Рассказ о копье Ошосси

Глава 1

I. Двое полицейских, 17 июня 2009 года

- Да имел я вашу толерантность!

Признаемся честно, говоривший и раньше не был замечен товарищами в излишней корректности. Но сегодняшние события взорвали "бомбу" под прозвищем Рэмбо по-настоящему. Значительных разрушений удалось избежать по трем причинам.

Во-первых, мастер рукопашного боя из полицейского спецназа Рио-де-Жанейро умеет держать себя в руках даже будучи пьяным как польский сантехник.

Кроме того, весомым сдерживающим фактором был 90-килограммовый Эйнштейн, механик-водитель бронемашины BOPE, более известной как "Черный череп".

Оба находились в заслуженном отпуске и законно напивались в номере посады "Зов моря", отгородившись от людской суеты четырьмя стенами, в чем и заключалось третья причина, спасшая жителей и гостей мирного Бузиоса от последствий того, что Эйнштейн называл рэмбовзрывом.

Причин, по которой приятели топили свою печаль в алкоголе (приличный виски уже был допит, и сейчас Эйнштейн, окрещенный так сослуживцами за неразделенную любовь к физической науке, разливал по стопкам кашасу, купленную в магазинчике на въезде в город)...

Так вот, этих причин тоже было три: долгожданный отпуск, полученный после очередной зачистки в фавеле Росинья, ожидаемый вызов из этого едва начавшегося отпуска после теракта в Сан-Паулу, а также предстоящий развод Рэмбо, брак которого оказался немногим длиннее, чем продолжительность упомянутого отпуска.

- Залюбили, пид...расы, - выразил скорее общее настроение, чем конкретные претензии Рэмбо и потянулся за пультом, чтобы выключить телевизор, по котрому ведущие экстренных новостных выпусков состязались в количестве жертв, пострадавших от взрыва самодельной бомбы на месте проведения воскресного гей-парада в городе Святого Павла.

***

II. Они же, 17 июня 2009 года

Вотчиной BOPE является Рио, полиция Сан-Паулу обычно справляется своими силами. Но всякий, кто служил, знает, как после очередного ахтунга вводится усиленный режим, и лишенные выходных полицейские, матерясь сквозь зубы, круглыми сутками изображают из себя бдительных стражей порядка.

Так что оба спецназовца, лишь два дня назад приехавшие в курортный Бузиос, ждали ночного звонка, который вырвет их из умиротворяющего спокойствия, свойственного этому городку в середине зимы, и забросит обратно на многолюдные улицы Рио-де-Жанейро.

В лучшем случае мобильник зазвонит утром, до которого осталось лишь несколько часов. И терять время попусту мужчины не собирались.

Впрочем, от настойчивого внимания двух уже немолодых испаноговорящих дамочек (В зимние месяцы в Бузиосе предпочитали отдыхать туристы из Аргентины.

Перепробовав за неделю все местные легальные удовольствия и не найдя нелегальных, они начинали сходить с ума от скуки, забывали о зове моря и предпочитали кидаться на людей) пока еще женатый Рэмбо с трудом отвязался.

А мужская солидарность Эйнштейна не позволила ему оставить друга наедине с душевным кризисом и тремя бутылками качественного алкоголя.

- Ну вот почему она ведет себя так, словно мой интерес к ней будет вечен? Словно, взглянув на нее, я дал обещание быть пожизненным воздыхателем, не взирая на ее капризы, заскоки, включенную динамо-машину повышенной мощности и флирт с другими мужчинами?

Слышать подобную тираду от машины для убийства, которой по праву числился Рэмбо, было несколько странно. Но сам Эйнштейн считался в отряде неоспоримым чемпионом по странностям и в роль психотерапевта-собутыльника вошел в режиме автопилота:

- Это называется искусственный отбор, дружище. Она думает, что в итоге с ней останется самый влюбленный. В действительности она получит самого равнодушного.

- Ты хочешь сказать, что она дура?

-Если честно, то да.

Согласитесь, чтобы назвать супругу спецназовца-рукопашника дурой, требуется некоторая смелость.

***

III. Жена полицейского, 17 июня 2009 года

Справедливости ради отмечу, что сама Фернанда в этот момент думала о себе именно так. И еще ей было очень одиноко сейчас в родительской квартире, в которую она вернулась после очередной размолвки с мужем.

