В школе без перемен

Совсем немного от автора…

Давно собирался разобрать эти свои заметки и перевести их во что-либо удобоваримое.

Ну что же приступим…

Можно верить во всякие там перерождения и попаданства, тем более что сейчас всего этого «бобра» стало уж чересчур многовато. Чуть ли не в каждом втором произведении, если не считать каждого первого.

Ну что же, несмотря на выставленный тег: «Назад в СССР» в данном произведении не будет никаких «попаданий», так же не планируется никаких «альтернатив», «прогрессоров», и прочей «ереси…»

Для меня СССР это мое прошлое… детское… школьное… В которое я и предлагаю нам с вами отправиться. Потому и рассказы будут преимущественно про детство и школу… Вернее про школы…

Заметки публикуются в форме сборника рассказов. Каждый из предложенных в этом сборнике рассказов самостоятелен, независим и предложен вашему вниманию далеко не всегда в правильном хронологическом порядке. Однако, надеюсь, что из-за этого они не стали хуже.

Как уже говорилось в описании серии «Мгновения» все персонажи и описываемые события абсолютно реальны, и даже некоторые из них будут выведены под собственными именами. Если кто-нибудь узнает себя в прочитанных сценах – мое вам почтение.

Так же во множестве случаев будут применены сленговые и аутентичные обороты, в особо заковыристых ситуациях будут сноски с комментариями и пояснениями.

Не забываем читать… получать хорошее настроение… добавлять в библиотеки… ну и ставить сердечки… если, конечно, рассказы вам понравились… Вам это не напряжно, ну а мне очень приятно…

Новые сегменты будут добавляться по мере их обработки или написания.

Итак…

Приступим…

(посвящается Шиловой Татьяне Сергеевне и Наугольной Риме Григорьевне).

Новичок.

Обычный день…

Обычный класс…

Обычная перемена…

Кто-то из одноклассников увлеченно рубится в морской бой, норовя успеть закончить за перемену, ну или хотя бы определиться с претендентом на победу. Ведь уже скоро прозвенит звонок и начнется очередной урок, а на уроке, конечно, тоже можно продолжить увлекательное сражение, но дело это весьма неудобное и рискованное. Мало кому из учителей понравится, что ученики, вместо того чтобы слушать учителя и выводить в тетрадях очередные треугольники с параллелограммами будут продолжать морские баталии. Особенно учительнице, за свою доброту и чуткость, получившей от любимых учеников подпольную кликуху «Грыжа-Федоровна».

Вот и доносится с первых двух парт среднего ряда: «Д-6»… «Мимо»… «Е-8»… «Ранил»... «Е-7»… «Буль-буль»… «Е-9»… «Мимо»… «Б-4»…

Тимур, не просто развалившись на стуле, а даже откинувшись на нем, и балансируя на двух задних ножках, раскачивается и сосредоточенно читает какую-то художественную книжку. На первых трех партах крайнего у окна ряда девчонки облепили Таньку, которая развернула, видимо претыренную у мамы «Работницу» и увлеченно обсуждают какую-то очередную выкройку. Кто-то лихорадочно дописывает, ну или списывает, недоделанное дома задание. Кто-то же просто пялится в окно, «считая ворон», ну или вернее, разглядывая сгрудившихся на крыше пристройки воробьев, устроивших шумную дележку доставшихся им нескольких кусков хлеба.

В общем, тишь и спокойствие, все как всегда…

Тут дверь распахивается шире и в кабинет буквально влетает Костик. Мальчишка запыхался от бега и встрепан не хуже одного из тех самых воробьев.

– Что я вам сейчас скажу?..

– Удиви… – меланхолично протянул Тимур, не прекращая раскачиваться на стуле и даже не оторвавшись от книги.

– К нам… Фух… – мальчишка отдувается, переводя дыхание и выдает фразу уже целиком, – К нам новенького перевели.

– Откуда?

– И какой он?

Девичья стайка оторвалась от обсуждения модных туалетов и переключилась на доставившего новость вестника. Еще бы, такая сплетня, и чтобы вдруг без них?.. Да не бывать такому…

Константин пытается описать предполагаемого новичка, но видимо не найдя подходящих слов, переходит к жестикуляции.

