Видение пятьдесят пятое.

Глава 1

- Я не одна! Знакомьтесь. Это Марк, - аННа толкает паренька вперед, тот спотыкается об обувь, но сохраняет равновесие.

-Здрасьте, - выдавливает из себя молодой человек. И замолкает под пристальным взглядом трёх пар глаз.

Мы представляем из себя весьма странную компанию. Как бы лучше описать сцену знакомства? Прихожая. аННа стоит спиной к двери, защищая ее, как возможный путь отхода. Я выглядываю из комнаты с шитьём в руках, с дешёвыми очками- анаглифами на голове и в халате. Ронин наполовину высунулся из кухни. Волосы собраны под косынкой, в руках стальная миска, в которой он замешивает тесто. Из одежды на нем треники abiba$, фартук, сланцы и сигарета. Кошка смотрит на нашего гостя со шкафа. Все слишком сильно удивлены. аННа довольна. Марк в растерянности.

-Здравствуйте, Марк.

Кошка спрыгивает мне на плечи, и все внимание переключается на нее. С меня пытаются ее снять. Кошка сопротивляется для виду, потом повисает на руках аННы.

-Марк, вы останетесь на обед? У нас будет лапша с курицей. Надеюсь, вы употребляете в пищу мясо? - старший из родственников абсолютно монотонным голосом не дает потеряться молодому человеку в этой вакханалии.

-Он ест всё.

-Разувайся и проходи.

Когда парень наклоняется, чтобы развязать шнурки, аННа его незаметно подталкивает, и он снова теряет равновесие, но удерживается, встав на одно колено.

Марк носит ботинки на платформе, с круглыми черными носами. Видно, что об обуви заботится: моет и полирует. Видно что ботинки уже много походили, но внешний вид не потеряли. Носки со Снупи, скорее всего, чей-то подарок. Простенькие светло-серые джинсы- дудочки. Черная плотная футболка с изображением эмблемы хоккейной команды из Виннипега. Длинные волосы и напульсник. Напульсник черно- розовый и сильно заношенный, очевидно, память о две тысячи седьмом.

За столом молодой человек ведет себя скромно, ест с аппетитом. В процессе разговора выясняется, что пассия аННы учится на факультете журналистики, что уже работает фотокорреспондентом в местной газете и пишет обзоры для интернет- изданий. Собственно, так они и познакомились. Одному был нужен дизайн, другому- портфолио. За чаем мы ведем непринужденную беседу, которая больше похожа на перекрестный допрос. Наш гость отвечает кратко и по существу, всячески старается произвести хорошее впечатление. Старания его не пропадают зря. Мы впечатлены, и, провожая юную пару, оба показываем большие пальцы вверх, когда аННа украдкой оборачивается на нас.

Они провстречаются еще три года, а потом Марк, окончивший к тому времени аспирантуру, уедет из страны и затеряется.

Одним вечером, вернувшись с прогулки, я найду аННу в кресле в темноте комнаты. В руках она будет держать лист бумаги из блокнота для записей. На желтом листе неаккуратным мальчишеским подчерком будет наскоро написано: « Я не знаю, чему мне верить, а значит должен разобраться сам».

Мы с Артёмом попробовали это обсудить. Разговор получился странным. Звучало что-то вроде:

-… и не школьник ведь уже. Должен понимать, что это не компьютерная игра. Статистика не повышается и награды не дают. Не будет так, что бежишь, прыгаешь, уклоняешься, а на тебя грибочки падают.

-Да. То, что ты описал, похоже на фильм «Пляж». Но этот ведь не такой. Этот – идейный.

-Вот это меня и смущало все время. Слишком он на нас с тобой похож. Слишком у него за идею душа болела.

-Да. Те, кто терзаются душевной мукой, терзают и всех остальных.

-Вот что твои душевные терзания остановило?

-Мои? Фильмы «Брат», «Нога» и «Живой».

-А мои- интервью с Розенбаумом.

-Воевавшие дети невоевавших отцов. Зачем же нас всех понесло туда?...

Марк отыщется позже. Сменив имя и фамилию, он будет делать свои фотоснимки, и только нам и еще нескольким людям будет понятно, что эти снимки сделали его руки, его глаз смотрел через объектив и как-то защищал себя светофильтрами от происходящей ситуации.

Разбитая фотокамера и фотография из Судана так и стоят на полке у аННы.