Одиночество - это не когда ты одна.

Настоящее одиночество, это когда где-то есть тот, который тебя не ждет. Понимать это Фернанда начала сейчас, разругавшись с Франсишку (с легкой руки одной из подружек их с мужем в шутку прозвали F-dobrado, сдвоенной Ф) в пух и прах из-за нестиранных вовремя носков. Оба понимали, что это только повод, но она действительно устала от его регулярных дежурств, тревог, внеурочных вызовов и ночных возвращений. И еще она очень, очень устала постоянно бояться за его жизнь.

После недавней перестрелки в очередной-гребаной-трущобе (в последнее время Фернанда все реже сдерживала себя в выражениях), когда какие-то отморозки пытались оказать вооруженное сопротивление бойцам BOPE, она не спала всю ночь, и на следующий день даже пришлось отменять запись ее второго альбома.

Хорошо, хоть не потребовалось платить неустойку. Но перед музыкантами-капоэйристами из группы местре Каипоры было действительно неудобно.

И, черт побери, у них с мужем уже полтора месяца не было нормального секса! Неделю назад она чуть не уступила смазливому мулату-барабанщику, который словно бы случайно оказался с ней наедине в одном из служебных помещений звукозаписывающей студии.

Угрызений совести не было. Была какая-то пустота, которую сейчас заполнял уверенный голос доны Алисы, матери святых и наставницы грешных.

Обычно люди сами приходили к доне Алисе, но по просьбе одной из теток Фернанды, которую с доной Алисой связывали запутанные родственные отношения, та нашла возможность стать гостьей терзаемой сомнениями и одиночеством молодой женщины.

- Послушай меня, деточка, и послушай меня внимательно. Ты устала от того, что мужики хотят лишь затащить тебя в постель, в укромное место на ночном пляже или на заднее сидение своего, а порой и твоего, автомобиля? Тебя, чей IQ превышает их омраченный похотью разум вдвое, а то и втрое. Тебя, которую пока называют второй Ивечи Сангалу, а через пару лет второй будут называть уже ее. Так вот, деточка, на самом деле они просто боятся своей невзрачности рядом с твоим огнем.

Дона Алиса без спросу закурила. Однако запрещать ей, похожей на Эрзули Гоголь, матушку Ветровоск и нянюшку Ягг одновременно (На журнальном столике Фернанды лежала открытая книга Терри Пратчетта, которым она зачитывалась, ожидая мужа с дежурства), такая идея казалась хозяйке квартиры странной.

Мало того, даже курение выглядело у доны Алисы сакральным действом, уместным и необходимым именно здесь и сейчас. Кроме того, Фернанда была уверена, что гостья "читает" ее саму не хуже, чем она романы сэра Теренса.

- Переспать с тобой - для мужчин это способ утвердиться в своей крутизне. Но этой крутизны не хватает, чтобы быть с тобой дольше, чем способен стоять предмет их мальчишеской гордости. Тысячи мужчин будут думать о тебе, но ложиться в постель с теми, жизнь с которыми окажется проще.

- А... муж? - робко спросила Фернанда. Назвать его по имени она почему-то не решилась.

- А мужу сейчас так же непросто с тобой, как и без тебя. Он сейчас словно Ошосси, который потерял свое любимое копье...

***

IV. Ориша и леший, давным-давно

Все мы в детстве слышали о проделках Каипоры, лешего, который не раз дурачил обитателей сельвы, а частенько и сам оказывался обманут хитроумными животными. Многие из нас знают о кознях, которые лесовик вытворял с глупыми белыми людьми, пришедшими на эти земли вслед за доном Кабралом.

Лишь некоторые осведомлены о делах, что связывают Каипору и африканских ориша, веру в которых привезли чернокожие невольники. Но эту историю я расскажу Вам впервые.

Говорят, что некогда ориша Ошосси сделал себе копье, вложив в него все свое мастерство. Это не было оружие, которое бьет без промаха, потому что бог охоты и так никогда не промахивался. Не был это и волшебный дротик, что сам возвращается к хозяину после каждого броска, ибо быстроногий Ошосси мог легко обогнать его полет. Но это было любимое копье покровителя всех ловцов, потому что оно умело петь.

