Такие сладкие незапретные плоды

Глава 1

Доктор поставил початый стакан зелёного чая, потянулся, зная, что этого никто не увидит, расположился на диване, снял туфли, ещё раз уютно потянулся и, предвкушая полагающийся трёхчасовой ночной отдых, добыл столь желанный стакан такого ароматного, несмотря на длительное пребывание в незавершённом действии, стакан чая — выпить и поспать. Какая славная идея в начале третьего по полуночи, однако, действительно славная идея. Надеждам доктора не суждено было сбыться и вовсе не по причине профессиональной востребованности, в отделении стояла блаженная целебная тишина, та самая, спокойная, о которой мечтает любая дежурная бригада — пациенты спят, потому что их ничего не беспокоит, славная тишина, однако. Дверь без стука и скрипа открылась, доктор увидел шкодное лицо практиканта и отметил признаки явного удовольствия не только по выражению лица, но и блестящим озорным глазам.

Как славно, что Вы не спите! Можно с Вами немного поговорить, мне с непривычки не спится, наверное, последствие стресса первого дежурства, первой операции.., можно? Не дожидаясь любого ответа, практикант прошел и увесисто разместился на стареньком диване.

Доктор, а как Вы относитесь к блуду?

Доктор, привыкший к неожиданным вопросам и поведению, даже не напрягся. О, это надолго, он и не думает не то, что о сне, этот энтузиаст и подремать шанса не оставит, хорошо, что это не навсегда, через три дня практика закончится и.., но сегодня надо выдержать этот натиск племени молодого, говорливого, настойчивого, на молодёжном лексиконе — упёртого. Стоять! Сдюжу и попробую его переговорить, он устанет и уйдёт, рассуждал в своих мыслях доктор, придавая себе вид мыслителя, обычно это срабатывало. Театральная пауза затягивалась и в ординаторской тишина становилась тревожной, не тишиной, а затишьем.

Вы это о чём, коллега?

Да мы же люди разных поколений, традиций, мировоззрений, а чтобы сработаться, надо знать внутренний мир сослуживцев, вот, ответил практикант.

Нет, этого не переговорить, он не сдастся и не уйдёт по доброй воле. Дрёмы не будет. Чай и к бою!

А изложите-ка, голубчик, свою позицию, и я подключусь к беседе, возможно, дискуссии, но прежде хочу услышать Вас.

Непривычно, но отлично, выпалил молодой и начал свою речь.

Доктор принял решение — путь к спасению — не перебивать, молчать, слушать и не спорить, через час выдохнется, на большее силёнок не хватит, молодой ещё, неопытный, и желанная дрёма минут на двадцать станет мне наградой за долготерпение. Он не знал, что снова ошибался и в стратегии, и в тактике...

Итак, раз. Человек, бесспорно, является самым физически уязвимым млекопитающим — медленно бегает (за редким исключением — профессиональные бегуны весьма успешны в беге, но только в сравнении с себе подобными, а, например, с гепардом или даже медведем...), невысоко и недалеко прыгает (снова за редким исключением), недалеко плавает, рудиментарные когти — не могут конкурировать даже с когтями той-терьера или домашней кошки, плохо видит в темноте, обладает ущербным обонянием в воздушной среде, а о водной и говорить не приходится, рудиментарная шерсть не согреет, зубы не отгрызут, а челюсти не оторвут того, что с лёгкостью сделает даже насекомое. Конечно нельзя не учитывать технический прогресс и инновационные технологии, но на подсознании — выход один — быстро и эффективно размножаться, любым путём, особенно, после и до военных действий, при ударах стихий, после и до угрожающих эпидемий, кабы чего не вышло и род не прервался. Обезьяна создаёт дитя одного в пять лет, человек разумный — дважды в год, не задумываясь о качестве продукта жизнедеятельности и сохранности источников его появления — а не путь ли это в никуда? Но человеку разумному не до этого — радо размножаться старательно и постоянно, а осмысление, возможно, придёт потом, он же разумный. Однако, популяцию надо воспроизводить и, лучше с профицитом, кабы чего не вышло, а если завтра война или чума, или...

Напомню, человек разумный, способный анализировать и планировать своё поведение и его последствия должен размножаться, но что делать через сорок недель после этого решения и ещё сорок и много-много раз по сорок?

Как заставить регулярно приносить потомство тех, кто знает, чем это закончится? Восславить блудниц и создать культ блуда, как образа жизни, сделать привлекательную ауру бездумного, точнее безумного поведения, придать ему образ нормы (химеры это делают легко) и цель достигнута — приплод готов, теперь ни чума, ни война не страшны, есть запас популяции, а качество, ну а качество — потом.

Но как создать культ блуда? Легко!

