В Астане небо низкое

Предисловие

Здравствуй, друг!

Если ты читаешь эту книгу, значит мне все-таки удалось ее выпустить. Выпустить в свет, на волю, чтобы она порхала и летала. Ведь творчество должно летать словно ветер и доносить смыслы и значения. Я не хочу томить тебя нудными рассказами о своей жизни, о моем писательском пути и создании книги. Скажу лишь то, что она написана с любовью.

Нет, все-таки пару слов я напишу.

Меня всегда удивляли и вдохновляли астанинские облака. Я приезжала в гости к родным, часами гуляла по городу, записывала заметки в телефон. Каким-то магическим казалось небо и все вокруг. Шло время, а я все не могла угомониться. Хотелось связать это явление и молодых людей, коих довольно много в этом городе.

Так родилась идея создания цикла очерков с выявлением проблем нынешней молодежи. Самореализация, противоречия, желание идти вперед, погоня за материальным – все это прозрачно освещено в сборнике. Что переживают молодые люди, какие у них могут быть проблемы и как они и их решают и как небо вдохновляет и движет ими.

Надеюсь, ты получишь удовольствие от чтения и сделаешь свои правильные выводы.

Кофе, автобус и смс

На часах Casio 8:15. Дос нервно объясняет водителю такси, по какой улице проехать, чтобы попасть на работу быстрее. Его колени трясутся, в руке он сжимает толстую черную папку а другой широко и активно жестикулирует. Папка падает на колени и скатывается вниз к туфлям. Дос выругивается. В 8:30 он уже должен быть в офисе. Но что его ждет? Свирепый начальник, галочкой отмечающий его опоздания? Отнюдь, он и есть тот самый босс, любивший постебать коллег и погонять стажёров. Доса ждут сроки, отчёты, бесконечные цифры и отчаявшиеся клиенты, видящие в его участливо добрых глазах под тоненькими линзами из-под очков непреодолимое желание помочь. Его ждёт 12-часовой рабочий день с получасовым перерывом на обед, на который он скорее всего не пойдёт, барахтаясь в тонне бумаг.

Окончательно разругавшись с водителем, он выскакивает из такси, снисходительно смеётся над тупыми,как он утверждает людьми, заказывает кофе с собой в ближайшей кофейне и стремительно шагает в сторону синей высотки, не желая больше портить себе настроение.

В утренней суматохе и спешке людей ловит себя на мысли, что давно не смотрел на небо. Вот так вот глубоко и задумчиво, а не просто проверить пойдет ли дождь и нужно ли прихватить зонт. Небо такое низкое в Астане. Эти облака они будто кусочки сахарной ваты, чуть протяни руку вверх и можешь отщипнуть немного и даже пожевать. И почему люди смотрят лишь вниз?

Ему уже плевать, что он опоздает на работу, зато такого утра у него не было уже полгода. Прохладный ветер взъерошил нестриженый хэйр, он прижал стакан к губам и сделал глоток. Горячий напиток разбежался по жилам, сердце его забилось чаще. То ли от выпитого кофе то ли от случайно толкнувшей его девушки, которую Дос узнает из тысячи.

Время остановилось. Есть только он и треклятый кофе, обжигавший руки. Происходящее на улице остаётся фоном, он слышит только лишь биение своего сердца, воспоминания в ту же секунду встают перед глазами: совместный трип по Америке , глазунья на завтрак, вместо ужина крепкий кальян, ядовито желтые тапки Джейка из Adventure time, а три года спустя "прости я выхожу замуж за другого", а потом работа, работа, работа...

Она залетела в автобус и уехала прочь. Он смял стакан с содержимым и бросил в ближайшую урну. Утро было безнадежно испорчено. Впервые за полгода он решил поймать момент, порадоваться обычным вещам как зевака, но небо подставило его. Ускорив шаг, Дос попытался припомнить имена-фамилии клиентов и названия дел, по которым они обращаются, надеясь сбежать от накрывших мыслей о ней.

