Татьянин день

1. Всему учен, только не изловчен...

Я вчера поняла важную для себя вещь. Если я буду писать только про опостылевшую всем, а мне особенно, бытовуху, я потеряю свой "божий дар". Надо чем-нить приятным разбавлять. В сегодняшней жизни похвастаться особо нечем. И что?

Буду вспоминать прошлое. Как вы уже поняли, самое в нем интересное - студенческие годы. В них все было прекрасно. Кроме одного. У меня сформировался комплекс отличницы.

Полагаю, вы ехидно улыбаетесь? Дескать, любой повод похвастаться для меня хорош? Не спешите судить. Это очень тяжкое бремя.

Напомню, что в средней школе я была обычной ученицей со здоровыми зачатками пофигизма. Потому едва-едва в хорошистках держалась. Думаю, если б сразу поступила в вуз, сберегла бы это прекрасное состояние души, мозга и тела.

Но, увы, поступила только тогда, когда выучила всю школьную программу наизусть. Вы не представляете, как уважали меня преподаватели. Я им больше медалистов нравилась. Наверное, потому что у тех были только знания, а у меня ещё и опыт.

Но сессий я боялась больше всех. Кроме первой. Накануне нее я никак не предполагала становиться отличницей. Лишь бы на стипендию сдать - предел мечтаний. Потому особо не тряслась. Уж четверки-то всяко мои. Но...

Все пять экзаменов на отлично. И судьба моя была предрешена. Возможная четвёрка начала представляться немыслимым горем. Готовилась я ответственно. Не так, как в школе. Даже старославянский язык реально изучила.

Но в выписке из диплома у меня есть одно "хорошо". Абсолютно несправедливая четвёрка. По зарубежной литературе.

Получила её за якобы неуважение к преподавателю. Как сейчас помню, тёзка моя, Татьяна Владимировна, сначала улыбалась, потом губы то кривила, то поджимала, в итоге окончательно рассердилась и нарисовала в зачетке убийственную для меня отметку. На фоне сплошных "отлично" аккурат за несколько курсов.

-- Все испортила, как жить, что делать? - крутилась в моей голове горькая мысль, когда я выскочила из аудитории, где проходил экзамен.

Ошалелые от моего ужаса сокурсницы не сомневались, что я получила "неуд". Такова была сила моих переживаний. Потом, конечно, когда успокоилась и обдумала случившееся, масштаб трагедии устаканился и я с этой четверкой смирилась.

Но сама трагедия никуда не делась. И я поняла, что не хочу больше никогда получать четверок. Это больно.

Вот так неожиданно я ступила на стезю перфекционизма. Будь он неладен. Мучаюсь по сей день. Во всем пытаюсь достичь идеала. Даже в борьбе против наглых коммунальщиков, как вы понимаете...

А суть моего провала заключалась в том, что на экзамене я рассказывала о неком литературном герое из средних веков, который работал рудокопом. И называла его шахтёром. Упорно, опять и опять, несмотря на замечания преподавателя, что, дескать, тогда шахтёров ещё не было.

Видать, нервное что-то было. Заклинило. А профессор обиделась. Думала, я нарочно...

Но, если по честности, одну-то четвёрку за все годы обучения я точно заслужила. По логике. Но там препод все ж "отлично" нарисовал. Зачетка сработала. Тогда ещё в ней того самого "хорошо" по зарубежке не было.

Только не подумайте, что логика нам преподавалась обыденная, житейская типа. В которой мы все с вами доки. Нет. Это такая философская категория, в которой, уверена, лишь редкий "чо нить" поймёт. Да еще задачу решит.

Но милая женщина - аспирант не стала портить мне жизнь. Поняла, наверное, что я не переживу позора...

А таковой со мной уже случался. На коллоквиуме по политической экономии. Потом расскажу, а то вам другие дела надо делать. Да и мне собраться с мыслями надо, история ведь непростая...

2. Непостижимая политэкономия

Уже точно и в подробностях я не помню, но по истории партии, диалектическому и историческому материализму в универе у меня проблем не случалось. Даром что хоть и были обязательными для всех вузов эти науки, но являлись, что называется, проходными. Ну, очередной съезд партии, ну, материя первична, ну, Ленин продолжил учение Маркса...

Преподы нормальные были. Понимали, что все это для галочки, что нам надо профессии учиться, а не классиков марксизма-ленинизма штудировать. Правда, забегу вперед. Каждому студенту Волгоградского университета по окончании вместе с дипломом вручали полное собрание сочинений Владимира Ильича.

Вот вам и ответ на вопрос, почему я такая? Потому что Ленина много читала (шутка).

