Ужас особняка Клейтонов

Глава 1

Прямо над Монти возвышалась темная громада заброшенного особняка, и, впервые в своей беззаботной жизни, молодой человек почувствовал, как у него сосет под ложечкой. Он хотел оглянуться назад, на кэб, в котором сидели смеющиеся товарищи, но это бы означало полное поражение. Поэтому, собрав все свое мужество в кулак, Монти беспечной походной, посвистывая модную песенку, направился прямо к распахнутым щербатым дверям, которые были готовы проглотить его с потрохами, начищенными ботинками и платком, который торчал из кармашка сюртука.

Монти Макгомери было двадцать два года, и всю свою сознательную жизнь молодой франт потратил на то, чтобы успешно ее прожигать. У него было неплохое наследство, сносный камердинер, компания оболтусов-друзей, и ему не оставалось больше ничего, кроме как срывать самые сочные плоды с дерева жизни. К сожалению, помимо финансового благополучия, Монти щеголял еще и самым несносным характером во всем Лондоне. С самого детства его отличала жестокая беспечность, присущая детям в богатых семьях: он поджигал хвосты кошкам и пребольно щипал горничных, кляузничал на дворецкого и спихивал вину на младших братьев. Повзрослев, Монти не забросил свои жестокие игры, но поменял их характер: теперь он напропалую врал девушкам и друзьям, подставлял знакомых и незнакомых людей и в целом, был именно таким человеком, после ухода которого вы облегченно вздыхаете и прикладываете к вискам лед.

Что же привело такого беззаботного франта в старый и грязный особняк на отшибе? Все просто: приближался Хэллоуин, заветный канун всех Святых, любимейший праздник компании Монтгомери. О, именно в эту дьявольскую ночь Монти и друзья гуляли на полную катушку: надевали самые страшные маски и без зазрения совести пугали детей, юных девушек и старушек, не говоря уже о многочисленных прохожих. Да, именно Хэллоуин был любимым праздником Монти – до тех пор, пока его друзья не придумали, как сыграть с ним шутку.

- А что, Монти,- лениво протянул Воган, выпуская изо рта облачко густого и дорогого дыма от сигары.- Не придумать ли нам одну штуку?

- Это какую же? – Монти прищурился и ударил. Шар попал точнехонько в лузу.

- Давай-ка заключим пари. Ты проведешь ночь в особняке Клейтонов, а наутро я отдам тебе Буцефала.

Предложение прозвучало настолько нелепо, что Монти зашелся в хохоте. Его поддержали все, кроме Вогана, который все не спускал глаз с Монти.

- Завязывай с сигарами,- беззлобно ответил Монти.- У тебя все мозги в дыму. Что это за штука: ночь в пыли и грязи за первоклассного жеребца?

- А почему нет? Или ты струсил? Ведь говорят, что в особняке по ночам что-то гремит и воет…

- Ага, например, бродяги или алкаши,- перебил Джорджи.- Глупая шутка.

- Ну, как знаешь. Конечно, шляться по улице в костюме дьявола куда безопаснее, чем развеять миф об особняке-призраке,- Воган отвернулся, чтобы поджечь очередную сигару.

- Черт с тобой, Воган! Я проведу там ночь, вынесу оттуда какие-нибудь семейные реликвии, и ты прямо с утра подпишешь мне бумаги по передаче Буцефала. Все слышали?

Монти обвел взглядом комнату, и все присутствующие, за исключением Вогана, тут же рьяно закивали. Воган едва заметно усмехнулся.

У него были свои интересы в этом странном пари. Дело в том, что Воган все больше и больше начинал скучать от глупых и жестоких проделок товарища. Он давно хотел провести хотя бы один праздник спокойно, в приятной компании милых девушек и спокойных молодых людей. Но Монти и компания неизменно находили его, куда бы он ни шел. Они не допускали, чтобы кто-то отбился от стаи, и намеренно выслеживали любого, кто смел проводить время вне их компании.

