Прощание с детством

Глава 1

Первый день сентября не торопливо катился к своему завершению. Вечер был теплый, почти летний, и лавки около подъездов дома номер восемь, что на Ломоносовской улице, были все заняты местными бабульками. Ух уж эти бабушки-старушки из двора! Не один житель дома не мог пройти мимо них, что бы его не обсудили. Вот и сегодня почти везде во дворе обсуждали местного алкоголика-любителя Кузьму. Днем он влетел во двор на своем разбитом велосипеде с поломанными удочками и стал орать, что на Бобровом пруде завелись сектанты. Он бегал и приставал к жильцам пытаясь рассказать о том, что он видел. Но множество выпитого не давало ему говорить внятно. В конце концов его жена и не выдержала и вооружившись скалкой загнала его домой.

В самый разгар рассказа бабки Нюры о том, как Людка, жена Кузьмы, скалкой вразумляла его, со стороны третьего подъезда раздался какой-то шум. Все непроизвольно оглянулись.

Что-то непонятное большое, сокрушая бельевые веревки на балконах, стремительно летело к земле. Не кто не успел не чего сказать, как это нечто глухо стукнулось об землю. Первой от скамеек третьего подъезда стартанула явно завидующая успеху бабки Нюры ее соседка, Прасковья Ивановна. Но сделав буквально несколько шагов, она глухо ойкнула, а потом заверещала во все мощь своих легких. В кустах, головой на бордюре заливая землю кровью, лежала девушка в белом в цветочек платье.

--- 1 ---

Солнце вот уже добрых полчаса оглушительно светило в окно. Димка недовольно заворчал и накинул на голову одеяло. Помогло мало. А тут и мама пришла будить.

- Димка! Вставай! Негоже опаздывать с первого дня в новую школу.

Дима вздохнул и вылез из-под одеяла, но вставать все равно не стал:

- Да я вообще в нее не хочу, в эту школу. Ну вот что, трудно было оставить в меня в старой, в деревне?

- Вставай, давай, засранец! – мама заметно рассердилась, - Сколько раз об этом говорено? Автобус ходит всего два раза. Утром и вечером. Времени не у меня, не у отца на поездки не будет. Отпускать тебя на неделю, это не вариант. Екатерина все время на работе и ей некогда за тобой следить. Так что, не зли меня, Димка! Вставай!

И, сдернув одеяло с кровати и с Димки, швырнула на стул у письменного стола. Пришлось вставать, застилать кровать, а потом на кухне есть холодную яичницу. При этом слушать ворчание матери про «некоторых несознательных» которые много о себе возомнили.

Родители Димки переехали в районный центр из деревни в разгар жаркого лета. Отец получил приглашение на завод, инженером, мама же почти сразу устроилась в детскую поликлинику, врачей в городе не хватало. Димка же переезд воспринял как личную трагедию. За свои пятнадцать лет он всего два раза уезжал надолго из деревни. Один раз с мамой на юга, а второй раз всем семейством в Москву. Вот тогда он и понял, что ненавидит город. Пыльный, шумный, суетной. Зарекся, в город он больше не нагой. И тут тебе подарок к дню рождения. Прощай деревня, свобода, друзья, забавы. Здравствуй, новый мрачный мир.

К школе Димка подходил в ужасном настроении. Он не питал иллюзий о том, как его встретят в новом классе. Он сам не раз и не два встречал новичков безумными шутками, проверками на слабо. И вот бумеранг вернулся, теперь он, будет тем несчастным, который будет доказывать право считаться своим в этой стаи. Димка почти остановился от накатившего желания сбежать, но в этот момент его кто-то хлопнул по плечу.

- Привет, сосед!

Это был Валерка Чихрянев, известный во дворе как Чихрь. Жил он в том же подъезде, что и Димка. Узрев во время переезда Димкиного семейства бобинник «Илеть» и колонки к нему, Валерка сразу воспылал любовью к новому соседу. И, естественно, взял его под крыло. Чихрь был страстный меломан, и за короткое время знакомства Димка убедился, что большинство музыкальных новинок сначала оседали в квартире напротив. А уж потом расползалась по городу. В общем, Димка считал это знакомство единственным светлым пятном в темной реальности наступивший жизни.

- Ну что, первый раз в первый класс? – Валерка подмигнул, - И эх! Где мои пятнадцать лет? Да на Большом Каретном!

- Здорово! – Димка протянул ладошку и Чихрь звонко по ней хлопнул. – Да ну его, этот в первый раз. Плюнуть бы все и на нафиг свинтить. Да предкам обещал не дурить.

- Да не дрейф ты! - Валерка ткнул Димку в бок, - Два года еще и свободен как сопля в полете!

- Тебе хорошо говорить! Ты не новенький в классе, и тебе всего год остался мучаться.

Но Валерка уже не слушал Димку. Увидев своих одноклассников, он заорал и бросился бегом вслед за ними за гаражи, к тиру. Как помнил Димка из болтовни дворовой пацанвы, там была курилка, известная всем ученикам школы, и якобы не известная учителям.

Димка еще раз обдумал идею про сбежать, но вывернув из-за угла здания школы, уткнулся в родителей. Которые, несмотря на обещания, все-таки пришли на торжественную линейку в честь первого сентября. Мама попыталась изобразить, что тут они случайно. Но запуталась в оправданиях и умолкла. Отец же молча протянул рубль, потом приобняв супругу повел прочь от школы. Димка облегченно вздохнул, одной проблемой меньше. Вот был он уверен, что его не поняли бы новые одноклассники, если он вместе с родителями притопал бы в новый класс.

- Агрипинов! Агрипинов! – Димка оглянулся. Кто его там кличет по фамилии? С высокого крыльца, прямо к нему, спешила его новая классная руководительница.

- Вот почему я должна тебя искать? Мы же договаривались у двадцать четвертого кабинета встретиться. – накинулась она на Димку, - Вместо того, чтобы классом заниматься, я бегаю не пойми где.

- Извините Нина Григорьевна, - парень с трудом вспомнил как зовут эту невысокую, смешно двигающуюся женщину, - Кошка будильник уронила, я и проспал.

Строго глянув на мальчишку, классная повела его к классу. Знакомиться. Пока шли до школьного двора, где уже собралась вся школа для проведения торжественной линейки, она ворчала про еще одного выдумщика на ее голову, что узнала еще одну причину опоздания, и что это только начало. Димке было смешно ее слушать, и он из-за всех сил старался не рассмеяться. Ее походка, как у утки, которая вначале тоже смешила, внезапно напомнила деревню. Дом, школу, его друзей - приятелей, Гошку, Сашку, Юрку. Но вновь загрустить он не успел. Его привели на место.

Новые одноклассники расползлись по сторонам, разбившись на небольшие группки. Среди одной из группок выделялся невысокий, полноватый мальчишка, единственный из всех не в школьной форме, а в костюме, синеньким таким, в полосочку и даже с галстуком с цветными бабочками. Он что-то, активно жестикулируя, рассказывал товарищам. Еще одна группка его будущих одноклассников, живо общалась со светловолосой девчонкой. Та изображала что-то, корчила морды, подпрыгивала на месте, периодически заставляю окружавших ее мальчишек и девчонок хохотать. Еще несколько немногочисленных компашек, стоящих в стороне, так же покатывалась от смеха.

- Так! Почему стоим каким-то стадом? Екатерина, прекрати изображать из себя клоуна! Ты всё-таки девочка! – Нина Григорьевна коршуном накинулась на ребят. Стала активно командовать кто где должен стоять. Потом вспомнила про Димку.– Так! Всем внимание! У нас новенький, зовут Димой Агрипиновым. Здороваться и знакомиться будите после линейки. А сейчас всем тихо.

Наступила тишина. Торжественная линейка началась. Выступил директор школы, потом ветеран повспоминала о трудных послевоенных годах, пели первоклашки, танцевали второклашки. Потом какое-то послание вещали будущие выпускники из десятых классов. Димка разглядел Валерку Чихрю и еще двух мальчишек со своего двора, Гогу и Лешего. Те радостно над чем-то ржали, стараясь не попасть на глаза директора. Наконец всем скомандовали шагом марш и школа, радостно галдя, потопала по классам.

- Так как, говоришь, тебя зовут? – Димка обернулся. Спрашивал его худощавый, выше него на целую голову, парень. Если все мальчишки, хоть и были подстрижены и волосы в более-менее лежали в порядке, то у худощавого явно на голове была сделана прическа. И был он от этого какой-то зализанный, выпедрежный такой.

- Димой. Агрипинов фамилия, если чё. – Димка понял, вот оно, началось. Спокойно, начал он успокаивать себя, главное не дать слабину сразу. Вспомнил он наставления и Гошки при расставании про бить первым. – А тебя?

- Меня? Меня Виктором. Для своих Штирлиц. Тебе понятно?

- Понятно, - кивнул Димка, подсознательно ожидая какую-нибудь гадость. И чуть его не подвело.

- Ну а тебя мы кликать будем, - Витька ловко щёлкнул пальцами левой руки, - Агриппиной!

Шедшие вокруг одноклассники захохотали. Димка насупился:

- А по сапатке если?

- А ты рискни, - предложил Витек.

Димка повернулся к нему и сделал шаг на встречу. Витька так же подошел вплотную к Димке и с высоты своего роста уперся ему в лоб. Те, кто слышал разговор потихоньку стали останавливаться и с интересом прислушиваться. Те, кто не слышал, но увидел, что все кучкуются вокруг Димки и Штирлица, так же стали присоединяться к толпе. Попутно выясняя причину. Краем глаза Димка увидел и ту светловолосую, которая недавно смешила народ. Екатерина кажется. Почему-то мальчишке казалось, что смотрит она только на него.

- Засал? – Витька больно надавил лбом на голову Димке, - Так и скажи, Агрипинушка, что обосался.

Вместо ответа, Димка, коротко размахнувшись ткнул обидчику в скулу. Витька явно не ожидал такого, да и удар еще получился как надо, ноги подкосились, и он почти упал, но… Димка подхватил падающего.

- Агрипинов! – классная руководительница была в страшном гневе.Когда она появилась не кто не увидел, – Первый день в школе, а уже дерёшься! Завтра родителей в школу! Так чего встали, быстро в класс.

Витька вырвался из рук Димки и дождавшись, когда Нина Григорьевна отойдет подальше, прошипел:

- После уроков, у тира.

- Да не хрена себе подобного, Вить. – Димка скосил глаза, интересно же кто там за новичка вдруг заступился. Это был обладатель шикарного галстука с бабочками.

- Я не понял? - Штирлиц обвел взглядом одноклассников. Картинно развел руки в стороны, - Какой-то хрен с горы мне бьет морду лица. А мои любимые одноклассники типа терпят?

- А по сапатке? – Димка вновь насупился.

