В этот раз (не) будет иначе

Глава 1. Дениз и Кай

2001 год

— Чарли, постой! — молила Дениз.

— Убирайся! — презрительно прошипел Чарльз, сгребая в объемную сумку все со столика в коридоре и бросая за порог, где стояла перепуганная Дениз с Каем на руках. — Мне в доме гулящая девка не нужна!

— Но Чарли… это же твой ребенок! — воскликнула Дени, протягивая ему младенца, который от громких криков проснулся и, скривив личико, стал плакать.

— Мой? — Он подошел, навис над ней, угрожающе сведя брови и с трудом держа себя в руках. — Пока я пропадал в командировках, ты гуляла со всеми подряд. Мама мне рассказала, какие оргии ты тут устраивала!

— Оргии? — Дениз непонимающе моргала, качая Кая, продолжавшего плакать. — Никаких оргий не было, о чем ты говоришь? Пару раз приходили подруги, чтобы поддержать во время беременности. Ничего не понимаю. Ты же был так рад, что у нас будет ребенок. Что изменилось, любимый?

— Любимый, — передразнил он ее. — И сколько у тебя таких же любимых?

— Никого, кроме тебя, — уже плача навзрыд, убеждала Дени.

— Убирайся, видеть тебя не хочу. И твоего… твое отребье тоже! Вон! — Он швырнул еще две сумки к остальным.

— Но куда мне идти? — сквозь слезы прошептала Дениз.

— Понятия не имею. Не моя проблема. Катись к тому, от кого нагуляла. И угомони уже эту орущую тварь, уши болят. Вот тебе на первое время, — он бросил ей несколько крупных купюр, — и больше ты ничего не получишь. Убирайся из моего дома и из моей жизни!

Громкий хлопок закрывшейся двери прозвучал для Дени словно приговор. Ей некуда было идти. На гостиницу денег нет, родители давно умерли, не оставив ничего, а подруги… Ну надолго у них не останешься, но хотя бы пару дней перекантоваться можно.

Утерев слезы, переложила Кая, который, к счастью, затих, глядя не по-детски серьезным взглядом на мать, на левую руку, достала правой телефон и набрала номер Элис.

— Привет, дорогая! Как ты? Уже выписалась из больницы? Как себя чувствуете? Как вас встретили дома? Чарли, наверное, сына с рук не спускает… — Элис тараторила, не давая и слова сказать, но Дени все же удалось ответить на последний вопрос.

— Чарли выгнал нас из дома, — практически прошептала и сползла по стене, садясь на холодный пол. Сил ни на что не осталось совершенно, даже на слезы. Казалось, что в душе и сердце просто огромная черная дыра, которая все разрастается и разрастается.

Элис несколько секунд молчала, что для нее было практически рекордом, а потом, враз прекратив фонтан эмоций, сухо спросила:

— Почему?

Дениз пожала плечами, но осознала, что подруга ее не видит, и ответила:

— Если бы я знала. Из того, что я поняла, его мать наговорила про меня гадостей, убедила, что я устраивала какие-то оргии, пока его не было. И навешала лапши, что ребенок не его.

— Оргии? Ты? — Элис нервно рассмеялась. — И он поверил?

— Как видишь…

— Идиот. Вы сколько вместе? Три года? И за это время он даже не узнал тебя, раз поверил в такую чушь. Так где ты сейчас?

— В коридоре у его квартиры. С Каем и моими вещами.

— Никуда не уходи, я сейчас приеду.

К чести подруги, ждать ее слишком долго не пришлось. Уже минут через двадцать, бодро стуча каблучками, Элис появилась в поле зрения. У Дени даже не было сил подняться, пришлось схватиться за руку подруги и кое-как встать. Кай, заснувший в тишине, недовольно закряхтел, но не проснулся, лишь сладко почмокал губками. Дени невольно улыбнулась, глядя на сына. Он так напоминал Чарли, как можно было думать, что тот не отец?

— Стой здесь, я отнесу твои вещи в машину. А то ты того и гляди упадешь. А хотя…

Элис поставила сумки, которые уже взяла, достала из кармана какой-то баллончик и жирно намалевала на двери Чарли «Дебил!». Потом удовлетворенно вздохнула, подхватила все сумки — и как только смогла? — и кивнула Дени на выход.

— Пошли.

Дени осуждающе посмотрела на дверь, потом на подругу, а та хмыкнула.

— Ничего-ничего. Зато надолго запомнит. Краска-то стойкая, не отмывается.

И она так же резво зашагала с ношей, как и без нее. А Дени шла на автомате, вцепившись в сына, и размышляла, в какой момент все изменилось. Ведь Чарли не был таким. Ее любимый Чарли нежный, заботливый. А сейчас перед ней словно предстал чужой человек. Лицо, искаженное злобой, в глазах презрение, при взгляде на Кая — откровенная ненависть. Когда все пошло не так? Когда она, радостная, прибежала к его матери рассказать, что беременна? Чарли тогда был в очередной командировке, а его мать не особо жаловала Дени, но открытой агрессии не проявляла и вроде даже обрадовалась новости. Или еще раньше, когда она бросила все, чтобы заботиться о любимом и сделать его жизнь комфортной? Бросила университет и работу, осела дома, занималась бытом. Чарли нравилось, что Дени содержит в чистоте дом, вкусно готовит и опрятно выглядит. И Дениз тоже нравилось всем этим заниматься. Или ей так только казалось?

Перед глазами все расплывалось, слезы опять текли по щекам, она думала лишь о том, чтобы соленые капли не попали на личико Каю. Кай… Ее маленький герой. Ее смысл жизни. Без него она бы совсем пропала, а теперь ей есть для кого жить.

Сама не заметила, как подошла к машине Элис и села на заднее сиденье. Детского кресла у подруги не было, так что пришлось пристегнуться ремнем вместе с ребенком. Дениз надеялась, что полиция их не остановит.

Элис закинула вещи в багажник и села за руль, а потом повернулась к подруге.

— Не волнуйся. Все наладится. Поживешь пока у меня, а потом мы что-нибудь придумаем. В конце концов, можно через суд заставить его содержать ребенка и заботиться о нем.

Дениз резко замотала головой.

— Нет. Никакой совместной опеки. Не хочет — не надо. Моему сыну такой отец не нужен. Сама справлюсь. Не я первая, не я последняя.

— И правильно, — хохотнула Элис. — Зачем нашему красавчику Каю такой непутевый папочка-идиот, когда у него есть такая замечательная мамочка и не менее замечательная тетушка Элис.

— Сам себя не похвалишь… — пробормотала Дениз, уже немного успокоившись.

— А то! Ладно, поехали подальше от этого идиота, вдруг заразно. Не хочу подцепить эту дрянь.

На следующий день Дени отправилась к Чарли — в квартире все еще оставались ее вещи. Хороший предлог, чтобы поговорить. Несмотря на то, что она вчера сказала Элис, в душе жила надежда, что все это лишь недоразумение. Они с Чарли поговорят, он извинится, и все будет как раньше.

Она долго стояла под дверью, не решаясь постучать. Но все же решилась. Открыл он сонный и недовольный.

— Можно войти? — робко спросила она, и он шагнул в сторону.

Дени протиснулась внутрь. Чарли направился на кухню, налил кофе, достал сигареты, закурил, бросив пачку на стол, и Дениз поморщилась.

— Я же просила не курить дома…

— Это больше не твой дом, забыла? Зачем пришла?

Дени нахмурилась. Надеялась, что до утра Чарли остынет, и им удастся спокойно все обсудить.

— Хотела спросить, когда можно вернуться.

Чарли недоуменно посмотрел на нее, а потом расхохотался.

— Ты до сих пор не поняла, да? Никогда! Тебя больше ни-ког-да не будет в моей жизни!

— Но как же Кай…

— Мне нет дела до твоего сына.

— Нашего сына, — поправила Дени.

— Твоего, — с нажимом повторил он и встал. — Разбирайся с этим сама, это не мои проблемы.

— Но ведь… он твой. Если бы ты хоть раз посмотрел на него, то увидел бы…

— Стоп! Хватит! Если ты так уверена, что он мой сын, делай генетическую экспертизу. Выяснится, что мой — так и быть, дам вам денег на первое время. А нет — так нет.

— Но у меня нет денег на экспертизу, ты же знаешь!

— А это не мои проблемы, дорогая, — произнес он с издевкой. — Попроси у тех, с кем развлекалась, пока меня не было.

— Но я не…

— Разговор окончен!

Чарли грубо схватил ее за локоть, подвел к двери и выставил в коридор. Дениз даже сказать ничего не успела, лишь услышала, как за ее спиной с грохотом захлопнулась дверь.

— Вещи отправлю к твоей подружке, — раздалось изнутри. — Оревуар.

Уже две недели Дени жила у Элис. Две недели слез и воспоминаний. Все порывалась уйти, не хотела причинять неудобства, но подруга не пускала. Спрашивала, куда Дениз пойдет, и та, опустив голову, молчала. Деньги Элис тоже не брала, хотя Дени порывалась дать хоть немного. Все-таки она тут ела, пользовалась всеми благами, было неудобно. Но подруга лишь отмахивалась.

— Тебе они пригодятся еще, — говорила она.

Сбережений у Дениз было немного. Она сама не работала, образования не было — она бросила колледж, чтобы быть рядом с Чарли, — лишь редкий фриланс позволял кое-что откладывать на черный день. Но никогда Дени не думала, что этот самый черный день наступит так скоро.

Пару раз она пыталась звонить Чарли, но он не брал трубку. Оставляла сообщения — не отвечал. А на третий раз услышала вместо гудков «данный номер не обслуживается». Сменил номер, догадалась она. Что ж, адрес Дениз все еще помнила. Может, при личной встрече он все-таки не откажется поговорить.

Попросив Элис присмотреть за Каем, отправилась по бывшему адресу. Подруга отговаривала ее, убеждала, что ничего хорошего из этого не выйдет, но Дениз была непреклонна — не верила, что все может вот так закончиться. А как же их любовь? Они же столько пережили!

Приехав, неприятно удивилась, что квартира пустует. Управляющий сказал, что Чарли съехал пару дней назад и нового адреса не оставил. Это был конец! Дениз вышла на улицу, перешла дорогу и села на лавочку, а потом разрыдалась. Ну почему, почему все это случилось? Что такого она сделала? Всю жизнь положила к ногам любимого, который ее на руках носил. А теперь…

Дени не понимала, почему он так резко изменился. У него и раньше случались вспышки гнева, но они никогда не были направлены на нее. Посуда, вещи на столе, рамки с фото. Но не она.

Дениз ощутила себя сломанной куклой. Марионеткой, у которой внезапно обрезали нити, и она упала, не в силах пошевелиться.

Вернулась она домой заплаканная, быстро прошмыгнула в комнату, в которой жила с Каем и рухнула на кровать. Глаза застилали слезы, она рыдала, уткнувшись в подушку, чтобы Элис не услышала.

Наконец, слез не осталось. Дени прошла в ванную, умылась и вернулась к сыну, который как раз проснулся и требовательно закричал, прося еды. Приложив Кая к груди, Дениз откинулась на спинку кресла, в котором сидела, и стала разглядывать ребенка. Маленький носик, маленький ротик, маленькие пальчики… Все такое крошечное. И несмотря на это, Кай был очень похож на своего отца. Так же морщил лоб и нос, так же причмокивал во сне.

