Страсти по ПДРП

Глава 1

С крышей мы мучились каждое лето, материала не хватало, особенно битума, поэтому приходилось и экономить и выкручиваться – мы просеивали место строительства двухэтажного здания начала 80-х годов и топили найденный там битум и куски старого рубероида. В части происходили целые битвы за битум, так в 1998 году, один из офицеров отчаявшись хоть что-то получить, втихую утащил с подчиненными целую бухту битума в 500 кг. (из двух полученных), но был пойман и заставлен «поделиться».

Работенка с битумом была еще той морокой, тем более, что работать приходилось подручными средствами, что зачастую приводило к эксцессам. Отправляю как-то бойца проверить бочку с битумом - растаял битум или нет. Солдат идет, снимает крышку, проливает при этом часть выпавшей ночью воды в бочку. При контакте с расплавленным битумом вода начинает кипеть и разбрызгиваться. Солдат вместо того чтобы закрыть крышку или отбежать, наоборот решил посмотреть, что это там булькает. В результате и получил по всему лицу раскаленной эмульсией, хорошо, что в глаза не попало. Здравствуйте, приплыли, надо докладывать! А меня как назло недавно командир пожурил за пространный доклад. Так что докладываю: «Тов. полковник, при проведении работ с битумом рядовой Петров получил множественные точечные ожоги кожи лица 4 степени, глаза не пострадали». Через 15 минут на моем удаленном объекте было все командование части... Драли жестко и за произошедшее, и еще жестче за доклад....

В 2000 году на площадке появился первый начальник не офицер – прапорщик Виталик Мирошин https://author.today/work/241510, мне же сказали подвинуться и заниматься теперь на площадке только радиопередатчиками и готовиться принять станцию космической связи, как и положено инженеру узла связи. С радостью сдав дела и нештатную должность я возрадовался... И очень зря - еще будучи начальником ПДРП отбивался от желания своего начальника Николая Николаевича сделать на крыше всё "правильно", а это срубить весь рубероид на старой части здания это где-то 12 на 15 метров, сделать там бетонную стяжку и перестелить крышу заново, причем материалов для работы не было.

А тут начальство поменялось, шу-шу - ля-ля и за день срубили всю крышу. Заступаю на дежурство, мне задачей стоит нагреть к утру бочку с битумом, для того чтобы утром приехал Виталик и начал заливать крышу. Но ночью начинается сильнейший дождь и бойцы меня будят с криками, что заливает всю старую часть здания с её включенными печкой в столовой, щитовыми и полными колодцами силовых кабелей. Обесточиваю главный рубильник. Объявляю побудку всего личного состава и мы лезем на крышу поправлять сорванный ветром рубероид - вода стеной, порывом ветра чуть не унесло поваренка, когда тот в одиночку поднял край размотанного рулона рубероида. Бились больше двух часов, под утро даже успели поспать, а к 9 часом приехал счастливый Виталик заливать крышу, а я поехал в часть кусать своего начальника узла связи за ночной рок-н-ролл. В целом цемента на стяжку не дали, крыша как подтекала, так и продолжила подтекать, тем более что рубероида хватило только на два слоя и дополнительно появилась новая большая протечка над гаражом Бурана. Зато старого срубленного рубероида хватило на два сезона бочку топить.

Котельная тоже добавляла хлопот – она была угольной с котлом «самоваром» и самотечной системой на два крыла, имела глубинный насос, насос БКФ-2 для ручного заполнения системы, одну четырехсотлитровую бочку под расширитель, вторую под холодную воду Система не хитрая, но кровушки периодически попила знатно. То одно выйдет из строя, то другое. А если все нормально с техникой, то солдат или травмируется разнообразным способом, то в священный месяц Рамадан там сознание потеряет от строго поста. После чего все стоят на ушах и устраняют. В последнем случае делали самодельную вытяжку от дверцы топки до форточки – снимали вентиляцию в аппаратном зале, вырезали полосы железа, потом из него гнули воздуховоды.

Котельная труба от угольной копоти забивалась, поэтому её каждой весной прожигали, издали это выглядело живописно, поэтому всегда предупреждали по телефону личный состав на узле связи: «Внимание, мы запускаем крейсер Аврору». И они наблюдали, как вдали на холме, на полностью белом фоне, небольшая серенькая постройка здания ПДРП расцвечивалась огромным паровозным шлейфом.

Для прожига трубы отсоединялась короткая вставка над котлом, затем в трубу сверху заливалось ведро солярки, протекшая вниз солярка выносилась на кучу залы, тазик ставился под трубу, чтобы в него падала обгоревшая копоть, а сама труба поджигалась снизу, издавая при этом из себя мощный гул и клубы насыщенного черного цвета. При прожиге трубы тоже приколов хватало – то котельщик не хочет лезть с ведром по шаткой лестнице вверх на трехметровую трубу, говоря, что он родился в горах, а не на трубе и шатать он хотел эту трубу, а все остальные участники прожига по метр шестьдесят в прыжке, кроме тебя. То пока контролируешь верх, внизу бойцы не выносят тазик с пролившейся соляркой и радостно скачут по плацу наблюдая, как этот тазик яростно чадит, убивая напрочь свежую побелку по всей котельной. Потом обалдев от спрыгнувшего с крыши офицера, под его матами и его личным участием тащат этот горящий тазик на улицу.

В конце концов, эта эквилибристка Володю Рахманина достала, поэтому железную трубу он спилил и надстроил кирпичную основу с вставленным сверху железным вентиляционным коробом.

Какое-то время в заготовленный в котельной на сутки уголь повадились кошки нужду справлять... Не заметишь, кинешь лопату в котел и смрад заполняет все помещение. Битва с котами а этом деле шла с переменным успехом, но как-то вонь стала уже просто невыносимой, внутренне расследование установило, что личинку в уголь повадился откладывать повар, бить его никто не бил, но остракизму подвергли, переведя предварительно в кочегары. При этом сей фрукт использовал для своих низменных целей кошачью миску, как сам написал потом в объяснительной - «осквернил миску боевого товарища»… Этому солдату не хотелось в мороз бежать в 30 метрах в уборную типа сортир по большому.

Продолжая сортирную тему, как то мне на глаза попалась в данном месте книга по истории Ненецкой земли, и хоть часть листов уже использовали, книгу я из туалета вынес. Как оказалось потом, прапорщик из местных, переданный нам на усиление, заступая на дежурство, пытался с её помощью поднять общеобразовательный уровень нашего поваренка, а когда прапорщик перестал к нам заступать, то воодушевленный солдат отнес книгу в сортир и там предавался издевательствам над редкой библиографической книгой.

Вообще, комплектование площадки личным составом было тайной за семь печатями – там частенько прятали жертв казарменного террора и ….. самых неуправляемых солдат, но это уже другая история…