- Подожди, - через толпу протиснулся еще один мальчишка. Все в его облике показывала на наличие горячей восточной крови жителя Кавказа, - Штирлиц, ты предъявил новенькому? Предъявил. Новенький ответил? Ответил. Какие вопросы?

Витька задумчиво почесал затылок, и внезапно улыбнулся. Странное дело, улыбка у него была хорошая. Человек, который умеет так улыбаться, не может быт плохим, подумалось Димке. И он улыбнулся в ответ. Парень с галстуком протянул руку:

- Эдик, для друзей Лохматый. Будем знакомы!

- Игорь!

- Костян.

- Здорово тезка!

- Юрий!

Мальчишки подходили, протягивали ладушки, Димка отвечал. Кто-то жал крепко, кто-то просто хлопал ладонью об ладонь, кто-то некрепко, но тем не менее искренне пожимал его ладонь. Димка гадал, не ужели приняли. Так быстро? Последним протянул руку Витька.

- Ну типа привет! – и придержав чуть руку, легонько другой ткнул Димку в подбородок, - В расчете?

- В расчете!

- Идиот! – Димку бесцеремонно оттолкнули.

- Да все нормально, Свет! – Витька вертел головой, пытался увернуться от невысокой, с мелкой кудряшкой на голове, девчушки. А та, не обращая внимание на попытки, пыталась что-то вытереть на его лице.

- Так пошли в класс. А то Суета ща опять прибежит. – позвала всех высокая девочка, с огромным дипломатом. Димка уже знал, что это староста и зовут ее Оля. – Суета, это мы так Нину Григорьевну прозвали. – Это уже Димке, для понимания.

Димка украдкой оглянулся на Екатерину, та показала ему большой палец и махнула головой в сторону класса.

До конца дня Димка уже знал, что его одноклассники, это бывшие «ашки» и «бэшки» из восьмых классов. Что задиристый Штирлиц и кудрявая Светка дружат, и что у них вроде «любви». Что у старосты Оли лучшая подруга Иринка, та что в очках с тонкой оправой. Что Саня, сроду не Саня, а Ваня. Просто Димка не услышал. Димка, Юрка и Кирилл играют за сборную города по баскетболу. Что Бабаева Надька считает себя королевой класса и жутко ревнует к Гридневой Оле, которая так же считает себя королевой, несмотря длинный нос, и очки с огромными лизами. А Екатерина, та светленькая, которая ужасно понравилась Димке, ненавидит, когда ее зовут Екатериной. И он уже умудрился получить за это от нее леща. Жизнь нового класса закипела вокруг него.

И все те четыре урока, что были запланированы на сегодня, Димка нет-нет, да и поглядывал украдкой на девочку Катю. Она же делала вид, что ее это не интересует. И демонстративно от него отворачивалась, каждый раз, стоило им столкнуться взглядами.

- Литры не будет! – староста влетела в класс перед звонком и опережая довольный вопль класса добавила, - Суета просила, чтоб сидели тихо.

- Зачем? – удивился кто-то, с дальних парт.

- Затем! Надо отсидеть тихо и спокойно потом пойти домой. Что тут трудного? – староста пожала плечами и закрыла дверь на ключ. И под возмущенными взглядами одноклассников прошла на свое место.

- Да Пушкина снова забила на уроки. – подал голос Славка, хорошист, отличник и комсорг школы.

- Пушкина? Вы так училку что ли прозвали? – повернулся Димка к Штирлицу, сидящем за партой прямо за ним.

- Да нет. Это фамилия такая. И прозвища не надо. – Мальчишка широко зевнул. – Вот же фигня какая, сиди целый урок теперь тут.

Димка развернулся обратно. И вновь бросил взгляд в сторону Кати. Девочка сидела и что-то читала, казалось, что ее совсем не волнует происходящее. Солнце из отрытого окна золотило ее волосы, от чего, казалось, она вся светиться. Чуть бледноватое лицо, с неярким румянцем было задумчиво. Удивительные серые глаза и чуть дрожащие, черные густые, какие тот бархатные, ресницы предавали этой задумчивости некую таинственность. Димка вздохнул.

- Запал на нее, да? – Светка, к которой утром посадили Димку вместо Эдика, зашептала в ухо Димке, - Хочешь телефон дам?

- С ума сошла? – буркнул Димка и сбежал к ребятам, что толпились у открытого здорового окна. Нет, он, конечно, хотел дружить с Катей. И в деревне у него были среди друзей девчонки. Вон, с той же Маринкой всю ночь, на спор, просидели на кладбище. Держась за руки. И не чего, продолжили дружить дальше, как не в чем, бывало. А тут почему-то от одной мысли о дружбе, и как-то радостно, и как-то страшно, волнительно в общем.

Димка подошел к одноклассникам. И услышал, как Юрка предложил покинуть школу через окно. Все дружно высунулись наружу.

- Высоко, - сказал Семен.

- Да всего второй этаж, - возразил еще один Димка, прозванный в классе Базилио, - Зимой с гаражей прыгали же.

- Да иди ты! – Возразил Эдик, - Где ты там нашел два этажа?

- Да зуб даю! – Базилио показал характерный жест.

Костик и Славка высунулись в окно далеко, насколько можно было.

- Там кирпичи и щебень. Убьемся на фиг!

- Да и кусты. Можно не хило так навернуться.

Все опять стали смотреть вниз. Димка украдкой глянул в сторону девчонки со светлыми волосами. И закусил губы от раздражения. Около Кати стояла Светка и что-то шептала ей с видом заговорщика. При этом Катька то хмурила брови, то почему-то начинала улыбаться. Интересно, чего ей там Светка шепчет?

- Агриппина! Ты заснул что ли? – вывили из задумчивости Димку.

- Заканчивайте! – рассердился мальчишка, - ну правда!

Эдик хлопнул по плечу надувшегося Димку:

- В Риме полководец не хилый был такой. Так что не бузи.

- Все, Димон, погоняло теперь у тебя такое. – улыбнулся Юрка, - Не будишь же ты со всеми драться?

- Буду, - буркнул Димка.

- Ну и дурак, - ответил Юрка, и все мальчишки сразу отвернулись от него. Димка немного постоял, подумал и решил, ну Агриппина, так Агриппина. Хрен с вами.

- Чего хотели то, римляне?

Мальчишки сначала опешили, потом дружно расхохотались.

- Да вон Квак хочет прыгать, - махнул в сторону наследника восточной крови Семен. Димка уже знал, что второго его, скажем так, заступника, звали Виталием, и носил он ужасно знаменитую фамилию Квакин.

- А я тут при чем? – удивился Димка, - толкнуть надо, что ли?

- Я те толкну! – пригрозил кулаком Квак. – Я, может, духа набираюсь. А ты тут, толкну.

- А чего набираться то его, - пожал плечами Димка, - всего второй этаж.

- Ну иди, покажи класс, - рассердился Квак.

Димка оглянулся, Катька как раз тоже посмотрела на него и улыбнулась. Стало легко и весело.

- Да не вопрос, - и Димка перешагнул невысокий подоконник и прыгнул.

Не успел даже испугаться, как земля ударила его по пяткам, и он увидел стремительно приближающиеся к лицу свои коленки. Чтобы избежать встречи с ними, как-то скрючившись упал на бок. Плечо предательски хрустнуло и стало больно. Из-за открытого окна в кабинете послышались крики восторга. Ну и девчонки, кажется, испугались. Димка неспешно поднялся и помахал торчащим в окне одноклассникам. Ну а что? Может пока и не стали друзьями, но и не враги уже точно. Это однозначно.

- Ну как? - Квак аж подпрыгивал сидя на подоконнике.

- Нормально! – Димка задрал голову, ну, где там та, ради которой все это он и сделал. И в этот момент Катька, растолкав всех, со всей силой метнула Димкин дипломат в окно.

- Дурак! – донёсся до мальчишки ее голос, - Идиота кусок!

Дипломат бухнулся у его ног и раскидал все содержимое по траве. Димка вздохнул и принялся собирать тетрадки, учебники и прочую мелочь. Отряхнулся, еще раз глянул на окно кабинета, и пошел домой. Благо по прямой до дома было всего нечего. За спиной опять заорали от восторга, видно Квак собрался с духом и все-таки прыгнул.

Домой можно было попасть по двум дорогами. Одна, короткая прямая, и вторая, длинная. Димка выбрал дальнюю, ведущую через заброшенные сады, в народе известные как Сокольники. Но не пройдя и пары шагов по Сокольникам, он увидел тонкую девичью фигуру, прижавшуюся к стволу старой яблони. Потому как вздрагивали плечи, стало ясно, девушка плачет. Помявшись не много, он все-таки окликнул:

- Девушка, может чем помочь?

Она резко обернулась, и Димка узнал Вику Стрельцову. Так получилось, что их матери работали в одной и той же поликлинике. Не сказать, что стали подругами. Но приятельствовать стали сильно. Вику считали во дворе девушкой красивой и в то же время ужасно скромной. Как помнил Димка, Вика этим летом заканчивала школу. Как недавно рассказывала Марина Ивановна, мать Вики, ее дочь скорее всего получит красный диплом. А красный диплом, как не говори, пропуск в институт без экзаменов. Это возможность вырваться из их небольшого городка в большой мир. Впрочем, в том, что девушка училась хорошо не чего удивительного не было. Бабульки, что вечерами оккупировали скамейки у подъездов, ни разу не видели ее среди дворовой молодежи, сидевшей в местной беседке по вечерам. Да и ухажёров тоже не замечали. В общем пример для подражания, красавица, комсомолка и отличница.

Димка, набравшись смелости, шагнул к ней:

- Вик, что случилось? Кто обидел, что ли?

Девушка как по волшебству перестала плакать и одернула платье.

- А это ты, Димка? Да все нормально. В школе просто небольшие неприятности.

- Точно?

- Да. Точно. Все нормально.

- У тебя кровь, - Димка показал у себя в районе груди, - Я не думаю, что все нормально.

Девушка прикрылась своим серым портфельчиком и чуть улыбнулась:

- Наверно поцарапалось. Да все нормально, не волнуйся. Мама вечером к тете Лене хочет зайти. Она дома будет?

- Аха, дома. Ну так я пойду?

- Иди, иди. Все будет хорошо.

Постояв несколько минут и видя, что Вика не хочет продолжать разговор, Димка, оглянувшись несколько раз пошел домой. Девушка как-то одиноко стояла под яблоней и было в этом какая-то грустинка. Почему-то захотелось вернуться, расспросить, узнать, что за дела, но сказали же, что все нормально, чего навязываться то. Не забыть маме сказать про странность Вики, пусть она с тетей Мариной поговорит, решил Димка.

