Шуба

Глава 1

"Посвящается памяти великой страны,

достойным людям жившим на её просторах

и моей шубе, которая спасала меня от суровых

морозов центрального Казахстана в 1987 году, когда

моей старшей доче Катюше шел только 9-й месяц,"

Выражаю отдельную благодарность за иллюстрации

своему любимому внуку Степе

Вместо пролога

Когда-то давным-давно, когда небо было выше, трава зеленей, огурцы крепче. Когда помидоры, привезенные родителями с дачи на "Москвиче-412" редкого липо-зеленого цвета, забивали своим пасленовым запахом все другие ароматы в квартире, не то что современные пластиковые муляжи из "Ленты". В те времена жила прекрасная страна, великая и могучая моя родина - СССР. Тогда хлеб стоил 16 и 24 копеек, сливочное мороженное 13, изумительно вкусный пломбир 19, газировка из автомата по пути с пляжа за троячок, квас из бочки рядом с подъездом был невероятно вкусен, отец говорил, что и пиво тоже было неплохо, но за единственной бочкой после работы гонялись мужики всего Джезказгана, поэтому вкус его знали только избранные счастливчики. Прекрасное было время - время нашего детства и юности. Тюльпаны в весенней степи, "Восход-2" небесно голубого цвета, звездное небо на рыбалке, одноклассники и верные друзья, увлечение фотографией и радиоделом, живые родители, бабушки и дедушки и наши игры с их орденами. Вся жизнь была впереди, манила прекрасными радужными, красочными миражами и мы торопились жить. Она до сих пор не разочаровала, хотя первых друзей мы начали терять в двадцать лет и виски стали седыми в 25, в 30 страна и мир стали другими и мы прошли едва не потеряв себя по самой грани, здорово изменившись сами. Наши дети помнят ту страну смутно, но зацепив их на излете своего существования самым краешком, она все равно оставила в них частицу своего благословения. Мой внук растет в новой России и у него будут свои светлые воспоминания, свой мир и своя любимая страна. Но я уверен, по крайней мере отчаянно надеюсь, что он и его поколение сохранят ту прочную нить преемственности, которая превратит призрачной чередой проплывающие в потоке времени сияющие бусинки наших жизней в прочный стальной трос, способный сшить в единое целое до сих пор кровоточащие куски многовековой истории нашей общей Родины.

Все совпадения этой истории с реальной жизнью являются случайностью, хотя автор испытал на себе тяготы прогулок по барханам в Каракумах с оружием и без, в весеннем лесу северной Карелии, по сопкам Хасанского района и много еще где, и хорошенько запомнил эти уроки.

*****

Александру вчера исполнилось 18 лет. Наконец паспортный возраст догнал его не по годам физически развитое тело и он стал по-настоящему самостоятельным, взрослым человеком. И вот сейчас, после долгих дней ожидания он остался с ней наедине. Теперь можно было неспешно и со вкусом познакомиться со своей избранницей поближе. Она лежала на его коленях. Прикрыв глаза он дотронулся до неё и провел рукой, едва касаясь. Это было божественно. Ощущение нежного шелка и теплого пуха дарили блаженство. Она была прекрасна и теперь принадлежала ему и только ему. Прелесть была его призом за упорство и терпение, наградой за долгий и унизительный путь тропами блата к её обладанию. Шикарная, великолепная и бесподобная. Шуба!!! Его шуба! Лохматая, коричневая, с блескучим длинным ворсом, шелковыми карманами. Настоящая искусственная шуба, шедевр советских учёных и работников лёгкой промышленности СССР. Бархатистая поверхность искрилась в солнечном свете, падающем из окна, яркими бенгальскими огнями. Она радовала глаз насыщенным, благородным коричневым цветом и была даже на вид теплой и фактурной. Шубка была само совершенство и щедро делилась своей харизмой с обладателем этого чуда. Сашка чувствовал себя в ней Бельмондо и графом Монте-Кристо в одном флаконе. И не страшно, что она была чуть на вырост, всего-то на три размера больше. Мама сказала, что он еще растет, что пошел в папину породу, а они еще те медведи. Шел 1980 год, самая лучшая в мире страна уверенной поступью шла к светлому коммунистическому будущему и у прекрасной пары впереди была целая жизнь.

*****

Михалыч, грузно поднялся с дивана, кряхтя потёр поясницу, подошёл к окну. Солнечный свет слепил глаза и яркими блёстками седых прядей нарядно расцвечивал шевелюру и густую рыжеватую поросль на щеках и подбородке. Надо бороду подравнять, и подстричься, а то вылитый бармалей. Уже середина апреля, но здесь на севере России окончательно снег сойдёт только в середине июня, лес с делянок в этом году вывезли раньше, дороги закрыли для тяжелой техники на месяц, его бригада была отправлена на вынужденный отдых. Александр хандрил, ему всегда тяжело давалось даже недельное безделье в своей теплой квартире. В лесу на вырубках другое дело, воля, простор, привычный труд и понятные заботы. "А на кошарах в Каракумах давно саксаул цветет и ягнят на каракуль забивают, там уже давно тепло, - с чего-то вдруг подумал Александр, дёргая себя за отросшую бороду, - хорошо бы пойти погулять, а то двигаться совсем перестал". Жизнь текла размеренно, работа была стабильной, кроме всего прочего мелким, но приятным бонусом исправно капала военная пенсия. Но было отчего-то тоскливо и маетно на душе. Еще несколько годков осталось и шестой юбилей буду отмечать, а с семьей так и не сложилось. Пока молодой был все с автоматом бегал, потом вот по лесам начал шастать с пилой, да и другие причины были. "Одичал совсем, как медведь в лесу", - вздохнул мужчина и взглянул на себя в зеркало. Там он увидел только лицо и малую часть себя. "Раздобрел от безделья в зеркало вон не помещаюсь, в прошлую тренировку на лыжне как-то пятнашка в напряг пошла, - попенял он себе, - наверно надо бы вес сбросить, хотя бы до своих обычных 120 кг, а то без малого полтора центнера тяжело таскать стало". Скоро полдень и, если идти на прогулку, то давно пора. Приняв решение, пошёл одеваться. "Вниз спущусь к озеру и по городской лесной тропе здоровья пройдусь, а там к торговому центру и через горку домой, как раз часика на три - четыре маршрут будет", - прикинул Михалыч. "Куртку новую жалко, пропотеет, армейский бушлат в гараже забыл, в спортивной одежке прохладно будет, бегать вроде не собираюсь, что же надеть", - замер Александр и потянулся почесать затылок. Рука наткнулась на плафон потолочной люстры. Чччрррртттблллляя...ин разошлась по квартире ударная волна задавленного в мощной грудной клетке чертыханья мужчины. В соседней комнате брякнулся с лежанки и недовольно мявкнул кот. Михалыч полез в кладовку, поворошил рухлядь, скопившуюся за годы жизни, но так и не выброшенную на свалку. А все потому что жалко, но это не жадность, просто это же все свое, родное - это как память выкинуть. Взгляд наткнулся на объёмный тряпичный ком, рука развернула его, встряхнула, глаза недоуменно уставились на нечто бурого цвета и щетинящееся двухсантиметровыми сосульками. С запозданием пришло понимание что это такое. "Это ж сколько лет тебя таскало со мной, а я и забыл про это убожество", - хмыкнул Михалыч. Вдруг сзади дурниной взвыл и зашипел Базилио. " Да чтоб тебя! Брысь сволочь рыжая! - в сердцах, разворачиваясь, рявкнул Александр. "Напугал скотина жирная", - уже спокойней сказал он. Когда поворачивался ему на миг показалось, что шуба подернулась лёгким плывущим маревом, как будто не шуба это, а нагретый капот "Урала". "Засиделся дома, - понял мужчина,- мерещится уже всякое" и встряхнув головой, решительно стал натягивать её на себя. Где-то еще шапка была в комплекте вспомнил он и унты, они легкие и шарф мохеровый в тон. Кот сидел в безопасности на антресоли и сверху щурясь наблюдал как хозяин натягивает на себя какую-то интересную шкуру. "Ну хоть что-то путное нашел, не такая отличная как у меня конечно, но и не то непотребство, которое постоянно таскает"- думал он. "Рыжий, жирный! Сам то вон еле шкуру натянул, а масть то почти как у меня, чуть потемнее будет. Да уж... раздобрел хозяин, в дверь вон с трудом протиснулся. На вставшего на задние лапы соседского кавказца стал похож, только размером побольше будет. Сильно побольше. Не спущусь пока не снимет её с себя. Ну его, от греха подальше".

