Следует жизнь

Глава 1

Дрожь, начавшаяся в коленях, постепенно начала перебираться дальше, распространяясь по всему телу.

- Как погиб? Когда?

Нет, поверить в то, что его больше нет, у Жени не удавалось. Ведь перед самым отъездом он обещал ей, что как только вернется, они скажут друг другу что собирались сказать, и если бы не внезапная командировка… Телефонная трубка, секунду назад судорожно стискиваемая в руке, полетела на пол, а сама Женя мерно съезжала по стенке вниз.

- Женя? Ты слышишь? Только ничего не вздумай делать! Слышишь? Я скоро приеду, пожалуйста, подожди! – ревел голос из трубки.

Но девушка уже ничего не слышала. Обхватив голову руками, она громко и протяжно закричала, не в силах сдерживать дикую боль. Всего две недели назад он был еще рядом, стоя на вокзале, она обвивала его руками и не хотела отпускать.

- Потерпи чуть-чуть, родная. Экспедиция не сильно долгая, я тебе с Кавказа привезу что-нибудь интересное, а потом…и суп с котом!

Тогда Женя не ответила ничего. Почему-то в этот раз ей было тяжело расставаться, просто так взять и отпустить Макса снова в горы, где он с группой геологов должен был провести месяц исследований. Уткнувшись в куртку, намертво пропахшую дымом, Женя лишь шмыгала носом. Раньше она не позволяла себе плакать и устраивать сцены, но сейчас просто не смогла сдержаться.

Послышался свисток поезда.

- Жук, пора. Ну, что же ты расклеилась, горе мое? – Макс чуть отодвинулся и, подцепив пальцами подбородок, поднял голову девушки вверх. Сейчас она казалась ему еще милее, он с нежностью погладил ее щеку.

- Не уезжай, прошу, - тихий шепот Жени, чуть слышный в вокзальной суете.

Второй свисток, и из вагона высунулась лохматая голова Сашки, лучшего друга Макса и по совместительству коллеги.

- Ну, давай быстрее, а то придется своим ходом догонять поезд! Женя, - Саша с легким осуждением покачал головой, но тут же помахал рукой в знак прощения.

- Береги себя, - едва ощутимое прикосновение губ, и Женя осталась одна на перроне. Вскочивший в вагон Макс бодро помахал рукой и скрылся за дверью, подгоняемый что-то бурчащим проводником и другом. Тогда она еще не знала, что все ее тревоги не были такими уж и напрасными…

А теперь она слышит убитый голос Саши из трубки, и он говорит ей о гибели. Его смерти. Так и сидя на полу в коридоре, Женя не могла остановить рыданий. Сейчас внутри порвались все натянутые струны, душу изъедала возникшая тоска по человеку, которого она больше не сможет увидеть. Казалось, вот она, реальная сказка любви, где это происходит однажды, и на всю жизнь…но теперь эта история получила печальнейший конец, который можно было предположить.

Едва истерика закончилась, внутри поселилась какая-то сильнейшая апатия, пытавшаяся забить все те прорехи в душе, где раньше был он. Слезы на щеках высохли, неприятно стягивая кожу, глаза опухли и болели, однако в голове не было ни одной мысли, словно здесь на полу сидел уже не человек, а всего лишь призрачная тень, вынужденная сгинуть из этого мира с последними лучами нынешнего дня. Застывшая словно изваяние, девушка производила впечатление мраморной статуи, символизировавшей глухую скорбь, перед которой Пьета показалась бы просто бездушной скульптурой, высеченной художником лишь для того, чтобы поглумиться над чужим горем.

Неожиданно в тишине раздался звонок в дверь. Будто сквозь густую пелену звук долго пробирался до сознания Жени, пока девушка, медленно поднявшись, молча поплелась к двери и начала ее открывать, словно робот, совершающий свои машинальные движения. На пороге появилась лохматая голова Саши.