Но рассказать про Вику не удалось. Вечером ему досталось от матери сразу, как только она пришла домой. Мать каким-то чудом встретила Суету, и та рассказала и про драку, и про прыжок из окна. Откуда только узнала? В общем Димке вначале влетело по полной. А потом пришел отец.

- Ну и прыгнул? И что? – пожал он плечами, с аппетитом поедая приготовленную для него жаренную картошку.

- Как что? – мама аж подавилась, - Коля, а если бы он сломал руку? Голову, в конце концов?

- Ну тогда ремня точно заработал.

- Ну ты блин даешь! – мама, не доев булку и забыв про чай, поджав губы, ушла в большую комнату.

Отец потрепал Димку по голове.

- Оболтус, оно хоть стоило того?

- Не знаю. – Димка аккуратно поставил свою чашку на стол, вздохнул и стал объяснять, — Вот в начале, думал, что это прям ух! А потом, как-то стало не ясно. Это я про прыжок.

- А еще он подрался! – наябедничала мама, она уже не злилась, Димка это видел, но та старалась не показывать этого, - В первый день!

Отец осмотрел Димку, улыбнулся.

- Ленка, но, судя по всему, враг повержен. Надо гордиться сыном.

- Одурел? – мама вновь разозлилась, - Твоя кровь!

И вновь ушла. Отец, улыбаясь смотрел на Димку. Димка делал вид, что его ужасно заинтересовал потолок.

- Дим, не тяни резину. Рассказывай.

Димка вздохнул.

- Понимаешь, пап, тут все сложно.

Отец хмыкнул и продолжил кушать. Димка в задумчивости возил чашку по столу. Не то что он стеснялся рассказывать про драку. Просто не вольно придется рассказывать про Катю, и отец сразу поймет все. Почему-то говорить о ней, он пока стеснялся. Из зала слышалось ворчание мамы про что-то про дурацкие лазания по балконам, и что яблоко от яблони. Отец подмигнул сыну и заговорщицким шепотом сообщил:

- Я когда ухаживал за мамой, к ней, на пятый этаж в общаге, по балконам зализал.

Димка представил как его стокилограммовый папа лезет на балкон по бельевой веревке и расхохотался.

- Ты чего? Не веришь? – обиделся отец.

- Верю. Но папка, это какая же веревка должна быть, чтоб ты не упал? – веселился Димка.

Отец заулыбался и уже собрался отвечать, как за окном что-то загрохотало и через мгновение кто-то истошно завизжал. Все семейство бросилось на балкон, во дворе бегали люди, слышались крики, звали врача. Димка перегнулся через периллы и выглянул с балкона. Недалеко от входа в подвал, на клумбе, белым пятном на темной земле, распростёрся человек. По длинным волосам было ясно что это женщина. Ее голова, словно на подушке, лежа на бордюре, постепенно краснеющем от крови. Димка как-то отстранённо увидел светлые волосы, платье в зеленый горошек, и вдруг понял, это Вика Стрельцова.

Отец резким, движением, буквально закинул его в зал. А мать бросилась на улицу. Димка, ощущая какую-то пугающую пустоту внутри себя, сел в кресло. Отец что-то спросил, потом не дождавшись ответа принес воду. Димка молча выпил и вновь впал в какой-то ступор. Он так и сидел, пока мать не вернулась со двора. Увидев неподвижного Димку, она тревожно спросила его:

- Все нормально?

- Да, - Димка глубоко вздохнул и успокоился, - что-то испугался. Теперь нормально.

- Да есть от чего, - мама тяжело опустилась на стул, - Бедная девочка! Бедная Маринка!

- Лен, ну а что произошло? – отец присел возле жены прямо на пол – Что говорят?

- Да нечего не говорят. Маринки нет дома, дверь закрыта входная. Сосед их, Донцов, хотел на балкон к ним перелезть. Но отговорили.

- Милицию вызвали?

- Ну да. – мать тяжело вздохнула. – Ох, Вика, Вика…

Димка потер себе лицо и виновато так сказал:

- Я ее видел, когда из школы шел. В Сокольниках. Она плакала, еще хотел помочь ей. Но она прогнала.

До рассказать он не успел. Позвонил телефон и махнув рукой мать пошла в коридор, после короткого разговора, она вернулась.

- Димка, это тебя, - и уже чуть удивлённо добавила, - девочка какая-то.

Пока шел до телефона, Димка успел и испугаться, и обрадоваться одновременно.Сердце готово было выпрыгнуть из груди, а ноги предательски дрожали.

- Да? - прохрипел он в трубку.

- Ну привет, Гагарин! – чуть ехидно ответила трубка.

Димка набрал полную грудь воздуха, два раза глубоко вздохнул, и уже нормальным голосом ответил.

- Здравствуй Кать! У нас тут такое случилось, просто чума!

И по удобней перехватив трубку телефона принялся рассказывать.

Глава 2

--- 2 ---

Прошло несколько дней после гибели Вики Стрельцовой. Несмотря на увещевания родителей Димка на кладбище не поехал. Не смог преодолеть себя. По большому счету он ее почти не знал, но было тяжело, почему-то. Со слов матери ему стало известно, что было много народа. Как одноклассников и учителей из школы, так и просто совершенно не знакомых людей. Трагедия городок довольно сильно впечатлила и породила много слухов и домыслов. Да и во дворе бабульки на лавочках шушукались о девушке.

Димка краем уха, конечно, слышал их охи и вздохи. Но бабульки как заговорщики замолкали при его приближении к ним, что оставить такое он просто не мог. Тем более в школе он сегодня подслушал интересный разговор. Дело было после звонка с перемены, в коридоре.

- Да уж, не приятная история. Председатель комсомольской организации школы, без пяти минут обладательница красного диплома. Да и вообще, приятная, красивая девушка! - Вздохнул представительный мужчина около лет так пятидесяти, закрывая дверь учительской.

- Вы правы, Сергей Александрович – произнес вышедший следом более молодой.

Его Димка помнил по линейки первого сентября. Какой-то нам по номеру секретарь горкома комсомола.

- А я видь имел на нее определённые планы – продолжил молодой – хотел ей предложить кое-что.

- Ох, Яков Федорович, знаю я ваши планы. Ты бы поаккуратней с этим – поморщился тот, что по старше, - К нам несколько сигналов уже поступило.

- Сергей Александрович! Но вы же прекрасно знаете, что эти анонимки не подтвердились. Да и Вика не та девушка.

- Ну хорошо, хорошо. Яша. Кстати. Ты не слышал слухи... – но увидев Димку, старший прервался, - Ты чего тут уши греешь, пионер?

- Да я уже комсомолец! – улыбнулся Димка – И, к вашему сведению, привычку подслушивать не имею.

И Димка гордо, как ему казалось, удалился. А сам из-за всех сил напряг слух. Единственное что удалось услышать от уходящих в противоположную сторону мужчин это «секта» и «в лесу». Так и хотелось бросить все и выяснить, о чем шепчутся бабки у подъезда, про какие слухи о сектах ходят в городе. Надо было этим заняться, и он займется. Тем более это связано как-то с Викой. Займется, но не сейчас. Не сегодня. Сейчас у него, можно сказать, огромные проблемы. И ему надо было их решить.

Дело было в том, что Димкиных родителей вызвали в школу. Опять. Ужасно расстроенный, он шел домой и возмущался Витьку и Эдику:

- Суета меня не любит. Не нравлюсь я ей, ну вот точно. С первого дня гнобит. Мать меня прибьет. - Ну ладно тебе, Агриппина, все будет нормалек! - Эдик похлопал по плечу друга, - Объяснишь все предкам. Реально же ерунда причина.

- Объяснишь, аха! – Димка со всей дури пнул по картонной коробке, которая не аккуратно вылезла на тротуар. – Блина! Третий раз! За десять дней! Точно прибьют!

Димка тяжело вдохнул, попрощался с друзьями и грустный пошел домой. Не везло ему что-то в новой школе. И если с одноклассниками он все-таки подружился, то в остальном как-то не складывалось. Когда он в первый день в школе подрался, а потом еще отчудил в классе, то ему чудом не влетело. Столько всего случилось, что родителям стало не до него. Но на второй раз родители оторвались по полной.

Димка оглянулся в поисках чего бы пнуть. Так разозлился, вспоминая что тогда произошло. Ну правда, за что его так? Он же не виноват, что на стул за его партой, вместо Светки-прилипалы сел директор. Кто же знал. И вот же гадство, Димка оглянуться не успел, как директор, вошел в кабинет физики и сразу к нему за парту сел. А там сюрприз, три здоровые канцелярские кнопки.

И самое обидное, хоть Виктор Алексеевич с воплем и подскочил, но сам же потом смеялся вместе со всеми. И Димке слова не сказал. А Суета все равно вызвала родителей в школу. Да еще нажаловалась так, будто Димка специально все это организовал. Эх, зря он тогда Витьку прикрыл.

Вот и сегодня то же, вроде не специально, но начудил. Димка остановился в задумчивости. Может телефон сломать? Но вечером он обещал Кате позвонить, неудобно получиться если продинамит. А если под это дело телефон отключить, вроде как он провод удлиняет, а потом вновь включить. Отец же жаловался, то Димкина болтовня в коридоре ему надоела. А тут болтать будет у себя в комнате и мешать не будет некоторым. Да точно! Димка радостно, можно сказать вприпрыжку поскакал домой.

Не то, что Димка боялся, что ему дадут ремня, или там еще как накажут. Но сам факт, что он расстроит и мать, и отца, его всегда жутко напрягал. Все-таки не маленький, чтобы краснеть за поведение и выслушивать нотации про неблагодарного сына. Так что идея Димки внушала определенный оптимизм. Дневник он уже благополучно спрятал в Катькином дипломате, с телефоном разберётся. А завтра скажет классной, что родители в курсе. Потом, что им некогда, а там все и забудется.

Гроза разразилась, когда Димка возился с телефоном. Отец пришел домой раньше, обычного.

- Дмитрий! – Отец вошел и хмуро уставился на Димку, ползающего с телефонным проводом вдоль стены. - Вот за что ты нас с мамой так ненавидишь? Не отвечай. Это был чисто риторический вопрос.

Димка понял, все, раз папа начал задавать риторические вопросы, одним вечером дело не закончится. Мать выглянула из кухни и озабочено спросила:

- А что случилось?

- Да вот, пусть наше дидятко расскажет, - Родители уселись на диван.

Димка вздохнул.

- Ну в общем, у нас сегодня урок биологии ввел новый учитель. Мы ему говорим, что еще птиц не проходили, а он уперся. Надо, мол, такие вещи знать еще с пятого класса. И узнавать птиц по яйцам. Пусть не всех, но многих. И вызывает меня.

- И ты, конечно, не хрена нечего не знал, - скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла мать. Она когда сердилась, могла выдать боцманский загиб, который мог реально поразить этого самого боцмана. Трудное детство, как она смеялась.