Широко распахивает руки в стороны, словно заядлый рыбак, рассказывающий в закадычной компании, какая щука сорвалась у него в минувшие выходные выдает:

– Вот такой… – затем, помолчав и подумав пару секунд, добавляет, – Вот такой, – при этом он меняет положение рук, размах их ничуть не изменился, только теперь одна из его рук направлена к потолку, а вторая к полу.

– Это квадратный, что ли?.. – озадаченно протянул кто-то из девчонок.

– Ага-а… – с радостной лыбой выдает вестник.

Все присутствовавшие на тот момент в классной комнате покатываются со смеха, а Тимур таки заваливается на пол вместе со стулом…

Ядрёная бомба и молекула – старый …

Обычный день…

Обычный класс…

Обычный урок…

Ученики выполняют какую-то самостоятельную работу, а учитель размеренно выхаживает, нарезая круги по проходам между рядами. Любил он это дело, вот и прогуливался… Еще при этом он очень любил негромко порассуждать на около предметные темы, иногда подкинуть какой-нибудь наводящий вопрос, если видел, что ученик совсем уж завис на каком-нибудь задании. Делал он это беззлобно, с юмором, порой преподнося материал с иной стороны, используя своеобразные притчи или случаи из жизни.

К примеру, раздел механики – кинематика… который, как мне до сих пор помнится, вроде бы, весь состоит из каких-то жутких, многоступенчатых формул на множество действий. Заучить их была вообще какая-то нереальность и он нам тогда подсказал, как их можно было вывести на месте. Времени это занимало значительно больше, требовало большего внимания, но позволило нам худо-бедно решать эти проклятые задачи на «равно/не равноускоренное движение»…

Мальчишек он вообще тогда буквально «подкупил» практически всех… предложив им «почувствовать» себя «штурманом» дальнего стратегического бомбардировщика:

«Условия земные стандартные… масса бомбы – такая-то… высота и скорость полета самолета – такая-то… сопротивлением воздуха можно пренебречь… На каком расстоянии от цели необходимо произвести сброс, чтобы цель с большой вероятностью была поражена… А если не пренебрегать сопротивлением воздуха?.. А рассчитать на время – не забываем время тикает и самолет летит…»

Ух… какие «баталии» мы разворачивали, как просчитывали и пересчитывали, буквально на ходу выводя эти самые многоэтажные формулы. Почти все мальчишки тогда буквально полюбили эту самую механику, ну а после тех «зубодробительных» расчетов остальное давалось уже значительно проще, тем более, что там, если я правильно помню, все эти расчеты именно внутри тех самых формул и связаны… одно следует из другого…

Ну да ладно, что-то я отвлекся…

Значит вышагивает он по классу рассуждает о чем-то из электродинамики и вдруг на несколько секунд сбившись, продолжает все тем же тоном, но уже на иную тему:

– Вот так живешь-живешь на свете и не знаешь, что ты уже старый, а поди ж ты…

Кто-то тихо интересуется, к чему мол он это? А учитель и поясняет, что мол вот он, конечно, уже далеко не молод, но стариком себя отнюдь не считает, а вот любимые ученики о нем оказывается какого мнения…

Девчонки подхихикнули и попытались заверить учителя, что он еще очень даже «ничего» – мужчина в самом расцвете сил… Кто-то с задней парты хохотнул и добавил, что почти как Карлсон. Знаете же как это порой бывает, кто-то вякнул с места и «ха-ха-шник» пошел гулять по залу…

А учитель лишь грустно улыбнулся и ткнув в парту, мимо которой в тот момент проходил заметил:

– Ну вот же, Петя, у тебя на парте написано: «Молекула – старый».

А надо заметить, что «молекулой» именно его и называли за глаза… И он об этом знал и не злился.

– Нет… я бы понял, если было бы написано: «старый дурак», – продолжил учитель, – Или там «старый козёл»… Обиделся бы, но понял… А тут просто старый…

Он покачал головой и уже молча пошел по классу…

Действительно обиделся…

Мы тогда в итоге так и не узнали, кто это написал, хотя искали достаточно тщательно… И, похоже, стыдно было всем, ведь «Молекула» действительно был стареньким…

Да и в следующем году у нас уже был другой учитель…

Чудо без перьев

Обычный день…

Обычный класс…

Обычный урок…

Вернее вру… урок был далеко не самым обычным. Или если точнее, не урок, а уже перемена.

