С добрым утром!

I. Натали, утоли мои печали, Натали!

– Вот ведь с… скотина безрогая! – Наталья в раздражении отбросила телефон. Отзыв на Яндекс.Картах о её маленьком заведении был просто убийственным. Почти в прямом смысле слова: если это прочтёт муж, его точно разорвёт на сотню визжащих хомячков.

Женщина окинула взглядом крохотный зальчик: всего четыре столика, но утром с посетителями негусто. Да и с поваром совершенно не повезло – второй раз никто его рамен не заказывал. Встать за плиту сама Наталья не рисковала, наученная горьким опытом – любое приготовленное ею блюдо становилось оружием массового отравления; на вакансию же шефа за предложенную зарплату никто не откликался. Более чем скромное меню хозяйка пыталась компенсировать своим очарованием. Она считала себя моделью и секс-бомбой. Подружки за спиной называли её тощей кобылой с пришитым бюстом.

Поправив белую блузку с соблазнительным вырезом, откуда мир смело рассматривала её обширная грудь, Наталья снова схватила телефон. Отзыв надо удалить. Любым способом. Никакая она не нимфоманка и секс-маньячка. Ну, присела на колени тому юнцу да попыталась поиграть с его «вторым я», запустив шаловливые пальчики в ширинку. А шума, будто изнасиловала.

«Тоже мне оплот нравственности! Монах-схимник! А может, скопец? Что-то негусто там у него в штанишках было… Но ведь как похож засранец на Мишеля По, ресторанного критика! Этот носище! А Мишутка-то любит погорячее. И вечно является инкогнито. Прям Зорро общепита. Где ж теперь ловить этого полудурка, чтоб отзыв убрал?» – Наталья тоскливо посмотрела в окно. Район, где располагалась раменная, как и её настроение, оставлял желать лучшего. Шумный, грязный. Узкие тротуарчики, где едва могли разойтись два человека. Проезжая часть вся в ямочном ремонте. Ох, не о таком месте мечтала Наталья, когда муж решил, что пора бы ей завести своё дело. Увы, выданных им денег хватило только на эту мышиную нору, ну хотя б недалеко от метро, благодаря чему посетители всё-таки заходили, и убыточной забегаловка не была. Правда, дохода тоже кот наплакал.

«Подать, что ль, жалобу на Яндекс.Картах, что отзыв конкуренты заказали», – мысль лениво заглянула в голову, но испуганно вылетела прочь, когда Наталья, в очередной раз подняла глаза к окну и чуть было не свалилась со стула. По улице голышом ковыляла стройная девушка, нелепо прикрываясь огромным ярко-красным зонтом, который только привлекал к ней внимание. Красотка ойкала, натыкаясь босой ногой то на камешек, то на битое стекло. «Мэри Поппинс, до свидания, восемнадцать плюс!» – хмыкнула Наталья, завистливо глядя на длинные ноги и потрясающе тонкую талию нарушительницы общественного спокойствия. «Будь у меня такая фигура, я шла бы с гордо поднятой головой. Ну и пусть голая, да все мужики на слюни изошли б! Дура она! Интересно, а такой красотке тот скромник тоже бы отказал? Или я для щенка слишком взрослая и сладкая?» –от обнажённой нимфы районного масштаба хозяйку раменной отвлёк грохот, раздававшийся с другой стороны тротуара.

Два небрежно одетых господина, явно утомлённые вчерашними возлияниями, усердно толкали тяжёлую чугунную ванну. Маленькие китайские чудо-колёсики для перестановки мебели жалобно скрипели, проклиная криво уложенный асфальт.

«Тьфу ты, пьянь!» – недовольно поморщилась Наталья. Подобных товарищей было немало в ближайших пятиэтажках, особенно у полуподвального магазинчика с бело-красной вывеской. Иногда они искали подработку в местных торговых павильонах и забегаловках: отнести мусор, разгрузить что-то тяжёлое.

Из ванны высунулся удивлённый енот. В лапке он сжимал дужки от очков.

– Подумай, Михалыч, шикарный бизнес-план. Сейчас модная вся эта забота об окружайке да возобновляемая энергия, тумберг тебя возьми. Вот! Это ж самая экологичная стиральная машинка. Енот стирает, ты его кормишь. Никакого электричества не нужно, – громко вещал бородатый в клетчатой рубахе.

– Ну да! Может, электричество дешевле, чем кормить потаскуна. Тьфу, полоскуна, – возразил Михалыч, скептически глядя на толстые бока зверя.