- Ну да, - пожал плечами Димка, - я же не учил. А пятый класс помню только, что манку давали вкусную в школьной столовой.

- Так, - отец толкнул в бок мать, которая хотела что-то сказать, - продолжай.

- Ну а что продолжать? Естественно, он двойку поставить захотел. Как, спрашивает, твоя фамилия. Мне так обидно стало, что я возьми и скажи ему.

Димка замолчал. Родители сидели и выжидающе смотрели на своего сына. Димка понял, надо говорить.

- В общем, я ему предложил по яйцам определить мои имя и фамилию.

Ситуацию спас звонок в дверь, Димка со всех ног бросился открывать. На пороге стоял Чихрь, в руках у него были учебники и тетрадка.

- Здорово Агриппина! Я это, короче, твоя же мать со Стрельцовой старшей же вроде работает?

- Привет! Ну да. А че?

- Да это, у меня Светкины учебники и тетрадь остались. Передашь?

- А сам че?

- Да как-то неудобно.

- Димка, кто там? – из зала выглянула мать, - А Валерик, здравствуй. Ты проходи, чего в дверях застрял?

- Да я, теть Лен, на минутку. Вот тут кое-что Димки передам и все. Дела, - развел руками Валерка и быстро сунул в руки что принес и умчался прочь.

- Чего встал? – и куда девалось та мама, которая сладким голосом заманивала Валерку в дом. Димка вздохнул, ну жди теперь продолжения. -Дмитрий, разговор не закончен.

И тут в дверь вновь позвонили.

На пороге стоял парень в синих модных джинсах и в белой рубашке. В руках у него была потертая папка.

- Добрый день. Могу я поговорить с Дмитрием Агрипиновым?

- Добрый, - отец, услышав не знакомый голос поспешил к входным дверям. – А вы, собственно, кто?

- Ой, простите не представился, - и джинсовый протянул красную книжицу отцу, - Старший лейтенант Чернов Дмитрий Евгенивич. Веду дело о самоубийстве Вики Стрельцовой. Можно я в вашем присутствии задам пару вопросов Дмитрию?

- Ну, - отец явно растерялся, - можно, конечно. Только не думаю, что Димка много что может сказать. Все-таки мы не так давно только переехали сюда.

- Я знаю, но мама Вики сказала, что Дмитрий ее видел перед трагедией.

Родители переглянулись, и Димкин отец сделал приглашающий жест.

- Ну входите, чего уж.

- Вы чаю будите? – спросила мама, вспомнив про гостеприимство. – Только у нас конфет нет.

- Не чего страшного, - разулся следователь и как-то робко улыбнулся. – Я же не чай пить пришел. Работать.

Расселись в зале, Димка сел на диван. Мама убежала на кухню, быстро налила чаю. Хорошо, что вода в чайнике успела скипеть. Расставив чашки и маленький чайничек на тарелки вместе с лейтенантом села за стол. А отец прислонился к косяку двери что вела в спальню Димки. Следователь достал из папки блокнот и карандаш.

- Ну что ж, если вы не против, начнем. Как я понимаю спрашивать на сколько Дима знал Вику глупо. Но ты же с ней общался, ее мама говорила даже какие-то записи на кассете передавал. Она не чего такого странного тебе не говорила?

Димка задумался. Ну пару раз было дело, она, отчаянно краснея, просила записать музыку. И на вопрос что сама не спросит у Чихря что-то невнятное объясняла.

- Да нет. Попросила, я у соседа записал. Мне не трудно было.

- У какого соседа? У Чихряева Валерия?

- Ну да.

- А почему она сама у него не спросила? Ты же знаешь, что они одноклассники?

- Ну знаю. И че?

- Димка! Что значит че? – вскинулась мама.

- Ну хорошо. И что?

- Ну непонятно, - серьезно начал объяснять лейтенант. – Даже если они не друзья, то какая такая причина есть в том, чтоб не спросить? Как говориться, по лбу же не дадут в ответ.

- Я не спрашивал. Мне все равно почему. Было.

На самом деле Димка спрашивал. Когда он дал кассету Чихрю и сказал, что для Вики то тот поморщился и в начале отказался. Но потом все-таки записал. А на вопрос чего он так, Чихрь ответил, что странная она, Вика Стрельцова. Фигней занимается непонятной, ну и дружит с теми, с кем надо. Но уточнять не стал. А Димка и не настаивал.

А следователь тем временем продолжил задавать вопросы.

- Ну хорошо. Я тебя понял. Так и запишем, что не Стрельцова и не Чихряев не объяснили причину. Еще вопрос. А Стрельцова может проговаривалась с кем дружит? Или может случайно видел во дворе с ней кого-нибудь?

- Да не было у нее друзей! – это уже мама не выдержала. – Марина ужасно переживала. Мол подруг нет. Парня нет, вон сверстницы по танцам бегают. С мальчишками встречаются, то есть дружат. А ее Вику не чего кроме книг не интересует.

Следователь записал и это в блокнот, ну а потом повернулся к Димке.

- Ну а ты что скажешь?

- Да не чего не скажу. Не говорили мы с ней об этом. Про книги говорили, про всякое не познанное. Это когда мы у тети Марины на дне рождения познакомились. И все.

- Хорошо. А вечерами ты ее не видел? Может гуляя по городу, встречал ее в компании.

- Вечерами? – Димка пожал плечами. – Я же всего месяц как тут живу. Вечером дальше беседки не куда пока не ходил. Так выйдешь во двор, к старшикам в беседку сядешь, посидишь часа два три. Потом домой.

- Ясно. – лейтенант задумался. – Последний вопрос. А о чем ты с ней говорил, когда встретил после школы?

- Ну…

- Дмитрий, пойми, ты оказывается последний кто ее видел перед несчастьем. Сейчас нам все важно. Что она говорила, как она говорила. Каждая мелочь. Все может помочь следствию.

- А разве это не несчастный случай? – удивился папа

- Я, конечно, не должен говорить, тайна следствия и все такое, но мне кажется все равно правда вылезет. Все указывает на то, что Вика пришла домой после школы, выпила стакан воды. Закрыла дверь на все замки. Открыла балкон, подставила маленькую скамейку под ноги и спрыгнула. Поэтому нам надо знать, что это было. Сознательное решение, или решение под давлением со стороны. К сожалению, она не оставила записки. Понятно тебе?

Димка сглотнул. Чего уж тут не понятного. Вика или сама спрыгнула или ее заставили. Но кто? Что там Чихрь говорил про не тех друзей? Надо узнать. Кстати, учебники и тетрадку пока не надо отдавать следователю. Самому надо посмотреть, что там.

- Ну так как, Дмитрий, понятно?

- Понятно. В общем дело было так. Я через Сокольники пошел. Смотрю, Вика стоит. Вроде плачет, но, когда я ее окликнул она повернулась как не в чем бывало. Хотя я сразу понял, что она расстроена.

- Ты спросил почему?

- Ну да, но она сказала, что в школе проблемы. Я еще удивился, школа только началась и сразу проблемы.

- А какие Вика не уточнила?

- Нет. Я еще переспросил, мол точно помочь не могу. Так она и сказала не надо, сама все решит. Ну я пошел домой.

- Значит не чего странного не заметил?

- Нет, не заметил. Хотя… Вы знаете, у нее вроде кровь была. – И Димка показал где. – Хоть она и сказала, что поцарапалась, но мне показалась она врет. Не похоже было на царапину.

Следователь принялся быстро-быстро что-то писать, мама тревожно переглядывалась с отцом. Наконец тот не выдержал:

- Послушайте, может все-таки хватит? Может в следующий раз продолжите? Ребёнок как не как. Не окрепшая психика.

- Да я, собственно, все. – следователь улыбнулся, закончив писать в блокноте. Вырвал листок и протянул маме. – Вот тут мой рабочий и дежурная чать. Если вдруг что Дмитрий вспомнит. Или вы. Позвоните.

Уже закрываю дверь лейтенант внезапно спросил Дмитрия.

- А ты не слышал не каких драк в последнее время между девчонками не было?

- Да нет. Не было такого. Старшики бы уж точно про это болтали. А что?

- Да у нее вся спина исполосовано так словно ее чем-то били, плетью, например, - сказал следователь, глядя в глаза Дмитрия и, оставив изумлённое семейство в коридоре с открытой дверью, ушел.

- Ну не хрена себе! – выдохнула Димкина мать и захлопывая входную дверь.

– Это что же получается, Маринка ее била? - прошептал отец.

Но увидев внимательно слушающего их Димку быстро загнали того в комнату. Димка замер перед закрывшийся дверью, приник ухом к ней и успел услышать, как мать говорит отцу.

- Может не зря шепчутся что Вика гуляла на право и на лево втихаря от матери?

Родители удалилась в другую комнату и что они там обсуждают Димка уже не слышал. Его взгляд упал на учебники и тетрадь Вики Стрельцовой. Интересно, задумался Димка, если Вика и Валерка не переносили друг друга, то откуда у него ее все это. Учебники «Политологии» и «Литературы», не подписанная тетрадь. Мальчишка машинально перелистнул ее, нечего интересного не было. Пара записей явно на уроке написанные. Переложил, потянулся за книгой, которая была «Литературой», но уронил «Политологию». Оттуда вылетел листок, неровно обрезанный ножницами. Развернул и прочитал написанное неровным почерком, ужасно безграмотно, крупными печатными буквами.

«На этой ниделе ты моя. Он так вилел. Не отдашся сама знаш что будет. Бог дал тебя мне в жоны».

- Охренеть! – выдал Димка пораженно. – Кто это на нее так наехал то? Надо с Валеркой поговорить.

Аккуратно сложил листок и спрятал в свой тайник, старую шахматную доску у которая отошла одна из стенок. Потом взял учебники и тетрадки и сообщив родителям, что он к тете Марине, отправился к Чихрю. Однако того не дома, не в дворе не оказалась. Прождав полчаса, Димка с тяжелым сердцем отнес свою ношу к тете Марине. Отказавшись от чая, Димка слома голову понеся снова к соседу. Тот вновь отсутствовал. Димка спустился в беседку. Буквально через минуту появился Леший!

- Здарова, Агрепина!

- Здарово! – поручкался со парнем Димка, - Слышь, Леший, может ты в курсе с кем дружила Стрельцова?

- Да хрен ее знает. Чихрь несколько раз видел ее с Треуголом. – Леший покрутил головой и закурил – Ну самая лучшая компания.

- А чего так?

- Да долбоящер он, и дружки его такие же. Не когда не знаешь, что в голову стукнет.

- А из какого района? – В городе все патсанские компании делились по районам. И легко можно было, если не кого не знаешь на районе, отхватить.

- Да они сами по себе. На кладбище, у старой церкви обычно кучкуются. А тебе зачем?