Два. Человек разумный убеждён, что умеет петь, танцевать и получать от этого удовольствие, отчасти, на мой взгляд, справедливо, но давайте немного заглянем в закулисье разума и скрытых форм влияния на разумность поведения человека разумного. Это не притча, не стенания по поводу..., это просто отдельная позиция отдельного человека.

Опера. Ничто человеческое нам, человекам разумным, не чуждо, но реализация потребностей, движимых гормонами и эмоциями разумом контролируется, нравственность диктует свои правила, общество, даже часть его, их принимает и придерживается, но человека разумного, уверенного в разумности окружения, так легко надурить, обмануть и провести — представить гнусность в подарочной упаковке и всё, попался, поверил, принял, согласился и простил, что нормально, ведь сильный всегда простит слабого — закон природы, а против природы пойдёт далеко не разумный человек.

Заглянем в оперу, аванти! Кто из интеллигентных и неинтеллигентных людей не знает «заздравную» из Травиаты, ведь именно она приветствовала завсегдатаев борделя, скрашивая рутинный секс на коммерческой основе доброй порцией алкоголя, и именно эта заздравная открывала все «Новогодние Огоньки» — какая интересная позиция! Но отдадим должное изумительно восхитительному сочетанию музыки, её исполнению и вокалу, не нуждающихся в оценке, великолепие этого не требует, оно просто и есть великолепие, а содержание — содержание потом, на подсознании, кто сможет осмыслит, главное — зерно посеяно — блуд — это славно, красиво, престижно и с этого и надо начинать и новый год и вообще, а потом — да какая разница, что потом — красиво, празднично, весело и хватит, это же классика!

Редко можно встретить человека, не восхищающегося «Нормой» Беллини, да и Ваш покорный слуга — раб этой внеземной музыки, костюмов, голосов, декораций — дух захватывает и не первое столетие, однако, а содержание — женщина, страдающая агрессивной эротоманией, не контролирующая либидо, успешно спаривается, приносит потомство, которое умело скрывает, нарушив клятву целомудрия, но всё же отправляется на костёр, и мир человеков разумных, в восторге затаив дыхание, слушает и напевает гимн блуднице и клятвоотступнице. Логично — да, безусловно, потому что сопротивляться прекрасному нереально и не стоит, ведь нельзя не восхищаться звёздным небом, лучами рассветного и закатного солнца, трелями соловья, росой на траве и жизнью во всех её проявлениях. Однако продолжим.

Три. Живопись.

Художники, начиная с наскальной живописи, писали образы героев и доступных людей. В последующем, обладатели дара изображать прекрасное и обеспечивать себе не только неувядающую славу, но и хлеб насущный, писали портреты «на заказ» и картины не портретные, изображающие «заказанный сюжет» и не важно религиозный, декоративный интерьерный, исторический и так далее. Но позировали или были моделями, как правило, люди, находящиеся в нужде, готовые часами позировать за неувядающую славу (помните оплату труда проституток созданием их портретов в весьма фривольных позах и без обременительной одежды) и хлеб насущный.

Обнажиться — без проблем, спариться ради правдоподобности образа, за дополнительный кусок хлеба — почему нет? А нравственность, а нравственность потом. Но ведь образы, созданные МАСТЕРАМИ КИСТИ И РЕЗЦА, зачастую превосходят природные красоты и не подвластны ни времени, ни пошлости, ни критике человеков неразумных, считающих себя ценителями искусства и борцами за нравственность и, вдумайтесь, требующих «надеть трусы на Микеланджеловского Давида», «одеть всех героев Сикстинской Копеллы» и, самое страшное, что их требования выполняются, в угоду толпе и ущерб прекрасному, ведь нет ничего прекрасней авторского создания ПРИРОДЫ!

Это славно, но когда галереи и выставки заполняются пошлыми эротичными и не картинами, а картинками (на каждый товар есть свой купец — АКСИОМА!), тогда отступать некуда, за нами интеллектуальная пропасть, но будем откровенны — съезжать с горки легче, чем тащить в гору, даже небольшой груз, и часть из нас выберет первый вариант — вниз! Аванти!

Так залы галерей и музеев, публичных пространств, квартир заполняются дешевенькими (не в монетизированном эквиваленте!) пародиями на искусство, а духовность — а духовность, нравственность, художественный вкус, интеллигентность — они потом, если выживут под добротными пластами духовных нечистот.

Четыре. Литература. Человек разумный эквивалентен понятию «человек читающий», и цех писателей и поэтов нуждается в хлебе насущном и, поддавших искушению удовлетворения спинальных интересов читателей, выбрасывает на рынок, с целью удовлетворения собственных физиологических потребностей, то, что даст монетизированную основу удовлетворения собственных потребностей, пусть в ущерб собственным принципам, а, может, и не в ущерб, литературные опусы, воспевающие блуд, ведь это так мерзко, а значит, гарантированно будет востребовано в определённых социальных группах и не важно, почему — монетный эквивалент и неувядающая слава — сытый мастер пера, о чём ещё мечтать!

