Старый приятель

Глава 1

По правде говоря, я не слишком люблю встречаться со школьными друзьями. Меня не связывают тёплые чувства товарищества с кем-то из них. За десять лет ни разу не присутствовал на вечере выпускников и приезжать не планирую. Исключением, наверное, был только один человек…

Когда в феврале раздался звонок с неизвестного номера, я не торопился отвечать. Я работал над новостью для кино-блога и не хотел упускать мысль. Спустя пять минут звонок повторился, убедив меня, что это не банк и не мошенник – они, обычно, не перезванивают.

-- Здорова, приятель! – сказал знакомый баритон. Память быстро подсказала его обладателя. Это был мой школьный товарищ, Витька Пирогов. Он работал следаком в родном городе.

-- О, Витька, привет! Сколько лет!

-- Да… столько воды утекло. Ты где сейчас?

Я чуть отъехал в кресле назад и закинул ноги на стол.

-- Дома. Работаю.

-- Сам себе начальник? Одобряю! А я тут приехал погостить в ваш город. Дай, думаю, попытаю счастье, а у тебя всё ещё старый номер.

Я улыбнулся.

-- Не изменяю привычкам.

-- Погнали вечерком в какой-нибудь бар. Ну, там водочка, закусочка, может, девочки.

-- Какие девочки, ты ж женат!

-- Откуда знаешь? – удивился он.

-- Да в ВК видел фоточку.

-- Вот жучара! И даже не написал ничего! Ладно, перетрём как-нибудь эту тему. Ну так что?

Я открыл календарь на компе. Ничего важного на сегодняшний вечер назначено не было. На утро тоже. Почему бы и не посидеть. Так ему и сказал.

-- Тогда выбирай место, а то я здесь не ориентируюсь.

Договорились пересечься в центре, у памятника Ленина, а потом взять такси.

Я приехал заранее. Колючий февральский ветер успел мне наподдавать, пока я стоял у памятника, дожидаясь старого приятеля.

Витька появился, как чёртик из табакерки, напугав меня своим звучным: «Ха!».

Побратались. Почти ничего не осталось от того долговязого пацана, который забил двадцать голов за сборную школы и поднял кубок города по футболу. Острые черты лица стали мягче, округлее, щёки, подбородок и часть шеи теперь покрывала густая и неухоженная щетина. Даже серо-зелёные глаза потускнели. Если бы я встретил Витьку на улице, то не узнал бы потомка ростовских казаков.

До бара доехали, обсуждая последние события из жизни друг друга. В основном, говорил он. О жене, о ребёнке, немного о работе. Мне рассказывать было нечего: съемная квартира, кредит за машину, работа на себя, статейки для журналов и блог на пару тысяч подписчиков. Хвастать было нечем.

-- Зря ты так, - ответил он мне. – Нормальная у тебя жизнь. Никуда не торопишься, живёшь в удовольствие. А я вот в двадцать семь с ипотекой, женой и спиногрызом.

-- Ты так говоришь, будто это плохо, - рассмеялся я и Витька тоже усмехнулся.

-- Когда как. Иногда так всё надоедает… хочется что-нибудь изменить в жизни.

-- Рутина!.. – протянул я и покивал головой. – У меня такое было после универа. Я устроился работать в фирму, дизайнил всякое дерьмо для мелкого бизнеса. Ох у меня тогда подгорало…

-- Нет, ты не понимаешь, - Витька почесал щетину и посмотрел на проносящиеся в окно машины дома. – Ладно… сытый голодного не уразумеет.

Я пожал плечами.

Доехали быстро. Я расплатился с водителем, несмотря на все Витькины уговоры, и мы прошли ко входу. Витька сначала не хотел башлять за вход, но я сказал, что место приличное и он согласился.