- Да, блин, мать ее спрашивала, - поморщился довольно натурально Димка, - все не может поверить, что у нее друзей не было.

Леший хотел еще что-то сказать, но с балкона зашумела Димкина мать и пришлось спешно идти домой. Дома опять влетело, но как-то вяло и Димка поглощённый в мысли лег спать. Про телефонные звонка Кати он вспомнил ночью, но не звонить же в час ночи? Завтра он с ней поделиться и все расскажет про Вику. Катя должна же понять его?

Глава 3

--- 3 ---

- И воть сижу я такой в кустах, с удочкой, и, едрить в калено, понимаю, что попал. Секта это! Главный их, в темном плаще с капюшоном на голове, такой «Аллилуйя!». И они все хором такие завывают «Аллилуйя!». А три человека ходят вокруг них, по кругу и плетью по спинам! Аж плетка свистит! И на спинах кровавые следы остаются.

Димка притих, покраска купленного на днях гаража отцом, становилось довольно интересным занятием. И если вначале, не спешно выпаивающие мужики в соседнем гараже немного раздражали, то теперь. Присушившись, о чем они болтают, вернее, болтает тот самый Кузьма из его дома, Димку их разговор очень заинтересовал.

- Постой Кузьма. Они что голые, что ли? - Удивился кто-то с хриплым голосом.

- Аха, и девки, и парни. По пояс раздетые. Девки некоторые такие, симпатичные. А вот парни…

Димка замер так, что даже дышал через раз. И тут очень знакомый голос задал еще один вопрос.

- Так там что, только молодежь?

- Да нет, - Кузьма явно удивился, - и мужики, и бабы постарше тоже есть. Просто я светленькую такую сначала увидел. Сиськи торчком, хорошенькие такие.

- Кто, о чем, а Кузя о сиськах, - заржали мужики.

- Да ну вас на хрен, - обиделся Кузьма. На минуту повисла тишина. Судя по звукам, мужички выпили. - Я потом знаете, как испугался. Чуть в штаны не наложил. Рядом со мной кусты затрещали, и я смотрю, вроде кто-то там пробирается. Я ждать не стал, прыг на велик и рванул со всей слой. Только мельком глянул как те трое в мою сторону бегут.

- А потом меня расстреляли, - под дружный хохот, не выдержал кто-то - вот так, внучек, я стал героем.

Хохотали долго, шутки сыпались одна за другой. Кузьма огрызался, но постепенно и сам заразился весельем. Димка отошел в сторону и в задумчивости размазывал краску по железным воротам, переваривал что услышал. И узнал недавно.

После визита следователя и появления у Димки странной записки прошло несколько дней. За это время Димка буквально вытряс из Чихаря откуда у него вещи Вики. Оказалось, что она, плюнув на все, сбежала с урока, после того как ей передали записку. А учебники и тетрадь, оставленные на столе, училка истории впихнула Валерки, как соседу. Кто передал бумажку, выяснить не удалось, но вроде как видели около школы Лысого, одного из приятелей загадочного Треугола.

Так же Димка узнал, нехорошо подслушивать, конечно, но больно громко тетя Марина с его мамой на кухне ойкали. Милиция нашла тайник у Вики с какой-то церковной литературой. Книги забрали, матери девчонки устроили допрос. Откуда это богатство? Потом прошлись по знакомым, и друзьям семьи.

В общем, Димка крутился, узнавал, что мог. Суетился. И вся его суета вокруг погибшей Вики не могла не заинтересовать его друзей. Он был поставлен перед фактом, что или он делиться чего, собственно, происходит или... В общем выбора не было. Да Димка и не выбирал, стало ясно, одному ему не потянуть. Везде не успеть. Да и с кем-то и поговорить надо, обсудить.

- Не знаю, расстреляли бы или нет меня, мужики. Но дал я деру знатно, - мужики стали выходить из соседского гаража, последним вышел Кузьма, затянулся папироской и почесав затылок добавил. – Они как болванчики, качаются и не обращают внимание, что их лупят. И даже когда шухер со мной начался, им по барабану было. Сидят, качаются. Молитвы поют.

- Да уж, Кузьма, – прохрипел мужик с сиплым голосом, - тебя надо вместо Райкина по телевизору показывать.

- Да я вам как на духу рассказываю чистую правду, - вскипел Димкин сосед по гаражу.

- Ох Кузьма, - не поверили остальные, - после твоих баек про кабанов, верить тебе, себя не уважать.

И похихикивая мужички стали разбредаться по делам. Кто домой, кто по своим гаражам. Вскоре кроме Кузьмы, закрывающего гараж и еще одного, одетого в замызганный комбинезон, около Димки не кого не осталось. Димка скосил глаза, так как разговор вновь возобновился. Причем этот вновь знакомый голос!

- Кузьма, постой.

- Чего тебе, начальник?

- А где ты так рыбку ловил?

Кузьма закрыл гараж и посмотрел на спрашивающего. Постояли, померились взглядами. Кузьма первый сдался, и отправив щелчком недокуренную папироску в полет, пробурчал:

- На Бобрянке. Где старая ива.

- И последний вопрос. Сможешь кого узнать?

- Нет, начальник. Не смогу, далековато было, да и некоторые в масках были. Такие знаешь, как в фильме «Зорро».

- Жаль! Было бы не плохо.

- Возможно, начальник. Но увы. Ну я так значит пойду?

- Иди уж, рыбак.

Мужчина в комбинезоне обернулся, и Димка тяжело вздохнул.

- Ну привет, Дмитрий Агрипинов, - произнес старший лейтенант Чернов Дмитрий Евгенивич, следователь, что был в гостях у Димки. – Неожиданно. А я все думаю, чьи уши торчат из-за угла.

- Да чего тут скрывать. Мои. – улыбнулся парень. – Люблю, знаете, байки дядьки Кузьмы послушать.

- Ну и что скажешь?

- Да что тут скажешь, Дмитрий…

- Можно, если не по работе, то запросто, без отчества. Тем более мы с тобой тезки.

- Так вот, Дмитрий. Он хоть и бухарик, да и любит иной раз всякую хрню рассказать, ну как я слышал, но мне кажется, он там точно видел какого-то.

- Вот и мне так кажется. Ладно, тезка, то дела служебные. – Старлей улыбнулся, - Купили гараж, я так понимаю? А машины вроде у вас нет, да?

- Ну да. Купили, - Димка пожал плечами, - Машина в планах. Как папка сказал.

- Это хорошо. Если что надо, мой гараж вон тот, синими воротами. Заходи. Не тушуйся.

И следователь не спешно потопал к себе. Димка вздохнул. Вот же не пруха, гараж рядом со следовательским. А хотел уже тут, пока машины нет, с парнями посиживать. Не во дворе же сидеть, на глазах родоков. Ладно, что ни будь придумаем, решил он.

Димка уже заканчивал красить ворота, когда прискакал радостный Эдик.

- Диман! Я на барахолке купил себе фотик. Не много покоцанный, но вполне годный.

- И что за фотик? – Агриппина с удвоенной силой принялся красить. Оставалось не много, и хотелось закончить и пойти гулять. Хотя в планах вначале была прогулка с Катей. Но, девочка сильно обиделась на него и все эти дни не разговаривала. Мало того делала вид, что вообще не замечает его. Он по-всякому пытался с ней поговорить, но не чего не получалось.

Насчет своего первого свидания они договорились почти сразу. Но все как-то не срасталось. И вот, когда уже казалось, что все, свершилось, вновь не получилось. Димка искренне не понимал за что и почему на него обиделись. И самое главное, его даже слушать не хотят. С другой стороны, ну и ладно, теперь он фиг ей расскажет про Вику, записку и остальное. Вот с Эдиком и Витькой он поделится.

- Вот! – Эдька с видом победителя достал из кармана небольшую черную коробочку совсем не похожую на фотоаппарат. – «Киев 30», шпионская камера.

- Ну и на фига она тебе? У тебя уже есть, два фотика.

Надо сказать, что Эдик был сильно увлечен фотографией. И у него действительно получалось очень хорошо. Он с упоением занимался этим делом. При этом он с семейством жил в огромном деревяном доме с аж с семью комнатами. И родители выделили ему для его увлечения целую комнату, небольшую. Но самое главное она была без окон и Эдик сделал из нее лабораторию.

- Да ты что?! – заверещал юный фотограф, - Это же шпионская камера! Мы же можем в школе фотокать и никто ничего не увидит и не узнает. Хочешь твою Катьку сфотокаем, или вон Витькину Светку.

- А зачем их фотографировать? Да еще и скрытно? – Димка закончил красить и убирал инструменты внутрь гаража. – Можно же и так, подойти спросить. Или у тебя взять.

- А мне то они зачем, их фотографии? Это тебе надо Катькину. Повесишь на стену, в рамочке. И будишь своей любоваться.

- Я ща тебе в лоб дам, - Димка показал кулак Эдику. – И почему это она к тому же моя?

- Ой да ладно, все в классе в курсе что вы того.

- Что того? – грозно спросил Димка. Но Эдик уже понял, что сболтнул лишнее и решил соскочить с темы.

- Пошли ко мне. Кажется, в фотике пленка есть. Проявим, посмотрим, что там. Да и Витек подтянется. Я ему уже звонил.

- Пошли. Но я домой зайду сначала. Переоденусь и умоюсь.

Пока Эдик колдовал над пленкой, как какой-то средневековый алхимик, Димка рассказывал. В темноте было видно плохо, но мальчишки слушали рассказчика в полной тишине. Только булькал проявитель и сопел Эдик, пролив закрепитель.

- Вот такие дела, - вздохнул Димка закончив рассказывать. – Может этот Лысый и передавал записку, а может и нет. Да и какая может быть связь Вики и этого Треугола? Да и книги церковные еще. Секретарь комсомола школы и церковь. Как-то не вяжется…

- А могли книги подкинуть. – предположил Витек. – А что? Я вот читал детектив, там главному герою улики против него подкидывали.

- Наверно могли, - пожал плечами Димка. – Но кто? Зачем?

- Блин! Пленка засвечена! – расстроился Эдик, включив красный фонарь и разглядывая пленку. – Хотел же просто выкинуть, нет же…

- Дай посмотреть.

Витька схватил мокрую еще от реагентов пленку и тоже принялся смотреть.

– Ну вот есть же некоторые кадры, вроде так нечего, нормальные. Даже что-то видно.

Димка присоединился к друзьям. Пленка почти вся была прозрачная, кое-где правда виднелись не четкие какие-то изображения. Да и то, фрагментами. И только уже в самом конце, пару снимков более-менее были четками и можно было даже рассмотреть фигуру человека.

- Вроде лежит кто? – ребята пристально принялись рассматривать как раз последние кадры. В общем после недолгих споров, в основном со стороны Эдика, ну жалко ему было тратить на такое дело реактивы, кадры были напечатаны.