— Не бойся, маленький, — ласково сказала Дениз, проводя кончиками пальцев по личику сына, который уже наелся и заснул, — мама не даст тебя в обиду. Теперь ты главный мужчина в моей жизни.

Легко поцеловав ребенка в лоб, Дени положила его в кроватку и направилась к лестнице. Спускаясь, услышала голоса Элис и Джордана, ее мужа.

— И долго еще она будет здесь торчать? — недовольно спросил он.

— Милый, ну она моя подруга. Ей некуда идти.

— Да мне-то какое дело? — бурчал он. — Я в собственном доме не могу расслабиться. То ребенок плачет, то чужая женщина ходит. Ни минуты покоя.

— Ну дорогой, потерпи еще немного. Я постараюсь что-то придумать…

Дениз тихо поднялась обратно в комнату, закрыла дверь и сползла по ней на пол, закрыв лицо руками. Вот и все. Теперь они совсем одни…

Рано утром, пока еще все спали, Дениз собрала вещи в большой чемодан, который ей подарила Элис, подхватила Кая и тихонько вышла из дома. Подруге она написала письмо, в котором объясняла причины своего поступка. Хотела оставить и немного денег в счет своего проживания, но, подумав, не стала этого делать, лишь приписала, что обязательно вернет Элис долг.

Дениз просто шла по улице, держа на одной руке Кая, а другой везла чемодан с нехитрыми пожитками. Через плечо была перекинута сумка с принадлежностями для ребенка. Она шла и думала, как так получилось. что к двадцати трем годам у нее есть всего лишь чемодан вещей и ребенок. Вот и все ее богатство. Скажи ей кто еще несколько недель назад, что она сегодня окажется на улице, Дениз покрутила бы пальцем у виска и рассмеялась. Но сейчас смеяться не хотелось. Хотелось есть, пить и отдохнуть. А еще покормить Кая. Грудь болела от прилива молока, а сын уже причмокивал во сне, явно давая понять, что сейчас проснется и потребует свое.

Невдалеке Дениз увидела парк и направилась туда. Сев на дальнюю скамейку, распустила шнуровку на груди и приложила ребенка. Кай тут же довольно зачмокал.

— Совсем стыд потеряли! Тут дети ходят! — услышала Дени возмущенный голос прямо рядом. Она оглянулась и увидела дородную даму, смотревшую с неодобрением, поджав губы.

— Простите. — Дениз запахнулась поплотнее, но Кай недовольно запищал. — Мне просто нужно покормить ребенка.

— Так и корми. Но в другом месте. Здесь общественный парк вообще-то.

— Где? Есть специальные места для кормления младенцев? — устало спросила Дениз. Ей было уже все равно. Она устала, проголодалась, Кай оттягивал руки, чемодан отбил пятки. Хотелось просто лечь, уснуть и ни о чем не думать.

— Не знаю. Но здесь точно не место.

Дени безразлично пожала плечами, решив не обращать на недовольную женщину внимания. В конце концов, она ничего плохого не делала, а детей рядом не наблюдалось. Дама еще немного повозмущалась, но, ничего не добившись, удалилась. Дени вздохнула с облегчением, решив еще немного отдохнуть, а потом уже отправиться дальше. Куда — не имела понятия. Но для начала хотя бы перекусить. Посчитав свои скудные финансы — три тысячи долларов, накопленных фрилансом за время замужества, и восемьсот, брошенных ей Чарли, — решила, что нужно найти какое-то дешевое жилье на первое время и хоть какую-то работу. Согласна была на что угодно, лишь бы прокормить себя и Кая. Только бы он ни в чем не нуждался, иначе социальная служба его отберет. А терять единственное близкое существо Дениз не собиралась.

Взяв себя в руки, вздохнула, перехватила сына поудобнее и встала со скамейки. Нужно найти еду и ночлег.

Еда нашлась быстро. Буквально через пару кварталов Дени увидела маленькое кафе с ценами, от которых глаза не лезли на лоб. Она взяла чашку кофе и круассан с сыром. Конечно, этим особо не наешься, но червячка заморить можно.

— Проездом? — спросила приветливая официантка, наливая кофе и кивая на чемодан.

— Не совсем, — покачала головой Дениз и решилась спросить: — Не знаете, где-то поблизости есть недорогая гостиница? Чтобы с ребенком можно было заселиться.

— Через три квартала, на выезде, есть мотель. Но не знаю, каково тебе там будет с младенцем, милочка. Он, конечно, дешевый, но и контингент соответствующий: дальнобойщики, наркоманы и прочие граждане. Если не боишься, вот тебе адрес.

Официантка подала Дениз листок. Дени боялась. Но выхода у нее не было. Всего одна ночь, а завтра она найдет что-то поприличнее.

— А работы тут нигде нет?

— А есть кому с младенцем сидеть? — Дени отрицательно покачала головой. — Тогда вряд ли тебя кто-то возьмет. Делать-то что умеешь?

— Особо ничего. Но быстро учусь, — поспешила добавить.

— Мда, угораздило же тебя. Что, родители выставили?

Дениз натянуто улыбнулась. Не рассказывать же первому встречному о Чарли, хоть официантка по имени Келли — именно это имя значилось на бейджике — и была довольно приветлива.

— Ладно, милочка, не переживай. Все наладится, вот увидишь. — Келли похлопала Дениз по руке и подлила кофе. — За счет заведения, — сказала раньше, чем Дени успела возразить.

Кай спокойно спал, и Дениз решила, что раз в кафе почти никого нет и ей налили еще кофе, не помешает посидеть и отдохнуть перед тем, как снова выйти на улицу в поисках работы…

Ни через день, ни через два Дениз не съехала из мотеля. И не потому, что ей там очень уж понравилось. Даже наоборот: соседи были шумные, постоянно менялись, кричали, устраивали пьянки, драки и занимались любовью так, что дрожали стены и слышались крики. Но идти было некуда: цена за проживание была низкой, а работу Дени так и не нашла. Она заходила везде, где висело объявление о найме, но как только работодатели видели ребенка, для которого Дениз соорудила слинг, сразу указывали на выход.

На пятый день, отчаявшись, она забрела в относительно богатый район и увидела на двери одной из фирм объявление, что требуется уборщица. Чем занимается эта фирма, Дени было все равно. Она готова была мыть пол собственной одеждой, лишь бы ее взяли.

Она открыла дверь, звякнул колокольчик, и Дениз словно оказалась в другом мире. Белоснежные стены, расписанные ветками сакуры и летящими бабочками. Огромный аквариум с тропическими рыбками. Мягкие диваны и пуфики, стеклянный журнальный столик. И девушка, идущая навстречу с широкой улыбкой на лице.

— Добро пожаловать в брачное агентство «На крыльях любви». Вы ищете спутника жизни?..

Глава 2

Дени удивленно заморгала. Вот уж чего-чего, а пару она точно не искала.

— Нет, — ответила, и в этот момент Кай заплакал. Она стала его успокаивать. — Не в моем положении, — кивнула на сына.

— Зря вы так, — покачала головой девушка. — У нас кандидаты, которые ничего не имеют против детей. Даже таких маленьких. Пойдемте, посмотрим анкеты. Любая девушка имеет право на достойного спутника жизни.

Она щебетала не переставая, Дениз не могла даже слово вставить. И чтобы наконец сказать, зачем пришла, вынуждена была отправиться вслед за девушкой — больше в холле никого не было.

— Проходите, садитесь. Меня зовут Кэрол. Сейчас мы подберем вам наилучшую пару из возможных.

Кэрол начала перекладывать папки, а у Дени наконец появилась возможность высказаться.

— Вообще-то я по объявлению.

— Здесь все по объявлению, — улыбнулась Кэрол. — Мы рекламируемся в лучших журналах…

— Вы не поняли. — Дени слишком устала, чтобы соблюдать этикет, и прервала Кэрол. — Я увидела объявление о работе.

С лица Кэрол медленно сползла улыбка.

— Так вы хотите устроиться работать… уборщицей?

Дениз повела плечом.

— Не хочу, но выбора у меня особого нет, так что…

— А как же… — Кэрол кивнула на заснувшего Кая.

— О, он очень спокойный ребенок, правда. Он никому не помешает. Пожалуйста, — взмолилась Дени, — мне очень нужна работа.

Кэрол поджала губы и встала.

— Я позову управляющую, подождите здесь.

Ждать пришлось недолго. Буквально через несколько минут в комнату вплыла — иначе и не скажешь — статная женщина лет шестидесяти, все еще красивая, несмотря на возраст. Дени отметила и ухоженные волосы, и маникюр, и легкий макияж. А уж одежда… На женщине был брючный костюм, который так идеально облегал фигуру, словно был второй кожей. Но при этом не выглядел слишком броско или пошло. Все в этой женщине буквально кричало об изысканном вкусе и достатке.

Она прошла вперед и внимательно посмотрела на Дениз.

— Сидите, сидите, милая, — сказала, когда увидела, что Дени хочет встать, — иначе ребенок проснется. — Говорила она тихо и размеренно. — Итак, вы хотите устроиться к нам на работу? — Дениз кивнула. — Что ж, тогда я расскажу вам о некоторых правилах, а потом вы решите, подходят они вам или нет.

Дени стало как-то тревожно. Мало ли какие правила тут существуют. Может, это и не брачное агентство, а эскорт? Может, надо какие-то услуги клиентам оказывать? На такое она не готова. Конечно, работа нужна, но она еще не опустилась настолько, чтобы торговать собой.

— Итак, вы меня слушаете? — Дениз кивнула. — Отлично. Я Мелинда, кстати. — Она улыбнулась и протянула руку.

— Дениз.

— Красивое имя. — Мелинда на секунду задумалась. — Означает «море, морская». Вам подходит. Итак, на чем мы остановились… Ах да, правила. Как видите, у нас брачное агентство. Да-да, именно брачное, никаких эскорт-услуг, если вы этого боитесь. Но вы претендуете на место уборщицы, так что вас это не должно волновать. Приходить надо рано утром, пока никого нет, стараться уходить до первых клиентов. Потом вечером — к закрытию. Главное правило — с клиентами не заигрывать. За флирт с ними — немедленное увольнение. — Мелинда вопросительно подняла бровь, словно спрашивая, понятно ли она выразилась. — Ну и в вашем случае — чтобы ребенок не мешал ни работникам, ни клиентам. К нам приходят богатые и очень богатые люди. Наша задача — обеспечить им максимальный комфорт. Это понятно? — Дениз кивнула. — Что же касается его, — Мелинда кивнула на Кая, — если он будет всегда вести себя так, как сейчас, проблем не возникнет. Милый ребенок.

— Спасибо. Меня все устраивает.

— Что, даже не спросите о зарплате?

Дениз смутилась. а Мелинда тепло улыбнулась.

— Не волнуйтесь, плачу я прилично, даже сотрудникам на самых низких должностях. Если будете прилежно работать, можете рассчитывать на прибавку. А там — кто знает. Может, и повышение не за горами.

— Повышение? До старшей половой тряпки? — пошутила Дениз и тут же спохватилась, что зря так сказала. Но управляющая лишь улыбнулась в ответ на ее колкость.

— Кто знает. Я сама начинала практически с поломойки. И смотрите, где я сейчас. — Она обвела руками комнату. — Я открою вам секрет, — зашептала она, наклонившись к Дени, — каждый человек способен на большее, чем он сам думает. Если вы в это не верите, то никогда ничего не добьетесь. Но стоит поверить — и вуаля! Весь мир у ваших ног. Верьте в себя, милая.