– А можно его на помойки отпускать кормиться. В Америке еноты по бакам шарятся.

– Да сбежит же! Или бомжи сожрут его.

– Так мы запатентуем как образец. А потом уж пусть думают, как кормить енотов!

Ванна споткнулась на очередной кочке. Зверёк чуть не вылетел за бортик, недовольно тявкнул и улёгся поглубже.

«Дебилы!» – буркнула Наталья. Количество просмотров отзыва её не радовало, она снова отвлеклась на телефон. «Чёрт! – заорала, как укушенная, вспомнив, что давний приятель Антоша имел отношение к поддержке Яндекс, – Надо ему срочно позвонить!» Она закрыла окно, чтоб не мешал шум улицы, и набрала нужный номер.

II. Лорды, сэры, пэры, знайте чувство меры

Михалычу снилось море пива. Настоящее, огромное, уходящее к горизонту. Волны пышной пеной ласково бились о берег. Друг его Петрович сидел на огромном камне, как Русалочка в Копенгагене, и манил к себе, словно сирена. Только не пением, а пучеглазой воблой. А сам Михалыч стоял на пирсе, готовый нырнуть в холодную в пучину.

Прыжок был прерван противным дребезжанием дверного звонка.

– Да чтоб тебя всем президиумом! Моё пиво! – завопил бедняга. Во рту было гадко и сухо, язык еле ворочался. Противный звук звонка эхом отзывался в башке.

Михалыч сполз с дивана, споткнулся о раскладушку, на которой дрых Петрович.

– У-у-у, зараза! Едрыть твою КПСС! – разбуженный хозяин дома прихрамывая доплёлся до прихожей и осторожно глянул в глазок: мало ли кого принесло.

На лестничной площадке стоял прораб соседских ремонтников. Наследник очередной бабульки превращал однокомнатную квартирку на первом этаже в офисное помещение. Процесс шёл крайне неспешно, зато и не очень шумно. А хитрый прораб нередко звал пленников Диониса для мелких поручений, чаще растащить несколько мешков строительного мусора по соседним дворам. Платил он достаточно щедро, и алконафты с радостью хватались за поручения. Так что Михалыч натянул приветливое выражение на помятую морду лица и открыл дверь:

– Здорово!

– Держи! – Прораб сразу подал две маленькие бутылки пива. Михалыч было насторожился от такой сообразительности работодателя – прежде никакой аванс не предоставлялся, но руки сами схватили подношение.

– Значит так, приятель, ванну надо бы отсюда... фьють! Но не в ближайший двор, а через пару домов. Три тысячи ваши.

– Ванну… Ща глянем! Уно моменто! – Михалыч вернулся в квартиру, рявкнул в ухо приятелю:

– Принц Фердинанд! Пора в Сараево ехать!

Петрович солдатиком соскочил с раскладушки:

– Какое Сараево? Ты чего?

– Ха! Помнишь анекдот про золотую рыбку, как дед принцем захотел проснуться? – У Михалыча, освежившегося пивом, настроение стало вполне бодрым, в отличие от только разбуженного друга.

– Иди ты! Задорнов, блин!

– Идти вместе надо. Ванну двинуть, а нам деньжат отсыплют. Вперёд, боец! – Михалыч сунул другу пиво.

Быстро напялили штаны и раздолбанные кроссовки, спустились на первый этаж. Рабочие уже вытолкали чугунную ванну на порог.

– Ни хрена ж себе! Мы не поднимем, – печально вздохнул Петрович.

– Тут колёсики есть. Спецом заказывал, для перестановки мебели. Вишь, мои орлы из квартиры выдвинули. А кому легко?! Не просто так три косых плачу.

– Лады, сделаем.

– К Пику дофигачьте. Проверю, чтоб не в нашем дворе! – Дверь захлопнулась.

– Когда мы тебя дурили, брат? – возмутился Михалыч, вместе с другом налегая на ванну. Выпихнули в тамбур подъезда. После небольшой передышки выбрались на улицу.

– Чур меня! Всего-то пиво с утра! Уйди, окаянная! – заорал Петрович, замахав на ванну рукой. Михалыч, сосредоточившийся на толкании, изумлённо поднял глаза на друга.

– Белка… не, не белка… морда бандитская! Я ж мало пил надысь! – отчаянно бормотал тот, протирая глаза.