Зоология, тема помнится – что-то вроде многообразия птиц, или птицы умеренных широт… Учительница биологии выцыганила у учителя музыки проигрыватель, и почти как тот пулеметчик из анекдота, прокрутила для нас пару новых дисков.

Женщина она была увлеченная и не просто так дала нам прослушать голоса птиц, а снабдила это все комментариями и всевозможными «скороговорками-расшифровками». Цвирк и цокот синичьих, пулеметная дробь козодоя, «поиски Вити» – чечевицы.

В результате всего этого класс пришел в полное перевозбуждение. Со звонком ситуация не просто не устаканилась, а наоборот усугубилась. Мы дурачились и перекрикивались, имитируя особо понравившиеся птичьи «перлы».

Ромка же, был парень шебутной, и решил пойти дальше. Ну что же решение принято – решение претворяется в жизнь. Слюни и три пальца – мальчишка, накрутив себе на голове волосы в пару «рожек», принялся носиться по классу, заглядывая одноклассникам в глаза и очень похоже изображая крик филина: «У-ху… у-ху…».

В общем перемена проходила активно и весело…

И вот на одном из оборотов этого непоседы по классу, дверь неожиданно открывается и в кабинет входит директор. Ромка же влетел в него на полной скорости. Опешили, похоже, оба, но мальчишка пришел в себя первым… Он «уху-кнул» прямо в лицо директору, поднырнув у того под локтем, выскользнул в открытую дверь, и с очередным, донесшимся до нас «У-ху…», унесся по коридору.

Директор же с минуту в ступоре качал головой, потом окинув нас обалдевшим взглядом поинтересовался: «И что это было?..»

Ну а мы что можем на это ответить? Конечно же ничего кроме правды, дескать это Ромка в филина играет.

Директор осуждающе покачал головой и выдал в пространство, ни к кому, собственно, не обращаясь: «Ну, б… чудо…». Повернулся и ничего больше не говоря вышел из класса.

Зачем директор приходил в наш класс, что хотел нам сказать, мы так и не узнали…

Математика без мозгов

Обычный день…

Обычный класс…

Обычный урок…

Наш учитель математики Юрий Владимирович установил на своих уроках любопытное правило. Всех отличающихся особым умом и сообразительностью шебутных подопечных, он рассадил на первые две парты перед своим рабочим столом. Так они были не только под почти постоянным присмотром, но и в зоне непосредственной досягаемости, так сказать. Была у него хорошая линейка… деревянная… длиной в один метр… одна из тех, с помощью которых рисуют ровные линии мелом на доске.

Учился в нашем классе некто Вовочка… Причем классический, как в анекдотах… Он собирал анекдоты про этого персонажа, всячески пытался соответствовать и даже бравировал этим. Сидел этот самый Вовочка на второй парте перед столом учителя, ну… думаю вы догадываетесь почему…

Ну что же вводная озвучена, теперь, собственно, сама ситуация:

Идет урок. Все работают, выполняя поставленную задачу.

Вовочка, повернулся к соседу сзади и что-то ему начинает говорить.

Учитель медленно берет линейку и вытянув руку несильно похлопывает нарушителя по голове, привлекая внимание.

Вовочка, повернувшись к учителю, и закрыв руками макушку выдает на весь класс:

«Юрий Владимирович! И так мозгов нет! Последнее выбьете!..»

Хохотал весь класс…

На каникулах или приколист

Обычный день…

Обычные каникулы…

Обычный военный городок…

Ефим, или просто Фима был мальчиком вредным. Не от какой-то природной злобности, а просто по складу характера. Правда сам он предпочитал считать себя веселым. Почему?.. Ну как вам сказать, любил он устраивать различные шутки и приколы. А самым прикольным, Фима считал подначить кого-либо, лучше из младших, они чаще велись на его гениальные идеи, на какое-нибудь действие, а потом со стороны наблюдать за последствиями. В особенности за теми, которые наступали для незадачливого поддавшегося деятеля.

Вот и сейчас Фима бродил по аллее напротив штаба воинской части, в которой служил его отец и изнывал от вселенской скуки.

