Сны

Глава 1 Статус свидетеля

Цвет серый. Зима - не зима, может поздняя осень, может ранняя весна, сырость, холод, дорога. Затяжная командировка по хлябям центральной полосы. Комната в провинциальной гостинице - скромно, без вкуса, но чисто, тепло и спать можно. Скинуть ботинки у входа, упасть на застеленную кровать и блаженно растянуться по горизонтали. Коллеги что-то весело бубнят о планах на завтра, а мне все равно. Я уже упала. Не шевелить. Коллеги ускакали куда-то то ли пить, то ли знакомиться, если повезет и то, и то, а я лежу. Нет - яяяя лееежуууууу!!!! В дверь заглянула Маринка, поболтали с ней чуть, она сказала, что тоже устали и спать, и ушла в свой номер. Я снова лежу, уже сплю почти. И тут в дверь (чуть было не сказала снизу) постучали.

За дверью оказалась женщина лет сорока, полноватая, светло-русые волосы забраны в хвост, в форме. Голубовато-серая блузка, серая юбка, погоны.

- Здравствуйте, Вы нам нужны как свидетель, пройдемте.

Тащусь следом, почему-то не отказываюсь, не говорю, что ничего не видела, даже не думаю об этом. Заходим в соседний номер.

Там мечется женщина, темная, полная,неопрятная, пытается что-то спрятать, но у нее все из рук валится и понимание настает - хищение крупное. Ну свидетель, так свидетель, сажусь на кровать, расхитительница оправдывается, что не брали, а то, что все же брали брали потому что нельзя не взять было и исключительно из добрых побуждений, хотели как лучше. Делают опись, показывают на схеме башни замковые - эта башня пешковая, я вспоминаю, что была на экскурсии по этому замку - пешковая самая маленькая, самая большая королевская. Вспоминаю экскурсовода - пожилого интеллигентного ученого, ведущего группу по разбитой дороге от башни к башне.

Из воспоминаний выдергивают снова к описи. Стеклянная витрина, в ней нефритовые статуэтки. Пара штук.

- Должно быть больше, - говорит некто.

- С чего вы взяли?

- У Федосевича на картине их штук десять, но все какие-то другие.

- Федосевич уже уехал к тому времени. Он эти статуэтки по памяти писал. В памяти все немного не такое как есть.

Смотрю на нефритового слоника. Просыпаюсь и не помню как он выглядел.

Глава 2 О насущном

Ночью бежала, бежала, сквозь пожары, рокот вертолётов, свет прожекторов, прыгая через заборы и кусты.. и в конце ворота из ночи в день, а за воротами.. тадам.. сельскохозяйственная выставка, залитая тёплым солнечным светом.

Глава 3 О маге и драконице

Проснулась потому что маг победил дракона. Драконицу. Была ли она злой? Расчетливой, любопытной, находящей забавным разрушение и суету человечков была. Так кошка играет мышью. Огнём не дышала, дышала ядом. Зеленоватая субстанция похожая на клочья тумана исходила от всего её тела. Не чешуйчатого кстати, земноводного, существующего то в реальности, то за ее пределами. Замок и город на берегу морского залива. Королева и её игрушки. Я говорила с ней о каких-то умных вещах, которые сейчас не помню, а она наворачивала круги, то исчезая, то проявляясь в реальном мире, то погружаясь в залив, то пролетая над лесрм. Я ожидала что-то она вот вот кинется. Чем-то я могла от неё защититься, уже не помню чем, но шансы были скорее никакие. И вот она летит в мою сторону, но напротив нее в воздухе образуются сначала небольшие клочки дымки, потом складывающиеся в подобие туманного копья, проходящего через её голову. И она тоже разлетается в дымку, никаких тушек, только черепушка, похожая на саламандровую падает в снег. Сбоку вижу тёмный силуэт мужчины в длинном плаще. Просыпаюсь.

Глава 4 Чаша осени полна

В сонном мире наступала осень. Она велела собирать чемодан и ехать из дома, в котором я выросла, и который давно уже не мой, но во сне он все еще мой. Во сне часто бывает так. В этот раз дом хотя бы не был разрушен до половины, не зиял дырами в стенах и крыше, и я не укладывалась спать на чердаке, и не стелила постель на дороге рядом. Театр абсурда. Сырая грунтовая дорога с лужами в колеях, а я на более-менее сухое место матрас кладу, простыню, подушку. В этот раз все адекватнее — я просто тащу чемодан на колесиках по проселочной дороге вверх на горку.

Не было у меня одновременно и дома этого, и чемодана с колесиками, понимаю, что странно все, но иду и за поворотом гляжу в небо, а в нем журавли и рябиновые ветки летят, кружатся стаей собравшейся на юг. И курлыканье. И чаша осени полна.