*****

На душе было спокойно, голова очистилась от тошнотворной мути и тоскливого бессилия наполнявшего его из-за вынужденного безделья. Яркое солнце расчертило тропинку в лесу темными, почти черными резкими тенями от высоких елей. Снег колол глаза яркими всполохами и лучиками отраженных от граней крупных кристалликов снега как от рассыпанных повсюду мелких бриллиантов. Михалыч отдыхал душой. По соснам серой молнией мелькнула белка, ветки закачались. Вот вниз, кувыркаясь, полетела шишка и упала в трех метрах от Александра. Мужчина с сомнением посмотрел, потом осторожно сделал к ней шаг с утоптанной дорожки. Наст держал. Еще шаг, еще один, Михалыч поднял шишку и мелкими скользящими шагами пошел вдоль тропинки. Как по асфальту, восхитился он. "Днем солнце прилично разогревает, ночью утренники подмораживают, оттого и снег такой толстой коркой покрылся", - сделал несложное умозаключение Михалыч. Всплыло в памяти, как сослуживец в далёкие годы учёбы рассказывал, что бывало весной в Карелии наст местами даже "Уазик" держал, главное было поймать момент и выехать на дорогу до разогрева толстой корки льда солнышком. "А то машину придется летом забирать, когда снег сойдёт" - смеясь говорил друг. Отвлекшись от созерцания и лениво бегущих мыслей, Александр вдруг понял, что он действительно давно идет обычным шагом, причём не испытывая при этом никаких неудобств. "Как по льду на рыбалке, - сравнил мужчина, - даже следов не остаётся". Чувство безграничной свободы превратило хорошее настроение Александра Михайловича почти в эйфорию. Яркое солнце, темная насыщенная зелень огромных елей, золотисто-коричневые стройные колонны корабельных сосен, изредка словно акварелью и тушью нарисованные березы на фоне ярко голубого неба. Александр выпал из реальности. Мужчина просто шел по лесу, не выбирая направления, забыв о грузе прожитых лет и житейских проблем, наслаждаясь хрустально чистым воздухом, барабанной дробью дятла, видом вертких синичек, косящих на него черными бусинками глаз. "Хорошо", - вслух сказал Александр. "Солнышко то припекает, как летом" , - продолжил он и обмер, изумленный внезапно пришедшей мыслью. Благодушие испарилось как капля пота на раскаленной броне БТРа. Мгновенно собравшийся мужчина, обнаружил себя на небольшой полянке среди густых зарослей. Сколько и где он петлял мартовским зайцем между деревьями, сейчас ему трудно было сказать. Впрочем особого беспокойства это не вызывало, заблудиться в окультуренном лесном массиве возле города было просто невозможно. Вдалеке был слышен гул проснувшегося города, с другой стороны доносились невнятные обрывки фраз озвученных противным склочным гнусавым женским голосом диспетчера на сортировочной железнодорожной станции. Тренированный мозг сразу выдал схему местности, примерную точку своего местоположения и вероятный азимут движения. "Тропа здоровья, где-то там", - определил Михалыч, но сделать первый шаг не успел, со звонким хрустом наст проломился и мужчина ушел в снег почти по пояс. Тут же уперев колено левой ноги в опору, оперся руками, забросив правую ногу на наст и перегнувшись в пояснице поднялся над поверхностью. Осторожно выбравшись на твердую поверхность, немного постоял. Облегченно вздохнув, медленно и крадучись пошел в выбранном направлении. Наст держал. Держал он Михалыча целых двенадцать шагов. Снег под настом был сухой и рассыпчатый, как крупа. Процедуру по вытаскиванию себя на лед и преодолению очередного отрезка маршрута Александр проделал раз пятнадцать. Глубоко дыша, оглянулся на дорожку своего пути, отмеченную неравными пунктирами выкопанной траншеи со вспаханным снегом, перемешанного с обломками приличной толщины льда. "Приехали... Говоришь летом, пока снег не сойдёт...' - ошеломленно выдохнул Александр. Воротник шубы колол взмокшую шею.

*****

Чуть отдышавшись, и осмыслив произошедшее, Михалыч признал, что небольшое приключение проблемой являться не может, а умеренная физическая нагрузка ему не помешает, тропа же должна быть где-то всего в полутора - двух километрах от него. "Завтра можно будет тренажеры и фитнес пропустить, - прикинул он, но настроение начало портиться, - хотел ведь по пути в парикмахерскую зайти, теперь же он потный и вонючий, так что мероприятие отменяется". "Мечтал же похудеть, вот и получил марш-бросок по пересеченной" - хмыкнул Александр и вальяжно, не спеша двинулся в намеченном направлении, перпендикулярно утерянной дорожке. Находящаяся где-то далеко судьба-затейница лукаво улыбнулась глядя на наивного человека.

*****

И действительно, реальность оказалась несколько сложней, чем Михалыч себе представлял. Шел уже четвертый час прогулки, из них не меньше двух с половиной часов мужчина изображал из себя ледокол "Арктика", вспахивая снежную целину бесконечной ледяной глазури. Дятел, совершая облет своей территории, с интересом наблюдал за странным, большим шумным зверем, рисующим большие круги и петли на белой простыне заснеженного леса. На очередном привале Александр с недоумением пытался понять, что это вообще за фигня такая творится. По его расчетам он должен был раза три, как минимум, пересечь эту злосчастную тропу здоровья, но ее не было. Вот не было и все, хоть тресни! Шум города был, шум от объездной дороги был, железная дорога замолчала, но так и должно было быть, но проклятой тропинки не было! "Чертовщина какая-то, - подумал Михалыч, - такое ощущение, что идет отражение и искажение звуков, отсюда и ошибки в ориентировании. Да нет, не должно быть такого, солнце же вот оно и ветерок постоянно лицо справа обдувал. Бред какой-то! ". Александр вспомнил, как он будучи еще молодым лейтенантом, ночью по звездам, доверяя своему чутью, безошибочно находил в хаотичном переплетении паутины пустынных дорог нужное направление, точно и безошибочно выводил колонну в нужную точку. Солнце действительно было на месте, оно никуда не делось, оно жарило по летнему, наст же перестал держать совсем. Невозможность, абсурдность и глупость ситуации выводила Михалыча из себя, и настроение у него испортилось окончательно, хотелось пить, пот пропитал белье, руки саднили от твердого и шершавого как наждак льда. "Хорошо хоть шуба легкая и дышит, а то бы запарился совсем" - сказал Александр. Ответом ему послужил далёкий отзвук лязга сцепки вагонов. И Александр понял, что он находится примерно там же, где был три часа назад. Вздрогнули старые ели, осыпаясь хвоей, сорвался в дерева дятел, улетая от беспокойного соседа по лесу, отборный мат майора запаса долго гулял эхом между стволов деревьев в тайге. Из далекого ниоткуда проказливо хихикнула судьба-девчонка.

