Сад Дзержинского им пришлось переименовываться из «Чёрных линий».

У группы появилась фирменная аппаратура, которой ни у кого в Новосибирске ещё не было: голосовой Regent-60; у Володи Смирнова шведская гитара и итальянская педаль эффектов; у Саши Кузнецова, хоть и простенькая, но настоящая американская гитара Silvertone; Сергей Кривощёков купил белый бас Hofner; Валерий Куц – британский Premier, а Майкл Мамин приобрёл у «Добрых Молодцев» орган Vox Jaguar, но затем поменял его на двухмануальный Weltmeister с педальным басом.

Группа выступила на Новосибирском ТВ в белых костюмах, о которых потом ходили легенды, что они от Пьера Кардена, хотя были пошиты в швейном ателье, где у Валеры Куца знакомые девочки-швеи.

В 1969–1970 годах группа записала свой первый самиздатовский диск с большим количеством собственных песен: «Листопад», «Снегири», «Люся», «До утра», «Прощай, любовь моя», «Ты не забыла» и др. Они наклеили рентгеновскую плёнку на диски фирмы «Мелодия» и раздарили их. Так родилась легенда о двух дисках «Гусляров», якобы, записанных на «Мелодии».

А потому, что в мае-октябре 1971 года таким же образом «Гусляры» записали второй диск и даже с этими дисками сфотографировались. На них их новые песни: «Рита»; «Емелины лапти»; арии из незаконченной рок-оперы Саннона и Михартни, как все шутейно называют Сашу Кузнецова и Мишу Мамина - «Райская жизнь в Аду»; «И ночь всё черней и черней»; «Где же нынче обогреться мне?»; «Вечер догоняет день» и другие.

В апреле 1972 года после некоторого перерыва в общении членов группы родились: «Один во мгле» и «Лишь вчера» с большой и непростой для исполнения музыкальной цитатой из «Лестницы в небо» Led Zeppelin и др.

И летом 1974 года «Гусляры» в последний раз собирались «золотым» составом на репетицию и окончательно прекратили своё существование. А жаль!

Ему даже снилось...

Кладбище. Могилки. И на одном памятнике надпись: «Мамин Михаил Михайлович, 1947-1974». Так оно и вышло, в 1974 закончилась его настоящая жизнь и началась маята. Только он об этом ещё не знал.

Минск

И неуёмный Майкл Мамин начал действовать в Минске...

Там он собрал новый состав «Гусляров». В общем двигался только вперёд, не оглядываясь на прошлое. Кстати, двигался довольно успешно. Концерты, пластинки, театр, фестивали, радио, ТВ и так далее

https://dzen.ru/video/watch/62f7dbac1df6b9749fd23709?share_to=link

И вдруг...

Взорвалась Чернобыльская АЭС и в несчастной Белоруссии вся музыка на этом закончилась! И Майкл с семьёй едва-едва успел уехать оттуда в Крым, а Алушту, где и пребывает по сию пору. Хотя и там сейчас несладко...

Но это уже другая история...

Из-за музыки!

ДК «Строитель»

Во время оно, рядом с новосибирским рестораном «Русь» стоял дом культуры «Строитель», а в нём работал руководителем эстрадного кружка относительно юный ещё гитарист Сергей Пермяков. Место было хоть и не очень башлёвое, но хорошо натоптанное и позволявшее быть в орбите музыкальной тусовки города, а иногда и неплохо заработать.

https://rutube.ru/video/62c464678463d033f2699afdf01c64c4/

Так, Сергея иногда звали для записи гитарных партий в очень приличную, а может быть и вообще единственную тогда частную профессиональную студию в городе - «СерПос». Её оборудовал в собственной квартире на первом этаже сталинки на площади Станиславского известный саксофонист-самоучка Сергей Поспелов, апологет классического джаза и обладатель шикарного саксофонного звука, от которого млели все - и женщины и мужчины.

https://www.youtube.com/watch?v=qa7_GUP0uo4

В студии стоял болгарский студийный магнитофон СТМ, размером с русскую печь, и ещё множество чего музыкального, например, синтезатор KORG со встроенным секвенсером и возможностью многоканальной записи инструментов. Аранжировщиком там трудился молодой и способный Лёва Кабанов. Народу в студии всегда толкалось много, как в клубе.

Естественно, серьёзные новосибирские музыканты вставали туда в очередь за аранжировками и качественными записями - Валерий Сафаров, Юрий Зуенок, группа «Баден-Баден», Игорь Малинин, Ирина Евсеенко - будущая Ирина Нельсон, солистка московской группы «Рефлекс», и многие другие.

Однажды, в студии со своими песнями появилась молодая застенчивая девушка из Коченёво - Ольга Яковлева. Лёва сделал несколько аранжировок её песен, а Сергей Пермяков записал к ним гитарные партии. И вскоре Ольга уехала в Японию по трёхмесячной программе. Там она стала очень известной японской певицей с именем Origa и выпустила множество пластинок, но какая жалость, умерла в сорок четыре года от онкологии.

Ресторан «Дружба»

Это был престижный интуристовский кабак, где все официантки состояли в отношениях с КГБ СССР и гуляла весьма солидная публика.

В «Дружбу» Сергей Пермяков попал, как часто бывает, совершенно случайно. До него там работал офигенный гитарист и вокалист Андрей Мякиш. Гитарная хватка у него была природной, а ещё лучше он пел. Пел он всё, хоть джаз, хоть «Журавлей». И никто бы никогда не поменял его на непоющего Сергея. Но случилась такая история.

Тогда в Новосибирске жил один уголовник с погонялом Сластник. У него случился небольшой перерыв между отсидками и он повадился ходить в «Дружбу». И там он самоутверждался - почём зря гнобил лабухов. Чем уж ему лабухи не потрафили, неведомо, но делал он это ежедневно - орал на них, материл...

Андрей Мякиш (уже покойный, к сожалению) был весёлым здоровяком, бывшим боксёром, воспитанным в лучших дворовых традициях. И однажды Сластник так достал Мякиша, что тот не выдержал и жёстко отпиз_ил его прямо перед сценой, нанеся значительный физический и урон авторитету.

Всем было понятно, что матёрый урка этого так не оставит, и чтобы не подставлять коллег и не подставляться самому, Андрей тут же уволился, а в «Дружбе» образовалась вакансия гитариста. Может быть, если бы у музыкантов было время, они нашли бы кого и получше, чем Сергей Пермяков, но решать вопрос надо было очень быстро! Практически, мгновенно. Почему? Поясню...

Недавно, клавишник Александр Хайдуров - ресторанный волчара того времени, вспоминал случай, что когда у них на работу не вышел гитарист Юрий «Арон» Булгаков, выяснилось, что без него они могли сыграть ровно пять песен! Что они и делали! Гоняли весь вечер эти пять песен по кругу, делая при этом «левые» объявы и объясняя скудность репертуара тем, что играли они эти пять песен, якобы, «на заказ».

Пять песен, это ещё неплохо! Могло запросто не остаться ни одной! Ведь, кабацкий коллектив, это не симфонический оркестр, где пять контрабасов, и отсутствие одного контрабасиста не фатально. В кабаке же отсутствие даже одного лабуха могло лишить работоспособности весь коллектив! В общем, гитарист в «Дружбу» был нужен срочно! И тогда их выбор пал на Сергея Пермякова, знакомого им по тусовке в студии «СерПос».

Так Сергей оказался в «Дружбе» и мгновенно влился в коллектив.

«Вот оно, счастье! Стоять с гитарой на этой сцене, играть то, что нравится (тогда это было ещё возможно), в сильной группе, и получать за это хорошие деньги от благодарных посетителей! Что ещё надо?!» - думал Сергей.

В «Дружбу» ходил один немец, высокий, белокурый красавец в белом костюме. Местные барышни падали в обморок от его буржуазного вида. Однажды он позвал Сергея за свой столик, угостил шампанским и подарил катушку со свежими песнями из немецких хит-парадов. Но за кулисами к Сергею подбежала официантка и прошипела:

- Ты что, охренел?! Нельзя общаться с иностранцами! Тебя что, в КГБ не инструктировали?!

Сергей удивлённо помотал головой:

- Не инструктировали.

Теперь уже удивилась официантка. Такого упущения со стороны КГБ она не ожидала.

Когда Сергей после своего первого рабочего вечера в «Дружбе» принёс домой сто тридцать рублей, свою долю «парнаса», его отец, инженер с двадцатилетним стажем и окладом в сто пятьдесят рублей в месяц, был сильно озадачен, если не сказать большего.

Конечно, все лабухи Новосибирска мечтали попасть на работу в «Дружбу». Но Сергей, через какое-то время… уволился оттуда по собственному искреннему желанию. Когда он пришёл с заявлением к директрисе, знойной даме с необъятным бюстом, она была очень удивлена и, естественно, спросила Сергея о причине его увольнения без принуждения из такого «хлебного» места?

- Из-за музыки! - ответил Сергей.

- Из-за какой ещё нах музыки, когда такие бабки? – не поверила ему директриса.

Но это было сущей правдой.

Ресторан «Русь»

Просто, Сергея пригласили и он увидел, с каким энтузиазмом и как скрупулезно делали свою работу музыканты в ресторане «Русь». В «Дружбе» такого и близко не было, все просто зарабатывали деньги. В итоге желание заниматься музыкой победило жадность, Сергей перешёл в «Русь» и с упоением принялся репетировать в коллективе, с руководителем и вокалистом которого Олегом Колезневым они играли ещё в «Праздничном зале», откуда их уволили по суду (глава «Будем жить!», сюжет «Путч в Праздничном зале»).

Всю инструментальную часть тащил на себе бас-гитарист, обладатель красного диплома новосибирского музучилища Павел Прозорович. Благодаря его педантичному подходу, терпению и работоспособности, коллективу в короткие сроки удалось сделать достойный репертуар, в котором вокал талантливой певицы Светланы Чеберяк звучал весьма убедительно.

На клавишах играл Сергей Муратов, который устроил им всем праздник, длиной в десять лет. Уникум! Всегда с добродушной улыбкой на лице. За всё время совместной работы он умудрился не поссориться ни с кем, даже по мелочи… чего не скажешь об остальных.

Играл Серёга на клавишах как Бог! Музыка для него была открытой книгой и он мог сыграть всё. Впоследствии, он десять лет отработал в составе популярной московской группы «Премьер-Министр», до самого конца её существования.

Музыканты в «Руси» постоянно репетировали – отдельно вокальные, отдельно инструментальные репетиции. Энтузиазм зашкаливал. Они были молодыми и голодными до музыки. Кабак вечерами гудел, народу набивалось битком, и желающих заказать песню тоже было много. В общем, «парнас» выходил неплохой.

Репетиции проходили в музыкантской комнате. Когда начинали репетировать, дверь открывалась и в щель просовывалась голова странного существа, неопределённого пола и возраста. Существо интересовалось:

- А Сфета прифла?

