Школа и путешествия сказочника Диббре: Золотая карета

ПРЕДЫСТОРИЯ

За много лет до удивительных событий, рассказанных в этой книге, случилось совсем маленькое и незаметное происшествие: из квартиры одного рассеянного натуралиста уползли африканская кобра и три скорпиона.

Причина была простой: хозяин всегда был так занят своими мыслями и открытиями, что подолгу забывал кормить питомцев. Голодной кобре надоело спать в холодном стеклянном аквариуме, и она из него выбралась. По пути на балкон к ней присоединились полуживые скорпионы, и уже через час все были сыты и свободны.

Натуралист обнаружил исчезновение кобры примерно через месяц, а о скорпионах даже не вспомнил. К тому времени черная змея успела не только забыть о голоде, но и очень хорошо устроилась под старой черешней в саду у зубного врача.

Благодаря уму, яду и таланту усыплять каждого, кто встретится с ней взглядом, кобра быстро стала королевой живой природы в городе. Ей подчинились и платили дань все, от комаров до коней на ипподроме. Неизвестно, как она жила бы у себя в Африке, но на новом месте врагов, кроме людей, у нее не было.

Людей змея тоже не боялась, но вот своего бывшего хозяина ненавидела люто. Едва только соберется поесть, так сразу вспомнит про него.

Как-то на закате дня кобра поделилась своей обидой с подружкой, царицей ос.

- Что ж ты раньше ничего не сказала! - небрежно махнула оса лапкой. - Нашла о чем грустить. Я пошлю к этому любителю бабочек всего одну из своих служанок, и он месяц на стул сесть не сможет, вот увидишь.

- Маловато месяца, я его дольше терпела, - покачала головой кобра.

- Ну, ради нашей королевы можно и постараться, - понимающе улыбнулась подружка, и отправила двух боевых ос наказать натуралиста.

Пока те разыскали нужную квартиру, да пока проникли внутрь, наступил поздний вечер, и выяснилось, что хозяина давно нет дома, он уехал в очередное путешествие. Расстроенные неудачей насекомые боялись даже представить себе, как поступит с ними царица, когда они вернутся и доложат, что не смогли выполнить поручение.

- Э-эх, двум смертям не бывать, а одной не миновать! Давай хоть что-нибудь напоследок забацаем! - отчаянно предложила одна.

- Ага, давай! - согласилась другая. - А что?

- Взрыв. Нет конца ярче!

- Ага. А как?

Осы спустились этажом ниже к открытому освещенному окну, присели на подоконник и заглянули в комнату. В кресле у торшера сидела девочка с косичками, причесывала большую куклу и рассказывала ей стишок:

У друга Жирафа

Спросила Овечка,-

«Зачем тебе шея,

Как пестрая свечка?

И как помещаешься

Ты на кровать,

Когда всем игрушкам

Положено спать?»

«Мне очень удобно, -

ответил Жираф,-

Могу я что хочешь

Забросить на шкаф,

Легко отыщу

Под кроватью я чашку,

Из кубиков выстрою

Многоэтажку.

Я Джиду достану

С любого балкона,

Могу донести

Сразу три патефона,

Пока Покенбарчик

На небо взлетает –

Моя голова

Облака подпирает.

И сплю я удобнее,

Чем остальные,

Ведь это так здорово –

Шею закинуть!

И ждать, когда сонно

Друзья засопят,

Мне легкие пестрые

Сны постучат»

- Может, не стоит кусать такую маленькую? - пожалела девочку одна оса.

- Зачем ее кусать? - удивилась другая. - Мы лампу взорвем!

- Ага, - кивнула другая. - А зачем?

- Чтоб красиво.

- Ясно. Тогда вперед, сестры! - и с зудящим гулом «Наша честь дороже вашей жизни!» все три осы поднялись с подоконника, словно пули ударили в раскаленную электрическую лампочку, и замертво упали на пол. Лампа брызнула во все стороны осколками горячего стекла, ребенок громко заплакал, и в темную комнату вбежали испуганные родители.

Разгневанная царица отправила доложившую ей о происшествии четвертую осу в тюрьму за плохое исполнение приказа, а девочка ослепла, и не видела света восемнадцать лет, пока ей на помощь не пришли четверо находчивых маленьких друзей.

Кстати о цифрах. Числа в этой книге не всегда соответствуют классическим школьным правилам, но они верные. Ведь наша повесть - о школе сказочников, а там счет строится не на математике, а на другой очень древней науке махинатике, или как ее называют дети - мухинатике.

В обычных школах такого предмета нет, но поскольку в мире по законам махинатики происходит очень много важных событий, то в школе сказочников специально изучается толстый учебник под редакцией старенького профессора В. Ф. Мечина. В нем подробно изложены все правила и теоремы, очень много примеров из жизни, и надо сказать, это очень интересная наука. Не слышали?

Тогда может быть вы что-нибудь знаете о чудометрии, смешистике, страхологии? Если тоже нет, то это поправимо. Вместе с маленьким сказочником вы познакомитесь с этими науками в повести, а потом, если захотите, сами продолжите их изучать.

Пока же просто примите на веру утверждение, что когда маленькой слепой девочке через много лет на помощь пришли четверо друзей, то на самом деле их было не пять, и не шесть, а гораздо больше.

Повесть об этом удивительна, хотя придуманы в ней только сказки. Но даже в сказках речь пойдет о реальных событиях, поэтому давайте уже начнем играть...

Глава I. НАГРАДА БЫВАЕТ РАЗНОЙ

Однажды воспитательнице в детском саду, куда ходил маленький Серёнька, надоело рассказывать сказки. И она решила устроить конкурс.

- Дети, - громко сказала воспитательница после обеда, когда малыши уселись на свои горшки в большой летней беседке. - Я придумала новую игру. Теперь вы сами по очереди будете выступать со сказками. А потом мы выберем победителя, и он получит награду.

- Да? А какую? - заволновались дети.

- Лучшего сказочника я сама буду раскачивать на наших качелях! А вы станете хлопать в ладоши, и никто не будет завидовать, потому что после этого мы все пойдем пить чай с ватрушками.

Награда была хорошей, и всем очень хотелось отличиться. Малыши стали наперебой проситься выступить, а так как их в группе было много, конкурс занял не один день.

Серёнька был не самым бойким среди мальчишек, и потому сидел на своем горшке, сунул палец в рот, и слушал чужие рассказы, пока очередь сама до него не дошла.

Свою сказку он давно приготовил. Это была старая басня про ворону и лисицу: “Вороне где-то Бог послал кусочек сыру...” - ну и дальше. Дома у него было много книжек, но эта басня нравилась ему больше других.

Правда, мама такого выбора вчера не одобрила:

- У сказки обязательно должен быть добрый конец, иначе это не сказка. А что здесь! Хитрая лисица нахвалила глупую ворону и отняла сыр обманом. Где ж тут доброе? Подбери что-нибудь другое, а эту басню лучше не рассказывай.

Серёнька стал перебирать книжки, но обнаружил, что все добрые сказки - длинные, и он не сможет рассказать их наизусть. А те, что помнил, оказались, действительно, не очень добрыми. Весь вечер он блуждал, как в лабиринте, и наконец в отчаянии пожаловался маме:

- Ты меня сбила! Я теперь не знаю, что говорить...

- Не переживай, у тебя все получится. Почему бы не рассказать про Колобка? Хотя, пожалуй, про Колобка не стоит... Или про трех поросят? Тебе же нравится про трех поросят.

- Не нравится. Мне не нравится! Два из них - лентяи, а третий где кирпичи для своего домика взял? Где он их взял? Купил?

- Что уж ты как рассердился, - оторвалась от вязания бабушка. - Да расскажи ты им про репку, как она выросла большая-пребольшая, и бабка ее била, не разбила. Мышка прибежала, хвостиком махнула - репка выдернулась, а в ней уже целый теремок живет...

- Мам, не путай ты его. Все смешала, - укоризненно сказала мама, а Серёнька махнул рукой на них обеих, ничего не ответил, повернулся, и пошел спать.

- Итак, кто у нас выступает сегодня? - спросила на следующий день воспитательница, когда малыши уселись в беседке. Все посмотрели на Серёньку.

Он вышел с горшком на середину, набрал воздуху, и только собрался произнести первые слова старой доброй сказки про репку, как воспитательница с приятной улыбкой сказала:

- Ты у нас сегодня один, поэтому рассказывай все подробно, по порядку, не спеши.

Ну, зачем она это сказала! Конечно, вся басня в голове сразу рассыпалась. Но публика ждала, назад ходу не было, и ничего не оставалось, как заговорить хоть о чем-нибудь. Он снова набрал воздуху...

И тут будто превратился Серёнька в воздушный шарик на тонкой ниточке, сказка полилась сама собой.

ВОРОНА И ЛИСИЦА

Вороне где-то Бог послал кусочек сыру. А где послал, она и не помнит. Потому что вчера ворона залетела на пир, да так напилась там мед-пива, что наутро не только не знала, откуда этот сыр взялся, но и как вообще до дому добралась.

Гнездо у вороны висело высоко на дереве, подниматься ей туда вчера не захотелось, и она уснула прямо на земле. А поутру проснулась - вокруг помятая трава, крылья тяжелые, голова болит, в кармане сыр.

Поглядела ворона наверх - до гнезда далеко. Самое большее, что она могла осилить, это взобраться вон на ту маленькую елку.

Кряхтя и переваливаясь с боку на бок, ворона потащилась к елке, - при этом Серёнька показал, как именно она тащилась. - Ей очень не хотелось, чтобы кто-нибудь из соседок увидел, как она будет есть сыр, потому что кругом жили одни сплетницы и попрошайки.

Не сразу взгромоздилась ворона на ель и собралась позавтракать. Сидит она на ветке, лапы широко расставила, крылья распушила, да призадумалась, как бы ей с этой елки не треснуться, и сыр не уронить, который она во рту держала. На ту беду лиса близехонько бежала.

Увидела лисица сыр, увидела и то, что ворона призадумалась. Говорит себе лиса: “Отнимать сыр хитростью нехорошо. Но если бы ворона была голодная, она бы сидела и ела. А раз призадумалась, значит была на пиру“.

Плутовка к дереву на цыпочках подходит, вертит хвостом, с вороны глаз не сводит, и говорит так сладко, чуть дыша:

- Голубушка, как хороша! Ну что за шейка, что за глазки! Рассказывать, так прямо сказки! Какие пёрушки! Какой носок!.. И ангельский должон быть голосок...

Вороне поначалу все эти лисьи разговоры не понравились, потому что чувствовала она себя плохо, глазки с самого утра никак в кучу собрать не могла, перья топорщились, а про какой носок лисица ей толкует, ворона вообще не поняла.

Поэтому она кряхтела и сердито возилась на ветке, дожидаясь, когда эта вертихвостка уйдет.

Но вот хитрая лиса заговорила про голосок, и стала намекать, что ворона, вроде, на знаменитую певицу похожа, а может быть даже и на жар-птицу.

Тут наша глупая вдруг вспомнила про свое вчерашнее гулянье на пиру, где она, действительно, не только пила, но и ела... То есть, пела. Да ещё как пела! Ворона вспомнила об этом, каркнула во все свое воронье горло, сыр выпал, с ним была плутовка такова...

Тут Серёнька выждал паузу, поднял палец кверху, и медленно произнес:

- Но не была б она вороной, если б жила одним куском.

Потерянного было жаль, конечно, зато ворона вмиг протрезвела, и вспомнила, что это не Бог ей сыр послал, а она сама на пиру украла. Лисица же просто оказалась хитрее. Легко пришло, легко и ушло.

Стыдно стало вороне. Глядя вслед убегающей лисе, она достала из кармана другой кусок сыру, и горестно вздохнула:

- Карркая же я грешная!!.. Каррк же мне некаррашо!!! - покачала головой, съела без радости, и виновато полетела на помойку.

Серёнька выдохнул, и оглянулся. Малыши сидели с открытыми ртами, и внимательно слушали. И хотя воспитательница не была уверена, что сказка Серёньки лучшая, народ приговорил к лаврам именно его голову.

После обеда воспитательница вывела всех на прогулку, во время которой должно было состояться награждение маленького сказочника катанием на качелях. Качели оказались занятыми, дети подошли, и стали ждать своей очереди. Как победитель конкурса, Серёнька стоял первым.

Ни раньше, ни позже, а именно в этот момент одна из железных палок у качелей оторвалась и - бам-м! - угодила Серёньке по голове! Единственное, что он успел увидеть - это большое черное солнце на красном небе, и яркие звезды вокруг! То была вся его награда: ни горячих аплодисментов, ни теплых ватрушек - ничего.

К счастью, дело обошлось без сотрясения, хотя ссадина была приличной.

Пока Серёньку перебинтовывали в медпункте, в дверях появилась бледная мама, и он услышал, как врач сказала, что ничего трагического не произошло, но пару дней лучше провести в постели. Ура!

Когда он с мамой выходил из медпункта, у дверей их ждала группа малышей в полном составе, и во главе с воспитательницей.

Громким хором все выразили Серёньке сочувствие, вручили ватрушку, и проводили до ворот. А невеста Леночка пообещала, что вечером подарит ему книжку про Золушку.

Леночка жила по соседству, и они часто бывали отведены в детский сад кем-то из взрослых либо с ее, либо с его стороны. За это их и прозвали женихом с невестой, на что они, понятное дело, обижались. Однако прозвище не мешало детям дружить, и однажды Леночка показала Серёньке свою библиотеку.

Ее родители были военными, часто жили за границей, и у них в квартире было много необыкновенно красивых книжек. Самой замечательной была как раз сказка про Золушку. Серёнька даже брал ее домой, и долго рассматривал.

Наполнена она была не рисунками, а вклеенными внутрь объемными макетами.

Открываешь страницу - и изнутри вырастает королевский замок, выдвигается лестница с убегающей от принца Золушкой.

Открываешь другую - и словно из земли поднимается злая мачеха в огромной шляпе, распекающая бедную падчерицу за безделье...

Серёнька знал, как нравится Леночке эта книжка, и был потрясен ее поступком.

Конечно, по дороге домой он сразу сообщил об этом маме, но она радости поубавила:

- Ты обязательно должен подарить что-то Лене в ответ.

- Я? Почему? Она же не больная!

- Разве для того, чтобы получить подарок, надо заболеть? Совсем нет, - мама купила и протянула Серёньке стаканчик мороженого, и добавила. - К тому же, подарить надо что-то хорошее, и сделать это обязательно с радостью и искренне.

- Но у нее много книжек, а у меня всех по одной.

- Хорошо, не книжку. Но постарайся не дарить никчемных предметов. Что не нужно тебе, не нужно никому.

Заметив, что Серёнька задумался, молча ест мороженое и смотрит под ноги, мама пожала ему руку, и с улыбкой показала на штакетник перед подъездом:

- А вон и твоя героиня сидит, глянь-ка, легка на помине!

Серёнька посмотрел на ворону, и потом удивленно - на маму:

- А во рту у нее сыр!

В клюве ворона держала не сыр, а маленькую открытую пачку фруктового сока, но это было не важно. Серёнька отпустил мамину руку, подошел к птице, и громко сказал:

- Голубушка, как ты хороша! Ну что за шейка, что за глазки!

Ворона Серёньку не боялась, и со штакетника не улетела. Наоборот, после его слов она выпустила добычу из клюва, и пачка сока упала в траву.

Серёнька поднял брови от удивления, и обернулся к маме, показывая ей рукой, как сработала лесть.

Но мама вскрикнула «Осторожнее!», потому что ворона выхватила у малыша из руки недоеденный стаканчик с мороженым, взлетела с ним на дерево и победно каркнула. Но «Пухх!» - в ту же секунду в нее попал футбольный мяч, которым мальчишки в это время играли на спортплощадке. Ворона свалилась с ветки, вырулила только перед самой землей, и полетела прочь без сока и без мороженого.

- Ну что, лисёнок, проворонил мороженое! Вот как бывает, – мама со смехом взяла Серёньку за руку. Перед тем как войти в подъезд, он оглянулся - к упавшему стаканчику уже подлетала другая ворона.

Дома малыш долго перебирал игрушки, но расстаться не мог ни с чем.

“Как можно дарить то, что мне самому нужно!..” - недоумевал он. Пошел к маме:

- Мам, а можно я подарю Лене стеклянные колокольчики, которые ей понравились.

- Когда понравились? На Новый год? Ну и хитрец! Кто же летом дарит елочные игрушки!..

В дверь постучали. Это пришли Лена с бабушкой.

- Дотянул, - строго выговорила Серёньке мама. - Теперь иди к бабушке и проси пирогов для Лены, раз своего добра жалко.

В конце концов Серёнька все же подарил Лене что-то из игрушек, мама с бабушкой наложили пирогов, и он поскорее остался наедине с книжкой.

Какое же богатство ему досталось! Он прекрасно помнил эту сказку, но все равно попросил маму прочесть еще раз. Последние слова о пышной свадьбе принца и Золушки перешли уже в сон, и сказочная история продолжилась...

СЕРЕБРЯНЫЙ КОЛОКОЛЬЧИК

Пышная свадьба принца и Золушки состоялась.

Отгремели праздничные салюты, гости разъехались по домам, слуги убрали со столов грязную посуду.

Старый король надолго слег в постель с радикулитом, придворных отпустили на каникулы, во дворце стало тихо и пусто, все уснули. Спал счастливый принц, радостные сны видел король, не просыпался отец Золушки.

Только три человека во всем королевстве не могли сомкнуть глаз: то были сама Золушка, ее мачеха, и еще... кто ж еще... Да - мальчик-паж, юный волшебник, он тоже не спал.

Нетрудно догадаться, почему они не спали. У Золушки вся жизнь за несколько дней перевернулась с черного на белое, хотя она об этом и не мечтала.

А у ее злой мачехи, наоборот, жизнь не изменилась, хотя старуха только о том и думала. И теперь она не могла уснуть, размышляя, как бы отомстить Золушке за свой позор и за поражение.

Мальчик-паж не спал, потому что ему нельзя было спать: Добрая фея отправилась в дальние края помогать другим людям, а ему строго-настрого приказала хранить Золушку от всяких бед. Видно знала Добрая фея, что лютая мачеха не успокоится...

Едва за окном смолкли трели ночных птиц и послышалось радостное щебетание птиц утренних, Золушка выпрыгнула из своей огромной кровати, настежь распахнула окно, и как всегда стала ждать первого солнечного луча, чтобы вместе с птицами спеть солнцу утреннюю песенку.

Она делала так всю жизнь, и ни за что на свете не отказалась бы от этой радости. Вот небо над деревьями в дворцовом парке сначала посветлело, потом позолотилось... Вот, сейчас... - Золушка от волнения привстала на цыпочках - вот он, первый лучик!

Сделав солнышку реверанс, она негромко запела:

Солнышко, здравствуй,

свет мой и радость!

Солнышко, здравствуй,

мир и тепло!

Солнышко, здравствуй!

Все, что ты даришь,

Солнышко, здравствуй, -

это добро!

Солнышко, здравствуй!

В домике бедном

Ты мне сияло

Так же, как здесь.

Солнышко, здравствуй!

Нынче прошу я:

Ты обогрей

И дворец этот весь.

Как получилось,

Что стала принцессой

Золушка бедная, -

В пору ли мне

эта корона?

О, солнышко доброе, -

Не обойди,

Не оставь в стороне...

Каждое солнечное утро Золушка встречала такой песенкой. Для пасмурных дней была припасена другая, для морозных - третья.

Сочиняя их за тяжелой домашней работой, она забывала про сиротство и трудности. Часто увлекшись песенкой она начинала танцевать, и если при этом не снимала тяжелых деревянных башмаков, обязательно бывала наказана мачехой за безделье.

Но сегодня, хотя утро было по-настоящему летним и солнечным, а за окном заливисто пели птицы, хотя совсем никуда не надо было торопиться, танцевать ей не хотелось.

То ли потому, что обстановка огромной спальни была незнакомой, то ли она действительно устала, но только спела Золушка свою утреннюю песенку, сидя на подоконнике, тихим голосом и не очень радостно.

Это сразу заметили синички. Это заметили воробьи, дрозды, филин и голуби. Это заметили мыши, ежики, старый барсук и олени. Все они были друзьями Золушки, она обо всех заботилась и кормила, пока была сиротой, и они еще затемно пробрались в дворцовый парк, где теперь ждали ее внимания.

А как им было не ждать, если они очень переживали, пока ей было трудно! Как не ждать, когда не Золушка, а именно они упросили Добрую тетушку фею о помощи. Но фея всегда так занята, что если б все друзья Золушки хором не взялись умолять ее, долго б еще носить бедняжке деревянные башмаки.

Однако давно настало утро, а Золушка все сидела на подоконнике и грелась на солнце.

Первыми потеряли терпение синички и воробьи. Они по очереди стали садиться на подоконник и громко чирикать. Но Золушка сидела с закрытыми глазами, то ли вспоминая, то ли мечтая о чем-то. И ничего не замечала.

Она увидела их только тогда, когда суетливые синички стали настойчиво теребить ее, и одна уселась прямо на голову.

- Ах! - воскликнула Золушка и оглянулась. - Как вы меня напугали, мои милые синички! И вы здесь? - обратилась она к воробьям. Тут все остальные птицы и звери стали приветствовать Золушку. Немедленно поднялся такой шум и гам, что девушка замахала руками, прося всех немедленно замолчать, иначе во дворце все проснутся.

- Дорогие мои! - обратилась она к друзьям, когда они понемногу стихли. - Чем же мне вас угостить? Раньше я сама работала по дому и носила отцу обед в лес, потому и вам могла легко помочь. А теперь!.. Хоть поселилась во дворце, но даже не знаю, в какой стороне находится кухня, и ничего-то съедобного у меня теперь нет.

Тут сизые голуби поднялись с земли к Золушке на подоконник, принялись расхаживать перед ней, громко ворковать и кланяться. Она погладила одного из них по головке - они еще пуще заворковали, будто говорили: “Ты еще только первый день живешь во дворце, потому ничего и не знаешь. Не печалься, придет время, освоишься. Про нас только не забывай“.

- Не забуду я про вас, мои милые, никогда не забуду. Вы мне были друзьями в бедах, и всегда меня утешали. Разве можно это забыть? Хотите, я вам песенку спою?

Птицы на подоконнике и звери за окном согласно закивали головами. Золушка собралась было спеть им одну из своих песенок, но тут в углу спальни что-то зашуршало, и Золушку позвали по имени.

Это был мальчик-паж. В руках он держал мешочек с зерном, большой каравай хлеба и несколько пирогов.

- Тебе нечем накормить своих друзей? Вот, я попросил у знакомого поваренка на королевской кухне немного съестного, прими пожалуйста. И если тебе что-нибудь понадобится, можешь не стесняясь обратиться прямо к главному повару, он только рад будет помочь.

Положив все на столик у кровати, мальчик подошел к окну, где сидела Золушка, и с волнением в голосе сказал:

- Дорогая Золушка! Я не волшебник, я только учусь, но мне очень хочется, чтобы ты не печалилась. Возьми этот серебряный колокольчик, и если понадобится моя помощь, позвони в него.

Золушка обрадовалась приходу юного волшебника и собралась задать кучу вопросов, но прежде чем она успела спрыгнуть с подоконника и поблагодарить его, мальчик поклонился и исчез. Как жаль!

Сколько ни звала она, сколько ни просила поговорить с ней - нет, не появился. Вздохнув, Золушка взяла в руки крошечный колокольчик.

Разве он серебряный? Серебряными оказались только язычок, да ободок по краю, а все остальное было из хрусталя.

Золушка глянула на свои хрустальные туфельки, которые были первым подарком юного волшебника, а сейчас стояли на подставке у стены, и улыбнулась. Мальчик-паж ведь очень переживал, не будут ли они велики. Но если б туфельки не были велики, Золушка никогда бы не стала принцессой.

Интересно, что у него не получилось на этот раз? Может быть, колокольчик не звенит?

Она встряхнула его, и словно вода полилась. Звенит. Положив подарок под подушку, она принялась кормить своих питомцев.

Оставим пока Золушку за этим занятием и выясним, почему не спала в эту ночь ее злая мачеха.

О! Каких только планов та ни придумала, чтобы отомстить за свой позор!

А начала с того, что, как только вернулась из дворца, где узнала о свадьбе принца и Золушки, сразу приказала дочерям:

- Крошки мои, собирайте вещи, мы немедленно уезжаем!

- Куда же, мамочка?

- В изгнание, в соседнее королевство! Нам нет места в этой жестокой стране! Но у меня еще есть старые друзья, которые мигом рассорят тамошнего короля с нашим, и не успокоятся, пока между ними не начнется война. Посмотрим, на чьей стороне сила, и кто действительно достоин управлять!

Дочкам очень не хотелось собирать вещи, ведь раньше все в доме делала Золушка, и они даже не знали, где что лежит.

Поэтому они перемигнулись между собой, и старшая сказала:

- Зачем же ехать? Разве нельзя отправить вашим друзьям письмо?

- Письмо! Да! Прекрасная мысль! Немедленно отправить письмо, и ехать вслед, чтобы проконтролировать, как идет подготовка к войне! В наше время никому нельзя доверять! Марьяна, садись писать, я продиктую. А ты, Анна, отправляйся собирать вещи, - тоном полководца приказала она старшей дочери.

Увидев, что младшая несет перо, чернильницу и бумагу, погрозила в сторону королевского замка.

- Ух и попляшет у меня теперь этот старикашка, ух и попляшет! Пиши...

Уже через десять минут письмо с требованием немедленной войны было написано, запечатано и отправлено с гонцом. Но мачеха не была удовлетворена.

- Начало положено, - потерла она руки и прищурила глаза. - Что еще можно сделать сегодня?

- Мамочка, уже за полночь, спать пора, а мы еще не ужинали... - плаксиво затянула младшая дочка.

- Что? - мать уставилась на нее. - И правда, крошки мои, ведь вы голодны... Где он, этот изверг, который называет себя вашим отцом? Где это чудовище?

Мачеха мягкой кошачьей походкой направилась в комнату золушкиного отца, постояла у двери, прислушиваясь, не спит ли он. Убедившись, что спит, вошла и разразилась таким визгом, криком и бранью, что дочки заткнули уши.

Через несколько минут оттуда босиком выскочил их отчим, и помчался на кухню. Вдогонку со скрученным полотенцем в руках вылетела и она.

Еще несколько минут визг мачехи доносился из кухни, затем она с довольным видом вернулась в спальню:

- Сейчас, девочки, этот тиран приготовит нам ужин, и уж потом будем отдыхать.

Только отпустив всех спать, мачеха почувствовала себя полностью свободной и стала думать, чем бы еще отомстить королю и Золушке.

Она уже решила, что позовет на помощь дальнюю родственницу-колдунью, но не знала, о чем бы конкретно ее попросить.

Может быть, наслать на все королевство сонную болезнь? Или превратить принца в медведя, а Золушку - в лягушку? Или, может быть, направить во дворец полчища страшных прожорливых крыс, чтобы они все там съели?

Но шло время, а все казалось мачехе недостаточным.

Тогда она полезла в камин, что-то подожгла, и стала бормотать в огонь имя своей родственницы. Долго ждать не пришлось, та вскоре появилась.

Выглядела колдунья вовсе не так, как остальные: одета в блестящее черное платье по фигуре, в большой черной шляпе с перьями и густой вуалью, высокая, нестарая.

Расцеловалась с мачехой, села рядом и спрашивает:

- Ну, зачем позвала? Трудности, что ль какие? - хозяйка стала шептать гостье на ухо о своих обидах, ведьма помолчала и говорит:

- То, что ты придумала про войну, превращения и болезни - не подходит. Они там все добрые, и сразу начнут друг другу помогать, утешать, друг за друга молиться, и в конце концов еще больше друг друга полюбят.

Самое лучшее для нас - это когда люди друг с другом ссорятся и друг друга обижают.

Давай сделаем так, чтобы король за что-нибудь отругал Золушку, та нажаловалась бы принцу, а принц разругался бы за это с королем.

Когда король от горя заболеет, принц разругается с Золушкой и выгонит ее из дворца. Но мы-то с тобой тут ни при чем, верно?

- Давай, дорогая моя, давай так и сделаем, - ответила мачеха, потирая руки от удовольствия. - Может быть, это и слишком сильно, но ради высокой цели я должна решиться, верно?

- Без сомнения, - с улыбкой кивнула колдунья.

- Я пекусь только о благе и процветании всего королевства, - искоса посмотрела на родственницу мачеха. - А вовсе не о себе.

- Да-да, я поняла, - заверила ее ведьма.

- Ай, как хорошо! Только как же это сделать? И самое главное - когда, когда все это произойдет?

- Да хоть сегодня. Это очень просто: вот тебе вздорный порошок. Если человек съест его, или даже просто понюхает, то сразу станет капризным, придирчивым, и совершенно несносным. Он будет ссориться со всеми подряд, даже если раньше всю жизнь был тихим и кротким, как ягненок. Надеюсь, ты и сама найдешь способ угостить им короля.

Только помни - это сильное средство, и нет нужды угощать им всех. Если понюхает только король - будет вполне достаточно. Прощай, дорогая моя, желаю успеха.

Мачеха в восторге рассматривала пузырек со снадобьем, и держала его в руках так, будто это было бесценное сокровище. Она даже не заметила, как ведьма попрощалась и исчезла.

- Мой дорогой король, мой милый старикашка. Вот теперь ты у меня будешь танцевать по-настоящему... А как ты думаешь, - обратилась она к колдунье, но обернувшись, не нашла ее. - Уже ушла? Ну что ж, значит, дальше я смогу и сама.

Что предприняла мачеха, как пронесла во дворец, и куда подсыпала злополучного вздорного порошка, никто не видел - ни стража, ни повар, ни слуги. Все спали после вчерашней шумной и веселой свадьбы.

Посмотрим теперь, что из этого получилось...

Утро в королевском дворце началось очень поздно, можно даже сказать, что оно началось днем. Принц с Золушкой вдвоем завтракали в огромной столовой. Король по причине радикулита решил остаться в постели.

Однако молодоженам вовсе не было скучно, они без умолку болтали, шутили, вспоминая подробности свадебного бала, и даже всегда серьезные слуги не могли сдержать улыбки, глядя на них.

Вдруг Золушке что-то послышалось... Потом слуги стали слышать чьи-то отдаленные крики. Услышал и принц.

- Что там такое? - спросил он.

Золушка молчала, удивленно глядя на принца, слуги пожимали плечами. С минуту все сидели и прислушивались: действительно, это был возбужденный визгливый голос короля, причем голос приближался.

Через несколько секунд двери столовой с грохотом распахнулись, и на пороге показался сам старый король. Принц с Золушкой встали и молча поклонились ему.

- Приятного аппетита, - сердито сказал король, и хромая, держась за спину, проковылял через всю огромную залу на свое место во главе стола. Он был без парика, непричесанный, неумытый, корона криво и задом наперед сидела на голове, мантия тоже была наброшена на плечи вверх подкладкой.

- Мне скучно завтракать одному. Продолжайте свою беседу, - сказал он и принялся за еду, которую слуги поспешили перед ним поставить.

Золушка уже успела привыкнуть к тому, что король был человеком вспыльчивым и мог взорваться по любому поводу. Однако она знала его добрый характер, и до сих пор ей легко удавалось успокоить старика. Поэтому теперь она с улыбкой сказала:

- А мы как раз только что о вас вспомина...

- Вспоминали? Обо мне? Вот как! - перебил король, и посмотрел на нее так сердито, что Золушка сразу умолкла.

- Что же вы молчите? Продолжайте, милочка! - вскрикнул король.

На помощь Золушке попытался прийти принц:

- Нам показалось забав... - начал было он, но отец быстро обернулся к нему, и перебил опять:

- Забавным?! Значит, вы вспоминали меня, и я показался вам забавным. А забавными обычно кажутся только клоуны и мартышки. На кого из них я вам показался похожим?

Теперь уже и принц от удивления не мог произнести ни слова, только широко раскрытыми глазами посмотрел на Золушку.

- Что переглядываетесь? - взвизгнул король, и всем стало ясно, что он нарочно ищет повода для скандала. Поэтому принц и Золушка поспешили встать, поклонились, и вышли из столовой. Но король поковылял за ними, и преследовал их везде, куда бы они ни пошли.

- Наверное, - сказала Золушка, пытаясь как-то утешить принца, - это просто от радикулита, так бывает. И обязательно скоро пройдет.

Но король все ходил за ними по пятам, придираясь ко всяким мелочам, и так продолжалось дотемна.

Когда поздно вечером Золушка пришла к себе в спальню, то почувствовала, что так устала, как не уставала, пока жила дома при злой мачехе и тяжелой работе. Она рухнула на кровать, залилась горькими слезами, и так уснула.

Назавтра все повторилось, послезавтра - тоже. А на третий день во дворец примчался запыленный гонец со срочным донесением о том, что на королевство напали соседи, и надо собираться на войну.

Король срочно созвал придворных и министров, во всем их обвинил и всех стал наказывать: кого - в монастырь, кого - тюрьму, а кого и вовсе приказал казнить.

Теперь он уже не выбрасывал куда попало свою корону и не кричал, что сам хочет уйти в монастырь - нет, теперь это был другой человек, капризный, придирчивый, совершенно нестерпимый.

Все люди в королевстве только диву давались, глядя как он изменился. Поначалу никто не мог объяснить причины, но не быстро нашли: во всем виновата Золушка.

А как же иначе? Ведь это после ее свадьбы старый добрый король, которого все любили, вначале слег в постель с радикулитом, а потом стал таким злым, да еще соседи начали войну!

Все стали исподтишка шипеть на бедную девушку: “Интриганка! Это ты смутила все королевство! Убирайся из дворца, откуда пришла!“

Так говорили Золушке придворные, министры, слуги, и все, кто только мог ее видеть. В довершение бед король приказал принцу собирать войско, немедленно ехать на войну и защитить страну.

Золушка проводила мужа, заливаясь слезами. Теперь она осталась совсем одна со свирепым королем, и все люди в королевстве ее ненавидели. Но она недолго пробыла во дворце.

Уже на следующий день король застал ее в тот момент, когда она кормила птиц и зверушек оставшимися от завтрака крошками, и конечно сразу раскричался:

- Ах ты негодная! В королевстве идет война, я берегу каждый кусок хлеба, чтобы накормить войско, а ты разбрасываешь наше добро направо и налево, направо и налево! Немедленно убирайся отсюда, и чтоб духу твоего во дворце больше не было!

- Как будет угодно вашему величеству, - поклонилась Золушка.

Все это время она боролась за мир: то утешала принца, то успокаивала плачущих по углам от обиды на короля слуг и придворных, то наконец самого короля пыталась смягчить и утихомирить.

Но теперь все было кончено, и заступиться за нее было некому.

Золушка пошла в комнату, где хранились ее многочисленные платья и костюмы, подаренные Доброй феей, королем и принцем, отыскала там свое старенькое, когда-то синее платьице, в котором жила дома, обула деревянные башмаки, надела выгоревшую на солнце красную шапочку, и грустно посмотрела в зеркало.

Потом, так же как и в первый день, села на подоконник. Только теперь для того, чтобы дождаться вечера и уйти, не привлекая внимания.

А про нее уже все забыли: слуги слышали, как король утром приказал ей убраться из дворца, и потому никто больше не стал звать ее ни к обеду, ни к ужину.

Вы спросите, а где же все это время был мальчик-паж, которому Добрая фея приказала хранить Золушку от бед? И где была сама Добрая фея, при помощи которой бедная сирота так чудесно вышла замуж? Отвечу, как есть - не знаю.

Конечно, Золушка постоянно думала о них, и очень хотела, чтобы они вновь появились в ее жизни.

Более того, она много раз выходила в дворцовый парк, и там со слезами, то глядя в небо, то оглядываясь по сторонам, звала своих добрых покровителей, и все звонила, звонила, звонила в серебряный колокольчик.

Все эти дни она твердо верила, что вот сейчас Добрая фея окликнет ее, или мальчик-паж вдруг выйдет из-за дерева, и сразу-сразу все плохое кончится! Однако время шло, а заступница не слышала, и юный хранитель не отзывался.

И теперь надо уходить. Куда? Домой нельзя, там мачеха с дочками житья не дадут. Золушка могла бы быть хорошей работницей, но к людям тоже нельзя - все знают ее как интриганку, никто на порог не пустит.

Оставалось одно - отправляться в лес, где отец рубил деревья, и был построен навес от дождя. Жить там нельзя, это просто четыре столба с крышей из сосновых веток, но сидеть можно, - Золушка все звонила-звонила-звонила в свой серебряный колокольчик...

Наступил вечер. Она спрыгнула с подоконника, медленно положила на него не оправдавший надежд колокольчик, изо всех сил сжала руки в кулаки, чтобы не расплакаться и не закричать, закрыла глаза и прошептала:

- Как же я не хочу уходить вот так! Ведь я сюда не просилась, ведь я ни в чем, ни в чем не виновата! - С минуту постояла, вздохнула... Пошла.

Но все еще не верила, что уйдет. Сейчас обязательно произойдет что-то доброе, говорила она себе: кто-то окликнет, остановит, удержит. Но ни в залах, ни на лестнице, ни в парке даже до самых ворот она никого не встретила. Стражники смотрели прямо на нее, но похоже, не узнали. Во всяком случае, даже бровью не повели и слова не сказали. И только за воротами встреча ее, действительно, ждала.

Точнее, даже две встречи: во-первых, кто-то окликнул ее по имени, и Золушке показалось, что это был долгожданный голос юного волшебника. Бедняжка оглянулась, но в этот момент распахнулись ворота, раздался грохот копыт, и из дворца на дорогу вылетела королевская карета, запряженная четверкой гнедых коней. Ее сопровождали верховые с горящими факелами в руках. Все произошло так быстро, что девушка едва успела отскочить к ограде и спрятаться.

Каково же было ее удивление, когда при свете факелов она увидела, кто сидел в карете. Трудно было поверить глазам, но из дворца с поистине королевским сопровождением только что выехала ее мачеха. Ошибиться Золушка не могла - эту женщину она узнала бы даже в полной темноте и под вуалью.

Ворота закрылись, грохот экипажа смолк вдали, все стихло. Изгнанница вышла из своего укрытия, и тут увидела юного волшебника. Это он окликнул ее по имени, чтобы дать возможность спрятаться от мачехи, а теперь ждал, чтобы угостить пирогом с королевского стола, и сообщить печальные новости.

Золушка была очень рада этой встрече, могла не стесняться голода, и в два счета съела пирог. И съела бы еще, но рассказ мальчика заставил ее забыть о еде.

Дело в том, что она просидела весь день в своей комнате, и не знала, что происходило вокруг. А события во дворце разыгрались нешуточные.

Накричав на Золушку, король вызвал своих министров, чтобы слушать их доклады, сел на трон и стал ждать. Ждет-ждет, а министры не идут. Что такое?

Придворные ему отвечают, что, мол, министров-то больше нет: одних король казнил, другие в тюрьме, третьи сбежали. При короле остались только они, придворные, но как известно, со свиты спроса нет.

Тут вместо министров к королю прибегает гонец с войны, и сообщает, что принцу нужно еще одно войско и всякая другая помощь, иначе он с врагом справиться не сможет. Король стал думать, что теперь делать, и вспомнил про золушкину мачеху. Она была женщиной небогатой, и вовсе не знатной, но зато очень энергичной, и с такими связями, что король и раньше нередко просил ее о помощи. Конечно, после свадьбы отношения были испорчены... Но зато разве теперь они не родственники?

- Кто мы с ней? - спросил король придворных.

Придворные ответили, что золушкина мачеха теперь доводится королю свахой.

- Ну что ж, - почесал король затылок, - сваха, так сваха. Поехали к ней на блины.

И поехал король со свитой к свахе на блины. Мачеха приняла его вежливо, кланялась низко, и утешала так умело, как будто ничего между ними не произошло. И обещала всячески бы помочь королю и всему королевству...

- Да только, ваше величество, кто ведь я такая? Простая слабая женщина, терпящая беспощадный нрав жестокого мужа-лесоруба, бедная, всеми отвергнутая, - тут мачеха всхлипнула, поднесла к глазам платочек и громко высморкалась. - Если б у меня были министры, казна, войско, то ваше любимое королевство давно уже было бы великой державой, и все ездили бы к вам на поклон. Но все не так: у меня кастрюли, стирка и нужда, у вас война, печаль и интриги...

Король был так тронут ее тяжелым положением, так восхищен ею самой, что тут же распорядился посадить отца Золушки в тюрьму, а несчастную мачеху назначил одновременно главным министром, казначеем и главнокомандующим, присвоил ей титул графини, дал право издавать указы, вручил большую королевскую печать, а также ключи от казны и всех погребов. Потом взял за руку, и привез во дворец, где отвел ей под жилье половину покоев, и подарил половину придворных. Все, что у него осталось - это корона. Но к чему, скажите, корона, если казна не твоя.

Мачеха, разумеется, все это приняла, и отпросилась ненадолго домой, чтобы собрать кое-какие вещи, а также привезти во дворец дочерей. Потому ее Золушка только что и увидела в карете, - закончил свой рассказ юный волшебник.

Из сказанного Золушка сделала два вывода: первый - ее любимый отец сидит в темнице, а второй вывод - в лес можно не ходить, потому что родной дом теперь будет стоять пустым.

Вдали послышался трубный звук рожка - это кучер сообщал стражникам, что везет назад важную персону, и пора открывать ворота. Мальчик и Золушка поспешили укрыться за деревьями. Через минуту карета на полной скорости въехала в королевский парк, ворота закрылись. Взявшись за руки, друзья медленно пошли по дороге к родному дому Золушки.

У самой калитки юный волшебник попрощался и исчез. Только теперь Золушка вспомнила, что за два часа ни о чем его не попросила, даже не удосужилась узнать, почему он не услышал колокольчика. Ну, что ж делать, - она открыла калитку, и побежала к крыльцу.

Как же любит она этот их маленький, но такой теплый и уютный дом, где родилась и провела всю жизнь. Какие дворцы, какие богатства! Теперь она точно знала, что жизнь во дворце может нравиться человеку только в двух случаях - если он там не живет, или, наоборот, если он там родился. Поселиться бы теперь здесь вместе с отцом и любимым принцем - и никогда, ни за какие пироги, ни за какое мороженое она больше не согласилась бы вернуться обратно.

Золушка медленно прошла по дому, по привычке прибирая в комнатах. Она ушла отсюда всего неделю назад, но кругом царили такой беспорядок, пыль и грязь, что она только диву давалась. Вздохнув, принялась за уборку, и не заметила, как прошла короткая летняя ночь.

Первый луч солнца застал ее там же, где раньше заставал всегда - у очага. Золушка чистила очередную кастрюлю, и вдруг вспомнила, что в последний раз здоровалась с солнышком целую неделю назад. С тех пор ни солнца не видела, ни песен не пела. А теперь будет петь!

Не чувствуя усталости, она вышла на середину кухни, как всегда поклонилась в сторону окна, и запела новую утреннюю песенку, которую прямо теперь и сочинила:

О солнце, здравствуй! Не устать

Душе моей к тебе стремиться!

И радостью не насладиться

В твоих объятьях воскресать!

О солнце доброе, ты - свет!

Все раскрывается под небом.

И ищет мрак, укрыться где бы...

И тайн вселенских просто нет!

О солнце щедрое, ты - друг!

К тебе зерно ростком стремится.

Твой луч живительный струится,

Преображая все вокруг.

О солнце, знаю, ты - любовь!

И злых, и добрых согревая,

Ты, с неба землю озаряя,

Нас к жизни возвращаешь вновь.

Спасибо, солнце, что пришло

К нам в гости и сегодня тоже.

И пусть теперь нас не тревожит,

Что б нынче ни произошло.

Песенка получилась наивная и не очень складная, но зато искренняя. И видимо, она всем понравилась, потому что верные друзья подняли за окном такой шум, что пришлось срочно бежать в кладовку за крупой, и открывать окно, чтобы угостить публику.

Оставим Золушку за этим занятием и заглянем на городскую площадь: там почему-то трубят трубы и собралось много народу. Все внимательно слушают главного королевского глашатая, который что-то громко и торжественно читает. Послушаем:

“Внимание! Внимание!!

Внимание всех жителей королевства!!!

Наше высокое и славное королевское величество повелевает

объявить сегодня всенародный праздник с большим карнавалом

и фейерверком во дворце, а также веселое народное гулянье в городе

в честь нашего славного главного министра, а также по случаю

нашего славного окончания войны с соседним королевством!

Отныне все государственные дела наше высокое и славное королевское

величество поручает вести нашему славному главному министру, и все

жители страны обязаны почитать нашу славную графиню, и

беспрекословно повиноваться ее славным указам и повелениям!“

- А как же принц? И кто эта славная графиня, наш главный министр? - стали спрашивать друг друга люди, когда королевский глашатай под звуки труб торжественно удалился с площади. - Разве король и принц нами больше управлять не будут? Или с принцем что-то случилось?

Кто-то тут же сочинил про новую графиню куплеты, и королевский крикун еще не добрался до дворца, а базарные музыканты уже пели под нехитрую мелодию:

“Наша славная графиня так умна, как старый филин,

Вмиг соседей победила, всех министров отменила!

Наша главная графиня съела короля, как финик,

И никто теперь не знает, что графиня затевает!

В честь блистательной графини фейерверк устроят нам

Лучше б вместо карнавала подарили...“ - тут клоуны сделали паузу, а толпа с хохотом подпела: “По штанам!”

Люди послушали куплеты, посмеялись, посудачили, и потихоньку стали расходиться с площади, чтобы подготовиться к началу большого гулянья. Скоро про короля с принцем, да и про славного главного министра все забыли.

Во дворце тоже единственным делом была подготовка к вечернему балу. И не потому, что он был чем-то особенным, а просто важных дел ни у кого, кроме повара, не осталось. Война самым неожиданным образом прекратилась сразу после того, как старая мачеха Золушки стала главным министром: оба войска готовились к решающему сражению, которое было назначено на утро. Но утром принцу доложили, что неприятель исчез, и впереди нет ни вражеских войск, ни пушек - ничего. Принц приказал броситься в погоню и доехал даже до самой границы, но никого не нашел.

Тогда все решили, что враг испугался, отправили к королю гонца с донесением о позорном бегстве соседей, и войско принца торжественно направилось домой. Вечером под звуки труб столица должна была встретить победителей.

Король в ожидании вечерних торжеств вместе со свитой обходил дворцовые клумбы и оранжереи, приводя к порядку цветы. Это не значит, что он за ними ухаживал: наоборот, он срезал готовые распуститься бутоны у многочисленных розовых кустов, и бросал бутоны в корзину, которую всюду носили за ним придворные.

Поначалу он хотел этим досадить невестке, которая очень любила возиться с цветами. Но пакостное занятие так ему понравилось, что и после ухода Золушки из дворца король ежедневно продолжал стричь розы.

В покоях мачехи было весело и шумно: две ее дочки примеряли новые платья, которые за счет королевской казны всю ночь шили для них все королевские портные и белошвейки. Целые горы страусиных перьев, платьев, шляпок и туфель были разбросаны по комнатам, и Марианна с Анной были в счастьи.

Сама мачеха отдыхала. Нет, она не спала, а величественно стояла посреди своего огромного кабинета, и была похожа на фонтан, потому что диктовала указы во благо страны и народа.

Этим указам не было ни числа, ни конца, и они лились, как вода. Про любого другого человека можно было бы сказать, что так он работает, но для мачехи это был отдых. Она отменяла старые законы, и вводила новые, отменяла старые налоги, и вводила новые, и делала это без перерыва уже много часов. Королевские секретари по очереди едва успевали записывать ее волю, и если б не праздник, долго б еще не иметь им покоя.

Но вечер наступал, и мачеха вспомнила, что должна переодеться к торжествам. Она отпустила секретаря, и взяла со стола маленький хрустальный с серебром колокольчик, который нашла на подоконнике в золушкиной спальне. Решив, что он предназначен для вызова служанок, взяла себе, хотя он и показался ей слишком хрупким, как сама Золушка. Мачеха приказала изготовить для себя другой, побольше и погромче, но пока звонила в этот.

Дверь открылась, и вошла служанка.

- Несите вечернее платье.

Переодевшись к празднику и отпустив служанку, мачеха подошла к зеркалу, позвякивая большой связкой ключей, которые висели у нее на поясе, глянула в зеркало, и прорекла:

- Лучшее украшение для умной женщины - глупенький король. И, как всякое лучшее украшение, его надо спрятать подальше... Ах, какая все-таки растрата этот карнавал с балаганом! Ну почему, почему я должна платить за чье-то гулянье и этот... как его... За эти хлопушки! Я днем и ночью тружусь в поте лица, чтобы сделать это захудалое королевство хоть немного похожим на мировую державу, а он из пушки расстреливает казну в небо! - тут мачеха глянула в окно, увидела в парке короля со свитой, сжала кулаки, и тихонько зарычала:

- Погуляй до завтра, пенек трухлявый. Помнится, ты все собирался в монастырь... Вот туда я тебя завтра и отправлю. А принца твоего... О! С принцем мы поступим иначе: надо немедленно привезти во дворец Золушку, умыть, припудрить, и пусть она встречает его хлебом-солью у ворот, как победителя, - мачеха подошла к своему заветному ящичку, открыла его и достала пузырек со вздорным порошком.

- Вот. Это у нас сегодня будет пудра, это будет и соль. Они от ворот до дворца доехать не успеют, как возненавидят друг друга! Тут я встречу его на крыльце, как ласковая мать, и - прощай Зо-о-лушка! Прощай, любо-овь моя-а-а! Прощай навек.

Так мачеха и сделала: за Золушкой, которая в это время копалась у себя в домике на огороде, была срочно отправлена королевская карета.

Перепуганную, ничего не понимающую принцессу привезли во дворец, наскоро переодели, и втолкнули в кабинет к мачехе.

- Милая моя, - мачеха поднялась с кресла медленно, как старая пантера, и с улыбкой, на какую только была способна, подошла к падчерице, обняла ее, и усадила возле себя. - Я так благодарна тебе!

- Благодарны? Не понимаю...

- Конечно! Ведь если бы не твоя красота и не твое замужество, мы все так и прозябали бы в нашей трущобе. А кто мы теперь: ты - принцесса, я - главный министр в королевстве...

- Один только мой отец сидит в тюрьме.

- Брось, глупенькая, не переживай. Вытащим и его, дай срок. И сделаем главным смотрителем всех м... наших с тобой лесов. Я тебе это обещаю, веришь?

- Верю...

- Ну и славно, моя хорошая. А теперь тебе пора отправляться к городским воротам, брать в ручки хлеб-соль, и встречать мужа с победой!

- Принц возвращается? Это правда?

- Что значит - правда? Разве я не всегда говорю правду? - обиделась мачеха. - Дорогая моя, правда бывает разной... Ну ладно, некогда. Дай я на тебя взгляну. Хорошо, все хорошо, одно только плохо: у тебя слишком красные глаза и щеки. Где моя пудра?

На этот раз старуха действительно сказала правду: Золушку постоянно кидало то в жар, то в холод, и она то краснела, то бледнела. Ей хотелось поскорее выйти отсюда, перед глазами мелькали круги, и между прочим показалось, что у столика, к которому направилась мачеха, мелькнула тень юного волшебника. Скорее всего, показалось.

Мачеха взяла со стола пудру, щедро посыпала ею Золушке лицо, сунула в руки большой каравай с солонкой, и взяв под руку, повела к двери:

- Все, ступай, пора ехать.

У крыльца Золушку ждала королевская карета, запряженная шестеркой вороных коней. На их головах развевались огромные белые плюмажи из страусиных перьев. Мачеха посадила Золушку в карету, и отправила к городским воротам, а сама осталась с королем во дворце - так требовал этикет.

Оказавшись в карете одна, Золушка облегченно вздохнула. Какая дивная пудра у мачехи, - подумала она. - Неудивительно, что у старой женщины столько сил: с того момента, как мачеха посыпала ей лицо порошком, золушкину усталость как рукой сняло, и она прекрасно себя чувствовала. А то какие-то круги, мальчики... Тут ей опять показалось, что рядом кто-то есть, она вздрогнула и обернулась. Слева, сложив руки на коленях, сидел юный волшебник. Вид у него был такой важный и забавный, что испуг Золушки сразу прошел, и она засмеялась:

- Так мне не померещилось, да? Это действительно был ты, там, у мачехи?

Когда мальчик рассказал ей, что ему случайно, благодаря звонку старухи в серебряный колокольчик, удалось подслушать, как она сама с собой разговаривала в кабинете, и что именно она затеяла, Золушка пришла в ужас, и стала лихорадочно тереть лицо руками.

- Не пугайся так! - мальчик взял ее за руку. - Я не волшебник, я только учусь, но мне очень хотелось превратить этот порошок в то, за что она его выдавала. Надеюсь, что все получилось. Давай попробуем.

Золушка обмакнула палец в солонку, и попробовала на вкус - там был сахар. Тогда она протерла ладонью щеку и лизнула, тут же сморщилась, и сказала:

- Думаю, что это соль... - увидев расстроенное лицо друга, поспешила добавить. - Какая разница! Главное, что это больше не противный вздорный порошок! Не печалься, ведь твоя пудра так дивно пахнет!

Мальчик чуть не со слезами спросил: “Чем она пахнет?”

- Розами, - тут Золушка прикусила язык, потому что мальчик мог спросить, чем пахнет сахар в солонке.

- А чем пахнет сахар в солонке? - спросил мальчик в отчаянии.

Золушка поднесла ладонь ко рту, чтобы сдержать улыбку, и тихо сказала правду:

- Ты только не переживай... Сахар у тебя почему-то лаврушкой пахнет. Но я все равно тебе очень благодарна. Ой, ведь мы приехали! Большое спасибо, я побежала!

- Подожди, Золушка, - крикнул ей вдогонку мальчик-паж, но Золушка уже увидела подъезжавшего к воротам принца и успела выскочить из кареты. Про хлеб с солью она даже не вспомнила. Мальчик грустно посмотрел на солонку, обмакнул в нее кончик пальца, и понюхал:

- Фу! Действительно... Как же так вышло?..

Площадь перед воротами была полна народу. Все произошло очень быстро, и без лишних разговоров: принц просто посадил жену к себе на седло, и больше дороги до дворца Золушка не видела. Как могла, рассказала о тех событиях, про которые знала сама, или слышала от юного волшебника.

- Так значит, всеми делами в королевстве заправляет теперь моя теща? - спросил принц, нисколько не расстроившись. - Ну и ладно. Пусть старики правят, а мы с тобой поедем путешествовать, посмотрим дальние страны. Ты ведь нигде никогда не была, правда?

- Правда, - сказала Золушка. - Я тоже хотела тебе предложить оставить их во дворце, только самим переселиться к нам в домик.

- Договорились. Как вернемся из путешествия, там и поселимся. Что ж, пойдем здороваться.

У входа во дворец еще издали была видна пестрая толпа придворных, окружавших величественно стоявшую мачеху Золушки. Короля из-за нее даже не было видно, хотя он тоже стоял рядом. Мачеха очень улыбалась, и была чрезвычайно приветлива. Король... Какого бы порошка ни наелся король, а отец есть отец - поэтому он с радостью обнял сына и расцеловал Золушку. При этом он так расчувствовался, что совсем забыл о том, что видит Золушку в первый раз после ее ухода из дворца, протянул ей руку, и пригласил всех в столовую. Принц двинулся в паре с мачехой, за ними - гости и придворные, и все было очень торжественно.

Рассаживаясь за столом, все обнаружили, что мачехи нет.

- Где ты потерял свою даму? - спросил король принца.

- Ума не приложу... Только что была, - развел сын руками.

- Где ваша мама? - спросил он дочерей графини, но те все время были настолько увлечены разговорами с молодыми людьми, что тоже не заметили, когда и куда она пропала.

- Как странно, - сказал король. - Такая досадная заминка... Что ж, давайте оставим для нее место, и скорее начнем ужинать, потому что нас ждут большой салют и танцы.

Ужин так и прошел без мачехи, но никто особенно не переживал - все были заняты шутками, разговорами, то и дело в разных концах огромного стола раздавался веселый смех, и вскоре ничего съедобного не осталось.

Король поднялся из-за стола, и опять подал руку Золушке. Принцу, за неимением тещи, пришлось взять в пару одну из ее дочерей, и все двинулись на террасу, чтобы полюбоваться на большой королевский фейерверк.

- Где ж графиня-то? - время от времени спрашивал король, но все только пожимали плечами.

Раздались первые залпы королевских пушек, и в темно-фиолетовое небо взмыли ракеты: желтая, зеленая, красная, голубая, за ними еще, еще... Не успевали гаснуть фонтаны звезд, как на их месте вспыхивали снопы искр, затем тут же - брызги разноцветных шаров и конфетти. Ракеты поднимались в воздух с шипеньем и пронзительным свистом, потому что пушки стояли совсем близко от террасы.

Все уже стали уставать, но вот в воздух взмыла одна, видимо, последняя петарда. Глаза присутствующих естественно были устремлены на нее. Каково же было всеобщее изумление, когда эта самая хлопушка, вместо того, чтобы лететь в небо как положено со свистом, визжала самым настоящим человеческим голосом:

- Немедленно выпустите меня отсюда! Безобразие! Я буду жаловаться! Я издам указ! Я же этого не оставлю! А-а-а! Вы пожалеете!..

Через секунду раздался хлопок, ракета вспыхнула оранжевым пламенем, но вместо искр на присутствующих с неба посыпались ключи, а королю в стаканчик с мороженым шлепнулась большая печать.

Все в полной тишине ошеломленно смотрели в небо, но фейерверк закончился.

- Что это было? - нарушил молчание король, вытирая с лица мороженое. Брезгливо вынув печать из стаканчика, сам же и ответил. - Похоже, это была наша графиня...

В самом деле, это была она. Когда принц с Золушкой, ничуть не поругавшись, подъехали ко дворцу, и старый король бросился их обнимать, злая мачеха поняла, что затея с порошком не удалась. Она еле сдерживала себя, и при первой возможности бросилась в кабинет, открыла ящичек, достала пузырек, потрясла, и в гневе швырнула его в камин. Пузырек разбился, и порошок, как пыль, поднялся в воздух. Дрожащими от гнева руками графиня подожгла первые попавшиеся под руку бумаги, сунула их в камин, и стала выкрикивать имя своей родственницы-колдуньи.

Та явилась, такая же стильная, спокойная и приветливая:

- Как дела, дорогая моя? Что опять случилось?..

Мачеху трясло от злости, она зашипела:

- Обманщица! Как ты могла!..

Улыбка сошла с лица гостьи, но она еще не хотела сердиться:

- Что такое? Не шуми, милая, я не боюсь. Так что произошло?

- Твой порошок! Он не действует! Это просто пыль с дороги. Он такой же волшебный, как и ты - волшебница! Старая петарда! Вырядилась, как приличная, а на самом деле - дешевая шарлатанка... - Мачеха рычала бы и дальше, но гостья выпрямилась, холодно посмотрела ей в глаза, и произнесла:

- Как ты сказала? Петарда? Ну так и ты петардой станешь, - с этими словами она неожиданно щелкнула графине по лбу зажатой в руке черной палочкой с золотым наконечником, и мачеха вмиг стала маленькой, как мышонок. Колдунья загнала ее в откуда-то взявшуюся пустую ракетницу, захлопнула крышку, и подходя к окну, сказала:

- Отправляйся к таким же, как ты, хлопушкам, раз не умеешь быть благодарной.

Затем открыла окно, и голосом графини громко крикнула: “Стража, ко мне!” Подбежавший стражник услышал властный женский голос:

- Почему у меня в кабинете валяются хлопушки? На, лови! И немедленно отнеси это туда, где стреляют. Порадуй короля.

Действительно, в этот момент раздались первые залпы салюта, и стражник побежал выполнять приказание. Как он его выполнил, мы уже знаем.

Хлопнув в небе петардой, взбешенная мачеха, без прически и шляпы, вся потрепанная, приземлилась на грядку со свеклой в своем огороде.

«Несчастная страна! Всё! Она уже никогда не станет великой, потому что власть захватила кучка глупцов, шарлатанов и безродных крестьян! Я права?» - спросила она свинью, и охая, держась за поясницу, долго не могла подняться, а сама всё неистово ругалась в сторону королевского дворца, где прожила так недолго.

С исчезновением злой графини капризность старого короля как рукой сняло. Он опять стал таким же добрым и беспомощным, каким все знали его раньше. Протянув принцу и Золушке печать с ключами, он сказал:

- Я несправедливо на вас сердился, мои дорогие, и все дела в королевстве передал посторонней женщине. Но теперь ее нет, и я прошу вас взять все в свои руки.

Принц и Золушка стали отказываться, говоря, что собрались в далекое путешествие. Но придворные и все присутствующие наперебой уговаривали их остаться. Золушка почувствовала, что кто-то сжал ее локоть. Она обернулась и увидела своего друга юного волшебника, стоявшего под руку с ее отцом.

- Отец! Я так рада! - кинулась она старику на шею.

- Если позволите, - обратился к принцу и Золушке мальчик-паж, - я хотел бы передать вам совет моей госпожи: оставайтесь дома. Чтобы вы поверили, она просила передать вам в подарок вот это... Мальчик показал рукой на небо, и все ахнули: вокруг стало светло, как днем, и на террасу медленно опустились четыре аиста, держа в клювах большое синее шелковое покрывало, в котором что-то лежало. Нисколько не опасаясь людей, они положили покрывало на пол, и сложив крылья, вперевалку отошли к перилам.

На покрывале разноцветной горой лежали подарки, и мальчик-паж стал их распределять:

- Это тебе, Золушка, прялка.

- Ой. Она что, золотая?

- Наверно. А этот сверток - принцу, в нем конская сбруя.

- Тоже, наверное, из золота? - спросил принц, снимая с подарка блестящую ткань. - Вот это да! - проговорил он, восхищенно рассматривая красивое замшевое седло с золотыми стременами, драгоценную попону, и все остальное.

Тем временем король разворачивал свой сверток, в котором оказались чудесные резные шахматы. Старик открыл специальным золотым ключиком коробку, в которой они лежали, и едва успев взглянуть, чуть не выронил от неожиданности, потому что деревянные шахматы... Вдруг слаженным хором мелодично пропели: “Да здравствует Ваше королевское величество! Честь и слава, и победа королю!“

Потрясенные придворные столпились вокруг, расхватав фигурки по рукам. Оказалось, что шахматы эти - не простые, и песенки у них - не заводные. Фигурки могли своим видом показывать, хороший ход сделал игрок, или ошибся, а в некоторых случаях даже что-то говорили. Как они это делали - неизвестно, и король, который дня не проводил без шахмат, радовался, как ребенок.

Оставшаяся гора подарков предназначалась для придворных и всех присутствующих. Когда она весело была разобрана, четыре аиста, все время неподвижно стоявшие в стороне, подошли к покрывалу, взяли его за концы клювами, и так же плавно, как прилетели, поднялись и исчезли в вышине. Небо медленно погасло.

- Если дорогая Золушка позволит, я хотел бы и от себя сделать ей подарок, застенчиво сказал юный волшебник. Золушка улыбнулась ему, и молча ждала, но увидев два серебряных колокольчика, связанных одним большим голубым бантом, покраснела: “Прости меня, пожалуйста, я свой потеряла...”

- Не грусти, Золушка, это он и есть. Если б не потеряла, я бы не услышал, что замышляла твоя мачеха, и кто знает, что было бы... А теперь вас двое, поэтому один - для принца. Вам, дорогой принц, повторю то, что когда-то сказал вашей супруге: примите в подарок один из этих колокольчиков, и если я вам понадоблюсь, позвоните в него.

- Тогда я буду звонить каждый день.

- И я тоже, - сказала Золушка. - Тем более, что убедилась: даже если ты не отзываешься, все равно помогаешь.

Она взяла обоих молодых людей под руки, и они отправились вслед за королем в большую залу, где уже играл оркестр и должны были начаться танцы.

* * *

Как приятно быть в отпуске, даже по болезни! Главное, чтобы болезнь не мешала принимать гостей, радоваться подаркам и жить полной жизнью.

Серёньке болезнь не мешала, поэтому утром он искренне обрадовался появлению в своей комнате короля Занỳдарда Седьмого.

Родители Эдуарда были очень богатыми, потому что так же, как их бабушки с дедушками, и прабабушки с прадедушками «от самого Адама» работали зубными врачами.

Эдуард уже две недели не ходил в детский сад, и о вчерашнем происшествии узнал с опозданием. Но поскольку лучше поздно, чем никогда, то Эдик с самого утра и в обязательном порядке был отправлен его мамой проведать друга.

Эдик был чрезвычайно ответственным и интеллигентным мальчиком. Несмотря на свои пять лет, ходил он только в костюме с галстуком, и все его рубашки были исключительно белыми.

В детсадовском театре ему всегда доставались роли сказочных королей и принцев, так за ним и закрепилось прозвище «король Занỳдард Седьмой».

У Серёньки было еще полдвора друзей, но для Эдика он был единственным товарищем. Почему так получилось, непонятно.

То ли он сам не умел найти общего языка со сверстниками, то ли они считали его занудой, но только если Эдик показался во дворе, значит он шел к Серёньке. В остальное время он играл один в своем огромном старом саду за глухим забором.

При этом его совершенно не интересовало, нравится Серёньке дружить с ним, или не нравится, есть у них тема для игры, или ее нет.

Он при любой «погоде» высиживал положенные по этикету двадцать минут, после чего молча раскланивался, и исчезал до следующей встречи по его расписанию.

Мама Серёньки давно ушла на работу, бабушка возилась на кухне, поэтому Эдик сам прошел в детскую, и уже от двери объявил, что принес поистине королевский подарок.

- Наша армия увеличилась, – торжественно сказал он, и вынул из пакета нераспакованную коробку с новыми солдатиками. – Такой ни у кого в городе нет, это дядя прислал. Давай сразу их испытаем. - Какие красивые, ух ты! – Серёнька принимал и расставлял на полу солдатиков с луками и рыцарей с мечами, которых группами доставал из коробки Эдик. Солдатиков было очень много, и все они были уложены в картонные держатели, как ампулы с лекарствами. За пехотинцами последовала конница в доспехах, затем богатые рыцари с перьями на шлемах, а на самом дне была рядами уложена боевая техника. - Тяжелые! Они гораздо лучше наших старых, – восхищался Серёнька, и Эдик был страшно горд, что угадал с подарком. Мальчишкам было абсолютно неважно, что новая армия состояла из французских воинов образца пятнадцатого века, которым придется сражаться с солдатиками наших дней. Главное, что теперь ничего не придется делить, и у каждой из сторон есть полный боевой комплект. В отдельный пакетик была упакована группа из трех последних солдатиков, и было понятно, что они самые главнокомандующие. Эдик вскрыл пакет и достал оттуда ничем не примечательных всадников в доспехах. - Странно… - он прикусил нижнюю губу и покрутил фигурки в руках. – Ничего не понимаю… - Что? - Раз они командиры и лежат отдельно, то должны быть особенными. Ну, доспехами или цветом. А ничего такого нет… Даже и не подумал бы на них, вон те и то лучше. Серёнька направился к полке со старой армией и взял в руки командиров. - Ну да, наши генералы и выше остальных. И чуть тяжелее. Может, те тоже? - Да нет… - подкинул Эдик одного в руке. – Ой, да это же тетя! - Как! Почему ты узнал? - Посмотри, у нее волосы длинные и грудь. - Это доспехи топорщатся. - Никакие не доспехи! Тетка. - Тогда давай научим ее воевать и поставим в первую шеренгу конницы. - Передние редко падают, лучше сразу в центр, тогда вернее научится, – Эдик подмигнул и улыбнулся. - Но мне кажется, стоит оставить ее с генералами. Может быть она королева, как в шахматах, и ей не нужно знать военное дело. А вот эти двое как раз командиры. Специально ведь завернули, чтобы не лежала с простыми солдатами. - Думаешь? Ну, давай оставим, пусть будет графиня премьер-министр. Все-таки для королевы она бедновато выглядит. - Может шифруется, чтобы если всех в плен будут брать, ее не заметят. - Да? Хорошо, что сказал… - При словах «первый министр» и «плен» у Серёньки родился военный план, в который он не стал посвящать неприятеля, а вернулся к полке, и с натугой выдвинул макет королевского замка, который они с Эдиком собирали больше месяца. - Раз есть королева, то пусть свой замок и защищает! - Ну, вперед! – Эдуард снял пиджак, расстегнул верхнюю пуговичку на воротнике рубашки и стал расставлять новые фигуры в боевой порядок. – Готов? Кидай. Жребий первого выстрела выпал серёнькиной армии, он пальнул из трех катушек с резинками и попал в головы лучникам Эдуарда, но все выстояли. -У меня горох высох!!! - Это твоя проблема! – категорично поднял ладонь Эдик, заряжая свою единственную бомбарду шариком из подшипника. – Надо было лучше готовиться! Обе армии подвинулись на две спички вперед, глаза у Эдика загорелись, он снял галстук и расстегнул еще одну пуговицу на рубашке, выстрелил один раз и повалил сразу шесть пехотинцев из двадцати. Но при этом почему-то упала и его графиня. Серёнька вопросительно взглянул на Эдуарда, но тот не смутившись сказал: - Это наверное я рукавом ее задел, пока стрелял, не обращай внимания. Эдик опять прицелился, и другие два его выстрела убрали с поля двух всадников и пушку с двумя артиллеристами. На последнем залпе графиня опять упала. - Ну, мы еще только начали, - прищурил глаза Серёнька, убирая погибших с поля и двигаясь вперед еще на две спички. - Что у тебя графиня-то все валится? - Не знаю, может обморок, - Эдик с задумчивым видом поднял фигурку и взвесил в руке. - Вроде такая же, как все. Но давай уже продолжим. После шестого выстрела в армии Серёньки остались только два пехотинца, большая, но слабая гаубица на пружинке и катапульта-мышеловка. Зато конница не только не пострадала, но настолько приблизилась к королевскому замку с правого фланга, что на время стала неуязвимой для Эдуарда. Графиня продолжала падать при выстрелах, но Серёнька с Эдиком уже не обращали на это внимания. - Сейчас я снесу с горы твою гаубицу, перевезу туда пушку, и можешь попрощаться со своими всадниками! – пригрозил Эдик, снимая рубашку и оставаясь в одних брюках на подтяжках. Серёнька подвинул свою конницу еще на две спички. Затем выстрелил из катапульты камнем по вражеской пехоте, но попал в крайнего генерала. При этом стоявший рядом генерал выстоял, а вот графиня отлетела вместе со своим конем под копыта серёнькиной конницы. - Да что ж это с ней такое! - возмутился Эдуард. - Я беру твою графиню в плен, живую или мертвую! – объявил Серёнька, прошел по полю боя и взял графиню в руки. - Зачем она тебе? – удивился Эдуард. – Умерла так умерла, какой еще плен? - Стреляй, - ушел от ответа Серёнька. Теперь для победы ему была нужна только мышеловка. Но Эдик так увлекся атакой на высоту, что артиллеристы его не интересовали. Выстрел бомбарды с высоты по коннице унес всего одного всадника. Прибыль была небольшой, поэтому Эдик развернулся сразу в сторону кремлевской башни Серёньки. - Я разрушу твой кремль раньше, чем ты мой замок. Сейчас будет конечный выстрел, вот увидишь, - Эдик встал на четвереньки и стал мысленно вычислять и пристреливаться ко кремлю. Тем временем Серёнька зарядил графиню в катапульту вместо камня. - Да, но прежде я снесу твой замок твоей же графиней! - и отпустил скобку. Мышеловка с треском хлопнула, но графиня полетела совсем не в замок, как планировалось, а вкось, и сбила последнего генерала. - Ох! – простонал Эдуард и выпрямился. Если с разрушенным замком бой еще можно было продолжать, то теперь его армия была обезглавлена и сражение проиграно. - Прими мои поздравления, - натянуто улыбнулся король Эдик, пока надевал рубашку и галстук. - А я буду знать, что тетка-полководец - это то же самое, что дама на корабле. - Правда? Плохо, когда на корабле? - Да. Это то же самое, что девка на возу. - Серьезно? И на возу тоже?! - Да. Это то же самое, что баба за рулем. - Да ты что? - Серёнька не стал расстраивать друга и напоминать, что армией командовала вовсе не графиня, а сам Эдик, и решил перевести разговор на другую тему. - Но все равно новые солдаты очень хорошие и их надо оставить в армии, пушка тоже. Графиню мы отправим на огород, пусть копает. А еще у нас с тобой есть вот что, - Серёнька достал из комода новую коробку с пластиковым конструктором и протянул Эуарду. – Построим кремль лучше прежнего, и он будет твой, считай подарком. Эдик остался доволен, горечь победы смягчилась и друзья попрощались до следующей встречи. Проводив Эдуарда, Серёнька вернулся в комнату и решил заняться книгами. Читать он еще не научился, поэтому книжки без картинок откладывались в сторону, как непригодные. Среди оставшихся ему сразу бросилась в глаза толстая книга, вся покрытая сверкающим золотым узором. Ее обложку украшал большой тисненый рисунок: конь стоит на горе и как бы собирается прыгнуть вниз, но не решается. На коне сидит дяденька с рюкзаком и ждет, когда же тот перестанет бояться. А конь прижал уши и весь дрожит. Красивый рисунок. Но что-то в нем не так... Серёнька потрогал пальцем выпуклого коня, гору... Еще бы не так - у дяденьки же нет головы! Вместо нее над ним нарисован месяц со звездой - Серёнька ринулся на кухню: - Бабуль, что тут написано? - Всадник без головы... - А про что это? - Наверное, про всадника, у которого нет головы. - Почему? - Не знаю. Мать придет, спросишь. Чему тут удивляться - ты и сам давеча чуть без нее не остался. А бывает, человек вообще на всю жизнь теряет голову - и как-то живет! Думаю, тебе еще рано ее читать, больно она толстая. Возьми, что попроще. Серёнька понес книгу в спальню и стал рассматривать. Рисунков внутри было немного, а те что имелись, почти ничего не объяснили: какой-то дом с деревьями, молодая тетенька, старик с короткой бородкой... И везде этот конь со всадником - то в поле, то в лесу. Он закрыл книгу. И тут вспомнил, что они с мамой как-то читали книжку, в которой наоборот голова была, а всадника под ней не было. Голова стояла на земле, на ней был железный шлем. Со всеми проходящими всадниками она разговаривала, а сама деться никуда не могла... Что ж там было?.. Он опять отправился на кухню: - Бабуль, а помнишь, мама читала про говорящую голову... На перекрестке стояла и разговаривала со всеми... - Про что?.. Нет, не помню. Пойдем-ка я лучше твоей займусь. - Она за руку повела внука в спальню, усадила на кровать и стала менять повязку. Он все думал про всадника. - О чем задумался? - Я понял! Бабуль, я понял в чем дело, я понял! - Да? А в чем дело? - Этот всадник ищет свою голову. Он ее сначала потерял, и теперь ищет... - Понятно, - согласилась бабушка. - А кто ищет, тот... Что? - … Всегда найдет! - Да. А что это он голову потерял? Выпил, что ль? - Нет бабуль, не выпил: давай лучше я тебе с самого начала расскажу. - Давай. - Это было очень давно, когда люди еще не на машинах ездили, а на лошадках... - Ну, не так уж и давно: я тоже в детстве и запрягать умела, и на бричке ездила, - сказала бабушка. - А как поедем скоро с тобой на мою родину, я и тебя посажу на лошадь, прокатишься на тройке. - Когда ж это будет? - Вот как мама пойдет в отпуск. Может, через неделю. - Да-а?!.. Ну ты же не перебивай, а то сказка не получится. Это было даже раньше чем давно, ты еще тогда не родилась. - Поняла: при царе Горохе. - Не перебивай, бабуля, это было еще раньше. При царе Горохе, ты говорила, наша Мурка родилась, а котят все приносит. - Да, действительно. Ну, рассказывай...