И до того чарующими были его песни, что завладели они сердцем Ошосси, и стал он, повелитель охотников, слугою собственного копья.

Однажды голос копья услышал Каипора, и с тех пор лесовик мечтал завладеть чудесным оружием. И в день, когда Ошосси повздорил с с громовержцем Шанго, это ему удалось.

***

V. Местре Каипора, 17 июня 2009 года

Тутум-па-тум.

Пальцы левой ладони делают легкий - "призрачный" - удар в центр барабана, затем удар ладонью правой руки, после чего она бьет по ободу и снова возвращается в центр.

Тутум-па-тум.

Это ижеша, ритм священных церемоний кандомбле и ритм капоэйры, которому местре Каипору учил сам Старик, неувядающий байянец, получивший свое прозвище еще до рождения Каипоры.

Живая легенда, он, по слухам, застал те времена, когда из-за гонений властей одно за другим закрывались террейро, а охранявшие их капоэйристы умирали от пуль, полученных в спину, потому что стрелять им в лицо полиция боялась.

Тогда связь капоэйры и кандомбле казалась неразрывной. Люди носили обереги-патуа и пересказывали друг другу истории о неуязвимом Безору, чью жизнь смогли оборвать лишь две вещи: предательство и деревянный кинжал.

- Это Безору, это Безору, это Золотой Шнур, - поют капоэйристы, и ритму лука-беримбау вторит барабан-атабаке.

Тутум-па-тум.

"Золотой Шнур" - так называется академия местре Суассуны в Сан-Паулу. 14 июня туда отправились ученики местре Каипоры, поучиться стилю капоэйры, который преподается в этой школе. День спустя двое из них погибли, оказавшись случайными жертвами террористического акта.

Раньше, когда в поединке погибал капоэйрист, оркестр-батерия играл особый ритм. Сейчас капоэйра стала игрой, и умные люди не калечат друг друга, даже если выходят в круг без защитных амулетов. Нет нужды скрываться и от ружей и пистолетов полиции. И никто не охотится за тобой с ножом, без разницы - деревянным или стальным.

В XXI веке люди предпочитают гибнуть от бомб.

***

VI. Танцовщица и наркоторговец, 17 июня 2009 года

- Моя секс-бомба, взорви меня скорей, - тихо напевает Кролик в ушко своей очередной пассии. Семнадцатилетняя девица в обтягивающих джинсах и яркой курточке обнимает его тело весьма охотно и с немалым удовольствием. Но думает она о другом.

Это называется финский синдром. Ну или как-то так. Ей рассказывали про Олимпиаду где-то там в Скандинавии, если только Финляндия входит в эту самую Скандинавию. Намного важнее географии то, что заложники, захваченные террористами, стали этим самым террористам сочувствовать.

Финны, как она слышала, всегда отличались суицидальными наклонностями и склонностью к психозам, ну вы понимаете. А Тереза (благодарности за такое простецкое имя ее родители не дождутся ни на этом свете, ни на том) влюбилась с точностью до наоборот - в жгучего красавца из легавых, который уже дважды - а это ведь Знак, ну вы понимаете, врывался в клуб "Смуглянка", куда недавно устроилась работать Тереза.

Вы спросите, почему же она сейчас в объятиях Кролика, а не того мачо в черной униформе, которая так ему идет? Потому что связываться с легавыми - это все-таки дурной тон. И еще у нее есть Принцип - не встречаться с женатыми. Ничего хорошего из этого ни выходит, она-то уж знает. И еще она помнит то, что сказала ей сама дона Алиса:

- Поверь старой женщине, к словам которой прислушиваются даже ориша. Ты можешь достичь любой цели в этой жизни, исполнить любое свое желание. Но только одно желание. Ты хочешь быть рядом с ним? Будь, но даже не думай заикаться о своей любви. Ты хочешь чтобы он полюбил тебя? Живи своей жизнью, добивайся успеха, затми любую из звезд, что украшают это небо. Рано или поздно он полюбит тебя. Но это не значит, что вы будете вместе.

Все страдания в этом мире происходят из-за того, что люди хотят слишком многого, уяснила она слова доны Алисы. А это не та женщина, словам которой можно не верить. Ну вы понимаете.