Поэтому у Вогана был план. Когда все отшумели и отсмеялись, он откашлялся и сказал:

- Я согласен на твои условия, Монти. Но! Если ты выйдешь из особняка до рассвета, поклянись, что всю неделю ты будешь сидеть дома и не выходить в общество. Согласен?

Монти лишь фыркнул:

- Я помашу тебе рукой, сидя на Буцефале. Ну что, парни? Еще по стаканчику джина?

Небольшая комнатка тут же наполнилась радостными криками и звоном бокалов. Под предлогом уборной, Воган выскользнул через черный ход, к одинокой и темной фигуре, которая исправно торчала у торца дома уже целый час, дожидаясь отмашки.

Мы не можем знать, о чем Воган шептался с фигурой, и почему фигура так радостно осклабилась в ответ на его слова. Мы не можем утверждать, что именно блеснуло в руке у фигуры: монеты, нож, а быть может, что-то еще? Поэтому, чтобы избежать ненужных гаданий, вернемся к Монти, который в этот самый момент нарочито бодрым шагом направлялся к дверям особняка Клейтонов.

Про этот особняк, как и про все заброшенные особняки такого типа, ходило множество слухов. Разумеется, любой житель Лондона, включая вездесущего Монти, знал их наизусть. Поговаривали, что горничная Клейтонов повесилась прямо в столовой, после того, как обесчестивший ее сын Клейтонов отказал ей в помолвке. Говорили, что владелец особняка собственными руками задушил жену, потому что у той был роман с почтальоном. Говорили также, что раньше на месте особняка было кладбище детей из приюта, и по ночам можно было расслышать их тоненькие голоса, то зовущие маму, то клянущиеся затащить твою душу в ад.

Воистину, про особняк говорили много вещей – но ничто не пугало Монти. Его шкаф ломился от собственных скелетов, поэтому чужие отнюдь не волновали его. И тем не менее, он с неудовольствием отметил, как похолодели его руки, едва он переступил порог.

Изнутри особняк, как ни странно, выглядел гораздо лучше, чем снаружи. По-видимому, многочисленные слухи отпугивали от него воров, нищих, попрошаек и прочих любителей халявной наживы. Повсюду тускло светилось почерневшее серебро и покрытые пылью подсвечники, а стены все еще были увешаны картинами, на которых плясали леди и кавалеры, а охота гнала лисиц и оленей. Монти подивился тому, что его шагов совсем не было слышно – их без остатка впитывали в себя мягкие, хоть и малость истлевшие ковры, устилавшие пол особняка.

В то время как Монти осматривался и привыкал к своей ночлежке, у черного входа затаилась темная фигура. Человеку было сказано заходить в дом не раньше двух часов, так что у него в запасе было еще предостаточно времени. Он собирался скрасить его выпивкой и сигаретами.

«И чего только не придумают богачи, - подумал человек у черного входа, делая глоток виски из фляги. Спрятав флягу в карман теплого пальто, человек нащупал в кармане увесистые монеты. - Но по крайней мере, они не жалеют средств на свои прихоти».

Тем временем, Монти уже почти было свыкся и с темнотой, царящей в доме, и с неестественной тишиной, которая окутала его, точно саван. Наконец, он осмелел настолько, что с разбегу плюхнулся на широкий диван, стоящий в гостиной, и громко сказал:

- Ну где же вы, призраки дома Клейтонов? Выходите, или я иду искать!

И вдруг, в ответ на его смелое утверждение, из столовой раздался еле слышный звон. То был звук, который был так хорошо знаком Монти, да и любому аристократу Лондона – звук серебра, которое начищает трудолюбивая горничная.

Монти хотел закричать, но дал петуха. А звук никуда не пропал – наоборот, к нему прибавился еще один, еле уловимый, но различимый в тишине. То был шуршащий звук накрахмаленной формы.

«Неужели слухи оказались правдой? Нет, быть того не может, да и парни наверняка только и ждут, что я выскочу из особняка, и не видать мне Буцефала. Что мне какая-то горничная? Повесилась, и ее дело!» - так решил Монти, вставая с дивана и делая первый неуверенный шаг в сторону столовой.