*****

Николай Петрович торопился. Чисто выбритый, благоухающий дорогим лосьоном, он судорожно искал куда-то запропастившееся финское термобелье. Мужчина собирался на прогулку. Вчера он договорился с Аллой Викторовной, начальником кредитного отдела, что проведет с ней мастер класс скандинавской ходьбы на городской тропе здоровья. Являясь действующим мастером спорта по бегу на средние дистанции Николай вчера в разговоре с очень эффектной женщиной скромно и со спокойным достоинством, как бы невзначай, обронил про это свое достижение. Похоже внушило, вспоминая реакцию женщины, самодовольно улыбнулся он. Быстро натянув на себя норвежскую горнолыжную мембрану, молодой мужчина подхватив легкие карбоновые палки для ходьбы и стильный рюкзачок с термосом со свежезаваренной арабикой, серебряной фляжкой с Хеннесси, бутербродами с ветчиной, финским сыром и большой плиткой шоколада Фазер, выскочил за дверь на встречу со своей судьбой.

*****

Алла Петровна дважды разведённая, моложавая и симпатичная дама неопределенного возраста, нервными движениями наносила последние штрихи боевой раскраски. Хищница выходила на охоту. Милый мальчик с инкассации вчера наконец-то клюнул на ее почти трехмесячные маневры вокруг его тушки. Для нее конечно слишком молод, чуть туповат и робок, зато имеет хорошие перспективы на карьерный рост и сложен неплохо. Через полгода действующего зам. начальника отдела будут двигать и есть все основания полагать, что вакансия достанется ее избраннику. Опять же трёхкомнатная квартира, дача, красненькая тойота - мелочь, а приятно. "Хорошо иметь правильную наследственность", - плотоядно улыбнулась она. Несомненно, игра стоила свеч. Собравшись, напоследок придирчиво осмотрела свою фигуру в облегающем ярко красном с белыми вставками модном зимнем спортивном комбинезоне, одобрительно кивнув, подумала, выложила свои очки на полочку, подхватила спортивный инвентарь и выскочила за дверь. Встреча была предопределена.

*****

Судьбу не обманешь и Михалыч почти дойдя до исступления снова и снова делал очередной заход в своей затянувшейся бредовой поисковой миссии. Огромный мужчина, над которым висело облако пара, мощно проламывал себе путь к назначенной судьбой-шутницей точке рандеву в точно предопределенное ей время. Почти семь часов в зимнем лесу сотворили чудо. Его знакомые, увидев бы его сейчас целеустремленно двигающегося к только ему известной цели, Александра бы не узнали. Скорее всего они бежали бы от него не оглядываясь, впереди собственного визга. Вместо грузного добродушного и доброго здоровяка-увальня по тайге мощными скачками с тяжелой грацией взбешенного медведя-гризли напролом через густую поросль кустарника мощно продирался дикий зверь. И лик его был ужасен... Рот кривился в диком оскале, ужасая неестественной белизной дорогих немецких протезов, глаза горели неукротимой первобытной яростью и от него волнами расходились почти физически осязаемые эманации смерти, а низкий нутряной рык акустической метлой расчищал ему дорогу от всякой мелочи. В стороны кувыркаясь разлетались, бликующие на заходящем солнце, осколки льда и клубилась снежная пыль. Весь лес в радиусе десяти километров замер, корчась в пароксизме невыносимого ужаса! Жители леса чувствовали, что хозяин был сильно не в духе. А ведь еще несколько часов назад Александр был еще вполне адекватен и спокоен, хотя и тогда это была его далеко уже не первая попытка. С самого начала Михалыч к делу подошёл серьезно, надломил ветки кустов, натоптал снег в округе, обозначив исходную точку приличной ямой размером с воронку от авиабомбы, засек время, начав хронометраж движения, выделил характерные детали окружающего пейзажа, мысленно проложил оптимальный маршрут движения и окунулся в процесс движения как при выполнении боевой задачи.

*****

Так упорно и добросовестно он делал это снова и снова, но оставался по прежнему в чертовом лесу. Такого просто не должно было быть, потому что такого не должно было быть никогда. Это противоречило всему богатому жизненному и боевому опыту бывалого человека и просто здравому смыслу. Долго, очень долго он ходил по лесу кругами. Александр уже давно это понял, натыкаясь на свои же, как будто бульдозером выкопанные траншеи, но никак не мог сбросить с себя какой-то сверхъестественный морок. Но переход от инфантильного состояния цивильной личности в боевой режим бойца спецназа произошел тогда, когда после одной из его неоднократных попыток выбраться из заколдованного леса, действие окончилось не просто неудачей, а унижением и позорным провалом. Это было последней каплей приведшей к концу его философского и созерцательного отношения к ситуации. Это произошло, когда Михалыч, плюнув на гордость и солидное поведение скомандовал себе - боец пора подключать передний мост и встал на карачки. Поначалу вроде бы было терпимо, Михалыч полз на четвереньках, молясь, чтобы его никто не увидел, а тем более не заснял на камеру. От нелепости ситуации его начало пробивать на истеричное хихиканье. Потом он представил себе двухметрового ста пятидесяти килограммового бородатого мужика в старых порыжевших унтах, лохматой коричневой шубе со свалявшейся шерстью и такой же страшной шапке-ушанке с торчащими в стороны ушами, бодро семенящего на карачках куда-то по своим делам в вечернем зимнем лесу и совершенно по идиотски при этом хихикающего. Наверняка это было очень странное зрелище. Очень...Полный сюрреализм..., картина достойная кисти незабвенного Дали. И Михалыча затрясло от неудержимого смеха. Наст тут же провалился под правой рукой и он ткнулся лицом в ноздреватый лёд. Хорошо что успел повернуть голову, воротник шубы и борода спасла от легкого, но неприятного увечья. И так повторялось много раз. Михалыч тихо зверел, в конце концов он плюнул на всякие ухищрения цивилизованного современного человека, бросил попытки переиграть природу своим высоким интеллектом и отдался во власть инстинктов, как тогда в Афганистане 1984 года. Ситуация ему уже не казалась смешной. Толстая и прочная корка льда с острыми гранями упирались в .... , ну короче дамам по пояс будет, а некоторым и по грудь. Вес тела гадский наст держать теперь не хотел даже на четвереньках. Идти вперед он не давал, а под ним был рыхлый снег, который вязал каждое движение. Это здорово выматывало и страшно раздражало. Александр промок, устал, приключение явно затянулось, осталось только одна мысль - надо быстрей заканчивать этот абсурд.

*****

Ему было уже давно не до шуток, но именно сейчас в груди поселилась холодная ярость, как когда-то в неизвестном кишлаке в восьмидесяти километрах от Мазари-Шерифа, когда он продирался через густые заросли кустарника вдоль центрального арыка поселка и за его спиной коптили черным, жирным дымом сожженные бензовозы и машины боевого охранения, а с десяток бородатых худощавых душманов в своих длиннополых халатах и блинах-шапках гортанно перекликаясь, загоняли его как зверя в западню. Гораздо позже он понял, что дети гор и пустыни не были плохими или хорошими. Эти люди были другими, они жили в своем средневековом мире, по своим законам и обычаям и не знали другой жизни. Неприглядная правда была в том, что это именно они, шурави, повторяя ошибки других народов, пришли в чужой дом с оружием в руках и искренне пытались делать добро так, как тогда они его понимали. Но чтобы не говорили об этом политики, их туда не приглашали, не понимали очевидных для них моральных ценностей и не принимали их душевных даров, хотя с удовольствием пользовались их материальной помощью и оружием. Скорее всего в тот момент местные просто развлекались с шурави. Невероятно, но он смог тогда уйти. Он ушел один из всей своей небольшой разведгруппы, хорошо потрепанный, но на своих ногах. Возможно ему помогла его всепожирающая ненависть к бородатым, возможно отстраненность и хладнокровие воина, только что потерявшего всю свою первую команду в кровавой бойне и осознававшего что шансов выжить нет, а может просто дикое везение, но скорее всего его просто отпустили с какими-то своими целями. Чудес на свете не бывает - это он точно знал. Позже на него случайно наткнулись пограничники, те его и вытащили. Как оно там было на самом деле ответа нет до сих пор, ненависть ушла, пришло понимание. На память о той войне у Александра остались только шрамы, контузия, осколки в теле, горечь воспоминаний о погибших боевых товарищах и преданных идеалах. Потом было еще много боев, Чечня и Дагестан, но этот случай стоял наособицу. Это был первый боевой выход новоиспеченного выпускника военного училища 1984 года.

