Пустота

Глава 1

Пустота

Роман запил. Не то чтобы он ушел в запой, скорее, он начал много выпивать по вечерам. Бренность бытия давила с каждым днем все тяжелее. И если трудности на нелюбимой работе, кредитную нагрузку и проблемы со здоровьем он еще мог перенести без алкоголя, то уход от него жены заколотил последний гвоздь в крышку гроба трезвости. На душе было паршиво, мысли о будущем лишь усиливали депрессивное состояние.

«И ладно бы просто ушла, — вертелось в голове Романа, — зачем было рассказывать о своих связях с мужчинами, чтобы сделать больнее? Скотина».

— Черт бы побрал эту женщину, — вслух произнес Роман.

В очередной вечер Роман сидел на крохотной кухне типовой новостройки. Сигаретный дым пропитал стены, а дешевое вино в стакане казалось единственным спасением от гнетущей тоски. Квартира сестры, предоставленная на время ее отъезда, давила своей пустотой. Все напоминало, что он здесь чужой.

Досада и обреченность, подкрепленные одиночеством и уязвленным самолюбием, медленно истощали рассудок Романа. Ощущаемая опустошенность, подобно черной дыре открывшейся под ребрами, увеличиваясь пожирала его изнутри. В этот момент ему захотелось стать бездушной машиной, чтобы полностью лишиться чувств.

Затушив окурок в пепельнице, он сделал пару глотков, допив остатки вина, поднялся со стула и взял мусорный пакет, переполненный пустыми бутылками. С досадой и каплей зависти взглянул на умную колонку, стоящую на столе, приказал ей выключить музыку и прошел в коридор. В прихожей Роман обул пыльные кроссовки и торопливо дернул разболтавшуюся ручку входной двери, не выпуская пакета из рук. До закрытия магазина оставалось пятнадцать минут, перспектива остаться без выпивки до утра казалась невыносимой

Стоя на лестничной площадке в ожидании лифта, Роман вдруг поймал себя на мысли, что давно не выносил мусор по вечерам. Бывшая супруга запрещала, объясняя это плохой приметой. Ревностно отстаивала свою точку зрения, когда Роман отшучивался на этот счет. Но для сохранения спокойствия жены все-таки следовал этому, казалось бы, глупому запрету.

«Плевать, не возвращаться же», — подумал Роман, шагая к поржавевшим мусорным контейнерам. С расстояния нескольких метров швырнул пакет и, не услышав характерного звона бутылок, замер. Странное чувство охватило его.

Роман резко развернулся и пошёл обратно к контейнеру, ощущая что-то мистическое, спиритуальное. Жуткое любопытство склонило голову Романа над полостью бака, в котором он не смог разглядеть ни пакета, ни дна. Внизу не было ничего. Не доверяя своему зрению, Роман несколько раз моргнул, но это не помогло. «Ерунда какая-то, пес с ним», — подумал он и хотел уже продолжить свой путь.

— Привет. — поприветствовал со дна мусорного контейнера, холодный синтезированный женский голос, походящий на те, которым озвучивают искусственные интеллекты в фильмах.

«Белая горячка? Допился?» — подумал Роман и попытался сохранить равновесие.

— Привет. Не бойся, я не причиняю зла. — вновь раздалось со дна контейнера.

— Ну привет. А ты кто вообще? — решительно поинтересовался он.

— А ты угадай? — с ноткой иронии прошептала незнакомка.

— Даже не представляю. Тебе выбраться помочь? Ты застряла? — спросил Роман.

— Нет, это тебе нужно выбраться помочь, ты застрял. — заигрывающе сказала девушка.

— Хммм… И то правда. Так кто ты? — с ухмылкой вновь спросил Роман.

— Та, в ком ты давно нуждаешься. — ответила девушка.

— Ну да, та, в ком я нуждаюсь, копошится в мусорке, очень смешно, конечно, рад был познакомиться, но я спешу.

— Дурак! — возразила девушка. —Ты же мечтал обо мне. Пустота, Бездна, меня по разному называют.

— Пустота и Бездна существенно разные вещи. — вдумчиво проговорил Роман.

— Родной, не придирайся к словам. Разница мне известна, но сейчас это не важно. Пойдем со мной?

— В мусорный контейнер предлагаешь залезть, ну-ну. — снова иронизировал Роман.

— Это не обязательно, но можешь и залезть. Так что, ты идешь? Поверь, не пожалеешь. Со мной тебе будет так хорошо, как не было никогда.

— Когда-то я уже такое слышал. Как ты узнала обо мне?

— Узнала? Ах, я узнала не о тебе, я узнала себя в тебе. Пойдем, Ром, пора. Любишь ты поболтать. Скажу откровенно, отпустить я тебя уже не могу.

— Почему? Зачем я тебе? В последнее время я спросом, знаешь ли, не пользуюсь. Бывшая тут сказала, что от хороших мужиков бабы не бегут, а от меня, дескать, все сбежали.

— Глупыш, ну хватит уже ныть, бывшая твоя — дура набитая. Я же сказала, ты остаёшься со мной, это неизбежно.

— Постой, ну, допустим, всё так. Ты говоришь, что часть тебя теперь живет во мне, но разве у пустоты могут быть части, абсурд какой-то.

— Я не говорила, что часть меня живет в тебе. Я лишь сказала, что узнала себя в тебе.

— А что будет, если я пойду с тобой, я распадусь на атомы или растворюсь, как в кислоте?

— Нет, сначала ты почувствуешь, что ты там, где надо, успокоение и блаженство, а потом вовсе чувствовать перестанешь. Ромка, довольно вопросов. Ну ты сам-то подумай, пустота разве может говорить?

— Ну да, в пустоте безмолвие.

— Да и безмолвия во мне нет. Пойдем, пора.

— А как мне идти? Куда?

— Просто закрой глаза и постарайся не думать ни о чем. Поверь мне, не пожалеешь.

Роман закрыл глаза, и тьма поглотила его. Последнее, что он почувствовал — облегчение.

С восходом солнца одинокий дворник в рваном ватнике обнаружил возле мусорного контейнера тело мужчины средних лет. В застывших глазах читалось умиротворение, а в руке была зажата пустая бутылка из-под дешёвого вина, горлышко бутылки обнюхивал полуслепой старый пес. Словно сама пустота пришла за ним, забрав его боль без остатка.