Бар был не слишком дорогой, но и не забегаловка. Всё из дерева, официанты в смокингах и два больших зала – для активного отдыха и для любителей поесть. Ты мог спокойно наслаждаться общением, не перекрикивая электронную музыку. Нам повезло – сегодня было много свободных столиков. Мы выбрали в глубине зала, сбоку от барной стойки, чтоб подозвать официанта в любой момент.

Молодой нерусский парнишка прямо при нас протёр и без того блестящий в тускловатом свете лампочек стол и расстелил бамбуковые циновки.

-- Ну, а на работе как? Всех упырей переловил?

-- Да вот кажется, что всех, а опять какой-нибудь нарисуется.

Я усмехнулся. Витька тоже.

-- Что пить-то будем? – спросил товарищ и почти сразу добавил. – Я бы от водочки не отказался…

-- Не люблю водку. Может, лучше коньячка или вискарику?

Он достаточно ёмко выразил своё недовольство моим предложение.

-- Ты когда успел юбку надеть?

-- Чего?

-- Чего-чего. Русский мужик должен пить водку!

Я понял, что спорить с Витькой бесполезно, ментально махнул на него рукой и принялся изучать меню. В шутейках и прибаутках о прежней жизни Витька заказал водку, солёных огурцов и жаркое с овощами. Мне же есть как-то совсем не хотелось, а потом на глаза попалась паста карбонара. Её и взял.

Первое время, когда я уехал из города, мы ещё поддерживали связь. Созванивались, списывались по интернету. Потом Витька ушёл в армию и пропал на год. Я обзавёлся новыми друзьями, и когда Витька написал, что собирается в следаки, мне уже было не до него. Написал что-то вроде: «О, здорово! Родной город будет спать спокойно!». Банальщина, конечно, но я в то время и мыслил банально.

И вот спустя столько лет, Витька сидит напротив и вспоминает, как в шестом классе подкладывал в учительскую сумку отловленную в подвале крысу.

Принесли огурчики в неглубокой пиале и десять стопок водки на деревянной подставке.

-- Расскажи что-нибудь? – предложил я. – Всегда было интересно, как следаки работают. Сильно отличается от сериалов по НТВ?

-- Сильно, дружище. Особенно в убойке.

-- Давай – самую жуткую и отбитую историю, пока я не надрался.

-- Жуткую и отбитую? – Витька призадумался. – Да полно таких случаев. Вот буквально недавно вызвали нас на пьяную драку. Приехали мы в частный сектор, домик такой двухэтажный, не дешёвый, а там жена и муж по пьяни что-то не поделили. Она возьми и ударь мужа топором. На три сантиметра в спину вогнала, а ему хоть бы хны.

-- Да ладно?

-- Ага. Встретил нас. Говорит, вы топор из меня вытащите. Пригодится ещё дрова колоть.

Я против воли усмехнулся, хотя ситуация была совсем не смешная.

-- Наложили ему швов тридцать и как огурчик. Вот прям, как этот, - сказал Витька и схрумкал зелёный корнишон.

-- И часто такое?

-- Раз в месяц какая-нибудь дичь случается. И это у нас ещё город маленький. А прикинь, что у вас творится?

-- Да знаю. Сам вон недавно из окна наблюдал, как четыре мужика дрались на смерть. Всю детскую площадку кровищей уделали.

-- Быдло! – Витька сказал, как плюнул. – Где там наше мясо?

-- Наверное, ловят свеженькое, - пошутил я.

-- Да похоже, - он осмотрелся по сторонам. – Интересно у вас тут. Только что-то нет никого. В вашем Урюпинске девки-то есть вообще?

-- Витька, сегодня среда и ещё нет даже восьми. Скоро офисные подтянутся с работ. К тому же…

-- Я женат… да помню я, моралист хренов. Давай лучше хлопнем.

Выпили, съели по огурчику.