Мелинда встала и направилась к двери.

— Завтра жду вас в семь утра. Охранника предупрежу, чтобы вас впустил. Униформу получите сейчас у Кэрол. Всего хорошего.

И управляющая летящей походкой удалилась. Дениз тоже направилась на выход, чтобы найти Кэрол и получить у нее форму, но столкнулась с ней в дверях.

— Держи, тут все, что нужно. Надеюсь, размер подойдет. Я еще ни разу не ошибалась — глазомер на такие вещи развит. И это… прости, что вела себя так…

— Как?

— Да ты и сама знаешь. — махнула рукой Кэрол. — Все, до завтра. У меня дела.

Вернувшись в мотель, Дениз развернула сверток, который ей вручили в агентстве. Обычное темное платье, довольно симпатичное, если бы не белый передник. В свертке была даже удобная обувь. В целом наряд был приличный, ничего вызывающего. Примерила — все подошло идеально. Глазомер у Кэрол и правда что надо. Дени оглядела себя в зеркале и осталась вполне довольна. Вот и начинается новая жизнь. Посмотрела на Кая, который мирно спал в коляске, купленной на днях на домашней распродаже. Коляска была старой и скрипучей, но еще довольно крепкой. И это лучше, чем широкая кровать без бортиков. Хоть Кай еще не переворачивался, все-таки коляска была надежнее.

Дениз сняла униформу и отправилась в душ. Стоя под горячими струями, размышляла, правду ли сказала Кэрол. Неужели и правда есть мужчины, готовые принять женщину с младенцем? Ей это казалось чем-то очень странным, ведь мужчины хотят своих детей. Но вдруг…

Три месяца спустя

— Дениз, дождись меня после обеда, — сказала Мелинда и вышла из агентства. Она всегда обедала в небольшом уютном ресторанчике через дорогу.

Через две недели после начала работы Мелинда попросила приходить в обед три раза в неделю и убирать кабинет, пока она отсутствует. Разумеется, за дополнительную оплату. И хотя платили ей и правда вполне достойно — они с Каем ни в чем не нуждались, хотя, конечно, не ели икру на завтрак, — но, как говорится, деньги лишними не бывают.

Все это время Дени не слышала от Мел — так та просила ее называть — ни слова упрека. наоборот, управляющая постоянно хвалила ее а исполнительность и усердие. А вот теперь вызывает к себе. Дениз не знала, что и думать.

Пока убирала кабинет, думала. в чем могла провиниться. Но ничего не приходило в голову. Из-за размышлений чуть не разбила вазу и решила, что хватит. Вот придет Мел и все расскажет. А сейчас работа ждет.

Она до блеска отмыла кабинет, полила все цветы, аккуратно положила все, что было разбросано — Мел всегда смеялась над своей неаккуратностью, — и, нервно комкая края передника, принялась ждать. Буквально через несколько минут снаружи раздался голос Мелинды. Она кому-то что-то объясняла и просила девочек принести ей крепкого кофе.

— О, ты здесь, отлично. — Мел быстро прошла к своему креслу, бросив сумку на стол и нарушив порядок, который Дени тщательно навели. — Какая же я неуклюжая, — рассмеялась сама над собой Мел и показала Дениз на кресло напротив. — Садись. Хочешь чего-нибудь?

Дени покачала головой. Страх перехватил горло — вдруг ее сейчас уволят? А ей так нужна эта работа.

— Я хотела с тобой поговорить, — начала Мел после того, как Синди, которая сегодня дежурила на ресепшене, принесла ей кофе и удалилась, плотно закрыв дверь. — Ты отлично работаешь, к тебе нет никаких нареканий. Ты же знаешь, я часто тебя хвалю. Черт, да я хвалю тебя чаще, чем кого бы то ни было в этом месте. Но…

Вот, опять это «но». Дениз вся сжалась в ожидании, словно она в суде и ей выносят приговор.

— Мне кажется, ты здесь не на своем месте.

— Вы хотите меня уволить? — непослушными губами спросила Дени.

— Уволить? — удивленно воскликнула Мелинда. — Отнюдь. Я хочу тебя повысить. Ты способна на большее, чем елозить тряпкой по полу.

Дениз уже ничего не понимала и вопросительно уставилась на Мел.

— Вот, держи. — Та протянула Дени несколько папок. — Изучи информацию, завтра жду тебя с ответом.

— С каким? — Дениз решительно не понимала, чего Мел от нее хочет.

— Как каким? Какой мужчина какой женщине подходит, разумеется.

— И как я это определю?

— Подумай, — подмигнула Мелинда и кивком указала на дверь. — Вечером можешь на работу не приходить, лучше изучай. А утром сразу ко мне в кабинет.

дениз уже пошла к выходу, как управляющая окликнула ее.

— дени, только помни, что это конфиденциальная информация. Содержимое этих папок нельзя никому показывать. Ну и терять тоже, конечно.

— Разумеется, — ответила дени и вышла. В голове творился полный кавардак. Она все еще не могла понять, зачем Мел все это затеяла, чего хотела добиться. Но не выполнить требование не могла.

Засунула папки в свою объемную сумку и вышла из агентства через заднюю дверь. Идти было недалеко. Теперь, когда зарплата позволяла, они жили во вполне уютной квартирке неподалеку. Маленькая, конечно, но им с Каем многого не нужно. За ребенком в отсутствие Дениз за разумную плату приглядывала соседка — милая женщина шестидесяти с хвостиком лет. Ее внуки жили очень далеко, а детей она очень любила. В прошлом была учительницей. Они с дени подружились сразу. И Кай к ней тянулся, а Дени свято верила, что дети чувствуют плохих людей. Они с Синтией часто пили чай с чем-нибудь вкусненьким то у Дени дома, то у соседки. Поэтому она часто заходила в магазинчик по дороге, где продавали свежайшую выпечку.

Вот и сейчас она забежала туда. Продавщица приветливо улыбнулась.

— Привет, Дени. Тебе как всегда?

Она кивнула. Продавщица достала пакет и стала накладывать булочки.

— А еще у нас новинка появилась — булочка из слоеного теста со свежей малиной и сливочным кремом. Будешь пробовать?

Глаза Дени загорелись. Свежие ягоды она обожала, а малину особенно.

— Да, две штуки, пожалуйста.

Расплатившись, подхватила пакет и перебежала улицу — она была почти дома. Через десять минут на кухне приветливо бурлил чайник, Синтия хлопотала над выпечкой, а Дениз сюсюкалась с сыном.

— Это кто у меня такой красивый? Иди сюда, богатырь. Смотри-ка, ты вырос за сегодня. — Она прижала к себе мягкое тельце и поцеловала в теплую щечку. — Капризничал? — спросила соседку и села в кресло, чтобы накормить сына, который при виде материнской груди довольно загукал и стал причмокивать.

— Нет, что ты, — с улыбкой ответила Синтия. — Чудо-ребенок.

Покормив Кая, который тут же заснул, Дени с Синтией выпили чай с булочками. Новинка булочной оказалась на высоте. Именно то, что нужно. А после соседка распрощалась и обрадовалась, что вечером не нужно приходить.

— Схожу в кино, — радостно сказала она. — Там как раз новый фильм вышел. Приятного вечера.

— И тебе!

Проводив соседку, Дениз разложила на кровати папки и со страхом открыла первую. Мужчина, тридцать пять, собственный строительный бизнес, хороший доход. Любит собак, аллергия на кошек, к детям равнодушен, но не против завести собственных. Посмотрела на фото: полноват, лысоват, низковат. Хоть и молодой, выглядит старше своих лет.

Вторая папка. Женщина, двадцать восемь, разведена. Три кошки и хомяк, собственный дом девятнадцатого века, к мужу переезжать не намерена ни за какие деньги, чайлдфри…

Просмотрев все папки — заняло это весь день и вечер, — Дени по своему разумению сложила папки парами. Кай все это время пускал пузыри, дрыгал конечностями, пытаясь поймать игрушки, которые висели над кроваткой, а потом, поев, уснул. А Дениз еще долго лежала без сна, размышляя, зачем все-таки ей дали такое странное задание.

Утром, как Мелинда и просила, Дени зашла в ее кабинет.

— Вот, — положила папки перед начальницей.

Та мельком проглядела, приподняв бровь.

— Тебе кто-то подсказал или ты сама.

— Разве что Кай, — пошутила Дени.

Мелинда удовлетворенно кивнула.

— Садись. У меня есть для тебя новая работа…

Предложение Мелинды показалось Дениз чем-то фантастическим. Она даже не думала, что такое возможно. А ведь Мел хотела, чтобы Дени стала менеджером по подбору партнеров — так называлась в агентстве должность девочек, которые подбирали супругов клиентам.

— Но… ведь я ничего в этом не понимаю.

— Ты понимаешь гораздо больше, чем думаешь. — Мелинда кивнула на принесенные Дениз папки. — Скажи, почему ты распределила их именно так?

Дени пожала плечами.

— Не знаю, интуитивно, наверное. Я лишь развела по разным парам мужчину, у которого аллергия на кошек, с женщиной, которая их обожает и разводит. А еще убежденную феминистку с мужчиной, который хочет видеть в жене не только любовницу, но и хорошую домохозяйку.

— Но ведь были и другие варианты пар. — Мелинда вопросительно подняла бровь. — Я знаю, потому что просмотрела все эти анкеты.

— ну вот мне так показалось наиболее правильным. Я словно увидела, что они подходят друг другу.

— Вот именно поэтому я и предлагаю тебе эту должность. — Управляющая победно откинулась на кресле. — У тебя есть то, чего нет у большинства — интуиция, причем очень развитая. Ты добьешься больших успехов в этом бизнесе, если приложишь усилия. Ну так что, приложишь?

Дени старалась справиться с удивлением. Никогда не думала, что нечто неосязаемое, доставшееся от природы, вдруг окажется таким полезным. Это было странно и непривычно.

Дениз подняла глаза и поняла, что Мелинда все еще ждет от нее ответа. Поспешила кивнуть, хотя совершенно не представляла, как будет справляться с новой должностью Это же надо говорить с людьми, общатьсЯ, выяснять всю подноготную — сотрудники агентства должны знать все или почти все о своих клиентах. А она совершенно этого не умела.

Все это озвучила Мел и замерла.

— Никто не умел, милочка, поверь. Все научились. И ты научишься. Конечно, твой график работы изменится. Есть с кем оставить Кая?

Мелинда, к удивлению Дени, всегда первым делом думала о ребенке, заботилась о нем, как о собственном. И это тоже было странно. Сначала настораживало, а потом она привыкла.

— Да, есть. Но я все еще не знаю, справлюсь ли… — Сомнение не отпускало.

— Обязательно справишься. Верь в себя, как я верю в тебя, и обязательно добьешься успеха. А теперь иди, я сообщу Кэрол, чтобы она тебе все рассказала и показала. И да, смени эту ужасную форму на что-то соответствующее статусу нашего агентства.

— Но… у меня нет ничего подходящего.

Мелинда взяла сотовый и набрала номер, подняв палец.

— Кэрол, зайди ко мне.

Не прошло и десяти секунд, как девушка появилась на пороге.

— Значит, так, — наала Мел, — сейчас ты оставляешь все дела на Джорджину и идешь вместе с Дениз в салон, чтобы подобрать ей подходящий наряд. Это, — она показала на форму, — ей больше не понадобится, теперь одна из вас.