- Жук…

Он внимательно вглядывался в безжизненное лицо девушки. От клички, прилипшей к Жени благодаря Максиму, она вздрогнула, но не более. В постепенно умирающей душе уже не оставалось места на что-нибудь другое. Еще один механический жест в сторону, и Саша зашел в квартиру. С грустью он посмотрел на идущую по коридору на кухню Женю, шаркающую тапками на негнущихся ногах по паркету. Пока он стягивал куртку и высокие туристические сапоги, кидая их рядом с внушительного размера рюкзаком, оттуда уже раздавалось дребезжание чайника и шум воды. Проскользнув на маленькую кухню, Саша привычно опустился на видавший виды стул, который они с Максом когда-то нашли на барахолке. Он не смог долго смотреть на Женю. Сейчас и так было нелегко, но, зная ее, он понимал, что ей намного хуже. Уткнувшись в стол, Саша теребил свои пальцы, периодически дергая за шершавые мозолистые наросты на ладонях. Простая повседневность, сквозившая в обстановке, угнетала еще больше.

Наконец, перед гостем появилась дымящаяся чашка чая, а напротив на стул опустилась Женя. Решившись, Саша поднял глаза и посмотрел на нее в упор. Содрогнулся.

- Как?..

Тихий, безжизненный голос, больше похожий на шелест. Потребовались титанические усилия для внутренней борьбы за эти слова. Женя уже и сама не могла понять что ей сейчас надо. Хотелось просто умереть, чтобы снова увидеть Максима живым и здоровым. Саша тоже был подавлен, но оставить Женю одну не мог, ведь она так ему нравилась, и это было его самой сокровенной тайной, даже от Макса, ради которого он и отступился. Покрутив в руках чашку, Саша достал из кармана рубахи помятую пачку сигарет. Достав одну, вопросительно посмотрел на Женю.

- Прости, я закурю?

Девушка будто не слышала, однако через секунду чуть кивнула головой, все так же бессмысленно глядя перед собой, будто и не видела сидящего напротив собеседника. Чиркнув зажигалкой, Саша затянулся.

- Мы минули перевал и дальше решили сократить путь через гору поднявшись вверх на плато. Димка и Лера лезли первыми, я и Макс замыкали цепочку, страхуя других на подъеме. Я не знаю что тогда случилось, я…это я должен был идти последним! Но почему-то пошел Максим. Когда мы подошли к отвесному участку, все гуськом преодолевали препятствие, как вдруг я почувствовал легкость, мой трос никто не тянул, стопор ходил без какого-либо сопротивления. Забеспокоившись, я попросил ребят остановиться, а сам начал спускаться вниз. Но…Макса там не было.

Саша, не выдержав силы нахлынувших воспоминаний, затушил в пепельнице окурок и, запустив пятерней в жесткие волосы, склонил голову вниз.

- Ясно. – Один лишь короткий ответ.

Саша не выдержал.

- Жук, крепись!

Лицо Жени скривилось, и через секунду она снова зарыдала. Приход Саши, казалось, должен был принести немного облегчения, однако стало еще хуже. Будто снова переживаешь тот момент, когда ужасная весть прозвучала на другом конце провода.

- Зачем, ну зачем он поехал в эту экспедицию? Я просила, умоляла…Я ведь не сказала ему! Не сказала!

Саша сидел в оцепенении и не решался подойти и обнять Женю, так нуждавшуюся в поддержке. Наконец, он поднялся и, приблизившись к девушке, погладил ее по голове.

- Женя, Женечка…Я люблю тебя!

Он и сам не заметил, как произнес эти слова. Голова под его рукой дернулась, после чего серьезный взгляд серых глаз прожег его насквозь.

- Саша, уйди, пожалуйста. Уйди, пока я тебя не стала ненавидеть.

Он все понял без слов. Конечно, ляпнуть это так невпопад…Ведь она любит Макса, и всегда любила. И будет любить до конца жизни. Он это прекрасно понимал. В тишине хлопнула входная дверь, оставляя девушку одну. Хотя нет.

Положив голову на столешницу, Женя обеими ладонями погладила себя по животу.

- Я буду любить тебя. Ведь ты его ребенок, только я не успела… - Она заплакала с новой силой, - не успела сказать, что он станет отцом…Я буду жить для тебя, я тебя никогда не покину.

Тут Женя улыбнулась. Ей почудилось, как кто-то приобнял ее за плечи, и на душе стало теплее. Да, она не одна, и он это знает.

- Спасибо тебе, Максим.