ГОЛОВА И ЕЕ ВСАДНИК

Это было так давно, что никто уже не помнит, когда. Жил да был на свете всадник без головы. Раньше голова у него была, и все было нормально. Но однажды он ее потерял. Ехал, ехал, торопился, да за что-то зацепился. А где голова потерялась, он даже не заметил. Приезжает всадник домой, а мама ему говорит: «Где твоя голова? Чем ты теперь думать будешь? А кушать теперь как?»

А он не знает. Тогда мама говорит ему:

- Без головы жить нельзя. Садись опять на коня и поезжай, откуда приехал, а по дороге ищи. Да смотри не подбери чью-нибудь чужую! А пока, чтобы люди не пугались, надень репу, что ли...

Надел всадник репу с огорода на плечи вместо головы и поехал. Едет полем, едет лесом - головы все нет.

Долго ли, коротко ли ехал, вдруг навстречу идет ведьма, старая такая, страшная-престрашная. Но всадник ведь не видел, какая она страшная, и остановил коня.

- Куда это ты скачешь, всадник? - спросила его ведьма. - Никак голову потерял?

А всадник не может ответить, только рукой махнул.

- Понятно, - сказала ведьма. - Не переживай. Была бы голова хорошей, не пропала бы. А раз не сберег - не печалься, я тебе помогу. У меня в запасе есть разные: хочешь - львиная, а хочешь - ишачья, вот змеиная, а вот заячья. Какую выберешь? Голубиную? Или может быть, собачью?

Всадник рукой машет, дескать, все не то. Зачем ему львиная голова, если ему человеческую надо!

А ведьма говорит:

- Есть у меня и человечьи, только ведь все хорошие на плечах сидят, а в сундуке - один мусор: брошенные или потерянные, вроде твоей старой. Послушай меня, говорит, не бери человечью.

Хотел всадник подумать, а думать-то ему нечем. Тогда он почесал свою репу и решил взять собачью голову на то время, пока родную найдет. А что?! Нюх у собаки хороший, слышит она хорошо, видит даже ночью, еще и умная. Надел он собачью голову - и правда лучше стало. Поехал дальше. Все видит, все слышит, все нюхает, только не может говорить: то гавкает, то рычит, то скулит - ничего понять нельзя.

А ведьма была злая. Она сразу поняла, что раз всадник выбрал собачью голову, значит он и без головы не дурак. Выходит, что голова у него должна быть еще умней. И если ее раньше всадника найти, то можно дорого продать. Стала ведьма тоже искать голову всадника. У нее был такой шар стеклянный, если в него заглянуть, то все можно увидеть. Ведьма поколдовала и видит: сидит голова в лопухах при дороге и разговаривает с прохожими. Побежала она за ней в ту сторону, чтобы обогнать всадника. А он едет не торопится, все нюхает, все слушает, чтобы ничего не пропустить. Вдруг видит, далеко-далеко в поле летит пыль столбом, и топот какой-то. Если бы у него была не собачья голова, так ничего бы и не заметил.

Прислушался всадник, принюхался, а это ведьма бежит. Как погнал он своего коня - и за ней! А старуха тоже увидела всадника и побежала еще быстрее. Видит всадник, что ведьма его обгоняет, и думает: “ Раз она так торопится, значит моя голова не мусор. За плохой она бы не побежала“. И так ему тут стало жалко, что он свою голову раньше не берег - откуда только силы взялись! Погнал он своего коня еще сильнее, и видит: вон она, его голова при дороге в лопухах сидит! Только старуха к ней все же быстрее приближается, чем он! Как зарычит, да как гавкнет тогда всадник на ведьму:

- Не отдам я тебе свою голову! Пошла прочь, старая!

Ведьма зашипела:

- Это не твоя голова, а ничья, у тебя своя имеется, - хрипло засмеялась, побежала дальше, и неизвестно, чем бы дело кончилось, если бы потерянная голова сама не помогла всаднику.

А с ней получилось вот что.

Как только всадник потерял голову при дороге, она осталась одна-одинешенька. Идет мимо какой-то старичок с большим кривым посохом. Увидел голову, дотронулся до нее посохом и спрашивает: “Чья ты?” Она отвечает: такого-то, мол, всадника. Не мог бы ты меня отнести домой, или как-то еще помочь, а то меня всякий здесь сможет обидеть. Покачал старичок своей седой головой:

- Чем тебе поможешь?.. Я бы отнес тебя твоему хозяину, да ведь если он сам тебя не хватится и не отыщет, то ценить не будет, и опять в любой момент сможет потерять. Ждать надо. А чтобы тебя и правда не обидели, я останусь здесь и буду караулить. Только уснуть мне не давай, а то - беда.

У головы выбора не было, поэтому когда старичок уселся неподалеку, она стала ему рассказывать про свою жизнь. Когда все рассказала, видит, старичок начал засыпать. Что делать? Она его просит: “Старичок, мой охранитель, не спи! Охранитель мой, не спи! Не спи!“ Уже она устала без конца твердить одно и то же, но чуть умолкнет - старичок клюет носом. Так они и ждали. Ночь прошла, наступило утро, а всадника все нет. Опечалилась тут голова и говорит:

- Снеси ты меня, старичок, на базар, может купит кто-нибудь. А деньги возьми себе за труды.

Старичок говорит:

- С чего это ты вздумала, что за тебя денег дадут? Надо же! Да ты и даром никому не нужна, такая гордая. Жди своего!

Прошло утро, наступил день, а всадника все нет. Голова опять приуныла:

- Хозяин мой может и не приедет совсем. Оставь ты меня негодную, старичок, что тебе тут мучиться со мной...

Старичок отвечает:

- Вот за то он тебя и потерял, что ты нетерпеливая. Я же тебя не бросаю. Давай ждать дальше.

Солнце стало склоняться к закату, а день - к вечеру, голова отчаялась совсем:

- Ночь наступает, старичок.

- Ну и что?

- Темно, холодно. Домой ты меня нести отказался, на базар тоже не захотел. Ну что я в этих лопухах сижу, как капуста при дороге! Перенеси ты меня хоть на другое место!

Старичок и тут не согласился:

- Никуда я тебя не понесу, неженка. Может тебе еще подушку подложить? Ждать везде тяжело, хоть в лопухах, хоть на перине. Терпи.

Тут они оба услышали далекий топот копыт, а через минуту стали видны две точки на горизонте. При-гляделись и видят, что это всадник какую-то старуху пытается обогнать. Как взмолилась тут голова:

- Старичок, мой охранитель, спасай! У меня только один хозяин - всадник, а ту старуху я совсем не знаю!

Старичок и тут с места не двигается, спокойно так стоит, будто не слышит, и даже будто не смотрит. Еще сильнее взмолилась голова:

- Старичок-охранитель, спасай моего хозя!.. - но тут увидела, что у всадника на плечах другая голова. Пригляделась: батюшки, песья! И вся надежда у нее сразу пропала. Защурила голова глаза, и замолчала.

А старуха, ничего кроме добычи не видя, подбежала, но глянула на старичка - и вдруг как закрутилась, как завизжала, будто ее режут:

- Будь ты, старик, про!.. - но тут рухнула наземь и обратилась в пыль. Сдуло ее, как не было.

Всадник подъехал, слез с коня, поклонился старичку. А тот вместо ответа поднял посох, да как треснет им по песьей голове:

- Тебе что мать говорила - не бери чужую! Носи свою, и не теряй больше - с тем исчез. И собачья голова тоже исчезла.

Всадник подошел к своей голове, бережно поднял ее, надел на плечи, огляделся. И хоть собачья голова казалась ему удобной и во многом помогла всаднику, а все же своя показалась самой лучшей. Одного всадник не понял - и что это был за старичок?.. Ну, да ладно.

Вернулся всадник домой, стал жить лучше прежнего. И очень боялся с тех пор потерять голову.

Вот и правильно, - сказала бабушка.- Лучше нету, когда своя голова на плечах. А что говоришь, за старичок-то был?

Серенька недоуменно развел руками: “Не знаю”.

- Ну да ладно. Давай поставим эту книгу на полку, она нам больше не нужна.

- Теперь ты расскажи. Про село, в какое поедем.

- У меня тесто подошло, недосуг мне сейчас разговоры про село, - бабушка глянула на часы и заторопилась на кухню, но Серёнька не отставал:

- А на чем мы туда поедем?

- На поезде.

- А долго ехать?

- Отстань.

- Не отстану, а как называется село?

- Каменка. Вот я тебя сейчас в санузле запру, липучка! Ступай к себе, читай книжки, в них есть ответы на все вопросы.

- Можно я лучше с тобой посижу?

- Если не будешь отвлекать.

- Не буду, а на поезде долго ехать?

- Четыре дня. Все, ступай отседова... - бабушка вытерла руки о передник и повернулась, намереваясь выдворить внука из кухни.

- Бабуль-бабуль, подожди! Можно я к Фатиме пойду.

- Нельзя. С пробитой головой надо лежать!

- А я тихо пойду!

Бабушка в отчаянии глянула на разложенные по столу круглые шарики теста, потом на Серёньку:

- Ступай, но ненадолго. Я сама за тобой приду.

С криком “Ура!” он помчался из кухни.

До полудня было еще далеко, и июльское солнце заливало двор не мандариновой жарой, а легким чистым светом. Разбежавшийся в подъезде Серёнька был вынужден убавить скорость и прикрыть глаза ладошкой, чтобы осмотреться.

Сразу бросилось в глаза плохое обстоятельство - толстый красно-белый индюк Сабах. Он стоял на углу двора у сараев, выставил вперед правую лапу, развернул веером хвост и был готов расправиться хоть с мышью, хоть с тигром, чтобы защитить свой гарем. Поскольку все враги попрятались, Сабах стоял без дела на полпути к Фатиме, и был непроходимым препятствием.

Серёньке предстояло найти защиту или вернуться домой. Он еще раз оглядел безлюдный двор, но кроме спящего в палисаднике пса Байкала никого не увидел. Байкал был овчаркой и почти всю жизнь прослужил в милиции, поэтому легко мог бы защитить мальчика даже от десятка свирепых индюков. Но под старость лет псу захотелось вольной жизни, он сбежал из питомника, стал бродяжничать и набрался плохих привычек от уличных дворняг. Малышу пришлось бы стащить из дома все жаркое, чтобы этот старый, ленивый и всегда голодный пес захотел проснуться и кинуться ради него в драку.

Серёнька тяжело вздохнул, и перед тем как повернуть обратно, со злостью помахал Сабаху кулаком. После этого опустил голову и хотел идти домой. Но вздрогнул и в ужасе обернулся, потому что ему послышалось, будто разъяренный индюк с дикими воплями летит прямо на него.

Но все оказалось лучше. Пока малыш осматривал двор, в палисаднике позади индюка по своим делам шла дворовая серая кошка Дымка. Зная нрав Сабаха, она благоразумно перешла из палисадника к стене дома и продолжила путь по высокому выступу фундамента. Кошка все правильно рассчитала, но не учла, что ребенок покажет кулак как раз в тот момент, когда она поравняется с индюком, и тот ее заметит.

Даже лопаясь от злости Сабах не оставил бы своих индеек, чтобы погнаться за мальчишкой. Но от Дымки его разделял только тротуар, поэтому в припадке бешенства он кинулся к дому, стал грозно кружить и подпрыгивать, пытаясь ее достать и заклевать.

В кошке сразу проснулись инстинкты зверя, и каким бы огромным ни был Сабах, для Дымки он был всего лишь глупой птицей. Она дугой выгнула спину, и вместо того чтобы бежать и прятаться, стала с воем и громким фырканьем бить индюка по голове когтистой лапой. И сходить с места не собиралась.

Глядя на это, четыре индейки подняли гвалт и кинулись на помощь Сабаху.

Немедленно проснулся Байкал, и едва индейки заметили, что он выбегает из палисадника, вся их семья бегом-бегом помчалась к родному птичьему двору. При этом толстый индюк трусцой и враскоряку бежал посередине, а дамы охраняли его с четырех сторон. Похоже, он плохо видел дорогу, потому что его белая голова теперь стала красной под цвет перьев.

«Ай да киска!» - восхищенно подумал Серёнька. Пока смотрел на бегство индюка, в голове крутилась какая-то бабулина пословица про бодливую корову, но малыш не смог ее вспомнить и широкими прыжками побежал благодарить заступников.

На бегу достал из нагрудного кармана рубашки карамельку, развернул ее и протянул Байкалу. Пес приветливо завилял хвостом, а разгоряченная дракой кошка Серёньке не обрадовалась. Убедившись, что ребенок не собирается нападать, она гордо и холодно поглядела на него и Байкала, спрыгнула с фундамента на асфальт, подняла хвост трубой и медленно пошла вдоль дома.

Пес вильнул ей вслед хвостом и опять пошел спать в палисадник. Серёнька подождал, пока кошка обернется, помахал ей рукой и отправился в гости к Фатиме.

Глава II. ШКОЛА СКАЗОЧНИКА

УРОК ПЕРВЫЙ

Имя Фатимы было заветным для каждого малыша в серёнькином дворе. С его помощью легко вырывались на волю провинившиеся и больные, непослушные и надоедливые. Как золотой ключик оно открывало запертые двери всех квартир, где имелся ребенок, способный произнести это имя.

Фатимой звали слепую девушку-осетинку. Каждый день с утра до позднего вечера она сидела на огромной скамье перед окнами своей квартиры и занималась рукодельем.

Это был поистине самый нужный и уважаемый человек во дворе: дети от нее не отходили, и за то ей были благодарны взрослые, причем как семейные, так и бездетные. Фатиму почитали даже животные с птицами, и мы убедимся в этом чуть позже.

Еще издали Серёнька заметил, что ему здорово повезло: перед Фатимой стояла тетя Клава с большой сумкой и что-то оживленно рассказывала, но на огромной скамье рядом с девушкой больше никого не было. За всю жизнь ему только единожды выпадала такая удача, а в остальном рассказы Фатимы приходилось слушать только издали.

- Вон уж и первый кавалер к тебе направляется! - громко и весело сказала тетя Клава, поднимая сумку.

- Да? - мягко улыбнулась Фатима. - И кто это?

- Серёнька идет... Да с чалмой на голове. Ты что это, Серёнька, не в детсаду?

- Меня бабуля к Фатиме отпустила, - сказал малыш, останавливаясь поодаль.

- Ну, давайте-давайте секретничайте, я пошла.

Серёнька присел на край широчайшей, необыкновенно длинной и до блеска отполированной скамьи с высокой спинкой, которую специально для дочери и ее многочисленных гостей изготовил папа Фатимы.

Девушка видимо тоже только что вышла, и еще не успела ничем заняться. Она раскрыла корзинку, и доставая спицы с начатым вязаньем, принялась обо всем расспрашивать Серёньку. Не прошло пяти минут, как ей стали известны все подробности о конкурсе сказок и победном выступлении, а также о качелях, утренних книжках и бабулиных пирогах. Фатима все это внимательно выслушала, и тихим голосом, как-то очень таинственно сказала:

- Знаешь, Серенький, если хочешь, и если тебе действительно нравятся сказки, то я могу по большому-пребольшому секрету открыть тебе одну тайну.

- Хочу! - шепотом ответил Серёнька, - хочу, но только... Мне не все сказки нравятся.

- Не все?

- Про семерых козлят не нравится, мальчик-с-пальчик не нравится, про Красную шапочку тоже...

- Почему?

- Там животы разрезают, мне сразу жалко.

- Не всем же разрезают, только злым волкам.

- Ну и что, все равно не нравится.

- Какой ты! А как же еще козлят спасти?

- Не знаю... Можно два пальца засунуть в рот, или пусть покакает, а то сразу жалко.

- Понятно. А какие нравятся?

- Про Золушку, про Буратино, про скрипку, про гуси-лебеди, про...

- Поняла-поняла, - перебила Фатима. - Тебе нравятся добрые сказки. Только я что-то не помню про скрипку, о чем это?

- Про принца, который переоделся в нищего и пошел искать невесту.

- Ага, “Король-Дроздовик”...

- Нет, там король жену воспитывает, а здесь невесту ищет.

- Не помню такой сказки.

- Рассказать? Ну так вот...

СКРИПАЧ-КОРОЛЕВИЧ

В тридевятом царстве, в тридесятом государстве жил королевич, звали его Амир, и пришло время искать ему невесту. Те царевны, которых подбирали ему родители, Амиру не нравились, потому что были или некрасивыми, или капризными до невозможности.

Но однажды он услышал, что где-то в далекой стране на Востоке живет царевна необыкновенной красоты, которой тоже пора выходить замуж, но достойного жениха ей нигде не могут найти. Дело в том, что кроме красоты царевна была еще необыкновенно умна, и повадилась загадывать женихам всякие загадки, которых никто не мог отгадать.

Как только Амир увидел у одного заморского купца портрет этой царевны, сразу влюбился и отпросился у родителей поехать свататься.

Приехал он в ту страну, но его не только к царевне, а даже и во дворец не пустили: королевство у него маленькое, приехал без свиты, никому подарков не делал - в общем, пришлось возвращаться.

Надо сказать, что родители Амира были людьми культурными, и с самого детства у него было много всяких заморских учителей, поэтому он не боялся никаких загадок. Кроме того, один из учителей подарил когда-то маленькому королевичу скрипку, и научил на ней играть. Со временем Амир стал играть на скрипке так, как никто не умел, и он точно знал: если удастся сыграть что-нибудь царевне, она обязательно полюбит его.

Но поездка не удалась, и перед тем, как вернуться на корабль, королевич решил прогуляться по городу. Осмотрев многолюдный базар, он вернулся на главную площадь, чтобы еще раз полюбоваться падишахским дворцом, обошел вокруг его стен и остановился в саду. В городе было очень жарко и шумно, а здесь царили прохлада и сладкая тишина, которую не нарушали ни журчанье ручья, ни веселый щебет птиц.

Амир отдохнул на траве под деревом, и собираясь отправиться на пристань, поднял с земли свой дорожный мешок. Ему было очень грустно от того, что ничего из поездки не вышло, так грустно, ну прямо невмоготу! Вот перед ним стена дворца, в котором живет царевна Дениз, но она никогда не узнает о нем. И было бы не так обидно, если б не удалось разгадать ее загадок, или если б они друг другу не понравились, но его даже не пустили во дворец!

Амир достал из мешка скрипку, постоял немного и начал играть.

Он играл, не задумываясь о том, что его могут услышать. Но его услышали.

Он был уверен, что если кто-нибудь и услышит его, то ни за что не поймет, о чем так плачет его скрипка. Но его скрипку поняли.

Он считал, что если кто-нибудь услышит и даже поймет его музыку, то это уж точно будет не царевна Дениз. Но это была именно она.

Царевна прогуливалась в саду со служанками по другую сторону стены, и при первых же звуках мелодии остановилась и прислушалась. Тихие слезы полились из ее прекрасных глаз, но она их не замечала. Служанки удивленно смотрели на свою госпожу и боялись пошевелиться. Они тоже слышали писклявую музыку за стеной, но совершенно не понимали, почему так ведет себя царевна.

Когда скрипка перестала играть, Дениз даже не заметила. Некоторое время она стояла, глядя в землю и о чем-то думая. Наконец взяла себя в руки, и тихим сдавленным голосом сказала девушкам:

- Там за стеной... Стоит молодой человек, который приехал издалека, чтобы на мне жениться. Он любит меня, готов был разгадать все мои загадки и сделать так, чтобы я была с ним счастливой. Но во дворце посмеялись над его бедностью и прогнали прочь. Теперь он должен вернуться домой на корабле. Пойдите, найдите его и пригласите сюда.

Служанки, слуги и дворцовая стража бросились туда, откуда раздавались звуки музыки, но никого не нашли. Только на траве под деревом лежал какой-то диковинный музыкальный инструмент, по-видимому оставленный тем молодым человеком, о котором говорила царевна.

Тогда все помчались на пристань, но лишь увидели, как чужеземный корабль отплывает, поднимая паруса.

Вдогонку по волнам понеслись многовесельные шлюпки, на пристани палили из пушек, чтобы привлечь внимание тех, кто был на корабле, но все оказалось напрасным - парусник исчез за горизонтом.

Амир вернулся на родину, а прекрасная царевна Дениз осталась дома.

Серёнька посмотрел на Фатиму. Все это время она внимательно слушала, опустив голову и сложив руки на коленях, но когда он умолк, вздрогнула, повернулась в его сторону и удивленно спросила:

- Что? Это все?

- Да, - развел малыш руками.

- Кто рассказал тебе эту сказку?

- Не знаю... Может быть, мама?

- Ты меня спрашиваешь? - засмеялась Фатима.- Хитрец, ты сам ее придумал.

- А теперь ты расскажи. Про тайну.

- На улице тайнами не делятся. Давай руку и веди меня домой. Там расскажу, что обещала.

Оставив рукоделье на скамье, они пошли домой к Фатиме. Серенька побаивался ее строгих и неприветливых родителей, и потому войдя в большую полутемную прихожую, остановился в нерешительности.

- Дома никого нет. Веди прямо и через гостиную - налево, я на балконе живу.

Во дворе становилось жарко, а в этой чужой полупустой квартире с зашторенными окнами и гладкими как стекло полами малыша сразу бросило в холод.

- Смелее, Серенький!.. Теперь давай я на обгон пойду... Вот пришли. Добро пожаловать, мой маленький друг!

Комната Фатимы отличалась от остальной квартиры, как свет отличается от тьмы. По ней даже ребенку было заметно, как сильно любили родители Фатимы свою дочь и старались утешить ее.

Это действительно был большой балкон, превращенный в комнату с двумя остекленными стенами и теплыми полами. Изготовленная папой удивительная мебель вовсе не имела углов, а бесчисленное множество ярких подушек, сшитых мамой Фатимы, делало комнату уютной и веселой. В открытое окно лились солнечный свет, тепло и птичий щебет. Серёнька с разбегу нырнул в большое бархатное кресло, доверху наполненное подушками, и засмеялся от радости. Впрочем, тут же почувствовал стыд и сконфуженно подошел к хозяйке.

Фатима тем временем села в другое кресло и улыбнулась:

- Не смущайся, чувствуй себя свободно, мне нравится.

- Нет, лучше расскажи про тайну.

- Про тайну, - повторила девушка, помолчала и начала так:

- Когда я была маленькой, тоже придумывала сказки. Делать мне это было очень легко, потому что мама и папа дарили мне много красивых кукол и интересных книжек, часто брали в путешествия. Я не была тогда слепой. Особенно мне нравилось придумывать сказки про всяких принцев и принцесс. Их именами я называла кукол и шила им нарядные платья. И вот однажды кто-то рассказал мне про Царицу Чудес. Сейчас уже не помню, кто рассказал, однако я хорошо поняла и запомнила тогда вот что:

Царица Чудес есть на самом деле, и это она помогает людям сочинять сказки. Но, - Фатима стала по одному загибать пальцы, - во-первых, она помогает сочинять не все сказки. Во вторых, она помогает не всем людям. И в-третьих, Царица Чудес сама знает, кому, когда и в чем помочь.

Живет она неизвестно где, и найти ее никак нельзя, но она отлично знает, что у нас тут делается, и кто какие сказки сочиняет. Если ей нравится чья-нибудь сказка, то она приходит к сказочнику в гости и награждает его.

- Да?! А как!

- Не торопись. Видишь ли, Серенький, придумывать сказки нетрудно - сиди да плети. Но только та сказка ценная, когда хочется, чтобы она стала правдой. И если это сказка добрая, если ее можно пожелать себе, или подарить всем, кого любишь, то только тогда она становится достойной для награды... Тебе это наверное непонятно, да?

- Угу, - кивнул Серёнька, не успевший вынуть палец изо рта, чтобы сказать, что ему все понятно.

- Вот например, если ты захочешь сделать маме подарок, а у тебя есть только апельсин и лягушка, что ты подаришь?

- Торт большой.

Фатима рассмеялась:

- Но если у тебя нет ни торта, ни лягушки, ни апельсина, а есть только две новых сказки - одна добрая, а другая страшная - какую подаришь?

- Добрую.

- Вот их и придумывай, чтобы людей не пугать. Если сказочник сочиняет добрые сказки и дарит их людям, это то же самое, как если бы он дарил торты или апельсины. К такому сказочнику приходит в гости сама Царица Чудес и награждает его - дарит вишневый цилиндр и темно-синий плащ. Я заметила, что тебе нравится придумывать сказки, и привела сюда, чтобы предупредить о двух важных вещах, запомни мои слова.

Во-первых, коль ты взялся придумывать сказки, то и тебя может посетить Царица Чудес. Похвалит она или накажет, зависит от того, какую сказку в тот момент ты будешь сочинять, добрую или злую. Помни об этом.

- А она и наказать может?

- Может.

- Да-а?.. А вторая вещь какая?

- Что? - переспросила Фатима. - Вторая вещь... Да: никогда не рассказывай сказок Мечтуну, и вообще ни о чем с ним не разговаривай. Бояться его не надо, но и дружить с ним тоже не следует.

- Он страшный, как не бояться!

- Доброму сказочнику Мечтун не страшен.

- А я добрый сказочник?

- Пока еще не добрый и не злой, ты маленький. Вот когда получишь вишне-вый цилиндр и синий плащ, будешь считаться добрым.

- А где эту Царицу найти?

- Нигде не найдешь, только если сама придет и все подарит.

- Или не подарит, да?

- Да.

- Значит, Мечтун может мне что-нибудь сделать?

- Ничего он тебе не сделает, если ты с ним не станешь дружить. Но если подружишься, тогда конечно беда.

- Почему?

- Обязательно обманет и погубит не только сказки, но и тебя самого. Потому что Царица Чудес от тебя тогда отвернется и помогать уже не станет.

- Мечтун страшный, с ним никто не дружит.

- Не такой уж он страшный, зато хитрый. И если хочет кого-то обмануть, умеет притвориться ласковым, дарит подарки.

- Тоже?

- Да. Только Мечтун дарит не цилиндр, а остроконечную черную шляпу с золотой пряжкой, и еще черный плащ. Шляпа такая смешная, как колпак с полями, бр-р!.. Но кому-то нравится.

- А Царица Чудес какая? Как Добрая фея у Золушки, да?

- Честно сказать, я ее не видела. Но думаю, что она должна быть самой красивой и могущественной. Иначе она не была бы Царицей.

- А у тебя есть вишневый цилиндр?

- Есть.

- У тебя есть?!! Покажи!

- Покажу, если ты никому про это не скажешь.

- Никому, - Серёнька обеими руками зажал рот в знак того, что будет молчать.

Фатима встала с кресла, и открыв стоящий позади нее на комоде большой золотой ларчик, вынула темно-красный цилиндр и большой кусок голубого бархата с серебряными и золотыми звездочками.

От удивления Серёнька ни говорить, ни даже дышать не мог, а только молча смотрел, как она надела цилиндр, накинула плащ на плечи и села в кресло. Щечки у нее зарумянились, она застенчиво наклонила голову и сказала:

- Не думай, что я хотела похвастаться. Просто боялась, что ты не поверишь, и значит станешь легкой добычей Мечтуна.

- А-а-ах! - Серёнька все удивлялся, разглядывая плащ. - Но постой... Как же ты не видела Царицу, если она сама тебе это подарила?

- К тому времени я уже ничего не видела...

- А ты бы попросила у нее глазки! Она ведь все может?

- Я и сама до сих пор удивляюсь, почему не попросила. Но я тогда ничего не поняла...

- А что она говорила? Какой у нее голос? Как она пришла? Она что, сюда пришла?

- Серенький, я ничего не помню, - чуть не плача взмолилась Фатима.

- А можно мне надеть?

- Нельзя. Но я дам тебе это примерить, если обещаешь испол-нить мою просьбу.

- Обещаю!

- Сочиняй сказки, Серенький, придумывай их днем и ночью! Пусть все они будут добрыми, и пусть к тебе придет Царица Чудес с подарками! Но когда придет, попроси ее и обо мне. Чтобы я снова могла видеть. Не забудешь?

Из глаз Фатимы покатились слезы. Глядя на них, Серёнька захлюпал, потом зарыдал во весь голос, но она не слышала и продолжала:

- Она услышит тебя, потому что она всегда слышит маленьких. И обязательно исполнит. Обещаешь?... Ой! Прости, пожалуйста.

Услышав серёнькин рев, Фатима вспомнила, что разговаривает всего лишь с ребенком, засуетилась, поискала руку малыша и сунула в нее огромную грушу. Затем срочно надела на него цилиндр и закутала в синий плащ.

- Нравится, сказочник? Теперь снимай, веди меня во двор и постарайся сохранить нашу тайну.

Едва они вышли в полутемную гостиную, Серёнька сразу вспомнил про Мечтуна, или как его еще называли - про Тихий ужас. Во дворе его знали и боялись все дети. Это был жутчайший старик с черной резиновой рукой, на которую он иногда надевал тонкую розовую резиновую перчатку, и тогда становилось еще страшнее.

Он весь был стерильно чистенький, седые волосы аккуратно подстрижены и расчесаны. Но от бесцветных глаз с белыми ресницами и постоянной беззубой улыбки всем опять становилось страшно.

Говорил Мечтун очень тихо и немного. Каждый вечер он выхо-дил во двор в шлепанцах на босу ногу и в светлой полосатой пижаме. Из розовых шлепанцев выглядывали такие же черные пальцы, как и его рука. Все вместе это производило впечатление не просто жуткое, но какое-то медицинско-жуткое. Неизвестно за что его прозвали Мечтуном, но своего второго прозвища он несомненно заслуживал.

- Что ты? - спросила Фатима, почувствовав, что Серёнька вздрогнул и поежился. - Доброму сказочнику нечего бояться. Добро ведь сильнее зла, правда?

Серёнька молча кивнул, но не очень уверенно, поэтому слепая Фатима так и не увидела ответа.

Едва они вышли из подъезда, как солнечный свет, тепло и бабушка быстро вернули малыша к реальности:

- И куда Фатима моего внучка подевала? Вязельку оставили, сами пропали, я уж собралась в розыск подавать, - поздоровавшись с девушкой, она взяла Серёньку за руку, чтобы вести домой.

- А где пироги!

- Отдыхают. Вот придем, возьмешь и понесешь Фатиме в гостинец.

- Сам один?

- Конечно, а что такого? Или мне весь день тебя по двору за руку водить?

- Я Мечтуна боюсь.

- Кого? Мечтуна? А что он тебе сделает?

Малышу очень много хотелось рассказать бабушке, но он обещал хранить тайну. Может, он и сказал бы что-нибудь, но в эту минуту в палисаднике раздался кошачий вой, его прервало свирепое рычание, из кустов высунулась оскаленная морда Байкала, а на тротуар под ноги Серёньке вылетел большой пятнистый кот. Шерсть на нем стояла дыбом, кот в ужасе фыркнул на мальчишку, и в два прыжка исчез в маленьком подвальном окошке.

Серёнька вздрогнул от испуга, а бабушка стала ругать Байкала:

- Фу, паразит, как напугал! Тебе бы только кошек гонять, бездельник!

- Бабуль, бабуль, а вон кошка, видишь? Она сегодня так поколотила Сабаха, что он побежал домой весь-весь в крови! Помнишь того индюка, толстый такой? – Серёнька указал на яблоню, где на одной из веток лежала серая кошка и наблюдала за бегством своего пятнистого жениха. – А почему она так сильно хвостом машет?

- Сердится, - ответила бабушка, опять взяла внука за руку и повела дальше. – Собаки всегда машут хвостами от радости, а кошки только когда недовольны.

- Да?.. – Серёнька почему-то сразу вспомнил сказку про скрипача, и в голове впервые пронеслась какая-то неясная тревожная мысль. Но мелькнула так смутно и быстро, что малыш тут же забыл о ней.

Отправляясь к Фатиме с теплыми ватрушками, он впервые почувствовал себя Красной шапочкой, которой предстоит опасный путь через дремучий лес. Ноги не слушались, он то и дело вздрагивал, озирался по сторонам, и уже раскаивался, что наболтал Фатиме про бабулины пироги, что защищал злого волка. Вот если теперь его самого проглотит Мечтун, и Серёнька будет сидеть у него в животе, разве ему понравится, если мама станет Мечтуна жалеть? Нет, ему это не понравится.

- Стой! Попался! - раздался чей-то крик, Серёнька взвизгнул, выронил ватрушки и собрался бежать без оглядки. Но за спиной раздался веселый хохот его лучшего друга Пети. В другое время Серёнька по шее надавал бы за такие фокусы, но теперь был искренне рад его видеть.

- А у меня мама пошла в отпуск, теперь все лето буду дома, - поделился Петя радостью, помогая собрать ватрушки. - Это нам с тобой, да?

- Нет, Фатиме. Пойдем вместе, а то я Мечтуна боюсь.

- Почему? Он же не гуляет по утрам.

- Все равно боюсь. Он Галю с Иркой вчера так напугал, что они от страха чуть не умерли, мне Лена говорила.

- А мне зато папа сказал, что Мечтун вовсе не страшный, это только внешность у него такая. А на самом деле он никого никогда не обижал.

- Если б не обижал, его бы не боялись. Я про него другое знаю.

- Что?

- Не могу говорить - это тайна.

- Ну и ладно, не говори. А давай, как отнесем пироги пойдем на дереве сидеть?

- Нет не могу, я должен быть дома.

- Почему? Бабушка не пускает?

- Нет ... Мне надо придумать сказку. А то придут гости, а сказка не готова.

- К вам придут гости?

- Да, придут. Царица Чудес придет, - Серёнька рассказал Пете, что ждет в гости Царицу Чудес с подарками, и должен придумать для нее добрую сказку.

Петя был надежным другом и не стал задавать лишних вопросов ни про Царицу и подарки, ни про то, откуда Серёнька все это знает, но озаботился другим:

- Как же так! Приедет целая Царица, а встретить ее негде, посадить некуда, угостить нечем! Это неправильно. Давай так: ты можешь заниматься сказкой, а я организую встречу. Она же сначала на вокзал приедет. А с вокзала на чем? Надо сделать карету. Лучше золотую. А когда выйдет из кареты, то постелить красную дорожку, чтобы по ней Царица дошла до вашей квартиры... Нет, зачем до вашей, там тесно... А надо поставить ей трон прямо на площадке, где свадьбы справляют, и накрыть столы. На столах ничего лишнего не нужно, только торты, пироги, конфеты, мороженое. Лимонад еще. Персики. Цветы...

Серёнька слушал Петю, раскрыв рот. И чем дольше тот говорил, тем больше идеи друга Серёньке нравились.

В самом деле, как можно принимать такую гостью, не подготовившись!

И потом, Фатима сама говорила, будто Царица Чудес отлично знает, что у нас делается. Значит она должна видеть, что они ждут ее в гости. И как она сможет не приехать, когда столько тортов, карета золотая, цветы!..

- Петь, а если она собралась не сегодня, а завтра прийти? Или послезавтра?

- Какая разница, мы с тобой и так вряд ли к вечеру успеем. Дел-то сколько! Давай побыстрее отнесем пироги - и за работу!

Забыв про Мечтуна и про все на свете, мальчишки побежали к Фатиме. Конечно, Серёнька рассказал ей о планах встречи Царицы, но до того коротко и сбивчиво, что Фатима совершенно не оценила масштаба. Решив, что Серёнька с Петей как девочки собираются поиграть в куклы, налепить песочных тортиков и склеить карету из картонки, она только подлила масла в огонь.

- Мне очень нравится ваша мысль о карете. После обеда я подарю вам много золотой бумаги.

- Так, - сказал Петя на обратном пути. - Хорошее начало - половина дела. Золото уже есть, это хорошее начало. Чем мы займемся теперь?

- Давай пройдем по двору и соберем все, что может пригодиться.

Первый же обход двора дал потрясающие результаты: на штакетнике висела огромная мокрая ковровая дорожка, за сараями лежали стопка кирпичей и два автомобильных колеса, а кроме того повсюду в клумбах и палисадниках цвели розы.

- Зачем нам кирпичи?

- Положим их под трон как ступеньки, будет выше. А чем выше, тем круче! - деловито ответил Петя. - Давай сразу перенесем их на площадку.

Они взяли по кирпичу и понесли к месту предстоящих торжеств.

- Сколько их нужно? - спросил Серёнька, начиная понимать, что работа предстоит нелегкая.

- Все заберем.

- Да ты что, мы же до утра не перетаскаем!

- Детсадовские придут, помогут.

Положив по кирпичу на середину спортивной площадки, друзья решили сделать перерыв на обед. После обеда с работы пришла мама, никуда Серёньку не пустила, и он до самого вечера выпал из жизни.

А под вечер домой постучали...

Бабушка открыла дверь, и ей пришлось принять целую группу посетителей. Это были Петя, две чьих-то мамы и несколько нарядно одетых ребятишек. Все вместе они рассказали следующее.

После обеда Петя в одиночестве принялся носить кирпичи на спортплощадку, сообщая всем, кого видел, о предстоящем приезде к Сереньке какой-то знаменитой гостьи. Постепенно этот муравей сумел занять работой не только малышей и младших школьников, но даже и некоторых взрослых. В частности, несколько свободных бабушек согласились поставить тесто.

Сделав ставку на девочек, Петя достиг еще большего: для него открылись двери сараев, и на площадке быстро стала расти куча пожертвованных на благое дело стульев, скамеек, каких-то дверей, умывальников и всякого старья. Из этого предстояло сделать карету.

История с приездом какой-то женщины, которая собирается в семь часов вечера устроить во дворе концерт и за общим чаем рассказать ребятишкам сказки, передавалась от детей к взрослым и стала звучать настолько правдоподобно, что к вечеру взрослые жертвовали на общее дело все, что дети у них ни просили...

В результате сейчас на спортплощадке в ряд стоят четыре больших стола, накрытых к чаю. На столах - три больших торта, несметное количество пирогов, горы фруктов, конфет и сладостей, тает мороженое.

Недоделанная из брусков и фанеры карета, похожая на сортир, стоит в углу площадки. У нее нет крыши, внутри сложены умывальники, но зато передняя дверь оклеена золотом Фатимы, которое оказалось разноцветной фольгой от шоколадок.

Малыши в праздничных одеждах, с букетами цветов и в сопровождении взрослых уселись на принесенных стульях перед сценой, очень похожей на карету, только не из досок, а из плюшевых занавесок. Внутри на возвышении из кирпичей стоит стул с подушкой для приезжей сказочницы.

Поскольку концерт был назначен на семь вечера, а уже половина восьмого, все вспомнили про Серёньку и послали спросить, что все это значит...

Незадолго до конца рассказа Серёнька начал пятиться из прихожей в гостиную, из гостиной – в детскую, и там забился под одеяло. Бабушка, Петя и кто-то еще пытались задавать ему какие-то вопросы, но стянуть с него одеяло не сумели. Так и оставили.

Когда за ними закрылась дверь, Серёньке еще долго было слышно, как бабушка горячо доказывала всем, что ее внук весь день находился дома под присмотром, и ни с кем кроме Фатимы сегодня не общался. Когда голоса постепенно стихли, Серёнька вылез из укрытия и мелкими перебежками добрался до балкона, откуда хорошо было видно все происходящее во дворе. По-видимому, взрослые нашли выход из положения: малыши сидели за столами и пили чай со сладостями, а родители собрались в кучку и о чем-то весело разговаривали. Во всяком случае, никаких возмущенных голосов с площадки не раздавалось.

Вернувшись в спальню, Серёнька подошел к окну и встал в угол за занавеску. Это было его старое убежище, причем довольно комфортное: если встать на бабулину скамеечку, то можно видеть все, что происходит на улице. Самого Серёньку при этом видно не было ни с улицы, ни из комнаты.

На этот раз убежище оказалось ловушкой. Скрывшись за занавеской, малыш влез на скамеечку, глянул в окно и оцепенел от ужаса - прямо перед ним за окном стоял Мечтун.

Ждал ли он Серёньку, случайно ли оказался - неизвестно, но он глядел прямо на мальчика и широко улыбался. Постояв с минуту, медленно повернулся, и как пингвин мелкими шажками стал двигаться по тротуару...

Малыш бросился под одеяло, и там дрожа от страха уснул.

- Вставай, Серенька, вставай, а то ночью спать не будешь. Слышал, как я тебя защищала! Чего удумали - все на нас валить...

- Бабуль, мы с Петей правда Царицу Чудес ждали...

- Кого?.. Да ну вас обоих, баламуты! И когда вы только успеваете сговориться? Так это ты что ль его подговорил устроить концерт?..

- Я ни про какой концерт не подговаривал! Я не знаю, как это получилось... - захлюпав, Серёнька уткнулся в подушку.

- Ну-ну, ладно тебе. Они там чай пьют, а ты здесь рыдаешь, перестань.

Он стал вытирать слезы:

- Расскажи про село, в какое поедем.

- Что о нем рассказывать? Лучше один раз увидеть...

-А на чем мы туда поедем?

- На поезде. Будем ехать три дня. Город называется Кузнецк. Недалеко от него наше с тобой село Каменка. Раньше там было полсела Торопыгиных, но кто-нибудь и теперь еще остался. Я же как в молодости уехала, ни разу с тех пор не была. Но думаю, что там все по-прежнему: и дубовый дом, в котором я жила в детстве, и церковь, в которой меня крестили тятя с мамой, да и люди наверное так же живут.

- А Торопыги - это мы что ли?

- Да. Только не Торопыги, а Торопыгины. Это наша фамилия.

- Как у медведей.

- Почему? Медведи - Топтыгины, большая разница. Опять кто-то в дверь стучит...

Через несколько минут в спальню вошли Леночка и Петя. В руках у Леночки была разноцветная стайка воздушных шариков, а Петя силился не уронить огромную ватрушку.

Усевшись на кровать, они стали наперебой рассказывать про то, как замечательно прошел вечер, как малыши по очереди рассказывали стишки, пели песни, и как все жалели, что Серёньки не было, а то бы он обязательно рассказал какую-нибудь сказку. Чтобы не огорчался, ему выделили самую большую ватрушку.

- Как ты думаешь, - спросил Петя, - стоит ли завтра убирать столы с площадки? Царица ведь сегодня не приехала. Может оставить пока?

- Нет, Петя. Давай уберем.

- Ты думаешь и завтра не приедет?

- Думаю, нет.

- Ну, тогда уберем...

Вечером Серёнька засыпал в своей кроватке, над которой висел огромный ковер, подаренный бабушкой. На ковре картина “Утро в лесу”, ее еще на конфетах печатают: там на поляне сидит медведица, рядом, на сломанном дереве - медвежата. Один из них как две капли воды похож на плюшевого Мишутку, который лежит сейчас на серёнькиной подушке. Если завести его ключиком, то он будет качать головой, двигаться и рычать. Надо обязательно сочинить про него сказку. Серёнька взял Мишутку в руки, и стуча пальцем ему по носу, стал учить:

- Хорошенько запомни: раньше ты был Топтыгин, когда с мамой и с братцем жил в лесу, а теперь стал Торопыгин - большая разница! К кровати тихо подошла мама:

- Ну-ка спи! Разговорился...

- Мам, а когда я пойду в сад , сочиню сказку про Мишу, ладно?

- Ладно. Только не жди за это награды,- ответила она, поправляя на Серёньке повязку. - А то она, видишь, бывает разная... Спи давай, сказочник.

- А почему Царица Чудес не приехала, мы ведь ждали?

- Не знаю. С чего вы решили, что она приедет именно сегодня?

- Но Фатима сказала, что Царица Чудес обязательно ко мне придет.

- Не обязательно, а только если ей понравятся твои сказки.

- Значит они ей не понравились?

- Не знаю. На всякий случай придумай еще.

- Спой про рябину.

Мама тихо стала напевать про рябину, как та мечтала к дубу перебраться.

- Мам, а у нас в селе рябины живут?

- Растут, да.

- А дубы? - Что ответила мама про дубы, Серёнька уже не слышал, он крепко спал после полного событиями дня. Убедившись в этом, мама поправила одеяло, потихоньку поднялась с кровати, оторвала листок с надписью «6 июля» от календаря на стене, погасила свет и вышла из комнаты.

УРОК ВТОРОЙ

Тем временем на оставленной людьми спортплощадке, на этой главной площади серёнькиного двора, которую дети и взрослые весь день готовили к приезду Царицы Чудес, начали происходить странные события.

О них на следующий день вынуждены были написать две местные газеты, весь город будоражило еще несколько дней, а никому раньше не известный серёнькин двор стал достопримечательностью. Вот что там произошло...

Пока дети и взрослые строили «золотую карету» и сцену для Царицы Чудес, а потом накрывали праздничные столы и пили чай, одна из ворон наблюдала за ними.

Время от времени она перелетала с дерева на дерево, чтобы лучше слышать, о чем говорят люди, и что собираются делать. Цель у вороны была простая - что-нибудь украсть или выклянчить, желательно повкуснее и побольше.

Ей действительно удалось стащить со стола большой кусок сыра, но сразу его есть ворона не стала, а спрятала на помойке и поскорее вернулась на площадку, чтобы еще поохотиться за пирогами и конфетами.

К тому времени когда Серёнька лег спать, ворона как раз собралась поужинать. Она специально дождалась времени, пока соседки угомонятся в гнездах, и она сможет спокойно разобрать и перепрятать запасы.

Но жадность - опасный недостаток. Как и все дневные птицы ворона в сумерках стала плохо видеть, а ждать утра не хотелось. И едва ворона спустилась с дерева к своему тайнику, как сзади ей на спину прыгнула серая дворовая кошка. Она зубами вцепилась вороне в шею, чтобы та не позвала на помощь свою стаю, а лапами зажала крылья, чтобы ворона не смогла вырваться и улететь.

От ужаса птица прохрипела первое, что пришло ей в голову:

- Карр-ица Чудес! Меня нельзя!!!

Кошка не выпустила добычу из когтей, но разжала зубы и удивленно спросила:

- Чего?

Ворона вывернула голову и больно клюнула кошку между глаз со словами:

- Я дежурная по встрече Царицы! Поняла?!

- Нет, - хотела признаться кошка, но от удара клювом разжала когти и выпустила птицу.

- Я должна встретить Царицу Чудес и всем сообщить когда она появится! – прокричала ворона еще раз, взлетев на мусорный бак.

- Что за Царица? И кто тебя назначил ее встречать? – спросила кошка после того как потрясла головой после удара клювом, и в глазах перестали мелькать круги.

- Люди назначили. Потому что у меня самый звонкий и громкий голос. Плюс я самая ответственная. Ну и наконец самая эффектная, кого ж еще!..

- Ладно, а кто такая Царица Чудес?

- Это Царица, которая царствует с чудесами….. Типа чудесно царствует… Ну, это не важно.

- Да врешь ты все, - кошка покачала головой и махнула лапкой.

- Я вру?! Да мне такую зарплату дадут, что тебе даже и не снилось. Аванс, кстати, уже выдали, могу показать, - ворона гордо глянула на кошку с высоты мусорного бака. Та удивилась:

- Покажи.

Увидев целую гору свежих вороньих запасов из сыра, пирогов, колбасы, конфет и фруктов, кошка задумалась: «Если эта дичь возьмет меня к себе в помощницы, то удастся получить расположение людей. И может случиться, что кто-нибудь из них примет меня в дом. И будет кормить жирной мойвой, покупать консервы, банки из-под которых я тут вылизываю. Можно будет целыми днями валяться на мягкой постели и мурлыкать, когда гладят, а не тереться об эти вонючие мусорные баки».

- А помощницы тебе не нужны? – вслух осторожно спросила она. - Как тебя зовут, кстати? Я Дымка.

- Что? – оглянулась на нее ворона, пересчитывавшая свои запасы. - А я Джида. И ты хочешь, чтобы я вот так запросто взяла помоечную кошку в помощницы? Давай подарок!

Возмущенная кошка стрелой прыгнула и вцепилась обидчице в горло:

- Я подарю тебе жизнь.

– Ну хорошо, хорошо! Пусти! - ворона хрипела и судорожно хлопала крыльями по траве.

- И что же мы будем делать, Джида? – с улыбкой отпустила ее кошка. – Командуй, с чего начать.

Ворона молчала, поправляя потрепанные кошкой перья и соображала, как бы отвязаться от опасной помощницы:

- Начни с себя, и перестань кидаться на меня по любому поводу. – проворчала она, - Помощница не должна пытаться съесть свою начальницу. Обещай.

- Если только ты будешь хорошей начальницей, и мы сделаем все что нужно в самом лучшем виде, чтобы люди нас похвалили и наградили. Тогда у меня будет дом, и я перестану тебя душить.

- Ой, хоть бы! Хоть бы! – обрадовалась ворона, и перешла прямо к делу. – Я целый день сегодня наблюдала за людьми, и считаю, что к приезду великой Царицы они подготовились плохо. Вот вроде бы все построили, расставили столы, а красоты-то нет. И нам с тобой придется это исправить.

- Это сложная задача, - покачала головой кошка. – Ведь что красиво для меня или для тебя люди не обязательно посчитают красивым. И мы лишимся награды.

- О, вот об этом не беспокойся! Я не стала бы командором, если б была глупее тебя, и уже решила эту проблему! Пойдем-ка покажу кое-что, – ворона спрыгнула с мусорного бака, на который взлетела после второго нападения кошки, и скрылась за ним. Дымка обошла бак и увидела на земле несколько коробок с разноцветными журналами и рекламными каталогами. Ворона неистово рылась в одной из них, и через минуту стала по одному выбрасывать журналы из коробки.

- Глянь, чем и как люди украшают свои дома: да все эти горшки и тряпки мы легко найдем даже в этом баке! А уж если облететь соседние дворы, то уж точно отыщем и эти часы, и эти игрушки, я и лучше видела. Ой, нет ты глянь-ка, вот умора! – ворона затряслась от хохота, увидев на одной из фотографий огромный рыбий скелет, висевший над диваном.

Настроение кошки заметно улучшилось после просмотра журналов:

- Поняла! Нам действительно надо сначала украсить все общее, а потом приготовить Царице Чудес наши собственные подарки. И когда она появится, встретить ее роскошным концертом! А еще лучше - позвать всех, кто у нас здесь живет, и грянуть Царице гимн от всего нашего народа, да от всего сердца, чтобы и люди, и она аж бы прослезились, верно?!

Чем больше ворона слушала, тем больше идеи кошки ей нравились. В самом деле, почему птицы и звери должны таиться в таком деле! Ведь во дворе живут не только люди. И кто вообще сказал, что эта самая Царица – человек? Может быть, она какая-нибудь птица, или лошадь, или огромная пчела? Ведь рассказывали же журавли, что в Индии живут священные коровы, может, сюда прилетит как раз одна из них? Кроме того, внутренний голос подсказывал вороне, что она может быть неплохой солисткой на таком концерте.

- Вот только как все это сделать? – кошка вдруг представила себе масштаб предстоящей работы и приуныла.

- Не переживай, давай начнем сеять, а урожай сам взойдет, - успокоила она помощницу.

- Это как?

- Прямо сейчас позовем сюда всех, кого сможем, и поставим задачу, а сами будем направлять и контролировать. Ты кликни кошек, а они пусть созовут крыс и мышей. Крысы и мыши пусть соберут жуков, муравьев и тараканов, и все вместе начнете готовить подарки. Следи за тем, чтобы в твоей дивизии был мир. А я сейчас слетаю наверх к попугаю, и мы с ним пригоним мелких воробьев, собак и кур с утками. У Аббаса вон сколько уток шляется без дела.

- Они ж ни пера ночью не видят, какой от них толк... А почему ты не упомянула про своих родичей?

- Что-то я про них и забыла, - поморщилась ворона. На самом деле - не забыла, а лишь хотела спровадить кошку подальше, быстренько поужинать и перепрятать запасы, чтобы поскорее подняться к себе в гнездо, и уже оттуда наблюдать, как собранные со всего двора коты и кошки дадут взбучку этой глупой бездомной бродяжке.

Но кошка не торопилась уходить, а предложила:

- Давай сделаем себе какие-нибудь знаки отличия, чтобы все увидели, что мы не сами все придумали. Тебя ведь люди назначили, верно... Они просили?

Ворона нисколько не смутилась, торопливо кивнула и приказала кошке отвернуться и не подглядывать, а сама полезла в свой самый главный тайник, откуда вытащила значок с надписью «Всегда готов!» для кошки, и медаль с надписью «Слава труду!» для себя.

- Насколько я помню, к этому значку должен прилагаться красный галстук, - подсказала кошка.

- Есть, есть и галстук, у нас с тобой все есть! – ворона опять нырнула в тайник, и подала кошке шелковый пионерский галстук. – Сама завяжешь, или помочь?

Когда медаль была пристегнута к перьям, а галстук повязан кошке на шею, оба командира приступили к формированию армии, отправившись каждый в свою сторону.

Кошка начала с уже знакомого нам пса по кличке Байкал и уговорила его созвать на помощь всех, кого сможет, а ворона полетела к старому разноцветному попугаю со странным именем Кальян, который уже много лет жил в большой металлической клетке на третьем этаже. Его хозяева на лето выставляли клетку в лоджию, и потому поговорить с ним можно было в любое время. Он мог общаться с людьми на человеческом языке, а значит утром лучше всех мог бы выполнить роль переводчика и представить жителям двора всю красоту, которую животные собирались сотворить за ночь. Поскольку ворона была отличной воровкой, ей не составило никакого труда открыть замок клетки и освободить Кальяна. В благодарность за это попугай был рад не только стать переводчиком, но и пообещал до самого утра работать вместе со всеми над украшением спортплощадки.

Отправив на работу двух первых помощников, кошка и ворона занялись привлечением к делу родственников. Для этого та и другая прибегли к хитрости. Кошка прихорошилась, вспрыгнула на скамейку при детской песочнице, громко исполнила призывную весеннюю песню, и со всех сторон к ней немедленно потянулись глупые коты. А ворона наоборот спряталась в кустах палисадника и подняла истошный крик, будто на нее эти самые коты напали. Чтобы придать большей видимости, ворона оторвала цветущую ветку от куста тамариска и размахивала ею. Разбуженные криком, изо всех гнезд повыглядывали и слетелись к палисаднику ее родственницы, и теперь нашим командирам оставалось только красиво и убедительно рассказать всем собравшимся о деле, чтобы начать полномасштабную подготовку ко встрече Царицы Чудес.

Чтобы не допустить всеобщего побоища и не упустить момента, ворона взгромоздилась кошке на спину и одним крылом ухватилась за пионерский галстук. В другом она держала все ту же ветку с цветами.

- Неси меня, мой кадиллак!.. Жаль, что ты не белая, мы бы эффектней смотрелись, - заметила она, и кошка большими прыжками устремилась к толпе.

«Дети улиц!» - ворона каркнула так громко и торжественно, что коты, собаки и птицы удивленно обернулись и расступились. Оказавшись в центре сборища, ворона вдохновенно взмахнула цветущим флагом и понесла речь:

«Хозяева крыш и деревьев! Господа подвалов и помоек! Я вижу, что вы приготовились к бою, и это правильно.»

- Ты что, спятила? - процедила ей кошка сквозь зубы и напряглась. Но остановить ворону уже было нельзя:

«Нам всем сегодня предстоит и трудный бой, и великий подвиг! Но не друг с другом, а за сердца людей! Да, за их жестокие сердца, в которых нам до сих пор не было места! Люди никогда не знали нас такими, какие мы на самом деле. И потому не любят, гонят, притесняют нас! И кормят объедками! Но сегодня нам выпал шанс доказать, что они ошибались. Драться с людьми - не наш путь, есть идея получше!»

Облезлые коты, хромые псы, всклокоченные вороны, хромые голуби - все слушали полководицу в полной тишине, и она продолжала, медленно двигаясь верхом на кошке:

«Вы все видели, как люди вчера суетились и готовили эту площадь ко встрече важной гостьи. Сюда прилетит сама Королева Красоты...- ворона забыла правильное название, - из далекой Индии».

- Ты говорила - царица, - опять сквозь зубы процедила ей снизу кошка.

- У нее триста имен, - так же тихо ответила ворона, и не больно, но чувствительно царапнула своего «коня» когтистой лапой по боку, чтобы молчала.

«Но люди скрыли от нас, что Королева Прекрасная прилетит не только к ним, и вообще не в гости, но чтобы спросить всех, кто здесь живет, чего нам не хватает, и что кому нужно! Она летит по всему миру, и на языке людей это называется турнепс».

- Да-а??! - удивились птицы и звери.

- А какая она из себя? - недоверчиво спросил индюк, который был самым умным у себя на птичьем дворе, но никогда ничего подобного не слышал.

- Да, почему мы о ней ничего не зна..? - подал тоненький голос и чей-то глупый крысеныш, но мама-крыса тут же пихнула его поглубже в траву.

Вороне такие вопросы были только в радость:

«Императрица едет ко всем нам, а не только к людям, потому что Она сама не человек. У Нее только голова человека, и полностью золотое платье от самого чумового модельера там в Индии. На передних лапах у нее фирменные перчатки до локтей и обалденная большая сумка от Тучи. Но это все, что Ее связывает с людьми.

Зато крылья у Нее как у вас птиц, шерсть как у вас, коты, на ногах когти как у вас, собаки, а на голове рога... как лучи у солнца. И я удивляюсь, индюк, почему ты о Ней ничего не слышал, если у Нее почти такой же хвост как у тебя, только больше. И ярче.

Поэтому Она повелевает всеми-превсеми, главней Ее никого нет. И именно поэтому наши дворовые люди так старались. Посмотрите, что они тут понастроили! Я слышала, что они собрались просить Великую Госпожу дать им небесные плащи со звездами и шлемы из вишни».

- Зачем им? - спросил один из котов.

- Зажрались, наверное! - поморщилась ворона, потому что время шло, а она так и не сказала главного.

«Но наши цели выше! И мы не можем позволить им скрыть от Царицы наши страдания и украсть наше счастье! Мы должны доказать, что мы лучше, умнее и талантливее их!

Надо украсить эти убогие постройки самыми лучшими украшениями, накрыть эти пустые столы самыми лучшими угощениями, приготовить Ей самые дорогие подарки от всех нас. И наконец, великим хором от всех наших племен и родов спеть хвалебный гимн, когда Княгиня будет спускаться сюда с неба.

Мы тоже здесь живем! И мы тоже хотим смотреть в зеркала и иметь косметику, спать на мягких постелях и есть колбасу, сколько захотим!

Так давайте ничего не будем ломать и убирать из того, что сделали люди. Мы не опустимся до воровства их дешевых сокровищ, чтобы подарить их Царице. Наступает день, когда нужно отдать свое лучшее и временное, чтобы навсегда получить прекрасное!

Лично я кладу на эту бочку свой самый дорогой золотой орден, и верю, что получу несметно больше!»

Вместо медали ворона воткнула ветку с цветами в угол бочки, стоявшей рядом с недостроенной каретой, и красиво взмахнула крылом.

«Слава труду! Коты, руководите крысами и мышами. Вороны пусть помогают голубям, воробьям и насекомым. Индюк и петух, вы отвечаете за свои курятники, и не забудьте позвать уток.

Ничего не воровать, ничего не ломать, но все сделать красивым и стильным!

Вперед, братья и сестры мои! Будьте прекрасны! И ответим на зло добром и любовью!»

- Ну ты загнула! - восхищенно похвалила кошка ворону, когда работа на спортплощадке закипела. Каждый стал нести на площадку то, что считал самым подходящим, полезным, красивым и добрым. И каждый готовил собственное прошение Царице-Императрице.

На столах появлялись чашки, блюдца и блюда, тарелки, тазы, ведра и вилки с ложками, а на тарелках и в корытах – выкопанные из бесчисленных тайников лакомства: кости, рыбьи головы, огрызки и обертки аккуратно сортировались и раскладывались горками, которые к середине ночи стали превращаться в горы. А слух о приезде Царицы Чудес продолжал распространяться, привлекая во двор все новых участников и новые приношения.

Ворона, кошка и Кальян с Байкалом расхаживали посреди площадки и наблюдали, как голуби развешивают на сцене гирлянды из пустых яичных скорлупок и птичьих перьев, которые сплетали мыши.

- Правый угол приспустите! - советовала ворона крысам. – А это что? Бисер, так много? Супер! Посыпьте им ступеньки к трону, чтобы все сверкало. Все должно сверкать!

Пес Байкал с самого начала были озабочен подготовкой финального концерта, постоянно об этом думал и искал момент напомнить о нем вороне.

- Какой же получится концерт, если не будет музыки! - вдруг растерянно спросил он Дымку.

- Наши концерты всегда без музыки, - ответила она, отвлекаясь от ревизии хлебных корок, туфель, очков, пуговиц и зонтиков.

- Без музыки нельзя, у нас же не только кошачий концерт, - горячо возразил ей Байкал. - Мы собаки тоже умеем петь, но завтра особое событие, и я считаю, что оркестр просто необходим.

- Ну, ты уж сразу замахнулся на оркестр! Для оркестра нужно уметь играть на инструментах, а кто из нас это может? Ты?

- Чего там уметь! Колоти в тарелки, дуди в трубы, дергай струны, я бы с удовольствием не только спел, но и сыграл на чем-нибудь.

- Так в чем проблема, вон сколько у нас тарелок и труб! - кошка махнула лапкой, указывая на растущие горы предметов на спортплощадке. - Выбирай и играй, все равно ничем не занят. Не мешай мне, некогда.

- Но я не вижу здесь ни одного музыкального инструмента, это не те тарелки, и трубы тоже не те! - покачал головой Байкал. - А ведь на чем сыграешь, такая будет и музыка.

- Нет, дорогой, музыка зависит не от инструмента, а от музыканта. Ну чего ты ко мне привязался! - Кошка рассердилась, но подумала и добавила:

- Вот если хочешь, можешь сходить через квартал отсюда. На первом же перекрестке по нашей стороне улицы стоит дом с колоннами, помнишь его?

- Не помню, а что там?

- У людей он называется Дом культуры. У меня там живет подруга, и я всегда слышу, как на втором этаже люди там с утра до вечера трубят в трубы и дергают струны.

У Байкала засверкали глаза, и он чуть было не рванулся в путь.

- Постой, не торопись, - задержала его кошка. - Как же ты их возьмешь, если воровать запрещено?.. Запрещено. За-пре-ще-но... Ну так после концерта мы вернем людям их инструменты, и это уже не будет воровством, верно?

- Ты молодец! - обрадовался Байкал, и тут к собеседникам подлетела ворона.

- Как дела, все в порядке?

Пес и кошка доложили начальнице об идее с музыкальными инструментами, и Джида не только одобрила ее, но и поддержала:

- Как же ты собираешься добыть их в одиночку, Байкал? Нет, одному идти не только опасно, но и не под силу. Ты просто не унесешь все инструменты.

- Все? - удивились кошка с собакой.

- Конечно, чего мелочиться! - ворона глянула на товарищей через плечо. - Мыслите масштабно, тогда в итоге получится хоть что-то. Решено: идем все и заберем всё, вперед!

Ворона оставила попугая своим заместителем на спортплощадке, и вместе с Дымкой и Байкалом отправилась в Дом культуры. Через полчаса они уже возвращались с богатой добычей. Байкал нес на спине огромный барабан с медными тарелками, к барабану были привязаны и свешивались по бокам скрипки, а в зубах он держал пионерский горн. Кошка с вороной не несли никаких инструментов, но толкали, тянули и тащили огромный граммофон с трубой и старыми пластинками.

Несмотря на удачную экспедицию, все трое горячо спорили по дороге:

- На что тебе барабан, когда у нас целый оркестр в одном футляре! - ворчала Джида на собаку.

- Зато у меня будет живая музыка, а у вас «фанера», и мы еще посмотрим, чье выступление больше понравится Царице Чудес, - ответил ей Байкал.

- Ни фига се! - вдруг мяукнула кошка и ухватилась лапами за граммофонный ящик, чтобы не упасть от удивления.

- Вот это да... - ахнула и ворона, а пес присвистнул, потому что они свернули с тротуара во двор, который уже нельзя было узнать.

Попугай Кальян с нетерпением ждал начальников, чтобы доложить им о проделанной работе. Через плечо у него теперь свисал кожаный портфельчик-планшетка, белые часы с огромным циферблатом служили поясом, а из-под крыла торчал ворох деловых бумаг.

«Господа, скоро утро, поэтому давайте скорее проведем экскурсию. Потом начнем репетицию, а удивляться будете позже.

Итак, прежде всего обратите внимание на центральную композицию ландшафта», - с волнением показал он на три гигантских горы подарков в самом центре двора. Средняя гора была намного выше окружающих двор домов, и поскольку было еще темно, ее вершины даже не было видно. Гора была настолько огромной, что завалила собой гаражи с сараями, а также птичий двор и огород Аббаса. Слева и справа ее подпирали две горы пониже.

«Этот ансамбль предназначен для встречи нашей гостьи и называется «Царица, природа и человеки, расцветай наша дружба навеки!» Надеюсь, всем понятно, что самая высокая вершина символизирует Великую госпожу, а левая и правая - нас и людей. Вам отсюда не видно, но на средней вершине устроена площадка для приземления Царицы. Она опустится на белый цветок в виде огромной астры. Его изготовили утки из тюля и своих белых перьев.

С вершины под звуки марша или гимна Царица спустится сюда, и здесь мы ее встретим хлебом-солью», - попугай пригласил ворону, кошку и пса подняться по ступенькам сцены к трону, и оттуда показал на построенную людьми карету.

«Как мы все понимаем, эти два строения нельзя переделывать, но можно украсить. Поэтому сарай с колесами мы сплошь покрыли свежими желтыми и кремовыми розами, а вот эти занавески со стулом - розами красными».

- Откуда же столько дорогих цветов, из городского парка? - подозрительно спросила попугая Джида.

- Нет, все чисто, не беспокойся, - заверил ворону Кальян и церемонно преподнес ей и кошке по цветку. - Это подарок Царице от общины иерусалимских медведок из цветочного питомника. Они поклялись и показали документы, что розы - это их собственность и бизнес, их делегация будет присутствовать на концерте и о чем-то просить Царицу. А вот эти две специально просили вручить вам с кошкой.

- Гм, - переглянулись начальницы. - О прибылях, значит, будут просить. Какие хитрые эти тихони медведки, прикидываются нищими, а у самих вон чего...

- Может, они и тебе что-нибудь преподнесли? - насмешливо предположил пес. Он только теперь заметил тоненькую золотую цепочку на шее у попугая.

- Да ты что, Байкал, как можно! Я всю ночь трудился в поте лица, а ты про меня такое...

- А откуда цепочка и часики? - прищурился Байкал. - Что? Вот эта? Да я уже лет пять ношу ее как подарок от прошлой хозяйки. Надеваю только по большим праздникам, а сегодня как раз такое событие. Я чист, как стекло!

- Бросьте. Продолжай Кальян, - вмешалась ворона и прижала к груди цветок. - А ты, Байкал, чужому добру не завидуй!

- Идите и смотрите все сами, - обиженно отвернулся попугай, взмахнул крыльями и перелетел к музыкальным инструментам и граммофону. - Я так старался, но раз вы мне не доверяете, то сами и рулите дальше.

Сказав это, он нырнул в раструб грамофонной трубы как в дупло, и не высовывался. Кошка с вороной жестами приказали Байкалу помириться с Кальяном, а сами собрались продолжить осмотр двора, но сразу же надолго задержались у столов.

Столы начали заполняться едой с самого начала, и ворона с кошкой уже подходили к ним до своей экспедиции в Дом культуры. Но теперь опытный глаз Джиды даже в темноте определил на одном из столов большую свежую и совершенно нетронутую упаковку сыра. Она глянула на Дымку и обнаружила, что та вся напряглась, присела как бы перед охотой и готовилась двинуться к столам, на которых ясно видела огромные связки прекрасных свежих сарделек, огромную форель на льду и аквариум с дюжиной живых стерлядок.

- Ты видишь то же, что и я? - закрывая то один, то другой глаз, чтобы присмотреться, спросила ворона кошку.

Вместо ответа хищница припала к земле и поползла к столам. Джида хрипло расхохоталась:

- Даже не думай, голубушка, эти столы приготовлены не для нас.

- Но попробовать-то можно, - оглянулась кошка. - Вдруг они несвежие.

- Попробовать можно, - согласилась начальница, и обе рванулись к столам. Взлетев и вспрыгнув на столы, ворона с кошкой изумились еще больше, поскольку не увидели ни одного огрызка и ни одной битой тарелки с протухшим паштетом или черными бананами, как было вначале. Нет, теперь столы действительно были уставлены хрустальными вазами и фарфоровыми блюдами с красной и черной икрой, свежей морской и речной рыбой, огромными окороками и горами колбас, сыров, фруктов, конфет и тортов. Продуктов было намного больше, чем днем здесь собрали люди. На всякий случай столы охранялись целым взводом крошечных мышат и крысят, но поскольку все животные были заняты приготовлениями, и на продукты никто не покушался, мышата просто играли в салочки среди тарелок, а крысята дружно поправляли криво свисавшую из вазы виноградную кисть.

- Откуда все это взялось? - спросила ворона крысят, поскольку никого из взрослых не нашла.