— Ой, как здорово, — захлопала в ладоши Кэрол и порывисто обняла Дени. — Я так рада. Всегда знала, что тебе не место рядом со шваброй.

— Но у меня нет денег на салоны, я лучше зайду вечером в супермаркет рядом с домом и подберу себе что-то…

— Нет, — припечатала Мел, — не волнуйся, зарплата у тебя теперь будет гораздо выше, и ты прекрасно сможешь себе позволить и не один такой наряд. Будем считать, что я выдала тебе аванс. — она протянула кредитку Кэрол, и та, выхватив кусочек пластика, потащила Дениз к выходу, щебеча на ходу:

— Пойдем-пойдем, мы из тебя такую конфетку сделаем — все мужики твои будут.

— Мне никто не нужен.

— Тебе не нужен, а агентству еще как. Думаешь, у нас там много богатых мужчин, потому что мы работаем лучше всех? Ну это тоже, конечно. Но они сюда приходят на нас полюбоваться. Хотя Мел с каждым из них лично проводит беседу о том, что мы неприкосновенны. Заботится.

Дени просто шла за Кэрол, потому что выбора у нее особого не было — та цепко держала ее за руку и отпускать не собиралась.

Глава 3

В салоне они провели несколько часов. Большую часть из того, что выбрала Кэр, Дениз отвергла. Не по причине того, что ей не понравилось. Отнюдь. Просто вещи были слишком дорогие и явно ей не по карману. Так что пришлось долго уговаривать остановиться на одном простеньком, но очень элегантном платье и стильном брючном костюме.

Дениз вертелась перед зеркалом и не узнавала себя — впервые за последние полгода ей нравилось отражение в зеркале. Еще бы с волосами что-то сделать и макияж наложить — и совсем другой человек.

Кэрол словно услышала ее мысли и после салона повела в парикмахерскую. Там Дениз подровняли отросшие локоны, чем-то намазали, потом смыли, потом снова, отчего волосы приобрели здоровый блеск и медовый оттенок, который так шел к ее ярким голубым глазам. В конце их красиво уложили, и Дени себя не узнала. Вот эта красотка в зеркале — она? Быть того не может.

— Теперь к визажисту! — скомандовала Кэрол, но Дени посмотрела на часы и ужаснулась. — Нет! Мне срочно надо домой — Синтия будет волноваться. она же не знает, что теперь я работаю иначе. а макияж я и сама накладывать умею, не волнуйся.

Кэрол подозрительно прищурилась, набрала Мелинду, о чем-то с ней быстро переговорила и кивнула.

— Хорошо, иди. На сегодня Мел тебя отпускает. но завтра с утра приходи уже в новом образе. Буду тебе все показывать и рассказывать. А мне теперь опять уборщицу искать.

Она подмигнула и умчалась, а Дени осталась стоять посреди улицы с покупками в руках.

Она была права — Синтия уже начала волноваться, но после рассказа Дениз очень обрадовалась и попросила показать наряды. Долго восхищалась, поздравляла, желала удачи на новой должности. И, конечно, согласилась на другой распорядок дня.

Уже вечером, когда они вдоволь наговорились и Синтия ушла к себе, Дени взяла сына на руки, и тот сразу потянулся к красиво уложенным волосам.

— Вот так-то, сынок. Мама у тебя теперь менеджер по подбору партнера. Представляешь? Невероятно!

Шесть лет спустя

— Итак, мистер Джелиас, вы хотите жениться. Давайте посмотрим, что вы написали. — Дениз взяла листок и выгнула бровь, просматривая список. — Молодая;, хозяйственная; желание иметь детей; красивая, как топ-модель журнала; с высшим образованием, лучше с двумя, желательно педагогическое и медицинское, юридическое тоже подойдет; успешная; обеспеченная; чистоплотная; абсолютно здоровая, не радикалка, не феминистка, религиозная… Вы уверены, что это весь список? — Внимательно посмотрела на невысокого, полноватого, лысоватого мужчину совершенно обычной наружности, который работал начальником отдела в какой-то производственной фирме.

— Ну… — замялся тот и нахмурился. — Возможно, я упустил пару качеств, но это несущественно. Все важное я перечислил.

Он что, реально надеется, что мы ему подберем такую пару?

— Мистер Джелиас, — вкрадчиво начала Дени, — надеюсь, вы понимаете, что найти женщину, соответствующую всем критериям, будет нелегко? — Да что там нелегко — просто невозможно. Такие женщины не выходят замуж за таких мужчин.

— Да-да, я понимаю. И готов ждать сколько нужно.

— А если она так и не найдется? — Да не найдется, конечно. Это же идеал, а не женщина, такие к ним не захаживают.

— Что ж, значит, такова моя судьба…

— А вы… — Нужно было как-то убедить его, что следует найти более простой вариант. — Почему бы нам с вами не выпить по чашечке чая и не посмотреть анкеты невест, которые сейчас есть. Возможно, среди них найдется ваша судьба…

Дениз встала, привычно ухватила мужчину под локоток, усадила на мягкий диван и, выглянув в коридор, попросила принести им чая.

С тех пор, как шесть лет назад Мелинда предложила ей новую должность, Дени ни разу не пожалела, что согласилась и решилась попробовать. Мел оказалась права — у нее и правда дар, талант, интуиция — называйте как хотите, но факт оставался фактом: ей удавалось найти пару даже самым проблемным клиентам. Упрямые, самодовольные, заносчивые — всех отправляли к Дениз. И у нее получалось удовлетворить любые их запросы к взаимному удовлетворению всех сторон: и жениха, и невесты, и агентства.

Дела фирмы пошли в гору, клиентов только прибавлялось, а Мел не могла нахвалиться на Дениз. Поэтому, когда решила передать бразды правления кому-то другому и спокойно отдохнуть где-то на острове до конца дней, выбор пал на Дени.

Та сначала отказывалась, но все девочки сумели ее уговорить. Вот только она никому не рассказывала, что решающее слово было за ее маленьким сыном. Кай с рождения был очень смышленым, даже хитрым, но Дениз не считала это проблемой, наоборот — с такими качествами проще было пробиться в их нелегкой жизни.

И вот это пятилетнее чудо подошло к Дени, обняло ее ручками за шею и прошептало:

— Мама, я хочу видеть тебя всегда красивой, а еще главной. Хочу быть сыном начальницы. Чтобы меня тоже слушались, когда подрасту.

Дениз засмеялась. Да уж, практичности Кая мог позавидовать взрослый. Она растила сына одна и старалась ни в чем ему не отказывать. В пределах разумного, конечно. Потому и на этот раз уступила просьбе единственного мужчины в своей жизни и согласилась на очередное удивительное предложение Мелинды.

И вот она тут — в отдельном кабинете с прекрасным видом. Перед ней очередной «трудный» клиент, которому надо подобрать подходящую пару, она в своей стихии. И даже Кай, которого она с недавних пор стала брать с собой, чувствовал себя в агентстве как рыба в воде. Все его любили, и он платил им той же монетой. Любая девушка в агентстве была рада приглядеть за Каем, пока дениз была занята.

Вот и сейчас, пока она показывала клиенту анкеты и объясняла все плюсы неидеальной жены, Кай в коридоре весело щебетал с Кэрол.

Мистер Джелиас после относительно недолгих уговоров согласился, что настолько шикарная женщина, как он описал, ему и не нужна вовсе, вполне хватит заботливой, в меру умной, хозяйственной, приятной женщины, которая любит детей. И когда Дениз уже провожала его, обещая обязательно подобрать ему несколько кандидатур в самое ближайшее время, открывая дверь, услышала голосок сына.

— А вы не хотите жениться на моей маме?

Она застыла, не веря собственным ушам. Кайл Джелиас уже вышел, а она решила задержаться и послушать, что будет дальше.

— На твоей маме? А она красивая? — послышался бархатный баритон. — Мне нужна только красивая, я за такой сюда пришел.

— Очень, — с готовностью подтвердил Кай. — Самая красивая на свете. И умная!

— Еще и умная? Прямо редкость. А как ее зовут?

— Дениз.

— И имя какое красивое. Согласен. Беру! Познакомишь?

Дени усмехнулась. Незнакомец явно подыгрывал сыну, в голосе слышались веселые нотки.

— Конечно! Мама! — позвал ее Кай, и не оставалось ничего другого, как все же выйти из кабинета.

Стоило перешагнуть порог, как мальчик кинулся к ней с горящими от восторга глазами.

— Мама, идем скорее. Смотри! — Он показал пальцем на высокого, красивого мужчину с насмешливыми карими глазами, в глубине которых она заметила интерес. Не успела даже сделать замечание сыну, как мужчина улыбнулся. Улыбка у него была просто сногсшибательная.

— Добрый день! — протянул руку незнакомец. — Вы наверное, Дениз? — Она кивнула. — А я Марк. Будем знакомы?

— Конечно, будем. Вы же пришли в мое агентство. А все новые клиенты проходят через меня. Пойдемте.

Она повернулась и направилась к двери, а потом не оборачиваясь сказала:

— И что бы ни наговорил вам этот мелкий сорванец, мужа я не ищу…

Десять лет спустя, 2017 год

— Мам, а почему ты так и не вышла замуж? — спросил Кай, пытливо заглядывая в глаза Дениз. В свои тридцать девять она выглядела максимум на двадцать восемь. И если бы не взрослый сын, никто бы не поверил, что она давно перешагнула тридцатилетний рубеж и приближалась к следующему.

— Не знаю, — пожала она плечами, оглянувшись на сына. Белокурые локоны рассыпались по плечам, стройная фигурка, затянутая в элегантный брючный костюм, так шедший к ее голубым глазам.

Сын был во многом похож на нее. От отца ему достались лишь курчавые волосы и ямочки на чуть пухлых щеках. Девочки с младшей школы бегали за ним толпами, но он ни на кого не обращал особого внимания. казалось, ему это неинтересно. Куда больше энтузиазма он проявлял в агентстве. Талант Дениз «соединять» людей ему тоже передался, хотя у него был свой способ. Он порой давал матери такие советы, от которых она впадала в ступор, однако резон в них был. Ему нравилось сводить абсолютно разных людей и смотреть, что из этого получится.

Переименовать агентство тоже предложил Кай. Дениз идея понравилась, и вот уже три года они назывались «Стрелы Амура».

— И все же… Ведь столько подходящих мужчин и тогда, и сейчас каждый день проходит через тебя.

Дениз устало вздохнула. Как объяснить почти взрослому сыну, что замужняя жизнь — это не для нее. Хватило ей и совместного проживания, и прочих прелестей семейной жизни.

— У меня в жизни есть главный мужчина. — Подойдя, она потрепала его по волосам. Мягкие кудри так и просились, чтобы их погладили. — Это ты. И больше мне никто не нужен.

Она обняла сына и поцеловала в щеку, улыбнувшись. В последнее время он стал смущаться таких проявлений чувств, но Дени убедила его, что ничего плохого в этом нет. Она мать, он ее сын, и это не изменитсЯ, будь ему хоть шестнадцать, хоть шестьдесят. В ее глазах он всегда будет маленьким мальчиком. Каю пришлось смириться и принять это, хотя он и сам любил такие минуты единения и близости.