На него сердито цыкали:

- Нету Светы!

Существо тут же пропадало. В последствии, к великому их изумлению оно стало известным певцом с именем ШурА. В ресторане у него работала поваром бабушка, поэтому он торчал там постоянно, а Света Чеберяк ему очень нравилась.

И больше Сергей Пермяков коллектив не менял. Приходили его послушать и позвать в свой ансамбль «Ретро» Александр Жагоров и Сан Саныч Султанов. Но он им сразу сказал, что никуда из своего коллектива не уйдёт, несмотря на всё его к ним уважение. К тому времени музыканты «Руси» уже стали семьёй, хотя и драчливой.

«Русь» тогда была весьма передовым рестораном. Там, например, был подиум, на котором выступали танцовщицы варьете. Позже, когда грянула Перестройка и в СССР появился секс, в «Руси» первым появился стриптиз. И не просто стриптиз, а стриптизище! Танцовщицы полностью оголялись и принимали соблазнительные позы!

Когда это шоу только появилось, дежурные милиционеры занимали позиции рядом с подиумом, а в микрофон делалось объявление, такое же, как в Цирке во время выступления диких зверей:

«Вставать со своих мест во время выступления запрещено!»

Но месяца через полтора все привыкли, и никто уже на стриптиз не обращал особого внимания. Милиционеры расслабились и подобные объявления делать перестали.

Всё было хорошо! И музыкантам приятно было сознавать, что можно днём потратить все деньги, точно зная, что после работы вечером придёшь домой с полными карманами мятых купюр различного достоинства – своей долей «парнаса».

Но вдруг...

Всё стало плохо. Начался бандитский беспредел. Появились ОПГ. Они развлекались тем, что приходили в ресторан, какое-то время сидели тихо, а потом «выносили» весь кабак. Милиция была бессильна, но иногда приезжал ОМОН.

Ходить в «Русь» стало опасно. Был случай, когда уже в семь вечера около «Руси» стояли несколько «Скорых» и оттуда на носилках выносили окровавленные тела. А ресторан даже ещё не начинал работать! А однажды, около входа довольно долгое время лежал чей-то труп.

В стране резко ухудшилась экономическая ситуация, денег у народа не стало и всех посетителей сдуло в одно мгновение.

Ресторан «Русь» умер.

Ресторан «Сибирь»

В «Сибири» были идеальные условия для работы музыкального коллектива. Высокая сцена, хорошая аппаратура, большая комната, в которой можно было жить. Начальство музыкантами не интересовалось, и в итоге, они обнаглели настолько, что сами стали решать, когда им играть, а когда нет. Иногда какая-нибудь официантка робко заглядывала к ним в комнату и говорила:

- Там люди музыку спрашивают…

И тогда они лениво вылезали на сцену и исполняли несколько песен. Но это случалось редко, поскольку народ в ресторан ходил специфический - постояльцы гостиницы, пришедшие поужинать, или иностранцы, у которых к лабухам было только одно пожелание:

- Чтобы не громко, а лучше, абсолютно тихо.

Никакой кабацкой гульбы в «Сибири» не было и в помине, а значит, не было и «парнаса». Поэтому, жить музыкантам приходилось на одну зарплату, которая, в общем, была неплохой. То есть, понтов было много, а денег мало…

В «Сибири» случались интересные и забавные истории…

Однажды, в совершенно пустом зале появились трое известных людей - Лев Лещенко, Алексей Глызин и Татьяна Овсиенко. Они ездили по стране в составе «агитбригады» предвыборной компании Бориса Ельцина «Голосуй или проиграешь», остановились в «Сибири» и зашли поужинать. Местные лабухи им понравились и они позвали их к себе за стол. Обычное дело.

И они весело провели вечер и ночь. Выпивали, конечно. Лёва, сидя за столом, рассказывал анекдоты в радиомикрофон. Татьяна танцевала. Алексея попросили спеть. Он не стал ломаться, вышел на сцену и спел «Эпизод», держа в одной руке микрофон, а в другой горсть семечек, которые грыз перед этим

https://yandex.ru/video/preview/17633279601146902702 Аккомпанировал ему Сергей Муратов.

Подтянулись музыканты из групп Глызина и Овсиенко. Овсиенковские спели «Soldier Of Fortune». Глызинские стали что-то играть, но их гитарист Олег Белов порвал струну на гитаре Пермякова, однако, честно поднялся в номер и принёс ему новую струну. На предложение спеть Татьяне Овсиенко, она отказалась:

- Все же знают, что я петь не умею.

В общем, сейшн удался!

Уже под утро, им захотелось оставить память об этой встрече. Телефонов с фотокамерами тогда не было, поэтому решено было действовать традиционно - взять автографы. Встал вопрос, а на чём расписаться знаменитым гостям? Их пластинок у музыкантов не было. Был вариант – «Талмуд вокалистки» (толстая папка с текстами песен), но придумали другой.

Лев Лещенко подарил им большую бутылку водки «Абсолют», которая быстро закончилась, но тара осталась. И гости расписались фломастером на матовой поверхности бутылки. Так на бутылке появились три первых подписи - Лещенко, Глызин, Овсиенко. В конце работы в «Сибири» через восемь лет, эта бутылка была вся исписана автографами знаменитостей.

А ещё музыканты из группы «Ура!» Алексея Глызина по секрету рассказали, что сейчас репетируют с классным вокалистом, которого тогда ещё никто не знал – Валерой Меладзе. Так всей группой они и ушли к нему, и по крайней мере двое - гитарист Олег Белов и басист Слава Воронов работают с ним по сей день.

А встреча с творчеством Меладзе произошла так. Один известный в городе бандит принёс им кассету с его записями и попросил выучить пять песен. Надо отметить, что песни он выбрал, действительно, самые лучшие. Поэтому, когда Валерий Меладзе был уже известным артистом, его музыканты ужинали в «Сибири» под песни из их же репертуара. И они сказали:

- По всей стране сейчас играют эти песни, но так точно, и так близко к оригиналу, как вы, не играет никто!

А Сергею Пермякову это было вдвойне приятно слышать, поскольку все аранжировки этих песен делал он.

Подписная бутылка быстро темнела от фломастера. Все подписанты, видя автографы знаменитых людей, без проблем соглашались расписаться - Кристина Орбакайте, Наташа Королёва, Александр Розенбаум, Михаил Шуфутинский, пародист Александр Песков, Михаил Едокимов, писатель-сатирик Анатолий Трушкин, пианист-виртуоз Левон Оганезов, группа «Дюна», Вилли Токарев, Любовь Успенская, Татьяна Буланова и многие другие.

Как-то они сидели в музыкантской комнате и слегка поддатый басист Паша Прозорович сказал:

- В зале ужинает Алёна Свиридова, сейчас я её приведу!

На все уговоры не делать этого, он не поддался, ушёл и скоро вернулся, почти волоча за собой перепуганную певицу. Испуг Алёны был понятен - какой-то поддатый чувак вытащил её из-за стола и поволок вглубь гигантского здания гостиницы. Когда всё выяснилось и она поняла, что это не маньяки, а безвредные мирные лабухи, она отнеслась к ситуации с юмором, успокоилась, для приличия посидела с ними минут пятнадцать, и Паша отвёл её обратно в зал.

Однажды один новосибирский авторитетный бизнесмен, вернувшись из США, привез оттуда звезду эмигрантского шансона Михаила Гулько – легенду жанра. Под это дело в «Сибири» был организован грандиозный банкет. Контингент был соответствующий. Перед своим выступлением Гулько сидел в музыкантской комнате, рассказывал всякую всячину и желал музыкантам каждый день зарабатывать по сто (!) долларов.

Зал быстро заполнялся авторитетными людьми, которые по этому случаю приехали из разных сибирских регионов. Ночь обещала быть насыщенной… Но в самом начале, в зале произошла кровавая поножовщина двух гостей банкета и кто-то из персонала вызвал милицию и «Скорую». Видимо, встреча с правоохранителями не входила в планы гостей, и буквально за пять минут зал опустел. Банкет закончился, не успев начаться. Гулько был в шоке.

И так музыканты провели восемь лет. Всё было довольно сносно, но вдруг, в стране что-то окончательно сломалось и денег перестало хватать даже на жизнь. Иногда Сергею Пермякову даже приходилось ночью таксовать, чтобы привезти домой продуктов из ночного магазина. Поэтому, когда поступило предложение прослушаться в ресторан «Хмельная застава», никто из них особо не сопротивлялся.

Мальчик – Девочка - Магнитофон

У них был стандартный по тем временам инструментальный набор: клавиши, гитара, бас и ритм-машинка. Ещё когда Сергей Пермяков работал в ресторане «Дружба», живые барабанщики вымерли как класс. Их всех заменили ритм-машинки, которые играли ровно, не опаздывали на работу и не бухали.

Впоследствии, эта деградация распространилась и на все остальные инструменты, и естественным (или противоестественным) путём пришла к формату «Мальчик – Девочка - Магнитофон». Деградировали и потребители музыкального продукта, причём настолько, что заказывая песню, иногда говорили не «Сыграйте песню», а «Включите песню». Разница между живым исполнением и магнитофоном большинством посетителей ресторанов уже не воспринималась в принципе.

И почему–то именно бывшие живые барабанщики после окончания карьеры стали отличными вокалистами - Евгений Аникин, Александр Кондранин, Александр Бусыгин, Алексей Котляров. И их вокалист Олег Колезнев, тоже был в прошлом барабанщик.

Поэтому формат их работы изменился. Басист Паша Прозорович стал просто включать минусовки, а Сергей Пермяков сверху играл оживляж на гитаре в стиле свободной импровизации, благо опыт и уровень владения гитарой позволяли ему это делать не напрягаясь. То есть, они превратились в формат «Мальчик - Девочка - Магнитофон», плюс диджей Паша, плюс Сергей на гитаре. И в таком уцененном составе они протянули ещё пятнадцать лет, до самого конца группы.

Ресторан «Хмельная застава»

В то тяжелое для лабухов время, ресторан «Хмельная застава», сокращённо ХЗ, носил славу единственного в городе места, где сохранилось понятие «парнас». Во всех остальных местах оно исчезло полностью, да и народа в кабаках стало значительно меньше.

Прослушивание они прошли успешно. Директриса была приятно удивлена и призналась, что не надеялась уже найти хороший ансамбль, но вот нашла!

В первый рабочий день, в восемь часов вечера, зал был пуст и они подумали, что слухи о процветании ХЗ сильно преувеличены. И вдруг, они услышали, как администратор ответил кому-то по телефону:

- А мест нет! Всё заказано!

Они не поверили своим ушам, но действительно! Часа через полтора весь зал был полон, а в конце вечера официантки экспромтом накрывали тумбочки с посудой, превращая их в столики со стоячими местами! И это было чудом! Народ в ХЗ ехал даже из других городов, типа, Кемерово и Новокузнецк.