Самая старшая и умная крыска, волнуясь важных начальниц, подошла, поклонилась и тоненьким голоском рассказала, что все эти продукты переданы в подарок Царице Чудес от арабских коней с ипподрома. Сами кони приехать не смогут, так как заперты, но крыска видела, как они передали попугаю какие-то бумаги и золото, чтобы он замолвил за них слово Царице.

- Золото?!

- Да, большое такое золото! - крыска как могла шире развела лапки в сторону и кивнула.

Ворона с кошкой обменялись взглядами, и без слов договорились ничего на столах не трогать. Было ясно, что эти маленькие охранники гораздо опаснее взрослых. Мышата с крысятами обязательно расскажут своим родителям о том, что начальники ели подаренную Царице колбасу, это станет известно всему народу - и тогда придется попрощаться не только со славой, но и с жизнью. Поэтому голодные хищницы вздохнули и решили отыграться на попугае.

Кальян в этот момент принимал извинения от пса Байкала, но зорко смотрел по сторонам, и когда заметил, что ворона с кошкой летят к ним, опять спрятался в граммофонную трубу.

- Ну-ка вылезай оттуда, вор, - каркнула Джида.

- Ничего не знаю, это козни и наговоры - забубнил попугай из трубы. - Интриганы! Вы сначала пригласили меня, а теперь хотите избавиться. Но я ни в чем не виноват, и буду жаловаться.

- Что ты, Кальян, - вкрадчиво промурлыкала Дымка, и подмигнула вороне. - Никто из нас не собирается тебя обижать. Мы просто хотим услышать рассказ об арабских спонсорах и о золоте, которое они передали Царице. Скажи нам, где оно, и успокойся. Ведь у тебя впереди репетиция главного концерта и трудные переговоры с людьми. Не бойся, мы все тут твои друзья. Говоря это, кошка обняла одной лапкой ворону, а другой - Байкала, и незаметно почесала обоих, чтобы поддержали ее.

- Кр-р-кр-р... Ладно, хорошо, я согласна, только пусть отдаст золото. - кивнула ворона.

Пес Байкал долго и с трудом уговаривал себя извиниться перед попугаем, поэтому теперь был рад услышать, что оказался прав. Но тоже подтвердил:

- Вылезай, Кальян. Мы ничего тебе не сделаем.

Попугай высунул голову из трубы, долго смотрел на приветливо улыбающихся начальников, и решил вылезти. Кошка тут же вонзила ему когти в шею и прижала к земле, а ворона и пес наклонились над головой попугая.

- Колись, ворюга, где золото! - прохрипела ворона.

- Оно там, там, я принял в подарок только цепочку, но все там! - Попугай силился показать крылом на постройку-карету, у боковой стены которой была натянута портьера, и что-то скрывала. Как и карета, портьера была сплошь утыкана розами, и ее совершенно не было видно ни с одной стороны, ни сверху.

- Веди нас туда и показывай, - спрятала когти кошка, и попугай мелкими шажками засеменил к портьере.

- Остановитесь здесь, я должен назвать пароль, - обернулся он к вороне, и в то же мгновение за портьерой раздался громкий тревожный гул огромного осиного роя, а из-под нее вылезли три черных скорпиона. Попугай назвал им секретный пароль, скорпионы расступились и пропустили начальников внутрь сокровищницы, о которой никто кроме попугая не знал, и может быть даже не догадывался.

Стенами и потолком сокровищницы были старые и утыканные снаружи розами портьеры. Но внутри эти портьеры блестели от плотно сидевших друг к другу больших боевых ос. Стоило любому из вошедших сделать одно неосторожное движение, и осы были готовы убить.

В дальнем углу лежали три больших сумки с колесиками, а на ковре посередине было расставлено и разложено их содержимое. Большой глиняный кувшин со старинными золотыми монетами, гигантская ваза, кожаный мешок с чеканными украшениями. Друг на друге лежали большие футляры со столовыми приборами, драгоценная посуда, мешочек с алмазами, груда золотых статуэток-безделушек и горшок с крупным жемчугом. Но главных сокровищ было четыре: настоящая царская корона на бархатной синей подушке, в центре короны лежал футляр с изумрудом величиной с кошачью голову. Справа от подушки стояла торба с древними свитками, а слева лежал бесформенный золотой самородок.

Компания широко раскрыла глаза и пасти, и молча уставилась на попугая.

- Как видите, я не тратил зря времени, а работал не покладая крыльев, - скромно сказал он, пока искал в портфельчике опись.

- Это звучит двусмысленно, тебе не кажется? - вставила кошка.

- Нет, потому что у меня на все есть квитанции, акты приема-передачи и описи.

«Ну вот, все как у людей, - грустно подумал Байкал. - Один дарит кожуру от банана, а другой - изумруд с яйцо». А вслух сказал:

- Ты хочешь сказать, что нам все это дарят простые арабские лошади с какого-то ипподрома? - подал голос Байкал, никогда не видевший ничего подобного. - Это они так на скачках зарабатывают?

- Ну, насколько они простые, я не знаю, - ответил Кальян и кивнул в сторону самородка. - Но от арабских лошадей здесь только этот кусок золота, а все остальное передано другими племенами. И заметьте, передано для Царицы, а не нам.

- Подержи-ка фонарик, - попросил он ворону и заглянул в опись. - Так-так, что у нас тут... Царская корона Константина Великого, трехсотый год нашей эры, 999 проба, вес 1870 грамм, украшена одним бриллиантом, четырьмя рубинами и тремя сапфирами общим весом.....

- Стоп, не трать время, скоро утро, - поторопила попугая кошка, которая очень боялась ос и чувствовала себя не в своей тарелке рядом с этой горой чужого золота. - Отвечай, кто это все принес, и пойдемте отсюда.

- Эту корону поднесет Царице община ос, которых вы здесь видите. Кувшин с золотом принесен от транспортной ослиной диаспоры, камень в футляре - от козьей ложи строителей. Мешок со свитками дарит змеиное племя. Что еще... Красный платок, он же узел с бумажными деньгами поступил от клана муравьев с рынка, алмазы неограненные...

- А это белое что такое? Хреновый корень? - Байкал указал на длинный заостренный предмет в оправе.

- Это у нас, песик, не хрен, а рог единорога, - назидательно ответил попугай, и добавил. - Не спрашивай, от кого.

- Ладно. А все же от кого?

- Из казино братки в натуре! – пробасил Кальян не своим голосом, но тут же спрятал голову под крыло. - Тс-с, только тихо!

- Лично мне все ясно, не продолжай, - перебила попугая ворона. Сообщи пароль, давай описи, и отправляемся на репетицию.

- Нет, извините, дамочка, никак не могу, - суетливый и трусоватый попугай вдруг заговорил твердо и уверенно. Мне все это вручено на хранение, и я все передам Царице Чудес лично. Лично! Пацан сказал, мужик сделал! И никаких паролей я вам не скажу.

- Решил стать крутым, Кальян? - мягко спросила кошка, но осы предупредительно зажужжали, и компании пришлось убраться из сокровищницы ни с чем и под прикрытием Кальяна.

Но и оказавшись на воздухе клювом к клюву с начальницей и перед ее помощниками, попугай перестал трусить. Он понял, что пока имеет тайну, будет жив и невредим, и потому так же твердо предложил всей компании продолжить осмотр двора.

- Нравится вам это, или не нравится, но пароль от сокровищницы у меня, вип-клиенты общались со мной, а не с вами. И поэтому давайте займем каждый свое место. Вы дворовые, и ваше дело - трудиться, как и написано на твоей медали, ворона. Так что слава труду, а я полетел готовить концерт. Не забудьте, что репетиция начнется через полчаса, не опаздывайте, - попугай взмахнул крыльями и вернулся к граммофону.

«Тукан!» - каркнула ему вслед ворона. «Вот дрозд!» - возмущенно процедила кошка. Байкалу тоже хотелось как-то оскорбить попугая, но он не нашел подходящего моменту прозвища, поэтому обратился к дамам:

- Что ж, госпожи-товарищи, делать нечего. Давайте пока забудем про это голубое перо и чем-нибудь займемся.

- Попробуй помириться с ним и выкради портфель с бумагами, - предложила ему кошка. - Тем более, что граммофон придется крутить тебе, вот и сделай вид, что начал его изучать.

- Почему мне придется крутить? - удивился Байкал. - Я хотел играть на барабане с тарелками и петь.

- Это любой Шарик сможет, а ты руководитель, поэтому давай осваивай технику, - возразила кошка и напомнила. - Как ты не понимаешь! Попугай сидит в трубе, а кроме тебя ни у кого нет повода выковырять его оттуда. Иди!

Байкал повиновался, а кошка с вороной отправились осматривать двор.

Все было почти готово к приезду Царицы Чудес. Каждое дерево от макушки до земли было украшено новогодними или специально сплетенными гирляндами, лентами туалетной бумаги и серпантином. Каждая ветка каждого куста в палисадниках привлекала взгляд елочной, или хотя бы обыкновенной игрушкой.

Огромную беседку приготовили для главного эффекта шоу - светящегося фонтана, и потому она была увешана бесчисленными целлофановыми пакетами с водой. Пространство внутри беседки и вокруг нее было аккуратно заставлено корытами и жестяными ваннами, а индюк с петухом отлаживали и проверяли надежность прожектора. По указанию дирижера фонтан должен был брызнуть водой и вспыхнуть светом при последних звуках торжественного гимна.

Целая армия птиц дружно заканчивала устройство веселого и очень-очень сложного лабиринта на участке между домом и спортплощадкой. Это был подарок от животных не Царице Чудес, а людям в знак примирения. Высокие стены лабиринта были сложены из веток и сучьев, а в каждом тупике приготовлен сюрприз для тех, кто заблудится.

Ворона с кошкой так и не успели осмотреть все, что натворила во дворе их команда, потому что то и дело подбегали подчиненные с вопросами. А когда они добрались до устроенной в песочнице костюмерной, то обе так увлеклись, что забыли обо всем на свете.

Здесь было шумно и весело. В одном углу песочницы работала костюмерная и лежали груды белья, кепок, платков, шарфов и даже рубашек. В другом углу стояло большое зеркало и огромный чемодан с косметикой и красками.

Кто-то подал в народ идею, что ко встрече Царицы Чудес надо приготовить не только подарки и прошения, но еще и самим украситься так, чтобы показать важность события. Раз у людей принято по-разному одеваться для разных случаев, то и животным следует принарядиться. Идея сразу была на ура принята женской частью животного населения, и к индейкам, которые тут всем руководили, выстроилась огромная очередь.

Ворона перебрала все, что имелось, и больше всего ей приглянулось красное женское белье с сердечками, кукольная шляпка-плюмаж с перьями и огромные золотые очки с цепочкой. Она приказала индейке раскрасить ей перья ярко-голубой, желтой и зеленой красками, приклеила большие ресницы и губной помадой подправила линию клюва. Насмотревшись в зеркало, ворона вспомнила про кошку, глянула не нее и чуть не поседела от зависти.

Кошка скромно подошла и мельком глянула на себя в зеркало - к ее наряду нечего было добавить, потому что вместо красного пионерского галстука теперь у нее на шее сверкало голубое бриллиантовое ожерелье, в ушах блестели маленькие, но такие серьги, что ворона задохнулась от горя и стянула с себя красное белье. Не было никаких сомнений, где кошка нашла драгоценности, но вот как ей удалось украсть их незаметно для ос и скорпионов, ворона понять не могла. Но не пойман - не вор, потому пришлось промолчать.

- Закрыть парикмахерскую! Пора репетировать концерт, через три минуты начинаем! - только каркнула она и полетела на спортплощадку. Кошка насмешливо посмотрела ей в след, но вслух сказала:

- Ворона просто устала и волнуется о концерте. Все хорошо, продолжайте, - и отправилась вслед за начальницей на репетицию.

Если у вороны были крылья, то молодой кошке с бриллиантами на шее оказалось совсем непросто пройти по двору. То и дело ей преграждали дорогу коты, заглядывали в глаза и предлагали проводить кису до сцены. Увиливая от поклонников, кошка вспрыгнула на одно из разукрашенных деревьев, огляделась и только теперь увидела, насколько масштабное представление они сумели подготовить общими усилиями.

На спортплощадке в этот момент собирались не только дворовые животные, птицы и насекомые, но они сходились сюда со всего города. На крышах домов, на заборах и на земле уже давно не было свободного места, и прибывающие просители стали рассаживаться на склонах мусорных гор, в коридорах лабиринтов и, так же как кошка, на ветках деревьев.

Ворона, Байкал и попугай Кальян находились на сцене с троном, которую ворона и попугай сразу назвали трибуной, а пес капитанским мостиком. Пока ворона и кошка осматривали двор и примеряли одежду, пес не только успел помириться с попугаем, но и подобрал себе в костюмерной матросскую фуражку-бескозырку с черными ленточками, и каждую минуту вынимал из фуражки маленький будильник, чтобы напомнить вороне, что пора начинать.

Попугай и ворона встали друг к другу спиной и подняли крылья к небу, призывая всех к тишине. Галдеж стих.

«Кар-р, друзья! Мы очень много сделали сегодня. И теперь осталось главное - отрепетировать гимн, с которым мы встретим Всемогущую Фею. У каждого из вас есть голос, талант, нужда и желание жить лучше. Давайте вместе споем нашу общую лучшую песню! Никакой самодеятельности, все смотрим на дирижера и вступаем только по его знаку. Давай, бухгалтер», - ворона сложила крылья на груди и отошла на край сцены, собираясь петь гимн вместе с всеми. Байкал ждал знака завести граммофон, а большой сборный оркестр - исполнить живую музыку. Попугай объявил:

- Сейчас общим хором все протяжно поем «Ла-а» для пробы звучания. Только «Ла-а», понятно?» - взмахнул крыльями, все собравшиеся спели «Ла», и жильцы домов, чьи окна спален выходили во двор, проснулись.

Через полминуты во дворе прогремело еще одно «Ла», и в отрытых окнах стали появляться первые заспанные лица людей.

Попугай подал знак оркестру и Байкалу, чтобы приготовились, затем ко всем:

«А теперь исполним гимн. Все знают слова? Внимание, начали!»

Оркестр грохнул медными тарелками, взвыли трубы, взвизгнули скрипки, граммофон взревел марш Мендельсона на всю мощь своей трубы, но музыка потонула в хоре голосов. Поначалу вразброд, но все более и более слаженно птицы, коты, собаки, мыши, крысы, куры и все, кто был во дворе, затянули утреннюю торжественную песню Царице Чудес:

Угнетены, притеснены,

Ютимся, где придется,

Но не привыкли унывать!

Спешим последнее отдать

Великой славной гостье!

По замыслу организаторов исполнение гимна должно было сопровождаться двумя большими парадами - наземным и воздушным. О наземном параде ворону просили самые мелкие жители двора и насекомые, поскольку были уверены, что если специально не обратят на себя внимание, то Царица попросту не заметит их в толпе. Ворона выделила им участок между трибуной, каретой и столами, и теперь на площадку под музыку вступили первые шеренги жуков и муравьиных семейств.

А небо было занято воздушным парадом. Над двором полетела стая из пяти тысяч ворон-истребителей. Каждая держала в лапах рулон туалетной бумаги, чтобы при пролете над спортплощадкой распустить и бросить вниз извивающимися лентами.

- Как кстати эта бумага! - недовольно вскрикнул попугай, глядя, как вороны засыпали двор не только лентами, но и в один миг все загадили. - За ними еще кто-то пролетит?

- Да, это парад все видов пернатых, - кивнула ворона, предусмотрительно раскрывшая зонтик и показала на приближающуюся тучу голубей. - Кто бы возмущался, ара! Можно подумать ты сам летаешь без выхлопов. Надень мою шляпку.

А пение гимна тем временем продолжалось:

Мы в гости ждем царицу,

Небес императрицу!

И лучшие подарки

Кладем к ее ногам!

Она и удивится,

И точно прослезится!

И щедро наградит нас...

«Что там такое!» - раздались громкие возмущенные крики людей, которые проснулись еще при первой пробе звука, но до конца второго куплета не могли понять, что происходит. В окнах стал зажигаться свет, в сторону спортплощадки полетели первые тапочки, многие захлопали в ладоши, чтобы заставить котов и собак замолчать.

Но животные восприняли хлопанье как аплодисменты и решили, что репетиция идет успешно. В финале гимна, когда все поющие набрали воздуху и оглушительно запели «Ава нагила!» попугай совсем забыл, что фонтан можно использовать только один раз, в экстазе взлетел на спинку трона и дал знак индюку. В беседке немедленно вспыхнул и заметался сноп яркого света, дружно хлопнули целлофановые пакеты, и струйки воды брызнули во все стороны под восхищенные возгласы всей животной публики. Кальян упал в обморок со спинки трона на сиденье.

- Ты что творишь! - накинулась на него ворона. - Вдруг сейчас прилетит Царица, а заряжать фонтан по-новой надо не меньше двух часов.

- Зато мы убедились, что все работает, - не смутился попугай.

Но наблюдавшая за концертом с дерева кошка первой поняла, что произойдет дальше. Большими прыжками она добралась до трибуны и коротко посоветовала попугаю и вороне немедленно спасать золото и ценности, поскольку люди скоро начнут войну.

- Ты с ума сошла, это же только репетиция, - ответила ей ворона, а попугай указал на почетных гостей, которые уже начали прибывать и церемонно рассаживались на широких лавках у накрытых столов. - С минуты на минуту прилетит Царица, а ты хочешь, чтобы нас свои прежде разорвали?!

- Остыньте! - угрожающе заговорила кошка. - Сейчас люди пойдут в атаку, и всем несдобровать. Верните спонсорам их золото, пока не поздно, и пусть ждут другого раза. Но сейчас у меня плохое предчувствие.

- Это уже не предчувствие, - поддержал кошку Байкал, в которого люди попали из окна пепельницей, и он тоже прибежал к трибуне с предложением прекратить концерт. - Иди быстрее к гостям, Кальян, извиняйся и возвращай сокровища. А мы постараемся не допустить паники.

Попугай и ворона полетели улаживать проблемы с вип-клиентами, в то время как кошка и пес продолжили принимать парад и дирижировать гимном.

Когда по площадке заканчивали маршировать тараканы и их место заполнялось стройными шеренгами клопов, а в небе на смену ласточкам-эквилибристкам с огромной скоростью просвистела стая стрижей, Кальян и Ворона вернулись к трону:

- У нас проблема, - сообщила ворона. Не все спонсоры прислали делегации, и многое вернуть некому. Но и здесь оставить золото нельзя - куда его спрячешь! Рано или поздно всем станет известно, что мы ничего не передали Царице, и если не сохраним его, нам конец. Что делать? Есть идеи?

- Зарыть в землю, и все дела! - подсказал Байкал. - Люди всегда золото в землю прячут.

- Там они его в первую очередь и ищут, - возразила ворона.

Кошка задумчиво посмотрела на Кальяна, помолчала, затем подозвала всех поближе, и шепотом изложила свой план:

- Мы можем попросить спрятать оставшееся золото Фатиму, потому что она одна не будет участвовать в войне людей против нас. Объяснить ей ситуацию на человеческом языке можешь только ты, дирижер. Но будет лучше, если не станешь уточнять, кто хозяева у этих сокровищ, а то она испугается. Прикинься человеком и попроси ее сохранить золото, вот и все. Сможешь? Другого выхода я не вижу.

- Смотрите, они начинают! - пес испуганно указал на подъезд, из которого вышла дворничиха с метлой и ведром, и в ужасе остановилась. - Сейчас она поднимет крик! Давай, Кальян, вперед!

Все четверо ринулись к сокровищнице, из которой уже удалились осы и скорпионы с короной и чеканными украшениями. Многое было отдано делегациям, но на ковре еще оставались рог единорога, кувшин с монетами, торба со свитками и довольно большая груда драгоценностей.

Ворона, кошка и попугай стали складывать все в целлофановые пакеты, а пес наблюдал за двором из-за портьеры и сообщал, что там происходит.

Несмотря на ранний час во дворе уже разыгрывалась драма. Люди выходили из подъездов, одни запутывались в лабиринтах и падали, другие выхватывали из груд мусора первое, что попадалось под руки и швыряли в кошек и собак, пытаясь их разогнать. Животные не собирались драться, но для отступления им нужно было время. Поэтому бесчисленные вороны набрасывались на людей с крыш и деревьев, защищая тех, на кого люди нападали и прикрывая отход мелких животных. Собаки рычали и лаяли, кошки отчаянно сражались, а насекомые пытались залезть людям под одежду.

Жители двора оценили обстановку и поняли, что своими силами не справятся с беспорядком. Они принялись звонить в полицию и куда только могли, включая пожарную службу и газеты, вызывая срочную помощь и подкрепление. Очень скоро ко двору стали съезжаться дополнительные подразделения дворников и машин для вывоза мусора, бригады журналистов и пожарных.

Отгоняя птиц, пожарные включили брандспойты и направили струи воды в небо, а дворники пробирались к композиции из трех гор. То ли от подмывавшей воды, то ли сама по себе, но только средняя гора стала накреняться и заваливаться, посыпались и две соседних. Увидев это, дворники побросали грабли и с криками бросились прочь, но не успели - мусорная лавина накрыла их и спортплощадка с беседкой и лабиринтами утонула под гигантским слоем «подарков». На минуту воцарилась полная тишина, затем все бросились откапывать и спасать дворников и друг друга, позабыв про птиц и зверей. Птицы и звери тоже кинулись спасать друг друга.

- Бабушка мы здесь, здесь! - как можно громче старались пищать крысята на столе, глядя как внизу среди жестяных банок и бутылок мечется старая серая крыска. Увидев и услышав внучат, крыска собрала все силы и в несколько прыжков поднялась на стол.

«Все целы? Скорее забирайтесь мне на спину и бежим домой!» - крикнула она малышам и стала высматривать безопасный путь со стола.

- Бабушка, здесь столько всего вкусного, разве мы ничего с собой не возьмем? Давай хотя бы съедим что-нибудь, ведь это никому не нужно, пропадет и испортится, - заплакали крысята и стали тянуть со стола кто что мог.

- Скорее, глупыши, скорее! - торопила внучат бабушка, но и сама прибрала в карман ломтик сыра, очень аппетитную сардинку и рекламное приглашение посетить новый продуктовый магазин неподалеку.

- Вот говорила я вашей матери, что от ворон ничего хорошего не жди, так и вышло! - ворчала она, пока пробиралась к родной норке в подвале дома. - Но разве меня кто-нибудь слушает!

- Не ругай ее, бабушка, - заступилась за маму старшая крыска, когда все благополучно добрались до дома и наблюдали в окно, как мама тащит со двора домой большую гирлянду сосисок. - Зато сейчас мы все хорошо позавтракаем!

Если бы ворона с кошкой и попугай с Байкалом задержались в сокровищнице хоть на минуту дольше, их ждала бы участь дворников, но они успели. Тяжело нагруженная целлофановыми пакетами с золотом, команда обходными тропами добралась до подъезда Фатимы, и все спрятались под кустом сирени за широкой скамьей, чтобы прийти в себя и отдышаться. Кальян оставил товарищей ждать, а сам полетел к Фатиме и опустился на подоконник.

Девушка рано вставала и теперь сидела в кресле у открытого окна с большой книгой на коленях. Она водила пальцами по выпуклым буквам, и так читала страницу за страницей. Попугай от волнения начал крутить головой и раскачиваться из стороны в сторону, при этом быстро-быстро разговаривал сам с собой. Фатима удивленно подняла голову:

- Кто здесь?

- Не пугайтесь, уважаемая Фатима, только не пугайтесь, я ваш друг и поклонник! - сказал попугай как можно медленнее, потому что когда волновался, то начинал стрекотать или бубнить всякую чушь, и люди не понимали, что он говорит.

- Какой у вас странный голос, никогда не слышала. Мы знакомы?

Кальян решил, что в трудных ситуациях лучше придерживаться правды, поэтому не стал выдавать себя за человека, которому некуда спрятать несколько сумок с золотом. Он подробно рассказал, как животные всю ночь готовили двор к приезду Царицы Чудес и репетировали концерт, затем вынул из портфельчика бумаги и перечислил подарки спонсоров, а также объяснил, почему эти подарки стало невозможно передать.

- Да, я тоже слышала грохот за сараями, - кивнула Фатима. - Но подумала, что это гром из грозовой тучи... Хорошо, ара, я все поняла и постараюсь вам помочь. Но вы должны пообещать, что не бросите меня с золотом на произвол судьбы, а сегодня же начнете искать ваших спонсоров, чтобы вернуть его.

- Обещаю, - попугай спрятал бумаги в портфельчик и полетел к товарищам. Вчетвером они перетащили пакеты к балкону, потом подняли их в открытое окно и стали раскладывать золото на полу у ног Фатимы, чтобы зануда-Кальян мог составить свою опись.

И тут выяснилось, что большой глиняный горшок со старинными монетами пес в спешке не поставил, а положил в пакет горизонтально. В дороге пакет порвался, и теперь золота в кувшине осталось меньше половины.

- Так, ротозей... И что ты теперь будешь делать, мне интересно? - ворона угрожающе подняла клюв на собаку. - Включай свой нюх, ищи пропавшие монеты.

- Да как же я их найду в таком море мусора? - заскулил пес и прижался к ногам Фатимы. - Я ведь не специально потерял, помогайте.

- Сколько монет не хватает? - спросила Фатима попугая, у которого все было пересчитано и записано.

- Сто шестьдесят три. Самая новая датирована 1856 годом, а самой древней две тысячи лет. - Кальян был очень горд, что его привычка все считать пригодилась, и готов был даже перечислить, какие именно монеты пропали.

- Это много, - вздохнула Фатима. - Но думаю, сейчас не следует ни ругаться, ни драться. Упакуйте все кроме кувшина назад в пакеты и спрячьте под комод и за диваном. А кувшин накройте и поставьте рядом с моим креслом на пол. Я сохраню все, а вы постарайтесь уладить дела.

Тем временем во дворе прибывшие со всего города дворники вместе с жильцами разгребали горы мусора, и кто-то нашел первую золотую монету. Известие об этом немедленно распространилось, и люди стали работать гораздо веселее и активней. Вскоре обнаружилась еще одна монета, потом еще одна, и в результате к полудню во двор опять нагрянула машина с надписью «Полиция».

Из нее вышли два полицейских и три директора: один из городского Дома культуры, второй из центрального ресторана, а третий из краеведческого музея. Все вместе они пробрались к столам и поинтересовались у дворников и жильцов, кто здесь старший.

«Да никаких старших у нас нет», - удивленно переглянулись жильцы. - «А что еще случилось?»

Один из полицейских ответил: «Из городского Дома культуры сегодня ночью пропали музыкальные инструменты. Один из них, барабан, был только что обнаружен в мусоре, вывезенном на городскую свалку отсюда. Он порван и поломан, но...»

«Но дело не в барабане», - вмешался в разговор первый директор. «Понимаете, вместе с инструментами пропал очень редкий граммофон и тридцать музыкальных пластинок, каждая из которых стоит дороже граммофона, потому что на всех стоят автографы композиторов и исполнителей. Эта реликвия принадлежит всему городу, она у нас на балансе. Если мы не найдем пластинок здесь, то вам придется возместить ущерб».

Второй полицейский сказал: «А из центрального ресторана «Стерлянген» ночью была выкрадена главная святыня - аквариум из серебра и хрусталя с редкими экземплярами стерляди. Рыбу даже есть нельзя, каждая дороже иномарки. Осколки аквариума тоже привезли на свалку отсюда, а вот рыбу сейчас будем искать».

Директор ресторана был так расстроен, что не мог говорить, и только слушал полицейского, непрерывно вытирая платком пот с лица и шеи.

«Но и граммофон с пластинками, и серебряный аквариум с рыбами не могут даже близко сравниться с пропажей абсолютно уникального экспоната из нашего музея», - вступил в разговор третий директор.

«Это подлинный и единственный в мире экземпляр рога единорога, датированный седьмым веком до нашей эры. Он принадлежал первому индийскому правителю Куру-Панчала, никогда не выставлялся открыто, хранился в специальном сейфе, и доступ к нему имели лишь специалисты. Несколько недель назад он был украден, но только что нам позвонили из полиции и сообщили, что в вашем дворе найден черепаховый футляр от него».

«Получается, - подвел итог первый полицейский, - что воры, которых мы ищем, живут здесь. С самого утра дворники находят здесь древние золотые монеты, которые в наших сводках даже не упоминаются. Дела заварились серьезные, так что готовьтесь, господа-товарищи, к обыскам, следственным действиям и подпискам о невыезде. А лучше сразу к тюрьме и конфискации, если не хотите добровольно вернуть сокровища».

«Боже!..» - только и ахнули жильцы дома. Конечно, все тут же согласились помочь следствию, начали усерднее разбирать мусор и заодно вспоминать, откуда что пошло. Уже через пять минут добровольные помощники полицейских отправились звать родителей Пети, Леночки и Серёньки на первый допрос по делу о пропажах. Вскоре ко двору второй раз за день примчались и дотошные журналисты, пронюхавшие о найденных монетах и уликах.

Сама малышня в это время весело играла на своем дереве. Это была старая кривая акация с густой кроной, росшая не во дворе, а на улице рядом с окном серёнькиной спальни. По ее скрученному спиралью широкому стволу дети сновали вверх и вниз, каждый раз придумывая новые темы для игр. Наверху дед Петя давно устроил красивый большой «скворечник» от дождя и много удобных скамеечек на ветках. У Серёньки было пятеро крепких друзей, но скамеечек было больше, потому что разные компании малышей часто ходили друг к другу в гости. С этой доброй акации никто никогда не падал, и даже бабушка Серёньки при желании могла бы без труда влезть на нее, поэтому взрослые были спокойны.

У родителей Леночки, как и Пети, тоже начался отпуск и они готовились к поездке на море, Серёнька был на «больничном», поэтому все трое сидели на ветках и обсуждали беспорядок во дворе. О его причинах дети не догадывались, и как раз это было темой разговора.

- Прошел мусорный дождь, - горячо доказывала друзьям Леночка. - Бывает дождь из лягушек, из рыб, в Италии мой папа попал под макаронный дождь. А еще бывает денежный или каменный.

- Почему?

- Да потому что в одном месте ураган что-нибудь сдует с улицы и все это летит по небу. А когда туча устанет, то выбрасывает, куда что попало.

- Но дождя-то ночью не было. Раз туча, то должен быть и дождь, а его не было, - возразил Петя.

- Как же не было, когда был! - стояла на своем Леночка. - Просто вместо воды сыпались банки, бутылки и мусор. Как бы вода.

- А почему в других дворах ничего нет, только в нашем? - недоумевал Серёнька.

- Потому что мусора в тучке было мало. Было бы больше, хватило бы на весь город.

- Раньше такого не было.

- Потому что люди загрязнили природу, - не сдавалась Леночка. - Этот мусор где-нибудь сдулся, а на нас высыпался.

- А я думаю, что это Америка стрельнула по нам мусорной бомбой! - заявил Петя. - Видели, сколько журналистов понаехало? Это потому что международный скандал, и надо вечером смотреть по телевизору, как будет выступать президент. Он скажет, что мы приготовили ответ... Как-то он называется, забыл слово... Ну, такой же, только сильнее.

- Антикварный, - без запинки подсказала умненькая Леночка.

- Да, и мы как выстрелим!

- Чем? - удивленно посмотрел на Петю Серёнька, но вдруг оба громко засмеялись.

- Вы чего? - насупилась Леночка. Петя потянулся к ее уху и шепнул.

- Фу-у... - на секунду покраснела Леночка, но тоже засмеялась. - А ты что думаешь?

- Не знаю, - пожал плечами Серёнька. - Может, это космонавты убирались на спутнике, а мешок взял и упал? Мы с бабушкой сразу так подумали утром. Когда мама уходила на работу, то даже из подъезда не могла выйти, столько навалилось. У нас столько не бывает, значит точно кто-то подкинул.

- Ау! - раздался снизу голос Петиной мамы. - Петя, ты там? Давайте-ка все спускайтесь вниз, нас зовут на спортплощадку.

- Кто зовет? - спросил Петя, пока его друзья спускались.

- Сейчас все узнаем, - ответила Петина мама, и малыши вприпрыжку отправились во двор. По дороге Леночка и Серёнька принялись охотиться за большой красной бабочкой, которая порхнула сначала в одну сторону, потом в другую, и наконец присела на куст оранжевых хризантем в клумбе. Дети подошли к кусту рассмотреть бабочку, но в траве что-то ярко блеснуло, и Леночка показала на большую желтую монету.

- Ух ты... Вот это да! - дети посмотрели друг на друга, и Леночка предположила. - Ее кто-нибудь уронил, но раз мы нашли, то она наша, правда?

- Конечно, - согласился Серёнька. - Давай положим ее в копилку, и пока кто-нибудь не спросит, никому не скажем.

- А если спросят?

- Тогда придется отдать. Но сначала мы зададим много вопросов и выясним, правда ли монета не наша.

- У меня нет кармашков, положи к себе. А после обеда вместе ее посмотрим, - кивнула Леночка, протянула монету Серёньке, и оба побежали догонять Петю и его маму.

Несмотря на середину буднего дня на спортплощадке собралось много людей. Кроме газетных корреспондентов с блокнотами и фотоаппаратами за одним из столов сидели полицейские с дубинками и кожаными кобурами на поясах. Никому не знакомые мужчины в костюмах поочередно звонили куда-то по телефону, который стоял на другом столе, а провод от него тянулся до одной из квартир на первом этаже. За третьим столом сидели местные пенсионеры и несколько жильцов-отпускников. Они что-то обсуждали и качали головами, старушки то и дело испуганно вздрагивали и оглядывались, а мужчины покашливали в кулак.

Четвертый стол был предназначен для Пети и его мамы, а также для Серёньки и Леночки.

«Где ваши родители?» - спросил малышей один из полицейских и приготовился записать ответ.

- На работе, - без испуга ответил Серёнька, которому обстановка на площадке хоть и не понравилась, но особо страшиться было некого. - А бабушку могу позвать.

Леночка не успела ответить, потому что кто-то из группы жильцов указал полицейским, что родители уже идут от подъезда. Через пару минут бабушка уже держала Серёньку за руку, Леночка сидела на коленях у своего папы и допрос начался.

- Где были ваши дети сегодня ночью? - спросил один из полицейских.

- Спали, - в один голос ответили взрослые.

- Они спят с вами или отдельно?

- Отдельно, - ответил папа Леночки. - Но мы живем на третьем этаже, и наша дочь точно не выходила из квартиры.

- А ваш сын? - спросил полицейский петину маму.

- У нас частный дом, Петя спит отдельно, но я уверена, что он тоже всю ночь был у себя в комнате.

- Почему вы так уверены?

- Придется сказать, ничего? - вполголоса обратилась к Пете мама, он низко опустил голову и сжал руки в кулачки. Мама вздохнула, и громко ответила. - Мы еще очень боимся темноты, поэтому ночью из детской не выходим, спим с ночником.

- Но окно детской летом открыто?

- Только днем. На ночь я закрываю его всегда сама, и даже мне приходится тянуться к шпингалету. Петя при всем желании открыть окно не сумеет.

- А где был этой ночью ваш внук? - полицейский перевел взгляд на Серёньку с бабушкой.

- Внучок спит отдельно, но он точно был дома и никуда не отлучался. Где мать его вечером уложила, там утром и нашла. У меня бессонница, я бы услышала.

- А со двора ничего подозрительного ночью не доносилось?

- Я не смотрела в окна. Всю ночь галдели вороны, даже хотела выйти пошуметь на них, но поленилась.

- Значит, никто из вас не знает, откуда здесь появились горы мусора и золотые монеты, и куда пропали ценности из музея, ресторана и Дома культуры?

- Мы впервые об этом слышим, - в один голос ответили взрослые, а малыши удивленно покачали головами.

- Но сегодняшние события явно связаны со вчерашними. А вчерашние устроили вы, мальчики, - не унимался полицейский. - Ведь это вы принесли сюда первые кирпичи, потом подговорили детей привлечь взрослых. Зачем-то попросили построить вот эту кабину. Что вы собирались здесь организовать?

Петя посмотрел на друга: «Придется сказать». Серёньке очень не хотелось открывать тайну Фатимы, поэтому он опустил голову и ничего не ответил.

Все посмотрели на Петю, и ему пришлось выдать то немногое, что он знал про ожидание Серёнькой Царицы Чудес, чтобы подарить ей сказку. Как друг, Петя хотел сделать все красивее и показать гостье, как много у нее здесь друзей и какие все хорошие. Долго уговаривать никого не пришлось, карета, сцена и все остальное строилось уже само собой.

- Но царица не приехала, да?

- Не приехала, - подтвердил Петя. - И мы хотели все сегодня разобрать. А когда утром встали, то все уже другое.

- Ну, не другое... - стал размышлять полицейский. - Те, кто тут намусорил, не стали убирать вашу карету и сцену, а как видите украсили их розами. Не стали убирать столы, а снова накрыли их едой, и даже украли из ресторана аквариум. Похоже, кто-то решил, что вы или рано перестали ждать царицу, или недостаточно хорошо подготовились. Ведь ты говоришь, что вы не собирались устраивать концерт, а хотели всего лишь подарить сказку. А ночью кто-то украл и принес сюда музыкальные инструменты и граммофон. И вместо сказки собирался подарить самый дорогой экспонат из музея... Кто вообще рассказал вам об этой царице? Вы хоть с кем-нибудь из взрослых посоветовались, прежде чем начать?

- Да, - кивнул Петя. - Мы все рассказали Фатиме, она нас похвалила и дала золото. А потом мы пошли сами, - Петя имел в виду фольгу от конфет, но взрослые поняли его иначе.

Серёнька укоризненно посмотрел на болтуна, полицейские и журналисты заметно оживились:

- Так-так! Как интересно. А говорите, что в первый раз слышите.

Полицейский попытался задать вопросы Серёньке, но тот не проронил ни слова. Все вокруг видели, что ребенок не испуган, и ни бежать, ни плакать не собирается. Но сколько его бабушка ни тормошила и взрослые ни уговаривали помочь следствию, он молчал, как маленький партизан на допросе.

Поскольку Леночка вчера была в детском саду и появилась только к финальному чаепитию, полицейскому пришлось опять говорить с Петей.

- Ты не заметил, может быть кто-нибудь пытался вам мешать? Или наоборот, слишком старался помочь, вертелся вокруг, наблюдал за вами? Не видели? - полицейский задал этот вопрос всем, но ответил Петя.

- Я только запомнил ворону, которая тут крутилась и таскала сыр и конфеты.

- Ну, ворону мы все-таки подозревать не будем, - улыбнулся полицейский, приказал родителям развести детей по домам, а самим вернуться на площадку, чтобы подписать протокол беседы.

- Что ж, один подозреваемый у нас все-таки появился, - полицейский удовлетворенно потер руки когда малышей увели, оставил всех на спортплощадке, а сам отправился поговорить с Фатимой.

Дверь открыла ее мама, провела гостя на балкон, и первое, что полицейский увидел на столе, была кучка крупных золотых монет. Фатима сидела у стола в глубоком кресле, а на подоконнике у нее за спиной разместились подпоясанный браслетом с часами попугай и ворона в шляпке с перьями. На груди у вороны висела медаль «Слава труду!». Под столом лежала немецкая овчарка без украшений, но зато на диване грациозно сидела кошка в бриллиантовом ожерелье и с серьгами в ушах.

- Как у вас тут все необычно! - приветствовал полицейский Фатиму, и она пригласила его сесть в кресло напротив. - Так что же означают горы мусора во дворе и это золото?

- Подарррки! Подарррки! - энергично закивал головой попугай.

- Подарки царице, - кивнул полицейский. - Это я уже знаю. А кто дарит эти подарки?

Фатима хотела ответить, но попугай перебил ее цитатой из ночной речи вороны: «Мы тоже здесь живем, живем, живем!»

- И?.. - полицейский ждал продолжения.

Но попугая заклинило, и он без конца повторял только слово «Живем!»

- Видите ли, - все-таки заговорила Фатима, - вчера дети собирались поиграть во встречу Царицы Чудес, и их игра не принесла никому вреда. Ну собрались, попили чаю с пирогами - ничего особенного. Но за ними наблюдали другие обитатели двора...

«Кар-р!» - грубым голосом вдруг каркнула ворона, и все вздрогнули.

- Ну прости, - с улыбкой обернулась к ней Фатима. - Я не уточнила, что за людьми наблюдала ворона.

- Ах так про эту ворону мне сегодня то и дело сообщают! - удивился полицейский.

- Да, - продолжила Фатима. - Ей показалось несправедливым, что люди собираются встречать царицу и что-то просить, а животных не приглашают. Будем считать, что ворона не согласилась с ущемлением прав.

- Ясно, - кивнул полицейский. - И что было дальше?

- Вечером она заметила, что с площадки люди ничего не убрали, и сделала вывод, что Царица просто отложила приезд. Ворона кинула клич животным, и все вместе они решили достроить, улучшить и добавить все то, чего по их мнению не хватало.

Полицейский молча поднял брови и пытался примерить слова Фатимы к тому, что видел во дворе. Наконец сказал:

- Да, это объясняет появление мусора во дворе. Но никак не объясняет пропажу граммофона, аквариума и музейного рога. Если животные хотели что-то подарить, зачем дарить краденое? Так бы и дарили ей свои банки, склянки и очистки.

- Они и не крали. Им все это принесли другие животные. И те кто принес не только назвались владельцами предметов, но и предъявили сертификаты и документы.

- Что вы говорите! - удивился полицейский.

- Да. Дело в том, что попугай очень требователен к документам и точностям. Поэтому он не принял ни одной вещи, пока не убедился в ее происхождении. Я правду говорю, Кальян? - Фатима подняла лицо к окну.

- Все, все есть! У нас с тобой все есть! - нараспев стал повторять попугай, клювом поднял с подоконника кожаную папку-портфельчик с ремнем и протянул полицейскому.

Тот открыл папку и в самом деле увидел целую кипу заполненных бумаг.

- Можно, я посмотрю их? - спросил он у всей компании.

- Конечно. Для этого мы вас и ждали, - кивнула Фатима.

Полицейский стал перебирать бумаги, и его особенно заинтересовала первая опись сокровищницы:

- Пишешь ты конечно как курица лапой, попугай... Но какие вы крутые ребята! Я правильно понял, что здесь упомянута корона царя Константина, изумруд в четыреста карат, платок с миллионом бумажных долларов? Или это черновик сказки?

- Да, все правильно, правильно, - закивал головой попугай.

- И где эти вещи сейчас?

- Кальян еще утром вернул владельцам почти все, - ответила Фатима. - И только один горшок золота не удалось сохранить в целости. Пока животные спасались от мусорной лавины, пакет с золотом порвался и сто шестьдесят три монеты потерялись. Полдня они всей командой пытались найти утерянные, но собрали только эти семьдесят пять. Осталось найти восемьдесят восемь монет. Как видите, они стараются быть аккуратными.

Полицейский одновременно слушал и перебирал бумаги:

- Мешочек с бриллиантами и золотой столовый сервиз - это хорошо, но они не числятся пропавшими. Поэтому сейчас меня больше всего интересует история граммофона, аквариума и рога.

- Давайте начнем с рыб, - ответила Фатима. – У меня на столе две бумаги, взгляните. Первая - это закон, по которому такую рыбу ловить запрещено. Он обязателен для всех, и кто его нарушит, тот преступник. Прежде чем посадить рыбу в аквариум, ресторан ее поймал, и значит нарушил закон. Верно?

- Допустим. Но о чем вторая бумага?

- А вторая бумага является письмом от министра рыбного хозяйства, в котором он благодарит нас за возвращение бесценных рыб в природу. Стерлядки живы и здоровы, но теперь плывут к себе домой.

- Когда же вы успели получить благодарность, если утром рыбы были в аквариуме, а сейчас только полдень?

- Министр хозяин моей второй жены! Второй, второй жены! - закланялся попугай полицейскому.

- Личные связи, ясно. А что с музейным рогом? Его вы тоже вернули какому-нибудь обиженному единорогу?

- Да, - ответила Фатима, и пес в зубах поднес ей несколько бумаг. - Вот свидетельство о том, что коллекционер по имени Бизантин Безрогий сорок лет назад передал этот рог на временное хранение в музей. Банковских ячеек тогда еще не было, а музей очень интересовался этим предметом. Старый директор обязался вернуть рог владельцу по первому требованию, а владелец разрешил показывать экспонат народу и изучать как реликвию. Но вскоре пришел новый директор, разорвал договор, объявил рог собственностью музея и спрятал в сейф. Неделю назад экспонат пропал из сейфа, и мы не знаем, как это произошло. Но сегодня владелец принес его попугаю и поручил подарить Царице Чудес.

- И как вы предлагаете закрыть это дело?

- Очень просто. Попросите музей объяснить, как им этот рог достался, и почему они считают его своей собственностью, - улыбнулась Фатима. – И дело закроется.

- Хорошо. Остается граммофон.

- А вот его вместе с музыкальными инструментами мои пернато-шерстяные друзья действительно украли, - улыбнулась Фатима. При этих словах пес жалобно заскулил и сжался под столом в комочек, попугай молча кивал головой из стороны в сторону, ворона к чему-то прислушалась, взмахнула крыльями и улетела, а кошка стала вылизывать лапку.

- Ага, ну хоть в чем-то вы виноваты! - оживился полицейский. - Наконец-то!

- Не совсем. Граммофон они подобрали в кустах у Дома культуры. Похоже, вор его на время оставил, а сам вернулся еще чем-нибудь поживиться. В этот момент мои друзья как раз пришли за инструментами. Граммофон показался им очень кстати, они решили не оставлять полезную вещь валяться на улице и прибрали. А инструменты собирались вернуть на место после встречи Царицы Чудес. Поскольку взяли самовольно, получается что украли.

- Будем сажать, - улыбнулся полицейский. - Впрочем, если докажете, что граммофон украли не вы, то это могло бы смягчить вину.

- Конечно не мы! Не мы, не мы! - затараторил попугай. - Его украл Степан Диомидов, паспорт серррия НС номер сто шестьдесят четыррре пятьсот восемьдесят шесть, прррописан улица Вокзальная дом восемь кваррртира пятьдесят шесть.

- Ты видел его паспорт? - удивился полицейский.

Болтливый попугай перелетел с подоконника на спинку кресла к полицейскому, забавно вывернул голову и уставился на собеседника одним глазом. Затем проговорил: «Пррофессиональная тайна. Давайте договаррриваться! Договариваваться! - кланялся попугай. - Спасение в штрафе!

- В штрафе?

- В штррафе! В штрррафе! - несколько раз повторил попугай. - Свободу бедным!

- Ах вот ты о чем, хитрец, - догадался полицейский. - Но ведь это не ваше золото, как же ты собираешься им расплатиться?

- Это утрруска и усушка, утрруска и усушка!

- Думаю, - попыталась Фатима помочь попугаю, - Кальян пытается сказать, что этим золотом спонсоры расплатились с ним за услугу по передаче подарков. Я правильно тебя поняла? - обернулась она к попугаю.

- Неправильно, - засмеялся полицейский. - Попугай выразился предельно ясно: золото всегда имело свойство усыхать и утрясаться.

- Разве? - искренне удивилась Фатима, но развивать эту тему больше не стала.

- Я проверю твои слова, попугай, и если этот Степан Диомидов действительно воровал вчера граммофон, то от штрафа я вас избавлю.

Полицейский еще немного подумал, и добавил:

- А если благодарность от министра подлинная, и ваши слова о настоящем хозяине рога из музея подтвердятся, то обещаю вас всех наградить за помощь в раскрытии преступлений. На чье имя выписать грамоту?..

Попугай перелетел к Фатиме на плечо, и что-то быстро-быстро стал бубнить ей в ухо. Девушка выслушала его и попросила:

- Если вы действительно хотите поблагодарить моих друзей, то они просят выписать грамоту на имя сказочника Серёньки и его друзей Леночки и Пети. Без них ничего бы не произошло, и мы бы с вами не встретились. А самое главное, Царица Чудес ведь собиралась приехать к нему, а не к нам.

- Вы хотите сказать, что это была не игра? - удивленно спросил девушку полицейский.

В этот момент на подоконник вернулась ворона с золотой монетой в клюве.

- Семьдесят шесть! – объявил попугай. – Осталось найти восемьдесят семь!

Фатима улыбнулась и сказала полицейскому:

- Поживем - увидим.

- Хорошо, как скажете, - кивнул полицейский, пожал лапки попугаю и вороне, потом кошке и псу Байкалу. - До встречи!

Он решил не сообщать журналистам и товарищу о разговоре с удивительной командой Фатимы, пока не проверит информацию. Вернувшись на спортплощадку, полицейский предложил всем разойтись и заняться своими делами. Тем более, что во дворе оставались груды неубранного мусора, и граммофон с пластинками еще мог найтись.

Пес Байкал, кошка и ворона вернулись на спортплощадку искать монеты, а попугай решил познакомиться с Серёнькой и рассказать ему о грамоте, которую обещал вручить полицейский. Но малыш был занят.

После допроса и обеда бабушка передала Серёньку маме, сама отправилась навестить старинную подругу, а мама собралась отдохнуть. Поскольку Серёньку никто не арестовывал, он отпросился в гости к Лене на третий этаж, хотя о найденной монете Серёнька маме рассказывать не стал.

Ступеньки для пятилетнего малыша были очень высокими и крутыми, он поднимался медленно, к концу первого пролета устал и присел отдохнуть на ту, до которой добрался.

Пока сидел, вынул из кармашка шорт монету и стал рассматривать. Монета была не новой, стершейся на краях, не очень большой, но тяжелой. На одной стороне весь круг занимала выпуклая голова льва, он открыл пасть и рычит, глядя вверх. А на другой стороне - не выпуклые, но наоборот вдавлены четыре квадратика. Что они обозначают, непонятно, надо будет кого-нибудь спросить.

Серёнька еще раз посмотрел на льва и вдруг ему показалось, будто он давно знаком с ним. Откуда пришло это чувство, он не мог себе объяснить, но может быть, это свойство старых вещей, и сама монета передала ему свою историю?..

ЛЕВ РЫКАЮЩИЙ

Лев, как известно, царь зверей. И вот очень-очень давно в царском львином роду приключилась необычная история.

Настолько необычная, что в память о ней люди отчеканили не медную, и даже не серебряную, а золотую монету, и изобразили на ней рычащего льва. Сейчас уже все думают, что на ней лев потому что он царь, а на самом-то деле главное, что он рычит.

Все началось с того, что старому льву-царю пришло время отправляться на покой, а с наследником вышла путаница. У льва было много сыновей. Только от трех самых любимых жен было пятеро близнецов. И странное дело – львицы были разными, а львята оказались как две капли воды похожими друг на друга, просто один в один.

Матери никогда не могли разобраться, кто чей сын, а детеныши еще и разыгрывали их, частенько откликаясь не на свои имена. Эта забава привела к тому, что львята тоже скоро забыли, какое у кого из них имя.

Поначалу родители надеялись, что у малышей с возрастом появится различие, но время шло, львята выросли, а ни на волосок друг от друга не отличались.

Когда пришло время выбрать наследника, озадаченный царь предложил сыновьям посоревноваться в ловкости, в силе, в уме, в находчивости, но все пятеро одинаково справились с испытаниями.

- Поставь самого любимого, - посоветовали ему львицы.

- А которого? – ответил лев.

- Тогда брось жребий, и ни у кого не будет обиды, - предложили царицы.

- Да, но если завтра вместо него на трон сядет другой, а этот объявит, что его свергли, то никто не сможет разобраться, и всегда будет смута.

- Хорошо, можно отметить того, кому выпадет жребий. Например, сделать татуировку или неснимаемый браслет, или придумать красивое царское клеймо…

- Вот еще глупости, - отказался царь. – Никогда такого не было, чтобы царь ходил закованным в браслеты или с клеймом. Даже слышать не хочу.

- Тогда раздели между ними царство, и пусть поклянутся друг другу в вечном мире.

- Вот это уже лучше… - задумался царь, и решил так и поступить.

Царство зверей было поделено на четыре части по сторонам света, а пятый лев должен был остаться в столице и помогать четверым хранить мир, спокойствие и процветание.

Городов и мусора на Земле тогда почти не было, а машин и дорог еще не изобрели. Люди охотились с луками и копьями в бескрайних лесах и степях, и зверей не истребили. Поэтому царство животных было богатым, сытым, мирным, и все жили свободно там, где кому нравилось.

Четыре молодых льва были единственными, кто должен был жить на своей территории и не мог свободно перейти с места на место - так распорядились их судьба и жребий. Они попрощались с родителями и друг с другом, все обещались приезжать в гости и на праздники, и разошлись каждый в свою сторону.

Северный, восточный и западный цари не нашли у себя никаких трудностей, быстро обзавелись семьями, дворцами и повели обычную царскую жизнь.

А вот южный лев пришел и удивился: его территория была самой теплой и богатой пищей, но попала в страшную беду – здесь жили одни хищники.

В столицу никаких докладов об этом не поступало, и только теперь молодой лев понял почему – если мирные животные даже и пытались что-то сообщить царю и пожаловаться, то по дороге их настигали хищники, и ни одна птица, ни одно насекомое, ни тем более животное так и не смогли донести жалобу до царя. Поэтому в столице все были уверены, что здесь такой же мир и спокойствие, как везде.

Более того, молодому льву сразу стала грозить смертельная опасность быть съеденным. В одиночку сильнее и мудрее его здесь никого не было, но сговорившиеся хищники были многочисленны, и потому опасны. Они давно уже выбрали себе другого правителя, слабого и трусливого шакала по кличке Вахлак, который не мешал им творить любое зло, какое только захотят.

Обо всем этом молодой царь узнал уже слишком поздно, когда вернуться к братьям за подмогой было невозможно. Коварные хищники затаились и беспрепятственно пропустили его в джунгли, чтобы загнать в ловушку и съесть. И они послали шакала Вахлака объявить льву об этом.

Вахлак шел в пещеру, где лев остановился переночевать, и трясся от холки до кончика своего поджатого хвоста, весь скрючился - он боялся хищников, но боялся и льва. Кое-как он рассказал молодому царю о встрече, которую ему приготовили хищники.

- А кто вообще здесь сейчас живет? – спросил его лев после того, как все выслушал. – Перечисли роды и племена. Если не осталось мирных животных, то чем же питаются твои подданные?

- Никого не осталось, - подтвердил Вахлак. – А питаемся мы все данью. В моей подземной тюрьме сидят несколько сотен знатных заложников. Чтобы мы их не съели, их родственники каждый день присылают нам дичь и кое-каких животных из других стран. Конечно, есть львов нам не приходится, - Вахлак сделал попытку пошутить, но молодой царь нахмурился, и шакал торопливо продолжил, - но оленей, коз и зайцев мы пока получаем исправно.

- Но так не будет продолжаться всегда. Когда-то ваши заложники состарятся, вы их съедите, и платить дань вам перестанут. Что будете делать?

- Плодимся, будем расширять территорию.

- То есть, нападете на вашего законного царя?

-Что же еще останется - голод не тетка. Но пока что мы сыты.

- Ты не ответил, кто это вы. Перечисли.

- Самые сильные кланы сейчас у ядовитых змей, гиен, крокодилов, орлов-стервятников, крыс и тарантулов с комарами. Чуть слабее них, но тоже неплохо живут грифы, акулы, пираньи, волки с лисами и скорпионы. Мы шакалы тоже держимся в этой середине. Самые слабые кланы у тигров и других кошек, у медведей, у кабанов и у драконов.

- У кабанов? – удивился лев. – Это же просто свиньи, почему вы их не съели в первую очередь?

- О нет, кабаны не так просты, как кажутся. Во всяком случае один из них сидит даже в главном совете.

- У вас есть главный совет?

- Недавно выбрали. Мы ведь собираемся расширять территорию, - уклончиво ответил шакал.

Царь внимательно посмотрел на него, ничего не сказал и отпустил. Шакал чувствовал, что если выйдет из пещеры живым, то это будет большой удачей, поэтому вышел задом, не переставая кланяться. А едва вышел, без оглядки помчался к себе во дворец, чтобы где-нибудь спрятаться и перевести дух.

А лев лег у входа в пещеру, положил морду на лапы и задумался. Что же теперь делать? Идти вперед – значит найти верную смерть. Вернуться назад враги тоже не дадут. Оставаться на месте – значит погибнуть. «Вот так царство! Гиены. Шакалы. Крысы. Крокодилы. Змеи. Пауки… И ни одного помощника! Мы так старались учить буквы и цифры, сдавали экзамены по мудрософии и граммалогии! А тут нужна простая хитроматика, потому что свиньи, оводы. Волки. Лисы…»

Тут царю на коготь забралась маленькая-премаленькая блоха, такая маленькая, что он никогда не увидел бы ее, если бы стоял или сидел.

«Вот еще один… Хищник-кровопийца» - грустно подумал он и хотел сдуть ее, но блошка запрыгала у него на когте. Льву показалось, что она даже что-то пищала, но услышать и понять ничего не мог.

Блошка продолжала прыгать на когте, лев внимательно на нее смотрел, но не мог ни понять, ни объяснить себе, что это значит. Блошка догадалась, что лев ее не слышит, и не вспрыгнула, а перелетела ему на нос.

«Значит не блоха», - почему-то обрадовался лев. Может, какая-нибудь тля, тогда уже не кровопийца. А может быть даже и друг, во!»

Лев скосил глаза к носу, и хотя видеть мошку стал лучше, но услышать ее писка все равно не мог. И видимо маленький собеседник утомился, потому что перестал прыгать и неподвижно сидел на самом кончике львиного носа. Когда глаза у льва устали, и он уже стал сердиться на себя за то, что отвлекся и теряет время, мошка вдруг слетела с его носа и исчезла.

«Ну вот!» - раздосадованно тряхнул гривой молодой царь. – «Принял приветствие еще одного подданного, теперь пора подумать о делах!»

Но подумать лев ничего не успел, потому что внезапно воздух перед ним задвигался от тучи таких же насекомых, какая только что сидела у него на носу. Это были не комары, а совсем маленькие мошки. Их облако облетело льва кругом, разделилось на две части, и в один миг влетело ему в оба уха. Лев вскочил с места, закрутился волчком, но уши были плотно забиты мошками и так сильно чесались, что он пришел в ярость. Лев тряс головой, терся о траву то одним, то другим ухом, и наконец зарычал от бессилия и гнева. От его рыка с вершины горы посыпались камни, и если б не корона, один точно пробил бы ему голову. Зато мошкара сразу вылетела и стремительно исчезла, спасаясь от появившейся в воздухе стайки стрекоз.

Молодой царь удивленно посмотрел вслед насекомым, потом еще раз тряхнул гривой, чтобы убедиться, что с ушами все в порядке, и сел. «Теперь я кажется понимаю, что должен делать…» - подумал он, и стал обдумывать план, который «предложили» маленькие помощники.

Всю ночь лев не сомкнул глаз. Едва небо стало светлеть, в лесу под горой послышался хруст камней. Лев прислушался и понял, что кто-то двигается в его сторону. Он поднялся с места, но спасаться бегством – не царское дело, поэтому стал ждать. Через несколько минут кусты задвигались, и к пещере вышли три охотника с луками и копьями.

Увидев сидевшего на скале льва, они подняли копья, но из-за горизонта показалось солнце, и драгоценная корона на голове царя зверей заискрилась и засверкала. Заметив ее, охотники опустили оружие, коротко поговорили между собой, а потом все вместе положили копья и луки на землю, и с поклоном приблизились ко льву на несколько шагов. Один выступил вперед, и заговорил:

- Приветствуем тебя, великий царь, или бог! И просим о милости! Мы прогневали тебя, раз ты увел от нас всех мирных животных, а вместо них населил эти края несьедобными! Прости! И если тебе неугодна наша охота, позволь нам заняться каким-нибудь другим делом. Но наши посевы травят грызуны и насекомые, а домашних животных воруют хищники. Они же нападают на наших детей, и пожирают их. Что нам делать? Мы всегда были охотниками, а теперь не можем стать никем, и питаться больше нечем. Вчера мы всем миром призвали богов и сожгли наши последние продукты и дары. А сегодня видим тебя. Значит ли это, что ты простил нас?

Лев хорошо понимал человеческую речь, и всегда имел отличные оценки по этому предмету. Пока он слушал – думал. А когда охотник закончил говорить, поднялся, кивком головы приказал людям следовать за собой, и стал спускаться к ущелью. Он чувствовал, что хищники наблюдают за ними и ждут только удобного момента, чтобы напасть. Вошел в большое ущелье и неторопливо пошел по самому его дну, выбирая подходящее место для отдыха. Наконец улегся на огромном выступе скалы, кивком пригласив охотников расположиться неподалеку. После этого огляделся и негромко произнес:

«Ползите сюда, змеи и пауки, я знаю, что вы здесь».

Действительно, через мгновение над камнями показались три змеиных головы, и огромный тарантул и птицеед. Шпионы бесшумно подползли к скале, на которой их ждал царь а охотники крепче сжали в руках копья, и удивленно наблюдали.

«Мы слушаем, - ответили льву змеи. - Чего ты хочешь?»

«Мне не обидно, - начал лев, - что вы решили жить по своим законам, и я готов простить это.

Мне не обидно, что вы решили плодиться и расширить ваши законы по всей земле - я готов это понять.

Но я никогда не смогу понять, ни простить, что вместо меня вы поставили на трон жалкого облезлого шакала. И что в главный совет вы посадили свинью, а меня хотите съесть. Вы сошли с ума, и ваше царство стоять не будет, потому что скоро вы начнете пожирать друг друга, а свинья с шакалом будут смеяться над вами.

Эти люди вчера сожгли последний хлеб, и дали богам клятву воевать с вами. А сегодня они пришли просить меня стать их царем. И я не знаю, как поступить.

Я шел к вам, но вы стали врагами. А враги просят о помощи.

Я рожден царем, и мое главное дело – кормить народ. До полуночи у меня нет народа. А в полночь я уйду к людям и стану их царем, если вы не позовете меня обратно.

Ползите к шакалу, обсудите мои слова со свиньей на совете, и возвращайтесь, потому что я все равно люблю вас».

Речь льва понравилась паукам и змеям, потому что они ответили на нее поклоном и как могли быстро поползли к выходу из ущелья. Охотники удивленно посмотрели им вслед и обернулись ко льву. А он лег, закрыл глаза и прислушивался к малейшим звукам, пытаясь определить, не оставили ли шпионы кого-нибудь вместо себя. Но в ущелье было тихо, и через полчаса лев поднялся, кивком приказал людям следовать за ним, и трусцой побежал к другому выходу. Ущелье было очень большим и глубоким, лев часто останавливался и высматривал дорогу наверх.

Охотники прекрасно знали это место, и вскоре один из них действительно показал льву такую дорожку. Лев поблагодарил его радостным ворчанием, но тут сверху посыпались мелкие камни, и люди стали понимать, что задумал царь.

«Мы очень глубоко, надо торопиться», - воскликнули они, и все четверо стали подниматься по каменистой тропинке.

Солнце уходило за горизонт, когда лев со спутниками оказались наверху и подошли к краю обрыва. Все четверо стали вглядываться в темноту ущелья, и через некоторое время увидели, что дно заполняется хищным зверьем. Лев кивком приказал людям отойти от края, а сам пригнулся на лапах, как перед прыжком, и пристально вглядывался в темноту.

«Поверили и пришли все… - наблюдал он. Все ли?.. Кажется все – вон шакал, вон весь его совет, знать, свиты…»

Дождавшись момента, когда шедшие впереди подошли к камню, лев сказал себе «Пора!», набрал как можно больше воздуха, и с высоты обрыва зарычал вниз так громко, как только мог. Стены содрогнулись и немедленно стали трескаться и осыпаться, заваливая камнями коварных хищников. А лев рычал еще и еще, пока ущелье не стало шире, потому что заполнилось на треть своей глубины.

Царь перевел дух и обернулся к людям, которые стояли, зажав уши ладонями. Если бы он умел смеяться, обязательно бы улыбнулся, глядя на их по-детски перепуганные лица.

Но улыбаться было некогда, лев тряхнул гривой и кинулся к выходу из ущелья, чтобы нагнать тех хищников, кто успел спастись от камнепада. Охотники подхватили оружие и побежали за ним.

Спасшихся оказалось немного, и все – рядовые. Они не стали разбегаться и прятаться, а поклонами встретили царя, как верные его подданные.

Вместе с охотниками лев торжественно вошел в опустевший дворец, и стал приводить царство в порядок. Охотники стали не только его верными друзьями, но и покровителями животных среди людей, потому что лев открыл и подарил им золотой рудник, благодаря которому они стали богатыми и могущественными царями.

В память об этой истории охотники отчеканили первую золотую монету, и легенда о рычащем льве долго передавалась из поколения в поколение, пока совсем не забылась.

Серёнька поднялся, чтобы положить монету в карман и подняться к Леночке, но вдруг похолодел, услышав внизу знакомые голоса мальчишек, которые вошли в подъезд и направлялись к его двери.

«А не захочет говорить, так заставим! Почему из-за него все должны сидеть дома, интересно!? Я вот не хочу!» - говорил мальчишкам Вовчик из третьего подъезда. «Мы тоже собирались в деревню!» - подхватил закадычный друг Вовчика Витя. «Мелюзга! Ща придушим его, расскажет как миленький!» - поддакивал Сашка, которого никто из малышей во дворе не любил. Если они постучат, то разбудят маму - вариантов не было, и Серёнька окликнул мальчишек сверху.

- А, вон он! Давай спускайся вниз, пойдешь с нами на суд.

- Я уже был там сегодня, - ответил Серёнька и стал спускаться, держась за столбики перил.

- То был допрос, а теперь суд.

- И кто главный? Вы что ли?

- Ща увидишь!

Четверо мальчишек с двух сторон схватили спускавшегося с последней ступеньки Серёньку под локти и вывели из подъезда.

Взрослые и дворники продолжали разгребать мусор, поэтому дети перебрались на другой конец двора ко второй песочнице. Там тоже была беседка и поле для игр, хотя и не такие вместительные и удобные, как спортплощадке. Ребятня всех возрастов галдела и шумела сразу несколькими большими играми. Дети помладше играли в прятки, постарше - в казаки-разбойники, в беседке гоготали подростки.

Серёнькиными стражниками были мальчики старше на год или два. Они уже ходили в школу, для малышей считались наставниками, а с сегодняшнего дня еще и самыми пострадавшими, поскольку летний выезд в детские лагеря и на дачи оказался под запретом. Если у малышей поездки зависели от отпусков родителей, то эти дети сами были на каникулах и маялись от безделья.

Серёньку привели к беседке. Там перед столом уже стояли Петя и Леночка, и их держали за локти другие «стражники». Похоже, разговор с ними подошел к концу, потому что увидев Серёньку, «судья» махнул рукой и приказал отпустить осужденных. Леночке надавали пинков, дернули за косу, после чего прогнали. Пинков надавали и Пете, но он пытался отбиваться, поэтому к трем его стражникам добавились леночкины, и все шестеро потащили Петю наказывать за сараи, где обычно происходили мальчишеские драки и разборки.

Судьей был лидер и давний заводила младших подростков по прозвищу Толкач. Прозвище включало как намек на его толстую фигуру, так и на манеру задирать девочек.

- Давай сказочник, признавайся, куда дел патефон с пластинками и рыбок с золотыми рогами. Иначе тебе будет о-очень плохо.

- Патефон? С рогами? - Серёнька выдернул локти из рук стражников. - Я не брал никаких рыбок.

- Обыщите его для начала, - приказал стражникам судья.

Стражники уже отпустили локти Серёньки, поэтому теперь он оттолкнул одного и вцепился в рубашку второму. Но третий мальчишка повалил его на асфальт, подоспел первый, и все трое стали тузить Серёньку. Вовчик в драке рванул карман серёнькиных шорт, на асфальт со звоном упала золотая монета и покатилась в сторону игравших малышей, которые зорко наблюдали за происходящим. Один из них тут же кинулся к монете, поднял и передал другому, тот - третьему, малыши бегали от гонявшихся за ними стражников, и со стороны это было похоже на обычную игру в догонялки.

- Ого! - в один голос воскликнули все сидевшие за столом, когда монета зазвенела на асфальте. - А говоришь не брал! Откуда же золото?

- Не ваше дело, - ответил Серёнька, поднимаясь с асфальта и поправляя одежду. - Нашел.

С этими словами он опять вцепился в зазевавшегося на монету стражника и съездил ему кулаком в глаз. От неожиданности школьник громко заревел, и малышня тут же осмеяла его: «Рева-корова! Рева-корова!»

Оставшиеся два стражника снова повалили Серёньку на землю и стали пихать изо всех сил, а из-за сараев к ним на подмогу прибежали те, что наказывали Петю. Монета была отобрана у малышей и передана судьям, те совещались.

Наконец Толкач поднял монету над головой и объявил приговор:

«Мы все видим улику и знаем, что мелюзга скрывает правду. Поэтому приговариваем к позорному катанию в будке, которую мы построили по его обману. Посадим тебя туда, пронесем по двору, и все будут кидать в тебя мусор, как ты намусорил нам сегодня. После каждый день будем находить тебя где бы ни прятался, и лупить до тех пор, пока не принесешь вещи.

Лучше сам приходи за гараж, а то будем приводить тебя по-любому. Ну вот, разрешаю тебе сказать последнее слово. Проси прощения, и мы смяг…» - Толкач не успел договорить, потому что у него над головой с шумом пролетела большая ворона, выхватила монету из поднятой руки, и в тот же миг исчезла.

Серёнька молчал. Не дождавшись просьбы о милости, судья сделал знак, чтобы стражники вели осужденного к карете.

- Отпустите, я сам, - Серенька выдернул локти, подошел к фанерной будке, открыл дверь и вошел внутрь.

Карета оказалась не пустой. Под потолком на криво прибитой рейке переминался с ноги на ногу большой разноцветный попугай.

- Поедем кррасотка кататься! Давно я тебя поджидал! – скрипучим голосом прокричал ара, и постучал клювом по циферблату золотых часов у себя на поясе. – У меня хоррошие новости!

Мальчишки снаружи кареты расхохотались: «Шутки шутит! Ничё, скоро надоест прикалываться!»

-Тс-с! – Серёнька поднес палец к губам. - Не кричи, не то услышат и высадят! А кого ты здесь ждешь?

- Тебя.

- Я ж не красотка! А как ты узнал, что меня будут катать, если еще полчаса назад никто никуда не собирался?

Попугай принял очень серьезный вид, боком придвинулся к Серёньке, внимательно посмотрел на него то одним глазом, то другим, и сказал:

- Прими извинения за потасовку. Лес рубят, щепки летят!

- Что?! Так это ты все устроил? А я думал, что Мечтун.

- Мечтун враг, а мы друзья, и хотели как лучше. В любом случае я не таскал мусор, а только скрромный казначей Ее величества. Общаюсь с просителями, учитываю подарки, все записываю. А вручать их Ей ты будешь сам.

Серёнька удивленно посмотрел на золотые часы, цепочку и портфель, потом сел на реечный пол кареты:

- Давай рассказывай по порядку кто ты, и что тебе нужно.

- На первые два вопроса ответил. Остается третий. Царицу Чудес ждут многие. В гости Ее пригласил ты, на тебя и вся надежда. Вот опись подарков. - Попугай порылся в портфельчике и вынул исписанный лист бумаги. – Все в целости и сохранности, крроме монет. Утрром я предложил забрать все назад, но никто ничего не взял, даже осы. Сейчас все зависит от тебя. Жди Царицу, проси Ее о нас, и учись творрить сказки лучше, а то подведешь всех под монастыррь! Восемьдесят семь монет пес потеррял, найти не можем. Ослы врряд ли считали монеты. Но если считали, то в монастырь все поедем на белом осле!

Проговорив этот текст без остановки, попугай внезапно замолчал и уставился на Серёньку. Может быть ждал вопросов, но Серёнька не знал о чем спросить и только моргал. Читать он не умел, поэтому опись для малыша была лишь пустой бумагой.

- Мы с Леной сегодня нашли монету, – наконец заговорил он. - На ней лев рычит, и она желтая. Потом карман порвался, а монету утащила ворона и улетела.

- Это была семьдесят шестая, очень старая. Самая первая золотая монета на свете.

- Надо же!.. Ворона утащила. А на другой стороне там квадратики. Они зачем?

- Так раньше рисовали крест. Если крест, то золотая, а если нолик, то выбросить.

- Да? А откуда столько мусора во дворе? Его целый день убирают, и все никак.

- Кто его убирает! Брррось, все золото ищут.

- Которое пес потерял? А если найдут?