— А давай куда-нибудь уедем? — внезапно предложил он, и дениз изумленно уставилась на него. — А что? Кэрол вполне способна справиться самостоятельно, без тебя ничего не рухнет. А тебе не мешало бы отдохнуть. Когда ты последний раз нормально высыпалась или хотя бы просто расслаблялась несколько часов? Вечно на телефоне, вечно в работе…

Дени задумалась над словами сына. Он всегда был смышлен не по годам, но сейчас бил не в бровь, а в глаз. Давно, очень давно она не отдыхала. Сначала Кай был маленький, потом агентство, потом филиалы по всей стране, налаженный бизнес, механизм, который она постоянно контролировала. В глубине души знала, что и без нее все будет работать как часы, но за эти годы привыкла контролировать процесс от и до. Даже филиалы в других городах постоянно держала на связи — еженедельные отчеты по видеосвязи, постоянные проверки… Но все шло хорошо. Отличный персонал замечательно справлялся с обязанностями. Может, Кай прав и пришло время немного отдохнуть, пожить в свое удовольствие хотя бы недолго?

Еще пару недель Кай уговаривал Дени взять отпуск. Тем более на носу были летние каникулы, которые позволили бы им провести вдвоем пару месяцев.

Наконец, Дениз сдалась.

— Хорошо, ты победил, мы едем в отпуск.

— Ура-а-а! — воскликнул Кай и схватил ее на руки, закружив по комнате.

— Отпусти, сумасшедший, я тяжелая, — возмущалась Дени, а сама хохотала.

— Ты тяжелая? — спросил Кай и поставил ее на ноги. — Да ты весишь меньше некоторых моих одноклассниц. Вон какая стройная, как тростиночка. Прямо модель. Самая красивая мама в мире! — заявил он, оценивающе пройдясь взглядом от макушки до пяток.

— Скажешь тоже… Ладно, куда бы ты хотел отправиться?

Доход позволял им поехать куда угодно и на сколь угодно долго.

— Хочу посмотреть много стран. Увидеть весь мир!

— Если ты сейчас увидишь весь мир, то чем будешь заниматься оставшуюся жизнь?

— Да какая разница! — махнул рукой Кай. — Главное — здесь и сейчас. хочу ходить с тобой по булыжным мостовым старых городов, посещать прохладные залы музеев, жариться на солнышке где-нибудь на пляже…

— Все это надо делать со своей девушкой, а не с мамой, — с улыбкой заметила Дени.

— Пф, зачем мне девушка, когда у меня есть ты? Ну так что? Раз не хочешь в кругосветное путешествие, давай поедем в морской круиз.

Идея Дени понравилась, и следующие несколько дней они с Каем увлеченно выбирали лайнер, пока не остановились на одном красавце. Не очень большой, рассчитанный на скромное количество пассажиров, он тем не менее отличался изяществом и прочностью. Фотографии представляли белоснежное чудо, стоящее на якоре в порту, и Дениз глаз не могла оторвать от него.

— Вау! Я хочу туда! — Кай тыкал пальцем в этот же лайнер и тормошил ее. — Давай на него, мам. Он такой классный.

— Хорошо, милый. Если ты так хочешь, — согласилась она, но втайне обрадовалась, что у них с сыном вкусы совпали.

Кэрол, узнав, что они отправляются в отпуск, лишь руками замахала, уверяя, что все будет в порядке. В последний рабочий день перед отпуском девочки решили поздравить Дениз с началом отпуска и вручили огромный торт, наказав съесть его до отплытия.

— Не мешало бы получить немного серотонина, прежде чем отправляться в путешествие. Так что ешьте, наслаждайтесь и… забудьте о нас на эту пару месяцев.

Подготовив все документы, которые позволяли Кэрол как ее правой руке решать все дела в ее отсутствие, Дени оглядела свой кабинет. Впервые за последние шестнадцать с лишним лет она оставляла его так надолго. Было непривычно и немного волнительно, словно начинался новый виток жизни...

Глава 4. Теодор и Алексис

2017 год

— Кэтрин, вы сегодня замечательно выглядите. — Тео проводил взглядом аппетитные, обтянутые ярко-красной юбкой полушария.

— Спасибо, мистер Уильямс. Хорошо выглядеть — моя работа. — Секретарша игриво приподняла брови. — Вам что-то нужно?

— Кофе. Только кофе. Очень горячий…

— ...и очень черный, — закончила за него Кэтрин и ушла, виляя бедрами.

Тео углубился в бумаги, но буквально через пару минут перед ним возник поднос с кофе, печеньем, джемом в вазочке и свежими тостами.

— Вы наверняка не завтракали, — промурлыкала секретарша, наклонясь к самому уху босса и выставляя напоказ грудь. Три верхние пуговки были расстегнуты, и взору открывалась гладкая загорелая кожа, которая на контрасте с кипенно-белой блузкой смотрелась просто великолепно.

— Не успел, — подтвердил Тео и склонился ближе, едва не утыкаясь в мягкие полушария, готовые выскочить из белья. — И не выспался…

— Бедненький. Ну с этим я могу помочь…

Спустя четверть часа Кэтрин все такой же походкой от бедра вышла из кабинета начальника, на ходу одергивая юбку, поправляя блузку и заправляя выбившийся из прически локон. Подошла к зеркалу, чтобы обновить помаду, и в нем увидела позади себя сидевшую в кресле женщину, которая наблюдала за всем этим представлением, скептически приподняв бровь.

— Миссис Уильямс, — воскликнула секретарша, поворачиваясь к женщине лицом и приклеивая к лицу улыбку. — О вас доложить?

— Нет, спасибо. — Женщина встала, отложив журнал, который держала больше для вида. — Если вы закончили, я сама зайду.

— Да-да, конечно, мистер Уильямс свободен.

— Это вряд ли, хоть ты этого бы и хотела, — бросила женщина, входя без стука в широкие дубовые двери.

Теодор поднял глаза, не ожидая никого увидеть. Он только что очень неплохо провел время с Кэт, расслабился, и ему было не до посетителей. Но, увидев на пороге жену, привстал.

— Алекс? — искренне удивился он? — Что ты тут делаешь?

— Да вот решила зайти и пригласить любимого мужа на ланч, но, думаю, он уже перекусил, — кивнула на поднос с крошками, раздавленными печеньями и разлитым кофе.

— Ну что ты, милая. Я никогда не откажусь от ланча с тобой. — Он вышел из-за стола, поправляя одежду и волосы. — Куда пойдем?

Он мягко поцеловал жену в висок, и Алексис вздохнула. Она давно привыкла к изменам мужа. Сначала пыталась бороться, ревновала, скандалила. Тео просил прощения, обещал, что это не повторится, но изменял снова и снова. Алекс старалась спровадить девушек, на которых положил глаз ее муж, но он находил все новых и новых, бесконечное количество. Избавиться от всех в его окружении было невозможно. Директор энергетической станции, Тео общался с самыми разными людьми, в том числе и женщинами. И со временем она просто смирилась.

Алекс знала, что сегодня он принесет ей очередной букет и подарок — колье, серьги, браслет или умопомрачительной красоты платье. А в конце недели они пойдут в ресторан или театр, она наденет обновку и будет счастлива целый месяц, пока ему не понадобится опять выпустить пар. Она же в свою очередь сделает ему массаж с ароматическими маслами, приготовит романтический ужин, зажжет свечи, и он будет любить ее до самого утра…

Такой была их жизнь на протяжении вот уже десяти лет. И Алексис боялась что-то менять. Поэтому сейчас она беззаботно щебетала, идя рядом с мужем-красавцем, на которого заглядывались все женщины, и уверяла себя, что она счастливица. Уже который раз… Уже который год…

Во время ланча Тео спросил, куда бы она хотела пойти в выходные.

— Я давно не была в опере.

— Хочешь, я посмотрю, что сейчас идет, и возьму билеты? Мы так давно нигде не были вместе.

— Конечно, дорогой.

Он целовал ее пальцы, а она по привычке отрешилась от мысли, где были эти губы всего полчаса назад. Неважно, сейчас он с ней. И будет с ней, что бы ни случилось. Сколько женщин ни проходило через его постель, он всегда возвращался к ней.

После ланча она снова проводила его на работу, поцеловала на прощанье на глазах у недовольной секретарши и ушла. Знала, что вечером все будет так, как она захочет. А сегодня она хотела немного покомандовать. А значит, пришло время доставать «волшебный чемоданчик» — так Алекс окрестила его после того, как Тео однажды, смеясь, сказал, что этот чемодан волшебным образом превращает его покорную покладистую жену в суровую и воинственную фурию. Сегодня она хотела быть именно такой. Плохие мальчики не попадают в Вальхаллу. Плохих мальчиков надо наказывать. Именно этим она и займется. Но сначала ужин.

Когда Тео вернулся, Алекс встретила его затянутой в водолазку и джинсы. Поцеловала, сняла с плеч пиджак, проводила на кухню и усадила за стол. Свечи уже горели, создавая странные тени, отбрасывая блики на окна, потолок и начищенные до блеска поверхности.

— Все твое самое любимое, — проворковала она на ухо мужу и приоткрыла крышку. Дивный аромат наполнил кухню. — Но не слишком увлекайся. А то тебе не понравится наша игра.

Тео понял намек с полуслова. Слегка утолив голод, он привстал, а Алексис, ухватив его за галстук, буквально потащила за собой в спальню. Увидев на спинке кровати наручники, он усмехнулся.

— Сегодня моя детка хочет поиграть в злую учительницу?

— В злую, но не учительницу.

Алекс сбросила водолазку и джинсы и осталась в кожаном одеянии из искусно переплетенных полосок.

— Ты сегодня был плохим мальчиком? — спросила она.

— Да-а, очень плохим.

— Тогда ты знаешь, что тебя ждет наказание за свое поведение.

Она подошла к мужу и толкнула его на кровать, а затем властным голосом приказала:

— Раздевайся...

Алекс сидела в своем кабинете и пыталась сосредоточиться на беседе, которую вели пациенты. Но никак не удавалось. Все мысли были заняты вчерашней ночью. Она прокручивала в памяти каждую минуту, каждый момент, упивалась ими, зная, что еще долго это не повторится. В обычное время Тео практически не уделял ей внимания, только после измен становился мягким и внимательным, пытаясь загладить свою вину.

Вот и вчера он был таким, а после подчинялся каждому требованию. Алекс потрогала новую цепочку с красивым кулоном, подаренную мужем. Что ж, задобрить ее он всегда умел.

— Миссис Уильямс, к вам посетитель, — сообщил голос секретарши по громкой связи.

Алекс нахмурилась, заглядывая в ежедневник. На это время никому назначено не было.

— Кто там, Хелен? Постоянный пациент? — Иногда случалось, что они приходили внезапно, и Алекс старалась их принять по возможности, зная, что помощь психолога им необходима.

— Нет, она новенькая. но очень просит принять, говорит, ей нужно с вами поговорить.

— Хорошо, зови, — вздохнула Алекс. Хотела заняться каталогизацией, но, видимо, не судьба.

Дверь открылась. На пороге стояла невысокая хрупкая девушка, на вид почти ребенок, но глаза выдавали истинный возраст. Она помялась, но все же зашла.

— Присаживайтесь, — с улыбкой пригласила ее Алекс, указав на мягкое удобное кресло. — Чем могу помочь?

— Мне… — Девушка словно пыталась подобрать слова. — Мне нужен психолог, я не могу решить проблему, не знаю, что делать.