Из ванной на трудяг смотрел упитанный енот. Острые коготки сжимали очки, а на морде было написано крайнее изумление.

– Енот, твою ж Америку! – опешил Михалыч, – Откуда?!

– Фиг знает. Но коль видим оба, не глюк.

Обрадованный Петрович навалился на ванну, и та, скрипя китайскими колёсиками, покатила по асфальту.

– А знаешь, мы можем это повернуть в нашу пользу! Ванна и енот – просто созданы друг для друга!

– Чего?

– Подумай, Михалыч, шикарный бизнес-план, – Петрович с воодушевлением принялся рассказывать о свободной от электросетей стиральной машинке. Ванну качнуло на кочке. Енот чуть не вылетел и залез поглубже.

– Давай минутку отдохнём, – предложил умаявшийся уже Михалыч. Тут сильный порыв ветра швырнул ему в лицо ярко-красный зонт, удравший от владелицы. Енот радостно ухватился за изогнутую ручку.

– Зо-о-онт! – застонала голая девушка, бросаясь за ним. Но зверь не собирался упускать свою добычу. Обалдевшие алконафты смотрели на происходящее.

– Отдай, будь человеком, – молила лесная нимфа, одной рукой прикрывая грудь, а другой хватаясь за купол зонтика. Енот торопливо отколупывал кнопку полуавтомата.

– Думаешь, поверю, что запах духов от соседей принесло? – Раздался скандальный голос с балкона пятиэтажки. Высокая полная женщина, перегнувшись через перила, внимательно осматривала двор и улицу. Девушка рыбкой нырнула в ванну к еноту.

– Дорогая, ну когда я давал тебе повод? – отвечал приятный мужской баритон, – пойдём, Оленька, я кофе сварю. Устала же с дороги, моя пчёлка.

III. Лиза, как жаль, что расставанья час уже так близок

Лиза дремала, прижавшись к плечу Эдика. Их первая ночь прошла восхитительно. Сначала они целовались в машине, как обычно. Роман длился уже три месяца, но всё ограничивалось краткими, хоть и весьма романтичными встречами в маленьких кафешках и парках и долгими поцелуями в машине у подъезда Лизиной общаги. А вчера Эдуард, наконец, решился. Весьма удачно, старшая сестра, с которой он делил квартиру, уехала к подружке, смущённо поведал Эдуард. Они примчались к его дому, поднялись на третий этаж. Лиза всё гадала, какова же квартира любимого, но рассмотреть ничего не успела. Она едва положила сумочку в прихожей, как Эдик потащил её в душ. Они долго ласкали друг друга под упругими струями воды. На руках он отнёс её в постель, и девушка растворилась в его страсти. Заснули они ближе к рассвету.

Турецкий марш, фальшиво исполняемый дверным звонком, вырвал влюблённых из объятий Морфея и шарахнул со всей силы о грешную землю:

– Эдик, скотина! Почему дверь на цепочке! – Лиза неловко повернулась и очутилась на полу. Как рыба, выброшенная на берег, она беспомощно открывала рот, парализованная страхом: этот голос она бы узнала где угодно, и он никогда не сулил ничего хорошего. В дверь долбилась Ольга Николаевна, завуч школы, где только-только начала свой карьерный путь юная Елизавета Сергеевна. Все педагоги подразделения, включая физкультурника и учителя обж, до дрожи в коленях боялись Ольгу Николаевну, даму скандальную, скорую на расправу, а главное – ставленницу местного царя от образования. Любая ссора с ней заканчивалась весьма плачевно для второй стороны.

– Беги! – прошипел Эдик, выпихивая девушку на балкон, – Это моя жена! Она тебя убьёт!

– Иду, дорогая! – позёвывая, отозвался он, закрыл балконную дверь.

– Эдик, постой, я голая!

– Некогда! – замахал руками мужчина, бросаясь в ванную. Там он молниеносно сгрёб девичью одежду, схватил туфли и сумочку, запихнул всё одним махом на антресоль. Открыл цепочку.

– Извини, роднуля, заело!

– А чего запирался?

– На лестнице кто-то колобродил, неприятно. Вот и закрыл, кабы не было чего. Ты ж знаешь, сплю я крепко. Да и тебя не ждал. Билет же на завтра был.