- Ворона наблюдает и отбирает. Но еще много искать. Все сокровища спрятаны у Фатимы дома.

- Правда? А нам дала только фантики от шоколадок.

- Она не знает, что золото спрятано за диваном, слепая же. Не выдай меня.

- Ладно. А когда найдете, куда денете? Отдадите назад ослам?

- Я же сказал - тебе.

- Мне? Зачем?

- Для Царицы. Распишешься, что все принял, и передашь Ей, когда придет.

Серёнька не успел обдумать услышанного, потому что карета остановилась и стала опускаться.

- Воздушная яма, пристегните ремни! – прокричал попугай, но это была не «яма». Катание закончилось благодаря вмешательству Леночки и Пети.

Малыши все видели и слышали из ближайшего палисадника, она все время порывалась позвать на помощь папу или кого-нибудь из взрослых, но Петя останавливал. Получив изрядное количество синяков и ссадин, он сам не считал потасовки важным событием, и был уверен, что Серёнька тоже не одобрит жалоб.

Когда Леночка увидела, что Серёньку повели на спортплощадку, а там он сел в «золотую» карету, то бросилась в подъезд и собиралась постучать в дверь серёнькиной квартиры, но Петя опять ее остановил.

«Как ты не понимаешь, что лучше узнать, почему все требуют у нас вещи и считают виноватыми в мусорном дожде!»

Леночка села на ступеньки, зажала ладошки коленками и вся сжалась в комочек от волнения. С минуту молча смотрела в пол, Петя тоже молчал.

- Придумала, я придумала! Надо бежать к Фатиме, и все ей рассказать!

Через несколько минут запыхавшиеся малыши подбежали к спасительной скамейке. Девушка в эту минуту выходила из подъезда с корзинкой вязания в руке и обернулась в сторону малышей с готовым вопросом:

- Кто это, и что случилось?

Леночка с Петей наперебой и в несколько попыток принялись рассказывать о пропаже каких-то вещей, в которой обвиняют их и Серёньку, о суде и приговоре. Но когда речь зашла о позорном катании, и со стороны спортплощадки донеслись громкие детские голоса, малыши бросили Фатиму и кинулись назад.

Девушка осталась одна, подняла лицо к небу, постояла, потом поставила корзинку на асфальт, а сама впервые за много лет пошла по неизвестному маршруту.

«Это я во всем виновата и должна остановить их», - горестно думала она, двигалась вперед по стене дома и плакала от бессилия. Даже если бы двор был чистым, ей было бы очень трудно передвигаться по нему без поводыря. Но теперь под ногами были груды и кучи жестяных банок, арбузных корок и картофельных очисток, Фатима то и дело вступала во что-то вязкое или мокрое, охала и отступала назад, беспомощно оглядывалась и опять на что-нибудь натыкалась.

Но шум на площадке становился громче и отчетливей, поэтому девушка понимала, что двигается в верном направлении. Прибавила шагу, наткнулась на припаркованную к дому машину, и естественно, ухватилась за нее. Нет худа без добра - сигнализация в машине отчаянно засвистела, Фатима в испуге отшатнулась, поскользнулась и упала, но ее заметили.

На спортплощадке в это время вовсю шло позорное катание. Внизу к карете были прибиты перекладины, дюжина подростков вызвалась поднять и нести это сооружение на руках. Фанерную карету подняли и понесли под шумное веселье сбежавшихся детей. Из окон стали выглядывать взрослые. Глядя на веселую ребятню, они принимали происходящее за игру, и никому даже в голову не приходило вмешаться.

Леночка с Петей подбежали к спортплощадке когда процессия уже сделала по ней круг и направлялась к крайнему серёнькиному подъезду, чтобы пройти вдоль домов по всему двору. Толпа детей приросла пришедшими из детского сада, плюс на скамейках сидели старушки, а у подъездов - вышедшие на шум жильцы. Однако малыши заметили, что никто не кричал слова «Позор!», как приказывал Толкач. Пока дети наблюдали, за их спиной заверещала потревоженная Фатимой машина. Леночка обернулась и увидела падающую девушку и бегущих к ней на помощь взрослых.

- Бежим! - крикнула Леночка Пете и тоже бросилась к Фатиме.

- Какие новости? - спросила Фатима малышей, когда ее подняли с асфальта всю выпачканную, с распустившейся косой, и женщины стали помогать ей отряхнуться.

- Взрослые мальчишки несут карету на руках, а Серёнька внутри и его не видно, - ответил Петя.

- Пусть все остановятся и выпустят мальчика, я хочу кое-что объяснить, - обратилась Фатима к стоявшим поблизости взрослым.

Она никогда не уходила так далеко от дома, никогда никого ни о чем не просила, и за всю жизнь не совершила ни одного проступка. Взрослые и дети хорошо это знали, и поэтому ее желание было немедленно исполнено. Все поспешно разгребли мусор на ее пути и расступились, Леночка с Петей повели Фатиму за руки по коридору в толпе.

Перед каретой стоял Серёнька в порванных рубашке и шортах, весь в синяках и ссадинах. На плече у него сидел разноцветный попугай, которого сразу же узнала хозяйка с третьего этажа. Она наблюдала за происходящим с балкона, и теперь закричала на весь двор: «Ах ты разбойник! Мало того, что смутил весь город, так еще вскрыл замок и утащил моего попугая! Возверни сейчас же, иначе спущусь и самого посажу в клетку вместо него!»

Все присутствующие слушали, удивленно задрав головы, но Фатима подняла руку, и попугай перелетел к ней. Леночка и Петя подвели девушку к карете, а сами подошли к Серёньке. В этот момент во двор въехала знакомая всем машина, из которой вышли те же двое полицейских, что и утром. Они направились к толпе, которая сразу заволновалась.

- Ты как? - спросила Серёньку Леночка.

- Так себе, - виновато улыбнулся он, но Фатима начала говорить, и Серёнька сразу почувствовал себя лучше.

«Выслушайте меня... Мальчик, которого вы все считаете смутьяном и обманщиком, ни в чем не виноват. Он не только ничего не украл, но наоборот...»

При этих словах к Фатиме подошел полицейский, взял ее за руку и громко продолжил:

«Но наоборот вместе с друзьями помог нам найти пропавшие ценности. Подойдите сюда, ребята».

В полной тишине Серёнька, Петя и Леночка подошли к полицейскому, который вынул из кожаной папки три красивых грамоты с подписями и печатями, вручил всем троим, и каждому пожал руку. После этого опять обратился к толпе:

«Все подозрения с вашего двора сняты, и все свободны».

«Ура-а!» - закричали малыши, взрослые заулыбались, а Серёнька увидел выходящую из подъезда на его поиски маму.

- Мама, я здесь! - крикнул он ей, и помахал грамотой.

- Михаил Иванович, - представился полицейский удивленной маме, просил передать привет бабушке, а Серёньку потрепал по плечу со словами: «Синяки пройдут, а что не сдавался, молодец!» Тут кто-то из мужчин в толпе весело предложил:

- Так может пора накрыть столы в третий раз? Площадка расчищена, надо обмыть грамоты лимонадом!

Мама стала осматривать внешний вид сына. Повернула его спиной, потом опять повернула. Затем осмотрела такого же разукрашенного ссадинами Петю. – Вы мусор убирали, что ли? Или что я пропустила?

- Не вы одна, - подтвердил полицейский. - Думаю, здесь все хотят услышать историю о мусоре и золоте в вашем дворе. - Только давайте все по порядку: сначала заварим чай, за ним и поговорим.

Полицейский взял Фатиму под руку, Серёнька маму - за руку, Леночке в пару достался Петя, и все жители двора направились к столам. Девочки-подростки уже накрывали их, и вскоре на спортплощадке начался третье, самое многолюдное собрание. Фанерная карета на спортплощадку не вернулась, а сразу после награждения детей была отправлена в кузов мусоровоза. На ее месте в углу спортплощадки собралась группа дворовых животных и скромно наблюдала за людьми.

Столов оказалось недостаточно, поэтому многие прихватили из дома стулья, табуретки и даже газетные столики.

На главный вопрос «Что это было?» ответил полицейский. Он не стал выгораживать ни животных, ни директоров, а рассказал все, что видел и слышал. В результате жители двора с интересом посмотрели туда, где собрались животные. Не умея говорить на человеческом языке, кошки, собаки, куры с голубями и даже крысы опустили головы и сидели с таким скорбным видом, что все поняли их молчаливый язык: «Неужели мы навредили? Мы так старались, разве все получилось плохо?»

Родители кивнули детям, и дети осторожно понесли со стола пироги, конфеты, и все, что на столах было вкусного. Животные не испугались и отступать не стали, а наоборот вежливо принялись есть.

- Пап, а какая красивая вон та кошечка, правда! - стала уговаривать одна из девочек папу. – Давай возьмем ее домой, ну пожалуйста!

- Только если ты сама будешь за ней ухаживать, - равнодушно согласился папа. Девочка тут же побежала на угол площадки с куском колбасы, и стала подзывать кошку. Так сбылась первая мечта. К концу вечера нашел новых хозяев Байкал, и еще несколько глупых котов. Даже вороне хозяйка попугая предложила свободную клетку, но ворона отказалась, взяла кусок сыра и поспешно скрылась с ним в палисаднике.

- Внимание! Внимание! Хорошие новости и главный номер вечера! - громко объявил старший дворник. - Мы нашли потерянный граммофон! Он совершенно целый, только труба помялась и немного смотрит вниз. Зато все пластинки были засунуты под него и не только не разбились, но даже не намокли. Предлагаю прямо сейчас проверить его работоспособность! Включаем?

- Конечно, конечно! - разрешил Михаил Иванович и отправился звонить директору Дома культуры, чтобы сообщить ему эту новость.

- Танцуют все! - провозгласил дворник, покрутил ручку и опустил большую иглу на пластинку. При первых же звуках марша Мендельсона животные в ужасе кинулись бежать, поэтому все замахали на дворника руками и потребовали сменить пластинку. Дворник поставил джаз, и начались танцы.

- Я должна идти домой. Наверное, уже темно и меня скоро хватится мама, - с улыбкой сказала Фатима Серёньке. - Если твоя мама разрешит проводить меня до дома, то по дороге я поделюсь с тобой еще одной тайной. Если не разрешит, то меня проводят или твои друзья, или Михаил Иванович.

Мама разрешила, взяла у Серёньки грамоту, и он повел девушку домой.

- Я должна извиниться за все, что тебе пришлось пережить сегодня. Если бы я не болтала о Царице Чудес, ничего бы не было. Теперь ты знаешь, что может произойти только от одного оброненного слова. Поэтому я благодарна, что ты не рассказал всего.

Серёнька слушал молча. Фатима подождала, не скажет ли малыш чего-нибудь, и продолжила:

- Ты все еще хочешь быть Добрым Сказочником?

- Нет, - ответил Серёнька.

- Нет?

- Не хочу, - мотнул головой Серёнька и твердо повторил. - Я хочу никогда больше не придумывать сказок. Ни-ка-ких.

- Устал, испугался, или перестал их любить?

- Ты говорила, что сбудется лучшая сказка. Какой же была твоя, если плащ уже есть, а ты все равно слепая? Она была не про глазки?.. А я еще ничего не сделал, а меня уже все ненавидят и дерутся! – Серёнька рассердился, сделал неосторожный шаг назад и с треском наступил на пустую пивную банку, которых вокруг валялось множество. – Вот что сбылось! – крикнул он и размашисто наступил на другую, на третью и стал давить мусор ногами: зачмокали гнилые апельсины, брызнули арбузные корки и захрустели рыбьи головы.

- Успокойся, прошу тебя... Я никогда не говорила, что сбудется лучшая сказка. Для этого есть желания и молитвы, - грустно возразила Фатима и беспомощно подняла лицо к небу. – Сбудется та, которую ты будешь сочинять когда придет Царица Чудес. Если бы я знала, что Она идет меня награждать, то думала бы про себя и свои мечты. Но Она пришла, когда в гостях сидел незнакомый мальчик и жаловался на неудобное инвалидное кресло. В итоге он ушел на своих ногах, а я как была, так и осталась.

- И теперь ты ждешь, что я сочиню сказку про тебя, ты станешь видеть, а я так и буду кататься в каретах с попугаями!

- Значит, я навсегда останусь слепой... Ну, что ж поделаешь. Я все равно хорошо к тебе отношусь. Расти большой, живи долго и счастливо! Спасибо, малыш, возвращайся к маме, дальше я сама.

- Нам еще долго идти, - Серёнька виновато подошел к Фатиме и снова взял ее за руку.

- Ничего, я сама. Сюда же я дошла. Не волнуйся, ступай, - сказав это, Фатима отвела руку Серёньки, и осталась ждать. Мальчик не уходил, собираясь посмотреть, как пойдет Фатима, и позвать взрослых, если понадобится помощь.

Постояв несколько секунд, Фатима негромко сказала «Я знаю, что ты здесь. Иди домой, не волнуйся».

Послышались торопливые шаги, и по тропинке из-за груды мусора вышла мама Фатимы. Она действительно хватилась дочери и кинулась ее искать, но нашла у подъезда лишь корзинку с рукодельем.

- Как ты меня напугала! - стала ругать она Фатиму, взяла под руку и повела домой.

Серёнька постоял, огляделся и при свете уличного фонаря поднял с земли еще одну золотую монету. «Семь...десят... какая-то», - попытался он вспомнить счет попугая, но не смог. Со стороны спортплощадки неслись звуки романса, вечер с танцами продолжался, и Серёнька побежал искать ворону, чтобы отдать монету ей.

УРОК ТРЕТИЙ

После купания и запоздалого ужина мама принялась обрабатывать зеленкой серёнькины ссадины.

- Ай, щиплет! - вскрикнул он и дернулся.

- Терпи, - невозмутимо ответила мама и кивнула на грамоту в рамке, которую сын только что повесил на стену в присутствии ее и бабушки. - Ты теперь настоящий мужчина. Не у каждого в твоем возрасте есть благодарность от начальника полиции за хорошую службу, так что терпи... И все же как вас с Петей угораздило так вывозиться? Что вы делали во дворе, пока я спала?

- Могу сказать, но ты не поверишь, - покачал головой Серёнька.

- Почему не поверю, если расскажешь правду? Я же поверила рассказу Михаила Ивановича о животных, которые принесли и растеряли во дворе золотые монеты. Эта история похожа на невероятную, но я сама видела горы мусора, ворону в шляпе и попугая с часами, поэтому поверила. Хотя должна признаться, что так и не поняла, чем конкретно вы с Петей помогли полиции.

Серёнька растерянно посмотрел на маму, помолчал и ответил только после того, как она мазнула зеленкой очередную ссадину.

- Ой, щипит же!.. А я не знаю чем.

- То есть как? Ты не знаешь, за что получил благодарность?

- Нет.

- Может быть вы что-то нашли или что-то подсказали полиции? Разве нет?

- Нет, - удивленно ответил Серёнька и начал вспоминать. - Днем мы с Леной нашли монету. Потом монету утащила ворона. Потом прилетел попугай с портфелем, показал какие-то бумаги и говорил про золото. Но это было сразу перед тем, как нам подарили грамоты.

- А при чем тут Петя? И почему вы оба поцарапаны?

- Вообще ни при чем. Шорты и рубашку порвали мальчишки, когда мы дрались.

- Ты дрался с Петей?

- Нет, на нас напали старшие и спрашивали, где золото. А мы не знали, попугай потом уже прилетел.

- И что же он сказал?

- Что золота очень много, и оно приготовлено в подарок Царице Чудес, спрятано дома у Фатимы... - Серёнька вдруг запнулся и широко открытыми глазами уставился на маму.

- И что? - осторожно спросила она.

- Что я должен подарить золото Царице, когда Она придет. И попросить Ее за всех, чье оно. А Фатима не знает, что золото у нее за диваном, и ей нельзя говорить, потому что Царица у нее уже была, и теперь придет не к ней, а ко мне, - выпалив все это, Серёнька перевел дух и спросил:

- Может за это и дали грамоту? Ну, как бы вперед...

- Авансом, ты хочешь сказать, - поправила его мама. - Вряд ли. Грамотами наградили вас троих, а передать золото царице попугай просил только тебя... Странная история, даже не знаю, пугаться или радоваться. А какую тайну хотела рассказать Фатима? Тоже об этом?

- Она спросила, хочу ли я быть сказочником, а я сказал, что нет, - Серёнька насупился и готов был захлюпать. - Я хочу больше не придумывать сказок.

- И?..

- За ней пришла мама, и они вместе ушли домой.

- Понятно. Мне кажется, надо действительно оставить их самих разбираться с золотом, сказками и подарками. Они все взрослые, и наверняка лучше нас знают, о какой царице говорят и чего хотят добиться. А мы маленькие и нам пора спать, потому что у нас еще все впереди. Да?

Серёнька кивнул:

- Да. И мы скоро поедем в село, будем ловить рыбу, собирать грибы и кататься на лошадках, - он закрыл глаза, мама поправила одеяло, погасила свет и вышла из комнаты. Она заметила, что сын не попросил рассказать сказку, и значит они ему действительно надоели.

В это время бабушка из лоджии наблюдала за уборкой мусора во дворе. Несмотря на поздний вечер и слабый свет фонарей, большая бригада дворников продолжала лопатами нагружать его в контейнеры, из которых затем все ссыпалось в большую машину.

- Просто поверить не могу, что такие горы можно было навалить за одну ночь, - сказала она дочери и добавила: - Хорошо, что все закончилось... Но что-то мне неспокойно.

- Знаешь, мне тоже. Тем более, что мы еще и замешаны.

- Как замешаны?

- Вместе с мусором во дворе находят золото, не слышала? А не видела попугая с часами?

- Нет. Полицейский говорил о рыбах и патефоне.

- Там есть еще попугай, который тоже ждет эту мифическую царицу и просил Серёньку передать ей золото. И кажется все эти разговоры не выдумки, потому что полицейский видел и золото, и бумаги на него. Давай-ка завтра выясним, что это за попугай, а я попробую поговорить с Фатимой.

При этих словах обе женщины вздрогнули, потому что одновременно часы начали бить одиннадцать вечера, во дворе что-то грохнуло и послышались крики, а в дверь постучали.

Поздним и неожиданным гостем оказался Владимир Флегонтович Мечин, известный во дворе своим прозвищем Мечтун.

- Простите, что беспокою, но во время прогулки я нашел вот это, - Мечтун протянул женщинам открытый бумажный пакет с пригоршней крупных золотых монет. - Поскольку деньги серьезные, решил отдать их сейчас, а не оставлять до утра.

- Почему вы пришли к нам? - удивилась бабушка. - Может, лучше в полицию?

- Все кругом говорят, что они принадлежат вашему внуку, потому и пришел. Я честный человек и не оставил себе ни одной монеты. Две даже пришлось отнять у проходимцев, которые тут роются.

Мама и бабушка удивленно посмотрели на золото в руке Мечтуна, но тут крики во дворе усилились, и все трое услышали, что кого-то «зашибло». Мечтун со словами «Возьмите же, наконец!» сунул пакет в руки бабушке и вслед за мамой Серёньки поспешил во двор. Бабушка задержалась только на минуту, чтобы закрыть на ключ входную дверь.

Во дворе произошло сразу два страшных события: одного из дворников задел упавший с машины контейнер с мусором, а за сараями нашли другого дворника, засыпанного при падении «горы подарков» еще утром. Теперь оба лежали на траве в клумбе, а люди в смятении стояли вокруг, ожидая приезда врачей.

- Один еще дышит, а жив ли второй, непонятно, - сообщали стоявшие тем, кто подходил.

- Как получилось, что его с самого утра никто не хватился? - спрашивали выходившие из подъездов жильцы.

- Да шутка ли дело в вашем бардаке разобраться! - возмущались в ответ дворники, и атмосфера накалялась.

- Только от одной напасти избавились, а вот другая! - испуганно ахали старушки, подразумевая под первой напастью дневные поиски рыб и граммофона.

И опять первой почувствовала опасность серая кошка, у которой только что сбылась мечта о хороших хозяевах и уютной домашней жизни. Она кинулась на поиски Байкала, нашла его, и вместе стали искать ворону и попугая.

- Спаси нас, командир! - взмолился вороне Байкал, который так же как и кошка боялся потерять только что обретенный дом и добрых хозяев.

- Сейчас люди начнут вспоминать, откуда что пошло, и виноватыми опять будем мы, - поддержала пса кошка. - Мы с Байкалом потеряем свои дома, но и вас они в покое не оставят. Надо что-то делать, думайте!

- Ну, мне-то они ничего не сделают, - равнодушно ответила ворона. - Разве что спилят дерево с гнездом, так у меня на любом дворе родина. Вам хозяева тоже прописку не оформляли, так что часок погостили, и пора домой на помойку. А вот тебе, ара, действительно есть что терять, ты без своей клетки в наших краях не птица. Ты и думай! А мой тебе совет: подрежь хвост и просись к петуху в курятник заместителем.

Ворона хохотнула и собралась подняться в гнездо спать дальше, но пес зарычал, кошка приготовилась к прыжку и угрожающе выпустила когти, а попугай преградил вороне путь в воздухе:

- Грреби-ка назад, зачинщица, - пробасил он. - Или мы сейчас же созовем сюда всех, кого ты втянула в беду, и потеряешь больше, чем мы все - свою глупую голову.

- И наоборот, - кошка сделала вид, что выпустила когти только для того, чтобы потянуться, - если останешься с нами, то мы забудем, что люди не просили тебя устраивать встречу Царицы Чудес. И все будут уважать тебя как хорошего организатора, талантливого дизайнера и прекрасного оратора.

- Ведь ты на самом деле молодец! - поддержал кошку Байкал. - Никто бы не смог так руководить парадами.

- И добавить такой дивный финал к моему гимну Царрице, - кивнул попугай. - Как вспомню эти строки «Ановос плазма! Авксиси атихис!», так срразу слезы, это же шедеврр, шедеврр!

- Ну, если б я не торопилась, и не отвлекали подчиненные, - ворона стала смущенно чертить лапой по песку, - было б еще красивее... Короче, я не понимаю, чего вы держитесь за этот двор. И почему бы нам вместе не поискать лучших мест? Мы хорошо ладим, каждый знает свое дело. Пусть люди сами разбираются, кого и что у них там забило, что нам до этого! Мы поели, повеселились, на то и жизнь!

- Ох нет, ты не права, - покачал головой попугай. - Не забывай, что нам доверены большие богатства от очень серьезных клиентов. Козлы со змеями вычислят нас, куда бы мы ни пошли, а осы со скорпионами будут жалить нас, где бы мы ни спрятались. Мы целы и невредимы только пока находимся рядом с маленьким сказочником, как его... Забыл, как звать ...

«Диббре», - вдруг раздался рядом чей-то тихий, но ясно слышный голос.

- Как? - все четверо испуганно оглянулись, и увидели поблизости одного из больших черных скорпионов. Он сидел на бетонной бордюре, и похоже, слышал весь разговор.

«Мальчика зовут Диббре, - повторил скорпион. - И вам не следует покидать этот двор, пока не выполните, что обещали. Помните, что подарки великой Царице должны быть переданы Ей без потерь, без обмана и глупостей. Возьмите, и впредь постарайтесь быть аккуратнее», - скорпион указал клешней на несколько золотых монет, лежавших на песке под бордюрой.

«О-ей!..» - округлила глаза кошка, когда увидела, что весь ствол дерева, на котором жила ворона, и под которым они разговаривали, блестит от сидевших на нем ос. Непонятно, когда они прилетели, но это было явным подтверждением слов попугая о том, что у вип-клиентов все под контролем.

- А не знаешь, почему Царица до сих пор не прилетела? И когда ее ждать? - осторожно спросил пес скорпиона.

Ворона втянула голову в плечи и задрожала, поскольку хорошо знала, что в ее рассказе про Царицу было правдой, а что небылицей. Но к ее удивлению скорпион ответил:

«Этого никто не знает. Ее приезд зависит не от нашего желания, а от мальчика, имя которого я назвал. Так написано в свитке, который вам передали змеи».

«А что нам делать сейчас?» - спросила кошка.

«Оживите людей при помощи рога. Принесите его из дома слепой, и просите черного человека дотронуться рогом до рабочих, они оживут. Но не оставляйте рог у него в руках, сразу положите обратно, или отдайте ребенку, иначе будет беда. Поторопитесь».

Сказав это, скорпион скрылся за бордюрой, а осы исчезли так же бесшумно, как появились.

- Объясни мне, ара, - нахмурилась кошка после минутной паузы. - Что здесь делали осы, если свою царскую корону они унесли еще утром? И если у нас осталось только золото, за которым не пришли хозяева, то скорпионы были здесь все время. Ты им что-то не вернул?

- Действительно! - удивленно обернулась к попугаю и ворона. - Чего они нас пасут, если ты доложил, что все роздано?

- Не серрдитесь, не серрдитесь, я объясню, - попугай сам перепугался скорпиона, поэтому скрывать ничего не стал. - Утррром я всем все вернул, но в течение дня даррители стали приносить все обратно. Я не хотел бррать, и сопротивлялся как мог, но меня вынудили! Меня мучили! К тому же змеи нашипели, что Царрица действительно должна появиться, причем очень скоро. Скорпионы, осы и волки угрожали, что если мы не сохраним их подарки, и в нужный момент не передадим этому маленькому Диббре, то нам не жить.

- Нам?! - в один голос воскликнули ворона и пес. - Или тебе?!

- Нам всем, - еле слышно ответил попугай и скорбно опустил голову.

- И ты молчал?!

- Я не хотел вас расстрраивать, не хотел расстрраивать, - попугай закланялся во все стороны. - Делайте со мной, что хотите, но я все принял обратно и спрятал там же у Фатимы.

- Она знает? - спросил Байкал.

- Нет. Она сидела во дворе, а я летал через окно и складывал все за диваном. Диббре знает, я все ему рассказал, но рребенок вряд ли понял.

- Вот я попала! - каркнула ворона и кинулась заклевать попугая насмерть. Но Кальян сам лег на спину, задрал лапки кверху и закрыл глаза: «Каюсь! Каюсь! Ешьте меня, ощипайте мои перья, варите и жаррьте!»

Ворона нависла над ним: «Зачем нам жарить твои перья, болван! Но как я жалею, что выпустила тебя из клетки...»

- Поздно жалеть, - перебил ее Байкал. - Пойдемте за рогом.

- Подожди, - мурлыкнула кошка, которая очень внимательно слушала попугая, что-то заподозрила, и теперь мягкой походкой подошла и присела рядом с ним.

- Ара, ты нам все рассказал?

Попугай в ужасе смотрел на нее и молчал.

- Ара?..

- Я еще днем узнал от змей, что рог может творррить чудеса. И ррассказал все подружке.

- Продолжай...

- Искрренне жалею об этом, потому что она очень обрадовалась. Оказывается, ее хозяин давно ищет этот рог, предлагал большие деньги владельцу, чтобы купить. Но тот не продал.

Кошка подняла одну бровь и вопросительно посмотрела на попугая.

- И что?..

- Так вот я боюсь, что рога на месте уже может не быть.

- Почему? - спросила ворона. - Разве ты разболтал и о том, где все спрятано?

- Нет. Но она живет совсем недалеко от Фатимы, и могла видеть, куда я весь день летал со свертками и пакетами.

- Ясно, - опять заторопил всех пес. - Давайте не будем гадать, а пойдем посмотрим. Если рога на месте нет, то пожалуемся осам и пусть помогают. Нечего нас одних пугать, пусть займутся делом!

- Да, пора идти - согласились и кошка с вороной. - Вперед, ара, чего разлегся!

- ...Я так и не понял, кому мы должны отдать рог, - спросил Байкал кошку, когда они пробегали мимо мусорной машины и окружавшей ее толпы людей. - Тут черные только сами дворники, но они же себя не воскресят.

- Действительно. Как я сразу не догадалась уточнить!.. - кошка обернулась к попугаю с вороной. - Вы что-нибудь знаете?

- Нет.

- Тогда я останусь и попробую разобраться, кто тут чернее всех, а вы несите рог, - кошка притаилась под кустом и стала наблюдать.

В окнах у Фатимы не было света. Все события происходили на спортплощадке за сараями, а в этой части двора было тихо и люди спали.

- Останьтесь тут и ждите, - сказал Кальян вороне и Байкалу, опустившись на скамейку Фатимы.

- А где живет твоя девушка? - поинтересовался пес.

- Вон там, - Кальян указал крылом на лоджию во втором этаже соседнего подъезда, как раз по диагонали с квартирой Фатимы.

- Ну да, - недовольно кивнула ворона, - оттуда действительно все видно. Сколько тебе лет, ара?

- Двадцать три года. Знаю, что ты хочешь сказать, но лучше не надо, мне и так плохо.

- Тебе станет еще хуже, юноша, если рога нет на месте!

Кальян ничего не ответил, взмахнул крыльями и взлетел на подоконник. Фатима спала на разложенном диване. Попугай опустился на пол, обошел диван и стал протискиваться за его спинку, туда где днем сам сложил ценности.

Но мало того, что Кальян ничего не видел в темноте, так еще и застрял между стеной и спинкой дивана. Он не сразу это понял. Шаря крылом в узеньком проеме в поисках пакетов, попугай продвигался все дальше за спинку, все глубже, и наконец стал задыхаться. Попробовал дать задний ход - не получается, подергался - никак, отчаянно рванулся вверх, но только потерял пол под лапами.

«Мама дорогая, как я влип!» - Кальян обнаружил, что не может даже набрать воздуху, чтобы крикнуть.

«Это конец?! Пока мои хватятся, я задохнусь! Так нелепо, так внезапно! Нет, нет! Не хочу!» - попугай устал дергаться, прислушался, но в голове стоял звон или от тишины, или от ужаса.

Ворона тем временем ходила взад и вперед по широкой скамейке, и все никак не могла успокоиться:

- Надо же, весь вечер кувыркался под музыку и выбражал своими часами, а ни слова не сказал про то, что мы все в опасности! Зато своей кукушке все выболтал! Ну что хорошего можно сделать с такими друзьями, как ты думаешь!

- Так то ж любовь, - улыбнулся пес.

- Он показушник и тряпка! - каркнула ворона и глянула в сторону лоджии. - Тебе не кажется, что его долго нет, или это я спешу?

- Да вроде пора бы...

- Может он на зеркало наткнулся, и разговорился с ним про свои несчастья, - съязвила ворона. - Пожалуй, слетаю-ка я, потороплю его.

Она перелетела на подоконник и заглянула внутрь, но ничего в темноте не увидела. Прислушалась, но из лоджии не доносилось ни звука, кроме ровного дыхания спящей Фатимы.

-Арра!.. Арра! - прохрипела ворона в темноту. - Ты там скоро?.. Ау!..

Фатима перевернулась с боку на бок, и звать попугая было опасно.

- Может уже поискать? - предложил пес. - Вдруг что-нибудь случилось?

Ворона спрыгнула на пол, как могла пригляделась и даже стала что-то различать в темноте, но попугая нигде не было. Обошла всю лоджию, заглянула в открытую дверь. В окна на противоположной стороне квартиры ярко светили фонари с улицы, поэтому в комнатах было светлее, чем у Фатимы, и ворона решила продолжить поиски там. Царапкаясь когтями по гладкому полу, она зигзагами прошла гостиную, вышла в прихожую, свернула в коридор и заглянула в открытую дверь кладовки: «Арра, ты где?..»

Вглядываясь в темноту ворона вдруг увидела прямо перед собой ломтик сыра, без раздумий клюнула, и большая мышеловка захлопнулась у нее на шее. Боли ворона не почувствовала, но горло было перехвачено и дышать стало трудно. Ворона ни снять доску с пружиной не могла, ни крикнуть, к тому же капкан не позволял ничего видеть. В панике она заметалась и побежала с мышеловкой на голове, попала в ванную и опрокинула там корзину с бельем, запуталась в простынях и халатах, и никак не могла выбраться.

«Куда они все деваются!» - беспокоился во дворе пес, каждую минуту вставал, садился и ложился, опять вставал и подходил к лоджии. Окна были очень высоко, и забраться в квартиру не было никакой возможности. Потеряв терпение, Байкал побежал звать на помощь кошку, и через несколько минут вернулся вместе с ней.

- У нас даже не проблемы, Байкал, а горе, - сообщила кошка, через пять минут спрыгивая с подоконника во двор. - Попугай застрял между диваном и стеной, а ворона попала под тряпки. Оба не отзываются, но у меня не хватит сил освободить ни ее, ни его. Если не сможешь забраться в квартиру, то мне придется будить не только Фатиму, но и ее родителей, потому что сдвинуть диван она одна точно не сможет.

- А мы-то как его сдвинем? И как мне туда подняться?

- Подниматься незачем. Вот ключ от входной двери, цепочку я уже сняла. Вставишь и повернешь зубами, - кошка сунула Байкалу ключ в пасть, без разбега вспрыгнула на подоконник и исчезла.

- Чему с вами только не научишься, - удивился пес находчивости Дымки и побежал в подъезд.

Кошка встретила его в коридоре и сразу повела в ванную. Байкал вмиг разметал простыни и халаты, и в первый момент оба увидели бесформенный набор из перьев, лап и мышеловки. Пес лапой перевернул ворону на спину, потеребил, но признаков жизни она не подавала.

- Давай вынесем ее во двор и попробуем снять мышеловку, - подала мысль кошка. - Хотя скорее всего мы опоздали.

- Да, - грустно согласился пес. - Не ходи, я сам, а ты пока проверь попугая.

Байкал осторожно поднял ворону и понес во двор. Там положил под куст сирени за скамейкой, зубами и лапами разжал скобу с пружиной и снял с ее головы мышеловку. Ворона не двигалась, пес тихонько поскулил и вернулся в квартиру.

- Не греми так когтями! - недовольно прошептала кошка, подводя его к дивану Фатимы. - Попробуй достать попугая лапой.

Байкал просунул лапу в щель: «Нет, далеко, не достаю».

- Тогда я залезу с другой стороны и подтолкну его к тебе.

- Смотри сама там не застрянь!

- Тсс, тише! - опять шикнула на него кошка, и скрылась за диваном.

Пробраться к застрявшему попугаю ей оказалось легче, чем попытаться сдвинуть его с места. Кошка поднатужилась, вцепилась в пол когтями задних лап, а передними лапами и головой стала толкать попугая к Байкалу. Не сразу и с большим трудом, но Кальян все-таки был извлечен из-за дивана без людской помощи.

- Выноси, - второй раз грустно произнесла кошка, когда они убедились, что попугай тоже не дышит. - И будем вместе искать рог. Но за диваном его нет, там вообще ничего нет.

- Совсем?

- Пусто.

Пес вздохнул, поднял попугая и пошел во двор, а кошка еще раз обследовала лоджию. Убедившись, что свертков и пакетов с золотом нет нигде, она выпрыгнула в окно, и по давно знакомым выступам стала подниматься на второй этаж в квартиру, где стояла клетка с подружкой Кальяна, о разговоре с которой он признался под деревом.

Хоть Дымка и обладала острым умом, но дружить не умела. Ей даже в голову не пришло предупредить Байкала о том, что она собирается подняться наверх. Поэтому легко представить состояние пса, когда он вернулся в квартиру Фатимы и обнаружил, что кошка тоже пропала. Он сразу забыл ее предупреждения об осторожности, стал бегать по квартире взад и вперед, пытаясь отыскать следы. Но как известно, кошки следов не оставляют, поэтому через минуту в комнате раздался грозный голос папы «Кто здесь!», в стену над головой Байкала треснулся будильник и немедленно включился свет. Пес в ужасе кинулся прочь из спальни, оттуда по коридору к открытой входной двери, и перевел дух только под кустом за скамейкой. Тяжело дыша он смотрел в освещенные окна квартиры и пытался угадать, нашли родители Фатимы кошку, или еще ищут.

В тот момент, когда он со страхом наблюдал, как родители ругают Фатиму, рядом послышался насмешливый голос Дымки:

- А я предупреждала, чтобы не гремел когтями! Теперь из-за тебя досталось хорошему человеку.

- Почему это из-за меня? - Байкал обернулся, радостно завилял хвостом и увидел лежавший на земле перед кошкой рог единорога. - Это из-за тебя ее ругают. Куда ты пропала? И где ты его нашла?

- На втором этаже, как и говорил Кальян. Попутно решила задачку и с черным человеком, которого не смогла определить, пока сидела у мусорной машины. Это хозяин подружки Кальяна.

- Как ты ее разговорила? Съела?

- Нет, жирок пощупала, но оставила, - прищурила глаза кошка. - Есть нельзя, рассердим хозяина, а он нам сейчас нужен... Что же делать с птицами? Потом яму выкопаешь, или сейчас похороним?

- Зачем? - удивился пес. - Своих закопаем, а чужих пойдем оживлять? Нет уж, если воскрешать, то всех!

- Действительно, я что-то туплю, - кошка потерла лоб и тряхнула головой. - Устала.

- Ничего, зато теперь у нас есть родные дома и хозяева!

- Честно говоря, раньше я вроде полегче жила. Ты помнишь, когда спал? А я забыла.

- Это временные трудности, не переживай, - успокоил ее Байкал. - Сейчас разберемся с трупами и отдохнем.

- Надеюсь, - вздохнула Дымка и подняла с земли рог.

- Приложи сначала к попугаю! - взволнованно попросил пес. - А потом ворону оживим.

- Вспомни, что говорил скорпион, - произнесла кошка, не выпуская из пасти рог и повернулась в сторону спортплощадки. - У нас это не сработает. Иначе для чего бы нам понадобился черный человек.

- Но ты даже не попыталась, вдруг сработает! - возмутился пес.

Кошка покачала головой, вздохнула, затем подошла к лежавшему в траве попугаю, приложила кончик рога к его грудке, потом проделала то же над вороной:

- Ну? Убедился? Всему свое время. Пошли.

Паника в квартире Фатимы утихла, свет в окнах погас. Пес с жалостью посмотрел на не воскресших птиц, и понуро двинулся вслед за кошкой к спортплощадке.

- Как же мы теперь будем говорить с людьми без попугая?

- Мимикой и жестами, - равнодушно ответила кошка. - Мы всю жизнь без него жили, не скули. Просто будешь чаще вилять хвостом, лучше строить глазки и красноречивей тявкать.

За время отсутствия животных толпа людей у мусорной машины приросла разбуженными жильцами. Скорая помощь подъехала очень быстро, но врачи осмотрели дворников, объявили их мертвыми и отказались увозить. Теперь все ждали полицию, которая должна была составить печальные бумаги и распорядиться, что делать дальше.

- Мы должны передать рог черному человеку. Начинай лаять, иначе мы к нему не пробьемся, - попросила Дымка Байкала. Пес басом гавкнул на весь двор и люди обернулись. Тогда он не злобно, но внушительно зарычал, люди увидели рядом с ним кошку с длинным предметом в зубах и стали расступаться. Кошка пошла по коридору в поисках Мечтуна, а пес шел следом и продолжал рычать, в то же время виляя хвостом.

Кошка приблизилась к старику в розовой полосатой пижаме, положила рог к его ногам и подняла голову, Байкал сел рядом с ней и залился звонким лаем.

- Чегой-то они его просят! - сообщали впереди стоявшие люди дальше в толпу.

Мечтун плотно сжал губы и с ненавистью посмотрел кошке в глаза, потому что прекрасно знал, где она взяла рог. Но кошка не смутилась, выдержала взгляд и мягко подвинула к нему ценную кость лапой. Молчаливая толпа людей была ее защитой.

Мечтун поднял предмет с земли здоровой рукой, сунул его подмышку и вынул рог из кожаного футляра. Золото и драгоценные камни засверкали в темноте, и люди удивленно воскликнули:

- Ух ты, прямо волшебная палка! Как в кино!

Мечтун держал рог острым концом вниз наподобие кинжала, покосился на кошку, но возгласы людей о волшебной палочке заставили его поднять рог концом вверх, а себя взять в руки:

- Замолчите все! Дайте пройти.

- Ой, даже не знала, что у него есть голос, - удивленно прошептала бабушка Серёньки. - Всегда такой писклявенький.

Мечтун подошел к лежавшим на траве дворникам, наклонился и внимательно осмотрел их. Затем обратился к толпе:

«Я не знаю, почему животные решили отдать эту штуку именно мне, но наверное они знают, что делают... Это не волшебная палочка, а тот самый рог единорога, который сегодня весь день искала полиция.

Я читал и слышал, что этот рог может воскресить человека из мертвых. Но точно не знаю, то ли сколько-то раз, то ли в какое-то время, то ли в особой обстановке. Ему уже тысячи лет, и сила могла быть давно истрачена. Но даже если и осталась, то я вас спрашиваю: вы знаете этих дворников? Может лучше сохранить чудесную силу для более полезного человека? Ну например для какого-нибудь гения, или президента, или для всеми любимого артиста?

И еще: если в этом роге силы только на один раз, то вот лежат два дворника. Кого из них оживить, а кого оставить?

Наконец, у этого предмета есть владелец, который скорее всего берег его для себя. И как он отнесется к тому, что мы оживим каких-то дворников? Их даже вы не знаете и не хватились. Подумайте об этом, и если понадоблюсь, зовите».

- А почему мы должны об этом думать? - воскликнул мужчина в толпе. - Разве мы просили их оживлять? Это кошка с собакой принесли, а мы ждем полицию.

- А я думаю, - возразила молодая женщина в бигудях, - что если можно помочь этим людям, почему не помочь? У них могут быть семьи, дети.

- А потом хозяин этой штуки затаскает нас всех по судам, - затрясли головами старушки.

Разгорелся спор, но Мечтун не стал ждать окончания митинга, сунул рог обратно в футляр, нагнулся и положил его перед кошкой со словами: «Ну погоди у меня, серая дрянь!» Затем мелкими шажками скрылся в толпе.

- Ой, как все плохо! - кошка тревожно посмотрела на людей, потом на Байкала. - Похоже, мы не справились.

- И попугая с вороной уже никто не оживит, - поник головой пес.

В этот момент сверкнули фары и во двор въехали полицейская машина с микроавтобусом. Из машины вышел уже всем знакомый Михаил Иванович, а микроавтобус стал разворачиваться, чтобы врачам было удобнее погрузить носилки с дворниками.

- О чем шумим? - громко спросил толпу полицейский и огляделся.

- Бежим скорее! - кошка схватила рог зубами и метнулась вглубь палисадника.

- Не понял, почему мы сбежали, - догнал ее Байкал. - Ведь он свой, и может приказать оживить наших, он ведь их тоже знает!

- Ни черта он не может, - возразила кошка. - Наоборот, отберет у нас рог и вернет в музей. Тогда мы вообще все кругом потеряем.

- И что делать?

- Если уж мы ничего не смогли, то надо хотя бы отдать рог мальчишке. Скорпион сам так сказал.

- Верно! - обрадовался Байкал. - Только я тут никаких детей не вижу.

- Не представляю, как объяснить ребенку, чего мы от него хотим, но пойдем пытаться, - кошка подхватила рог и они стали обходить толпу, чтобы пробраться к Серёньке в квартиру.

В это время люди как раз закончили рассказывать полицейскому обо всем, что только что произошло в дворе, и он задумчиво наблюдал, как врачи укладывают дворников на носилки.

- Погодите-ка, - остановил он их. Затем попросил подойти и Мечтуна.

- Вы правда думаете, что рог имеет такое свойство?

- Да, конечно. Но я уже говорил, что все непросто.

- Я понял, понял, - произнес полицейский, и махнул рукой. - Была-не была, валяйте! Будем считать, что я ни во что не поверил, а просто не понимаю, что плохого может случиться с рогом, если он полежит на мертвецах.

Кошка с собакой в этот момент подходили к балкону Серёньки за мусорной машиной. Их окликнули, и полицейский помахал животным рукой. Байкал бросился к нему с радостным лаем, вилял хвостом и волчком закрутился у ног.

- Умница, хороший, хороший пес! - улыбнулся Михаил Иванович и погладил его, но пес не унимался и стал тянуть полицейского за рукав кителя. Кошка тоже подошла и отдала Мечтуну рог.

- Давай-ка посмотрим, что сейчас произойдет, а потом я пойду с вами, куда захотите, - пообещал полицейский Байкалу, тот облизнулся и покорно сел рядом.

Наступила полная тишина. Казалось, что Мечтун пытается вспомнить или сообразить, что ему следует делать. Наконец вынул рог из футляра здоровой рукой, подошел к лежавшим на тележках дворникам, взмахнул рогом как саблей, и с громким криком наотмашь ударил одного из них по груди. Толпа дернулась: «Э-эй, что делаешь!»

Вместо ответа Мечтун точно так же поступил со вторым дворником, потом повернулся и пошел прочь. Байкал заскулил, глядя на рог в его руках, а кошка большими прыжками догнала старика, зубами вцепилась в рог и повисла на нем. Мечтун хотел стряхнуть ее, но полицейский вмешался:

- Постойте-ка, не уходите, мы ведь еще не закончили! И дайте эту вещь мне.

Увидев, что старик подчинился, Байкал завилял хвостом.

- И что теперь? - спросил Мечтуна полицейский.

- Откуда я знаю... Сделал все, что мог, - едва слышно ответил Мечтун. Он выглядел очень усталым и слабым, его резиновая рука была не согнута в локте как обычно, а висела плетью.

«Но вообще-то эти люди дышат!» - раздался из микроавтобуса голос одного из врачей. После ухода Мечтуна они закатили носилки внутрь, и теперь вся толпа придвинулась к открытым дверцам. Носилки выкатили из автобуса и опять поместили на тележки. Дворники еще не могли встать, но глаза у обоих действительно были открыты.

Байкал не дал полицейскому долго удивляться, а еще сильнее потянул его за рукав. Кошка тоже беспрестанно терлась о ноги, так что Михаил Иванович решил все-таки пойти за ними. Почти бегом животные привели его к кусту за скамейкой Фатимы и остановились. В свете фонарика полицейский по ярко-синим перьям сразу узнал попугая.

- Теперь ясно! Вы хотите, чтобы ваши друзья тоже ожили, верно?

Пес радостно тявкнул.

- Ну так вот же рог, давайте попробуем.

Байкал заскулил и лег, положив морду на лапы.

- Ты хочешь сказать, что у нас не получится?

В ответ пес завилял хвостом и стал тянуть полицейского опять в сторону спортплощадки, кошка часто оглядываясь пошла впереди. В полной уверенности, что животные ведут его к старику в пижаме, Михаил Иванович направился было к толпе, но пес с кошкой будто сговорившись, оба поднялись на задние лапы, а передними уперлись ему в грудь и в ногу.

- Я не понимаю, куда же мы идем, - признался полицейский. Но животные продолжали тянуть его не в сторону спортплощадки, а к крайнему подъезду в доме. Михаил Иванович пошел за ними, и вскоре оказался перед дверью серёнькиной квартиры.

- Насколько я помню по дневным делам, в квартире номер один живет мальчик Серёжа, который заварил эту кашу с царицами. Вы хотите, чтобы я поговорил с ним?

Пес радостно заскулил, но бросился к выходу из подъезда, кошка тоже стала спускаться по лестнице.

- А теперь куда? - полицейский вышел из подъезда и увидел, что животные подбежали к бабушке и маме Серёньки.

- Здравствуйте уже в который раз! - подошел и приветствовал он женщин. - Похоже, эти то ли умные, то ли безумные животные просят меня встретиться с вашим Серёжей. А он наверняка спит, как и все дети.

- Может быть, они ищут золото, так вот оно, - ответила бабушка и протянула полицейскому пакет с монетами. - Мы и сами собрались утром его вам отнести.

- Нет, сейчас им нужно не золото, - полицейский заглянул в пакет, но не взял, и покачал головой. - Пожалуйста, попробуйте все же разбудить его. Я правильно передаю? - обернулся он к животным.

Если до сих пор женщины в чем-то и сомневались, то реакция собаки их сразу убедила, потому что пес бросился передними лапами на грудь полицейскому и лизнул его в подбородок.

- Фу! Брось, брось, - отмахнулся Михаил Иванович.

Женщины отправились будить Серёньку, но он и не собирался спать, наблюдал за событиями из лоджии и встретил маму с бабушкой в прихожей одетый и обутый.

- Полицейский опять зовет тебя на помощь, - сказала мама. На этот раз она решила не выпускать сына из виду и взяла Серёньку за руку. Бабушка осталась дома.

Михаил Иванович во дворе разговаривал с потрясенными воскрешением дворников жильцами и с самими дворниками. Главной его целью было убедить и тех, и других, что никакого чуда не было, просто дворники не умирали, а на время потеряли сознание. Так было легче понять, привычнее думать и проще забыть. На этот последний пункт особенно упирал полицейский:

- Надеюсь, что здесь все нормальные люди. И никто не расскажет по городу сказку о том, как один пенсионер побил двух мертвых дворников. Рогом, который ворона с попугаем украли в музее. И мертвые от этого ожили. Хорошо? Если я прочитаю об этом в газете или услышу, то заявлю, что ничего подобного не было. А автор отправится в больницу на обычное лечение земными лекарствами. Всем ясно?

- А что сказать, если спросят?

- Скажите, что у дворников была шоковая кома, моковая шока... тьфу, не важно! Их контузило и они потеряли сознание, вот и все.

- Обморок. Так и скажем.

- А лучше вообще забудьте все, что тут было. За воскрешением всех посылайте в церковь, там возлагают кресты, а не лупят рогами. Согласны? Тема закрыта?

- Да. Ничего не было, - ответили жильцы и стали расходиться по квартирам.

Полицейский вынул из кармана носовой платок, вытер вспотевший лоб и увидел Серёньку с мамой. Он так увлекся убеждением взрослых, что совсем забыл про мертвых птиц, и нахмурился. Но Байкал почувствовал эту перемену и подошел к нему с таким скорбным видом, что Михаил Иванович смягчился:

- Серёжа, вот эти кошка с собакой просят тебя привести в чувство их друзей, попугая и ворону.

- А что с ними стало?

- Ничего страшного, они упали в обморок. Правда, уже больше часа назад. Я хотел попросить того мужчину, но собака повела меня к вашей квартире. Так что вот тебе рог, держи его крепче, не урони, и пойдем.

Мама удивленно посмотрела на сына, потом на полицейского: «Может, стоит показать птиц ветеринару? Это не вариант?»

Михаил Иванович покачал головой и указал на Байкала, который успел отбежать уже метров на десять, и нетерпеливо скулил и вилял хвостом.

Все отправились к скамейке Фатимы и нашли ворону с попугаем в том же состоянии, как и час назад.

- Что надо делать? - спросил Серёнька полицейского.

- Я думаю, то же самое, что и старичок - приложить рог к птицам, - Михаил Иванович вспомнил, что старик в пижаме что-то крикнул. - И может быть, приказать им встать... Честно говоря, этот момент я пропустил, виноват.

Серёнька смотрел на кучки перьев в траве и думал о том, что еще днем это были большие птицы. А теперь их и жалко, и страшно. И еще что-то...

Малыш поднял голову и спросил полицейского:

- А я, потому что это я рассказал Пете про Царицу Чудес? Они из-за этого умерли?

- Нет, что ты! Тут совсем другое дело.

- Какое?

Михаил Иванович присел перед мальчиком на корточки и положил ему руку на плечо:

- Я не видел, что с ними случилось, но может быть... Придушила какая-нибудь кошка. Или собака. Птицы часто становятся чьей-то добычей. Но сейчас это не важно: тебя просят помочь, а ты ищешь виноватого. Это неправильно.

- Попугай сказал, что собрал у Фатимы золото для Царицы Чудес, и ворона тоже собирала. Фатима живет тут, но ее не позвали. А мы живем далеко. Значит нас позвали потому что я виноват.

- Виноват не тот, кто сказал, а кто поверил. Ты же не просил их собирать золото, верно. Даже если они пострадали из-за этого, то незачем было подслушивать ваши разговоры! Поэтому не вини себя. И мы позвали тебя не в наказание, а потому что кошка с собакой доверяют тебе больше, чем тому пенсионеру, - полицейский обернулся к Байкалу. - Верно?

Пес завилял хвостом и заскулил.

- Видишь, он просит тебя перестать рассуждать, а поскорее заняться делом, - сказал Михаил Иванович и вынул рог из футляра.

- Какой красивый! - восхищенно воскликнул Серёнька и взял рог обеими руками. Из лоджии он не мог его рассмотреть, теперь же драгоценные камни сверкали даже в темноте, гладкая светло-серая кость была тяжелой то ли от множества золотых пластинок в виде орнамента из листьев, цветов и животных, то ли сама по себе. И случилось что-то приятное, малыш забыл все тревоги прошедшего дня, и то что рассказал Пете о Царице Чудес, и что разлюбил сказки. Что же произошло?

На стене сарая, куда было направлен рог, появился большой круг света будто от фонарика, и в нем Серёнька увидел чистое голубое небо и большой зеленый луг у реки, за которой тянулись серебристые горы. Единственное, что мешало смотреть, так это рисунок кирпичной кладки на стене, поэтому Серёнька чуть повернул рог в сторону, и круг переместился на дверь.

Теперь как на экране в кино был виден другой край луга с зеленой полосой рощи или леса. На переднем плане картинки сидел большой ушастый заяц и быстро-быстро жевал траву, а на опушке рощи веселились юноши и девушки в диковинных костюмах. Только на этот раз рассмотреть картинку мешали доски, из которых была сделана дверь, поэтому Серёнька опять переместил «фонарик» в сторону, но осветил мусорный бак с надписью, потом дерево с листьями - везде смотреть было неудобно и Серёнька направил рог в небо. Оно было усыпано звездами, которые совсем не портили картинку.

На этот раз на «экране» были все те же юноши с девушками, только ближе. Одна из девушек оглянулась на Серёньку, улыбнулась и подняла над головой ветку с крупными розовыми цветами. Не переставая смотреть на мальчика она опустила ветку вниз, и при этом отчетливо произнесла слово «Аввон». Молодые люди водили вокруг хоровод, поэтому девушку вскоре заслонили другие лица, картинки стали меняться будто в полете над пушистыми лесами с неизвестными Серёньке животными, над сказочными поселками и замками. Изображение удалялось, тускнело, захотелось поднять рог высоко-высоко, чтобы оно не исчезло!..

- Попробуй теперь приложить его к попугаю, - подсказал Михаил Иванович.

Серёньку будто дернули за ногу и опустили в ночь. Он огляделся и не сразу понял, чего хочет от него полицейский. Сказочного фильма кроме мальчика никто не видел, мама и Михаил Иванович просто ждали, когда он рассмотрит рог. Серёнька посмотрел на лежащего в траве попугая, поднял рог обеими руками, сделал к нему шаг и изо всей силы стукнул по перьям тяжелым рогом: «Аввон!».

- Поломаешь вещь! - дернулась мама, но сын ничего не ответил, потому что в этот момент он опять поднимал рог над головой, повернулся к вороне и с той же силой ударил рогом по ней.

- Ох, убьешь ведь! - опять воскликнула мама, но Михаил Иванович удержал ее за руку. Серёнька покачнулся, длинный рог ткнулся в землю и выпал из рук, и если бы мама с полицейским не поддержали за плечи, он рухнул бы в траву рядом с птицами.

- Я так спать хочу, - еле слышно сказал он, и в тот же миг заснул. Полицейский собрался взять его на руки, но мама не позволила.

- Если кто-нибудь увидит его у вас на руках, то опять переполошится весь двор. Сегодня уже много чего было, поэтому давайте я сама, - мама подняла на руки крепко спавшего Серёньку.

- Тяжело же, не донесете.

- Ничего, как говорится, я женщина слабая, беззащитная, но донесу, - мама взяла Серёньку на руки и повернулась, чтобы идти домой.

- Погодите-ка, - остановил ее полицейский, потому что увидел, как Байкал кинулся к лежавшему в траве рогу, а кошка подняла футляр, и они вместе пошли вслед за женщиной.

- Давайте я все-таки возьму мальчика, а вы понесете рог. Гляньте. Похоже, они считают, что он должен остаться у вас.

- Да зачем он нам нужен! - недовольно ответила мама Серёньки, но пес заскулил и завилял хвостом.

- Как все это странно, и как мне не нравится, - покачала головой мама, но передала спящего Серёньку полицейскому на руки, взяла рог у Байкала, и вложила его в футляр. В сопровождении собаки взрослые пошли дальше, а Дымка вернулась к птицам, которые уже стояли на лапах, хотя еще и не полностью пришли в себя.

У вороны в глазах было мутно, и только два светящихся глаза в темноте.

- Чур меня, чур! - отмахнулась она, но вгляделась в кошку, и не сразу узнала:

- Ох, это ты!.. У меня что-то голова сильно разболелась.

- Хм-м... Неудивительно! - насмешливо ответила Дымка. - Я еще понимаю угодить в мышеловку лапой. Но чтобы головой!.. У тебя тоже все хорошо, Кальян? - перевела она взгляд на попугая, который стонал и раскачивался из стороны в сторону.

- Как я здесь оказался? Спасибо, что вытащила.

- Я тут ни при чем, благодарите Байкала. Но я тоже рада, что несмотря на свою глупость вы оба остались живы. Что ж, поскольку дел на сегодня больше нет, отправляюсь спать. Надеюсь, до дома вы теперь доберетесь и сами. Или ждите Байкала, ему не впервой сегодня таскать вас по двору.

- Вряд ли я смогу сейчас подняться на дерево, - простонала ворона. - Но ты все равно иди, спасибо за помощь.

- Я тоже не поднимусь, - попугай попытался расправить крылья, но опрокинулся навзничь в траву.

- Вы как тут? - подбежал и радостно спросил обоих Байкал.

- Кошка ушла домой, а нам с арой придется ночевать под этим кустом, летать нет сил, - ответила ему ворона и поблагодарила за спасение.

- Что вы, я тут совсем ни при чем, - смутился Байкал. - Это кошка молодец. Она и вас отыскала, и рог нашла, еще и дворники благодаря ей ожили. Что ж, поскольку я не смогу поднять вас ни в гнездо, ни в клетку, то ложитесь и спите здесь, я покараулю.

- А как же ты? Тебя ведь хватятся хозяева. Или наоборот подумают, что ты от них ушел, и больше не пустят.

- Нет. Старый друг лучше новых двух, а с вами я найду себе других хозяев, если эти выгонят. Сказав это, Байкал зевнул и первым лег на траву под кустом. Ворона и попугай пристроились к нему подмышку, и все трое немедленно заснули.

Первое, что Серёнька увидел утром, была огромная яркая коробка с нарисованной на ней машиной. Малыш долго присматривался, пытаясь понять спит он, или уже проснулся. Потом вылез из постели, подошел к столу, потрогал коробку и лежавший рядом длинный кожаный футляр со вчерашним рогом, после чего отправился за разъяснениями к бабушке на кухню.

- Это привез полицейский и сказал, что от грамот проку меньше, чем от подарков. Но сначала тебе надо позавтракать. Машина никуда не уедет, так что садись.

- Нет, давай сперва откроем!

- Прежде поешь, а потом будешь рулить - это старое водительское правило, и лучше его не отменять.

- А больше он ничего не сказал?

- Нет. Ты ждешь еще каких-то заданий? Нет, все, отпуск кончился, сегодня еще отдохни, но завтра с утра шагом марш в детсад.

- Не хочу! Там уже никого не осталось и скучно, все разъезжаются.

- Зато здесь стало слишком весело! Устроили тарарам на весь город, скоро полицейские прямо в беседке поселятся, чтобы по десять раз в день не ездить. Ничего не знаю, завтра с утра - в сад!

Серёнька вздохнул, побыстрее съел свою ватрушку с какао, и потянул бабушку в детскую - времени оставалось совсем мало, а успеть надо было много. В первую очередь испытать новую машину, потом сходить к Фатиме и отдать ей рог, и наконец посмотреть, как выглядит двор после вчерашних потрясений.

Машина оказалась лучше, чем он ожидал. Вместо смешной веревочки-буксира у этой модели был пульт управления, несколько скоростей, бесчисленное количество поворотов, не считая лампочек - все, что должно было крутиться крутилось, а что светиться - светилось. Кроме того, у нее открывались все двери, поэтому внутрь можно было сажать водителя и пассажиров, в багажник класть вещи, а маленький двигатель был самым настоящим мотором, в котором располагались батарейки. Даже бабушка не могла скрыть своего восхищения, и ее не пришлось долго уговаривать взять в руки пульт и порулить.

- Очень хорошая, очень! - похвалила она. Не забудь поблагодарить полицейского, когда увидишь... Я хотела сказать, если увидишь его в городе. Все, я пошла, дальше рули сам.

- Бабуль, мне надо сходить к Фатиме и отдать вчерашний рог, он же не наш. Можно?

- Сейчас?

- Ну да. Вот досмотрю машинку, и пойду.

- Не пойду, а пойдем, потому что даже и без этой вещи я тебя одного во двор бы больше не пустила, а с ней и подавно. Поэтому поиграй, я доварю кашу, и пойдем вместе.

- Ты будешь слушать наши секреты?

- Да, сяду и буду внимательно слушать, потому что я за пятьдесят лет не видела столько золота, сколько за эти дни. Жить мне стало неспокойно, спать я стала еще меньше, поэтому буду сидеть и слушать, что у вас за дела. И может быть за это полиция мне тоже потом даст грамоту, и я повешу ее рядом с твоей.

«Какая-то она сегодня сердитая» - покосился Серёнька на бабушку, но ничего не сказал и принялся изучать пульт управления машинкой.

Бабушка еще постояла после своей длинной речи, но тоже ничего не добавила и отправилась варить кашу.

Через полчаса управление машиной в общих чертах было освоено, Серёнька взял со стола рог и пошел торопить бабушку.

- Все, идем, я готова, - сказала она, выключая огонь под кастрюлей, оправила передник и они вместе отправились к Фатиме.

Двор был полностью вычищен от мусора, полит водой и уже ничто не напоминало о вчерашних приключениях. Под присмотром мамочек в песочнице возились малыши, на спортплощадке гоняли мяч старшие школьники, а девочки в палисаднике начали строить свои обычные «квартиры».

- Видишь, все играют дома, - кивнул в сторону детей Серёнька. - А я почему-то должен мучиться в саду.

- Ничего не знаю, - бабушка крепче сжала серёнькину ладонь. - Вот сдам тебя матери, там как хотите, но при мне все должно быть под контролем.

- Что ты сегодня какая! - возмутился Серёнька. - Тебя муха укусила?

- Муха?!. - бабушка остановилась и как-то странно посмотрела на внука. - Не хотела тебе говорить, но уже ладно... Утром перед моим окном долго зудел большой осиный клубок, а несколько ос все старались найти щели. Потом они перелетели в лоджию, потом к кухонному окну. Я не придала этому значения и подумала, что осы просто ищут место для гнезда. Но после того как соседка сверху сказала, что около нашей двери и под каждым окном всю ночь до утра сидели большие скорпионы, я заволновалась. Когда мать утром шла на работу, под дверью никого не было. Но мне кажется, что все связано с этой штукой, - бабушка взмахнула рогом. - И мне хочется поскорее от нее избавиться.

- Ого! - удивился Серёнька. - А скорпионы, они страшные? Почему ты испугалась? Они кусаются?

- Еще как! Они не кусают, а бьют хвостом, у них там яд. Меня один тяпнул по руке в войну, так я с полмесяца выла. Рука стала как нога, а боль такая, что ни рассказать, ни стерпеть... Здравствуй, Фатима! Мы с внучком пришли тебя проведать!

Фатима с двумя девочками сидела на своей скамейке, и девочки помогали ей плести салфетку из разноцветных ниток. На коленях у нее лежала утыканная гвоздиками без шляпок большая шестиугольная рамка из брусков. Нитки натягивались рядами и слоями, а потом связывались между собой другой ниткой при помощи булавки. Позже готовая салфетка будет срезана с рамы и кому-нибудь подарена, но сейчас Фатима накручивала на гвоздики только первый слой голубых ниток. Услышав приветствие бабушки, Фатима отправила девочек поиграть, отложила рамку с рукодельем, и пригласила гостей сесть рядом. Бабушка посадила Серёньку посередине, сама присела с краю.

- Ну, о твоей грамоте Фатима знает, поэтому расскажи ей про подарок.

- Я сам, бабуля, - тронул ее за локоть Серёнька и подробно рассказал Фатиме о ночном происшествии с птицами и роге-фонарике до момента, пока помнил.

- Но я не знаю, что с ними потом стало.

- С птицами все в порядке, - добродушно ответила Фатима. - Ворона с попугаем уже побывали у меня утром, причем попугай признался в том, что накануне весь день складывал за диваном свертки с золотом, в то время как я сидела здесь.

Ночью они решили помочь пострадавшим дворникам и прилетели ко мне забрать рог. Поскольку я ничего не знала, они не стали меня будить, а принялись сами доставать рог из-за дивана. При этом попугай застрял, а ворона попалась в мышеловку. Поэтому кошке с собакой пришлось срочно звать на помощь полицейского и тебя.

Я рада, что вчера с ними все обошлось. Но как я поняла из рассказа попугая, приключения с золотом еще не закончились. Точно не знаю, но то ли все оно куда-то пропало, то ли пропало что-то из вещей. Но думаю, что сейчас они всей командой продолжают разбираться.

- Может быть, они ищут этот рог? - вступила в разговор бабушка. - Так мы его принесли, вот он.

Бабушка положила реликвию Фатиме на колени, она кончиками пальцев ощупала кожаный чехол, открыла и дотронулась до огромного синего сапфира на его конце.

- Это тот самый «фонарик»? - склонила она голову к Серёньке.

- Да.

- Мне кажется, это она и была, - задумчиво сказала Фатима.

- Кто?

- Царица Чудес. То есть, я думаю, что девушка с цветами, которая показала тебе, как нужно пользоваться рогом, как раз и была Царицей Чудес. Не могу этого утверждать, но думаю, что так и было.

- Какая же она Царица... Совсем-совсем молодая и без короны... Ну, может это ее дочка?

- Все может быть. И собственно, какая нам разница, верно? - с этими словами Фатима закрыла чехол и протянула его Серёньке.

- Нет-нет, зачем он нам! - запротестовала бабушка. - Мы же его специально тебе принесли.

- К сожалению, я никак не могу его принять, даже на короткое время, - Фатима покачала головой. - И дело не в том, что он из золота. Птицы и животные передали его Сереже, и это не случайно. Они лучше нас чувствуют, кому его вручить. И если они считают, что эта вещь должна находиться у мальчика, пусть так и будет. Они ждут Царицу Чудес и собираются о чем-то ее просить. И если доверенным лицом они выбрали Серёжу, значит у них есть на то основания. Я думаю, вам не о чем беспокоиться. И ничего плохого не произойдет, если вы положите его куда-нибудь в шкаф и забудете на время. В нужный момент животные сами дадут знать, что и как нужно делать. А если уж вы хотите поскорее избавиться от него… Что ж, мальчик, сочиняй добрые сказки и если будешь стараться, то Царица Чудес не замедлит придти.

- А я собрался не придумывать больше сказок, - растерянно сказал Серёнька, который все это время внимательно слушал Фатиму. - Мы скоро поедем в село, будем там ловить рыбу и кататься на лошадках. А от сказок всем одни только неприятности.

- Главным образом тебе, ты хочешь сказать, - улыбнулась Фатима.

- Ну да, - согласился Серёнька.

- Но они на тебя надеются, ты сам слышал это от попугая. И наверное, речь идет о каких-то важных просьбах или делах. Может быть, ты рано разочаровался в сказках? Нет?

- Я не знаю.

- Можно, я попробую рассказать вам одну историю? Или торопитесь?

Серёнька молча кивнул, поэтому бабушке пришлось ответить за внука:

- Не торопимся. Конечно, расскажи.

Фатима оправила на коленях платье и рассказала историю про терпение.

ПОЧЕМУ ВЕРБЛЮД ГОРБАТЫЙ

Давным-давно в жарких краях на кусочке плодородной земли с чистой водой и пальмами жили люди. Они не были кочевниками и сумели приручить многих животных. У них были отары овец, стада коров и коз, табуны лошадей. Люди любили своих животных и ухаживали за ними.

И там же неподалеку, но сами по себе, жили красивые животные с длинными ногами и шеями - верблюды. Они с завистью смотрели, как дети расчесывают своих коз, купают и чистят лошадей, доят коров и насыпают им в кормушки вдоволь хорошей еды.

Но у людей была проблема – их маленькая плодородная земля была окружена огромной бескрайней пустыней, пройти через которую было очень трудно. Единственными животными, на которых это можно было сделать, были лошади. Но они не выдерживали суровых походных условий и гибли.

Люди и верблюды не раз пытались подружиться, но из этого ничего не получалось, потому что люди сразу требовали подчинения, а верблюды были очень гордыми.

И вот как-то наступило очень жаркое лето, какого еще никогда не было. Весь урожай на полях высох, потому что воды в колодце не хватало даже на питье животным, а уж про полив растений и говорить было нечего. Остался только один способ выжить – переправиться через пустыню и купить еды в других краях.

Верблюды тоже голодали, и стали просить Царицу Чудес дать им возможность еще раз подружиться с людьми.

Посмотрела на них Царица Чудес и увидела, что так же как и лошади они не приспособлены для жизни в пустыне. «Что ж, я помогу вам стать полезными и незаменимыми. Но для этого вас придется немного подправить», - ответила Она, и в один миг сделала всех верблюдов горбатыми.

Не ожидая такого, верблюды в панике разбежались по пустыне. Но вскоре они обнаружили, что легко могут есть колючки, а раскаленный песок не обжигает их некрасивые копыта.

«Зачем же нам теперь дружить с людьми! Ведь нам больше не нужна их еда, а до воды мы и сами легко доберемся» - рассудили животные. Но люди были голодными и сердитыми, поэтому они напали на верблюдов, скрутили их поводьями, и силой заставили служить себе.

С тех пор люди и верблюды живут вместе, хотя и не дружат. Животные терпят нас ради воды и корма, а мы миримся с их некрасивой внешностью, - тут Фатима улыбнулась и весело добавила: - И стараемся не злить, чтобы они не плевались в нас своей жвачкой.

- Это очень хорошо, что ты не просишься встречать Царицу, и не лезешь к людям со своими сказками. Но и отказываться от них не следует, от судьбы ведь не убежишь. Возможно, когда-нибудь ты будешь благодарен сказкам за то, что они были в твоей жизни. А если вместо благодарности и славы они принесли тебе немножко неудобств и переживаний - это нормально. Ничего страшного ведь с тобой не произошло, а что было, хорошо закончилось. Поэтому верь и надейся.

- Бабуля говорит, что вокруг наших окон сегодня летало много ос, а ночью под дверью сидел скорпион. Она думает, что все ищут этот рог и монеты, потому мы его тебе и принесли. Монеты только дома забыли...

- Я уверена, что осы и скорпионы не собираются нападать на вас и отнимать монеты, а наоборот защищают и охраняют. По словам попугая осы принесли в подарок Царице очень древнюю корону царя Константина, а скорпионы являются хозяевами этого рога. Вы у них ничего не украли, они сами передали это в твои руки. Поэтому я думаю, нет причин бояться.

- Ну что ж, - бабушка Серёньки поднялась со скамьи. - Спасибо Фатиме за разъяснение, давай отнесем этот рог домой, и будем ждать, что произойдет. Но ты уж, Фатимушка, все-таки попроси попугая не особенно тянуть с этим делом. Чем быстрее мы от него избавимся, тем спокойней, я вся извелась. Пойдем?

Серёнька слез со скамьи и задумчиво попрощался с Фатимой. Он шел домой и чувствовал, что желание не сочинять больше сказок куда-то прошло и исчезло. И это произошло не сейчас, а вчера, когда он впервые взял рог в руки.

Дома они положили его и принесенные Мечтуном монеты в шкаф, но тут бабушка вспомнила, что в доме нет хлеба и заторопилась в булочную. Отпускать Серёньку во двор она категорически отказалась, заперла дверь на ключ и оставила в квартире одного.

Серёньке очень хотелось выговориться, и поскольку единственным его собеседником в таких случаях был плюшевый медвежонок, он проводил бабушку и прямиком отправился к себе. Посадил мишку на стульчик, сам сел на пол, скрестил ноги и стал рассказывать о том, что произошло во дворе за последние два дня.

- Как жаль, что ты не видел! - воскликнул он, когда заговорил о роге-фонарике и картинках на сарае, а потом на небе. - Там такие красивые горы и леса, дома и звери! Не веришь?.. Постой. А может быть, мы и сейчас сможем это увидеть? Давай попробуем?