— Не волнуйтесь, сейчас вы мне все расскажете, и мы вместе решим, что делать, хорошо? — Гостья кивнула. — Тогда для начала скажите, как вас зовут?

— Селина. Селина Дженкинс.

— Сколько вам лет, Селина? — Алекс заполняла карточку пациента, вписывая данные как можно подробнее.

— Двадцать семь.

Алексис внимательно посмотрела на девушку. на вид столько не дашь, выглядит гораздо моложе. Но это явно из-за хрупкого телосложения. Что ж, против природы не попрешь.

— Замужем? — Селина отрицательно покачала головой. — Парень? — Неуверенное пожимание плечами. Алекс сделала стойку — проблема явно росла отсюда. — Дети? — Кивок. — Мальчик? Девочка? Сколько лет?

— Дочь, Клэр, ей три года. — При упоминании о ребенке улыбка осветила лицо Селины. Стало понятно, что она очень любит дочь.

— Хорошо, а теперь давайте попытаемся проработать вашу проблему. Итак, у вас есть ребенок, но ни мужа, ни парня. Это случайный залет?

— Не то чтобы, — снова неуверенно пожала плечами девушка. — Я хотела ребенка, а мой мужчина не очень. Говорил, что все это не для него. Он хочет свободной жизни и отношений, а еще… — Она запнулась. — Он женат и с женой разводиться не собирается, как я поняла. Так что ребенок ему не особо был нужен.

— Но он о нем знает? — Селина кивнула. — И вы все равно решили рожать? — Опять кивок. — А он вам помогает?

— Да, иногда посылает деньги, пару раз приходил посмотреть на дочь, но, судя по всему, чувствами к ней не воспылал. — В голосе слышалась обида.

— Итак, подытожим. Вы родили ребенка по любви, правильно? но ваш молодой человек в дочери не заинтересован.

— Да, все так.

— А чего вы хотите от меня?

Алекс пока никак не могла понять, что нужно Селине. Насколько она могла судить, психологическая помощь девушке не требовалась. Значит, тут что-то другое. Но что?

— Отец моего ребенка — ваш муж, — выпалила Селина, а Алекс застыла, словно громом пораженная.

Она была уверена, что муж, хоть и изменяет, всегда предохраняется. Сам говорил, что дети на стороне ему не нужны. А получается, что три года скрывал от нее дочь!

— Допустим, хотя без анализа ДНК верить мимо проходящему человеку я не буду. Так чего вы хотите? Денег?

— Нет, денег мне не нужно. Я просто хотела, чтобы вы знали. Мне казалось несправедливым, что муж вам изменяет, вот я и пришла…

— Наши отношения с мужем никого не касаются, вас в том числе. И если вам не нужны деньги или признание отцовства, я прошу вас покинуть мой кабинет! — отчеканила Алекс, глянув на Селину надменно. Привыкла держать лицо перед любовницами мужа и прочими вешающимися ему на шею.

— Но…

— Никаких «но». Вы сказали, я услышала. Если это все, выход там, — указала на дверь.

— И вы его прощаете? Даже после такого?

— Это не ваше дело. Вон!

Селина вышла, а Алекс в порыве ярости смахнула все со стола на пол. Как он мог! Он обещал ей!

— Хелен, соедините меня с мужем, — попросила секретаршу, когда немного успокоилась.

— Хорошо.

Буквально через пару минут раздался звонок, и Алексис подняла трубку.

— Алекс? — недовольно пробурчал Тео. — Что случилось? Я работаю!

— Я тоже! — огрызнулась она. — Но нам надо срочно поговорить. И я жду, что сегодня ты придешь домой к ужину вовремя.

Видимо, сталь в голосе сработала.

— Хорошо, дорогая, как скажешь. А о чем разговор?

— Вот придешь вовремя и узнаешь, — ответила и бросила трубку.

Весь оставшийся день она ходила из угла в угол, как загнанный в клетку зверь. попросила отменить всех пациентов, была просто не в состоянии выслушивать их бесконечное нытье и говорить что-то ободряющее. Ровно в шесть вышла из кабинета и отправилась домой. Приготовила ужин и стала ждать.

Глава 5

Стоило Тео переступить порог дома, как он сразу ощутил гнетущую атмосферу. На этот раз явно произошло что-то из ряда вон выходящее. Быстро прикинул в голове все свои прегрешения — ничего особенного. Так в чем же дело?

Скинул верхнюю одежду, прошел в гостиную, увидел накрытый стол и жену, сидевшую на стуле, словно изваяние. Похоже, она настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила его прихода.

— Дорогая! — сказал он тихо ей на ухо, целуя в шею. Алекс словно очнулась, зябко повела плечами, высвобождаясь из его объятий, и Тео нахмурился. — В чем дело?

— Садись. Давай поужинаем, и я все расскажу.

Тео лишь пожал плечами. Ужин так ужин. Тем более что он проголодался. Ужин прошел в тягостном молчании. Тео гадал, что случилось, но никак не мог понять, так что ждал, пока Алекс не закончит ужинать.

Наконец, она отложила приборы и прямо посмотрела на него.

— Ко мне сегодня приходила Селина.

Тео нахмурился.

— Кто?

— Что, даже не помнишь мать своей дочери?

— Какой дочери? О чем ты?

— Твоей дочери! — отчеканила Алексис и со злостью швырнула салфетку на стол. — Явилась некая Селина и сказала, что у нее от тебя дочь.

— Не знаю я никакой Селины! — возмутился Тео, хотя на самом деле прекрасно помнил симпатичную брюнетку. И даже видел девочку, но отцовскими чувствами к ней не воспылал. Иногда помогал деньгами, но на этом все.

— Хватит врать! — недовольно поджала губы Алекс. — По лицу вижу, ты прекрасно знаешь, о ком я говорю. Как ты мог? Ты же обещал!

— Прости. — Отпираться более Тео не видел смысла. Жена и правда знала его как облупленного. — Не хотел тебе говорить, тревожить. Тем более что с самого начала говорил, что в ребенке не заинтересован и с женой не разведусь. Так что отцом я не записан.

— Дело не в этом, — покачала головой Алекс. — Когда много лет назад мы начали строить отношения, я знала, что ты бабник. Сам признавался, что не можешь удержаться. И я смирилась. Но у нас был уговор: никаких детей на стороне. Ты же никогда не хотел детей!

— Не хотел! — с жаром подтвердил Тео. — И сейчас не хочу. Разве что от тебя. Но ты…

— Я не могу и не хочу. Ты в курсе. Но раз так, как ты допустил, чтобы эта… девка залетела? Почему не настоял на аборте?

— Не сумел, прости. Даже давал ей денег, но она уехала, а вернулась уже с ребенком.

— А теперь мне все это разгребать, — констатировала Алексис с горечью.

— Почему тебе?

— Потому что не к тебе явились с сообщением о ребенке под видом пациентки. Не тебе выговаривали «неужели вы его после такого простите». Наверное, девочка надеялась, что я обижусь и подам на развод.

— Милая… — Тео подошел и присел перед женой на корточки. — Я тебе обещаю…

— Не обещай того, чего не сможешь исполнить.

— Хорошо, я постараюсь сделать так, чтобы ты больше никогда не услышала об этой женщине и ее ребенке.

— Ее?

— Да. Как я уже говорил, он мне не нужен. Она захотела родить — теперь пусть воспитывает. Я переведу ей на счет деньги, и пусть сама расхлебывает кашу, которую заварила. А мы с тобой будем просто жить.

— Просто уже не получится. И раньше не получалось… — покачала головой Алексис.

— Ну что мне сделать, чтобы исправить ситуацию? Поверь, я искренне раскаиваюсь, что так вышло.

— Ты должен был сказать мне!

— Да, должен был. Да сглупил. Накажешь? — спросил игриво и улыбнулся — обычно это всегда срабатывало. Но не сейчас.

— Не сегодня, слишком много мыслей. Боже, уехать бы куда-нибудь подальше от всего этого. Чтобы не слышать хотя бы какое-то время всех этих нытиков, — застонала Алексис. — Видеть их не могу. Обиженные жизнью, брошенные, несчастные. А на самом деле просто ленивые. Слишком ленивые для того, чтобы перестать ныть и взять себя в руки, изменив собственную жизнь.

— Ты сейчас делаешь то же самое, — улыбнулся Тео.

— Что ж, сапожник всегда без сапог. И вот скажи, как я могу помочь им, если себе помочь не могу? Как могу наладить их семейную жизнь? У меня в собственной полный крах.

— Не говори так. Я люблю тебя.

— Как и многих других…

— Но тебя больше. Ты особенная. — Он поднес ее руку ко рту и поцеловал тыльную сторону ладони, провел губами до запястья, коснулся языком бьющейся жилки. Алекс вздрогнула. — Ты всегда будешь особенной.

— Давай уедем хоть ненадолго? — взмолилась она, глядя на Тео. — Чтобы никого вокруг, только мы с тобой.

— Но как же моя фирма?

— У тебя полно помощников, справятся. Тео, пожалуйста. Проживет как-нибудь компания без главного энергетика. Работа давно налажена, обойдутся.

— Ладно, согласен. Попрошу секретаря заняться этим вопросом…

— Не стоит, я сделаю все сама.

— Точно?

— Да.

— Как хочешь, — пожал он плечами. — Надеюсь, хоть дату отъезда заранее сообщишь, — усмехнулся.

— Будь уверен, сообщу непременно. Я люблю тебя. — Она обняла его, думая, что теперь у них точно все наладится. Отпуск должен помочь.

Через пару дней все было почти готово. Алексис забронировала два места на круизный лайнер, отправлявшийся в путешествие по океану на целых два месяца. Шестьдесят дней наедине с мужем. Это ли не счастье? Белоснежный лайнер смотрел на Алекс с буклета, и сердце замирало. Только море, солнце и они. И больше ничего и никого.

Отплытие намечалось через месяц, этого времени должно было хватить, чтобы доделать все дела, подготовиться, собрать вещи. Всех пациентов Алекс передала коллегам — пусть там ноют, как им плохо живется на белом свете — и не спеша собирала вещи. Нужно было предусмотреть все. Ну и, разумеется, пробежаться по магазинам в поисках обновок. Особенно тщательно она выбирала нижнее белье. Два месяца наедине. Нельзя надоесть мужу, надо быть всегда красивой и желанной — так она всегда учила своих пациенток. Что ж, пришлось вспомнить и применить собственные советы на себе.

Наконец, все было готово. Оставалась еще неделя до долгожданного отпуска. И все эти дни Алекс была как на иголках. Не находила себе места. Сеансов уже не было — она отменила их пораньше, так что теперь попросту слонялась по дому без дела. Зашла в их «тайную комнату», осмотрелась. Ни одного предмета с собой она не взяла — на это не будет ни времени, ни повода. Во всяком случае, она на это надеялась. Хотя…

Сняла со стены меховые наручники и добавила к уже сложенным вещам. Ничего больше брать не стала, хотя соблазн был. Но Алекс знала, что если вдруг возникнет такая необходимость, в качестве «игрушек» можно использовать почти что угодно. Так будет даже интереснее. Эксперимент обещал стать весьма запоминающимся. И Она намеревалась не упустить ни одной минуты.

Через неделю такси увозило их в аэропорт, где они с Тео должны были сесть на самолет до портового города, где их ждал красавец-лайнер. Алекс почти без сожаления смотрела на дом, который скрывался из вида. Они вернутся, и он встретит их знакомым убранством и тишиной. А пока… Пока они ехали навстречу чему-то очень важному.