Лиза в ужасе слушала разговор, судорожно соображая, что ей делать. Получалось, что путь её один – вниз по пожарной лестнице, благо та находилась почти рядом. Спасибо родителям, которые отдали дочь на гимнастику – дотянуться до лестницы оказалось лёгкой задачей, спуск занял меньше минуты. А вот очутившись на земле, Лиза осознала всю пошлость анекдотической ситуации: она была без единого предмета одежды. И с фиговыми листиками в округе было напряжённо – не в рай она попала, во всяком случае, пока.

Начало мая радовало удивительно тёплой погодой и едва распустившейся зеленью. Ею Лиза могла бы прикрыть только веснушки. На лавочке у подъезда валялся забытый кем-то большой ярко-красный зонт. Девушка схватила его, раскрыла и прячась за ним, как щитом, посеменила по улице. Что делать дальше, она себе не представляла; животный страх перед Ольгой Николаевной гнал прочь от того дома.

Идти быстро не получалось, в нежные ступни впивались камешки и крошки асфальта. Чуть не напоровшись на бутылочный осколок, девушка стала внимательнее вглядываться в землю и перепрыгивать опасные места. Порыв ветра вырвал зонт из рук. Лиза кинулась за ним, как последней соломинкой. Толстый енот в ванной, которую катили два похмельных товарища, очень органично вписался в безумие Лизиного утра.

– Отдай, будь человеком, – обратилась она к нему, пытаясь забрать свой зонтик. Тут на балконе зазвучал голос Ольги Николаевны, и Лиза запрыгнула в ванну, чтоб завуч её не заметила.

– Эй, куда? – ошарашенно завопил Петрович.

– Прошу вас! – еле слышно прошелестела Лиза, молитвенно сложив руки, а потом поднесла палец к губам.

Обманутая жена, на счастье девушки, не заинтересовалась происходящим у ванны. Она глянула на балкон второго этажа: пыльная клеёнка, накрывавшая богатства нижних соседей, была не тронута.

– Ну, смотри у меня, дорогуша!

– Оленька, кофе с корицей будешь? – голос Эдика был настолько медовый, что, если б дело происходило летом, все окрестные мухи атаковали бы квартиру Ольги Николаевны.

– Не, тащить ванну с тобой мы не нанимались. Выкатывайся! – Михалыч равнодушно смотрел на обнажённую красотку. Он любил кустодиевских женщин.

Лиза замерла под зонтиком, который воодушевлённо трепал енот. Вылезать из убежища и снова скакать подстреленной лягушкой голышом она не хотела. Ни одна мысль, как выкрутиться из идиотического положения, Лизе не приходила.

– Я тоже буду енотом, – доверительно шепнула она соседу по ванне, сворачиваясь клубочком.

– «Теремок» от Нетфликс! – заржал Петрович, благодаря общительному характеру он был в курсе мировых тенденций, – Енот вместо мышки норушки да нудистка за квакушку. Когда Царевна-лягушка превращалась в человека, тоже небось голая была? Ждём негра на роль зайца.

IV. Такое утро тратить жалко на то, чтоб видеть лишний сон

Антоша был вне сети. «Спит, засранец, и телефон отключил», – мрачно подумала Наталья. Взгляд зацепился за слово «енот» в районном чате.

«Пропал енот. Вознаграждение за зверя или проверенную информацию о его местонахождении».

Хозяйка раменной подошла поближе к окну. Алкаши о чём-то спорили с енотом, пока тот когтями рвал купол красного зонта.

«Нахрена придурки его спёрли? Кто им его на водку обменяет?! Идиоты!» – Наталья терпеть не могла пьяных. Внимание привлекла аватарка автора объявления. Женщина увеличила ее на экране телефона и подпрыгнула кузнечиком: на фотографии выделялся длинный шнобель, из-за которого она и приняла того паршивца за Мишеля По. «Вот ты и попался, Григорий Пупкин! Спасибо тебе, Господи!»

– Мальчики, постойте! – Наталья, схватив кошелёк и телефон, ринулась к алкашам, – у меня деловое предложение!

Михалыч удивлённо уставился на несущуюся к ним тётку.

– Этой-то что?

– Мне нужен енот!

– Пять косых! – не растерялся Петрович.

– По рукам. Но вы подождёте полчаса, пока я придумаю, как его забрать.

Друзья переглянулись.

– Тогда ещё два пива, – буркнул Михалыч.

– Но сходишь сам. Держи двести рублей, – Наталья выдала купюру и набрала номер, указанный в объявлении.

– Да! Слушаю вас! – рявкнул в трубку раздражённый голос, сорвавшись на фальцет.

– Я по поводу енота.