Короче, общественные науки учиться, а, главное, жить, особо не мешали. Тем более, что режим учёбы был у нас необычный. Нет, летняя и зимняя сессия номинально назначались, и предметов было море, но большинство из них мы сдавали в течение семестра.

Приезжали профессора из старейших университетов страны, аккордно читали нам курс, потом пару дней на подготовку и внеочередной экзамен. До реальной сессии мы почти освобождались.

Но потихоньку вуз обрастал собственными сотрудниками. Их приглашали из других городов, наделяли без очереди квартирами и формировали очень сильный штат. Но не сразу. Они сначала появлялись на пробу, потом или исчезали, или вновь появлялись в качестве постоянных. Вот и новая преподаватель общественных наук прибыла на такие условия.

Как-то начался коллоквиум. Я, как обычно, чуть нехотя вступила в обсуждение, кинула несколько фраз и ждала, что в конце обсуждения получу свою заслуженную пятёрку за активность. Так всегда бывало.

А в этот раз не случилось. Профессорша очень неприязненно отозвалась о моем участии, вроде даже унизительным посчитала вообще отметить меня в протоколе. Короче дала прилюдно понять, что я полная дура в общественных науках.

Это я-то дура? Закрытая своими бесчисленными пятерками, как бронёй, я и сама в свои "отлично" поверила. Безоговорочно. А тут во мне засомневались. Такого пережить я не могла. Перфекционизм стал образом моей жизни.

Не помню, как мы эту политэкономию и кому потом сдавали, но только не этой суровой тетеньке. Как-то обошлось. Только я к тому времени уже дурой точно не была.

После злополучного семинара, пораскинув мозгами, согласилась с профессоршей. Ничего я не понимаю в теории прибавочной стоимости, не могу объяснить, что такое товар, и в какие противоречивые взаимоотношения он вступает с деньгами. Ну, и вы меня знаете...

Поперлась в библиотеку. "Капитал" изучать. Ох, нелёгкая эта работа. Сначала абсолютно ничего невозможно было понять. Кроме того, что Маркс, видимо, был умным человеком. Чересчур...

Вроде чуть меньше месяца мне понадобилось, чтобы разобраться в основных марксистско-ленинских постулатах. Термины потом уже назубок отскакивали, формулы сами собой вспоминались...

Но, поскольку грозной профессорши не было, а иные преподы, поди, и сами "Капитал" с карандашом, как я, не изучали, постольку забыла бы я все эти премудрости не востребованными. Но...

Но судьба готовила мне невероятную реабилитацию. Я смыла тот позор, что случился со мной на коллоквиуме.

А дело было так. Финиш учёбы. Накануне защиты диплома сдаём госы. В том числе и научный коммунизм. Все пять лет на экзамен, любой и каждый, я заходила первая, и отвечать ходила первая. Не стал исключением и госэкзамен по научному коммунизму.

Бодро зашла, вытянула билет и отправилась готовиться. Через пару минут в кабинет зашёл ещё один преподаватель. Типа напарник нашего принимающего. Видимо, чтобы побыстрее дело пошло. Как вы думаете, кто это был?

Да. Моя строгая тётенька-профессор. Видать, ее на постоянку в наш университет приняли. А у меня в перспективе не просто красный диплом, а краснющий (единственная четвёрка по зарубежке). И такой поворот.

Я быстренько сообразила, раз буду первая отвечать, выберу другого препода. Не будут же меня насильно к "ненавистнице" тащить. Как бы не так.

Пока я соображала, как мне выкрутиться, она сама меня пригласила. Было видно, что узнала. И я покорно пошла. Рыдая в душе.

Начала отвечать на вопросы билета. Хорошие они были. Особенно про реальную и номинальную зарплату. Красиво так рассказывала. Кажется, так в раж вошла, что руками поводить начала. И забыла, что это моя Голгофа.

Заканчивая ответ, ненароком взглянула на препода. Она качала головой. То ли одобрительно, то ли осуждающе...

Задала дополнительный вопрос. Я, немного успокоенная своим знанием, ответила. Потом на другой, на третий. "Валит меня", - подумала я в отчаянии.

Но нет. Профессор начала рассказывать, что она восхищена, что я первая в её жизни студентка, которая так изучила материал. Что сегодняшняя моя "пятерка" - это типа десятка. Ну и так далее.

Жизнь наладилась...

Впрочем, ненадолго. Это был первый мой опыт скрупулезного изучения вопроса, который никогда в жизни мне не понадобился. А столько времени и сил потратила. И столько ещё таковых потом было. Вот и нынче. Влезла в эту коммунальную прорву и высчитываю, куда наши деньги девают. И сколько ещё буду считать?