А дверь в злополучную столовую, как назло, оказалась слега приоткрыта, и, к своему ужасу, Монти видел, как в помещении скользит темный силуэт, от шкафчика с приборами к столу и обратно…

«Была не была!»

Монти зажмурился и шагнул в столовую. А когда он открыл глаза, прямо перед ним стояла…

- Ава…- прошептал он, оседая на пол и стремительно бледнея.

У стоящей перед ним девушки были тонкие черты лица и гладкие светлые волосы, собранные в незамысловатый узел. А еще у нее был круглый живот, на котором она держала обе руки.

- Я любила тебя, Монти,- грустно сказала она, наклоняя вбок очаровательную головку.- Помнишь, что ты сказал?

- Что это не моя забота,- слова будто вылетали сами собой, когда-то сказанные, но успешно забытые.

- Я плакала, Монти. Ты помнишь?

- Я ушел и позабыл тебя на следующий же вечер,- теперь по лицу молодого человека текли слезы, которых он и не замечал. Все, что он видел – круглый живот и грустные глаза.

- Я пыталась разыскать тебя.

- Я уехал из Дерби через пару дней, и больше о тебе не думал. А потом мне передали новость. Но мне было все равно.

- Я очень скучала, Монти.

Монти заметил за спиной призрачной девушки какое-то движение. Он прищурился, и в ужасе вскрикнул: то была петля, мерно качающаяся из стороны в сторону. Ава оглянулась и протянула к ней руку.

- Это все, что мне оставалось,- сказала она, разворачиваясь и подходя к петле.- Смотри на меня, Монти. Смотри на меня.

-…Клянусь вам, господин, он как уставится в темноту, глаза по десять пенсов! Что-то шепчет, а бледный, точно поганка! Вдруг захрипел, откинул голову назад, и так и не поднялся. Ну я припустил оттуда, потому как если бы коронеры меня схватили, ничего бы я не доказал.

Человек в потертом и теплом пальто выудил из кармана флягу и жадно к ней присосался. Воган прижал пальцы к вискам и глубоко вздохнул.

Шутка, которую он задумал, была абсолютно невинной. Его доверенное лицо, тот самый человек в пальто, должен был проскользнуть в дом и убедительно изобразить привидение. С прокуренным и пропитым голосом мистера Дугласа, это бы не составило никаких проблем. А затем, вуаля, Монти вылетает из особняка, и всю неделю Воган отдыхает в обществе, не опасаясь визита сумасбродной компании. И тут – такие новости.

- Ты точно не при делах? – в сотый раз спросил Воган. Но в глубине души он знал ответ. Мистер Дуглас был тот еще проходимец, но убийцей он не был.

- Клянусь покойной матушкой! Но вот что странно, сэр…- мистер Дуглас замялся, не зная, как признаться.- Перед тем, как я припустил оттуда, аккурат когда мистер Монти чегой-то там шептал сам себе, мне показалось, будто я услышал имя. А как я его мог услышать, через стекло-то?

- Имя? – Воган раздраженно посмотрел на него.- Какое еще имя, черт тебя дери?

- Ава.

И Воган вспомнил. Огромные глаза, тоненькое лицо, копна светлых волос. «Прошу вас, сэр, вы же должны знать, где он, вы ведь приехали вместе!» Воган тогда сказал, что ничем не может ей помочь, хотя ему было прекрасно известно, где Монти собирался провести следующий вечер. Вместо этого, он сунул ей немного денег, пожал руку и посоветовал выкинуть Монти из головы. А потом развернулся и ушел, не оглядываясь, пока она стояла там, смешно держа обе руки на животе.

- Сэр? Вы чего-то побледнели. С вами все хорошо?

- Да, иди… спасибо.

Мистер Дуглас ушел, а Воган все сидел в своем кабинете, невидящим взглядом сверля стену.

Он понял, что до следующего Хэллоуина нужно обязательно успеть побывать на ее могиле.