***

VII. Двое полицейских и две туристки, 17 июня 2009 года

В дверь номера постучались. Два быстрых удара, небольшая пауза, удар, и еще один.

Тутум-па-тум.

Чудес дедукции, чтобы понять, кто так стремится к ним в номер, полицейским не требовалось. Тем более, что скучающие иностранки ("Поплачь по мне, Аргентина" - невежливо обозвал их про себя Эйнштейн) недвусмысленно намекали на свое предстоящее появление. То ли в шутку, то ли всерьез приняв бравых спецназовцев за двух "джеймсов бондов" они обещали появиться ровно в полночь и с особым секретным стуком в дверь. ("Дятлы" - еще менее вежливо выразился Рэмбо).

- Факс, только факс, - копируя Брюса Виллиса, показал палец с обручальным кольцом Рэмбо, но, похоже, недели июньского отдыха в Бузиосе вполне достаточно, чтобы не обращать внимания на такие пустяки. Надежда оставалась только на Эйнштейна и его фокусы.

- Вот, представь, что два тела притягиваются друг к другу, - Эйнштейн был серьезен и неумолим. Ощущение школьной доски и формул, выводимых на ней мелом, витало в воздухе, изгоняя из него ароматы виски и кашасы.

- Легко, - согласился с навязанным образом Рэмбо, но картина в его сознании возникла отнюдь не платоническая. Сеньора, которую он про себя обозначил как "дятел №1", также восприняла реплику с излишней игривостью.

- Представить легко. Объяснить - сложно. Причины тяготения до сих пор ни один ученый внятно объяснить не может. Вообще ни один, - Эйнштейн победно взглянул на остальных, словно сам уже давно разгадал все секреты гравитации. - Почему притягиваются? С какой скоростью притягиваются? Мгновенно или не быстрее скорости света?

Туристка, которую Рэмбо обозначил как "дятел №2" начала притягиваться к нему чуточку быстрее своей подруги-соперницы.

- Проведем эксперимент, - оценил всю наглядность ситуации Эйнштейн. Недовольные аргентинки были усажены им на дальние расстояния от столь притягательного для них тела. Само тело предпочитало притягивать к себе рюмку кашасы.

И в это время раздался звонок от дежурного сержанта.

- Мать твою, - выразился Рэмбо.

- Твою мать, - согласилась с ним "дятел №1".

- Гомики, - туманно высказалась "дятел №2" и хлопнула дверью.

Вероятно, вечер был испорчен.

***

VIII. Жена полицейского, 17 июня 2009 года

Фернанда плакала. За час она рассказала гостье обо всем, чем ее не устраивает "этот козел". Перечисления его недостатков хватило на три чашки кофе и на то, чтобы понять, как ей сейчас его не хватает. А также на то, чтобы вспомнить про "эту-сучку-которая-ему-звонила".

Дона Алиса медленно выпустила изо рта табачный дым.

- Деточка, пока ты говоришь мне, что подобает и что не подобает делать воспитанной девушке, пока ты говоришь мне о том, что ты называешь гордостью, пока ты говоришь мне об общественном мнении, и говоришь об этом так, словно мнение чужих людей для тебя важнее собственного... так вот, пока ты все это мне тут говоришь, она просто возьмет и уведет твоего мужа.

И сдается мне, деточка, что единственная и истинная причина, по которой это случится, будет твоя собственная лень.

***

VIII. Местре Каипора, 1991 год

В день перед отъездом Старика в Салвадор (байянец собирался умереть на родине) тот подарил Каипоре беримбау, который выглядел так, словно был старше самого хозяина. Палку-вергу, служившую инструменту основой, украшало изображение копья.

- Разит без промаха, - улыбнулся Старик. - Самый прямой путь к человеческому сердцу.

Дед мастера Каипоры, уроженец Берлина Карл Нернст, утверждал что этот путь лежит через желудок. Его жена - урожденная Паолетт Паредес - шутила, что готовить она никогда не умела, и телефонная связь оказалась гораздо более надежной (она была наследницей владельца крупной телефонно-телеграфной компании, в которую-то и устроился работать эмигрировавший в Аргентину немец).

Другой его дед был чернокожим, взявшим в жены индианку. Бабушка Роза однажды сказала, что будущий муж сразил ее длиной и твердостью своего мачете, и игриво толкнула задремавшего в кресле супруга в бок.

