Размен

Глава 1

«Меланхоликом становишься, когда размышляешь о жизни, а циником, когда видишь, что делает из нее большинство людей…»

(Э. М. Ремарк)

«Жизнь тасует нас, как карты. И лишь случайно, и то ненадолго, мы оказываемся на своем месте…»

(А. М. Горький)

-Ого! Какие люди! – Алик втянул гостя за руку в прихожую и обнял. – Какими судьбами?

Игорь внимательно смотрел на давнего приятеля и не узнавал – тусклые глаза, тусклые волосы, тусклый голос… Что это с ним?

-Проходи!

Они прошли в зал. Игорь в кресло, а Алик устроился на полу.

-Откуда ты?

-Из Москвы…

-А говорили, что ты служишь в Чечне…

-Служил… Потом ранение… Подлечился и решил вернуться домой.

-Ну, и как там?

Игорь промолчал. Иначе говорить пришлось бы сразу многое и о многом. А говорить много не хотелось, - отвык. Поэтому и промолчал. Но Алик и не ждал ответа.

-А я вот сижу! – с неожиданной злостью сообщил он. – Ни взад, ни вперед! Демобилизовался в июне, теперь сижу без работы…

-Родители где?

-Уехали в отпуск. Тетка из Израиля прислала приглашение на месяц…

-А ты что не поехал?

-Да так… - Алик помялся, потом с показной удалью, сквозь которую были видны и тревога, и растерянность, и неуверенность, заявил: - С Ленкой поругался!

-С Ленкой? – Игорь недоверчиво улыбнулся.

-С ней… Чего скалишься? Она сама… Ах да, ты же не знаешь! В армии я в госпиталь попал – давление, головокружение… пару раз сознание терял. А тут она приезжает. Забрала меня и привезла к себе…

-Так она же, вроде бы как замужем…

-Ушла она от мужа! И приехала ко мне… Сама! А теперь мы поругались…

-И что не поделили?

Алик долго не отвечал, изучая рисунок на ковре, потом промямлил:

-Просто мы устали друг от друга. Я устал от ее чудовищного прагматизма! Каждый день пилит: какой ты мужик, если на меня заработать не можешь… Уже три дня в разводе! Я, правда, не выдержал, - позвонил, но мать сказала, что ее нет… Слушай, пойдем на балкон, покурим?

-Пошли! – кивнул Игорь. – Только сначала забери пакет из прихожки, - там пиво… Поставь в холодильник…

-Здорово! – Алик на минуту исчез и появился снова. И видно было, что ссора с Ленкой сильно на него повлияла – даже движения его стали какими-то мелкими, суетливыми!

Они вышли на балкон и закурили.

-Не знаю, что с ней происходит! – Жаловался Алик. – Ведь в институте она такой не была! Она такие стихи писала… Знаешь, мне кажется, что она состоит из двух половинок. И то одна, то другая берут верх… То ее тянет к духовности, то ей хочется физического комфорта…

-А в тебе разве такого нет? – Спросил Игорь.

-Да, - неохотно признал Альберт, - наверное, в каждом человеке есть… Но я никогда не ставлю материальное выше духовного…

-Так что же ты злишься, что нет работы и заработка?

-Слушай! – Возмутился Алик. – Что у тебя за манера – постоянно находить противоречия?

-Это не противоречие! – Усмехнулся Игорь, гася окурок. – Это только доказательство к твоей теореме…

-Ты берешь примеры на примитивном уровне! – кипятился Алик. – Любой человек не сможет прожить… вернее, выжить, без денег и работы…

-Это ты слишком примитивно сравниваешь духовность и материальность! Они, все-таки, неразделимы… А мне трудно соревноваться с тобой в эрудиции – я институтов не кончал…

-Да иди ты со своими приколами! – Алик перегнулся через решетку балкона и крикнул: - Привет, Сонь! Ты куда?

-К Виталику…

Игорь тоже взглянул вниз. Под балконом на тротуаре стояла девушка лет двадцати в черной куртке и джинсах.

-Виталик на работе! – ответил Алик. – Придет после шести… Хочешь – заходи, подождешь у меня…

Девушка постояла в нерешительности и нырнула в подъезд.

Игорь снова закурил. Слышно было, как Альберт с грохотом открыл входную дверь.

-Проходи! Откуда ты?

-С Челекена. Отработка закончилась, приехала за дипломом…

-Отработка закончилась? Уже?

-Да…

-Проходи… Пива хочешь?

-Хочу…

Алик появился на балконе:

-Однокурсница Виталика! Ты не против, если я угощу ее пивом?

-Не против…

-Тогда пошли в комнату…

Девушка сидела в кресле и равнодушно рассматривала книжную коллекцию, по крупицам собранную родителями Альберта.

-Знакомьтесь, - предложил Алик, подавая девушке узкий, высокий бокал, запотевший от холода.

-Это Соня – однокурсница Виталика… А это Игорь, мой друг, только что приехал из России…

«Дурак! – подумал Игорь. – Этого мог и не говорить! »

Девушка слегка кивнула, задержав взгляд на шраме, пересекавшем лоб Игоря.

-Как там у вас, в России?

-Там все так же, как у нас… - Игорь сел за стол, взял бокал с пивом.

-Так он же наш, местный! – расхохотался Алик. – В России он только служил! В Чечне!

«Дважды дурак! » - вынес приговор Игорь – ему совсем не хотелось удовлетворять любопытство этой девицы.

-В Чечне? – ее темные глаза удивленно расширились. – А зачем же ты туда поехал?

-Я теперь и сам постоянно спрашиваю себя об этом! – усмехнулся Игорь.

-А это… - она провела пальцем по лбу. – Это тебя там так задело?

-Нет, в Москве, в метро… Какой-то старикан с удочкой полез в электричку, а двери захлопнулись и удочку прищемило… Когда поезд тронулся, меня и чиркнуло по лбу…

Алик и Соня от неожиданности рассмеялись. Потом Алик спохватился:

-Сейчас позвоню Витальке в офис! – и выскочил в прихожую.

-А ты чем занимаешься? – спросил Игорь у Сони, делая глоток.

-Работаю в школе! – с неохотой призналась она. – Отрабатывала диплом два года. Приехала как раз за ним…

-И как школа?

-Стоит…

-Уходить из нее не собираешься?

-А куда я пойду? Здесь-то на работу не устроишься, а у нас на Челекене – тем более. Скукотища! Дом – школа – дом. Никаких развлечений, кроме «ящика»… Родители достают!

-Жила бы отдельно…

-Одна я не потяну…

-Замуж выходи…

Влетел Алик.

-Виталик сказал, что подъедет к шести… Черт! У меня же там соус варится… Пошли на кухню, там поболтаем…

На плите, на синем цветке газа урчал казан, из которого рвался пар. Алик убавил газ и плюхнулся на стул.

-С Рыжим давно виделась? – осторожно спросил он.

– Так, звоним друг другу. Но теперь, сейчас… в эти дни все должно решиться…

-Что?

Она опустила голову и долго молчала. Только пальцы играли зажигалкой. Потом подняла глаза:

-Врачи сказали, если не рожу в ближайшее время – детей у меня больше не будет…

-Ему же в армию идти, у него отсрочка кончается! – заметил Алик.

-Ну и что?

-Как что? Не один нормальный парень не пойдет на это…

-А мне что делать? Пусть решает, он мужчина…

-Оставить тебя в положении и пойти служить?

-А что делать? – повторила Соня, ее смуглое лицо покрылось красными пятнами. – Какая разница? У нас и так все – врозь. Он здесь, я – там… Пусть выбирает! Думаешь, мне легко? Это все его мать! Она все знает. Ведь я с ней ходила к врачу два года тому назад… Теперь диагноз подтвердился. Вот она и старается защитить сыночка от меня…

-Рыжий – не маменькин сынок! – возразил Алик.

-Зато никак не повзрослеет! – отрезала Соня. – Я спрошу у мамы… А мама сказала… А мама не согласилась…

-Тогда поставь ультиматум, - предложил Алик. – Или вы женитесь, или ты заводишь ребенка от другого… Слушай, это же выход! Почему бы тебе не родить от кого-нибудь другого?

-Я люблю его! – просто и сильно ответила Соня.

-Но раз у вас такие дела…

-Вот и будем думать вместе!

Игорь, до сих пор молча наблюдавший за этой битвой «глухих со слепыми», заметил, что у девушки загорелись глаза, а вот лицо внезапно постарело.

-Не торопись! – произнес он. – Главное, чтобы ты потом ни в чем не раскаивалась…

-Я ничего не понимаю! – возмутился Алик. – То ты его любишь, то хочешь поставить перед выбором…

-А ты никогда не сидел один и не задумывался, что жизнь проходит, что любимый человек далеко, и неизвестно еще: любит ли он тебя? А ребенок… Любая женщина хочет ребенка… Он всегда будет при мне!

-Не будешь иметь своего, усыновишь! – беспечно махнул Алик.

-Ничего ты не понимаешь! – горько усмехнулась Соня и повела глазами на Игоря. – А вот он понимает…

Альберт хотел что-то возразить, но раздался звонок в дверь, и он, вскочив, объявил:

-Это Виталик! – и пошел открывать.

Глава 2

-С Наташкой говорила? – спросил Виталик – жгучий брюнет с бачками, когда обмен приветствиями закончился.

-Нет! – невысокой Соне, чтобы разговаривать с Виталиком, приходилось задирать голову. Виталик возвышался над ней как фонарный столб над дорожным знаком.

-Хочешь, позвоню, чтобы пришла?

-Чего ты спрашиваешь, конечно, хочу!

Игорь и Алик снова вышла на балкон, а Соня с Виталиком остались возле телефона.

-Кто такая Наташа? – спросил Игорь.

-Подруга Соньки! Они все вместе учились – Виталик, Рыжий, Наташка и Соня. Виталик бегает за Наташкой, а она сразу поставила условие – мы – друзья, и только…

Заглянул Виталик.

-Наташка сейчас приедет, я иду ее встречать…

-Давай! – кивнул Алик. – И в магазин загляни…

-Это само собой! – Виталик смылся.

Появилась Соня. Алик протянул ей сигарету. Она нервно закурила.

-Как у Виталика с Наташей?

-Глухо как в танке! – усмехнулся Алик. – Он за ней бегал, бегал, а потом рукой махнул. Теперь она сама приходит к нему за утешением и поддержкой после каждого разочарования. А когда полегчает – он ей снова не нужен! То с одним, то с другим… Даже, кажется замуж собиралась… Да, - вспомнил он вдруг. – Если хочешь, можно и Рыжего пригласить?

-Не надо! – попросила Соня. – Дай мне подготовиться. А то только хуже будет…

-Эй, вы там! – внизу стоял Виталик с какой-то девушкой.

-Это вы – там, а мы здесь! – отозвался Алик. – Поднимайтесь…

Через минуту в прихожей начался поцелуйный обряд. Соня и Наташа – вызывающе яркая блондинка, – прилипли друг к другу и стояли, обнявшись, наспех сообщая (конечно же, шепотом, на ушко,) какие-то свои, девичьи секреты.

-Что, так и будете здесь торчать? – возмутился Алик. – А ну, марш на кухню! Давайте, давайте, девчонки, сообразите что-нибудь поскорее!

Он повел девушек на кухню, но раздался телефонный звонок, и Альберт снял трубку:

-Алло!

Видимо, ему сразу сказали что-то очень важное, потому что он тут же перенес телефон в соседнюю комнату и плотно прикрыл дверь.

Виталик с Игорем остались вдвоем.

-Тихо, как в могиле! – усмехнулся Игорь. – Включи хоть музыку…

Виталик включил магнитофон и почти тут же появился Алик с напряженным и возбужденным лицом

-Что стряслось? – поинтересовался Игорь.

-Ленка звонила… Плачет! Говорит, что ей очень плохо… Просит приехать…

-Так в чем же дело? Поезжай! – воскликнул Виталик. – Забирай ее и привози сюда… А мы подождем!

Алик быстро переоделся и выскочил, хлопнув дверью.

-И чего он за ней бегает? – пожал плечами Виталик. – Стерва она! Плохо ей! А когда ему плохо?

-Это их дело! – ответил Игорь, перебирая диски, сваленные на полке.

-Игорь! – донеслось с кухни. – Можно тебя на минуточку?

А едва он переступил порог, девушки затормошили его:

-А куда уехал Алик?

-А кто такая Лена?

-Что между ними произошло?

-Ну, откуда я знаю? – уклонился он. – Я в Ашхабаде только день…

Девчонки, донельзя расстроенные, уселись за стол и принялись кашеварить, переключив все свое внимание на приготовление пищи.

Игорь, посчитав себя лишним, улизнул из кухни.

Виталик сидел с гитарой и, от нечего делать, тихо что-то бренчал.

-Чего они? – спросил он, не поднимая головы.

-А черт его знает! Расспрашивали об Алике и Ленке!

-Дуры! Со своими бы делами разобрались, - пробурчал Виталик.

Игорь сел в кресло, закрыл глаза и словно провалился в пропасть…

Глава 3

…Они бежали со всех ног, ослепляемые одним-единственным желанием – жить! А пули летели вслед, били в низко нагнутые спины, били в затылки, разрывая задыхающуюся плоть, с треском раскалывая кости… И по улице прибавилось мертвецов.

Но вот уже стена; вот спасение. И слышно только удары собственного сердца, толчками отдающиеся в ушах и шумное дыхание товарищей справа и слева. Их осталось не так уж много. Остальные лежат за стеной – по улице…

Зашевелился и подал голос лейтенант:

-Не спать! Приготовиться к бою…

Боже, сколько еще?! Пули с противным визгом бились в кирпичную стену, вгрызаясь в кладку…

Страшно! Страшно и нелепо умирать в восемнадцать лет. И мысли в голову лезут какие-то нелепые, дурацкие…

Вон, рядом съежился Санька – первый бабник во взводе. Он все свободное время готов говорить о женщинах, разве что с перерывами на завтрак, обед и ужин. Но не сейчас. Никто не станет слушать его выдуманные истории под таким обстрелом! Да и сам он, кажется, сейчас меньше всего думает о женщинах и всем, что с ними связано. Сейчас бы сжаться в комочек, в пылинку и забиться поглубже…

А вон Колька… Разве стоило лезть из кожи, чтобы окончить школу с золотой медалью? Денег на институт все равно не хватило. А золотая медаль, полученная в старенькой школе в присутствии педагогического коллектива и представителей районо, становится просто воспоминанием, издевательским. Война признает иные металлы. И иных людей. Настоящих. От нее ничего не укроется, она срывает все покровы. Обнаженное мясо… Обнаженный мозг. Голая жизнь и голая смерть – чистая физиология. И где они – плоды тысячелетней цивилизации?

Обстрел стихал. И уже можно поднять голову и расслабить мышцы. Потому что светает, и «духи» в контратаку не полезут…

Глава 4

Когда кончилась водка, Виталик вытащил из заначки флягу со спиртом. Но пить уже никому не хотелось.

Алик и Ленка, обнявшись, о чем-то чирикали. Виталик, отложив флягу, взял в руки гитару. Наташа поощрительно смотрела на него. А против Игоря сидели Соня и Рыжий – Генка. Сидели рядом, очень близко, почти касаясь друг друга, но были невообразимо далеки в этот миг. Только принужденно улыбались и молчали. Игорь хмуро следил за ними и размышлял: за каким чертом Алику и Витальке понадобился этот фарс?

Ничего не сказав Соне, они самовольно вызвали Генку под каким-то сногсшибательным предлогом. И едва он переступил порог под дружное: - О! – Соня словно одеревенела, и ее смуглое лицо покрылось меловой бледностью.

Потом были пошлые намеки, шутки, тосты вроде вульгарного:

-Ну, за любовь, что ли? Мать ее…

Приятели пытались рассеять гнетущую неловкость и отделаться от собственного смущения, но ничего не помогало.

Потом Виталик запел, и все, или почти все, подхватили. Не пел только Игорь. Не пела и Соня.

Игоря бесили эти песни – бравурно-надрывные, написанные о войне, которую авторы видели лишь по телевизору и на страницах газет…

«Мы туда колесили с потехами –

пели песни, снимали кино…

А когда мы обратно ехали –

Только молча смотрели в окно…»

Ведь все было не так. Совсем не так. И даже – наоборот.