*****

Солнце давно перевалило через зенит и скрылось за вершинами деревьев. Сидя на поваленном дереве, Михалыч зябко передернул плечами, мокрая одежда под шубой липла к телу и неприятно холодила кожу. Первый раз в жизни он пожалел, что не курит. Костерчик бы ему сейчас не помешал. Александр перестал гонять по кругу бесполезные мысли и анализировать ситуацию, бросил надоевшие попытки найти причину своего невозможного блуждания в пригородном леске. Мужчина был спокойным и сосредоточенным, он просто отдыхал перед очередным броском. Разговаривая сам с собой как и привык в лесу, мужчина проговорил: "А ты молодец, выручила меня, если бы я сдуру надел куртку, сейчас бы околел уже, а бушлат когда намокает становится слишком тяжелый, выдохся бы давно, спасибо шубейка" - задумчиво проговорил Михалыч, поглаживая рукав шубы и поднимаясь для очередного рывка. Мгновение спустя, чуть правее на границе слышимости прозвенел звонкий женский смех. Метров 150 - 200 по привычке определил мужчина и торопливо рванул на звук по прямой, выкладываясь на полную.

*****

Алла была довольна. Прогулка удалась. Свежий воздух пах морозом и свежестью, красноватое солнышко чуть потеряло в яркости на исходе дня и сейчас только изредка показывалось из-за верхушек деревьев, слепя глаза. Приятно гудели от умеренной нагрузки ноги, в голове плавал туман от небольшой дозы хорошего коньяка. Близорукость и легкое опьянение добавляли шарма волшебному вечеру, загадочные тени и стволы деревьев слегка расплывались, делая окружающий лес загадочным и волшебным. Ее, почти уже прирученный зачетный трофей, шел рядом и рассказывал что-то. "План сработал, попался красавчик, вот скоро коготки выпущу, тогда и проведем полную инвентаризацию" - расслабленно и лениво текли мысли у Аллы. Она почти не вникала в его болтовню, ей было хорошо.

*****

Николай ощущая себя почти суперменом, человеком-росомахой, смело и дерзко смотрел на окрестности, замершие от его мощной ауры, изредка по хозяйски оглядывал идущую рядом женщину. "Она сегодня точно будет моей", - решил он, рассказывая ей какую-то глупую историю вычитанную в инстаграм о бесчинствах голодных медведей на севере Карелии этой зимой. На середине монолога он замолчал прислушиваясь. Слева донесся какой-то шум. Свершилось. Назначенный судьбой-шутницей миг настал.

*****

Михалыч в своем неудержимом броске был великолепен, он был воплощением звериной дикой ярости и мощи, его туша по габаритам почти не уступала самцу трехлетнего бурого медведя. Да и внешним видом, в переменчивой и причудливой игре светотеней вечерних сумерек, эта стремительно двигающаяся особь, облаченная в шедевр от советских тружеников скорняжно-пошивочной фабрики Московского производственного мехового объединения «Труд», очень на него походила. Тут даже опытному охотнику было бы нелегко сразу опознать видовую принадлежность столь энергичного, диковинного и явно очень крупного зверя с силуэтом, то ли доисторической гигантской росомахи, то ли молодого медведя. Встреченный на пути густой и низкорослый ельник только еще больше разъярил Александра. Какая то ветка пропахала ему лицо, чуть не выбив глаз и из мощной груди и глотки Михалыча раздался свирепый, низкий рык, переходящий в инфразвук и потом красивыми переливами превратился в громкий рев, разъяренного, голодного медведя. Ёлочки затряслись, оторванные ветки полетели во все стороны. Михалыч, споткнувшись о корень, взмыл высоко в воздух и в падении красивым нырком вылетел из ельника на тропу, грохнулся об землю и замер ошалело поводя диким взглядом по сторонам. Чуть в стороне, на утоптанной дорожке статуями испуганно замерли две фигуры в странных позах, с большими круглыми глазами и открытыми ртами, очень похожие на оживших анимешных героев из японского мультика и ошарашено наблюдавшими за его феерическим появлением перед ними.

*****

Аллу вернул в реальность какой-то шум чуть дальше по ходу движения, попутчик продолжал рассказывать ей что-то про сухое лето и малоснежный декабрь. Энергично размахивая правой рукой, в левой держа пакет с бутербродами, мужчина увлеченно говорил: "Ягод было мало, снег лег поздно, оттого медведи в спячку не ложились. Представляешь, они в деревнях даже выкапывали и разламывали гробы с недавно похороненными покойниками на кладбищах и сжирали их. Жуть. А в феврале говорят, что наши обходчики видели шатуна недалеко от сортировочной. Это от бескормицы звери проснулись раньше срока и теперь бродят по лесу, ничего не боятся, почти к городу выходят. Шатуны страшные и смертельно опасные твари. Голодные жрут все, что попадается на пути"... И в этот момент в пяти шагах от них, в густых зеленых зарослях низкого ельника раздался громкий треск веток. Парочка остолбенела, Николай замерев, продолжал держать правую руку вытянутой вперед как у Ленина на плакате, рот остался отрытым, глаза остекленели.

*****

Елочки совсем рядом вдруг задергались, заволновались, вверх и в стороны полетели обломки веток и куски льда... В сумраке зарослей ворочалась огромная туша лесного чудовища. "Грррхаааааарррр", - раздался рык от которого волосы на всей поверхности тела встали дыбом, а ноги буквально примерзли к земле. Алла почувствовала, что ее парализовал первобытный ужас. Она хотела закрыть глаза, но не смогла и продолжала смотреть на весь этот непередаваемый кошмар. Сознание как-то отстраненно фиксировало происходящие события. Зверь одним прыжком буквально вылетел на тропу, у Аллы на глаза навернулись слезы, картинка расплывалась от набежавшей влаги и она близоруко щурясь и смаргивая, смутно увидела как медведь через пару мгновений величественно встает на задние лапы во весь свой гигантский рост, нависая над ней воплощенной машиной для убийства. После чего сознание милосердно оставило ее и она мягко осела на снег.