Так, тихонько в умы и умишки человеков разумных и не очень просачивается, проползает и уютно устраивается мысль о том, что блудливое поведение — не просто норма жизни, но удел избранных, достойнейших среди равных, отмеченных пером мастера, значит, это верный путь и долой все ограничения и нормы морали, вверх-вверх в океане страстей, вверх к солнцу, под невидимую пленку фальши, плотно покрывающую мутные воды океана низменных страстей и сколько там ныряльщиков и их последователей предположить трудно да и не нужно, это ненасильственный выбор каждого в соответствии с его уровнем развития, социальным заказом и решением.

Разве человек разумный может усомниться в гениальности таких произведений, как «Федра», «Ромео и Джульетта», «Анна Каренина», список изумительных творений гениальных мастеров пера, только перечень, составит не один том. И это славно!

Вот такое восхитительное, с позиции профессионального мастерства, информационное поле окружает молодых, не очень молодых, зрелых и очень зрелых человеков разумных, особенно уязвимых в технократическом урбанизированном мире, где стресс стал привычной средой обитания и... отдушина может стать весьма привлекательным миражом в пустыне разобщенности истинной и надуманной, для придания пущей важности персоне в виде столь примитивно доступного блуда с реализаций спинномозговых потребностей и повышением уровня самооценки, но мираж — это только мираж, очень далёкий от материального мира и его правил, но это только одна точка зрения и не факт, что правильная, но точно имеющая право на существование.

А вы, что думаете, внезапно спросил доктора возбуждённый своим эмоциональным выступлением практикант, похоже полностью уверенный в своей неоспоримой правоте.

Вы, голубчик, случаем не богослов по совместительству? Темой ошиблись, я ведь самый обыкновенный врач серебряного возраста и блудницы меня интересуют на предмет возможности заражения определённой группой профессиональных заболеваний, а нравственное начало их карьеры — проблемы общества, точнее, семьи. Вот моим детям не до блуда — вкалывают двенадцать на семь — работа, дом, дети, родители — и всё нормально, и нравственность не страдает. Это безделие — мать порока и генетическая предрасположенность, но это вы проходили. Но если Вы позволите после моего ответа мне немного вздремнуть, чтобы утром не причинить никому ущерба, то моя позиция проста — у каждой монеты две стороны и, чтобы оценить ценность монеты, надо заглянуть на решающую сторону, определить её возможности. Можно привести произведения, восхваляющие традиционные ценности, например, Царевна Лягушка, Иоланта, наверное, и другие есть, это я просто после операционного дня устал и времени около четырёх по полуночи, но точно и о нормальных кто-нибудь, что-нибудь писал, рубил, пел и плясал, точно, надо только подумать. А давайте продолжим беседу в другой раз, а я подготовлюсь. Нет, конечно, что-то о добродетельных, целомудренных, порядочных есть, к следующему разу непременно вспомню и тогда продолжим наши ночные беседы, если оперировать не пойдём.

Доктор допил кислый, холодный, в каком-то мутном стакане бывший зелёный чай, протёр очки, пожелал добра собеседнику, согласившемуся продолжить ночные встречи в дискуссионном добровольно-принудительном клубе, растянулся на скрипучем, обшарпанном, противно холодном диванчике, но сон и не думал встречаться с его сознанием, доктор активно рылся в памяти, пытаясь найти хотя бы дюжину примеров восхваления женских благодетелей, воспетых мастерами искусства.

Доктор, на утренний блиц обход идём, пять часов, выпалила задорная розовощёкая медсестра.

С удовольствием, голубушка, кстати, а как Вы относитесь к блуду и его пропаганде на уровне подсознания? Спросил доктор ничего не подозревающую и понятия не имеющую о ночных дискуссиях на старом диванчике медсестру.

Давайте начнём с двести первой палаты, там как раз психиатр вчерашнего наркомана осматривает, и... и Вас глянет, доктор. Пошли?

Может, в угоду второй части общества, не из мира насекомых, пожирающих, спаривающихся и выдающих продукты жизнедеятельности, для тех, кто может ещё мыслить и творить, гении пера, партитуры, кисти, тесала смогут создавать «гимны чести и целомудрию», такие же славные, но предназначенные для тех, кому они понятны и близки, ведь и эти поклонники искусства заслуживают права быть услышанными. Разве не так?

Это не снобизм, не вой циника, это просто одна из точек зрения, возможно и даже вероятно, отражающая социальный заказ на продукты творческих людей. Почему бы и нет?