"Сладкий" мирок для одного человека

Глава 1

­Кисельные реки, шоколадные берега, небо из пушистой сладкой ваты, земля, покрытая карамелью, деревья из съедобного мармелада…. Думаете, это фабрика Вилли Вонки? Не. Это в моей голове, а скоро будет так везде, куда ни посмотрю.

Сумасшедший? Да. Но я никогда этого не просил! Я не просил, чтобы сбылась моя фантазия наяву! Я любил этот мир, но сейчас ненавижу и проклинаю. Проклинаю себя. Если б я не фантазировал, а шёл на улицу искать друзей, то, быть может, ужаса этого бы не было. От неё даже таблетки не помогают, лишь смягчают. Сейчас мне остался день, может, два, вот и пишу последние мысли. Завтра или послезавтра буду уже не я.

С садика я не любил компании, мне всегда казалось, что я очень смешон, глуп и неинтересен. Я сторонился их там, продолжил сторониться в школе. Зря. Сейчас я это понимаю. Есть у меня сестра, но и с ней отношения были прохладными, но лишь до того, как эта болезнь на меня напала. Именно тогда я по-настоящему познал прелесть живого общения. Прикосновения, взгляд, смех и плач – всё было другим, нежели в том сладком мире. На то оно и называется «живое общение». Помню, как мы носились по дому, играли в догонялки, я тогда вазу случайно рукой зацепил, когда к сестре тянулся. До сих пор могу увидеть перед глазами свою сестру, которая меня прикрыла: «Нет, мам. Брат не виноват. Это я!». Мама не злилась, мама улыбалась. Она всё равно читала в глазах сестры правду. В маленькое наказание мы весь день убирались и мыли посуду. Вместе. Я понял тогда ценность дружбы. Ту ценность, которую боялся зря. Проклинать сладкую долину я начал как раз в тот день. Она мне снова приснилась. Те же кисельные реки и бла, бла, бла. Ну вы подумаете, что я ною, преувеличиваю, но я не хочу сразу о самом грустном. Нет, мир чудесен, красив, он даже вкусный, однако зашло это всё слишком далеко.

Ничего страшного не было, пока он мне снился и пока я бегал там счастливый вместе с одной девочкой, которую придумал, конечно же, сам. Стандартная принцесса с кудряшками в синем лёгком платье. Девочка понимала меня с полуслова, даже фразы мои за меня порой говорила, а потом смеялась. Такие ямочки на щёчках у неё милые. Видимо, тут и была моя ошибка: я переступил за черту. Я слишком много времени уделял этому миру во сне и наяву. Вот в один из дней, утром, я чистил зубы, собирался в школу. И в голове как появится смех девчонки в синем платье! Её обычный наивный смех, зла он не желал, но был чересчур отчётлив. Напугался не то что до мокрых штанов, до обморока. И пока летел к плитке, зацепил головой ванну. Видимо, вот она – та черта.

Никаких переломов и серьёзных травм не обнаружили, и забыл бы я этот момент. Но я потерял связь с этим миром, сном. Думал, навсегда, но оказалось на неделю. Я сидел, писал домашку по русскому. Моргнул – а у меня в руках уже не ручка, а карамельная палочка. Карамельная палочка. Я бросил её со всей силы и усиленно тёр глаза. Пропала палочка? Нет, пока я её не попробовал, не пропала. Стоило зубами прикоснуться и языком лизнуть, так она снова стала синей шариковой ручкой. Весь остаток дня я провёл на диване, уроки даже не сделал и семье ничего не сказал. Ладно, спустил на тормоза на следующий день. Вдруг побочное действие от удара? Нет. Через день уже мой диван стал сладкой ватрушкой, а стол пряничным. Пропало только после сна. Я терпел. Даже с этим можно было жить, думал: "Да это временно". Да-да. Такое ещё можно перенести. Но не это: пришёл мыться, а там в зеркале…я, но не я, а моё…девчачье обличие. Гладкое невинное личико, кудряшки до плеч, синее платьице, тоненькие ручки. Выражение «визжал, как девчонка» и правда подходит. Я действительно слышал свой девичий голос, голос той карамельной принцессы. Этого уже вынести было нельзя, и молчать тоже. Меня повели к врачу. Диагноз неутешительный.

Вот с этого момента сестра стала ко мне ближе. Она решила, что болезнь мою можно излечить общением, выходом в люди, поэтому начала мою подготовку. Больше игр, больше развлекаловки, больше живого общения. И родители давали таблетки специальные, по рецепту. И знаете, отступило. На два месяца. А потом потащила меня сестра во двор, где голова моя закружилась. Открыв глаза, я увидел этот чёртов сахарный мир! Всё из плюшек, варенья, печенья и прочей сладкой требухи, а люди – пряничные человечки. Улыбаются. Один я – принцесса, девочка. Я убежал и забился в угол нашего подъезда и плакал, пока сестра успокаивала мою кудрявую голову.

Следующий трип через месяц, ещё один через две недели, неделю…. Теперь же это через день. В школу ходить стало бессмысленно ещё после случая выхода на улицу. Остаётся только рыдать в подушку, лишь бы не видеть этот проклятый ненастоящий мир. Я не хочу уходить так, но! иного варианта, кроме принятия, нет. Удавиться? А разница? В одном случае буду лежать в сырой земле, а в другом – по дурдому бегать, лизать стены и смеяться по-девчачьи. Меня так и так со дня на день не станет.

Такие вот мои последние слова. Прощай мама, папа, сестра, одноклассники и незнакомцы, и привет новый поганый мир, который я сам же и сделал. А я положу карамельную палочку и пойду поправлю кудряшки что ли.