Глава 6. Дайана

2017 год

— Мистер Грейсон, вы еще здесь? — Дайана, уже собиравшаяся уходить домой, увидела декана факультета, склонившегося над бумагами.

— А? Да, что-то засиделся.

— Вам помочь? — Она подошла, разглядывая мужчину. Весь его вид буквально кричал об усталости.

— Спасибо, Ди. Я справлюсь. — Он улыбнулся, но улыбка вышла вымученной. — Иди домой, поздно уже.

— Да ладно, все равно никто не ждет. Давайте помогу.

Она протянула руку, намереваясь взять часть бумаг. Конец семестра, конец года, куча отчетов, проверок, а скоро еще и экзамены.

— Уверена? — спросил он с сомнением.

— Да.

— Ну хорошо, держи.

Он вручил ей приличную кипу, Дайана села за соседний стол, включила лампу и углубилась в бумаги.

Рик разглядывал девушку. Несмотря на молодость, она уже получила ученую степень и строила неплохую карьеру. А еще она была довольно красива. Тонкие черты лица, темные волосы, серые глаза. Даже очки не портили ее, наоборот, придавали строгий вид, который лично ему очень нравился. Хотя если их снять… а заодно и всю эту мешковатую одежду темных тонов, уверен, под ней обнаружится весьма и весьма привлекательное тело. Насколько было известно Рику, Дайана была не замужем. Да и парня не имелось, судя по тому, что ее дома никто не ждал. Иначе бы ее тут не было.

Она нахмурилась, подняла голову, явно почувствовав, что ее разглядывают, поймала его взгляд и слегка покраснела.

— Что-то не так?

— Нет, все хорошо. Просто… — Он сделал паузу. — Ничего, забудь.

Он снова опустил взгляд в документы, она последовала его примеру, но нет-нет Рик посматривал на сидевшую рядом девушку. Вот она нахмурила брови, закусила губу, бросила на него быстрый взгляд и заправила за ухо выбившуюся прядь. Все время, пока они работали, Рик наблюдал за ней и все больше убеждался — она с ним флиртует. Что ж, он никогда не отказывал себе в удовольствиях, а эта девушка разожгла его интерес.

Еще через час он довольно потянулся и отложил ручку.

— Все, на сегодня хватит, пора домой.

— Я еще немного поработаю.

— Ну уж нет. Во-первых, уже поздно. Во-вторых, это моя работа, и ты не обязана…

— Но мне не трудно! — улыбнулась Дайана, и у Рика кровь прилила к паху.

— Нет, ты и так помогла. Так что отправляйся домой.

Он подошел, выхватил у нее бумаги, небрежно кинул на свой стол и выключил лампу. Дайана вздохнула и поднялась. Весь ее вид говорил о том, что ей не очень хочется домой, и Рик решился.

— Можно пойти в бар, немного расслабиться. Как ты на это смотришь?

— Мистер Грейсон, я…

— Рик, — напомнил он, — все меня так зовут.

— Мистер Грейсон, — с нажимом повторила она, — уже поздно. И это не лучшая идея — идти в бар.

— Что, боишься меня? — усмехнулся он.

— Что? Нет, конечно, — фыркнула Дайана.

— Тогда себя?

Она отвела взгляд и покраснела. Еще одно доказательство, что она сама не прочь поразвлекаться. Но нужно действовать осторожно.

— Брось. Мы оба взрослые люди. Выпьем по бутылочке пива, обсудим пару рабочих моментов и разойдемся по домам. Обещаю! — поднял руки.

— Ладно, уговорили.

У Дайаны не было особого желания идти в бар со своим боссом, слишком уж недвусмысленные взгляды он на нее бросал, но возвращаться в пустую одинокую квартирку хотелось еще меньше. Поэтому, рассудив, что в баре будет полно народа и босс ничего ей не сделает, решила, что согласиться проще, чем объяснять, почему она отказывается. Да и много пить не собиралась, а расслабиться не помешает.

Они вышли на парковку, и босс повел ее к своей машине. Дайана ходила на работу пешком, благо было недалеко, но когда возвращалась в такое время, брала такси.

Дорога до бара прошла в молчании. Дайана ожидала какого-то подвоха со стороны босса, но все было прилично: он держал правую руку на руле, а леву выставил в окно с сигаретой. Дайана не любила, когда курят, но просить босса бросить — это слишком. Он не делал ничего, что могло бы вызвать возмущение, поэтому Ди тоже молчала.

Наконец, они подъехали к бару, мигавшему неоновой вывеской. Народу в нем было на удивление мало, и Дайана немного напряглась. Но, сев за стойку и увидев приветливое лицо бармена, немного расслабилась.

— Что будете?

— Мартини, если можно, — ответила она. — Где у вас туалет?

Бармен кивнул, и Ди отправилась в нужном направлении. Стерла легкий макияж, умылась, чтобы снять следы усталости, и вернулась в бар, твердо решив: одного бокала хватит.

Ее уже дожидался заказанный мартини, а Грейсон — называть его Риком Дайна почему-то никак не могла себя заставить — потягивал виски и улыбался. Пригубив напиток, Ди постаралась расслабиться. К моменту, когда уже добивала бокал, почувствовала небольшую легкость в голове и, наплевав на собственное решение, кивнула бармену, чтобы повторил.

Завязался какой-то разговор, о чем — Дайана даже не помнила. Почему-то резко опьянев, еле могла сосредоточиться на словах босса. Он что-то рассказывал и смеялся, она тоже улыбалась, но не понимала ни слова. Что с ней такое? Выпила всего два бокала, а ощущение, что влила в себя пару бутылок. Почему такое странное состояние?

— Думаю, тебе пора домой, — сказал босс.

Она кивнула и попыталась встать, но чуть не упала — ноги совершенно не держали. Усилием воли выпрямившись, почувствовала мужскую руку на своей талии.

— Эй, да ты напилась! Пошли, я помогу.

Он повел ее прочь из бара, и Дайана изо всех сил пыталась вернуть контроль над организмом и сознанием. Как только вышли на свежий воздух, в голове немного прояснилось. Настолько, что она заметила, что босс тянет ее вовсе не к парковке, а в темный переулок за баром.

— Куда мы идем?

— Так быстрее дойти до машины, — ответил он.

Однако до парковки они так и не дошли. Свернув еще раз и оказавшись совсем уж в глухом и скрытом от посторонних глаз проулке, босс прижал ее к стене и буквально набросился, принявшись целовать. Хмель тут же выветрился из головы, и Ди, наконец, сообразила, что происходит.

— Нет, не надо… пожалуйста, нет… — Она пыталась отбиваться, но мужчина был гораздо сильнее.

— Ну не упрямься. Будто не строила мне глазки все это время.

— Вы не так поняли!

— Все я так понял, — зарычал он и схватил ее, прижимая к стене. Рука уже шарила по телу, сминая тонкую ткань.

— Отпустите меня! — Дайана брыкалась изо всех сил, что только распаляло мужчину. — Ну пожалуйста. Я никому не скажу, — попробовала другой подход.

— Замолчи! — Он резко ударил ее, и от боли у Дайаны потемнело в глазах. — Ты такая же, как все: хочешь отхватить мужика побогаче, флиртуешь, а потом делаешь вид, что ничего не хочешь. Ну же…

Рик прижал ее своим массивным телом, а рукой перехватил запястья. Дайана словно сквозь вату в ушах услышала треск рвущейся ткани и почувствовала холод на бедре.

— Нет, Ричард… мистер Грейсон… — прошептала она, но жесткая ладонь накрыла ее рот.

Изо всех сил борясь с оцепенением, Дайана собрала волю в кулак и пнула мужчину коленом в пах. От неожиданности он согнулся и упал на колени, а она поспешила убежать.

— Стерва, — услышала она позади себя. — Ты еще пожалеешь…

Выскочив на улицу, замахала руками, ловя такси. Машина появилась словно из ниоткуда, и Ди плюхнулась на сиденье, назвав водителю адрес. Хотела уехать как можно быстрее, боялась, что босс будет преследовать ее, поэтому постоянно оглядывалась. Но позади было пусто, знакомая машина даже не мелькала, и Дайана немного успокоилась.

Добравшись до дома, дрожащими пальцами заперлась на все замки, выключила телефон и забилась в самый темный угол. От отвращения и жалости к себе хотелось выть, но она лишь молчала и вытирала бегущие слезы. За что он так с ней? Почему?

Прошло не меньше часа, прежде чем она нашла в себе силы подняться и отправиться в душ. В ванной сняла разорванную одежду и без сожаления отправила в мусорку все, включая нижнее белье. Не хотелось даже видеть то, чего касались жадные руки.

Под струями горячей воды остервенело терла кожу, особенно в тех местах, где еще ощущала чужие прикосновения. Снова и снова возвращалась мыслями в тот переулок. Могла ли она предвидеть такое развитие событий? Возможно. Могла ли как-то помешать? Вряд ли. И странное опьянение уже не казалось таким уж странным. Наверняка босс подсыпал ей что-то в напиток, пока она была в туалете. Иначе это никак не объяснить.

Выйдя из душа, закуталась в махровый халат. Тело била дрожь, Дайана никак не могла согреться. При мысли о том, что завтра она должна будет прийти на работу, посмотреть в глаза боссу, ее чуть не вытошнило. Поэтому она открыла ноутбук и написала ему письмо, в котором сообщала, что увольняется по собственному желанию. И грозила в случае, если ее не отпустят с миром, сообщить в полицию о произошедшем.

Приложила к письму заявление об увольнении и устало растянулась на кровати. Хотелось просто на время спрятаться где-то, где ее никто не найдет. Но прятаться негде, у нее никого нет. А уехать насовсем и начать жизнь с чистого листа она была еще не готова.

Провалявшись без сна до самого утра, Ди встала и открыла ноутбук. Не знала, что собиралась делать, просто поступила так, как подсказывала интуиция. Бродила по просторам интернета, пытаясь отвлечься, и тут в глаза бросилась реклама морского круиза. Это было решение. За пару месяцев в море она успокоится, разложит все по полочкам и решит, что делать дальше. А пока…

Подобрав круиз, который понравился, Дайана оплатила билет и закрыла ноутбук. Отплытие через неделю. Уж пару-тройку дней она продержится. А потом пора будет вылетать в порт, где на причале стоял красавец-лайнер. Дайана уже предвкушала незабываемую поездку.

За день решила проблему с домом. У Ди были замечательные отношения с соседкой — миссис Блейк, поэтому они договорились, что та присмотрит за домом, будет поливать цветы и следить, чтобы соседские мальчишки не хулиганили на участке. Дайана снова подключила сигнализацию, все-таки два месяца — долгий срок. а также обновила завещание — мало ли что могло случиться в море. Конечно, это худший вариант, но всякое бывает. Отписав все свое имущество соседке, успокоилась и принялась собирать вещи. У нее почему-то было стойкое ощущение, что если она и вернется обратно, то очень ненадолго.

Уже вылетая в портовый город, получила по почте подтверждение, что ее заявление об увольнении принято, подписано, а причитающаяся зарплата перечислена на счет. Теперь ее ничего не связывало ни с местом работы, ни с бывшим боссом. Оно и к лучшему. Глядя на огромный белоснежный лайнер, Дайана чувствовала, что с этого момента у нее начнется новая жизнь.