*****

Совершенно неожиданно раздавшийся треск деревьев и вымораживающий душу рев зверя вызвал настоящий шок. Николай от неожиданности оцепенел, тело не слушалось. "Шатун. Всё. Конец" - мысли в голове суматошно заметались. Почти зашедшее за горизонт солнце проглядывало между деревьями, качающиеся от ветерка лапы елей и снежная сверкающая пыль соткали тюль из мельтешивших лучиков света и теней, зыбкое марево сверкающего белесого кружева перед глазами делало мир расплывчатым и неверным, но мужчина ясно различил как из сумерек густого ельника смазанным от скорости движением легко вымахнула одним скачком огромная бурая туша хищника. Шокированный разум пытался осознать ситуацию целиком, но глаза выдавали, а парализованный от страха мозг только отщелкивал череду дискретных кадров с невероятно четкой детализацией отдельных участков картинки. Вот буро-коричневая свалявшаяся шерсть сосульками, вот налитые кровью свирепо вращающиеся бешенные глаза, вспышкой дуговой электросварки блеснул неестественно белоснежный оскал с удивительно ровными зубами на какой-то темно-пегой косматой морде, вот невероятные и странные уши, торчавшие в стороны, наверно ободранные в свирепых драках. Сбоку раздался сдавленный всхлип и звук падающего тела. Это послужило толчком к решительным действиям. Николай собрал волю в кулак, мобилизовал все свои силы и пронзительно, очень громко закричал, чтобы испугать чудовище, смело и точно швырнул в шатуна пакет с бутербродами и развернувшись рванул назад к городу, за помощью. Палки мотались и били по бокам, прицепленные прочными темляками к запястьям они не могли отцепиться, но ничто не могло остановить стремительный спурт Николая. Это был миг его триумфа, он явно установил свой личный рекорд в беге на 5 километров, а возможно побил и мировые достижения. Жаль поставленные рекорды остались только в памяти феноменального бегуна, ведь секундомер никто не включал.

*****

Рыбкой вылетев на утоптанную дорожку под ноги каким-то новомодным жизнерадостным спортсменам, совершающим вечерний моцион по излюбленному горожанами маршруту, Михалыч не удержался и грузно грохнулся на живот, вытянувшись во все свои 2 метра 7 сантиметров поперек дорожки. От удара полутора центнеров о землю воздух с хрипом выбило из грудной клетки, отчетливо содрогнулась почва и с близких елок струйками начал осыпался снег. От осознания чудовищной несправедливости мироздания и досады на себя, из него опять вырвалось глухое и злобное рычание. Привычка. В смысле рычать - была у него такая привычка. Именно за неё, а также за мощную фигуру, огромную силу и полную безбашенность пограничники с 3 ММГ (мотоманевренной группы) в Мазари-Шерифе, где он отходил после памятного рейда, ему дали кличку "Шатун", так и прилипло с тех пор. Александр потом не раз встречался с погранцами, которые зеленых фуражек там не носили, но были достойны своей репутации серьезных ребят и он до сих пор с теплотой и благодарностью вспоминал этих простых и надежных воинов, которых официально для всех в СССР на той войне как бы и не было. "Давно это было. Было. Да. Было." - думал Александр медленно вставая и прислушиваясь к телу, не повредил ли чего. Возраст однако. Чтоб его...

*****

В это время нечаянные свидетели его конфуза, вместо того чтобы рассмеяться над неловкостью пожилого человека или ему помочь, начали вести себя довольно странно... Женщина стремительно теряла свой яркий румянец и быстро сравнялась цветом лица с шапкой снега на еловой лапе рядом с её головой. Потом когда он сделал шаг к ним, чтобы извиниться за неловкость, женщина с легким стоном закатила глаза и рухнула на снег. Молодой мужчина, стоявший с поднятой в смутно знакомом жесте рукой, вдруг пронзительно заверещал как заяц попавший в когти совы. Затем сильно зажмурившись, он точно как эсер-террорист подрывающий царя, швырнул под ноги Михалычу какой-то сверток и развернувшись стремительным рывком метнулся к повороту. Метров семьдесят он преодолел секунд за шесть, а через несколько мгновений стихла и частая дробь шагов его стремительного бега. Ошеломленно замерший и опешивший от калейдоскопа стремительно развивавшихся событий Михалыч только и смог что сипло выдавить: "Силен боец, тебе бы гранат побольше и в рейдовую группу, цены бы тебе не было".

*****

Алла, медленно выплывала из беспамятства, но могучий инстинкт самосохранения практически мгновенно вернул ей память о произошедшем и не дал ей выдать себя хищнику ни малейшим движением. Она где-то читала, что свои жертвы медведи не трогают сразу, а сначала прикапывают, ждут пару дней и только когда труп слегка протухнет, приходят пировать. Не открывая глаза, она чутко прислушивалась к скрипу снега и шорохам вокруг себя и через секунду поймала себя на мысли, что начала вдруг ощущать малейшие колебание воздуха возле своего лица, почувствовала тысячи запахов ранее ею не воспринимавшихся. Шатун... Она его слышала, она чувствовала завихрения и движение воздуха слева от себя. Он был рядом... От страха подвело живот и внутренности свело спазмом жгучего холода. Звуки переместились чуть в сторону, зашуршала бумага, одуряюще запахло испанской ветчиной, послышалось чавканье. "Жрет сволочь" - накрыло ее вдруг какой-то детской, искренней обидой. Неожиданно волной накатил приступ дикого голода. Женщина ведь уже почти полгода сидела на жесткой веганской диете и мысль, что она никогда больше не познает вкус деликатеса была невыносима, а вожделенное мясо так пахло.... "Сейчас расправится с бутербродами и примется за меня" - как-то обреченно и спокойно подумала Алла. И... принюхалась. За запахом ветчины она отчетливо ощущала тонкие нотки какого-то дорогого парфюма, это было странно и вносило какой-то диссонанс в драматизм ситуации. Где-то далеко ехидно улыбалась судьба-сводница.

*****

Михалыч оглядел лежащую на снегу фигуру. "Красное на белом. Красиво"- отстраненно подумал мужчина, затем перевел взгляд на предмет которым в него швырнул поразительно шустрый спортсмен. Сверток из дорогой вощенной бумаги развернулся на чистом снегу и оттуда вылетев, веером живописно разложился пасьянс из пластинок истекающего прозрачными слезами сыра, ломтиков ветчины с прослойками жира, пшеничного хлеб и все это великолепие было небрежно прикрыто зелеными листиками свежего салата. Александр сглотнул, в животе заурчало. Он пожал плечами и буркнув себе под нос: "Вовремя. Спасибо неизвестный друг" подсел поближе к накрытой поляне. Боевой режим, в котором сейчас находилась его психика не предполагал рефлексий в принципе, поэтому он и не испытывал каких-то сомнений, неудобств или угрызений совести. Мужчина был выше всех условностей, он снова был на войне. Организм потратил много калорий, он устал и стал уязвим, их срочно надо восполнить пока есть такая возможность и это было в приоритете. В свое время ему приходилось голодать, неделями питаться сухпайками, замешивать тесто на соде и выпекать оладьи на раскаленных в костре камнях, есть змей и варанов, пить мутно-желтую тифозную воду из земляных арыков предварительно накидав во флягу обеззараживающих таблеток. Перспективы на перекус в этот раз были куда как радужней и это радовало. Еще раз бросив взгляд налево Александр оценил ситуацию. У женщины дыхание было ровное, она лежала на боку, лицо было бледным, но губы не были синюшными, значит сердце в порядке. Это было похоже на шоковый сенсорный обморок, через несколько минут она должна была прийти в себя. "Ее лучше пока не трогать, подождем...", - решил Михалыч и не спеша приступил к насыщению. Александр быстро прикончил скудную трапезу оставив, на всякий случай несколько целых и чистых бутербродов незнакомке. Поднявшись на ноги, спустился вниз к болотине, разгреб ногой снег, каблуком в несколько ударов пробил корку льда, встав на четвереньки осторожно напился холодной воды, отдающей торфом. Он давно уже чувствовал забытые признаки обезвоживания организма, снег есть было нельзя, проблем было бы больше чем пользы. Когда ресурсы организма были частично восполнены, приоритеты поменялись. Себя в порядок привел, следующей на очереди была женщина и наконец надо было заканчивать этот цирк. Михалыч подошел к ней. Так и есть пришла в себя, лежит и придуривается, изображает из себя симпатичный такой трупик, только чуть позу поменяла, чтобы поэротичней выглядеть. Хрустального гроба не хватает, спящая принцесса недоделанная. У Михалыча от этой живописной картины опять начало портится настроение, инстинкт подсказывал грядущие неприятности, но он спокойно и по возможности доброжелательно произнес: " Мэм, могу я вам чем-нибудь помочь".