И ехал сюда народ за специфической атмосферой кабака застойного времени, где не было современной чопорности, а был пьяный разгул, где можно было уснуть мордой в салате, и где звучали песни семидесятых годов. Официантки старательно поддерживали этот имидж - могли принести дешёвую водку вместо дорогой, или дважды рассчитать пьяного клиента. Но никто на это не обижался! Все знали, куда ехали…

После первой песни музыканты сделали небольшую паузу. Но не прошло и полминуты, как к ним в панике подбежала администратор:

- Что случилось?! Почему музыки нет!?

Оказалось, формат музыкального сопровождения в ХЗ был такой – сорок минут живая музыка нон-стоп и двадцать минут диджей. И так с восьми вечера до трёх ночи. И очень, очень громко! Колонки мощностью в два с половиной киловатта висели над головой, от низких частот шевелились брюки и останавливалось сердце...

И так продолжалось десять лет...

Кстати, в ХЗ им пришлось столкнуться с «поющим мэром» Виктором Александровичем Толоконским. Был какой-то банкет и вдруг на него приехал Толоконский. И прямо к сцене, откуда сообщил:

- Команда молодости нашей!

Повернулся к залу и дал отмашку - поехали! А кому махать-то? Магнитофону? И петь Толоконскому пришлось под одну гитару Сергея. Хорошо, тому сразу удалось поймать тональность - до-минор! А он, похоже, даже не заметил, что аккомпанемент оказался бедноват, поскольку претензий к музыкантам не последовало. Толоконский уехал, а лабухи вытерли пот и облегченно вздохнули, пронесло... А так ведь и с работы можно было вылететь.

Тюремная гастроль

С приходом Горбачёва стали возможны всякие ранее недопустимые вещи.

Однажды, в их кабаке появился один предприимчивый «импресарио» и предложил им выступить в ИТК, то есть в зонах! Деньги он предложил хорошие и они согласились.

Ансамбль нужен был для аккомпанемента певице Рите Олиной, стройной блондинке в очень коротком платье с накаченными спортивными ляжками. Но «вишенкой на торте» было варьете из ресторана «Садко» в полном составе - пятеро полуголых девиц! Почему для того, что бы подыгрывать этим танцоркам, понадобился коллектив со стороны, а не штатные музыканты «Садко»? Возможно, те были поумнее и просто отказались...

Но тогда... Деньги были хорошие, энергии много, а мозгов мало!

Зон поблизости было четыре, одна прямо в городе, на Западном посёлке. Три концерта прошло гладко. В одной из зон к ним подошёл заключённый и сказал:

- Здравствуйте, коллеги! Я Коля Марухленко.

Его знали и его историю тоже. Коля был басист, такой же ресторанный лабух, как и они. Однажды, он поехал на барахолку, чтобы продать женские сапоги, которые не подошли по размеру его жене. Там попал под какой-то рейд по борьбе со спекуляцией и в итоге отхватил два года.

И в то время, когда вся страна уже торговала всем чем можно и спекуляция вообще стала законной, Коля за неё сидел. И таких примеров было... В кинотеатре «Космос» уже шла «Греческая смоковница», а в зонах ещё сидели люди, получившие срок за видеокассету с этим фильмом.

***

Однако, четвёртая их тюремная гастроль прошла не так гладко, как предыдущие...

Они болтались около ПАЗика, в котором была аппаратура, в ожидании сопровождающего. Вдруг, к ним подошёл какой-то гражданин специфической наружности и сказал:

- Корочь так! Я знаю, вы музыканты, и вас сейчас завезут внутрь. Я курьер с «полосатого» режима и мне нужно туда! Поэтому вы сейчас скажете, что я тоже музыкант и я с вами поеду!

Музыканты, хоть и слегка струхнули, но проявили твёрдость и дружно объяснили гражданину, что это совершенно невозможно по не зависящим от них причинам! Урка пропал..

Потом появился сопровождающий с красивой и умной овчаркой! Собака не торопясь прошлась по автобусу, обнюхала каждого... погода была дождливая, поэтому на кофрах с инструментами на память остались засохшие узоры из собачьх лап.

Их поразила скорость распространения информации у зэков! Они знали всё - всех девок поимённо, кто, откуда, вплоть до домашнего адреса! И зеки этой осведомленностью козыряли. Звучало это двусмысленно... «Большой брат» мог бы поучиться у них разведке.

Сначала концерт проходил нормально... но что-то пошло не так. То ли начальство потеряло бдительность... В общем, зеки толпой рванули на сцену и окружили танцорок. Девчонки в страхе прижались попками к стене...

Зеки стояли в полуметре от них, их трясло, но трогать девок они так и не решились. Надо сказать, что в то время даже для обычного человека вид полуголых девок ещё был непривычен. Поэтому, можно представить, каким сильнодействующим зрелищем это было для сидельцев! Со стороны артистов это было форменным издевательством! Провокацией! И это могло закончиться очень плачевно!

Но, к счастью, всё обошлось. Набежала охрана, зеков согнали со сцены в зал, а концерт прекратили. Видимо, после этого случая, такие мероприятия запретили. А тот «импресарио» пропал так же неожиданно, как и появился.

Гриль-бар «Шатун»

А потом из их состава «Мальчик – Девочка - Магнитофон» исчезла девочка. Певица Света Чеберяк уехала в Израиль. Сейчас она счастливая мама прекрасного малыша весом восемьдесят килограммов. А в ХЗ из-за худобы её подозревали в употреблении наркотиков.

Оставшись без певицы, остатки коллектива перешли на работу в гриль-бар «Шатун», в котором проработали ещё семь лет с другими певицами, которые часто менялись.

А потом этот бар «Шатун» просто взял и сгорел, вместе с гитарой Сергея, которая служила ему верой и правдой тридцать пять лет. И это был знак! Эта его работа лабухом уже сильно достала, но уйти самому всё не хватало духа. Поэтому он даже не очень расстроился из-за пожара, несмотря на потерю гитары.

Но он «Шатун» не поджигал, точно!

Поющий мэр

Ансамбль «Ретро»

Виктор Александрович Толоконский очень любил петь. Мог петь на сцене и час, и два, и три. Но он, по его словам, не выступал в концертах, а всегда «сопровождал танцы». Под это его увлечение, ещё в те времена, когда Толоконский был молодым мэром Новосибирска, и был создан ансамбль «Ретро» под управлением авторитетнейшего в городе импресарио и музыканта Александра Жагорова.

Ансамбль «Ретро» каждое воскресенье в теплое время года играл на танцах для пожилых людей в Первомайском сквере Новосибирска, и молодой мэр ко всеобщей радости танцующих пенсионеров частенько присоединялся к музыкантам в качестве солиста-вокалиста. Он пел, а все присутствующие ему дружно подпевали и пританцовывали.

https://vk.com/video-2612421_456241047

Став губернатором Новосибирской области Виктор Александрович не забыл эту традицию и частенько поднимался на крыльцо Краеведческого музея, служившего импровизированной сценой для музыкантов ансамбля, и тоже «сопровождал танцы». Не оставил он эту свою замечательную привычку и став Полномочным представителем Президента России по Сибирскому округу.

А потому что в Новосибирске все его искренне любили и всегда ждали, чтобы вместе попеть. В отличии от Красноярска, где он, будучи губернатором, спел пару раз, а потом сказал:

- Больше не буду петь в Красноярском крае, я разочарован, мои выступления здесь смотрят скучно, а танцуют подсадные.

И он был прав! Где тот Красноярск против Новосибирска по музыке и искренности изъявления чувств населением...

В ансамбле «Ретро» всегда работали очень сильные музыканты, о чём Виктор Александрович всегда объявлял в микрофон:

- Для Вас играют лучшие музыканты Новосибирска!

Руководитель ансамбля Александр Жагоров - музыкальный монстр, глыба, характер имел непростой, вспыльчивый и, как говорили злые языки, взбалмошный. Балагур, но узурпатор, самодур и волюнтарист. Поэтому текучка кадров в коллективе всегда была высокой.

Однажды, Жагоров, прямо накануне банкета в честь юбилея Толоконского, по пустяковому поводу уволил - барабанщика, басиста, клавишника и солиста-гитариста. Оставил лишь саксофониста и перкуссиониста.

За свитера он их всех уволил. Дело было в двадцатых числах мая, а они приехали играть танцы в Первомайский сквер в свитерах. Да как они посмели?! В такой день! 27 мая, в день рождения Виктора Александровича Толоконского! Шеф, ведь, точно в свой день рождения придёт попеть для танцующих пенсионеров! И кого он увидит?! Музыкантов в свитерах, какой кошмар! Все-е во-о-он!

Сам Жагоров играл на аккордеоне и трубе. Вот с таким составом инструментов - труба, аккордеон, бонги и саксофон, он и остался перед банкетом. Однако, возвращать предыдущий состав он не стал из принципа, а быстренько набрал новый. Так молодой музыкант Володя Гуляев случайно оказался в «Ретро», став солистом-гитаристом, а через какое-то время и басистом.

Банкет перед выборами

Перед мэрскими выборам, в декабре, прямо перед Новым 2014 годом, Жагоров объявил музыкантам ансамбля, что им предстоит играть на «жирном» номенклатурном банкете в ресторане гостиницы «Ривер Парк» (бывшая «Обь»), и что там будет весь городской и областной бомонд. Ничего особенного, обычное дело для ансамбля «Ретро».

Однако, этот банкет был решающим, значительным, итоговым.

Руководство фракции коммунистов областного Совета народных депутатов решило, что думского депутата Анатолия Локтя надо вытаскивать из Москвы и ставить мэром Новосибирска, а народ за него проголосует. Поэтому, в числе прочих на этот банкет был приглашён и Виктор Александрович Толоконский, тогда Полпред Президента России.

Была на нём и известная галеристка, яркая медийная личность, жена мультимиллионера, многодетная мать, и просто красавица Анна Терешкова, которая нынче возглавляет Новосибирскую филармонию. Именно она устраивала и, по слухам, оплачивала, этот банкет. По слухам же, ей пообещали место вице-мэра - руководителя департамента культуры города.

Небольшая загвоздка была в гитаристе Володе. Он никак не успевал к началу. Банкет начинался в восемь вечера, и концерт ансамбля «Маркелловы голоса», где он в то время работал, заканчивался в восемь вечера в Доме Ленина. И это, естественно, оговаривалось заранее. В итоге, договорились, что первое отделение музыканты отыграют без него, а уж потом он приедет и они «дадут жару» (с) Александр Жагоров.

Закончив концерт в «Доме Ленина», не переодеваясь, прямо в концертном смокинге, Володя прыгнул в машину и рванул к Речному вокзалу. Приехал, схватил гитару, забежал в ресторан, выскочил на сцену, подключился и начал играть, прямо, с середины исполняемой песни.