Это когда их везли туда, они – зеленые пацаны, - молча сидели в вагоне и смотрели перед собой, страшась выдать свой страх перед неизвестностью. А двое ночью бредили, плакали и звали маму…

Это когда они возвращались оттуда, вагон сотрясался от песен, пьяных выкриков и похабщины. И никто не хотел вспоминать того, что было с ними. И все, что было страшного, они загоняли глубоко-глубоко в свои измочаленные души, заливая сверху водкой и разведенным спиртом. И какая-то безголосая девочка стонала о неразделенной любви из магнитофона. И визжали в купе две проститутки, снятые по случаю на станции, и контрабандой доставленные в вагон…

Соня встретилась с ним глазами и пальцем обвела вокруг губ, набросав контуры улыбки. Он ей улыбнулся. Она улыбнулась ему.

-Вот что, - заявил Алик, вскакивая, - давайте выпьем за тех пацанов, которые погибли в Чечне, за то, как они били чурок черномазых…

Тост подхватили. Только Игорь промолчал и не притронулся к своему стакану.

-Ты чего не пьешь? – возмутился Альберт. – Давай, за нашу победу!

Преодолев искушение бросить ему в морду тарелку, Игорь встал и вышел. В прихожей его догнала Соня.

-Уже уходишь? – удивилась она.

-Да, - неохотно ответил он. – Устал я… Приятно было познакомиться… Пока!

-До свидания! – растерянно ответила она. Но с некоторым опозданием, потому что он уже вышел…

Глава 5

Ночной ветерок приятно освежал лицо. Неоновый свет фонарей, прожекторов и реклам резал глаза. Это был уже чужой город.

Уже не было тех уютных, узких улиц, накрытых шатрами зелени. Не было старых домов, отстроенных после землетрясения и памятных с детства. Город потерял свою душу, и бестелесные призраки погубленных зданий и улиц метались меж монументов однотипных многоэтажек, стандартных скверов, парков и фонтанов. Может, это и было красиво, но не более того. Все это было чужим и безликим…

А вот этой улицы раньше не было. Она обрывалась за три квартала отсюда. И был здесь пустырь, на котором резвилась детвора. Теперь же – газоны, асфальт, залитый неоном, и десяток уборщиц в оранжевых тужурках и с закрытыми лицами. Боятся быть узнанными, стесняются показать, что тоже работают.

Они готовят улицу к новому дню и посматривают на стоящую в шагах ста пятидесяти полицейскую машину.

Игорь прошел еще шагов сорок и обратил внимание на какое-то движение возле машины. Он даже различил оранжевую безрукавку уборщицы, которая отбивалась от двух серых фигур. Потом от машины стали по-туркменски звать на помощь…

Он поравнялся с машиной, когда двое полицейских, запихнув на заднее сидение женщину, собирались сесть и уехать.

Хлопнули дверцы. Игорь постучал по стеклу:

-Что случилось?

-Пошел ты! – ответили ему на ломаном русском.

Женщина заколотила руками по стеклу. Водитель завел мотор, а второй полицейский распахнул дверцу, намереваясь вылезти и отогнать нежелательного свидетеля. Но вылезти он не успел.

Игорь пнул ногой по дверце – полицейский взвыл и схватился за ушибленную ногу. Игорь открыл заднюю дверь и вытащил из машины задержанную:

-Беги отсюда!

Женщина отбежала шагов на десять и, обернувшись, что-то крикнула… Но Игорь ее уже не слышал – яркий свет вспыхнул в мозгу и мгновенно погас…

Полицейский, бросив дубинку, с помощью напарника запихнул бесчувственное тело в машину, оглядываясь на бегущих к машине уборщиц. Потом завыла сирена, и «уазик» понесся прочь…

Глава 6

Он очнулся оттого, что чья-то рука осторожно встряхнула его. А сипловатый, прокуренный голос произнес:

-Молодой человек, вам не кажется, что это неподходящее место для отдыха?

Высоко чернело небо, брызгая искрами звезд. Кроны деревьев молчаливо склонились, словно в почетном карауле. А на фоне звездного неба проступило резко очерченное лицо. Оно смотрело на Игоря в упор, выискивая признаки жизни.

Однако, что это с ним? Не так уж и много он выпил, чтобы валяться ну улице. Хотя… Ему показалось, что запах водочного перегара заполнил все вокруг. Неужели это он так набрался? Впрочем, кажется, нет. Это неизвестный доброжелатель источал крепчайший аромат алкоголя и дешевых сигарет. И, кажется, именно эта смесь и привела его в чувство, проникнув в помутненное сознание раньше прикосновения и голоса.

Тут Игорь почувствовал и приглушенную боль. Болел затылок. Слегка приподняв голову, заботливо подхваченную неизвестным, несколькими прикосновениями нащупал здоровенную шишку. И сразу все вспомнил.

-Кто это вас?

-Не знаю, - прокряхтел он, поднимаясь на ноги. – Кажется, менты…

-Чем же вы не угодили доблестным блюстителям?

Игорь не ответил. Голова кружилась. Подташнивало.

-Где вы живете? – спросил мужчина. – Может «скорую» вызвать?

-Не надо, - просипел он, шаря по карманам. – Вот гады! – вырвалось у него.

-Что случилось? – Встревожился незнакомец.

-Деньги вытащили! – всплеск эмоций поубавил силы, и Игорь пошатнулся.

-Держитесь! – незнакомец вцепился в него и стал оглядываться по сторонам. Но вокруг не было ни души – народ приучили не появляться на улицах после одиннадцати вечера. Только вдалеке белела полицейская будка. И вокруг нее, как пес на привязи, вышагивал постовой. Незнакомец уже собирался было окликнуть хоть его, но Игорь попросил:

-Вот этого не надо… Хватит с меня полиции! Все равно он с поста не уйдет, что бы не случилось. Правда потом доложит по команде…

-Что же делать? – мужчина призадумался. Потом решительно тряхнул головой:

-Мы идем ко мне… Это недалеко, идемте…

Глава 7

Наконец-то закончилась неделя бесконечных компрессов, примочек и припарок. Семейный врач, которую и видел-то впервые, и видеть больше не желал, посоветовала еще раз сдать все анализы и сделать флюорографию. Хорошо еще, что подвернулась бабушка и принялась рассказывать врачу про все свои хвори и недомогания, иначе он обязательно бы сорвался и нагрубил. Он чувствовал себя значительно лучше, хотя еще появлялась тошнота и темнело в глазах. Налицо были симптомы сотрясения мозга плюс осложнение, которое дала перенесенная еще там контузия. Об этом его предупреждали врачи из госпиталя…

Очень скучал по родителям и сестре. Видел их всего два дня перед отъездом в Москву. И теперь, с поздним раскаянием думал о том, что несправедливо и незаслуженно грубил и обижался на их заботы и внимание. Сколько они перенесли за эти два года! С ума сойти! А он, мерзавец, еще и писал раз в полгода. Хвастал, выеживался перед пацанами в роте – вот я какой! Не скучаю, не пишу! Все мне трын-трава…

Незаметно мысли приняли иное направление. Денег почти не осталось. Ночное происшествие – менты вытащили из карманов все, - обошлось очень дорого. Нужно было искать работу, любую! Иначе придется дохнуть с голоду. Не жить же на шее у деда с бабкой – им и так пенсию урезали!

Неизвестно, до чего он додумался бы, если бы не появились Алик и Рыжий. Явились с серьезными мордами, будто случилось такое, о чем знают только ЦРУ, ФСБ и Русский базар…

Пожав ему руку, Рыжий сразу же (правда, чересчур таинственно), сообщил, что у них есть для него работа.

-Что за работа? – живо отреагировал он.

Парни переглянулись, облегченно вздохнули и заулыбались.

-Охрана! – шепнул Алик, оглядевшись по сторонам.

-Охрана чего?

-Есть один барыга. У него несколько фирм. Теперь в офис нужен охранник. Алика я ему уже представил. Он уже познакомился с его дочкой…

-Здорово! Красивая?

-Не то слово! – оживился Алик. – Классная девчонка! Закончила университет, а работает у отца секретаршей. Про нее и не скажешь, что дочка хозяина…

-Сколько? – коротко спросил Игорь, глядя Рыжему в глаза.

-Двести пятьдесят! – серьезно ответил тот, понимая, что шутки будут не к месту. Такими вещами не шутят. – Двести пятьдесят «баксов» за место… Через месяц вернешь… Оклад около двухсот долларов…

Надо было соглашаться, пока есть деньги. Да еще пацанов поблагодарить, что не забыли про него. Но все-таки решил подстраховаться.

-А чем фирма занимается?

-А кто их знает! – пожал плечами Рыжий. – Как все: что-то продает, что-то покупает… Я, собственно, не в курсах… Но деньги есть! Фирма не первый день стоит…

-Тогда согласен! – твердо решил Игорь. Достал деньги и отдал Рыжему. – Когда выходить?

-Послезавтра. Я за тобой заеду! – Уточнил Рыжий. – Захвати с собой паспорт и военный билет, - он взглянул на Алика. – Вроде бы все?

-Все! – кивнул тот и начал прощаться. – Ты извини, нас девчонки ждут… Пока! Увидимся…

Они махнули ему и исчезли, даже не дождавшись слов благодарности…

Глава 8

Как только ушли Алик и Рыжий, и Игорь, включив телевизор и завалившись на диван, принялся переключать каналы, в надежде найти что-нибудь интересное, его позвала бабушка.

-Чего тебе? – спросил он не совсем приветливо, высунувшись в окно.

-Там какая-то туркменка пришла… Тебя спрашивает…

-Что еще за туркменка?

-Не знаю! Я не выходила и калитку не открывала…

Игорь, ругнувшись про себя, накинул куртку и вышел во двор.

Собака сидела у калитки и рычала. Тут же стояла бабушка.

-А я слышу – стучат! – заговорила она, семеня за ним. – Потом собака залаяла… Я подошла, спрашиваю: кто?

Игорь, не слушая этого монолога, открыл калитку и столкнулся с женщиной лет сорока – сорока пяти. Ее смуглое, увядшее лицо было ему незнакомо. Рядом с женщиной стояла, потупив глаза, девушка красная от смущения.

-Здрасту… - с трудом выговорила женщина и затараторила по-туркменски.

Речь ее была настолько эмоциональна и стремительна, что Игорь понял только одно: женщина – мать этой девушки, пришла поблагодарить русского джигита за то, что спас ее дочь от полицейских, задумавших черное дело. Далее шли длиннейшие ругательства с упоминанием всех родственников тех полицейских вплоть до десятого колена.

Потом женщина несколько сникла и ее интонации стали просительными. Она энергично жестикулировала, показывая то на дочь, то на небо, то в землю… И только по жестам и по некоторым словам Игорь уловил ее мысль…

Их семья переехала в город из аула и поселилась в мазанке рядом с заводом ЖБК. Но ожидаемого достатка семья не получила. Наоборот, муж женщины, еще в ауле баловавшийся терьяком, здесь пристрастился к героину, еще и старшего сына подсадил. Теперь рыщут на пару по округе в надежде спереть что-нибудь и приобрести дозу у соседа.

Сама женщина – Амангуль, - печет хлеб и возит продавать на оптовый рынок, а старшая дочь, вот она, стоит рядом, за взятку и через знакомых устроилась уборщицей – подметать улицы. Девушке даже пришлось бросить школу. У них в семье еще двое детей – девочка пятнадцати лет и мальчик – семи.

«Как все это интересно!» - с досадой подумал Игорь.

-У меня нет денег, - продолжала женщина горячо, - чтобы отблагодарить тебя за добро, которое ты сделал для моей дочери… Я вижу, ты болен… Наверное, эти шакалы сильно избили тебя… И все из-за моей Айджемал… Поэтому мы и пришли к тебе… У меня нечем тебе заплатить за добро, и я хочу отдать тебе мою дочь…

-Ты с ума сошла? – возмутился Игорь. – На кой черт мне нужна твоя девчонка?

Женщина ничего не поняла и продолжала в том же духе:

-Моей дочери уже семнадцать. Она будет делать все, что нужно. Будет стирать, убирать, готовить… Будет ухаживать за тобой… Она будет выполнять все, что нужно… Только не гони ее… Мы люди бедные, но честные…

-Дура! – произнес в отчаянии Игорь. – Зачем мне твоя дочь? Хочешь, чтобы меня посадили? – Он решил, что женщина навязывает ему дочь в любовницы, и пришел в полное замешательство. Не понимал, что материнское сердце вместе с благодарностью за спасение дочери, испытывает и тревогу – где и как обеспечить безопасность своей почти взрослой дочери в этом городе, живущем по чужим законам. Но женщина опять ничего не поняла, хотя и уловила нотки недовольства в его голосе. Критически оглядела свою дочь, одетую в лучшее платье, и извиняющимся тоном напомнила, что у нее есть еще одна дочь – очень красивая. Если джигиту понравится та, она пришлет ее… У него старая бабушка – ее дочери будут ей помогать по хозяйству…

-Идиотка! – вскипел Игорь, у него от злости даже закружилась голова. – Зачем мне твои девчонки?!

-Я хочу отблагодарить тебя! – дослушав его и опять ничего не поняв, ответила женщина. – И хочу защитить своих детей. Извини, но у меня больше ничего нет… Не сердись, возьми ее к себе… Ты хороший человек, и, может быть, сделаешь мою дочь счастливой… Я не хочу чтобы она возвращалась домой… - она умолчала о том, что муж и старший сын избивают их, а однажды даже попытались… Даже язык не поворачивается сказать неудобоговоримое…

Игорь уже ничего не слышал. Излияния женщины и собственная злость доконали его. Перед глазами поплыли круги, потом наступила тишина и кромешная тьма…

Глава 9

…Его случайно зацепило осколком. И распороло лоб. И немолодой врач, наложив шов, буркнул совсем еще юной санитарке: бинтуй! – И отошел.

Об этой девушке в белом халате в батальоне ходили легенды. Мол, спит с каждым – только предложи. Обслужит по полной программе! А что еще могут напридумываать зеленые пацаны, брошенные кем-то под свинцовый град, ничего не имеющие и ничего не умеющие?

Им бы домой, к маме. Ходить каждый вечер с девчонкой по дискотекам, демонстрируя свою незрелую мужественность в стычках с такими же юнцами. Дать кому-нибудь в морду – получить ответ… Проводить девушку домой, сорвав с нежных, зовущих губ поцелуй, и не спать остаток ночи, переполняясь ощущением чего-то неизведанного.

А здесь… Здесь все проще. В тысячу раз. И в миллион раз сложнее. И за сутки ты переживаешь десяток жизней. И помногу раз умираешь. И заново рождаешься. И радуешься каждому новому дню. И ненавидишь ночь. А потом – все наоборот. Потому что новый день приносит новые смерти. А ночь позволяет забыться коротким сном, в котором ты видел маму, отца, родной дом… И мальчишки-часовые ни разу не подняли тревогу. А значит, не надо вскакивать и, заняв свое место в траншее или у окна, палить в темноту…

И вот тут, рядом, это создание в белейшем халатике, обтягивающем тело, которое, если верить батальонным болтунам, принадлежало не одному десятку…

И нежные, чистые руки с накрашенными ногтями осторожно бинтуют его звенящую и гудящую голову. А он – размякший и расслабленный, - бережно берет ее руку в свою и подносит к губам…

И чувствует в ответ такое же бережное и легкое касание губ к свое грязной щеке…

И вся половина лица – как раз правая, - вспыхивает огнем…

И запах духов опьяняет его…

И он в смущении встает и уходит, не поблагодарив – счастливый мальчик, всеми забытый и всем нужный…

Простой солдат.

Глава 10

Снова постельный режим. Лекарства. Оханье бабушки. Телевизор. И молчаливая тень, к присутствию которой привык, как привыкают к собственной тени.

Немногословная и хозяйственная девушка вошла в его жизнь, и даже смогла завоевать расположение бабушки, хотя та никак не могла понять: откуда и зачем появилась Айджемал, и что это за прихоть у внука – держать при себе что-то вроде прислуги?