Все-таки боком мне та политэкономия вышла.

3. На всякое чиханье не наздравствуешься...

Вы, возможно, удивитесь, но нынче я хотела бы поговорить насчёт вежливости. Если вам интересно - читайте, возражаете, ну, или соглашайтесь. Если нет - читайте других авторов. У нас в городе много хороших...

Замечу сразу - я знаю, что "я" - последняя буква в алфавите, и так далее, и тому подобное. Но никак мне без этого местоимения в своем опусе не обойтись. Так что сегодня "я" будет больше обычного.

Впрочем, придумала. Давайте считать этот текст попыткой работы над мемуарами. А что? Возраст таковую тягу извиняет, слог у меня вроде литературный, проблемы поднимаю актуальные, на грани истории и современности...

Итак, ближе к теме. У меня хорошее образование. Я закончила филфак настоящего университета, которые в прежние времена имелись только в крупных городах. И, хотя в тогдашних институтах высшее образование тоже было отличным, выпускники универов считались круче.

И был у меня научный руководитель (в университетах тогда все студенты обязаны были заниматься научной работой - академический подход к образованию главенствовал). Умнейший мужик. Сам дважды защитил диссертации и нас подтаскивал к тому, что лучшие научные достижения возможны на грани двух наук.

Вы удивитесь, какие там науки на филфаке? Вот-вот. А он нашёл. Мы работали над дипломами наполовину по литературоведению, наполовину по журналистике. Поскольку выбрали на филологическом факультете специализацию "Журналистика". А дело было в Волгограде...

Коротко. Газет там было много, и многие известные впоследствии авторы начинали творить в сталинградской прессе, а потом уезжали в Москву и становились знаменитыми. Ну знаете, как это бывает. Маргарита Агашина, Михаил Луконин, Людмила Татьяничева, Юрий Окунев...

А мне досталось раннее творчество Михаила Танича ("Лесоповал" помните?). Два раза в неделю сидела в архиве, листала ветхие подшивки газеты "Молодой ленинец", выписывала стихи известного поэта-песенника, которые ещё даже не намекали на предстоящую славу и громко чихала.

И так бы чего-нить простенькое наанализировала к диплому. Чай, вуз был такой, что к нам лекции читать ездили авторы учебников со всей страны. Если б не мой многоумный профессор Виталий Смирнов. Он имел на студентов более серьёзные планы. В том числе и на меня.

И он с нами не церемонился. Давал задания - и вперёд! Мне велел написать письмо Михаилу Таничу и адресок дал. Потом с сомнением посмотрел на меня и предупредил, чтоб перед отправкой показала ему.

Я отличница была круглая, послушная и исполнительная. Вечером же села писать. Бледнела, краснела, вставала, ложилась, смотрела в окно, чуть не плакала от желания понравиться маститому автору, но к утру письмо в Москву было готово.

Почти уверена была, что мой профессор меня по голове погладит и от умиления чуть ли не прослезится. Как я ошибалась...

Виталий Борисович гневно на меня зыркнул, прочитав письмо, захлебнулся воздухом и обозвал меня...

Дескать, он со мной, как с подающей надежды студенткой, а я затюханная провинциалка, и нет у меня никакого будущего. Ни в журналистике, ни в литературе. Потом сменил гнев на милость и научил хорошему тону.

Думаете, что ему в том злополучном письме так не понравилось? Всего лишь одна фраза. Первая. "Здравствуйте, уважаемый Михаил Исаевич!"

Ну, а вы как бы начали? Вряд ли многие по-другому. А мой научный руководитель считал, что здороваться в такого рода письмах - дурной тон и малообразованность. Я усвоила это на всю жизнь.

И вот к чему сегодня об этом вам рассказываю. Меня сильно напрягает, что даже не в реальной, а виртуальной нашей повсеместной действительности мы бесконечно желаем друг другу типа "доброго времени суток", начинаем любое, в том числе и деловое письмо, с этого неуместного "здравствуйте".

Полагаю, мои интернетовские собеседники обижаются, что я иногда забываю их поприветствовать. И, когда не забываю, с сомнением посматриваю на эти слова - портят стиль... в общем, я против. Надо по делу. Тем более, в сетях.

Впрочем, кто я такая? Диссертацию так и не защитила, учить права не имею. Как найти ответ? И тогда я обратилась к литературоведению на грани с историей и с лингвистикой. Даже дальше профессора своего любимого пошла. Сразу на стыке трех наук расположилась.

В плане слова для меня самый авторитетный авторитет - Пушкин. Вот такая я предсказуемая (из современников - Леонид Филатов). Изучила, как он письма писал. Талантище...