Можно было бы пойти к караулке у КПП, но вот кто там сегодня в наряде он не знал. Еще можно наведаться в парк техники и там послушать солдатские байки, у вечно чего-то ожидающих водителей. Еще была надежда, что кто-нибудь из техников, занятых ремонтом, поручит шатающемуся без дела мальчишке, подавать ключи. Это было реально круто и подобным не грех было бы при случае и похвастаться. На полном серьезе утверждая, что он ремонтировал всамделишную военную технику, лучше всего если не какой-нибудь там урал или уазик, а бронетранспортер или БМП… Ведь БМП – это почти что танк, только маленький, а значит он потом на полном серьезе мог говорить, что ремонтировал танк, это было бы невероятно круто.

Но вот беда, после прошлого раза, когда он случайно повернул тот рубильник на распределительном щите. Ну вот честное слово, что случайно, неужели вы думаете, что если бы он реально хотел напакостить, то ограничился бы только одним рубильником. Тем более, после того как увидел крупный красный плакат: «Не включать! Работают люди!»

Ну ведь ничего не случилось, правда ведь…

На той линии, как он потом понял из длинной и нецензурной тирады старого, загорелого до черноты прапорщика, был какой-то сильно слабый ток. И солдата, и прапорщика, что как раз и работали на той самой линии только слегка дернуло. Они даже кричали потом не сильно громко…

Однако, дядя Сережа, самый главный чего-то там «тех» во всей их дивизии, а не только в том парке… на полном серьезе объявил, что если он еще хоть раз увидит Ефима в зоне видимости от вверенных ему объектов, то уши этому самому вышеназванному Ефиму открутит без дальнейших разговоров, и отправит их его отцу в пакете с нарочным.

Так что нужно было сперва выждать какое-то время, пока старое забудется. А ждать было скучно.

Каникулы… Делать нечего… До того момента, когда отцу дадут отпуск и они смогут проехаться по бабушкам и дедушкам, навестив сначала родителей отца, а потом и матери, почти неделя… Вернее чуть меньше, пять дней – целая вечность по мнению Фимы.

Скукота…

Нужно было срочно над кем-нибудь приколоться…

И решение было найдено… И план созрел…

На этой же ведущей к штабу аллее крутилась малышня, класса первого-третьего. Они гонялись за бабочками, которых пытались поймать достаточно маленькими детскими сачками. Получалось у них это, опять же по мнению Фимы, не очень здорово.

Отловив одного из мелких, Ефим предложил ему сыграть в «войнушку», у него и компания подходящая есть. Но вот беда, в компанию к старшим мальчишкам, для такого серьезного дела как войнушка нужны ребята смелые и умеющие хранить тайну.

Проверка на храбрость и не болтливость была предложена предельно простая, по мнению Фимы, ну ведь правда, чего сложного? Дождаться проходящего по аллее к штабу или от него военного, лучше если офицера и подкравшись к нему сзади надеть сачок на голову. Ну а потом не сдать товарища. Ну а он, Ефим, проконтролирует выполнение стоя, или скорее сидя на «боевом посту» в ближайших кустах.

Мальчишка забрался в куст и развалился на травке, готовясь наблюдать веселье с предельно удобной позиции. Тут и предполагаемая мишень появилась…

По аллее в направлении штаба шел офицер, одна большая звезда между рельс – значит майор. И Фима узнал его… вернее будет сказать, что он знал кто он, но при этом не знал, как того зовут.

Рассказывая свои солдатские байки ребятне, бойцы иногда указывали на этого майора и с придыханием, закатывая глаза тихонечко сообщали, что это начальник особого отдела их дивизии. Типа «ой-боюсь-боюсь». Страшная… пугающая в общем личность.

Ефим увидел, как мелкий взял старт и возликовал.

Вот это будет прикол…

Но то ли у малого не получилось сходу догнать не быстро, но широко шагающего взрослого, то ли еще по какой-то причине, но мальчишка окликнул военного.

– Дядь майор, а разрешите обратиться?

Майор оглянулся, увидел подбегающего ребенка и хмыкнув, кивнул.

– Обращайся, боец…

– Дядь майор, а можно вам на голову сачок надеть?

Ефим в кустах чуть слюной не подавился от возмущения, это что же ты творишь, мелкий засранец? Такую веселуху запорол…

Офицер же снова хмыкнул, и присев на одно колено перед пацаном, чтобы быть с ним на одном уровне поинтересовался:

– Тебя как звать то, боец?