И вдруг, Володя понял, что все музыканты ансамбля «Ретро» на сцене какие-то злые.

«Ну вот чего обижаться, - подумал Володя. - Я же предупредил и мы договорились…»

И тут он увидел, что барабанщик Валера Фомин играет с отрешённым видом и весь покрытый испариной. Ещё и посочувствовал ему, что, вот, мол, Валерка, бедолага, больной гриппом халтуру работает.

В этот момент на сцену поднялся Виктор Александрович Толоконский и сказал:

- Друзья, все вы знаете, что я не пою на концертах, а лишь сопровождаю танцы, а все мы здесь собрались по поводу серьёзному. Поэтому, я ответственно всем вам говорю, что нам нужно друг другу помогать, и всем нам нужно быть в одной команде!

И запел: «Тебе судьбу мою хранить…»

Никто не понимал, каким способом, но именно «Команду молодости нашей» Виктор Александрович, не имевший абсолютного слуха, всегда начинал а-капелла и безошибочно - в до-миноре. В других песнях ему всегда играли вступление или давали тонический аккорд, чтобы он приготовился, но с «Командой молодости нашей» всегда, из раза в раз, происходила одна и та же история – а-капелла и до-минор. Как у него это получалось? Мистика!

Так вот, песню «Команда» Виктор Александрович всегда пел последней. В этом же случае, он её спел не как обычно, а в первом часе торжества. Он её спел, прошёл по столам, символически «чокаясь и выпивая» с присутствующими, и постепенно переместился к выходу из ресторана. Ансамбль воспрял духом! Шеф отпел и отваливает, значит и им можно уже было собираться домой. Приобретённый рефлекс!

И тут Володя услышал голос Сан Саныча Султанова, который обращался к барабанщику:

- Валерка б, пьяный-то ты совсем играть ни хера не можешь!

И Володя понял, что барабанщик не просто так имеет отрешённый вид... а он пьяный «в ноль» и негатив музыкантов был адресован лично ему. Но Валера Фомин всегда был высокоморальным и высокодуховным типом, не пьяницей... а просто он не совладал с собой на банкете, где все было бесплатно, и будучи чуть-чуть простуженным, он решил подправить здоровье бокальчиком виски «Chivas Regal» двенадцатилетней выдержки. Ну и переборщил! И таких бокальчиков уже штук десять стояло возле его барабанной установки.

Музыканты продолжали сматывать шнуры и собираться домой, поскольку «Команда» была спета, а значит, банкет завершён. Тем временем, Валера, нетвёрдой походкой устремился к столам, где горками были расставлены бокалы с элитными коньяками, виски и всевозможными винами, и продолжил лечение оными. Уследить за ним ни у кого из музыкантов ансамбля «Ретро» возможности не было. Шеф спел «Команду», значит, всё, конец мероприятию.

Но не тут-то было...

На сцену вышла Анна Васильевна Терешкова, по слухам, главный бенефициар и главный спонсор этого банкета. Она, буквально, за рукав поймала уходящего Толоконского со словами:

- Дорогой Виктор Александрович, Вы так мало для нас попели, а мы так хотим танцевать! Пожалуйста, Виктор Александрович, спойте для нас, а мы все будем танцевать!»

Лучшей мотивации, чем попеть на танцах, для Толоконского не существовало, и Полпред Президента России вернулся к микрофону.

Тут барабанщик Валера, прогулявшись до шведского стола с выпивкой, понял, что работа отнюдь не закончена, сел за установку и объявил коллегам, что он готов играть. Солист, то есть Виктор Александрович Толоконский, выдал в зал свой обычный спич, что он не поёт на концертах, а лишь сопровождает танцы, и если господам угодно танцевать, то так уж и быть, он для них попоёт.

Музыканты спешно подключили уже наполовину разобранную аппаратуру и приготовились играть. Толконский объявил начало танцев и сообщил ансамблю название песни, которую он собирался спеть. Барабанщик Валера дал так называемый «прекаунт», то есть четыре удара палочкой о палочку, чтобы ансамбль вступил вместе и вовремя. Ансамбль вступил, а барабанщик ... остался на месте – палочки вылетели у него из рук. Что делать, продолжили играть без барабанов. В паузе между песнями подобрали с пола палочки и сунули их в руки Валеры.

Был объявлен следующий тост и следующий танец. Началась музыка, народ пошёл танцевать, солист самозабвенно пел, а барабанщик упал со стула и пытался держать ритм, теперь уже сидя на полу. Тем временем, Виктор Александрович запел «Гуляй, душа» без должной ритмической поддержки, но, похоже, его это не сильно волновало. Народ танцевал, что-то там играло, ну и слава Богу. В общем, всё было довольно неплохо вплоть до того момента, пока барабанщик Валера не решил выползти по-пластунски на авансцену.

В зале танцевали чиновники и сильные мира сего, со сцены пел Толоконский. Естественно, что на него, а стало быть и на сцену, смотрели люди, а по сцене ползал Валера. Виктор Александрович пел, перешагивая через тело Валеры на краю сцены, а весь народ с интересом за этим наблюдал.

Ансамбль же играл! В итоге, Валера упал со сцены и куда-то уполз. За барабаны сел сам Жагоров и они с горем пополам как-то доиграли. Играли, а быстрее, мучались, они таким образом ещё часа полтора. И Слава Богу, этот сумасшедший день наконец-то закончился.

***

На следующее утро Володе Гуляеву позвонил глыба Жагоров. Подняв трубку, он услышал бодрый и радостный голос художественного руководителя ансамбля «Ретро»:

- Вова, родной, здравствуй! Как ты? Ну мы вчера и дали жару! Мне только что звонил шеф. Он доволен! Напелся вволю, отвёл душу!

- Но Александр Григорьевич, это же была катастрофа?!

- Вова, да брось ты! Подумаешь, напился барабанщик. Эка невидаль! Да они все на него как на подсадного скомороха смотрели. В общем, Вова, всё отлично! Послезавтра мы будем играть предновогодний банкет на обкомовских дачах! У тебя получается? День свободный? Шеф лично пригласил!

Прошло много лет, но Новосибирский эстрадный ансамбль «Ретро» существует и по сей день, играет на танцах, теперь уже в Центральном парке, каждое воскресенье в тёплое время года, а с наступлением холодов – в ДК «Прогресс». Иногда к музыкантам по старой памяти и если он в городе присоединяется Виктор Александрович Толоконский. И на номенклатурные банкеты ансамбль «Ретро» приглашать не перестали.

Какова мораль? Её нет! Просто вспомнилось, как Анатолий Локоть стал мэром Новосибирска, а Анна Терешкова его заместителем по культуре.

Эпилог

было дальше?Итак, в концу девяностых годов в Новосибирске почти не осталось «живых» групп.

Но когда в городе стали открываться ирландские пабы: «Уголок святого Патрика» и «Олд Айриш», американские бары: «501 Pub» и «New York Times», и в этих заведениях снова стала звучать живая музыка, преимущественно, рок-н-рольной направленности. Парнас умер, но родился другой формат существования музыкантов, которых теперь и лабухами-то сложно было назвать.

Гитарист Владимир Гуляев рассказал на собственном примере, как это было...

- Я и барабанщик Илья Лугачёв решили организовать группу, чтобы выступать в новых пабах и барах. Мы быстро собрали коллектив. Я играл на гитаре и пел, а Илья Лугачёв играл на барабанах. На бас-гитаре работал Рашид Гаджиев, а на клавишных Денис Немирович-Данченко. Назывались мы «Ночные гангстеры». Наша группа очень скоро стала популярной, нас постоянно приглашали выступать в пабы и в новые, открывающиеся бары и рестораны.

За шесть месяцев работы наш график выступлений от одного-двух раз в неделю вырос до чуть ли не ежедневной работы в различных заведениях. То есть, мы не сидели в одном месте, а каждый день работали в разных точках. Примерно, через полгода после образования группы, к нам присоединился саксофонист Николай Панченко. Коля, просто, по пути с репетиции биг-бэнда под управлением Владимира Толкачёва зашёл «на огонёк» в «501 Pub», где мы играли в тот день, спросил, может ли он поиграть с нами, да так и остался в группе на восемь лет, вплоть до развала группы.

Работы всё прибавлялось и прибавлялось! Доходило до того, что по пятницам/субботам у нас могло быть по три трёхчасовых концерта. Например, с шестнадцати ноль-ноль до восемнадцати сорока пяти мы играли на эстраде Набережной, возле Речного вокзала, потом быстро мчали, к примеру, в «Уголок святого Патрика», играли там с двадцати ноль-ноль до двадцати трёх ноль-ноль, и затем перемещались в «New York Times»,или в бар «Дизель», или в бар-ресторан «Аквариум» в Первомайском сквере, в которых по пятницам и субботам ставили аж по две группы в день – первая группа играла до полуночи, а вторая – после.

Да... тут важно сказать, что в барах и пивных ресторанах группы играли по три часа, вернее, по три сорокапятиминутных сета с перерывом в пятнадцать минут. Понятие «парнас» отсутствовало напрочь. Группа просто играла свой репертуар, а народ веселился. Или скучал, в зависимости от того, какая группа выступала.

На тот момент в Новосибирске всё же оставалась пара-тройка живых групп, которые «сидели» в одном ресторане на ставке и зарабатывали «парнасом». Но всё-таки основную массу групп уже составляли коллективы, которые, как и мы, гоняли по всему городу, давая небольшие концерты.

«New York Times» - это был уникальный бар с потрясающей атмосферой. Каждый день там играли живые группы. Открыл его американец Эрик Шогрен, а шеф-поваром был канадец Пол Сирби. В самом начале двухтысячных Эрик ещё открыл в Новосибирске сеть пиццерий «Нью Йорк Пицца» с безалкогольным меню, в котором были диковинные для нас тогда смузи и коктейли «Маргарита».

Пиццерии эти стали очень популярны и Эрик открыл гриль-бар с типичным американским меню, всякими там рёбрами-гриль, стейками, бургерами и так далее. Пиво там лилось рекой. Танцы – на столах и до упаду. Народу там было всегда не протолкнуться, особенно, по пятницам и субботам.

И теперь каждое вновь открывающееся питейное заведение мечтало повторить успех «New York Times». Становилось больше точек, где можно было играть, соответственно, становилось больше живых групп. Мы наблюдали настоящий ривайвл этого явления. Пожалуй, это коснулось только Новосибирска, потому что в других городах Сибири, да и остальной России, исключая Москву, не было такого количества живых групп. Почему так? А просто, там «New York Times» не было…

Димка «Петрович» Ржаницын - сын знаменитого Петра «Петруччио» Ржаницына, жил в Питере в середине 2000-х. Когда он вернулся, то рассказывал, что в Питере было несколько топовых рок-групп, типа, «Сплин» или «ДДТ», и много подвальных инди-групп, музыканты которых вынуждены были где-то ещё работать, помимо занятия музыкой. А потому, что музыкой там заработать было нельзя. В Новосибирске же, можно было спокойно жить и прилично зарабатывать, занимаясь только музыкой. К примеру, все участники моей группы «Ночные гангстеры» купили квартиры и автомобили, занимаясь только музыкой.