*****

Алла слышала, что чертова зверюга топчется рядом в ближайшей яме, чем-то там хрустит и шумит. Тело затекло, правый бок чувствительно подмерз и потерял чувствительность. Терпеть дальше было невмоготу. Она рискнула и чуть сдвинула ноги, которые тут же закололо иголками. "Сволочь такая, не сожрет так заморозит на хрен" - со злостью подумала она. Чуть позже: "Легок на помине, сюда топает, сейчас меня жрать будет, тварь ненасытная, все бутерброды прикончил и все ему мало". Медведь подошел, Алла замерла, запах приятного мужского парфюма усилился. "Ну подруга, ну нимфоманка, у тебя даже глюки какие-то пошлые, даже перед смертью тебе мужики мерещатся" - с каким-то отчаянным весельем подумала женщина, и начала медленно и осторожно набирать воздух в легкие, чтобы напоследок хоть аппетит испортить гаду своим визгом. И тут шатун произнес глубоким хриплым баритоном, пробирающим до печенок: " Мэм, могу я вам чем-нибудь помочь".

*****

Михалыч сидел на корточках в шаге от спящей красавицы и с холодным интересом натуралиста рассматривал внезапно появившуюся у него проблему. На его слова проблема чуть приоткрыла правый глаз, затаила дыхание и через несколько мгновений полыхнула изумрудной вспышкой широко открытых зеленых глаз, став опять похожей на няшную мультяшку из японского сериала. Было видно, что она очень хотела ему что-то сказать и судя по перекошенному выражению лица и яростно горящим глазам, явно что-то нецензурное. Но из ее горла вырвалось только зловещее сипение. "Точно сумасшедшая, мало что припадочная, так вон как глазами зыркает и шипит как рассерженная кошка, аж мурашки по коже, чисто тигра лютая. Еще кинется сейчас." - Михалыч на всякий случай встал и отступил от оживавшей на глазах особы на пару шагов.

*****

Услышав человеческую речь Алла замерла, ситуация для нее менялась слишком быстро, но женское любопытство самостоятельно от разума уже приоткрыло один ее глаз и силуэт огромной фигуры стоящей рядом, как рисунок на песке медленно начал прирастать подробностями и деталями. Через пару секунд она уже видела перед собой очень крупного сильно обросшего мужчину в какой-то меховой ископаемой штуке, идиотской лохматой шапке с торчавшими в сторону ушами, и чем-то меховым на ногах. Молнией пробило ее сознание озарением - Ряженный!!! Это розыгрыш!!! Это просто чья-то дурацкая шутка!!! Обида и ярость затопили все ее естество. "Убью гада", - вместо мата изо рта вырвалось только злобное шипение, пальцы рук непроизвольно скрючились как лапы у горгульи и с противным скрежетом прочертили глубокие, четко видимые царапины на льду, только мелкая ледяная крошка брызнула из под ее ярко красного, только вчера сделанного за 3000 рублей эксклюзивного маникюра.

*****

Александра, наблюдавшего эту картину с безопасного расстояния, передернуло. "Фредди Крюгер отдыхает", - подумал он. И вот уже минут десять он стоял и внимательно наблюдал за подопечной, терпеливо ожидая финала эмоционального монолога женщины, которая, размахивая руками, бешеной белкой скакала вокруг него и изливала свое негодование. Рыжие волосы вылезли из под капюшона, ярким облаком оттеняя все еще бледноватое лицо, что лишь усиливало сходство с суетливым зверьком. Мужчина заслушался. Надо признать у нее это здорово получалось. Ярко и со знанием дела темпераментная красотка описала его личные качества и достоинства, особенно подробно остановившись на его неотразимой внешности и высоком умственном развитии, подробно и доходчиво объяснила, где бы она его хотела видеть и как туда удобнее будет добраться. Эмоциональность, искренность, энергия подачи материала, образность, яркость и краткость выражений делали эту постановку достойной Марьинки. Станиславский, увидев бы эту сценку замахал бы двумя руками и закричал бы "верю, верю". Но судя по тому, что женщина уже начала повторяться и амплитуда ее прыжков и ужимок уменьшилась, красная фурия начала выдыхаться. "Оклемалась. Порозовела, румянец вон появился. Похоже сбросила пар, адреналиновое отравление и последствия обморока почти прошли, сейчас бы ей грамм 150 водки да в постель, - поставил диагноз Михалыч - но до города отсюда километров пять - шесть, а на одиннадцатом номере (т.е на своих двоих кто не в курсе) с ней это удовольствие может растянуться еще на час, а то на все два, да и солнце уже село. Надо форсировать организацию взаимодействия, принятие решения на марш, постановку задач и выдвижение в месту дислокации. Ладно, время "ч" определяем 21.00. Поехали."

*****

Алла перед очередным спичем сделала паузу чтобы набрать побольше воздуха и продолжить самозабвенно размазывать это....этого... как вдруг, стоявший с невозмутимым видом мужлан и хам громко рявкнул: "Стоять!!! Молчать!!! Смотреть в глаза!!! Пять минут на перекус и оправится". "Это сухпай, - сунул он в ее изящно и артистично вознесенную над головой руку какой-то сверток, - вода вон в полынье, туалет за елкой. Время пошло. Выдвигаемся в город в направлении переезда через семь минут. Ждать не буду и предупреждаю, не знаю как насчет медведей, но волков точно на днях видели в пригороде. Вопросы? Нет вопросов. Свободна". Затем это проклятое чудовище быстро повернулся, мягко скользнул в лес с противоположной от нее стороны и бесшумно как призрак растворился в синеватом сумраке. Алла стояла в очередном ступоре с открытым ртом через который медленно выходил воздух, держа над головой что-то вкусно пахнущее. Ее мозг второй раз подряд за последние двадцать минут судорожно пытался сложить в понятную ему картинку новую реальность из разлетевшихся осколков только что вдребезги разбитого на мелкие кусочки миропорядка. Поднявшийся ветерок, помог елям освобождать ветки от налипшего снега, который с громкими шлепками падал на землю, заскрипели стволы деревьев, солнце зашло, резкие тени исчезли и все погрузилось в мягкий фиолетовый полумрак, шум города затихал, лес просыпался. Алле вдруг стало как-то неуютно, и она впилась зубами в бутерброд. Еда ее всегда успокаивала. Один бутерброд был с ветчиной, как она и хотела...