- Девка! – вынес вердикт Витька, посматривая, что получилось. – Голая. Эх, жаль нечего не видно.

На одном на тех кадров, что получились, четко была видна обнаженная девушка, лежащая на лавке. Около одной из ее ножек, лежала аккуратно сложенная одежда. В тот момент, когда неизвестный фотограф нажал на кнопку фотоаппарата, девушку явно ударили по спине. Что именно это, было не понятно. Только размазанный след удара. Ну и самое интересное, что явно за процессом кто-то наблюдал. На фотографии были видны только ноги этих людей. Один из них был в кедах, второй явно в каких-то модных ботинках. Вполне возможно, что даже в белых.

На второй фотокарточке было видно, что девушка лежит, зажав лицо руками и около нее стоит человек, тот, что в ботинках. И он протягивает ей распятие.

И если Витька и Эдька все свое внимание уделили девочки, то Димка с интересом рассматривал одежду, что была сложена около лавки.

- Слышь, фотограф-шпион, а ты можешь увеличить вот эти места. – и Димка ткнул какие именно.

Эдик отобрал у Витьки фотокарточки и принялся рассматривать пристально через лупу. Потом вздохнул и сказал:

- Сильно хорошо не получиться. Не вытянет мой агрегат. Да и снимали скорее всего из-за далека. Фокус и четкость потеряю.

- А ты постарайся. – Димка взял лупу и тоже изучил через нее карточку. – Постарайся. Надо очень. Есть одна мысль.

Глава 4

- Ну, спасибо, Агриппина. Выручил. Где меня искать знаешь, в общем, обращайся, если что.

Толя, двухметровый накаченный парень, аккуратно пожал Димке руку. Подхватил сумку и, махнув Чихирю, исчез за дверью.

В жизни каждого человека бывают периоды неудач, про которые обычно хочется по быстрей забыть. И, как показывает жизнь, дальше становиться или лучше, или … Димке повезло, стало лучше. С Катей он все-таки померился, ну, то, что прям совсем-совсем померился, сказать все-таки нельзя. Она перестала его игнорировать и порой даже немного разговаривает. Утром здоровается, а после уроков говорит: «Пока!». И хотя и Витька, и Эдик утверждают, что это ее обычная вежливость, она, мол, даже когда ругается, часто говорит «извините», Димка же считает по-другому. Особенно после субботы, когда она на перемене рассказала, как ездила на соревнования. В общем, Димка был в полной уверенности, что все хорошо. Осталось найти парня, что продал фотоаппарат Эдику, и точно будет все в «ажуре». Как иногда говорит отец.

Утро воскресенье началось с долгих звонков по телефону, так дома кроме Димки некого не было, то трубку некто и не снял. Димка высказал немало лестных слов звонящим, и попытался вновь уснуть. Но буквально через десять минут позвонили снова. На этот раз уже в дверь. Димка и так и эдак пытался сделать вид что не слышит звонка, с надеждой на то, что гость решит, что дома некого нет и уйдет. Но увы! Звонок не умолкал. Тяжело вздохнув, в конце концов пришлось вставать и идти открывать.

- Ну ты блин и спать! – на пороге стоял сосед, Чихирь и улыбался во весь рот. – Мать твоя не зря сказала, чтоб я звонил долго. Мастер! Уважаю!

- Тебе чего? – угрюмо спросил Димка. Ну вот что за дела, только порадовался что предки все-таки в деревню срулили и можно поспать, часиков так до двенадцати. Так нет, приперся меломан-сосед и разбудил.

- Бери свой чудо аппарат, будем писать.

- Валер, а может я тебе его дам и баиньки сам?

- Не… Я в твоей бандуре не хрена не понимаю, сломаю че. Пошли, человеку помочь надо.

Тут только Димка обратил внимание, что Валерка был не один. Около его двери стоял здоровенный парень. Широкоплечий, с накаченными руками и можно сказать квадратным лицом и совершенно лысый, в красно-белом спортивном костюме с эмблемой «Спартак». В руках он держал болоньевую сумка, в которой явно угадывалось несколько бобин.

- Привет! – просипел он. – Не чмырись, помоги.

Димке ужасть как не хотелось куда-то идти. Сидеть, писать. Но, с другой стороны, обижать Чихиря он тоже не хотел. Несколько раз упоминание его погоняла спасли от разборок других районах.

– Ого, твой аппарат? – присвистнул парень, увидев в раках у Димки катушечный стереомагнитофон «Илеть – 110 стерео». – Классный штука!

- Мой, - пробурчал Димка и принялся протискиваться в дверь. – Меня Димкой зовут, можно и Агриппиной.

- Толян, - представился парень, придерживая дверь.

Когда все было готово и можно было записывать, Толян принялся доставать из сумки бобины.

— Вот, тут альбом группы Модер Токинг. Это альбом группы Дари Страйс. Все свежак. А это Кет Буш. Короче, Чихирь, идеальный вариант — это все три альбома записать. Но что успеем, то и хорошо. Мне в час дня это надо уже отдать людям. Расчет как всегда, после реализации.

- Блин, Толя, каждая по часу скорее всего. – задумался Чихирь и рассматривая бобины с записями. - Хрен мы все три успеем, ща уже почти одиннадцать.

- Ну что успеем. Я без претензий.

- Постойте. – Димка и сам не понял зачем влез. – У меня дома кассетник Витька есть и кассета чистая. И могу еще метнуться в одно место и еще одну «Илеть» принести. Сразу писать на два будем.

- Давай! – после минутного размышления решил Чихирь. – Лети! А я пока начну.

Уже звоня в квартиру Стрельцовых, Димка решил, что сморозил глупость. Ну с чего этого тетя Марина, мать погибшей Вики, должна дать ему ее магнитофон. Но на удивления та спокойна отдала, и даже зачем-то поблагодарила его. В общем к Валерке он вернулся победителем. Правда пришлось все-таки рассказать откуда он взял второй бобинный магнитофон. Услышав про Вику Толя встрепенулся, а Чихирь поморщился.

- Ха! Я ее помню. С придурком Треуголом несколько раз видел. Когда еще тот в зал ко мне ходил. Помнишь Чихирь, я еще просил познакомить с ней?

- Точно! Весной дело было.

- Так это она, выходит, взяла и скинулась?

- Ну да. – Валерка закончил настраивать второй аппарат и нажал кнопу «Запись». – Ну, понеслось!

Димка откинулся на кресле, а Толян и Валерка принялись гонять чаи и обсуждать новинки зарубежной эстрады. Димка слушал в пол-уха и не заметно для себя задремал. Но качественно уснуть ему не удалось,

-Агрипина! Не спи! Толян спрашивает, а ты молчишь.

- Не сплю. – Буркнул Димка. – Хотя… Некоторые не дали поспать. Так о чем вопрос?

- Да ходят слухи, что она вроде как слаба была на передок.

- Врут. – Димка почесал голову. Говорить или нет про то, что рассказал следователь? Решил, сказать. – Следователь ко мне приходил. Спрашивал, не слышал ли я от старшиков про то, что Вику кто-нибудь обидел.

- Вот-вот. Меня тоже спрашивал, – поддержал тему Валерка – Я думаю что ее того самое. Изнасиловали. Вот и скинулась.

Толян допил чай и аккуратно поставил чашку на стол.

- Хм… Хотя девка классная была, вроде особо и не хаживал с парнями. Может кого и замкнуло, мог и снасильничать.

- Может, узнаешь что? – Рискнул Димка, задавая вопрос Толяну.

- Попробую у братвы узнать, может кто в курсе. Забегай в зал, что в Пушанаре, через дня три.

- Спасибо! - обрадовался Димка.

Время пролетело быстро и не заметно, простившись с Толяном, через некоторое время Димка уже стоял у квартиры Стрельцовых, возвращал магнитофон.

- Спаасибо теть Марин, выручили. Вы извините меня, что я вас так не вовремя тревожу.

- Ох, Дима, хорошо, что забегаешь. Мне не так одиноко. Даже, кажется, что вот-вот Викусик домой придет. Сядет, как обычно, поджав ноги на диван, и уткнется в книги. – Мать Вики вытерла набежавшую слезу - Я как дура радовалась, что дома сидит, учиться, на мальчишек времени нет. А тут оказывается, что я совсем не знаю дочь. Знаешь, на днях, какой-то мутный парень заходил. Про записку спрашивал. Про фотокарточки. Пока не пригрозила, что милицию вызову, не уходил.

- Какой парень? – насторожился Димка, - Теть Марин, а описать можете? Вдруг я его знаю.

- Ну, - женщина немного растерялась, - Такой, старше Вики, наверно года на три. Не бритый. Куревом сильно несло. Какой-то неопрятный, сальные волосы. И глазки такие, на месте не стоят. Все время шныряют. Чуть выше тебя. И куртка еще! Такая, на балахон похожа.

- Нет, такого не знаю, - расстроился мальчишка.

Услышав про фотокарточки и записку, его первой мыслью было, что это приходил тот, кто фотоаппарат продал Эдьки. Однако продавец был невысокий, худощавый с огромным горбатым носом и прыщавым лицом и явно под описание мамы Вики не подходил. Димка вздохнул, надо искать автора записки, и скорее всего это и есть тот неприятный парень. Только где его искать? Да и этого еще надо бы найти как его там, Треугола, и поспрашивать про Вику. Но почему то Димка был уверен что говорить с ним не будут. Ну и продавца тоже надо искать. Тут вообще без вариантов. Не имени, не погоняла, нечего, кроме описания морды лица у него нет.

День пролетел не заметно, мысли порой возвращались к мутному парню, продавцу, но уборку в гараже некто не отменял, обещал отцу, пришлось выполнять. Дома покушать приготовил. Ну а вечером посиделки в беседки.

В этот вечером кроме старшиков, Матвея, Кузьмы и Осетра, сидели еще двое незнакомых парней, чуть постарше Димки. Один представился как Саня, второй назвался Боттой. Ну и неизменные, Гоша и Леший. Димки иногда казалось, они вообще домой не уходят из беседки. Как не приди, кто-нибудь из них, да обязательно есть.

А ты опять сегодня не пришла, А я так ждал, надеялся и верил, Что зазвонят опять колокола, И ты войдёшь в распахнутые двери. Что зазвонят опять колокола, И ты войдёшь в распахнутые двери.

Гнусавил под расстроенную гитару Леший, входя в образ печального барда. Старшики тихо употребляли портвейн, беседка стояла в глубине двора и позволяла распитие спиртных напитков без палева для местных морально стойких бабулек. Если заметят, могут и прогнать. Несколько раз уже случался такой казус. Ну, а Димка и его друзья вполголоса делились новостями.