С этими словами Серёнька подошел к шкафу, достал с полки рог и вынул его из чехла. Какой он все-таки красивый! То есть сам по себе рог не был красивым, просто светло-серая кость как палка. Но на одном конце этой палки сверкала драгоценными камнями ручка наподобие шпаги мушкетеров. А на другой конец была надета большая шишка из золота, тоже вся в разноцветных камнях. К этой шишке был приделан большой синий камень в золотой оправе. В целом рог напоминал вещь, которую на картинках держали в руке цари. В одной руке у них обычно большой мяч, а в другой вот такая палка... Серёнька не знал, как она называется, но очень похожая.

Так же как вчера малыш взял рог за ручку и направил его на стену - нет, никаких картинок он не показывал. Но вчера же были! Серёнька направил его на другую стену, потом на шкаф - нет, просто золотая палка. «А потом я размахнулся, сказал это самое слово «Аввон!» и как дал по попугаю!» Серёнька размахнулся, и показал удар, но не рассчитал длину рога и попал по медвежонку, тот слетел со стула на ковер.

- Ой, прости, я не хотел по тебе! - вскрикнул Серёнька, поскорее положил рог обратно в чехол и в шкаф, вернулся поднять медвежонка, но почувствовал, что засыпает. Лег на ковер, положил голову на мишку и уснул, обняв его рукой.

Проснулся Серёнька на своей постели, рядом сидела бабушка и вязала. Заметив, что внук пошевелился, внимательно посмотрела на него и спросила:

- Ты не заболел?

- Нет. Я опять сильно спать захотел.

- Не припомню, чтобы ты когда-нибудь засыпал на полу посреди комнаты. Сначала я подумала, что ты упал и сильно испугалась. Но если все это для того, чтобы не ходить завтра в сад, то не старайся. Тебя может от него спасти только температура, но ее нет, поэтому пойдем обедать.

- Какой странный этот рог, после него все время хочется спать! - сказал Серёнька за обедом.

- Да? А я только что носила его к Фатиме и обратно, а как не спала, так и вряд ли буду. Хотя только рада была бы.

- Может, это потому что ты его не открывала?

- А разве ты открывал?

- Да. Когда ты ушла я хотел показать его мишутке и открыл. И он сразу меня усыпил.

- Странное дело, надо попробовать, как спать лягу, - удивилась бабушка. - Но может быть у тебя просто в комнате душно? Окно на улицу, не откроешь... Но вот сейчас пообедаем, и можешь пойти поиграть во двор.

- Отпустишь?

- Нет, тоже пойду с вязелькой. Хотя если пообещаешь, что не будешь далеко убегать, то останусь на балконе. Но только чтобы я тебя все время видела, хорошо?

- Я возьму машинку и буду катать под балконом, - согласился внук и как можно быстрее съел свою котлету.

Во дворе никого не было, шло время обеда и дети разбежались по домам, побросав свои «квартиры» с тряпочными стенами в палисаднике, ведерки в песочнице и мяч на спортплощадке. На асфальтированном просторе под окнами машинка показала свои самые лучшие качества, прекрасно тормозила, немедленно срывалась с места на высокой скорости и мягко трогалась на низкой, хорошо слушалась пульта при поворотах, и Серёнька решил потренировать «зигзаги». С этой целью он принес из дома несколько самых больших кубиков, поставил их в ряд и стал упражняться в езде змейкой.

Это было очень трудной задачей, машинка не успевала повернуть в нужный момент, и расстояние между кубиками приходилось все больше увеличивать. Бабушка вязала, время от времени поднимая голову, чтобы убедиться, что с внуком все в порядке. А сам Серёнька так увлекся поворотами, что совсем забыл о том, что живет во дворе не один. Объезжая дальний кубик, его машина врезалась в ноги Мечтуну. Сейчас было не прогулочное для него время, и Мечтун держал в здоровой руке сложенный пакет для продуктов, хотя был одет в свою обычную полосатую пижаму.

Серёнька очень испугался встречи с Мечтуном один на один, с ужасом смотрел на него, и не сообразил выключить машинку. Как упрямая черепаха она наехала, отъехала, стукнулась о ногу Мечтуна и опять отъехала, чтобы врезаться снова. Старик перешагнул через машинку и предоставил ей биться о стену дома, но остановился, увидев как Серёнька отпрянул на шаг назад и вот-вот или убежит, или поднимет крик.

Поднимать крика Серёнька не стал, но обязательно сбежал бы, если б успел. Мечтун улыбнулся и хотел сказать, что вчера передал ему золотые монеты, но произнес только первое слово «вчера», как в тот же миг между ним и мальчиком поднялась непроницаемая стена из тысяч больших ос. Они нацелились на старика и угрожающе зудели. Улыбка Мечтуна перекроилась в презрительную гримасу:

- Как… Мне… Страшно, - он произнес эту фразу раздельно, потому что при первом слове осы мигом перестроились, и стена приняла форму огромного скорпиона, который стоял хвостом к Мечтуну и грозился его ударить. При втором слове "скорпион" превратился в гигантскую "кобру" с раздвоенным языком и грозно распущенным капюшоном, а при третьем слове "кобра" стала монстром-"пауком", готовым немедленно укусить его. Каждый раз мальчик находился как бы под колпаком: "скорпион" и "паук" стояли над ним, а "кобра" обвилась вокруг него кольцом.

В это время бабушка в очередной раз оторвалась от вязания, поискала внука глазами и схватилась за сердце:

- Батюшки мои! Это что такое?!! Уже иду!

Она кинулась из лоджии вглубь квартиры, схватив попавшиеся под руку веник и совок.

Мечтун не испугался и не удивился такому повороту событий, гордо откинул голову назад и будто выстрелил в осиный рой всего одним словом:

«Сикаре!»

Гул прекратился в ту же секунду и осы как горох с сухим треском осыпались на асфальт вокруг Серёньки. Изумленный малыш беспомощно стоял посреди них, опустив руки, и молча смотрел на старика.

Мечтун опять улыбнулся:

- Я только хотел сказать, что передал тебе вчера золотые монеты, - он обернулся к выбегавшей из подъезда бабушке и поклонился ей. - Мое почтение!

- Что это на вас осы напали?.. Ой, а с ними что случилось? - бабушка с удивлением смотрела на засыпанный осами асфальт. - Вы с собой дихлофос что ли носите? И я принесла.

- Все хорошо. - успокоил Мечтун бабушку, еще раз поклонился ей и Серёньке, и засеменил мелкими шажками дальше.

Бабушка стала сметать погибших ос в кучу, Серёнька с жалостью смотрел на них и наконец сквозь слезы сказал:

- Мне их так жалко! Они были такие хорошие, защищали меня...

- А кто тебе угрожал? Мечтун? Он угрожал?

- Нет... Но может быть он хотел мне что-нибудь сделать, а они меня защищали, - увидев, что бабушка собирается смести ос в совок и выбросить в урну, попросил. - Не выбрасывай их, ну пожалуйста. Оставь в кучке, я их сам похороню вон там под деревом.

- Ты их до вечера туда не перетаскаешь, их же тут миллион! - бабушке не понравилась идея внука хоронить ос, но он так упрашивал, что уступила:

- Ну хорошо, вот тебе совок и веник. Только будь осторожен, потому что какие-нибудь могут быть еще живыми и закусают так, что пожалеешь о своей доброте. И как только покончишь с этим, сразу возвращайся домой.

Серёнька отдал пульт и взял совок с веником. Бабушка подняла с асфальта машину, которая уже не ездила – ее батарейка истратилась об стену дома.

- Вот вроде красивая, а глупая! – покачала она головой. – Не понимает, что стену кузовом не пробьешь.

- У нее спереди не кузов, а бампер… Ты иди, я сам выкопаю яму и вернусь, - грустно сказал Серёнька бабушке и направился с совком к палисаднику.

Надо сказать, что в своей маленькой жизни Серёнька боялся только трех ужасов: первым для него были зубные врачи, вторым - Мечтун, а третьим - осы.

Зубные врачи лично ему еще не успели причинить никакого вреда, но однажды он оказался в гостях у Эдуарда в тот момент, когда в соседней комнате папа Эдика принимал пациента. Вопли и стоны были такими, что Серёнька задрожал всем телом. А когда папа под руку вывел этого пациента из кабинета полностью без зубов, Эдик насильно потащил друга смотреть зубное кресло и инструменты. Долго потом Серёньке снились страшные сны.

Отчасти и Мечтуна малыш боялся по этой же причине - у того не было ни единого зуба.

А вот с осами все было гораздо хуже. Год назад Серёнька с Петей обнаружили под кухонным окном два круглых осиных гнезда, похожих на маленькие глиняные кувшины. По незнанию Серёнька ткнул в отвестие гнезда хворостиной, рассерженные осы вылетели, и три или четыре укусили его в ухо. Врачи с месяц боролись с опухолью и температурой, было очень больно. С тех пор малыш стал бояться не только ос, но даже звука их крыльев. Стоило одной из них пролететь за окном, как его бросало в холодный пот, и спина покрывалась гусиной кожей. Поэтому теперь его готовность самостоятельно похоронить осиный рой была даже не поступком, а настоящим личным подвигом.

Малыш выкопал яму и отправился с совком за первой партией ос. Бабушка внимательно за ним наблюдала:

- Да оставь ты их... Что теперь поделаешь. Другие народятся.

Серёнька ничего не ответил, наполнил совок из осиной горки, и обеими руками понес под дерево. А там его ждал попугай Кальян, чтобы поблагодарить за чудесное спасение.

- Пррими мою самую серрдечную благодаррность, о прекрасный сказочник Диббрре! - приветствовал он Серёньку с ветки яблони, под которой малыш собирался похоронить ос.

Серёнька удивленно посмотрел на попугая, потом оглянулся, но никого рядом с собой не увидел:

- Ты с кем говоришь? Со мной?

- Ну да, - попугай удивленно свесил голову и тоже огляделся. - А кого же еще я могу благодаррить за свое воскрресение?

- Меня зовут Сережа. Бабушка и мама всегда называют Серёнькой. А ты что-то другое сказал.

- Как? Серрежа? - удивленно переспросил Кальян. - Как скажешь, так и будем. Итак, Серрежа, теперь я твой вечный должник, и готов выполнить любую твою просьбу! Если смогу, конечно.

- Отлично! Сделай так, чтобы я не пошел завтра в детсад.

- Ой... Я этого не умею...

- Ладно, тогда сделай так, чтобы бабуля перестала меня сегодня караулить. А то я хожу как под пушкой. Того и гляди выстрелит.

Попугай посмотрел в сторону бабушки сквозь ветки, подумал, и опять виновато пробормотал: «Боюсь, у меня не получится».

Серёнька пожал плечом:

- Хорошо. Тогда почини мою машину.

- Как же я починю, если у меня нет технического обрразования?!!

- Ну тогда и не хвастай про любые просьбы. Ты за рогом прилетел, да?

- Нет, наоборот хотел спрросить, когда будешь забирать все остальное? Доставка по городу бесплатная, чаевые приветствуются! А что ты делаешь?

- Зачем мне остальное? Бабуля ругается, не разрешит, - покачал головой Серёнька. - Я хороню осичек. Они меня от Мечтуна защищали, а он их всех убил. Так жалко! Как это у него получилось?

- Как получилось, не знаю, но ты тоже можешь.

- Я? Нет.

- Да. Раз смог оживить нас, как он, значит и убить тоже можешь. А почему ты их не оживишь, если жалко?

- Ты что?! - Серёнька в ужасе посмотрел на ос в совке. - Сколько раз я открывал рог, столько раз спал. Так когда же я управлюсь, если буду открывать его для каждой? К старости?

- Зачем для каждой! Найди царицу и оживи ее, а эти сами поднимутся. Они так воспитаны, что если царица прикажет, то они прилетят к ней даже с того света.

- Правда? Давай! А какая она?

- Ищи самую крупную, - попугай спустился с ветки к ямке, но прикрыл ее крылом. - Не надо в яму, сыпь здесь. Так, так, здесь ее нет, значит она еще в куче.

Увидев, что Кальян собирается лететь к подъезду, Серёнька остановил его:

- Тс-с! Не надо туда, бабуля увидит и разругается. Давай я буду приносить, а ты искать.

Серёнька пошел за второй партией, но еще издали заметил, как вокруг кучи погибших ос взад и вперед двигается зеленый куст. С такой маскировкой разноцветный Кальян напоминал перевернутый букет.

- Что ты делаешь, тебя же от палисадника видно! Сейчас бабуля всыпет!

- Не переживай, мы с ней договоримся, - успокоил Кальян мальчика и стал расшвыривать лапой осиную кучу. - Так, нет, тут тоже нет, тут не видно... Нашел, вот она!

Кальян клювом поднял с асфальта большую осу.

- Похоже, Мечтун убил ее самую первую, - заметил Серёнька, прикинув, что осиная царица оказалась в самом низу кучи.

Попугай вместо ответа подошел к нему, положил осу на асфальт, и сказал:

- Вот теперь или неси рог сюда, или ее - домой.

- Ой, я не могу. Боюсь.

- Она ж не живая, не укусит! Все равно?.. И что мне сделать?

- Давай я пойду домой, а ты ее пронесешь в форточку.

- Хорошо, иди.

Попугай клювом повытаскивал пучки зеленых веток из под крыльев и положил их на кучу с осами:

- Этих пока прикроем, а то становится людно.

Серёнька оглянулся, во двор начинали выходить пообедавшие дети. Кальян наклонился поднять осу, но тут оба услышали строгий бабушкин голос:

- Так вот кто уже который день смущает моего внучка! Ну-ка, синяя птица, лети-ка сюда!

Бабушка стояла в лоджии и присматривалась к попугаю, придерживая очки рукой.

- Вот я же говорил, что моя маскировка была хорошей! - недовольно пробурчал Серёньке Кальян.

- А я говорил, чтобы ты сидел в палисаднике и вообще не показывался!

Кальян взмахнул крыльями и полетел знакомиться с бабушкой, а Серёнька помчался в подъезд, чтобы не пропустить их разговора.

Лоджия была не остеклена, а закрыта легкими фигурными решетками. Попугай протиснулся сквозь прутья и сел на спинку стула напротив бабушкиного кресла. К тому времени как Серёнька добрался до лоджии, он ухитрился не только ответить на вопросы, но еще и произвести приятное впечатление. Поэтому встретил запыхавшегося малыша радостной фразой:

- Вот и наш прекрасный Серрежа! Мне не удалось уговорить бабушку оставить тебя завтра дома. Также не уговорил ее принять по описи золото, но зато она разрешает нам оживить осу!

- Правда? Уже неплохо, - Серёнька вопросительно посмотрел на бабушку, и она подтвердила. - Да, только при мне. Иначе опять уснешь на полу, а таскать тебя по квартире мне уже тяжело.

- Сейчас принесу, - кивнул Серёнька и пошел к себе за рогом. Каково же было его удивление, когда из-за двери своей комнаты он отчетливо услышал скрипучий мужской голос, который пел странную протяжную песню:

Как на нашей на мызе,

Как на нашей на мызе,

Как на нашей на мызе, - голос выдержал короткую паузу, после которой вдруг громко и хрипло протявкал:

Дастатачна широкая дарога!!!

Серёнька в недоумении остановился, не зная, открыть дверь, или вернуться и сообщить о странном госте бабушке с попугаем.

- Ну ты где? - заглянул Кальян в гостиную. Серёнька указал рукой на свою дверь:

- Там кто-то есть!

Попугай передал его слова бабушке, та немедленно поднялась и решительными шагами двинулась в детскую:

- Погоди-ка, - отстранила она Серёньку, толкнула дверь ладонью и оглядела комнату с порога, но там никого не было. Бабушка вопросительно посмотрела на внука и попугая, пожала плечами и хотела что-то сказать, но тут песня продолжилась:

Как на нашем на гумне,

Как на нашем на гумне,

Как на нашем на гумне, - и опять тявканье:

Дастатачна запасена пшеница!

Бабушка выслушала этот куплет полностью просто потому что не могла понять, откуда он идет.

- Может, это радио? - спросила она себя.

- Радио на кухне, - ответил Серёнька и в полной тишине прошел в дальний угол комнаты к столу, откуда доносился голос.

Как на нашем на дваре,

Как на нашем на дваре,

Как на нашем на дваре,

Дастатачна надоена сметана!

Третий куплет раздался у него за спиной, поэтому Серёнька порывисто обернулся, но на кровати сидел только его плюшевый медвежонок:

- Эй! - спросил его Серёнька, подошел и ткнул мишке в плечо пальцем. - Привет!

- Привет! - ответил медвежонок, но никак не пошевелился и не повернул головы. - Заведи меня ключиком.

- А я не знаю, где он! - ответил Серёнька, потому что даже не помнил, когда в последний раз заводил медвежонка. - Может быть он в коробке с игрушками? Но придется искать, а мы сейчас не можем! Надо оживить осиную царицу.

- Ладно. Тогда я буду петь дальше, пока не найдешь - ответил медвежонок, и не дожидаясь разрешения, затянул четвертый куплет:

Как на нашем на стале,

Как на на...

- Скажи этой кукле, чтобы замолчал, иначе я отправлю его в мусорное ведро, - пригрозила бабушка. Она начинала хмуриться, поэтому Серёнька поспешно накрыл медвежонка двумя большими подушками и подбежал к шкафу за рогом. Медвежонок петь не перестал, но из-под подушек его уже почти не было слышно. Малыш вынул рог из чехла, Кальян подошел и положил перед ним на ковер осу.

- Нет, нет, давайте на балкон, а то она сейчас начнет биться в окно, всех покусает, или будет еще хуже, если сюда прилетит ее армия.

Все трое перешли в лоджию, Серёнька попросил Кальяна положить осу не на пол, а на что-то мягкое, чтобы не сломать оправу рога, если не попадет. Взял его в обе руки, расставил пошире ноги, чтобы не промахнуться, высоко поднял рог над головой и со всего маху стукнул по царице ос. Бабушка еще ни разу не видела этой процедуры, поэтому вскрикнула:

- Ай, поломаешь!

- Что он там ломает? - раздался со двора голос мамы, которая возвращалась с работы.

- Нет, нет, ничего! - громко отозвалась бабушка и хотела поторопить Серёньку, но увидела, что он опустил рог к полу и вот-вот упадет. Подхватила его на руки и заносила в детскую, когда домой вошла дочь.

- Что случилось? - удивленно спросила она от порога, глядя на спящего Серёньку.

- Все в порядке, - успокоила ее бабушка. - Мы тут осу оживляли, поэтому хотим спать, но все хорошо.

Мама увидела у ног бабушки попугая, он стал раскланиваться и чиркать лапой по полу, без пауз сыпал комплиментами, чтобы отвлечь от вопросов и дать бабушке возможность уложить внука в кровать:

- Моя спасительница и родительница Серёжи! Если бы пять лет назад он не появился на свет, то сейчас я представлял бы собой пучок никчемных перьев... - договорить у него не получилось, потому что из детской быстрыми шагами вышла бабушка. Одной рукой она прикрыла за собой дверь, а в другой несла за ухо медвежонка, песня которого как раз к этому моменту перешла в рэп, и он вопил:

Мы собьем это масло!

Мы натрем себе щеки!

Бабушка вышла в коридор, остановилась перед дочерью и подняла медвежонка на уровень своих очков. А мама увидела, как попугай подхватил ритм, стал крутить кончиками крыльев перед грудкой и раскачиваться из стороны в сторону, пытаясь подпеть:

Мы возьмем твои флаги!

Вместе!!!

- Вау! Еще раз! - крикнул попугай медвежонку, и они стали рэпить вдвоем:

Мы нагнем эту стену!

Мы пробьем свои дырки!

Бабушка стояла с поднятой игрушкой, без выражения глядя на дочь, та сказала:

- Сумасшедший дом.

- Вынеси его на помойку, пока не разулась.

- Да ты что, он же орет, мы и так весь двор взбаламутили, теперь еще пойду людей смешить.

- Ну так я сама вынесу.

А попугай с медвежонком тем временем продолжали бузить:

Мы съедим твою кашу!

Вместе!!!

- Оставь его бабуля, я сейчас поищу ключ и он успокоится! - за спиной бабушки раздался голос Серёньки.

- Не спишь? Ну конечно, какой сон, если этот малохольный вопит на весь дом. Заткнись! - бабушка встряхнула медвежонка и поднесла к лицу, будто хотела проглотить его.

Песня прекратилась, зато из мишки донеслись опасные угрозы: «Но Мишутка был хоть и маленький, а все-таки медведь. Поэтому он размахнулся, и ка-ак дал орлу лапой по голове! Ой-е-ей, чего ты дерешься!...»

Поскольку медвежонок совсем не двигался, бабушка слушала его будто сказку из радиоприемника.

- Бабуля, мама, он хороший! - Серёнька обежал бабушку и вцепился в лапы медвежонку, пытаясь его обнять. - Замолчи Мишутка, а то тебя выкинут. Если будешь тихо сидеть, я сейчас же пойду искать ключ, хорошо?

- Ладно, только не забудь, а то буду бастовать.

Бабушка выпустила ухо и Серёнька понес его к себе в комнату. Мишка действительно замолчал.

Мама вздохнула и стала снимать туфли, а бабушка потерла пальцами виски и еле слышно сказала:

- Знаешь, я ненадолго прилягу. Пообедаешь сама, ладно? - и пошла к себе в комнату.

- Как дела? Нашелся ключ? - спросила мама Серёньку, заглядывая в детскую. Он кивнул:

- Да, и уже завел. Он больше не будет кричать.

- Это хорошая новость, - мама присела на край кровати и посмотрела на медвежонка. - Честно говоря, я испугалась, когда поняла, что ты решил оживить его. Если он один так себя ведет, то что же будет, если ты решишь оживить все свои игрушки. Поэтому пришла убедиться, что все в порядке.

- Да-а? - удивленно протянул Серёнька, оглядел полки шкафа и тоже представил, какой может подняться шум, гам и беспорядок, если оживить всех драконов, быков, собак, львов и жирафов. И это без солдатиков и тех игрушек, что в кладовке. - Не буду. Я и по Мишутке нечаянно попал, когда рассказывал, что было вчера во дворе.

Мама кивнула и еще раз посмотрела на медвежонка:

- А что было сегодня?

Серёнька подробно рассказал о встрече с Мечтуном, осах и разговоре с попугаем.

- Где он, кстати? - хватилась Кальяна мама, потому что собралась поговорить и с ним, но попугая нигде не было, улетел. - Хорошо. Тогда пойдем обедать, а потом отдыхать.

- Можно я завтра в сад не пойду? - попросил Серёнька без всякой надежды и действительно получил отказ. - Тогда я не хочу обедать, мы с бабулей ели. А во двор?

- Во двор - пожалуйста, но только будь осторожен и в словах и поступках, договорились?

- Да.

Мама оставила Серёньку с медвежонком и пошла обедать. За все время их разговора Мишутка не издал ни звука и ни разу не пошевелился, но едва дверь за мамой закрылась, он тут же встал на четвереньки, потом поднялся на задние лапы, а передними уперся себе в бока. Серёнька молча наблюдал за ним.

- Как непривычно быть живым! - радостно сказал медвежонок. - Хочешь поднять лапу и поднимаешь, хочешь пойди и идешь, хочешь прыгнуть... И не можешь, ой! - говоря все это Мишутка поднимал лапы, прошелся до края кровати и свалился с нее на пол, но его ушастая голова тут же выглянула из-за матраса:

- И назад что-то тоже не получается...

- Это потому что у тебя нет когтей, - подсказал Серёнька. - У медведя должны быть длинные кривые когти, очень длинные. Тогда бы ты легко залез, а теперь тебя придется поднимать.

Малыш вернул медвежонка к подушке.

- Но даже отсутствие когтей не может испортить праздника, верно? - сказал мишка.

- Конечно, когда я тут они тебе не нужны, - ответил Серёнька и прилег.

- О чем задумался?

- У меня в голове со вчера крутится какая-то сказка, даже две, но никак не пойму, к чему они и про что. Если никто не слушает, то они и не придумываются, а сидят в голове и мешают.

- Но у тебя же есть я, - медвежонок сел и сложил передние лапы на животике. - Я внимательно слушал все сказки, и ни одной не забыл. Поэтому не стесняйся и давай рассказывай про солнце.... Ну, или про льва.

- Что?! - Серёнька от удивления даже подскочил с кровати. - Как ты узнал? Ты волшебный?

- Ничего не знаю, просто это у тебя на лбу написано. Я внимательно наблюдаю, с кем ты играешь и как, поэтому никакого волшебства - когда сидишь без движения и можешь только глядеть, многое становится очевидным.

Серёнька порывисто протер лоб и сел напротив медвежонка на кровати, скрестив ноги:

- Поверю, но это очень странно слышать.

- Сегодня день такой, не обращай внимания, - кивнул ему медвежонок, и махнул лапкой, приглашая начать рассказывать.

ДВА СОЛНЦА

В одной горной долине протекала красивая чистая речка, а на ее берегу жили забавные маленькие человечки. Они жили бедненько, хотя и были трудолюбивыми, но не унывали, делали и продавали глиняную посуду, ходили друг к другу в гости, а вечерами хором пели веселые песни.

И все было бы хорошо, но высокие горы почти не давали солнечному свету согреть эту землю, и в долине всегда было сумрачно. Один из маленьких человечков по имени Кайло решил пойти и попросить Солнце подольше задерживаться над долиной.

Шел он долго и трудно, и наконец оказался на вершине самой высокой горы. С нее и обратился к Солнцу дать маленьким людям больше тепла и света для жизни.

- Я выполню твою просьбу, - ответило ему Солнце. - Но взамен ты должен остаться со мной.

- Хорошо, я согласен, - ответил Кайло. – У меня все равно никого нет, кроме моих друзей. Зато у них есть свои семьи, и я хочу, чтобы они были счастливы, чтобы им всем было светло. Чтобы ты согревало их каждый день, и они с веселыми песнями грелись под этими лучами.

- Будь по-твоему, - громко ответило Солнце, и человечек заснул на самой высокой вершине. А в долине засветило другое, совсем маленькое, размером с мячик, но ослепительно яркое и теплое солнышко. И вот когда маленькие человечки вышли из своих домиков, чтобы посмотреть на это чудо, кто-то вдруг увидел, что повсюду на земле рассыпаны мелкие блестящие кусочки.

- Это же золото!

И человечки вместо того, чтобы наслаждаться теплом солнечных лучей, принялись выкапывать эти кусочки. Чем дольше они их выкапывали, тем больше им хотелось иметь золота. Они даже не заметили, как стали все глубже зарываться под землю, а выкопанная земля превращалась в горы. Скоро ямы стали глубокими темными пещерами, человечки опять перестали видеть золото, но все равно продолжали его искать и копить.

- Давайте заберем это солнце с собой в пещеры, пусть оно нам там светит.

Но солнышко было маленькое и одно, а пещер было много. Маленькие человечки переругались между собой из-за него, и когда оно однажды исчезло, этого никто не заметил.

- Посмотри, что стало с твоими друзьями, - разбудило Солнце маленького человечка. – Я выполнил твою просьбу, но ни солнечный свет, ни тепло, ни твоя доброта не принесли им счастья.

- Как жаль, - расстроился Кайло. – Что же теперь делать?

- Возвращайся домой. Но не спускайся к ним, живи один. А я каждый день буду навещать тебя и давать тебе столько тепла и света, сколько захочешь.

Человечек спустился в долину и вернулся в свой родной домик. Когда наутро взошло солнце, он вскопал грядки, посадил огород и фруктовые деревья, и стал жить один.

Время от времени его бывшие друзья стали подниматься в долину и покупать у него фрукты и овощи в обмен на золото. В течение многих лет они по одному расставались со своими темными и сырыми пещерами и переселялись наверх.

К тому времени как Кайло совсем состарился, в пещерах не осталось никого, и они были засыпаны. Но у человечков было скоплено много золота, они могли безбедно жить многие годы, и никто уже не помнил, как оно появилось.

- Хорошо, - похвалил Мишутка Серёньку кивком головы. - А теперь вторую.

- Нет, сейчас мама ляжет отдыхать, а мне надо посмотреть, что стало с осами. Мы же их оставили как есть, и если ничего не получилось, то они так и лежат. А там машины, люди, нельзя. Но если я скажу, что иду к осам, то мама не пустит, поэтому я должен взять машину. А машинка не ездит.

- Хорошо, тогда расскажешь вечером, я напомню, - ответил медвежонок. - В машине надо просто заменить батарейку, вот и все.

- Откуда ты знаешь?

- Ничего не знаю. Мне так кажется. Глянь в коробку, там должна быть запасная. Если есть, то заменишь и пойдешь.

- А ты не хочешь во двор?

- Очень хочу! Но не могу.

- Почему? Я же тебя отпускаю, а кроме меня у тебя начальника нет. И мне будет спокойно. А то начнешь опять петь или раскидывать игрушки, и потом мне за тебя влетит.

- Не буду раскидывать... Понимаешь, я ведь как твоя машинка, только еще хуже, потому что могу двигаться только пока заведен ключом. Вот сейчас завод заканчивается, и я какой-то слабый-преслабый, хочу спать.

- Так я тебя еще заведу.

- Спасибо! Но вы люди - переменчивые создания. Сегодня ты меня заведешь, может быть и завтра это тебе еще будет интересно. Но послезавтра я тебе надоем, или устанешь, или начнешь забывать. А мне так приятно двигаться, ты даже не представляешь! Поэтому лучше заводи меня реже, но всегда с удовольствием. Сейчас у тебя есть дела во дворе и я не нужен, поэтому лучше не надо. Хорошо?

Серёнька немного обиделся, но не стал спорить и молча кивнул.

- Отлично! Тогда неси сюда коробку и давай чинить машину.

Запасная батарейка действительно имелась, Мишутка подсказал Серёньке, как ее заменить без помощи взрослых, и уже через пару минут малыш был готов отправиться на прогулку.

- Ты точно не хочешь? Соглашайся пока предлагаю, а то уйду и будешь жалеть.

- Точно. Иди один. А я буду вспоминать сказку про два солнца и представлять, какой замечательной будет следующая. Все в порядке, иди.

Серёнька вышел из комнаты и встретился в коридоре с мамой.

- Я как раз иду спросить, пойдешь ты гулять, или отдыхаем?

- Мишутка помог починить машинку, теперь ее надо испытать.

- Правда? Ну хоть что-то сделал полезное, - улыбнулась мама. - Хорошо, только повторю: далеко не уходи и избегай всяких приключений. Через час я тебя проверю, но думаю, бабушка встанет раньше.

Мама проводила Серёньку и закрыла за ним дверь.

На асфальте у подъезда не лежало ни одной осы, и малыш решил убедиться, что их нет и в палисаднике. Ос там тоже не было, зато попугай сидел на прежнем месте.

- Куда ты исчез? Мама спрашивала.

- Я подумал, что она меня накажет за дуэт. Но я не мог сдерржаться, такая песня, такая песня!!.

- Струсил!

- Не струсил. Осторожность еще никому не мешала, - Калян побыстрее перевел разговор на другую тему. - Но давай вернемся к нашим подаркам.

- К машинке? Мы с Мишуткой уже ее починили!

- Нет, для Царицы Чудес. Что с ними делать?

- Давай ждать. Если она придет, то ты все отдашь.

- Нет, не получится. - попугай с минуту внимательно рассматривал свои длинные когти, наконец поднял голову и сказал. - Я не каждый день могу летать, где захочу. И может случиться, что в нужный момент буду заперт в клетке.

- Не может, - уверенно ответил Серёнька.

- Почему ты так думаешь?

- Потому что осы так закусают твою хозяйку, что она бегом тебя отпустит, лишь бы отстали. Ой!..

При этих словах к самому Серёньке вдруг подлетела большая оса, и стала медленно кружить вокруг него.

- Это их царица, не бойся, - сказал попугай и наклонился с ветки, чтобы лучше видеть и слышать. - Она говорит тебе спасибо за помощь.

- На здоровье! Но я что-то ее боюсь, - по спине Серёньки как обычно побежали мурашки, лоб покрылся холодным потом и очень хотелось убежать. Оса поднялась к попугаю и села на лист возле его головы. Кальян подставил ей ухо и перевел Серёньке ее слова:

- Она знает, что ты боишься, но все равно благодаррит. Говорит, что осы никогда не сделают тебе ничего плохого, не бойся. - Сказав это, Кальян обратился к осе: «Могли бы и простенький подаррочек на память о чудесном событии... Нет?»

- Хорошо! Спасибо! - ответил малыш.

- Подарка не будет, так что не благодарри, - повернулся попугай к Серёньке, но похоже его развязный тон осе не понравился, потому что она вдруг поднялась с листа и зависла в воздухе перед клювом попугая.

- Да нет же! - испугался Кальян. - Я не намекал, просто поинтересовался. Нет, так нет!

Оса нервно сделала вокруг него пару кругов, но кусать не стала и исчезла.

Попугай от страха вскрикнул очень громко, его услышали игравшие в палисаднике девочки и обернулись. Среди них Серёнька узнал Леночку, она подняла из травы большую нарядную куклу, поднялась и подошла к яблоне.

- Как дела? - посмотрела Леночка на попугая. - Привет! А где твои часы?

- Отдал хозяйке на хрранение. Я надеваю их только по прраздникам, - сказав это, попугай опять принялся рассматривать свои когти, ожидая, когда Леночка уйдет и он сможет продолжить разговор с Серёнькой.

Но Леночка не только не собиралась уходить, но наоборот имела серьезный разговор к Серёньке.

- Знаешь, я вчера подумала-подумала, и решила вот что... Сказать?

- Да.

Леночка помялась, потом обернулась к попугаю, который свесился с ветки и ждал, что она скажет. Видимо, Кальян вызвал у нее больше доверия, чем Серёнька, поэтому именно ему она и сообщила:

- Я подумала и тоже решила стать сказочником!

Серёнька удивленно поднял брови и посмотрел на попугая, не зная, кто должен ей ответить. А Кальян оживился и закрутил головой:

- Брраво! Брраво! Пррекрасно!! Значит теперь ты можешь принять подаррки для Царрицы Чудес, и я буду свободен! Отличная новость!

- Подожди, не торопись, - сказал попугаю Серёнька, и спросил Леночку. - А что мы скажем Фатиме? Надо же придумать хотя бы одну сказку.

- Мы с Зиной уже все придумали, и будем сочинять сказки вместе, - Леночка обняла свою куклу. - Поэтому если надо встретить Царицу Чудес, то я готова.

- Ты же говорила, вы на море уезжаете?

- Да, но папе отложили отпуск, поэтому завтра я опять иду в группу, - сделала недовольную гримасу Леночка, но в отличие от Серёньки ей нравилось бывать в детском саду, и в душе она ничуть не расстроилась от того, что поедет на море чуть позже.

- Пррими мою прризнательность, и давай пррямо сейчас полетим к Фатиме! - предложил Леночке попугай, она с широкой улыбкой кивнула, и протянула Серёньке свободную руку, чтобы «лететь» вместе.

Но Серёнька глянул на куклу и вспомнил, что оставил без присмотра у подъезда свою новую машину.

- Я только на минутку забегу домой и догоню вас, - предложил он.

Леночка побежала вслед за попугаем, а Серёнька встретил у подъезда несколько приятелей-ровесников, которые предложили ему устроить автогонки. Поэтому он догнал Леночку, попросил не обижаться, но самостоятельно поговорить с Фатимой, чтобы он мог вернуться к мальчишкам.

- Собственно, я для тебя старалась! - обиженно надула губки Леночка и хотела расплакаться, но постеснялась попугая и гордо улыбнулась. - Но теперь уже все равно! Сейчас Фатима сделает меня добрым сказочником, мы с Зиной придумаем еще больше сказок, чем ты, и Царица Чудес придет ко мне, вот!

- Хорошо, - с готовностью кивнул Серёнька. - А я дам тебе рог единорога и будем вместе смотреть картинки, которые он показывает. Правда не всегда, но вчера показывал.

- Да?! Ладно, я побежала, - махнула рукой Леночка и с куклой наперевес помчалась дальше, а Серёнька вернулся к подъезду.

Там уже все было готово к старту гонок! От фундамента серёнькиной лоджии и до палисадника мелом была прочерчена широкая желтая линия для старта, а у последнего третьего подъезда - голубая линия финиша. На старте зудели моторчиками шесть таких же новеньких радиоуправляемых машин, только разных марок. В ожидании гонок даже старшие мальчишки бросили мяч и теперь обсуждали с маленькими гонщиками преимущества и недостатки их моделей. Девочки тоже вышли из палисадника и хихикали над самими мальчишками со скамейки.

Увидев это, Серёнька ускорил шаг и подбежал к гонщикам:

- Уже начинаем?

- Нет, еще Витек и Рахмат сейчас придут со своими болидами, и вам-кузнечикам не поздоровится! - ответил Толкач. Вчера он был судьей над Серёнькой и его друзьями, а сегодня стал главным арбитром гонок. Понятно, что после награждения грамотами разногласия между мальчиками были забыты.

Серёнька подошел к стартовой линии и поставил машинку крайней, через пару минут добавились еще две. Толкач поднял руку со стартовым пистолетом и жестом пригласил самую красивую из девочек выстрелить, а сам командовал:

- На старт! Внимание! Марш! Ну ты чего?!

Красавица зазевалась и не сразу сообразила, как стреляет пистонное оружие, но все-таки щелкнула. Выстрела никто не услышал, но все давно были готовы к старту, поэтому при команде Толкача «Вперед!!!» девять болидов, толкая друг друга, вкривь и вкось помчались по асфальтовому пространству вдоль палисадника. Зрители и участники восторженно кричали, взрослые смотрели из окон на новое шоу, и оно действительно было увлекательным.

Перед самым финишем в толпе зрителей появились Леночка и старик Мечтун с большим целлофановым пакетом в здоровой руке, но Серёнька управлял машиной и ничего не видел. К финишу он пришел четвертым и был уверен, что игра закончилась. Но заезд так понравился и самим гонщикам, и зрителям, что все единодушно решили тут же устроить второй, причем кто-то в толпе зрителей предложил назначить победителям награду.

Предложения мамочек о пироге, торте и мороженом были сразу отвегнуты, как недостойные мужчин, и пока все задумались, послышался тоненький голос Мечтуна: «А давайте пополним парк победителя вот этой машинкой. Пусть у него их станет две». И под удивленными взглядами старичок вынул из пакета коробку с радиоуправляемой ламборджини.

«О-о!»

«Тот, кто придет к финишу вторым, получит в подарок мою детскую книжку», - при этих словах из пакета была извлечена огромная книга в белом кожаном переплете с серебряным орнаментом. Мечтун листнул ее, и все увидели множество ярких рисунков внутри.

«А третий победитель получит вот этот шлем», - и сверкающий ярко-красный шлем с эмблемой феррари появился из пакета и вслед за остальными призами был передан судье соревнований.

«Кроме того, я тоже хочу поставить свою машинку на трассу!» - улыбнулся Мечтун и достал из пакета розовый фольксваген-жук с желтым пластиковым цветком в окошке, вызвавший смех у всех мальчишек. Зато призы вызвали их полное восхищение:

«Круто! Эта ламборджини - самая дорогая в нашем «детском мире»!» - удивлялись зрители, а гонщики обгоняя друг друга побежали к линии старта.

Каждый поставил свою машинку на ту же дорожку, что и в первом заезде, но пришлось потесниться, и теперь крайним оказался фольксваген Мечтуна.

Толкач смотрел в сторону толпы зрителей, ожидая, что старик подойдет к старту, но Мечтун не шел, хотя все видели в его руке пульт управления.

«Он отсюда будет рулить, - крикнул кто-то из пап, - начинайте!»

Толкач удивленно пожал плечами и поднял руку для старта.

«Ай, мамочка-мамочка, мышь, ай!» - пронзительно завизжала одна из красавиц на скамейке и девочки бросились врассыпную.

Гонщики переглянулись, кто-то покрутил пальцем у виска, кто-то снисходительно кивнул, и посмотрели на судью. «Давайте уже!» - махнул тот рукой и гонка началась.

Понятно, что дети волновались, нервничали, поэтому машинки опять двигались косо и криво, врезаясь друг в друга, в дом, в ноги зрителей, но к финишу дошли все, включая розовый фольксваген. Он пришел четвертым, хотя в дороге его периодически заносило на дорожки соседей, и он мешал всем, кто ехал сзади.

Ламборджини получил Никита, и его мазда действительно была лучшей, не сбивалась и летела стрелой. Второе место занял Серёнька, а третье досталось Вите, скромному, но очень талантливому мальчику, который не купил свою ауди в магазине, а собрал под руководством папы.

Родители и даже старушки с удовольствием наблюдали за заездами, и по единодушному мнению это представление оказалось самым лучшим событием двора за последние дни. Бабушка Серёньки тоже проболела в лоджии оба заезда.

Серёнька был очень доволен, и с гордостью поднял над головой машинку и книгу, сообщая бабушке, что несет награду домой.

- Молодец, очень хорошо! Мне понравилось, - бабушка все взяла и отпустила внука играть дальше.

- Как дела? Видела? Тебе понравилось? А где попугай!- спросил Серёнька Леночку, которая выглядела очень счастливой и разговаривала с Петей, который тоже участвовал в гонках и пришел к финишу пятым.

- Фатима очень обрадовалась, мы с Зиной рассказали ей сказку, и она разрешила нам придумывать еще.

- А она показывала тебе свой плащ и цилиндр?

- Да, я видела.

- А про Мечтуна говорила?

- Говорила.

- А золото попугай тебе отдал?

- Нет еще, как же я его возьму, когда надо расписываться, а я не умею. Но я как раз иду за папой, чтобы он пошел и взял.

- А он пойдет?

- Конечно, даже не сомневайся. Сегодня же мы перенесем все золото к нам домой, и останется только ждать Царицу Чудес.

- Не только. Надо еще сказки придумывать. Она же не за золотом придет, а только если сказки понравятся.

- Это уже неважно, - махнула рукой Леночка и побежала домой звать папу.

Серёнька и Петя одинаково задумчиво посмотрели ей вслед, потом друг на друга.

- Что-то она какая-то не такая, - высказал свое сомнение Петя.

- Почему?

- Не знаю, - пожал тот плечами и подошел к забытому стариком фольксвагену, который сиротливо выглядывал из-под скамейки у палисадника. Петя поднял его, внимательно осмотрел и даже потряс:

- Странно, очень странно, - наконец сказал он и посмотрел на Серёньку.

- Что?

- Эта машинка не может ездить.

- Брось. Все видели, что может.

- Нет, не может, сам смотри, - Петя подал Серёньке машинку. Она оказалась очень легкой, и Серёнька убедился, что внутри было пусто, даже дна не было. Он поставил машинку на асфальт, толкнул пальцем, опять толкнул и подтвердил

- Не может.

- А как же ездила?

-У Мечтуна был пульт.

- Они не на пультах ездят, а на батарейках. Ты батарейку видишь?

- Нет.

- Вот я и говорю, что это странно. Надо отнести ему и заодно спросить.

- Я не пойду, - сказал как отрезал Серёнька.

- Ха-ха! Трусишь! Тогда я отнесу, а потом... - Петя нагнулся поднять машинку. - Куда потом пойдем, смотреть футбол или на дерево?

- Вам следует дождаться девочки и вместе с ней отправиться к слепой, - раздался незнакомый голос рядом с мальчиками. Они огляделись, и увидели на бордюре у палисадника большого черного скорпиона. Даже не успев подумать, он это сказал, или не он, оба вздрогнули, Петя юркнул под скамейкой, а Серёнька хотел дать деру. Но скорпион шевельнул клешней и очень спокойно продолжил:

- Не пугайтесь, я не причиню вам вреда. Но послушайтесь моего совета, и отправляйтесь вместе с девочкой к слепой. Вам следует держаться вместе.

Сказав это скорпион исчез под штакетником, а мальчики посмотрели друг на друга круглыми от ужаса глазами.

- Я чуть не описался! - прошептал Петя, вылезая из-под скамейки, но про машинку даже не вспомнил. - Никто не поверит.

- А ты меньше болтай, - тоже шепотом посоветовал ему Серёнька. - Тогда ничего и не придется доказывать.

- Хорошо, - кивнул Петя, облизал пересохшие губы и через минуту спросил. - Мне это показалось, или он правда был?

- Правда.

- Вот это да!..

Из подъезда вышли Леночка с папой:

- Ну вот, мы готовы. Пойдемте? А чего ты куклу-то носишь, зачем она тебе сейчас? - спросил папа дочку, та удивленно ответила «Я забыла!» и подошла к Серёньке:

- Положи ее пока к себе, я потом заберу.

Серёнька сбегал домой, отдал куклу бабушке, и вместе с Петей они отправились к Фатиме.

Девушка вязала на своей скамейке в окружении десятка малышей и видимо рассказывала им смешные истории, потому что дети выглядели очень веселыми.

Папа Леночки приветствовал Фатиму, она отправила детей играть, а сама поднялась и с улыбкой подала руку:

- Как удобно с настоящим кавалером! Меня всегда малыши водят, так я с ними хожу, как с короткой клюкой... Ах, какой аромат меда! Откуда он?

- Это от меня, - засмеялся папа Леночки. - Сегодня целый день выкачивал его на пасеке. Буду рад угостить, если нравится.

Фатима смутилась и покраснела:

- Простите, так неудобно получилось...

- Не любите мед?

- Как можно не любить! Спасибо, буду очень рада... А кто тут с нами? Серёнька и Петя? Хорошо. Теперь осталось только выяснить, где попугай, и самое главное - где они попрятали свои подарки.

- Разве не у вас в комнате? - спросил папа Леночки.

- Говорят что да, но я ради интереса пыталась поискать, и ничего не нашла. Впрочем, возможно плохо искала.

Дома у Фатимы никого не было, родители поздно возвращались с работы. Пахло приготовленным ужином, везде было очень чисто и царил полный порядок.

- Как же вам удается готовить? Наверное, это сложно? - опять спросил папа.

- Если все на своих местах, никаких сложностей. А когда что-то упало или переложено, то сразу трудно. Но я привыкла, справляюсь.

Фатима пригласила всех пройти в лоджию, прикрыла дверь и опустилась в свое синее кресло.

- Так, где у нас господин Кальян, - спросила она, отдышавшись.

Попугай оказался очень пунктуальным и опустился на подоконник как раз в момент, когда Фатима произносила эти слова.

Через плечо у него опять висел коричневый кожаный портфельчик-планшет с бумагами.

Кальян несколько раз поклонился присутствующим направо и налево, клювом открыл портфель и лапой выскреб из него ворох бумаг.

- Где-то тут должна быть опись подаррков, - сказал он. - Ее надо внимательно прочитать и подписать.

- А где же сами подарки? - спросил папа Леночки.

- Все в наличии крроме нескольких монет. Точнее, кроме шестидесяти девяти, которых пока найти не удалось. Их потерял Байкал во время спасения от мусорной лавины, и верроятно нашли и присвоили дворрники. Но Байкал с вороной продолжают поиски, так что надежда есть.

Папа Леночки перебирал бумаги, пытаясь понять, какая из них является описью и что именно в ней записано. Это ему удалось не сразу, поэтому дети и Фатима терпеливо ждали, поедая груши и персики с большого блюда на столе.

Наконец папа разобрался в каракулях, вчитался и понял, о каких подарках идет речь:

- Но если все перечисленное здесь - правда, то это же очень много предметов и большой вес. Как же мы все донесем?

- Носить действительно проблема, зато хранить все очень легко. Оно само хранится, - поклонился в ответ попугай. - Вот смотрите.

Он клювом вынул из портфеля кольцо с двумя ключами, опустился с подоконника на пол, подошел с пустому участку стены между шкафом и диваном и провел по ней крылом. Перья зацепились за что-то невидимое, попугай поднял лапку, ухватил воздух в этом месте и легко потянул воздух на себя. Тут все кроме Фатимы увидели, что из совершенно пустой стены на середину комнаты легко выкатился большой металлический сейф на колесах.

- Ой! - удивились дети.

А попугай снял ключи с кольца и вставил оба в замочные скважины на дверце. Повернул, открыл сейф и предложил папе Леночки вынуть лежавшие внутри пакеты с подарками.

- Да, все действительно на месте, - подтвердил папа. - Только я не понимаю, зачем уносить все это отсюда, если сейф абсолютно невидим, и если о нем специально не знать, то никому и в голову не придет его здесь искать. У вас с ним какие-то проблемы, Фатима?

- Мне это золото не мешает, моим родителям тоже, - с улыбкой ответила девушка. - Единственное существо, которое волнуется и всех теребит - это Кальян. Видимо, он не хочет быть ответственным за его хранение. Я в охранники точно не гожусь, поэтому он и спешит переложить эту ответственность на вас.

- А если я подпишу эту бумагу, но сейф попрошу вас оставить у себя до завтра, вы согласитесь? - спросил папа Леночки Фатиму.

- Да пожалуйста.

- Тогда давайте так и решим. Ты согласен, Кальян?

- Попугай поклонился и заспешил к своему портфельчику, вынул оттуда фирменную ручку со специальными черными чернилами и подал папе Леночки.

- Все что угодно рради свободы!

Папа Леночки еще раз окинул взглядом предметы, переспросил Серёньку на месте ли рог единорога, и подписал опись.

- Все! Теперь вы - казначеи Ее величества! - торжественно провозгласил попугай. - А я - свободная птица! Складываем все назад?

Через пять минут пакеты с подарками были убраны обратно в сейф и дверца закрыта, после чего сейф на колесиках опять скрылся в стене.

- Надо же, до чего дошли технологии! - удивлялся папа Леночки. - Никогда такого не видел... Итак, до прибытия вашей царицы мы считаем дело с золотыми подарками закрытым, верно? А что я должен буду сделать потом?

- Передать ключи кому-нибудь из здесь присутствующих, - ответил появившийся на подоконнике скорпион, и все вздрогнули от страха. Скорпион не обратил на это внимания и повторил: - Любому из присутствующих, кто бы у вас их ни попросил, включая меня.

- А разве я тоже сказочник? - подал голос Петя. Он до сих пор молча ел персики, и теперь все щеки у него были вымазаны сладким соком.

- Не сказочник, но типа завхоза, - пояснил ему Серёнька.

- Ясно, - кивнул папа Леночки, - Ну что ж, тогда пойдем по домам?

Скорпион скрылся с подоконника, все поднялись и вышли во двор, где Фатима продолжила вязать и общаться с ожидавшими ее детьми, а Леночка с папой и Серёнька с Петей парами направились к дому.

У подъезда разговаривала с соседками бабушка. Увидев, что Серёнька возвращается не один, поздоровалась с папой Леночки:

- А я уж хотела поднимать тревогу. Вы у Фатимы были, что ли?

- Да, все хорошо, - ответил папа и вошел в подъезд, а бабушка взяла Серёньку за руку:

- На сегодня все, тебе пора ужинать и готовиться ко сну, а с утра - в сад.

- Я тоже приду, - напомнила Серёньке Леночка и все попрощались до завтра. Про свою куклу Зину Леночка опять забыла. И зря, потому что как раз в это время Зина уже вовсю обживалась в компании серёнькиных игрушек.

Как только малыш отдал куклу бабушке, она не поленилась пройти в детскую, и там посадила Зину на стульчик посреди игрушек.

То, что игрушки не двигаются, еще не значит, что они ничего не видят, не разговаривают, и не живут своей жизнью. Конечно, эта жизнь отличается от той, которой теперь получил возможность время от времени жить плюшевый медвежонок, но тем не менее она есть.

На Зине было надето пышное розовое шелковое платье. С одной стороны на ее голове были вавилоны, а с другой свисало множество косичек, видимо хозяйка готовила свою подопечную к какой-то торжественной церемонии.

- Теперь я буду жить у вас. И значит я самая любимая игрушка Серёньки, - заявила окружавшим ее игрушкам Зина, высоко подняла подбородок и захлопала пластмассовыми ресницами.

Реакция у игрушек была неоднозначная: клоун улыбнулся, кролик ахнул, слон чихнул, жираф нагнул шею, чтобы лучше слышать, бегемот от ужаса покачнулся и упал на спящего кота.

Только Мишутка сидел на кровати Серёньки и никак не прореагировал, потому что он продолжал пришивать Бобику оторванный хвостик.

Зине не понравился визг кота, на которого упал бегемот и начихательское отношение слона, но больше всего ее раздразнило равнодушие Мишутки. Презрительно глядя на него, она продолжила:

- Потому что я – самая красивая игрушка.

Клоун открыл рот, кролик поднял уши, слон прищурился, чтобы лучше видеть, бегемот не шелохнулся. Зина не унималась:

- Эй ты, медведь неотесанный! Я тебе говорю – я здесь хозяйка, потому что у меня самая красивая прическа, самое модное платье и вообще я сама – просто загляденье! Так что сшей мне к утру новый наряд, раз уж ты там чего-то ковыряешь! Желательно в голубом цвете, он больше всего идет к моим глазам!

Мишутка сделал узелок, затянул нитку, и хвостик Бобика теперь прочно держался на нужном месте:

- Все в порядке.

Он еще раз внимательно посмотрел – ровно ли пришито и утвердительно сам себе кивнул. Потом медленно перевел взгляд на Зину и басом произнес:

- Не строй из себя принцессу, девочка. Сначала попробуй подняться со стула и пройтись, а потом мы посмотрим, кто тут хозяин.

Игрушки заволновались, Зина вся задохнулась от возмущения:

- Да… да… как!

Положив ножницы, нитки и иголки в коробочку, Мишутка понес ее в ящик для инструментов.

- Стоять!!! – Зина взвизгнула со стульчика.

Игрушки загалдели, и некоторые приняли сторону капризной девицы. В их числе были клоун, кролик и обезьяна.

Мишутка подошел к ящику, положил коробочку на место, достал откуда-то надкусанную половинку яблока и старую газету. Усевшись поудобнее в игрушечное кресло-качалку, он развернул прессу и углубился в чтение.

Зина не собиралась униматься:

- Я хочу… Я требую, чтобы ты признал меня по праву лучшей игрушкой!

Мишутка посмотрел на Зину поверх газеты. Тут клоун что-то зашептал, и Зина поправилась:

- Я требую су-ве-ренитета!

- Чего?

Зина вопросительно взглянула на клоуна, тот утвердительно мигнул и она твердо повторила:

- Я требую суверенитета!!!

Мишутка отложил газету и тяжело вздохнул:

- Может иммунитета? Или на крайний случай нейтралитета?

Зина посмотрела на клоуна, требуя подсказки, но тот только округлил глаза. Она совсем запуталась, что ей надо, в глазах появились слезы, нижняя губа предвещала истерику.

Мишутка как джентельмен понимал, что в некоторых случаях с женщинами надо вести себя по-особому, но как? Он ровным счетом ничего об этом не знал, потому что вечерние фильмы никогда не смотрел – мама отправляла их с Серенькой спать как раз примерно на подобных разговорах. Поэтому он молча наблюдал, как Зина пытается сохранить гордый вид, и ему стало ее жаль. Он уткнулся опять в газету, чтобы шушукающаяся толпа игрушек не мешала ему думать. Через некоторое время газета откинулась и Мишутка снисходительно посмотрел на Зину:

- Может, сказку тебе рассказать?

Зина просияла:

- Ага!

Мишутка облегченно вздохнул:

- Ну так вот...

КУКЛЫ

Под самой крышей старинного кукольного театра была мастерская. Уличный фонарь светил прямо под окном, поэтому даже ночью здесь было светло. Повсюду в комнате валялись стружка и лоскутки ткани. Устав от тяжелого дня за большим дубовым столом спал старый мастер. Догорела свеча, часы пробили полночь.

- Апчхи, - послышалось откуда-то сверху. Это чихнула прехорошенькая куколка с золотистыми кудрявыми волосами. Ее смастерили совсем недавно, осталось только пришить к платью несколько бантиков и две рюши. Сейчас она висела на крючке в белых кружевных панталонах, но это обстоятельство ничуть ее не смущало, ведь она была просто прелесть!

- Будьте здоровы! – ответила кукла, висевшая на соседнем гвозде, и это был не кто иной, как принц. В золотой короне и бархатном камзоле он был неотразим. Сбоку на его поясе красовалась сабля, украшенная блестящим бисером, на сапогах позвякивали шпоры.

- Ах, здесь так пыльно! – продолжила разговор красавица и заморгала длинными ресницами.

- Потерпите немного, скоро премьера спектакля, и мы будем блистать в лучах славы! Как вы можете догадаться, я там буду принцем, а вы принцессой.

- Я?! Ах, ну конечно! С моей внешностью я буду самой красивой принцессой, женихи будут становиться в очередь, чтобы просить моей руки, а я буду всем отказывать, отказывать… - И кукла стала махать деревянными ручками влево и вправо.

- Да, нам повезло больше всех. Никто не знает, кого смастерят вон из тех заготовок, что в корзине. А та кукла, которая лежит на столе? Глаза ей еще не нарисовали, но зато каков нос! Вы только посмотрите на нос! Длинный, крючком, такие носы бывают только у старых колдунов или злых волшебников.

- Ой, я боюсь! Сейчас упаду в обморок от страха! - принцесса закрыла глаза ручками.

- Пусть только посмеет приблизиться, я сразу же отрублю ему голову! – и принц выхватил из ножен саблю, но больше он не мог ничего сделать, ведь он висел на гвоздике.

- Нет, нет, не беспокойтесь, я не буду приближаться, - ответила недоделанная кукла-старик с длинным носом.

- Посмотрите, посмотрите, вон его одежда! Фи, она обыкновенная, не шелковая и не бархатная, - и красавица заломила ручки.

- А в углу валяется пакля, это наверняка будет его борода, - фыркнул принц.

- Такой внешностью только детей пугать, - и красавица захохотала, представив эту картину.

О чем дальше говорили принц с принцессой, старик уже не слышал. Он думал о своей участи, неужели ему действительно предстоит быть злым волшебником? Если бы у куклы были нарисованы глаза, то из них потекли бы слезы.

Но вот первый луч солнца проник в комнату и куклы угомонились. Старый мастер проснулся, принялся за работу и кукле с крючковатым носом он приклеил белую бороду, нарисовал ласковые глаза и получился добрый сказочник. Дети очень полюбили его, и когда начиналось представление, разговаривали с ним из зала, сидя на своих скамеечках.

Принц в сказке был коварным, принцесса капризной и злой. Много горя принесли они другим персонажам. Самые смелые мальчишки приходили на спектакль, припрятав в карманах подгнившие помидоры. И наверное, вы все догадались, кому они были предназначены.

- Я так поняла, что ты на нас с Петрушкой намекаешь? - обиженно уточнила Зина. - А добрый сказочник это ты, верно?

- Какая разница, сиди и спокойно жди, когда тебя заберет хозяйка, вот и все, - ответил Мишутка заносчивой кукле, оглядел со своего кресла полки с игрушками и решил починить пластмассовую настольную лампу. Но тут его давняя подружка пушистая овечка принялась потихоньку что-то бубнить себе под нос.

- Чего-то ты грустная сегодня. Тебя новая кукла что ли расстроила? - Мишутка долго думал, прежде чем спросить, потому как знал, что когда его подружка в таком настроении, она могла занудствовать часами, если ее слушать.

Но они же были друзьями, часто сидели рядом, и после медвежонка овечка была одной из любимых мягких игрушек Серёньки. Поэтому он был готов пожертвовать своим праздничным настроением, если понадобится. В сущности у него ведь сегодня был день рождения, и медвежонок совсем не хотел, чтобы кто-нибудь из игрушек грустил.

- Да, - овечка как будто ждала этого вопроса. - Вот смотри, сколько про медведей сочинили прекрасного: «Уронили Мишку на пол, оторвали Мишке лапу», или целая книга про Винни-Пуха, или «Три медведя», «Машенька и медведь»…

- Да, да, Умка еще, Пыхтелкин… - подхватил Мишутка.

Нижняя губа у Овечки задрожала:

- Медведи есть не только в сказках, но и их полно и на картинках, и на конфетах, и по телевизору, и где только их нет.

- Да, это все мои родственники по папиной линии… Но что в том плохого?

- А я? – нижняя губа еще больше задрожала. - А про меня ты что-нибудь вспомнишь? Только мультик. И она жалобно запела:

«Мы бедные овечки,

Никто нас не пасет»

- А, да-да, это коты нарядились.

- Коты!? – глаза у овечки наполнились слезами, она затараторила быстрее и громче, - тогда к ряду еще вспомнить волка в овечьей шкуре из «Трех поросят», ну что, что ты можешь сказать?!

- Ну, я не знаю… - Мишутка закрыл глаза и попытался вспомнить еще что-нибудь.

- Ты не знаешь!!! Вот именно, ты не знаешь!

- Поговорки!

- Какие поговорки? – овечка округлила глаза от удивления и радости.

- Глухая овца позже пугается. Одна паршивая овца все стадо портит. Отсеки собаке хвост – не будет овца, - выпалил Мишутка.

- А-а-а! – Овечка зарыдала.

Мишутка не знал, как у него так получилось. Сказал, не подумав, и теперь надо было срочно исправлять ситуацию.

- Ну знаю, знаю я сказку про Овечку! Она там самая красивая, самая смелая и лучший друг!

- Что? Что это за сказка?

- Буду рассказывать, если прекратишь плакать.

Овечка шмыгнула носом. "Какая же она забавная" подумал медвежонок, важно прокашлялся и торжественно произнес:

- Сказка называется «Ванильная овечка»

- Это я?

- Ну конечно.

ВАНИЛЬНАЯ ОВЕЧКА

Медвежонок и Овечка каждое утро ходили друг к другу в гости. Они были закадычными друзьями и не представляли утра без традиционного чая с мятой, который любила Овечка, и медом, любимым лакомством Медвежонка.

Чаепития у них проходили в саду под липами, если они завтракали у Медвежонка, или под яблонями, если были в гостях у Овечки. Они сидели в креслах-качалках, болтали о всякой ерунде, играли в домино или в другие игры, отгадывали кроссворды, хохотали и любовались небом.

Как-то в одно утро друзья играли в шашки, и как обычно Медвежонок играл белыми и выигрывал. Овечка долго сопела, пыхтела и никак не могла что-то придумать.

- Смотри, смотри, какая ванильная овечка… - вдруг с восторгом прошептал Медвежонок. Он даже привстал с кресла и не заметил, что опрокинул блюдце с вареньем.

На голубом небе плыло сказочное облако, такое мягкое и сияющее! Медвежонок долго стоял молча, запрокинув голову. Он забыл про мамино замечание, что нельзя класть лапу в рот. И даже не слышал, что ему говорила подружка. Опомнился только тогда, когда Овечка стала дергать его за край рубашки.

- Да. Красивая. Но я ведь тоже овечка, даже настоящая, а это ведь гораздо лучше, – робко сказала наша Овечка и попыталась улыбнуться. – Разве нет?

Медвежонок перевел взгляд на приятельницу:

- Ну-у… Ты очень хорошая, - он подбирал слова, чтобы не обидеть. - Но ты же обыкновенная, а она такая… Такая… - Медвежонок опять забылся.

Овечка хотела что-то сказать, но поняла, что это бессмысленно.

С этого дня Медвежонок будто заболел мыслями о небесной овечке. Теперь каждое утро у друзей только и разговоров было о ней и только о ней. Как только наша Овечка пыталась заговорить о чем-нибудь другом, Медвежонок сначала растерянно смотрел на подружку, а потом углублялся в свои мысли.

Как-то утром Овечка шла в гости и еще издалека увидела, что Медвежонок взобрался на крышу и прилаживает к крыше лестницу. Как он ни старался, получалось хлипковато.

- Ты куда-то собрался? – спросила Овечка.

- В последнее время я заметил, что овечки ниже плывут, - ответил медвежонок, обернувшись к подружке. - Вдруг какая-нибудь задумается, отстанет от стада, а потом увидит мою лестницу, ей станет интересно. А тут я ей замашу лапами, она обрадуется и придет ко мне в гости.

- Здорово придумал!

- Ну, пойдем пить чай!

Шли дни, но по лестнице к медвежонку не спустилось ни одной овечки, и он совсем поник. Наша Овечка уже и не знала, как помочь другу.

И вот как-то утром она прибежала к Медвежонку:

- Там за деревней есть горы! – она запыхавшись, с восторгом сообщила другу.

- Угу.

- А если взобраться на такую высоту, то уж точно можно достать волшебную овечку, ну-у или пригласить ее в гости.

Глаза Медвежонка загорелись, он засуетился.

- Так, я побежал, а то вдруг они все уйдут…

- Нет уж, оставайся дома. Вдруг твоя овечка по лестнице спустится в гости, а тебя нет. Она же обидится…

Медвежонок растерялся:

- Да-а… И что же делать?

- Я пойду в горы и приведу тебе овечку!

- Хорошо, только не забудь веревочку, - Медвежонок бросился в дом.

- В гости на веревке не ходят, и с веревкой в руках не приглашают. Я думаю, она и без этого не откажется.

Наша Овечка отправилась в дорогу, широко шагая и напевая какую-то песню про путешественников.

А Медвежонок сел под яблоней и стал ждать. Он поочередно смотрел то на лестницу на крыше, то на дорогу из деревни. Он был так сосредоточен, что даже не заметил, как замерз. Дул сильный ветер, по небу поплыли серые тучи. «Серые тучи» - думал Медвежонок, - «А как же моя волшебная овечка, ей должно быть неуютно с этими темными страшилищами. Там так черно, а у нее такая нежная шерстка. Ну, ничего, скоро она придет ко мне в гости», - он все смотрел на дорогу, по которой ушла его подружка.

Шли дни, становилось все холоднее и холоднее, ветер сдул все листья с деревьев. С того дня, как ушла наша Овечка, на небе не показалось ни одного белого облака.

«Ну все правильно, ведь они сейчас спускаются с гор, а это неблизко», - думал Медвежонок.

Вскоре его позвала мама: «Все медвежата на зиму должны ложиться спать, и тебе пора».

Он долго лежал с открытыми глазами и не мог заснуть. Все представлял, что ранней весной откроет дверь, а в саду на креслах-качалках сидят его Овечка и та, волшебная, ванильная, с нежной шерсткой.

Медвежонок пытался заснуть, но сон не приходил. Мама уже давно спала, а он все представлял пушистых ванильных овечек, которые скоро придут к нему в гости.

«Что-то давно ее нет, должна бы уже прийти, до гор все-таки не так уж и далеко" – волновался медвежонок. -"Надо было дать ей в дорогу горшочек меда."

Медвежонок задремал, но ему все представлялась подружка. То на нее нападали волки, то она падала в яму, и медвежонок конечно же ее спасал. Промучившись всю ночь, он понял, что заснуть не сможет, надо идти и вернуть овечку. А может быть она в беде? От этой мысли медвежонок испугался, слез с кроватки и стал торопливо натягивать штаны и ботинки.

Выбежав на улицу, наткнулся на зайца:

- А мне сказали, что ты давно спишь! - присвистнул тот. – Пойдем поиграем – вон какой день ясный, последние солнечные денечки! Посмотри какая красота - все ждали снега, а пришло лето! Какое солнце, облака, остатки желтых листьев! Сочная морковь! Кочаны капусты…

- Ты не видел овечку? - медвежонок его не слушал.

Заяц отрицательно помотал головой.

Медвежонок махнул лапой и направился туда, куда ушла его подружка. Сначала он быстро шел, широко размахивая лапами, потом перешел на бег. Он спрашивал всех, кто встречался на пути, но овечку никто не видел. Набегавшись, он без сил прилег на бесцветную высохшую траву. Над головой было голубое небо с белыми облаками, но они больше не трогали его так, как раньше, у него было одно желание - вернуть подружку.

И тут его осенило: "Облака плывут в сторону луга, значит возможно, что она там их и дожидается!"

Медвежонок вскочил и помчался в сторону, куда направлялись облака. И тут он действительно увидел свою овечку! Она грустно щипала траву вместе с другими своими сородичами.

- Наконец-то я тебя нашел, я так рад! - медвежонок весело пихал ее, задирался и начал кружиться с ней по всей поляне. - Пойдем домой, у меня осталось замечательное малиновое варенье и мед! Чуть-чуть! А еще, когда придем я расскажу тебе, почему ты проиграла в прошлый раз в шашки.

Овечка внимательно посмотрела на друга и пошла к дороге. Медвежонок принялся громко рассказывать, как ему было тяжело без нее, и как он сильно переживал. Овечка удивленно слушала и молча шла за ним. Медвежонок был безмерно рад, что его подружка наконец-то нашлась, и теперь они опять будут играть в шашки и лото. И тут он заметил, что она все время молчит.

- А почему ты молчишь?

- Знаешь... Те ванильные овечки… В общем, у меня ничего не получилось…

Медвежонок смотрел на нее и совсем не слушал, потому что был очень рад.

- Эге-ге-ге! - к ним под ноги выкатился заяц. Он прыгал сначала на левой ноге, потом на правой, окинул взглядом друзей и покатился со смеху. Он хохотал так, что начал икать, потом закатывать глаза и стучать лапой по животу. Медвежонок потряс его:

- Да успокойся ты наконец! Что случилось?

А заяц только показывал лапкой на овечку и хохотал еще пуще. Когда приступ смеха у него закончился, он все-таки сказал:

- А где ты свою шерсть потеряла?

И только тут медвежонок понял, что было не так в его подружке – она была коротко стрижена.

Овечка опустила глаза:

- По осени всех молодых овечек стригут... И я... И я... Вот...

Она заплакала:

- Теперь я даже близко не похожа на тех, которых ты любишь! Ванильных! Пушистых! Таких красивых! С шелковой шерсткой! Каких ты хотел себе в друзья…

Медвежонок остановил ее:

- Не говори мне больше про тех. Пусть они живут сами по себе. А мы тоже будем сами по себе. Разве они мне нужны? Они совсем чужие, а у меня есть своя - такая красивая, добрая и… И вообще лучший друг!

Овечка радостно улыбнулась, и они побежали домой. Медвежонок косился на ее торчащие уши, веселые глазки-бусинки, слушал ее болтовню и твердо для себя решил, что больше никогда не будет выигрывать у нее в шашки.

- Ой, я так рада! - сказала Овечка Мишутке после паузы длиной в целую минуту. Она бы слушала и дальше, но сказка кончилась и Мишутка ждал отзывов.

Игрушки каждая по-своему выразили сказке свое одобрение, и даже капризуля Зина ничего плохого сказать не могла. После этого Медвежонок решил привлечь всех к делу.

- Так, нечего сидеть с кислыми лицами! Как-никак сегодня мой день рождения, скоро придет Серёнька, и я предлагаю встретить его веселой песней. Сделаем?

- Да! Да, конечно! Давайте репетировать! - поддержали его идею игрушки, и Мишутка стал раздавать каждому по строчке из стихотворения, которое тут же сам и сочинял. Но отрепетировать ничего не успели - Серёнька уже успел поужинать, и вошел в комнату как раз в тот момент, когда Мишутка сочинил только первый куплет.

- Как дела? - спросил он медвежонка. - А я думал, что ты тут без сил лежишь, хотел завести.

- Да-да, чуть хожу. - ответил Мишутка и повернулся к Серёньке спиной с ключиком. Пока тот заводил его, спросил:

- У тебя больше нет каких-нибудь дел? А то мы не успели отрепетировать песню к твоему приходу, хотели встретить.

- Нет, только спать, - покачал головой Серёнька. - И после вашего концерта с попугаем бабуля с мамой будут ругать, если опять запоешь.

- Им не понравился наш рэп? Жалко, я так старался! Ну хорошо, давай попробуем придумать что-нибудь вместе.

- Только негромко, ладно?

В этот миг за окном, а Серёньке и Мишутке показалось, будто само окно вдруг страшно заскрежетало, словно кто-то провел по железному подоконнику пилой с огромными зубьями.

Серёнька вздрогнул, а медвежонок даже подпрыгнул от страха:

- Что это?! - шепотом спросил он, не поворачиваясь к окну, а глядя на мальчика круглыми от испуга глазами-пуговицами.

- Не знаю. Может быть, гром?

- Так близко? А где же молния?..

Посидев несколько секунд, Серёнька взял медвежонка на руки, подошел к бабулиной скамеечке, и поднявшись на нее, выглянул в окно. Фонари освещали безлюдный тротуар, небо было темно-синим и чистым, и Серёнька ничего странного не заметил. А вот медвежонку показалось, будто толстая светло-серая свинка скрылась за стволом старой акации.

- Ну, может быть, это она и спрыгнула с верхнего балкона к нам на подоконник, а потом на землю, - предположил Серёнька, когда Мишутка сообщил ему о свинке.

- А почему с таким грохотом! И какая-то она была чудная, - задумчиво проговорил медвежонок. - Я не разглядел, но странная.