– Есть у меня ещё одна упоротая история для тебя. Я после того дела в отпуск уехал. На море. А ещё мозгоправа посещал два месяца. Это было лет… хм, наверное, лет пять назад. Как сейчас помню, конец марта, очень ранняя весна. А я, тогда ещё зелёный следак, который пороха не нюхал. Ну и спустили сверху дело – пропали женщина и ребёнок. Фамилия ещё такая запоминающаяся – Лаврентьевы. Заявителем был муж и отец ребёнка и с момента заявки прошла уже неделя. Сам понимаешь – начальству не откажешь. Пришлось заниматься.

Он сгрыз огурчик и продолжил:

-- Ты же знаешь, как у нас, следаков – первый подозреваемый всегда близкий человек. Поехал, я, значит, к Лаврентьеву домой. Спальный район, квартира в типовой девятиэтажке. Их в перестройку штамповали в новых районах, как на конвейере. Обошёл соседей. День тогда был будний, дома одни бабки остались, но они – находка для следователя: всё обо всех знают, всё расскажут.

-- Они ж часто придумывают, - возразил я, но он лишь поднял руки.

-- Само собой. С годами я начал улавливать разницу между выдумкой и правдой, а тогда записывал всё подряд. Они-то мне и поведали, что жена, как сейчас помню – жена Женя – так вот, Женя с Семёном постоянно ругались, а Кирюша часто плакал. Такую информацию обычно не придумывают.

-- Справедливо.

-- Тем более, когда об этом говорят сразу несколько человек, - с ехидцей добавил Витька. – Поговорив с бабульками, я позвонил в квартиру Лаврентьева. Мужик обычный, простоватый: короткостриженый, плечистый и угрюмый. В общем, типичный заводчанин. Такой если и убьёт жену, то придёт с повинной.

-- Допрос устроил?

-- Даже не пришлось. Он сам всё выложил.

Нас прервал официант, принёсший ещё кипящее на сковородке жаркое с овощами – Витькин заказ.

-- Ну, не томи, - попросил я. Мало того, что история казалась мне многообещающей, так ещё и мясо так приятно пахло, а Витька с таким наслаждением нарезал его ломтиками…

-- Он рассказал, что живут они не душа в душу. Бывает, неделями всё хорошо, а иной раз от какой-нибудь мелочи жена может завестись и устроить скандал. Да и сам он не без греха. Любит после работы попить пивка перед телевизором. А кто не любит, да? Вот и я ему также сказал. А он мне: «Не нравится Жене, когда я пью. У неё папашка был алкашом и бил их с матерью и сестрой часто. Вот у неё и срывает крышу иногда». Хотя, говорит, сама иногда с девчонками любит потусить. Понимаешь, двойные стандарты, они такие двойные.

-- Да мы все из них состоим, Витька.

-- Тоже верно, - согласился он и с упоением захрустел стручковой фасолью в соусе. Я же всё так и ждал свою пасту. – Ну так вот… Иногда у них скандалы доходили до того, что она кидалась в него посудой. Говорит, как-то даже разбила подаренный на свадьбу сервиз! Прикинь, запустила в него сковородкой, а он возьми и увернись…

-- Дай угадаю – был признан виновным и оставлен без ужина?

-- Не знаю, но готов съесть свои погоны, что так и было.

-- Звездец…

-- Он самый. Я уж было подумал, что мужику повезло, а потом он рассказал о вечере накануне исчезновения. Говорит, сильно они в тот вечер поругались. Она ревновала его к бухгалтерше с работы. Он её подвозил несколько раз. Мол, живёт она неподалеку, а транспорт ходит плохо, вот она и напрашивалась. Может, у них действительно что-то было, я не стал выяснять. Как бы то ни было – она его обвинила в измене, он ей сказал, что она психичка. Что ей лечить голову нужно. Слово за слово, а он возьми и выдай ей: «Я докажу в суде, что ты психически больная и заберу ребёнка».

-- Оу…

-- Во-во! Я сразу подумал, мужик-то – дебил, оказывается.

Я не удержался и усмехнулся.