Интересно как она? Счастлива ли? Похоже, как всегда опаздывает... – не унимается голос изнутри. - а вспоминает ли обо мне? И зачем я тянул со свадьбой? Вот она, вот я и наша жизнь. Была. Всех денег ведь не заработаешь. Ей-то и нужно было, что очаг и надежность. Со мной. Теперь только работа со мной и осталась».

Когда он в смятенных чувствах доковылял до офиса, в телефоне мелькнуло сообщение : "Осторожней с кофе, посадишь своё большое открытое сердце! И тебе не идут длинные волосы! И да, с добрым утром!"

Смайлик на экране, смайлик на лице. Утро вновь стало добрым.

Пора домой

- Люблю астанинское небо - говорит Нази. Оно так близко к земле к людям . Можно протянуть руку и пощупать мягкие облачка - смеётся девушка, морща носик.

Ее утро начинается со стакана кипяченой воды с лимоном и любопытного взгляда в окно. Она жаждет жить, открывать двери возможностей, пробовать себя в новом. Масса идей, константное состояние потока, дедлайны, которые она устанавливает себе сама. DIY – эти три буквы все скажут за нее. Ясное светлое небо - прекрасный источник света, а свет для видеоблогера - одно из основополагающих успешной съёмки.

Каждый день перед работой я забегаю к ней на чай, проверить все ли у нашей «пчелки», как говорят родители, впорядке. Поднимаясь по лестнице, слышу запах омлета со шпинатом, который она готовит для меня. Входная дверь не заперта, завтрак для блудной сестры уж на столе - меня здесь явно ждали. Заглядываю в приоткрытую дверь комнаты, где Нази записывает свои блоги, что-то болтает в черную коробочку с выпуклым глазом. Смеется. Странно это все выглядит со стороны.

Нази младшая в семье после меня и брата, но порой кажется, что по мозгам она взрослее всех нас. Именно она первой решила съехать от родителей и заняться любимым делом, да и заботы я получаю от неё гораздо больше, нежели она от меня. Бесспорно, я проявляю своё участие, когда её нужно красиво сфоткать, а когда ее узнают подписчики, понимающе отхожу и они вместе кривляясь и обнимаясь делают совместные фотографии.

Мы проходим мимо ресторанов быстрого питания, заглядываем в витрины барбершопов, завистливо отмечаем дизайн, который мечтаем повторить и бродим по Астане в поиске новых аутентичных мест.

-Ну что, дорогая, - Нази начинает так, словно готовилась к нашей беседе, - родители уже начали бить тревогу по поводу нашей холостой бродячей жизни? – Нази смачно откусывает черный бургер.

- Конечно, часики-то тикают, ну и «уят болады»1 соответственно. – подыгрываю я.

- Я не понимаю, откуда эти возрастные рамки? С 20 лет ты уже прекрасная «девушка на выданье» а в 25 почти «старая дева». Бесспорно функция женщины - продолжать род, хранить семейный очаг , но почему я должна делать это просто потому что так надо? Это когда ты в детстве во дворе играешь на улице до 7 вечера, а потом мама кричит тебе, что пора домой. А может быть ты только разыгрался?

- Верно, - парирую я, удивляясь находчивости малышки, - иначе стемнеет и будет уже поздно. Этого и боятся родители. А время-то пришло. В целом, трудная судьба у казашек в 21 веке. Внутри идет нещадная борьба Запада и Востока – эмансипация наступает на пятки вековым традициям. Время в данном случае и друг, и враг тебе. Тебе даётся время, чтобы насладиться жизнью, молодостью, но пока ты это делаешь, оно неумолимо бежит вперёд.

- Мне кажется, я пойму, когда придёт моё время создавать семью, и я сама сломя голову, помчусь «домой». Неважно будет ли поздно по меркам общества или нет! А пока передо мной открыта невероятная палитра возможностей, что грех их упустить! - не унимается сестрёнка.

- Быть несчастливым в браке гораздо опаснее, чем опоздать. – добавляю я.

Мы покинули бургерную поздно вечером. Фонари зажигались один за другим, мы молча ступали по тротуару и обдумывали наш занятный разговор. Машины то и дело проносились мимо на высоких скоростях с громкой музыкой, а ветер подхватывал и уносил их с собой. Нази решает прогуляться до дома пешком уже без меня.