- Ну не знаю я, Агриппина, где этого носатого искать. Родители уже косятся на меня, чего я какую неделю на барахолку мотаюсь. Отец даже интересовался, не занимаюсь ли я чем криминальным. – Ныл Эдик.

- Ладно, - вздохнул Димка, - наверно не судьба с этим разобраться. Не чего не получается. А жаль было интересно узнать…

- Ну и правильно! – Штирлиц хлопнул Димку по спине. – А то пока ты тут в Шерлок Холмса играешь, твоя Катька с кусками связалась.

- С кем? – Димка растерялся, удивился и возмутился одновременно. – С какими кусками?

И тут Димка узнал, что оказывается курсантов местного летного училища, местная поцвана не ласково называла кусками, летунами и санитарами леса. В ответ курсанты местных обзывали шпаками, деревней и тАбаками, в честь шакала Табаки из мультфильма о Маугли. В общем, была у них взаимокрепкая нелюбовь. Порой перетекающая в битву стенка на стенку в масштабах всего города.

- Откуда знаешь? – глядя, куда-то в сторону, спросил Димка.

- Светка сказала. А ей в свою очередь Маринка, с пятнашки. Они вместе в ДК училища ходили на прошлой неделе. Вот там Катька и подцепила курсантика. Он даже домой ходил провожать. И, кажется, по городу гуляли.

- Слышь, Агриппин! – толкнул в плече один из новеньких, тот, который назвался Боттой, - давай встретим их и поговорим? А то куски последнее время охренели.

- Спасиб, конечно, - Димка тяжело вздохнул.- Но я наверно с ней поговорю для начала.

- Ну, ну. Поговори. – Хмыкнул Леший.

В это время к беседке подскочила взовлновная тетя Марина.

- Так и знала что ты тут Димка. Этот, в балахоне, мутный, опять приходил. – Махнула в сторону соседнего дома. – Вон идет.

- Давай за мной, - дернул Димка друзей, Витька и Эдика. И почти бегом устремился за виднеющейся в темноте чуть заметной фигурой.

- Помочь? – вдогонку мальчишкам крикнул Матвей.

- Сами, - донеслось в ответ.

- Ну, сами, значит сами. – Поставил точку Осетр и стал разливать остатки портвейна. Увидев взгляд матери Вики, уточнил. – Мы тихо, и пьют только те, кто школу закончил.

Но женщина только тяжело вздохнула и тихо заплакав пошла к своему подъезду.

- Чего она? – растерялся парень, - Я же не чего такого не сказал.

- Дочь погибла недавно. – Хмуро уточнил Леший.

Тем временем Димка и его друзья почти нагнали неизвестного. Тот свернул с центральной улице и неспешно шел в сторону реки по темному переулку.

- Ну и что будем делать? – Постарался уточнить Эдик.

- Пока не знаю – озадачился Димка. Теперь ему затея с догнать и спросить уже не казалась отличной.

- А может его догнать и по сопатке? – Витек был как всегда дерзок и решителен. И не дождавшись ответа друзей, ускорился и догнал того, в толстовке.

- Постой! – дернул он за руку парня. – Поговорить надо.

Незнакомец остановился, окинул хмурым взглядом компанию, и… Прямой в нос Витьку, сразу с ноги в голову Эдьки и, не давая времени ошалевшему Димки сунул кулаком в солнечное сплетение. Оглядев страдающую компанию, добавил Эдику ногой в бок, Димке еще раз в живот сиплым голосом произнес:

- Сопли вытрите, говорильщики. – сплюнув под ноги, неспешно растворяясь в темноте.

- Гад! Он мне нос сломал, - Витька сидел на земле, задрав к вечернему небу лицо, и вытирал платком кровь, которая сочилась из носа. – Надо было бить, а потом говорить!

- Аха! – согласился Эдик, которому отдышавшийся Димка помог подняться. – Я вроде не чего так. Ребро видно не сломал.

- Да уж! – подвел итог Димка. – Поговорили. Все узнали.

- Я его узнал. – Витька поднялся и аккуратно ощупал нос. – Нет, не сломал.

- И?

- Что и? Найду, сразу в морду лицам дам! – фыркнул Штирлиц.

- Я про то, кто это? А не твой нос.

- Это Гриша Кривой. Раньше с турчновскими ошивался. Ща правда не знаю где.

- Все таки не зря догнали. – вздохнул Димка и дернулся от боли. Вот урод, больно ударил.

- Если надо, то я могу про него узнать. У меня на Турчанке ребята остались знакомы. – Витька с сожалением осмотрел заляпанный кровью свитер. – Вот же гадство! К Светке в таком не пойду. Домой пойду.

- И я домой, - Эдик перестал щупать голову. – Тоже домой. Голова болит, как бы ни сотряс.

Придя домой, тихо проскользнув в спальню и переодевшись, Димка набрал Катьки номер. Через некоторое время гудки сменились знакомым голосом:

- Да!

- Привет! – Димка перевел дух. – Это я, Гагарин!

- Вещай, Гагарин. – Катькино ехидство не куда не делось. – Зачем беспокоишь.

Но Димка подавил вздох облегчения и уже смелее, набравшись смелости выдал в трубу:

- Может в субботу, после уроков погуляем?

Сказал и почувствовал, что как будто километров так пять пробежал. Так пробило на пот. Но успел все сказать, прежде чем испугаться и замолчать. Катя молчала.

Димка погрустнел и тяжело вздохнул, прям в трубка:

- Нет значит?

- Да нет, почему?

- Да!?

- Не ори. Давай часа в три, у моего подъезда. Знаешь хоть где это?

Глава 5

Они, наконец, встретились, хотя и договаривались уже не сколько раз но получилось только вот сегодня. Мальчишка был у Катькиного подъезда ровно в три часа, как договаривались. Димка нарядился в новые, привезённые из самой столицы, джинсы, рубашку в клеточку и кеды «три мяча». Катя была в прелестном платьице в цветочек и, чем немало удивила Димку, в туфельках на невысоких каблуках. В общем выглядела она, на его взгляд, просто потрясающи. Погода соответствовала моменту, приближался по-летнему теплый вечер.

- Привет! – Димка от охватившей его неуверенности машинально протянул руку.

- Привет, Гагарин! – Катя торжественно, чуть иронично улыбаясь, пожала его, чуть мокрую от волнения, ладошку.

Ребята немного постояли, не глядя друг на друга. Катя явно ждала чего-то, Димка же молчал и разглядывал носки своих новеньких кед. На него буквально напал столбняк и при этом он совершенно разучился говорить. Пока Катя рассматривала небо и облака, Димка с большим трудом преодолел себя.

- Ну что? Пойдем гулять, что ли? – произнес он хриплым голосом. И не дожидаясь ответа, рванул, не глядя вперед.

Накануне вечером мать долго его учила, что надо говорить девочкам на первом свидании. Как надо себя вести, и вообще предлагала купить цветы. Еле отбился от этого предложения. Вот что бы он скажет пацанам, которых встретит, если будет с букетом? Он очень расстраивался, что родители узнали о его свидании с Катей. Но винить кроме себя было некого. Слишком радостно он верещал об этом Эдьке по телефону. Теперь еще и вечером придется рассказывать, что говорили, куда ходили. И отвертеться от этого невозможно. Ну да, по дороге он честно репетировал, что он скажет при встрече, как галантно предложит руку. Как они пойдут гулять по городу. Может в кафешку зайдут, или в кино заскочат. В общем, планов как провести весело время было много.

В действительности все получилось намного грустнее. Нет, вначале все неожиданно встало на свои места. Ушла, какая-то скованность, растерянность. Когда Димка почти достиг спасительного угла дома, с дерева, которое росло на газоне у последнего подъезда, неожиданно заорал кот. Димка остановился и посмотрел наверх. Катя догнала его встала рядом.

- Димка! Кошку с дерева надо снять! -категорично заявила Катька, всматриваясь в верхушку тополя, где отчаянно орал кот. Или кошка. Снизу было не понятно.

- Предлагаешь мне залезть на дерево? - сомнения сильно обуревали Димку. Дерево было хоть и высоким, где-то на уровне третьего этажа, но толщиной явно не обладало. Высоко залезть, вряд ли получиться.

Что и подтвердилось, стоили мальчишке немного влезть по нему словно по канату. Тополь сразу стал клониться к земле, как только законы тяготения почувствовали свою власть.

Димка спрыгнул на землю и задумался. Катька прыгала тем временем вокруг и звала мохнатого сидельца на дереве всякими «Кис-кис» и «Иди сюда дурашка!». Помогало мало.

- Вот что! – стал командовать Димка – Я ща нагну эту березу, а ты...

- Это тополь! – поправила Катя.

- Да хоть яблоня! – Пропыхтел мальчишка, прилагая немалые усилия для того, чтобы нагнуть дерево. Получалось это у него не очень. Мешали ветки, ну и деревцо сопротивлялось тоже. А тут еще и лохматая тварь, увидев, что дерево гнется, стала орать еще истошнее и противнее. Если бы во дворе был бы народ, то наверняка бы все бы сбежались смотреть что тут за ор.

Димка гнул, кошачье отродье орало, Катька бегала вокруг него и дерева, призывая кошку не орать и по-хорошему спрыгнуть на землю. Наконец верхушка опустилась до приемлемого уровня, и Катька попыталась снять орущего кошака с дерева.

- ФигВам! – сказал тот и тяпнул Катьку за руку.

- Ай! – одернула руку девчонка и еще несколько раз попыталась снять кошака. Но тот вертелся с грацией эквилибриста на ветке и щелкал зубами в буквально миллиметрах от ее рук. Катька не отступала, кошак не сдавался и мужественно держал оборону.

- Дай я! – не выдержал Димка, чувствуя, что так может продолжаться долго и надо что-то делать. - Держи березу, тьфу, тополь. А я ща эту тварь сниму.

- Она не тварь, - Катька схватила деревцо. Почувствовав слабину, дерево торжествующе скрипнуло. – Давай, Гагарин, быстрей. Что-то тяжеловато…

Димка примерился, потянулся, протянул руки.

- Амс! – сказал кошак, промахиваясь со своим кусь.

Дерево скрипнуло громче и, шелестя листвой, выпрямилось.

- Упс! – вскрикнула Катька, несколько тонких веток трепыхались в ее руках.

- Йожь! – изумился Димка, отхватывая от веток приличный подзатыльник.

- Мама! – сказал кошачья тварь, отрываясь от дерева и по высокой дуге устремляясь в открытый космос. Пролетев несколько метров, первый представитель кошачьих в мире космонавтики, с громким звоном приземлился на балкон второго этажа Катькиного дома. После чего стремительно вскочил на перила, промчался по ним и, спрыгнув, устремился в спасательный подвал, оставляя за собой яркий багряный след.

- Покалечился! – Ахнула Катька.