– Артем, – ответил мальчишка и помедлив несколько секунд, зачем-то добавил, – Григорьевич…

– Значит так, Артем Григорьевич, сачок, – мужчина щелкнул ногтем по ободу сачка, – Мне на голову надеть, наверное, можно. Только вот какой-то он у тебя маленький, – на этот раз он щелкнул по черному лакированному козырьку, – Вот боюсь, что фуражка не пролезет.

Артем повернулся и на всю аллею прокричал, обращаясь к кустам, в которых прятался старший мальчишка:

– Он сказал, что надеть можно, но фуражка не пролезет!!!

И тут Фима понял, что откровенно попал. Интенсивно работая локтями и коленями, задом, он начал выбираться из-под куста. Однако этот маневр отступления не остался незамеченным бдительным взглядом советского военного чекиста.

Говорили, что над этим случаем потом еще несколько дней потешались, наверное, все офицеры штаба…

Не очень весело было только Ефиму…

Весь следующий день, Фима ходил чуть на раскоряку, очень осторожно и старался не садиться на жесткие поверхности…

Без шуток

Обычный день…

Обычный класс…

Обычный урок…

Зинаида Михайловна преподавала химию во всех классах школы, с седьмого по десятый. Еще она вела биологию человека, ту самую, что называлась «анатомия, физиология и гигиена человека». Была она человеком жестким, в следствии чего ее побаивались и не любили, наверное, все ученики нашей школы.

В «пионерском» фольклоре тогда бытовала такая песенка: «химия-химия, вся (цензура) синяя…»

Кто-то из наших «говорунов», тех самых, что «отличаются умом и сообразительностью», переделал данный стишок: «химия-химия, у Зины (попа) синяя…»

Обычная, в общем-то, безобидная детская шалость, скажете вы? В общем-то да…

Однако…

Вовочка не был бы собой, если бы не попытался претворить данное утверждение в жизнь. Достать синий мел не было особой проблемой, но вот как он умудрился измазать этим мелом учительский стул, никто из нас так и не понял.

Дело в том, что в специальных кабинетах, где вели физику, химию, биологию и труды нас учителя без присмотра не оставляли. Если учитель выходил по какой-либо надобности, нас выставляли в коридор и учитель закрывал кабинет.

Может быть, она на что-то отвлеклась, но в общем диверсия была совершена, однако результата не достигла. Синий мел был обнаружен раньше, чем учительница уселась на стул…

– Шутите, деточки? Это хорошо. Я люблю хорошие шутки, только согласитесь, что теперь моя очередь шутить…

Класс притих в ожидании «и что теперь будет», а улыбка учительницы стала приторно-сладкой.

– Моя основная специализация – химия, а когда шутят химики, то все остальные эвакуируются… – женщина взяла из штатива на демонстрационном столе какую-то пробирку с яркой красно-оранжевой жидкостью, и посмотрела ее на просвет. – Нет, пожалуй, это будет слишком уж жестоко…

Она вернула пробирку на место, и взяв с того же стола колбочку с какой-то грязно-мутной жидкостью, в которой к тому же еще что-то плавало, окинула класс задумчивым взглядом.

– Однако моя вторая специализация – биология, – тут ее улыбка из приторной сделалась зловещей, – А когда шутят биологи… – она выдернула ватно-марлевый тампон, служивший пробкой, и правильно «по науке», взмахнув ладонью понюхала содержимое и тут же скривилась, – Фу гадость… Так вот, когда шутят биологи – всех остальных проносит…

– Как-как?.. – конечно же Вовочка не мог усидеть молча.

– Резко, жидко и очень вонюче… На три метра против ветра, не считая мелких брызг… – она еще раз окинула взглядом затихший класс, – Ну так что деточки, обычный урок? Или будем шутить дальше?..

– Зинаид Михаловна, простите, давайте лучше урок… – кто подал эту реплику, как всегда, Вовочка, или кто-то еще с задних парт (на второй перед учительским столом он сидел лишь у математика) было не понятно.

– Ну, смотрите, а то я всегда готова… Открывайте рабочие тетради…

Учительница снова заткнула колбу и вернула ее на место, затем стерла тряпкой мел со стула, и осмотрела класс уже привычно спокойным взглядом.