- Уже седьмой час. Скоро мне нужно быть дома. - подмигнула она мне и скрылась в дали.

Балконьи думы

Ему бы быть заядлым холостяком, каждую ночь приводить новую барышню из клуба, а на утро забывать её имя, классически обещая перезвонить. Но крутой татуированный Глеб приходит домой в предвкушении объятий от двух пар пухлых детских ручек и горячего поцелуя утонченной азиатской женщины, от которой он без ума. Глеб далеко не обычный русский рубаха-парень. Он производит впечатление довольно загадочной и порою даже странной личности, его взгляд – холодит, губы почти всегда плотно зажаты, а руки, полностью забитые татуировками из лихих двухтысячных, ну совсем не вызывают доверия, поэтому при встречах с клиентами Глеб прикрывает их рубашками с длинным рукавом. Говорит он мало, но по делу, опускает порой резкие комментарии в сторону рабочих, которые воплощают его идеи в жизнь, но расслабляется и смягчается, лишь находясь дома.

Их семья весьма необычна и отходит от привычных норм этого понятия. Они не ходят в шумные ТЦ по выходным, не ездят семьёй на дачу, а просто уложив детей спать, смотрят Декстера под пиво и начосы. Они пренебрегли общественным мнением религиозными нормами, чтобы любить. Джон Леннон и Йоко Оно заново (воз)родившиеся в Астане.

Помимо родителей, общества, не принявших их союз, ему во имя любви, приходится принимать тяжелый характер своей, казалось бы, покорной жены. Ее наружность – таинственное очарование с плавными грациозными танцующими движениями гейши безумно расходятся с изнуряющими криками и резкими выпадами в адрес Глеба. Она нападает на него за его поздние приходы домой, за увлечения капоэйра и рыбалкой, которые забирают его время, за его долгосрочные или наоборот «горящие» проекты. Однако вспышки происходят недолго, и вот уже бестия превращается в покладистую супружницу.

После очередной пылкой ссоры Глеб выходит на балкон остыть, закуривает вейп и запрокидывает голову, глядя на ночное астанинское небо. Звезды видятся ему светящимися лампочками, кои он частенько предлагает в своих дизайнерских проектах в интерьере, а само небо кажется бесконечно тёмным полотном, как волосы его дражайшей жены. Перед его глазами появляются начальные титры из «Звёздных войн»:

«Верховный канцлер втайне от всех поручил двум рыцарям джедай - хранителям мира и справедливости в галактике урегулировать конфликт.»

«Интересная аналогия» - ухмыляется Глеб, вспоминая, как они с братом без единого гроша в кармане приехали покорять Астану.

Воспоминания как в быстрой перемотке фильма прокручивались в голове: как рано они лишились отца, и как их мать взвалила на себя тяжёлое бремя кормить и воспитывать двух сорванцов. Детство за гаражами, первая драка, сигарета, первое тату, а в один момент решение, его собственное решение изменить свою жизнь, реализовать свои таланты и улучшить жизнь. Переезд в Астану из небольшого города на юге Казахстана был непрост. Тогда Астана была столицей уже лет 5 и манила не только перспективами развития и исполнением желаний амбициозных молодых людей, но и безумно красивым небом . В начале его душа влюбилась небо, затем в город, а после в вечно спешащих людей, которые до сих пор, как он полагает, не приняли его . Тяжело быть русским в Казахстане, даже зная казахский и имея характер и понятия восточного мужчины, приструнивать временами непокорную жену. И вот теперь они с братом подающие надежды, но уже твердо стоящие на ногах дизайнеры, у которых целый ряд оригинальных проектирований дизайнов, а дома счастливые и порой строгие мужья и отцы. Один взгляд в небо и внутренний конфликт урегулирован. Докуривает и идет налаживать отношения с азиатской перчинкой.

Все не зря . - думает Глеб - Сегодня небо спасло мои отношения, а завтра спасёт костюм от дождя.

Дотянуться до...