- Да ладно тебе выдумывать, фантазер, - успокоил Серёнька друга. - Во дворе нет свиней, тебе в темноте померещилось.

- Ну ладно, будем считать, что так, - кивнул Мишутка. - Давай вернемся к нашей песне!

- Давай! - Серёнька спрыгнул со скамейки и поставил медвежонка на пол.

Мишутка спел первую строчку готового куплета, а все остальное друзья сочинили уже вместе. При этом медвежонок очень умело выстукивал молоточками ритм на игрушечном ксилофоне.

- Когда ты успел научиться так стучать? - удивился Серёнька.

- Да я всегда умел! - ответил медвежонок. - Ну не разговаривай, продолжаем!

ПЕСЕНКА ПРО СЕРЁЖКУ

Я построил паровоз,

Восемь стульев, пять колес!

Посажу в него игрушки,

И поеду есть ватрушки!

Впереди мой верный Бобик,

Он смелее всех зверят,

У него в зеленке лобик,

Уши с хвостиком висят.

Во втором вагоне спит

Рыжий кот по кличке Тит.

Забияка, драный нос,

Блудня, злыдня и прохвост.

Я его прогнать пытался,

Когда строил паровоз,

Он царапался, кусался

И довел меня до слез.

За котом вагон особый –

Едут к мамам в зоопарк,

Слон, енот, жираф веселый,

Два цыпленка и гепард.

Мишка мой хотел остаться,

Я его уговорил,

Обещал две банки меда,

И в четвертый посадил.

Заяц Коська весь дрожит -

Безбилетный пассажир.

Вот доем свою конфету,

И раздам всем по билету

Ежик синий потерялся,

Самый мой любимый друг,

Я искал его, старался,

И нашел в тазу у клумб.

Подошла подружка Ленка,

Принесла свой детский сад:

Зину, пупсика, матрешку,

Обезьянку, поросят.

Я ее толкнул легонько:

Мол, девчонок не берем,

Сразу выпали игрушки,

Разразился рев и гром.

И сказал тогда я: «Стоп!

Скоро будет здесь потоп!

Собирай своих детей,

И поехали скорей».

Жаль, мой ослик не убрался,

Но я долго не грустил,

И его коту на шею

Вверх ногами взгромоздил.

Это все мои друзья,

А машинист конечно я!

- Ну, тут у нас опять концерты! - заглянула в комнату бабушка, чтобы проверить, все ли в детской в порядке.

- Нет-нет, бабуль, мы уже все спели и ложимся спать! - заверил ее Серёнька и подошел к постели.

- Да я не тороплю, просто хотела послушать, - миролюбиво ответила бабушка, подошла к медвежонку, наклонилась к нему и спросила:

- Эй, ты живой?.. А что он молчит? Не хочет со мной разговаривать, да?

- Не знаю, бабуль. Может, он просто боится?

- Да? Ну ладно, пусть лучше боится, чем хулиганит, - согласилась бабушка, пожелала внуку спокойной ночи и хотела отправиться к себе, но тут в комнату вошла мама с Леночкой:

- У нас гостья! Леночка пришла за своей куклой.

- А к нам на балкон только что прилетала птица с хоботом и разбила банки, - шепотом затараторила Леночка, едва они остались одни в комнате. - Папа с мамой никогда таких не видели! У нее на голове много-много-много рогов, она запуталась в сетке и каркала. Папа пытался снять сетку и не смог, так и выбросил!

Серёнька совсем не удивился и воскликнул:

- Ага! Теперь понятно, что за гром был за окном, - при этих словах он повернулся к игрушкам, и сказал им: «Это птица задела рогами подоконник! Ой... Мишутка, ты где?»

Леночка удивленно посмотрела на Серёньку, но спрашивать про медвежонка ничего не стала, а высказала предположение:

- Может быть, это была Царица Сказок?

- Вряд ли, - уверенно ответил Серёнька, насмешливо посмотрел на нее и протянул куклу, а сам принялся искать медвежонка:

- Фатима говорила, что Царица Чудес все может, - он заглянул под кровать, потом за шкаф. - Мишутка, ты тут? Здесь его нет... Поэтому она не стала бы путаться в сетке, каркать и колотить банки... Здесь его тоже нет... Мы завтра спросим Фатиму про эту птицу.

- Может, она просто на время превратилась... - Леночку очень обидело, что Серёньку больше волновало исчезновение его старой игрушки, чем сообщение о настоящей сказочной гостье, и она пожалела, что пришла.

- Я сама спрошу. Только не придумывай сказок про мою птицу, ладно? Я сама. Хорошо? - Леночка торопливо попрощалась и потянула домой маму, которая разговорилась с бабушкой Серёньки.

Едва дверь за Леночкой закрылась, Серёнька обратил внимание на мелкие кубики, из которых на ковре была сложена стрелка, указывающая в сторону окна, а рядом со стрелкой выложен человечек с круглыми ушами. Малыш сразу догадался, что это означала эта «записка» - медвежонок воспользовался приходом гостей и сбежал на улицу.

Через пару минут пожелать спокойной ночи пришла мама. Серёнька стал рассказывать ей про гром за окном и странную птицу, но так хотел спать, что глаза у него слипались, и мама остановила:

- Спи. Завтра расскажешь все остальное. А же где твой Мишутка?

- Он убежал гулять на улицу, пока приходила Лена. Ты не видела?

- Нет. Но будем надеяться, что он скоро вернется, спи, - удивилась мама, поправила одеяло, оторвала листок от календаря и вышла из комнаты.

ЭКЗАМЕН

Все это время в окно серёнькиной комнаты с улицы заглядывал Байкал и сообщал кошке, что там происходит.

Ворона отправилась подглядывать за Леночкой и ее папой двумя этажами выше, а попугай полетел на мытарства - так он называл свои встречи с хозяевами золотых предметов. Несмотря на то, что Кальян передал золото людям, он один мог гово-рить на человеческом языке, и потому ему и дальше предстояло выполнять роль переводчика.

Когда свет в серёнькиной комнате погас, Байкал подошел к старой акации, лег на траву неподалеку от кошки, и оба стали ждать возвращения вороны и попугая, чтобы обсудить прошедшие день и вечер. И главное - понять, как жить дальше.

Время для дружной команды теперь именно так и разделилось: день был удачным, вечер ужасным, а завтра - непонятным. Что же произошло?

Еще в тот час, когда попугай вместе с детьми и леночкиным папой находился у Фатимы, кошка, ворона и пес дружно искали монеты по квартирам, копилкам и карманам жильцов, и нашли сорок две. Потом встретились с попугаем, который принял монеты, радостно сообщил, что осталось найти только двадцать семь, и с удовольствием добавил, что передал ценности в человеческие руки.

День получился очень удачным, друзья понаблюдали за автогонками во дворе, а когда люди разошлись по домам, сели поразмышлять в палисаднике, как бы еще отпраздновать хорошие новости.

Но иногда самые большие несчастья происходят как раз в момент радостей - мимо обычной вечерней прогулкой шел Мечтун.

- А, узнаю лихую команду! - писклявым голосом воскликнул он, приглядываясь к животным. Ворона и Кальян сидели на яблоневых ветках, а кошка с Байкалом - внизу на траве. Попугай понял, что должен ответить за всех, но не был знаком со стариком, и потому замешкался.

- Скажи ему, чтобы двигал лыжи дальше, - подсказала ему ворона, думая, что старик не понимает языка животных. Однако Мечтун понимал и сам мог говорить на многих языках, и слова вороны показались ему очень обидными.

- Зачем же так грубо? - удивился он. - А я-то надеялся, что вы поблагодарите меня за помощь в розыске монет.

- Нам еще искать двадцать семь штук, а мы не были только в твоей квартире, - не растерялась ворона. - Поэтому благодарить пока рано, может они как раз у твоей попугаихи под капотом.

- Не слушайте ее, спасибо за помощь! - вмешался пес, и вильнул хвостом. - А где вы научились так разговаривать?

- В мои годы можно многому научиться, - улыбнулся старик, подошел к штакетнику и видимо был не против пообщаться, потому что с интересом оглядел каждого из команды.

- Мы что, в зоопарке?! - ворона свесила голову и в упор посмотрела на Мечтуна. - Чего ты нас разглядываешь?

- Не задирайся, - попросила ворону кошка, а сама прищурила глаза и обратилась к старику. - Я хотела извиниться, что без разрешения взяла ту вещь у вас из-под подушки. И хотя вам ее тоже не дарили, все равно простите.

- Не стоит, - миролюбиво ответил Мечтун. - Вы кошки от природы воровиты, так что не извиняйся. К тому же ты права, я тоже взял рог самовольно.

- Но как он у вас оказался? У Фатимы вы не появлялись, дама сердца Кальяна сказала, что не брала, а других помощников у вас нет. Как вы сумели?

- Ну, для этого совсем не обязательно куда-то ходить и лазить. Достаточно очень захотеть.

- Хм-м! Правда?! - усмехнулась ворона. - Так может, ты нам пивка сюда подгонишь? Или сыру? Отметим славное воскресение дворников!

- Ты лучше отметь свое собственное спасение, ворона. Пока другие воскрешали, ты валялась в траве, насколько я помню, - Мечтун еще не хотел сердиться, хотя колкости стали ему надоедать. Но скандалистка не отставала:

- А почему я там валялась?! А потому что ты смыздил рог из-за дивана! Тебя мне благодарить за спасение не нужно, а вот проверить, правду ли говоришь, интересно. Вот я бы с радостью сейчас поела, а ничего съедобного не появляется. Может поделишься опытом, фокусник?

- Почему бы и нет, - пожал плечом Мечтун. - Извольте, могу не только поделиться опытом, но и научить...

Кошка почувствовала неладное в словах старика, но исправить ситуацию не успела. Едва у нее в голове мелькнул вопрос, зачем ворона злит Мечтуна, и во что может вылиться их перепалка, старик оперся здоровой рукой о штакетник, наклонился к животным и дунул в их сторону - просто дунул! И закончил начатую фразу:

- ...вежливости и уважению к старшим! Теперь вы сами видите, что мне стоит только захотеть, и все исполняется.

Сказав это, он улыбнулся и пошел своей обычной дорогой. А в головах у бравой компании помутилось и закружилось, ворона с попугаем повалились с веток в траву и хлопали крыльями, пытаясь подняться. Байкал тряс головой, чтобы четче разглядеть кошку, а кошка смотрела на друзей круглыми от ужаса глазами.

Через некоторое время самочувствие животных нормализовалось, зато настроение пришло в полный упадок, потому что они поняли, как жестоко отомстил им Мечтун.

- Что ты натворила! - скулил пес в адрес вороны. - Кто тянул тебя за язык! И зачем вообще надо было задевать его! А-ай! Что с нами?!

- Жалею, что только задела, надо было сразу убить этого грифона! - горела гневом ворона и порывалась лететь вслед за Мечтуном, но падала и все никак не могла подняться. - Да что ж это со мной!..

- О-ох! А-ах! - стонал попугай, разглядывая товарищей. - О ужас, ужас!

- Мя-а-ауу!.. - только и могла взвыть кошка.

И действительно было от чего прийти в отчаяние, так как по воле старика все четверо изменились до неузнаваемости. Поскольку ни зеркала, ни луж поблизости не было, животные не могли видеть сами себя, и пытались описать друг друга словами, мимикой и жестами.

Разноцветный красавец попугай стал покенбаром, то есть наполовину кенгуру и частично барашком: на макушке у него выросли длинные уши, а вместо прекрасного хвоста, которым он всегда очень гордился, теперь сзади торчал пушистый заячий хвостик. От прежнего облика остались только черный клюв и голубые крылья в цвет короткой шерсти на туловище. Голова стала белой, а шерсть ниже пояса - ярко-красной. На животе у Кальяна появилась сумка. Но и это еще не все: прежде попугай имел очень ухоженные когти, и подолгу любовался маникюром, который ему делала хозяйка. Но теперь кроме крыльев у него оказалось целых четыре лапы, две из которых были короткие с коготками, а задние - длинные и с черными копытцами. В дополнение к копытцам и клюву по бокам головы у Кальяна выросли черные витые бараньи рожки.

- Мы стали химерами! - с ужасом выдохнула кошка, и трое товарищей вопросительно посмотрели на нее, будто надеялись, что когда она объяснит смысл этого слова, всем станет легче.

- Что ты сказала? - переспросил кошку Байкал.

- Химерами... Хи-ме-ра! Урод, в котором сразу несколько животных. И это так ужасно...

- Что? Ужасно? - в отчаянии пытался осмотреть себя Байкал, немецкая овчарка, превращенная в летающего собащера, потому что на спине у него выросли маленькие перепончатые крылья летучей мыши, а от самого кончика огромного тяжелого хвоста до головы шел острый гребень, и заканчивался широким плоским воротником вокруг шеи. Шерсть по всему телу стала крупной чешуей, мощные когтистые лапы с пальцами липучками оказались по бокам туловища, а из пасти торчали два огромных клыка, как у саблезубого тигра. В целом Байкал больше всех напоминал мистическое чудовище, потому что кошка с вороной и попугаем выглядели просто смешно.

Вместо гордо поднятого хвоста у кошки теперь висел ослиный хвостик с кисточкой, шерсть превратилась в толстую серую кожу со складками, и вся она стала похожа на маленького неуклюжего панцирного носорога. Кошачьи лапки с острыми когтями стали утиными ластами, на макушке торчал один короткий кривой рог, а острые зубы превратились в тупые и редкие.

Однако больше всех досталось вороне, и даже непонятно, с какой стороны начать описывать ее новый вид! Сильнее всего она напоминала теперь маленького индюка. Во всяком случае, один хвост у нее стал индюшиным, и она казалась абсолютно круглой, причем не толстой, а надутой - так по всему телу топорщились ее перья. Грозный клюв превратился в висящую узкую морду, зато на голове от уха до уха в ряд выросли пять острых прямых рогов. Когтистые лапки стали обезьяньими ногами и руками с ладошками и пальцами, и подстриженная трава теперь больно колола ее новую кожу на ступнях. Спереди у вороны моталась то ли борода в виде хвоста с кисточкой, то ли все-таки второй хвост.

Некоторое время все четверо смотрели друг на друга, пытаясь понять, что произошло. Наконец пес воскликнул:

- Он опять идет! Давайте просить прощения! - и повернулся к вороне - А ты не вздумай ему хамить, иначе сделает еще хуже! Молчи, если не можешь сдержаться!

Ворона ничего не ответила, покачала головой, и стараясь осторожно наступать на камешки и стриженную траву, поплелась за всеми. Ее товарищи тоже двигались кое-как, но Мечтун еще издали заметил, что животные направляются к нему, и быстрее засеменил навстречу.

- Что хорошего скажете, друзья мои? - спросил он так, будто ничего не случилось.

С рыданиями, плачем и воем все четверо кинулись старику в ноги, умоляя вернуть им прежний вид, и даже забияка-ворона просила абсолютно искренне.

- Но я не собирался ни наказывать, ни мстить! Поверьте, я сделал вам хороший подарок. Просто вы еще не испытали новых возможностей и не можете оценить его. Но уверяю вас, новые тела имеют только достоинства и начисто лишены недостатков. В вас исправлены многие ошибки природы. Очень скоро вы сможете убедиться в этом, и будете благодарить меня, вот увидите.

- Нет, нет, нет! - продолжали рыдать животные. - Требуй чего хочешь, но сделай нас такими, как прежде!

- Да что с вас взять! А у меня и так есть все, что нужно, - пожал плечами Мечтун. - Впрочем...

- Рог? - кошка проницательно посмотрела в глаза старику. - Вы наверняка наградили каждого из нас рогами, чтобы помнили, за что наказаны, верно? Если принесем рог, вернете?

- Ты очень наблюдательна, - засмеялся Мечтун. - Ну хорошо, уговорили. Однако времени у вас только до заката, то есть сегодня ночь, и завтра день. Если не принесете рога, останетесь такими на всю жизнь.

Хотя я искренне советовал бы вам не беспокоиться. Ведь ворона получила тот облик, какой представляла себе Царицу Чудес. Добавить к нему сумочку от Тучи, и перчатки с туфельками - будет самое то!

Попугай теперь может не трудиться носить портфель, потому что бумаги можно класть в сумку на животе. И прошло время, когда ты завидовал красивым перьям сородичей, Кальян. Теперь ты всегда будешь раскрашен под флаг страны, в которую прилетишь.

Байкал способен лазить где захочет, хоть по потолку. А ты вообще первая в мире кошка, которая умеет плавать даже под водой.

- Все мои предки обходились без воды, и я без нее жила, поэтому мы вернем вам рог, - ответила кошка.

Мечтун уже несколько раз собирался пойти дальше, но животные преграждали ему дорогу, поэтому теперь он повернул назад с шутливым пожеланием: «Будьте прекрасны, друзья мои, будьте прекрасны!». А четверо несчастных друзей вернулись в палисадник, чтобы не привлекать к себе внимания.

Но это им только казалось. На самом деле новость об их несчастье моментально облетела двор и уже вовсю обсуждалась в каждом гнезде, под каждым кустом и в каждой норке. Кто-то хихикал, кто-то сочувствовал, но так или иначе все побросали дела и спешили посмотреть на бедных уродов. Поэтому когда друзья вернулись в палисадник, там их ждало почти такое же скопление зрителей, как при подготовке встречи Царицы Чудес.

Чирикали воробьи, каркали вороны, голуби ходили кругами, коты и собаки круглыми от удивления глазами смотрели на Байкала с Дымкой, а мыши и крысы от ужаса застыли на задних лапках, одинаково сложив передние на груди. При этом все как один боялись заговорить с несчастными друзьями, и только наблюдали за ними.

Кроме того, на бордюре их ждал скорпион, кошка даже не сомневалась, что он тоже все видел и слышал.

- Интересно же вы распорядились чужим имуществом! - сказал скорпион. - А как вы поведете себя, если я скажу, что не согласен платить за ваши глупости, и вы не получите рога?

- Мы это знаем, - спокойно ответила за всех кошка. - Неужели ты считаешь меня настолько глупой, что я стала бы торговать рогом, зная, что ты постоянно крутишься вокруг нас!

- Зачем же обещала его? - с недоумением произнес скорпион.

Товарищи кошки посмотрели на нее с удивлением и надеждой. Они уже не раз убеждались, что у Дымки светлый ум, значит она и на этот раз имела какой-то план.

- Во-первых, - начала излагать его кошка, - я считаю несправедливым, что вы, владельцы золотых вещей, решаете свои проблемы за наш счет и без нашего согласия. Ответь-ка, мы вам что-нибудь должны? Или мы нанимались на работу? Почему вы повесили на нас свое золото, а сами и клешней не пошевелите, чтобы помочь?

До времени мы терпели, хотя было очень нелегко. Ворона и попугай вообще отдали жизни ради вашего барахла, а вы как-нибудь отблагодарили их? А почему я должна бесплатно бегать, прыгать и таскать рог у этого старика, если он твой? Но я полезла.

И теперь, когда мы пострадали из-за вас, ты называешь нас глупыми! Раз так, пусть мои товарищи поступают, как хотят, но я больше не за вас.

- И что? - спросил скорпион.

- А то, что я сейчас же отправлюсь к маленькому сказочнику вот в этом виде, и скажу ему, что если он согласится хранить золото, то Мечтун сделает с ним то же, что со мной. И это не будет обманом, ты сам понимаешь, что старику нужен рог, и хранить его очень опасно. Я лишь постараюсь, чтобы мальчик испугался помогать вам, и вернул безделушки, которые вы сможете засунуть себе, куда захотите.

Но это не все, что я сделаю, - перевела дух кошка и продолжила. - После этого я расскажу мальчику всю историю от начала до конца, а особенно про то, как вы запугали попугая. И попрошу, чтобы он передал мою жалобу Царице Чудес. Так что будь уверен, мы даже без твоего рога не останемся в таком виде на всю жизнь. Зато как Царица отнесется к твоим подаркам после моей жалобы, мы еще увидим.

- Милая моя дорогая, дай я тебя обниму! - до слез растрогалась ворона, и попугай с Байкалом тоже кинулись благодарить кошку. А скорпион ничего не ответил и исчез за бордюрой.

- Куда он делся? - удивился попугай, испуганно обернувшись к кошке. - Это хорошо или плохо, что он уполз?

- Хорошо. Скорпион понимает, что без нас они не справятся, и будет советоваться с осами, змеями, или кто там еще с ним. Не волнуйся, все будет нормально.

- А когда мы пойдем к сказочнику? - забеспокоился Байкал. - Он скоро ляжет спать, а с утра пойдет в детский сад, и нужно торопиться, если мы хотим поговорить с ним сегодня.

- Спешить ни к чему, - покачала рогатой головой кошка. - Мы должны подождать ответа от скорпиона.

Вскоре со стороны спортплощадки к попугаю подлетели три больших осы, сели на его бараньи рожки, и через секунду полетели обратно.

- Ну? - спросила кошка. - Что они сказали?

- Приглашают меня на разговор с владельцами золота, - с тревогой ответил попугай. - И наверное опять будут угрожать, чтобы я уговорил вас помогать им. Осы этого не сказали, но думаю, что так и будет.

- Не переживай, - ответила кошка. - Отправляйся к ним, но обязательно скажи, что мы втроем сидим под окнами сказочника. Если с тобой случится что-нибудь неприятное, или тебя просто долго не будет, то мы разбудим его и все расскажем. Лети, не бойся.

Попугай тяжело вздохнул, взмахнул крыльями и неуклюже полетел вслед за осами. А пес, кошка и ворона с огромной свитой изумленных дворовых животных отправились к старой акации.

Байкал подошел к окну Серёньки и оценил, насколько оно высоко от земли, потом задумчиво оглядел свои когтистые ладони на передних лапах, помахал маленькими крылышками и обернулся к кошке.

- Почему старик сказал, что я могу летать и лазить по потолкам? Мне кажется, не могу.

- Это потому что размышляешь и боишься. Я тоже сомневаюсь, что ты полетишь как птица. Но взлететь на возвышение сумеешь. А для того, чтобы лазить, надо просто ни о чем не думать. Поставь перед собой цель и иди к ней. Давай-ка.

Байкал отошел на несколько шагов от дома, набрал побольше воздуху, разбежался и попробовал с разбегу влезть по стене - не получилось, упал. Опять отошел, закрыл и снова открыл глаза.

- Вперед, вперед! - скомандовала ему ворона.

Собащер разбежался, зашлепал передними лапами о стену дома и неожиданно для всех, и в первую очередь для себя самого, поднялся на метр от земли.

- Только не гляди вниз, а то опять начнешь думать и испугаешься! - подсказала кошка. - Что там в комнате?

- Послушайте, как классно, надо же! - Байкал от радости не расслышал вопроса, стремительно поднялся до окон второго этажа, обогнул их и спустился к окну Серёньки:

- Вай, вай, вай, как мне это нравится! - только и повторял он.

- Может, уже передумал возвращаться в прежнюю шкуру? - недовольно спросила его ворона. - Тогда слезай оттуда, я сама буду следить за сказочником.

- Какая ты противная! Одной минуты порадоваться не даст... - обиженно проворчал Байкал и хотел сделать еще один круг по стене, но нечаянно задел огромным хвостом о подоконник. «Брр-дрромм-дрр!» - раздался громкий скрежет, Джида с Дымкой вздрогнули и кинулись прятаться за дерево. Байкал тоже испугался и замер в кривой позе над серёнькиным окном. Через пару минут он осторожно заглянул в окно и сообщил:

- Все нормально! Мальчик сидит на кровати и разговаривает с игрушечным медведем. Больше там никого нет и ничего не происходит...

- Но ты понял, что надо быть осторожнее, да? - спросила кошка.

- Я постараюсь.

- А чем тогда заняться мне? - спросила кошку Джида.

- С сегодняшнего дня у нас во дворе появилось целых три добрых сказочника...

- Ну да, - подтвердила ворона. - Как ни у кого. То нет-нет, то есть-есть...

- Мне не нравится, что Кальян передал золото человеку, которого ни он сам, и вообще никто не знает. Да и девчонка на сказочницу не похожа. Конечно, после разговора со скорпионом заботиться о золоте не нужно. Но мы в беде, и будет правильнее наблюдать за всеми. Сумеешь подняться туда? - кошка с сочувствием посмотрела на ворону, имея в виду ее потяжелевшее от рук и ног тело.

- Не знаю, еще не пыталась... - ворона взмахнула крыльями, взлетела, но стала подниматься действительно с очень большим трудом.

«Летающая толстая обезьяна с рогами, какой кошмар! А вот себя со стороны мне даже представить страшно!» - подумала кошка, глядя ей вслед.

Наверху ворона заглянула в несколько окон и с радостью обнаружила, что вся семья Леночки находилась в гостиной, поэтому наблюдать можно было не с узкого подоконника, а с балкона, что было гораздо удобнее.

Папа девочки сидел за компьютером, мама смотрела телевизор, а сама Леночка играла с куклами на ковре. Ворона села на перила, свесила ноги, и стала разглядывать комнату. Поскольку ничего интересного не происходило, она решила разобраться, почему папа девочки не смотрит кино, а уставился в отдельный экран, и что за картинки у него там мелькают.

Чтобы лучше видеть и слышать, вобезинда спрыгнула с перил и хотела подойти к открытой балконной двери, но забыла про свои рога и зацепилась за рыболовную сеть, вывешенную для просушки. Сеть соскользнула с веревки и накрыла шпионку. Пока неудачница пыталась высвободиться, опрокинулось и разбилось несколько стеклянных банок, и в итоге вся семья в ужасе выбежала на балкон.

- Мама, кто это?! - взвизгнула девочка, разглядывая странную рогатую птицу с руками и ногами из-за маминого халата.

- Понятия не имею, дорогая, - изумленно ответила мама, а мужу посоветовала. - Попробуй скинуть это с балкона.

- Сетку жалко, - ответил папа. - Лучше принеси швабру, я попытаюсь это высвободить.

Вооружившись шваброй и совком для мусора, папа старался стянуть сеть с несчастного животного, но Джида так исступленно барахталась и каркала, что мужчина в отчаянии загнал ее шваброй на совок, поднял и вышвырнул с балкона вместе с сетью.

- Ну вот, - с сожалением сказал он, подошел к перилам и попытался рассмотреть в темноте, куда упала сетка, но ничего не увидел. Мама стала собирать осколки разбитых банок, а Леночка с минуту постояла, вспоминая как выглядело неизвестное существо, прилетевшее к ним в гости, и ей вдруг очень захотелось похвастаться перед Серёнькой. «Пока он сказки придумывает, они ко мне сами приходят!» - гордо подумала Леночка, и попросила родителей отпустить ее в гости к Серёньке.

- Нет, уже вечер, и он наверняка спит, - возразила мама.

- Никто еще не спит! - упрямо ответила девочка. - И я забыла у него мою Зину, как теперь спать!

- Ну да, Зина - это серьезно. Пойдем за куклой, но только на пять минут, не больше.

Едва плюшевый медвежонок услышал слова Леночки о рогатой птице на балконе, он сразу понял, что и странная свинка ему тоже не померещилась. Мишутка решил немедленно выяснить, что происходит за окном, и не только из любопытства. Он чувствовал, что необычные животные являются лишь частью удивительных событий, разыгравшихся вокруг его хозяина. А поскольку он был любимой игрушкой Серёньки, то эти события его тоже касались.

Убегать без разрешения мальчика он боялся, но времени на разговоры не было, ведь если не выйти из дома, пока в гостях Леночка и ее мама, то дверь закроется до утра. Поэтому Мишутка сложил на ковре указательную стрелку из кубиков, изобразил рядом с ней себя, и где ползком, где на четвереньках, где-то боком пробрался через гостиную в коридор, а оттуда - в приоткрытую входную дверь...

Если бы под балконом Леночки не росла старая акация, ворона так бы и разбилась, но на ее счастье крона у дерева была густой и раскидистой, наша шпионка попала на ветки, сеть размоталась, и Джида свалилась с дерева на длинный чешуйчатый хвост Байкала, украшенный гребнем.

- Ай! - вскрикнула она от боли.

Вместе с изменившимся хвостом Байкал приобрел и новые качества, поэтому прежде чем он понял, что произошло, его хвост сам по себе смел ворону в сторону, а из пасти вырвался большой клубок огня.

«Ого!» - удивилась кошка, но сказать ничего не успела, потому что ворона отлетела, ударилась о ствол акации и воткнулась в кору дерева рогами. Достать до земли она не могла, только хлопала крыльями и вопила от боли и досады:

- Ай! Аяяй! Помогите мне, помогите, помогите!

- Ну не кричи так! Упрись руками в дерево и выдерни голову, - спокойно подсказала ей кошка, пока длинный Байкал поворачивался и подходил к акации. Ворона применила руки, высвободила голову и упала на траву.

- Все в порядке? - наклонился над ней Байкал.

- Со мной да, если не считать нескольких дырок в перьях от твоих иголок, - ворона поднялась с травы и отряхнулась. - Жесткая посадка, блин, у меня аж искры из глаз посыпались!

- Это не искры, и не из глаз, - сказала кошка. - Это наш Байкал огнем стреляет.

- Да? - удивилась ворона. - Можешь повторить?

- Нет, само получилось, - удивленно сказал Байкал. - И не понравилось, теперь во рту изжога. Наверху все хорошо?

Вороне очень не хотелось рассказывать, что произошло на балконе, и ей опять повезло, потому что из-за угла дома вдруг послышался то ли негромкий детский плач, то ли блеяние козлика, и все трое обернулись.

- Что там такое? - спросила Джида и посмотрела на кошку. - Это коты так поют?

- Нет, не они. Может, это Мечтун споткнулся в темноте и упал? - предположила в ответ кошка и первой пошла к углу дома.

- Тогда клянусь, я сейчас нарушу закон не бить лежачего! - воскликнула ворона и на четырех лапах по-обезьяньи обогнала Дымку.

За углом сидел и плакал Кальян. Маленькими ручками он прикрыл глаза и раскачивался из стороны в сторону от горя и печали.

- Привет, ушастик! В чем дело? - спросила его ворона, присаживаясь рядом. - Уж не укусил ли тебя скорпион?

Кальян отрицательно покачал головой и продолжал плакать.

- А в чем причина слез? - спросила кошка.

Вытирая кулачком глаза, покенбар стал рассказывать:

- Сначала я полетел во двор к Аббасу. Кроме скорпиона там были змеи, осы, медведки, и еще кто-то, не помню. После твоей речи они действительно меня не обижали. Но приказали завтра до полуночи вернуть все предметы и деньги. Кажется, они действительно решили передать их Царице Чудес без нашей помощи.

- Так это же хорошо, чего ты хлюпаешь? - воскликнула ворона. - Отдай им их богатство, и пусть живут, как хотят!

Кальян с укоризной посмотрел на ворону полными слез глазами:

- Но у нас не хватает монет. И если отдать им рог завтра, то Мечтун не возвратит нам прежнего вида. А как жить?

- Но с утра мы продолжим поиски, и может быть монеты найдутся, - вступил в разговор Байкал. - Хотя я вспоминаю, сколько мест мы сегодня обыскали, и представляю, как трудно будет найти последние. Тем более в таком виде.

- А нельзя не отдавать? - спросила ворона. - Придумать, как поумнее назвать пропажу, и списать их. Нет?

- Думаю нет, - покачал головой Кальян. - Они сильные, опасные и не согласны ждать. Нам просто конец... Во как жизнь повернулась! Мало того, что превратились в уродов, так еще и всем должны! Лучше бы сказочник не оживлял меня вчера, чем теперь опять погибнуть! - попугай горько заплакал.

- Сколько монет мы должны найти? Двадцать семь? - уточнила у Кальяна кошка. - А если завтра не тратить время на поиски, а попробовать найти другие деньги или заработать их, это не вариант?

- Ограбить банк? - с интересом спросила ворона.

- Ну, хотя бы и банк, - ответила кошка. - Хотя я где-то слышала, что прежде чем грабить, надо попробовать попросить милостыню на улице. Тогда может быть воровать и не придется.

- Что ты имеешь в виду? - спросил Байкал.

- Мы выглядим очень необычно. Не устроить ли какое-нибудь представление для людей? За деньги...

- А потом ограбить банк! - горестно закончил фразу Кальян. - Потому что даже новые золотые монеты в двести раз дороже цифр, которые на них написаны, а мы потеряли старинные, они еще дороже. Надо быть звездами, чтобы столько заработать концертом за один день.

- Ну, со звездами проблем нет! Я уже посмотрела на себя в стекле - вылитая баба-гага, вы тоже выглядите как монстры сцены, - уверенно сказала Джида и криво улыбнулась. - Так что полный зал мы соберем легко, надо только сделать афиши поярче. Но уж если грабить, то лучше ювелирный магазин, там меньше охраны.

Хотя лично я уверена, что отдавать ничего не надо! Наоборот, за то что мы всем помогали, а нас бросили, надо стащить у птенца их рог и отдать старику, а еще лучше - просто подраться со всеми. Дымка правильно сказала, что мы ни у кого ничего не брали, и никому не должны.

- А мне нравится мысль о концерте! - радостно воскликнул Байкал, и затопал всеми четырьмя лапами. - Я уже могу лазить по стенам, а если с утра потренируюсь, так еще и огнем научусь плеваться! Пам-парам-пам-пам!.. Джида будет кататься на велосипеде в золотом платье. Дымку сделаем русалкой, пусть лежит на шаре и шевелит ластами. Кальян станет вышагивать по сцене взад-вперед, цокать копытами и жонглировать бубликами. А я буду петь «Шизгаре! Ох, бэби шизгаре!» Плюс у нас же есть крылья, мы еще и в воздухе сможем что-нибудь вытворить!

- Ну, на твои крылья я бы не особенно полагалась, - проворчала ворона.

- Тогда я предлагаю все-таки разбудить сейчас сказочника и рассказать ему нашу беду, - ответил Байкал. - Он хоть и маленький, но обязательно что-нибудь придумает, раз к нему собирается прилететь сама Царица Чудес.

- Привет всем! - раздался от стены чей-то сухой скрипучий голос, и к друзьям быстрой походкой подошел игрушечный медвежонок. - Слышу моего приятеля попугая, но не могу поверить глазам. Это ты, или не ты?

Покенбар горестно закивал головой:

- Привет, Элвис! Да, это я. Гляди, как можно измениться в один день, если нарушить пословицу «Не в свои сани не садись».

- А что случилось? Познакомишь с друзьями? И мне послышалось, будто вы только что вспоминали о моем хозяине.

Вид у медвежонка был до того деловой и важный, что ворона сразу его невзлюбила. Она суетливо поднялась на ноги, вытянулась перед медвежонком по стойке смирно и наигранно спросила попугая:

- Этим опилкам кланяются или только честь отдать?

Трое друзей сразу накинулись на нее:

- Хватит, ты уже подвела нас сегодня! - сердито прорычал Байкал.

- Он же друг сказочника, чего ты кривляешься? - воскликнул и попугай, испугавшись, что медвежонок обидится и уйдет от них.

Кошка была очень медлительной, поэтому пока друзья говорили, она успела только приблизиться к вороне и наставить на нее свой единственный кривой рог, но ничего не сказала, потому что Джида подняла руки кверху, и тряхнула длинной мордой:

- Поняла, виновата, без мундира не узнала! Привет, адъютант!

Медвежонок нисколько не обиделся на прозвище, и спокойно ответил:

- Будем знакомы, я Михаил! - махнул лапкой кошке и Байкалу, затем переспросил тоном богатого спонсора:

- Так что за проблема?

- О-ой, ка-ак он это спросил! - ехидно умилилась ворона. - С меня сейчас все перья посып!.. - Байкал угрожающе поднял лапу, и она заткнула себе рот руками:

- Молчу, молчу! Прям вся вспотела от страха...

Выслушав всю историю и планы несчастных химер от начала и до конца, медвежонок подумал и ответил:

- У нас в шкафу со вчерашнего дня лежит пакет с вашими монетами. Их принес старик Мечтун, но днем Кальян исчез, и мой хозяин с бабушкой не успели их ему передать. Так что насчет денег не переживайте.

- Да ты что?! - удивились товарищи. - Вот так новости! Значит, концертов и грабежей можно не устраивать?

- Можно. А вот насчет рога и внешнего вида я без Серёньки порадовать вас ничем не могу. Но обещаю, что как только он проснется, все расскажу. И прежде чем куда-то двигаться, утром подождите меня под деревом, передам ответ от него.

- Ты так нас утешил, так утешил! - в восторге воскликнул покенбар.

- Теперь мне надо вернуться домой, потому что ушел без разрешения. Кальян, форточка в нашей комнате открыта, не забросишь меня туда?

- Я тоже могу тебя поднять, - предложил свои услуги благодарный Байкал.

- И я, - хохотнула Джида, но Кальян дернул ее за передний хвост.

- Нет, я сам, он легкий, - внушительно сказал он ей, и в минуту доставил медвежонка к открытой форточке детской комнаты. - А как ты на пол спустишься? Окно высоко, не расшибешься?

- Я мягкая игрушка. До завтра, и привет рогатой индейке! - со смехом ответил медвежонок и скрылся в темноте комнаты.

Кальян вернулся к друзьям, но нашел их невеселыми.

- Почему опять загрустили? Я ничего не пропустил?

- Нет, - ответил Байкал. - Просто сидим и думаем, где найти оставшиеся монеты, если у сказочника в шкафу их будет мало. Дымка говорит, что надо всегда надеяться на лучшее, но готовиться к худшему.

Кальяну нечего было возразить, поэтому он сел на прежнее место, и тоже задумался.

Некоторое время все четверо сидели молча и так усиленно размышляли, что совсем не удивились половинке кокосовой скорлупы, которая туда-сюда двигалась по траве. Все на нее смотрели, но никто не поинтересовался, что это такое, пока Байкал не спросил:

- А что это такое тут ползает? - и с интересом постучал когтем по скорлупке.

Скорлупка остановилась, и из-под нее высунулась мордочка маленького крысенка. Нюхая воздух и испуганно глядя на бывшую кошку, он пропищал:

- Здравствуйте! Возьмите меня к себе, я хочу к вам!

- Вот это да! - засмеялся Байкал. - Тебя мамаша давно по всем углам разыскивает, а ты ищешь приключений! Ступай домой.

Крысенок полностью выбрался из-под скорлупки, сложил передние лапки на груди и ответил:

- У меня нет мамаши, я совсем один. И хочу вам помогать, возьмите меня к себе!

- Ты сирота?

- Нет, я уже старый, мне два года. Просто такой вот маленький.

- Лилипут, что-ли? Разве у крыс бывают карлики?

- Бывают, бывают, - подтвердила кошка. - Мне пару раз попадались на вид свежие, а на вкус старые. Не бойся, малыш, не сьем.

- И как тебя зовут? - спросил крысенка Байкал.

- Юся.

- А что ты можешь делать?

Карлик ждал этого вопроса и потому ответил без запинки:

- Вы все большие, а я смогу пролезть там, где вы не сумеете. С сегодняшнего дня вы стали очень заметными, а меня никто не увидит. Я так старался во время репетиции парада, но кто из вас меня помнит? И сегодня целый день следил за вами и наблюдал, как вы ищете монеты, а ведь никто из вас меня не обнаружил.

- Правда? - удивилась ворона.

- Честное слово! Я могу рассказать весь ваш день, если хотите. Но вместо этого лучше примите подарок. И возьмите к себе.

- Подарок? - переспросил Кальян.

Крысенок кивнул:

- Я подкатил сюда целых четыре монеты, которые нашел вчера вместе с вами, а вы и не видите, вон там! - Юся указал лапкой на копытце покенбара, возле которого действительно столбиком лежали золотые монеты, и Кальян удивленно воскликнул:

- Вот это да! Не знаю, как мои товарищи, но я согласен!

Все одобрительно закивали головами «Ты принят!» Юся поклонился и сел между попугаем и вороной.

Джида оглядела компанию и сказала:

- Ну что ж, как говорят вороны, давайте посчитаем запасы. У нас есть некоторое количество монет, а может быть даже и все. Если их будет недостаточно, устроим концерт. Из нас Дымка самая большая умница, и я верю, что это хорошая мысль. Ну, а если не соберем денег на концерте, пойду сама грабить ювелирный магазин.

Еще попросим сказочника отдать нам рог. Если не захочет или не сможет, то подеремся со скорпионами и Мечтуном за списание долгов и возвращение прежних шкур. Жить в таком виде нам все равно никто не даст, так что хоть пошумим напоследок. Для меня умереть в бою будет достойнее, чем с мышеловкой на башке. Вот такое мое мнение.

Кальян поднял короткие ручки кверху, всем видом показывая, что готов подчиниться и принять предложение большинства.

- Я думаю, - сказал Байкал, - надо рассказать все не только мальчику, но и полицейскому. Он взрослый человек, хорошо нас знает, плюс у него работа подходящая - хранить справедливость и порядок.

Кошка покачала головой:

- Я тоже про него сейчас думала, но надо что-нибудь одно - или в полицию, или уж грабить банк... А где устроим цирк?

- На рынке, конечно, - уверенно ответил Байкал. - У меня там есть несколько знакомых, может даже помогут.

- Не думаю, что они узнают тебя в таком наряде, - засомневалась ворона.

- Но если выступать на рынке, - задумчиво сказала кошка, - то мне надо выходить туда уже сейчас, пока темно. Я в этой шкуре что-то никак педаль газа не найду... А Кальян пусть дождется медвежонка.

- Ой, я так устала! - простонала ворона, Байкал с Кальяном тоже стали просить кошку об отдыхе.

- Хорошо, тогда ложимся спать. Интересно, слышал ли нас скорпион? Мя-ау-у! Скорпион, ты тут?..

- Нет, сейчас его здесь точно не было, - уверенно ответил Кальян. - Они готовят какое-то дело, и я краем уха слышал, что золото им понадобилось как раз для этого.

- Дело?.. Что ж ты молчал-то, флаг с ушами?! - воскликнула ворона с досадой. - Вот правильно тебе старик бараньи рога надел! Может, нам и не надо устраивать концерта, а просто стащить у Фатимы сейф и предложить им золото в обмен на списание долгов? Ключи для этого не нужны, перепрячем его, вот и все. Пусть еще и с Мечтуном поторгуются за нас! Что скажете? А ты, малыш, - обратилась ворона к крысенку, - что ты думаешь о наших планах?

Крысенок поднялся на задние лапки, в передних он держал кусочек белого хлеба, щипал его, и крошки сыпались на траву.

- Привык подкармливать своих друзей-муравьев, не обращайте внимания, - виновато объяснил он. - Что думаю?.. Вряд ли мы сумеем спрятать сейф так, чтобы его не нашли осы. Значит придется расплачиваться или драться. Расплатиться нам пока нечем, а для драки нужны силы. Поэтому отдыхайте, а я попробую выяснить, что за событие они готовят. Мы ведь этого не знаем, правда? - спросил он Кальяна.

- Не знаем, - подтвердил покенбар. - Мне показалось, что речь идет о какой-то игре или скачках, но утверждать ничего не могу.

- Хорошо. Если не успею вернуться к рассвету, я сам вас найду, - пропищал крысенок и скрылся в темноте.

Друзья вернулись к старой акации.

- Эх, какая досада, что ты перестала лазить и не можешь летать! - сказала Джида кошке. - Наверху есть скворечник, лавки, гнезда - и все никем не занято.

- Так полезайте туда, а я лягу спать под куст, - грустно ответила Дымка.

- Нет-нет, не годится, - возразил Байкал. - В тяжелое время надо держаться вместе.

- Садись ко мне на спину, и я попробую поднять тебя туда, - предложила ворона, но распласталась на земле, едва только кошка наступила на нее одной ногой.

- Аяй! Полегче, полегче, ты чего какая тяжелая?! Ох нет, сойди, а то задохнусь!

- Да я еще и не садилась, - уныло сказала Дымка и сняла ногу со спины вороны.

- А если я? - предложил Кальян. - Лезь ко мне в сумку, а Джида меня подстрахует.

- Ты даже не представляешь, сколько в ней весу, - прохрипела ворона, поднимаясь с земли. - Вроде маленькая, а как чугунная гиря.

Кошка заглянула в сумку покенбару:

- Ты действительно думаешь, что она меня выдержит?

- Залезай, увидим, - с готовностью пригласил ее Кальян, и кошка сначала головой вперед, но в итоге задом втиснулась к нему в сумку. Покенбар взмахнул крыльями, да так и застыл без движения.

- Ну, лети, - подсказала ему ворона.

- Знаешь, я даже забыл, как это делается, - растерянно ответил ей Кальян. - Как обманчив твой вид, Дымка! Вроде маленькая, а весишь как крышка от канализационного люка!

Кошка молча стала вылезать из кальяновой сумки.

- Я предлагаю использовать последний вариант, - с сожалением глядя на дерево вступил в разговор Байкал. - И если ничего не получится, будем спать на земле. Джида, сможешь найти сетку и веревку?

- Считай, что уже нашла, - усмехнулась ворона и показала на свисавший с веток невод.- Вон та подойдет? А зачем тебе?

- О, отлично, отлично! Посадим Дымку в него и перекинем веревку через сук. Я буду тянуть, а вы с Кальяном поможете ей выйти наверху и не свалиться.

- Оставьте меня в покое, - попросила кошка. Мы потеряли кучу времени, и опять надо что-то искать и прилаживать. Не хочу ничего.

- А тебя никто не спрашивает, - упрямо ответил ей Байкал. - Мы всегда тебя слушаем, теперь нам подчинись.

- Хорошо, ладно, - безразлично кинула головой кошка, села и отвернулась.

Через пару минут ворона спустила сеть с веток, Кальян перелетел через толстый сук акации и вручил свободный конец веревки Байкалу. В отличие от друзей Кальян плохо видел в темноте и потому считал, что для подьема кошки потребуется специальная команда:

- Майна! Поднимай! - неожиданно гаркнул он через минуту, в то время как Байкал уже пятился и поднимал кошку.

- Чего? - от неожиданности он разжал челюсти, и Дымка глухо стукнулась об утоптанную под деревом землю.

- Развяжите, хватит, я ни о чем вас не просила!

- Поднимай! - повторил Кальян. - Я же тебе сказал майна!

- Майна это вниз, умник! - вмешалась ворона. - А вверх вира. Поднимай, Байкал, не слушай его, он спит!

Байкал опять уперся лапами в траву и стал тянуть, мысленно ругая перепутавшего команды попугая.

Когда измученная кошка все же была высвобождена из сети, она сразу оценила, насколько были правы Байкал с Джидой, приглашая всех на дерево. Здесь действительно было удобно не только отдыхать, но и жить.

Самыми большими предметами там были стол и домик, которые дедушка Серёньки смастерил для детей. Хотя все называли домик скворечником, вход в него был прямоугольным, а не круглым, и потому войти в него легко могли хоть кошка на утиных ногах, хоть попугай на копытцах. Кошка осмотрела помещение, но поселиться в нем отказалась:

- Как и дети ты ходишь на двух ногах, Кальян, поэтому тебе здесь будет удобнее, чем мне. Потолок защитит от сучьев сверху, а копыта не соскользнут с веток. Ты легко сможешь наблюдать за улицей через окна, а я едва достаю до них. Самое полезное для меня тут пол, но я и на скамейке буду удобно спать. - Кошка оставила покенбара осваиваться в скворечнике, а сама вышла наружу.

Джида уже устроилась в огромном гнезде, которое детвора смастерила для встречи аиста. Но аисты сюда не прилетали, а для других птиц оно было большим и неудобным, поэтому пустовало. Вороне же с ее рогами, ногами и хвостами оно подходило как нельзя лучше, и она была очень довольна.

У Байкала было два варианта для ночлега - стол и широкая ветка, на которых он мог разлечься во всю свою длину.

- Располагайся на столе, тут вон как свободно, - предложил он кошке.

- Нет. Я хоть внешне и изменилась, но по-прежнему люблю уют и покой. На столе же ветер гуляет как на площади. А ты совсем недавно стал ящером, чтобы спокойно спать на ветках. Приснится какой-нибудь собачий сон, и свалишься. Я лучше устроюсь вон на той скамье со спинкой - она в стороне, под навесом, еще и широкая. Отдыхай.

Байкала не нужно было просить дважды, он рухнул на столешницу и тут же захрапел.

Едва небо стало светлеть, на дереве раздался мелодичный звон колокольчика - Кальян нашел его привязанным у входа в домик и решил использовать как будильник.

- Что, что это такое, что? - всполошилась в гнезде ворона, Байкал поднял сонную голову, а кошка села на скамье.

- Подъем, друзья мои, и будьте прекрасны! - талантливо подражая голосу Мечтуна, поздоровался со всеми Кальян. - Пора подумать о нашем втором совместном концерте. А для него нужна общая идея. Какие будут предложения?

- У меня предложение спуститься вниз и подождать новостей от карлика и медвежонка. Про медведя не знаю, но крысенок вряд ли сможет так высоко забраться, - зевая сказал Байкал.

- Ошибаешься, - раздался сверху голос Юси, и в ту же секунду он сам, потягиваясь после сна, показался в круглом отверстии маленького скворечника над одной из лавок. - Мы крысы хорошо лазим по деревьям, а вот на лапах у Михаила я когтей не заметил. Придется встретить его внизу и поднять сюда.

- Зачем? - не поняла ворона. - Нам же все равно спускаться.

- Ни в коем случае! - горячо возразил крысенок, и было видно, что он очень взволнован. - Даже здесь мы должны говорить очень тихо, а уж внизу тем более ничего нельзя обсуждать. Только условными знаками, потому что все могут услышать скорпионы.

- Ты что-то узнал? - спросила кошка.

- Да. И хотя новости не радостные, я прошу не отчаиваться и помнить, что вскоре нам предстоит приятная встреча с медвежонком или даже с его хозяином.

- Рассказывай, - в один голос попросили Байкал и Джида.

- Давайте сядем на столе. И пока вы будете слушать, наблюдайте, нет ли поблизости шпионов.

Вся команда немедленно собралась в круг.

- Мы слушаем, говори.

Карлик чуть слышно стал рассказывать:

- Оказывается, много лет назад именно скорпионы со змеями устроили так, что маленькая Фатима ослепла.

- Да ты что?!

- Да! Настоящие сказочники для них опасны, потому что не просто сочиняют небылицы, но все, что они придумывают, становится былью. И если сказочник добрый, то он враг для всякого зла.

Если бы Фатима осталась зрячей, она рано или поздно придумала бы сказку, из-за которой главная кобра Гарена лишилась бы своего золота и власти. А слепая Фатима сказок не сочиняет, сидит и тихонько вяжет носки - какая красота!

- У них есть главная кобра? - переспросил Байкал.

- О, да, да есть! - подтвердил Кальян слова крысенка и схватился за голову маленькими ручками. - Много лет назад ее привез из Африки какой-то турист-натуралист, но она от него сбежала и поселилась под деревом в парке Аббаса. Все насекомые ее боятся и называют королевой. Но ты продолжай, малыш...

Крысенок огляделся и напомнил:

- Только не забывайте следить за обстановкой... Так вот, когда прошел слух, что девушка нашла себе замену, скорпионы воспользовались случаем и принесли вам золото. Но совсем не для того, чтобы подарить его Царице Чудес, а чтобы навредить мальчику, которого Фатима выбрала вместо себя!

- Как навредить?!

- Я не знаю, что они хотят сделать, но щадить они его точно не будут, потому что в свои пять лет этот мальчик сильнее взрослой Фатимы. Например, Фатима не видела Царицу Чудес, а он видел.

Фатима никогда никого не оживляла, а он в один день успел оживить не только Джиду и Кальяна, но даже и осиную царицу! Хи-хи-хи! Представляете! Осиная царица была главной помощницей королевы-кобры, а со вчерашнего дня жизнью обязана служить мальчику.

- Какие нехорошие вещи ты рассказываешь, Юся! - удивился Байкал.

- Сравните сами: для того, чтобы обессилить Фатиму, змеи потратились всего двумя осами-террористками, которые разбили настольную лампу, чтобы осколки попали девочке в глаза. А сейчас они выложили целые сумки с золотом, драгоценностями, волшебным рогом и древней короной! Откуда такая щедрость, и почему такая разница?

Да потому что Фатима была одна, а у мальчика нашлись очень талантливые помощники. Улавливаете, о ком я говорю? Вы так удивили врагов масштабами той репетиции, что они сильно испугались, и решили действовать крупно и наверняка.

Вчерашнее ваше превращение - только начало. И главное - они еще не трогали мальчика. Поэтому мы сильно ошибаемся, если думаем, что откупимся деньгами. Не откупимся! Змеи и скорпионы будут стараться полностью обезвредить вас, и не успокоятся, пока вы будете вместе...

- Что же нам делать?! - воскликнула ворона.

-Тише, тише! - испуганно пропищал крысенок. - Сейчас для нас самое главное - побыстрее встретиться с мальчиком и все ему рассказать.

- Не думаю, что это хорошая мысль, - покачала головой кошка.

- Как?! Ты же сама предлагала к нему пойти, - удивился попугай.

- Предлагала. А теперь я уверена, что он испугается и побежит искать защиты у мамы. Он просто очень маленький, и поступит как все дети.

Некоторое время все обдумывали рассказ крысенка и слова кошки. Молчание нарушил Байкал:

- А вон и наши спасители!

Действительно, из-за угла дома вышел мальчик с медвежонком на руках и растерянно огляделся, будто кого-то разыскивая.

- Мы здесь! Мы здесь! - лапами замахали ему с дерева Дымка и Байкал, а Кальян с Джидой полетели вниз и приземлились на траве перед сказочником.

В первый же момент они поняли, что кошка была права. Серёнька круглыми от удивления глазами рассматривал диковинных животных и не мог произнести ни слова. Кальян пытался что-то говорить, кланялся, приглашая мальчика подняться на дерево, ему помогал медвежонок, но Серёнька молча разглядывал покенбара и вобезинду, все больше и больше удивляясь. Наконец Мишутка махнул Кальяну лапой:

- Давайте я сам с ним поговорю, а вы подождите на дереве.

Когда Кальян с Джидой улетели, он дернул мальчика за короткий рукав рубашки:

- Ты еще спишь, или уже в обмороке? Может лучше вернуться домой?

Серёнька закрыл рот и тряхнул головой:

- Чего?..

- Ну наконец-то! - радостно воскликнул медвежонок. - Если все в порядке, то давай поднимемся на дерево, где ты увидишь еще два удивительных существа. Заранее предупреждаю, что одно из них - большая страшная ящерица.

Серёнька подошел к акации и с опаской глянул вверх. Медвежонок решил на всякий случай напомнить:

- Ты хорошо знаешь попугая и ворону. Кошку и овчарку тоже видел. Теперь они попали в беду и очень надеются на твою помощь. Поэтому кусать нас они не будут, не бойся.

Серёнька ничего не ответил, покрепче прижал к себе Мишутку левой рукой и стал подниматься на дерево.

За это время животные тоже посовещались и решили ни за что не пугать мальчика рассказом о страшных планах скорпионов, а ограничиться только просьбой о роге и монетах.

- Побольше добрых жестов и веселых улыбок! - инструктировала друзей кошка. - Мы обязательно должны произвести на сказочника хорошее впечатление, потому что его помощь важнее, чем концерт на рынке.

- Как мне встать? Или лучше сесть? - деловито спросила кошку ворона, встала на колени, расправила крылья и скрестила на груди свои обезьяньи руки. - Вот так красиво?

- Перебор. Лучше просто сядь на лавку. И главное, молчи, - посоветовала ей кошка.

Кальян встал в позу оперного певца со сложенными на животе ручками и скрещенными копытцами.

- А мне как? - спросил Байкал и сел, окружив себя огромным чешуйчатым хвостом.

- Только не обижайся, - ответила кошка, - но твой хвост живет сам по себе, и я очень боюсь, что ты сметешь котенка с дерева. Лучше залезь в домик, и выглядывай оттуда. А воротник не складывается?

- Если и складывается, то я еще не умею... - ответил Байкал, недовольно забираясь в домик.

- Вот теперь ты смотришься как картина в раме! - хихикнула ворона. - И этот испанский воротник! Хо-хо...

Сама кошка села на краю стола в своей обычной позе, склонив голову.

- Ты хоть крысенка на лапу посади, что ли, - подсказала ей ворона. - Не так сильно будешь похожа на свинью.

- Что? - хотела рассердиться кошка, но маленький Юся не стал дожидаться приглашения, уселся на ее утиную лапу и протянул кусочек сухого хлеба:

- Не сердись, она ведь не со зла так сказала, вы все пострадали. Съешь сухарик!

Кошка захрумкала сухарем, и все вспомнили, что давно не ели.

Но едва мальчик поднялся, животные забыли о голоде и приветствовали его радостными возгласами. Кальян поднял ручки кверху и произнес приветственную речь:

- Желаем доброго утра дорогому Серррёже! Не удивляйся и не ужасайся нашему уррродству, потому что это всего лишь колдовство старррика Мечтуна. В сердце мы по-прежнему остались твоими пррреданными друзьями и поклонниками. И верим, что ты поможешь нам стать такими, как прежде...

- Прекрррасными, - закончила ворона, и испуганно заткнула себе рот руками, заметив что кошка поворачивается к ней.

Мальчик посадил медвежонка на стол, уселся на ближайшей скамеечке и огляделся:

- Здравствуйте! Скоро проснутся мама с бабушкой, а нас нет... Накажут.

Медвежонок перебрался на стул из сучьев с большой подушкой, и сказал животным на их языке:

- Сказочник говорит, что надо торопиться, потому что мы самовольно ушли из дома... Итак, я передал ему все, что вы сказали, и мы принесли монеты, - при этих словах медвежонка Серёнька вынул из кармана бумажный пакет с золотом и протянул его покенбару.

- Не понял! - воскликнул Мишутка, и все остальные тоже удивленно посмотрели на мальчика. - Ты знаешь этот язык?!

- Не знаю, - пожал плечами малыш. - Но что ты сказал, я понял.

- Круто! Во всяком случае нам с Кальяном только легче от этого... - сказал медвежонок и продолжил. - Мы хотели принести и рог. Но когда шли сюда, увидели двух скорпионов и решили оставить его дома, чтобы не злить их. Если за ночь ничего не изменилось, и новостей не было, мы передадим вам его через форточку.

- Изменилось, - прервала медвежонка кошка. - Наш новый друг по имени Юся ночью был во дворе у Аббаса.

- Ты же не хотела об этом говорить, - напомнил кошке Байкал.

- Я передумала. Уж лучше пусть сказочник узнает все от нас, чем от скорпионов, - ответила ему кошка.

- Что такое? О чем ты? - спросил медвежонок.

- Нас превратили в уродов за то, что мы помогли мальчику устроить встречу Царицы Чудес. Скорпионы и змеи не хотят, чтобы она приходила, и ему угрожает опасность. Мы не знаем, что они собираются сделать, но только много лет назад Фатима стала слепой не по своей воле.

- Что?! - удивился медвежонок.

- Да. Скорпионы не любят добрых сказочников.

- А как мы можем помешать? - спросил медвежонок.

- Мы не знаем. Наверное надо в первую очередь вернуть им золото, а потом сделать что-то такое, отчего колдовство Мечтуна перестанет действовать, а скорпионы со змеями убегут отсюда подальше.

Медвежонок растерянно посмотрел на Серёньку и развел лапы в стороны:

- Что это может быть?

- Позвольте сказать, - вступил в разговор Юся. - Мне кажется, разгадка должна быть простой. Старик заколдовал животных, и это очень похоже на сказку. Серёжа придумывает сказки, которые могут сбыться. Ничего не улавливаете?

- Говори прямо, я не сильна в дедукции, - попросила ворона крысенка.

- Я просто размышляю, - виновато ответил ей карлик. - Может быть, Серёже надо придумать сказку про колдовство, которое разрушилось? И оно в самом деле исчезнет.

- А что вы сами хотели сделать? - Серёнька посмотрел на попугая, который закончил пересчитывать монеты и закрывал пакет.

- Мы не знали, что у тебя есть золото, поэтому хотели устроить платный концерт на рынке, - ответил ему Кальян. - Но теперь он не понадобится, у нас не хватает только одной. А поскольку жалованье хранителя как раз составляет одну золотую монету в день, то можно считать, что мы никому ничего не должны. Остается позаботиться о нашем внешнем виде. Спаси нас, дорррогой Сказочник!

Ворона, Байкал и кошка в один голос поддержали его словами «Помоги, помоги нам!»

- Но как? - растерялся мальчик.

- Для начала сочини сказку, - опять подал голосок карлик Юся. В лапках он теребил кусочек серого хлеба и крошки сыпались на стол.

- Ты специально крошишь его, или просто не хочешь есть? - спросил его Серёнька.

- Извини, привык делиться с муравьями.

- Но здесь их нет, и звать их сюда совсем незачем! - вмешалась ворона, поднялась со своей лавки и смахнула крылом крошки со стола. - Не забывай, что мы в гостях.

- Не буду больше, - виновато пролепетал крысенок, отдавая хлеб Дымке.

Все это время Серёнька внимательно смотрел на крошки и даже проводил взглядом, когда ворона смела их со стола, и они полетели с дерева.

- О чем задумался? - спросил его медвежонок.

Серёнька улыбнулся:

- Если хотите, могу рассказать сказку про муравья. Только в ней колдуна нет.

- Хотим, все равно хотим! - воскликнули животные, а попугай пафосно добавил: - От нее зависит наша жизнь!

- Ну, тогда слушайте.

МУРАВЕЙ И СЛОН

Где-то в далекой Африке жили большие черные муравьи, многочисленные и воинственные разбойники. Целыми днями они были заняты пополнением запасов и укреплением своего огромного дома, куда тащили все съедобное, что только могли найти.

А питались муравьи не только хлебными крошками, но бесстрашно нападали на насекомых, загоняли гусениц, воровали их личинки, дрались с пауками и жуками, которые вторгались на их территорию.

Часто муравьям надоедала спокойная жизнь и они сами совершали набеги на соседей, приводя пленных. Особенно им нравилось нападать на ульи трудолюбивых пчел и воровать не только сладкий мед, но и личинок.

Но, как говорится, в семье не без урода, и однажды в этой армии разбойников родился муравей, которому с детства было жаль тех, кого муравьи обижали.

Пока был маленьким, муравей навещал пленников и старался поговорить с ними, чем-нибудь угостить их, а иногда и развязать.

Когда подрос, стал придумывать причины и поводы, чтобы не принимать участия в разбойных набегах, старался быть пастухом, строителем и не отказывался даже от самой тяжелой работы, лишь бы не грабить.

Однажды армия воинов притащила из такого набега совсем юную маленькую осу. Она запуталась в паутине, и муравьи отобрали ее у паука.

Осу бросили в одну из тюремных камер, а охранять ее назначили того самого муравья.

- Что же теперь со мной будет?! - рыдала она. - Я такая молодая и еще не жила. Неужели я погибну!

- Скорее всего, из тебя сделают пирог для нашей королевы, а крылья вставят в ее вентилятор, - грустно разглядывая пленницу, подтвердил муравей.

- О нет! - прорыдала оса и лишилась чувств. Через несколько минут она пришла в себя и продолжила плакать.

Муравью было очень жаль осичку.

- Иди за мной, - решительно приказал он ей. - Я выведу тебя отсюда, и постарайся улететь подальше от этих мест.

Оса с большим трудом двигалась вслед за муравьем по длинным и узким тоннелям, но наконец впереди забрезжил слабый свет.

- Лети, - шепнул муравей, и изо всех сил вытолкнул ее на воздух.

- Спасибо! Я никогда этого не забуду! - услышал он в ответ, и юная красавица улетела.

Муравью было приятно чувствовать себя спасителем, но он понимал, что радость будет недолгой. Действительно, пока он вел осу к выходу, ее хватились муравьи-повара. Что тут поднялось! Избитого, искусанного и чуть живого спасителя выбросили из муравейника умирать.

Придя в себя, бедный муравей огляделся и пополз куда глаза глядят, подальше от дома. Избитый и измученный, он быстро устал, но вскоре увидел слона. «Ага, - обрадовался муравей. - Вот он-то и увезет меня отсюда!»

Пока гигант своим хоботом срывал ветки с дерева, муравей стал подниматься по его ноге. Тут к нему подлетела знакомая оса:

- Я очень благодарна тебе, и видела, как ты пострадал за меня! - звонко прогудела она. - Не отчаивайся! Мне нравится твой план, и сейчас мы всей семьей поможем тебе отомстить обидчикам!

- Какой план? - удивился муравей. - Нет у меня никакого плана!

Но осичка его не услышала, потому что сразу улетела. И прежде, чем муравей успел подняться повыше и спрятаться в складке кожи, несколько десятков ос налетели на слона и укусили его в самые чувствительные места.

-Эй, эй! - кричал муравей осам как можно громче. - Зачем вы это делаете, он же рассердится! А-а-а!..

Кричать было поздно - слон замотал головой, затопал ногами и стал крутиться на месте так, что земля вокруг дрожала. Бедный муравей в ужасе закрыл глаза лапками и приготовился к смерти, потому что перед ним со страшной быстротой стали мелькать небо, земля, деревья и все вокруг ходило ходуном. Не прошло и нескольких минут, как от места, где гордо возвышался муравейник, осталась только глубокая яма в земле - след от слоновьей лапы.

Поскольку осы недолго кусали слона и улетели, он вскоре успокоился и продолжил объедать деревья. Муравей оглядел сверху истоптанную землю и присвистнул от удивления:

- Ого! Все получилось по-другому, но тоже хорошо!

Он спустился на землю и пошел искать себе новое место для жизни.

- Я слушала первую сказку в жизни, - кокетливо сказала ворона, подперев руками длинную мягкую морду. - Это как первая любовь - незабываемо!

- И мне понравилось! И мне! - вслед за вороной подтвердили Байкал с Кальяном.

- Хорошая сказка, - похвалил Серёньку и Мишутка, но удивленно спросил: - Ты предлагаешь натравить старика на кобру?

- Нет, - пожал плечами и отрицательно мотнул головой Серёнька. - Что было, то и рассказал.

- Постойте, постойте, - вступил в разговор Байкал. - А ведь сказочник прав. Разве Мечтун заодно со скорпионами? Тогда почему он украл их рог?

- Потому что дружба дружбой, а запасы врозь, - многозначительно вставила ворона.

- Но почему же осы защищали Серёжу, и старик убил их вместе с царицей? Значит, они не друзья.

- Мечтун живет сам по себе, и ему вообще никто не нужен, - подал голос карлик Юся. - Ему нравится быть незаметным, ходить в пижаме на прогулку. У него все есть, зачем ему с кем-то дружить.

- Тогда я придумал! - воскликнул Байкал, и все вопросительно посмотрели на него. - Вчера мы собирались дать концерт на рынке, чтобы заработать денег. Замечательно, что монеты нашлись, но давайте все-таки этот концерт устроим.

- Послушай, собащер, - рассердилась ворона, но кошка остановила ее и кивнула Байкалу:

- Продолжай.

- На концерте же постараемся так разрекламировать колдовство старика, чтобы он стал звездой и его покой закончился. Расскажем про то, как он оживил дворников и Кальяна с Джидой, еще что-нибудь наплетем. А пока мы выступаем, Кальян пусть летит в газеты и попробует уговорить журналистов написать про него. Мечтун рассердится, как слон в сказке, и от кобры со скорпионами не останется мокрого места!

- Какое нам дело до кобры, - сердито проворчала ворона. - Нам всего-то нужно вернуться в прежний вид.

- Да, но если старик прогонит скорпионов, рог-то останется у нас! - поддержал Байкала Кальян, нежно прижимая к грудке пакет с золотыми монетами. - Мы сможем отдать его, и колдовство снимется!

- Друзья, мне очень нравится эта мысль, - подняла голову кошка. - Не представляю, что сама могу сделать, но нам не следует терять времени. Ты разрешишь нам попробовать, дорогой сказочник?

Серёнька энергично кивнул.

- Тогда возвращайся домой, а мы приступим к делу, - кошка склонила перед мальчиком голову. - Мы очень благодарны тебе!

- Вам тоже хорошего дня! - мальчик взял медвежонка и спустился. Стоя под деревом, он глянул на окно своей комнаты, и подумал: «Бабушка наверное уже на кухне. Как жалко, что нет второй двери».

- Действительно, - вслух подтвердил медвежонок.

- Разве ты умеешь читать мысли?

- Нет. Просто подумал, как жалко, что в твою комнату нет второй двери.

- Но ведь это я подумал.

- Значит, мы просто думаем одинаково. Пойдем скорее, а то еще и мама проснется, тогда нам точно несдобровать.

- Что ж, раз сказочник одобрил наш план, давайте спустим Дымку с дерева и начнем готовиться, - тем временем говорил Кальян друзьям. - Концертом займешься ты, Байкал. Ты быстрый и сильный, можешь залезть куда угодно, поэтому ищи все, что может пригодиться, желательно яркое, броское и запоминающееся.

- А мне что делать? - спросила ворона.

- Будешь нашим костюмером. Слетай на птичий двор и потолкуй с индюшками о костюмах. Вспомни, какую они в прошлый раз собрали гримерку, весь двор можно было одеть и раскрасить! Вот и теперь пусть постараются. Я полечу к журналистам. Через два часа встретимся здесь, и пойдем к рынку.

- А я? - спросила кошка Кальяна, усаживаясь в сетку для спуска с дерева.

- Ты можешь идти туда прямо сейчас. - Покенбар секунду подумал, и обратился ко всем. - Постойте-ка! Через два часа нам уже нечего будет делать во дворе, поэтому встретимся у Большого фонтана по дороге к рынку. За это время Дымка как раз успеет до него добраться.

- А чем заняться мне? - спросил карлик Юся.

- После кошки ты у нас самый большой умница, малыш, - ответил крысенышу попугай. - Поэтому пока мы рекламируем Мечтуна, постарайся придумать, как направить его гнев на скорпионов и кобру. Договорились? Тогда вперед!

- Какая трудная задача! - крысеныш почесал затылок лапкой.

- Хорошо, - запоздало кивнула кошка, выбираясь на земле из сетки и провожая грустным взглядом друзей. Когда Кальян, Джида и Байкал скрылись за углом дома, она села и тяжело вздохнула, глядя на свои утиные ласты.

- Я хотела сказать, что ты очень хорошо обо мне думаешь, Кальян, если считаешь, что за два часа я доберусь до фонтана. Кажется, старик добавил в меня еще и черепаху...

- А может быть, ты просто голодная? - спросил ее крысенок. - Просто я заметил, что вчера вечером ты говорила и двигалась чуть быстрее. Поешь чего-нибудь.

- Но я совсем не голодна, - покачала головой кошка. - На тебя, например, я точно смотрю без всякого аппетита, и другого тоже ничего не хочется. Да мне и есть-то теперь нечем.

- Люди говорят, что аппетит приходит во время еды, - многозначительно сказал крысенок, но спохватился добавить: - Это я не о себе говорю! А вот насчет клыков - может быть, они тебе и не нужны теперь, не думала? Может, ты стала травоядной как носорог? Хлеб же ты легко съела.

- Травоядной?..

Кошка растерянно посмотрела на карлика, подошла к большому кусту шиповника с недозрелыми ягодами и стала принюхиваться к листьям и траве под кустом. Будучи настоящей кошкой, она всегда ела зелень и хорошо знала травы, но сейчас ей тяжело было смириться с мыслью, что трава будет ее единственной пищей.

«Вот сейчас специально наглотаюсь зеленых ягод - и будь что будет, отравлюсь так отравлюсь» - подумала она и откусила одну, пожевала - понравилось. Откусила вторую, потом третью, и вскоре карлик с радостью заметил, что дал Дымке хороший совет, так как она стала срывать плоды с куста без остановки.

- Знаешь, а они мне по вкусу...

Крысенок боязливо огляделся и пропищал:

- Пойду-ка я еще раз проведаю родственников. А заодно попробую выяснить, кто же такой старик Мечтун, и дружит ли он со скорпионами.

- Думаю, что не дружит, - ответила кошка, продолжая поедать шиповник. - Можешь поговорить о нем с мышами, они должны хорошо его знать.

- Почему ты так думаешь?

- Потому что он неряха. Когда я лазила к нему в квартиру за рогом, то чуть лапы не поломала в беспорядке. Чего там только нет, всякие колбы, доски, клетки, и везде горы книг. Не квартира, а склад какой-то... О-ё-ёй! Я же совсем забыла, что через два часа надо быть у Большого фонтана! Ты так отвлек меня разговорами, что теперь не успею!

- Наоборот, - возразил карлик, скрываясь в траве. - Я уверен, что теперь ты помчишься туда с гораздо большей скоростью и придешь к фонтану первой. До встречи!