-- Не помню, как я отреагировал, но точно помню, что подумал: «Да, дружище, не увидишь ты своего пацана. Она далеко уехала».

-- Да так любая женщина поступит.

-- И не говори.

Снова в нашу беседу вмешался официант, принеся долгожданную пасту. Я посмотрел на тарелку и до меня вдруг дошло, насколько нелепо выглядит мой заказ, насколько не соответствует итальянская кухня нашей русской водке.

Мы выпили и закусили.

-- Кстати, я потом проверил её медкарту. Ей одно время выписывали феназепам, чтобы сдерживать вспышки гнева.

Он развёл руками, как бы говоря: «Что и требовалось доказать».

-- Да, они точно стояли друг друга. Чем закончился поход к Лаврентьеву?

-- Ну, я попросил у него фотку жены и ребёнка. Он порылся в фотоальбоме и дал мне фотку, где жена, сын и машина возле озера. Мол, здесь все трое пропавших.

-- Погодь, она взяла его машину?

Витька кивнул и улыбнулся.

-- Дай угадаю, ты первым делом пробил номера?

-- Пробил. За пару дней нигде не засветилась. Тогда ещё камер было немного, приходилось работать ручками. Позвонил в нужные инстанции, попросил помочь.

Витька разделался с мясом и теперь выглядел на двести грамм счастливее. Официант уже был тут как тут и забрал сковородку.

Друг недоверчивым взглядом проводил официанта и сказал:

-- Они меня пугают. Иногда складывается ощущение, что они видят всё-всё. Каждую мелкую деталь. А вдруг они очень точно скопированные андроиды? Ну, как в Бегущем по лезвию?

-- Кажется, кто-то пересмотрел фильмов…

-- Не-е-е. На днях закончил Detroit. Суперская вещь, рекомендую!

-- Когда ты успеваешь с твоим-то ненормированным графиком? – удивился я.

-- Само как-то выходит.

Витька прищурился и посмотрел на проходящего мимо официанта, как будто тот у него стянул сто рублей. От этого взгляда, молодой парнишка резко свернул в сторону.

-- Так-то! Никто не смеет за мной следить. Я сам следак!

Я усмехнулся. Не научила служба в розыске Витьку пить. Врут сериалы по НТВ.

Витька отлучился в уборную, а я же впервые вспомнил про карбонару. Наматывая на вилку макароны с ветчиной, я смотрел по сторонам. Почти сразу моё внимание привлекли две молоденькие девушки возле барной стойки. Блондиночка пила голубой коктейль из трубочки, а шатенка предпочитала пиво. Я сидел так, что мог спокойно их рассматривать, не боясь, что меня заметят. У блондиночки губы были напомажены ярко, глаза выделены броско, а высокую грудь ей сто процентов придавал бюстгальтер с пуш-апом – она явно искала себе друга на ночь. А вот шатенка оказалась не так проста. Она готовилась к этому вечеру, привела в порядок причёску – прямые волосы лежали волосок к волоску – не поленилась нарисовать чёрные брови, синие тени придавали её карим глазам глубины и какое-то магическое притяжение… и в то же время в её взгляде сквозило разочарование. Если она и оглядывалась, то без интереса. Смотрела чаще вперёд или вбок, почти не смотрела на собеседницу. Не надо быть умником, чтобы понимать – ей здесь скучно. Но что было странно – на ней, похоже, не было лифчика.

-- Знаешь, что я забыл тебе сказать, - гаркнул Витька из-за спины, напугав меня. – Жена была из другого города. Вернее, даже не из города – какой-то маленькой деревни во глубине уральских гор.

Я постарался сохранить невозмутимый вид. Нельзя, чтобы Витька думал, что напугал меня, а то долго будет припоминать мою испуганную физиономию.