А девушка безропотно готовила, стирала, убирала, работала на огороде, и придирчивая старуха не могла не нарадоваться на нежданную помощницу, хотя и ворчала, что неприлично, когда молодая девушка проводит столько времени в доме молодого человека. И неуклюже намекала Игорю, что вот она- невеста, лучше которой не сыщешь. А внук – растяпа и олух царя небесного, - только отмахивался, посмеивался и не замечал ничего. И каждый день Айджемал появлялась у них утром и исчезала вечером. А бабушка ворчала и совала девушке деньги, а непутевый внучок целыми днями просиживал у телевизора.

Вот и сегодня он с утра уселся у телевизора. А когда смотрел очередную серию «Бригады», к нему пришел гость. Странный. Очень странный. Тот самый, что подобрал его на улице и доставил к себе домой. И звали его, кажется, Георгий; Жора, так представился он при знакомстве.

Жора вошел в комнату, высоко неся продолговатую, огурцом поставленную голову. Пробормотал что-то стесненно и без приглашения плюхнулся в кресло.

Игорь намеренно не стал ни выключать телевизор, ни убавлять звук. Ему нравился этот сериал. Он просто балдел от смелости, решительности и удачливости простых дворовых пацанов, пробивающихся к вершинам жизни своими силами. И как все это круто: кожаные плащи, дорогие тачки, дорогие женщины, уважение и, самое главное, деньги, которые дают все это.

Неслышно вошла Айджемал – поставила на столик поднос с чайником и пиалами, конфетницу и вазочку с мелко наколотым сахаром. А потом так же неслышно исчезла.

-Угощайтесь! – небрежно предложил Игорь гостю, который, как зачарованный, смотрел на дверь, скрывшую девушку.

-Это ваша жена? – спросил Георгий.

-Служанка, - снова снебрежничал Игорь, не отрываясь от телевизора.

-Вы так богаты? – удивился гость.

-На жизнь хватает! – ответил Игорь, весьма удачно копируя интонации Саши Белого.

Георгий едва заметно улыбнулся и тоже стал смотреть в телевизор.

А герои, выскочив из черного «Мерседеса», распахивая полы кожаных плащей, расшвыривая случайных прохожих, мужественно шагали по какому-то коридору… И секретарша, побледневшая вместе с макияжем, металась возле телефонов… Потом началась реклама.

Игорь соизволил повернуться к гостю и заметил на его лице брезгливую улыбку. И сразу обиделся.

-Вам что-то не нравится? – вызывающе спросил он.

-А вам нравится? – спросил Георгий.

-Мне нравится! Это настоящие люди. Не сброд, не стадо. Они всего добиваются и все имеют…

-За счет других! – уточнил гость насмешливо.

-За счет всякой мрази! – возразил Игорь. – Кто мешает другим добиться того же? А они отнимают деньги у тех, кто грабит…

-Вор, крадущий у вора, вором и остается! - пожал плечами Георгий. – Паразиты были всегда, менялось только отношение к их поступкам…

-Будь таких людей побольше – не было бы никакого беззакония, не было бы произвола! – с воодушевлением заявил Игорь, краем глаза следя: не кончилась ли реклама.

-И мир жил бы по блатным законам? – усмехнулся гость. – Нет уж, хватит и того, что есть. Хорошо еще, что здесь не как в России, в начале девяностых расстреляли воров в законе – и все притихло… Так что всегда найдется большая сила, которая поставит на колени этих наивных пацанов, возомнивших себя центром Вселенной… Впрочем, вам сейчас не до меня! Я хотел пригласить вас к себе… Надо поговорить об одном важном деле…

-О каком?

-Всему свое время! Здесь адрес и телефон! – Георгий вырвал из блокнота листок и положил на столик. – До свидания! Спасибо за чай…

Глава 11

Помещение офиса Игорю в общем-то понравилось. Обстановка была подобрана со вкусом и известной тщательностью, без претензий на роскошь или модерновость. И Рыжий, встретивший его возле ворот, ведя по коридорам, не без удовольствия знакомил друга с окружающей средой, пропитанной атмосферой деловой сосредоточенности. К тому же никто и ничто не носил на себе фальшивой занятости и напускной важности, какими страдают обычно всякого рода служащие от швейцаров и вахтеров до третьеразрядных директоров и президентов.

В одном из кабинетов Игорь даже заметил Алика, который с самым значительным видом, даже, кажется, немного вспотев от старания, проверял сигнализацию. А вместо толстого и мрачного управляющего, подавляющего и подавляемого собственными значимостью и авторитетом, Рыжий привел его к молодому, веселому парню, который, сидя на столе, рассказывал элегантной секретарше анекдоты.

-Марат, - обратился к нему Рыжий, - вот парень о котором я говорил… Демобилизовался недавно… Служил в России, в Чечне…

Управляющий оглядел Игоря и едва заметно кивнул. Потом протянул руку:

-Марат…

-Игорь…

-Очень приятно! Слышал много и только хорошее… Значит так, Игорь! Нам нужен охранник. Работа – через двое суток на третьи. Может появиться и сверхурочная, но это только по распоряжению шефа. В таких случаях предусмотрена и двойная оплата. В курс обязанностей тебя введет Геннадий, он у нас исполняет… вернее, замещает начальника охраны… Будут проблемы – обращайся ко мне или вот, к Кристине… - Марат кивнул на секретаршу. – Вопросы есть?

-Нет, - ответил Игорь. – Все ясно…

-Ну, тогда все в ажуре! Пиши заявление… Ген, покажи ему все… - И, потеряв к Игорю, всякий интерес, Марат снова сел на стол.

-Пошли, - Рыжий толкнул Игоря в бок. – Видел девчонку? Это и есть Кристина – дочь нашего хозяина…

Игорь невольно оглянулся – девушка весело смеялась, слушая Марата.

-Надо же…

Глава 12

С Кристиной он столкнулся в обеденный перерыв на автопарковке рядом с офисом. Он как раз прогуливался с важным видом вдоль разноцветного ряда машин, с удовлетворением думая, что в скором времени и у него появится такой же шикарный автомобиль.

-Помогите, пожалуйста! – раздался за спиной негромкий голос.

Игорь так резко обернулся, что стоявшая позади него Кристина опрянула назад. И две толстые папки выскользнули у нее из рук и упали на асфальт. Растерянно улыбнувшись, девушка наклонилась, но Игорь уже поднял и подал ей папки.

-Спасибо! – поблагодарила она, с любопытством разглядывая его. – Это вы наш новый сотрудник?

-Охранник! – поправил он.

-Это правда, что вы служили в Чечне?

-Служил…

-Страшно, наверное?

-По-всякому было…

-Подержите, пожалуйста! – Она вернула ему папки и, сняв с плеча сумочку, стала выкладывать на капот машины разные безделушки, вроде зеркальца, косметички, расчески и еще чего-то. А Игорь стоял, обняв папки, и откровенно любовался ее грациозными движениями.

-Наконец-то нашла, - она показала ему ключи на сверкающем брелке. Открыла дверцу и, взяв папки у Игоря, бросила их на сидение. Села в машину и завела двигатель. Не закрывая дверцы, улыбнулась Игорю:

-Завтра нерабочий день! У нас на даче собираются гости… Я приглашаю вас. Гена знает, где это… До свидания… - она хлопнула дверцей, и машина тронулась с места…

Глава 13

Новый стадион, напоминавший огромную двухстворчатую раковину, возвышался над котловиной. Раньше здесь был карьер, и бесконечная вереница самосвалов вывозила гравий. Сюда же сливалась техническая вода из резервуаров завода. Теперь и следов от завода не осталось, и от карьера тоже. Котловину засадили деревьями, разбили газоны, заасфальтировали дорожки. И здесь теперь отмечали государственные праздники.

Уже с утра к стадиону стали стекаться огромные массы народа. Школьники, студенты, учителя, врачи, курсанты, работники многих государственных учреждений шли отмечать День независимости в принудительном порядке. Десятки всевозможных надсмотрщиков и надзирателей из вышестоящих организаций встречали зрителей предстоящего празднества и разводили по секторам. Нужно было спешить: до начала оставались считанные часы, а сектора еще не заполнены. Президент, глядя на пустые трибуны ни за что не поверит, что его народ не захотел разделить с ним радость, не захотел поддержать его в огромной инсценировке, демонстрирующей единение власти и народа.

Игорь уже несколько отвык от этой показухи, и пришел на стадион отчасти из любопытства, отчасти, - спасаясь от скуки. До вечера еще далеко и день надо было как-то убить.

Проходя мимо кучек людей, он невольно прислушивался к разговорам и улыбался – народ и в самом деле думал о своем президенте и его министрах, только по-разному: где громогласно, а где – с опаской, поглядывая по сторонам.

Впрочем были и такие, кто пришел на праздник ради самого зрелища: людей посмотреть и себя показать. Большие группки девушек-туркменок – в нарядных платьях, сверкая золотом на шеях, в ушах и на пальцах, дефилировали вкруг стадиона, беззаботно смеясь и щелкая семечки. Для большинства из них это была редкая возможность показаться на люди во всей красе, а если повезет, то и познакомиться с каким-нибудь Бельмондо, имеющим собственный автомобиль…

Большинство же зрителей неохотно шли к секторам, где у входа дружно разворачивались и норовили затеряться в толпе от глаз всевидящих начальников. Потому что стадион заполнят, оцепят и выйти из него не будет никакой возможности.

Игорь вошел в сектор с группой невыспавшихся врачей, недовольных тем, что не удалось ускользнуть от зоркого глаза главврача. Но в сам сектор так и не попал. У лестницы его схватил за руку какой-то тип в штатском и оттащил в сторону. Игорь уже собирался вырваться, но улыбка осветившая узкое, чисто выбритое лицо заставила его изменить намерение.

-Мейлис?!

-А я думаю: ты или не ты! – смеясь заговорил бывший одноклассник. – Что ты тут делаешь?

-Отдыхаю! Пришел на праздник посмотреть… А ты?

-Я тут работаю. Я ведь в комитете! Загнали вот под трибуны…

-Кого от кого охраняете?

-Только самих себя… Ты где?

-Работаю в фирме, охранником. Совсем недавно демобилизовался…

-Наших кого-нибудь видишь?

-Нет. После школы ни с кем не встречался. Все хочу зайти в школу, да времени нет…

-Школы тоже нет! – усмехнулся Мейлис. – Снесли. А из класса мало кто остался. Про девчонок почти ничего не знаю, а от пацанов… Двое сидят, Юсупа убили в армии… Четверо на игле… Видел недавно Королькову Надьку. У нее с Сашкой роман закрутился. А сейчас он на геру подсел. Она его и выгнула: зачем, говорит, мне наркоша…

-Весело! – Игорь поджал губы. – Больше никого?

-Не знаю, - Мейлис глянул по сторонам и зашептал, - вали отсюда! Вон наш майор тащится. Значит оцепление уже поставили, но я тебя выведу через соседний сектор…

-Вообще-то я хотел посмотреть…

-Хочешь шесть часов в этой мышеловке просидеть? Лучше иди домой, включи телевизор – увидишь в полном объеме… Ну что, идешь?

-Иду, спасибо…

-Пошли…

Мейлис подошел к воротам, которые охраняли двое солдат внутренних войск и предъявил им удостоверение. Они взяли под козырек и открыли ворота.

-Давай, - мотнул головой Мейлис. – И не пропадай! Я живу там же, заходи…

-Зайду, пока!

Игорь вышел, и ворота за ним тут же захлопнулись. И слышно было, как орет Мейлис на нескольких несчастных, которые, обезумев при виде распахнутых ворот, рванулись к выходу.

-На место! Быстро! – рычал Мейлис. – Что это за неуважение к государственному празднику?

Игорь улыбнулся и поспешил ретироваться, затерявшись в потоке счастливцев, которые намеренно опоздали, чтобы не попасть на стадион. А четверо солдат пронесли мимо какого-то парня с окровавленным лицом – видимо, задавили…

Стадион гудел в ожидании президента… Авось часа через два подъедет и он…

Глава 14

Великолепный двухэтажный особняк укрывался в густой зелени, еще не облетевших деревьев. Весело играла лучами октябрьского солнца в бассейне, выложенного разноцветной мозаикой. Бетонные дорожки, расходящиеся от дома подобно лучам, были чисто выметены и вымыты. Цветники источали густой аромат роз, заглушить который не могли даже выхлопы автомашин, то и дело подъезжавших к воротам, и дым жаровней, на которых жарилось мясо.

Вышколенные официанты встречали гостей с подносами в руках. На подносах было все, что душе угодно – и закусить, и выпить. Откуда-то слышалась восточная музыка. И говор множества голосов напоминал шум реки, весело пританцовывающей на камнях.

Игорь, очутившись среди этого великолепия, был уничтожен. Он с жадностью взирал на окружающих его людей и чувствовал, физически ощущал свою причастность к настоящей жизни! Не к той, что осталась за воротами, где толпились ребятишки и старики, изумленно взиравшие на происходящее, а к иной – пока еще загадочной и непонятной, но страшно привлекательной.

Рыжий, стоявший рядом с равнодушным лицом, был сдержан и нетороплив. Взяв у официанта два бокала с шампанским, он один отдал Игорю и кивнул на группу людей, стоявших поодаль.

-Цвет нации! Этот, который смеется, директор телевидения… Его особняк рядом. Говорят, у него там такой гарем собран, такие девочки… Вот это – заместитель генерального прокурора… Той, которую посадили недавно… Эти двое – из президентского совета… А дальше – министры. Торговли, строительства… Эта женщина – главный редактор газеты, а девушка рядом с ней – певичка, недавно получила звание народной…

Игорь почти не слушал друга. Он вертел головой, пытаясь отыскать Кристину. А она оказалась за спиной:

-Добрый вечер…

-Добрый вечер! – промямлил он в смущении.

-Как вам у нас?

-Очень нравится… - в ее присутствии он чувствовал себя стесненным и неловким, не знал даже, что делать со своими руками.

-Если хотите, я познакомлю вас с моими друзьями, - легкая и изящная, она показала на нескольких молодых людей и девушек, расположившихся в беседке.

-Может, не стоит? – попытался уклониться он.

-Стоит. Идемте, - она взяла его под руку и повела как маленького.

Молодые люди не очень заинтересовались Игорем. Только сообщение Кристины, что он воевал в Чечне, вызвало некоторое оживление.

Одна из девушек – очень красивая, в облегающем фигуру розовом платье, спросила, указав на шрам:

-Это вас там ранило?

А смуглый парень равнодушно осведомился, где именно стояла их часть. На этом все и закончилось. Интерес иссяк, и Игоря перестали замечать. Разговор перешел в иное русло – на машины, на отдых в Турции, и на продвижение в карьере. А Игорь стоял и ощущал себя последним раздолбаем, потому что не мог принять участия в беседе. И дал себе слово стать среди этих людей своим.

Не знал он, что парень, спросивший его о расположении его части, не раз и не два бывал в Чечне – его отец перекупал краденые машины у тех самых чеченцев, с которыми воевал он, и которых так защищало все просвещенное человечество. Машины через Грузию и Азербайджан паромами перегоняли в Туркменистан. Теперь этот бизнес был под угрозой.

А девушка, заметившая шрам, собиралась делать пластическую операцию в Германии, и тема шрамов очень ее беспокоила…

Кристина, уловив момент, отвела Игоря в сторону.

-Вы не обиделись?

-На что? – удивился он.

-Они были не очень любезны!

-Нормальная реакция на то, с чем никогда не сталкивался! – заверил ее Игорь.

Она пристально взглянула на него:

-А вы реалист…

-Стараюсь…

-Вы, правда, не обиделись?

-Наоборот! – горячо возразил он. – Я вам очень благодарен! Где я еще мог видеть в таком количестве настоящих людей?

-Настоящих? – призадумалась она.

-Это я в том смысле, что они очень многого добились! Люди, в основном, жалуются на всякие препятствия – не сложилась судьба, карьера… А они сами правят своей судьбой. Они знают, что будет завтра, в них есть уверенность…

-И вам хочется быть таким, как они? – она лукаво улыбнулась.

-Хотелось бы! – чистосердечно признался он. – Тогда бы я…

-Что тогда?

-Тогда я имел бы право… - он снова запнулся и покраснел.

-Ну же! – смеясь, подбодрила она.

-Тогда я имел бы право находиться рядом с вами! – выпалил он залпом.