Дымка действительно почувствовала прилив сил и стала гораздо веселее смотреть по сторонам, пока шла вдоль дома. По дороге она попробовала на вкус еще с десяток цветов и кустарников, и многие ей понравились. Но надо было торопиться, и с сожалением оглядываясь на аппетитный куст жасмина, она вышла на тротуар, чтобы пересечь улицу.

И тут опять услышала позади тонкий голосок карлика Юся, а через секунду он сам вышел из травы.

- Дымка, подожди, я иду с тобой!

- Уже? Ничего не узнал?

- Наоборот, как раз благодаря тебе за этот час я выяснил все, что нужно, и готов подробно рассказать биографию Мечтуна. Посади меня к себе на шею.

- Как за час? Разве уже час прошел?

- Конечно, может быть даже больше. Во всяком случае я успел даже побывать в квартире у Мечтуна.

- Да ты что! - изумилась кошка, опустила голову до земли и выставила переднюю ногу, чтобы крысенок мог по ней взобраться. - Бр-р! Не люблю щекотки! Все? Можно идти?

- Можно. Как тут замечательно! - громко пропищал крысенок, и добавил самым тихим шепотом. - Если ты хорошо меня слышишь, то запоминай все, что скажу, но не задавай вопросов, потому что вокруг полно шпионов. Просто издавай какие-нибудь звуки, но без слов, хорошо?

- Угу! - кивнула кошка. - А вообще ты был прав, малыш, когда сказал, что у меня прибавится скорости, я чувствую, что могу скакать даже галопом!

- Рад быть полезным! Ого-го, мы совсем скоро будем у фонтана!

Пропищав это, карлик пригнулся к складке толстой кожи у кошки за ухом:

- А теперь слушай. Мечтун не только не друг скорпионам, но он единственный человек на земле, которого ненавидит королева-кобра.

На этом месте Дымка вопросительно промычала.

- Да-да! Оказывается, именно он много лет назад поймал ее в Африке и привез сюда. Он вообще объехал весь мир и отовсюду привозил домой диковинных бабочек, огромных тараканов, мохнатых пауков, ту же подружку нашего Кальяна. И ты была права, когда сказала, что его квартира похожа на склад. Он все привозит, но ни о чем не заботится.

Кобра умерла бы с голоду, если б не сбежала от него. И насколько я понял, она до сих пор мечтает ему отомстить. Только не знает, как это сделать, потому что он очень умный и осторожный. Все эти годы она пыталась устраивать на него покушения, но не победила. И когда вчера осы набросились на Мечтуна, они совсем не сказочника защищали, а просто увидели старого врага. Представляешь, если бы мальчик вчера не вмешался, сейчас в городе не было бы ни одной осы.

- Не зря же говорят: не делай добра, не получишь зла! - пропыхтела на бегу кошка.

- Не разговаривай, я же просил!.. - запищал крысенок. - Мечтун все время что-то пишет, и при этом сам с собой разговаривает. Поэтому если мы хотим рассердить его, то единственный способ - не давать ему писать. Он подпрыгнул как ужаленный когда в комнате зазвонил телефон. Наверное, это наш Кальян добрался до газетчиков и они попросили Мечтуна дать им интервью. Старик аж позеленел от злости!.. Аай!!!

Разгоряченная быстрым бегом и взволнованная рассказом крысенка кошка с разбега прыгнула в озеро вокруг Большого городского фонтана и поплыла.

- Только не вздумай нырнуть, я не умею плавать! - взмолился карлик ей в ухо.

- Не бойся, сейчас повернем к берегу, - ответила кошка, отфыркиваясь водой. - Сама не знаю, что на меня нашло, но как приятно в воде, никогда бы не подумала!

- Раз уж мы в бассейне, - посоветовал крысенок, - то лучше плыть не к берегу, а внутрь фонтана. Там есть большая площадка, на которой можно говорить о чем угодно, потому что осы со скорпионами добраться до нас не смогут.

- Тогда набери воздуху и заткни уши, я плыву туда, - ответила кошка.

Крысенок покрепче уцепился лапками за складку кожи и зажмурил глаза от страха. Но приблизившись к сплошной стене падающей воды, кошка тоже испугалась, потому что даже по человеческим меркам Большой городской фонтан был действительно огромным. Тысяча водяных струй двумя плотными рядами поднималась из бассейна на многометровую высоту и с грохотом падала в бассейн вокруг большой каменной тарелки. На тарелке вертикально стоял гигантский цветок тюльпана, из лепестков которого вода поднималась вторым ярусом. Шум от напора был таким сильным, что у Дымки и карлика сразу заложило уши, а холодный ветер и водяная пыль были дополнительной преградой.

- Давай повернем обратно! - крикнул крысенок в ухо кошке, но она не услышала.

- Держись крепче! - Дымка, зажмурилась, набрала воздуху - и не помня себя прошла сквозь лавину падающей воды и стену поднимающейся!

-Ух ты! - выдохнули оба, оказавшись на тарелке под тюльпаном.

- Как здесь тихо, надо же! - удивилась кошка. - Очень удобное место для секретных встреч.

- Ну, не такое уж и удобное, - возразил карлик, принюхиваясь к одной из темных кучек. - Целыми днями здесь полным-полно мальчишек. Но пока они спят, действительно, можно поговорить.

- Оставайся здесь, а я должна всех встретить, - задорно сказала кошка и поскорей опять нырнула в воду. Убедившись, что друзей у фонтана еще нет, она закрыла глаза и, перебирая ластами, медленно поплыла по кругу.

«Кажется, ей понравилось плавать», - подумал карлик, сонно глядя на кошку сквозь струи воды, подложил лапки под голову и тут же заснул.

Маленький Юся был прав, когда предположил, что утренний звонок в квартире Мечтуна был от журналистов.

Кальян не сразу добрался до редакции городской газеты, поскольку не знал, где она находится. Спросить друзей не догадался, а прохожих на улице не попадалось. В самом красивом здании с золотыми куполами на башенках все окна оказались наглухо закрыты и зарешечены.

«Какой красивый дом! Сердце подсказывает, что это - здесь!» - сказал себе покенбар. Пытаясь заглянуть внутрь, он присел на завиток кованой решетки и увидел сквозь стекло множество огоньков, освещавших золотые стены с резными колоннами, цистерну с краником на мраморном полу, и человека, который чем-то размахивал, пуская вокруг себя клубы дыма.

«Эхма! А я-то думал, что королева-кобра богаче всех...», - удивился Кальян, задумчиво посмотрел на вывеску с четырьмя крупными буквами у входа, и полетел дальше в полной уверенности, что это была баня.

Здание банка напротив было скромнее, но тоже богато украшено лепными фигурами и гирляндами. У наглухо закрытых дверей сидели два каменных льва, и ни одного открытого окна покенбар не увидел.

«Может быть тут... Во время революций газеты страдают первыми, вот они и осторожничают» - Кальян присел на голову одного из львов, чтобы прочесть вывеску. Он хорошо умел считать и писать, но читал очень плохо. Почему так получилось - неизвестно, но только покенбар долго разглядывал четыре самых крупных буквы на вывеске, а сложить из них слово никак не мог. Утомившись, произнес вслух слово «газета» и насчитал в нем шесть букв.

«Значит, я опять ошибся. Можно было по статуям догадаться, что тут цирк. А закрыт потому что все концерты - по вечерам». Попугай полетел к зданию думы, перед которым раскинулась огромная цветущая клумба, но еще издали увидел четыре крупных буквы на вывеске у парадной двери, набрал высоту и присел рядом с воткнутым над крыльцом трехцветным флагом. Кальян забыл, что сам раскрашен в те же цвета, но почувствовал какое-то особенное чувство к этой тряпочке и решил поговорить с ней:

«Не подскажете ли, уважаемая, - стал он спрашивать флаг, косясь на ряд сверкающих черных машин перед крыльцом, - какое это заведение? Морг! Что вы говорите! Весьма, весьма достойное заведение! Клумба просто незабываемая! Примите самые искренние соболезнования, я очень, очень тороплюсь!»

Попугай так усердно кланялся и расшаркивался копытцами, испуганно пятясь от флага, что свалился с козырька и вырулил уже в воздухе. Следующая вывеска из четырех букв оказалась фондом, затем он посетил бюро, клуб, базу, и наконец найти редакцию газеты «Заря» ему помогла девочка, гулявшая по улице с собакой.

«Да что ж это такое!» - совсем расстроился попугай, увидев на вывеске у двери четыре крупных буквы. К счастью, два окна оказались открытыми, Кальян присел на первый подоконник, и оказался перед главным редактором. Тот пил кофе и просматривал новые статьи, сидя спиной к окну.

- Кхе-кхе! Уважаемый, не подскажете, как пролететь к газете? - хриплым голосом обратился к спине попугай.

Главный редактор удивленно обернулся, но когда увидел Кальяна, то удивился еще больше, и поспешил поставить чашку с кофе на стол, чтобы не пролить его. Потом опять изумленно посмотрел на покенбара.

- Какой странный... попугай, впервые вижу, - пробормотал редактор. - Или кто ты?

- А это газета?

Редактор кивнул.

- Тогда разрешите представиться! Меня только вчера изобрели для тайных разведывательных целей и назвали покенбаром. И у меня есть важные секретные новости, которые за небольшую плату можно сделать достоянием гласности. - Кальян вывернул голову, уставился на редактора одним глазом и добавил. - Они спасут мир, между пррочим!

- За плату? - переспросил редактор.

- Ну да... За девятнадцать девяносто сторгуемся, - поторопился добавить покенбар, заметив, что мужчина снова потянулся за чашкой кофе.

Но редактор поставил перед Кальяном диктофон, включил его и кивнул: «Говори».

Разговорчивый покенбар изумленно смотрел на крутящиеся кассеты и с минуту не издавал ни звука, затем спросил:

- Что это?

- Все важные сведения мы записываем на диктофон, чтобы ничего не упустить. Не обращай внимания, рассказывай.

Кальян недоверчиво покосился на редактора, помолчал еще немного, глубоко вздохнул и истошно завопил:

«Вчера вечером в доме номер один по улице Чернышевского старик Мечтун повел нападение с левого фланга! При большом стечении народа он воскресил дворников, потом оживил птиц, потом одним дыханием умертвил огро-омную армию ос! А после превратил четырех несчастных животных в химер! Все это он делает с целью захватить власть в нашей стране! И хочет превратить всех жителей в подопытных кроликов для своих экспериментов!..»

- Ну что за ерунду ты несешь! - не выдержал редактор, нажал на кнопку и остановил запись. - Разве кто-нибудь в это поверит!

- А я для того и прилетел сюда, чтобы рассказать невероятную правду. И вы должны знать, как сделать из нее убедительную статью. Разве я не в газету попал?

- В газету, в газету. Но вот послушай себя со стороны, и убедишься, что наговорил полный бред, - редактор прокрутил ленту и через минуту в комнате опять раздались вопли об экспериментах.

Однако Кальян слушал свою речь, как волшебную музыку. Он даже прилег на подоконнике от удовольствия, свесил копытца и подпер лапкой подбородок.

- Что ж, все верно сказано. Вам не нравится?

- Давай разбираться... Кто такой Мечтун?

- Это ученый. Старик. Живет в нашем дворе, ходит в пижаме, пишет какой-то учебник и объездил весь мир в поисках магических предметов для своих страшных целей.

- Откуда ты знаешь о его целях?

- От подружки-ары, которая живет у него лет пять, и все про него знает.

- Подружка сообщила, что старик хочет взять власть в стране?

- Да.

- Но это невозможно! Каким образом он собирается это сделать?

- Чему вы удивляетесь? Вчера при целой толпе народа Мечтун в один миг оживил двоих мертвых людей, - воскликнул покенбар. - И при свидетелях заявил, что ему стоит только захотеть, и любое его желание само собой сбывается. А когда я и мои друзья усомнились, он рассердился и дунул!..

- И что?

- Как что! Я из красивого попугая превратился вот в эту химеру! Заметьте, старик не кроил, не шил, не варил и не жарил, а в один миг соединил в нас несколько животных. Представьте, что он может сделать с нашим президентом! И чтобы заставить снять заклятие, его надо сильно рассердить.

- Почему?

- Не знаю, но так сказал Диббре!

- Кто это?

- Птенец. Он сочиняет сказки, которые сбываются.

- Так в чем проблема? Пусть придумает сказку о красивом попугае, и старика не придется злить.

- Мы так и хотели, но он сказал, что надо разозлить.

- Как все непонятно, странно и сомнительно... - редактор покачал головой и хотел отвернуться, но покенбар взмахнул крыльями, перелетел на письменный стол, вытащил из стакана красный карандаш, написал на листе бумаги номер телефона и адрес старика, и протянул ему с заискивающим поклоном.

- Я вас пррошу.

- Что это? - редактор удивленно поднял брови, глядя не на лист бумаги, а на золотую монету, которую Кальян приложил к нему.

- Мой скромный вклад в спасение родины, - нежно проворковал Кальян, и заметив, что редактор колеблется, положил перед ним еще одну монету: - И президента...

- Ну, если так... Ладно, мы постараемся рассердить старика, но за результат не отвечаю.

- Я так рад, так рад! Бо-оже, царя храни! - запел попугай, тепло попрощался с редактором и полетел к Большому фонтану, куда на всех парах спешил Байкал с Джидой на спине.

Поход собащера во двор принес неожиданные результаты, из-за чего Джида хотя и старалась, но потрудилась зря.

Индюшиное семейство рано устроилось на ночлег, и слухи о превращении знаменитых на весь двор друзей сюда не долетели. Поэтому когда ранним утром на птичий двор приземлилась Джида, все четыре индейки приняли ее за молодого чужого индюка, а одноглазый Сабах, которому Дымка повредила зрение - за свою индюшку. Сабах не умел считать, и не знал, сколько у него жен. При этом никто не обратил внимания на руки-ноги и пять рогов Джиды.

- Привет, красавицы, я к вам! - поздоровалась гостья.

Индейки вместо ответа отбежали в угол двора, собрались в кучку и стали обсуждать незнакомца, то и дело заливаясь смехом и кокетливо оглядываясь.

Сабах почувствовал неладное, распушил хвост, несколько раз царапнул лапой землю и ринулся в атаку. Но Джида сама была забиякой, никого не боялась, тоже распушила хвост, сжала кулаки и встала в боксерскую стойку:

- Драться хочешь, старая сопля? Давай, давай драться, - радостно подзывала она Сабаха, приподнялась в воздухе, нанесла хук справа, потом слева, отлетела назад и опять стала помахивать кулаками.

Сабах громко кулдыкал от злости и налетал на непрошенного гостя, но каждый раз получал короткие меткие удары кулаками по голове. В промежутках между ними Джида пыталась объяснить индейкам, кто она такая и зачем прилетела.

Наконец одна из них все поняла и попросила других отвлечь и успокоить мужа, а сама повела Джиду в кладовку со старой одеждой рядом с курятником.

- Вот отсюда мы брали костюмы и косметику для концерта, - важно сказала она, входя в сарай и широким жестом показывая на гору картонных коробок со старыми платьями, шляпами, брюками и рубашками. Джида затряслась от возбуждения и принялась в них рыться.

- А зеркало есть? - спросила она индейку, выглянув из очередной коробки с тряпьем. Та кивнула и выкатила из угла на середину сарая большое зеркало на двух колесах.

- О! - обрадовалась Джида и стала вышвыривать понравившиеся вещи поближе к нему. Через несколько минут сама спустилась к зеркалу, держа в руках и крыльями желтое и белое парчовые платья, пару лакированных черных туфель и целый ворох женских чулок, шарфиков и перчаток.

- Давай примерим! Если сзади будет морщить, не скрывай, сразу все подгоним, - попросила она индейку, и в следующий час обе птицы напрочь забыли о Сабахе, Мечтуне и прочих буднях. На подбор костюмов и украшений для Кальяна, Байкала, Дымки и Юси ушло еще четыре минуты, и наконец настал момент, когда большую коробку предстояло вынести из сарая.

- Как поступить, сама я ее до рынка не дотащу, - задумалась Джида, но находчивая индейка попросила ее помочь открыть дверь в другое помещение, где в углу стояла летняя прогулочная детская коляска.

Птицы приставили к ней две широких деревянных рейки, погрузили коробку, после чего индейка побежала отвлекать Сабаха, а Джида покатила коляску к выходу.

Но Сабах так же легко вспомнил о драчунье, как и забыл о ней. Едва во дворе показалась четвертая индейка, его перья стали подниматься, красные бородавки на шее раздулись, и в ту секунду, когда одетая в парчовое платье Джида выкатила коляску во двор, индюк понесся в атаку как бык, сшиб огромную коробку на землю и стал атаковать коляску.

- Вот не хотела я оставлять вас вдовами, - сказала Джида индейкам, пока поднималась в воздух с кочергой в руке, - но этот индюк меня уже достал!

С этими словами она огрела кочергой Сабаха под хвост, потом по спине и стала уводить от коробки. Упрямый индюк не сдавался, и пока вобезинда колотила его, четыре индейки погрузили коробку на коляску и выкатили ее за пределы птичьего двора. Джида подлетела к отрытой ими калитке, обернулась к индюку, зацепила его нарост на клюве кочергой, притянула к себе и издевательски чмокнула в лысую голову:

- Мне понравилось. Выходи за меня замуж, кретин! - и вылетела со двора, хлопнув калиткой.

Оправив платье и наколотую на рога шляпку, она перевела дух и огляделась, но Байкала нигде не увидела. Тогда откатила коляску в укромное место за гаражом, еще раз прихорошилась и пошла по спортплощадке на поиски собащера, чтобы освоиться в туфлях и вообще привыкнуть к своему новому облику.

Нет смысла описывать походку Джиды по двору в лакированных туфлях и в желтом парчовом платье - этого просто не передать! Скажем лишь, что шла она в полной тишине, потому что птицы на деревьях в этот момент не пели, а солнце померкло. Красавица, принцесса, королева, богиня!.. «Только надо было разрез от бедра, а не от колена сделать, - подумала она. - Что это как тихо кругом? И пасмурно...»

Джида собралась раскрыть легкий зонтик, но вдруг почувствовала тревогу, и в ту же секунду с истошным криком «Кар-р!» взмыла вверх и к ближайшему дереву. А на том месте, с которого она взлетела, полыхнул столб пламени и раздался отчаянный птичий гвалт. Испуганный Байкал мчался куда глаза глядят по двору и выскочил на спортплощадку из-за сараев. Тут он едва не столкнулся с Джидой, на которую со стороны птичьего двора бежал разъяренный индюк Сабах. Джида благополучно улетела, а индюк оказался клюв к носу с Байкалом, который от неожиданности стрельнул огнем, обжег Сабаха и спалил на нем все перья. Поскольку верные мужу индейки всегда были рядом, они загалдели от ужаса, и обступив голого почерневшего Сабаха, повели его на птичий двор.

- Спасибо, что помог, дорогой! - приветствовала Байкала с ветки Джида. - Но лучше предупреждай, когда опять надумаешь плюнуть. Как твои дела? Нашел что-нибудь для концерта?

- Ты что, какой концерт! - воскликнул Байкал и испуганно оглянулся на сараи. - Там такое творится, такое!..

- Что? - наклонилась к нему Джида. - Говори же.

- Этот старик действительно крутой! - только и успел отве-тить Байкал, как ворона увидела поднимающуюся над крышей сараев тучу птиц.

- Ты сов испугался? - поинтересовалась Джида и посмотрела на товарища, как врач на пациента. Но очень скоро убедилась, что Байкал был прав, когда говорил о старике со страхом.

Часа полтора назад, то есть в положенное время, папа Леночки повел дочь в детский сад. Спускаясь с лестницы, он в одной руке держал целлофановый пакет с обещанной Фатиме литровой банкой меда, а другой держал за руку Леночку.

На площадке первого этажа они встретили Серёньку с бабушкой, и папа предложил малышу пойти вместе с ними. Это было обычным делом, бабушка легко согласилась, и папа передал пакет с медом дочери, а свободной рукой взял за руку Серёньку.

«Бам-м!» - нечаянно стукнула Леночка пакетом о железные перила, пока спускалась.

- Тебе тяжело? Давай назад банку, - предложил ей папа, но Леночка отказалась, поскольку хотела непременно сама подарить мед Фатиме.

Но на выходе из подъезда она еще раз нечаянно ударила пакетом о косяк двери, банка открылась, и мед стал капать на асфальт. Ни папа, ни Серёнька, ни сама девочка этого не заметили, пока не поравнялись с подъездом, в котором жил Мечтун.

Раздраженный непрерывными звонками журналистов, он решил сделать утреннюю прогулку пораньше, и как раз выходил из подъезда. Папа Леночки и дети поздоровались и пошли дальше, старик кивнул и двинулся в противоположную сторону, но через несколько шагов обнаружил, что шлепанцы прилипают к асфальту:

- Ой... У вас что-то льется! - окликнул он соседей.

- Льется? - обернулся папа, заглянул в пакет к дочери и обнаружил, что пустая банка лежит в вытекшем меде. Он стал ворчать на Леночку, та надула губки, а когда увидела, что белые гольфы и сандалии тоже закапаны медом, совсем заревела и раскапризничалась. В итоге папа швырнул пакет с банкой в ближайшую урну и решил вернуться домой, чтобы переобуть дочь.

- Я тут посижу, - спокойно согласился Серёнька и кивнул в сторону скамейки Фатимы. Едва Леночка с папой ушли, как малыш увидел крадущегося в палисаднике собащера.

- Привет! - громко приветствовал его Серёнька, Байкал глянул в его сторону и стал радостно бить хвостом по траве.

- Что ты тут делаешь? - спросил его Серёнька.

- Ищу все, что может пригодиться для концерта, но пока ничего не нашел. А ты?

- Жду Лену с папой, когда вернутся. Они мед разлили и ушли переодеваться.

- Мед?

- Да. А Мечтун вляпался... - сообщил Серёнька, но запнулся, увидев у лужицы меда два черных муравья. - Знаешь, если бы я хотел Мечтуна разозлить ...

- То что?.. - спросил его Байкал.

Серёнька немного помолчал, потом ответил:

- Подбросил бы мед к его квартире. Вот бы он рассердился! Но он нас видел и сразу поймет, что это мы...

- Да, нехорошо получится... - согласился Байкал и спросил: - Скажи по правде, я очень страшный?

Он с таким волнением ждал ответа, что даже ребенок не мог не заметить, и Серёнька ободрился:

- В первый момент немного... пугательно, а потом нет.

Собащер вздохнул:

- Ясно... Вон твои соседи возвращаются, я пошел.

Действительно, на углу двора показались Леночка с папой, с противоположной стороны приближался гуляющий Мечтун, и малыш удивился, как точно они поравнялись друг с другом у входа в подъезд старика.

После короткого разговора папа Леночки вынул из пакета банку меда и вручил ее Мечтуну, тот принял ее и вошел в подъезд.

- К Фатиме я сама зайду, - упрямо сказала Леночка папе, когда они подошли к скамейке.

Папа достал из пакета вторую литровую банку и со словами «Только осторожно держи» отдал ее дочери, а сам присел на скамейку. Леночка пошла очень медленно, держа банку обеими руками.

- Как ты тут? - тем временем спросил ее папа малыша. - Сочиняешь сказки?

- Нет, не сочиняю, - удивленно ответил ему Серёнька. - Они сами в голову приходят, я только рассказываю.

- Понял. А что за царица, для которой вы набрали столько золота?

- Фатима про нее только позавчера рассказала, еще не знаю.

Папа Леночки похлопал его по плечу с улыбкой:

- Не очень-то ты разговорчив для сказочника! Ладно, не хочешь, не говори. А мед любишь?

- Кто его не любит!

- Тогда вечером мы передадим и тебе баночку. А ты проследи, чтобы моя дочка не слишком давала волю фантазии, хорошо? А то им-женщинам только дай волю сказки сочинять, они такого напридумывают, не разгребешь!

Серёнька молча кивнул и нетерпеливо посмотрел в сторону подъезда за секунду до того, как из нее вприпрыжку выбежала Леночка.

- Все нормально? - спросил папа.

Дочка гордо кивнула и взяла его за руку. Другую руку папа подал Серёньке и все отправились в детский сад.

Байкал за это время пережил тяжелую внутреннюю борьбу с собой. В нем будто в драке сцепились прежний пес с нынешним собащером. Собащер уговаривал вытащить пакет с остатками меда из урны и полить им ступеньки до квартиры Мечтуна, а пес приказывал этого не делать, потому что не честно, непорядочно и совсем плохо.

Неизвестно, кто бы победил в этой схватке, но только Байкал очень обрадовался, когда увидел, что Мечтун все-таки понес домой вторую банку с медом.

«Он рассеянный. Скорее всего сейчас поставит ее в прихожей, и забудет».

Так и вышло. Мечтун поставил банку не в прихожей, а на кухне, но это не повлияло на дальнейшие события. Не прошло и получаса, как муравьи и осы почувствовали запах разлитого и растоптанного по двору меда, проследили весь путь до урны и банки на кухне.

Муравьи стали выстраиваться в цепочку, а осы - искать дырки в окнах квартиры Мечтуна для пролета внутрь. Все это время в квартире непрерывно звонил телефон, и Мечтун стал терять терпение. Когда же до осиной царицы дошло сообщение, что враг королевы-кобры собирается есть мед вместо того, чтобы раскаиваться, она направила в квартиру старика целую армию, чтобы отобрать мед. Одна за другой боевые осы протискивались в квартиру и слетались к банке, а когда Мечтун попытался убрать ее со стола, три осы укусили его в руку.

Старик взвыл от гнева, и увидел, что весь потолок и стены на кухне покрыты осами, а на полу беспорядочно снуют муравьи, причем многие пытаются пробраться по ногам к нему под пижаму.

Мечтун выбежал из кухни в гостиную, но глянул на звонящий телефон и в бешенстве вышел из квартиры. Входную дверь он оставил открытой.

Байкал как раз собрался начать поиски полезных для концерта вещей, но опять затаился в палисаднике, потому что увидел, как Мечтун вышел из подъезда, сложил руки за спиной, прислонился к кирпичной стене и не двигался. Никому из жителей двора, которые позднее выглядывали в окна и удивлялись битве, даже в голову бы не пришло, что этот маленький старичок имеет к ней отношение.

Прежде всего откуда ни возьмись на июльском небе появилась большая серая туча, а из открытых окон балкона Фатимы стали вылетать птицы. Байкал очень удивился, узнав в них не городских голубей, воробьев или ворон, а настоящих лесных сов, которых никто никогда в этих краях не видел. Собащер потряс головой убедиться, что не спит, но совы действительно вылетали из окон Фатимы, рассаживались на деревьях, и с каждой секундой их становилось все больше и больше.

Туча расползлась по небу, задул неприятный пыльный ветер, и в окнах стали захлопываться форточки. А совы продолжали появляться десятками.

«Если б я не был у нее в гостях, то был бы уверен, что она их разводит.» - недоумевал Байкал и продолжал наблюдать.

Совы по одной стали влетать в подъезд старика, и через несколько минут из подъезда с гулом вырвался огромный черный рой ос, колыхнулся в сторону Мечтуна, но отлетел и завис над сараями. А из-под мусорных ящиков выползла большая черная змея, за которой как пластиковые заводные игрушки семенило целое полчище скорпионов, и поползла в палисадник, где скрывался Байкал.

«Ой-ёй!» - Байкал стал задом отходить от опасного места, но кобра не обратила на него внимания, и поднялась в стойку перед Мечтуном, их разделял только тротуар.

«Может, они так разговаривают. Или гипнотизируют друг друга» - предположил Байкал, продолжая пятиться среди цветов и кустарников.

Несколько минут не происходило ровным счетом ничего - кобра и Мечтун молча смотрели друг на друга, совы не двигались, осиный рой завис в воздухе огромным шаром. Только скорпионы выползали и выползали, так что все пространство от сараев до палисадников было покрыто ими.

«И похоже, не договорились!..», подумал Байкал, глядя, как сотни сов разом сорвались с веток и кинулись в атаку на кобру и насекомых. Зашумели крылья, затрещали скорпионы в их когтях, и собащер кинулся бежать без оглядки.

Джида выслушала весь этот рассказ с интересом, но без эмоций, и задала только один вопрос:

- Все это хорошо. А с нами-то произойдет что-нибудь хорошее, или так и останемся?

- Откуда я знаю! Меня умницей никто не называл, - воскликнул Байкал.

Последние слова он произносил, провожая взглядом несколько черных скорпионов, которые вереницей обежали сараи, направляясь к другой стороне двора. Байкал по-собачьи наклонил голову к правому плечу, потом к левому, и в нем внезапно проснулся дикий голод. Сделал выпад, схватил зубами одного из скорпионов и стал жевать. Остальные кинулись к нему и принялись бить хвостами по лапам, но не прошло и трех минут, как Байкал расправился со всей вереницей. При этом костяная чешуя надежно защитила его от укусов.

Вобезинда сорвала с рогатой головы шляпку и прикрыла ею глаза:

- Фу-фу!.. Меня сейчас стошнит! Полетели уже к фонтану.

- Ваще вкусные, а у меня уже голова кружится от голода! - Байкал повернулся к Джиде. - Не хочешь попробовать? Я еще пару штук съем, и догоню тебя, лети.

Походкой настоящего комодского дракона Байкал обогнул сараи и глянул на другую сторону двора - там вовсю шла битва сов с насекомыми. Осы Байкала не привлекали, а вот скорпионы так понравились, что он незаметно для себя оказался в самой их гуще. И чем больше ел, тем больше они ему нравились. Скорпионы облепили его со всех сторон и яростно колотили хвостами, но это лишь забавляло дракона: одних он протыкал клыками, других давил когтистыми лапами, а третьих просто слизывал с себя и с удовольствием ел.

«И-ик!» - собащер наконец насытился, и услышал, как его подзывает Мечтун: «Иди-ка сюда, подойди-ка!»

Все еще разгоряченный обедом, Байкал без раздумий вошел в палисадник собащером, а вышел на тротуар прежней овчаркой, но даже не заметил этого. Подошел к старику, виляя хвостом.

- Хороший, хороший пес, молодец, помог мне! - Мечтун без улыбки погладил его по голове.

- Какой же я пес! - проскулил Байкал, все еще не замечая перемены. - Пожалуйста, верните нас в прежний вид, ну пожалуйста!

- Да ты и так прежний, - ответил Мечтун, потрепав его за ухо. - А твои друзья пусть сами стараются, не проси. Все, иди, пошел прочь, не мешай.

Только тут Байкал глянул на свои лапы, потом на хвост и понял, что старик наградил его прежним видом. Он хотел кинуться и еще раз поблагодарить его, но Мечтун предостерегающе поднял здоровую руку и сдвинул брови: «Прочь, я сказал! Не то пожалеешь».

Байкал уныло опустил голову, поджал хвост и поплелся вдоль дома. В глубине души он был рад, что стал собакой, но не знал, как к этому отнесутся друзья, и чувствовал неловкость перед ними. За последние несколько дней он так привык жить в команде и постоянно думать о товарищах, что теперь не представлял, как останется один.

Джида все видела. У нее не было причин лезть в драку со скорпионами, но оставить товарища она тоже не могла, поэтому сразу перелетела на один из балконных выступов и решила подождать, пока Байкал наестся.

Увидев, что он превратился в собаку, Джида взвизгнула и лихорадочно стала искать работу и для себя. Теперь она была готова тоже есть хоть скорпионов, хоть медведок, лишь бы получить награду, только не понимала, что именно сделать. В отличие от Байкала она была уязвима со всех сторон, и ее пять рогов были единственным, но абсолютно бессмысленным оружием.

«Эх, была-не была!», стукнула Джида кулаком себе в грудь, оглянулась и поискала глазами что-нибудь полезное на балконе. Подняла со скамьи длинные деревянные щипцы для белья, прихватила аэрозольный баллончик с дихлофосом и словно ястреб полетела к главной кобре.

Она так хотела стать прежней, что не оставила бы кобре никаких шансов и обязательно удушила бы ее, если б долетела. Но королеву с воздуха защищали осы, и целый взвод преградил Джиде дорогу.

«Пш-ш, глупые мухи» - прыснула она дихлофосом, осы отлетели прочь, но на их месте тут же оказались новые. «Пш!», «Пш!», «Пш!» - брызгала Джида, но все новые и новые осы вставали на ее пути, и добраться до кобры было абсолютно невозможно. В какой-то момент Джида глянула в палисадник и обнаружила, что королевы там уже нет, уползла.

Тогда храбрая вобезинда ринулась в самую гущу осиного роя над сараями, и разбрызгивая вокруг себя аэрозоль, собралась героически принять смерть. Осы сразу же бросились на нее всей армией, их ядовитые жала впились в морду и в желтое парчовое платье, Джида потеряла сознание и рухнула на крышу сарая, скатилась с нее и шлепнулась на землю, в двух метрах перед Байкалом.

Он удивленно остановился, пригляделся и когда понял, кто перед ним и что произошло, взял Джиду зубами за платье, отнес к Мечтуну и положил к его ногам.

«И что тебе опять нужно?» - сердито повернулся к нему старик, который до этого момента наблюдал за совами. - «Я ничем не обязан нахалке, которая не убила ни одной осы, а только еще больше их разозлила?!»

- Разве важен результат? - спросил пес, усевшись перед стариком и не собираясь уходить. - Вы и без сов можете справиться с этим гадюшником.

Мечтун вздохнул, брезгливо посмотрел на искусанную осами Джиду, которая была занята тем, что охала и пыталась подняться на ноги, чтобы гордо уйти. Еще раз просить прощения и унижаться перед стариком она не собиралась.

«Пойдем отсюда. Ругаю себя за слабость, - вполголоса сказала она Байкалу. - Да чтоб я еще хоть раз!.. На благородство понадеялась!.. Клешня резиновая!..» Схватилась за бок: «Ой, как больно!.. Да чтоб ему осы всю лысину обсидели!..» - проворчала и припала к стене, не имея сил двигаться от боли.

Байкал с мольбой в глазах посмотрел на старика, тот наблюдал за Джидой и едва заметная улыбка пробежала по его морщинистому лицу. Псу показалось, что он все-таки вернет сейчас Джиде ее прежний вид, но старик отвернулся и больше не смотрел на них.

- Садись мне на спину, - предложил Байкал вобезинде и лег на асфальт. - Джида так плохо себя чувствовала, что без слов взгромоздилась к нему на спину. Пес поднялся и трусцой побежал к фонтану.

Дымка все это время блаженствовала в холодной воде, задремала, и едва не захлебнулась, когда рядом с ней в воду плюхнулся маленький булыжник, а с берега донеслись крики друзей, которые уже потеряли терпение. Джида уже пришла в себя, но была так расстроена, что забыла про свои крылья и стала кидать камешки, а Байкал в своем прежнем собачьем виде бегал взад и вперед по парапету фонтана.

Дымка подплыла к берегу, но вылезать из воды не стала:

- Приветики! Мои поздравления, Байкал! Ожидала увидеть коробки с реквизитом, а вы без ничего. И явно что-то произошло, да?

Пока Джида с Байкалом сообщали ей о событиях во дворе, прилетел Кальян, и рассказ пришлось повторить дважды.

Дымка наморщила лоб и вспомнила, что оставила Юся в середине фонтана, но Джида наотрез отказалась повторять новости в третий раз:

- Я что, похожа на попугая одно и то же твердить?! Плыви за крысенышем, и сама ему все рассказывай. Не обижайся, дорогой, - положила она руку на плечо Кальяну, который надул щеки и не знал, как пообиднее ответить на колкость. - Лучше давай подумаем, как поступить.

- Чего тут думать! Это же классно, что еще и утро не кончилось, а проблема со скорпионами решена! - вставил свое мнение Байкал. - Теперь надо просто отдать старику рог в обмен на вашу прежнюю жизнь, вот и все.

- Блестяще, Байкал! - похвалил его Кальян. - Мне кажется, так и надо сделать.

- Ты ум-ни-ца! - похлопала в ладоши Джида и добавила: «Я не шучу, правда».

Вскоре из-под струй фонтана показалась голова плывущей Дымки. Крысеныш прижался к ее шее, и даже издали было видно, как он испуган.

- Он и правда неполноценный, - вслух размышлял Байкал, пока смотрел. - Крысы всегда плавали на кораблях, и первыми прыгали в море, если в трюме дыра.

- А кто сказал, что они доплывали до суши? - спросила его Джида.

- Согласно энциклопедии крысы хорошо плавают, - голосом обиженного диктора произнес Кальян. - Они могут находиться в воде до трех суток, глубоко ныряют, и даже ловят на глубине добычу. Зрение у крыс слабое...

- Поняла, я поняла, мерси! - остановила его ворона и хихикнула. - Но ты зря на меня обиделся, я ведь попугая упомянула.

- А я кто по-твоему?

- Химера, как и я. И про ворон я тоже должна говорить, как не о себе.

- Надеюсь, это временно, - подал голос Байкал. - Эй, купальщики, вы как там?

Дымка приближалась, и через минуту ткнулась рогом в гранитную стену парапета.

- Не хочу вас расстраивать, - пропищал Юся, отряхиваясь на мокром граните. - Но в рассказе Дымки мне не понравилась одна деталь. Байкал, ты уверен, что совы вылетали из квартиры Фатимы, или тебе так показалось?

- Уверен.

- Это плохо...

- Почему? - спросили все в один голос.

- Потому что у мальчика теперь может и не быть рога.

- Как так?..

- Давайте не будем падать духом, и прежде все проверим. Кальян, ты можешь поговорить с бабушкой без мальчика? Вы же знакомы.

- Нет. Она знакома с попугаем, а я химера, - грустно ответил покенбар. - Боюсь, прогонит метлой без разговоров.

- Не надо бабушек, - предложила Джида. - Лопоухая игрушка сказала, что форточка всегда открыта, так давай с тобой сами рог поищем. Я на шухере постою, а ты все проверишь.

- Ну что за уголовщина! - покачал рогатой головой Кальян. - Сказала бы «на стреме», или «на охране».

- Ой-е-ей, какие мы интеллигентные в натуре! - съязвила Джида и собралась поскандалить, но все зашикали на нее, и Дымка первой двинулась в сторону родного двора.

- Как все знакомо, - нахмурила она лоб, когда компания свернула во двор. - У людей есть какое-то слово... Забыла, - добавила она, глядя на машину полиции, журналистов с блокнотами и фотографов, которые брали интервью у трех взволнованных домохозяек.

- Сенжермен монамур дежавю, - забубнил покенбар.

- О чем вы? - спросил Байкал.

- Все это уже было, - ответила Дымка, указывая на людей и кучи мертвых насекомых по всему двору,

- А-а! Ну да, да. Нам повезло жить в самом беспокойном дворе. - Байкал с удивлением смотрел на людей в серых резиновых комбинезонах, которые растянули шланг и при помощи воздуха собирали насекомых в автомобиль с большой цистерной. - А это у них что, пылесос такой?

Друзья забыли об осторожности и медленно шли по двору, удивляясь масштабу прошедшей здесь битвы. Было похоже, что Байкал с Джидой видели только ее начало, но теперь весь двор был покрыт слоем погибших скорпионов, медведок и ос, а кое-где лежали и совы.

- Что тут было? - удивлялся маленький Юся.

Когда поравнялись с серёнькиным подъездом, Джида потребовала:

- Незачем тратить время на экскурсии! Давайте разделимся: мы с Кальяном проверим комнату сказочника, а вы найдите старика и разведайте, какое у него настроение.

- А мне кажется, лучше держаться вместе, - покачал головой Юся. - Могу поспорить, что у сказочника в комнате рога уже нет. Надо вместе идти к старику, сказать ему, что выполнить договор нельзя, и просить, чтобы он вернул вам прежний вид без всяких условий.

- Джида уже пыталась... Но с чего ты взял, что рога нет? - спросил Байкал.

- Так, хватит, - потеряла терпение вобезинда и взмахнула крыльями. - Я сама пролезу в форточку и все выясню, а вы ищите старика.

В комнате у малыша было прибрано, игрушки расставлены и рассажены по местам, бабушка гремела кастрюлями на кухне, а Мишутка неподвижно сидел на деревянном стульчике у шкафа. Джида долго смотрела на него через форточку, но так и не поняла, живой он, или нет.

- Аллё! Квартира? - наконец просунула она голову в комнату. - Тут посадку дают?

Медвежонок встрепенулся, тряхнул головой и встал на ноги:

- Задремал для экономии батарейки... Привет, красавица! Сгружайся. Ну что, разозлили Мечтуна?

- Не то слово, - покачала головой Джида и коротко рассказала о том, что знала и видела, включая подозрения крысеныша, что рога в комнате нет.

- Ну, это мы сейчас легко проверим, - Мишутка подошел к дверце шкафа, но открыть ее не осиливал, и Джиде пришлось помочь. Рога в шкафу действительно не оказалось.

- Куда ж он делся! - потрясенный медвежонок развел лапки в стороны.

- Здесь кто-нибудь чужой не пролетал?

- Утром. Большая птица с белой головой...

- Сабах, что ли?

- Нет, - растерянно лепетал медвежонок, - Сабах бы не поднялся, и в форточку бы не пролез. Что-то типа орла, не знаю... Как она влетела, я не видел, но вдруг оказалась прямо передо мной.

- И?

- Посмотрела, клюнула и вылетела в форточку, потому что мама шла наводить порядок, - медвежонок показал лапу с дыркой в ткани. - Это она сделала. Но рога я не видел. Мама тоже не брала. Как странно.

- М-да, - Джида опустила голову и долго молчала, ее длинная мягкая морда почти касалась ковра. Наконец вздохнула: - Что ж, делать нечего. Полетела, как химера! Пака!

Медвежонок сочувственно развел лапки в стороны, проводил Джиду и опять перешел в режим экономии.

Едва вобезинда показалась в окне, с ветки старой акации ей замахал крыльями Кальян: «Сюда, сюда!»

- Что такое? - Джида подлетела к дереву.

- Мечтун исчез, нет его! - взволнованно сообщил Кальян. - Собрал чемодан, переоделся и ушел.

- Чемодан?.. Ты его видел? Или подружка сказала?

Кальян кивнул:

- Она. Кажется, мы перебрали с журналистами, и он просто сбежал.

- Кто ж теперь ее будет кормить, бедненькую? - притворно посочувствовала Джида. - Так-то облезлая, а еще отощает - совсем не до любви!

- Я, - Кальян не заметил колкости. - Старик и раньше надолго уезжал... А что с рогом-то? Нашла?

- Нету! Исчез. Пора готовиться к вечной жизни. Вы как хотите, а я не собираюсь коротать свой век в таком виде. Если до полуночи не превратимся, сама отдамся котам.

Кальян уселся верхом на ветку, оперся на нее же ручками и низко опустил голову. Через некоторое время Джида заметила капающие на ветку слезы.

- Эй!.. Ты в порядке?

Кальян молча кивнул, но не поднял головы, пока от палисадника к дереву не подбежал Байкал:

- Вы там? Нашла рог?

Джида отрицательно покачала головой, но Байкал уже был готов к такому ответу и предложил:

- Кальян, давай попробуем поговорить с Фатимой. Она только что вышла из дома и сидит на скамейке.

- О чем?

- Я все-таки выпытал у крысенка, куда мог исчезнуть рог. И он думает, что Мечтун сделал сов из золота, которое кобра со скорпионами отдали нам. Ну, типа отомстить кобре за ее счет! Потому совы и вылетали из окон Фатимы. Как одна из вещей, рог тоже превратился в сову.

- В орла с белой головой, - поправила Джида.

- Да? Ну, неважно... Короче, золота в сейфе больше нет, рога тоже нет, и Мечтуна тоже нет. Это значит...

- ...Что мы пропали, - закончил фразу Кальян, не поднимая головы. - И о чем тогда говорить с Фатимой?

- Пусть скажет, что делать. Она теперь тут самая старшая, она и должна рулить.

- Хорошо, я поговорю, - безразлично ответил Кальян, вздохнул и поднялся на ноги.

- Я с тобой, а то свернешь к своей птице счастья и про нас забудешь, - пошутила Джида, но на этот раз она просто искала повод не оставлять расстроенного покенбара одного.

- Так и я тоже с вами! - побежал Байкал, впервые стыдясь своей собачьей шкуры. - А то с ума тут сойду!

Фатима искренне обрадовалась скрипучему голосу Кальяна, но пришла в ужас от истории с превращением друзей в химер и о войне Мечтуна с коброй рядом с ее скамейкой. Было заметно, как неуютно она стала себя чувствовать, когда услышала про лежавшие повсюду груды насекомых.

- В первую очередь я бы постаралась убедиться, что золото на своем месте, - посоветовала она Кальяну, торопливо укладывая спицы и пряжу в корзинку и поднимаясь. - Ты поторопился отдать ключи папе той девочки. Сейчас открыл бы, и все увидел.

- Да, действительно, - кивнул Кальян.

- Спроси, какая разница, на месте оно, или нет? - попросила Джида. - Ну, посмотрели, а дальше-то что делать?

Кальян перевел девушке вопрос, она опустила голову и задумалась:

- Раз нет рога, то и золото скорее всего тоже исчезло... Мечтуна нет. Маленький сказочник сделал все, что мог... А что есть? Есть три химеры. Возможно, где-то осталась кобра... Ну и... - Фатима вдруг широко открыла глаза, вся сжалась и подняла лицо к небу.

- Что, что?! - заволновались вокруг нее животные. - Ну говори же, что!

- И я, - едва слышно выдохнула Фатима.

- Ты?!! - обрадовались животные. - Ура-а-а! Мы спасены, ура-а!

- Чему вы радуетесь? - обернулась Фатима на их голоса. - Я ведь просто слепая курица, еще и глухая, коль скоро мимо пролетели сотни сов, а я ничего не услышала.

- Это неважно! - сказал Кальян. - Главное, что ты настоящий сказочник, и значит имеешь силу нам помочь.

- Что ты сказал? - Фатима удивленно повторила. - «Настоящий сказочник и имеешь силу»?.. Ты действительно так думаешь?

- Ну да, - кивнул покенбар.

- Хорошо, давайте попробуем испытать то, что есть. Идите за мной, - кивнула Фатима и как могла быстро пошла к подъезду. Животные, радостно толкая друг друга, двигались следом.

Дома Фатима уселась в свое синее кресло, животные разместились на диване, и после короткой паузы девушка сказала:

- Кальян, достань из ларчика на комоде голубой плащ и красную шляпу. Положи плащ на пол передо мной, а цилиндр подай мне в руки. И пусть каждый из вас по очереди оденется плащом, а я буду накрывать вас цилиндром. Если это не поможет, больше ничего нет.

- А я почему-то верю, что ничего больше и не понадобится, - сказала Джида.

Кальян сделал все, что просила Фатима, и Джида оттеснила его:

- Знаешь, это все-таки эксперимент, мало ли чего, давай-ка я первая пойду. Только помоги мне, а то проткну звезды рогами.

Покенбар помог ей накрыться плащом и подвел к Фатиме, словно арабскую невесту. Фатима подняла над плащом цилиндр и как можно увереннее произнесла: «Царица Чудес, сними злое колдовство, и силой твоего плаща верни этой птице прежний облик!»

На несколько секунд воцарилась полная тишина, потому что Фатима не знала, что еще нужно сказать, а животные - что сделать. Наконец маленький Юся чуть слышно пропищал: «А давайте посмотрим».

Кальян осторожно стянул с Джиды покрывало, отчего Байкал залился громким радостным лаем, Фатима вздрогнула и растерянно заулыбалась, крысенок и покенбар захлопали в ладоши, а кошка закивала рогатой головой из стороны в сторону - на полу стояла прежняя черная ворона и оглядывалась.

- Что? Получилось, да? - Джида взлетела на спинку кресла и глянула на свое отражение в открытой створке окна. - Безумно! Я просто безумно благодарна!!.

- Спасибо! - растроганно ответила Фатима и снова подняла цилиндр. - Кто следующий?

Кальян торжественно пригласил к плащу Дымку, затем накрылся сам, и уже через полчаса вся компания закусывала продуктами из холодильника и весело вспоминала и рассказывала Фатиме подробности своего приключения. Химерического, как назвал его разноцветный умница Кальян.

- А все-таки как классно было лазить по стенам и плеваться огнем! - вспомнил Байкал и все засмеялись, вспомнив про поджаренного глупого Сабаха.

Оставшись одна, Фатима долго и задумчиво гладила руками голубой плащ на своих коленях, потом накрылась им, и рыдая стала повторять те же слова, которыми только что вернула прежний вид животным. Но зрение не возвращалось.

«Наверное, это должна говорить не я, а кто-то другой», - Фатима сняла с головы плащ и пока складывала и убирала его в ларец, решила обязательно попросить о помощи маленького сказочника. Беспокоить родителей она не рискнула.

ГЛАВА III. ЧЕМОДАНЧИК

Первое, что Серёнька обнаружил в детсаду, было крепко приставшее к нему прозвище Сказочника. Будто сговорившись, малыши и взрослые перестали называть его по имени, и звали именно так.

Традиционное заседание на горшках в большой беседке началось с того, что воспитательница спросила, не знает ли Серёнька еще каких-нибудь басен или сказок, потому что пока его не было, ребята часто вспоминали глупую ворону.

- Про мишку хотите?

- Давай! - закивали малыши, и Серёнька понес горшок на середину беседки.

МИШУТКИН СОН

Маленький медвежонок никак не мог уснуть. Сегодня в берлоге было душно и тесно, рядом слишком громко сопел братец. Лежать - неудобно, и Мишутка ворочался с боку на бок, пока не надоел маме. Она прижала его к себе лапой, и тихо, но очень строго сказала:

- Спи. Или я никуда тебя больше не возьму.

Надо было спать. Потому что сегодня мама в первый раз вывела их с братцем из берлоги в лес. И если завтра его не возьмут, то он останется здесь. Один. В этой пустой и темной яме. Нет, надо спать! Медвежонок уткнулся в густую мамину шерсть, изо всех сил закрыл глаза и засопел так, чтобы мама слышала и не сердилась.

Но сон не приходил. Даже перед закрытыми глазами у Мишутки мелькало то, что он видел днем: деревья, птицы, облака. И ему вдруг так захотелось хоть на минуточку, ну хоть одним глазком еще раз взглянуть на все это, что даже дышать стало нечем. И медвежонок осторожно, чтобы никого не разбудить, стал потихоньку выбираться. Вот он уже у выхода, сейчас только выглянет наружу, но выходить ни за что не будет, а то мама строго-престрого накажет.

Оказывается мама, когда ложилась спать, совсем забыла закрыть вход в берлогу, и малыш увидел, что на поляне так же светло, как и вчера. Он высунул нос, и первое, что попалось ему на глаза, был кусочек ночного неба со множеством звезд. Медвежонок конечно не знал, что это звезды. Но они переливались и сияли так ярко, что вся полянка перед берлогой и покрытые снегом деревья сверкали и искрились.

И была среди звезд одна особенная. Она мерцала голубым светом так красиво, что Мишутка захотел с ней поговорить:

- Кто ты? - шепотом спросил он у звездочки и ожидал, что она ответит ему также ласково и приветливо, как выглядит. К его удивлению, эта милая звездочка сначала как-то потрещала, по-кряхтела, затем очень неприятно хихикнула, и наконец резким трескучим голосом прокричала:

- Звезда я! Звезда!!!

Мишутка от неожиданности чуть не свалился обратно в берлогу. Но тут увидел, что перед ним на ветке маленькой елки сидит кто-то живой.

Вчера мама сказала, что это называется птица. Птицы бывают разные, и это кажется Ворона. Она переминалась с ноги на ногу и смотрела прямо на малыша, поэтому Мишутка решился спросить:

- Ты Ворона?- в ответ он услышал тот же резкий неприятный треск, каким ему только что ответила звездочка:

- Что! Я Ворона?! Вот глупый-то, глупый. Ты хоть про себя-то что-нибудь знаешь? Я - Сорока, а вот ты грубый, глупый, и похоже не очень-то послушный медведь.- Все это Сорока произнесла так быстро и громко, что Мишутка испугался. Он уже хотел было вернуться к маме, но удивление пересилило, и он спросил:

- А почему у тебя такой же голос, как у Звезды?

- Да потому что это я тебе и ответила. Звезды не умеют говорить, они очень далеко,- ответила Сорока.

- А если я подойду к ней поближе, она сможет со мной поговорить?

- Вряд ли, - Сорока взмахнула крыльями и перелетела на другое дерево.

“Вот бы мне так”,- подумал малыш и спросил:

- А я смогу вот так?..

- Летать, что ли?- догадалась Сорока.- Конечно. Тут нет ничего особенного. Были бы крылья.

- А где их взять? - спросил Мишутка. Он ведь еще не знал, что с крыльями нужно родиться. Но и Сорока ему этого не сказала. Она ответила:

- Ступай, вон там за деревом дядюшка Филин живет, спроси у него. У него всегда все есть. - И улетела.

Мишутка все смотрел на звездочку и размышлял: стоит или не стоит идти к какому-то дядюшке Филину. Пожалуй, говорить звездочка вряд ли умеет - тут Сорока права. А если не может говорить, значит не живая. А если не живая, то можно достать ее с неба и положить в берлоге, тогда там все время будет светло. Конечно, если Мишутку хватится мама, ему несдобровать. Но если все успеть, то разве мама сможет сердиться, когда сын принесет и подарит ей звездочку! Главное - успеть.

Пока Мишутка размышлял, у него из головы совсем вылетело имя того, у кого он должен спросить про... Про что спросить, малыш тоже забыл. К тому же, как выглядит тот, к кому он должен идти, медвежонок не знал. Одного - не знал, другое - забыл. Что же делать?

Тут у него над головой что-то случилось. Малыш не успел ни понять, ни сообразить, просто воздух над головой задвигался, что-то больно вцепилось ему в спину, и в следующую секунду Мишутка вдруг почувствовал, как поднимается на воздух. Защититься или позвать на помощь маму он не успел, потому что так же быстро опустился на землю, только в другом месте. А перед ним на толстый сук старого дерева сел тот, кто его сюда принес. Это был дядюшка Филин, которому Сорока уже сообщила о медвежонке.

Перед Мишуткой сидела птица, не похожая на Сороку, а гораздо крупнее, с большими кисточками на голове, которые сердито торчали над круглыми светящимися глазами. Птица показалась малышу очень недовольной. К тому же она молчала.

- Здравствуйте... - запинаясь, прошептал медвежонок.

- Что тебе нужно?- спросила птица низким глухим голосом так, будто не она сама только что принесла сюда медвежонка.

- Мне нужно... Вот как у вас... Чтобы я мог полететь, достать звездочку и подарить ее маме, - при этих словах медвежонок помахал лапами, пытаясь показать, что имеет в виду крылья.

- Не обманывай, - сказал дядюшка Филин. - Тебе просто хочется иметь у себя звезду. Не примешивай сюда маму.

Филин опять замолчал. Мишутка стоял, опустив голову, и не знал, что ответить. Наконец Филин проухал:

- Подходящих крыльев нет. Есть два, но разные. Одно голубиное, второе - стрекозье. Как на них лететь, не знаю. Но если тебе только на раз, и ты их вернешь...

- Да-да, я обязательно верну. - Мишутка хотел успокоить дядюшку Филина, но оказалось, что наоборот расстроил. Потому что тот полез к себе в дупло, достал два каких-то совсем диковинных для Мишутки крыла, и швырнул их малышу в лапы:

- Эх, старый я филин, обрадовался, что медвежонок летать мечтает... А ты такой же как все. Не летать ты мечтаешь, а слетать. На, бери свои крылья. - С этими словами дядюшка Филин забрался к себе в дупло и больше оттуда не вылез.

Мишутка совсем не понял, чем он обидел Филина. Но перед ним на снегу лежали, и при свете его голубой звезды искрились два настоящих крыла. Правда совсем разные, но каждое было необыкновенно красивым: одно - белое, как и снег, сделанное из мягких перышек, а второе - твердое и насквозь прозрачное, отливающее бесчисленными искорками. И это гораздо лучше, что они так не похожи одно на другое. Странно, как дядюшка Филин, имея в запасе такие крылья, летает на каких-то рябых и серых...

Однако раздумывать об этом было некогда. Малыш надел крылья, стал помахивать ими, пытаясь привыкнуть, потом взобрался на большой сугроб, набрал побольше воздуху, закрыл глаза, сильно-пресильно взмахнул крыльями и почувствовал, что лапы оторвались от земли, и он уже летит. Мишутка боялся открыть глаза, чтобы не обмануться в этом. Когда он их все же открыл, то увидел, что поднялся уже до вершины самого большого дерева.

Крылья работали хорошо, но они все же были разными, и поэтому медвежонок летел как-то боком. Кроме того, голубиное крыло двигалось плавно и едва слышно, тогда как стрекозье, хоть и было меньше, трещало так, что казалось вот-вот поломается.

Но это не могло расстроить медвежонка, который все-таки летел и находился уже на полпути к цели. Вот она совсем рядом, его звездочка. Она так сияет голубыми лучами, что Мишутка готов был терпеть любые неудобства, лишь бы долететь...

- Кар-р!- вдруг раздался совсем рядом с ним громкий окрик, и малыш чуть не упал от страха. Но увидел на верхушке огромной ели Ворона, с которым уже познакомился вчера.

- Куда это ты так нарядился?- спросил Мишутку Ворон.

- Я лечу за Звездочкой.

- А на что она тебе?

- Наверху их много, а у нас в берлоге темно.

Я достану и принесу маме. И она меня за это похвалит, - ответил Мишутка.

- Она тебя отпустила? - спросил Ворон, но не получил ответа. Потому что теперь, когда медвежонок был в воздухе, он торопился, и ему некогда было разговаривать. Малыш чаще замахал крыльями и взмыл ввысь. Но очень скоро оказалось, что в небе не так уж пусто, как кажется снизу. Не успел Мишутка набрать скорость, как услышал издали пронзительные крики, то ли “Я!”, то ли “И я!”, но к ним прибавлялось совершенно отчетливо: “Прочь с дороги!“ и ”Зашибу!”. Мишутка оглянулся, и действительно прямо на него с большой скоростью летел кто-то очень странный.

На самом деле это был маленький упрямый ослик, который жил в городе и работал у продавца воздушных шаров. На ослике был ошейник, к которому эти воздушные шарики были привязаны. Ослик очень любил свою работу, и очень не любил своего хозяина, потому что хозяин кормил его только травой, а на городской площади, куда ослик приходил продавать шарики, вокруг всегда толпились дети. Они наперебой угощали ослика фруктами, конфетами, пирожками, и идти домой ему всегда не хотелось.

Вот и вчера, едва только небо заволокло тучами, и полетели первые снежинки, хозяин стал собираться домой. Но у ослика еще много шаров было не продано, и он заупрямился. А когда рассерженный хозяин стал заставлять его подчиниться, ослик даже подпрыгнул от возмущения. Как раз в этот самый момент дунул ветер, воздушные шарики стали подниматься вверх, и ослик полетел.

Ветер нес его все дальше и дальше от города. В первые минуты ослику все это нравилось, но прошел час, второй, а ветер все нес его над землей. Пора бы приземлиться, не все же летать, когда-то надо и поесть!

Он теперь согласился бы и на охапку сухой травы. Но ветер не унимался, а без посторонней помощи ослик не мог ни снять с себя ошейник, ни отвязать шарики. И это именно он летел теперь навстречу медвежонку.

Но Мишутка не знал ни ослика, ни его печальной истории, а ослик был слишком упрямым, чтобы попросить такого малыша о помощи. Поэтому разговор между ними был очень коротким. Ослик спросил: “Куда ты летишь?”

Малыш ответил:“ За звездочкой. Как много у вас крыльев!”

- Я бы охотно избавился от них, - ответил ослик, поняв, что медвежонок имеет в виду шарики.

- А можно мне их взять?

- Конечно, ты можешь взять хоть все, только заплати денежку.

Если бы ослик не был таким упрямым, он через несколько минут мог бы быть уже на земле. Но Мишутка не имел денег, и даже не знал, что это такое, а ослик не собирался даром тратить шарики.

Так они и расстались: медвежонок помчался вверх к своей цели, а ослик полетел дальше над землей.

Мишутка поднимался все выше и выше, не сводя глаз со своей звездочки. Лететь ему оставалось уже совсем недалеко и недолго, и было слышно, как звездочки наверху между собой разговаривали:

“Вы только посмотрите на этого удивительного храброго медвежонка, который направляется к нам. Никто раньше не осмеливался до нас добраться“. “Что ему от нас нужно? Может быть, он хочет нас обидеть?“. ”Не может этого быть, разве он похож на человека?“ - переговаривались звездочки, наблюдая за тем, как приближается Мишутка.

“Так они все-таки живые и умеют говорить” - подумал медвежонок. Это означало, что и его звездочка - тоже живая. “А вдруг она не захочет поселиться у нас?“

Пока Мишутка размышлял, как ему попытаться уговорить звездочку, если она не согласится спуститься в берлогу, над головой у малыша раздался громовой голос:

- Кто ты такой?!

Мишутка испугался даже прежде, чем увидел того, кто к нему обращался. А когда увидел, то испугался еще больше. Прямо на него летела птица такая большая и грозная, каких малыш еще не видел. Это был Орел.

- Я лечу за звездочкой, чтобы подарить ее маме... - пролепетал медвежонок.

- Здесь летаю только я, - сказал Орел, и продолжая парить в небе, не больно, но крепко взял Мишутку за холку и поднес к глазам.

С минуту он рассматривал медвежонка, поворачивая перед глазами и молчал, внимательно изучая. Видимо Орел не знал, как поступить с дерзким малышом. Медвежонок в страхе тоже молчал.

- Что мне с тобой сделать... У тебя три выхода. Я могу тебя съесть. Но ужин прошел, а завтракать еще рано. Могу отдать своим птенцам, чтобы они тебя съели. Но они спят...

Орел говорил все это не столько Мишутке, сколько размышлял сам с собой. Но медвежонок решился спросить:

- А как...кой т...третий?

- Могу припрятать до утра и съесть утром. Пожалуй, это и будет правильно.

“Что же это такое, - отчаянно подумал медвежонок. - Значит, я все равно буду съеден! Ничего себе - три выхода.“

Мишутка испугался не на шутку. Но дело в том, что был он хоть маленький, а все-таки медведь. И как-то само собой получилось, что он весь сжался, набрал побольше воздуху, зажмурил глаза, размахнулся и... Как дал своей когтистой лапой!..

От неожиданности Орел выпустил медвежонка из когтей, схватился крыльями за голову, и закричал голосом, почему-то очень похожим на голос маленького мишуткиного брата: “Ой-ой-ой, ты что толкаешься!” И исчез. Наверное, Мишутка попал Орлу прямо по голове.

От испуга и переживаний медвежонок не сразу сообразил, где находится, и что происходит. Вокруг некоторое время было темно, и малышу показалось, что он стремительно летит вниз. Тут он вспомнил, что ему нужно совсем в другую сторону. Надо лететь вверх, туда где сияет его большая голубая звездочка!

Он поднял голову, и правда, вот она совсем рядом.

Мишутка набрался сил, взмахнул посильнее крыльями,

потом еще раз - вот они, звезды! Он мог потрогать их, понюхать, взять в лапы и поговорить с каждой. Мишутка знакомился со звездочками поочередно, и правду сказать, совсем забыл про то, что летел в гости не ко всем, а к одной, которую приметил еще на земле. Здесь же он просто растерялся: все звезды были красивыми, разными по величине и по цвету, некоторые были совсем холодными, другие наоборот горячими. Но все одинаково приветливо называли медвежонку свои имена.

Имена были длинными и торжественными:

- Меня зовут Вега из созвездия Лиры,- сказала например одна звездочка.

- А нас зовут Кастор и Поллукс. Мы - из созвездия Близнецов.

Мишутке очень понравилось звучание этих имен, хотя он их не понимал, и запомнить конечно не мог.

- А что такое “созвездие”? - спросил он у очень красивой звездочки, которая назвала себя “Альтаир из созвездия Орла“.

Звезда засмеялась и ответила:

- Это мой адрес... Место, где я живу. Не понимаешь?.. На небе мы живем семьями, и созвездие - это моя семья.

- Понял, - радостно сказал Мишутка. - А можно я тоже буду себя так называть? Меня зовут Мишутка из созве...рллоги Мамы Медведицы!.. Из маминой берлоги Медведицы Мишутка я.

- Какое красивое и благородное имя! - воскликнули звезды в один голос. - Тебе обязательно надо познакомиться с твоими родственниками.

- С какими родственниками? - удивился медвежонок.

- Подними голову и посмотри вон туда, - указал малышу Месяц, с которым медвежонок познакомился самым первым. Медвежонок глянул вверх и - ах! - первое, что он увидел, была та самая звездочка, к которой он летел, но уже забыл про нее. Теперь же она показалась ему прекрасней всех на небе. Медвежонку стало стыдно за то, что он оказался таким неторопливым. Он набрал воздуху, чтобы поздороваться...

И тут произошло неожиданное: сверху послышался короткий тяжелый звук - то ли пыхтение, то ли свист, Мишутке на голову плюхнулось что-то мягкое, но такое тяжелое, что малыш полетел вниз. Он ничего не успел понять и ничего не видел. Понял только, что все пропало.

Медвежонок пытался как-то барахтаться, но бесполезно. Когда наконец ему удалось освободиться от груза, он увидел себя дома, в берлоге. На голову же давил не кто-нибудь, а родной братец.

Мишутка задыхался, почти плакал от досады, пихал спящего братца лапой и кричал:

-Ты!.. Мешок!.. Моя звездочка!.. Ты не дал мне с ней поговорить!..

На самом-то деле братец спал и во сне забрался Мишутке на голову. А когда Мишутка стал толкать его и что-то кричать, братец ничего не понял, и громко расплакался. Тут проснулась мама. Выслушав жалобы обоих медвежат, она рассудила:

- Вы оба спали. И тебе, Мишутка, все приснилось. Ты зря обидел братца.

- Нет, мама, нет, я правду говорю! Вон она, вон посмотрите! - Мишутка пробрался к выходу из берлоги, отбросил сосновые ветки, которыми тот был прикрыт, и показал на небо. Оно стало светлее, чем было ночью, но звезды горели еще очень ярко. И ярче всех сияла та самая, он сразу ее узнал. Но что это?!

Медвежонок отчетливо увидел на небе себя самого. Да! А чуть ниже - свою маму, большую-пребольшую Медведицу. У его мамы и у него самого на шкуре были рассыпаны яркие звезды. А его, его голубая звездочка, ради которой столько пришлось сегодня пережить, сверкала прямо у Мишутки на хвосте.

- Мама, ты видишь?! Видишь?! Вон моя звездочка! А он мне не дал спросить, как ее зовут!

- Ее зовут Полярная звезда из созвездия Малого Мишутки,- сказала мама. - А теперь пойдем спать, путешественник.

- Но почему там только один медвежонок, нас же у тебя двое, - захныкал братец.

- Спать надо меньше, медведь, - победно сказал Мишутка. Но вид у братца был до того расстроенный и жалкий, что малыш посмотрел на него, помолчал, и предложил:

- Знаешь, я хотел подарить Полярную звездочку маме, а у нее их оказывается и так целое созвездие. Бери ее себе.

- Спасибо, - братец сразу улыбнулся и повеселел. - Только... А как же ты?

- Я же знаю теперь туда дорогу! И если мама отпустит, я могу еще достать.

Мама тут же пообещала Мишутке обязательно отпустить его к звездам, как только он хорошенько выспится и отдохнет после сегодняшнего трудного полета. Она даже пообещала поговорить с дядюшкой Филином, чтобы он дал Мишутке крылья понадежней.

После этого медвежонок устроился поудобнее, подложил лапу под голову, и спокойно уснул до утра. Он и правда очень устал.

- Ай, как хорошо!.. Все, дети, отправляемся обедать, а после тихого часа у нас конкурс рисунков на асфальте. Ты ведь закончил, не так ли, - воспитательница не столько спросила, сколько сообщила Серёньке о конце сказки. А он просто перевел дыхание и собирался продолжить, потому что конец должен был быть дальше и совсем не таким - Мишутка все же достал с неба свою звездочку!

Однако сказочник обнаружил, что это никого не интересует. Не только воспитательница, но и все до одного товарищи без сожаления поднялись с горшков, и жизнь пошла своим чередом. Более того, ему показалось, что все моментально забыли и о Мишутке, и всю сказку целиком - как обидно! Серёнька хотел домой и не мог дождаться вечера. Обед был невкусным, сон так и не пришел, и после полдника он без радости получил от воспитательницы свою коробку с белыми, голубыми и желтыми мелками.

«Не везет, так не везет!» - подумал малыш, услышав, что его соседями по асфальту будут Леночка и Никита. Рисовать рядом с Леночкой никто не хотел, потому что она всегда очень скромно начинала, но в итоге никогда не вмещалась в свой участок асфальта и не укладывалась в отведенное время. Кроме того, у нее очень быстро кончались мелки, и она естественно обращалась за ними к друзьям. Поэтому если соседями Леночки были недруги, то ее принцессы оказывались без руки или короны, а дома без крыш. Если же рядом рисовали друзья, то дома без крыш оказывались уже у них, поскольку Леночка ухитрялась истратить на свой рисунок две или даже три коробки мела вместо одной.

- Ты кого нарисуешь? – обреченно спросил ее Серёнька, мысленно сокращая и обрезая задуманную картину автомобильных гонок, когда они парами шли к главной аллее детсада.

- Ни за что не скажу, это сюрприз! – кокетливо ответила Леночка, но сама тоже поинтересовалась. – А ты свою придумал?

- У меня будут автогонки, как вчера! Здорово было, правда?

Леночка не успела ответить, потому что они уже пришли на место, и пора было браться за работу.

Серёнька сразу погрузился в мир автомобильных гонок. Он пыхтел, сопел, и абсолютно не интересовался поглядеть, что делали другие дети, пока не услышал за плечом разочарованный голос Никиты.

- Фу ты! Не мог своего что ли придумать?!. А все равно моя мазда лучше, чем твоя непонятно что!

Серёнька удивленно поднял голову и ахнул, потому что рисунок Никиты почти полностью повторял его собственный. Машины отличались только цветом и двигались навстречу друг другу. А в остальном на обоих были дорога, по две горы и по одному дереву, даже облако было одинаковым. Серёнька задохнулся от досады и как был на корточках, так и сел на асфальт. При этом он нечаянно толкнул давно сидевшую на его участке Леночку.

- Я не смотрел, клянусь! - сказал он Никите. - Как же так получилось!..

- И я твой не смотрел. Не знаю.

Они были приятелями, никогда не ссорились, и Серёнька точно знал, что Никита не стал бы срисовывать у него. Но на асфальте было два одинаковых рисунка, и теперь им предстояло объяснить воспитательнице, почему так вышло.

А за спиной Серёньки хныкала Леночка: «Я так старалась, а ты все напортил, а-а-аа!», и убежала плакать за куст.

Серёнька с Никитой и все дети обернулись в ее сторону, но ничего не поняли, пока не подошла воспитательница и не стала звать Леночку обратно.

- Что случилось, Лена, почему ты так расстроилась? – спросила воспитательница.

. Заплаканная художница вышла. Она обеими руками держала голубой мелок, которым сначала указала на свой рисунок, а потом на Серёньку с Никитой.

- Я уже заканчивала рисовать, а они своими дурацкими разговорами все испортили! - Леночка утерла ладошкой нос и он стал голубым от мела.

- Так, что тут у нас … Что скажете, дети? Думаю, что Леночка очень натурально изобразила, как полярный медведь лежит на снежном сугробе и доедает птицу. Но что такое одна мелкая чайка для большого белого медведя! Поэтому пока он доедает последнее крыло, сам уже смотрит на другую птицу. Это немного жестоко, но такова правда жизни на крайнем Севере. Там полгода длится звездная ночь, и на сильном морозе постоянно хочется кушать. Я правильно все поняла?

Леночка поначалу с ужасом слушала воспитательницу, но к концу речи перестала плакать, молча кивнула и опустила голову.

- Так в чем же была проблема? Почему ты плакала? – спросила ее воспитательница.

Леночка замялась, но тут ей на помощь пришел Серёнька:

- Мы с Никитой нарисовали одно и то же, и Лена расстроилась. Но так само получилось, мы не подглядывали.

- Разве это повод для слез! Дорогая моя, рисунки ценятся не за тему, а за красоту и исполнение.