-- И ты, конечно же, съездил к её родителям. И там её не оказалось, - предположил я, все ещё не отпуская шатенку из поля зрения. Мне вдруг захотелось оказаться в её компании, а не старого приятеля. Я весь вечер старательно избегал этой мысли, но что-то в нём изменилось за эти годы. Витька, которого я знал, был улыбчивым, открытым и искренним человеком, он всегда говорил, что думает и мог ответить за свои слова. Этот Витька тоже отвечал за свои слова, но словно взвешивал каждое из них.

-- Тебе тоже нужно было идти в следаки, а не свои статейки в интернете кропать.

-- Да-да, знаю. Меня отец этим уже лет десять попрекает. Давай ещё ты начнёшь.

Я всё-таки не сдержался. Впрочем, Витька отвлёкся на ещё одну рюмку водки и не ухватился за мою секундную расслабленность.

-- Она действительно не приезжала к своим родителям, - продолжил он. – Я прошёл по дому, вышел во двор. Ну, знаешь… проверить. А маманя всё это время причитала, какая у неё дочка замечательная, да и зять неплохой.

-- Видать, она не знала всего, - снова предположил я. Шатенка ушла в зал с танцполом. Видимо, моё предположение было неверно, и она тоже пришла сюда поохотиться.

-- Или притворялась. Люди не любят выдавать тайны своей семьи.

-- Тоже верно.

После выпитой мною стопки, на деревянной подставке осталось по одному шоту, и Витька подозвал официанта. Его подозрительность как-то резко улетучилась, что я посчитал хорошим знаком. Он попросил повторить «два по пять». Я попытался протестовать, но приятель настоял.

-- Ща тебя Витька научит водочку пить. Ну, давай.

С этими словами он поднял рюмку. Выбора у меня не было – пришлось пить второй подряд. Благо, оставалось немного карбонары в тарелке. Увидев, как я закусываю макаронами, Витька внезапно оживился.

-- Дай-ка попробовать, что за пиндосскую херню ты ешь.

Не дожидаясь моего ответа, он намотал остатки карбонары на вилку – удивительно ловко для человека, выпившего пять рюмок водки – и оставил меня без закуски.

-- Это итальянская кухня.

-- Чего?

-- Карбонара – это итальянская кухня. Не американская.

-- Один хрен.

-- Ну так что там с женщиной-то?

-- Ах, да… Тебе интересно что ли?

-- Ну, конечно. Прям, как в сериале «Настоящий детектив».

Витька как-то внезапно выпрямился, будто я только что его похвалил.

-- Ну, слушай тогда. Съездив в деревню, я так нихрена и не добился. Начал рыть в других направлениях. Я пообщался с её подругами, коллегами по работе – никто её не видел, ни с кем она не созванивалась. Потом проработал версию с любовником или оказалась не в том месте… Знаешь, как обычно бывает. Но трупов таких не находили. Машина тоже, как в воду канула, - Витька вдруг хохотнул. – Прошло две недели, а у меня ни улик, ни зацепок. Начальство уже начало прижимать мне яйца, видите ли, Лаврентьев им названивает. Обещает журналистам написать… И тут мне позвонила знакомая «зебра».

-- Кто?

-- Оператор у ДПСников, блин. Ну, что тупишь-то?

-- А… Забей – продолжай.

-- Так вот… позвонила «зебра». Сказала, что нашли мою машину. В озере. Прикинь?

Я немного опешил.

-- В смысле?

-- В прямом. Лёд на озере растаял. Вокруг гуляли какие-то пацаны… ну они и увидели задний бампер Приоры. Мы с ребятами сразу же выехали, пригнали кран. Подняли тачку, а там два трупака внутри.

-- Охренеть…

-- Ага. Нашлись все трое пропавших, как говорится, - он выпил ещё одну рюмку и отвалился на спинку дивана.