– Вы хоть представляете себе, как он выглядит? – тон чуть смягчился.

– Да. Тёмная маска на морде, чёрный кончик носа, толстые бока, хвост полосатый, когти, как у Крюгера.

– Где он?

– Знаете раменную «Кушай тут»?

– Ну да…

– Вот к ней быстрее и подгребайте. Пока не сбежал.

– Дайте ему морковку и миску с водой. Это его займёт. Надеюсь! Лечу!

– Стой тут! – строго велела Наталья Петровичу и понеслась на кухню за морковью и миской.

Такой скорости она не развивала со времён юности, когда участвовала в школьной эстафете. Енот благосклонно взял подношение и принялся намывать корнеплод.

– А вот и маха в ванне, – фыркнула хозяйка раменной, заметив съёжившуюся под остатками зонта Лизу, – вы что, мужики, фильм для взрослых тут снимаете?

Женщина на всякий случай покрутилась в поисках скрытой камеру.

– У вас не будет какого-нибудь халатика и шлёпок? Я потом всё оплачу! – пришла в себя девушка и умоляюще уставилась на Наталью.

– Дам! Но пока животное сторожи!

Лиза, прикрыв низ енотовым хвостом, стала срывать ткань с развороченного зонтика.

Через пару минут из дома, откуда мужики выкатили ванну, выбежал тощий молодой человек с большой переноской. Он заметался по улице, подслеповато рассматривая вывески.

Наталья замахала ему рукой, но тот не заметил:

– Орёл Зоркий глаз.

– Сюда! – закричала она и решительно направилась навстречу.

– Ваш? – она указала на енота в ванной. Григорий прищурился, силясь разглядеть зверя.

– Ещё и очки потерял, – пожаловался он, подойдя поближе:

– Мой! Я посажу его в переноску и расплачусь!

– Стоп! Сначала уберёшь отзыв!

– Простите?!

Наталья указала ему на свою вывеску. Парень, наконец, узнал хозяйку раменной и смутился.

– Быстрее!

Григорий вытащил из кармана смартфон, стилус забегал по клавишам.

Проверив, что отзыв исчез, женщина облегчённо вздохнула.

– Енота дома держишь?

– Нет, мне поручили его для енотокафе купить. А гадёныш сбежал из переноски, не знаю уж как.

Лиза тем временем умудрилась соорудить себе из плащевки зонта некое подобие купальника, отдав еноту ручку и спицы.

Григорий склонился над ванной.

– Иди ко мне, мой хороший!

Тут он увидел Лизу, жутко покраснел.

– Лиза Острякова?!

– Пупкин?! – девушка узнала одноклассника, – Гришка! Ты что, тоже в Энск переехал?

– Ну да! – парень подхватил енота и запихнул зверя в переноску. Тот отнёсся к перемещению в пространстве флегматично, принявшись изучать прутья решётки.

В этот момент Лиза заметила, как на том самом проклятом балконе мелькнула фигура Эдика. Он тихо сбросил в кусты чёрный мусорный мешок и тут же вернулся в квартиру.

– Гриш, принеси мне, пожалуйста, тот пакет. Понимаешь, такое дело…

Наталья громко расхохоталась, проследив за взглядом девушки.

– Обычно в анекдотах сбегает голый любовник…

– Не смешно! – буркнула Лиза.

Женщина хмыкнула, потом вспомнила про обещанные деньги.

– Пять тысяч мужикам заплати за енота! – обратилась она к Григорию. Тот послушно достал портмоне, протянул купюру Михалычу и устремился к кустам, куда показывала Лиза.

Стукнула дверь раменной. Явился повар. Наталья махнула всем на прощанье рукой и поспешила на кухню.

– Хорошего дня! Заходите на обед! Сделаю скидку!

Лиза быстро распотрошила принесённый мешок, натянула на себя бельё и платье, довольная, вылезла из ванны. Надела босоножки, проверила сумочку: телефон и кошелёк были на месте.

Гриша, близоруко щурясь, с обожанием смотрел на одноклассницу.

– Я отнесу енота, потом, может, в кафе сходим?

– А ты не женат? – подозрительно спросила Лиза!

– Нет! Паспорт показать?

– Обязательно! А пока идём вместе.

Взявшись вдвоём за ручку переноски, они потащили енота к дому.

– Эх ма, труля-ля! Зато пять косых наши! – Петрович с Михалычем снова навалились на ванну и покатили её дальше по улице.