*****

Они молча двигались уже около часа. Михалыч шел медленно, такое движение ему было не удобно, поэтому он усилием воли снижал темп до минимального, но задумавшись иногда ускорялся и только затихающее позади сердитое пыхтение и злобное неразборчивое бормотание заставляли его, опомнившись притормаживать. Оглянувшись он терпеливо и молча поджидал попутчицу, глядя на нее исподлобья и снова шагал вперед. Из сумбурной и эмоциональной речи женщины он уяснил для себя только то, что эта сладкая парочка его яркое и эффектное появление перед ними не оценили по достоинству, а приняли его за нападение медведя. Обдумав это, Михалыч самокритично признал, что такая реакция вполне естественна от не ожидавших такой подляны гражданских. Пожалуй, его пусть несколько экстравагантный, но без сомнения стильный и оригинальный внешний вид, а также эффект неожиданности мог сыграть свою роль в этой трагикомедии. "К сожалению не у всех развито чувство эстетики и хорошего вкуса. Что взять с убогих. Эх молодежь..." - с жалостью подумал Михалыч. Поэтому мужчина испытывал определенную степень вины перед потерпевшими. По хорошему, надо было бы извиниться и попытаться чем-нибудь загладить свою невольную вину, но делать это именно сейчас было нельзя. Он знал это по себе и наблюдал подобное много раз у других. После шоковой, адреналиновой взрывной активности, наступает резкий откат и люди буквально ломаются. Восстанавливаться потом приходится от нескольких часов до пары недель. В тяжелых, кровавых случаях люди порой психологически ломались навсегда. Поэтому он внимательно и исподволь наблюдал за женщиной, ожидая возможного кризиса. Расслаблять ее пока категорически было нельзя. Тащи ее потом на себе такую красивую. Пока дама вроде держится бодро, вон как скрежещет зубами и что-то с остервенением бубнит себе под нос, изредка кидая на него убийственные взгляды. Это его мало трогало, недоумение вызывало лишь то, как можно было перепутать его с медведем при дневном свете. Это было возможно на его взгляд, только с хорошего перепоя. "Вот, вот... То-то от дамочки аппетитно так коньяком попахивало. Не настолько уж я безобразен, чтобы меня за зверя лесного принимали" - раздражённо и с непонятной обидой думал Александр, в очередной раз поджидая отстающую. Почему-то это его очень задевало. До цивилизации оставалось не больше километра, в небе уже было видно зарево от мощных светильников на железнодорожном переезде. "Осталось немного, последний рывок, а там вызову такси себе, этой дикой кошке и домой", - думал Михалыч, поджидая в очередной раз на удивление энергичную особу. До него донеслось полное яда и убийственного сарказма что-то вроде - "...и шуба твоя...дран...тебе...с тобой...чтоб ее... и тебя... об пенек!!! Вдруг резко ударил шквал сильного ветра, уколов поднятым снегом лицо и сбив дыхание. Зарево фонарей начало пропадать в поднявшейся поземке, звуки города забил свист ветра в ветвях, видимость резко упала. Где-то в пределах уверенной слышимости послышалось зловещее завывание, а сзади послышался звук падающего тела и слабый вскрик. Михалыч сжал кулаки и скрипнул зубами. "Да что же мне теперь с ней до лета по лесу бродить" - с надрывом вырвалось у него.

*****

Александр запарился уже тащить свое неожиданное приобретение. Не сказать чтобы было особо тяжело, бараний вес, но для почти пожилого человека весь день изображавшего из себя кабана и рыхлившего полутораметровый слой снега в окрестностях города, он был уже чувствительным. Да еще пока догнал в потемках эту куда-то колченого-скакавшую убогую, пока угомонил дико шипевшую и брыкающуюся увечную дурищу, устал изрядно. Хотел уже бросить ее здесь и утром за ней прийти. Она так сноровисто в сугроб закапывалась после воя собак на собачьем питомнике, куда там до нее барсуку. Любо дорого было посмотреть, сам бы так не смог даже с малой пехотной лопаткой. Жалко было ее берлогу разорять, уютная вышла, вот что значит женщина. Но ночью морозцем прихватывает еще прилично, замерзнет ведь юродивая. Грех это. Да и провозился он с ней уже столько, что своих усилий было жалко. Пришлось вытаскивать ее за ноги, так болезная при этом показала такие чудеса изворотливости и недюжинной физической подготовки, что чуть не выбила ему недавно вставленные зубы, а они обошлись почти в 350 тысяч. Эта малахольная оказывается поскользнулась и ногу подвернула. Кости целы он проверил, правда чего ему это стоило лучше не вспоминать, самое приличное что он о себе услышал это, что он маньяк и извращенец. Короче сплошные убытки от женщин, правильно, что всю жизнь держался от них подальше. Все-таки убежденный и стойкий холостяк - это правильный человек. Все подходим, сейчас в машину ее и домой.

*****

Внутри Аллы кипел вулкан. Багровые зарницы от клокотавшей внутри нее лавы из смеси злости, обиды, растерянности и еще чего-то подсвечивали изнутри ее глаза каким-то потусторонним зловещим сиянием, и они фосфоресцировали зеленым, как у застигнутой светом фар, беспризорной кошки в подворотне. Брызги от дьявольского котла бурливших эмоций вырывались изо рта несвязанными обрывками ругательств и шипения. Эта сволочь, бесшумно появившаяся на дороге, бросив ей - "вперёд, не отставай"- зашагал по тропе. Ей не оставалось ничего больше как поспешить за ним, одной в сумеречном лесу было как-то жутковато. Вот уже почти час она, ОНА ..., изображая из себя собачку на поводке, послушно бежит за ним. Явно издеваясь этот чурбан как жираф еле двигает своими длинными ходулями, а ей приходится вприпрыжку скакать за ним как полоумной. Остановился вон..., и с явно издевательской и подлой ухмылкой наблюдает гад. Гад, убить мало, кххррр...и шуба твоя дранная, уродская ...да чтоб тебя... Открытый рот разошедшийся женщины вдруг забило порцией поднятого внезапным порывом колючего снега, дыхание спёрло и пресеклось, восхитительная комбинация слов осталась незавершенной. Ноги подкатились и Алла шлёпнулась на попу, подвернувшуюся ногу прострелило болью, невольно она вскрикнула. Ошеломленную женщину, добил жуткий вой, донесшейся с болот, которые тянулись справа. Волки! С беспощадной ясностью открылось перед ней, что теперь точно сожрут и ее разум помутился. Дальше она смутно помнила, что пыталась куда-то убежать и спрятаться, судорожно и изо всех сил старалась зарыться в спасительную глубину какой-то норы, а ее преследовало чудище и хватало, хватало за ноги. Она брыкаясь и извиваясь как выдра в воде, старалась продать свою жизнь подороже, даже кусалась вроде. А еще ее пытались лапать за ноги. Маньяк озабоченный! Хам, хам! Потом было хорошо и спокойно, она вжималась лицом во что-то мягкое и теплое. Внезапно все закончилось, ее встряхнули как котенка за шиворот, сунули внутрь автомобиля и отдали команду - "не спи, соберись, домой". Дальше она автоматически называла домашний адрес, бездумно смотрела на огни города и людей куда-то спешивших, таксист от денег отказался, сказав: "Михалыч рассчитался". Наконец Алла поднялась по ступенькам подъезда в свою квартиру. День длинной в целую жизнь заканчивался.

*****

Утром Алла сидела перед зеркалом, без макияжа и растрепанная, тени под глазами напоминали, о ярких и незабываемых впечатлениях трехдневной давности и последующем тяжелом похмелье. Морщинки разбежались от уголков глаз, скорбными складками нарисовались скобки вокруг рта. Позавчера ей стукнуло сорок. Это был великий секрет. Кадровичка была предупреждена еще десять лет назад, на прошлом юбилее, что если утечка информации о ее возрасте произойдет, то это будет стоить ей мужа. Но после того как совсем недавно ее два раза за каких-то два часа чуть не сожрали дикие звери. После приключений с медведями, волками и прочими Михалычами она отметила свой день рождения в одиночку дома, набравшись мартини так, что отпустило только сегодня. Хорошо, что сразу после приключений, сказавшись больной, взяла отгул на неделю. Жизнь с утра казалась пустой и бессмысленной. Постоянная борьба за выживание поселковой девочки, оставшейся в 16 лет без родителей, создали из нее стерву с большой буквы. На севере большой разваливающейся страны в 90-х родилась леди де Винтер местного разлива. Сопливой девчонкой она самостоятельно смогла закончить школу а позже заочно осилить экономический в университете, сделала карьеру в банке. Издержки этого пути она старалась не вспоминать. Фитнес, жесткая дисциплина, постоянный уход за телом позволили сделать так, чтобы мужчины обращали на нее внимание. Алла без особых моральных терзаний поправила свое материальное благополучие за счет двух своих бывших мужей, ибо не фиг, пусть платят налог за роскошь. Жизнь давно уже была приятна, понятна и привычна. Вот именно... была. Была до того памятного марафона по темной лесной дороге. "Гад, какой гад. Позорище. Она бежала за мужиком, изо всех сил. Надрывалась, торопясь и не жалея здоровья и подумать только не за последней коллекцией от Версаче, а за мужиком!!! Какой моветон. "Зверюга. Шатун. Точно шатун, вон как вразвалку вышагивал точнее и не придумаешь", - ругалась женщина, не подозревая, как точно попала в самую кровавую часть его прошлого. Грязный, вонючий хам невоспитанный и бородатый" - бесновалась она. "Зато как нес на руках, как уютно и безопасно было у него на груди, как стучало его сердце, какие осторожные были у него руки, лапающие твою ножку, да и запашек у этого зверя был ничего себе так, твой мачо попроще будет" - ехидно подзуживала память. Справки она уже по нему давно навела. Обычный работяга-лесовик, ничего особенного. Объект был со всех сторон изучен, взвешен и оценен. Клеймо уже было поставлено - "не перспективен". Но женщина была в смятении не понимая причин. Где-то далеко судьба-женщина с пониманием и сочувствием взирала на Аллу.