- Какая сволочь мне тут банки колит! – раздалось с балкона, куда упала кошка. На балконе показалось не довольное и злое лицо, какого не бритого мужика.

- Бежим! – громко прошептала Катька и потащила Димку за угол.

- Стоять! – заревел мужик, разглядев убегающих и через мгновение хлопнула балконная дверь.

Завернув за угол дома, Катя резко остановилась и дернула Димку, который наметился бежать дальше.

- Стой чучело. – Прошипела она. – Постарайся не дышать так тяжело.

Димка собрался ей ответить, но девчонка зажала ему рот и стала прислушивается. Кто-то бежал, топая изо всех сил, и явно приближался к углу дома. Еще мгновение и Катька одернула руку, зажмурила глаза и прижалась своими губами к Димкиным. Димка замер. Из-за угла вылетел мужик, невысокий, но ужасно широкий в талии, семейные трусы и майка развивались как знамя, кирзовые сапоги на босу ногу. Пробегая мимо целующихся, покосился, но остановился только когда вылетел на улицу. Огляделся и, не обнаружив убегающих, обернулся к ребятам и потопал обратно.

- Что стоишь как столб, обними ее что ли. – Буркнул он, тяжело дыша вновь проходя мимо них. Но вдруг остановился. Присмотрелся, но сказать не чего не успел, Катька оторвалась от губ сопящего Димки и елейным голосом поздоровалась.

- Здрастье, дядь Миш. Если что, то вы не чего не видели. Хорошо?

- Мала ты еще, Катька, на улице днем сосаться с парнями. – Хмыкнул дядька. – Привет. Лучше скажи мне, тут кто-нибудь пробегал?

- Ну ты даешь, дядь Миш! Кто же, когда целуется, смотрит вокруг? – изобразила наивность Катька, не заметно давя ногу Димке.

- Я это, - опомнился тот, - троих видел. Два высоких парня и какая-то сопля еще.

- Пулжники! – скривился дядька. – Вот же бисово племя!

- Чего? – Переспросил Димка, переводя взгляд с мужика в кирзухах и на Катю.

- Многодетная семья у меня во дворе живет. – Объяснила девочка.

- Аха, тараканы хреновы. Если за руку не поймал, то, как пить дать, отбрешутся. Так еще и ты виноват будишь во всех бедах. – взгрустнул дядя Миша. – Ладно, спасибо ребятки. Целуйтесь дальше.

И уже из-за угла:

- А мамке, Катька, я все-таки скажу. Не дело это днем целоваться. Хотя вечером тоже не дело. Мала еще!

- Вот же бердюк! – выдохнула Катька, и сразу накинулась на Димку. – Ты чего как бревно встал? Глаза вылупил. Стоишь, сопишь. Руки по швам. Ты не в курсе, что надо обнимать девушку, когда целуешься?

Димка насупился. Сразу хорошее настроение куда-то пропало. Почему то стало обидно и грустно. Тоже мне знаток, как надо целоваться, стучалась мысль в голове у Димки. Хотя, по правде говоря, на себя он тоже злился жутко.

Нечего не ответив, резко развернулся. Буркнув поднос:

- Ну, пошли гулять что ли.

Бодро зашагал в сторону парка. За спиной застучали каблучки. Шли, молча, недолго.

- Уф! – догнала его Катька, - Мы куда-то спешим?

- Нет, - буркнул Димка. Потом подумал минуту и, покраснев выдал - Ты выглядишь просто чума!

- Так страшно? – прищурилась довольная Катька.

- Нет! – Димка покраснел еще больше. – Красиво.

И отвернувшись от нее, пошел по улице, пиная камушек, по-прежнему в сторону парка. Туфельки Катерины застучали по брусчатки мостовой рядом с ним. Пройдя недолго в молчании Катька не выдержала.

- Слышь, Гагарин, ты чего такой бука? Обиделся, что ли?

- Нет!

- Да ладно тебе! И тоже беда целоваться не умеешь!

- Да умею я!

- Аха, я заметила. – Ехидным голоском согласилась она. – Ну не чего, не ты первый, не ты последний кого не умеет.

Димка внезапно резко остановился, Катя, не ожидая от него такого маневра, сделав несколько шагов, тоже остановилась:

- Блин! Димка! Ты чего?

Он, чуть сгорбившись, и засунув руки в джинсы, посмотрел на девочку. И тихо, чуть вкрадчиво переспросил:

- В смысле, я не первый и не я последний?

Катя растеряно хлопала глазами.

- В смысле не надо делать из этого трагедию.

- А я и не делаю. Это ты делаешь.

И насупившись, быстро зашагал вглубь парка. Даже не обращая внимания, идет ли Катя с ним. Потом опомнившь остановился. Димка ясно понимал, что прогулка как то не задалась и надо срочно исправлять ситуацию.

- Ты знаешь, мне домой надо, - догнала его Катя, и не дожидаясь ответа, бодро зашагала домой.

- Кать! – позвал жалостливо Димка, - Кать!

- Чего тебе? – Остановилась, обернулась.

- Я вечером позвоню?

- Нет, не надо, - и уже почти покинув парк, вновь остановилась, обернулась, и что бы Димка услышал, громко крикнула – Не звони мне больше! Не когда!

Димка стоял и старался не смотреть на людей преходящих мимо него. Ему казалось, что все тычут в него пальцем. Неудачник!

Когда Димка уже собрался себя казнить в сотый раз, к нему подлетел запыхавшиеся Эдик.

- Вот ты где! Уф!

Он согнулся, переводя дух. Димка хмуро спросил:

- Тебе чего?

- Нашел! Того! Кто продал. Полетели, пока он еще там.

Эдька вел Димку по совершенно незнакомым улицам. Через какие-то склады, пустые и брошенные, через овраг, с ручьем, пахнущим всем, но не водой. Несколько раз пересекли узкоколейку. И наконец, вывел к покосившемуся зданию с огромной надписью над ржавыми воротами «Автопредприятие №2».

- И? – Димка обернулся к Эдику. – Дальше что?

- Ща! – Эдька, аккуратно, раздвигая ветки густых кустарников, приник к окну не большого здания, которое Димка вначале и не заметил.

- Тут еще. Ждем.

Ждать пришлось не долго. Из ворот стали выходить парни, одетые в спецовки. Многие из них закуривали, некоторые кучками расходились в разные стороны. Наконец Эдька ткнул пальцем в сторону одного, выходящего самым последним.

- Вот он. Пошли.

Догнали быстро, но, к сожалению, они были не первые, кто имел вопросы к нему. Трое, явно помладше, в спецовках, уже толкались с «продавцом» фотоаппарата.

- Ты, чмо болотное, гони бабки за бензин.

- Какие бабки? – мямлил «продавец», стараясь оторвать руки от груди одного из приставших.

- Я тебе ща, дам, какие бабки! – возмутился, самый крепкий на вид. Явно он был главный в это троице.

- Слышь, мужики, - Димка, не смотря на то, что Эдик уже выразил сомнения в необходимости подходить и разговаривать именно в этот момент, все-таки подошел. – Вы его нам тоже потом на разговор оставьте.

- Он вам бабло должен? – спросил тот, который обещал, что-то там дать.

- Не совсем.

- Жаль. - И от души вмазал «продавцу» по носу. Тот завыл и схватился за пострадавшие место.

- А много должен? – поинтересовался Эдик.

- Двадцатку.

- Ого! – присвистнул Эдик. Потом вспомнил. – Так это, он мне фотик за чертветак продал.

Троица вновь принялась трясти должника, тот ныл и слабо отбивался.

- Да нет у меня не чего! Паша отобрал! Ну правда! Зуб даю!

Наконец его отпустили. Тот, что был главным, дал еще раз подзатыльник страдальцу:

- Если врешь, и Паша не отбирал, тебе коздба!

- А коздба это что? – поинтересовался Димка.

- Коздба, это коздба. – пояснили ему и сделали характерное движение, кулоком об открытую ладонь.

Когда троица удалилась, Дика помог подняться страдальцу. Тот вначале с трудом поднялся, причитая и стона, но оглянувшись, и не увидев своих мучителей, сразу изменился. Скинул Димкину руку, и чуть сплюнув себе под ноги, спросил:

- Чего надо?

- Ты мне фотик продал, помнишь? Такой небольшой. – Влез Эдик.

- Ну, помню. И что?

- Это твой?

- Ну, мой. И что?

- А ты не скажешь, где последний раз им фотографировал?

- Не. Не скажу.

- Почему? – Эдик даже растерялся немного.

- Ну, не хочу.

- Тебе чего? Жалко, что ли? – Эдик сделал еще одну попытку.

Парень буквально на мгновение задумался и сам спросил:

- Там осталась пленка?

Димка не успел предупредить, Эдька кивнул головой.

- Ага! Нам надо знать, где фотку делали.

- Червонец!

- Что?

- Говорю, гони десятку. Скажу.

И тут Димка со всей силы саданул вымогателя по ноге. Тот от неожиданности хрюкнул. Димка не давая ему опомниться схватил за уже пострадавший нос и сделал «сливу».

- Аааааа! – заверещал парень. – Ты чего?! Охренел?

- Говори где взял фотик?

Эдик смотрел на Димку раскрыв от изумления рот. А Димка сжал нос сильней.

- Ну! Я жду!

- Отпусти идеот. Больно!

Вместо ответа Димка сжал еще сильней.

- Все! Понял! Скажу! Отпусти!

Димка отпустил, но тут же схватил его за шиворот. Парень дернулсябыло бежать, но тут же получил по ноге, это уже Эдик внес свою лепту.

- Суки! Ну, чисто менты!

- Я жду. – потребовал Димка.

- Да спер я его.

- У кого?

- У одного алкаша.

- Кто? И где живет.

- Да в бараках, что на Розе Люксембург. А зовут то ли Паша, то ли Гриша. Погоняло Кривой.

- Как тесин мир! – выдохнул Эдик.

- Да не говори. – согласился Димка. – Слышь, как тебя зовут то?,

- Штырь.

- Вот что, Штырь. А пошли-ка с нами.

- Не, ну на фиг! – Штырь аж попятился. – Он если не пьяный, то буйный. Не пойду. Хоть прибейте.

- Не съы, покажешь дверь и можешь идти.

Ну, если так. Ладно. Пошли.

Через несколько шагов, Штырь остановился.

- Слышь, братва. Отпустите. Не сбегу. А то я себя кошкой, насравшей в тапок чувствую. За шкирку несете потыкать в говно.

Димка и Эдька переглянулись и Димка отпустил.

Штырь потрогал нос, потер ногу и вздохнул:

- Ну, чисто менты. Вот реально.

- Пошли давай, у нас еще дела есть. – буркнул Димка.

И внимательно поглядывая за Штырем, потопали на улицу имени Розы Люксембург.