-А сейчас? – значительно холодней осведомилась она.

-Сейчас у меня нет такого права! – выдавил он из себя.

-Почему же?

-Я всего лишь работаю на вашего отца…

-Я тоже! – рассмеялась она. – В этом мы равны…

Тут очень некстати появился Рыжий.

-Простите, но нас зовут к столу…

-И в самом деле, - спохватилась Кристина, - ступайте…

На самом деле она собиралась пригласить его к столу, но он все испортил. Поэтому она без сожаления оставила его и пошла к друзьям.

Игорь повернул к лестнице, но Рыжий его остановил:

-Ты куда собрался? Там для гостей! А для нас, простых прихлебателей и обслуги, накрыли в саду…

Игорь глубоко вздохнул и безропотно пошел за другом. А в беседке весело смеялась «золотая» молодежь, которой он отчаянно завидовал. Хотя завидовать было нечему. Их жизни и состояния, их благополучие полностью зависели от одного человека – от президента. А так как президент не любил держать при себе подолгу одних и тех же людей, то будущее этих молодых людей читалось довольно прозрачно. Вслед за опалой и немилостью родителей или близких родственников, оканчивающихся обычно длительным тюремным сроком или подвалом Комитета национальной безопасности с конфискацией всего имущества, этим молодым людям предстояло разорение, крушение всех надежд и бегство за границу. Это было неминуемой расплатой за близость к трону. Это было законом…

Глава 15

…Она пришла во взвод вечером. В затишье. И нашла его в пустой комнате угловой квартиры расстрелянной «хрущевки». Раздобыв иголку с ниткой, он пытался зашить штаны – разорвал, зацепившись за какой-то железный крюк, перебегая среди развалин.

И именно в тот момент, когда он – потный и сосредоточенный, - прикидывал, как привести в порядок эту рвань, на пороге появился она. И, разглядев в полумраке его огорченное лицо с прикушенной губой, тихо рассмеялась. А он – ошарашенный ее появлением, вскочил и уронил и иголку и штаны. Не в силах вымолвить ни слова, принялся искать проклятую иголку, шаря рукой по полу.

Она прошла вдоль стены и присела на какой-то ящик в углу.

-Как тебя зовут? – тихо прошелестел ее голос.

Он не ответил, сраженный одновременно многими – приятными и неприятными, но в равной степени неожиданными обстоятельствами, свалившимися сегодня на его голову. Да и неудобно было говорить: она пришла к нему, а он – без штанов, но в каске, ползает по полу в поисках иголки, а она (зараза! иголка!) только что впилась ему в палец! Он вскрикнул и затряс рукой!

-Детеныш! – рассмеялась она – опять легко и весело, и забрала у него иголку. – Так как же тебя зовут?

-Игорь! – буркнул он, прячась за кучей хлама.

-А меня – Марина! – она подобрала его штаны и заработала иголкой.

А он топтался на месте, не зная, как себя вести.

-Вот и все! – она встряхнула штаны и бросила ему. – Лови!

Он схватил их налету, но торопясь надеть, сунул две ноги в одну штанину и жутким грохотом свалился. Она опять расхохоталась и поспешила на выручку.

-Не волнуйся! Попробуй еще раз…

-Уйди, не мешай! – он сердито отстранил ее.

Кое-как натянул на себя штаны и застыл на середине комнаты, не зная, что делать дальше.

-Хоть бы спасибо сказал! – насмешливо укорила она.

-Спасибо…

-Ты откуда?

-Из Ашхабада…

-Откуда, откуда?

-Из Туркмении…

-А сюда как попал?

Пришлось объяснять, что сам напросился, потому что говорили, что отслужив, автоматически получишь гражданство…

-А что, у вас там плохо?

-Как везде…

-Дома, наверное, родители ждут… Беспокоятся… Девушка, наверное, переживает…

Про родителей он умолчал, а о девушке сказал: нет у него девушки. Хотел, правда, соврать, но язык не повернулся.

-Нехорошо, - сказала она со смешливой укоризной и покачала головой. – Какой же ты после этого парень?

-Нужны доказательства? – грубо спросил он.

-Верю, верю! – снова рассмеялась она. – И не сердись – мы с тобой равны… А все, что обо мне болтают – чушь и вранье! – она легонько щелкнула его по носу. – Тихо-то как! Словно и не война вовсе… Ладно, Игорек, я пойду… У меня увольнительная до десяти… Пока! – она еще раз щелкнула его по носу и растаяла в сумерках, оставив после себя знакомый запах духов…

Глава 16

Выйдя из-за стола, Игорь сразу же засобирался домой. Но его перехватили Алик и Рыжий.

-Куда собрался?

-Домой! – буркнул Игорь, пытаясь проскользнуть между ними.

-Брось! – рассмеялся Алик. – Поехали лучше ко мне. Посидим, отдохнем. Мне Виталик пару дисков с порнухой подбросил. Сразу Кристинку забудешь! А то запал на нее, как…

-С чего ты взял? – насупился Игорь.

-Ты в зеркало посмотри! – расхохотался Рыжий. – Даже покраснел!

-Да пошли вы! – вконец разобиделся Игорь, отталкивая Рыжего. – Очень мне нужна ваша…

-Она не наша! – с шутливой назидательностью в голосе поправил Алик. – А жаль…

-Ладно, не обижайся, - сменил тон Рыжий, полуобняв Игоря за плечи. – Лучше поехали с нами, а то ведь не отстанем…

Игорю совсем не хотелось никуда ехать. Но надо же было такому случиться, что на веранде, опоясывающей дом, показалась Кристина. Она была не одна. Рядом вышагивал, по-журавлиному выставляя ноги, парень с баками и что-то ей говорил, обнимая ее за талию. Игорю показалось, что девушка очень внимательно слушает своего спутника, и ощущение близости, не покидавшее его после разговора с ней, мгновенно улетучилось.

Кристина заметила его, улыбнулась и помахала рукой, но он демонстративно отвернулся.

-Ладно, поехали! – сказал пацанам, как можно безразличнее.

-Другое дело! – в один голос закричали они и потащили его к воротам.

Здесь уже ждал синий микроавтобус. Заспанный водитель – пожилой туркмен сидел за рулем, хмуро глядя перед собой. Рядом с ним сидел Марат и нетерпеливо поглядывал на часы.

-Наконец-то! – заворчал он, когда парни подошли к машине. – Сколько можно ждать? Лезьте в салон, только осторожнее – бутылки не побейте!

-Ого! – присвистнул Алик, обнаружив на полу и на сиденье ящики с водочными и пивными бутылками. – Хозяина ограбил?

-Зачем ограбил? – проворчал Марат. – Я попросил – он отдал. А не отдал бы, мы бы сами взяли… Поехали, Мамед, - приказал он водителю. – К Алику. Только через Шевченко…

-Чувствую, - проговорил сзади Рыжий, - вечер будет насыщенным…

-Не только вечер, но и ночь захватим! – с усмешкой откликнулся Марат. – Надо же отдохнуть от семейной жизни!

-Так ты еще и женат? – изумился Рыжий.

-А ты не знал! – передразнил его Марат. – Уже целый год. Сыну два месяца…

-Поэтому и работаешь целыми сутками? – с притворным сочувствием спросил Алик. – Чтобы семью содержать?

-Чтобы дома пореже бывать! – с досадой ответил Марат. – Надоело все!

Игорь слушал и не слышал их болтовню. Он отдался на милость минутной слабости. Стало обидно, что Кристина, так мило, так приветливо говорившая с ним, полчаса спустя так же мило беседовала с тем смуглым парнем. Да еще позволяла обнимать себя! Ну, ничего. Он еще себя покажет!

-Ты что, уснул? – толкнул его в бок Рыжий.

-Нет, отдыхаю, - буркнул Игорь.

-По Кристинке вздыхаешь! – понимающе подмигнул с другой стороны Алик. – Ну, ничего! Сейчас ты ее забудешь! – И стал смотреть в окно.

Машина неслась по проспекту Свободы, переименованному в проспект Махтумкули.

Алик и Марат забыли обо всем, и беседовали теперь о женщинах, с дотошностью налоговых инспекторов разбирая достоинства и недостатки прекрасной половины человечества. Но как только машина свернула и мимо проплыло здание Дворца юношества, Марат приказал водителю:

-Здесь помедленнее…

-Здесь лучшие телки стоят! – сообщил Игорю Рыжий. – Правда, по большей части – малолетки… Но разобраться можно… С малолетками опаснее всего!

-Вон, вон, - заерзал Алик, - как раз трое…

-А нас – четверо! – ответил Марат.

-Бросим жребий! Двоим хватит и одной!

Марат молчал. Машина ползла теперь черепашьим шагом. И Игорь успевал теперь разглядеть силуэты девиц, стоящих вдоль дороги и выжидающе поглядывающих на проезжающие машины.

-Стоп! – приказал Марат и выскочил, хлопнув дверцей.

-Ас! – с усмешкой заметил Алик, потягиваясь. – Посмотрим, что выберет на этот раз! А то пристал как-то к одной, а она крик подняла: я здесь такси ловлю!

Дверь в салон с шумом отъехала, и Марат весело произнес:

-Принимайте товар!

Глава 17

Девушки оказались на редкость сговорчивыми. Запросив сначала по пятьдесят долларов, они почти сразу снизили продажную стоимость сначала до сорока, потом до тридцати, и, наконец признали, что двадцать пять долларов вполне достаточно. Но всякие извращения за дополнительную плату.

-Мы не извращенцы! – гордо заявили они. – Мы – честные девушки! Поэтому групповуха – за двойную оплату!

Марат тут же начал откупоривать бутылки, и поездка сделалась вдвойне приятной: с песнями, смехом, шутками и… стриптизом. Одним словом, в темноте, да не в обиде!

И только оказавшись у Алика дома, Игорь смог узнать в одной из проституток свою бывшую одноклассницу. Ту самую Надю Королькову, о которой упоминал на стадионе Мейлис.

Маленькая, хрупкая, в обтягивающем свитере и короткой юбке, она по-прежнему была очень красивой. Умело наложенный макияж только подчеркивал красоту ее восточного лица. Черные волосы были собраны в пучок на затылке. А ярко синие глаза смотрела тепло и приветливо. Это была домашняя девочка, не имеющая ничего общего с тем ремеслом, которым занималась. Но что-то все-таки было.

За столом, где сначала пили, соблюдая традицию – шампанское, коньяк, водка, - Надя вместе со всеми весело смеялась, много пила, заметно пьянея, но не показывала вида, что узнала Игоря. А тот сидел рядом с крашеной блондинкой, которая сначала представилась как Нина, а после огромного количества выпитого, созналась, что зовут ее Зина. Призналась, виновато улыбаясь, стыдясь своего имени. А выпив залпом стакан водки, обложила трехэтажным матом своих родителей, которые дали ей такое деревенское имя.

Окосев от водки и всяких примесей, Алик включил диск с порнографией, и вся компания разразилась гоготом и улюлюканьем. На экране началась вакханалия, флюиды которой волной окатили комнату, заражая собой все окружающее.

Кто-то тут же принялся стягивать с себя одежду, кто-то, решив подзарядиться, хлебнул еще водки, а Игорь выскочил на балкон.

Стоя на ветру и глубоко затягиваясь сигаретой, он мрачно думал сразу обо всем. Потом за спиной скрипнула дверь – и перед ним стояла Надя, кутавшаяся в махровый халат, наброшенный на голое тело.

-Игорешка? – спросила она, всматриваясь в его лицо. – Игорек! – она засмеялась весело и беззаботно. – Здравствуй!

-Привет! – бросил он, кусая сигарету.

-Ты чего? – удивилась она. – Ведь столько лет не виделись!

-Ты давно этим промышляешь? – со злобой спросил он.

-Ах, вот ты о чем! – Надя улыбнулась. – Да, давно.

-И как? Нравится?

-Нравится! – с вызовом ответила она. Но не выдержала и рассмеялась. – Не злись! Тебе это не идет. Ты таким никогда не был…

-А каким был?

-Каким? Серьезным таким, аккуратным. Тебя в классе все уважали. А помнишь, как ты за меня заступался? Смешно, но мне было приятно, когда вы с Сашкой подрались из-за меня!

-Кстати, а что с Сашкой?

Она потускнела и стала смотреть в сторону.

-Он теперь наркоша! И говорить даже не хочу. Он ведь за мной ухаживал все эти годы. Жениться собирались… Но не судьба!

Игорь молчал, ожидая продолжения.

-Ведь женщина – ровесница всегда старше мужчины, - вдруг снова заговорила она. – Когда он стал бегать за мной, еще в девятом классе, у меня уже были взрослые мужчины. Спала с ними направо и налево. И постепенно втянулась. Теперь сочетаю полезное с приятным…

Выглянул Рыжий:

-Я вам не помешаю? Сколько можно ждать? Теперь моя очередь!

-Генка! – повернулся Игорь. – Исчезни!

Рыжий пьяно ухмыльнулся и закрыл дверь.

-Пойду я, - заявила она. – Ждет. Альберт-то ваш – слабак. Нализался как свинья и ничего у него не получилось… теперь спит в ванной.

-Зато Генка ждет! – усмехнулся Игорь. – Ты у нас нарасхват!

-Опыт! – она равнодушно пожала плечами. И преобразилась – с обольстительной улыбкой коснулась его щеки ладонью. – Хочешь, докажу прямо здесь? – И, отступив на шаг, распахнула халат. – Нравится?

-Верю, верю, - забормотал он, отступая.

-Ага! Струсил! – засмеялась она. – Так ведь я не через ЗАГС… Ну, если передумаешь – присоединяйся…

Надя ушла.

Игорь постоял еще минут десять и вернулся в комнату.

Рыжего и Нади здесь не было. Не было и Алика. Марат – голый сидел в кресле в окружении трех голых девиц и, прихлебывая коньяк, смотрел в телевизор. Там вакханалия продолжалась.

-Куда это ты пропал, миленький? – потянулась к Игорю Зина.

-Бери ее! – буркнул Марат. – Идите в соседнюю комнату… Не девка, а зверь… Все ей мало! Если хочешь – забирай всех…

Игорь отстранил девушку и сел на диван. Невыносимо разболелась голова – зря он пил, ведь врачи предупреждали…

-Ну, не хочешь – дело твое! – Марат поднялся. – Пошли девчонки. Снова в бой! Еще по разику и – хватит…

Игорь, морщась от боли, налил стакан минералки и выпил. Взглянул на часы – час ночи. Убавил звук телевизора. Но смех, визг и стоны послышались из-за стены – вакханалия перебралась туда…

Глава 18

Домой Игорь попал уже в пятом часу. Пнул ногой калитку и, цыкнув на заворчавшую собаку, направился к дому.

Странно, но на веранде горел свет. Наверное, это бабушка оставила его. Но заглянув в окошко, он обомлел – положив голову на руки, за столом спала Айджемал. Наверное, ей снилось что-то светлое, радостное, потому что тонкие губы улыбались, а матовое личико было таким одухотворенным, что у Игоря по спине побежали мурашки. И стало очень стыдно за эту ночь, и за все, что в ней было…

Он неслышно открыл дверь и вошел. В доме было очень тихо. Только где-то под полом тихо скреблась мышь. А девушка крепко спала.

Игорь на цыпочках пробрался в комнату, включил свет. Бросил на диван подушку, достал из бельевого шкафа простыни. Постелил. Потом вернулся на веранду и – вовремя: девушка во сне неловко повернулась и, наверное, упала бы, если бы он не подхватил ее осторожно на руки. Перенес в комнату, уложил на диван и накрыл простыней. Она даже не проснулась И хорошо, и замечательно! Ему было бы очень стыдно смотреть сейчас в ее глаза. Доверчивые, преданные, излучающие какой-то первозданный свет… Как будто в ее сущности заключены все тайны бытия, за которыми многие гоняются, но никто пока не постиг. Видимо, это потому, что ей чужды всякие ухищрения и подвохи. Она проста и ясна, как солнечный луч. И живет просто потому, что живет. И не стремится достичь невозможного.