– Тема сегодняшнего урока: «Гигиена питания, заболевания ЖКТ и профилактика кишечных инфекций…»

И хоть уже значительно позже мы узнали, что ничего по-настоящему опасного у нее в кабинете просто не могло быть, никто из нас не осмеливался как-нибудь пошутить над этой суровой и сильной женщиной…

Пися… или нам не дано предугадать…

Обычный день…

Обычный двор…

Артем и Кирилл были друзьями, как это говорится «не разлей вода». Теплые и солнечные деньки конца сентября мальчишки, выполнив невеликое в начальной школе домашнее задание, проводили во дворе.

Они играли «в индейцев».

Фигурки индейцев и ковбоев, выполненные из мягкого пластика и резины были пока отложены в сторону. Заняв свободную на настоящий момент песочницу, мальчики «возводили» в ней прерию, подготавливая, так сказать, сцену столкновения двух лагерей.

Вокруг друзей крутился младший брат Кирилла, пятилетний Сашка. Младший с большим удовольствием тоже бы поиграл в песочнице. Но тут возникла небольшая загвоздка. Старшим не было интересно лепить с малышом «куличики» или же возводить «песчаные замки». Малышу же в свою очередь была не очень ясна идея сюжета игры двух товарищей. А значит тоже не интересна… Вот Сашка, или как его называли близкие, друзья и знакомые Сашулька, с успехом занимал себя самостоятельно, носясь вокруг, наводя суету. При этом благополучно избавляя старшего брата от необходимости следить за мелким, выполняя поручение матери.

В стороне еще более старшие мальчишки, на вид класса пятого-седьмого гоняли в «дворовой футбол» на небольшом заасфальтированном прямоугольнике площадки для выбивания ковров.

Уже несколько раз, неудачно посланный мяч чуть не влетал в песочницу, грозя порушить выстроенные из песка «холмы и дороги» и даже поломать жемчужину Кирилловой коллекции и предмет его тайной гордости – игрушечный вигвам. Сашулька каждый раз пинками возвращал мяч обратно играющим и продолжал заниматься своими, понятными только ему одному делами.

И вот в очередной раз после неудачного удара по воротам, выставленным из пары портфелей мяч улетел особенно далеко, и немного в другую сторону. Зрителей помощников, готовых вернуть его игрокам во дворе не было, и кто-то из мальчишек, поленившись бежать сам, решил задействовать дармовую рабочую силу, крикнув: «Сашуль!.. Подай мяч!..»

Пятилетний малыш остановился, нашел взглядом указанный предмет и прикинул расстояние до него и до самих футболистов. Решив, что одно дело вернуть мяч, когда он буквально подкатывается тебе под ноги, и совсем иное – бежать за ним специально. Малыш принял горделивую позу, уперев левую руку в бок, вытянув другую и указывая ладонью в сторону лежавшего мяча и громко, отчетливо, отчеканивая каждое слово, выдал на весь двор:

«Пошел ты в писю!..»

Все видевшие тогда эту сцену еще долго потешались над ней, только вот Сашульку еще какое то время так и называли «пися»…

Большая приборка или пионеры они такие пионеры

Обычный день…

Обычный класс…

Обычный урок…

Вернее, снова ошибочка, уроков тогда уже не было. А была большая приборка, почти как большая перемена или вернее большое путешествие, хорошо, что не космическое.

Кто чем занимался на благо родной школы.

Кто-то в библиотеке сортировал сданные в конце учебного года учебники и ремонтировал изношенные. Подклеивал разваливающиеся страницы. Более старшие мальчишки в мастерских ремонтировали парты и стулья. В каких-то кабинетах красили эти самые парты и стулья. Девчонки наводили чистоту и порядок, отмывая окна, стены, кое-где плинтуса и полы. Некоторые работали в школьном дворе и палисаднике.

В общем, все были заняты общественно полезным и созидательным трудом, который, как известно, облагораживает.

Мы, несколько мальчишек нашего класса таскали мебель. Если конкретно, то те самые столы, парты и стулья из подвала, куда их за год набили достаточно много. Сначала поднимали по узкой и очень неудобной лестнице и через боковой выход выносили на улицу. Потом должна была быть сортировка. Если предмет парту или стул еще можно было починить, то нужно было нести направо к мастерским, если чинить там уже было нечего, то налево к свалке и куче металлолома (о которой пойдет разговор несколько дальше), или же в спорной ситуации звать учительницу Алевтину Геннадьевну, оставленную распоряжаться во дворе.