*****

Неделю спустя Михалыч сидел в просторных семейных трусах на диване и жесткой щеткой сосредоточенно равномерными движениями расчесывал шубу. Высоко на бедрах расплывались жутковато выглядевшие бордово-желтые разводы гематом. Болели мышцы и травмированные связки, ныли отметины от лихой молодости. Зато стрижка была короткой, борода ровной, сбривать он ее давно перестал, без нее люди пугались шрама на левой щеке. Чисто выбритым вид его становился откровенно бандитским и угрожающим. Забранная сегодня из ателье после ремонта и химчистки шубка лоснилась, блестела. По ее поверхности пробегали искорки статического электричества, она потрескивала разрядами и жила своей жизнью как дергающаяся шкура у коня. Михалыч работал с каким-то отрешенным видом, приговаривая: " Хороша чертовка. Мы с тобой еще погуляем, походим... но позже... позже". Кого он подразумевал было не понятно. Крупный, рыжий кот Базилио с отмороженными куцыми ушами, которого мужчина подобрал на помойке, где он подыхал от голода и побоев, сидел на заднице и вылизывал себе внизу брюхо. Грациозно вытянув заднюю лапу под немыслимым углом он занимался важным делом и поглядывая на хозяина, лениво размышлял: "Все таки они поддаются дрессировке, хотя и тяжело. Это ж сколько нужно было его учить, что ухаживать за шкурой надо обязательно, а то блохи заведутся. Проникся наконец, вон как начищает. Вот что значит правильный пример перед глазами"

*****

По телевизору шла одна из многих, похожих друг на друга передач, которые нескончаемой чередой сменяют друг друга на экранах. Эти нужные и полезные инструменты для апгрейда душ человеческих были любовно подобранны, в муках творчества рождены отечественной богемой или куплены за государственные деньги у друзей, там на западе. И вот это самое теперь терпеливо и настойчиво запихивалось в сознание неблагодарных и неразумных людей. Не пропадать же добру. Наверное так необходимо. Для нашего же блага необходимо. Там наверху лучше знают... наверное. На экране лицедействовала все еще привлекательная женщина, когда-то покорившая сердца советских мужчин своей беззащитной красотой русской женщины. Она с больным взглядом смертельно уставшего от жизни человека, с приклеенной на бесстрастное лицо фальшивой улыбкой, наблюдала за опостылевшими ей брачующимися. Какая-то молодящаяся страшная тетка, судя по всему ровесница британской королевы, с нарисованным как у злого клоуна лицом, надутыми, вывернутыми наружу губами, щетиной от сапожной щетки вместо ресниц, в омерзительно вульгарном наряде жеманно хихикая принимала комплименты от какого-то плешивого тощего очкарика лет семидесяти, придурковатого вида и затянутого в кислотный облегающий прикид от сумасшедшего дизайнера.

*****

Михалыч встал, аккуратно повесив шубу на плечики, открыл шкаф. В полумраке, блеснуло золотом, звякнули награды на кителе, замерцали багровые искорки цвета темной венозной крови в глубине эмали двух Орденов Красной Звезды, светилась окантовка из лавровых венков Ордена Красного Знамени, выглядывал крест Ордена Мужества, многочисленными светлыми кругляшками качнулись с перезвоном медали, красным и желтым светились полоски нашивок за ранения. Александр не любил доставать форму, это сразу вытаскивало из глубин памяти картинку, когда усталый пожилой главврач из московского военного госпиталя говорил ему: " ... нет и еще раз нет. Полное списание. Эти осколки достать не смогли, тяжелая контузия тоже чревата внезапными сюрпризами, считай что ты живешь на минном поле, может быть ты проживешь до ста лет, а может они убьют тебя через десять минут когда ты выйдешь отсюда и будешь тужиться на очке. Риск выпускать тебя опять в поле не оправдан. Цена эксцесса в боевой обстановке может быть оплачена чужими жизнями и срывом боевой операции. На это никто не пойдет. Поэтому все. Разговор окончен. Народного хозяйства уже нет, поэтому осваивай рыночные отношения..." С тех пор мысль о том, что он ненадежен и в любой момент может огорчить близкого человека своей неожиданной и скоропостижной кончиной подтолкнула его, еще тогда много лет назад, решительно закрыть для себя вопрос о создании семьи. В большой семье убежденных холостяков появился еще один человек.

*****

Картинка на плазме сменилась. Спокойный, немного усталый политический деятель со взглядом доброго дедушки с хорошо поставленной речью, проникновенным голосом убеждал Михалыча и Базилио, что надо еще немного потерпеть, напрячься и тогда-то наконец все наладится. Правильные и нужные слова президента страны не цепляя разум мужчины сплетались в красивые кружева и рассыпались бесполезным фоновым шумом. Александр Михайлович Волков, выпав из эпохи СССР так и продолжал оставаться своей внутренней сутью и душой там, в своем прошлом. Он чувствовал себя чужим на этом празднике жизни, бурлившей на просторах молодой России. Призраки ушедших времен, крепко привязывали его к осколкам великой советской империи, немодным и смешным ценностям и привычкам, своим ушедшим боевым товарищам. В такие минуты ему казалось, что его окружает безвременье - никакое, муторное, тягучее, обманчивое, пустое, без великих целей, без общего порыва, без грандиозных свершений. Пустота. Имитация. Мираж. Александр, вздохнув, погладил на прощание еще раз рукав шубы, шепнув - "отдыхай пока" - прикрыл створку. По шубе, в экстазе прильнувшей к кителю, огнями святого эльма пробежали искорки, отразившись на глянце орденов, но этого уже ни кто не видел.

*****

Мгновение спустя раздался звонок в прихожей. Подойдя к двери и заглянув в дверной глазок он увидел стройную женскую фигуру, которая стояла вызывающе подбоченившись, подозрительно знакомые зеленые глаза светились вызовом и нешуточной угрозой. Весь ее вид выражал непреклонность и решительность. "Эта не уйдет", - узнавая, обреченно подумал Александр. Похоже опять назревали неприятности, хотя Михалыч пока еще не подозревал всей их серьезности. Сзади что-то упало со стола, это мудрый старый, толстый кот занимал выгодную позицию для наблюдения на антресоли, точно зная, что сейчас будет что-то интересное. Богатый жизненный опыт великое дело.

*****

Откуда-то издалека дуновеньем ветерка, шорохом ветвей с набухающими почками, гомоном возбужденных запахом весны птах донеслось - жизнь должна идти своим чередом... Оглядываясь на людей с грустью, уходила куда-то в ничто судьба-провидица, дальше она была бессильна. Каждый человек свой жизненный путь выбирает сам....