А он? Он стремится, ясное дело. Он хочет встать на одну ступеньку с Кристиной, ее отцом, друзьями. Но сможет ли? Может, права Надежда, когда сказала, прощаясь:

-Зря ты с ними связался! Ничего у тебя не получится…

А на сердитый вопрос: почему? – только улыбнулась и сказала:

-Ты другой… Ну, пока. Если захочешь увидеться – знаешь, где искать. Я там каждый вечер. – И ушла.

«Врет она все! - поразмыслив, решил он. – Просто завидует! »

И, успокоив себя таким образом, он бросился на кровать и моментально заснул…

Глава 19

С утра у Игоря было отвратительное настроение. Он нагрубил бабушке, не за что обидел Айджемал, и в самом скверном расположении духа явился в офис.

Первое, что он увидел, вылезая из такси, была Соня. Она стояла возле ворот и о чем-то говорила с охранником Курбаном – сменщиком Игоря.

-Привет! – Игорь подошел к ним. – О чем беседуете? Этот нехороший человек не пускает тебя на территорию?

-Здравствуй, - отрешенно ответила она. – Он не хочет позвать Гену. Уверяет, что его нет. А как нет, если я видела, как он вошел! Просто окликнуть не успела…

-Курбан? – Игорь нарочито строго взглянул на двухметрового верзилу.

-Нету его, нету! – забубнил Курбан, пряча глаза. – Да разве бы я не позвал?

-Ладно, Соня, - Игорь подмигнул ей. – Сейчас я пойду и проверю. Если он там, если он прячется, я приволоку его за шиворот и сложу к твоим ногам – пусть просит прощения…

Она улыбнулась ему; улыбнулась той замечательной улыбкой, которая поразила его еще в день знакомства.

Войдя в офис, он тут же столкнулся с Рыжим, который мрачно стоял у окна.

-Ну и как это называется? – грозно и презрительно спросил Игорь.

-Она еще не ушла? – кусая губы, с надеждой спросил Генка. – Прицепилась, как банный лист. Приехала вчера и заладила: врачи, ребенок… Давай поженимся!

-Ну и женитесь! – пожал плечами Игорь. – Тебе от этого не жарко, не холодно, а ей приятно. Будешь, как Марат, трудиться не покладая рук… И всего прочего!

Посмеялись.

-Кстати, о Марате… - Рыжий сделал паузу, оглянулся по сторонам. – Есть дело. Сейчас с ним поедем на спецзадание. Правда или нет, но посылает сам шеф…

-Что за задание?

-Я и сам не знаю! Сейчас Марат подойдет – он у шефа в кабинете… - Генка снова стал смотреть в окно, а Игорь увидел Кристину, идущую по коридору. Лицо ее было как всегда открыто и приветливо. И еще она улыбалась. Улыбалась не всем сразу, а именно ему – Игорю.

-Доброе утро! – произнесла она ровно.

-Доброе утро! – ответил он.

-Ну вот я вас и поймала! С чего это вдруг вы стали прятаться?

-Не прятался я! – пробормотал он недоуменно, а Рыжий за спиной Кристины зловредно оскалился.

-Не прятался, как же! Сбежал от нас! В офисе поймать невозможно! Разве я тебя чем-то обидела? –спросила она, внезапно переходя на ты.

-Да нет же, нет! – бурчал он, теряясь перед ее натиском.

-Ну, хорошо! – уступила она. – Тогда сегодня вечером мы идем на концерт…

-Я тоже? – встрял Генка.

-Тебя Соня ждет! – напомнил ему Игорь.

-Значит, договорились, - решила Кристина. – В семь возле «Ак Алтына»(название отеля)… До вечера… Пока!

Она ушла. А Игорь остался стоять, чувствуя, что глупо улыбается. Потом достал сигареты и попытался закурить, но Рыжий ударил его по руке:

-Совсем обалдел? За курение в офисе – немедленное увольнение!

-Ну и пусть!

Рыжий внимательно посмотрел на него и покачал головой:

-Точно, ненормальный! Такая девчонка по тебе сохнет, а ты: здравствуйте, до свидания! Короткий штурм где-нибудь в укромном месте – и ты – зять нашего шефа! Женщинам нравятся решительность и напор…

-Мне тоже! – невпопад ответил Игорь. – Когда вода хорошо идет…

-Ты совсем отупел! – был вынужден признать Рыжий.

Появился Марат. Вместо приветствия и объяснений – короткий приказ:

-В машину!

Игорь и Рыжий дружно посмотрели в окно, переглянулись и пожали плечами.

-Не судьба! – весело сказал Генка.

Глава 20

Когда они сели в машину, Марат, занявший место водителя, заявил хмуро:

-Сейчас поедем к одному… Он должен деньги нашему шефу. Если не отдаст, берем его под руки и везем к нам…

-Ясно! – махнул рукой Рыжий. – Едем!

Игорь откинулся на спинку сидения и заложил руки за голову. Его мечта осуществляется! Вон сколько людей за окном. Все куда-то торопятся, спешат: кто на работу, кто по делам, ждут зарплату, жалуются друг другу на высокие цены, на семейные проблемы, а он едет выколачивать деньги из толстого кошелька.

Тут еще Марат включил музыку на полную громкость. И как раз музыку из «Бригады». И Игорь уже видел себя во главе группы, идущей по коридору – в черных плащах, держа руки на стволах, сметая с дороги все живое… А в кабинете мечется толстенький, лысенький человечек, который пытается по телефону связаться со своими! Но никто и ничто ему уже не поможет, потому что отныне хозяин жизни он – Игорь, и ему подобные!

Однако на деле все оказалось совсем не так, как ему представлялось.

Они подъехали к какому-то дому и вышли из машины. Рыжий с удивлением заметил:

-У этого дом побогаче, чем у нас…

Охранник с ленивой миной без разговоров впустил их в стеклянную дверь. А любезная секретарша (вся в золоте) вежливо попросила обождать.

-У нас нет времени! – полез на рожон Игорь.

Он рванул дверь – и увидел нескольких человек, сидящих вкруг стола, спокойно попивающих кофеек. Они с любопытством смотрели на них.

Один – невысокий, в строгом костюме – поднялся:

-Что вам угодно?

-Хозяина! – вызывающе ответил Игорь.

-Я вас слушаю…

Остальные – двое мужчин и девушка заговорили о чем-то на незнакомом языке.

«Иностранцы! » - понял Игорь и растерялся.

-Я вас слушаю! – напомнил о себе хозяин кабинета.

-Ты должен нашему шефу кучу «зелени»! – Игорь кивнул через плечо на Марата с Рыжим. – Отдавать когда собираешься?

-Минуточку! – мужчина жестом остановил Игоря, вернулся к столу, взял трубку телефона. – Аман! Здесь пришли люди… Да, в кабинете. Примите их пока, а то у меня гости… Хорошо!

Мужчина положил трубку и очень вежливо попросил:

-Будьте добры пройти в соседний кабинет – там мы с вами обо всем поговорим… А то здесь неудобно…

-Только поторопись! – посоветовал Рыжий. – Это в твоих интересах!

-Ну, разумеется! – мужчина мило улыбнулся.

Пришлось тащиться в соседний кабинет. Там их ждали. Шестеро здоровущих парней. И, не дав осмотреться, стали бить дубинками. А когда гости не могли уже самостоятельно передвигаться, экзекуцию прекратили. Вытащили из офиса и бросили на улице возле машины, вежливо пожелав:

-Счастливого пути…

А вахтер все с тем же ленивым лицом закрыл дверь…

Глава 21

…Их отправили в разведку. Троих. Командир пальцем ткнул в карту и назвал: улица Ленина. И все. Там уже двое суток сидела в окружении рота десантников. Нужно было проверить подходы к этим двум многоэтажкам, чтобы можно было доставить боеприпасы и, по возможности, вынести раненых. И они пошли. И, конечно, заблудились.

На развалинах домов не было табличек с названиями улиц и номерами домов. Только битый кирпич. Погнутое, исковерканное железо. Черные провалы окон…

Нужен был проводник. Иначе они набредут на мины или под пули снайпера.

И вот тут им повезло. Санька, неделю назад получивший звание сержанта, заметил человеческую фигуру. Человек вышел из-за кучи бетона, постоял немного и нырнул в темный подъезд с разрушенным козырьком.

-Пошли за ним! – Санька передернул затвор автомата и направился к подъезду. Игорь и Колька шли за ним. И противно скрипело под ногами битое стекло. И грохотала канонада на южной окраине города…

Все вокруг будто вымерло. Казалось, что в этой огромной каменной мышеловке не осталось ни одной живой души. А тут – нате вам, живой человек. Вероятно, из местных – не успел уехать… Или не захотел.

-Коль, дай закурить! – попросил Игорь свистяще, надеясь, что хоть курево заглушит эту непонятную боль – давящую, саднящую, - прямо на сердце. Да нет, не на сердце, а ниже – там, где душа…

-Тихо! – рявкнул Санька на правах старшего и прижал палец к губам – где-то наверху слышались осторожные шаги.

-Наверх!

Осторожно, стараясь ступать как можно бесшумнее, не привлекая ненужного внимания, они стали подниматься по лестнице, держа автоматы наизготовку. Ведь жизнь полна неожиданностей. А прапорщик Кукушкин не брал этого в расчет. И напоролся на пулю. После ужина вышел из укрытия по нужде, а оружия с собой не взял. Его расстреляли в упор. Да еще подложили под тело гранату. И двое рядовых, обнаруживших труп, прямым путем отправились следом, в лучшие места. Если там, за гробом, что-то есть. Сомнительно. Ведь, если б там что-то было, человек не так бы боялся смерти, небытия. Он надеялся бы на лучшее.

Шаги наверху затихли. Потом раздался негромкий выстрел. Они на секунду замерли, прижавшись к стене, а потом рванули вверх. И на третьем этаже, на лестничной клетке увидели подростка – мальчишку в камуфляже. Он стоял на пороге какой-то квартиры и с увлечением что-то записывал в блокноте. Винтовка с оптикой, слишком длинная и тяжелая для детских рук, стояла рядышком, прислоненная к изъязвленной пулями стене.

Мальчик поднял глаза и увидел три автоматных дула, нацеленных на него, и с диким криком бросился в квартиру. И три автомата выхаркнули короткий шквал свинца, разрубив осязаемо плотную тьму, начинавшуюся за порогом. Дальше – хриплый стон и шум упавшего тела…

Санька зажег фонарик и шагнул в квартиру. При свете фонаря – слабом и слепом, - видно было, как он толкнул ногой убитого, а потом зачем-то дал очередь, вспоров новенький камуфляж на щуплой детской спине…

И почти тут же Игорь и Николай, отведя глаза, заметили стоявшую пролетом выше девушку, с такой же длинной и тяжелой винтовкой, как и та, что стояла возле электрического щита. И девушка с нескрываемым ужасом смотрела на эту винтовку – единственное, что осталось от убитого минутой раньше мальчика. Она не замечала двух измазанных кирпичной пылью солдат, ни третьего, выходящего из квартиры и рассматривающего серенький блокнотик, сделанный из обычной школьной тетрадки, разрезанной пополам…

Ошеломленный красотой этого девичьего лица, Игорь не столько заметил, сколько почувствовал грозящую опасность, и прошил очередью стройную тень прежде, чем она успела сорвать с пояса гранату…

Тень споткнулась и скатилась до середины пролета, зацепившись ногой за решетку. А граната, вывалилась из судорожно подрагивающей тонкой руки и скатилась вниз, - прямо к ногам Николая, который от неожиданности чуть не драпанул вниз.

Санька выругался, поднялся по лестнице и подобрал винтовку. На секунду задержался, рассматривая юное, нежное лицо, белевшее во мраке, и сбежал вниз.

-Гаденыши! Живой надо было брать! Живой! Шесть крестов в блокноте! Ну, чего встали? Пошли…

И они пошли. Надо было искать десантников. И задерживаться было небезопасно – снайпера одни не ходят, всегда где-то рядом группа прикрытия…

Глава 22

Им выделили палату на троих. С телевизором, холодильником и кондиционером. Словно в насмешку. Кондиционер не включали – на улице осень. Холодильник не работал. Вернее, поработал один вечер и заглох. А по телевизору кроме трех национальных каналов смотреть было нечего. Поэтому и убивали время кто как мог.

Игорь, как наименее пострадавший, облазал всю больницу. Переругался с врачами и медсестрами, пока не получил разрешения звонить по телефону в любое время дня и ночи. Разговаривал с Кристиной часами, сидя на столе, мешая персоналу и поминутно огрызаясь на замечания.

Марат, опираясь на костыль, - ступать на ушибленную ногу было невыносимо больно, - пропадал в двух женских палатах, где с быстротой лазерного луча отыскал себе симпатии. Да еще увивался вокруг двух студенток мединститута, работавших по ночам дежурными сестрами.

Один только Рыжий безвылазно просиживал в палате, мрачно насупившись и перечитывая в десятый раз «Гарри Поттера». С друзьями общался с помощью записок – сломанная челюсть мешала говорить и защищаться от поползновений Сони на его личную свободу.

Уже через два дня после первого ее посещения, пробыв наедине около десяти минут, Соня вызвала Игоря и Марата и объявила им о предстоящей свадьбе. На удивленные взгляды друзей Рыжий только вздохнул, но промолчал. Говорить ему было нечего и нечем. А молчание, как известно, знак согласия.

Но добил их Алик, когда явился с огромным пакетом выпивки и закуски, сообщив, что все это прислал неизвестный доброжелатель. А вместо записки с подписью положил на кровать Рыжему резиновую дубинку.

-Узнаете?

На презенте белели огромные буквы: «На память о знакомстве».

Марат осмотрел дубинку, попробовал на зуб и заявил, что его били не этой, и передал инструмент усмирения Рыжему. Тот внимательно изучил предмет, приложил к сломанной челюсти и покачал головой.

Игорь, получив дубинку, не сказал ничего, только сильно сжал зубы, а потом открыл окно и выбросил подарок.

-Поаккуратней! – заржал Алик. – Твои зубы нам еще пригодятся! – и подал ему бутылку. – Открывай…

А через час, когда компания была уже изрядно навеселе, и Марат, пригласивший двух медсестер и напоивший их до бесчувствия, стал уговаривать девушек немного поразвлечься в процедурной, пришла санитарка и принесла дубинку.

-Говорят, что из вашего окна упала! – Доброжелательно сказала она, застенчиво улыбаясь. – Возьмите, все-таки, на память подарена…

Глава 23

Когда Алик ушел, а Игорь и Марат перенесли пьяных сестричек в пустую палату и вернулись к себе, Марат сообщил, что тот, к кому они ездили, стал заместителем министра.

-Ошибка вышла! – мрачно добавил он. – А тут еще ты вылез: гони «бабки»!

-Кто же знал! – возразил Игорь, донельзя огорченный и напуганный сообщением. – я думал – обыкновенный барыга…

Рыжий виновато опустил голову – он ведь тоже не молчал.

-Теперь попрут нас! – обреченно вымолвил Игорь, приходя в ужас от мысли, что теперь для него все кончено – Кристина потеряна, и рухнули все воздушные замки.

-Это еще почему? – Удивился Марат. – Обойдется. Думаешь, начальству захочется потерять кормушку? Ведь не мы их метелили. Ну, ошиблись, с кем не бывает?

-Нам ничего, - возразил Игорь, переживая, - а хозяину достанется!

-Ты за хозяина не переживай! – Усмехнулся Марат. – Он уже шесть министров пережил. Он им нужен. А мы нужны ему. Это так говорят, что новый человек приводит своих людей. Там, в министерствах, может быть. Но не на местах. Ты только представь себе, сколько людей придется поменять каждому министру!

Возьми нашего шефа. У него в руках почти весь запад. Вся рыба и икра проходят через нас. А значит, на нас работают и рыбаки, и торгаши, и таможенники, и полиция… Тронь все это – знаешь сколько вони будет? Все государство на этом построено. Живи, богатей, но – делись и не высовывайся.

-Но правительство…

-А заместитель министра разве не в правительстве? Все повязаны. Все от кого-то зависят. Поэтому и президент всех устраивает: пусть делает что хочет. Ведь стержень государства составляют другие люди. Не будь их, и государства бы не было.

-Ничего не понял! – сознался Игорь.

