Пятнадцать звездочек

Глава 1

Александра Владимировна сидела на веранде около школы и пыталась перестать переживать. Школа была ей незнакома - пришлось ехать на другой край района из-за странного распределения. Внутрь её тоже не пустили: пускали лишь сопровождающих, являющихся классными руководителями. А она им, а сожалению или к счастью, не являлась.

Но сейчас все это уходило на второй план. Единственное, что занимало все её мысли: "мои дети сейчас пишут ЕГЭ". Александра Владимировна сидела на одном месте уже часа полтора: пожелав удачи выпускникам, она буквально упала на лавочку без сил. Стресс и нервы буквально изводили организм. "И это ведь я так волнуюсь. А я просто сижу на улице и жду. И максимум, что я получу с этого - выговор за плохие результаты или премию за хорошие. Как они справляются там, внутри... Когда от экзамена зависит если не жизнь, то планы на весь следующий год как минимум?.."

Волнение дошло до критической точки, и Александра Владимировна уже полезла в сумку за заранее подготовленными успокоительными, как из школы вышел знакомый силуэт.

- Антон! Ну, как?

- Александра Владимировна! Я... Не знаю... Вроде нормально. Надеюсь, всё в порядке, - и мальчик лихорадочно полез в телефон. - Если я вот так вот фразу написал - её примут?

- В письме? Должны, она же правильно построена.

- Хорошо... А то в голове с обществознанием смешалось, с заданием, где если не слово в слово из конституции, то всё.

- Не волнуйся, всё будет хорошо, - Александра Владимировна не могла поверить своим словам сама, но надеялась, что хотя бы он поверит ей. - Держи, это тебе. Отдыхай и забудь про ЕГЭ как про страшный сон на несколько дней хотя бы, не думай о результатах.

В руках Антона очутилась шоколадка. Такая, какую любила сама Александра Владимировна. Это было единственным, что она могла сделать для детей: конечно, хотелось максимально утешить их, поддержать и подарить весь мир... Но последний пункт, к сожалению, воплотился лишь в сладком презенте - ограниченный бюджет, сформированный только из учительской зарплаты, не располагал средствами для большего.

Антон кивнул и, поблагодарив, тихонько ушёл, записывая по пути голосовые друзьям. Однако такой же диалог, как с Антоном, стал повторятся: из дверей выходило всё больше детей. Кто-то толпился, ожидая друзей или обсуждая задания, кто-то уходил домой или с компанией - отмечать сданный экзамен. В конечном счёте, однако, Александра Владимировна опять осталась одна - все ушли. В сумке лежала ещё одна шоколадка.

"Арины все нет... Наверное, проверяет до последнего" - мысль была правильной и логичной, однако Александра Владимировна не могла избавиться от плохих предчувствий. Вдруг что-то произошло? Вдруг истерика? Вдруг сложное задание? Вдруг...

Прошли все четыре положенные часа, выходили последние сдающие.

- Арина! Как ты?

Девочка выглядела растерянной, а красные глаза говорили о том, что она плакала.

- Я скорее всего завалила, - голос был твердым, даже не дрожал. Однако из глаз снова потекли слезы. - Надеюсь, прошла порог в сорок баллов, но не знаю. Это ужасно.

Она больше не говорила ничего, как бы Александра Владимировна не старалась её поддерживать, рассказывать о том, что всё будет хорошо или даже болтать на отвлеченные темы. На шоколадку она слабо кивнула, явно не в силах сказать ни слова.

Тогда Александра Владимировна поискала в сумке успокоительное и протянула девочке:

- Всё хорошо, всё будет хорошо. Надо только успокоиться. Я буду рядом с тобой, даже если баллы будут маленькими. Даже если ты вдруг не пройдёшь порог, хотя я уверена в обратном. Ты готовилась весь год, ты написала тестов двести. Всё будет хорошо.

- Я могу вас попросить? Можно будет посмотреть баллы вместе с вами? Я боюсь, что у меня будет истерика.

- Конечно можно, - июньский ветер приятно развевал волосы, успокаивая обеих. - Пожалуйста, не переживай о баллах. Ладно?

Арина слабо кивает, а Александра Владимировна вызывает ей такси: сейчас девочку нельзя отпускать идти до дома пешком.

А потом следует ожидание. Долгое. Очень долгое. Когда кажется, что прошла уже неделя, оказывается, что закончился только второй день. Арине она писала, спрашивая, как у неё дела. Да и в целом отправляла в чат с детьми множество интересных фильмов, книг, видео и игр: чтобы они не думали о ЕГЭ и отдохнули хотя бы несколько дней. Но по мемам, которые ей отправляли в ответ, по сообщениям и голосовым, становилось очевидно: они переживают. Всё время. Да и сама Александра Владимировна обманывала себя, пытаясь переключиться на что угодно, чтобы не думать о результатах. Она работала, обсуждала что-то с коллегами и чувствовала общее напряжение. Она приходила домой, включая смешное глупое видео, и засматривалась то на тетради, то на стену, на которой висело множество стикеров с правилами.

"Всё ли я им рассказала? Вспомнят ли они об этом правиле или об этом слове исключении? Всё ли хорошо?"

Всё решилось одной фразой от знакомой. Тоже учителя. Фраза, решающая судьбу. "Результаты пришли". Сердце, казалось, было готово выпрыгнуть из груди. Александра Владимировна отключила телефон, понимая, что боиться. Боиться смотреть на баллы своих учеников.

Арина приехала к школе через пятнадцать минут - благо, она жила недалеко. За окном темнело, но, зайдя в кабинет, ни Александра Владимировна, ни Арина, не включили свет, а обе бросились к ноутбуку.

- Я ввела паспортные данные. Нажмите на кнопку сами, а я закрою глаза.

- Хорошо, - она нажала. - Подожди пару минут и успокойся - сайт не грузит.

- Чёрт... Я стараюсь успокоиться... Страшно.

- Вошла.

Александра Владимировна увидела балл и на секунду перестала дышать. Голос стал ледяным, а глаза наполнились слезами.

- Посмотрела.

- Больше сорока?

- Больше... - не хватало сил ни на шутку, ни на правду.

Арина открыла глаза, уставившись в монитор. Секунда. Она замерла, но в её глазах, казалось, прошла целая жизнь: от радости до отчаяния, от отчаяния до радости.

- Чего?! - впервые за все время после экзаменов её голос снова стал детским, с той частичкой, которая не имеет названия, но которую почему-то теряют при взрослении душой. Она молчала, радостно улыбаясь, и переводила глаза с оценки на Александру Владимировну и обратно.

- Девяносто один.

- У меня девяносто один! - истерика. Как Арина и обещала. Голос срывался, доходя до крика, руки дрожали. - Это не ошибка?.. У меня девяносто один! У меня девяносто один!

Она чуть не опрокинула Александру Владимировну, крепко обняв её и буквально повиснув на ней. Но та даже слова больше не могла сказать, слабо стараясь обнять девочку. Второй рукой она наконец включила телефон. И заплакала от счастья. На неё обрушилась гора цифр. И пусть она была разной - от семидесяти до девяносто пяти, все дети были счастливы. Действительно счастливы. И Александра Владимировна почувствовала, как с плеч падает огромный груз. Она откинулась на спинку стула, наблюдая за тем, как Арина кинулась звонить родителям и писать друзьям.

Начали зажигаться фонари. Звёзд на небе не было: белые ночи захватили небо, пусть и были не слишком белыми. Зато звёзды светились всеми огнями на экране телефона: пятнадцать звёздочек, озаряющие всю планету своей радостью