Бека – отчаянный домосед. Его не волнует происходящее на улице, удивительно, ведь он даже не был на ЭКСПО. За исключением ежедневной вылазки за продуктами в супермаркет по близости. Бека не обедает в кафе и ресторанах, кофе он пьет исключительно молотый и сваренный собственноручно и признает только домашнюю еду, очаровывая девушек филигранно приготовленными заморскими блюдами. Все бы ничего, но постоянной спутницы у высокого атлетически сложенного юноши нет, ведь все его время отнимает любимое дело. Несмотря на это Бека мечтает любить. Но найти пару в ветреном городе зачастую ветреных отношений бывает непросто. Поэтому он решает, что готовить самому себе все-таки надежней.

Когда Бека распахнул подъездную дверь, очередной раз выйдя в продуктовый, он постарался пропустить мимо ушей раздражающий звук домофона и невольно взглянул наверх. Над ним простиралось бледноватое голубое небо и соседние дома – крыши близстоящих головокружительных небоскребов, будто бы тянущиеся к низким облакам. Увидев в этом что-то необыкновенное, он открывает камеру и, поймав удачный ракурс, «щелк!» - делает фото.

«Боже, что за идиот?» - думает парень, прокручивая в голове сотни похожих фотографий, которые он видит 30 раз на дню в соцсетях. Однако неожиданное фото все же доставило ему удовольствие.

В квартире Бека ставит в микроволновку мясо, приятный режим – разморозка, после не менее приятный режим «плиты-сковороды» – жарка, и уже было принимается за овощи, но на экране смартфона замечает пропущенный от мамы. В трубке его приветствует мягкий заботливый голос. «Кулыным» - доносится с другого конца провода, а в ушах словно синичкины трели. Встретив в свое время непонимание и непринятие того, что он бросил учебу в престижном вузе ради, как говорят родители, «бестолковых игрушек» подкосило его уверенность и с родными он держался слегка отстраненно.

Да, их определенно можно понять, ведь он помнит гордость и одобрение в твердом взгляде отца, когда Бека закончил школу с «Алтын белгi». А еще как ему пророчили родители заоблачные перспективы, с упоением рассказывая родным, что сын сдает один экзамен за другим, тратя минимум времени.Но больше в памяти героя отложилось разочарование и крах надежд, когда мама-папа поняли, что Бека не будет суматошно бегать с зачеткой в зиму и лето, не сделает фото с дипломом на фоне универа и не будет сидеть в душном офисе на 20-м этаже перед компьютером.

Однако кое-что оправдалось: перед компьютером Бека все-таки сидит, правда с другой целью. Он включает его каждый день, надевает наушники, настраивает микрофон, кликает на иконку Dota2, и вот перед ним другая реальность. Он погружается в Мир единомышленников, где ему можно быть собой, не боясь осуждений, в Мир, где он может быть, а не казаться. И плевать, на неплохие между прочим, деньги которые он зарабатывает, состоя в киберспортивной команде и принимая участие в увлекательных турнирах, - каждый день он нападающий, уничтожающий задания и убивающих линейных крипов.

Мама спрашивает, что он будет есть на обед и ест ли он вообще, переживает как бы не сдуло его астанинскими ветрами. Бека смеется и благодарит родительницу, которая вовремя наделила его самостоятельностью и кулинарными навыками. Слышит в ответ любимый смех, который словно звон колокольчиков нежно отдается в перепонках и понимает, как сильно соскучился. Соскучился по родному дому, по отцовскому похлопыванию по плечу во время очередной нелепой шутки, по маминому поглаживанию по щеке и даже по капризам и требованиям младшей сестры. По «хабарским» новостям, которые смотрит па, по крепкому чаю с молоком и домашним баурсакам. Решено! «Несмотря на запрет отца не появляться в доме, рискну позвать семью на ужин в свою арендованную квартиру. Кажется, мама уже оттаяла и уже готова приехать, но отец?» - думает Бека.

Кладет трубку и смотрит на утреннюю фотку. Острые углы домов еле касаются низких облаков и словно иглы пытаются проткнуть белые воздушные шары. «Первый шаг после годовой паузы уже сделан». – облегченно выдыхает Бека.