-Ну, - Марат пощелкал пальцами, - как бы тебе объяснить… Все, что у нас есть – промышленность, торговля, сельское хозяйство – все работает на государство. А государство составляют люди – небольшой клан, у которых все схвачено. И, как не крути, выбить их из дела нет никакой возможности, иначе рухнет установленный порядок.

Вот, допустим, президент распорядился – рассчитаться с долгами по зарплате. А денег нет. Тогда государство поступает так: сотня человек получает в банке валюту, свободная продажа которой запрещена, и торгует долларами на улице, по рыночному курсу, а он в пять раз больше государственного. Деньги возвращаются в банк. Казна пополняется, можно жить дальше… Ты видел валютчиц возле универмага? Не думал, почему их не трогают? Я один раз побывал в одном доме – целая комната денег! Коробками! А таких валютчиков – сотни!

-Ты хочешь сказать, - перебил Игорь, - что мы тоже работаем на государство?

-Конечно! У нас никто мимо этого не пройдет. А захочешь работать только на себя – тебя задушат. Даже торговцы, кто ставит ларьки с лицензией или без, платят всем – участковым, домоуправлению, санэпидемстанции, пожарным… Свободное предпринимательство – это не про нас.

Игорь отошел к окну, приоткрыл раму и закурил. Было над чем подумать.

За окном стемнело. Зажглись уличные фонари. Засветились окна домов. И черная туча надвинулась на город.

-Пойду, девчонок проведаю, - молодцевато тряхнул головой Марат. – А хочешь, пойдем вместе –мне двух много, я не в форме? Алик принес… - он бросил Игорю две упаковки с презервативами.

-Не хочу! – буркнул Игорь. – Генку возьми…

-Куда ему сейчас! Ладно, я пошел. Будет звонить жена – я на процедурах! – И вышел, так и не сказав: на каких процедурах, конспиратор…

Глава 24

Весь следующий день протек как обычно, если не считать небольшой головной боли и постоянной сухости во рту.

Обходы врачей, процедуры, завтрак, обед, полдник, «тихий час» - все, как всегда. И только в пять часов, когда двери больницы распахнулись для посетителей, в палате началось столпотворение.

Сначала пришел Алик, и его вежливо попросили, точнее – заставили потихоньку вынести посуду, освободившуюся после вчерашней гулянки.

Затем пришла Соня. И Марату с Игорем пришлось, вежливо покашливая, выйти в коридор.

Потом появилась жена Марата – Ирина, и Игорь остался один. Накатила меланхолия. В голову полезли мысли о бренности бытия, собственной никомуненужности и заброшенности.

Сетования на судьбу были прерваны самым приятным образом – пришла Кристина. А буквально следом – Айджемал. И настроение снова упало.

Пока Айджемал, извлекая из пакета всякие баночки и кулечки, собранные бабушкой, передавала приветы от домашних, Кристина не сводила с нее глаз – удивленных и вопрошающих. Потом повисло неловкое молчание. Все трое не знали, как себя вести. А Игорь, к тому же, растерявшись, даже не догадался познакомить девушек и тем самым разрядить обстановку. Вместо этого он молча сидел, смотрел на Кристину и тоскливо желал Айджемал провалиться сквозь землю.

Но девушка не уходила. Она была немного бледна. Во всем ее облике читалось что-то ожидающе-беспомощное. Но Игорь давно уже перестал обращать внимание на нее. И ничего не понял. Зато уловила Кристина.

Взяв инициативу на себя, она сама заговорила с Айджемал. Девушки разговорились. Говорили пять минут, десять… Потеряв терпение, Игорь отправился на балкон – покурить. Простояв на холодном воздухе добрых двадцать минут и основательно продрогнув, он вернулся – девушки разговаривали.

Игорь побрел по коридору, проклиная Айджемал, которая всегда появлялась в самый неподходящий момент и от которой у него одни неприятности.

Он постоял с Маратом и его женой. Перекинулся парой слов с медсестрой. Вернулся – разговор продолжался. Кристина держала за руку Айджемал и что-то ласково говорила. Та в ответ кивала и платочком утирала глаза.

«Жалуется! – с ненавистью подумал Игорь. – Сейчас наговорит…»

Терпение иссякло настолько, что он подошел к девушкам, схватил пакет, всучил его Айджемал и рывком поднял ее из кресла. Она с испугом смотрела на него.

-Иди домой! – сквозь зубы приказал он. – Иди, а то мать волноваться будет! Опять придет за помощью… Навязались на мою голову…

Девушка всхлипнула и, выронив пакет, побежала к выходу.

-Вот ведь привязались! – с извиняющейся улыбкой обернулся Игорь к Кристине. И в этот момент его оглушила пощечина!

-За что? – только и смог жалобно произнести он, держась за пылающее лицо.

-У нее мать умерла! – произнесла Кристина ледяным голосом. – А ты… Ты просто скотина!

Она оттолкнула его и быстро пошла по коридору.

Глава 25

Назавтра к Игорю никто не пришел. Никто не пришел и на следующий день. А врачи никак не хотели выписывать – то ли действительно так пекутся о здоровье пациентов, то ли не хотят деньги потерять. А развеяться было просто необходимо. И Марат нашел спасительный выход.

Вечером, часов в восемь, они с Маратом беспрепятственно вышли во двор, а затем – и за ворота. Дежурная сестра, получив небольшую сумму, сделала вид, что ничего не видит, не слышит, и не знает.

Поймали такси и отправились по злачным местам, где жизнь только-только начиналась.

Водитель такси – совсем еще мальчишка, видимо, всего несколько дней назад получивший права, вел машину с показной лихостью, проскакивая на желтый сигнал светофора и подрезая другие машины. Марат уже начал было беспокоиться – как бы этот гонщик не завез их обратно на больничную койку. Но тут вмешалось правосудие в лице маленького инспектора дорожной полиции, который возник из ниоткуда, и одним взмахом жезла утихомирил страсти в душе любителя быстрой езды. И машина остановилась.

Водитель, ругаясь (шепотом!), вылез, хлопнув дверцей. А когда вернулся, и машина тронулась, выяснилось, что он – прирожденный тихоход, и сотня лошадей под капотом, спотыкаясь и падая, повлекла автоповозку дальше с черепашьей скоростью…

Когда они приехали, Марат сунул водителю несколько бумажек.

-Покатайся где-нибудь, а через три часа подъезжай сюда – получишь столько же!

Глава 26

Просторный зал заведения был погружен в полумрак. Приглушенно играла музыка. От стойки, где бармен лихо орудовал миксером, тянуло запахами пролитого алкоголя и пива. Бесшумными тенями сновали официантки.

Марат огляделся и хмыкнул – все столики были заняты. Он почесал затылок и неуверенно взглянул на Игоря:

-Может, двинем дальше?

Но к ним уже подошла официантка:

-Извините, но вас приглашают вон к тому столику, - и указала в угол.

-Черт! – Марат затоптался на месте. – И здесь знакомые…

Оказалось, что их пригласил к столу Жора. Тот самый лошадинолицый Жора, который подобрал Игоря после конфликта с полицией, который приходил к нему в гости и который приглашал Игоря к себе по какому-то весьма важному делу.

Жора был не один. С ним была какая-то женщина средних лет – рыжеватая, в глубоко декольтированном платье огненного цвета, с голодным взглядом запавших глаз.

-Добро пожаловать к нашему шалашу! – Георгий встал, поздоровался. – Знакомьтесь… Это Лика – художник-дизайнер…

Женщина кивнула и уставилась на молодого человека за соседним столиком – он весело и красиво ухаживал за своей девушкой.

Игорь представил Марата, и они присели за столик.

-Заказывайте, что вам по вкусу, - предложил Георгий, подавая меню, - я угощаю…

-Да мы и сами, вроде бы, не бедные! – пробурчал Игорь.

-Оставьте ваши приемы для девушек! – поморщился Георгий. – Я угощаю. У меня праздник, так что не обижайте меня.. – И поманил к столику официантку.

Та подошла. На уставшем и равнодушном лице уже не было приветливой улыбки, которую обязан носить всякий, работающий с людьми.

-Что будете заказывать?

-Ба! Эльвира! – воскликнул Марат. – Ты, значит, теперь здесь?

-Привет, Марат, - так же равнодушно ответила девушка. – Как поживаешь?

-Твоими молитвами…

-А я за тебя не молилась. Наоборот. Тебе не икалось с последней встречи?

-Нет. Что делаешь после работы?

-Иду домой и ложусь спать! – отрезала девушка.

-Одна? – игриво спросил Марат.

-Обычно. А иногда – нет…

-А может…

-Ты ведь, кажется, женат? – напомнила Эльвира, глядя в сторону.

-Женат. Только скоро развожусь…

-Когда разведешься – тогда и поговорим! – устало ответила девушка и сердито напомнила: - Что заказывать будешь?

Приняла заказ и удалилась.

-Не повезло! – усмехнулся Георгий. – Ничего, бывает…

Но Марат и не думал расстраиваться. Посидев пару минут, он вскочил и пригласил Лику танцевать. Она взглянула на него оценивающе и нехотя, делая одолжение, подала руку.

-Талантливая женщина! – забубнил Георгий. – Но сплошные неудачи; нет ей счастья ни в работе, ни в личной жизни…

-А у вас есть? – спросил Игорь, глядя на танцующих.

-Я счастлив тем, что живу! – ответил Жора. – Вот видите: сдал заказ и праздную. Вся жизнь у меня – сплошной праздник! Кстати, вы так и не зашли ко мне, а дело очень серьезное, можно сказать, государственной важности…

-Времени не было, - ответил Игорь. – Работа, командировки… Но обещаю, что на той неделе зайду обязательно.

Марат и Лика вернулись к столику. Женщина была немного возбуждена.

-Я еду домой! - заявила она. – Спокойной ночи…

-Вот видите, - посетовал Георгий, вставая, - не успели поговорить…

Лика остановила его:

-Договаривай, меня проводит молодой человек…

Жора онемел, а Игорь улыбнулся.

-Созвонимся! – Лика взяла сумочку и пошла к выходу.

-Утром я вернусь! – бросил Марат на ходу и поспешил за ней.

-Ну и ладно, - облегченно вздохнул Георгий. – Хоть сегодня не напьется! Ночь! Животные ищут уединения, а человек – общества…

Игорь отпил глоток вина.

-Как сказать. Общество тоже бывает разным!

-Да! – подхватил Жора. – Или для души, или для тела. А вот совместить все это редко кому удается…

-Ну почему же? Удается, и довольно часто…

-Молодой человек! – торжественно изрек Георгий. – Вы слишком мало жили, и мало видели! Соприкосновение тела с другим телом еще не все… - Тут его торжественность иссякла. Он сник и пробормотал: - Это почти ничто. Странное слово, как и слово «никогда»! Вдумайтесь только…

Игорь промолчал. Ему думать не хотелось. У него оставалась только память. Эмоциональная,примитивная, как у животного. Наверное, это хорошо, это счастье – лишиться мышления – самой страшной болезни человечества, толкающей на неслыханные подвиги и чудовищные преступления. Вот если бы еще Кристина…

Георгий взял свой бокал.

-Я вам завидую! – почему-то сказал он, и выпил вино залпом…

Глава 27

Во всем был виноват Санька, и только он. Сказал, что познакомился с классными девчонками, от души отдохнул и расслабился. Девчонки пригласили приходить еще. И приводить друзей. А то их три, а он один. И им мало, и ему трудно…

Водка, закуска, женщины… Как раз то, чего не хватает солдату. Чем еще можно заглушить постоянно режущую тревогу и страх?

Они как раз приехали после зачистки одного селения. Ночью там убили милиционера вместе с семьей. Обстреляли патруль. А утром, когда приехали – селение снова превратилось в полусонное царство, где только собаки живут обычной жизнью, не зная ни страха, ни сомнений.

Жители ради такого случая, естественно попрятались. И пришлось обходить каждый дом, требовать, угрожать. Нашли только старинное ружье времен Ермолова. Оно и понятно – уж что-что, а оружие они прятать умеют. Здесь каждый второй имеет автомат в загашнике. Только отвернись…

Молчаливые, хмурые мужики, в большинстве своем, пожилые, остервенелые, крикливые бабы, мудрые аксакалы и непосредственная ребятня… И повсюду – враг. Невидимый, неумолимый, коварный… За каждым углом, за каждым забором, за деревом, на склоне горы, в земле, в воздухе… И в каждом глотке воды, сделанном наспех из ведра, забытого у колодца какой-то женщиной – тоже враг. А вдруг она успела туда сыпануть порошка? Бывали такие случаи…

И вот после всего этого, после дьявольского напряжения – перспектива приятно провести время. И они, разумеется, пошли. Разве кто-нибудь откажется? Да его обзовут последним идиотом, если, конечно, поверят!

Уютный домик на окраине города, утопающий в зелени. Накрытый стол. Прекрасное, во всех отношениях, общество. Три молодых женщины, блистающие своеобразной восточной красотой, встретили гостей очень радушно. Предложили помыться, пели и танцевали. Потом пригласили к столу. Жареное, вареное, копченое мясо. Салаты. Сыр четырех видов. Колбаса. От такого изобилия у парней голова пошла кругом. А перспектива оказаться в постели с одной из красоток совершенно лишила осторожности.

С шутками выпили по первой… И все! Очнулись уже в каком-то сарае – ни оружия, ни обмундирования. Исчезли и обходительные красотки. Через маленькое окошко разглядели только несколько хижин и горы, горы… Горы вокруг.

Потом разобрались: они в плену, их охраняют. У дверей сарая сидел мужик с автоматом и что-то напевал. На все их попытки заговорить, сыпал проклятиями и грозил оружием.

Только вечером вошли трое. Охранник, а с ним подросток лет пятнадцати и здоровенный дядя, обросший шерстью. Дядя пояснил: русские свиньи теперь его собственность. Если хотят, могут написать письма домой – пусть пришлют по двадцать тысяч долларов. Не хотят – не надо. Аскер (хозяин) – человек не бедный. А рабочая сила требуется. Поживут у него лет десять, а потом он их отпустит, если будут хорошо работать.

Хозяин ушел. Ушел и охранник. А подросток – сын Аскера от второй жены остался. Приволок кучу тряпья, охапку сена и ужин – по куску плесневелого хлеба и воды в котелке. Да еще принялся орать на них, сосунок! Наглая тварь, между прочим. Но за это и поплатился. Санька дал нахалу по уху, отчего «гордость родительского сердца» завертелась волчком. Игорь схватил автомат, который мальчуган неосмотрительно оставил у двери.

На шум прискакал охранник – его тоже уложили мордой в унавоженный пол.

Хозяину, приславшему для переговоров ветхого старика, поставили ультиматум: он возвращает им оружие и форму, дает продукты на дорогу и они уходят. А Колька из чистого озорства потребовал отдать им трех из шести дочерей Аскера – сам говорил, что они у него красивые. За это получит обратно единственного сына в целости и сохранности. Что касается сохранности дочерей, то тут они ничего не могут обещать… Хотя, вернуть, конечно, вернут…

Бледный от ярости и унижения Аскер согласился, и дал еще по сто фальшивых долларов - откупные за каждую дочь. Обманул, сволочь. Хотя, может и дочери у него такие же фальшивые как и деньги!

Принесли одежду и оружие. Молоденькая девушка притащила мешок с едой. И они ушли. Было, правда, искушение – разнести ко всем чертям это гнездо, но искушение преодолели. И ушли.

Отпустили в горах сына Аскера, дав на прощание пару дружеских подзатыльников, и потопали на север, к своим, старательно обходя дороги и селения…

Глава 28

Сегодня Игорь был счастлив. Ему удалось, наконец, поймать в офисе Кристину и вымолить у нее прощение. Он даже пообещал ей разыскать Айджемал и помочь, хотя делать этого как раз и не собирался. Он так горячо говорил, так убедительно переминался с ноги на ногу, демонстрируя волнение, так виновато прятал глаза, что девушка поверила. А поверив – простила. Она даже согласилась пойти с ним к Георгию.

Вечером они подъехали к двухэтажному дому, что стоит прямо напротив Института народного хозяйства.

Было пасмурно и сыро. Весь день шел дождь, и часам к пяти посветлело. Но сейчас тучи снова нависли над городом, грозя обрушить новые потоки воды.

Игорь и Кристина вошли в подъезд. Квартира Георгия была на первом этаже. Позвонили в дверь.