Помимо уникальной зрительской атмосферы, «New York Times» был некой точкой притяжения музыкантов города. Они там собирались, знакомились, тусили, общались, слушали выступления живых групп. Не стало «Таймса», не стало и этой душевной музыкантской тусовки, где все друг друга знали и все друг другу были рады.

Закончился этот уникальный феномен под названием «New York Times» в 2007 году. Рассказывали, что Эрик Шогрен, открывший сеть пиццерий «New York Pizza» и гриль-бар «New York Times», когда дело у него пошло в гору, на кураже заявлял:

- Я куплю этот город!

Однако, в 2005 году он сделал опрометчивый шаг, войдя в долю с местными авторитетами, впрочем, уже к тому времени ставшими добропорядочными депутатами областного и городского Совета. В итоге весь его бизнес у него, попросту, отжали. Я встретил его случайно, незадолго до эпидемии Ковида, на площади Калинина, фотографирующего здание, где он впоследствии открыл кафе-кондитерскую «Кузина». Я подошёл к нему, поздоровался, мы разговорились, и я ему начал говорить, что все музыканты очень скучают по «New York Times», что в городе не хватает именно такого вот заведения. Он меня слушал, кивал головой, а потом произнёс:

- I’m gonna repeat it.

Но пока не повторил…

В нашей группе «Ночные гангстеры» у всех было консерваторской образование. Кроме меня и Рашида Гаджиева. У меня за плечами была лишь музыкальная школа. Поэтому я решил поступить на эстрадное отделение в Новосибирский музыкальный колледж имени Аскольда Мурова. Отучился, получил диплом с отличием. Одной из площадок для наших концертов была сцена Центрального парка. По субботам и воскресеньям там организовывали танцы под аккомпанемент живых групп.

Одна из групп произвела на меня очень сильное впечатление. Это был ВИА «Верные друзья» под управлением Александра Султанова. Особенностью этого коллектива была живая духовая секция, состоящая из саксофона, трубы и тромбона. Сан Саныч талантливый и опытный аранжировщик, а уровень его музыкантов – просто феноменальный, поэтому звучал (и звучит до сих пор) этот коллектив очень классно.

В 2009 году наша группа «Ночные гангстеры» развалилась. Все устали друг от друга, от беготни по барам, ресторанам, свадьбам и корпоративам, и разошлись по своим проектам. Я же организовал из молодых ребят - студентов музыкального колледжа, новую группу «Онлайн-бэнд», которая просуществовала тоже восемь лет, как и «Ночные гангстеры».

К этому времени локации выступлений живых коллективов в Новосибирске переместилась из баров в сторону корпоративов. Появилось множество праздничных агентств, которые их и устраивают. Гонорары музыкантов стали ещё более существенными и к работе в барах все стали относиться снисходительно, мол, это так, не для заработка, для души.

***

Вот и подошла к концу моя повесть о Новосибирских кабацких и музыкантах танцплощадок 70-80-х годов. И даже из девяностых кое-кого зацепил.

О ком и о чём хотел написать, вроде, написал.

Но как выяснилось, явление это оказалось значительно шире, чем я его себе представлял в начале работы над произведением.

И пошли письма и звонки. Разные. В основном, приветливые и доброжелательные:

- О, ну наконец-то, кто-то о нас написал!

С интересным материалом, справедливыми поправками и дополнениями. Но были и ругательные. Что же поделать, для всех мил не будешь.

«А вот же он, играл там, с теми, и был великолепен, а про него не написал, и про меня не написал. Как же так?»

А я и не спорю. Каюсь, не написал. Да! Он был, играл. Но лично я с ним знаком не был, вот и не написал. А кого-то и, банально, забыл.

Но не беда!

А пишите-ка вы сами, друзья мои, что и про кого считаете необходимым! Под это дело выделяю вам целый раздел (главу) СПРАВОЧНОЕ. Резюмируйте там себя и своих коллег - новосибирских музыкантов того времени, которые не вошли в моё повествование.

Вспоминайте их поимённо, они этого достойны! Хотя бы имя-фамилию и пару-тройку предложений. И это о них уже точно останется навсегда. И в электронной версии книги и в бумажной. А стало быть и вообще в Сети. И в моём аккаунте и у многочисленных пиратов.

При этом, обязательно шлите музыку. Ссылки или прямо так, целиком! Согласитесь, писать о музыкантах без возможности послушать их музыку как-то нелепо.

Не прощаюсь!

ГЛОССАРИЙ

ЖАРГОН ЛАБУХОВ

Кто не лабает, тот не лажает!

А

АбрамЖидовщик - аранжировщик

Амбрэ - перегар

Аппарат - звукоусилительная аппаратура (колонки, усилители и т.д.)

Б

Банка, фанера, бренчалка – акустическая гитара

Барашки, бараны — чрезмерная неконтролируемая вибрация в голосе

Барать, чпокаться – совершать половой акт

Барин — активный заказчик песен

Башли, лавэ, лаванда, капуста – деньги

Башлять — платить

Берлин - едальня

Без форшлагов – без мата

Бекар — отказ, провал, неудача

Бемоль — большое пузо

Берлять – принимать пищу

Берло — еда

Берлиоз — групповой приём пищи

Бешкемет — съедобные трофеи с банкета

Блины — электронные барабаны-«пэды» с резиновым покрытием

Бомба, шмурдилло — бутылка «Агдама»

Бочка, пузан, табл – бас-барабан

Бубен - малый барабан

Бундес — сидящие в зале посетители кабака

Буровик - баритон

Бюстгалтер - бухгалтер

В

Варить кашу - играть на малом барабане щетками

Верзать – испражняться

В два смычка - любовный треугольник

В до мажоре - нагишом (выбежал из номера в до мажоре)

Верзоха – задница

Верзошник — сортир

Вздроч — быстрая часть музыки

Взлабнуть — сыграть

Вилы, трабл, защёка — неприятность

Водить слона — гулять с девушкой, сопровождать духовым оркестром строй солдат, демонстрацию трудящихся.

Вокалюга — певец, который очень громко поет

Вывалить ведро картошки — сыграть длинный брейк на барабанах

Выплюнуть связки — сложная вокальная партия

Выхиливать — технически грамотно исполнять

Вялочлен, шкварка — виолончель

Г

Глиссануть, сплагиатировать, сконтрабасить - украсть

Голяшка, болтун, сиська — баян

Горнист — человек, пьющий из горлышка

Горшок, лопух, голова — динамик

Д

Давить пасту — играть на клавишах аккорды фоновым звуком

Дать петуха — некачественно взять голосом высокую ноту

Два кирпича - то же, что и пол-кирпича, но с оттенком личной неприязни (да он играет на два кирпича выше)

Двойная доминанта — большая попа у женщины

Дембельнуться - модулировать, перейти в другую тональность

Дерибас — херня, играть блатняк

Децл — немного, чуть-чуть

Диез — тюрьма

До ре ми до ре до — а пошёл ты на х_й

Достача, Достоевский — нудятина, нудный

Драйв, свинг — эмоциональный подъем в игре

Дрочить — отрабатывать игру на инструменте в одиночку

Дохиливать - нравиться

Друшлять, кочумать – спать

Друшлаг — кровать

Дубасит — хорошо, плотно звучит

Дудки — духовые инструменты

Духовенство - музыканты-духовики

Е,Ё

Ж

Жлыга - надевается на палец елозить по струнам

Жмур — покойник

Жмура ховать, жмура лабать – похороны

Жужжалка — гитарный эффект distortion

З

Забарать — затрахать, достать, надоесть

Забекарить - отказать

Залиговать – взять на время и не отдать

Засрака, засракуй — заслуженный работник культуры

Зусман — холод

И

Игра со шмальцем — 1) игра с ярко выраженными «еврейскими» оттенками. 2) признак дурного вкуса

Из-под волос - аккомпанировать без нот

К

Кайтан, гайтан - нашейный ремешок для музыкального инструмента, типа, саксофона

Катя, стольник - купюра сто рублей

Кач, мочилово, рубилово — интенсивная игра

Карась – заказчик песни в кабаке

Картошка – целая нота длительностью в целый такт

Картья западают - пальцы не слушаются

Кафтать — пить, выпивать

Квакер — эффект «вау-вау»

Киксануть — облажаться, ошибиться

Кильдым — разгул

Кир – выпивка

Кирной — пьяный

Кирять – выпивать

Клёво – хорошо

Клопа давить — долгий аккорд на синтезаторе

Козёл – саксофонист

Колбаса, колбасня, скакалки – быстрое, заводное танцевальное произведение

Комбик — гитарный усилитель и динамик (два в одном)

Койла — яйца, в то числе и мужские

Конец — усилитель

Конса, консерва, синагога - консерватория

Кормушка, мама — коробка для парнаса

Коряга – клавишный инструмент фирмы KORG

Костыль, миномёт — тромбон

Котлы — альтовые барабаны и томы

Кочумать — прекращать

Кочумай — прекрати, перестань, иди спи

Кошкодавы, соплянушки - сопрано в хоре

Кошпырять — играть неуверенно, сбивчиво

Кракать - говорить

Кулек - культпросветучилище

Курятина - курево

Кухня — ударная установка

Л

Лабух — кабацкий музыкант

Лабать – широкое понятие - играть (на инструментах), в кабаке и не только

Лажа, фуфел - основной музыкальный термин - ошибка в исполнении и вообще любая неприятная ситуация, фальшь

Лажать — фальшивить

Левый — чужой

Лабанина — игра

Ложка, дуршлаг – домра

Лопата, весло - гитара

Лысый, чирик - купюра десять рублей

М

Мама, папа — гнездо и джек

Мандула, бандура — вещь, любой музыкальный инструмент

Маракасы — большая женская грудь

Машка, Яма - инструмент фирмы «Ямаха»

Махать - дирижировать

Менструатор, Мендель, медер - медиатор

Молоток, камертон — стакан

Мольто кочумато — петь без отдачи

Морж, моржовая партия — 1) певец, которого обычно ставят на партии «кушать подано», 2) сокр. «морда жидовская»

Мясо — мощная басовая партия

Н

Набарывать — обманывать

Не в жилу - мимо

О

Объява – оплаченое поздравление или обращение лабуха в зал через микрофон от лица клиента

Обслужить клиента - играть аккомпанемент солисту

Овсянка - официантка

Орудие наживы - музыкальный инструмент

П

Парнас — деньги от заказов песен

Писська-пиписська — мнемоническое выражение свингового ритма на барабанах

Пищалка — высокочастотный динамик

Побореха – ерунда

Поганка, свисток — труба

Подстежка – синкопированная инструментальная партия, звучащая контрапунктом к основному ритму

Пол-Кати - купюра пятьдесят рублей

По Прокофьеву или по Чайковскому? – кофе или чай?