Скорее всего, дети – это и есть те самые кончики высоток, они тянутся к своим родителям-облакам, ища одобрения в каждом поступке и поддержки в любых делах. Кто-то уже дотянулся, а кому-то лишь предстоит. Сегодня настала очередь Беки.

Разное время

«Человек создан для счастья как птица для полёта» фраза из рассказа Владимира Короленко, с недавних пор стала жизненным кредо для Ануара. И дело не только в дельтапланах, которые он проектирует и собирает, думая, что нашел в этом себя. Тут все гораздо глубже…

Мачтовые парители, безмачтовые планеры, аппараты начального обучения, мотодельтапланы – Ануар знает каждую деталь и с легкостью даже за версту отличит любой вид парителя.

Небо для Ануара шестая стихия, а седьмая, как он полагает, любовь. Сборку дельтаплана запросто можно сравнить с крепким союзом двоих: легкий взгляд на чертежи и изготавливаем каркас – основу из трубок, на которой будут крепиться крылья дельтаплана. Крыло натягивается и закрепляется по боковым трубкам. Ануар проверяет крыло, проводит рукой по плащовой ткани. Важная часть – узловые соединения. Все как в жизни, прочные надежные связи с близкими одно из важнейших факторов для счастья человека.

Утром он обычно находится в своей мастерской, дорабатывает чертежи на свежую голову, а в перерывах снимает короткие видео астанинского неба и отправляет возлюбленной в Бостон.

- Смотри, Ками – мягкий голос за кадром - это небо я подарю тебе, как только ты вернёшься.

Игра времени и пространства. Камилия открывает видео поздней ночью перед небольшим оконцем с сатиновыми занавесками в комнате общежития. Закрывает видео и грустно смотрит на небо. Оно так расшито звездами, безупречно красивыми, но не такими низкими и близкими как в родной Астане. Грустно улыбается им. Возможно, они передадут ему улыбку в будущее.

В голове у Ками всплывают моменты горького расставания с Ануаром.

Они сидели в кафе, молчали и обнимались. Чай уже давно остыл, а она даже не притронулась к десерту. Ануар целовал Ками в макушку, она чувствовала его сбивчивое дыхание, понимала его растерянность, его глубокое разочарование в себе от того, что он никак не мог повлиять на ее решение. решение учиться, пройти все экзамены и собеседования ради будущего. Ведь им всего по 18 – «вся жизнь впереди, мы все успеем» - говорила она. «так нужно, так устроена жизнь, потерпи.» это ли не эгоизм? – думает Ануар. Или же эгоизм заставить бросить мечту ради него? Ануар был озадачен, а обещать твердую почву, когда земля уходит из-под ног было тяжело, но яркие насыщенные молодые годы он предполагал разделить с любимой, но никак не в мессенджерах и звонках.

Он задумчиво смотрел с окно, перебирал колечки на тонких пальцах возлюбленной, а когда они вышли из кафе Ануар резко переменился. Неуклюжая улыбка засияла на его лице, он встал перед девушкой, взял ее за руки и сказал:

«Я не позволю тебе покинуть наш город печальной. Я хочу, чтобы эту ночь ты запомнила как самую весёлую. Да, я не хочу, чтобы ты уезжала, но я не в силах тебя держать. Знай я буду ждать тебя, и каждый день, взгляни на звезды, эти малышки будут напоминать тебе о нашей скором свидании.»

Они проносились мимо пустых парковок, левобережных высоток, пытались допрыгнуть до пятиметровых фонарей, играли в догоняли с поцелуями. Ануар зарывал голову Ками в свой капюшон и шептал о своей бесконечной любви.

А на утро аэропорт-разлучник вновь стал свидетелем болезненного прощания двоих.

Именно тогда Ануар возненавидел небо и полюбил его, и стало оно его проклятьем и его спасением. И в тот момент Ануар решил разделить это небо с Ками, как символ их воздушной любви и нашёл себя в своём нелегком и необычном деле.

Такая вот философия дельтапланеризма - смеётся герой - прежде чем научиться летать, нужно научиться падать.