Глава 7. Энтони

2017 год

— Дамы и господа! — раздался звучный голос шпрехшталмейстера. — Встречайте, только у нас — Энтони Великолепный!

Стоило объявить имя артиста, и тут же засверкали фейерверки, а на арену выбежал тот самый Энтони. Вместе с ним появились девушки, жонглировавшие горящими факелами. Вместе с фейерверками это создавало удивительное зрелище. Но когда Энтони буквально изрыгнул из себя огонь, зал взорвался аплодисментами и не утихал, пока феерия огня не закончилась. Зрелище было великолепным. Все вокруг пылало, горело и светилось. Горящие факелы летали по арене, а зал гудел каждый раз, когда огонь вырывался изо рта артиста.

Наконец, выступление глотателя огня подошло к концу, и он ушел за кулисы. Все было как всегда: пот на лбу, вкус топлива на губах и во рту, кусочки пепла на коже и небольшие дырочки от случайно попавших искр на костюме. Ничего не меняется годами. Раз за разом, день за днем одно и то же. Тони и не помнил, когда было что-то другое, хотя он, «опилочный» ребенок, как это часто бывает, начинал с акробатики. Но потом вырос и охладел к ней, занявшись более зрелищным направлением. Ему нравился цирк, всегда, с самого детства. Он был здесь своим. Но порой хотелось чего-то другого. Узнать жизнь вне этих бутафорских стен и вагончика.

Несмотря на то, что их цирк кочевал с места на место, Тони не нужно было много, поэтому почти заработанное все он откладывал. И на счету накопилась уже приличная сумма. Он хотел через несколько лет уйти на покой, купить дом в тихом месте, найти девушку, завести семью. И хотя на него, мускулистого, загорелого, сильного, с густой блондинистой шевелюрой, заглядывались многие цирковые девушки, он не хотел связывать с ними свою жизнь. Как бы он ни любил цирк, своему ребенку подобной судьбы не хотел.

Пока он приводил в себя в порядок, представление закончилось, и зрители разошлись. Осталось почистить арену, разгладить опилки, чтобы завтра вновь артисты могли блистать на сцене. Все это общими усилиями заняло не больше часа, настолько был отлажен и отработан процесс.

— Тони, мы хотим пойти выпить, ты с нами? — спросил его Мик, акробат и клоун в одном флаконе.

— Не, я сегодня хочу отдохнуть. Повеселитесь.

Друзья расселись по машинам и, смеясь и улюлюкая, помчались в ночь. А Тони, надев куртку с капюшоном, отправился в парк к озеру. Он всегда любил сидеть у воды. Она его успокаивала.

Тони любил такие тихие вечера и ночи, когда над головой лишь сияние луны и мерцание звезд. Вода лениво шуршала почти у самых ног, луна серебрила поверхность, стрекотали и жужжали насекомые, в ночи тихо перекликались ночные птицы. Покой и умиротворение. То, чего Тони часто не хватало в его безумном ритме жизни.

Невдалеке послышались чьи-то голова, но Энтони не обращал на них внимания, пока внезапно не услышал крик. Он встал и направился в ту сторону и увидел девушку, которую окружило трое парней.

— Кто это тут у нас, ребят? Смотрите, какая куколка!

— Оставьте меня! — Девчонка храбрилась, но было заметно, что ей очень страшно.

— Оставим. Но сначала развлечемся. Нам скучно, а ты скрасишь наш вечер. Так, братва?

Парни загоготали, а девчонка сжалась еще сильнее. Тони огляделся в поисках подходящего оружия, выудил какую-то палку и подкрался к парням. Те уже вовсю шарили по телу девушки, а она лишь тихонько поскуливала и пыталась отвернуться и вырваться. Но куда там…

— Отпустите ее! — выкрикнул Тони грозно и схватил парня ближайшего за горло.

К нему тут же бросились другие, выпустив девушку. Но вместо того чтобы убежать, она сжалась в комочек у стены и наблюдала расширившимися от страха глазами.

А драка меж тем завязалась нешуточная. Тони даже не смотрел, куда бьет, пуская в ход все: и ногти, и зубы. Палка уже давно выпала из рук и закатилась куда-то, отброшенная четырьмя парами ног. Но Тони не сдавался. Он умел драться, с детства щуплому парнишке приходилось защищаться от постоянных нападок. Но против троих выстоять не смог бы при всем желании. И когда он упал, его принялись пинать ногами. Он лишь закрывал руками лицо.

Послышался вой сирен, и парни тут же побежали в разные стороны. Но ближайшего Тони схватил за штанину и рванул на себя. Парень упал, а Энтони вцепился в него, из последних сил нанося удар за ударом. Сирена была все ближе, он хотел задержать хотя бы одного хулигана до приезда полиции. Но тут правый бок пронзила боль, и Тони выпустил свою жертву. Тот тут же вскочил, бросил окровавленный нож и бросился в темноту ночи.

— Вы как? Держитесь, помощь уже едет!

Рядом с ним возникла спасенная им девушка. Она стащила с шеи шарф и прижала к ране, отчего Тони застонал.

— Боже, сколько крови. Ну где же скорая? — причитала она, глядя в темноту.

Но тут полицейская машина, разреза мрак мигалками, остановилась совсем рядом, и Энтони услышал, как один из полицейских по рации просит скорую поторопиться. Он пытался оставаться в сознании, цепляясь за голос девушки, но это было все сложнее и сложнее.

— Как… тебя… зовут? — еле выговорил разбитыми губами.

— Рэйчел, — ответила она, глотая слезы. — Только не умирай, ладно? Моя жизнь того не стоит…

— Стоит… — возразил Тони и провалился в какое-то марево.

Он слышал голоса, но не мог понять ни слова. Почувствовал, как его поднимают и кладут на носилки, но не мог пошевелить и пальцем. На лицо легла кислородная маска, и Тони отключился окончательно.

Когда пришел в себя, первое. что услышал — противный писк приборов. Потом ощутил боль в правом боку и во всем теле. Но не острую, а тупую, словно приглушенную. Открыв глаза, понял, что находится в больнице. Стало понятно, почему не так уж и сильно все болит. наверняка накачали болеутоляющим.

— Вы очнулись! — раздался слева женский голос, и Тони с трудом повернул голову.

Спасенная им девушка сидела рядом. Глаза были красными, она то ли плакала, то ли мало спала. Возможно, и то, и другое. Как же ее зовут? Он попытался вспомнить.

— Рэйчел, да? — Она кивнула. — Давно я здесь?

— Три дня.

— А вы? Почему вы тут?

Она замялась и покраснела.

— Это меньшее, что я могла сделать после того как…

— Бросьте, так поступил бы любой мужчина.

— Вот только осталось их мало, — печально выдохнула она и улыбнулась. А Тони буквально залип на этой открытой и искренней улыбке. Словно солнце вдруг влетело в палату и залило все светом.

— Добрый день, молодой человек. — Голос с другой стороны отвлек Энтони от его мыслей. — Напугали вы нас. И ее тоже. — Мужчина кивнул на Рэйчел. — Очень боялась, что ее спаситель не выживет и некого будет поблагодарить. Я доктор Эванс, ваш лечащий врач.

— Что случилось? — спросил Тони. Он уже понял, что все куда серьезнее, чем простые синяки и ушибы. И все еще помнил нож и блестевшую на нем кровь.

— Вы получили травму печени. Повезло, что крупные сосуды не были задеты. Но часть печени пришлось удалить. О, нет-нет, не волнуйтесь, — остановил он уже готового взорваться возмущениями Тони, — печень обладает способностью к регенерации. Пройдет некоторое время, она самовосстановится, и все будет в полном порядке.

— И сколько времени это займет?

Доктор пожал плечами.

— От пары недель до пары месяцев, зависит от многих факторов.

— Но… — Тони смотрел на врача ошеломленно. — Как же мне работать?

— Никак, — ответил тот. — Сейчас ваша главная задача — восстановление. Требуются покой и уход.

— Это проблема, — пробормотал Энтони.

— Почему же?

— Я цирковой артист, у меня нет дома, нет семьи, нет ничего, кроме работы. Мне некуда идти. и почему-то мне кажется, что цирк уехал без меня.

— Можешь пожить у меня, — тихо сказала Рэйчел, и Тони воззрился на нее удивленно. — Я все равно живу одна. И… я тебе должна.

— Ничего ты мне не должна!

— Но я хочу! — сказала Рэйчел и положила ладонь на руку Тони. — Позволь отблагодарить.

— Кстати, а тех отморозков поймали? — Этот вопрос волновал Тони куда больше собственной участи. Такие подонки не должны ходить по улицам.

— Да. Полиция отыскала всех.

— Это хорошо.

— Да. — Рэйчел вновь покраснела. — Мое предложение в силе. Не подумай ничего такого, это просто жест доброй воли. Никаких поползновений, обещаю! — Она подняла руки ладонями вверх, а Тони рассмеялся и тут же почувствовал, как боль пронзила бок.

— Я соглашусь при одном условии, — сказал, когда боль утихла. — Будем считать, что я снял у тебя жилье. Я заплачу за него.

— Но…

— Никаких но. Или так, или поеду в мотель.

— Хорошо, — сдалась Рэйчел.

Через пару дней Энтони выписали, и они вместе с Рэйчел отправились к ней. Как Тони и думал, цирк уехал без него, оставив в камере хранения кое-какие личные вещи с запиской, где было написано догонять их, когда поправится. Но почему-то сейчас мысль о возвращении в цирк больше не грела. Хотелось чего-то иного. Более спокойного.

Месяц с Рэйчел привнес в его жизнь много нового. По совету врача они много гуляли, разговаривали. Рэйчел оказалась приятной собеседницей, очень умной, начитанной, имеющей свое мнение практически по каждому вопросу. И Тони это нравилось. Нравилось сидеть вечерами у камина в уютной гостиной, нравилось сидеть на крыльце и любоваться звездами, нравилось смеяться над шутками вместе с ней. Да и сама Рэйчел за это небольшое время словно проникла к нему под кожу. Он уже не представлял жизни без нее.

В цирк Энтони решил не возвращаться. После восстановления планировал остаться и сделать Рэйчел предложение. Но сделать это хотел красиво. Потому купил два билета в морской круиз. Там, посреди океана, под синим небом и ярким солнцем, он выберет подходящий момент, встанет на одно колено и попросил Рэйчел стать его женой.

Но об этих планах своей избраннице ничего не сказал. Просто пригласил поехать, отдохнуть, развеяться, поправить здоровье. Рэйчел долго отказывалась, но в конце концов согласилась. Но когда они уже собирали вещи, Рэйчел неожиданно поступил срочный заказ, от которого она не могла отказаться.

— Поезжай один, — уговаривала она.

— Нет без тебя не поеду, — отвечал Энтони, понимая, что весь план летит к черту. — Я хотел отдохнуть с тобой.

— Я никуда не денусь. — Она ласково взяла его лицо в ладони и легко прикоснулась к губам. — Тебе нужно полностью восстановиться, морской воздух поможет. А вернешься — я все еще буду здесь. Поезжай, ради меня.

И Тони позволил себя уговорить. Стоя возле белоснежного лайнера, думал, не совершил ли ошибку, может, стоит отказаться? Но тут в голове возник образ Рэйчел. Как она просила его поехать, и тони сдался. Шагнул на трап и доверился судьбе.