Под кочум - втихаря

Под сурдинку - втихомолку

Пойти по соседям, мимо кассы — лажать, играть не по нотам

Пол-кирпича - разница в четверть тона

Поливать, жарить, пилить — играть соло

Помазать — поспорить

Помазать клавиши — первыми деньгами за вечер обязательно помазать инструмент, чтобы парнас был

Понтяриться - выёбыв_ться

Примочки - гитарные эффекты

Пробежка - гамма

Пузочес - гитарист

Р

Расческа — клавишный инструмент на ремне как гитара

Рваный - купюра один рубль

Репа - репетиция

Римс-кий-Кор-са-ков-сов-сем-су-ма-со-шел — мнемоническое сочетание звуков, позволяющее запомнить размер 11/8, активно используемый Римским-Корсаковым.

С

Самопал – самодельные, не заводского изготовления музыкальные инструменты и аппаратура

Сандали отбросить, боты подровнять — умереть

Синкопа - хромой человек

Сквозняк — флейта

Скворечник - балалайка

Слил под рояль - не очень хорошо играл на фортепиано

Смуреть — печалиться

Смурь — печаль, тоска, хандра

Снимать – подбирать на слух музыкальные партии

Солоб — мужской половой член

Соль фа ми ре до — а пошёл ты сам (ответ на «до ре ми до ре до»)

Сопли — медленная и печальная часть музыки

Стрём — плохо, позорно

Стрематься — позориться, лажаться

Стёб — веселая болтовня

Стебать — смешить, прикалываться

Стукач, дятел, ударник - барабанщик

Сурлять — справлять малую нужду

Сучок — кларнет

Т

Та манда - ведущая

Талмуд — тетрадь с текстами песен

Тосканини — таскание аппарата

Триольки, «тыгыдымский конь» — ритм «восьмая - две шестнадцатые», «три восьмых»

Тромбонутый, вольтанутый - чокнутый

Тремоло — тряска рук с бодуна

Тын-тын — бас-гитарист

У

Умца-умца — размер 2/4

Умца-ца-умца-ца — размер 3/4 - вальс.

Утюг — неплатежеспособный клиент

Ухо - валторна

Ф

Фанера — фонограмма

Фигли — военный музыкант

Фишка, фишку не рубите — особенность, не разбираетесь в вопросе

Фно - пианино

Фуфель — кожаный чехол для микрофона

Х

Халдеи - обслуживающий персонал кабака

Халтура – подвернувшаяся подработка, чаще всего одноразовая - игра на свадьбе, банкете, школьном вечере, корпоративе и т.п.

Хилять — идти

Хрящ — характерный неприятный призвук у струнников

Ц

Ч

Четвертной - купюра двадцать пять рублей

Чёс — играть по халтурам, много концертов подряд

Чёрная икра - целая страница шестнадцатых

Чувак — парень, коллега по работе

Чувиха – девушка, герла, мочалка, баруха

Чушка, самовар — туба

Ш

Шара — халява, на шару, на халяву

Шарага - музучилище

ШахнА — женский половой орган

Швайка, балдейка, палка - электрогитара

Шкаф - контрабас

Шопен - похоронный марш

Штырять, штырщик, штырка — уличный музыкант, играть в переходе, на улице.

Штука, кусок - тысяча рублей

Штым, штинк — вонь, дурной запах, пьянка

Шузы — ботинки

Шурик — микрофон фирмы Shure

Щ

Ща-бемоль-мозоль — очень неудобная тональность со множеством знаков и трудных позиций. Другой вариант — неопределенная тональность при очень фальшивом исполнении.

Щипачи - гитаристы

Ы

Э

Ю

Я

***

ФРАЗЫ ЛАБУХОВ

Ща я им объясню в до мажоре — выражение крайнего негодования

Клей не вяжет - у тромбониста проблемы с кулисой

Пойти на диминуэндо — плавно выйти из запоя

Что трём? - какое музыкальное произведение исполняется в данный момент?

А шузы с какого боку? – А кто с нами будет рассчитываться за работу?

Чувак на коду похилял - человек умер

П*здык, п*здык, бл* буду, бл* буду, бл* буду, дыщ, срака, така-та, ёбс! — сочетания звуков, помогающие барабанщику запомнить свою партию.

Взлабнули вчера на шару, прокатило — сыграли кое-как, без репетиций

Писюн Остапа - маломощный ламповый усилитель мастера Кирилла Остапова

Альты, чего воете, как ночные собаки?!

Музыкантам пива! Барабанщику водки!

Играем от начала до кончала!

Как музыкантов кормят - так они и играют!

Я ухожу от вас к бекару и вы мне больше не бемоль!

Без бокала нет вокала!

Сопляны, альтушечки, колоратурный альт, спели как пук в ведро, будем сегодня распиваться? - бухаем?

Тех кто слушает Пинк Флоид - гнать поганою метлою!

Габои, фагои и кларгеи

Мимо денег можно и на скрипочке наиграть

Барабанщик, это - человек играющий на чужой шкуре!

Латыши, еб...шат от души!

Этим концом ты будешь кончать во время игры, ближе к финалу

Ну он-то ТУТА а барабаны-то ТАМА!

Курица не птица, барабанщик не музыкант!

Тональность на тон вниз, томы перестрой!

Пусть репетирует тот, кто играть не умеет!

Дуешь реже - башли те же!

Играйте так, как будто вы музыканты

Пергей Срокофьев - «Мрасный как»

Запомните, чуваки, певиц подбирают по теме не вокальной, а еб_льной!

А он от рока далёка!

Пять ударов ногой, уж разбито еб_ало, дирижера не жаль, нам и этого мало!

Меняем ноты на банкноты!

Растрапович, Дватропович, Тритропович, Четыретропович, Пятьтропович, Шостакович

Вам песня строить нам жить помогает!

Пою фальшиво, зато громко и неритмично

У Вас хорошее дыхание, вами можно по весне кошек из водосточных труб выдувать

Ноты вы хорошо выучили, а к буфету несмело подходите...

Собралась банда - п_зда, чулок и карандаш, скрипка, чайник и утюг!

Не пришёл на репетицию, ну ты позвони, предупреди, и всё, гуляй русский народ, Самарканд фартовый город!

Ух-х, развелось баритонья!

Сегодня ты играешь Фьюжн, а завтра никому не нужен!

От саксофона до ножа - один шаг!

На заре ты её ля си соль..

Я играю на басЕ, знаю ноты, но не все. А ещё пою в хорУ, все орут и я ору!

По нотам каждый дурак сыграет!

Исполняется русская народная песня «Ах, у дуба, ах, у ели…»

Вы по нотам играете? Не, мы чаще по свадьбам!

Не можешь петь - не пей!

А сейчас прозвучит песня, которая так и называется!

А сейчас, по просьбам, прозвучит голубой танец!

На барабане не стучат, а играют, а стук еще не считается музыкой

Чтоб ты жил на одну зарплату!

Легче одного жмура оттянуть чем свадьбу отыграть - деньги одни и те же

А сейчас я хочу поздравить молодожёнов с юбилеем ихнего бракосочленения

- Поёшь хорошо... - Спасибо! - Но все остальное ху_ня!

«Спасибо» — мы таких денег не знаем!

Бесплатно поют только птички и солдаты

Играй реже — деньги те же!

Есть концерты — зачем репетировать? Нет концертов — зачем репетировать?

Нот семь, а пальцев десять — чего там играть?

Сколько лабухов не корми, все равно напьются

СПРАВОЧНОЕ

Короткие резюме кабацких и музыкантов танцплощадок города Новосибирска 70-80-х годов прошлого столетия.

ВСПОМНИМ ИХ ПОИМЁННО! Они этого достойны!

***

Аникин Евгений

Вокалист. Барабаны. Работал на танцах в Кларе, Сад Кирова, ресторане «Океан» и многих других. Сейчас живёт в Германии. https://vk.com/wall-68196309_11

***

Батищев «Батя» Юрий

Барабаны. Бас-гитара. Играл в джаз-оркестре Виктора Бударина. Работал во всех центральных ресторанах города. Один из лучших барабанщиков Новосибирска за всю историю.

***

Бахман Вилли

Вокал и саксофон. Работал на танцах в Кларе, Сад Кирова, Сад Дзержинского, в ресторанах «Витязь», «Океан» и «Дружба» с Юрием Батищевым (барабаны), Юрием Черновым (гитара), Андреем Дмитриевым (клавиши) и Александром Добряковым (бас-гитара). Сейчас живёт в Германии. https://ok.ru/video/2057651489421

***

Беличенко Сергей

Барабанщик. Известный в городе джазмен. По основной профессии врач-венеролог и реально многих спас. https://www.youtube.com/watch?v=dUT3uJUE-Rw&t=97s

***

Бранзбург Эдуард

Саксофон. Работал в ресторане «Сибирь», «Садко»

***

Бугаец Вячеслав

Трубач в оркестре Виктора Бударина. Работал в ресторане «Новосибирск» и «Центральный». И все рыбы в реке Обь перестали его узнавать, потому что они были на новенького, а стареньких он всех повыловил напрочь...

***

Буш Артур

Клавишник. Работал в ресторане «Садко», «Океан», «Витязь». Преподаватель Новосибирского музучилища по классу «Ансамбль» и «Дирижирование».

***

Голдобин Геннадий

Барабанщик. Работал в различных ресторанах города, «Цирке на сцене» и в Джаз-оркестре Виктора Бударина. Придумал и изготавливал отличные плоские барабаны для передвижных сессий гастролирующих коллективов.