Дверь открылась только минут через пять. Жора был в свитере и джинсах, с папиросой в зубах. На лице его лежала тень недовольства, словно его оторвали от какого-то важного и срочного дела. Но, разглядев гостей, он просветлел.

-Добрый вечер! Прошу…

По узкому и темному коридору, заваленному всяким хламом, хозяин провел их в просторную, светлую комнату. Здесь все было иначе. Из мебели присутствовали лишь пара стульев и низенький диванчик. Все остальное пространство занимали картины – на стенах, на полу, на подоконниках…

-Присаживайтесь! Будете что-нибудь пить?

-Нет, спасибо, - отказался Игорь.

-А девушка?

-Нет, спасибо, - Кристина рассматривала картины. – Это все ваши работы?

-Да, - Жора усмехнулся уголком рта.

-Вы где-нибудь выставлялись?

-Моя последняя выставка, она же первая, была еще в художественном училище. Теперь выставляюсь только здесь. Можете подойти поближе…

Кристина воспользовалась советом и подошла к стене.

-Вы пишете только портреты?

-В каком-то смысле, да, - Жора потер небритую щеку. – Это не совсем портреты. Я пишу людей. В тот момент, когда они неразрывно связаны с жизнью. Окаменевший манекен меня не интересует – он безжизнен…

-Вы хотели о чем-то поговорить! – Напомнил Игорь, которому скучно было слушать о картинах и выставках.

-Хотел! – Живо отозвался Жора. – Взгляните…

Он сдернул с холста, стоявшего в углу, покрывало…

На золотистом фоне новостроек шел молодой человек, небрежно поигрывая ключами. На груди висела золотая цепь и мобильный телефон. Коротко стриженую голову обрамлял нимб из разнообразных предметов. Обнаженные женщины, машины, денежные банкноты, яхты, особняки сплелись в своеобразный венок, увенчавший голову молодого человека. И шел он, попирая ногами храмы, памятники, картины и скульптуры великих мастеров.

-Что это? – растерянно спросила Кристина, вглядываясь в холст.

-Меняла! – отчеканил Жора, смачно затягиваясь папиросой и вежливо разгоняя дым рукой.

-Почему меняла?

-То есть человек, променявший духовные и культурные ценности на материальные, зацепившийся за них и не замечающий этого…

-А причем здесь я? – настороженно спросил Игорь.

-Не обижайтесь, но вы – типичный пример подобного размена! Вот поэтому я и хочу предложить вам позировать мне… Я заплачу!

Игорь вскочил и бросился вон. Слышно было, как он выбегает из подъезда по деревянной лестнице.

-Кажется, я что-то не так сказал, - произнес Жора спокойно.

-Я его сейчас верну! – Кристина быстро вышла.

Она догнала Игоря уже в квартале от дома Георгия. Взяла под руку и молча пошла рядом.

-Какая он все-таки скотина! – вырвалось у Игоря. И Кристина, заглянув в его лицо сбоку, увидела по-детски надутые губы.

-Кто ему позволил? Да я так его отделаю! Почему он решил, что ему можно издеваться над людьми?

-Он не издевается, он просто…

-Не издевается?! А зачем же он нарисовал эту карикатуру?

-Это картина…

-А мне плевать!

-Он художник…

-Плевать!

-Надо уметь отличать искусство от…

-Плевать!

-Чего это ты расплевался? Сначала послушай…

-Не хочу я ничего слышать! И если ты на его стороне, так и скажи! Тогда и с тобой говорить мне не о чем…

Кристина остановилась.

-Даже так?

Он промолчал, еще не осознав, что произошло.

-Ну, хорошо, - она отпустила его руку и пошла прочь.

Глава 29

А через два дня состоялась свадьба Рыжего и Сони. А Игоря сделали свидетелем со стороны жениха, хотя он отчаянно этому сопротивлялся. Ему казалось, что свадебная суета помешает его переживаниям. А ему хотелось пострадать, чтобы потом было обвинить весь мир в черствости, равнодушии и жестокости. Но ничего не вышло. И день получился сумасшедшим.

После регистрации, которая была назначена на десять утра, началась самая настоящая гонка. Кортеж из десяти автомобилей, оглушая пронзительными гудками, долго петлял по городским улицам.

По традиции возложили цветы к Вечному огню. А потом вереница машин отправилась загород, в Фирюзу.

На восьмом километре шоссе «кадиллак», в котором ехали молодожены, встал и отказался мчаться дальше. Пришлось пересесть в машину попроще, в «БМВ».

Немецкая техника продержалась около часа. Потом тоже застряла. И, пока водители, собравшись в кружок, пытались ее отремонтировать, гости устроили пикник на обочине, где их, в довершение ко всем неприятностям, облепила мошкара.

Наконец, машину починили и, не желая больше искушать судьбу, отправились домой.

Бесконечные шутки, розыгрыши и тосты настроили всех на положительную волну. И Игорь забыл обо всем. Удивительна способность человеческого сознания – подстраиваться и приспосабливаться к окружающей обстановке, к ситуации. Жаль, что только на время. Потому что вечером все положительные эмоции смыло с него. В ресторане, сидя за одним столом с женихом и невестой, а так же с Наташей, которая оказалась в роли свидетельницы, Игорь увидел Кристину. Кристину и… Жору!

Сначала ему показалось, что он обознался. Потом предположил, что выпил слишком много. Но когда гости стали подходить и поздравлять новобрачных, все сомнения отпали. Кристина в длинном вечернем платье и Георгий – необычно элегантном строгом костюме подошли к столу.

Игорь не расслышал, что они говорили Генке и Соне; он, разинув рот, смотрел на Кристину, ставшую вдруг невообразимо далекой, холодной и прекрасной, настоящей светской девушкой. Она даже не взглянула на Игоря. Поздравила и отошла, взяв под руку Жору.

Это было всяких сил. Игорь выпил два фужера водки подряд и ушел в подсобное помещение для обслуживающего персонала, где и просидел до самого конца празднества.

Около одиннадцати часов его разыскал Марат, которого так и распирало от радости и большого количества выпитого.

-Знаешь, дружище, - заявил он, входя в подсобку и щуря глаза, - до того здесь было накурено. – А мне предложили стать натурщиком!

-Кто? – тупо спросил Игорь, хотя мог бы и не спрашивать.

-Кристинкин кавалер! Он сказал, что у меня очень подходящий типаж для его новой картины…

-Ты хоть знаешь, что это за картина?

-Зачем? Хватит и того, что я приобщусь к мировой культуре! Меня узнавать будут!

-На этой картине какой-то урод! Для него в жизни все сводится к деньгам, бабам и «тачкам»…

-Ну да, ну да, - радостно закивал Марат, - это как раз я! Я восхищаюсь его проницательностью…

-И тебе не обидно?

-На что мне обижаться? – Искренно удивился Марат. – Он хочет рисовать меня таким, какой я есть. На что же обижаться?

Игорь плюнул и замолчал. Разговаривать было бесполезно…

Глава 30

После ресторана молодоженов повезли домой. По настоянию Сони, они решили жить отдельно от родителей Генки, и сняли квартиру. Рыжий сопротивлялся, да еще как! Но уступил, признал ее правоту. Притирка в семейных отношениях не терпит вмешательства извне, иначе будет лишь уродливый гибрид чужой семьи.

Квартиру сняли в районе зоопарка, и они приехали туда уже около часу ночи. Снова начались неприятности. Оказалось, что хозяйка, уходя, как-то иначе закрыла дверь, и ключ теперь никак не хотел подходить к замку. Промучились с дверью почти час, а потом решили влезть через веранду, благо, что квартира была на первом этаже, и имеет второй вход со двора.

Пока лезли через ограду, пока открывали дверь, переполошили и перебудили всех жителей дома. Кто-то даже вызвал полицию.

Шумели и кричали с полчаса, пока Марат не взял инициативу в свои руки. Он один перекричал всех да еще набрался наглости и обвинил соседей в нарушении общественного порядка, и потребовал составить протокол. Все моментально успокоились и разошлись. Полицейские уехали, преисполнившись благодарностью.

-Ну что? – спросил Марат, стоя на пороге квартиры. – Не будем больше вам мешать! Пошли, - толкнул он Игоря.

Они вышли и сели в машину.

-Теперь домой? – спросил Марат.

-Нет, - ответил Игорь. – Отвези меня на Шевченко…

-Понятно! – усмехнулся Марат. – Я бы, конечно, тоже… Но сегодня что-то нет охоты…

На самом же деле, Игорь не знал, зачем ему понадобилось ехать туда. Просто вдруг вспомнилось, как Надя сказала, прощаясь: « Захочешь увидеться – приезжай… Мы каждый вечер там…» И, хотя далеко не вечер, чем черт не шутит! Может, она еще там?

Игорь вдруг понял, что сейчас, когда вся его жизнь пошла наперекосяк, Надя – единственный человек, который может помочь ему.

-Вон они стоят, - Марат притормозил. – Выбирай…

-Спасибо, - Игорь вылез.

-Тебя подождать?

-Не надо…

В тени деревьев стояли несколько девиц. Игорь остановился и закурил. Потом стал присматриваться. Девушки стояли, притоптывая, курили, смеялись, переругивались. Но Нади среди них не было.

-Алё!

Игорь обернулся – перед ним стояла девушка в джинсах и куртке с капюшоном.

-Отдохнуть хочешь?

-Нет! – отрубил он.

Она презрительно фыркнула, развернулась и пошла прочь, виляя задом.

-Погоди!

-Передумал? – из темноты спросила она.

-Нет… Ты не знаешь, где Надя?

-Какая еще Надя?

-Королькова!

-А что, у тебя только с Надей получается? Меня, например, зовут Диля…

-Мне нужна Надя…

-Ну, тогда иди и ищи, извращенец!

Игорь тяжело вздохнул и тут же вздрогнул – чья-то холодная рука коснулась его руки.

-Гуляешь? – спросил знакомый голос.

-Это ты?! – воскликнул он, не скрывая радости.

-Я, - ответила Надя. – Да ты, кажется, пьяный…

-Нет, - качнул головой он. – Выпил немножко, совсем чуть-чуть… Чтобы согреться…

-Я тоже замерзла! – созналась она. – До костей пробрало… И ни одного козла…

А его уже бил озноб.

-Пойдем ко мне! – приказала она, слыша, как он выбивает зубами дробь. – Ты, Игорек, выпил куда больше… Теперь хмель проходит, вот ты и мерзнешь… Пошли! – она решительно взяла его под руку и повлекла за собой…

Глава 31

-Пей, а то простудишься! – Надя поставила перед ним кружку с горячим чаем.

Игорь неохотно отхлебнул глоток.

-Ну, рассказывай, - Надя забралась в кресло с ногами, - что там у тебя стряслось?

-Ничего! – он попытался изобразить беззаботный тон. – Просто тебя захотел увидеть…

-И заодно – переспать! – шутливо уточнила она. – Не ври! У тебя не тот вид и не то настроение, чтобы по бабам шляться! Я по глазам вижу, чего мужчине нужно от меня… Тебе нужно совсем другое!

Вместо ответа он принялся осматривать комнату. Картины. Фотографии. Телевизор. Темно-зеленые шторы опущены на окна. Трюмо…

-Клиентов сюда приводишь? – спросил он.

-Нет, - качнула головой она. – Никогда! Дом есть дом…

-А что, живешь одна?

-Все же решил поинтересоваться?

-Так, на всякий случай…

-С теткой. Ушла из дома три года назад. Теперь только деньги родителям передаю. Ониоба на пенсии.

-Трудно?

-Слушай! – резко ответила она. – Перестань! Хочешь, чтобы я поплакалась тебе? Чтобы пожаловалась на судьбу?

-Я же по-товарищески…

-А не пошел бы ты! – она добавила несколько великолепных, энергичных выражений. – Нечего душу рвать!

-Прямо-таки рвать?

-А ты думал: шлюха - ни души, ни сердца?

-Зачем ты так? – он взглянул на нее, но встретившись с ее глазами, стал смотреть в сторону.

-Ладно, - она снова сменила тон. – Рассказывай, как живешь-поживаешь…

Игорь был в растерянности. Его сбил с толку напор девушки. От нее повеяло силой, и он почувствовал себя маленьким мальчиком, пришедшим за советом и помощью к взрослой, умудренной жизнью, женщине.

-Так и будем молчать? – усмехнулась Надя. – Тогда я иду в душ…

Он тут же попался на уловку и выпалил все, что мучило его последние дни.

Надежда слушала внимательно, чуть прищурив глаза, обхватив руками колено и уставившись в одну точку.

Когда Игорь замолчал, она потрепала его по голове.

-Бедненький мальчик! Я же говорила, что влез не в тот автобус и не на той остановке… Откуда у тебя этот шрам? Разборки ваши бандитские? Или – по пьянке?

-На войне, - коротко ответил он.

-На войне? – весело удивилась она. – Заврался совсем! Где ты мог воевать?

-В Чечне! – с обидой сказал он. – Больше года… И… - он не договорил.

-Как же ты туда попал?

-Долго рассказывать! – уклонился он. – Давай лучше поговорим о чем-нибудь другом?

-Давай, - согласилась она покладисто. – А о чем?

-О жизни…

-Давай о жизни не будем? – попросила она. – Ничего хорошего не получится. Только нажалуемся друг другу… А вообще, вот тебе мой совет: бросай ты эту жизнь, женись, расти детей… Стань простым, нормальным человеком, каких миллиарды!

-Женись! – усмехнулся он разочарованно. – На ком, на тебе?

Ее лицо потемнело.

-Извини! – попытался исправиться он, нанося, сам того не ведая, второй удар – еще больнее, еще ощутимее. Но она быстро справилась с собой. В глазах мелькнул шаловливый огонек.

-Иди ко мне! – прошептала она, притягивая его к себе. – Иди же, ну…

На него повеяло запахом знакомых духов, как тогда, в полуразрушенной квартире…

-Марина? – спросил он.

-Какая же я Марина? – засмеялась она, целуя его в губы. – Я – Надя…

Глава 32

Когда он открыл глаза, солнце лилось сквозь окна, щедро заливая комнату. Нади рядом не было. Часы на полке показывали одиннадцать. Что-то звякнуло за дверью, и вошла Надя.

-Вставай, лежебока! Умывайся и – завтракать…

Его поразил ее приветливый тон, непринужденность, с которой вела себя девушка. Как будто ничего особенного не произошло этой ночью. Лично он чувствовал себя не очень. То ли стеснялся, то ли не привык к естественности жизни. Она-то уже привыкла, для нее это – обыденность. Но он тут же прогнал эту мысль. Не мог и не хотел верить, что вот так же у нее происходит со всеми…

Она снова вошла.

-Вставай, кому говорят! Здоровый лоб, а нежишься в постели, как девчонка перед свадьбой…

Он неохотно поднялся, оделся и прошел в ванную. Вдруг подумалось, что теперь в их жизни все должно измениться. В их жизни! – он так и подумал. Не могут они оставаться простыми знакомыми после этой ночи.

Нет, он сегодня же сделает ей предложение. Она бросит свой промысел, переселится к нему. Они распишутся и будут…

-Ты там не уснул? – послышался голос Нади.

-Нет! – он вытерся полотенцем и вышел к ней.

Надя ждала его за столом. Он сел. Она налила ему кофе, подставила тарелку с яичницей.

-Спасибо, - сказал он, не решаясь смотреть на нее.

-Что-то не так? – чутко спросила она.

-С чего ты взяла?

-У тебя такой торжественный вид… Решаешь проблему мирового масштаба?

-Нашу с тобой проблему…

-Нашу? – переспросила она и усмехнулась.

-Да, нашу! Или ты скажешь, что между нами ничего не произошло?

-А что произошло, Игорек? – спокойно спросила она.

И у него задрожали руки, и ему пришлось поставить чашку с кофе на стол.

-То, что случилось, случается ежедневно с миллионами одиноких людей! И все из-за капель тепла, которые люди дают друг другу… Я знаю, ты думаешь, что нечестно и непорядочно будет бросить девушку, переспав с ней… Успокойся, эта ночь тебя ни к чему не обязывает…

Она пожалела его, не стала говорить, что все произошло прежде всего потому, что это было нужно ему. А он не понял; за словами он видел только слова. И обиделся.