Серёнька сразу понял, в чем состоял сюрприз, ведь Леночка рисовала Мишутку из его сказки. Медвежонок летел над облаками за звездочкой, а за ним охотился грозный орел. И поскольку самая главная звезда на рисунке не умещалась, Леночка решила использовать пустую территорию на его картине. Потому они и столкнулись.

- Ты же Мишутку нарисовала, да? – спросил он, чтобы убедиться. Но Леночка не успела ответить, потому что за спиной у Серёньки раздался хохот:

- А медведь-то не лежит, а в темноте упал! Звезда вон где спряталась, он и споткнулся!

На синих шортах Серёньки во всю попу отчетливо и ярко красовалась желтая звезда. Дети покатились со смеху, воспитательница приказала Леночке помочь ему отряхнуться, а сама поскорее увела всех на оценку других рисунков, потому что продолжать конкурс было уже бесполезно.

У питьевого фонтанчика Леночка помогла расстроенному Серёньке отряхнуться, и утешала как могла.

- Ты сам виноват. Если б не сел на звездочку, то я бы успела дорисовать, как Мишутка берет ее лапой. Вот как странно! Ты не успел рассказать, я не успела дорисовать... Видно, такая его доля!

Серёнька не хотел больше возвращаться к группе и уговорил Леночку сказать воспитательнице, что у него болит живот и он в туалете, а сам пошел в беседку к воротам детского сада. Едва в воротах показалась бабушка, его целый день нарывавшее горе взорвалось истерикой.

К счастью он успел отбежать далеко от беседки, где малыши обычно ожидали родителей, и его вопли слышали только бабушкины колени. Сама бабушка ничего не поняла, но и разбираться не стала, издали попрощалась с воспитательницей, и они пошли домой.

По дороге бабушка выслушала сбивчивый рассказ про обиду, посочувствовала, и утерла все слезы одной-единственной фразой:

- Не переживай. В детсад ты конечно еще вернешься, но нескоро - завтра мы уезжаем.

Твое счастье, дорогой Мишутка, что внутри ты набит опилками! Будь вместо них у тебя в груди живое сердце, оно обязательно разбилось бы сейчас от того, с какой легкостью забыл о тебе твой единственный товарищ и хозяин, только что рыдавший от невнимания незнакомых людей к сказке про медвежонка.

Но в тот момент маленький сказочник даже не думал о том, что предает друга - ведь завтра они наконец-то уезжают! На целых два месяца к бабушке на родину в село, где Серёнька еще никогда не был, где бродят в поле настоящие лошадки, растут рябины, и какие-то бабы достают из-под земли воду коромыслом. К этой поездке они готовились так долго, говорили о ней так много, что малыш давно перестал ждать и представлять, что увидит. В конце концов Серёнька почувствовал себя как бы уже вернувшимся, и теперь сильно испугался: ведь мама обязательно сунется в дорожный чемоданчик и обнаружит, что он все из него повытащил.

Воображая, как ему сейчас влетит, Серёнька засопел, потом захлюпал и стал двигаться медленнее. Ничего не подозревавшая бабушка решила, что он опять вспомнил про детский сад, и принялась успокаивать:

- Что ты? Опять про сказку? Да не переживай - нам с мамой твои сказки очень нравятся, разве этого мало? А если хочешь, чтобы они и людям нравились, надо по-другому сочинять. Ты сам виноват: ворона у тебя - пьяница-воровка, медведь на крыльях за звездами летает, всадник - вообще без головы. Людям это не нравится, им нужны другие сказки.

- Какие другие?

- Вспомни, Золушка поначалу кем была? Бедная была сирота. А кем стала? Богатой принцессой. Иван-дурак разбогател и на царевне женился. Кто там еще... Емеля? На печке-то все лежал. Его ж бы пороть каждый день, лентяя! Да сплошь - сначала бедные и больные, а к концу богатые и счастливые. Вот о чем сказки-то! А этот, из полена, как его?..

- Буратино?

- Буратино! Тоже ведь и монетки в землю сажал, и ключик ему не простой понадобился, и не от дровяного сарая. Такие сказки люди помнят, друг другу рассказывают, в книжках печатают. Чтобы чудеса были, чтоб был злодей, которого надо обхитрить, и чтобы в конце все кончилось добром.

- Ты тоже такие любишь?

- Я старая, царевич мне не нужен, золото тоже ни к чему, морока с ним, да головная боль. Поэтому мне нравятся сказки про звезды, которые сочиняет мой внучок...

«Нюра, здравствуй!» - окликнула бабушку соседка у подъезда, а Серёнька оглянулся и обрадовался, когда заметил, что с яблоневой ветки ему усиленно машут крыльями черная ворона и разноцветный попугай.

«Бабуль, я только на минутку!» - отпустил он бабушкину руку и подбежал к ограждению палисадника:

- Какие вы стали!.. Как это получилось?!

Байкал с Дымкой рядышком сидели в траве под деревом и оба виляли хвостами, попугай стал усиленно кланяться и от волнения бормотать бессвязную речь. Ворона некоторое время удивленно смотрела на него и наконец сказала:

- Похоже, у него говорилка сломалась… Мы хотели тебя поблагодарить и сказать, что все в порядке! Готовы к новым заданиям!

- А кобра со скорпионами где?

- Крысенок сказал, что уползла к себе в нору и затаилась. Но она теперь нищая, поэтому бояться нечего. Скорпиона карлик нигде не увидел, наверное, совы съели.

- Нищая? А золото?

- Превратилось в сов, как и твой рог.

- Рог превратился?! Вот это да!.. А мы завтра уезжаем к бабуле на родину в село. У мамы отпуск, приедем в августе.

- Как жалко! – неожиданно прокричал попугай, закашлялся и покосился на ворону, которая вздрогнула и взмахнула крыльями, собираясь слететь с ветки: – Простите, виноват…

- Заполошный. Я аж обкакалась от твоего вопля!

Серёнька тоже вздрогнул от крика и оглянулся на бабушку. Заметив, что она и соседка прекратили разговаривать и внимательно смотрят в сторону палисадника, быстренько попрощался с животными и побежал домой.

Мама отдыхала на диване, рядом лежали таблетки и стоял стакан с водой:

- Пойди поиграй, - отправила Серёньку и она, - а вечером будем собираться. Я полежу пока, голова разболелась.

- Можно во двор пойти?

- Нет, не надо, - отрицательно повела рукой мама. - Я часа два сегодня шорты чинила, так что побудь дома и дай мне отдохнуть.

Серёнька пошел к себе в кладовку, это была одна из трех его комнат. Первая была настоящей детской, вторая - под большим круглым обеденным столом в гостиной, а кладовка при кухне была третьей. Полки с посудой и продуктами располагались там довольно высоко, и пространство под ними являлось его законной территорией. Тут стояла большая коробка с игрушками и маленький стул, лежал коврик - в общем, все необходимое.

Но сегодня доступ в кладовку был закрыт большой маминой швейной машиной, за которой мама два часа чинила шорты.

Поскольку пробраться к игрушкам и понять, что в них попало из чемоданчика, теперь было невозможно, Серёнька взобрался на стул и стал рассматривать машину. На ее столике лежали ненужные обрезки ткани, большие ножницы, коробка с катушками, моток резинки. Трогать ничего этого было нельзя, но... Что это?! Так вот отчего у мамы разболелась голова! На машинном столике стопкой лежали бумажные купюры и кучка монет из белого металла – хоть и не золото, но тоже головная боль.

Серёнька слез со стула и побежал к маме, чтобы сообщить о причине ее головной боли. Мама спала. Серёньке показалось, что она очень тяжело дышит. Надо срочно звать бабушку. Дверь закрыта! Что делать, ведь надо что-то делать. Тяжело дыша, малыш снова бросился к швейной машине, влез на стул, схватил ножницы и стал резать купюры. Надо резать как можно мельче, чтобы они не могли больше быть деньгами, тогда мама проснется здоровой. А что делать с серебром? Выбросить в ведро. Но от этого оно не перестанет быть серебром: “Знаю! Если я положу его пока в свою коробку, оно станет моим, и тогда у мамы голова пройдет, а заболит у меня. Ну и пусть!“ Серёнька сгреб монеты, кряхтя полез с ними за машинку, швырнул в коробку и прислушался... Да, голова действительно начинает болеть. Теперь надо скорее выбросить остатки денег, и тогда мама проснется. В коридоре послышался звук открываемой двери - шла бабушка.

- А мать-то где? - спросила она, разуваясь. Заметив, что Серёнька крутится у машинки, предупредила:

- Смотри не трогай там ничего.

Серёнька сгреб бумажную стружку в пригоршни, и прижав к животу, направился мимо бабушки к мусорному ведру. Озабоченность внука ей не понравилась:

- Что у тебя в руках?

- Мусор. Я убираюсь.

- Убираешься? Где убираешься? На машинке? А что там убирать? Дай посмотрю, - бабушка преградила путь, и разжав Серёньке ладони, взяла щепотку денег:

- Что это?

- У мамы сильно болит голова...

- Ну и что? А-а... - по мере того, как до бабушки доходило, что было у нее в руках, она все более задыхалась. - Это... Что это? Деньги?.. Это деньги? На что же мы поедем? Ой, я не могу - это ж было отложено на дорогу!..

- Ты сама сказала, что от них голова болит!

- Я сказала? И поэтому их надо резать? - бабушка вышла из себя, прибежала мама, что началось!.. Серёнька понял, что нет никакой возможности ничего объяснить, его просто не слушали, и если бы не счастливый случай, не миновать бы страшной кары...

Но произошел счастливый случай. В дверь постучали, и на пороге появился дед Петя, родной брат бабушки. Приходил он редко, так как жил за городом и много работал, но на этот раз специально зашел попрощаться перед дорогой. Бабушка и мама были обезврежены. Самое большее, что они могли теперь сделать - поставить в угол. Дядя Петя, увидев их расстроенные лица, не спеша стал расспрашивать, что тут случилось, да как произошло. И пока они ему все рассказывали, успокоились.

- Ну, у вас наверное дел к дороге полно, я пойду, - сказал он, вставая из-за стола. Поскольку с Серёнькой они были друзьями, не попрощаться с малышом дед не мог, присел в углу и громко спросил:

- Ну что, проказник, в отпуск едешь? Веди себя там хорошо.

Серёнька обнял его за шею и зашептал на ухо, что если он уйдет, то Серёньку опять накажут, поэтому пусть лучше он его возьмет с собой.

- Ты уже в углу, а за одно преступление двух наказаний не дают.

- У меня еще из чемоданчика все куда-то пропало, не знаю. Мама сейчас будет смотреть...

- Понятно. Так ведь когда придешь, все равно влетит.

- Может не влетит.

Мама с бабушкой легко отпустили Серёньку с дедом, и уже через несколько минут он был на улице.

- Куда пойдем? - спросил дядя Петя. - О чем говорить будем?

- Пойдем вокруг дома, а говорить будем про сказку, какую ты обещал рассказать.

- Не помню, чтобы обещал.

- Нет, обещал. Про лошадь, которая у меня на чемоданчике.

- Да... Что-то было, про лошадь...- Дядя Петя постоял, подумал, вздохнул, потом взял малыша за руку, и они медленно пошли по тротуару вокруг дома.

ЦАРЕВИЧ И КОНЬ

Когда-то давным-давно была на свете такая страна - Персия. Царствовал в этой стране персидский шах. Этот персидский шах очень любил разводить коней, и у него их было очень много.

Но вот однажды одна породистая и дорогая кобылица пропала из конюшни. Шах очень расстроился, конюха казнил, а сам бросился на поиски. Долго искал он кобылицу по всей стране, но не нашел, а через год она сама домой вернулась. Да не одна, а с жеребенком. Когда шаху доложили об этом, он прибежал в конюшню и ахнул - такого красавца он еще никогда не видел.

Этот жеребенок оказался счастливым, потому что вскоре вырос и превратился в такого дивного коня, какого на всем белом свете больше не было.

Представь: весь белый, даже как будто чуть-чуть розоватый, но грива, хвост и копыта - черные. И весь-то он как шелк переливается! По лбу же до кончика носа тянется полоска самого-самого белого цвета, и ее хорошо видно. Огромного роста, сильный, а уж глаза-то умные, ресницы длиннющие!.. В общем, кто ни взглянет на того коня, сначала глаз оторвать не может, а потом нет сил забыть.

Персидский шах очень гордился этим конем, ухаживал за ним, и берег его как настоящее сокровище. Да оно и впрямь так было, потому что все соседи наперебой выпрашивали у персидского шаха жеребенка от этого коня и дарили за это богатые подарки.

Но вот тут-то и была загвоздка. Оказалось, что сколько бы жеребят от этого коня ни рождалось, все они были непохожими на отца. Или совсем белые, или полностью черные. А если и рождались бело-черные, то все равно не те. И только один жеребенок оказался точной отцовской копией.

Так стало происходить в каждом поколении: от белого коня рождался всегда только один жеребенок необыкновенной красоты. И когда это бывает, от какой кобылицы, и кому он достанется, наперед не знал никто. Потому что все жеребята бывали раскуплены задолго до своего рождения.

Именно потому что жеребята покупались до рождения тот царь, которому выпадала удача, одновременно становился чуть ли не самым богатым царем на всей земле. Ведь подарки за будущих жеребят несли уже ему!

А что это значит?

Это значит, что у такого царя хоть и обнаруживалось сразу много друзей, но еще больше появлялось врагов и завистников...

Это еще не сказка была, а присказка, сказка будет впереди.

С тех пор, как кобылица принесла персидскому шаху первого белого жеребенка, прошло много веков. Слава этого конского рода распространилась по всей земле, и среди царей, которым очень хотелось иметь такого красавца, был один монгольский хан, звали его Армат.

В молодости он был добрым человеком, и больше всего на свете мечтал иметь хорошего сына и хорошего коня. Но всю жизнь ему не везло: детей у него было множество, но все дочери; коней было тоже видимо-невидимо, но такого, как тот персидский красавец - ни одного. Хан Армат уже состарился, обозлился, потому что чуть не всю казну без толку истратил на покупку новых жен и новых жеребят. А однажды к его горю прибавилась еще и обида: у его соседа, бездетного царя Габора, год назад родился сын-царевич. И ладно бы! Да только к первому дню рождения этот царь Габор подарил своему сынишке не что-нибудь, а именно белого жеребенка!

От горя, обиды и зависти монгольский хан заболел, слег в постель и чуть не умер. А когда понемногу пришел в себя, затаил на своего соседа лютую злобу. И это тоже еще не сказка была, а присказка. Сказка же только теперь начинается...

Итак, мы уже знаем, что по соседству с монгольским ханом жил царь Габор с царицей Василиссой. Все у них было: и государство со столицей, и дворец с богатством, не было только детей. Много они о том плакали, и под старость посетило их семейное счастье - родился царевич Меласий.

Родители в мальчике души не чаяли, и на первый день рождения, едва только сынишка стал делать первые шаги и выговаривать первые связные звуки, царь Габор подарил ему месячного белого жеребенка по кличке Атлас. Царевич сразу привязался к жеребенку, как к родному братишке, и не хотел расстаться с ним ни на минуту, так что родителям поначалу даже поселить их пришлось в одной спальне. Когда жеребенок подрос, для него была специально устроена конюшня в здании дворца, прямо под комнатами царевича.

Ухаживать за конем дело нелегкое: надо ежедневно накормить, напоить, искупать, расчесать хвост и гриву, убрать за ним, не считая прогулки. Все это царевич с малолетства старался выполнять исключительно сам, без крайней нужды к коню никого не подпуская. И правильно делал, потому что люди просто захвалили бы Атласа, и тем замучили.

Но действительно трудно было удержаться от восторга, увидев его. Казалось, Атласа нечем украсить, потому что специально изготовленная упряжь из чистого золота и драгоценных камней смотрелась на нем как безделушки. А ведь над ней целый год трудились восемь царских ювелиров.

Он сам был украшением для царевича. К тому же Атлас очень любил своего хозяина и изо всех сил старался быть ему полезным. Единственное, чего конь не умел, это говорить. Во всем же остальном у него не было конкурентов: если Меласию нужен был надежный совет, достаточно было коротко рассказать коню суть дела, и преданное сердце Атласа безошибочно подсказывало ему, что и как ответить хозяину. И он отвечал.

Однажды, например, во дворец приехали послы от их соседа, монгольского хана Армата, с хитрым предложением. Давайте, говорят меняться. У вас есть остров в океане, и у нас тоже есть. Но ваш остров находится прямо у нашего берега, а наш - рядом с вашим берегом, что очень неудобно. Поэтому давайте поменяемся по-хорошему, а если не захотите, так мы пойдем на вас войной, победим, и у нас будет два острова, а у вас ни одного. Как зашумели министры! Как царь Габор разгневался на соседа, и чуть было не началась война!

Вмешалась царица, предложила всем успокоиться и подумать до завтра. Вечером царевич пошел покормить коня, а сам все про это дело думает. Ему тоже очень не хотелось менять их красивый с большими фруктовыми садами остров - на чужой и совсем пустынный. Он стал рассказывать все Атласу. Конь замотал головой, затопал ногами и всем своим видом стал показывать, что царь, министры и сам царевич не правы. Меласий удивился:

- Ты что? Ты хочешь сказать, что надо меняться?

Атлас утвердительно закивал головой.

- Но там же голые камни!

Конь опять замотал головой и стал рыть копытом землю, потом оторвал зубами золотую бляху со своей сбруи, бросил ее в ямку и затоптал.

Царевич, все еще не переставая удивляться, бросился к отцу, рассказал ему о поведении Атласа. Царь поверил сыну, вызвал послов и подписал договор, по которому соседи получили богатый фруктовый остров в обмен на голые камни.

Когда довольные послы уехали, царь вызвал сына и говорит:

- Я поверил тебе и подписал договор, который любой разумный человек сочтет глупостью. Не позорь теперь меня перед всей страной, отправляйся на остров и докажи всем, что мы не ошиблись.

Царевич отправился на остров, по подсказке коня нашел там под землей целые горы золота и привез отцу несколько больших кусков. Никакого волшебства в том не было, просто когда-то возвращаясь из путешествия корабль царевича сутки пережидал непогоду на этом острове. Атлас за это время успел все изучить и видел золото. Тем не менее после этого случая люди стали думать, что Атлас не просто конь, но конь волшебный, и к восторгам прибавилось уважение. А царь Габор собственноручно прикрепил к сбруе Атласа самый большой из привезенных кусков золота вместо ордена.

Соседи же, узнав какого острова лишились, закидали хана Армата гнилыми яблоками и выгнали из страны. Нашел хан Армат тогда в пустыне старого колдуна и поселился у него, чтобы научиться злым чарам и отомстить царю Габору.

Надо сказать, что не только царевич ухаживал за своим конем, но и Атлас заботился о хозяине. Если например Меласий простудился, или как-то еще заболел, то его лечили не врачи, а конь, который прекрасно знал свойства всех лечебных трав. Прежде всего Атлас облизывал больному лоб шелковистым языком, чтобы измерить температуру и определить, чем царевич болен. Затем отправлялся в лес или в поле, и вскоре возвращался с пучком нужной травы, почти никогда не ошибаясь. Почти, потому что однажды все-таки ошибся...

Царевич был тогда еще маленьким и часто болел. Атлас тоже был молодым, и знал не все травы. И вот как-то поздно вечером ему пришлось срочно отправиться в лес в поисках лекарства. Было темно, он торопился, и вместе с нужной травой прихватил другую. Попалось-то всего несколько травинок!

Конь прибежал во дворец, отдал траву царице, та заварила чай и напоила сына. Мальчик уснул, а наутро проснулся хоть и совершенно здоровым, но со странностью: он стал слышать, о чем думают люди. Что такое?!

Поначалу он сам не мог в это поверить, и потому никому ничего не сказал. Потом ему понравилось, что он слышит чужие мысли, и он опять решил никому ничего не говорить. Но очень скоро заметил, что многие люди думают вовсе не то, что говорят. И ему стало так грустно, что он поклялся никому никогда и ничего не говорить об этом. А еще лучше совсем бы не слышать чужих мыслей. Потому что даже те люди, которых он очень любил, в голове имели одно, на языке другое, а поступали по-третьему. Причем очень часто царевич не мог понять, почему так происходит.

Когда например его папа про себя на чем свет стоит ругал своих министров, а вслух разговаривал с ними вежливо, царевич мог это понять. Папа на работе, министры тоже. Они могут не любить друг друга, но должны делать одно дело, тут все понятно.

Но вот например, сидит папа вечером у камина расстроенный, усталый. Мама подходит к нему, хотя папа ее не звал, гладит по плечу и ласково утешает. А про себя только что думала: “Старый какой уже, скрюченный... Как сморчок.”

При этом Меласий точно знал, что мама больше всех людей на свете любит только его, царевича, да папу. Откуда же у нее такие мысли, он не понимал. А когда услышал, что думают друг про друга придворные, слуги во дворце, люди на улице, то пришел в ужас.

И вот если тебе приходится наблюдать такое каждый день, а особенно слышать, что люди думают про тебя самого, разве можно быть радостным?

- А мне понравилось, когда Мишутка говорил то, что я думаю! - сказал Серёнька. - Он хоть и не признается, что все слышит, но я несколько раз проверял - может.

Дед удивленно поднял брови, но решил, что внук имеет в виду просто свои детские игры, и продолжил.

С этих пор поселилась в душе царевича печаль. Прошло несколько лет, он вырос и возмужал. Красавицы царевны становились в очередь, чтобы только показаться ему на глаза, и каждая мечтала выйти за него замуж. Но Меласий ни на кого не обращал особого внимания. Он тщательно исполнял свои обязанности, присутствовал на заседаниях министров и на балах, принимал гостей, охотился. Но при этом многие заметили, что все это царевича не увлекает. Причины же никто понять не мог.

Конечно это очень беспокоило его родителей, ведь они уже были старыми, и надеялись, что когда уже не смогут больше управлять государством, сын возьмет все в свои руки. Но сколько они ни допытывались о том, что печалит царевича, как только ни старались развеселить его - ничто не помогало.

Надоели их бесконечные вопросы Меласию, однажды он не выдержал, спустился в конюшню, обнял Атласа за шею, уткнулся ему в гриву и зарыдал. Конь пытался утешить хозяина, облизал ему лицо, руки - царевич не успокаивается. Тогда Атлас лег на пол, подогнув под себя ноги - он всегда так делал, когда хотел слышать, в чем дело. Едва царевич начал рассказ, Атлас догадался и о том, что произошло, и о том, кто виноват. Он так расстроился, что сам заплакал крупными слезами, вскочил на ноги и стал до земли кланяться Меласию. Так он делал всегда, когда просил за что-нибудь прощения. Царевич удивился:

- Ты чего?

Конь подошел к полке, на которой хранилась его сбруя, и оглянулся на хозяина, приглашая куда-то поехать. Царевич оседлал его и вывел из дворца. Долго они ехали, но вот конь привез Меласия в лес, отыскал кустик той самой травы, отщипнул несколько травинок, выплюнул и затоптал в землю. И опять стал просить прощения.

- Ты хочешь сказать, что я съел эту траву?

Атлас кивнул головой.

- А нет ли какой-нибудь другой травы, чтобы мне съесть ее, и все бы кончилось?

Конь понуро опустил голову, дав понять хозяину, что он такой травы не знает.

- Ну что ж, - обнял царевич друга. - Не расстраивайся, ведь можно жить и так. Будем слушать дальше.

Они вернулись во дворец, но вскоре люди заметили, что конь тоже стал грустным, похудел и перестал резвиться. Что ж такое?

Царь с царицей забеспокоились по-настоящему и решили, что надо собрать большой совет из мудрецов и волшебников, и поступить, как те подскажут.

Вечером они поговорили об этом, а утром узнали от специально приставленного к царевичу человека, что их сын всю ночь разговаривал во сне. И не просто разговаривал, а стонал, плакал и просил своего Атласа ни за что не бросать его в какой-то беде.

- Ты мой единственный друг, - говорил, дескать, во сне царевич, - и если ты меня бросишь, то я или с ума сойду, или погибну!

Родители тревожно переглянулись.

- Что это такое? - спросил царь царицу.

- Что это значит? - одновременно спросила она его.

- Надо собирать совет, - сказал царь.

- Немедленно! - ответила царица. - А пока давай все же попробуем за обедом еще раз с ним поговорить.

- Хорошо, давай попробуем, - согласился муж.

За обедом царица ласково спросила сына:

- Дорогой мой, - сказала она, - ты плохо выглядишь: лицо осунулось, глаза красные, здоров ли ты?

- Да, мама, все хорошо.

- А как ты спал сегодня ночью?

- Хорошо. Что-то случилось?

- Ничего особенного, просто как раз я сегодня плохо спала. Разболелась голова, и я даже решила выйти прогуляться по саду...

- Ночью, мама?

- Да. Я взяла с собой горничную и пошла в сад. Но когда проходила мимо твоей спальни, мне вдруг послышалось, будто ты с кем-то разговариваешь.

- Тебе это послышалось, мама?

- Прости меня за любопытство, Меласий... Но я уже старая, и к тому же я твоя мать...

- Конечно, мама. Продолжай.

- Так вот: я остановилась у твоей двери и прислушалась. Повторяю, я была уверена, что ты один...

- Пожалуйста. Так что же это было?

- Ты действительно громко разговаривал.

- С кем?

- С Атласом.

- А о чем?

- Ты просил, чтобы он не бросал тебя в какой-то беде, иначе ты погибнешь.

- Ну и что?

- Твои слова так встревожили меня, что я до сих пор не могу успокоиться.

- Почему? Во сне чего не бывает, разве стоит придавать этому значение!

- Сын мой, я уже забыла, когда в последний раз видела искреннюю улыбку на твоем лице. Вижу только, что с тобой что-то происходит. Ты стараешься быть вежливым, но не можешь скрыть, что тебе все безразлично. Твои друзья как-то интересуются жизнью, веселы, женаты. Ты же все только со своим конем, и все в печали. Если что и делаешь, то после долгих просьб и уговоров. Нельзя же так, ведь ты будущий царь. Поэтому я придаю большое значение тому, что сегодня слышала. Скажи нам, Меласий, что с тобой происходит. Если не скажешь, то...

- То что, мама?

Царь Габор, который до сих пор слушал, не проронив ни слова, вдруг проронил:

- То я прикажу отрубить твоему коню голову.

Этого никто не ожидал. Один из слуг уронил на пол блюдо с кушаньем, царица обмерла и медленно повернулась к мужу, потеряв дар речи. Царь конечно не собирался рубить Атласу голову, он и сам его любил. Но решил таким способом припугнуть сына, чтобы заставить говорить. И правда, царевич побледнел и едва слышно спросил:

-За что?

- Как это, извините, за что! - вспылил отец.- Может быть, ты совершил какую-нибудь пакость, или даже преступление! И может быть, оно тебя угнетает. Но сам ты никому ничего не рассказываешь. Кроме коня друзей у тебя нет. Вот пусть он и пострадает!

- Хорошо. Я скажу, в чем дело. Но вы сразу поймете, что зря допытывались.

- Ничего, - сказал царь. - Мы слушаем.

- Я умею читать чужие мысли. И если вам кажется, что я грущу, то это от того, что не встретил пока ни одного человека, который бы говорил то, что думал. Атлас, похоже, единственный мой товарищ, чьи мысли так же искренни, как и поступки. Вот... Это все. Я могу быть спокойным за Атласа, папа?

- Если ты умеешь читать мысли, то зачем спрашиваешь?

- Люди часто говорят и делают совсем не то, что думают. А ты, папа, делаешь это чаще других.

- Что ты имеешь в виду?

- Ты ведь не собирался убивать Атласа, но в самом деле можешь отрубить ему голову. Поэтому пообещай, пожалуйста, при маме, что не причинишь ему вреда.

- Ах так! Тогда пострадаешь ты! - крикнул царь Габор, потому что он был человеком горячим, и ему не понравилось, что кто-то, пусть даже и родной сын, умеет читать его царские мысли. Поэтому несмотря на то, что мать рыдала и умоляла не губить сына, царь вызвал стражу, велел заковать Меласия в кандалы и посадить в башню, стоявшую посреди моря. Целую неделю царевич сидел в этой башне совсем один, пока отец не решил, что с ним делать. Дверь крепко-накрепко заложили кирпичами и зацементировали, осталось только маленькое окно с решеткой. Хлеб и воду лишь однажды слуги привезли на лодке, привязали мешок к веревке, и арестант поднял его к себе наверх.

Он совсем не расстроился от того, что его посадили в тюрьму, наоборот обрадовался, ведь здесь не было слышно чужих мыслей.

Но настоящим горем было то, что царевич ничего не знал о своем товарище, не знал даже жив ли конь, и тоска грызла ему сердце днем и ночью.

Царевич был прав: Атлас, оставшись без хозяина, сразу почуял беду, перестал есть, пить, никого к себе не подпускал и все порывался убежать из конюшни. В конце концов царица тайком выпустила его.

Пришел он на берег моря, глянул на волны - нет, ничего нельзя сделать. Лег тогда конь прямо на голые камни, стал смотреть на башню, ждать, и не двигался с места целую неделю. Когда стражники привозили Меласию хлеб с водой, они видели лежавшего на берегу Атласа, пожалели его, дали хлеба, но конь даже и не понюхал. Меласию они ничего говорить не стали, чтобы не расстраивать, ведь все во дворце жалели их обоих.

Спустя неделю прямо перед носом коня на прибрежные камни опустилась большая морская чайка Ика, старая знакомая Атласа. Он частенько во время прогулок гонялся за чайками по берегу, а они не обижались, потому что царевич подкармливал их хлебом.

- И долго ты собираешься здесь валяться? - насмешливо спросила она.

Атлас открыл глаза, но ничего не ответил.

- Я видела как твоего хозяина посадили в башню, и все эти дни наблюдаю за тобой, - сказала Ика уже совсем серьезно. - Не знаю, какая беда у вас там приключилась, но если ты за целую неделю не смог ничего придумать, видимо беда большая, да?

Атлас, не поднимая головы, горестно вздохнул.

- Хочу дать тебе совет, - предложила Ика. - Ты молод, но принадлежишь к славному роду, твои братья и сестры живут при царях всего мира, а самое главное, у тебя есть родители. Не стоит забывать про близких, даже если ты мало с ними жил и плохо их знаешь.

- О чем ты говоришь? - Атлас поднял голову и укоризненно посмотрел на чайку. - Где мои родители, кто они? Я не знаю никого кроме своего хозяина! Да и как мне с ними встретиться...

- Эх ты! Это же так просто: крикни в небо слово “Мама!” Даже малые дети это знают, - Ика взмахнула крыльями и улетела.

А в это время во дворец царя Габора для тайного совета съехались сорок мудрецов и волшебников. Все были очень мудрыми и могущественными, многие с длинными седыми бородами, в длинных одеждах и диковинных шапках. Среди них был и бывший монгольский хан Армат.

Царь с царицей пришли в сопровождении лишь самых близких придворных. Усевшись на трон, царь изложил суть дела и спросил:

- Что скажете, и чем поможете? Но мне бы хотелось, чтобы мой сын стал таким, как все люди.

Мудрецы помолчали, глядя кто в пол, кто в потолок, а кто и вообще закрыв глаза, посовещались. Наконец с места поднялся хан Армат, который сразу смекнул, что именно теперь сможет насолить царю Габору. Он сделал задумчивое и грустное лицо, и сказал:

- Царскому горю помочь нелегко. Есть такая трава, которая могла бы вернуть царевичу здоровье, но она помогает только когда цветет - один раз в пятьдесят лет, причем в последний раз это было как раз нынешней весной. Что теперь делать, - хан Армат поднял глаза к небу. - Либо ждать следующего цветения, и до этого времени поселить царевича в безлюдном месте, либо смириться и оставить все как есть. Беда ведь случилась не вчера, он уже несколько лет слышит чужие мысли. Правда, можно отправить царевича и на край света к начальнику всех мудрецов, который если захочет, может без всякой травы вернуть царю потерянный покой, а царевичу здоровье. Но ехать к нему уж очень долго и трудно, а главное - неизвестно, какую награду придется заплатить ему за услугу.

Давая все эти советы, хан Армат надеялся, что царь выберет как раз третий способ, и пошлет сына на край света. А по дороге, мечтал злой колдун, с Меласием всякое может произойти...

Так и получилось: царь без раздумий выбрал третий вариант, вызвал сына, сообщил ему про свой совет с мудрецами и приказал немедленно отправляться на край света.

Хан Армат потер руки от удовольствия и не стал терять времени. Прежде всего он отправился на развилку трех дорог, где должен был проехать Меласий, и установил там столб с табличками. Сам уселся рядышком в кустах, чтобы подглядеть, по какой дороге поедет царевич, и стал ждать.

Как же обрадовался Атлас освобождению хозяина! Он неотступно следовал за повозкой, в которой царевича привезли из башни во дворец, и теперь скакал и резвился, словно жеребенок. Одна лишь царица плакала о предстоящей разлуке с сыном, но муж не спрашивал ее мнения, и она не в силах была ничего изменить.

Царь дал сыну на дорогу котомку с хлебом и немного монет. Царевич оседлал коня, надев на него самую простую сбрую, попрощался с матерью, и пришпорив Атласа, исчез за воротами как ветер.

Поначалу от радости коню было все равно, в какую сторону везти хозяина, но у первой же развилки дорог Атлас остановился как вкопанный, и оглянулся на царевича. Взгляд у коня был такой, что Меласий сразу понял - надо все рассказать.

Он свернул на обочину, спрыгнул на землю, и подойдя к дорожному указателю, собрался было сесть на траву, но увидел, что к столбу прибиты три деревянные таблички с надписями. Верхняя гласила: “ Направо поедешь - сам погибнешь, и коня потеряешь“. Средняя табличка предупреждала: “Прямо поедешь - сам погибнешь, а конь останется, другим достанется“. Надпись на нижней табличке была самой короткой:“ Налево поедешь - коня потеряешь“.

Царевич прочел эти надписи вслух, сел под указательный столб и достал котомку с хлебом, Атлас улегся рядом. С минуту они смотрели друг на друга, ведь не виделись целую неделю, и оба сильно изменились. Если царевич выглядел похудевшим, то Атлас еще и постарел: в его густой черной гриве появились седые пряди, щеки обвисли. Однако глаза светились такой детской радостью от встречи с любимым хозяином, что Меласий расхохотался:

- Что уставился, ешь давай! Нам с тобой аж на край света ехать, а ты вон какой тощий...

Конь осторожно взял из рук царевича кусок хлеба, и пока жевал, Меласий коротко рассказал ему, куда послал их царь. А после спросил:

- Как думаешь, по какой дороге нам лучше поехать?

Атлас медленно поднялся, подошел к развилке, сделал несколько шагов влево и лег на дороге, про которую было написано: “Налево поедешь - коня потеряешь“.

- Так я и думал, можно было не спрашивать! - сказал Меласий, разочарованно махнув рукой. - Знаешь, если уж мне суждено тебя потерять, давай поедем направо, и погибнем вместе.

Атлас не сдвинулся с места.

- Тогда можешь оставаться, - твердо сказал царевич, - а я теперь лягу спать, но утром пойду направо пешком.

С этими словами он расседлал коня, отвязал свою котомку и перешел на правую дорогу. Там стал устраиваться на ночлег: расстелил на обочине попону, подложил седло под голову, плащом накрылся и тут же заснул. Атлас так и не двигался с места.

Вскоре стемнело, и все время сидевший в кустах хан Армат выбрался из своего укрытия, и осторожно, ползком исчез в темноте.

Около полуночи Атлас поднялся на ноги, подошел к хозяину, и убедившись, что тот крепко спит, трижды обошел вокруг него. Затем, мягко ступая по траве пошел на развилку трех дорог. Постоял там в полной темноте, низко опустив голову, потом посмотрел в звездное небо и тихим ржанием стал кого-то звать.

Раз позвал, постоял. Второй раз позвал, опять постоял. Потом глубоко вздохнул, позвал кого-то в третий раз. Вокруг было темно и тихо. Подождав еще немного, Атлас горестно опустил голову, и собрался было вернуться на дорогу, но вот вдали будто послышалось ответное ржание, конский топот, и вскоре со всех сторон к развилке стали стремительно приближаться кони.

Их было так много, что Атлас растерялся, и стоял как вкопанный. Эти таинственные, совсем незнакомые кони подбегая не приближались к нему, но останавливались на почтительном расстоянии и приветствовали - кто изящным поклоном, кто кивком головы, кто тихим ржанием, а затем оборачивались к горизонту, как бы кого-то ожидая. Атлас тоже обернулся в ту сторону. Прошло несколько минут, а все новые и новые кони и кобылицы разной масти подбегали со всех сторон и вставали в огромный полукруг позади Атласа. Наконец от темного горизонта стали приближаться две белых точки, и все собравшиеся, выставив вперед левую переднюю ногу, подогнув под себя правую, склонились до самой земли и замерли.

Атлас, так и оставшийся в одиночестве стоять посередине, ничего не понимал, но тоже поклонился до земли в ту сторону. При этом он вспотел от волнения, дрожал всем телом, и от него даже пар пошел.

Тем временем две светлых точки на горизонте приблизились настолько, что можно было их разглядеть. Это были огромный белый конь с серой кобылицей. Конь как две капли воды был похож на Атласа, только крупнее и старше. Вместо сбруи на нем был ошейник, весь сверкающий драгоценными камнями, и белая шелковая попона, которая развевалась на ветру, словно крылья. Серая кобылица рядом с ним выглядела куда скромнее, хотя тоже была очень красивой: хвост и грива у нее были белые, голову украшал небольшой плюмаж из черных перьев, спина покрыта синей легкой попоной, расшитой яркими диковинными узорами, а на ногах сверкали браслеты. Это были родители Атласа. Они приближались все более замедляя шаг, и немного не дойдя до него, остановились.

- Здравствуй, Атлас, - сказал большой белый конь. - Подойди к нам, не бойся.

Атлас подошел к родителям, весь дрожа от волнения. Отец приветливо прикоснулся щекой к его шее, и затем подтолкнул к матери.

- Мы очень рады, что ты вспомнил о нас и позвал, - тихо сказала она, так же как и отец, прикасаясь щекой к шее Атласа.

- Встань рядом со мной, - повелел отец, - и познакомься со своими родственниками.

Атлас робко встал рядом с отцом и только тут увидел, что вокруг все так же в поклоне стояли сотни, а может быть и тысячи благородных и необыкновенно красивых коней.

- Спасибо, дорогие, здравствуйте! - негромко сказал отец Атласа.

Все поднялись, и от середины огромного полукруга парами стали поочередно подходить для приветствия. Родители Атласа обращались к каждому подходившему по имени и говорили что-нибудь ласковое. Атлас понял, что здесь собрались не только его братья и сестры, но все представители их древнего рода, главой которого сейчас был его отец.

Внимательно наблюдая за приветствиями и разглядывая родственников, Атлас совершенно не заметил времени, и удивился когда оказалось, что церемония приветствия окончилась, и все вернулись на свои места.

- Мы очень рады нашей встрече, - во всеуслышание сказал глава рода и посмотрел на Атласа. - И этим мы обязаны тебе, сын мой. Расскажи теперь, что произошло, и для чего ты позвал нас.

Атлас робко сделал несколько шагов вперед, до земли поклонился всем собравшимся, затем обернулся к родителям, еще раз поклонился, и рассказал обо всем: как по его вине царевич стал читать чужие мысли, за что был посажен родным отцом в тюрьму, как отправлен теперь на край света к начальнику всех мудрецов, рассказал также и о своем споре с хозяином на развилке трех дорог.

- Я конечно не оставлю своего хозяина, - сказал Атлас напоследок, склонив голову, и будет справедливо, если я погибну. Но я не хочу, чтобы по моей вине погиб хозяин, и прошу у вас совета и помощи.

- Начальник всех мудрецов, который живет на краю света - это мой хозяин, - сказал отец Атласа. - Можешь считать, что твой царевич исцелен.

- Значит, нам можно вообще никуда не ехать? - Атлас радостно поднял голову.

- Можете не ехать, - почему-то строго сказал конь-отец, и Атласу показалось, что вокруг все стихло.

- Благодарю вас, - робко произнес он.

- Пожалуйста, - холодно ответил ему отец.

Вокруг никто не двигался с места, все смотрели на Атласа, и похоже чего-то ждали. Но он не мог понять - чего, и так растерялся, что вся спина снова покрылась испариной.

- Можем ли мы как-то отблагодарить вашего хозяина... И вас?.. - чуть слышно спросил Атлас.

- Он сделает это для меня, не заботьтесь, - произнес конь таким ледяным тоном, что Атлас испуганно посмотрел на мать, та в свою очередь на отца. Но отец не двигался с места и не сводил с Атласа пристального взгляда.

Лихорадочно соображая, в чем может быть дело, Атлас начал размышлять вслух:

- Если бы не ваша помощь, нам с хозяином пришлось бы утром отправиться в путь по одной из трех дорог - и погибнуть. Теперь мы счастливы, потому что избавлены от смерти и беды. Но дороги остаются... И по ним проедет кто-то другой...

- Браво, Атлас! - радостно сказал отец. - Я начинаю узнавать в тебе своего сына!

Общий вздох облегчения будто шорох ветра пронесся позади Атласа, и все будто ожили и зашевелились. Но конь-отец поднял голову и оглядел присутствующих - всё снова стихло.

- Продолжай, - сказал он Атласу.

- Отец, - сказал Атлас уже более смело, - я вправе располагать только своей жизнью, и готов проехать по любой из этих дорог, чтобы избавить кого-то от смерти. Но останутся еще две. И я прошу вас передать мою просьбу начальнику всех мудрецов: пусть он, исцелив моего хозяина, найдет способ очистить остальные дороги.

- Молодец, Атлас! - громко сказал большой конь, подошел и прикоснулся щекой к шее сына. - Теперь выслушай меня.

Я твердо обещаю, что твой хозяин будет исцелен, это нетрудно. Но беда в другом: за это время он привык, что люди чаще думают плохое, чем хорошее. И если теперь он вдруг перестанет слышать чужие мысли, то легче ему не станет. Наоборот, теперь он будет подозревать в худых мыслях каждого, кого встретит, и затоскует еще сильнее. Ты согласен?

- Что же делать? - спросил Атлас.

- Доверься нам, и вези своего царевича по той дороге, куда он хотел. И ничего не бойся. - Конь-отец поднял голову и громко объявил:

- Дорогие друзья и дети мои! Благодарю вас всех за то, что откликнулись на призыв Атласа, и пришли ему на помощь. Не забывайте нашего родства и впредь. А теперь прошу: разделитесь на три табуна и возвращайтесь домой по этим дорогам. И если встретите какую-либо злую силу - победите ее. Давайте прощаться.

Атлас занял свое место рядом с отцом, а остальные кони, торжественным маршем проскакав мимо них, растворялись в утренней дымке.

Зрелище было столь величественным, что Атлас не мог удержаться от слез благодарности - ведь все это было ради него. Замыкали парад вороные кони, служившие в войске какого-то арабского шейха. Стройными рядами, как по струнке они проскакали к развилке и исчезли по дороге, ведущей вправо, куда предстояло вскоре двинуться и Атласу.

Он обернулся к отцу, но обнаружил, что рядом никого нет. Удивленно оглядевшись по сторонам, Атлас убедился, что родители исчезли бесследно, будто растворились в воздухе, и ни вдали, ни на горизонте никого не было видно.

Он постоял в полной тишине, удивляясь происшедшему, и вспомнив, как красиво завершили парад вороные кони, вздрогнул, - а как же царевич-то?! Ведь он же спал как раз у них на пути, и от него теперь наверное мокрого места не осталось!..

Атлас подбежал к развилке - царевич спокойно спал на том же месте и на том же боку, что вечером. Обнюхав хозяина, он с удивлением убедился, что с Меласием ничего не случилось.

- Доброе утро! - открыл глаза царевич, проснувшись. Конь лизнул его в лоб. - Ну что, едем вместе?

Атлас кивнул, царевич оседлал его, вскочил в седло, и пока усаживался, грустно сказал:

- Вперед, Атлас! Вперед, друг мой...

Атлас понял, что царевич поперхнулся слезами, и попытался приободрить его негромким радостным ржанием, оттолкнулся от земли и сделал несколько больших прыжков галопом. Но царевич понял коня иначе:

- Я знаю, друг мой, что ты готов умереть за меня. Вперед!..

Атлас резво побежал по дороге. Он твердо знал, что там впереди все будет хорошо.

Вот и вся сказка, - сказал дед Петя, подводя Серёньку к подъезду. ”Как вся? Они же еще только поехали!”. “И они поехали, и тебе завтра уезжать, и мне еще домой добираться. Вот вернетесь из отпуска, я может быть и дальше расскажу. Но уже и так ясно - все будет хорошо.”

- Ничего там не ясно! А как же монгольский хан?! - но как ни уговаривал Серёнька деда продолжить сказку, как ни просил - бесполезно! Дед жестоко открыл дверь, грубо втащил Серёньку домой и безжалостно сдал бабушке. Впрочем, плач и слезы, которыми было омрачено расставание с ним, оказались вторым счастливым случаем за один вечер: мама и бабушка наскоро накормили Серёньку и поскорее отправили спать, чтобы самим продолжить укладывать сумки.

Войдя в спальню, Серёнька закрыл за собой дверь, повернулся и замер, не в силах двинуться дальше - у кроватки на стуле лежал чемодан!

- Что смотришь? - раздался у него за спиной строгий голос мамы. - Думал, никто не узнает?.. Твое счастье, мошенник, что дядя Петя сегодня пришел. Не выйти б тебе из угла до завтра. Но без наказания не останешься: что в чемодане осталось, с тем и поедешь. Ложись спать.

Мама молча подождала, пока Серёнька улегся, выключила свет, и не попрощавшись вышла.

Ему было очень стыдно. Он так мечтал о собственном отдельном чемоданчике! Когда этот чемоданчик появился, они так горячо обсуждали с мамой, какой из наклеек его украсить, что в него положить, и покупали только новые, такие замечательные вещи! Потом так торжественно укладывали их внутрь, и закрывали новеньким ключиком! Крышка чемоданчика была украшена самой великолепной из имевшихся у Серёньки наклеек - на ней как птица по небу стремительно летит куда-то большой белый конь с развевающимися черными хвостом и гривой. Теперь Серёнька знает, как зовут этого коня - Атлас! И торопится он в лес за травой для больного царевича.

Чемоданчик долго лежал в полной неприкосновенности у него под кроватью, согревая обещанием будущих приключений, Серёнька ждал очень терпеливо...

Но поездка все откладывалась, ждать стало сначала тяжело, потом невозможно. Самое главное - теперь он даже не помнил, что именно там лежало. Серёнька встал с кроватки, и в темноте наощупь открыл крышку, пошарил внутри - в чемодане было пусто, лишь в одном углу мягким комочком лежала пара никчемных трусиков и маек...

Всю ночь он искал во сне нужные в дорогу вещи, но попадались какие-то клизмы, камни, тряпки и всякий мусор. А он никак не мог вспомнить, что нужно найти...

Когда рано утром Серёнька открыл глаза, будить его еще никто не собирался. Было слышно, как мама с бабушкой суетились в соседней комнате, заканчивая сборы. Его чемоданчик так же как вчера лежал на стуле, но был закрыт. Стараясь не шуметь, Серёнька выбрался из постели, и оглядываясь на дверь открыл его, заглянул внутрь - ура! Чемоданчик был наполнен доверху.

Мама наверное всю ночь не спала, собирая рассованные по углам и давно потерянные кеды, кепку, набор карандашей, краски и все остальное.

-Кхе-кхе! - послышался от кровати кашель медвежонка. - Хвастать, конечно, нехорошо, но мама добавила сюда только одежду.

- А остальное ты нашел, да? Спасибо!..

Правда, все вещи были использованными и изрядно потрепанными, но как хорошо, что они нашлись! Вдруг Серёнька увидел маленький черный кошелек с защелкой, и снова почувствовал жгучий стыд. Они с бабушкой целый год откладывали в этот кошелек большие серебряные рубли на серёнькины расходы в дороге. Он даже знал, где Мишутка нашел его - в коробке с игрушками. Кошелек давно был пуст, все монеты порастерялись. Теперь же тряпочный мешочек пустым не выглядел - ура! Кошелек был твердым и тяжелым. Малыш порывисто открыл его - монеты лежали ровным столбиком. Вот это да! А еще в чемодане мама оставила свободное место для Мишутки.

- Это не мама оставила, а я, - опять поправил мысли Серёньки медвежонок.

Малыш повернулся к постели, чтобы взять мишку, но тут в окно глянуло солнышко, яркие зайчики запрыгали по стенам, и прежде чем расстаться с другом, он решил сообщить ему радостные вести. Так родилась еще одна сказка.

ПРОША-ПОПРОША И ЧУДЕСНЫЙ КОШЕЛЕК

На краю большого богатого села в старенькой и бедной избушке жил мальчик Проша со своей мамой. Жили они одиноко и грустно, друзей у них не было. Соседи хоть и жалели их, но сторонились, говоря: “Невезучие вы... Бедолаги”.

Прошина мама работала с утра до ночи, по ночам шила и вязала, но денег не хватало ни на что. В их крошечной избушке всегда было чисто, но до того бедно и голодно, что люди просто диву давались. Проша часто слышал, как соседки, примеряя сшитые мамой платья, с жалостью говорили ей: “Ты, Дарья, или дура, или дура круглая, или полностью дура. Ну что ты здесь маешься? Поезжай в город, устройся на фабрику. Замуж выйдешь, будешь как все, сына вырастишь.“

Мальчишки на улице доводили Прошу до слез, громко распевая песенки про то, как его в понедельник мама родила. Но самую большую обиду нанесли ему не мальчишки, а Верка-егоза, противная девчонка с соседней улицы. Однажды утром она сидела с целым лукошком спелой клубники на скамейке возле своего дома и размышляла, чем бы заняться, а Проша как раз шел на речку.

- На рыбалку чай собрался? - спросила она, стараясь подражать своей бабушке, самой грозной крикунье на селе.

- Да.

- Не забудь рыбкой угостить. Хочешь клубнички?

Проша остановился: “Хочу.”

- Правда хочешь? - Верка сунула в рот сразу несколько крупных ягод.

- Правда.

- На, возьми, - сказала Верка, но при этом ничего Проше не протянула. Он подошел к лукошку.

- Можно взять?

Верка вдруг засмеялась и громко-громко, на всю улицу стала дразнить: “Проша-попроша! Проша-попроша!”

Веркина бабка выглянула в окно. Не разобравшись, она покачала головой и укоризненно сказала:

- Ай, ай! Как не стыдно! Такой большой, а маленьких обижаешь.

Проша вспыхнул от обиды и со всех ног бросился домой. Мама только что ушла на работу. Проша влетел в комнату, кинулся за печку и там дал волю слезам. Он чуть не с пеленок научился тому, чтобы ни за что не показывать своих слез маме и не жаловаться, потому что видел, как ей самой было тяжело. Но плакал он конечно часто.

А почему он старался не жаловаться маме, об этом тоже надо сказать, - потому что мама очень надеялась на него и всегда говорила: “Ничего! Вот вырастет у меня Проша, станет красивым, сильным, умным, и все-то у нас наладится.“

Соседки обычно сердились на эти слова и еще больше обижали Прошину маму, говоря: “Яблочко от яблоньки недалеко катится, и будет он у тебя такой же невезучий дурачок, как ты“. Но Проше очень хотелось, чтобы мама была права, а они бы ошиблись. И он каждое утро спрашивал, не вырос ли уже, и не пора ли ехать искать счастье. И сегодня спрашивал, но мама как всегда погладила его по голове и ласково ответила: “ Нет, рано тебе счастья искать, больно мал ты еще.“ Вот он и пошел на рыбалку. А теперь от посторонних людей узнает, что никакой он вовсе не маленький, а большой.

До самого вечера просидел Проша в углу за печкой, и к приходу мамы точно решил, что завтра с рассветом отправится на поиски счастья.

Мама поначалу и слушать ничего не захотела, но в конце концов согласилась:

- Только береги уж себя, Прошенька, ты ведь мне дороже счастья. И обещай: чуть что - сразу домой. А я буду тебя ждать. - Так она сказала, потому что не верила, что Проша далеко уедет - он действительно был еще очень маленьким.

Но наступило утро, Проша решительно попрощался с матушкой, перекинул котомку с хлебом через плечо, встал на свой старенький трехколесный самокат, и не оглядываясь выехал на улицу, с улицы за околицу, а там - по пыльной дороге за счастьем.

Начать его поиски Проша решил с города, на который указывали маме все соседки, - добраться туда было легче легкого.

Что именно нужно найти, как оно выглядит это самое счастье, и где его искать Проша в точности не знал, так как никогда еще его не видел. Но зато он хорошо знал приметы, по которым можно отличить счастье от не-счастья, и потому смело двигался вперед.

Многих людей встретил Проша по дороге, но никого ни о чем не спрашивал.

А вот люди наоборот доняли его строгими вопросами:

- Куда ты, мальчик, едешь без мамы? Куда ты такой маленький один отправился?

Поначалу Проша никому ничего не хотел отвечать. Но одна тетенька, вся увешанная блестящими цепочками, и потому похожая на новогоднюю елочку, так к нему пристала, так прицепилась, что мальчик испугался не на шутку:

- Отпустите меня, тетенька, меня мама послала.

- Куда она тебя послала? - женщина встала Проше поперек дороги и взялась за руль самоката. Проша удивленно смотрел на ее руки, сплошь унизанные кольцами и браслетами. Видя, что мальчик молчит, пригрозила:

- Не хочешь говорить, так вон милиционер идет, сейчас ему все расскажешь, - и хотела схватить Прошу за руку, но он испугался позорного возвращения домой и кинулся бежать, оставив злой тетке самокат.

Отдышавшись в каких-то кустах, малыш отважился продолжить путь, правда уже пешком. Надо только поскорее выбраться из города, - сказал себе Проша. - Тут счастье если и есть, то не для бедных и маленьких.

Сразу за городом стелились широкие поля со зреющей пшеничкой. Высоко-высоко в голубом небе стояло солнышко, трещали кузнечики. А по правой стороне поднимался густой темный лес. Куда идти, где может жить счастье?

Пошел Проша по полю, идет и радуется как вокруг хорошо и светло. Тем временем на горизонте быстро-быстро стали собираться тучки. Прямо в лицо Проше дунул сильный ветер, сорвал с головы любимую красную кепку и понес ее над полем назад. Кинулся было Проша вдогонку - да где там, улетела кепка и из глаз пропала. Ну что тут поделаешь...

Тем временем поле закончилось, и Проша вошел в лес.

А здесь-то как хорошо! Птицы заливаются, прохладно, широкий ручей течет. Проша вспомнил, что с самого утра ничего не ел. Снял с плеча сумку, достал кусок хлеба, сидит, ест. Вдруг рядом раздался треск сучьев и чье-то громкое дыхание. Проша обернулся и замер от страха: прямо к нему из-за деревьев медленно шел огромный серый волк.

Может это и не волк был, а собака, но очень похожая на волка. Проша кинулся было бежать, но волк одним прыжком догнал его, вцепился зубами в сумку и стал тянуть к себе, при этом он негромко, но злобно рычал. Оставил ему тогда Проша сумку, перепрыгнул через ручей и помчался, куда глаза глядят. Долго он бежал по лесу, а когда лес кончился, присел отдохнуть на опушке.

Впереди была речка, за ней опять какое-то поле, и дальше на горизонте маленькое, будто игрушечное село с белой церковью. А за селом темной полоской опять лес виднеется.

Задумался Проша, грустно ему стало: ведь в поле он уже был, из леса только что насилу живым выбрался, а в селе вообще родился и всю жизнь прожил. Где же счастье-то искать, может оно в речке живет?

Подошел Проша к речке, а она мелкая, самое большее по пояс. Снял Проша свои ботиночки, связал их между собой, повесил на хворостину и вошел в воду, чтобы перейти на другой берег. А вода такая приятная, прозрачная, рыбки плавают совсем рядом, протяни руку - и поймаешь.

Загляделся Проша на рыбу, стал ее рукой ловить - где там, не получается, только весь вымок. Пошел он дальше, вышел на берег, глядь, а хворостина-то пустая! Наверное, пока он ловил рыбу, ботинки упали в воду. Проша кинулся к речке - нет ботинок, уплыли. Что теперь делать!

Снял Проша с себя мокрые штанишки с рубашкой, повесил на куст просушить, а сам лег на песок у воды и заснул.

Снится Проше, будто из-за кустов, на которых висит его одежка, выглядывают знакомые мальчишки с соседней улицы. Плохие они, хулиганы и забияки. Никто их за это на селе даже по именам звать не хочет, а все зовут по прозвищам: одного - Гоп, а другого - Смык. Видит Проша, что эти Гоп со Смыком смотрят на него из-за кустов, перешептываются о чем-то, хихикают и при этом снимают с куста его одежку. Проша силится встать, и вроде бежит, бежит к ним, чтобы отобрать свои вещи, кричит что-то, грозится, но никак не приближается. Проснулся Проша от своего крика весь в поту, глядь, а одежды и правда на кустах нет. И только далеко, на том краю поля быстро удаляются две точки.

Заплакал Проша от горя, потому что пошел он за счастьем, а все потерял и остался даже без штанов.

Но самое страшное было в другом: если одежду и впрямь украли Гоп со Смыком, значит он пришел назад! И мало того, что теперь ему придется вернуться без счастья, так надо еще пройти без штанов через все село!

- Нет! - крикнул Проша и кинулся обратно в лес.

Долго шел он между деревьями, не обращая внимания на сучья и шишки под босыми ногами, но вдруг услышал где-то рядом тихий жалобный писк.

Приглядевшись, Проша увидел в траве трех мышат. Они ползали друг за дружкой, никуда не убегая. Проша поднял голову и разглядел высоко на дереве дупло. Из него выскочила большая рыжая белка, спустилась вниз головой до половины дерева, и так замерла, уставившись на Прошу испуганными глазками. Тут малыш сообразил, что это не мыши копошатся, а бельчата, и белка-мама хотела бы забрать их наверх, но боится.

Проша отошел на несколько шагов и присел у соседнего дерева. Действительно, белка стремительно спустилась на землю, схватила одного из малышей зубами за шкирку и быстро стала подниматься наверх. Тут в траве рядом с оставшимися двумя бельчатами внезапно появился ежик.

- Иди отсюда, - крикнул на него Проша, подошел к бельчатам, взял обоих в руки, и встав на цыпочки протянул спускавшейся белке. Секунду та помедлила, но увидев в траве ежика все поняла, схватила одного, и опять быстро потащила наверх. А ежик недовольно понюхал воздух и ушел.

Вернув белке третьего детеныша, Проша вспомнил про свои собственные беды, посмотрел еще раз наверх и горестно подумал: “Вот бы и мне найти такое дупло. Залез бы я в него и сидел, чтобы никто меня больше не видел...”

Заплакал Проша, опустил голову и повернулся, чтобы идти дальше, как вдруг опять услышал над головой легкое царапанье - так белка-мама по дереву спускалась за бельчатами. Глянул наверх - и правда, это опять она. Остановилась, растопырив все четыре лапы, а сама бельчонка в зубах держит и смотрит на Прошу.

- Ты что, глупая, с ума сошла! - рассердился он. - Что ты их все таскаешь, неси обратно! - Проша махнул рукой, белочка вздрогнула, выронила детеныша, в один миг вскарабкалась наверх и скрылась в дупле. Проша растерянно смотрел то ей вслед, то в траву, и размышлял над тем, что это было. В траве никто не шевелился, но и белка из дупла не вылезала. Тогда Проша решил подойти и посмотреть, что стало с упавшим детенышем.

Подошел Проша, глядь, а это в траве лежит не бельчонок, а маленький тряпочный кошелек с защелкой. Поднял Проша кошелек, открыл его - там золотая денежка. Вынул Проша денежку, внимательно осмотрел ее и поднял голову - из дупла на него смотрела белка-мама.

- Это мне? - спросил Проша белку. Вместо ответа она скрылась в дупле и больше не показывалась.

Обрадовался Проша, положил денежку обратно в кошелек.

- Спасибо тебе, белочка! Я теперь домой пойду, отдам денежку маме, а сам оденусь и снова пойду искать счастье. Так решил Проша, потому что мама не раз ему говорила, что деньги вещь нужная, но счастье все же больше... К тому же наступал вечер, и он мог вернуться домой, не привлекая внимания.

Вышел Проша из лесу и видит, что по другому берегу его мама ищет. Оказывается, эти озорники Гоп со Смыком прибежали в село, повесили прошину одежду на калитку перед его домом, и стали хвастать всем ребятам по селу, что сейчас Проша голышом пойдет по улице. Но кто-то из малышей пожалел Прошу, и прибежав к его маме, обо всем рассказал. Та сняла с калитки одежду и полетела сыну на помощь.

- Мама, я тут! - крикнул Проша, перебежал через речку, и пока одевался рассказал, как и за что белочка наградила его денежкой.

- Это тебе, - протянул он маме кошелек.

- Молодец, - похвалила его мама, рассматривая денежку. - Теперь пойдем домой, а завтра сходим на базар, и чего-чего только ни купим.

- Нет, мама, на базар ты сама иди, а я с утра пойду назад.

- Куда назад?

- Я ведь еще только денежку нашел - разве в ней счастье?..

- Нет, но на твою денежку можно столько всего купить, что я одна никак не донесу... Не в этом ему счастье! Да ты сегодня за один день у белочки заработал больше, чем я на своей работе за три месяца. Нет уж, пойдем вместе. А вернемся, я испеку пирогов, напою тебя молоком - там видно будет. Держи свой кошелек, сам завтра будешь платить как взрослый.

Дома перед тем как лечь спать Проша еще раз достал свою первую в жизни денежку, закрыл кошелек, и оставив его на постели, подошел к столу поближе к лампе. Тут он стал денежку рассматривать: она была совсем новенькая, желтая с красноватым отливом, на одной стороне раскинула крылья выпуклая двухголовая птица с большими крыльями, а на другой - цифры и надпись.

- Мам, что тут написано?

Оторвавшись от вязания, мама взяла монету и придвинулась к лампе:

- Десять рублей. Червонец называется.

- Это много?

- Много. Я таких денег никогда еще не видала, но слышала, что если отнести эту денежку в сберкассу, то там ее обменяют на наши нынешние, и будет много.

- Да? А я думал мы сразу на базар пойдем...

- Там такие деньги не принимают, это старая, царская еще.

- А блестит как новенькая!

- Да. Наверное, все время у белочки в дупле пролежала, тебя дожидалась. Возьми, спрячь в кошелек, и ложись спать, а то потеря... - говоря это, мама протянула монету Проше, но он внимательно слушал и замешкался взять.

- Ой-ё-ёй!.. Держи, держи! - запричитала мама, глядя как денежка упала на пол и быстро покатилась вдоль досок. Проша пытался наступить на нее - нет, еще раз - нет! Половицы в доме были старыми, щели большими, монета быстро описала полукруг и исчезла.

- Ох, ну что же ты, Проша! - мама горестно стукнула себя по колену. Было от чего расстроиться: домик стоял прямо на земле, никакого подполья внизу не имелось, и чтобы теперь отыскать денежку надо поднимать доски. Видя, что по лицу Проши потекли слезы, мама подошла к нему:

- Ладно. Не плачь, она ж не пропала. Ну что теперь делать, у бедных всегда так. Давай ложиться спать, а утром как-нибудь достанем. Пойдем, - она подвела сына к кроватке.

Увидев кошелек, Проша опять всхлипнул и сунул его под подушку. Но мысли все крутились вокруг пропавшей монетки, спать не хотелось. Проша машинально достал кошелек, покрутил в руках, и... Что такое?.. На ощупь чувствовалось, что в кошельке опять лежит монета: плоская, круглая, твердая...

Боясь поверить в невозможное, и потому не открывая кошелька, Проша рванулся к маме.

- Что ты? - подняла она голову от вязания и удивленно смотрела на сына, молча протягивавшего ей кошелек. Проша был так возбужден, что не мог произнести ни слова. Отложив рукоделье, она взяла кошелек в руки:

- Что там? Денежка?.. А как она туда попала? Я же сама видела, - мама вынула монету из кошелька, закрыла его и положила монету на стол. Некоторое время оба молча смотрели друг на друга, затем мама вновь открыла кошелек и заглянула в него: кошелек был пуст.

- Это очень странно, - сказала мама. - Но зато теперь нам не придется поднимать полы. Иди все же спать.

Проша, не сказав ни слова, взял у мамы кошелек, посмотрел на блестевшую под лампой на столе денежку, и с задумчивым видом пошел к своей кроватке. Мама молча смотрела ему вслед. Проша с минуту посидел на постели, потом посмотрел на маму и медленно открыл кошелек - там вновь лежала монета.

- Что там? - спросила мама, которая все это время не сводила глаз с сына.

Проша молча вынул из кошелька монету и показал ей.

- Да ты что, - мама выронила из рук спицы, закрыла рот руками и некоторое время неподвижно сидела, глядя то на одну монету, то на другую. Тем временем Проша подошел к столу, положил вторую монету рядом с первой, открыл кошелек и вынул из него третью.

Зажавшая себе рот кулаками мама чуть слышно ахнула. А Проша все щелкал замочком на кошельке, доставал из него по одной все новые золотые монеты и укладывал их рядами на столе.

- Хватит. Дай сюда, - сказала наконец мама, выхватив кошелек. Открыла - там было пусто.

- Я не знаю, как ты это делаешь, но я все поняла. И будет правильно, если этот кошелек останется у меня, его легче сохранить и спрятать, чем эту груду золота. Давай сначала истратим эти деньги, а когда они закончатся, ты вынешь еще. Иначе или нас с тобой обворуют, или мы сами с ума сойдем.

Мама сунула кошелек в карман своего халата, обняла сына, посадила его к себе на колени, крепко прижала к груди и разрыдалась. Проша испугался:

- Мама, ты чего? Не плачь, не надо!

- Да я не от горя, Прошенька, я от радости. Это ж надо...

Они долго сидели молча, уставившись на сверкающий золотом стол. Мама время от времени всхлипывала, а Проше было хорошо и спокойно. Он так и уснул у нее на коленях.

А назавтра для них началась новая жизнь: обменяв в городском банке первую золотую денежку, Проша с мамой торжественно сходили на базар и чего-чего только себе там ни купили. Вскоре они вообще переселились в город и стали жить, как все богатые люди. В первое время Проша порывался продолжить свое путешествие за счастьем, но мама сумела убедить его остаться дома:

- Не торопись получить все и сразу, - сказала она ему. - Ты отправился на поиски счастья, а нашел кошелек с деньгами. Научись теперь распорядиться тем, что имеешь. И если счастье увидит, что богатством мы с тобой распоряжаемся хорошо, то оно само нас найдет. Проша был послушным сыном, а его мама мудрой женщиной, и они навсегда договорились, что чудесный кошелек будет храниться у нее, и Проша никогда не будет доставать из него денег, предварительно не посоветовавшись.

Перед тем как навсегда уехать из родного села Проша с мамой накупили огромную корзину гостинцев для белочки, и вместе отнесли ее в лес. Поставив корзину на траву, Проша постучал по дереву и посмотрел наверх. Белочка была на месте, и ее не пришлось долго уговаривать принять подарки - быстро все сообразив, она принялась перетаскивать в дупло связки с сухими белыми грибами, орехи, сушеные фрукты и ягоды. А Проша с мамой пообещали ей, что к зиме еще привезут.

Тут и сказке конец.

Проснулся? И уже успел слазить в чемодан! Ну что ты будешь делать, - раздался в дверях строгий голос мамы, но Серёнька торопливо поднял обеими руками Мишутку и стал объяснять, что открыл чемодан только для того, чтобы положить мишку туда. Мама не очень этому поверила, и проследив как Серёнька укладывает Мишутку, сама закрыла чемодан:

- Быстро одевайся, еще быстрее завтракай, и поедем.

- Ура! Мы проснулись рано-рано... - все еще с опаской глядя на маму, робко затянул Серёнька свою любимую дорожную песенку.

- Чтоб собраться в дальний путь, - еще без улыбки, но уже не сердито кивнула мама, помогая ему переодеться в новенькую бело-розовую рубашку.

- Выпьем чаю три стакана...

- Мы везем с собой кота! Тра-та-та! - не в лад послышался из соседней комнаты низкий голос бабушки. Услышав смех, она заглянула в спальню, и тоже улыбнулась:

- Что, неправильно? А как надо?

- “И поедем отдохнуть”, бабуля!

Мама поправила на его голове светлую кепку с большим козырьком, Серёнька по-военному отдал честь и повернулся.

- Ну, теперь шагом марш в поход! - скомандовала она, и высоко поднимая колени, Серёнька промаршировал к двери один шаг, второй... Пуговица на лямке шорт расстегнулась, и они сползли в тот момент, когда малыш собирался сделать третий шаг. Мама этого не видела, потому что как раз брала в руки чемоданчик.

- Ох, упадешь! - вскрикнула бабушка, но не успела, и Серёнька со спущенными шортами упал на колени.

- Нет приметы, чтоб штаны падали? Пути что ль не будет? - недоуменно бормотала она, поднимая внука. - Как же так получилось? Пуговица на месте...

- Да брось, какие приметы! - отмахнулась мама, внимательнее застегнула лямку и легонько подтолкнула сына к двери. - Теперь у нас все отлично, правда?

Растерявшийся было малыш улыбнулся, кивнул, и все трое вышли в гостиную. Через час, позабыв старые сказки, нагруженные чемоданами и сетками, они отправились в первое серёнькино большое путешествие к сказкам новым.

Бравая команда серёнькиных друзей в полном составе ночевала на старой акации, с утра не спускалась на землю и караулила, когда малыш пройдет мимо, чтобы тайно отправиться за ним. Ворона и попугай играли в карты в домике, кошка сидела на лавочке, а Байкал лежал на столешнице.

- Ну что, не появились? – периодически спрашивал он.

- Нет еще. Спи, – отвечала Дымка, вылизывая лапку за лапкой. Пес вставал, поворачивался вокруг своей оси и со вздохом: «Ждать и догонять - хуже нет, а мы теперь будем делать это целый месяц», ложился на другой бок. Кошка невозмутимо отвечала: «Не хочешь, оставайся», или «Никто тебя насильно не гонит», и продолжала умываться. Через пять минут все повторялось.

Наконец Дымка замерла с поднятой лапой и сообщила:

- Идут!

Ворона и попугай бросили карты и притихли у окна в домике, Байкал поднялся на лапы и силился разглядеть путешественников сквозь листву. Когда Серёнька с мамой и бабушкой прошли мимо дерева, он замахал хвостом от нетерпения, но кошка сквозь зубы процедила:

«Цыц! Не греми когтями!.. Пусть дойдут до угла, не раньше!»

Глядя на удаляющихся путешественников, попугай загадочно посмотрел на ворону и хриплым шепотом нараспев стал ей декламировать:

«Мы пай-дем па да-ро-ге,

И найдем… Ну, давай!..»

Ворона удивленно слушала, но быстро все поняла и прохрипела:

«… свои клюшки!»

- Отлично! – похвалил попугай, и они гуськом пошли вокруг Байкала, который тоже скоро завилял в такт песне хвостом, постукивал когтями по столу, а с третьего куплета даже стал подпевать:

«Мы дойдем до столицы

Вместе!

Там наденем кальсоны

И замочим их...

- В пиве, - спела ворона.

- В квасе! - требовательно поправил ее попугай.

- Хорошо, но тогда не кальсоны, а лосины, - заторговалась Джида.

- Какая разница, что будет, то и наденем! - махнул крылом попугай, приглашая кошку: «Дымка, айда к нам, зарядимся на дорожку!» Та стала отказываться, но Кальян и Джидой, с двух сторон подталкивая ее крыльями, заставили прыгнуть на стол и занять место в хороводе. Теперь они втроем пошли вокруг Байкала, который из-за своих размеров вынужден был сидеть на месте.

«Наедимся гороху

Вместе!

Мы на башнях развесим

Голубые гирлянды,

На Царь-пушке завяжем

Бантик! Мяу!»

- Так мы разве в Москву едем? - удивился Байкал. - Сказочник же вроде про село говорил, нет?

Но его маленькие друзья не прерывая хоровода тут же продолжили:

«Мы пройдем вдоль по селам,

И распашем все печки,

Мы поднимем надои

Даром! Вместе!..»

- Все, пора! - объявила кошка, увидев что Серёнька скрылся за углом. – Спускаем Байкала и вперед!

Через несколько минут под прощальные возгласы и вздохи животного населения друзья двинулись вслед за маленьким сказочником в путь, далекий и полный приключений.