***

Гонтаренко Геннадий, «Гонтарь»

Гитара. Работал на танцах в Сад Кирова, Клубе «Прогресс», Клубе «Отдых», ресторанах «Садко», «Центральный» и др. До сих пор музицирует в составе коллектива «Новосибирск»: Александр Кандранин (барабаны, вокал), Сергей Сечко (вокал), Юрий Драгунов (бас-гитара, вокал), Сергей Дмитриев (клавиши). О нем в книге есть глава «Легенда, она и есть...» https://www.youtube.com/watch?v=XTvfDU5rQOI&t=7s

***

Добряков Александр

Бас-гитара. Работал в ресторанах «Парус», «Дубрава», «Садко»

***

Евдокимов Михаил, «Евдоха»

Вокал. Конферанс. Работал на танцах в клубе имени Ефремова Расточного завода на площади Сибиряков-Гвардейцев с коллективом: Олег Курохтин - гитара, Александр Курдов - бас-гитара, Сергей «Тихон» Дмитриев - саксофон, клавиши, вокал, аранжировка. https://dzen.ru/video/watch/6184de68b50152750db97d79

***

Ельков Борис

Гитара. Работал в кафе «Виринея»

***

Ельчанинов Олег, «Слон»

Барабаны. Работал в ресторане «Веснушка/Дубрава» в составе музыкального коллектива: Сергей Чураков (бас-гитара), Виля и Витя Горны, Андрей Шопен (клавиши), Юрий «Арон» Булгаков, Сергей Чертков (вокал)

***

Есенин Павел

Вокал. Композиция. Аранжировка. Работал на различных танцплощадках города с бас-гитаристом Александром Капустиным. Потом рванул в Москву. Сейчас работает с группой Hi-Fi. Один из самых востребованных композиторов в кинематографе https://www.youtube.com/watch?v=shN7zv0Ffuw https://www.youtube.com/watch?v=HBCikE7Z61I

***

Зуев Андрей

Клавиши и композиция. Работал в кабаках и на танцах в Сад Дзержинского в коллективе с Артуром Юдиным (барабаны), Ириной Епишевой (вокал) и Олегом Курохтиным (гитара). О нем в тексте книги есть большой эпизод в главе «Коля-Вася» https://author.today/reader/335540/3140382

***

Капелюшин Евгений

Клавишник. Работал на многих точках Новосибирска. «Ресторанный волчара», так его называли

***

Каргаполов Евгений

Гитарист группы «Большая удача» и др. Где только он не работал... https://youtu.be/TyjoOimsRdw?si=fzdr0ssm-CAg-4_5 https://www.youtube.com/watch?v=14V0oOJrtNM&t=149s

***

Кирпичёв Владимир

Универсальный блестящий барабанщик и незаменимый участник всех концертов с участием приезжих зарубежных джазовых звёзд. Лауреат джазовых фестивалей, участник джаз-оркестра «Сибирский диксиленд» и руководитель филармонического ансамбля «Моя латина»

***

Кокалин Вячеслав

Барабаны. Участник ВИА «Красные рыцари». Работал в Клубе «Отдых»

***

Кокорин Сергей

Клавиши. Работал в ресторанах «Садко», «Океан», «Дубрава», оркестр Цирка. Руководитель биг-бэнда «Сочи». Преподаватель Новосибирского музучилища по классу «Фортепиано».

***

Кормановский Андрей

Клавиши. Композиция. Закончил ССМШ и Новосибирскую консерваторию по классу кларнета. Работал на танцах в Сад Кирова, ДК им. Клары Цеткин, Областной дом офицеров, ДК им. Жданова. В ресторанах «Под яблоком Ньютона», «Виринея», «Центральный», «Новосибирск», «Гостиница Северная», «Парус», «Орион». Во Дворце Бракосочетания, ЗАГС Академгородка, «Цирк на сцене» (СССР, Кувейт), «Студия Энн» - композитор. Новосибирские музыканты с которыми он работал: Барабанщики - Александр Илюхин, Сергей Гриценко, Сергей «Морзяна» Титарчук, Сергей Тропин, Николай «Крючок» Крючков, Виктор «Григор» Григоров, Владимир «Кирпич» Кирпичёв, Евгений Аникин (+ вокал), Эдуард Бахман (+ вокал, + гитара). Бас-гитаристы - Андрей Бахман (+ вокал), Николай «Толстый» Пермяков (+ вокал), Александр Аксёнов. Гитаристы - Игорь «Шлёма» Реутов, Борис Ельков, Андрей Мякиш (+ вокал), Сергей Панин. Вокалисты - Максим Новиков, Александр Романцов, Геннадий Огородников (+ бас-гитара), Юрий Чичев. До сих пор музицирует и руководит ВИА «Аква бэнд». О нем в тексте этой книги глава «Прорвался, б...» https://author.today/reader/335540/3100143

***

Короткевич Александр

Гитарист и вокалист концертного трио «Праздник» и кавер-группы «Генеральный секретарь». Легче сказать где он не работал... https://www.youtube.com/watch?v=oRUCRrZRrYw&t=159s https://www.youtube.com/watch?v=Xe4xzd9WTTc&t=12s

***

Корчагин Александр

Вокал. Работал в Клубе «Отдых» https://www.youtube.com/watch?v=oN4e8sjjOJ0

***

Котляров Алексей

Вокал. Барабаны. Работал в ресторанах «Русь», «Садко» и др. Один из самых профессиональных вокалистов в городе https://ok.ru/music/track/125358193144103 https://ok.ru/music/track/125358193148200 https://ok.ru/music/track/125358294851878 https://ok.ru/music/track/125358295347615

***

Кузнецов Алексей

Клавиши. Работал в ресторане «Витязь» https://www.youtube.com/watch?v=EbWD7xZxi_M

***

Кузнецов Владимир

Бас-гитара. Вокал. Работал в Академгородке в ресторане, который все называли «Поганка» (выглядел как гриб).

***

Ларченко «Лара» Владимир

Вокал. Работал в ресторане «Русь»

***

Лещинский Владимир

Мульти-инструменталист. Работал в Джаз-Кафе «Форум» с различными коллективами и музыкантами, вкл. зарубежные (в то время перелёты в Японию шли ч/з Новосибирск и Саша Мездриков часто привозил в это кафе транзитные коллективы прямо из аэропорта «Толмачёво»). По сей день играет на бас-гитаре в группе: «Два плюс один» с Андреем Орловым https://www.youtube.com/watch?v=LMMCYx3BBqM https://www.youtube.com/watch?v=EFibOvQ8A7Q&t=2s

***

Мохнач Анатолий

Бас-гитарист, работал в ресторане «Обь» на Жданова (1974) в составе коллектива: Виктор Каабель - гитара, Валерий Мошкин - барабаны, Александр Молотков - гитара, ВИА «Сердца молодых» Росконцерта с бр. Савельевыми.

***

Мшвелидзе Александр

Вокалист с огромным диапазоном и яркой тембральной окраской голоса. Много где работал - кабаки, танцплощадки. Сейчас живёт в Германии

***

Мякиш Андрей

Гитара. Вокал. Работал на танцах в ПКиО «Центральный», в ресторанах «Океан», «Центральный», «Орион», «Интурист» и др.

***

Огородников Геннадий

Вокал. Бас-гитара. Работал в ДК Попова у Михаила Мамина, кафе «Рябинка», ресторан «Садко». Затем трудился на музыкальных просторах Москвы и в итоге удачно вернулся на родину.

***

Орлов Андрей

Гитара. Вокал. Композиция. Работал в ресторане «Океан», «Центральный», «Русь» и др. До сих пор музицирует в группе «Два плюс один» https://www.youtube.com/watch?v=y8EShy9C_6Y https://www.youtube.com/watch?v=1wayjzolv1g https://www.youtube.com/watch?v=VAnq-jdBmm4

***

Панин Сергей

Гитара. Вокал. Работал в ресторане «Витязь»

***

Панченко Владимир

Барабанщик. Работал в кафе «Тулинка» на Сибиряков-Гвардейцев.

***

Пермяков Сергей

Гитара. Аранжировка. Композиция. Тон-инженерия. Прекрасный мелодист. Кроме музыкального, имеет высшее инженерное образование. Работал в ресторанах «Русь», «Сибирь», «Парус», «Дубрава», «Хмельная застава», бар «Шатун». Сейчас делает минусовки на заказ. https://www.youtube.com/watch?v=xREQUdvlzrk https://www.youtube.com/watch?v=9t4FLyNr-V0

***

Петриков Олег

Бас-гитара. Работал в «Дубраве» на Горской. Сейчас заведует кафедрой эстрадного отделения музучилища. Известный в городе джазмен, лауреат джазовых конкурсов и т.д. https://ok.ru/music/track/125348482601333 https://www.youtube.com/watch?v=0kI-r6w-NpQ&t=8s

***

Пикулин Алексей

Гитара. Работал в ресторане «Север» (это в Доме офицеров, с заднего входа, в подвале). У него всегда были на продажу новые крутейшие фирменные гитары, барабаны и примочки. Причём у самого первого в городе. И вообще, ресторан «Север» его детище.

***

Плеханов Александр

Клавишник. Работал в кафе «Парус». Сейчас живёт в Германии, в Кёльне.

***

Подьямполькая (Любимова) Галина Подьямпольский Александр

Прекрасная вокалистка, лауреат всероссийских фестивалей и ее супруг (бас-гитара, вокал). Работали в самых крутых кабаках города - ЦК, ресторан «Новосибирск» и во многих других.

***

Помелов Василий

Вокалист с нежным лирическим тенором. Клавиши. Работал на танцах в Кларе, Сад Кирова, Сад Дзержинского, в ресторане «Скоморохи». Сейчас живет в США.

***

Садовой Виталий

Клавишные. Вокал. Работал в ресторанах «Океан», «Центральный» и на других точках. https://vk.com/video50607326_171352747 https://vk.com/video50607326_170567695

***

Софаров «Софа» Валерий

Клавишник. Аранжировщик. Вокал. Работал в ресторанах «Океан», «Дружба», потом в Москве https://www.youtube.com/watch?v=oJt4RryoVsA&t=6s https://www.youtube.com/watch?v=mMa1awIlWJM&t=11s

***

Тютиков Владимир

Гитара. Вокал. Работал в Кафе «Конфетка» в составе музыкального коллектива: Вадим Лагутин (клавиши), Борис Васейкин (барабаны), Игорь Семешев (бас-гитара)

***

Чертков «Хлопчик» Сергей

Вокал. Работал в ресторанах «Дубрава», «Витязь», «Сибирь»

***

Ухалов Владимир

Бас-гитара. Вокал. Работал на многих точках. Сейчас живёт в Канаде

***

Коновалов «Бледный» Владимир

Бас-гитара. Работал на многих ресторанных точках и в группе «Лабиринт» Сергея Муравьёва с солисткой Алисой Мон (Светлана Безух). Сейчас живёт в Санкт-Петербурге

***

Эдуард Гульм

Гитара. Вокал. Работал на многих точках. Сейчас живёт в Германии

***

Виля Горн

Орган. Работал в ресторане «Дубрава». Сейчас живет в Германии

***

Александр «Краб» Филоненко

Бас-гитара. Работал в ресторане «Витязь» в составе коллектива: Сергей Панин (гитара, вокал), Владимир Савченко (барабаны), Артур Буш (клавишные, аранжировка, преподаватель в музучилище), Анатолий «Пряник» Радохлебов (вокал).

***

Пётр Ржаницын

Бас-гитара. Работал на многих точках. Один из первых (во всех смыслах!) бас-гитаристов Новосибирска. Джазмен.

***

Василий Платошечкин

Гитара, вокал, бас-гитара, клавишные. Работал на многих точках. Боксер, всегда дрался с хулиганами. И побеждал их!

