Утро в городе "N"

Глава 1

Рано утром в пятницу, двадцать второго числа месяца июля, дворник Симеон Симешкур подметал свой квартал улицы имени Д. Хармса в городе "N".

Закончив работу, Симеон начал поливать тротуар водой из длинного, резинового шланга. На тротуаре и на дороге образовалась большая лужа. Тротуар и дорога в этом месте немного просели, видимо от близости грунтовых вод или плохой работы дорожных строителей. Симеон хотел уже вымести воду из лужи на проезжую часть, но непереносимая головная боль и сухость во рту после вчерашнего посещения "бодеги",* сводили его с ума. Сплюнув, и негромко выругавшись, дворник занёс свой рабочий инструмент в подсобку и быстрым шагом пошёл в направлении вечного горя, и спасения всего мужского населения России - ближайшей наливайки.

По этому тротуару, который являлся частью центральной улицы города "N" неторопливо шёл, читая на ходу Даниила Хармса, толстый господин невысокого роста. Одет в новый серый костюм, голову украшала модная фетровая шляпа. На круглом, невыразительном лице выделялись тонкие, завитые усики и солидные, больших диоптрий, очки. Как я уже говорил: в одной руке он держал книжку Хармса, другой крепко сжимал большой, жёлто - лимонного цвета, кожаный портфель.

"Зачем?" - спросите вы, я так подробно описываю внешность господина, увлекшегося той "чушью," что пишет Хармс. Дело то в том, что читая на ходу, он наступил на арбузную корку и, со словами: "Ох, ё--- твою япону мать!..." - прокатился на ней около метра, размахивая книгой и портфелем. Не устояв, гражданин в сером костюме грохнулся в единственную, на весь тротуар лужу, которая осталась после работы дворника Симеона.

Очки, портфель и модная шляпа неизвестного господина оказались в луже, впрочем, как и он сам. Книгу, однако, он не выронил, а держал высоко в поднятой руке. Придя в себя после неприятного фиаско, господин дотянулся до своего шикарного портфеля и, вылив из него грязную воду, положил на колени. Затем поймал плавающую неподалёку шляпу и засунул под мышку. Достал из внутреннего кармашка пиджака цветной платочек, вытер лицо и начал искать в луже высоко - диоптриевые очки.

Проходившая мимо интеллигентная старушка в монашеском одеянии остановилась, и с любопытством уставилась на солидного господина сидевшего в луже с книгой, в высоко поднятой руке. Господин (бывший ранее товарищем) продолжал водить рукой в мутной воде, пытаясь отыскать там свои "диоптрии". Около лужи собралась небольшая толпа, молча наблюдавшая за манипуляциями солидного гражданина.

Отряд "пионэров", посланный известной на всю страну актрисой* "в жопу", остановился и предложил неизвестному "тимуровскую" помощь. Неизвестный, и без очков разглядев на их шеях красные галстуки, послал их туда же, куда и великая актриса. "Пионэры"не обиделись, но и не ушли.

Неожиданно, на большой скорости из - за поворота выскочил начальницкий автомобиль. Не притормаживая, авто промчался по той части лужи, что была на проезжей части дороги. Штормовая волна грязи накрыла всех: и гражданина, в луже, и интеллигентную монахиню, и "пионэров", не ушедших туда, куда их послала сначала актриса, а потом неизвестный, и остальных, присутствующих там граждан.

Весело просигналив на прощанье, автомобиль исчез за ближайшим поворотом.

Неизвестный гражданин наконец нашёл в луже очки, кряхтя встал и пошёл дальше по своим солидный делам. Книгу Даниила Хармса он, протерев платочком, положил в портфель, очки же снова водрузил на нос.

Все быстро разошлись. Некоторые ругали дворника, остальные городские жилконторы. "Пионэры" ушли под громкий барабанный бой."

О начальнике в авто и гражданине из лужи сразу забыли. Часы на городской мэрии гулко пробили восемь раз.