Сам дед Мануэл предпочитал отмалчиваться, потому что в последние годы их супружеской жизни ножами в доме заведовала исключительно дона Роза.

Отец и мать Каипоры, впервые встретившиеся в супермаркете в Рио, объясняли это по разному.

- Случайность, - говорил он.

- Судьба, - не соглашалась она.

- Судьбы нет. Есть лишь люди, и решения, которые они принимают, - сказал как-то сам Каипора. Тогда его считали молодым и очень умным.

***

IX. Жена полицейского, 17 июня 2009 года

Между Рио и Бузиосом около двухсот километров. Фернанда проехала их менее, чем за два часа.

***

X. Танцовщица и наркоторговец, 17 июня 2009 года

Этой ночью Кролик был в ударе:

- Тебе могут говорить много умных слов, наглядно объяснять причинно-следственные связи, приводить весомые аргументы и предупреждать о всех опасностях, но ты все равно пройдешь свой путь сама, вдоволь насладившись вкусом собственных ошибок.

И пускай на те же самые грабли веками упорно наступали твои предки, но ты - как и каждый из них - надеешься, что именно тебе суждено найти правильную дорогу, изобрести самый лучший велосипед, совместить несовместимое и получить все и сразу.

- Но мне вовсе не нужно все и сразу!

- А разве ты этого не хочешь? Можно следовать советам умудренных жизнью людей, учиться на чужом опыте, избегать допущенных другими ошибок. Но кто поручится, что ошибки других не являются правильным способом действия для тебя? Тебе говорят, что нельзя желать слишком многого.

И ты действительно вряд ли достигнешь главной цели, если будешь метаться из стороны в сторону, следуя своим прихотям и противоречивым желаниям. Но исключение возможно, если твоя главная цель - это собственно путь, по которому ты идешь.

Впрочем, Тереза ценила его не за разговоры. Ну вы понимаете...

Примечания:

"Рассказ о копье Ошосси" - второй рассказ из цикла о мастере Каипоре и его академии. Однако события, описанные в нем (июнь-2009), происходят за два с половиной года до истории, рассказанной в "Рассказе о сломанном беримбау"(ноябрь-2011).

BOPE - португальская аббревиатура батальона специальных полицейских операций,полицейского спецназа Рио-де-Жанейро. Бойцы носят черную униформу с эмблемой в виде черепа, пронзенного ножом. Бронетехника отряда также неофициально носит название "череп".

Фавела - район трущоб. Росинья ("Деревушка") - одна из крупнейших фавел в Рио-де-Жанейро.

Сан-Паулу (буквально Святой Павел) - крупнейший мегаполис Бразилии. В июне 2009 года в центре города была взорвана самодельная бомба, пострадали десятки человек. В этот день в Сан-Паулу проводился гей-парад.

Сан-Салвадор - город в штате Баийя, первая столица Бразилии

Бузиос - небольшой курортный город на берегу Атлантического океана

Посада - здесь гостиница

Кашаса- бразильская тростниковая водка

Террейро - место, где практикуют кандомбле, афро-бразильский религиозный культ, в котором поклоняются божествам-ориша. Традиционно террейро возглавляет женщина.

Капоэйра - бразильское боевое искусство, имеющее игровую форму, когда бесконтактные поединки проводятся в заданном ритме под звуки национальных инструментов: музыкального лука беримбау, тамбурина пандейру, барабана атабаке , металлических колокольчиков агого и др.

Ижеша - один из барабанных ритмов, используемых как в кандомбле, так (иногда) и в капоэйре.

Академия - здесь школа капоэйры

Местре - мастер

Каипора - леший из бразильского фольклора.

Педру Алвариш Кабрал -португальский мореплаватель, первым достигший берегов нынешней Бразилии

Безору (Жук) - легендарный капоэйрист, имевший также прозвище Кордау де Ору (Золотой Шнур).

Ивечи Сангалу - бразильская певица

Теренс (Терри) Пратчетт - англоязычный писатель, автор романов в жанре юмористического фэнтези. Эрзули Гоголь, матушка Ветровоск, нянюшка Ягг - персонажи его романа "Ведьмы за границей", который, вероятно, читает Фернанда.

Патуа - амулет