***

Вячеслав Терешин

Клавиши. Работал в ресторанах «Русь», «Рябинка», «Орион». Один из основных поставщиков фирменных музыкальных инструментов на рынок Новосибирска. Сейчас живёт в США

***

Игорь Гулый

Пиано. Аранжировка. Лауреат джазовых фестивалей, народный артист России. Работал во всех крутых ресторанах Новосибирска, таких как «Сибирь», «ЦК», «Новосибирск» и т.д. https://www.youtube.com/watch?v=mX6y-MYADsE

***

Вячеслав Литвинов

Вокал. Гитара. Работал в ресторанах «Дружба», «Центральный», «Новосибирск» и др. Сейчас поет в хоре при новосибирском телевидении

***

Юрий «Арон» Булгаков

Гитара. Аранжировка. Вокал. Руководитель подменного коллектива, работавшего по всем ресторанам города. Крайняя точка - ресторан «Новосибирск»

***

Сергей Муратов

Пианист. Работал на многих точках. В Москве - с Николаем Трубачом и группой «Премьер-министр»

***

Игорь Уваров

Вибрафон. Лучший джазовый вибрафонист СССР. Работал в ресторане «Сибирь», «Интурист» с Александром Куликовым (клавиши), Александром Бусыгиным (барабаны). https://ok.ru/video/11587422847

***

Александр Хохлов

Гитара. Работал в ресторане «Витязь«, «Россия» с братьями Бахманами - Эдуардом (бас-гитара, вокал) и Петром (клавиши, саксофон)

***

Михаил Вольфович

Ударные инструменты. Работал во многих ресторанах Новосибирска. Первый председатель Новосибирского Рок-Клуба. Погиб в Израиле в автокатастрофе в конце 90-х.

***

Андрей Дмитриев

Пиано. Работал в ресторанах "Дружба", "Океан" и др. Уехал в Москву, где сотрудничал с Александрой Пахмутовой и многими другими звёздами большой эстрады https://www.youtube.com/watch?v=lEJODMU-9CU

***

Александр Куликов

Клавиши. Работал на танцах в Сад Дзержинского, ресторане «Тулинка», Клуб «Отдых» и др.

***

Александр Бусыгин

Барабаны. Вокал. Работал в ресторане гостиницы «Северная» и др.

***

Сергей Тропин

Барабаны. Работал в ресторане «Дубрава» и др. Сейчас работает в популярных коллективах Александра Короткевича

***

Владимир Тропин

Бас-гитара. Работал в ресторане «Витязь»

***

Владимир Грейсбург

Гитара. Вокал. Работал на танцах в Сад Дзержинского, ресторанах «Орион», «Новосибирск»

***

Максим Новиков

Вокал. Работал на танцах в Сад Кирова, ресторанах «Виринея», «Центральный», в коллективе Александра Короткевича

***

Александр «Шура» Марков

Барабаны. Работал в ресторане «Скоморохи» и на многих других точках

***

Геннадий Крайнов

Гитара. Вокал. Работал на танцах в Сад Дзержинского, в Сад Кирова и на многих других точках. Лучший исполнитель Битлов. В настоящее время король «головного убора» https://www.youtube.com/watch?v=37w9_j7pWaU https://www.youtube.com/watch?v=Z9PcJzc9f4E https://www.youtube.com/watch?v=ZIeFCMPxRZY https://www.youtube.com/watch?v=bXW4S1o4zaM

***

Игорь «Шлёма» Реутов

Гитарист-самородок. Работал на танцах в Сад Кирова, Кларе, Сад Дзержинского

***

Сергей Ручка

Бас-гитара. Многолетний руководитель музыкального коллектива ресторана «Русь»

***

Павел Прозорович

Бас-гитара (красный диплом музучилища). Аранжировка. Работал в ресторанах «Русь», «Сибирь», «Хмельная Застава» и др.

***

Владимир Сартаков

Бас-гитара. Гитара. Работал на танцах в Клубе «Прогресс», ОРНИ под управлением Владимира Гусева, ресторанах «Скоморохи», «Праздничный Зал» и многих других. Сейчас преподаёт гитару в 1-й музыкальной школе

***

Сергей Дробин

Вокал. Бас-гитара. Гитара. Аранжировка. Обладатель проникновенного лирического тенора. Работал в ресторанах «Центральный», «Скоморохи», «Праздничный Зал» и др.

***

Сергей Тетерин

Клавиши. Работал в ВИА «Глория», ресторане «Росинка/Океан» в составе: Владимир Гросс (бас- гитара), Равиль Сунгатулин (гитара), Александр Марков (ударные), Геннадий «Гонтарь» Гонтаренко. Паял гитарные примочки

***

Валерий Столбецкий

Бас-гитара. Вокал. Работал в ресторане «Океан», «Новосибирск»

***

Фомичёв Евгений

Бас-гитара. Переиграл во многих ресторанах. Сейчас играет классический рок в составе группы «Бродвей».

***

Хайдуров Александр

Клавишные. Работал в ресторане «Тулинка», «Витязь», в подменном коллективе с Юрой Булгаковым в ресторане «Новосибирск». Очень аккуратно и без проволочек снабжал музыкантов нужными инструментами. Сейчас владелец крупного музыкального магазина.

***

Чеберяк Светлана

Вокал. Работала в ресторанах «Русь», «Сибирь», «Хмельная застава». Выпускница Уфимского музучилища. Профессиональная исполнительница джаза и зарубежной эстрады. Сейчас живёт в Израиле.

***

Шилов Владимир

Пианист. Аранжировщик. Работал в Клубе «Отдых», ресторане «Орион» и многих других. В настоящий момент живёт в Новой Зеландии. https://www.youtube.com/watch?v=uWjV41EtSkA (за роялем)

***

Юдин Артур

Родился 25.04.1960 года в Новосибирске. Русский. Жил на ул. Жданова, 39. Окончил среднюю школу №57. Институт Культуры в Кемерово (неокон.). До 1985 года работал музыкантом в ресторанах и кафе города Новосибирска - ударные инструменты, гитара, бас, клавиши, композиция, аранжировка. Песенное творчество: https://www.youtube.com/@ARTHURYCH Контакт: https://ok.ru/profile/378649673238 Новосибирские и др. музыканты, с которыми он работал: Лев Шафир (гитара), Игорь Денисенко (бас-гитара), Сергей Реутов (гитара), Игорь Реутов (гитара), Александр Аксёнов (бас-гитара), Николай Свищев (гитара), Александр Решетников (бас-гитара), Владимир Тарасов (гитара, вокал), Сергей Никонов (бас-гитара), Юрий Глотов (бас-гитара, вокал), Сергей Парфенов (гитара), Андрей Шопен (клавиши), Анатолий Семенов - старший (гитара), Анатолий Семенов - младший (гитара, вокал), Арно Юстус (бас-гитара), Владимир Войтов (гитара), Юрий Ягодин (клавиши), Игорь Дмитриев (фортепиано), Василий Маринин (гитара, вокал), Игорь Гулый (пиано), Виктор Сорокин (пиано, орган), Анатолий Шмаков (орган), Игорь Зотов (орган), Ирина Епишева (вокал), Олег Курохтин (гитара), Виктор Зуенок (бас-гитара), Андрей Зуев (клавиши, композиция), Василий Помелов (клавиши), Андрей Бахман (вокал, бас-гитара), Вилли Бахман (вокал, саксофон, кларнет), Эдуард Бахман (вокал, гитара, бас-гитара), Олег Лапин (клавиши, ударные), Сергей «Тихон» Дмитриев (клавиши, саксафон), Евгений Гимер (пиано, саксофон), Александр Алабугин (бас-гитара), Армен Чугурян (саксофон, пиано), Алексей Подымкин (пиано), Евгений Серебренников (пиано), Олег Петриков (бас-гитара, контрабас), Владимир Коновалов (бас-гитара, контрабас), Рашид Гаджиев (бас-гитара), Евгений Цаль (гитара), Валерий Удинцов (гитара, вокал), Александр «Макс» Юрганов (бас-гитара), Александр Иванец (вокал), Вениамин Перкис (орган), Александр Иванский (пиано), Владимир Тимофеев (саксофон), Владимир Охват (труба), Владимир Кирпичев (ударные), Сергей Пермяков (гитара), Борис Щербаков (бас-гитара), Борис Васейкин (ударные), Игорь Дадиомов (гитара, пиано, композитор), Михаил «Майкл» Кульков (бас-гитра), Виктор Бабий (бас-гитара), Виктор Протоковило (бас-балалайка), Геннадий Вылегжанин (балалайка), Вольдемар Горн (вокал), Игорь Никулин (гитара, вокал), Владимир Горкунов (орган), Алекс Друцэ (саксофон), Владимир Лапин (ударные), Александр «Шея» Шейкин (гитара), Иннокентий Кулаков (саксофон), Валерий Кузьмищев (пиано), Сергей Ромашев (орган), Владимир Вольфович (ударные), Валерий Абрамов (саксофон), Валерий Липец (бас-гитара, контрабас), Артем Туркичев (пиано), Вячеслав Шатунов (вокал, бас-гитара), Юрий Шатунов (гитара, вокал), Игорь Рабинович (пиано, синтезатор, композиция, аранжировка), Николай «Крючек» Крючков (барабаны), Валерий Софаров (орган, пиано, вокал, аранжировка), Валерий Столбецкий (бас-гитара), Андрей Мякиш (гитара, вокал, композиция), Петр Ржаницын (бас-гитара, вокал), Владимир Колесник (ударные), Efren Malano (вокал), Mark de Suzo (вокал, гитара), Sasha Rode (вокал), Валерий Пырченков (ударные), Mel Doroja (вокал), Станислав Катков (ударные), Евгений Чернов (бас-гитара), Александр Овсянников (гитара), Юрий Кузнецов (ударные), Александр «Сахар» Гусев (вокал, гитара), Александр Кузнецов (звук, колонки, усилители, аппаратура), Александр Мездриков (джазовый импрессарио, ведущий, переводчик, меломан), Владимир Захаревич (саксофон), Артур Буш (пиано), Сергей «Панас» Панасенко (бас-гитара, контрабас), Михаил Неустроев (гитара), Сергей Неустроев (гитара, вокал), Олег Колезнев (гитара), Павел Прозорович (бас-гитара), Эдуард Глейзер (пиано, композиция), Андрей Орлов (гитара), Владимир Лещинский - (ударные, гитара, бас-гитара, контрабас), Роман Столяр (пиано), Виктор «Трофим» Трофимович (вокал, гитара), Александр Миркин (вокал, композиция, гитара), Сергей Сидельников (ударные), Сергей Муратов (клавиши), Андрей Дмитриев (клавиши), Денис Никитин (пиано), Сергей Поспелов (саксофон), Анатолий «Пряник» Радохлебов (вокал), Сергей Рябов (вокал, гитара), Дани Коэн (пиано), Ави Казимирский (контрабас), Александр Шлаин (пиано, орган, синтезатор), Сергей Девятьяров (бас-гитара), Алекс Алабин (гитара, пиано, вокал), Владимир Ухалов (вокал, гитара) и многие другие...