Над каждой эпистолой как над стихом работал. И без всяких "добрый день" и иже с ними подчеркивал и уважение к собеседнику, и любовь к женщине, и разумное почитание вельможных лиц. В общем восторг и наслаждение.

Решила я - не буду в интернете больше здороваться. Не нужное это, на мой взгляд, дело. А вы как думаете?

P.S. А Михаил Танич мне на письмо ответил. В связи с чем стал для меня самым уважаемым москвичом. Только в эпистолярные тонкости не вдавался. В отличие от меня.

Просто между машинописных строк моих вопросов отнюдь не каллиграфическим почерком Михаил Исакович накорябал ответы. Местами дежурные, местами неожиданные. Так что диплом я защитила отлично. И направление в аспирантуру за то получила. А мог бы поручить секретарю...

Но это уже и в самом деле тема только для мемуаров. На самом деле мне ещё за них рановато браться...

4. Ничего не меняется...

Вспоминаю, как в студенческие годы, аккурат перед наступившим потом безвременьем, секретарь парткома нашего университета, уже не властно, а вполне себе робко, предлагал студиозам вступить в КПСС. Дескать, и распределение лучше будет, и, глядишь, на защите диплома полученный партбилет поспособствует. Типа оппортунистами стать предлагал.

Да, а робко, видимо, потому, что уже сам себе не верил.

Нынешние же партийцы на коне. Особенно ведущей федеральной партии. И стремятся увеличить силу и мощь этой структуры привлечением нас с вами к совместной деятельности. Простых российских граждан. И то верно.

К примеру, местный их лидер проникновенно призвал нас заполнять анкеты, посулив, прямо так скажу, другую жизнь тем, кто станет членом команды. По пунктам перечислив все плюшки, которые даёт это членство. И даже обучение в партшколе, как было в годы социализма предложил...

Ну, учиться мне уже поздно. Да и сами знаете, умного учить...

А вот остальное меня местами сильно привлекает. Сейчас пришлют мне очередной отказ из контролирующих органов - фиг кого из депутатов высвистнешь. А буду членом - может, сразу придут. Приголубят?

Сама стать депутатом, правда, точно не хочу. Это тоже мимо.

Обмен опытом - неплохо. Особенно если по части борьбы с коммунальными агрессорами. Пока меня никто из власть имущих не слушает. А стану членом, вдруг что изменится?

А прямой диалог с администрацией? Это ж то, что мне позарез нужно, чтобы заставить наши УК и иже с ними вспомнить арифметику и не менять минус на плюс, когда речь идёт о поборах.

Хотя пыталась и в качестве беспартийной сотрудничать с районной администрацией, но...

Вот оно: беспартийная была. Точно, надо анкету заполнять...

Однако я все же побоялась вот так, прямо с ходу, решение принимать. В комментариях к призыву вступать в партию я написала агитаторам:

- Я прямо, было, хотела заполнить анкету. Так здорово, наверное, быть частицей команды, которая делает добро. Спасает людей от бед, несчастий и других несправедливостей времени.

Но передумала. Судите сами. Более года наш люд борется против коммунального произвола в районе. Бесполезно. По-настоящему не помогает никто.

И не просто никто. А никто из вас. Будь то чиновник, районного или федерального уровня, или депутат любого масштаба, или сотрудник правоохранительных или контролирующих органов.

Большинство из них - члены. Как, впрочем, и те самые коммунальщики, которые допускают, что мы должны оплачивать коммунальный ресурс, даже не поступивший в дом.

Получается, все "правильные" члены не могут разобраться в действиях своих собратьев по партии - назовем их "неправильными". Тогда так ли здорово вливаться в ваши ряды?

Поправьте меня, если есть аргументы...

Пока никто не поправил. А я дальше пошла. Вспомнила, как Ленин учил различать настоящих партийцев и оппортунистов.

Думаю, мало что в партийной дисциплине изменилось с тех пор. Тогда кто мне подскажет, как выявить среди местных и тех, и других?

Ведь, наверное, те, что карманы набивают нашими денежками, скорей всего, оппортунисты? Ну типа приспособленцы.

Но ведь на всех собраниях вместе с партийцами сидят? И голосуют на равных? И... в общем, я в недоумении. Вступать или не вступать?

Хотя забавно. Вступлю, скажем, прийду на собрание, усядусь рядом с иными хозяевами УК, тайными или явными, да и задам им прилюдно вопрос, отчего они наших граждан обижают своей коммунальной политикой?

Ой, нет, не примут меня, наверное, хоть и анкету показательно заполню. Я уже в команду не вписываюсь, раз там все друг другом довольны. И те, кто нас обирает, и те, кто им не перечит...