-Тогда… Тогда сколько я тебе должен за ночь? – спросил он, не поднимая глаз.

-Дурак! – она встала и принялась убирать со стола…

Игорь встал и ушел…

Глава 33

Все случилось в считанные секунды…

БТР подбросило, и взрывная волна смела солдат с брони. Следовавшие за БТРом грузовики остановились, и огненный шквал обрушился на колонну.

Игорь видел, как в кабину грузовика, в котором ехал капитан Стриж, угодила граната. Ни водитель, ни капитан выскочить не успели.

Колька прятался за броню чадящего БТРа, а пули летели с другой стороны, рикошетировали от железа, высекая искры. Две замыкающие машины сумели-таки развернуться, но их подбили на отходе, и теперь они пылали впритирку друг от друга, освещая землю вокруг и демаскируя солдат, бегающих в поисках укрытия.

Выстрелы со стороны колонны плотнели. Минутная растерянность прошла, но стоила слишком дорого – все офицеры и десяток солдат были убиты. Человек восемь-десять отходили по дороге, прикрывая друг друга огнем подствольников и автоматов.

Кольке перебило ноги, и Игорь видел, как ползает друг, шаря вокруг себя руками, ища и не находя автомата, который далеко отлетел.

Санька пристроился рядом с Игорем и короткими, скупыми очередями огрызался на каждый выстрел из леса. Потом патроны кончились, и Санька бросился к убитому первыми же выстрелами радисту.

Прикрывая его, Игорь дал пару очередей, а затем его накрыли из гранатомета! Когда он поднялся, задыхаясь и отплевываясь, Санька был уже рядом. Тут же стояла и рация. Игорю показалось, что стрельба стихает, что бой окончен, но его просто оглушило. И он не расслышал, что хрипел сержант, пытаясь связаться со своими. И только по губам Игорь смог прочитать: вызываю огонь на себя!

Захотелось отпихнуть Саньку от рации и объяснить ему, дураку, что от них самих ничего не останется, но не было сил. Так и сидели друг против друга, пока не застрекотали «вертушки», и склоны гор не покрылись шапками разрывов…

Стрельба моментально стихла. Взлетели ракеты, предупреждая, где свои…

Санька достал бинты и направился к Кольке…

Глава 34

Вечером, возвращаясь с работы, он столкнулся с Айджемал. Тоненькая девушка буквально согнулась пополам, таща сумку. Впереди нее гордо вышагивал мальчуган, обнимая обеими руками, как большую ценность, баклажку с «Фантой».

Заметив Игоря, девушка опустила голову и попыталась идти быстрее, но ноша была слишком тяжела.

-Погоди! – Игорь быстро подошел и отобрал у нее сумку. – Я только помогу, - добавил он, заметив, что Айджемал собирается протестовать. – Показывай, куда идти…

Первые минуты они шли молча. Игорь не знал, как приступить к разговору, Айджемал, казалось, была занята своими мыслями. Мальчуган, забежавший вперед, теперь то и дело останавливался и с беспокойством оглядывался. Его, видно, чрезвычайно интересовало: кто это увязался за ними?

Наконец, он не выдержал и что-то спросил у сестры по-туркменски. Айджемал отмахнулась. Но мальчуган настаивал. Девушка покраснела, однако так ничего и не ответила.

Они свернули в проулок и подошли к глинобитной мазанке, обнесенной низеньким глиняным дувалом (забором). Айджемал потянулась, чтобы взять сумку, но Игорь ее отстранил.

-Я же сказал, что помогу…

Девушка поколебалась и распахнула ветхую калитку. Они вошли во двор.

Маленький, чистенький дворик был засажен большими деревьями. Огромная пятнистая собака с обрубленными ушами и хвостом лежала у порога и, лениво щелкая зубами, отбивалась от мух.

Мальчик, заскочив в дом, тут же вернулся, неся в руках два стакана с напитком, который он так бережно нес. Один стакан он подал Игорю, второй – сестре. Для ребенка, который получал цветную газированную воду очень редко, как лакомство, это было проявлением неслыханной щедрости.

Братишка убежал, а на пороге появилась пожилая толстая туркменка.

Она оглядела Игоря с ног до головы и что-то сказала Айджемал. Девушка всплеснула руками и куда-то ушла.

Туркменка гостеприимно придержала дверь и сказала Игорю на чистом русском языке:

-Проходи, гостем будешь…

Они вошли в дом.

Три небольшие комнатки, без признаков мебели, были застелены коврами и кошмами. Узлы с одеждой и постели лежали вдоль стен. А в самой просторной и светлой комнате была постелена скатерть.

-Садись, - предложила женщина, с кряхтением опускаясь на ковер.

Игорь сел.

-Сейчас будет чай…

Вошла девочка-подросток, очень похожая на Айджемал, поставила на скатерть чайник и пиалы. Потом принесла сахарницу.

-Салам, - прошептала она застенчиво и вышла.

-Это сестра Айджемал, - пояснила женщина, - Нязик… А меня зовут Дурсун, я их тетя… После того, как умерла их мать, отец совсем озверел. Бил их, все вынес из дома… Детей хотели забрать в приют, но Айджемал не отдала… Отца и старшего брата забрали куда-то, а я приехала сюда, чтобы помогать – трудно девушке одной… А ты – Игорь? Девочки много о тебе рассказывали… Они очень любят тебя…

Игорь виновато опустил голову и признался:

-Я очень сильно обидел ее…

-И это она мне рассказывала… И хорошо, что ты сам это понимаешь. Тебе надо извиниться перед ней. Ей это будет приятно, и тебе станет легче на сердце…

Спокойная, медленная речь этой рассудительной и, без сомнения, мудрой тетки действовала на Игоря как лекарство. Ему показалось, что он знает ее давным-давно, что она знает о нем все-все, даже больше, чем он сам.

-Я извинюсь сегодня же! – пообещал он, ободрившись.

-Не гони лошадей! Так, кажется, говорится у русских? – улыбнулась Дурсун. – Это будет выглядеть нехорошо… Она подумает, что это я заставила тебя…

-Так что же делать? – растерялся Игорь.

-Сегодня? – спросила Дурсун. – Сегодня – уходи. Попей чаю и уходи…

-Но ведь я же должен… - попытался возразить он.

-Молчи и слушай! Слушай сюда… Айджемал тебя любит, а ты ее – нет. Если сейчас сделаешь что-то, она подумает невесть что… Приходи, когда будешь точно уверен, что тебе нужна только она. Если этого не произойдет, лучше не появляйся совсем – ей и так трудно, бедняжке… Ты меня понял, мальчик?

-Понял, - кивнул он.

-Ну вот и хорошо…

Глава 35

В среду Игорь решился-таки поехать к Наде. Почему и зачем – он и сам не знал. Просто поехал – и все. Трудно анализировать чужие поступки, а свои практически невозможно, потому что всегда найдешь тысячу объяснений и оправданий, а они, в большинстве своем, неверны.

Надя оказалась дома. И, видимо, только-только встала. Тем не менее, не выглядела ни сердитой, ни неразговорчивой. Потрясающая способность – встречать новый день улыбкой.

-Привет! – произнесла она ровно, запахивая халатик. – Проходи… Завтракать будешь?

-Завтракал уже! – неловко ответил он.

Она поставила чайник на плиту и стала жарить яичницу. Накрывая на стол, поставила два прибора.

-Я же сказал, что не буду…

-А это не тебе! – улыбнулась она.

В дверях кухни уже стоял мужчина лет сорока, одетый в пижаму.

-Знакомьтесь, - Надя подошла к мужчине и обняла его. – Это Петр Петрович, мой жених… Через три дня у нас свадьба…

Мужчина неестественно улыбнулся, а темные глаза смотрели строго и настороженно.

-Пойду умываться, - заявил он, выходя.

Игорю стало не по себе от этой семейной идиллии. И, посидев еще пять минут, он ушел…

Глава 36

В офисе Игорь столкнулся с Маратом, который куда-то очень спешил.

-Здорово! – на ходу бросил он. – Извини, очень тороплюсь…

-Куда это? – поинтересовался Игорь.

-Ухожу я, - пояснил Марат, поставив сумку на пол. – Увольняюсь…

-К жене возвращаешься?

-Нет, там все обрублено! Поеду в Москву, буду поступать на искусствоведа… Я жене так и сказал: разные мы люди! Она ведь у меня – дура. Ни черта в искусстве не соображает! Забивает себе чердак сериалами и романами… А я, сам понимаешь… Не могу я жить с человеком, который портрет от натюрморта отличить не может…

-Объяснил бы! – невольно улыбнулся Игорь.

-Да, ей объяснишь! Она так же на «Камасутру» реагировала – куда ты лезешь, извращенец! – Марат молодцевато приосанился, кивнул, подхватил сумку и помчался к выходу. Но остановился. Оглянулся:

-А Кристинка тоже ушла… Уехала в Штаты со своим художником! – И умчался…

Глава 37

Не заходя домой, Игорь направился к Айджемал. На душе было скверно. Все портило ощущение собственного лицемерия. Он шел к девушке, задумал даже сделать предложение, но шел-то как бы от бессилия, как в последнюю инстанцию, после того как потерял двух других. Испугался остаться совсем один!

И вот – сюрприз! Возле знакомой мазанки стоят несколько машин. Калитка распахнута, и во дворе довольно многолюдно. Все суетятся, спорят, размахивают руками…

Игорь заметил среди женщин Дурсун. Она молча слушала двух наседавших на нее туркменок, изредка поправляя платок. Потом незаметно отошла и исчезла. А через минуту к Игорю подбежала Нязик – младшая сестра Айджемал.

-Здрасте, - затараторила она, пугливо оглядываясь, - вы к Айджемал? Ее нету… Она убежала…

-Куда? – не понял Игорь. – Что случилось?

-Айджемал сватать пришли… Она заплакала и убежала. Сейчас люди ругаются…

-А где ее найти? – спросил Игорь. – У нее есть подруги, друзья? Где она может быть?

-Я не знаю, - девочка покачала головой и убежала.

Что же делать? Где ее искать? Город большой, и кто знает, что взбредет девушке, особенно в таком состоянии? Но надо искать. А сначала ему необходимо переодеться. Не очень-то удобно бегать по улицам в костюме…

Еще раз внимательно оглядев переулок, где скопление людей уже стало рассасываться, он отправился домой…

Глава 38

Дома все как всегда – собака сидит возле калитки, встречает хозяина, бабушка возится в огороде, а дед спит.

Игорь с удивлением обнаружил, что дверь в дом открыта. Наверное, опять бабушка! Опять она что-нибудь искала и забыла закрыть дверь.

Вошел и чуть не упал от изумления – на веранде сидела Айджемал. Личико светится от радости, а глаза – красные, заплаканные. Бросилась к нему, обняла, извиняясь, что вошла без спросу. Плача и смеясь, стала рассказывать, как сбежала от сватов.

-Я все знаю, - сказал он. – Ты молодец! Спасибо тебе… И… и прости меня за все…

Так они стояли бы долго, если б не раздался громкий голос и из комнаты не появился некто третий.

-Вот они где! А я жду, жду…

-Санек?! – только и смог вымолвить Игорь. – Ты откуда?

-Из той комнаты! – передразнил Санька, отстраняя девушку и обнимая друга.

-Знакомься, моя жена! – Игорь слегка подтолкнул вперед смущенную Айджемал.

-Странно, когда же успели? – насмешливо прищурился Санька.

-Что успели?

-Пожениться! Десять минут назад я у нее спрашивал: кто она тебе? И твоя жена сказала, что работает здесь…

-Она у меня любит пошутить! – ответил Игорь, обнимая Айджемал и привлекая к себе. – А ты какими судьбами?

-Какими! Сам ведь обещался приехать, а все нет и нет… Взял у твоих адрес, оформил визу и – вот, я здесь…

-Идите в комнату, - впервые подала голос Айджемал. – Сейчас буду вас кормить…

Сидя в комнате за столом, Игорь подмигнул:

-Может, граммов по сто?

Санька поморщился и покачал головой.

-Неужели бросил?

-Пришлось, - сознался Санька. – Осколок-то так и не вытащили…

Помолчали. Вспоминать прошлое не хотелось. Будущее выглядело туманно. А настоящее…

-Да! – воскликнул Санька. – Я Маринку видел…

-Да ну?!

-Ага, в Москве она, работает в госпитале, просила передать привет…

-Спасибо!

Вошла Айджемал, стала накрывать на стол.

-Красивая у тебя жена! – вздохнул Санька, следя за ее грациозными движениями.

Девушка взглянула на него и благодарно улыбнулась. Снова вышла.

-Ну, как устроился? – внезапно спросил Санька.

-Нормально, - ответил Игорь, почувствовав, что разговор подходит к главному, ради чего друг и приехал. – Работаю в охране, зарабатываю неплохо…

-Тем хуже! – проворчал Санька. – Одним шансом меньше…

Вошла Айджемал, внесла блюдо с мясом.

-Садись с нами, - Игорь знал, что не скажи он этого, девушка ушла бы, сидела бы на кухне, ждала бы пока не уйдет гость.

Санька недовольно посмотрела на Игоря – он еще не успел сказать всего, что хотел.

-Говори при ней! – сказал Игорь. – От нее у меня нет никаких секретов…

Санька долго и молча ел, видимо собираясь с мыслями. Потом усмехнулся:

-Значит, живешь тихо и счастливо?

-Вроде того…

-А со мной не поедешь?

Айджемал испуганно посмотрела на Игоря.

-Куда? – спросил он.

-Туда же… В Чечню…

-Зачем?

-Служить!

-Кому?

-Ты что, дурак? Родине, конечно…

-А где она, родина? Для меня родина там, где живу, работаю, где рядом любимый человек…

-И для меня…

-Тогда о чем ты?

-О России…

-О России? – Игорь усмехнулся. – Много она тебе дала? Осколок в почке? Работу? Или боевые, которые мы с тобой так и не получили…

-Если не мы, то кто?

-Место на кладбище, цинковый гроб и обелиск хочешь получить от родины? А я – нет! Я сделал все, что мог. И меня из России вышвырнули. Кровь, оказывается, за Россию проливать можно, а вот стать ее гражданином – выкуси!

-А много тебе дает твоя страна? – сердясь, спросил Санька. – Я ведь телевизор смотрю, знаю, что у вас происходит…

-Поменьше смотри телевизор! И газеты не читай – здоровее будешь! Выйди на улицу и посмотри…

-У вас гонят русских!

-Ты приехал – тебе хоть кто-нибудь слово сказал на улице? Кто-нибудь кричал на улице: тварь черномазая, чурка, убирайся отсюда? У нас гонят русских… А у вас убивают! И русских, и негров, и таджиков, и азербайджанцев, и кавказцев… И даже толком не наказывают… Все законы обсуждают!

-У вас тоталитарный режим!

-Зато у вас беспредел и анархия! Разве при Союзе допустили бы такое, как с Чечней? Разве расстреливали бы свой парламент в Москве?

-У вас наркотики на каждом шагу…

-Давай выйдем и поищем…

Очевидно со стороны эта пикировка выглядела глупо и смешно, потому что Айджемал засмеялась. Санька сердито взглянул на нее, но не выдержал, тоже улыбнулся.

-Значит, не поедешь?

-Нет…

-Как знаешь…

-Не обижайся, но… Понимаешь, за долгое время я почувствовал кому-то нужным, и от этого счастливым… У меня все есть – семья, работа… А там ты будешь нужным, пока держишь автомат. А потом о тебя вытрут ноги и выбросят: скажут – мы тебя туда не посылали! Не хочу! Я счастлив, понимаешь? У меня есть Айджемал, дед, бабушка, родители в России, ее семья – братишка, сестренка…

-Значит, не едешь? – Санька встал.

-Не уходите! – вскочила Айджемал.

-Садись, чаю попьем, - поддержал Игорь девушку. – А потом пойдем, погуляем… Покажу тебе город…

-Уговорили! – Санька развел руками и засмеялся. Принял у Айджемал пиалу с чаем. С интересов повертел, разглядывая – дома такого не видел, все и всё пьют из стаканов. Отхлебнул и осведомился:

-А фотоаппарат у вас есть?

-Найдем, - пообещал Игорь, - все найдем, не в России же…