Так значит подняли мы вчетвером стол… большой… очень неудобный с двумя боковыми тумбами, правда уже без выдвижных ящиков, но от этого легче он был не на много.

Подняли его, вынесли на улицу и остановились. Встал вопрос, а куда же его тащить, налево или направо?..

Пока мы с Тимуром отдувались, а Ромка, вытирая пот, примостил свой зад на углу того самого стола, Вовочка решил, что пришла пора апеллировать к высокой инстанции и позвал вышеупомянутую учительницу:

«Алевтина Геннадьевна!..»

Женщина в это время стояла в окружении наших же девчонок, которые работали в палисаднике, метрах в тридцати от нас и, видимо, давала им какие-то консультации.

«Алевтина Геннадьевна!!.»

Снова проорал Вовочка, уже начиная заводится. Что за фигня в конце концов?.. Девчонки, со своими метлами и мусорными мешками, могут получить свои ценные и даже особо ценные указания и позднее, а тут вопрос у людей, между прочим, носящих тяжести, а их игнорируют… Несправедливо же?..

Мальчишка, аж немного раздулся, набирая полную грудь воздуха и заорал уже сколько было мочи:

«Алевтина Геннадьевна!!!»

И в очередной раз проигнорированный, отвернулся в сторону и тихонько прошипел:

«Ну… вафля…»

И надо же было такому сложиться, что именно в этот момент, учительница, видимо, закончив инструктировать девочек, наконец повернулась к нам:

«Чего вам мальчики?..»

Стоит ли говорить, что оставшиеся два года, пока Алевтина Геннадьевна работала в нашей школе, у нее было персональное и не очень приятное прозвище…

Пионеры они такие пионеры…

Пари или пионеры они такие пионеры

У Клима был велосипед…

Почти как «у попа была собака», но только вот то была не собака, а велосипед, и не у попа, а у Клима…

Только вот незадача, парню очень хотелось иметь что-нибудь приводимое в движение не при помощи мускульной силы, хоть и достаточно тренированных, но все равно быстро устающих человеческих ног. Да и согласитесь, что с девчонками проехаться по их полу-деревенской улице под «рык» мотора было бы более здоровски.

Почему полу-деревенской?.. Да все очень просто. Жил Клим в городе. Большом… не столицы, конечно, но почти что миллионник… да и более того, почти что в центре этого самого города. Впрочем, почему это «почти», в центре он и жил… Но вот дома на их, до сих пор мощенной булыжником улице, честное слово, как во времена «царя Гороха», были исконно-посконные деревенские. На одну, иногда на две семьи… причем это скорее были два домишки, просто соединенные торцами, и даже палисадники у большинства имелись. Где бравые соседи собирали смородину с малиной, а кое-кто из более старательных даже лучок с петрушечкой, да огурчики с помидорчиками… Самым крупным да и, пожалуй, современным зданием на их маленькой улочке была их школа, которая в следующем году должна будет отметить свое пятидесяти пятилетие.

Однако, если человек чего-либо очень хочет, он начинает искать способ это самое себе получить… И при неимении возможности приобрести себе нового, моторизованного «коня», Клим решил «коня» уже у него имеющегося – моторизовать, и превратить собственный велосипед если уж и не в полноценный мопед, то в мотовелосипед.

Работы руками парень не боялся, много раз уже перебирая вместе с дедом его старенький «москвич», так что и с принципом был знаком, да и после нынешнего восьмого класса собирался уходить из школы в автотранспортный техникум. Так что и в будущем подобный опыт лишним не будет.

Пошабашив летом и заработав кое-какую деньгу, парень начал претворение своей идеи в жизнь. За несколько месяцев он посетил магазин «Авто-Мото», что относительно недалеко, в районе трамплинов… «Моделист-конструктор», что вообще располагался в другой части города, и всевозможные рынки с их непременными «пьяными» рядами… даже несколько гаражных товариществ были посещены и переговорено с тамошними завсегдатаями…

В целом все было успешно… Мечта была уже так близко, что казалось, что вот протяни руку и ухватишь ее жадными, растопыренными пальцами…

Однако…

Да, всегда вылазит это самое «однако» и портит хорошим парням жизнь…

Все нужное было найдено и так либо иначе приобретено, не хватало только сущего пустяка, который найти никак не получалось… (*)

В порыве чувств и на эмоциях Клим даже описал возникшую проблему своим приятелям, и даже получил от них дельный совет…

– Слышь, Тим, а не помнишь, когда у нас металлолом вывозили? – Артем выглянул в окно, на здоровенную кучу различного металлического хлама, возвышавшуюся практически до крыши хозяйственной постройки во дворе школы.

