Вечерние тени

Глава 1

Оба теперь сидели, подперев ладонями голову, скрестив ноги, на которые то и дело садились бабочки, так что издалека могло показаться, что в шахматы играют два не усидчивых коня.

— Сюда, — Саша передвинула пешку и смахнула чёлку влево, чтобы волосы спрятали солнце.

Коля, позабыв о кислой мине, с которой он садился, подхватил двух съеденных слонов и склонился над доской. Выждав с полминуты, он посмотрел на Сашу, та прикрыла глаза.

— Шах тебе, — сказал Коля.

— Ага.

Игра продолжалась ещё несколько ходов.

— Поднимайся, — уронив своего короля с доски на землю, Саша тут же вскочила на стол лицом к свету и протянула вниз руку.

Коле же эта идея явно была не слишком интересна, и он просто откинулся на спинку стула, вынесенного из сеней, и тоже смотрел на закат.

— Какой-то он, — Саша покачала головой, — апельсиновый... или яблочный.

— Пить просто хочется, — отозвался Коля. — Но лучше воду, — наставительно продолжил он. — Сока мы вчера кучу выпили.

— Да ладно, — Саша широко зевнула, будто хотела не выпить, а съесть солнце, — но цвет действительно чуть другой. Может, потому что я глаза закрывала часто.

— Может быть, может быть, — Коля потянулся и наконец созрел: залез на стул, оттуда — к Саше.

— Давай-давай, ой! — подтягивая его наверх, Саша шагнула назад и, разумеется, наступила пяткой на какую-то фигуру, взмахнула руками, зашаталась и шмякнулась в недавно скошенную траву. Тут же перевернулась и засмеялась, потирая лоб.

Коля не упал, хоть тоже покачнулся, и теперь, присев на корточки, аккуратно собирал шахматы в доску.

— Не ушиблась? — спросил он, не поворачиваясь.

— Не, всё хорошо, — Саша поднялась, вспомнила, что и на вчерашнем дне рождения упала, когда подвязывала шарики к старой черёмухе у крыльца. Потерев в последний раз лоб, она снова повернулась к солнцу, облокотившись на стол.

Коля захлопнул доску и сел рядом, свесив ноги. Помолчали.

Солнце тем временем с места особо не сдвинулось, только тени стали у́же, темнее и длиннее. Молодой дуб, посаженный лет двенадцать назад, слегка колыхался. Саша подставила шею ветру, подняла руки, словно тянулась к брусу, выполняющему роль турника.

— Пойдём к бабе Оле, — сказал Коля.

— Давай, — Саша оттолкнулась от стола и чуть-чуть покрутилась на месте.

— Только оденься, а то муравьи, пчёлы земляные...

— Это обязательно, — Саша умчалась к крыльцу, и пока Коля кряхтел, доставая из-под стола тапочки, вытряхивая из них сор, уже успела вернуться.

— Я ещё это... — Коля поднялся и помотал головой, — след змеиный видел. Не как в том году, когда их штук десять до аистов было, но всё равно под ноги смотри.

— Не учи учёную, — Саша ухмыльнулась и широко зашагала к калитке, Коля за ней. «Не забыть закрыть», — мелькнуло у него в голове.

Глава 2

— Потому что нечего босиком по холодной росе ходить, — наставительно ругалась мама в трубку.

Младшие Серёжкины покорно вздыхали, отхлёбывая горячий чай, Саша для выздоровления, Коля для профилактики. Саша лежала под холмиком одеял, Коля сидел у неё в ногах, держа телефон на громкой связи. Через полчаса, убедившись, что все наставления записаны и повторены слово в слово, мама попрощалась. В наступившей тишине вздохнули брат с сестрой.

— Сейчас ещё налью, — взглянув на почти пустые кружки, сказал Коля и пошёл на кухню, в тапочках и тёплых носках.

Там было прохладнее: топили только грубку. Закрыв смежную дверь, чтобы не было сквозняка, он выглянул в окно, облокотившись на подоконник, полный маленьких трещин и мёртвых мух. Снаружи поблёскивал остатками росы едва начавшийся день.

Оттолкнувшись, он покачнулся, неловко развернулся и дотянулся до электрического чайника.

— Держи, — протянул Коля кружку.

— Угу, сыграешь?

— Хорошо, — Коля улыбнулся и, подхватив со стола синтезатор, сел обратно к Саше, проверил провод: всё в порядке, — вздохнул и нажал на маленькую чёрную кнопку.

Петь у Коли никогда особенно не получалось, но играл он неплохо: несколько лет проходил в музыкальную школу, потом, правда, бросил — книжки были интереснее. Саше же его голос нравился, и при ней петь Коля совсем не стеснялся. Выбрав, по их общему мнению, наиболее космический тембр, склонившись над клавиатурой, Коля аккуратно перебирал клавиши и тихонько напевал песни, которые были на многочисленных папиных дисках для проигрывателя. Так прошло какое-то время, пока Саша не задремала. Коля осторожно поднялся и поставил синтезатор на место, выключать не стал: очень уж звук при этом неприятный. Обернулся: Саша спокойно спала. Коля снова вышел в кухню, закрыл дверь, чтобы не было сквозняка, облокотился на подоконник. На улице, кажется, не изменилось ничего, и Коля решил ненадолго выйти на крыльцо.