Во сне

Глава 1

Забегаловка была еще та. Спертый воздух вонял дешевой выпивкой и блевотиной. Было довольно поздно, и многие из посетителей уже успели изрядно накачаться. За порядком в этой дыре никто не следил и потому, тот, кто допился уже до скотского состояния, так и оставался валяться, кто под столом, а кто и на столе - мордой в миске.

Вася выбрал столик подальше от света, за колонной, сел и, ожидая, когда к нему подойдут, стал разглядывать посетителей.

Минут через пять в проеме входной двери появился Шекспир. «Здарова, козлы!», - приветливо крикнул он, привычно глотнул наполненного перегаром смрада и довольно заулыбался. Вася махнул ему рукой: «Эй, Вилли подваливай ко мне – я угощаю». «Два пива и гамбургер великому, бля, поету», - проорал Шекспир, махнув рукой куда-то в сторону бара. Развязанной походкой нелатентного пидора он подошел к столику Васи и заулыбавшись щербатым ртом протянул ему заскорузлую, заляпанную чернилами лапищу:

-Приветик,

-Здарова, животное – заулыбался Васяк, протягивая Шекспиру свою аристократическую узкую ладонь.

К столику подошла полупьяная дородная девица, изображавшая в этой дыре официантку:

-Нате вот, - выдохнула она грохнув об стол тремя огромными кружками пива и тарелкой с гамбургерами.

-Держи на чай и вали отсюда, - Вася бросил ей монету, которую она ловко поймала и тут же растворилась в клубах табачного дыма.

Шекспир тем временем жадно набросился на гамбургер и поглотил его с такой неимоверной быстротой, что Вася даже не успел это прокомментировать. А великий поэт уже облизывал кетчуп со своих грязных, кривых пальцев, с интересом поглядывая на гамбургер Васи. Надо заметить, что внешний вид этого блюда не вызывал у Василия особого аппетита, да и на счет его вкусовых качеств он не питал ни каких иллюзий. Поэтому он приглашающим жестом повел в сторону гамбургера рукой, и Шекспир не заставил себя упрашивать. Второй гамбургер он сожрал с такой же скоростью, как и первый. И уже после этого довольно улыбнулся, рыгнул и запил свою нехитрую трапезу пивом. Опорожнив одним глотком кружку, он вытер рот грязным рукавом и уставился на Васю:

-Ну, зачем звал?

-Я звал? – удивился Вася.

-Нет, бля, бабушка моя. А то кто? – Шекспир как-то противно ухмыльнулся.

-Так я просто к столику пригласил, пивком угостить, стишков новых послушать,

-Ты че, дурак? – заржал вдруг Шекспир. И надо заметить гнусно так заржал. Василий начал теряться в непонятках.

-Почему дурак? - обиделся он.

-Да откуда взяться-то новым стихам? Я ведь иллюзия, - он обвел рукой вокруг себя,- и все это тоже иллюзия. Понял?

-Нет,

-Я ж говорю дурак, - опять заржал поэт. Затем задумчиво ковырнул пальцем в носу, и внимательно рассмотрел извлеченную оттуда козявку. Потом вытер палец об штаны и посмотрел на Васю, - это все, парень, лишь порождение твоего мозга, а если быть совсем точным, то это твой сон. Понял?

-М-м-м…, - неопределенно протянул Вася.

-Не, в натуре правда, клык даю, - Шекспир щелкнул ногтем об зуб. Затем посмотрел на Васю как-то уж совсем мерзопакостно и вдруг ка-а-ак плеснет ему в лицо пивом из кружки… Тут-то Василий и проснулся.

Первым делом он протер лицо, потому, что казалось будто оно все еще покрыто вонючим пивом из кружки великого поэта. Однако это было не пиво. Все тело Василия практически плавало в холодном поту. Вроде бы чушь приснилась. По содержанию так уж точно. Однако это определенно был кошмар. Все Васины чувства говорили именно об этом. Да и сон был совсем уж какой-то сюрный. Кто бы мог подумать, что Шекспир так ужасно выглядит. И почему именно Шекспир? Внешне этот тип был вылитый дядя Коля с первого этажа. Такой же завзятый гад и пропойца. А еще чертовски хотелось пить. Собственно надо бы встать и пойти на кухню, но сил у Васи совсем не было. Так часто бывает когда просыпаешься среди ночи от какого-нибудь кошмара или от того, что тебе приснился полнейший абсурд. Как, собственно, сейчас.

«Во сне люди часто видят вещи не такими, какие они есть на самом деле», - думал Василий, выбираясь из под одеяла. Во сне ведь как устроено? Вроде и лица те же, а смотрятся как-то по-другому, и места знакомые, да все как-то иначе, все как-то не так. Иногда это забавно, иногда не очень. А иногда это опасно. Можно даже сказать «чертовски опасно», а иногда может быть даже «смертельно опасно». Да. Василий добрел-таки до кухни и, открыв кран, полез в шкаф за кружкой. Думы о снах все никак его не отпускали. Застыв на месте и крутя пустую кружку в руках, он продолжал размышлять: «Обычно сон остается сном. В смысле вот если кто, например, в пропасть падает, то не долетев до самого дна просыпается, и тогда самое худшее что ему грозит – это обнаружить себя на полу свалившимся с кровати. Или если кого ножом во сне пырнут, то он не умирает от страшной раны, потому как просто не успевает умереть, а от резкой боли сразу просыпается и всех ему последствий от смертельного удара: холодный пот на спине да почесывание в уколотом пузе. И никто даже не задумывается о том, что будет, если ты однажды не успеешь проснуться в нужный момент. Оно и правильно. Не надо людям такого знать. А то, что бы это было, ежели люди поголовно стали бы боятся засыпать. Будто в жизни других проблем не хватает. Да и откуда людям про такие вещи узнать. Ведь если кто и не проснулся во время, так он ведь об этом уже никому рассказать не может». Он подставил кружку под струю, все еще льющуюся из крана. Затем пару секунд тупо смотрел на эту струю. Из крана в кружку лилось пиво. Вася вздрогнул, когда за спиной раздался противный шекспировский смех.