-- И как она там оказалась? Машина, женщина…

-- Я же говорил, что она на феназепаме сидела? Эта идиотка не поленилась записать всё на диктофон. Она боялась, что муж претворит свой план в жизнь, что заберёт ребёнка. И она знала, что суд примет сторону отца, потому что она пьёт транквилизаторы, чтобы подавлять гнев. Потому она приняла единственно верный, на её взгляд, выход – она приехала на озеро, пристегнула сына к детскому креслу, попрощалась с ним. Потом села за руль и заехала на лёд. Всё это время она не выключала диктофон. Даже когда опустила его в полиэтиленовый мешок и запечатала так, чтобы вода не попала. Её последние слова были, что она любит своего ребёнка…

Я не знал, что сказать. Эта история совершенно выбила меня из колеи. Любовь, конечно, принимает причудливые формы, иногда она ранит и убивает. Но это дело ничего общего с любовью не имело. Психоз, помноженный на собственничество, оголтелая одержимость, помешательство, на худой конец безумие – можно называть, как угодно. Но точно не любовь.

Водка мгновенно выветрилась из головы, и я не мог больше смотреть на алкоголь. Витька тоже почувствовал меру и попросил официанта принести ему карбонару.

-- В такие моменты, я теряю веру в человечество, - сказал я после очень долгого молчания.

-- А я уже потерял, - Витька упёрся локтями на стол и наклонился ближе. Он был совершенно пьян и даже не пытался это скрыть. – Мне кажется, человечество изжило себя. За пять лет в органах я такого насмотрелся, что хватит на несколько жизней.

-- Боюсь представить.

-- И не нужно! Правильно ты сделал, что не послушал отца. Уж лучше статейки писать, - Витька откинулся на диван.

Мы расстались с ним где-то около одиннадцати. Он несколько раз поблагодарил меня: за встречу, за хороший ресторан, за то, что дослушал до конца. Я побрёл к себе домой, а он, хмельной и бодрый, зашагал в сторону гостиницы.

Три недели спустя меня разбудил звонок с городского телефона. Звонивший представился Андреем Числовым, следователем по особо важным делам. Он попросил меня приехать в город и ответить на несколько вопросов.

Пока я ехал в N, у меня было полтора часа придумать себе несколько сценариев, где я был виноват, а где были виноваты мои родственники.

Отделение нашёл без навигатора. Оно ютилось в утлом домишке времён сталинских репрессий, зажатом со всех сторон девятиэтажными махинами. Следователя нашёл сразу. Числов был невысоким коренастым мужичком лет за сорок, рано лысеющим, но в абсолютной чистой, ухоженной форме.

Он предложил мне сесть. Включил диктофон.

-- Вы знакомы с Виктором Пироговым, – Числов сказал так, будто не спрашивал, а констатировал давно известный факт.

-- Да. Мой старый школьный приятель, - ответил я спокойно, но внутри всё задребезжало. Я тут же подумал, что с Витькой что-то случилось.

-- В последнее время вы виделись с Пироговым?

-- Было дело. Он приезжал с месяц назад… посидели с ним, пивка выпили.

Числов покрутил пальцами.

-- Он вам что-то рассказывал?

-- Да всякую ерунду… Мы не виделись с ним несколько лет, и я попросил его рассказать самые странные случаи из его следовательской практики.

-- Можно поподробнее…

Когда у тебя спрашивает следователь и тебе нечего скрывать, мозг вспоминает всё до удивительных деталей, которые бы ты в жизни не рассказал бы в обывательской беседе за кружкой пива.

Выслушав меня, Числов покивал головой и достал из ящика стола увесистую папку. Я прочитал перевёрнутую надпись: «Дело № 151-2/16. Озеро Тангис».

В груди словно вспыхнуло. Мозг пока не поспевал, но тело уже понимало, к чему всё идёт.

Следователь рассказал, что Витьке предъявили обвинение в убийстве жены и маленького сына. У Числова были неопровержимые доказательства, что мой старый приятель запер жену в багажнике, ребёнка оставил в детском кресле, а потом зажал монтировкой педаль газа и сбросил машину с небольшого уступа прямо в озеро.

2020