– В этом году точно нет… – протянул Тимур, тоже выглядывая в окно, – Кабину «шишиги»(**) притащили точно мы, а в этом году мы металл уже не собирали…

– Ну вот… нет повода не поковыряться… – ухмыльнулся Артем, – Танька с Викой, тогда стояли на приемке, помните, что они рассказывали, там чего только не тащили…

– Может быть… – Клим тоже не удержался и выглянул в окно, с новым интересом оглядывая здоровенную кучу металла различной степени ржавости, – Может быть…

– Да я тебе точно говорю, – в запальчивости выкрикнул захваченный идеей товарищ, – В таких кучах, если хорошо поковыряться, можно что угодно найти, вплоть до артиллерийского снаряда!..

Клим окинул Артема скептическим взглядом и в задумчивости протянул:

– Ну не тринди…

– Да не трендю я!

Артем даже вскочил, но тут снова влез с комментарием Тимур:

– А забьешься?

– Да хоть и забьюсь!.. – в запале выкрикнул парень.

Долго ли коротко ли… слово да за слово…

В общем поспорили три товарища…

Вернее, поспорили двое, Тимур же был свидетелем и разбивателем спора.

Несколько дней после уроков четверо товарищей, два упомянутых выше спорщика, Тимур и, бывший сторонним свидетелем Вовочка, который вообще всегда был за любой кипишь, кроме голодовки, ковырялись в уже вышеупомянутой куче металлолома.

И где-то день на третий…

Они таки его нашли…

Головка взрывателя выкручена, внутри пустота, сам весь ржавый… снаряд…

Калибр друзья точно так и не смогли опознать. Уж слишком было старое и ржавое «изделие». По впечатлению на «выпуклый глаз» миллиметров семьдесят шесть – восемьдесят пять…

Так что в результате изысканий Клим проспорил, и пришлось ему отдавать Артему «пятерик»(***). Но парень все-равно был счастлив, словно червяк в яблоке, а причина была проста до банальности. Парни, пока раскапывали залежи металлического хлама, совершенно случайно, конечно же нашли ту самую фиговину, которой не хватало «самоделкину», для окончательного превращения собственного транспортного средства из просто механического в моторизованное.

Бывшие же этому свидетелями друзья высказались, что таки да, «пионеры они такие пионеры», они и не такое выкопать и притащить могут.

Самым непонятным во всем этом остался только один вопрос:

«Где?..»

В районе, в котором интенсивных боев не было даже в гражданскую, а в Великую Отечественную враг вообще не сумел сюда дойти… Посредине крупного города…

Где пионеры ухитрились откопать эту самую болванку снаряда?..

Да явно разряженную…

Да старую и ржавую…

Но все-таки…

Пионеры они действительно… такие пионеры…

____

Примечание автора:

* Уважаемые знатоки техники, с описываемых событий прошло более 35-ти лет… я просто не помню, чего именно тогда не хватало моему товарищу. Однако учитывая, где и как «недостача» была ликвидирована – это действительно была какая-то фигня…

** Имеется в виду грузовик ГАЗ-66… может быть это была кабина и от какого другого… но по тем ржавым останкам, точнее сказать было невозможно… Просто в автопарке, с территории которого нам тогда «позволили» забрать эти обломки было больше именно 66х, вот мы так и считали…

*** Пять рублей. По тем временам не очень великие, но для пацанов далеко не малые деньги.

Небольшое послесловие.

На этом пока все…

Основная серия "Мгновения" сохранит свой общий формат, но если у меня наберется еще некоторое количество небольших рассказов вроде предложенного вашему вниманию в данном сборнике "около школьного ретро" - будет сформирован еще один сборник.

12 июля 2025г. сборник начат – 19 июля 2025г. завершен – грубо говоря одна неделя. За этот период вашему вниманию представлено 9 небольших рассказов.

Рад если вам понравилось.

Благодарю за высказанные в комментариях мнения и голосования за данный сборник, как уже говорил выше: «Вам это не напряжно, ну а мне очень приятно»

Всем Успехов!

Однако…

Не прощаемся…